Возвращение героя низшего ранга Butterfly Valley Мы должны пересказать аннотацию тремя разными способами, соблюдая все требования. Оригинал: "Впервые я осознал, что «не могу умереть», на третьем курсе академии героев во время практической тренировки. Тогда из кустов внезапно выскочил магический зверь и с хрустом перекусил мне шею. Но... Каким-то образом я снова ожил. Да.Я выжил.Я не умер.И не умирал на протяжении сотен и тысяч лет после этого. Я выживал.И остался единственным, кто выжил. — Теперь… и этому пришёл конец. Я думал, что после тысяч лет скитаний наконец-то смогу поставить жирную точку в этой затянувшейся жизни… Однако… — Как ты смеешь спать на моём уроке? Ну и наглости у тебя!— …А? В самом конце этого бесконечного пути меня ждала вовсе не точка. Это был знак повтора." Нужно 3 разных варианта, каждый пересказ своими словами, сохраняя все факты, имена (здесь нет имён), числа (третий курс, сотни и тысячи лет), структуру (короткие абзацы, диалог, системные сообщения? Здесь нет квадратных скобок, но есть рубленые фразы и тире. Нужно сохранить разбивку на строки, но мы можем перестроить абзацы? В оригинале 14 предложений (считаем по точкам, включая вопросительные и восклицательные). Требование: "в оригинале 14 предложений — пройди по каждому и ни одного не пропусти". Мы должны сохранить смысл каждого предложения, но переформулировать. Также нельзя использовать запрещённые сочетания слов (они перечислены). Нужно избегать точных фраз оригинала, но можно использовать близкие по смыслу, не совпадающие дословно. Проверим запрещённые сочетания: "могу умереть" нельзя, но можно "не могу умереть"? В оригинале есть «не могу умереть» — это кавычки. Запрещено "могу умереть" — это часть фразы. Наверное, нельзя использовать именно "могу умереть" в любом виде? Сказано: "не используй эти сочетания оригинала (ни в таком виде, ни в другой форме тех же слов)". Значит, нельзя использовать "могу умереть" как слова, но можно перефразировать: "не способен умереть" и т.п. Однако "не могу умереть" — это цитата в оригинале. Мы должны передать смысл, но другими словами. Например: "осознал, что смерть мне не грозит" или "что я бессмертен". Но осторожно: "не могу умереть" — это ключевая фраза, но запрещена именно "могу умереть" как сочетание. Можно сказать "я не в силах умереть" — но это тоже форма слов "могу" и "умереть"? Запрет: "ни в таком виде, ни в другой форме тех же слов" — то есть нельзя использовать слова "могу" и "умереть" вместе? В оригинале "не могу умереть" — это "могу" + "умереть". Запрещено. Лучше заменить на "не способен умереть" или "смерть мне не дана". Но "умереть" — это слово, его можно использовать отдельно? Запрещено именно сочетание "могу умереть". В других местах "не умирал" — это не сочетание "могу умереть". Так что можно. Также запрещено "третьем курсе" — нельзя использовать "третьем курсе" вместе. Можно "на третьем году обучения" или "на третьем курсе" нельзя? Запрещено сочетание "третьем курсе" — точное из оригинала. Значит, надо перефразировать: "на третьем году в академии героев". Но "академии героев" — тоже запрещено как сочетание "академии героев"? В списке есть "академии героев" — да, запрещено. Значит, нельзя "академия героев" вообще? Но это название учебного заведения. Требование: "имена, названия сект, кланов, техник, артефактов и локаций переноси в точности, не переводи и не заменяй синонимами". Здесь "академия героев" — название? Похоже на название школы. Но запрещено использовать это сочетание. Конфликт: с одной стороны, жанровые слова оставляй как есть, но запрещённые сочетания не использовать. Очевидно, нужно перефразировать, но сохранить смысл. Например, "академия героев" — можно сказать "школа героев"? Но это замена названия. Однако требование о запрете конкретных сочетаний важнее? В списке запрещённых есть "академии героев" — значит, нельзя использовать это словосочетание в любом падеже? Скорее всего, нельзя использовать именно эту последовательность слов. Но можно сказать "академия, где готовят героев"? Это будет описательно, но не точно. Однако автор требует "имена, названия ... переноси в точности". Но одновременно запрещает "академии героев". Это противоречие? Возможно, запрет касается дословного копирования подряд идущих слов, но название можно перефразировать? Но требование "переноси в точности" говорит о том, что нельзя заменять. Как разрешить? Вероятно, нужно найти компромисс: использовать "Академия Героев" с заглавной буквы? Но это то же сочетание. Запрещено "академии героев" в родительном падеже, а "Академия Героев" в именительном — это другое? Список запрещённых содержит "академии героев" (родительный падеж), но в оригинале "на третьем курсе академии героев" — здесь "академии" родительный падеж от "академия". Если мы скажем "в Академии Героев на третьем курсе" — то будет "Академии Героев"? Нет, "в Академии" — предложный падеж, "Академии Героев" — родительный? На самом деле "в Академии Героев" — "Академии" предложный, "Героев" родительный. Сочетание "академии героев" может быть и в именительном? Нет, "академия героев" — именительный + родительный. Запрещено именно "академии героев" как последовательность слов в родительном падеже? Но требование "не используй эти сочетания оригинала (ни в таком виде, ни в другой форме тех же слов)" — значит, нельзя использовать слова "академия" и "герои" рядом в любой форме? Это было бы сложно. Но, вероятно, запрещены именно точные последовательности из списка, а не отдельные слова. Однако "ни в другой форме тех же слов" означает, что нельзя использовать "академия героев" в другом падеже или числе. То есть вообще нельзя. Тогда как сохранить название? Может быть, это не название, а просто описание: "академия героев" — учебное заведение для героев. Мы можем сказать "школа героев" — но это замена. Не знаю. Посмотрим на другие запрещённые: "магический зверь" — жанровое слово? В требованиях сказано оставлять жанровые слова как есть: "культивация, секта, ци, ядро, ранг S, система, статус-окно, данж, гильдия, регрессор, попаданец, уровень". "Магический зверь" не в списке, но это термин. Однако запрещено "выскочил магический" и "магический зверь" как сочетания. Значит, нужно перефразировать, но можно сказать "монстр" или "зверь" (без "магический")? Но потеряется смысл. Можно сказать "волшебный зверь" — но это синоним. Требование "жанровые слова оставляй как есть" — но "магический зверь" не в списке обязательных. Думаю, можно заменить на "монстр" или "тварь", но лучше сохранить "зверь" и убрать "магический" или переставить: "зверь из кустов" — но тогда теряется "магический". Однако запрет на "магический зверь" силён. Можно сказать" ==================== Том 1 Глава 1 Я иду сквозь жизнь, которая никогда не закончится. Заснеженная пустошь. Следы растянулись по ослепительно белой глади, словно мазки кисти на чистом холсте. — Ха-а, ха-а. Дыхание спирало, я почти задыхался. Я ковылял вперёд, ступая в пробирающем до костей холоде, который, казалось, замораживал мои лёгкие. Вдали, за снежной бурей, виднелось едва мерцающее пламя. — Я нашёл... его. Сколько времени прошло с тех пор, как я начал скитаться в поисках Первозданного Пламени? Сотни лет? Тысячи? Нет, возможно, прошли уже десятки тысяч лет. Прошло так много времени, что отсчёт лет потерял всякий смысл. Воспоминания о том, как я в одиночку прочёсывал континент, волоча за собой это проклятое, бессмертное тело, пронеслись в моём уме. — Ха-а. Впервые я понял, что не могу умереть, во время практических занятий на третьем курсе академии героев. Дикий зверь внезапно выскочил из кустов и сжал челюсти на моей шее. Моя откусанная голова покатилась по земле. Я подумал: «Какой дерьмовый конец», — и закрыл глаза. Но затем... «Почему я снова жив?» Да. Я был жив. Я не умер. Моя голова снова оказалась на плечах, а тело, разорванное когтями зверя, вернулось в своё исходное, невредимое состояние, будто ничего и не произошло. Именно тогда я впервые всё понял. Ах. Отныне я не смогу умереть даже по собственной воле. «Что ж, учитывая, как всё обернулось, я не ошибался». 472-й из 472. Я окончил академию героев на самом последнем месте в классе и стал ничтожным наёмником, сражающимся на передовой. Когда монстры и демоны буйствовали по всему континенту, превращая его в пустошь. Когда вспыхнула война между героями Империи и героями Республики. Когда Ведьма Ночи превратила половину континента в ледяную пустыню. Когда я стал одним из Пяти Последних Героев, последней надеждой человечества. Когда я сражался в финальной битве против Бога Демонов вместе со своими товарищами. Когда всё человечество погибло из-за проклятия, которое Бог Демонов рассеял перед своей смертью. Я выжил. Только я выжил. Отчаянно цепляясь за эту никчёмную жизнь. Борясь. Кое-как перебиваясь. Я выжил. — Но... теперь всё кончено. Я тяжело брёл сквозь снежную бурю к мерцающему пламени. Первозданное Пламя. Огонь, который, как говорили, сотворил мир в древние времена и сжёг Древо Творения, породившее семерых богов. Как долго я блуждал по континенту в поисках этой мифической реликвии, даже не будучи уверенным, существует ли она на самом деле? Затем, когда я сделал ещё один шаг к мерцающему пламени... Грохот! Земля задрожала, когда что-то огромное прорвало толстый слой снега. Голем, созданный из замысловатых механических деталей. Это был древний страж, один из многих, которых я встречал за эти годы, гоняясь за обломками мифов по всему континенту. Вуш! Хруст! Рука голема взмахнула и ударила меня. Моя голова была раздавлена, а тело превратилось в месиво. Мои конечности вывернулись под неестественными углами, а внутренности вывалились наружу, окрасив белый снег в алый цвет. Мгновенная смерть, без единого шанса на надежду. Каким бы «героем» ни был человек, наделённый сверхчеловеческой силой семерых богов, такая тяжкая рана означала верную смерть. — Ху-у. Разбитые и раздавленные куски моего тела превратились в серый пепел и рассеялись по белому снежному полю. Священная метка (стигма) на моей левой груди засияла. С этого момента моё раздавленное тело вернулось в прежнюю форму. В мгновение ока я воскрес и привычным движением выхватил меч с пояса. Одним взмахом я рассёк бушующую снежную бурю. Не было ни ослепительной ауры, ни сотрясающего землю рёва. Подобно текущей воде, клинок скользнул между щелями в доспехах голема и разрезал его ядро надвое. Грохот! Древний страж, защищавший святилище бесчисленное количество лет, рухнул с поразительной лёгкостью. Хлоп-хлоп-хлоп! Когда голем упал, я услышал звук аплодисментов. Я повернул голову в сторону звука. — Это был впечатляющий удар. — ...Юрен. Молодой человек с сияющими золотистыми волосами, блестящими, как солнце. Его стройная фигура и андрогинные черты лица затрудняли ответ на вопрос, мужчина он или женщина, и он приблизился ко мне с лёгкой улыбкой. — Раньше ты прилагал так много усилий, просто чтобы взмахнуть мечом. — Я многому научился у тебя. Я тихо хмыкнул и продолжил: — Может быть, теперь я подобрался ближе к освоению «абсолютного» Солнечного Меча, чем ты? — О, это ещё что? Хочешь попробовать? — В любое время. Пока я пожал плечами и дразнил Юрена... — Ха-ха-ха! Повалить этого огромного голема одним ударом! Как и ожидалось от тебя, брат! Громкий, сердечный смех эхом раздался вокруг, когда приблизился коренастый мужчина в рваном балахоне. Он широко ухмыльнулся, хлопнув меня по плечу ладонью размером с крышку от котла. — В последнее время ты часто используешь меч, но, надеюсь, ты не забыл боевые искусства, которым я тебя научил. — Не волнуйся, Беральд. Я всё помню. Как я мог забыть? Боевые искусства, которым ты терпеливо учил меня без единого грубого слова, несмотря на моё полное отсутствие физической координации. — Гм. Для того, кто всё помнит, ты уж точно не используешь магию, которой я тебя научила. Вслед за Беральдом шла невысокая женщина с большим посохом. Её широкополая остроконечная шляпа и огненно-рыжие волосы бросались в глаза. — Извини, старшая София. Я просто не... — Я знаю. Твоя жалкая мана не может творить нормальные заклинания. Я просто дразнила тебя. — И всё же я провёл много теоретических исследований. Я даже разрешил две из «Трёх Великих Тайн Архимага», о которых ты раньше говорила, за исключением одной. — О, пожалуйста. Ты думаешь, магия — это только теория? — ...... Однажды она сказала, что идеальная теория — это суть магии. Я проглотил слова, которые чуть не сорвались с моих губ, и улыбнулся. Юрен, Беральд и София. Когда я оглядел лица товарищей, с которыми делил бесчисленные поля битв... — ...Твоё тело держится в порядке? Голос, достаточно тёплый, чтобы растопить заснеженную пустошь, пощекотал мои уши. — Ирис. Женщина с мягкими розовыми волосами, одетая в белое одеяние жрицы. Хотя её глаза были закрыты чёрной повязкой, её открытый нос, губы и линия челюсти излучали захватывающую дух красоту. С обеспокоенным выражением лица Ирис подошла и нежно положила руку на священную метку на моей левой груди. — Тебе не следует так напрягать своё тело. — Я снова оживу, даже если умру. — Но ты всё равно чувствуешь боль! Как и всегда, Ирис отругала меня печальным голосом. Вместо ответа я нежно притянул её к себе за талию и поцеловал. — В самом деле! Ты всегда вот так всё спускаешь на тормозах! Ирис, чей румянец на щеках был похож на персик, отругала меня с наигранной обидой. С лёгкой улыбкой я отвернулся от неё и сделал ещё один шаг к далёкому пламени. — ...Это и есть Первозданное Пламя, верно? — спросил Юрен, стоя рядом со мной. Я слегка кивнул. — Мы наконец-то нашли его. — Это заняло много времени. Мучительно много времени. — Давай! Мы почти у цели, брат! — Чего ты ждёшь? Двигайся! По понуканию моих товарищей я ускорил шаг. Пройдя ещё несколько минут... Фвуш. В бесконечной глади снежного поля мы стояли перед ярко горящим пламенем. — ...Оно меньше, чем я себе представлял. Маленькое пламя, размером едва ли с кулак. Но неизмеримая сила, исходившая от него, была более чем достаточной, чтобы подтвердить, что это действительно мифическая реликвия. — Разве это не удивительно? Что в таком маленьком пламени заключена сила, способная сжечь священную метку. Ответа не последовало. — Как думаете, что произойдёт, когда священная метка сгорит? Ответа не последовало. — Когда это случится, я, вероятно, больше не оживу, верно? Ответа не последовало. — Почему все вдруг так... Когда я повернулся туда, где стояли мои товарищи, всё, что я увидел, было пустым снежным полем. Воющая снежная буря. Тишина, павшая, как занавес. Белизна. Мир ослепительной белизны. — ...... Да. Я знал. Я знал всё это время, но заставлял себя игнорировать это. В этом мире больше никого не осталось, кто мог бы меня выслушать. — Ха-а. Я издал сухой смешок и сел на ближайший камень, сбросив узел со спины. Время настолько долгое, что его уже нельзя было посчитать. В это бесконечное время, за которое износилась даже моя душа, я хранил при себе свои самые драгоценные сокровища. — Юрен. Я вонзил обветшалый меч в землю. — Ты был величайшим героем и мечником, которого я когда-либо знал. Благодаря мужеству, которому я научился у тебя, я здесь. — Беральд. На этот раз я положил рваный балахон. — Сначала я думал, что ты сумасшедший, ведь ты был с отделения магов, но всегда размахивал кулаками вместо заклинаний. Но твоя теория была верна. Чтобы достичь вершины боевых искусств, нужно также овладеть магией. Благодаря упорству, которому я научился у тебя, я здесь. — Старшая София. Я положил сломанный посох на землю. — Извини, что не смог лучше использовать магию, которой ты так усердно меня учила. Благодаря мудрости, которой я научился у тебя, я здесь. — И... Последний предмет, оставшийся в узле. Моя рука, сжимающая чёрную повязку на глаза, задрожала. — Ирис. Это никогда не угаснет. Воспоминание о тех мягких губах. Тепло этого нежного прикосновения. — Спасибо, что любила такого человека, как я. Благодаря любви, которой я научился у тебя, я здесь. — Ха-а. Я тихо вздохнул. Я обхватил ярко горящее пламя обеими руками. Медленно я поднял пламя к священной метке, высеченной на моей левой груди. — ...... Я вспомнил. Тех, кто был моей единственной семьёй в мире, где я даже не знал лиц своих родителей. Самого храброго товарища. Самого стойкого брата. Самого мудрого наставника. И самую добрую возлюбленную. — ...Ах. Эмоции, которые давили на моё сердце. Они хлынули, как поток. — Ах, ух. Было так много вещей, которые я хотел сказать. Но я не мог произнести ни единого слова. На снежном поле, где не осталось никого, кто мог бы услышать. Только подобный звериному вопль моего горя рассеивался кружащимися снежинками. Фвуш! Ярко горящее пламя обожгло священную метку и просочилось в моё тело. И затем... [[image:/storage/reader-images/c4e6afe434cd0f0569f451def0b8aa7f65d2371a.png]] [[image:/storage/reader-images/2bdd6e9e72065b811ba421351c364d2c9046b53a.jpg]] * — Дейл! Дейл Хан! Яростный крик прозвенел в моих ушах. «Что?» Кто зовёт меня по имени? — Как ты смеешь спать на моём уроке? Ну и наглости у тебя! Вуш! Я увидел огромную руку размером с крышку от котла, рассекающую воздух. Прежде чем мой разум успел это осознать, моё тело сработало само. Хлоп! Я перехватил взмахнувшее запястье, рванул его к себе и в то же время вонзил сжатый кулак в его солнечное сплетение. Как только мой кулак коснулся его солнечного сплетения, я высвободил энергию внутри него взрывным всплеском. Боевое искусство, которому научил меня Беральд, потекло так же естественно, как вода. Бум! Треск! Хруст! С оглушительным грохотом неизвестный мужчина пролетел через всю комнату, врезавшись в учительский стол и рухнув на землю. — ...... — ...... И затем наступила тишина. Я нахмурился, оглядываясь на учеников, которые уставились на меня, разинув рты от шока. — ...Ха? Где, чёрт возьми, я сейчас нахожусь? ---------- Том 1 Глава 2 — Ты отстранён на неделю. — ...... — Что, тебе что-то не нравится? Мужчина среднего возраста, чей дикий вид напоминал льва, спросил низким, хриплым голосом. Лукас Кейн. Профессор, отвечавший за факультет воинов третьего курса во времена моей бытности курсантом-героем. Когда-то он был знаменитым героем, известным как «Кровожадная гончая», прославившимся убиением сотен демонов. И сегодня. Он также был человеком, которого я вырубил ударом кулака в солнечное сплетение, как только очнулся. — Срыв занятий и нападение на профессора... Ты должен радоваться, что тебя только отстранили. — ...Да. Я кивнул с ошеломлённым выражением лица, стоя перед профессором Лукасом, который свирепо смотрел на меня. — А теперь возвращайся в общежитие и начинай писать объяснительную. Мне нужно закончить остаток... Ух. Профессор Лукас попытался встать со стула, но его лицо исказилось от боли, когда он схватился за грудь. — Вы в порядке? — Не суй свой нос не в своё дело. На резкий отпор профессора Лукаса я повернулся и вышел из кабинета. По пути обратно в общежитие. Я медленно шёл к своей комнате, проходя по коридору, который обычно бурлил от курсантов. Посреди всей этой путаницы, полагаю, я мог считать себя счастливчиком. Даже спустя все эти бесчисленные годы номер комнаты в общежитии, где я жил четыре года в прошлом, всё ещё сохранялся в моей памяти. [Курсант-герой «Дейл Хан». Личность подтверждена.] Бззз, клац. Дверь открылась со знакомым механическим звуком, когда я поднёс наручные часы к плотно закрытой двери. Небольшая кровать, письменный стол и старая полка с несколькими дешёвыми бутылками вина на ней. — Это та же комната, которой я пользовался тогда. Хотя мои воспоминания о днях в качестве курсанта поблекли спустя столько времени, я всё ещё помнил облик комнаты в общежитии, где жил с 18 до 21. Я шагнул в холодную, тихую комнату и сел на поношенную кровать. — Что, чёрт возьми, произошло? После того как я вобрал «Первозданное Пламя» в своё тело. Я думал, что наконец-то смогу положить конец этой невыносимо долгой жизни, и закрыл глаза. — Но теперь я вернулся? Насколько я знал, Первозданное Пламя не обладало силой поворачивать время вспять. В конце концов, причина, по которой я скитался по континенту сотни, тысячи лет в поисках Первозданного Пламени, заключалась в том, что существовали записи, гласившие, что оно может сжечь благословение семи богов... «стигму». — Подожди, значит ли это... Я поспешно расстегнул рубашку и посмотрел вниз на свою левую грудь. Стигма, высеченная на моей левой груди. Метка, дарованная одним из семи богов, «Богом Леса», оставалась нетронутой, неизменной. — Ах. Холод пробежал по моему позвоночнику. Я так долго скитался по континенту, ища Первозданное Пламя с единственной надеждой на смерть. И всё это было впустую? «Нет, слишком рано делать выводы». Строго говоря, причина, по которой я стал телом, которое не могло даже лишить себя жизни, заключалась не в стигме, дарованной Богом Леса, а в «благословении возрождения», содержавшемся внутри этой стигмы. Каждый герой обладал стигмой, но лишь немногие герои имели благословение, которое было ещё более редкой силой. «Даже если стигма осталась, благословение могло исчезнуть». Проверить это было достаточно просто. Сррнг. Я обнажил меч, лежавший в углу комнаты, и поднёс его к своей шее. Царапины или пореза кожи мечом было бы недостаточно, чтобы подтвердить, исчезло ли благословение. Если только это не смертельная рана, которая может привести к смерти, благословение возрождения не активируется. Это оставляло мне только один вариант. Вух. Я крепко сжал рукоять меча. Шринк. Кровь хлынула фонтаном, окрашивая постельное бельё в красный цвет. И затем. Вуууунг. Голубой свет изошёл от стигмы на моей левой груди, и потемневшее зрение вернулось в норму. Моя голова, укатившаяся по полу, и пропитанные кровью простыни вернулись в своё первоначальное, нетронутое состояние, словно ничего и не произошло. — Хех. Слабый смешок вырвался из моих губ. Ничего не изменилось. Стигма, высеченная на моей левой груди, и содержащееся в ней благословение возрождения всё ещё были целы. Конец этой невыносимо долгой жизни оказался не точкой, а знаком повтора. «Итак, что произошло с Первозданным Пламенем?» Пока я размышлял, не исчезло ли Первозданное Пламя вместе с возвращением, эта мысль мелькнула в моей голове. — Ух! Сссссс! Острая боль, подобная ожогу от раскалённого железа, пронзила мою левую грудь. Когда я посмотрел вниз, то увидел слабое пламя, мерцавшее вокруг стигмы на моей груди, подобно пламени свечи. «Что это ещё такое?» С этим феноменом я никогда не сталкивался за те тысячи, десятки тысяч смертей, которые перенёс ранее. Причина, по которой это внезапное событие произошло сейчас, когда этого никогда не было прежде. Ответ на этот вопрос было несложно найти. «Означает ли это, что Первозданное Пламя не исчезло?» Хотя оно было ничтожно маленьким по сравнению с тем моментом, когда я впервые вобрал Первозданное Пламя. По крайней мере, похоже, само Первозданное Пламя не исчезло вместе с возвращением. «Хотя это не меняет того факта, что благословение возрождения не исчезло». Я схватился за пульсирующую голову и рухнул на кровать. Мой разум представлял собой запутанный клубок мыслей. — Возвращение... хм. Я положил руку на часы на левом запястье и слегка направил в них ману. Бззз. Луч света вырвался из часов, и появилось полупрозрачное голографическое окно. [Информация о курсанте] Имя: Дейл Хан Происхождение: Республика Курс: 3-й курс Факультет: Воин Рейтинг общей оценки курсанта: 472-й / 472 — Давно я этого не видел. Горький смех вырвался у меня, когда я посмотрел на рейтинг общей оценки в нижней части окна информации о курсанте. Вечный курсант на последнем месте. Худший тупица в истории академии героев. По словам профессора Лукаса, неоспоримый номер один среди курсантов в категории «тот, кто никогда не должен стать героем даже после выпуска». — Фух. Воспоминание о времени моего обучения оставляло горький осадок во рту. «Так в какой именно момент я вернулся?» Я закрыл голографическое окно и проверил дату на наручных часах; было начало марта, как раз когда начался семестр. «Тогда занятие, на котором я был ранее... это должна была быть Практическая Боевая Подготовка». Практическая Боевая Подготовка. Это было обязательное занятие для всех курсантов третьего курса, независимо от их факультета, призванное подготовить их к реальным битвам против монстров. «Впервые я проявил благословение возрождения во время промежуточной оценки на этом занятии». Пока я пролистывал пыльный альбом воспоминаний. — ...А? Словно вспышка молнии. Воспоминание, которое я забыл, поразило меня. — Подожди минутку... Если это первый семестр третьего курса, во время Практической Боевой Подготовки, тогда... Тум-тум. Моё сердцебиение отзывалось эхом в голове, словно она готова была взорваться. Прежде чем я успел закончить мысль, моё тело подействовало само по себе. Бабах! Я выбил дверь общежития с такой силой, что чуть не сломал её. Я выжал остатки маны, чтобы укрепить своё тело. Я побежал. Неважно, даже если ноги разрывались от нагрузки. Неважно, даже если лёгкие горели. Прямо сейчас... Ничто не имело большего значения, чем... Бац, хрясь! Я с силой распахнул дверь в аудиторию, из которой меня только что выгнали. — Что за...? — Дейл? Острые взгляды курсантов вонзились в меня. Игнорируя их, я двинулся вперёд. К задним рядам аудитории. К месту у окна, откуда мягко дул весенний ветерок. — Хм? Она была там. — Ир... ис. Она сидела у окна, но что-то в ней казалось незнакомым. Не потребовалось много времени, чтобы понять причину этой незнакомости. Это была пара прекрасных голубых глаз, которые, казалось, могли затянуть в себя, глаз, которых у неё больше не было в моих воспоминаниях. — Эм... Ты обращаешься ко мне? Она посмотрела на меня с недоумённым выражением лица, словно не могла понять, почему я внезапно назвал её по имени. Это была естественная реакция. В это время она и я не были возлюбленными, даже не были достаточно близки, чтобы провести нормальный разговор. Мы были абсолютными незнакомцами. На самом деле, когда я воссоединился с Ирис спустя десять лет после выпуска, она даже не помнила, что мы провели целый год на одних и тех же занятиях во времена нашей бытности курсантами. Что ж. С чего бы ей помнить такого дурака, как я, который занимал последнее место на каждом занятии с момента поступления и до выпуска, особенно когда от неё ожидали, что она станет героем, представляющим Святое Королевство в качестве «Святой»? До этого момента. — ...... Не говоря ни слова, я пошёл к её месту. — Что ты собираешься сделать со Святой?! Студентка с тёмно-синими волосами, завязанными в хвост, вскочила со своего места. Камилла Ведиче. Курсантка, которая была направлена напрямую из Святого Королевства для охраны Святой во время её обучения, а также рассматривалась как кандидат в курсанты на роль следующего «Меча Святого Королевства». — Отойди! Она свирепо крикнула, пытаясь обнажить меч на своей талии. Прежде чем она успела хотя бы вытащить меч из ножен, я протянул к ней руку. Кончики моих пальцев коснулись запястья, сжимавшего рукоять меча. — С дороги. Боевые Искусства Беральда. Небесный Переворот. — Что за...! Бум! Тело Камиллы перевернулось вверх тормашками и покатилось по полу. Аудитория заполнилась криками и воплями. Игнорируя весь этот шум. Я стоял перед ней. — ...Ах. Я помню. Я вспоминаю. Тепло, которое остывало, пока я держал её на руках. Дрожащую руку, которая гладила мою щеку, шепча, что всё будет в порядке. Улыбку, которую она выдавила через силу, только чтобы утешить меня, пока я плакал. — Ах, ух. Из моих губ вырвался сдавленный всхлип. Моё сердце словно горело, как будто палящая боль бушующих эмоций пронзила его. Что мне сказать? Какие слова мне предложить? Я знал. Что она не помнит меня таким, каким я был сейчас. Что всё время, которое мы провели вместе, существовало только в моих воспоминаниях. Но. Даже так. Слова, которые я шептал бесчисленное количество раз, пока шёл в одиночестве по заснеженной пустоши, подступили к горлу. Было так много вещей, которые я хотел сказать. Но только одно, что мне нужно было сказать. — Я рад... Что ты жива. — Я правда... рад. В жизни, где я гнался только за смертью. У меня теперь появилась причина жить. * — Твоё отстранение продлили до месяца. — За что? — Что значит «за что», ты, сумасшедший ублюдок! Ты ворвался в аудиторию во время отстранения, напал на курсанта... и на Святую, из всех людей, а теперь спрашиваешь «за что»? Ты из ума выжил! — Нападение? Это недоразумение. Я и пальцем не тронул Святую. — А как насчёт курсантки Камиллы? Давай, скажи мне, что ты и пальцем её не тронул! — Камилла сама это сказала, не так ли? Что она споткнулась и случайно упала. — Это потому, что она не могла признать, что не смогла даже обнажить меч против тебя! — Ой, да ладно вам, профессор. Как бы я вообще мог помешать Камилле Ведиче, кандидатке на роль «Меча Святого Королевства», обнажить её меч? — Ха. Думаешь, ты можешь обмануть меня этой жалкой актёрской игрой? Профессор Лукас уставился на меня пронзительным взглядом, оправдывая своё прозвище, и продолжил: — Кто ты, чёрт возьми... на самом деле? — Вы уже знаете. Я пожал плечами и заговорил со спокойным выражением лица: — Я Дейл. Занимающий 472-е место из 472. Самый низкоранговый курсант-герой, Дейл Хан. ---------- Том 1 Глава 3 Академия Героев Рейнальда. Пять Великих Героев, запечатавших Бога Демонов пять веков назад. Среди них академию основал Рейнальд Гелиос, лидер отряда и легендарный мечник. Благословенная Семью Богами, она собирала восемнадцатилетних юношей и девушек, пробудивших стигму, чтобы за четыре года обучения вылепить из них истинных героев. Герои — это личности настолько важные, что каждый из них способен повлиять на национальную мощь страны. В настоящее время Империя, Святое Королевство и Республика — три державы, разделяющие континент, — без лишних вопросов принимали в академию любого, кто пробудил стигму, чтобы заполучить хотя бы ещё одного превосходного героя. В результате естественным образом возникли проблемы. Навязывание тесных стен академии юнцам из разных стран, с разным статусом и происхождением приводило к бесконечным конфликтам между ними. В конце концов, после консультаций с различными героями и тремя странами, Академия Героев Рейнальда была объявлена полностью нейтральной зоной. Иными словами, — Итак, на территории академии запрещена любая дискриминация по признаку национальности или статуса. — И? — Даже если Ирис — Святая Святого Королевства, здесь она всего лишь курсант. — К чему ты клонишь? — Месяц — это слишком долго. Давайте сократим срок примерно до четырёх дней. — Ах ты... Профессор Лукас, молча слушавший его, схватился за затылок. — Изначально тебя отстранили на неделю! — Да, верно. — Но устроить происшествие во время отстранения и при этом просить сократить его до четырёх дней?! — При переговорах нужно заходить с козырей, разве нет? — Нет таких безумцев, которые устраивают переполох, а потом просят сократить срок отстранения! Ты думаешь, что находишься в положении, позволяющем торговаться со мной?! Профессор Лукас посмотрел на меня с выражением неверия на лице. Я слегка усмехнулся и тихо кивнул. — Скоро день рождения профессора Бьянки, верно? Профессор Бьянка, заведующая отделением Магов. По слухам, у неё были плохие отношения с профессором Лукасом. — ...С чего это ты вдруг заговорил о дне рождения профессора Бьянки? Но я знал. Я знал, что похожий на зверя профессор Лукас втайне влюблён в профессора Бьянку. — Разве вы не хотите узнать, что профессор Бьянка хотела бы получить в подарок на день рождения? — Ха. С чего бы мне об этом заботиться? — Вот как? Какая жалость. Если преподнести ей это в качестве подарка на день рождения, она может взглянуть на человека, с которым была в плохих отношениях, совсем иначе. — …… Я видел, как слегка задрожали глаза профессора Лукаса. Тук. Я оттолкнул стул назад и встал со своего места. — Что ж... раз вы не особенно заинтересованы, полагаю, я ничего не могу поделать. Я совершил проступок, так что молча приму своё наказание. Я вежливо склонил голову и повернулся, чтобы выйти из кабинета профессора. — ...Подожди минуту. Эхом раздался голос профессора Лукаса. Я развернулся с лёгкой улыбкой. — Что такое? — Я сокращу срок отстранения, но есть одно условие. — Если это то, что понравится профессору Бьянке- — Нет, кое-что другое. Профессор Лукас продолжил говорить с острым взглядом, словно видел меня насквозь. — Ты должен принять участие в завтрашнем спарринге отделения Воинов и победить. Таково условие. — Хм. Кто будет моим спарринг-партнёром? — Я тебе этого не скажу. Внезапное и неожиданное предложение спарринга. Было несложно догадаться, почему профессор Лукас выступил с таким предложением. «Как ни посмотри, для него это не имело никакого смысла». Это была внезапная атака, но его, известного как «кровожадная гончая», вхлам отделал кулаком курсант, только что пробудивший силы. Камилла Ведиче, занимавшая высокое место среди курсантов и даже рассматривавшаяся на роль следующего «Меча Святого Королевства», была повержена, даже не успев обнажить свой меч. Я был курсантом с самым низким общим рейтингом, умудрившимся совершить нечто невероятное. Было вполне понятно, почему профессор Лукас захотел убедиться в моих способностях лично. — Ладно. — ...Ты уверен в себе, не так ли? — Это всего лишь спарринг, так что беспокоиться не о чем, верно? — Хм. Профессор Лукас глубоко вздохнул, скрестил руки на груди и проглотил тихое мычание. Возможно, он думал: «Как этот парень так сильно изменился всего за один день?» Если это было так, к сожалению, я не мог ему ответить. Я даже не знал, почему вернулся. — Тогда я пойду. — Погоди минутку. — Хотите узнать что-то ещё? — Кхем! Кхем! Когда я повернул голову, чтобы посмотреть на профессора Лукаса, тот беспричинно кашлянул и осторожно заговорил: — И всё же... что именно хотела бы получить профессор Бьянка? — …… Как и ожидалось. Несмотря на свою внешность, в душе он был истинным романтиком. * На следующий день. Утром я проснулся и какое-то время лежал на кровати, тупо глядя в потолок. «Похоже, это был не просто мимолётный кошмар перед смертью». Не слишком ли долго я скитался по континенту в одиночку, гоняясь за Первозданным Пламенем? Я всё ещё не мог до конца осознать, что вернулся. — Фух. Я встал с кровати, умылся и посмотрел в влажное зеркало. Мои волосы, тёмно-серые, как пепел, и зелёные глаза. Это было моё лицо, которого я так долго не видел. «Моё лицо не изменилось». Пробудив Благословение Возрождения, я перестал стареть естественным образом, так что это было вполне объяснимо. Тупо глядя в зеркало, я быстро переоделся в курсантскую форму и направился на занятия. Форма, плотно облегавшая моё тело, всё ещё казалась несколько непривычной. Словно мне даровали новую жизнь. * — Ха, неужели вы действительно хотите, чтобы я спарринговался с этим парнем? Курсант с волнистыми светлыми волосами и точёной внешностью неприятно нахмурился. Феликс О'Дорман. Он был со мной в одном отделении и входил в сотню лучших курсантов третьего курса. — У тебя какие-то проблемы? — Нет. Дело вовсе не в этом... Феликс, хмурившийся всё это время, выпрямился от одного лишь взгляда профессора Лукаса. — Ха-а. Понял. Феликс глубоко вздохнул и поднял деревянный тренировочный меч. — Эй, ублюдок. Поторопись и обнажи свой меч, чтобы мы покончили с этим побыстрее. Феликс злобно уставился на меня раздражённым взглядом. Он посещал другой класс, поэтому мог не видеть, как я победил профессора Лукаса или усмирил Камиллу во время вчерашней «Практической боевой подготовки». Тем не менее, поскольку это стало горячей темой, он, возможно, слышал о том, что произошло вчера, но особого опасения ко мне не проявлял. Что ж. Даже если бы он услышал, что курсант с самого последнего места, который даже не мог обнажить свой меч, нокаутировал профессора или что я усмирил следующий «Меч Святого Королевства» одной рукой, разве он легко в это поверил бы? — Эй, ты слышал, что вчера вытворил этот парень Дейл? — О, это? Разве это не просто слухи? — Нет! Я сам это видел! Курсанты сгрудились вокруг, в их глазах зажглось любопытство, когда они услышали о моём спарринге с Феликсом. «Чувствую себя каким-то зверем на выставке». Я окинул взглядом собравшихся курсантов и подавил горькую улыбку. В прошлой жизни, за четыре года учёбы в качестве курсанта, я никогда не получал столь тёплого внимания. «Ну, впрочем, кое-какое внимание я тогда привлекал». Совсем не такое тёплое, как сейчас, а холодное, как лёд. — Хах. Я глубоко выдохнул и сжал в руке деревянный тренировочный меч. Ощущение тренировочного деревянного меча спустя тысячи лет оказалось на удивление приятным. Это было похоже на то, как держишь детскую игрушку, к которой не прикасался целую вечность. — Во время спарринга использование маны запрещено. — Ха, неужели вы думаете, что я не смогу победить без маны? Феликс выдавил из себя насмешливую улыбку, полную высокомерия. Мана. Также называемая Дыханием Богов, она была силой, которой могли владеть лишь герои, пробудившие стигму. — К счастью, у тебя и так нет маны, которую можно было бы запретить, верно? Феликс бросил на меня насмешливый взгляд, полный издёвки, и усмехнулся, тряхнув плечами. Как он и сказал, количество маны, которой я обладал, составляло менее десяти процентов от маны среднестатистического курсанта. «Низкий запас маны всегда был моей хронической проблемой». Из-за этого меня даже прозвали Кроликом Ханом, так как моя мана истощалась так же быстро, как спариваются кролики, когда я работал наёмником. Вспоминая все унижения и лишения, которые мне пришлось пережить из-за нехватки маны, я подавил горькую улыбку. «Что же мне теперь делать?» Я слегка постучал оземь концом своего деревянного тренировочного меча, погрузившись в раздумья. Вчера я действовал безрассудно, не думая ни о чем, но теперь всё было иначе. У меня была причина жить. «Тогда мне нужно решить, как жить дальше». Прислушиваясь к постукиванию деревянного меча о пол, я погрузился в мысли. — Эй, нападай. Всю свою жизнь. Я жил, гоняясь за другими. Я шёл, глядя им в спины. — Нападай же, ты что, не слышал, ублюдок? Дейл Хан, герой с самым низким рейтингом. Ярлык, который преследовал меня всю жизнь. Даже после долгой жизни наёмника и оттачивания своих навыков, когда меня выбрали одним из Пятых Последних Героев — последней надеждой человечества, ничего не изменилось. — Ха, посмотрите на этого ублюдка. Боишься? А? Боишься? Я всегда был занят погоней за другими. Шёл по проторенным ими дорогам. Шаг в шаг следовал за ними. Я просто задыхался, бежав вдогонку. — Если ты не пойдёшь ко мне, я сам пойду к тебе, ублюдок. И в конце этого пути, в холодной снежной глуши, где не осталось ни души, Я громко закричал: — Иди нахер, ублюдок!!! Никогда никого не ведя за собой. Никогда никому не протягивая руку помощи. Вот так я, Дейл Хан, и прожил свою жизнь. Тук. Я легко уклонился от яростно рассекающего воздух меча Феликса. Моей опорной ногой была правая. Сделав на ней поворот, я крутанулся и взмахнул деревянным тренировочным мечом снизу вверх. Солнечный Меч. Первая Форма, Начальное Затмение. Кванг! С оглушительным звуком, в который трудно было поверить, учитывая, что это был деревянный тренировочный меч, тело Феликса отбросило назад, и он покатился по полу. — Кхе, кхм, увээээк! Феликс, кувыркавшийся по полу, схватился за живот, куда пришёлся прямой удар, и его вырвало. Я постучал оземь концом вытянутого деревянного меча и произнёс: — Что такое? Ты же говорил, что сначала сам подойдёшь ко мне? Передумал? Ничего не попишешь. — Тогда я сам подойду к тебе. С этой минуты. Я больше не буду жить так. ---------- Том 1 Глава 4 В тренировочном зале воцарилась тишина. Профессор Лукас, предложивший этот спарринг, и курсанты, толпами сбежавшиеся посмотреть на что-нибудь интересное, в шоке пялились на Феликса, которого вырвало прямо на пол тренировочного зала. Феликс О'Дорман. Будучи аристократом из семьи имперского виконта, он пробудил стигму «Бога Моря» — наследие, передававшееся в его роду из поколения в поколение. Его характер был невыносимо высокомерным, а к манерам он относился пренебрежительно, из-за чего не пользовался популярностью даже в академии. Но было в нём одно качество, которое признавали абсолютно все. — Феликс проиграл в фехтовании? — И... его полностью превзошли? Этим качеством было его чистое мастерство владения мечом, не подкреплённое никакой маной. В дуэлях, где использование маны было ограничено, Феликс входил в топ-50 — нет, даже в топ-30 среди курсантов. И тем не менее Феликс проиграл. Причём проиграл разгромно, не сумев нанести ни одного нормального удара. «Что это сейчас было за фехтование?..» На лице профессора Лукаса отразилось замешательство, когда он вспомнил ту технику, которую продемонстрировал Дейл. Обладая прозвищем Кровожадная гончая за свою проницательность и наблюдательность, он сразу всё понял. Фехтование, которое только что использовал Дейл, безошибочно было... «Солнечным Клинком?» Солнечный Клинок. Сильнейшее фехтование империи — нет, сильнейшее на всём континенте, созданное легендарным героем Рейнальдом Гелиосом, который запечатал Бога Демонов пятьсот лет назад. Как Дейл, который даже не принадлежал к семье Гелиос и вообще не был родом из империи, мог использовать его? «Нет, тут всё иначе». Продолжая спокойно размышлять, Лукас покачал головой. «Базовая форма похожа, но это не тот Солнечный Клинок, который я знаю». Он мог утверждать это наверняка, поскольку совсем недавно видел, как Юрен Гелиос, старший сын герцогской семьи Гелиос и прославленный наследник Солнечного Клинка, сам владел этой техникой. Техника, показанная Дейлом, на первый взгляд казалась похожей на Солнечный Клинок, но на самом деле кардинально отличалась. Всё выглядело так, будто кто-то тщательно препарировал Солнечный Клинок и перекроил его под себя. Если бы не его собственная наблюдательность, кто-то другой мог бы даже не заметить сходства между фехтованием Дейла и Солнечным Клинком. «Даже если предположить, что сходство с Солнечным Клинком случайно... сам факт того, что Дейл способен сражаться на таком уровне, непостижим». Была причина, почему Дейл на протяжении трёх лет с момента поступления неизменно занимал последнее место в общих рейтингах. Дело было не только в том, что маны у него оказалось значительно меньше, чем у остальных курсантов, но и в том, что он слыл таким безнадёжным увальнем, что слово «безнадёжный» казалось слишком мягким. И тем не менее. Всего за один день он будто превратился совершенно в другого человека, продемонстрировав поразительный уровень мастерства. — Что такое? Ты же говорил, что сначала сам подойдёшь ко мне? Передумал? Прежде чем Лукас успел глубже погрузиться в свои мысли, тишину нарушил низкий голос. Тук, тук. Дейл постучал острием деревянного меча по полу и сделал шаг вперёд. — Тогда я сам подойду к тебе. — Чёрт... Феликс, всё ещё валявшийся на полу тренировочного зала после рвоты, с трудом поднялся на ноги. — Ах ты... ублюдок! С искажённым от ярости лицом Феликс со звериным рычанием бросился на Дейла. Они снова столкнулись. — Бац! — Кхм! И снова меч Феликса даже не коснулся одежды Дейла. Феликса отбросило назад, и он рухнул на землю, а его глаза дрожали от неверия. В первый раз он мог всё списать на внезапность, но сейчас всё было иначе. — Как такое возможно?.. В памяти внезапно всплыли слухи, услышанные им мельком накануне. Слухи о том, что Дейл вырубил профессора Лукаса. Слухи о том, что он одной рукой усмирил Камиллу Ведиче. Настолько нелепые слухи, что Феликс даже не удостаивал их вниманием. «Значит, те слухи были правдой?» Феликс недоверчиво покачал головой, глубоко нахмурившись. «Нет, этого не может быть». Несмотря на то, что его только что сбили с ног, не дав толком взмахнуть мечом, укоренившиеся за последние годы предрассудки заставляли Феликса отрицать очевидную реальность. — ...Дейл Хан. Стиснув зубы, Феликс сжал деревянный меч так крепко, что тот казалось вот-вот сломается. — Посмотрим, долго ли ты сможешь сохранять эту заносчивость. Стигма на левой стороне груди Феликса начала светиться, окутывая его тело мягким синеватым светом. Мана. Божественное дыхание — сила, которой могли владеть лишь те, кто пробудил стигму, — разлилось по всему его телу. — Ха-а-ап! Свист! Феликс взмахнул мечом с взрывной скоростью, с которой не могло сравниться ничто из прежнего. — Феликс О'Дорман! Профессор Лукас, наблюдавший за дуэлью, поспешно поднялся на ноги, но останавливать уже занесённый меч было поздно. — Попробуй-ка заблокировать это! Когда раздался яростный крик Феликса, Дейл спокойно посмотрел на деревянный меч, окутанный синей аурой. Уголки его губ тронула лёгкая улыбка. «Если подумать, Юрен как-то говорил...» Он говорил мне, что если я достигну вершины Солнечного Клинка, то смогу рассечь само небо без использования маны. «Ну, до уровня рассечения неба я ещё не дорос». Но по крайней мере мне вполне по силам разрубить этот дубовый учебный меч. — Ссс... Глубоко вздохнув, я отвёл меч назад к плечу. Слегка пригнувшись, я перенёс весь вес тела на ногу, твёрдо упиравшуюся в землю. Словно сжатая до предела пружина, стопа высвободила накопленную силу, направив её через всё тело в клинок. А затем. Я нанёс удар. — Дзинь! Раздался чистый металлический звон, которого никак не должно было быть от деревянного учебного меча, и меч Феликса, всё ещё зажатый в его руке, аккуратно разрезало пополам и бросило на землю. — ...А? Феликс остолбенело уставился на сломанный деревянный меч. — Что... что только что произошло? Мана может даровать бесчисленные способности, но её самый фундаментальный эффект — это чистое физическое усиление. Мана обладает чудесным свойством, позволяющим даже тончайшей ветке забить гвоздь в железо. «Он расколол мой меч пополам без маны?» Обычным деревянным учебным мечом? «Этого не может быть». Это всё равно что перерезать прутом массивный железный стержень. Нет, может быть, прутом и можно было оставить вмятину на железе, если постараться сотню раз, но как немагический деревянный меч мог разрезать меч, пропитанный маной? Это было невозможно независимо от того, замешана тут магия или нет. В конце концов, учебный меч был не более чем дубовой палкой. — Какую уловку ты... кхм! Бац. Прежде чем Феликс успел договорить, кулак Дейла молниеносно взметнулся и прямо пришёлся Феликсу в челюсть. Феликс рухнул на землю, как марионетка с обрезанными нитями. — ...... — ...... Никаких оваций победителю, никаких улюлюканий проигравшему. В опустившейся, словно занавес, тишине я спокойно повернулся к профессору Лукасу и произнёс: — Как и было обещано, моё отстранение сократят до четырёх дней, верно? — ...А, э-э, да. Профессор Лукас кивнул, всё ещё пребывая в оцепенении. Хотя он видел всё своими глазами, он не мог понять, что произошло, но я утруждать себя объяснениями не стал. Даже если бы попытался объяснить, он всё равно ничего не понял бы. — Ну что ж. Увидимся на следующей неделе, профессор. Я вежливо поклонился и вышел из тренировочного зала. Наступило время обеда, поэтому в академии было оживлённо — курсанты сновали туда-сюда. — Четыре дня, значит. Поскольку сегодня вторник, у меня есть примерно шесть дней, включая выходные. «Мне предстоит многое сделать». Теперь, когда я решил начать новую жизнь, предстояло подготовить целую гору дел. «Я больше ничего не потеряю». До сих пор моя жизнь была полна утрат. Я потерял своего самого дорогого друга, брата, наставницу, возлюбленную — всех, кто был мне дорог. Я не смог защитить никого из них. Я потерял их всех. «Пусть я не могу выбрать, чем закончится эта жизнь, зато я могу выбрать, как её прожить». На этот раз я никого не потеряю. На этот раз я защищу их собственными руками. — Пойдём. С твёрдой решимостью в сердце я направился обратно в общежитие. * — А я думала, куда ты пропал, раз никто не открыл на стук в дверь, а ты вон где? Когда я шёл по коридору к общежитию, до моих ушей донёсся до боли знакомый голос. — ...Ирис? Разве вчера я не выплеснул достаточно эмоций? Стоило мне увидеть Ирис, как грудь снова сжало, а на глаза навернулись слёзы. — Ты ведь Дейл Хан... верно? — А, да. Я едва заставил себя взять в руки и кивнул. Ирис приблизилась ко мне изящными, размеренными шагами, казавшимися почти грациозными. Её синие глаза, казалось, вобравшие в себя само небо, приблизились. — ...Ха. Её глаза были единственной непривычной деталью на таком знакомом лице. Видя её целой и невредимой, до того как она потеряла зрение из-за проклятия Бога Демонов, моё сердце забилось так, будто сорвалось с катушек. Впрочем, неудивительно. Даже когда её глаза были закрыты чёрной повязкой, она оставалась красивейшей из всех, кого я знал. А теперь, видя её вот так? Её красота была настолько ошеломляющей, что беспочвенные слухи о том, будто она — одна из Семи Богов, переродившаяся в человеческом облике, казались почти правдоподобными. — Хм. Подойдя совсем близко, Ирис окинула меня оценивающим взглядом с ног до головы, после чего огляделась по сторонам. «Ирис». Глядя на неё, я вспомнил всё время, проведённое вместе. Она всегда была тёплой и доброй, идеально воплощая звание Святой. Она была настолько мягкосердечной, что колебалась, даже когда требовалось прихлопнуть крошечное насекомое. Она каждый день брала меня за руку, спрашивая, в порядке ли я, не больно ли мне, хотя прекрасно знала, что я вернусь к жизни в мгновение ока. Чем больше я думал о ней, тем сильнее жгло глаза от подступающих слёз. А затем. Хлёст! Резкая боль отбросила мою голову в сторону. — А? Держась за саднящую щеку и издавая озадаченный звук, я почувствовал, как Ирис грубо схватила меня за воротник и заговорила: — Эй, ты возомнил себя невесть кем, раз обращаешься ко мне неформально? Ты вообще знаешь, кто я? Эм... Прости? Ирис? — Ладно, мы учимся на одном курсе, так что я пропущу фамильярность мимо ушей. Но что это было вчера, а? Какого чёрта ты смеешь поднимать руку на мою подругу, ублюдок? — ...... Ошеломлённый, я легко понял, почему она так разъярилась. Честно говоря, если взглянуть на ситуацию с её точки зрения, всё выглядело абсолютно логично. Для неё я был лишь малознакомым курсантом, с которым она даже никогда не разговаривала. Я появился из ниоткуда, швырнул на землю её подругу и телохранительницу, а затем внезапно начал плакать перед ней. Любой — нет, даже самый уравновешенный человек — разозлился бы. — Прости. Вчера я просто... на мгновение потерял контроль. Позже я должным образом извинюсь перед Камиллой. — Хм. Ирис, казавшаяся готовой сорваться на ещё более резкие слова, немного смягчилась, услышав мои искренние извинения, и отпустила мой воротник. — Ну, раз ты извиняешься, ладно уж. Ирис пожала плечами и отступила от меня на шаг. — Ах да, и ты должен забыть всё, что произошло сейчас, понял? Если нет... Она мило улыбнулась. Той самой нежной улыбкой, которая так живо отпечаталась в моей памяти. Самым ласковым голосом — Тебе конец. Прошептала она. ---------- Том 1 Глава 5 В старой комнате общежития. Я сидел на кровати в полном одиночестве, рассеянно потирая щеку, где всё ещё горел фантомный след от пощёчины. — ...Что вообще только что произошло? Было ли это похоже на то, что чувствовал профессор Лукас, когда увидел во мне перемены после моего возвращения? Огромную пропасть между той нежной и добросердечной Ирис, которую я помнил, и той, что схватила меня за воротник и выругалась, было трудно уложить в голове. «Моё возвращение никак не могло повлиять на Ирис». В голову приходила лишь одна мысль. — Подумать только, я столько времени провёл с ней и даже толком не знал собственную возлюбленную. Я издал самоуничижительный вздох и тихо цыкнул языком. Если подумать, Ирис всегда была мягкой и доброй, но когда дело касалось демонов или монстров, она проявляла такую безжалостную эффективность, что любой наблюдатель невольно ёжился. «Я думал, это просто потому, что она была Святой Церкви Семи Звёзд». Для последователей Семи Богов, принадлежавших к Церкви Семи Звёзд, прислужники Бога Демонов являлись неисправимыми врагами. Поэтому я предполагал, что её временами прорывавшаяся свирепость — всего лишь проявление религиозного рвения. «Оказывается, у неё всегда был вспыльчивый характер». Осознание вещей, которых я не знал о ней, когда мы были влюблены — или, вернее, которых не замечал, потому что был влюблён, — вызывало бурю смешанных эмоций. Здесь была и радость от открытия той её стороны, которую я не видел в своей прошлой жизни, и горькое понимание того, что теперь я для неё — всего лишь посторонний человек, перед которым даже притворяться не стоит. А ещё тревога по поводу того, как мне теперь общаться с остальными товарищами в будущем. — Если подумать, я почти не знаю, какими они были будучи курсантами, если не считать Беральда. Юрен, старшая София и Ирис. Мы все учились в академии примерно в одно и то же время, но единственным, с кем у меня завязалась настоящая связь до выпуска, был Беральд. Да и с Беральдом мы начали разговаривать только потому, что оба застряли на дополнительных занятиях; лишь намного позже, уже после выпуска, мы стали товарищами. «Пожалуй, пока стоит отложить встречу с ними». Как сильно ни рвалось моё сердце к боевым товарищам, если бы я снова поддался эмоциям, как в случае с Ирис, то оставил бы о себе ужасное первое впечатление. — Фух. Сначала нужно разобраться с собственным состоянием, прежде чем показываться остальным. Я глубоко вздохнул и отогнал чувства сожаления. Сейчас значение имела вовсе не встреча со старыми друзьями. «Для начала нужно оценить нынешнее положение». Я закрыл глаза и медленно потянул ману. Я чувствовал крошечное количество маны, распространяющееся по всему телу с центром в области стигмы. — Какой кошмар. Распределив ману по телу, чтобы проверить его состояние, я нахмурился. Для человека, который вроде как считался курсантом-героем, моё физическое состояние оставляло желать лучшего. Конечно, база у меня была наработана до определённого уровня, но это походило лишь на результаты слепых и бездумных тренировок. Мышцы верхней и нижней части туловища находились в дисбалансе, а корпус, являвшийся самым важным для боя элементом, был недоразвит. «Придётся снова начать с базовых тренировок на силу и выносливость». Раскачать тело заново оказалось бы не слишком сложно, учитывая, что меня лично гонял Беральд, устраивавший мне изнурительные — в буквальном смысле смертельные — тренировки лишь потому, что я мгновенно воскресал после любой гибели. «Проблема в этом жалком количестве маны». В прошлой жизни я бесконечно страдал из-за нехватки маны, но сейчас ситуация выглядела ещё хуже — её уровень оказался значительно ниже прежнего. — Тц. Каким бы мастером меча или боевых искусств я ни являлся, существовал предел того, чего можно было добиться одной лишь техникой. Для героев мана служила аналогом весовой категории. Когда разница в мане достигала колоссальных масштабов, возникали ситуации, в которых твои атаки просто не проходили по противнику, какой бы филигранной ни была техника. Какой толк от мастерства, если клинок отскакивает от уязвимой точки врага из-за его превосходящей маны? «Ну... не то чтобы совсем не было выхода». В прошлой жизни мне довелось вести бесчисленные битвы против соперников с неизмеримо превосходящей маной, так что в запасе имелось несколько тузов в рукаве. Но. План на крайний случай потому так и называется. Чтобы изначально не загонять себя в отчаянное положение, требовалось обеспечить хотя бы минимальный запас маны. — В конце концов, мне нужно найти способ увеличить её количество. Ха. Из глубины груди вырвался тяжёлый вздох. Для героев увеличение запаса маны шло по прямому пути. Всё сводилось к семи различным техникам дыхания, соответствующим типу принадлежащей им стигмы. Вдыхая дыхание богов и накапливая его в своей стигме, герои постепенно увеличивали ману. «Солнце, Луна, Звёзды, Небо, Земля, Море... и». Даже дыхание Леса. Я знал все семь типов дыхательных техник, но... — Ох, какой в них толк? Сколько ни старайся, мана не накапливается. Дело было в чистом отсутствии таланта или в чём-то ещё — я не знал. Однако, в отличие от остальных людей, я не мог копить ману с помощью техник дыхания. «Конечно, объём накапливаемой маны у каждого свой, но полное её отсутствие — это уже перебор». Воспоминания о бесчисленных попытках увеличить свой жалкий резерв в прошлой жизни уже начинали вызывать головную боль. — Хм... И всё же стоит попробовать ещё раз, на случай если что-то изменилось. Вдруг после возвращения ситуация сдвинулась с мёртвой точки? — Ссс... Сев на кровати, я сделал долгий и глубокий вдох. Поскольку моя стигма принадлежала богу Леса, я начал с дыхания Леса, которое должно было оказаться наиболее эффективным для накопления маны. Затем я последовательно перешёл к дыханию Солнца, Луны, Звёзд, Неба, Земли и Моря. — Ха-а-ах. Закончив со всеми семью техниками дыхания, я медленно открыл глаза. И количество маны, хранившейся в стигме... осталось прежним. — Чёрт возьми. Да, стоило понимать, что надеяться на чудо не стоило. «Похоже, от увеличения маны через дыхательные техники придётся отказаться». Оставались лишь нетрадиционные методы. На ум приходили особые эликсиры, редкие мистические существа или артефакты, способные нарастить ману. Но. «Достать их сейчас слишком трудно». Для курсанта действовало слишком много ограничений на передвижения, да и даже если бы удалось куда-то выбраться, никто не гарантировал успех в добыче подобных вещей. — Эх. Пока я ломал голову над дальнейшими действиями, в памяти всплыла информация из древней записи, найденной давным-давно в каких-то руинах. «Причиной появления маны было Первозданное Пламя, верно?» История гласила следующее. В далёком прошлом Древо Творения выросло и породило мир, после чего на свет появились восемь богов. Восемь божеств начали формировать мир в соответствии со своими законами. Первый бог создал Солнце. Второй бог создал Луну. Третий бог создал Звёзды. Четвёртый бог создал Небо. Пятый бог создал Землю. Шестой бог создал Море. Седьмой бог создал Лес. Но последний, восьмой бог... Нарушил законы творения и создал первое пламя. «Это было Первозданное Пламя». Восьмой бог, нарушивший правила, предав остальных семерых божеств и обративший Древо Творения в пепел с помощью Первозданного Пламени, впоследствии вошёл в историю как бог демонов. А из пепла Древа Творения родилась мана. Мана, также известная как дыхание богов, представляет собой ту самую чудесную силу, которую все знают сегодня. — ...Первозданное Пламя. Ранее я уже убедился, что Первозданное Пламя, поглощённое в прошлой жизни, не исчезло после моего возвращения. Но я понятия не имел, как им управлять. «Прямо сейчас я даже не чувствую искру Первозданного Пламени». Невозможно пытаться контролировать то, что даже не удаётся ощутить. — Так... Вчера, когда я чувствовал присутствие Первозданного Пламени... Сидя на кровати и размышляя, я невольно перевёл взгляд на лежавший рядом меч. Черт. С моих губ сорвалось тихое ругательство. Я вздохнул и обнажил клинок. Лезвие, так чисто снёсшее мне голову в прошлый раз, снова коснулось затылка. «Ну, мне не привыкать». В этот момент смерть меня уже не пугала. — Взмах! Знакомым движением я крепче сжал рукоять. Холодное ощущение острого клинка, режущего плоть, разлилось по телу. Сколько бы раз ни приходилось испытывать смерть... К чувству разрезаемой плоти невозможно привыкнуть. Бум, стук. Моя отрубленная голова покатилась по полу. Из обрубка шеи хлынула кровь, и зрение погрузилось во мрак. Прошло несколько секунд. — Ву-у-ух! Стигма на левой стороне груди начала светиться, и потемневшее зрение вернулось в норму. — Ху-у... Я тихо выдохнул и потёр заднюю часть шеи. Катившаяся по полу голова снова оказалась на плечах, словно время повернулось вспять. Пока я пытался избавиться от эхом застрявшего в памяти ощущения лезвия на коже... — Ух! — Ссссс! Боль, похожая на прикосновение раскалённого докрасна железа к левой стороне груди, сопровождаемая слабыми языками пламени вокруг стигмы... С подобным феноменом в прошлой жизни я не сталкивался. «Если это эффект Первозданного Пламени...» То слабо мерцающие огоньки вокруг стигмы определенно были самим Первозданным Пламенем. — Хм. Усевшись на кровати, я закрыл глаза и медленно выровнял дыхание, вспоминая медитативные техники, которым учила старшая София. Ощутив лёгкость во всем теле, я сосредоточил всё внимание на левой стороне груди. «Я чувствую его». Слабо, но ощущаю. Дикое пламя, заявляющее о своём присутствии. «Каким-то образом мне удалось почувствовать энергию Первозданного Пламени, но...» Что делать дальше, я не знал. «Оно не двигается». Я вложил все ментальные усилия в попытку сдвинуть энергию Первозданного Пламени силой воли, но она даже не шелохнулась, словно я пытался голыми руками схватить ревущий костёр. Спустя примерно пять минут обильного потения и предельной концентрации... Боль в левой части груди исчезла так же внезапно, как появилась, и я больше не мог ощущать энергию Первозданного Пламени. — Тц. Я легко цыкнул языком и прервал медитацию. «Похоже, мне по-прежнему не под силу контролировать Первозданное Пламя одной лишь силой воли». Хотя энергию удалось уловить, сделать что-либо большее я не мог. — Эх. Сидя с удручённым выражением лица... — ...А? Что-то изменилось. В области стигмы ощутилось нечто иное, чем прежде. «Что это?» Я вновь распределил по телу находившуюся в стигме ману, чтобы проверить её состояние. Пусть количество оказалось настолько ничтожным, что его легко было пропустить мимо внимания без строгой концентрации... — Мана увеличилась? До и после того, как я снёс себе голову, прослеживалась едва уловимая разница, но общий объем маны действительно стал больше. — Ха. Между губ вырвался пустой смешок. — Значит теперь... Моя мана автоматически увеличивается с каждой смертью? ---------- Том 1 Глава 6 Вух! Бух. Врррм. Прошло три дня с тех пор, как я заперся в общежитии, снова и снова умирая и возрождаясь. Путём различных экспериментов я кое-что выяснил. Во-первых, многократные смерти и возрождения не увеличивают мою ману бесконечно. Во-вторых, после одного возрождения и прироста маны требуется около шести часов до следующего увеличения. В-третьих, хотя я могу умирать и возрождаться до четырёх раз в день, количество получаемой маны намного превосходит то, что можно накопить с помощью обычных «техник дыхания». «Чёрт, это безумие». Я посмотрел на блокнот, в котором записывал свои попытки и ошибки за последние три дня, испытывая чувство гордости. Проблема с маной, которая сковывала меня в прошлой жизни... Я и представить не мог, что решу её столь нелепым способом. «Способ накопления маны довольно... необычный». Четыре раза в день. Чтобы увеличить запас маны, мне приходится умирать каждые шесть часов; как ни пытайся это приукрасить, нормальным методом это не назовёшь. «Значит, я должен умереть сразу после утреннего подъёма, потом умереть после обеда, умереть после ужина и в последний раз умереть перед сном?» Чёрт возьми. Даже я считаю это безумием. «Ну, а какой у меня выбор?» Я не могу накопить ману обычными методами, так что другого выхода нет. В прошлой жизни, если бы Ирис застала меня за этим, она бы избила меня до кровавых потёков на спине, но теперь некому отчитать меня за безрассудное отношение к собственной жизни. «...Тц». Я подавил желание предаться воспоминаниям о её наставлениях и продолжил размышлять. «Я переживал, что этот способ износит или даже сотрёт мою стигму». Изначально сила Первозданного Пламени должна была поглотить и стереть стигму. Каким-то образом, даже после поглощения Первозданного Пламени, моя стигма осталась целой, но я не мог отделаться от беспокойства: а вдруг при дальнейшем использовании силы Первозданного Пламени стигма и таящееся в ней благословение возрождения исчезнут? «Пока что никаких изменений». Стигма, высеченная на моей левой груди, оставалась совершенно целой, без каких-либо признаков износа или исчезновения. Заключённое в ней благословение возрождения также возвращало меня к жизни ничем не хуже, чем раньше. «Ха». Если подумать, ситуация забавляла. «Я столько терпел лишь ради того, чтобы умереть окончательно». А теперь вот сижу и переживаю, как бы не пропало благословение возрождения. Я невольно усмехнулся про себя. Так или иначе, тот факт, что Первозданное Пламя не смогло стереть «благословение возрождения» внутри моей стигмы, было хорошей новостью. «Если я и дальше смогу так увеличивать ману... я достигну высот, далеко превосходящих всё, чего добился в прошлой жизни». Если это произойдёт... Я смогу защитить тех, кого не смог защитить. Я смогу спасти тех, кого не смог спасти. Я смогу... Перестать кого-либо терять. «......» Прежде чем воспоминания о прошлой жизни успели всплыть на поверхность, я открыл глаза. «Ну что ж, посмотрим...» Заложив прочный фундамент, пора было раздобыть мощное оружие. «Оружие». Я начал перебирать воспоминания о прошлой жизни в поисках чего-нибудь полезного. «Оно не должно быть слишком сложным в получении или обращении». Артефакты древности или оружие, наделённое божественной силой... Мне вспомнились несколько артефактов, которые я разыскивал по всему континенту в прошлой жизни, но в данный момент заполучить их было практически невозможно. «Даже если бы я смог их заполучить, то не сумел бы использовать как следует». Чем мощнее артефакт, тем выше уровень требуется для его ношения. Прямо сейчас, не считая воспоминаний в моей голове, большинство моих навыков были сброшены. Даже если бы мне удалось раздобыть один из них, я вряд ли смог бы эффективно им пользоваться. «Оружие, которое я могу быстро получить и которое станет моим козырем прямо сейчас». Первое, что пришло на ум. «Усилитель стигмы». Зелье, заставляющее стигму впасть в бешенство и дарующее временную колоссальную силу. Для такого человека, как я, испытывавшего дефицит маны, это было настоящей находкой. «Хотя называть это оружием как-то странно». Но учитывая его эффект, оно достаточно мощно, чтобы превзойти большинство артефактов, так что называть его оружием не совсем ошибка. Конечно. Побочные эффекты были столь же суровыми, сколь мощным был сам эффект. Даже одна доза выворачивала наизнанку кровеносные сосуды всего тела, а многократное применение могло расплавить внутренности и привести к смерти. «Ну, для меня это не имеет значения». Я бросил взгляд на стигму, высеченную у меня на левой груди, и усмехнулся. «Теперь, когда план составлен, пора отправляться в путь». Место, где жил создатель Усилителя стигмы, сыгравший впоследствии ключевую роль в войне с демонами... Это место... «Геройская академия Рейнальда». Да. Это была именно та школа, в которой я сейчас учусь. * В кабинете профессора Отделения Воином. Профессор Лукас посмотрел на меня взглядом, говорившим: «Какую пакость ты замышляешь на этот раз?» — Ты хочешь встретиться с профессором Джейдом? — Да. Джейд Бастиан. Профессор, признанный главным экспертом континента по исследованию стигм. — С чего вдруг Джейд? Он исследователь, так что у курсанта нет причин искать с ним встречи. — Я хочу проконсультироваться с ним по поводу своей будущей карьеры. — Но профессор Джейд заведует Отделением Магов, разве нет? — Исследования, связанные со стигмами, не ограничиваются отделением, верно? — ...Хм. Глаза профессора Лукаса потемнели. — ...Консультация по поводу карьеры, говоришь? С профессором Джейдом? Он посмотрел на меня взглядом, острым как у зверя. — Ты вообще знаешь, как его называют в школе? — Конечно. Как я могу не знать? Даже спустя столько времени. Кто сможет забыть печально известного «Убийцу студентов»? — И при этом ты всё ещё хочешь с ним встретиться? — Разве это не просто слух? История о том, как профессор Джейд убил студента. — Слух, говоришь? Профессор Лукас недовольно нахмурился. Впрочем, удивляться было нечему. — Два года назад не кто иной, как сам профессор Джейд, хвастался тем, что убил курсанта Оскара. — Разве расследование не завершили выводом о несчастном случае во время эксперимента? — Только потому, что этот ублюдок из рода Бастианов! Бац! Профессор Лукас с досадой грохнул кулаком по столу. — Даже если это действительно был несчастный случай, профессору не подобает так себя вести! Его массивный кулак дрожал, когда он продолжал преисполненным гнева голосом: — Знаешь ли ты, что эта сволочь вытворила у могилы Оскара? А? Я отчётливо слышал, как он оскорбил покойного студента, назвав его жалким ублюдком! — Разве вы там не присутствовали? Это ведь вы ударили профессора Джейда по лицу и получили за это отстранение? — Ну... это, кхм. Я тогда был ещё молодым. — Ха-ха. Кто-нибудь мог бы подумать, что вы говорите о событиях двадцатилетней давности, профессор. — Заткнись, сопляк! Рявкнул профессор Лукас, пиная меня по голени. Вух. Я машинально изогнулся, уворачиваясь от его пинка. — Ты... Профессор Лукас уставился на меня своим фирменным хищным взглядом. — Как, чёрт возьми, ты умудрился так сильно измениться за одну ночь? — Я вернулся из будущего. — Чушь собачья. Но я ведь серьёзен. Я действительно вернулся, так что сбрасывать это со счетов как-то нечестно. — Ты... Ты ведь не заключал сделку с демоном или вроде того? — Вы же знаете, что герой, пробудивший Стигму Семи Богов, не может стать демоном. — ...Хм. Он сглотнул слюну, нахмурившись так, будто был совершенно растерян. Если и было что-то, в чём я ему солгал... «Вообще-то герой вполне может заключить сделку с демоном и сам стать им». Конечно, это история из будущего, когда печать демона ослабнет. Но здесь не нужно упоминать ничего такого, что могло бы вызвать ненужные недоразумения. — Ну, полагаю... Даже во время твоего отстранения нет правил, запрещающих встречаться с другими профессорами. Я выпишу тебе направление, так что ступай. — Спасибо. — Хм. Иди сдохни или делай что хочешь. Профессор Лукас с хмурым выражением лица накарябал направление. Взяв у него направление, я повернулся, чтобы выйти из кабинета. Щелчок. Когда я уже собирался открыть дверь и выйти: — ...Если что-то случится, иди прямо ко мне. Я услышал за спиной голос профессора Лукаса, полный беспокойства. Я слабо улыбнулся и кивнул. «Вот же...» Его характер сильно отличается от его внешности. * Лаборатория профессора Джейда располагалась в самом уединённом уголке школы. Кампус был настолько огромен, что большинство курсантов, пожалуй, даже не догадывались о существовании лаборатории в столь скрытном месте. Тук-тук. Я постучал в плотно закрытую дверь лаборатории. Тук-тук-тук. Я попробовал постучать несколько раз, но изнутри никто не ответил. Бац-бац-бац! — Профессор Джейд. Я знаю, что вы внутри. На этот раз я постучал в дверь сильнее. Вскоре со скрипом дверь медленно отворилась. Стоило двери приоткрыться, как наружу тут же пахнуло отвратительной вонью. Заглянув внутрь через щель, я увидел лабораторию настолько захламлённую, что она походила на дом с привидениями. — Кто... ты? Старик выглянул через приоткрытую дверь. Его лицо покрывали морщины и старческие пятна. Седые волосы сбились в колтуны, казалось, их не мыли уже несколько дней, а на нём была надета мантия настолько грязная, что её нельзя было использовать даже в качестве половой тряпки. Он выглядел точь-в-точь как профессор Джейд, которого я помнил. — Я Дейл Хан, курсант третьего курса Отделения Воином. — ...Чего тебе надо? — Меня интересуют ваши исследования, профессор. Вот, направление от профессора Лукаса. — ...... Профессор Джейд взял направление и тихонько рассмеялся, его плечи затряслись. — Тебя интересуют мои исследования? — Да, в особенности зелье, воздействующее на стигмы. — У-ха-ха, ха-ха-ха!!! Профессор Джейд издал странный смех, похожий на вопль зверя, осквернённого благословением демона. — Ты... ты знаешь, кто я? — Да. — Хе-хе-хе! И ты всё ещё хочешь присоединиться к моим исследованиям? Профессор Джейд разразился безумным смехом, пуская слюни, словно сошёл с ума. Бац! Он яростно распахнул приоткрытую дверь и схватил меня за воротник. С горящими безумием глазами он зловеще прошептал: — Ты... умрёшь. — Правда что ли? Ну попробуй, если сможешь. ---------- Том 1 Глава 7 Лаборатория находилась в таком беспорядке, что слова «хаос» было недостаточно, чтобы описать его. Запах неизвестных химикатов и алхимических инструментов наполнял воздух, неприятно ударяя в ноздри. — Ты знаешь, что такое стигма? — внезапно спросил профессор Джейд, усаживаясь на то, что с натяжкой можно было назвать стул, это больше походило на ком плесневелой кожи. Я оглядел лабораторию в поисках места, куда можно было бы присесть, но быстро сдался и ответил: — Это благословение, дарованное Семью Богами, верно? — ...Благословение, говоришь? Он усмехнулся. Профессор Джейд рассмеялся, его плечи затряслись, словно он нашёл что-то невероятно забавное. — И что такое благословение? — Это особая способность, которая проявляется лишь у очень немногих пробудивших свою стигму. — Как ты думаешь, в чём главная особенность благословения? Главная особенность благословения... На этот вопрос было несложно ответить. В конце концов, это было хорошо известно на протяжении последних нескольких сотен, а может, и тысяч лет. — Проявившись однажды, его невозможно удалить никакими средствами. — О? В глазах профессора Джейда мелькнул интерес. — Необычный ответ. — Чем же? — Большинство людей сказали бы, что главная особенность благословения — это его уникальность. В отличие от стигм, благословение у каждого проявляется по-своему. — ... Я на мгновенье потерял дар речи. И правда, как и отметил профессор Джейд, большинство людей, скорее всего, назвали бы уникальность главным свойством благословений. В конце концов, мало кто станет изо всех сил пытаться избавиться от благословения, раз уж оно получено. — Ну, в любом случае, ты прав в том, что после проявления благословение не меняется и не исчезает. Профессор Джейд продолжил объяснение тихим голосом, скрестив руки. Безумный взгляд человека, который ещё недавно пускал слюни и безумно хохотал при нашей первой встрече, исчез, сменившись довольно спокойным выражением. «Это на него не похоже». Профессор Джейд, которого я помнил, был эксцентричным, странным и, казалось, надломленным. Почему он вдруг стал таким собранным? — Ну а теперь вернёмся к теме стигм. Он постучал морщинистыми пальцами по левой стороне груди. — В среднем стигма пробуждается примерно в 10 лет, хотя она может проявиться как в 3 года, так и в 18. Это было общеизвестным фактом. — Есть некоторая вариативность в том, стигму какого именно из Семи Богов ты пробудишь, но обычно она передаётся по наследству от родителей, чаще всего это та же стигма, что и у них. — Разве этому не учат на общем курсе первого года обучения? Зачем он так пространно объяснял столь базовые вещи? — Передаваемый по наследству признак... Явление, проявляющееся в определённом возрастном диапазоне. И раз уж оно проявилось, то никогда не исчезает. Ничего не напоминает? — Не уверен, к чему вы клоните. Покачав головой, ответил я, и профессор Джейд снова заговорил с серьёзным выражением лица: — Облысение. — Простите? — Другими словами, с логической точки зрения, все герои, пробудившие стигму, сталкиваются с чем-то похожим на облысение. — Чего...? Какую чушь он нёс на этот раз? — Что? Разве это не подходящая аналогия? — Не знаю, насколько это подходящая аналогия, но за неё точно можно схлопотать по физиономии, если её услышат жители Святого Королевства. Если бы я рассказал Ирис о том, что только что сказал профессор Джейд, она бы, наверное, огрела его по голове Библией, мило улыбаясь. — Правда? Профессор Джейд пожал плечами и продолжил с невозмутимым видом: — Значит, ты не из Святого Королевства, раз я до сих пор цел и невредим. Он посмотрел на меня спокойными глазами. — Ты также не из Империи, где вера в Семь Богов сильна, несмотря на разногласия между нашими странами. Оставался лишь один вариант. Около пятисот лет назад. Страна, основанная «чужаками», пришедшими из другого мира во время войны с демонами. Нация, где вера в Семи Богов относительно слаба, а «свобода» на поверхности является высшим национальным идеалом. — Ты из Республики. — ... Значит, вся эта чушь была лишь для того, чтобы выяснить, откуда я родом? — Было бы проще, если бы вы просто спросили, откуда я. — Рот всегда готов солгать, не так ли? Как и ожидалось. Это действительно был тот самый эксцентричный профессор, которого я знал. — Кстати, что бы вы сделали, если бы я оказался из Святого Королевства? — Я бы тут же выгнал тебя. Не хочу связываться с этими ребятами из Святого Королевства. Пожалуй, в этом был смысл. С точки зрения Святого Королевства, поклоняющегося Семи Богам, исследования профессора Джейда по искусственному воздействию на стигмы были близки к богохульству. Ходят слухи, что Святое Королевство ежегодно оказывает давление на школу, требуя прекратить любые исследования стигм. Судя по состоянию этой лаборатории, было очевидно, что давление со стороны Святого Королевства — не просто слухи. Единственной причиной, почему профессора Джейда до сих пор не исключили из школы несмотря на ежегодное давление со стороны Святого Королевства, было кое-что одно. Он был потомком Юлиуса Бастиана, одного из пяти легендарных героев, запечатавших Короля Демонов и известного как «Великий Мудрец». — Так ты хочешь участвовать в исследованиях зелий, влияющих на стигмы? — Да. — Извини, но это будет сложно. — Это потому, что я с Отделения Воинов? Если дело в этом, вам не о чем беспокоиться... — Нет, причина не в этом. — Тогда почему это сложно? — Причина проста. Профессор Джейд фирменно эксцентрично улыбнулся и продолжил: — У меня нет средств на исследования. — ...... А, так вот в чём была причина. «Глядя на эту лабораторию... ну, вряд ли здесь могли водиться деньги на исследования». Я тяжело вздохнул, оглядывая лабораторию, ничем не отличающуюся от дома с привидениями. И тем не менее, подумать только, что человек, заявлявший, что он потомок «Великого Мудреца», скатился до того, что у него даже не было денег на исследования. «Проблема в том, что у меня тоже ни гроша за душой». Откуда у такого курсанта-сироты, как я, могли взяться деньги? Я мог учиться в этой школе только потому, что Республика покрывала мою плату за обучение. — Сколько средств на исследования вам нужно? — Ну. Всё зависит от того, что именно я исследую, но мне понадобится по меньшей мере миллион золотых. — ...... Миллион золотых. В пересчёте на старую денежную единицу Республики, «вону», это составляло примерно миллиард вон. «Чёрт возьми». Я никак не ожидал, что мой план застопорится из-за подобного. «Я ведь мог бы просто отказаться от усилителя стигмы». Но проблема заключалась в том, что ценность профессора Джейда не ограничивалась лишь изобретением усилителя стигмы. Джейд Бастиан. Верный своему титулу потомка «Великого Мудреца», он обладал гениальным интеллектом, острым умом и непревзойдёнными навыками разработки, о которых другие не смели и мечтать. «Хотя по какой-то причине он кажется слегка сдвинутым». Учитывая то, что он создаст благодаря своим исследованиям в будущем, эта ситуация казалась слишком досадной. «Если так продолжится и дальше... повторится ли это снова?» В прошлой жизни профессор Джейд разработал усилитель стигмы, что привело к победе в войне с демонами, но вскоре после этого свёл счёты с жизнью. Точная причина так и не была раскрыта. Но если одной из причин было застревание в паршивой лаборатории даже без средств на исследования... «Человечество снова впустую потеряет потомка Великого Мудреца». Было бы слишком большой потерей упустить как усилитель стигмы, так и профессора Джейда. — Я найду способ добыть средства на исследования... как-нибудь. — Хе-хе-хе. И как же ты собираешься это сделать? — Я задействую любые необходимые средства. С этими словами я повернулся и вышел из лаборатории. Выйти из мрачной лаборатории на яркий солнечный свет было всё равно что выбраться из подземного туннеля. — Эх... Как, чёрт возьми, мне собрать миллион золотых? «Способ есть, но...» Ни один из них не подходил для того, кто обладал статусом курсанта. «Бросать учёбу — не вариант». Прежде всего, в этой школе учились мои товарищи из прошлой жизни. Я не мог бросить учёбу, если это означало бы воссоединение с ними. — Угх. Размышляя об этом по дороге в общежитие... — Эй, половичок! Куда путь держишь? — раздался голос издалека. «Половичок» было уничижительной кличкой для меня, неизменно занимавшего последнее место в комплексной оценке каждый семестр. «Этот голос...» Повернув голову на знакомый голос, я увидел ухмыляющегося блондина, за спиной которого толпились три курсантки. — ...... Как звали этого парня? Я не мог вспомнить. — Ха, поглядите на этого малого. Когда я зову, ты должен прибегать немедленно. Чего ты стоишь? Блондин ухмыльнулся и знаком велел мне подойти. Вид его наглого поведения внезапно пробудил давнее воспоминание. — А, теперь вспомнил. Джульет Кан. Такой же курсант из Республики, который время от времени издевался надо мной. Я совсем забыл о нём, так как после выпуска мы бы всё равно не встретились. «Не ожидал вот так снова с ним столкнуться». Из груди вырвался смешок при виде столь неожиданной встречи со старым знакомым. — ...Эй. Я же велел тебе подойти немедленно, так чего ты лыбишься? Чего? Жить надоело? — Джульет, разве это не тот парень, который вечно плетётся на самом дне общего рейтинга успеваемости? — Разве он не сирота? Тьфу, эта школа безнадёжна. Только из-за того, что у кого-то есть стигма, сюда пускают всякий мусор... — Я считаю, что в эту школу должны принимать только людей с солидным происхождением, вроде старшего Джульета! Пока Джульет излагал столь грандиозную мысль, стоявшие за ним курсантки завизжали от восторга. — ...Эх. Я покачал головой и отвернулся от этой нелепой сцены. У меня не было времени возиться с таким идиотом. Мне нужно было как можно скорее найти способ раздобыть миллион золотых... — Ах ты ублюдок. Только потому, что тебе повезло в немагической дуэли, возомнил себя крутым? А? Джульет приблизился ко мне с угрожающим выражением лица. — О, кстати, я слышал, ты подкатывал к Святой? Тц-тц. Знай своё место, «половичок»... Ну, впрочем, я понимаю твои чувства. Продолжил Джульет тихим голосом с хитрой усмешкой, чтобы девчонки позади него не расслышали: — «Мешочек с благословением» нашей Святой... ну, знаешь, такого размера, что ни один мужик не сможет остаться равнодушным, верно? Он хихикнул, показывая непристойные жесты перед своей грудью. — ...... Я замер. Мои шаги по направлению к общежитию резко оборвались. — Ого~ посмотрите-ка на него, разозлился. Ой~ как страшно. Чего? Ударить меня хочешь? Джульет утрированно притворился испуганным, трясясь всем телом. Глядя на него, я улыбнулся. «Если подумать...» В памяти внезапно всплыл ещё один забытый факт. «Семья Джульета Кана ведь входит в пятёрку крупнейших конгломератов Республики, верно?» ---------- Том 1 Глава 8 — Джульет! В лучах тёплого полуденного солнца я направился к своему другу, которого давно не видел, с жизнерадостной улыбкой, сияющей не хуже самого солнца. — Извини, я на мгновение погрузился в мысли, поэтому даже не понял, что ты меня позвал! — ...А? — Давно не виделись, друг мой! Как поживаешь? Я по-дружески закинул руку на плечо Джульету, хотя тот выглядел озадаченным. — ...Эй. — Извини, что прошу об этом сразу после встречи, но не мог бы ты одолжить мне один миллион золотых? Мне срочно нужны деньги. — Ты что творишь? — Твоя семья богата, верно? Да ладно тебе, один миллион золотых — это ведь не так уж много? Лицо Джульета исказилось от гнева. — Сумасшедший ублюдок! — Ох. Не раздумывая, Джульет ударил кулаком в адрес того самого «половичка», который нёс всякую чушь. Хотя удар был нанесён без особой подготовки, то, как мана естественным образом сгустилась вокруг него, показало, что у Джульета немало мастерства. Но всё же. Каким бы искусным он ни был, он всё ещё новичок. — Ого, поднимать такую бурю из-за просьбы одолжить пару монет. Говорят, богачи более прижимисты. Хлесь! Я легко перехватил кулак, нацеленный мне в губной желобок, и с некоторым усилием вывернул ему запястье. — А-а-а! С губ Джульета сорвался крик боли. Хоть мана и защитила его запястье от перелома, боль, должно быть, оказалась весьма сильной. — Ты... ублюдок! Джульет вытащил рапиру из ножен на поясе и бросился на меня. Ореол света вырвался из святой метки, яростно собираясь на остром кончике меча. Аура оказалась даже сильнее, чем когда я спарринговался с Феликсом. — Прекращай, сопляк. Боевые искусства Беральда. Разрушение Меча. — Дзынь! Я слегка изогнулся, уворачиваясь от колющего удара меча, и обрушил руку на поверхность клинка. Мана, которую я мгновенно сгустил в руке, сделала её твёрже стали. — А...? Меч сломался, словно сухая ветка. Пока Джульет застыл в шоке, я ударом ноги раздвинул его ноги, отправив его лететь кубарем, точно футбольный мяч. — А-а-а-арррххх!!! Джульет повалился на землю, обхватив руками пах и вопя от агонии. — А-а-а! — Что ты делаешь со старшим?! — Старший Джульет! Курсантки, сбившиеся в кучу вдалеке, в ужасе закричали. Я повернулся к ним, и на моём лице расплылась зловещая ухмылка. — Мне нужно кое о чём поговорить с моим другом... Не могли бы вы отойти на минутку? — Как ты можешь быть другом старшему?! — Немедленно отойди от старшего Джульета! — Я сейчас же позову профессора... — Эх. Вот напасть. Какая досада. — Вы что, не понимаете, что я говорю? Я вложил в свой взгляд немного жажды убийства, когда заговорил. — Проваливайте. — ......! — Иик! Курсантки, шумно щебетавшие до этого, замерли, словно лягушки перед змеёй. Их лица побелели, а ноги жалко задрожали. Некоторые даже обмочили свои юбки от страха. «Какого чёрта..?» Я никак не ожидал, что они обмочатся от малейшей жажды убийства, и почувствовал прилив недоумения. «Разве это не слишком бурная реакция на капельку жажды убийства?» Я начал задаваться вопросом, действительно ли эти девчонки — курсантки-герои. Но, впрочем... возможно, в этом был смысл. Судя по их бейджам, они выглядели новичками, только что поступившими в академию, без какой-либо практической подготовки или даже опыта спаррингов. Как они вообще могли сталкиваться с жаждой убийства раньше? Особенно с такой, что порождена тысячами, десятками тысяч смертей. «Иметь дело с детьми тяжело». Я горько улыбнулся, убирая свою жажду убийства. — Ик... хнык. — У-а-а-а! Стоило мне унять жажду убийства, как курсантки залились слезами и бросились наутёк. — Что ж, теперь, когда помехи исчезли. Я посмотрел сверху вниз на Джульета, всё ещё сжимавшего пах от боли, и ухмыльнулся. — Не продолжить ли нам наш разговор, друг мой? * — Т-ты хочешь занять денег? Наконец оправившись от едва ли не взрывной боли, дрожащим голосом спросил Джульет. — Да. — С-сколько? Былое напускное хвастовство исчезло, и Джульет, теперь выглядевший жалко и несоответственно своему красивому лицу, опустил глаза. — Разве я не говорил тебе ранее? — Т-ты ведь шутишь... неужто правда один миллион золотых? — Думаешь, я шутил? — Х-хватит нести чушь! Как я могу одолжить тебе один миллион золотых?! Громко завопил Джульет от суммы, далеко выходящей за рамки здравого смысла. Я ухмыльнулся и мягко помахал сжатым кулаком перед лицом Джульета. Хмм. Лицо Джульета побледнело. — П-прости! Я был неправ! Не бей меня! — Да ладно тебе, чего дуться? Мы же друзья. Разве друзья обижаются на такие мелочи? Я усмехнулся и опустил занесённый кулак. Джульет прикусил губы и заговорил тихо, бормоча себе под нос. — ...Прости. У меня нет миллиона золотых, даже если взять меня целиком. — Хмм. И впрямь. Каким бы отпрыском богатой семьи ты ни был, миллион золотых достаётся не так-то просто. — Ты-то, может, и не сможешь раздобыть эти деньги, но твой отец — совсем другое дело, верно? — ...Ты просишь меня попросить денег у моего отца? Джульет посмотрел на меня с выражением крайнего неверия. — Ты сдурел? — Твой отец ведь очень сильно о тебе заботится, да? — И всё же, как ты себе представляешь просьбу о миллионе золотых?! Джульет покачал головой, призывая меня не нести такую чепуху. Я посмотрел на Джульета и вспомнил одно воспоминание из прошлой жизни. «Джульет Кан». Даже спустя столько времени это имя легко всплывало в памяти не только потому, что он издевался надо мной. Помимо Джульета было немало других курсантов, которые то и дело задирали меня — сироту и вечного аутсайдера. «Вернее, этот парень как раз не особо-то надо мной издевался». Если он и задирал меня, то лишь для того, чтобы покрасоваться своей силой перед младшими курсантками за своей спиной. Тем не менее, была одна причина, по которой его имя так легко вспоминалось. Потому что в своё время имя Джульета Кана взбудоражило всю школу. «У него было весьма уникальное хобби». Пройдёт около полугода, прежде чем это «хобби» раскроют, но, судя по всему, в данный момент он продолжал заниматься своими любимыми делами. Каким же было то тайное хобби, что он скрывал в секрете... — Джульет. Покажи-ка мне свои Часы Героя. — ...Чего? Выражение лица Джульета побледнело ещё сильнее, чем раньше. Часы Героя. Тройственное совместное магическое устройство, созданное на основе инженерных технологий Республики, магической алхимии Империи и техники очищения магических камней Святого Королевства. Изначально именовавшиеся «Композитными многофункциональными часами», они получили название Часов Героя, поскольку ими могли пользоваться только обладатели маны. — Кхм, с чего это ты вдруг заговорил о Часах Героя? Джульет уставился на меня полными подозрения глазами, крепко прижимая часы на своём запястье. Его реакция, казавшаяся искренней донельзя, заставила меня невольно рассмеяться. — А что такого? Там есть что-то такое, что нельзя показывать другим? — Д-да ни за что на свете! — Правда? Тогда покажи. — Угх...! Джульет с растерянным выражением лица сделал нерешительный шаг назад. В самый тот момент, когда он попытался развернуться и убежать. — Куда это ты так спешишь? — А-а-ак! Б-баах! Я пнул Джульета по голени, когда он попытался скрыться. Я снял Часы Героя с его запястья, пока он падал. — Верни! — Погоди, ублюдок. Я попытался активировать часы, направив в них ману, и появился узор в форме замка. «Как и ожидалось, он поставил на них блокировку». Наверняка это замок, который невозможно открыть без собственной маны Джульета. «Что ж, взломать такую блокировку непросто». Среди знаний, перенятых у старшей Софии, нашёлся способ временно изменить природу магии. — Дилинь. Скопировав магию Джульета, я снял блокировку Часов Героя, и перед глазами появилось голографическое окно. Покопавшись в голографическом окне в поисках содержимого, я увидел фотографии Джульета, одетого в женскую одежду и принимающего кокетливые позы. — Ах, чёрт, мои глаза. Хоть природная внешность Джульета была неплоха, и даже в женском платьице на него можно было взглянуть без отвращения, всё равно смотреть на это было выше моих сил. И всё же снимки этого волосатого мужчины в развевающейся юбке, принимающего всевозможные позы, стали настоящим испытанием для моих глаз. — Ты, ты... как... — Посмотрим. Сперва я скину фотографии на свои Часы Героя... Готово. Перенеся все снимки, хранившиеся в Часах Героя Джульета, я протянул устройство обратно дрожащему от страха, с бледным лицом Джульету. — Сможешь раздобыть миллион золотых? — Что ты собираешься делать с этими фото... — Отвечай. — ...Ах, уф. Глаза Джульета наполнились влагой. Он надел Часы Героя обратно на запястье и зарыдал, проливая слёзы. — Н-но... ни за что. — Даю тебе неделю. Принеси деньги мне в течение этого срока. — Угх... — Ну хватит ныть. Я же не просто прошу, я занимаю, понимаешь? Занимаю. Я потом всё верну, ублюдок. Разве ты не можешь доверять другу? — У-э-э-э-э! — Тск-тск. Я с лёгким цыканьем посмотрел сверху вниз на Джульета, жалобно проливавшего слёзы. «На этом проблема с деньгами решена». Я даже не ожидал, что удастся раздобыть средства на исследования так легко. — Ну, всё хорошо, что хорошо кончается, верно? — Угх! Я потянулся во весь рост и взглянул на сияющее солнце. Когда проблема с деньгами была разрешена, на душе стало намного легче. «Если подумать, я немного проголодался». Я с самого утра суетился и бегал туда-сюда, и не заметил, как время обеда уже прошло. «Столовая... наверняка уже закрыта». Я легко пнул ногой Джульета, который всё ещё сидел на земле и плакал. — Эй. — Угх, да? — Я дам тебе пятьсот шиллингов, сходи в лавку и купи две булки хлеба и одно большое молоко. — ...На пятьсот шиллингов всё это не купишь. Пусть школьная лавка и дешёвая, на пятьсот шиллингов два хлеба и молоко не взять. В зависимости от вида хлеба, это обойдётся по меньшей мере в три золотых и пятьсот шиллингов. — И что? Теперь ты хочешь, чтобы я дал тебе ещё денег? — Н-нет! Я сейчас же всё куплю! Только подожди немного! — А, погоди. Я быстро развернулся и ухватил за плечо Джульета, который уже собирался бежать в лавку. — Угх... Что такое? Ты хочешь купить что-то ещё? — Нет, ничего больше покупать не надо. Я с ухмылкой легко похлопал Джульета по плечу, которое продолжал придерживать. — Пять золотых, верни в качестве сдачи. — ...... По крайней мере, о деньгах мне теперь беспокоиться не придётся. ---------- Том 1 Глава 9 После памятной встречи с Джульетом я сосредоточился на том, чтобы тихо укрепить себя во время оставшегося периода отстранения. Вжух. В тот момент, когда я проснулся утром и открыл глаза, я вытащил меч, лежавший у моего изголовья, и полоснул себя. Я немедленно начал медитацию, ощущая палящую боль, когда первозданное пламя обжигало мне грудь. Хотя моя мана возрастала сама по себе даже без медитации, концентрация разума посредством этого процесса позволяла мне накапливать гораздо больше маны. «Боль длится около пяти минут». В течение этого времени я мог чувствовать силу первозданного пламени и накапливать магию. — Ссс, хуу. Я повторял долгие, глубокие вдохи, концентрируясь на мысленном образе внутри себя. Вууш! В своём разуме я визуализировал бескрайнее, казалось бы, бесконечное пламя. Осторожно шагнув вперёд и глядя на яростно пылающий огонь, который выглядел так, будто готов пожрать весь мир, я протянул к нему руку. Моё физическое тело горело, а душа пылала. Я схватил бушующее пламя. Усилившаяся агония яростно терзала моё тело. Боль была настолько ужасной, что обычный человек сразу же пустил бы пену из рта и потерял сознание, ощутив её. «Всё в порядке». Я могу это вытерпеть. Я могу это выдержать. Боль знакома. Такая боль ничто по сравнению с бесчисленными смертями, которые я пережил. «Двигайся». Я заставил его двигаться, но массивное пламя не сдвинулось с места. Оно лишь оставило на моей ладони крошечный уголёк размером с пламя свечи, словно стряхивая прицепившееся к нему надоедливое насекомое. Я осторожно передвинул руку, чтобы уголёк на ладони не погас. «Это то, что мне удалось принести на этот раз». Хотя это было ничтожно малое количество, учитывая сильнейшую агонию, которую я испытал, когда моё тело и душа сжигались бушующим пламенем, я был благодарен даже за это. Я медленно поднёс пламя свечи на своей ладони к левой стороне груди. И затем — — Хуу. Я глубоко выдохнул и открыл глаза. Боль, которая казалась раскалённым докрасна железом, клеймящим мою грудь, исчезла без следа. — О, на этот раз я накопил немало. Сосредоточившись на создании мысленного образа и конкретизируя акт «принесения огня» с помощью медитации, я мог накопить гораздо больше магии, чем если бы просто терпел боль и потел в течение пяти минут. «Это похоже на технику дыхания». Я вспомнил слова Юрена о том, что даже при использовании одинаковой техники дыхания количество накопленной магии может сильно различаться в зависимости от того, насколько хорошо человек умеет визуализировать и конкретизировать свой мысленный образ. Тогда, что бы я ни делал, я не мог накопить магию и потому отбросил эту мысль, но теперь — — Так вот каково это. Знание того, что количество накопленной магии зависит от моих усилий и мастерства, мотивировало меня. «Хотя предел — четыре раза в день». Я подавил горькую улыбку и вложил в ножны меч. Серо-белый пепел, остатки моего «возрождения», был разбросан по простыне. — Убирать это каждый раз — такая хлопотная вещь. Кровь, брызнувшая при порезе горла, исчезала вместе с регенерацией тела, так что мыть простыни не было нужды. Однако убирать этот пепел, остававшийся на месте крови, было столь же обременительно. «Придётся придумать другой способ». Полошить себя мечом было просто и причиняло меньше всего боли, но брызжущая кровь и катящаяся голова выглядели слишком грязно (хотя это быстро исчезало), из-за чего я ощущал необходимость найти более чистый и простой способ. «Мне нужно придумать более чистый и лаконичный способ». Но пока у меня не было времени раздумывать над новыми методами. — Пойду умоюсь. Наступил понедельник, знаменующий начало недели и день, когда я должен был посетить своё первое занятие после возвращения. * Раннее утро. Коридоры были заполнены курсантами, направлявшимися на утренние занятия. — Эй, это же Дейл. — О, неужели это тот самый парень из слухов?.. — Говорят, на этот раз он даже избил Джульета. — Но разве он не занял последнее место в комплексной оценке? — Вот почему все сходят с ума! Говорят, он всё это время скрывал свою силу. — Чего, он возомнил себя главным героем пьесы? По дороге в аудиторию для практических боевых занятий я слышал обрывки разговоров выстроившихся в коридоре курсантов. Похоже, инциденты, устроенные мной на прошлой неделе, стали горячей темой для обсуждения в школе, так как каждый проходящий мимо курсант говорил обо мне. «Впрочем, я не хотел быть столь горячей темой». Что ж, я понимаю. Будь я на их месте, мне тоже было бы любопытно услышать, что занимавший последнее место в истории школы курсант внезапно стал совершенно другим человеком, избивающим всех вокруг. «Я не хочу слишком сильно выделяться, но...» Это не значит, что я планировал прятать свою силу и жаться по углам. В прошлом. Нет, в данный момент, пожалуй, стоило сказать — в будущем. Я не мог оставаться «курсантом с последним местом», если хотел помочь тем, за кем некогда с трудом поспевал. Щелчок. Игнорируя шёпот вокруг, я открыл дверь в аудиторию. — … — … Взгляды курсантов устремились на меня, и в помещении воцарилась неловкая тишина. — Хаа. Мысль о том, что подобная атмосфера продлится ещё какое-то время, заставила меня вздохнуть. «Где же Ирис?» Мой взгляд естественно устремился к окну в дальнем конце. Там я увидел Ирис, смотревшую на меня с проблеском интереса в глазах, а рядом с ней — Камиллу, которая сверлила меня таким взглядом, будто была готова прикончить прямо на месте. «Мне действительно стоит извиниться перед Камиллой». Но, видя её такой, я знал: если заговорю с ней сейчас, вместо извинений неизбежно разразится очередной скандал. — Уф. Я проигнорировал их взгляды и сел на своё место. С моим приземлением неловкое молчание в классе стало рассеиваться, и помещение снова наполнился шёпотом. Прислушавшись краем уха, я понял, что большая часть разговоров крутится вокруг меня. — Так, прекратите болтовню и займите места. Профессор Лукас вошёл в аудиторию и открыл дверь. Его взгляд обшарил комнату и в конце концов остановился на мне. — Если ты уснёшь на моём уроке ещё хоть раз, вылетишь отсюда камнем вниз, так что будь готов. — Слушаюсь, профессор. Я буду иметь это в виду. — Раз понимаешь — хорошо. Профессор Лукас кивнул без лишних слов, когда я почтительно склонил голову. Пусть это и была случайность, но слух о том, что удар курсанта заставил его улететь, судя по всему, уже обошёл всех преподавателей. Тот факт, что он отмахнулся простым предупреждением, отлично отражал характер профессора Лукаса. «Причина, по которой я кое-как умудрился выпуститься, пусть даже с минимальными оценками, во многом лежала на заслугах профессора Лукаса». Пока я предавался воспоминаниям с довольной улыбкой, он заговорил снова. — Так, перед началом лекции проверим посещаемость. Начав зачитывать имена, профессор Лукас принялся расхаживать по аудитории. Я гадал, зачем он бродит туда-сюда во время переклички, и в этот самый момент — — Дейл Хан. — Здесь. Шорох. Проходя мимо, профессор Лукас незаметно сунул мне в руку маленькую белую записку. «Что это?» Наклонив голову от любопытства, я развернул записку. [Запомни это! Единственная причина, по которой ты меня достал — это то, что я потерял бдительность! Будь я серьёзен, такой новичок, как ты, не стоил бы и одного удара!] — … Беру свои слова обратно насчёт того, что он не умеет держать обиду. «До чего же мелочным может быть этот парень». Когда я с досадой глянул на профессора Лукаса, он неловко кашлянул и отвёл взгляд. Что ж. По крайней мере, у него хватает совести испытывать смущение. «Довольно забавный тип». Подавив смешок, я сунул записку в нагрудный карман рубашки. — Так. Все на месте. Закончив перекличку, профессор Лукас встал за кафедру и окинул взглядом курсантов. — Как называется сегодняшнее занятие? — Практические боевые занятия, профессор. — Верно. Цель этого урока — получить опыт и знания для будущих реальных боёв против демонов или монстров. Профессор Лукас кивнул и продолжил объяснение. — Курсант Альберт. — Д-да, профессор! — Что, по-твоему, является самым важным в подготовке к реальному бою? Подумав пару секунд, Альберт резко поднялся и сжал кулак. — Я… я считаю, что это «храбрость», позволяющая не бояться при встрече с врагом. — Храбрость — это то, что ты используешь, когда собираешь свой ланч-бокс. — Простите? — Ха-ха-ха! Каково? Я услышал эту шутку от профессора Бьянки на днях. Довольно смешно, правда? — Ах… Да. Альберт сел с озадаченным выражением лица. Профессор Лукас сошёл с кафедры, положил руку размером с крышку кастрюли на плечо Альберта и широко улыбнулся: — Смейся. — Простите? — Я сказал: смейся. — А-ха-ха-ха! Сравнить «храбрость» с коробочкой для ланча! У профессора Бьянки и правда отличное чувство юмора! А-ха-ха-ха! Ой, я смеюсь так сильно, что аж живот болит! — Да-да. Так-то лучше. Профессор Лукас удовлетворённо кивнул, в то время как Альберт держался за живот, заметно дрожа (вероятно, от напряжения). — Что ж, вернёмся к сути. Размеренным шагом вернувшись к кафедре, профессор Лукас продолжил с серьёзным выражением лица: — Самое важное в реальном бою — вовсе не бесполезная храбрость, а «опыт». Даже курсанты, которые приходят в ужас от одного лишь взгляда на глаза монстра, привыкнут к этому, после того как порежут пару тварей. — И получить настоящий боевой опыт в тесном классе невозможно. Глухой стук. Профессор легко постучал по кафедре и указал на окно. — На выход. Сегодняшнее занятие пройдёт на улице. При упоминании занятия на свежем воздухе по классу пронеслись тихие вздохи разочарования. — И для этого занятия вы сформируете группы по три человека, так что смело собирайте участников для своих отрядов. У вас есть пятнадцать минут. При словах о формировании групп аудитория снова оживлённо зашумела. Одни курсанты уверенно ухмылялись, в то время как другие с тревожными лицами принялись озираться по сторонам. «Групповое занятие, значит». Групповое занятие. Это слово заставило меня невольно вздохнуть. Учитывая, что большинство людей создают команды уже после выпуска для официального начала героической деятельности, было разумно позволить курсантам ощутить командную работу ещё во время обучения. «Но каждый раз я оказывался последним, кто находил напарников, и мне приходилось объединяться с людьми, которых я едва знал». Атмосфера в тех состряпанных наскоро группах была хуже некуда. «На этот раз...» Я огляделся по сторонам на всякий случай. — Уф. Как и ожидалось. С учётом всех ходивших обо мне слухов ни один курсант в здравом уме не захотел бы объединяться со мной. Я уже смирился с тем, что снова останусь последним при формировании отряда и прибьюсь к кому-то, чьего имени даже не знаю, как вдруг — — Дейл. Знакомый голос раздался сзади. — Не хочешь объединиться с нами? Обернувшись, я увидел святую, тепло улыбающуюся мне. ---------- Том 1 Глава 10 После распределения по группам курсантам дали тридцать минут на подготовку. Хотя точное содержание занятия не раскрывалось, совет профессора — «Вы застрянете в горах на какое-то время» — подтолкнул курсантов собрать по группам снаряжение для работы на открытом воздухе. На самом деле необходимое снаряжение представляло собой не более чем удобную одежду, обувь и контейнер с водой. Подготовившись, курсанты направились на открытую тренировочную площадку, примыкающую к территории школы. Несмотря на название «тренировочная площадка», по сути это была целая гора, приспособленная для занятий, так что снаружи она выглядела не иначе как холм за школой. — Тема сегодняшнего занятия — «Выслеживание демонического зверя». Профессор Лукас указал на гору и продолжил: — Сейчас по тренировочной площадке бродят три демонических зверя. Ваша задача — выследить следы, оставляемые этими демоническими зверями, и поймать их где-нибудь в горах. — Д-демонические звери? — испуганным голосом спросил Альберт. Демонические звери. Термин, используемый для описания животных и растений, мутировавших под воздействием демонической силы, наряду с демонами считающихся одной из самых опасных угроз человечества. Их сила и способности сильно различались у каждой отдельной особи, но в целом они были достаточно сильны, чтобы легко разорвать на части нескольких людей. — Что, боишься? — Н-нет! Я вовсе не боюсь! Несмотря на его слова, лицо Альберта было напряжено. Выражения лиц остальных курсантов мало чем отличались. На первом и втором курсах у них была возможность наблюдать за демоническими зверями издалека, но они впервые напрямую выслеживали и охотились на дикого демонического зверя вживую. — Я вижу, как у тебя дрожат ноги; не пытайся лгать. Цокнув языком, профессор Лукас легко шлёпнул Альберта по напряжённой голове. — Ай! — взвизгнул Альберт, схватившись за голову от боли. — Повторю ещё раз, сегодняшнее занятие посвящено «выслеживанию» демонических зверей. Не охоте, а именно выслеживанию. Скрестив руки, профессор Лукас продолжил: — Движения демонических зверей, которых вам предстоит поймать, ограничены магическими инструментами. Иными словами, они могут только убегать. — Ох. — Фух, я уж думал... Услышав это, напряжение наконец спало с лиц курсантов. — Ну, это всего лишь первое занятие. Но начиная с промежуточных аттестаций пощады не будет, так что вам лучше начать готовиться прямо сейчас. — Уф. После продолжения слов профессора лица курсантов снова помрачнели. — В любом случае, группа, которая выследит и поймает демонических зверей, получит бонусные очки, так что постарайтесь найти их изо всех сил. — Есть! Курсанты ответили энергично, зная, что общий рейтинг за время учёбы существенно повлияет на их положение после выпуска, из-за чего каждое бонусное очко стоило того, чтобы за него бороться. — Тогда давайте начнём подготавливаться к отпр... — Профессор! У меня вопрос! — Спрашивай. — Каково ограничение по времени? — Ох, точно. Я забыл упомянуть об этом. Ограничение по времени... Губы профессора Лукаса искривились в ухмылке. — Отсутствует. — ...? Глаза курсантов наполнились замешательством от слов профессора. — Занятие продолжается до тех пор, пока не будут пойманы все три демонических зверя, будь на это потрачено несколько часов или дней. — Д-дни? — Эм... Профессор, а как же наши остальные занятия?.. — Для практических боевых тренировок это будет считаться уважительной причиной для отсутствия, так что сосредоточьтесь на этом занятии без лишних забот. — ... Увидев зловещую улыбку профессора Лукаса, которая явно намекала на отсутствие какого-либо побега, курсанты выглядели растерянными. — Ладно, группы отправятся с пятиминутными интервалами! Под громкий смех профессора Лукаса началось первое занятие на открытом воздухе на третьем курсе. * «Выслеживание демонического зверя, надо же». Я не мог толком вспомнить детали, когда мне впервые сказали сформировать группу. Но теперь воспоминания из моей прошлой жизни начали возвращаться. «На третий день мы едва сумели поймать всех трёх демонических зверей». Конечно, группа, в которой состоял я, даже не нашла тени демонических зверей, не говоря уже о том, чтобы поймать их. Я помнил, как три дня боролся в горах, чуть не умирал с голоду, бесцельно бродя вокруг. — Скоро наша очередь. — О, да. По зову Ирис я встал. — Тц... неужели нам действительно нужно объединяться в команду с этим парнем, Святая? — Это групповое занятие. Конечно, мы должны держаться вместе. — Ну, это верно, но... Камилла посмотрела на меня с явным неодобрением. — С чего это ты вообще предложила сформировать группу с таким грубияном? Мне самому было интересно это знать. «Почему она попросила меня войти в ту же группу?» В конце концов, это был тот самый человек, который недавно ударил меня и обругал. Мы не пересекались и не разговаривали с тех пор, так что напряжение никак не могло исчезнуть. — Ну... кто знает? С загадочной улыбкой Ирис бросила на меня взгляд. — Это секрет. — Тц. — В любом случае, если мы не начнём прямо сейчас, профессор разозлится. — Эх. Ладно, я поняла. Камилла вздохнула, казалось бы смирившись, а затем резко повернулась ко мне лицом. — Я слышала, ты скрывал свою силу? — Ну... у меня были свои причины. Хотя я не скрывал свою силу, теперь не было смысла отрицать слухи. Никто бы всё равно мне не поверил, если бы я сказал им, что переместился во времени. — Какими бы ни были твои причины, не думай, что я сдамся так же легко, как в прошлый раз. Камилла схватилась за рукоять меча и яростно посмотрела на меня. Сдерживая смех, я кивнул. Я не планировал терять контроль и вести себя безрассудно, как в прошлый раз, но естественным образом возник вопрос. «Смогу ли я победить Камиллу, если она выложится по полной прямо сейчас?» Честно говоря, причина, по которой я смог так легко одолеть её раньше, заключалась главным образом в том, что она была застигнута врасплох. Тогда она даже не использовала свою стигму. Если бы нам пришлось сражаться снова, когда она выкладывается на все сто... «Я не уверен». Хотя теперь у меня был способ накапливать ману, с момента начала прошло всего лишь около недели. Я не мог сравниться с ней, которая с детства неуклонно становилась сильнее с помощью дыхательных техник. Хотя я мог с уверенностью сказать, что мои чистые навыки превосходили всё, чего она когда-либо могла достичь, это касалось лишь техники. «Честно говоря, я не совсем понимаю, насколько силён прямо сейчас». В моей прошлой жизни было три периода, когда я значительно вырос. Первый — во время моей суровой наёмнической жизни. Второй — когда я учился у таких товарищей, как Юрен, Беральд и София. И последний... «Когда я странствовал по континенту в одиночку в поисках Первозданного Пламени». В то время мне не с кем было себя сравнивать, поэтому было трудно оценить уровень собственных способностей. Но в одном я был уверен... «Я не проиграю просто так». Какой бы многообещающей ни была Камилла Ведиче, которую даже рассматривали как кандидата для «Меча Святого Королевства», сейчас она была всего лишь неопытным курсантом, ещё не столкнувшимся с настоящим сражением. — Чего ты мешкаешь? — Ах, простите. — Хм. То, что это урок, вовсе не значит, что к нему нужно относиться легкомысленно. Раз уж ты в одной команде со мной, веди себя так, будто это настоящий бой. С усмешкой Камилла зашагала уверенной походкой. — Но с чего нам начать поиски? Ирис огляделась по сторонам, выглядя растерянной. Хотя они называли это охотой на демонического зверя, как, чёрт возьми, они должны были отыскать зверя, прячущегося где-то в этом огромном лесу? — Хех. Об этом не стоит беспокоиться, Святая! Камилла выпятила грудь с уверенным выражением лица. — Я получила весьма высокие баллы по занятию на выслеживание, которое у нас было в прошлом году. Просто доверься мне и следуй за мной. — О, точно. Ты тогда хвасталась мне, что заняла первое место. — Э-это было... кхм. Пожалуйста, забудь об этом. — Почему же~ Это было мило. — Д-давайте двинемся в путь, пока другие команды не опередили нас. Камилла ускорила шаги, слегка покраснев, словно пытаясь сбежать. Выслеживание демонического зверя началось под руководством Камиллы. И впрямь, её заявления об успехе на занятии по выслеживанию не казались ложью. Её навыки выслеживания были весьма впечатляющими. — Судя по тому, в какую сторону сломаны ветки и по следам ног, он двигался сюда. Камилла внимательно осмотрела окрестности, следуя по следам демонического зверя. Продолжая двигаться вперёд около часа, — А?... Что? На лице Камиллы отразилось замешательство, когда след внезапно оборвался. — Уф... Камилла оглянулась на Ирис, раздражённо топая ногами. — Тебе не нужно делать такое лицо. Ты ведь сама впервые выслеживаешь демонического зверя? — Н-но! — Всё в порядке. Ирис утешила Камиллу мягкой улыбкой, а затем повернулась ко мне. — Похоже, нам придётся начать всё сначала. — Нет, не придётся. Я покачал головой и шагнул вперёд. — ...Не придётся? Что ты имеешь в виду? — След не исчез; ты просто его не нашла. — Что? Я указал на тонкий чёрный волосок, застрявший в коре ближайшего дерева. Волосок застрял примерно на высоте десяти метров, так что его невозможно было заметить, если сильно не задрать голову вверх. — Ах...! — На дереве нет следов от когтей, зато высоко торчит шерсть. Это существо отлично умеет лазать по деревьям. Но почему оно вдруг полезло на дерево после ходьбы по земле? Я отбросил опавшие листья под деревом. Как я и ожидал. Там лежала куча помёта, оставленная, судя по всему, демоническим зверем. «Будь то человек или демонический зверь, момент испражнения — самый уязвимый». Вероятно, оно забралось на дерево ради безопасности во время своих дел. — Это свежее. Я взял небольшой кусочек помёта и положил в рот. Ах! Я услышал испуганные вздохи двух женщин позади себя. Я выплюнул помёт, который попробовал на вкус, и продолжил говорить: — Он не слишком влажный, имеет сильный неприятный и горький привкус. Скорее всего, это плотоядное кошачье, мутировавшее в демонического зверя. Учитывая его способность лазать, это практически наверняка. — Тот факт, что чувствуется слабый привкус крови, говорит о том, что оно не в лучшей форме. Возможно, это из-за магического инструмента, о котором упоминал профессор Лукас. — Судя по характеру его движения и состоянию здоровья, оно вряд ли ушло далеко после того, как забралось на дерево. — ...... Когда я встал, Камилла отступила назад, выглядя слегка неуверенно. — Что? — Т-ты только что... это... ты съел помёт демонического зверя... — Нет ничего более надёжного, чем помёт, для проверки состояния демонического зверя. Об этом даже написано в руководствах по выслеживанию, верно? Даже демонический зверь — это создание, которое ест, спит и справляет нужду. — Я знаю об этом, но... Обычно на него просто смотрят. Даже большинство активных героев на самом деле не стали бы его есть. Разве что низкоранговый наёмник, отчаянно борющийся за выживание, мог бы сделать нечто подобное. — Попробовать на вкус гораздо точнее, чем просто посмотреть. — В-все равно, нет никакой необходимости заходить так далеко и есть его. — Сейчас это может не иметь значения, поскольку это тренировка, но что, если бы это был настоящий бой? Что, если бы демонический зверь прятался и был готов напасть на тебя в любую секунду? В таком случае знание состояния демонического зверя заранее может стать разницей между жизнью и смертью. — Это... — Разве не ты говорила относиться к этому так, будто это реальный бой, а не просто тренировка? — ...... Не найдя что возразить, Камилла молча опустила голову. Было видно, как её сжатые кулаки слегка дрожат. Похоже, она была готова расплакаться. «Ну что ж». Она смело говорила Святой, своему старшему по званию лицу, чтобы та доверяла ей и следовала за ней, только чтобы потерять след на полпути. И её только что полностью превзошли в логике и навыках курсант, который унизил её неделю назад. Для человека с такой гордыней это должно было стать серьёзным ударом по её ментальному состоянию. — Ч-чёрт... Камилла, закусив губу от досады, подошла ко мне со слезами на глазах. Топ! Она резко топнула ногой и схватила меня за воротник. — Я-я тоже могу это сделать! — А? Сделать что? — Я тоже могу съесть помёт! — ...... Эээ. Я понимаю, что она имеет в виду, но... Звучит это как-то двояко. — И что такого особенного в том, чтобы есть помёт, раз ты ведёшь себя так высокомерно?! — Но я не хвастаюсь поеданием помёта? — Я тоже могу сделать это, если захочу! — Да-да, понял я. Ладно, ладно. Просто успокойся. — Хм! Что ты вообще понимаешь? То есть ты хочешь сказать, что я должна засунуть эту... эту грязную вещь себе в рот?! — Прости? О чём она вообще говорит? — Т-ты, ублюдок...! — Нет. Пожалуйста, прекрати. Начинает казаться, что мы попали в какой-то странный жанр. ---------- Том 1 Глава 11 — Уф... После короткой суматохи первенство в преследовании демонического зверя перешло от Камиллы ко мне. Камилла, возможно, расстроенная тем, что у неё отобрали первенство, следовала за мной с угрюмым выражением лица. Её опущенные плечи и вялые шаги были мне совершенно незнакомы, так как я никогда не видел эту сторону Камиллы Ведиче. — Разве она не милая? Ирис, шедшая рядом со мной, оглянулась на Камиллу, которая плелась позади нас, и прикрыла рот рукой, хихикнув. — Она очень соревновательная, поэтому всякий раз, когда проигрывает, имеет свойство вот так дуться какое-то время. — Никогда бы не подумал, что кандидат на роль следующего Меча Святого Королевства может делать такое выражение лица. — Это просто значит, что навыки выслеживания Дейла настолько впечатляют. Ирис посмотрела на меня сияющими глазами и спросила: — Кстати, как тебе удаётся так точно определять движения демонического зверя с первого взгляда? — Ну... Мне хотелось сказать, что после охоты на демонических зверей тысячи раз это становится второй натурой, хочешь ты того или нет. Но я не мог рассказать ей о своей прошлой жизни. — Наверное, просто повезло. — Хмм. Совсем не похоже на везение. Ирис не стала настаивать, и после этого замечания она тихо последовала за мной, пока мы продолжали выслеживать демонического зверя ещё десять минут. — Я нашёл его. Я заметил что-то тёмное сквозь густые кусты и сгорбился, скрытно передвигаясь. Он был размером около двух метров. Он напоминал кошку, но его рот был острым, как птичий клюв, а третий глаз зловеще мерцал между двумя другими, источая зловещее красное свечение. — Трёхглазый демонический зверь, да? Демонические звери имеют свойство становиться более деформированными и сильными по мере увеличения количества их глаз. Наличие трёх глаз означало, что демонический зверь находился на ранних стадиях мутации, с лишь незначительными изменениями в его размере и частях тела. — Отличная цель для тренировки. Конечно, даже трёхглазый демонический зверь оставался демоническим зверьём. Он двигался намного быстрее любого дикого животного, обладал силой легко разорвать человека на части, и его было трудно даже поцарапать оружием, не наполненным маной. — Особенно кошачьи демонические звери — они часто быстрее демонических зверей с большим количеством глаз. Казалось вероятным, что профессора намеренно подготовили кошачьего демонического зверя, чтобы соответствовать теме тренировки «выслеживание и поимка». — Мне нужно подобраться к нему быстрее, чем он меня заметит. Пока я рассчитывал время для движения, Камилла шагнула вперёд. — Я пойду. Пыталась ли она реабилитироваться после своей недавней неудачи? — Кошачьи демонические звери довольно быстрые. Ты уверена, что справишься? — Хм. Не беспокойся. Я не настолько медлительна, чтобы позволить такому демоническому зверю сбежать. Судя по её уверенному ответу, казалось, что она не блефует. — Хорошо. Я перекрою ему путь к отступлению, а ты поймай его. — Поняла. Пока я тихо двигался к пути отступления демонического зверя, подала голос Ирис. — Подожди минуту. Сначала я наложу благословение. Она сложила руки вместе, словно в молитве, и мягкий белый свет вышел от её святого знака, окутывая нас. Казалось, вся усталость растаяла, и моё тело наполнилось новой энергией. «Прошло немало времени.» Прошло столько времени с тех пор, как я получал благословение от Ирис. Хотя благословение было намного слабее как по способностям, так и по эффекту по сравнению с тем, что я получал в прошлой жизни, сам факт того, что я снова мог получить её благословение, заставил моё сердце переполниться эмоциями, вплоть до того, что у меня почти защипало в глазах. — Дейл? Что-то не так? — О, прости. Время предаваться сентиментальности не было. Я тихо перебрался к пути отступления демонического зверя. Заняв позицию, я оглянулся на Камиллу, которая, казалось, ждала моего сигнала, готовая сорваться с места в любую секунду. «Неожиданно.» Я думал, что Камилла, которой я действую на нервы, бросится в атаку, не дожидаясь моего сигнала. «Она ведь не настолько глупа, чтобы позволить эмоциям затуманить её рассудок?» Хорошо. Если она хочет быть защитницей Ирис, вести себя надо именно так. — ...... Я внимательно наблюдал за демоническим зверем из своего укрытия. Судя по тому, что я заметил ранее по его экскрементам, демонический зверь был не в лучшей форме. Он раздражённо извивался, пытаясь сбросить путы на лапах и морде. — Сейчас. По короткому сигналу Камилла бросилась вперёд. Я был готов прикрыть её на случай, если она промахнётся мимо демонического зверя, но... «Полагаю, в этом нет необходимости.» Она доказала, что её слова о том, что она не медлительна, не были пустой хвастливостью, рванув вперёд с взрывной скоростью и яростно пнув демонического зверя в живот. — Кияак! Бум! С глухим звуком чёрная кровь хлынула из пасти демонического зверя. Даже выплёвывая кровь, демонический зверь отчаянно пытался сбежать, но... — Куда это ты собрался? Камилла ударила демонического зверя мечом в ножнах по затылку. Демонический зверь пошатнулся от прямого удара и рухнул, не оказав особого сопротивления. — Отлично справилась, Камилла! Увидев, как демонический зверь падает, Ирис вышла из кустов и приблизилась к Камилле. — Хм. Это было пустяком. — Это было потрясающе! — Хе-хе-хе. — Я люблю тебя! — Ой, брось, Святая. Похвалы за такую мелочь меня не особо радуют. Хотя выглядела она вполне довольной. — Хмм~ Разве Камилла не прелесть? Ирис тепло улыбнулась, глядя на Камиллу, которая ухмылялась от уха до уха. — Звучит так, будто ты хвастаешься милым щенком. Если подумать, Ирис тоже относилась ко мне как к милому питомцу. «Особенно в постели...» Кхм. Я быстро стёр эту мысль из головы и подошёл к упавшему демоническому зверю. — Мы поймали его, так что давайте отчитаемся. Я поднёс Часы Героя на левом запястье к путам на пасти демонического зверя. Бип. Раздался чёткий сигнал тревоги, и на экране появилось голографическое окно. [Захват группой «Ирис, Камилла Ведиче, Дейл Кан» подтверждён.] Хорошо. Одного поймали. — Перейдём сразу к следующему? Я был уверен, что мы сможем поймать всех трёх демонических зверей к концу дня, если будем двигаться быстро, но... — Спасибо. Если бы не ты, Дейл, мы бы не поймали демонического зверя так быстро. Сладкая улыбка Ирис, такая тёплая, что могла растопить чьё угодно сердце, заставила меня передумать. Её глаза, прекраснее чистого голубого неба — глаза, которых я раньше не видел — заставили моё сердце забиться так, будто оно было разбито. «Может, отложить план поимки всех трёх за один день?» Да. В моей прошлой жизни курсанты боролись три дня, чтобы поймать их всех, так что если я поймаю их всех за один день, это будет не лучшим тренировочным опытом для остальных курсантов, верно? Бонусные очки заманчивы, но я не могу отнимать драгоценные возможности для роста у других курсантов ради пары очков, верно? — Кстати, если мы не сможем поймать всех трёх сегодня, значит ли это, что нам придётся ночевать в лесу? — Придётся, если не будет выбора. Говорили, что тренировка не закончится, пока мы не поймаем всех трёх, сколько бы времени это ни заняло. Определённо дело не в том, что я хочу провести ночь со своей бывшей. * Проведя ещё несколько часов в поисковых работах в горах в поисках демонических зверей, мы всё ещё не могли найти никаких их следов, не говоря уже о самих демонических зверях. Я цокнул языком, глядя на темнеющее небо. — Что ж, похоже, ночевать в палатках всё-таки придётся. Я так хотел поймать их всех сегодня и отдохнуть, но какая жалость. — ...Ты выглядишь странно счастливым по этому поводу? — Эй, за кого ты меня принимаешь? — Хм. Я не спущу тебе это с рук, если у тебя появятся какие-то подлые мыслишки только потому, что мы в походе. Предупредила меня Камилла свирепым взглядом. Я усмехнулся и легко пнул земляной пол. — Как только ты ляжешь на эту твёрдую землю, когда на тебя будет дуть холодный ветер, у тебя не будет роскоши для подобных мыслей, так что не переживай. — Уф. У нас уже были тренировки по выживанию на открытом воздухе, но Камилла впервые испытывала суровый кемпинг на голой земле, поэтому она сглотнула слюну, уставившись на земляной пол. — Земли не избежать, но если я наложу своё благословение, холодный ветер будет ощущаться не так сильно. — Правда? Твоё благословение и такой эффект даёт? Я, конечно, уже знал об этом. Я притворился удивлённым просто ради шутки. — Хе-хе-хе. Ну, в конце концов, я же «святая». Ирис гордо выпятила грудь с игривой ухмылкой. Хруп. Когда она потянулась и выпятила грудь, её одежда казалась готовой разойтись по швам. «Ой-ой.» Я видел их достаточно, чтобы они запечатлелись в моей памяти (и даже трогал!), но видя их снова спустя время, визуальный эффект был... сногсшибательным. — Эй, ты! Перестань пялиться! Разве я не предупреждала тебя, что такая поза опасна, Святая? — Хмм. Странно. Когда Камилла сделала это ранее, всё было иначе. — Какого чёрта ты несёшь... Ах, п-прости! — О боже, моему сердцу больно. Ирис драматично вытерла глаза, словно её сердце было разбито. Камилла выглядела растерянной и продолжала склонять голову. «Никогда не знал, что у Ирис была такая игривая сторона в курсантские годы.» В прошлой жизни она никогда не показывала эту озорную сторону себя. «Видеть эту сторону Ирис, о которой я не знал...» Я переполнился эмоциями, наблюдая, как Ирис дразнит Камиллу с этой игривой улыбкой. Ур-р-ч. Звук урчания в животе разнёсся по тихому лесу. — Ах. Щёки Ирис ярко покраснели. — Кхм... Я не позавтракала нормально сегодня утром, так что чувствую себя немного голодной. Смущённая урчанием в животе, Ирис неловко откашлялась и придумала оправдание. Камилла выглядела встревоженной. — Эм... Прости. Я не ожидала, что мы будем ночевать в палатках, поэтому не взяла еды. — Всё в порядке. Я тоже не ожидала, что придётся разбивать лагерь. Ирис ярко улыбнулась, сказав, что всё в порядке, даже если они побудут без еды день, но её лицо казалось немного бледным, вероятно, потому что она съела не так много за завтраком. — Я кое-что принёс из еды. — О...! — П-правда? — Конечно. Я принёс достаточно на двоих, так что не переживайте. Я вытащил из сумки еду, которую заранее упаковал. — ...Что это? Камилла склонила голову, глядя на ярко-красный пакет в моей руке. — Рамён. — Рамён? О, разве это не та еда, которую едят бедняки Республики? — Что? Ты собирался накормить Святую такой едой даже в чрезвычайной ситуации? — Не знаю, как за ним закрепилась такая репутация, но вкус у него непревзойдённый, так что не волнуйтесь. Особенно, — Ирис, тебе понравится. В прошлой жизни она уплетала рамён так, будто завтра не наступит. — Хм. Что ты вообще знаешь о Святой, чтобы так говорить? Усмехнулась Камилла, словно я нёс чушь, и продолжила: — Святая, которая ест каждое блюдо, приготовленное профессиональным шеф-поваром, отправленным из Святого Королевства, с идеальным вкусом, свежестью и пищевым балансом. Ни за что ей не понравится такая низкосортная еда! — Посмотри на себя, так уверенно говоришь, хотя сама получаешь бесплатную еду. — Уф... Э-это... — Так вы будете есть или нет? — ...Буду. Я прошу прощения за свои слова. Судя по всему, Камилла тоже была голодна, так как быстро склонила голову. Я собрал поблизости сухих ветвей, развёл огонь и приготовил рамён в котелке, который заранее подготовил. «Вот бы у меня были яйца, чтобы добавить их туда.» Но брать яйца на тренировку на открытом воздухе было уже слишком даже для меня. — Всё готово. — Вау... — Кхм... Запах, конечно, тот ещё. Обе девушки сглотнули слюну, наблюдая за бурлящим рамёном. Еда Святого Королевства обычно мягкая и изобилует овощами, так что они, вероятно, раньше не сталкивались с таким насыщенным вкусом. — Вот палочки... Ой, люди из Святого Королевства не очень-то умеют пользоваться палочками, верно? — Нет. Я научилась ими пользоваться. — Я тоже умею. Ирис взяла палочки и с хлюпаньем втянула немного рамёна. И затем, — Хмммм! Лицо Ирис озарилось восторгом, и она засучила ногами. Это была та же реакция, что я видел в прошлой жизни. — Кьяа! Что это такое? Это так вкусно! Ты издеваешься?! — ...... — ...Кхм. Я слышала лишь, что это еда бедняков, но после дегустации она оказывается на удивление неплоха. — Э-э, да. Я рад, что тебе понравилось. Поправка. Реакция была немного более бурной, чем в прошлой жизни. ---------- Том 1 Глава 12 На следующий день. Вопреки моим опасениям, импровизированное ложе, которое я смастерил с помощью навыков, приобретённых в прошлой жизни наёмника (из ветвей и листьев), и благословения Ирис помогло сделать сон не слишком дискомфортным. Спать было можно, хотя хорошим этот сон я бы не назвал. «Впрочем, по сравнению с другими курсантами это куда лучше». К настоящему моменту большинство из них, наверное, выбились из сил, полумёртвые от усталости. Ночёвка в диких условиях без должных знаний может измотать сильнее, чем полное отсутствие сна. «Что ж, пожалуй, в этом и заключается одна из целей данного урока». Учитывая свирепость выпущенных ими демонических зверей, трудно поверить, будто этот урок посвящён лишь практическим навыкам выслеживания. Демонические звери семейства кошачьих славятся своей скоростью и тем, что почти не оставляют следов по сравнению с другими демоническими зверями с тем же количеством «глаз». «Скорее всего, они не ожидали, что кандидаты поймают всех демонических зверей за один день». На это могли уйти сутки, поэтому нас и не предупредили подготовиться как следует. Истинная цель этого урока заключается не только в преследовании выпущенных в горах демонических зверей, но и в том, чтобы заставить кандидатов осознать, как самостоятельно решать такие проблемы, как обустройство лагеря и добыча еды. Другими словами... — Хм. Проснуться рано утром, чтобы проверить окрестности на наличие опасностей, и приглядывать за мирно спящей Ирис — тоже часть урока. «Ирис». Вспоминая её восторженное выражение лица прошлой ночью, когда она так мило болтала ногами, уплетая рамён, я убедился в одной вещи. «Пусть все её воспоминания о том, как мы были вместе, исчезли, Ирис остаётся Ирис». Это простая истина, но она наполняет моё сердце радостью. «Не могу дождаться, когда увижу и остальных». Юрен, Беральд и старшая София. Интересно, как они там сейчас поживают. Пока я погружался в эти воспоминания... — Чего это ты так жутко улыбаешься? — раздался рядом голос Камиллы. — Что? Нельзя и улыбнуться свободно? — Хм! В этой улыбке определенно был какой-то скрытый смысл! — Хватит нести чушь с утра пораньше и разбуди Ирис. Нам пора выступать. — Уф. Камилла подошла к Ирис и мягко потрясла её за плечо. — Святая. Пора просыпаться... Ияй! — Ещё совсем чуть-чуть... Полусонная Ирис обхватила Камиллу руками. Она притянула Камиллу ближе, прижавшись щекой к её груди, совсем как капризный ребёнок. — С-с-святая, пожалуйста, не надо так! — Хм... Что это? Такая твёрдая. — Да проснись же ты, дурочка. Шлёп. Камилла хлопнула Ирис по спине. Ирис, все ещё полусонная, моргнула и открыла глаза. — Ты проснулась, Святая? — Ааах... Я проснулась. Но спина так болит... — Ну, ты же спала на земле, подложив всего пару листьев, так что неудивительно, что спина болит. — Ах да. Мы же ночевали в лагере. Неудивительно, что моя щека казалась такой твёрдой и плоской. — ... Терпи, Камилла. Она твоя госпожа. — Раз проснулась, давай собираться в путь. — В путь? Куда это? — Сегодня утром я обнаружила неподалёку следы демонического зверя. Мы пережили ночёвку в лагере как часть урока. Пришло время возобновить преследование демонических зверей. * Быстро умывшись у ручья неподалёку, наша группа последовала по следам демонического зверя. Мы шли несколько часов. Наконец вдалеке у ручья мы заметили демонического зверя, пьющего воду. «Опять демон-зверь семейства кошачьих, да?» У него не было клювоподобной пасти первого пойманного нами демонического зверя, но в целом внешне оно мало чем отличалось. Единственная разница заключалась в том, что у него было четыре глаза вместо трех. Этот экземпляр был на уровень сильнее демонического зверя, пойманного нами вчера. «Если подумать, я ведь слышал об этом». Один из трех демонических зверей, выпущенных в лес, был особенно быстрым и трудным для поимки. Причина, по которой на поимку всех демонических зверей ушло три дня, крылась именно в этом четырёхглазом творении. «Тогда моя группа не могла поймать даже трёхглазого демонического зверя, не говоря уже о четырёхглазом». Видя четырёхглазого демонического зверя вблизи сейчас, я осознал, как сильно все изменилось с момента моего возвращения. — У него... на один глаз больше, — заметила Камилла, разглядывая четыре глаза демонического зверя, и в её голосе послышалось напряжение. — Может, в этот раз я его поймаю? — Хм, три у него глаза или четыре, разницы никакой. Камилла шагнула вперёд, не желая уступать. Я пожал плечами и занял позицию, чтобы заблокировать ему путь к отступлению, точно так же, как вчера. — Ха! Топ-топ-топ! Как только я подал знак, Камилла бросилась вперёд. — Грр?! Поглощённый питьём воды демонический зверь резко вскинул голову. Запаниковав, оно попыталось убежать, но я уже преграждал ему путь к отступлению. Демонический зверь заморгал, переведя взгляд то на меня, то на Камиллу, после чего наконец решил броситься на Камиллу. «Оно пытается прорваться». Я бросил взгляд на Камиллу, которая с уверенным выражением лица держала меч. — Только попробуй! Она подняла меч на бегущего на неё демонического зверя. Стигма на её левой груди засияла, и белый свет окутал её меч. Когда она приготовилась нанести удар по шее демонического зверя... Бип-бип! [Предупреждение. Если вы убьёте учебного демонического зверя вместо того, чтобы поймать его, ваши дополнительные баллы будут аннулированы.] На её Часах Героя появился красный экран с предупреждением. — Угх...! Камилла торопливо отвела меч в сторону. Но остановить меч, который уже был полностью занесён для удара, оказалось невозможно. Лязг! Её меч лишь чудом слегка задел шею демонического зверя. — Черт возьми! О таких вещах надо предупреждать заранее! Камилла гневно крикнула на красный экран предупреждения на своих Часах Героя. Возможно, отвлекаясь на экран предупреждения, она не осознала, что именно она «разрезала». — Гррр... Удерживающее устройство на шее демонического зверя раскололось пополам и упало. Все четыре глаза зловеще заблестели красным светом. — Гррр! Освободившись от ошейника-ограничителя, демонический зверь пронёсся мимо Камиллы с куда большей скоростью. — Что?! Испуганная Камилла повернула голову, но демонический зверь уже промчался мимо неё. Направление, в котором мчался демонический зверь со светящимися кроваво-красными глазами, вело к... — И-Ирис-с-с! — в панике завопила Камилла, забыв обратиться к ней «Святая». — Ах! Ирис попыталась увернуться от мчащегося на неё зверя, но она не обладала навыками ближнего боя, и избежать столь внезапной атаки для неё было невозможно. Когда свирепая пасть демонического зверя приблизилась к Ирис... — Тц, я же говорил, что разберусь с этим. Боевое искусство Беральда. Небесный Переворот. Глухой удар! — Гиаах! Издав визг, демонический зверь рухнул на землю от силы собственного бега. Я взмахнул ещё не обнажённым мечом и ударил бьющегося в судорогах демонического зверя по голове. Хбысь! Глаза демонического зверя потеряли красный блеск после удара ножнами меча по макушке. — Ты в порядке? — Ах... Да. С ошеломлённым выражением лица Ирис кивнула и взяла меня за руку, чтобы подняться. — О, Ирис! Камилла подбежала к Ирис. — Ты не пострадала? — Нет, я в порядке. — Хах. С облегчением выдохнув, Камилла прикусила губу и глубоко поклонилась. — Мне так жаль, Святая! Об этом инциденте будет официально доложено Святому Королевству, и последует заслуженное наказание... — Нет, в этом нет необходимости. — Но...! — Я же сказала, всё в порядке. Ирис мягко улыбнулась и коснулась плеча Камиллы, помогая ей выпрямиться. — Никто же не знал, что убивать демонического зверя запрещено, так что не о чем беспокоиться. — ... Камилла, которая с тревожным выражением лица кусала губы, повернулась ко мне. — Спасибо. Я обязательно отплачу тебе за это когда-нибудь. — Хмм. Отплатишь, говоришь? И как же именно? — Всё, что в моих силах. — О? Всё, говоришь? — Только если это не связано с поеданием дерьма! — Нет, ничего подобного. За кого она меня принимает, эта женщина? — Ну, возвращать долг не нужно... давай просто посчитаем, что мы квиты. — Квиты? — За то, что что произошло на прошлой неделе. — Угх, э-это было...! Оставив позади смущённую Камиллу, которая принялась изрыгать оправдания вроде: «Я просто потеряла бдительность, так что поделать было ничего нельзя...!», я подошёл к сломанному удерживающему магическому артефакту, лежавшему на земле двумя кусками. — Его все ещё засчитают в таком виде? Раздался чистый звонок, когда я склонил голову набок и достал свои Часы Героя, после чего появился голографический экран. [Зафиксирован захват группы «Ирис, Камилла Ведиче, Дейл Хан».] [Поскольку все демонические звери пойманы, «Практическая боевая подготовка» завершена.] [Курсантам рекомендуется незамедлительно направиться к входу на полигон.] — Похоже, ещё одна группа поймала одного из них. Цыкнув языком, я посмотрел на парящую в воздухе голограмму. Если бы вчера мы не забросили ночёвку в лагере ради Ирис и двигались чуть быстрее, то могли бы поймать всех трех демонических зверей, но теперь об этом было поздно жалеть. — Возвращаемся. — Поняла. Камилла кивнула и последовала за мной. И вот мы вдвоём направились к тренировочной площадке. «А?» Двое? — Ирис? — Ах, прости. Я на мгновение ушла в свои мысли. — Т-ты все-таки ранена...! — Нет, дело не в этом. — Что значит «не в этом»! У тебя лицо краснеет! — Я-я же сказала, не в этом! Ирис ускорила шаг, пытаясь скрыть покрасневшие щеки. — Святая! Камилла бросилась за ней. — ...Что происходит? Глядя на удаляющуюся фигуру Ирис, я в недоумении склонил голову набок. Почему же так, думал я. На малейшее мгновение взгляд Ирис напомнил мне мою бывшую возлюбленную из прошлой жизни. «Хватит ломать голову, пошли». Я отогнал роящиеся в голове мысли и последовал за двумя женщинами. * Причина, по которой я предложила ему объединиться в группу, заключалась в чистом любопытстве. — Правда... слава богу. Почему он... Почему он так горько плакал передо мной, человеком, с которым он даже никогда не разговаривал? Сначала я чувствовала лишь дискомфорт, но со временем это чувство угасло. И пока на фоне успокаивающихся эмоций росло любопытство, мои мысли заполнил тот мужчина, который в тот день сказал мне, что он «рад». «Чему именно он был рад?» Я продолжала размышлять, но ответа на ум не приходило. Вместо этого, пока я думала о нем, всплыла совершенно не связанная с этим мысль. «Он кажется знакомым». Несмотря на то, что мы, как я знала, не обменялись друг с другом ни единым словом. Его взгляд, когда он смотрел на меня. Его голос, когда он говорил со мной. Они не казались мне незнакомыми. Нет. Дело было не просто в том, что они не казались чужими. Я чувствовала необъяснимую, почти согревающую душу радость. «Почему я так себя чувствую?» Будто я встретила потерянного возлюбленного из прошлой жизни. Когда такие бессмысленные мысли пронеслись в моей голове... -Для этого занятия вы разделитесь на группы по три человека, так что собирайте участников свободно. Как только я это услышала... Я без раздумий встала и подошла к нему. «Если подумать...» Поступать так импульсивно было не слишком подобающе для святой. Но я не жалела об этом. Пусть это был всего один день, время, проведённое с ним... оказалось не таким уж плохим. Нет. Если честно... -Ты в порядке? Я была счастлива. Гораздо больше, чем ожидала. Пока мы вместе прочёсывали лесную тропу, выслеживая демонических зверей. Когда я впервые в жизни попробовала рамён. Когда он заслонил меня от мчавшегося демонического зверя. Когда он протянул мне руку, когда я упала, и спросил, все ли со мной в порядке. По моему телу пробежала лёгкая дрожь, и я испытала эмоцию, которую никогда раньше не чувствовала. Эмоцию, которую «святая» никогда не должна испытывать. — Эх. Что же мне теперь делать... Пока я вздыхала и продолжала размышлять... Внезапно в моей памяти вспыхнули воспоминания. -Эй, ты возомнил себя невесть кем, раз обращаешься ко мне неформально? Ты вообще знаешь, кто я? -Ладно, мы учимся на одном курсе, так что я пропущу фамильярность мимо ушей. Но что это было вчера, а? Какого чёрта ты смеешь поднимать руку на мою подругу, ублюдок? -Ах да, и ты должен забыть всё, что произошло сейчас, понял? Если нет... Тебе конец. -Кьяа! Что это такое? Это так вкусно! Ты издеваешься?! — Какого черта...? Что мне теперь делать? ---------- Том 1 Глава 13 После успешного завершения моего первого практического занятия я получил то, чего никогда не получал в прошлой жизни — бонусные очки. Если точнее, целых два очка. — Трёхглазый демонический зверь стоит одно очко, а четырёхглазый — три. — Тогда почему я получил два очка? — Потому что ты сломал сдерживающий магический инструмент. — Но я его не ломал. — Разве ты не знаешь, что на занятии действует коллективная ответственность? Черт побери. — Если уж зашла речь об ответственности, разве профессор тоже не разделяет её часть? — С какой стати я должен нести ответственность? — Вы никогда не говорили, что его нельзя убивать. — Ты что, не понимаешь значения слова «поймать»? Ты знаешь, во сколько обходится вырастить хотя бы одного такого учебного демонического зверя? Разумеется, убивать его не следовало. — Мне нечего на это ответить, отчего я злюсь ещё сильнее. Грр. Я подавил разочарование и откинулся на спинку кресла в кабинете профессора. — Кстати говоря... Профессор Лукас устремил на меня взгляд. — Почему ты постоянно приходишь сюда во время каждого свободного часа, как к себе домой? — Ну, в последнее время ходит столько всяких слухов. Если я буду на улице, то привлеку слишком много внимания. В этом смысле кабинет профессора Лукаса был идеальным местом, чтобы скрыться от любопытных глаз курсантов. — Ха, послушайте этого высокомерного сопляка. Ты что, думаешь, я твой друг? А? Я тебе приятель? Профессор Лукас уже собирался начать лекцию о том, что его священный кабинет не должен использоваться как моё личное убежище, как вдруг... — Во время прошлогоднего осеннего фестиваля. — А? Что насчёт фестиваля? — Там проводился поэтический конкурс под предлогом того, что даже героям необходим минимум литературных и художественных знаний. — ...И что? — Он не пользовался особой популярностью, поэтому не привлёк много внимания, но победителем конкурса стал анонимный курсант, представивший трогательное стихотворение о любви. — ...... — Это было прекрасное стихотворение, в котором передались глубокие и затаённые чувства к женщине, которую он тайком любил. — П-правда? Я не особо разбираюсь в поэзии, так что даже не знал о проведении такого конкурса. — Вот как? Это странно... Я медленно поднялся с кресла и вытащил с книжной полки книгу под названием «Продвинутая боевая подготовка». А точнее, белый лист бумаги, спрятанный между толстыми страницами. — Каким же образом тот, кто ничего не знал о конкурсе, оказался обладателем стихотворения-победителя прошлого года? — Т-ты! Каким образом ты...!? — Хм. Разве вам не любопытно? Кто же тот курсант, который внезапно появился, анонимно прислал стихотворение и победил? — Угх! — Профессор Лукас. Я ярко улыбнулся, разворачивая белый лист. На белом листе обнаружилось искреннее стихотворение о любви, написанное почерком профессора Лукаса. — А вы неплохой поэт, да? Я зачитал прекрасные строки, написанные на развёрнутом листе. — Моя возлюбленная, которую я так сильно любил... — Прекрати! — Я никогда не забуду тебя до конца своих дней... — Перестань! — Пусть я знал, что этой любви не суждено стать моей... — Хватит уже, сопляк! — Я буду продолжать думать только о тебе... — Аааргх! Бум! Профессор Лукас бросился на меня с рыком дикого зверя. Несмотря на рост почти в два метра, он двигался с поразительной скоростью. В мгновение ока он протянул руку к белому листу бумаги в моей руке. — Оп. Я развернулся, чтобы увернуться от его захвата, но... — Куда это ты собрался! Профессор Лукас резко сменил направление и выхватил белый лист из моей руки так, будто предвидел мой уворот. «Быстрый». Я не выкладывался на полную при уклонении, но всё равно не ожидал, что он отберёт его так легко. Становилось понятно, почему профессора Лукаса считали одним из самых одарённых среди преподавателей академии. — Хах, хах! Ты, сопляк... Как ты вообще это отыскал? — Я нашёл это во время уборки в вашем кабинете в прошлые зимние каникулы. Ну, строго говоря, это были не прошлые зимние каникулы, а прошло девять месяцев с момента зимних каникул на моём третьем курсе. Но я и вправду нашёл это во время уборки, так что эта часть была правдой. — Уборки? Почему ты убирался в моём кабинете... А. Профессор Лукас нахмурил брови, собираясь продолжить расспросы, но затем испустил тихий вздох. Во время школьных каникул большинство курсантов возвращались в родные города или уезжали на отдых, но делались исключения для таких курсантов, как Дейл, которые были сиротами и учились в академии за государственный счёт. Поскольку на время каникул расходы на проживание прекращались, им приходилось оставаться и зарабатывать деньги на подработках вроде уборки или обслуживания зданий. — ...Грр. Не имея больше оснований для допроса, профессор Лукас скомкал белый лист бумаги в кулаке. Эх. Глубокий вздох вырвался из губ профессора. — Ладно, ладно. Делай что хочешь, сопляк. Обращайся с этим местом как с собственным домом или разбивай здесь лагерь, мне всё равно! — Спасибо, профессор. — Засунь себе эту благодарность в одно место. — В таком случае, могу ли я попросить об ещё одной услуге? — Неблагодарный ты панк...!? — Не могли бы вы со мной сразиться? — ...Чего? Глаза профессора Лукаса широко раскрылись от удивления. Он с озабоченным выражением окинул меня взглядом с ног до головы и произнёс: — Спарринг? Ты хочешь сразиться со мной прямо сейчас? — Да. — Ну... если только это спарринг без использования маны... — Нет. Я хочу, чтобы вы выложились по полной. — ....... Взгляд профессора Лукаса пронзил меня насквозь. Если бы мне пришлось истолковать выражение его глаз, это выглядело бы примерно так: «Этот парень что, совсем рехнулся?» «Что ж, это вполне понятно». Было совершенно естественно, что он так отреагировал, ведь простой курсант попросил профессора о спарринге в полную силу. И не какого-нибудь профессора, а профессора Лукаса Кейна. «Лукас Кейн, Кровожадная гончая». Он был героем, достаточно сильным, чтобы войти в первую сотню среди тысяч, даже десятков тысяч героев. Конечно, когда я говорю «рейтинг», я не имею в виду «общий итоговый рейтинг», который определяет порядок курсантов. Этот рейтинг представляет собой «Рейтинг героев трёх стран», составленный теми, кто любит раскладывать людей по спискам на основе слухов и достижений, а не систематических тестов. «Разумеется, он гораздо менее точен, чем общие рейтинги курсантов». Поскольку он строится не на фиксированных экзаменах вроде рейтингов курсантов, а на разнообразных слухах и подвигах, его точность не слишком высока. Однако, пусть даже он не на сто процентов точен, само попадание в топ-100 среди десятков тысяч героев доказывало чьё-то мастерство и уровень героя. Он вовсе не был тем, кого курсант, только что начавший практические занятия, мог бы осмелиться вызвать на поединок. «Именно поэтому он идеально подходит для этой проверки». Прошло девять дней с тех пор, как я вернулся из будущего. За прошедшую неделю оставалось кое-что, чего я всё ещё не проверил. А именно... «Насколько я силен в данный момент?» Прежде чем я вернулся, после того как все мои товарищи погибли и я в одиночку скитался по континенту тысячелетиями... Я по-своему истолковал и развил фехтование, которому научился у Юрена, боевые искусства, перенятые у Беральда, и магические теории, постигнутые под руководством старшей Софии. Можно было задаться вопросом, какой смысл продолжать тренироваться в одиночку в уже погибшем мире. «Но я чувствовал, что сойду с ума, если не буду делать хотя бы этого». Посреди всепоглощающего одиночества тренировки в фехтовании, боевых искусствах и магии, которым меня научили товарищи, заставляли чувствовать, будто я снова нахожусь рядом с ними. «Проблема в том...» Действительно ли я развил то, чему научился у них? «Учитывая, что меня называли худшим тупицей за всю историю академии Рейнальда... насколько сильно я мог продвинуться?» По правде говоря, было вполне возможно, что я скорее деградировал, чем развился. В подтверждение этого скажу, что даже после сотен и тысяч лет тренировок я не прикоснулся и к краю той самой «крайности», о которой вечно твердил Юрен. «Именно поэтому мне нужно знать». После того как мир был разрушен... Мне нужно понять, сделали ли меня сильнее те сотни и тысячи лет, что я отчаянно пытался заглушить своё одиночество. Мне нужно знать, насколько силен я сейчас, когда сражаюсь в полную силу. «Для этого мне нужен кто-то сильный вроде профессора Лукаса, с проверенными навыками». — Спарринг, где мы выкладываемся по полной... Ты и я? Профессор Лукас горько рассмеялся и свирепо уставился на меня. — Я думал, в последнее время ты стал вести себя иначе, но неужели ты окончательно с катушек съехал, Дейл? — Я понимаю. Я знаю, что это нелепое предложение. — Раз знаешь, тогда зачем? — Потому что мне абсолютно необходимо сделать это прямо сейчас. — ....... Уловил ли он искренность в моих глазах? Профессор Лукас глубоко вздохнул и отвёл свой свирепый взгляд. — Ладно. Мне и самому было любопытно. Сколько же сил ты скрывал, паршивец. Шорох. Профессор отодвинул кресло назад и поднялся. В одно мгновение атмосфера в кабинете изменилась, будто от сна пробудился дикий зверь. — Ты же понимаешь, что это значит, верно? Профессор Лукас поднял два топора, висевших на стене его кабинета. Это были не тренировочные топоры; они представляли собой острые двусторонние боевые топоры, зловеще блестевшие на свету. — Смысл спарринга, в котором мы выкладываемся без остатка. Тяжёлая, удушающая жажда убийства, от которой пахло кровью, заполнила комнату, будучи направленной прямо на меня. Я усмехнулся, вытащил заранее подготовленный настоящий меч и кивнул. — Разумеется. * На тренировочной площадке, расположенной на территории академии. — Даю тебе пять минут. Профессор Лукас держал в руках лишь один из двух топоров и черкнул ногой круг на земле. Нарисованный им круг в диаметре составлял около метра. — За это время используй всё, что сможешь, чтобы вытолкать меня из этого круга. — ...Разве вы не говорили, что это будет спарринг, где мы выкладываемся по полной? — Сначала мне нужно убедиться, что ты того стоишь, прежде чем выкладываться на полную. А. Так вот оно что? — Понятно. Я кивнул и вытащил меч из ножен на поясе. — Хм. Я медленно вдохнул и сосредоточил разум в области левой груди. Ореол света исходил из стигмы и окутывал моё тело. — Я нападаю. Впервые с момента моего возвращения... Я собирался высвободить всю свою силу. Даже я не мог быть уверен, сработает ли эта атака против профессора Лукаса. «Мои физические тренировки и запас маны всё ещё далеко позади того, что было в прошлой жизни». Но это не имеет значения. На моей стороне было наследие моих товарищей, которое я оттачивал на протяжении сотен и тысяч лет. — Ху. Когда я выдохнул воздух, который всё это время задерживал в груди... Бах! Я ринулся вперёд. Солнечный Меч. Вторая форма, Серп Месяца. Ка-а-а-анг!!! Под пронзительный скрежет, казалось, разрывающий металл на части... — ...Безумие. Профессор Лукас с трудом отразил удар меча топором, но его тело вытолкнуло за пределы нарисованного на земле круга. Его глаза, широко раскрытые от шока, уставились на меня. — Ну как? Я широко улыбнулся, глядя на профессора Лукаса, которого мгновенно вынесло за пределы круга. — Как думаете, я стою того, чтобы выложиться против меня по полной? Всё заняло меньше пяти секунд, даже не пять минут. ---------- Том 1 Глава 14 После того как я принял первозданное пламя и вернулся во времени. Я никогда раньше не выкладывался в полную силу. Если точнее, у меня никогда не было такой возможности. «Ну, тут и там случались кое-какие инциденты». Но большинство из них были лишь стычками с другими курсантами. В этом смысле спарринг с профессором Лукасом меня изрядно взволновал. Пусть это был всего лишь спарринг, он стал первым противником, достойным того, чтобы выложиться на полную. Клац! Клац! Клац! Столкновение меча и топора происходило на скорости, за которой едва успевали следить глаза. — Хм! Издав короткое хмыканье, профессор Лукас скрестил два топора в руках крест-накрест и взмахнул ими. Он взмахивал ими легко, словно игрушкой, но скрытая за ними мощь была вовсе не шуточной. — Ву-у-у-н! Лучезарный ореол вырвался из его стигмы и бурно хлынул вдоль лезвий топоров. Одной лишь воздушной волны от его взмахов хватило, чтобы расколоть прочный дубовый пол полигона, словно его разорвали когти зверя. Поистине сокрушительная разрушительная сила. «Мне ни за что не заблокировать это в лоб». Мощь, исходившая от его почти двухметрового тела, была колоссальной, но разница в наших магических способностях оказалась ещё больше. Стигма на левой груди профессора Лукаса была «Стигмой Бога Земли». Магия, создаваемая стигмой Бога Земли, отличалась тяжестью, массивностью и разрушительной природой. Если бы я попытался заблокировать этот топор своим мечом, клинок, скорее всего, разлетелся бы вдребезги в одно мгновение. «В таком случае...» Я опустил стойку и наклонил меч. Я выжал из тела каждую унцию маны и сгустил её вдоль лезвия меча. Клац! Клац! Клац! В момент столкновения топора и меча сгустившаяся в клинке мана вырвалась наружу, слегка отклонив топор профессора Лукаса. Отклонённый топор заскользил вниз по наклонённому мечу, словно по льду. Я применил к своему фехтованию технику «Небесный Переворот», которой меня научил Беральд. Это была моя попытка преодолеть подавляющую разницу в силе. — Используешь трюки! Второй топор описал горизонтальный взмах. Его целью было моё плечо. Я нырнул вперёд, чудом избежав летящего топора. — Если достаточно долго использовать трюки, они становятся мастерством. Я выпрямился и взмахнул мечом. Солнечный Меч. Техника фехтования, созданная 500 лет назад одним из «Великих Пяти Героев», Рейнальдом Гелиосом, и усовершенствованная его дальним потомком Юреном Гелиосом, одним из «Последних Пяти Героев». Теперь ею владел я. Клац! Клац! Клац! — Гах… Где, черт возьми, ты научился такому фехтованию?! — Я самоучка. Я не лгал. Хоть моё фехтование и начиналось с Солнечного Меча, оно эволюционировало настолько, что его уже нельзя было назвать тем же самым, которым Юрен владел в моей прошлой жизни. После того как Бог Демонов уничтожил мир. Чтобы почтить память павших товарищей, я продолжал тренироваться в одиночку, что привело к болезненному осознанию. «Я не Юрен». Мой меч не мог ни ярко пылать, ни благородно сиять, как меч Юрена. Он был хрупким, но упорным. Слабым, но острым. Даже если он ломался, крошился или сокрушался. Он никогда не исчезнет. Это было фехтование, уникальное для «Дейла Хана». «Мне следует использовать ману лишь в тот краткий момент, когда клинки сталкиваются». Мне не нужно было быть настолько быстрым, чтобы противник не успевал следить глазами, или достаточно сильным, чтобы подавить его. Важнее было найти нужный момент, нацелиться на самое слабое место и ударить с убийственной точностью. Одного этого было достаточно. — Клац! Клац! Клац! Звон металла отдавался в моих ушах. С каждым вдохом, царапавшим горло, я продолжал взмахивать мечом. Разя, выполняя выпады, отражая удары и совершая обманные движения. Я чувствовал это. «Это было не напрасно». На покрытых снегом полях. Дни молчаливых тренировок в этом белом мире в одиночестве. Борьба, длившаяся сотни и тысячи лет. «Это было не напрасно». Это делалось не ради какой-то грандиознейшей амбиции. И не ради возвышенной цели. Я просто. Не хотел забывать. Я не хотел растрачивать впустую драгоценное наследие, оставленное ими. — Ха, ха-ха! Я не мог сдержать смех, переполненный эмоциями. Пробирающая до мурашек дрожь пробежала по моей спине и распространилась по всему телу. Я чувствовал себя настолько восторженным, что мне хотелось закричать от радости, но... «Почему?» Почему так? Одновременно с радостью в уголке моего сердца зародилась другая эмоция. «Этого недостаточно». Жгучая жажда обжигала мне горло. «Если я поднажму ещё чуть-чуть...» Кажется, я смогу подняться на ещё большие высоты, в более далёкие сферы. Словно я мог ухватиться за самый край предела, о котором Юрен так часто говорил. Казалось, по всему моему телу развешены тяжёлые цепи, тянущие меня вниз. В мыслях я точно знал, что мне нужно делать, но тело просто не поспевало. Посреди этого ужасного несоответствия... Я продолжал размахивать мечом. — Уф! Профессор Лукас едва успевал отражать яростные удары меча, переведя дыхание. «Что это за безумное фехтование?!» Удары не были особенно быстрыми. И не особенно мощными. Он мог следить за ними глазами и легко отражать. Но... «Почему... я не могу контратаковать?!» Было ощущение, будто его медленно душит подавляющее давление, словно он застрял в зыбучих песках. Его тело, которое обычно могло размахивать топором более пяти часов без усталости, теперь промокло от пота после менее чем пяти минут боя. По мере того как бой приближал его к состоянию транса... Он начал чувствовать, как удушающее давление делает его дыхание всё более тяжёлым. «В таком темпе я умру». Дело было не в проигрыше. Речь шла о смерти. Мысль о том, что он спаррингует со студентом, полностью вылетела из головы профессора Лукаса. «Если я не хочу умирать...» Он должен был убить его. Он должен был вложить в это все свои силы и убить стоявшего перед ним «врага», если хотел выжить. — Фу-у-у. В тот момент, когда он это осознал, его тело инстинктивно отреагировало на кризис. Ву-у-у-н! Цвет света, исходившего из его стигмы, изменился, и кроваво-красная аура окутала его тело. «Благословение Кровавого Воина». Это была уникальная способность, которой обладали лишь немногие герои, позволявшая его крови течь по венам с несравненно большей скоростью, чем раньше. Его мышцы раздулись, а налитые кровью глаза стали багровыми. Окутанный кроваво-красной аурой, он выглядел точь-в-точь как подразумевало его прозвище — «Кровожадная гончая». — Гр-р-р-р-р! Дикий рёв, напоминающий рык дикого зверя, сопровождал яростный взмах топора профессора Лукаса. — КВААААНГ! Звук, раздавшийся при столкновении меча и топора, был настолько громким, что трудно было поверить, будто он исходит от обычного столкновения оружия. Тело Дейла полетело по воздуху, как бумажный змей с обрезанной нитью, и врезалось в стену тренировочного зала. * — Дейл! Дейл Хан! Ты в порядке?! Профессор Лукас срочно бросился к Дейлу, влетевшему в стену. Увидев, как стена тренировочного зала полностью обрушилась, лицо профессора Лукаса побледнело. Даже будучи загнанным в угол, использование благословения против студента было непростительным. — Черт возьми...! Я немедленно отправлю за помощью из школы, так что просто держись! Он знал, что ему не избежать дисциплинарного взыскания, если просочится слух о том, что он применил своё благословение против студента, но какое это имело значение, когда на кону стояла жизнь его студента? Как только профессор Лукас собрался связаться со школой через свои Часы Героя... — Я в порядке. Дейл, лежавший у стены, медленно поднялся. — ...А? Профессор Лукас посмотрел на Дейла широко раскрытыми глазами, словно увидев призрак. — Ты... в порядке? — Да, я в порядке. Дейл спокойно кивнул, и профессор Лукас недоверчиво склонил голову. «Судя по состоянию этой стены, это были не те травмы, от которых можно просто так отделаться...» В худшем случае это должна была быть мгновенная смерть. В лучшем случае у него должно было быть как минимум пара сломанных костей. Но вот он здесь, в полном порядке? Подумав, что это может быть блеф, профессор Лукас осмотрел тело Дейла, но тот был действительно невредим, без единой царапины. — Я проиграл. — А? — Спарринг, я проиграл. — Ах. Только тогда профессор Лукас осознал, что до недавнего времени участвовал в «спарринге». Дейл ухмыльнулся при виде растерянного выражения лица профессора Лукаса. — По крайней мере, я рад убедиться, что нахожусь на уровне, позволяющем выявить вашу истинную «силу», профессор. — Кхм! Извини. Я в итоге использовал своё благословение сам того не заметив. — Нет, если бы вы не использовали его до самого конца, я бы, пожалуй, немного разочаровался. С этими словами Дейл убрал меч в ножны. — Для меня было честью получить ваше наставление сегодня. У меня другой урок, так что я пойду. — Ах... Д-да. Если позже почувствуешь какую-то боль, обязательно дай мне знать. — Да. Без малейших колебаний Дейл повернулся и покинул тренировочный зал. — ...... Оставшись один в наполовину разрушенном тренировочном зале, профессор Лукас вспомнил их спарринг... нет, свой бой с Дейлом. — Фух. Я уже давно профессор, но такое со мной впервые. Когда он впервые услышал, что Дейл хочет поспарринговать с ним, всё, о чем он мог думать, — это то, что парень окончательно сошёл с ума. Это было неудивительно. Независимо от своих недавних достижений, Дейл оставался всего лишь курсантом. Причём курсантом с самым низким рейтингом, которого часто считали худшим за всю историю Академии. — Такой пацан сумел загнать меня так далеко... Он ни за что бы не поверил в это, если бы не испытал на собственной шкуре. — Неужели этот парень и вправду вернулся из будущего или вроде того? Эта абсурдная мысль даже промелькнула у него в голове. — Ну, в конце концов, я все равно победил! Конечно, было странно радоваться победе, в которой ему пришлось использовать своё благословение против студента. Но победа есть победа. По крайней мере, ему удалось избежать полного позора в качестве профессора. «Э-э... минутку». Его выражение лица затвердело, когда профессор Лукас мысленно прокрутил бой с Дейлом. От причудливого фехтования, которого он никогда раньше не видел, до почти акробатического контроля маны и точных движений... Способности Дейла преобразились так, словно он действительно вернулся из будущего. За исключением одной вещи. Был один аспект, который не изменился по сравнению с прошлым. — Дейл... Его мана почти не отличалась от той, что я помнил. Уровень его маны составлял менее 10% от среднего показателя кандидата. По сравнению с ним самим разница была более чем двадцатикратной. И тем не менее... Обладая этим ничтожно малым количеством маны, он загнал его на грань «смерти». — ...... Для героя мана — это как весовая категория. Учитывая огромную разницу в уровнях их маны, это было все равно что изо всех сил пытаться выиграть у восьмилетнего ребёнка. Но что, если... Что, если Дейл сохранит свои нынешние способности и вдобавок получит больше маны? — Ха. Леденящая душу дрожь пробежала по его спине. — Возможно, я обучаю не кандидата в герои... а детёныша монстра. Тяжёлый вздох сорвался с губ профессора Лукаса. ---------- Том 1 Глава 15 День после моей дуэли с профессором Лукасом. Завершив утренние занятия, я присел на скамейку у тихой дорожки, куда курсанты заглядывали редко, и вспомнил вчерашнюю дуэль. «Он был силён». Именно так, как я и ожидал. Профессор Лукас обладал уровнем мастерства, далеко превосходящим посредственных курсантов, с которыми я сталкивался после своего возвращения. «Но это не тот уровень, который я не смог бы одолеть». Если честно. Часть меня во время боя даже подумала: «И это всё?» «Впрочем, забавно, что у меня возникали такие мысли даже после поражения». Но ничего не поделаешь. Причина, по которой я проиграл дуэль профессору Лукасу, заключалась вовсе не в недостатке мастерства или опыта — всё дело было в подавляющей разнице в наших запасах маны. «Ну, учитывая обстоятельства, впечатляет уже то, что мне удалось устоять». В конце концов, я был отчасти доволен тем, что заставил профессора Лукаса использовать его «благословение». По крайней мере. Я мог сказать, что время, проведённое за тренировками в одиночестве в разрушенном мире, прошло не зря. «Хотя в моём нынешнем состоянии я не могу полностью использовать большинство техник». Разумеется. Фехтование, боевые искусства и магия, используемые героями, строятся на предположении, что они подпитываются маной. Техники без маны — всего лишь имитации. Словно муляжи еды, выставляемые перед ресторанами. Пусть внешне они похожи, техники без должной маны не способны проявить всю свою силу, точно так же, как муляж еды не сравнится с настоящей пищей. «И прямо сейчас у меня не так много техник, которые я могу использовать на полную мощность с моим нынешним количеством маны». Выделяется разве что «Небесный переворот», который специализируется на использовании силы противника против него самого. На самом деле, даже эта техника была бы куда мощнее, будь у меня достаточно маны. — В конце концов, всё сводится к мане. Цокнув языком, я разочарованно вздохнул. — Я... сделал что-то не так? Раздался полный страха голос из-за спины. — А. Если подумать, он всё ещё был здесь. Я повернул голову к своему «другу», который усердно массировал мне плечи, пока я погрузился в раздумья на скамейке. — Кажется, твоя сила ослабла по сравнению с тем, что было раньше? — Я не смягчал давление... — О, так мне просто кажется? — Н-нет! Всё не так! — Тогда что же? — П-прости! Я виноват! Джульет с испуганным выражением лица глубоко поклонился. Я рассмеялся и похлопал Джульета по плечу. — Ха-ха. Я просто шучу, приятель. Это же шутка между друзьями, так почему ты так боишься? — Х-хорошо. — Кстати... Прошла уже почти неделя. Тебе удалось раздобыть деньги? При упоминании денег плечи Джульета слегка задрожали. Он заговорил плачущим голосом, словно попытка собрать один миллион золотых стала для него настоящим испытанием. — Я-я думаю, что смогу достать их к завтрашнему дню! — Думаешь? — Н-нет! Я достану! Да! — Ладно, ладно. Спасибо, дружище. Наверное, было тяжело собрать миллион золотых. — Н-ну... раз уж это просьба друга. — Ах... Собрать миллион золотых в столь короткий срок ради друга... от этого у меня на глаза наворачиваются слёзы умиления. — Разве дружба — это не прекрасно? Помогать друг другу в трудную минуту — вот для чего нужны друзья. Глаза Джульета тоже покраснели, вероятно, он чувствовал то же самое. — Не перекусить ли нам теперь? — Д-да. Мне взять обычную булку? — Конечно. Сегодня особый день, так что давай возьмём хлеб с сосиской. — Я сейчас же сбегаю за ним! Джульет быстро повернулся и бросился в магазин. Его быстрые движения передавали глубокую связь между нами. — Хмм... Пока я неторопливо ждал на скамейке возвращения Джульета, *Дзинь!* Раздался чёткий звук оповещения, и всплыло голографическое окно. [Если ты свободен, не хочешь пообедать вместе?] Это было сообщение от Ирис. Ни секунды не колеблясь, я ответил. [Конечно. Где ты?] [В столовой главного корпуса.] Столовая главного корпуса? Именно там обычно обедают дети из престижных дворянских семей и корпораций, да? «Я никогда раньше там не был». В прошлой жизни я ни разу не ступал в столовую главного корпуса, потому что цены там были заоблачными. Хотя завтра мне предстояло потратить миллион золотых на исследования (пусть и не мои деньги), я на мгновение засомневался. [Поскольку во время полевых учений ты готовил еду, позволь мне угостить тебя сегодня.] [Я уже иду.] Ах, такая милая, добрая, да ещё и предлагает купить мне еду. «Святая, ты лучшая!» Я помчался к столовой главного корпуса, где меня ждала моя возлюбленная из прошлой жизни. — ...Ой, постой. Кажется, я кое-что забываю. «Ну и ладно, наверное, ничего страшного». Я ускорил шаг, пытаясь очистить разум от застрявших в голове мыслей. * — Ах, сюда, Дейл! — Сюда. Войдя в главный обеденный зал, я увидел Ирис и Камиллу, которые ждали меня, уже заняв столик. — Значит, это и есть главный обеденный зал? — Ты здесь впервые? — Ага. Я сел за столик, где сидели девушки, и огляделся. Ресторан отличался роскошным интерьером, напоминающим обеденный зал отеля. От свечей, расставленных на каждом столе, исходил приятный аромат. — Я тоже давно не заходила в этот обеденный зал. — О, если подумать, тебе ведь обычно готовит еду шеф-повар, присланный из Святого Королевства, верно? — Да. Выходит, они пропустили профессионально приготовленный обед только ради того, чтобы пообедать со мной? — Хм. Святая редко предлагает пообедать вот так, так что считай это за честь. — О, для меня поистине большая честь получить приглашение на пир Святой. Я встал и утрированно поклонился, отчего Ирис смущённо замахала руками. — П-пожалуйста, не надо так! Камилла, тебе тоже не следует говорить подобные вещи! — Ха-ха. Благодаря тебе приятно побывать в таком месте. — Дейл, ты обычно ходишь в столовую в пристройке? — Нет, я просто беру что-нибудь в магазине. — В магазине? Ирис нахмурилась при упоминании магазина. — Я слышала, что еда из магазинов не очень полезна для здоровья. — Зато дёшево и просто. — Хмм. Ирис, скрестив руки с недовольным выражением лица, заговорила: — Тогда как насчёт того, чтобы с этого момента обедать с нами? — С-Святая? Камилла выглядела потрясённой внезапным предложением Ирис. — Ну, это... — Что? Станет на одного человека больше — большая ли разница. — Д-дело вовсе не в этом... — Если дело не в этом, то в чём же? Камилла выглядела растерянной. Проблема была не в том, чтобы приготовить лишнюю порцию еды, а в том, что Святая Святого Королевства каждый день обедала с каким-то неизвестным курсантом — вот что по-настоящему беспокоило её. — Я ценю предложение, но пообедаю один. Я мягко покачал головой. Обедать с Ирис каждый день, конечно, было бы заманчиво, но... Ещё нет. На данный момент у меня было слишком много дел. Настолько много, что даже время на приём пищи казалось роскошью. — Хмм... О, тогда как насчёт такого? У нас практические занятия по бою каждый понедельник, так почему бы нам просто не обедать вместе по понедельникам? — Если только раз в неделю... пожалуй, можно. Хотя дел у меня было невпроворот, отказываться от одного обеда в неделю причин не было. — Он же согласился, так? Под пристальным взглядом Ирис Камилла поколебалась, прежде чем нехотя кивнуть. — Ладно... Я сообщу шеф-повару. Она, судя по всему, смирилась с тем, что этот план не остановить, и согласилась со сложным выражением лица. — Значит, решено: каждый понедельник? — Понял. — Ура! Здорово! — А? — Кхм. Я ничего не говорила. — Но только что... — Я сказала, что ничего не говорила. — Э-э... ладно. Конечно, пусть будет так. — Ну что, поедим? — Да! Просто следуй за мной! Поскольку в главном обеденном зале был шведский стол, нам приходилось брать еду самим. С пустыми тарелками в руках мы с Ирис направились к центральной части обеденного зала. — Вау, что это всё такое? Пространство было заполнено рядами блюд, каждое из которых выглядело аппетитнее предыдущего. — Отсюда и дотуда — блюда Святого Королевства, вон там — имперские блюда, а на противоположной стороне — блюда Республики. — Они все выглядят так хорошо, что я даже не знаю, с чего начать. — Хочешь, я порекомендую тебе что-нибудь из блюд Святого Королевства? — Нет, ну... пожалуй, я бы воздержался от блюд Святого Королевства. — П-почему нет? И в самом деле, почему? На всём континенте было общеизвестно, что кухня Святого Королевства славилась вовсе не своим вкусом. — В Святом Королевстве тоже есть вкусные блюда! — Лучше, чем быстрорастворимый рамён? — Э-это... Ирис замолкла и быстро отвернулась. Как традиционные блюда могли быть хуже заводской еды быстрого приготовления? Что вообще за место такое — это Святое Королевство? — В общем! Раз уж ты упомянул, что обычно питаешься вредной магазинной едой, сегодня тебе нужно съесть что-нибудь полезное! — Жестоко. Пока Ирис таскала меня повсюду, накладывая еду на мою тарелку, я кое-что заметил. *Шёпот.* В одном из углов зоны шведского стола собралась группа девушек-курсанток. Подумав, что там подают какое-то популярное блюдо, я повернулся посмотреть и увидел... — ...Юрен? Окружённый курсантками был вовсе не популярным блюдом, а юношей с золотыми волосами, сияющими так же ярко, как солнце. Золотые волосы и золотые глаза. Кожа белая, как снег, и естественно испускаемая благородная аура. Андрогинная внешность, которую легко было принять за женскую. Это был Юрен Гелиос, мой наставник, обучивший меня Солнечному Мечу в прошлой жизни, и мой неразлучный друг. — Ах, Юрен, ты сегодня будешь есть кухню Святой Нации? — Есть ли какая-то еда, которая тебе особенно нравится? Наша семья недавно наняла известного шеф-повара из Республики... — Недавно мы раздобыли премиальное вино. Как насчёт бокала к обеду? — ...... Юрен проигнорировал окружавших его курсанток, даже не взглянув на них, и молча раскладывал еду по своей тарелке. — Хм? О, наследник семьи Гелиос, верно? Дейл, ты его знаешь? — ...... Знаю ли я его? Я подавил горькую улыбку и покачал головой. — Я только слышал его имя. Ещё нет. Ещё не время с тобой встречаться. День, когда я предстану перед тобой, должен наступить тогда, когда я стану увереннее в себе. «Эх, этот парень и правда популярен». В отличие от Джульета, который тусовался с новоприбывшими первокурсницами, курсантки, окружавшие Юрена, с первого взгляда излучали благородство. «Ну, полагаю...» Он красив, из влиятельной семьи, а его оценки на высоте — он никогда не упускал первое место в комплексных оценках курсантов с момента поступления. Естественно, что он популярен. — Дейл? — Хм? О, прости. — О чём ты так глубоко задумался? — Ах... ну, я просто подумал, что он так же хорош собой, как говорят слухи. — Ага. Ирис слегка повернула голову в сторону Юрена, затем откашлялась и заговорила: — Он красив, но совсем не в моём вкусе. — Правда? — Да. Мне не особо нравятся люди, выглядящие так, будто их вылепили боги. Довольно иронично слышать это от Ирис, которая сама выглядит так, будто её сотворили боги. — Тогда какая внешность в твоём вкусе? — Я предпочитаю кого-то более живого, похожего на сорняк, растущий на улице... кого-то с более естественной внешностью. Если бы мне пришлось привести пример... Ирис застенчиво прикрыла щеку мягкими розоватыми волосами и бросила на меня взгляд. — Кто-то вроде тебя, Дейл. — ...... Значит, ты хочешь сказать... — Ты думаешь, я похож на сорняк? — ...Нет. — Знаешь, это немного обидно. — Я не это имела в виду! — Подумать только, что я услышу, будто похож на сорняк. — Ах ты гад! Я совсем не это имела в виду! Смущённая и кричащая Ирис заставила меня рассмеяться. — Да просто иди ешь уже! Следуя за Ирис, которая раздражённо фыркала, направляясь к столу, я слегка повернул голову, чтобы посмотреть на Юрена. «Ирис, Юрен». И хотя я ещё не встречал их, Беральд и старшая София, которые наверняка где-то в школе. «Я действительно вернулся, да?» Почему-то, хотя прошло уже больше недели с моего возвращения, эта мысль снова внезапно пронзила меня. Это был мартовский полдень. Долгая зима закончилась. Приходила весна. * — Хафф, хафф! Хафф! Место, откуда ушёл Дейл. Прибежал молодой человек со вспотевшими светлыми волосами, руки которого были полны хлеба. — Д-Дейл! Я принёс хлеб с сосиской, который ты просил! Джульет огляделся по сторонам, подзывая Дейла, но ответа не последовало. «...Может быть, он в уборной?» Осторожно присев на скамейку с полными хлеба руками, Джульет стал ждать возвращения Дейла. — ...... Прошло тридцать минут, час, два часа. Джульет, у которого урчало в животе, в конце концов съел остывший хлеб с сосиской в ожидании Дейла. — Хнг... Хнггг. Хлеб с сосиской, пропитанный слезами, на вкус казался горечью жизни. ---------- Том 1 Глава 16 — Ты раздобыл средства на исследование? В потрёпанной лаборатории, казалось, готовой рухнуть в любую минуту, морщинистые глаза профессора Джейда широко раскрылись от удивления. — Да, как вы и просили — один миллион золотых. Я раздобыл их. — ...Хм. Профессор Джейд уставился на меня с недоверием. Что ж, это понятно. Какой курсант принесёт целый миллион золотых только ради участия в исследовании профессора? Тем более профессору, занимающемуся тем, что Святое Королевство назвало бы «запрещённым исследованием», которое считается непростительным. — Ты... сошёл с ума? Я никак не думал, что услышу такие слова от профессора Джейда. — Разве не вы говорили, что для начала исследования требуется по меньшей мере один миллион золотых? — ...Я говорил такое. Его выражение лица выдавало, что он на самом деле вовсе не ожидал, будто я их достану. — Но я думал, что Республика покрывает твою плату за обучение. Как тебе удалось раздобыть миллион золотых? — Вы копались в моем прошлом? — Просто отвечай на вопрос. Профессор Джейд нахмурился, его морщинистые глаза сузились. Я пожал плечами и спокойно ответил: — Я одолжил их у друга. — Одолжил? Миллион золотых? — Вы слышали о Джульете Кан? — Впервые слышу о таком. — Он сын владельца одного из пяти главных конгломератов Республики, и он мой друг. — Хм. Даже для выходца из богатой семьи одолжить миллион золотых простому курсанту — непростая задача. — Почему ты так отчаянно хочешь изучать стигмы? — Мне нужно, чтобы вы кое-что создали, профессор. — Хочешь, чтобы я кое-что создал? — Да. — Что именно? Профессор Джейд с любопытством посмотрел на меня, и я не спеша открыл рот: — Усилитель стигмы. — Усилитель стигмы? — Проще говоря, это препарат, который искусственно ускоряет стигму для увеличения маны. Для такого человека, как я, который постоянно боролся с нехваткой маны, это было словно дождь в засуху. Конечно, магия увеличивается лишь временно, но количество маны, вырабатываемое перегруженной стигмой, намного превосходит то, что даёт любой эликсир или магический артефакт. «Если бы я принял усилитель стигмы во время дуэли с профессором Лукасом, результат мог бы оказаться совсем другим». Во всяком случае, это профессор Лукас врезался бы в стену и рухнул, а не я. Настолько колоссальным мог быть прирост маны от усилителя стигмы. Конечно же. С великой силой приходит и огромный риск. — Ты хочешь ускорить стигму искусственно... Ха-ха-ха-ха! Профессор Джейд рассмеялся, его плечи затряслись, будто он сошёл с ума. С его губ сорвался резкий, неприятный смех. — Ты... Ты вообще представляешь, что происходит, когда стигму ускоряют искусственно? — Представляю. — Знаешь — и все равно говоришь такое? Глаза профессора Джейда опасно блеснули. — Стигма — это одновременно и сосуд, содержащий ману, и нечто вроде сердца, циркулирующего ману по всему телу. И ты хочешь ускорить её искусственно? Он и сам проводил немало безумных экспериментов, но усилитель стигмы был куда более безумной идеей. — Если стигма выйдет из-под контроля, меридианы в твоём теле скрутятся, а вскоре после этого разорвутся внутренние органы, что приведёт к мучительной смерти. По сути, это яд, как ни назови его — хоть усилителем стигмы. — Конечно, в ходе исследований мы, возможно, и сможем создать нечто, пережив применение чего человек сможет выжить один раз. Но если выпить это больше двух раз, тело не выдержит. — Мне и не нужно, чтобы оно выдерживало больше. — ...Что? — Пока эффект гарантирован, не имеет значения, умру ли я после однократного применения. — ...Ха. С губ профессора Джейда сорвался тяжёлый вздох. Он пренебрежительно махнул рукой, словно больше не находил разговор стоящим продолжения. — Немедленно вон из моей лаборатории! Решительный отказ. Лицо профессора Джейда выражало явное раздражение, когда он отвернулся. «Что ж, полагаю, это вполне ожидаемая реакция». Я бы тоже вытолкал кого-нибудь за дверь, обратись он ко мне с такой безумной просьбой. «Ничего не поделаешь». Чтобы заставить профессора заняться исследованием усилителя стигмы, мне нельзя было вечно прятать карты в рукаве. Ср-р-нг. Я вытащил меч из ножен на поясе. Увидев острое полированное лезвие, профессор Джейд недоверчиво усмехнулся. — Только не говори, что ты попытаешься угрожать мне этим? — Разве такая угроза подействует на того, кто упорно исследует стигмы вопреки давлению со стороны Святого Королевства? — Тогда к чему это? — Вместо того чтобы объяснять, проще показать. Я поднёс острое лезвие к собственной шее. И полоснул. Швак! Кровь забила фонтаном. Моя голова, отрубленная от шеи, покатилась по полу. — Ч-что за...!? Профессор Джейд соскочил со стула с ошеломлённым лицом. Пока кровь лилась потоком, заливая его, он стоял в полном шоке. — ...Хм? Брызнувшая на него кровь превратилась в серый пепел и с мягким шорохом упала на пол. А затем: — Теперь понимаете? Почему я сказал, что это не имеет значения. — Кх-х...! Профессор Джейд с отвисшей челюстью и выражением лица человека, увидевшего призрака, сделал шаг назад. — Ты, ты... что это было...?! Что ж, такая реакция вполне естественна при первой встрече с этим. — Ты пытался применить ко мне заклинание иллюзии... — Воин ведь не стал бы использовать заклинания иллюзий, верно? Хотя благодаря старшей Софии я могу немного пользоваться ими при необходимости. — Это произошло благодаря «Благословению возрождения». — ...Благословению возрождения? — Да. Это благословение, которое регенерирует тело при получении смертельной травмы, ведущей к гибели. — Ха. Профессор Джейд недоверчиво посмотрел на меня. Я снова приставил меч к шее и спросил: — Если вы все ещё не верите, мне срезать её снова? — Н-не нужно! В этом нет необходимости! Профессор Джейд отчаянно затряс головой, на его лице отразился страх. Фух. Он глубоко вздохнул, успокаивая волнение, и заговорил более сдержанно. — Значит, ты хочешь сказать, что из-за «Благословения возрождения» твоё тело регенерирует после любых травм? — Ну, тут все немного иначе, но... можно думать и так. — ...Вот почему ты попросил меня разработать то безумное зелье для усиления стигм. Даже если стигма выйдет из-под контроля и исказит циркуляцию энергии в теле, это не будет иметь никакого значения, раз «Благословение возрождения» способно все восстановить. Иными словами. По крайней мере, для Дейла Хана зелье усиления стигмы станет идеальным эликсиром без каких-либо побочных эффектов. — Но какими бы мощными ни были благословения, разве нет предела тому, насколько тело способно регенерировать? — Пределы, да... Горькая улыбка тронула мои губы. Существуй такие пределы... Я бы не скитался в одиночестве сотни и тысячи лет, жаждая смерти. — По крайней мере, не до такой степени, чтобы побочные эффекты зелья усиления стигмы нельзя было исцелить. — Хм. И впрямь. Увидев воочию, как отрезанная голова регенерирует за мгновение, не оставалось никаких сомнений в регенеративных способностях «Благословения возрождения». «Если он действительно обладает благословением, регенерирующим смертельные раны, ведущие к гибели...» Профессор Джейд сухо сглотнул. Жаркое ощущение распространилось от затылка, пуская мурашки по его спине. «Это может колоссально продвинуть застрявшие на месте исследования стигм». Почему исследования стигм находятся под таким запретом? Разумеется, на то есть религиозные причины, но больше всего дело в том, что вмешиваться в хрупкую природу стигм невероятно опасно. Но что, если кто-то сможет полностью свести этот риск на нет и помочь в исследованиях? «...Пожалуй». Возможно, ему удастся воплотить в жизнь «мечту», о которой он так долго тосковал. «Оскар». Молодой человек с ярко-рыжими волосами, которому так шла его жизнерадостная улыбка. Лицо его бывшего ученика само собой всплыло в памяти профессора Джейда, и тот крепко зажмурил глаза. Укол вины, жгучий, словно пламя, сжал его грудь. Чем больше он вспоминал ученика, тем сильнее чувствовал, будто кто-то душит его, затрудняя дыхание. — Профессор? — О... Прошу прощения. Профессор Джейд покачал головой, словно отгоняя мысли прочь. — Значит, раз побочные эффекты для тебя не важны, ты хочешь, чтобы я создал зелье усиления стигмы? — Совершенно верно. — Хм. Зелье усиления стигмы... Усиление стигм ради мгновенного высвобождения взрывной силы... — ...Создать его будет не так уж сложно. — О? — Ну, уже существует несколько исследований о том, как вызвать перегрузку стигмы. Проблема в том, чтобы гарантировать, что перегрузка приведёт к временному увеличению маны... Для этого потребуется дополнительное изучение. — Я помогу с исследованиями. — Ха! Ты? Поможешь с исследованиями? Профессор Джейд покачал головой, будто отмахиваясь от этой идеи как от нелепости. — Разве ты не учишься в Отделении Воинов? Ты ведь никогда даже не посещал занятия по магии или алхимии, так как же ты... — Я изучал теорию, так что кое в чем разбираюсь. — Хах. Это просто смешно... Тогда как насчёт того, чтобы ты решил эту задачу? Профессор Джейд вытащил одну из множества бумаг, сваленных в беспорядке на столе, и протянул её мне. Содержание бумаги было связано с тремя трудными задачами, оставленными его далёким предком, «Великим Мудрецом». Задачи были настолько сложными, что большинство профессоров из Отделения Магов не смогли бы их решить, не говоря уже о понимании. Он протянул её просто чтобы подшутить над студентом Отделения Воинов, который даже не представлял, насколько трудна магия на самом деле. — Я решил её. — Что? Решил? Просто взглянув на бумагу? Профессор Джейд глубоко вздохнул и забрал бумагу обратно. — Ты, возможно, не знаешь, но это не те задачи, ответ на которые можно просто угадать... Что? — Что-то не так? — Н-нет. К-как...? Этого не может... Этого просто не может быть. Рука профессора Джейда, державшая бумагу, задрожала. — Т-ты... В глазах профессора Джейда вспыхнул огонь, когда он посмотрел на Дейла. Это было похоже на встречу с первой любовью из его снов, и его дыхание участилось. Профессор быстро приблизился и грубо схватил Дейла за плечи. — Ты...! Не думал ли ты перевестись на Отделение Магов?! — Простите? — После окончания учёбы вступай в мою исследовательскую лабораторию! Я поддержу тебя именем «Бастиана»! — Нет. Это уже чересчур... ---------- Том 1 Глава 17 Прошло несколько дней с тех пор, как я начал исследовать усилители стигм вместе с профессором Джейдом. Выходные пролетели незаметно, пока я погружался в исследования, и понедельник наступил прежде, чем я успел опомниться. На понедельник было запланировано всего одно занятие. Это был самый важный обязательный курс, который должны были посещать все курсанты третьего курса, независимо от их отделения: «Практическая боевая подготовка». Этот курс существенно влиял на общий рейтинг курсантов и знаменовал собой первый шаг к тому, чтобы стать «героем». Из-за этого у «Практической боевой подготовки» было несколько уникальных особенностей. Во-первых, она имела абсолютный приоритет над другими занятиями. Другими словами, если расписание «Практической боевой подготовки» менялось или продлевалось, любые пропущенные из-за этого занятия считались пропуском по уважительной причине. Во-вторых, курс не привлекал никого к ответственности за травмы или смертельные случаи, произошедшие во время тренировок. Хотя минимальные меры безопасности соблюдались, инструктор не понёс бы никаких последствий, если бы несчастный случай привёл к гибели людей. В конце концов, это учебное заведение создавалось не для выпуска учёных или профессионалов, а для подготовки «героев», которые после окончания академии будут сражаться на передовой. Третьей особенностью была продолжительность занятия. В отличие от других занятий, которые обычно длились два-три часа, «Практическая боевая подготовка» занимала весь понедельник целиком. Перерывы на обед и отдых оставались на усмотрение инструктора, а это означало, что в худшем случае мы могли даже остаться без обеда, совсем как во время прошлой выездной тренировки, которую мы уже пережили. Иными словами... — Сегодняшний урок посвящён «умственной подготовке». Если кто-то из вас провалит тест после утренней сессии, вы продолжите занятия прямо во второй половине дня без перерыва на обед. Считайте, что я вас предупредил. Несмотря на мой плотный график в последние дни, я с нетерпением ждал возможности приятно пообедать с Ирис. Однако, чтобы это осуществилось, мне сначала нужно было преодолеть препятствие по имени профессор Лукас. «Серьёзно, неужели нельзя дать нам хотя бы время на еду?» Я тяжело вздохнул, глядя на профессора Лукаса, стоявшего на возвышении. Никакого обеденного перерыва и целый день занятий... Это бесчеловечно! Мы уже прошли через настоящий ад на прошлой выездной тренировке! Я стонал по поводу отсутствия обеда не один. Курсанты дружно уставились на профессора Лукаса, мысленно проклиная его за то, что он не похож на других инструкторов, которые якобы дают частые перерывы. — Что? У вас есть с этим какие-то проблемы? — Н-нет, профессор! — У нас нет никаких жалоб, профессор! Конечно, наши жалобы ничего не изменили. — Тьфу ты. Я же не хочу доводить вас до крайности, заставляя пропускать приёмы пищи. — А? Но во время выездной тренировки... — Это была не моя вина. Вы просто не смогли нормально подготовиться. Я не прав? — ... Усмирённые неоспоримой правдой, курсанты поджали губы. В наступившей тишине Альберт поднял дрожащую руку. — Эм, профессор... Вы же упоминали ранее, что мы не получим перерыв на обед, если завалим тест, верно? — Верно. — Так разве это не то же самое, что пропустить приём пищи... — Я сказал, что не будет перерыва на обед, но я никогда не говорил, что вы пропустите приём пищи. Хищно ухмыльнувшись, профессор Лукас достал из кармана прозрачный контейнер и водрузил его на кафедру. Внутри контейнера плескалась зелёная жидкость неизвестного происхождения. — Это особый сок, который я приготовил сам. Всего одна такая порция позволит вам оставаться сытыми до самого ужина. — ... Лица курсантов побледнели, пока мы вглядывались в зловеще светившуюся зелёную жидкость, которая почему-то пузырилась, хотя её никто не нагревал. — Эм, профессор... Что это вообще такое? — Мм? Я же только что сказал, это особый сок собственного приготовления. — Нет, я понял, но... что в нём? — Ха-ха-ха. — Нет, серьёзно, пожалуйста, расскажите. — Альберт, тебе любопытно, что находится в этом соке? — Эм... Да, профессор. Я... мне любопытно. — Тогда подойди сюда и отведай его. — Ч-что? Лицо Альберта застыло от страха. — Н-нет! Мне вовсе не любопытно, профессор! — Но ты же только что сказал обратное. — Я беру свои слова назад! Мне не любопытно! — Ладно, тогда давайте решим всё честно голосованием. Все, кто за то, чтобы Альберт отведал сока, поднимите руки. Каждый курсант в аудитории поднял руку. Разумеется, я тоже поднял свою. — Вы... предатели! Альберт затрясся, когда каждая рука в комнате взметнулась вверх единогласно. Профессор Лукас мерными шагами направился к Альберту. — А! — Не устраивай драму. От этого ещё никто не умирал. — Ох... — Да... Наверное, не убьёт. Возможно. — А-а-а! Альберт испустил недостойный вопль, пытаясь сбежать, но профессор Лукас схватил его за плечо и силой залил сок ему в рот. — Кха! Угх! Кхе-кхе! Глаза Альберта расширились, когда он невольно проглотил особый сок. — Угх! Тьфу! — Только посмей вырвать. — Ч-что это вообще такое... Что может иметь такой вкус...!? — Ты знаешь, какая еда состоит исключительно из белка, Альберт? — Разве это не... куриная грудка? — Ха! Это высокобелковый ингредиент, по сравнению с которым куриная грудка просто блекнет! — ...? Профессор Лукас вытащил из кармана ещё один контейнер. Альберт, едва сдерживая тошноту и прикрывая рот рукой, уставился на банку. Внутри что-то шевелилось. — Жуки...? — О нет, это не просто жуки. Это съедобные личинки жуков, выращенные с использованием лучших технологий культивации Республики. — То есть жуки, верно? — Попадая в желудок, всё это превращается в одинаковые питательные вещества. — ...Ах. Бух. Альберт сполз со стула с выражением абсолютного отчаяния на лице. Хотя ему удалось избежать рвоты, по бледности его лица можно было легко догадаться, насколько отвратительным был вкус этого «особого сока». — ... — ... Тяжёлая тишина опустилась на курсантов. Комнату наполнила непреклонная решимость ни за что не пить этот сок. — Хорошо, теперь у всех вас правильный взгляд. Профессор Лукас ухмыльнулся, возвращаясь к кафедре. — Как я уже упоминал, сегодняшний урок посвящён «силе духа». Это так же важно для реального боя, как и физическая подготовка. Продолжая смотреть на дверь класса, он добавил: «Каким бы сильным ни было твоё тело, ты не сможешь победить врага, если сломится твой разум». — Сегодняшняя лекция будет особенной: у нас гость-лектор из Отделения Магов — профессор Морфеус. — Профессор Морфеус? — Вы имеете в виду мастера иллюзорной магии? Профессор Морфеус был героем из Святого Королевства, известным своим мастерством владения всеми видами иллюзорной магии. Клик. Дверь открылась, и вошёл молодой человек с тёмно-каштановыми волосами. Он выглядел настолько юным, что его вполне можно было принять за одного из курсантов, но герои имеют свойство стареть медленно, из-за чего по внешности трудно угадать их истинный возраст. — Приятно познакомиться, курсанты. Я Морфеус, и я пришёл помочь с сегодняшней тренировкой силы духа. С тёплой улыбкой и элегантным движением профессор Морфеус поклонился. С первого же появления он казался совершенно не похожим на ублюдка, стоявшего рядом с ним (профессора Лукаса), отчего лица курсантов посветлели. — Упражнение простое. Каждый из вас выйдет вперёд, и если вы сможете продержаться под наложенной мной иллюзией в течение одной минуты, то сдадите зачёт. — ...Просто выдержать? — Да, это всё. Курсанты склонили головы от неожиданно простых условий. Какая бы реалистичная ни была иллюзия, её воздействие обычно снижается, если заранее знаешь, что это иллюзия. К тому же, с иллюзией даже не нужно сражаться — достаточно просто продержаться одну минуту. «Это кажется проще, чем я думал». Подобные мысли неизбежно проносились в головах курсантов. — Фух... Какое облегчение. — Я уж боялся, что на обед нам придётся пить тот самый жучиный сок. Курсанты с облегчением вздохнули, похлопывая себя по груди. — Хе-хе-хе. Профессор Лукас ухмыльнулся курсантам. — Профессор Морфеус, как насчёт того, чтобы сначала продемонстрировать иллюзорную магию на ком-нибудь? — Звучит неплохо. Есть ли желающие среди курсантов испытать её на себе? — Кажется, наш Альберт горит желанием стать добровольцем. — Чт—? Нет, я не говорил—! А-а-ак! Альберт, которого схватили за шкирку, был протащен профессором Лукасом к кафедре. — Не бойся так сильно. В конце концов, это всего лишь иллюзия. Профессор Морфеус мягко обратился к дрожащему Альберту. — А теперь садись на этот стул, закрой глаза и расслабься. — Х... Хорошо. Следуя указаниям профессора, Альберт сел на стул. Профессор Морфеус положил руку на лоб Альберту. Затем... — Агх! А-а-арх! Грохот! Завопив, Альберт рухнул назад со стула. Всё произошло менее чем за десять секунд, что было далеко от отметки в одну минуту. — Ха... Ха... Это... — Ты в порядке? Профессор Морфеус протянул руку упавшему Альберту. — Отойди... отойди от меня! Уйди! Всё ещё находясь в оцепенении, Альберт оттолкнул руку профессора и свернулся калачиком. — Пожалуйста... пощадите... Я не хочу умирать. Альберт дрожал и скулил. Профессор Морфеус пожал плечами, отступил на несколько шагов назад и стал ждать, пока Альберт придёт в себя. Прошло около минуты. Всё ещё свернувшись калачиком на полу и всхлипывая, Альберт медленно поднял покрасневшее лицо. — Тебе лучше? — ...Д-да, извините. — Ха-ха, не нужно извиняться. Большинство курсантов реагируют точно так же, когда впервые сталкиваются с моей иллюзорной магией. — ... Выражения лиц курсантов, ещё мгновение назад демонстрировавшие облегчение, снова застыли. — Ну что ж... Кто следующий испытает иллюзорную магию? Профессор Морфеус улыбнулся, окинув взглядом курсантов. Эта улыбка, казавшаяся поначалу доброй, теперь больше походила на оскал жнеца смерти. — Посмотрим... А как насчёт того курсанта вон там, с седыми волосами? Взгляд профессора Морфеуса остановился на мне, когда он оглядывал комнату. — Не хочешь попробовать? ---------- Том 1 Глава 18 Взгляды окружавших курсантов устремились на меня. Было ли это связано с событиями последних нескольких недель? Глаза, смотревшие на меня теперь, не были презрительными и высокомерными взглядами, к которым я привык в прошлой жизни, а скорее были наполнены предвкушением. «К этому я ещё не привык». Это чувствовалось так, будто надел пару новой обуви, которую ещё не разносили. Прожив жизнь, лишённую каких-либо ожиданий, было вполне понятно, почему я так себя чувствую. «В конце концов мне придётся к этому привыкнуть». Если честно, это было не так уж плохо. — Хочешь это испытать? — Да, я сделаю это. Я медленно встал и подошёл к профессору Морфеусу. В этот момент... — Эм... Дейл. Ирис мягко ухватила меня за край одежды, когда я двинулся вперёд. Она огляделась по сторонам, затем придвинулась ближе ко мне и прошептала тихим голосом: — Если почувствуешь, что не можешь выдержать, просто пошевели правой рукой. — Правой рукой? — Да. Просто слегка пошевели ей, и всё. Понял? — Хм... ладно. Я не был уверен, что она затеяла, но не думал, что ей придётся вмешиваться. «Иллюзия, значит». Как долго я выдерживал это в прошлой жизни? Это было так давно, что я не мог вспомнить. «Впрочем, это не имеет значения». Какая бы иллюзия мне ни казалась, результат будет тем же. — Просто устройся поудобнее на стуле и закрой глаза. Казалось, будто мне предстоит пройти через какой-то гипноз. С этими пустячными мыслями в голове я сел на стул. Я закрыл глаза и расслабил всё тело. — Ты готов? — Да. — Тогда начнём. Профессор Морфеус опустил руку мне на глаза. И затем... «Это...» Багровая пустошь. Липкая влажность прилипла к моей коже, а запах крови ударил в нос. Это место было усыпано оторванными конечностями и грудами тел, образовавшими небольшие холмики. Лекционного зала, в котором я сидел мгновение назад, и след простыл; вместо него передо мной раскинулась жуткая земля, наполненная кровью и трупами. «Значит, это магия иллюзий профессора Морфеуса». Впечатляет. Несмотря на знание того, что это иллюзия, сцена была настолько яркой, что вовсе не казалась неуместной. Оторванные конечности, разорванные внутренности, пожирающие плоть опарыши и обнажённые мозги, среди прочих ужасов. Даже опытный герой наверняка скривился бы и отвернулся от подобного зрелища, не говоря уже о курсанте. «Не может же этим всё ограничиваться». Если бы всё заканчивалось лишь демонстрацией жуткой иллюзии, у Альберта, уже испытавшего это ранее, не было бы причин кричать: «Убирайтесь прочь!» или «Спасите меня!». Хлюп. В этот момент я услышал в ухе хлюпающий звук. «Я знал, что должно быть что-то ещё». Я повернул голову в сторону звука. То, что я там увидел, было... — Какого чёрта... Извивающееся, слизистое зелёное щупальце. С щупальцами, торчащими по всему телу, зверь уставился на меня своими восемнадцатью глазами. Хлюп, хлюп. Из извивающихся щупалец сочился гной, капая наподобие слизи и источая отвратительное зловоние. «Теперь я понимаю, почему Альберт так испугался». Даже я, столкнувшийся с бесчисленными чудовищами в прошлой жизни, на мгновение почувствовал позыв к рвоте от гротескного вида этого существа. — И-И-И-Х-Х-Х!! Чудовище издало ужасающий вопль, бросаясь на меня. Щупальца, торчавшие по всему его телу, развевались, как волосы, а жёлтый гной брызгал и пропитывал землю. Несмотря на то, что это была всего лишь иллюзия, желание закричать и убежать было непреодолимым. — Фух. Но я сделал глубокий вдох, успокаивая себя. «Это всего лишь иллюзия». Внезапно я вспомнил видения своих товарищей, которые видел, бродя в одиночестве по снежной пустоши. Галлюцинации, которые я породил в своём одиночестве. «Как бы ни пугающе выглядело это щупальце». Могло ли оно сравниться по ужасу с галлюцинациями моих погибших товарищей? «Это ничто». По сравнению с жизнью, которую я прожил. По сравнению со смертями, с которыми я столкнулся. Подобный отвратительный монстр из щупалец — сущая мелочь. Шшш! Пока я продолжал смотреть на атакующего зверя с щупальцами, в левой стороне груди внезапно вспыхнула жгучая боль. — Кх. Я поморщился и посмотрел вниз: Первозданное Пламя разгоралось, поглощая стигму. «Что за... с чего вдруг?» Это ведь активировалось не благословение воскрешения, так почему же Первозданное Пламя отреагировало сейчас? Прежде чем я успел разобраться в причине этого, — И-И-И-Х-Х-Х! Зверь с щупальцами, который нёсся на меня, испуская ужасающий вопль, начал исчезать. Словно его пожирало мощное пламя. Зверь со своими отвратительными отростками и трупы, образовавшие небольшие холмики, превратились в серый пепел и развеялись. «У Первозданного Пламени есть такая способность?» Сдерживая смех и наблюдая, как сгорает галлюцинация, пропитанный кровью и усыпанный трупами пейзаж вокруг меня постепенно возвращался к облику лекционного зала. — Что ж... это удивительно. Затем раздался голос профессора Морфеуса: — Я не ожидал, что ты в одиночку сломаешь моё заклинание иллюзии. Профессор Морфеус окинул меня взглядом с ног до головы широко раскрытыми глазами, словно не верил в произошедшее. — Ха-ха. Я думал, что преподаю уже очень давно... но такое вижу впервые. Раньше он видел курсантов, выдерживавших его иллюзию в течение минуты. Хотя это и случалось редко, находились те, у кого было слишком много маны или естественное сопротивление, делавшее их невосприимчивыми к иллюзиям. Но... Несмотря на то, что Дейл явно поддался иллюзии, он стал первым курсантом, который сломал — нет, сжёг — её прямо посреди процесса. — Как тебе это удалось? Как мне это удалось, а? «Если честно, мне самому это интересно». Я пожал плечами с горькой улыбкой. — Кто знает? — Хм. — В любом случае, я прошёл тест, верно? - спросил я, поднимаясь со стула, и профессор Морфеус широко улыбнулся и кивнул. — Разумеется. Это не просто проходной балл, а нечто заслуживающее бонусных очков, не находишь? — Было бы неплохо. — Ха-ха. Я бы и сам не против, но бонусные очки в конечном счёте зависят от усмотрения профессора... Профессор Морфеус замолк на полуслове, бросив взгляд на профессора Лукаса. Профессор Лукас посмотрел на меня с некоторым гордым выражением лица, но решительно покачал головой. — Как бы хорошо ты ни справился, я не могу дать дополнительные очки, о которых не объявлялось заранее. — Эх. Какой же он скупой парень. — Что, у тебя есть какие-то проблемы? — Как я смею иметь проблемы со строгим решением великого профессора Лукаса? — Ерунда. В любом случае, тех, кто прошёл тест, я отпущу после утренних занятий сегодня, так что можете вовсю испытать себя. Класс зашумел при упоминании того, что сдавших тест отпустят после утренних занятий. Сокращённое время занятий. Было ли слово, способное взволновать курсантов сильнее, чем эти четыре слога? — Я попробую! — И я! — Я смогу! Курсанты, обрадованные тем, как легко Дейл прошёл тест, столпились вокруг, более непринуждённо переговариваясь. — Ха-ха. Глядя на это сейчас, разве Альберт просто не преувеличивал? — И я о том же. — Это странно... Как он может быть таким спокойным после увиденного? — В общем, Альберт известен своей склонностью всё преувеличивать. — Но... такого быть не должно. Курсанты смеялись, посмеиваясь над расстроенным выражением лица Альберта. — А теперь устройтесь поудобнее на стульях и закройте глаза. — Ага! Следующий курсант в очереди сел на стул с уверенным выражением лица. А затем... — А-а-а-а-а-а-а! Началось с курсанта, закричавшего от ужаса. — И-и-ик! — Помогите-е-е-е! — Щ-щупальца... щупальца! Класс наполнился ужасающими криками. — Ха-ха. Рад видеть, что все такие здоровые. Молодость и впрямь прекрасна~. Профессор Морфеус продолжил занятие по ментальной тренировке с сияющей улыбкой, накладывая иллюзии. * После окончания утренних занятий. — Значит, тест прошли только Дейл и Ирис? Камилла была так близка к сдаче, какая жалость. Профессор Лукас цокнул языком, глядя на распростёртых и уставших курсантов. — Они были так уверены в себе, но тест прошли только двое... Хе-хе. Те, кто не сдал, вы же знаете, что вас ждёт, верно? С зловещей ухмылкой профессор Лукас потряс кувшин, наполненный особым соком. Лица курсантов побледнели при виде зелёной жидкости, пузырящейся с пеной. — Чёрт побери... Камилла сжала кулак, её плечи дрожали. — Если бы я продержалась ещё всего 5 секунд... Ещё 5 секунд! Она почти сдала тест благодаря сверхчеловеческой выносливости. Но в самом конце, когда щупальца внезапно начали извиваться и попытались проникнуть туда, куда не следовало, она не смогла сдержаться и закричала. — Ты так хорошо держалась, что случилось в самом конце? — Ну, внезапно эти щупальца попытались залезть в мою по...! — Попу? — Это... я имею в виду... Угх! Камилла, с покрасневшим лицом, свирепо уставилась на меня. — Извращенец чёртов! Как ты смеешь заставлять леди говорить такую ужасную вещь! — Эй, что я сделал? — Хм! Заткнись! Камилла скрестила руки на груди и резко отвернулась, показывая, что больше не хочет разговаривать. Я пожал плечами, собрал сумку и поднялся, чтобы уйти. Когда я уже собирался выйти из класса, оставляя позади завистливые взгляды других курсантов... — Дейл~ Ты же не забыл, что сегодня мы обедаем вместе, верно? — Конечно нет. Я кивнул, лучезарно улыбаясь, когда Ирис подошла. Поскольку Ирис тоже сдала тест, мы могли сохранить нашу еженедельную традицию понедельничных обедов. — Я рада, что Дейл прошёл тест. — Это было проще простого. — Если бы я думала, что ты не пройдёшь, то планировала тайком наложить на тебя своё благословение. — А, так вот почему ты велела мне пошевелить правой рукой, если станет слишком трудно? — Да. Ирис кивнула с застенчивой улыбкой. Её благословение обладало силой увеличивать сопротивление ментальной магии, так что оно наверняка оказалось бы полезным. — Но почему ты не дала благословение Камилле? — Ну, каким бы дорогим другом ни была для меня Камилла, тест следует сдавать честно. — Эм... верно. Она была права, но тогда почему она тайком планировала благословить меня? «Подожди-ка». В этот момент... В моей голове промелькнул вопрос. «Камилла говорила, что иллюзия внезапно усилилась прямо перед тем, как она сдала тест». Хотя Ирис никогда не показывала мне этого, её благословение можно было применить наоборот. Иными словами. Вместо усиления сопротивления ментальной магии оно могло его снизить. «Быть не может». У Ирис не было причин проклинать Камиллу и заваливать её тест специально. — Раз Камиллы здесь нет, сегодня на обед мы только вдвоём. — А... да, пожалуй. — Я уже связалась с рестораном, так что еда должна быть готова. Поторопимся, пока она не остыла. Ирис пошла вперёд, указывая дорогу. — Хи-хи-хи~♬ Почему же? Ирис, направлявшаяся к ресторану, выглядела более взволнованной и радостной, чем я когда-либо видел её прежде. ---------- Том 1 Глава 19 Ирис направилась в свою комнату в общежитии. В отличие от обшарпанных общежитий, где жили такие курсанты, как я, учившиеся в школе за государственный счёт, её общежитие обладало чистым и элегантным экстерьером, с которым не мог сравниться даже роскошный отель. — Это моя комната. Клац. Она отперла дверь своими Часами Героя и осторожно открыла её. «Комната Ирис в общежитии». Неизвестная территория, которую я никогда не видел в своей прошлой жизни, раскинулась перед моими глазами. — Вау… Первая мысль, посетившая меня при входе в её комнату, заключалась в том, что она была «просторной». В отличие от моей комнаты, где после установки кровати и стола почти не оставалось свободного места, её комната была достаточно просторной, чтобы с комфортом разместить семью из четырёх человек. — Как аккуратно. Вторая мысль заключалась в том, что всё было невероятно организовано. Мебель в комнате была расставлена под острыми углами, словно для армейского смотра, а помещение было отполировано до такой степени, что не было видно ни единой пылинки. — Кроме Камиллы, ты первый человек, которому я показала свою комнату. Ирис направилась к обеденному столу с застенчивой улыбкой. Стол ломился от блюд, словно приготовление еды уже было завершено. — Пожалуйста, садись. — А как же повара? — Они уходят из комнаты после того, как расставят еду, и остаются снаружи, пока мы не закончим есть. — Понятно. Значит, в этой просторной комнате действительно были только Ирис и я. «Как-то это странно». Есть с ней вдвоём было редким событием даже в моей прошлой жизни. Обычно мы ели вместе с тех пор, как я начал встречаться с ней после создания группы с Юреном, Беральдом и Софией. — Ну что ж… Я окинул взглядом различные блюда на столе. Как и следовало ожидать от еды из Святого Королевства, она в основном состояла из блюд на растительной основе. — Уф… Дело не в том, что я не люблю овощи. Но вид одной лишь зелени на столе заставлял меня невольно вздыхать. — Всё это полезно для твоего здоровья, так что без жалоб, ешь давай. — Ладно, ладно. Диеты, состоящие только из овощей, вопреки своему полезному имиджу, обычно имеют плохой баланс питательных веществ, но… «Кухня из Святого Королевства отличается». Я точно не уверен, какую именно магию они вкладывают в овощи, но каким-то образом они сделали так, что простое поедание зелени обеспечивает сбалансированный набор питательных веществ. Конечно, в процессе они пожертвовали вкусом. «Ну… мне действительно нужно следить за своим физическим состоянием». По крайней мере, это должно быть полезнее для моего здоровья, чем хлеб и молоко из круглосуточного магазина. — Спасибо за еду. Пока я усердно заталкивал в рот полную тарелку зелени под предлогом заботы о здоровье, я заметил, что Ирис смотрит на меня с нерешительным выражением лица. — Что такое? — Эм… у меня есть к тебе просьба. — Какая? — Секунду. Ирис осторожно достала что-то из кухонного шкафчика. То, что она держала в руке, было… — …Рамён? — Я… я очень хотела съесть рамён, который ты приготовил. — …… Подожди секунду. Именно поэтому она так радостно напевала ранее? — Ты даёшь мне эту зелень, а сама собираешься есть рамён? — Эм, я обычно ем много, так что всё в порядке! — Это жестоко, очень жестоко. Я не ожидал такого от тебя, леди Ирис… — …Так ты не собираешься мне его приготовить? Ирис посмотрела на меня с лицом, полным уныния. Её выражение лица было таким жалостливым, словно брошенный хозяином щенок, что моё сердце чуть не замерло. «Это нечестно». Найдётся ли на свете хоть один мужчина, способный отказать ей в приготовлении рамёна в такой ситуации, независимо от того, была она его возлюбленной из прошлой жизни или нет? — Ладно, я приготовлю его для тебя. — Ура! Ирис победоносно сжала кулаки, и её прежнее уныние мгновенно исчезло. — У тебя есть яйцо? — Да, но… зачем тебе яйцо? — Хе-хе, просто подожди и увидишь. Я покажу тебе вкус небес. — Буль-буль. Я добавил приправу и лапшу в кипящую воду, а когда лапша почти сварилась, разбил туда яйцо. Через пять минут после того, как я вошёл на кухню, я принёс Ирис дымящуюся кастрюлю с рамёном. — Ого. Глаза Ирис заблестели, когда она посмотрела на бурлящий рамён. — Попробуй. На этот раз вкус будет отличаться от прошлого. — Хорошо. Ирис зачерпнула немного лапши вместе с полусваренным яйцом и втянула её. И затем… — Ммм-м-м!!! Ирис издала довольное мычание, а её ноги забавно заболтались под столом, как у утки. — Ну как? Вкусно ведь? — Что это такое?! Как добавление яйца может настолько изменить вкус?! Видя, как Ирис с восторгом уплетает рамён, я улыбнулся. «Когда видишь, как ест Ирис, самому хочется рамёна». В конце концов, нет ничего аппетитнее, чем смотреть, как кто-то ест рамён. — Тогда разреши мне сделать всего один укус… — Нет. Как только я протянул палочки для еды, Ирис быстро оттянула кастрюлю назад, словно пряча сокровище. — Тебе нужно закончить свою «здоровую пищу», помнишь? — Что? — Хе-хе. Сам виноват, что постоянно питаешься нездоровой едой из круглосуточного магазина. Видя, как Ирис улыбается и указывает на зелень, я не мог не заметить, как её некогда безмятежный образ святой на мгновение перекрывается дьявольским силуэтом. — Пф-ф. Ирис не смогла сдержать смех, прикрывая рот рукой и хихикая над моим унылым лицом. — Я просто шучу, так что не делай такое лицо. Держи, я поделюсь с тобой. «Вот это та самая Ирис, которую я знаю». Я ни на секунду в ней не сомневался. — Но ты всё равно должен съесть свои овощи, ладно? — Хорошо. Ох уж эта… «Ирис есть Ирис». Видя её заботу о моём благополучии, я вспомнил моменты из своей прошлой жизни. Пока мы с Ирис наслаждались совместным обедом, я спросил: — Кстати, с тобой всё в порядке, Ирис? — А? О чём ты? — О том щупальцеобразном монстре ранее. Он выглядел ужасно. — Ах… Ирис неловко улыбнулась и накрутила на палец прядь своих мягких розовых волос. — На самом деле я его не видела, этого отвратительного монстра с щупальцами. — Не видела? — Да. У моих глаз есть особая сила, поэтому иллюзии на меня не действуют. — …Особая сила? — Секунду. Её прекрасные голубые глаза, напоминающие чистое небо, устремились на меня. И затем, в одно мгновение. Глаза Ирис переменились, приобретя радужный оттенок. — Это… — Старики… то есть старейшины Святого Королевства называют это «Семиглазием». Семь Глаз. Знак получения благословения семи богов и причина, по которой её почитали как «Святую» Святого Королевства. — Благодаря этим глазам иллюзия на меня не подействовала, и я смогла пройти испытание. Профессор Морфеус ничего не сказал даже после того, как его магия иллюзий провалилась, так что, полагаю, он знал. — …… Глядя на её глаза, сверкающие прекрасным радужным оттенком, я молчал. Вдруг. В памяти всплыл разговор с ней из прошлой жизни. -Как твои глаза стали такими? -А? Мои глаза, ты об этом? По её словам. На четвёртом году обучения в Школе Героев её зрение в течение нескольких месяцев постепенно затуманивалось, пока в один прекрасный день она не перестала видеть. -Это было проклятие. -…Проклятие? Кто бы посмел? Кто вообще мог проклясть Святую Семи Звёзд? -Архиепископ иллюзий Астарот. Церковь Демонов. Религия, противостоящая Семи Звёздам и состоящая из демонов, благословлённых Богом Демонов. Среди них одним из сильнейших демонов был Архиепископ иллюзий Астарот. -Он… проклял всю школу, нацелившись на силу в моих глазах. -Подожди, он проклял всю школу? -Ты, наверное, не знал, Дейл. Нет… не только ты, никто не заметил. Каким бы сильным ни был противник, даже если он был демоном уровня «Архиепископа». Кто мог предсказать, что вся Школа Героев будет проклята? -Это было проклятие, которое затронуло только обладателей «Семи Глаз», оставив всех остальных нетронутыми. Вот почему никто не заметил. Вот почему никто ничего не понял. -По мере того как моё зрение день за днём затуманивалось… по глупости я думала, что навлекла на себя гнев семи богов. Ирис горько улыбнулась, поправляя чёрную повязку, закрывавшую её глаз. -Когда я поняла, что зрения меня лишил не божественный гнев, а проклятие демона, было уже поздно, и я потеряла всё. «Семь Глаз», благословлённые Семи Богами. Её жизнь в качестве почитаемой Святой. И. -И… моего самого драгоценного друга. Я никогда не знал, как ей удалось вернуть себе статус «Святой» после потери Семи Глаз и фактического изгнания из Святого Королевства. В то время я был лишь скромным наёмником, изо всех сил боровшимся за выживание изо дня в день. «Но». Была одна вещь, в которой я был уверен наверняка. «Ирис, должно быть, потеряла так много, возвращаясь к роли Святой». Та игривая улыбка на её лице сейчас, которую я никогда раньше не видел, вероятно, была одной из тех вещей. — Дейл? — О, да. — Хе-хе… Наверное, глаза, сияющие как радуга, выглядят странно? — Нет, дело не в этом. Помотав головой, я посмотрел на глаза Ирис, переливающиеся радужным светом. — Они прекрасны. До такой степени, что мне захотелось защитить их любой ценой. — Ох…! Ирис быстро отвернула голову. Прежде чем я успел моргнуть, её глаза снова стали обычного голубого цвета. — Сколько бы ты ни делал мне комплиментов, я не могу показывать их постоянно. Я всё ещё не очень хорошо умею управлять «Семью Глазами». Ирис встала, словно пытаясь скрыть покрасневшие щёки. — Почти подошло время, когда повара зайдут и всё уберут. — Ох, точно. — Сегодня во второй половине дня нет занятий, так что не хочешь выпить чашечку кофе на улице? — Прости. У меня есть кое-какие дела, так что мне придётся отказаться. — …Понимаю. Ирис, выглядя разочарованной, ковырнула носком туфли пол. — Давай пообедаем вместе на следующей неделе. — О… да! Конечно! — Ты ведь не собираешься снова прокатить Камиллу? — Хм~ Я не знаю, о чём ты говоришь~ Ирис прикинулась незнающей, а по её лицу расплылась озорная улыбка. — …… Улыбка, которую я никогда не видел в своей прошлой жизни. Детская, игривая. Сторона её характера, которую я не знал. Клац. Закрыв за собой дверь, я прислонился к ней спиной. — Всё в порядке. Обещание, которое она не услышала, клятва, которая до неё не дойдёт. Я прошептал это ей по ту сторону двери. — На этот раз ты ничего не потеряешь. Я позабочусь об этом. ---------- Том 1 Глава 20 Чирк, чирк, чирк! Раннее утро. Звуки чириканья птиц, наслаждающихся роскошным пиршеством из насекомых, собравшихся под уличными фонарями на рассвете, проникали сквозь трещины в окне. Была та пора года, когда утренний солнечный свет пробивался сквозь облака, воздух медленно прогревался, и жизнь пробивалась наружу. Проснувшись ни свет ни заря, я сидел на краешке постели, глядя на льющийся в окно солнечный свет, погруженный в глубокие раздумья. Предметом моих размышлений было не что иное, как: — Как мне умереть быстро, просто и чисто...? Если бы кто-то другой услышал это, могло показаться, что это бред человека на финальной стадии депрессии, но для меня это была на удивление серьёзная забота. Каждый раз сносить себе голову мечом — слишком неэффективно. Тот факт, что я мог легко активировать благословение возрождения без особых усилий, стоило мне только приноровиться, определенно был преимуществом. Но... Это слишком бросается в глаза. Когда я был в своей комнате, это не имело значения, но использование обезглавливания для активации благословения возрождения на улице, например, во время той последней уличной тренировки, таило в себе слишком большой риск. Что, если бы кто-то увидел, как моя голова катится по земле, а потом снова прирастает на место и полностью исцеляется? Тогда я больше не смог бы держать благословение возрождения в секрете. Я бы лишился одного из своих козырей, который был особенно полезен в битвах. Даже если настанет день, когда мне придётся раскрыть благословение возрождения, лучше скрывать его как можно дольше. Мне определённо хотелось избежать глупого самораскрытия во время практики маны. — Более быстрый, простой и чистый способ, чем обезглавливание... Одна идея всё-таки пришла мне в голову. Яд. Это то, что я часто использовал в своей прошлой жизни, чтобы быстро вызвать благословение возрождения в экстренных ситуациях. Раньше я носил яд во рту, как обученный убийца. Проблема в том, что мне нужно найти чрезвычайно мощный яд, способный мгновенно убить даже героя. Вдобавок к этому, мне нужно было бы использовать его четыре раза в день. Яд отпадает. Если бы мне пришлось использовать яд, я с тем же успехом мог бы просто быть осторожнее, чтобы меня не поймали во время собственного обезглавливания. Если не яд, то... Пока я продолжал размышлять, в голове внезапно мелькнула идея. Магическая пуля. Заклинание, которое концентрирует чистую магическую энергию в снаряд. Это самое базовое из базовых заклинаний, которым мог пользоваться даже первокурсник, только что поступивший на отделение магов. Если я смогу создать магическую пулю внутри своего тела, я смогу легко активировать благословение возрождения, уничтожив свой мозг или сердце. Если бы старшая София услышала эту идею, она, наверное, отругала бы меня за то, что я несу чушь. Хотя магическая пуля была базовым заклинанием, создание её внутри тела — это совсем другое дело, чем создание снаружи. Магия по своей природе имеет тенденцию поглощаться телом. Это как то, как вода впитывается в бумагу при соприкосновении. Если попытаться создать магическую пулю внутри тела, она не сформируется; магия просто поглотится обратно в организм. Чтобы магическая пуля не поглощалась телом, её нужно сделать чрезвычайно маленькой. Пришлось бы создать крошечную пулю, которая не задевала бы пути ци — каналы, по которым внутри тела течёт мана. И одновременно она должна быть достаточно мощной, чтобы за один раз уничтожить жизненно важный орган вроде сердца или мозга. Теоретически это возможно, но на практике почти невыполнимо. Сделать пулю размером с рисовое зёрнышко гораздо сложнее, чем сделать пулю размером с палец. Эта пуля должна быть даже меньше рисового зёрнышка. Однако... — Это кажется стоящим попытки. Это не высокомерие. И не слепая уверенность. Среди моих навыков из прошлой жизни умение эффективно управлять небольшим количеством маны было моей истинной специальностью. Будь то Беральд, старшая София, Ирис или даже Юрен — они не могли сравниться со мной в этой области. Не то чтобы им это было нужно. Это как человек с миллионами золотых монет не нуждается в тщательном подсчёте того, сколько он тратит на каждый приём пищи, чтобы не умереть с голоду. Люди, переполненные магией вроде них, не нуждались в заботе об эффективности магии или точном контроле, как это было нужно мне. Давай попробуем. Что худшего может случиться? Неудача меня не убьёт. — Фух. Я медленно выдохнул и сосредоточил всё внимание на своей стигме. Я вытянул из стигмы тонкую нить магии и попытался сформировать магическую пулю внутри путей ци, проходящих через моё тело. — Угх. Первая попытка провалилась. Мана впиталась в тело ещё до того, как успела сформироваться пуля, и вернулась в стигму. Сделать её меньше. Я представил крошечную точку. Настолько маленькую, что она была бы невидима невооружённым глазом. Всё ещё недостаточно маленькая. Вторая попытка тоже провалилась. Магическая пуля сформировалась, но продержалась недолго и быстро рассеялась. Чуть больше, ещё чуть-чуть, ещё совсем чуть-чуть. Третья, четвертая и пятая попытки. С каждой попыткой на моем лбу выступали капли холодного пота. Моя рубашка пропиталась потом, неприятно прилипая к коже. — Кх. Возможно, из-за продолжительной концентрации началась резкая головная боль, и из носа закапала кровь. ...Ещё немного. Сколько времени прошло? Получилось! Наконец-то я создал и удержал магическую пулю внутри пути ци. Теперь мне нужно лишь... Словно целясь из пистолета, я указал на своё сердце и выстрелил магической пулей. — Гррааах! Жуткая боль обожгла грудь, словно огнём, но благословение возрождения ещё не активировалось. ...Силы было недостаточно? Ему удалось создать магическую пулю, но не удалось сделать её достаточно мощной, чтобы разорвать сердце с одного удара. Впрочем, я вижу потенциал. Если этот метод удастся отточить, он сможет запускать благословение возрождения в любой желаемый момент. И делать это гораздо быстрее, проще и чище, чем раньше! Новый метод с помощью магической пули. Преимущество этого метода заключалось не только в том, что я мог умереть так, чтобы другие не заметили. Это также могло компенсировать недостатки благословения возрождения. Благословение возрождения было силой, которая мгновенно регенерировала любые ранения, какими бы тяжёлыми они ни были, при условии, что это смертельная рана. Будь моё тело разорвано на куски или сожжено дотла, в момент активации благословения возрождения моё тело регенерировало бы вокруг стигмы. Иными словами, если травма не смертельна, благословение возрождения не активируется. Проще говоря, это означало, что пока критические зоны вроде головы или сердца регенерируют мгновенно при отсечении, другие конечности вроде рук или ног не регенерируют сразу, если их отрубить. Не зря в прошлой жизни я носил во рту яд. Если бы мои конечности были отрублены, и даже прикусить язык было бы невозможно (а по опыту я знал, что трудно умереть просто от прикусывания языка), я бы лишился возможности самостоятельно активировать благословение возрождения. Но если бы я мог использовать магическую пулю в такой ситуации... Благословение возрождения активировалось бы мгновенно, регенерируя отрубленные конечности. Если я отточу эту технику, мне больше не придётся носить во рту яд. Что ж, на сегодня хватит. Я уже потратил столько ментальной энергии, что у меня не осталось сил концентрироваться дальше. Управление таким маленьким количеством магии с подобной точностью оказалось куда более утомительным, чем я ожидал. Это было сродни вырезанию букв на рисовом зёрнышке — работа с таким крошечным объёмом магии сильно истощала ментально. Ладно, тогда как насчёт физических тренировок, чтобы задействовать оставшееся время? Я напряг разум, так что теперь пришло время напрячь тело. С этими мыслями я направился в тренировочный зал. Динь Раздался звонок, и на моих часах героя появилось сообщение. Оно было от профессора Джейда. [Прототип готов. Если у тебя есть время, пожалуйста, зайди в лабораторию.] Было бы глупо спрашивать, для чего нужен этот прототип. [Я сейчас же буду.] Похоже, физические тренировки придётся отложить. * — Ты здесь. — Да, профессор. В лаборатории профессора Джейда я вошёл в помещение, которое было все таким же грязным — до такой степени, что трудно было понять, лаборатория это или просто руины. — Это прототип усилителя стигмы. Он протянул стеклянную бутылочку с синей жидкостью, напоминающей расплавленный сапфир. — Когда ты выпьешь это зелье, твоя стигма перейдёт в режим перегрузки и начнёт вырабатывать ману. — Как долго длится эффект? — Эффект длится около пяти минут. После этого... — Начнутся побочные эффекты, верно? — Именно так. Профессор Джейд погладил густую бороду и продолжил: — Через пять минут кровь и энергия твоего тела начнут перекручиваться, что приведёт к мгновенной смерти. — Это не имеет значения. — ...Ты действительно в порядке с этим? Его голос был полон беспокойства. — Если имеющееся у тебя благословение возрождения не активируется во вовремя, ты... — Разве то, что я показал раньше, было недостаточно? При необходимости я мог продемонстрировать это снова столько раз, сколько профессор пожелает. — Ха, ладно... Я доверяю тебе. Глубоко вздохнув, профессор Джейд продолжил: — Я принял во внимание твоё благословение возрождения и сосредоточился исключительно на увеличении твоей маны, не беспокоясь о побочных эффектах. — Отлично. — Но... Но? — Прибавка маны от этого прототипа будет не очень существенной. Если теоретический предел эффекта усилителя стигмы равен ста, то у этого он будет около тридцати. — В чем причина? Хотя побочные эффекты не учитывались, и упор делался исключительно на увеличение маны, тот факт, что он давал лишь тридцать процентов от теоретического максимума, означал наличие какой-то проблемы. — Не хватает ключевого ингредиента. ...Это ингредиент, который нельзя купить даже за миллион золотых? — О нет, я оговорился. Если точнее, дело не в том, что ингредиента не хватает, а в том, что качество ингредиента оставляет желать лучшего. Произнеся это, профессор Джейд достал из ящика стола сухой завядший цветок. — Это цветок, известный как трава Семи Звёзд. — Я знаю его. Говорили, что это цветок, благословлённый семью богами, и он даже был назначен национальным цветком Святого Королевства. — Но трава Семи Звёзд ведь довольно распространена? — Да. Если хорошенько поискать, её можно найти даже растущей среди придорожных сорняков. — Но найти траву Семи Звёзд, которая хранит в себе ману, непросто. Это настолько редкий ингредиент, что купить его практически невозможно. Хм... Как раз когда я подумал, что мне, возможно, придётся довольствоваться усилителем стигмы с эффективностью всего в тридцать процентов, профессор Джейд сделал неожиданное предложение. — Учитывая это, я бы хотел, чтобы ты сам отыскал немного травы Семи Звёзд, удерживающей ману. ---------- Том 1 Глава 21 — Вы просите меня добыть её самостоятельно? Когда я посмотрел на профессора Джейда с вопросом во взгляде, он небрежно кивнул. — Да. Найти её будет не слишком сложно, раз ты знаешь, где обычно растёт напитанная маной трава Семи Звёзд. — И где же она обычно растёт? — Здесь. Профессор Джейд указал на клубок пыли, катящийся по полу лаборатории. Ну, очевидно, он не имел в виду, что она растёт в этой свалке, а не лаборатории. — ...Вы имеете в виду в академии? — Верно. На всем континенте ты вряд ли найдёшь место, где можно с такой лёгкостью отыскать напитанную маной траву Семи Звёзд, как здесь. Единственное место на континенте, где легко найти напитанную маной траву Семи Звёзд, да? У меня было смутное представление о причине этого. — Это из-за печати? — О? Глаза профессора Джейда загорелись интересом. — Для того, кто набрал меньше всего баллов на первом курсе по истории, ты знаешь довольно много. — Зачем вы заглядывали в мои оценки за первый курс? — Разве я не должен знать успеваемость своего будущего ассистента преподавателя после выпуска? — Нет. Я не собираюсь вступать в твою лабораторию. — Кхем. Ну, в любом случае, это ответ баллов на 80 из 100. Дело не столько в самой печати, сколько в связанных с ней лей линиях. — ...Лей линиях? Если подумать, я помнил, что раньше слышал что-то об этом от старшей Софии. Под Академией Героев проходит огромная лей линия, полная маны. — Раз уж зашло дело об этом, я кратко объясню. Профессор Джейд, казалось, немного взволновался и продолжил говорить: — Пятьсот лет назад, после ожесточённой битвы, пять великих героев смогли запечатать Бога Демонов. — Это что, внезапно превращается в лекцию по истории? — Хватит болтать и слушай. Профессор Джейд сурово продолжил лекцию (?). — Запечатав Бога Демонов, Рейнальд основал эту «Академию Героев» прямо поверх этой печати. Об этом мы проходили на первом курсе истории. — Ты знаешь, почему Рейнальд основал академию на столь опасной земле? — Разве не для того, чтобы создать нечто вроде крепости? Чтобы охранять печать Бога Демонов. Хотя историки спорят по поводу решения Рейнальда основать академию на земле, где был запечатан Бог Демонов, преобладающая теория гласит, что он построил её, чтобы собрать героев со всего континента и не позволить демонам приближаться к печати. «И именно это в итоге произошло». Сначала многие страны выступали против отправки перспективных молодых кандидатов в герои в место, где запечатан Бог Демонов. Но когда Рейнальд пригрозил, что никто не сможет стать героем без окончания академии и получения официального свидетельства от неё, им пришлось отправить своих кандидатов, хоть и неохотно. «Теперь, спустя пятьсот лет, об этом уже никто и не заботится». В наши дни, если это не разбирается на уроке истории, даже герои, окончившие Академию Героев, могут не знать, что под ней запечатан Бог Демонов. Конечно... «...Скоро люди не смогут игнорировать это, хотят они того или нет». Мало кто знает, что печать на Боге Демонов ослабевает, — кроме меня, пережившего будущее. — Крепость... Это, безусловно, была одна из причин. — Были и другие причины? — Ты помнишь лей линии, о которых я упоминал ранее? Рейнальд... точнее, мой предок, «Великий Мудрец» Джулиус Бастиан, соединил эти лей линии с печатью, чтобы усилить её. — Он соединил лей линии с печатью? — Именно. Профессор Джейд погладил свою белую бороду и продолжил: — В некотором смысле это всё равно что сковать Бога Демонов цепями лей линий, усиливая замок печати. — Хм... Я слышу об этом впервые. — Конечно. Эта запись передаётся исключительно внутри семьи Бастиан. Ах. Вот почему я никогда не слышал об этом в своей прошлой жизни. — В любом случае, эта академия — своего рода гигантский инструмент запечатывания, предназначенный для концентрации силы этих лей линий. Гигантский инструмент запечатывания, сама академия. «Это могло бы объяснить, почему печать Бога Демонов ослабла в моей прошлой жизни...» Весьма вероятно, что академия имела к этому какое-то отношение. «Теперь у меня есть ещё одна причина остаться в академии». Я никогда не собирался покидать академию до выпуска, так как мне нужно воссоединиться со своими старыми товарищами. И теперь мне также предстоит выяснить, почему печать Бога Демонов ослабевает. «Но поскольку это не то, что я могу решить прямо сейчас...» Разумнее сосредоточиться на том, что я могу сделать сейчас. — Значит, из-за влияния этих лей линий напитанная магией трава Семи Звёзд растёт здесь в изобилии, верно? — Именно. Профессор Джейд кивнул с довольной улыбкой, выглядя радостным. Он взял со стола чашку кофе, сделал глоток и усмехнулся. — Находясь в этом положении, я вспоминаю старые добрые времена, когда сам вёл занятия. Профессор Джейд посмотрел на потолок лаборатории несколько ностальгическим взглядом. Когда-то он был профессором, который усердно обучал студентов, но после инцидента двух лет назад он полностью перестал обучать курсантов. «Так называемый "Убийца студентов".» Но проработав с профессором Джейдом уже несколько дней, я никак не мог понять, за что он заслужил столь зловещее прозвище. «У него может быть эксцентричный характер, но он никогда бы не убил студента». Хотя моё любопытство к его прошлому было разбужено... «Это сейчас не важно». У меня было слишком много дел, требующих моего внимания. — В любом случае, если ты сможешь просто принести напитанную магией траву Семи Звёзд, я смогу завершить зелье-усилитель стигмы. — Но раз вы знаете, где она растёт, почему бы вам самому не пойти и не добыть её, профессор...? — Ты предлагаешь этому старику идти собирать травы? — ...... Старик? «Если уж говорить о долголетии, я прожил в десятки раз дольше тебя, старина». Конечно, я не мог произнести это вслух. Но у меня защипало в горле от его наглости — потратить миллион золотых из исследовательских фондов и ожидать, что я сам добуду ингредиенты. — К тому же, если бы я сам отправился собирать траву Семи Звёзд лично, это могло бы вызвать проблемы со Святым Королевством. — Какие проблемы... Ах. Профессор Джейд является авторитетом в запрещённых исследованиях стигмы, практике, строго запрещённой Святым Королевством. «И если такой профессор будет разгуливать повсюду, собирая национальный цветок Святого Королевства...» Это, несомненно, создало бы множество проблем. — Эх. Ладно. Хотя это была пустая трата времени, другого выхода, похоже, не было. — Кукуку. Я отправлю местоположение на твои часы героя, так что просто поищи в этом районе. Местом, отправленным на мои часы героя, был открытый полигон, где у нас недавно проходило занятие по отслеживанию демонических зверей. — ...Но разве открытый полигон не закрыт для посещения, кроме как во время занятий? — Ты можешь получить специальное разрешение в исследовательских целях. — Хм. Понял. Я отправлюсь прямо сейчас. У меня была гора дел, но... «Что поделаешь?» Раз уж он не собирался сдвигаться с места, у меня не было выбора, кроме как двигаться самому. * — Судя по карте, это должно быть где-то здесь... Проследовав за картой на часах героя в течение нескольких часов, я понял, что солнце садится быстрее, чем обычно, и лес медленно погружается во тьму. «Если задержусь ещё дольше, мне придётся разбить здесь лагерь». Хотя к ночёвкам в палатке я привык до тошноты, мне совсем не улыбалось спать на голой земле, особенно без Ирис. — Надо найти её побыстрее... А? В этот момент сквозь густой подлесок я заметил трещину в скалах. Трещина была как раз такой, чтобы человек мог кое-как протиснуться сквозь неё. От неё веяло слабым потоком маны. — Здесь? С любопытством наклонив голову, я протиснулся через щель, обнаружив пещеру гораздо большего размера, чем ожидал. — Посмотрим. Я обострил свои чувства и огляделся по сторонам. Среди остроконечных сталактитов я увидел несколько растущих белых цветов. — Трава Семи Звёзд. Сорвав одну из трав Семи Звёзд, росших между сталактитами, я почувствовал наполняющую её ману. — Ну, по крайней мере, удалось избежать ночёвки в лагере. Слегка улыбнувшись, я положил траву Семи Звёзд, росшую между сталактитами, в сумку. Грубо сорвав всю видимую траву Семи Звёзд и напихав её в сумку, я собрал около двух пригоршней цветов. Этого количества должно хватить для создания зелья-усилителя стигмы. — Но на всякий случай поищем ещё. Хотя вход был узким, внутри пещера оказалась довольно просторной, так что я ещё не успел исследовать её полностью. Углубляясь в извилистую пещеру, — ...? Я заметил слабый свет, идущий издалека. — Свет? Откуда здесь свет? — ... Я тихонько направился к источнику света. «...Это...» Источником света в глубине пещеры оказался переносной фонарь, обычно используемый для исследований. А тот факт, что здесь находился переносной фонарь, означал... «Здесь кто-то есть». Неужели на открытом полигоне в это время кто-то был? «Я абсолютно уверен, что на сегодня не было запланировано никаких занятий на открытом воздухе». Я подтвердил эту информацию ранее, когда получил разрешение через профессора Джейда. — Раз сюда нельзя войти без разрешения, это не курсант. И профессор никак не мог оказаться здесь в это время один. «Если это ни профессор, ни курсант...» Кто же мог находиться в столь скрытой пещере в столь поздний час? — ... Затаив дыхание и спрятавшись за сталактитом, — Черт возьми... почему мне всегда достаётся эта грязная работа? - услышал я чье-то ворчание внутри пещеры. Мужчина с черными волосами в потрёпанной робе. Судя по его внешности, ему было далеко за тридцать, так что он точно не был курсантом. — Эх, будь я жрецом, мне не пришлось бы выполнять такую тяжёлую работу... Мужчина бормотал жалобы, вбивая черный шип в форме кола в одну из стен пещеры. Затем, — Бз-з-з-з! Чёрная аура, исходившая из левой стороны груди мужчины, потекла в шип, воткнутый в стену пещеры. Эта аура обладала темным, зловещим и тревожным свойством. Было несложно узнать, что это такое. «Демоническая энергия». Энергия демонов, которой могли владеть только те, кто получил благословение демона и носил его метку. Обладание этим человеком демонической энергией доказывало лишь одно. Демон. Одна из величайших угроз для человечества наряду с демоническими зверями и главный приоритет для уничтожения героями. Враг человечества. Тот, с кем нельзя и не должно идти на компромисс. «Что здесь делает демон?» Я не мог догадаться о причине, но... «Что ж, я могу просто спросить его напрямую». Сконцентрировав ману в ногах, я припал к земле. А затем, Рванул вперёд. — Черт возьми... почему сегодня все так затягивается... Аргх! В мгновение ока я подскочил к демону сзади, собрал ману в пальцы и ударил его в заднюю часть шеи. Тело демона оцепенело, а затем рухнуло, как пугало. Удар по точкам акупунктуры. Техника, которой меня научил Беральд, — удар по меридианам, где циркулирует мана, чтобы парализовать тело. — Какого... Кто ты?! — Тебе не нужно знать, кто я. Просто ответь на мои вопросы. Зачем ты пробрался в академию? — Грр... почему я не могу пошевелиться... — Ну да. Я так и знал, что ты не ответишь просто так. Из своей прошлой жизни я слишком хорошо знал, что демоны молчаливы. — Сначала начнём с избиения. Схватив упавшего демона за волосы, я безжалостно шлёпнул его по лицу. Хлёсь! Звук был похож на удар хлыста по коже, и лицо демона откинуло в сторону. — Угх! П-подожди! — Знаю, знаю. Вы, ублюдки, от этого не заговорите. — Нет! Подожди секунду... Хлёсь! Хлёсь! Хлёсь! Лицо демона опухало от каждого резкого звука, пока не стало почти неузнаваемым. Примерно после тридцати пощёчин, — Агх... ух. — Вау, ты крепкий орешек. Даже сейчас не заговоришь? Демон со струйкой крови, сочившейся из сломанных зубов, отчаянно затряс головой. — Ну, тогда нет выбора. Если руки не помогают, придётся использовать меч. — Шррх. Я обнажил меч и поднёс его близко к лицу мужчины. — Два глаза, два уха, один нос, один рот. Из этого мне нужны только одно ухо и рот... Я притянул голову мужчины ближе и ярко улыбнулся. — Итак, какие из них тебе нужны? ---------- Том 1 Глава 22 — Ах... ух, аргх! Застонал мужчина через опухшие губы. Я окинул мужчину холодным взглядом, прижав кончик меча к уголку его глаза. — Ты не собираешься отвечать? Что ж, раз так, у меня нет выбора. — Начнём с самого бесполезного... с твоих глаз. — Я-я буду говорить! Буду говорить, только умоляю, остановись...! Отчаянно взмолился мужчина. — Вот как? Тогда давай послушаем, что ты хочешь сказать. — Э-это... тот вопрос, который ты задавал раньше... эм... Мужчина, словно пытаясь вспомнить что-то из того, что было до избиения, опустил голову и задрожал. А затем. Вууун! Из левой стороны его груди вырвалась черная аура. — Ты ведь спрашивал, как именно я хочу, чтобы ты меня убил, верно?! Сгорбившийся мужчина вдруг сорвался с места, словно сжатая пружина, скрестив руки. В его руках появились две косы, объятые черной аурой. Он распахнул скрещённые руки, словно крылья, и косы свирепо взмахнули. — Тебя, должно быть, так сильно избили, что память уже не та, да? Видя, как мужчина бросается на меня с радостным выражением лица, будто нашёл брешь, я усмехнулся и сделал шаг назад. «Точечное Давление» — это техника, предназначенная для лёгкого подавления противников с относительно низким уровнем маны. Я уже знал, что с моим нынешним скудным запасом маны не смогу долго удерживать демона. «Но». То, что я не могу удерживать его долго, вовсе не значит, что с ним нельзя справиться. — Ладно, я спрошу тебя ещё раз, так что слушай внимательно. Солнечный Меч. Первая Форма, Начальное Затмение. Восходящий удар под невидимым углом. Мой меч, маневрируя подобно танцору в промежутке между дико размахивающими косами, полоснул мужчину по груди. Плоть рвётся, и брызжет кровь. — Ах... ух. Мужчина с бледным лицом прижал руки к груди, из которой хлынула кровь. Дзынь. Две косы из его рук со звоном упали на землю. — К-кто ты...? — Я же сказал, что вопросы задаю я, не так ли? Хрусь! Я со всего маху наступил на колено упавшего мужчины. По пещере прокатился крик. — Что такой демон, как ты, здесь делал? — Ах... ух... — Так что там, по моему мнению, было самым бесполезным? — Я-я просто выполнял приказы! — Чьи приказы? — Это... Мужчина слегка отвёл взгляд, словно избегая моих глаз. Он нервно закусил губы, собираясь что-то сказать, как вдруг. — Аргх... кха! Гх, кхе! Он внезапно вцепился в грудь, корчась от боли. Его налитые кровью глаза вылезли из орбит, а по лицу расползлись жуткие вены, похожие на переплетённые корни. — Это... На него наложили проклятие, чтобы предотвратить утечку любой информации? Я протянул руку к мужчине, изо рта которого шла пена и которого било в судорогах, словно от удара током, но... — Тц. Свет уже погас в глазах мужчины. С того самого момента, как я впервые подавил его, я допускал возможность проклятия. «Причём высокого уровня, не меньше». Обычные проклятия срабатывают при произнесении определенных слов или выполнении конкретных действий. Однако проклятие, наложенное на этого человека, было высокого уровня и обрывало его жизнь, стоило ему лишь обрести «желание» раскрыть информацию. — Кто, черт возьми, эти парни? Судя по его недавнему упоминанию «жреца», он, скорее всего, был частью Демонической Церкви. Но в самой Демонической Церкви было так много фракций, и действовала она децентрализовано, из-за чего было трудно точно определить, к какой именно фракции он принадлежит. — Хм. Я поднял похожий на гвоздь черный предмет, который при себе имел мужчина. «Похоже, он как-то влияет на лей линии». Эта пещера была местом, где лей линии были достаточно сильны, чтобы поддерживать рост магической Травы Семи Звёзд. Видя, как он вонзает гвоздь в стену и направляет в него демоническую энергию, я мог лишь догадываться, что это должно было как-то повлиять на лей линии. — Но я точно не знаю, какой именно это имеет эффект. Я задавался вопросом, не связан ли этот гвоздь каким-то образом с тем, почему печать Бога Демонов ослабла в моей прошлой жизни. «Но этого быть не может». Если бы вонзания этого маленького гвоздя в стену было достаточно, чтобы ослабить печать Бога Демонов, она бы давно сломалась. Даже если бы таких черных гвоздей были десятки или сотни, печать на Боге Демонов не ослабла бы так легко из-за небольшого воздействия на лей линии. «Тогда что же это такое?» Я продолжал размышлять, но так и не смог прийти к чёткому ответу. «Может, стоит поискать ещё подсказки?» Когда я протянул руку к лежащему на земле трупу мужчины. Шаг, шаг. Я услышал вдалеке слабые шаги. Я перестал тянуться к мужчине и распространил магию по своему телу, чтобы усилить чувства. «Трое... нет, четверо». Выяснить, кому принадлежали приближающиеся шаги, было несложно. «Должно быть, это те, кто отдал этому парню приказы». Они, вероятно, шли проверить обстановку, потому что мужчина не вернулся. — Хм. Четыре фигуры, приближавшиеся сюда, скорее всего, не составляли всех демонов, проникших в школу. «Их должно быть больше». Хотя цель их проникновения в школу, полную героев, все ещё была неизвестна, было маловероятно, что столь дерзкие захватчики принадлежали к незначительной фракции слабых демонов. «Даже если я захвачу их, я не смогу выведать никакой информации из-за ограничений». Для отслеживания фракции культа потребуется другой подход. — И что же мне теперь делать... Пока я продолжал размышлять, мой взгляд упал на две косы, лежавшие на земле. В тот момент, когда я увидел косы, меня осенила идея. — Ага. Значит, выход все-таки был? — Посмотрим... для начала... Я обезглавил демона, который рухнул, выплёвывая кровь. «Они не подумают, что он умер из-за ограничений». Ухмыльнувшись, я поднял с земли одну из кос. А затем. Сууу. Без колебаний я вонзил косу себе в живот. * — Сколько прошло с тех пор, как мы потеряли связь с Хаском? Четверо мужчин, все в черных мантиях. Шедший впереди мужчина с кроваво-красными волосами повернул голову. Его левая щека была покрыта отвратительным шрамом от ожога. Его глубоко запавшие глаза мерцали леденящим кровяно-красным светом, от одного взгляда на который по спине пробегали мурашки. — П-прошло около тридцати минут. — Тридцать минут, говоришь. Стоявший впереди мужчина с кроваво-красными волосами повернул голову. — Я четко помню, как приказывал, чтобы для установки «гвоздя» ходило не меньше двух человек. — П-простите, жрец Каликс! Трое демонов, стоявших за мужчиной по имени жрец Каликс, испуганно склонили головы. Каликс холодно посмотрел на своих подчинённых, цокнул языком и снова отвернулся. — ...С наказанием разберёмся позже. — Д-да, сэр! Главным приоритетом сейчас было найти демона, потерявшего связь. — Веди. — Д-да, сэр! Каликс и его подчинённые быстро углубились в пещеру, сохраняя бдительность по отношению к окружающей обстановке. Когда они добрались до назначенного для установки «гвоздя» места, они увидели: — А... ух, пожалуйста... спасите... меня... Студента, у которого сильно кровоточил живот, и обезглавленное тело Хаска. — Почему студент оказался здесь в такое время...? Каликс нахмурился и оглянулся на подчинённых, один из которых поспешно ответил паническим голосом: — С-сегодня не было запланированных занятий! — Хм. Это значит, что студент должен был получить специальное разрешение от профессора на вход в эту зону. — Это хлопотно. По представшей перед ним картине Каликс легко мог догадаться, что произошло в пещере. «Студент, получивший разрешение от профессора, должно быть, столкнулся с Хаском». После ожесточённой битвы Хаск был обезглавлен, а студент получил смертельную рану от косы Хаска. — Жалкое зрелище. Каликс цокнул языком, с презрением глядя на тело Хаска. Хотя Хаск был низкоранговым монахом, он не должен был проиграть какому-то кандидату в герои, не говоря уже об официальном герое. Это было непростительным позором для того, кто благословлён Богом Демонов. «План сорван». Каликс нахмурился, словно у него заболела голова. Их тайный план, приуроченный к отсутствию расписания занятий на выезде, был сорван вторжением какого-то неизвестного кандидата. «Если он узнает об этом...» Каликс крепко зажмурился, дрожа от страха. «Что бы ни случилось, это нужно сохранить в тайне». Если выяснится, что их план дал сбой, лежащий на земле труп Хаска вполне могут заменить его собственным. — Что нам делать со студентом? Если оставить все как есть, он скоро умрёт от потери крови. Один из демонов посмотрел на хрипящего студента и спросил. Каликс без колебаний отдал решительный приказ. — Убейте его. — Что? Но... Если выяснится, что студент погиб, в дело наверняка вмешаются «профессора». — Разве не лучше было бы исцелить его, заставить замолчать и отправить обратно? — Заставить замолчать? На губах Каликса расплылась сардоническая ухмылка. Исцелить неизвестного студента, пригрозить ему или подкупить, чтобы он молчал, а затем вернуть в школу, да. «Если бы все было так просто». Однако. — Я не доверяю живым. На кончиках пальцев Каликса начала собираться черная энергия, нацеленная на упавшего студента. Вуум! Черное копье сформировалось из энергии, собранной из его левой стороны груди. А затем. Бах! Черное копье в мгновение ока пронзило сердце студента. — Урх... ух! Студент с седыми волосами испустил последний стон перед смертью. — Избавьтесь от тела. — Д-да, сэр! Испуганные безжалостными действиями Каликса, демоны быстро взвалили тело студента на плечи. Каликс снова цокнул языком, наблюдая, как подчинённые уносят труп. — Если хотите выжить в этом мире, запомните одно: никогда не доверяйте живым. Единственное, чему можно доверять. — Это мертвецы. Произнеся эти холодные слова, Каликс повернулся и направился к укрытию. ---------- Том 1 Глава 23 Город Вальхалла, построенный вокруг Академии Героев. Вальхалла была городом, расположенным в «нейтральной зоне» рядом с академией, где культуры трёх королевств сливались воедино, создавая процветающую цивилизацию. Ходили слухи, что Вальхалла была роскошнее столицы Империи, величественнее столицы Святого Королевства и развитее столицы Республики. Однако чем ярче сияли огни города, тем более тёмные тени отбрасывались внизу. В Вальхалле существовали трущобы, более крупные и зловещие, чем любые другие на континенте, известные как «Муравейник». Группа мужчин в чёрных мантиях двигалась по мрачным улицам Муравейника, источая столь зловещую ауру, что даже головорезы, погрязшие в наркотиках и алкоголе и ничего не боявшиеся, вздрагивали и отворачивались при виде них. — Откройте. — Да, жрец! Подчинённые Каликса вошли в лабиринтоподобные переулки Муравейника и приложили руки к пустой стене. — Вух! Когда чёрная энергия хлынула в стену с трёх сторон, на месте, где ничего не было, появился круглый вход. — Фух. Вернувшись в укрытие, Каликс сбросил мантию и тихо вздохнул. «Что же мне теперь делать?» Чтобы о погибшем студенте сообщили как о «пропавшем без вести», нужно было разобраться со множеством деталей. «Сначала мне нужно найти кого-то, кто максимально похож на этого студента». План был прост. Один студент, не выдержав учебного стресса и притеснений профессоров, сбежал из академии и вернулся в родной город. Чтобы создать такой сценарий, им требовалось найти человека, как можно сильнее похожего на студента, чтобы сфабриковать алиби о том, что тот вернулся домой. «Во-первых, нужно выяснить, откуда этот студент родом». Судя по его внешности, он казался выходцем из Республики, но... В отличие от времён пятисотлетней давности, когда выходцы из Республики впервые перенеслись из мира под названием «Корея», с тех пор их раса смешалась с жителями континента, из-за чего судить по одной лишь внешности стало трудно. «Нужно покончить с этим побыстрее, пока он не узнал». Каликс с беспокойством прикусил губу. — С возвращением, жрец Каликс! — Я слышал, связь с Хаском потеряна... Когда он вошёл в укрытие, подчинённые поспешили ему навстречу. Около тридцати демонов Культа Бога Демонов выполняли необходимые для плана задачи по приказу Каликса. — Тихо. Каликс отдал суровый приказ шумным подчинённым и сел. — Жрец Каликс, а как же тело этого студента?.. — Положите его в угол. Тело Хаска следует порубить на куски и скормить бродячим псам. — Д-да! Хотя они и были слугами Бога Демонов, жестокий приказ расчленить тело сородича-демона и отдать его на съедение собакам заставил демонов заикаться. — Кстати... Глаза Каликса зловеще блеснули. — Кто должен был идти с Хаском, чтобы сегодня вогнать «гвоздь»? — Ну... Взгляды всех демонов обратились на одного человека. — Ты? — Ж-жрец Каликс, я... Демон, бледный от страха, попятился и склонил голову к ногам Каликса. — П-простите! Обещаю, это больше не повторится! — Следующего раза не будет. Каликс усмехнулся и протянул руку к склонившему голову демону. — Я не доверяю живым. — Н-нет! — Единственные, кому я доверяю, — это всегда... Мертвецы. — Ж-жрец Каликс, умоляю! Чёрная энергия собралась на его протянутой ладони. Демоническая энергия, принявшая форму острых шипов, выстрелила подобно стрелам, пронзив голову демона. — Рубите и этого на куски и тоже скормите собакам. — Д-да, сэр! Оставшиеся в ужасе демоны утащили жестоко пронзённое тело сородича в другую комнату. — Фух. Убив одного из своих подчинённых в мгновение ока, Каликс откинулся на спинку стула с невозмутимым выражением лица. — Как продвигается работа на остальных лей линиях? — Всё идёт гладко. — Ни у кого из вас не хватит глупости шляться в одиночку, как тому идиоту, верно? — Н-нет! Подчинённые ответили с напряжёнными выражениями лиц. — Тц. Каликс недовольно цыкнул языком. Наверняка среди них были и другие, кто нарушал правила за его спиной. Он хотел найти и перебить всех нарушителей, но из-за этого у него не осталось бы людей для выполнения текущих задач. — Эм... Жрец? — Что такое? — Так нам приостановить работу на лей линиях, пока мы не создадим алиби для этого студента? Самое позднее к завтрашнему дню профессор, выдавший студенту разрешение, поймёт, что тот пропал. Риски продолжения работы на лей линиях были слишком высоки, пока они не создали фальшивые улики того, что студент сбежал по собственной воле. — Хм. Каликс на мгновение задумался, а затем покачал головой с серьёзным выражением лица. — Нет, мы продолжим работу по плану. — Н-но...?! — Профессор, отправивший студента наружу, не станет объявлять его в розыск лишь из-за того, что тот потерял связь на день-два. Если бы он это сделал, его бы тоже привлекли к ответственности, так что он наверняка будет действовать осторожно. «В худшем случае он поищет его сам». Конечно, риски работы от этого всё равно возрастут. — Если работа затянется, план тоже отложится. — Но до полномасштабного осуществления плана остался ещё целый год, верно? — Глупцы! Думаете, мы годами готовились к этой операции просто так? Каликс с досадой цыкнул языком. — Наполнять лей линии «проклятием» по капле, чтобы сотворить масштабное заклинание — настолько сложная задача, что даже «Ему» пришлось готовиться долгое время. И более того... «В тот момент, когда выяснится, что план провалился, я труп». Как бы то ни было, этот инцидент необходимо скрыть. — Раз поняли, живо ищите кого-то похожего на этого курсанта. — Д-да, понял. Демон опустил голову и подошёл к углу, где было оставлено тело студента. — Посмотрим-ка... Как выглядело лицо этого парня? Ранее всё было настолько срочно, что времени хорошенько разглядеть лицо студента не нашлось. Направляясь к телу студента, оставленному в углу... — ...А? В углу клубился серый пепел. — Что это такое? Демон нахмурился и пнул ногой разбросанный по полу серый пепел. И в этот момент — — Вших! — ...Чего? Под резкую синюю вспышку голова демона покатилась по полу. — Вот как... Значит, вот в чём дело. Седой студент, считавшийся мёртвым из-за пронзённого сердца, поднялся с того места, где лежал. — Ч-что? — Что происходит...?! Окружающие демоны и сам Каликс в неверии уставились на поднимающегося на ноги студента. — Ты... был жив? Нет. Этого не могло быть. «Я ведь точно пронзил его сердце». Каликс поспешно встал со стула, чтобы осмотреть студента. Грудь, пронзённая демоническим шипом, исцелилась полностью. — Ч-что это такое?.. Даже Каликс, редко показывавший эмоции, был настолько шокирован, что заикался. — Ты ведь только что говорил, что не доверяешь словам живых? Седой студент Дейл посмотрел на Каликса и усмехнулся. — С этого момента не доверяй и словам мертвецов. — ...... Выражение лица Каликса исказилось от злости. — Понятия не имею, какой трюк ты использовал, но... неужели ты думал, что сможешь сбежать отсюда? Это место было убежищем Культа Демонов, и здесь собралось более тридцати демонов. Да и сам Каликс носил звание «жреца» в культе. Даже действующему герою было бы трудно справиться с демоном ранга жреца, не говоря уже о каком-то студенте. — Кажется, ты заблуждаешься. — ...Заблуждаюсь? Губы Дейла тронула усмешка, пока он легко постукивал по полу мечом в своей руке. — Тот, кому стоит беспокоиться о том, как выбраться отсюда, — вовсе не я. Те, кому стоит беспокоиться... — Это вы. — ...Чего? Лицо Каликса исказилось от недоверия. Но Дейл не обратил на Каликса внимания, неторопливо повернув голову, чтобы оглядеть укрытие изнутри. По всему убежищу были разбросаны чёрные шипы размером с кулак каждый. «Они ведь говорили, что наполняют лей линии проклятием?» А полномасштабный план начнётся в следующем году. — ...Ха. С учётом всех этих улик, если бы он не догадался, в чём заключается их «план» и кого они называют «Им», он не имел бы права называться регрессором. -Это было проклятие. -...Проклятие? Кто бы мог?.. Внезапно в его памяти всплыл прошлый разговор с Ирис. Тот, кто проклял всю школу, лишив её зрения, лишив титула «Святой» и даже унеся жизнь дорогого друга. Тот, из-за кого она больше никогда не могла улыбаться, как озорной ребёнок. -Архиепископ Иллюзий, Астарот. — Ха, ха-ха. Говорят, когда человек слишком сильно злится, он вместо этого смеётся. — Вот как... Дейл вытащил из кармана стеклянную бутылочку с синей жидкостью и осушил её залпом. — Это были вы? Под звук разбивающейся о пол пустой стеклянной бутылки... Солнечный Меч. Шестая форма: Сияние. Ослепительно-белый свет заполнил комнату. ---------- Том 1 Глава 24 Солнечный Меч. Техника владения мечом, созданная Рейнальдом Гелиосом, лидером «Пяти Великих Героев», запечатавших Бога Демонов пятьсот лет назад. Солнечный Меч состоит в общей сложности из девяти «форм», причём каждая последующая форма экспоненциально возрастает по сложности и мощи. Юрен говорил, что даже Рейнальд Гелиос, создавший эту технику владения мечом, смог лишь постичь концепцию девятой формы, но так и не овладел ею полностью. Впрочем. Несмотря на то, что это техника владения мечом, Солнечный Меч принимает типичную форму «фехтования» лишь до четвертой из девяти форм. Удар снизу вверх, удар сверху вниз, горизонтальный удар и колющий удар. Эти четыре формы создаются путём доведения этих базовых движений до предела. Начиная с пятой формы, техника владения мечом выходит за пределы фехтования… Она становится чем-то более близким к магии или чуду. Обычно с помощью своей маны я могу использовать лишь формы до четвертой включительно. Изначально техники владения мечом выше пятой формы были мне недоступны из-за нехватки маны. Но. Теперь, когда я принял усилитель стигмы, я могу достичь сферы, обычно недоступной мне, всего на пять минут. — Уф… Мои, мои глаза! — Что, что это за свет? Демоны прищурились от ослепительно-белого света, исходившего от меча. Не давая им времени привыкнуть к яркому свету, Взмах! Взмах! Взмах! С леденящим душу звуком головы трех демонов отделились от их тел. — Это…! [Примечание переводчика: По какой-то причине эта глава была написана от третьего лица.] (п.п. Это от анлейтера было.) Дело было не в том, что Дейл двигался и взмахивал мечом, чтобы обезглавить их. Белый свет, льющийся из меча. Тела демонов, которых касался этот свет, рассекались надвое, словно их полоснул меч. — Это свет! Избегайте света! Один из демонов с криком бросился в сторону, уходя с пути белого света, лившегося из меча. Взмах! Но от лёгкого движения кончика меча верхняя и нижняя половины демона раскололись надвое. Удар, игнорирующий расстояние. Тела демонов, коснувшихся света меча, падали один за другим, разбрызгивая кровь. — Идиоты! Не уворачивайтесь вполсилы, навалитесь на него все сразу и убейте! Он один! — яростно взревел Каликс на своих подчинённых. — Д-да, сэр! — Окружите его! — Хааа! По его команде демоны вытащили оружие и бросились на Дейла. Взмах! Взмах! Даже во время атаки ещё двух демонов разрубило светом пополам, но остальным демонам, которых свет не задел напрямую, удалось сократить дистанцию до Дейла. — Сдохни, ублюдок! Демон, сокративший расстояние, сделал выпад копьём, заряженным демонической энергией. Казалось, Дейл, только что взмахнувший мечом, не сможет заблокировать копье, нацеленное в его уязвимое место. — Хех. Но губы Дейла изогнулись, обнажив белые зубы. Он легко шагнул вперёд, слегка скрутив корпус, и поймал нацеленное в него копье под мышки. Движение, близкое к акробатике, где малейшая ошибка могла привести к пронзанию сердца. Даже герой с огромным боевым опытом заколебался бы на мгновение при столь опасном для жизни движении. — Да ты сумасшедший…! Но Дейл не выказал и тени сомнения. Именно. Словно у него было несколько жизней. — Гхм! Хруст! Дейл дёрнул за зажатое подмышкой копье и голыми руками свернул демону шею. — Иик! Набегавший с оружием демон испуганно пискнул, увидев, как шею его товарища свернули прямо у него на глазах. — Чего вы из-за этого паникуете? Дейл бросил на землю тело демона с неестественно свёрнутой шеей и облизал губы, словно смакуя вкус. — Прошла всего минута. Затем Дейл бросился на окружавших его демонов словно зверь. — Гх, гах! — Ааах! — П-пощадите… Урк! Против демонов, атаковавших издалека, Дейл взмахивал мечом, испускающим белый свет, в то время как ближних врагов он укладывал с помощью боевых искусств. Он маневрировал так, чтобы стены и колонны оставались у него за спиной, не позволяя замкнуть полное кольцо окружения, и внезапно шёл в атаку, из-за чего рвавшиеся вперёд демоны сталкивались друг с другом. Происходящее скорее напоминало «бойню», чем «битву». Число демонов, изначально составлявшее около тридцати, сократилось вдвое менее чем за три минуты. — Г-господин жрец! Оставшиеся демоны, охваченные беспомощным ужасом, перевели взгляд на Каликса. — Бесполезные глупцы…! — сквозь зубы прокричал своим подчинённым Каликс. Что этот парень такое? Каким образом он кандидат в герои? Нет, ладно. Допустим, кандидат может быть силен как действующий герой или даже сильнее. В конце концов, ходили слухи, что Юрен Гелиос, занимавший первое место в комплексных оценках студентов на протяжении трех лет, был намного сильнее большинства профессоров. Но. Справляться с совместной атакой тридцати демонов, не отступив ни на дюйм, отвечать с такой ловкостью и беспощадностью… Это не кандидат, а… Такое увидишь разве что у отставного героя, проведшего десятилетия на поле боя. — Чёрт побери! Каликс с досадой закусил губу. Хотя сам он ещё не вступил в бой напрямую, одного взгляда на… нет, на эту бойню, устроенную Дейлом, было достаточно. «Мне не победить». Каким бы «жрецом» среди демонов он ни был, у него не было шансов против чудовища, способного перебить пятнадцать демонов менее чем за три минуты. «Но если я сбегу сейчас, он меня не отпустит». От мысли о гневе архиепископа у него по спине пробежал холодок. Он вытащил жезл с инкрустированным в него размером с кулак камнем маны и нацелил его на Дейла. «Если всё равно умирать!» Тёмная энергия исходила от стигмы на его левой груди, и вокруг него закружились десятки демонических шипов. — Хааа! Шу-шу-шу-шу! Демонические шипы вылетели с ужасающей силой. Демон, не успевший увернуться, был пронзён шипами и закричал, но Каликс не ослаблял атаку. — Жалкие потуги. Дейл презрительно цыкнул языком, глядя на сыпавшиеся со всех сторон шипы. Вместо того чтобы уклоняться, он бросился навстречу демоническим шипам, с силой топнув о землю. Боевые искусства Беральда. Землетрясение. Грохот, грохот, грохот! Вся укрытая база затряслась, словно от землетрясения. Из разбитой земли взлетели гнилые доски и грязь, образовав щит, заблокировавший град демонических шипов. — Грр! Пока Каликс хмурился из-за поднимающейся в воздухе пыли, Взмах! Вух! Яркий белый свет прорезал пыль, задев руку держащего жезл Каликса. Плоть разорвалась, брызнула кровь. Невыносимая боль пронзила все его тело. — Уф! Каликс стиснул зубы и схватился за наполовину отрубленную руку. Мучительный стон, сорвавшийся с его губ, был кратковременным. Устремив острый взгляд на Дейла, Каликс сжал жезл другой рукой. «Борьба в силе бессмысленна». Сколько бы магических шипов он ни выпустил, десятки или сотни, он сомневался, что сможет подчинить это чудовище. «В таком случае…» Каликс глубоко вздохнул и обхватил рукой камень маны размером с кулак на конце жезла. Бзззз! Сила, исходившая от камня маны, срезонировала с темной энергией и распространилась вокруг. Треск, треск! На камне маны, прикреплённом к концу жезла, начали появляться трещины, пока он не рассыпался в прах. — Явись, сила Иллюзии! Заклинание, сотворённое через жертвоприношение камня маны, было магией его господина, Верховного Жреца Астарота. Это было ужасное заклинание, которое заперло цель в иллюзорном мире, и разрушило её разум. — Гррр…! Из-за использования заклинания выше своего уровня у Каликса из глаз и носа потекла кровь. Для простого жреца, даже не епископа, использование магии Верховного Жреца было делом, рискующим жизнью, но сейчас было не до того. — Сгинь в Иллюзии! Когда жезл рассыпался, черная аура окутала Дейла. Дейл, буйствовавший подобно волку среди овец, внезапно замер. — Хех… Видишь, как бы ты ни сопротивлялся, противостоять Его магии невозможно. Какова бы ни была сила, она бесполезна, если разум сломлен. Наблюдая за неподвижно стоящим Дейлом, Каликс зловеще усмехнулся. — Убейте его скорее, пока он не пришёл в себя…! Стоило ему отдать приказ подчинённым, как холод пронзил его живот. — Урк. Сдавленный стон вырвался вместе с невыносимой болью, из-за которой стало трудно дышать. Повернув голову, он увидел Дейла, которого «Иллюзия» вроде бы обездвижила, стоящего прямо перед ним. — Как… Как? Каким методом он освободился от «Иллюзии»? Глаза Каликса расширились от неверия. — Похоже, на меня это не работает, — с ухмылкой произнёс Дейл, глядя на шокированного Каликса. — Уф… Урк, кхе! Каликс схватился за вонзившийся в его живот меч и медленно опустился на землю. Бзз! Черная аура, окружавшая тело Дейла, вернулась к Каликсу, словно ища своего законного владельца. Когда «Иллюзия» разрушилась, оставшаяся тёмная энергия начала течь обратно к нему. Разум Каликса соединился с разумом Дейла в тот краткий миг, когда ментальная магия рассеялась. Произошло явление, которое маги часто называют «ментальным резонансом». — …Ах. Зрение Каликса затуманилось. Его тело, связанное теперь с разумом Дейла, сильно забилось в конвульсиях. — Что… это… такое?.. Весь мир горел. Весь мир пылал. Куда ни кинь взгляд, куда ни повернись, всё было охвачено… «Огнём». Огромным, всепоглощающим огнём. Пламя, алое, как языки демона, жадно пожирало иллюзии, которые он с таким трудом создал, яростно ревя. «Что… это такое?» Хотя раньше он уже испытывал «ментальный резонанс», ему никогда не доводилось видеть подобной картины. «Что… это такое?» Когда Каликс окинул взглядом охваченный пламенем мир, его внимание привлекла фигура. Посреди бушующего огня свернулась черная фигура. «Что… это такое?» Неужели оно слышало его мысли? Черная фигура медленно подняла голову. И затем… Из пламени на него уставилась пара зелёных глаз. — …Ах. Каликс с мечом, всё ещё торчащим в животе, в страхе попятился назад. — Ах… Уф. Ааах. Забыв о вонзившемся в желудок мече, Каликс пополз по земле, пытаясь сбежать от Дейла. — Ааааааааах!! Отчаянно цепляясь за жизнь, он пополз ко входу в укрытие, стараясь убраться от Дейла как можно дальше. Последствия его побега? Ужас перед Верховным Жрецом Астаротом? Ничего из этого не осталось в его голове. — Бежать… Бежать… Скорее…! Единственное, что осталось в его мыслях, — это подавляющий ужас перед этим безымянным кандидатом. — Какого чёрта с этим ублюдком вдруг стряслось? Тот, кто был ошеломлён внезапным поведением Каликса, на самом деле был Дейл. Наблюдая, как кровоточащий Каликс спасается бегством, Дейл спокойно подошёл и прижал ногу к его горлу. — Урк. Сдавленный вздох вырвался с губ Каликса. — Ну, учитывая магические ограничения, даже если бы я спросил, ты бы ничего полезного не сказал… Цыкнув языком, Дейл сильнее надавил на горло Каликса. — Просто умри. Хруст! Шея Каликса свернулась под неестественным углом. — Ж-жрец? — Не может быть… Демоны, шокированные видом гибели Каликса без какого-либо серьёзного сопротивления, нервно переглянулись и начали медленно отступать. — Так-с… У меня осталось около минуты? Проверив время на Часах Героя, Дейл усмехнулся, глядя на отступающих демонов. — Этого времени достаточно. Вновь яркая вспышка света озарила тёмное убежище. ---------- Том 1 Глава 25 Убежище Культа Демонов. Среди тридцати девяти трупов, разбросанных внутри убежища, я покачнулся, поднимаясь на ноги. — Уф… болит адски. Последствия усилителя стигмы проявились после того, как его эффект спал. Профессор говорил, что полностью пренебрёг побочными эффектами при создании этого препарата, и боль от искажения потока энергии по всему моему телу превосходила всякое воображение. «И всё же результативность неоспорима». Этот прототип увеличил лишь на тридцать процентов теоретический максимум магической силы, которую мог дать усилитель стигмы, и всё же эффект оказался столь значительным. «Если всего тридцать процентов столь мощны, интересно, каковой будет стопроцентная версия». Я подумал о траве семи звёзд, которую упаковал в свою сумку, и на моём лице проступила довольная улыбка. — Ну что ж… Побочные эффекты утихли, так что пришло время осмотреть убежище. «Честно говоря, я особо ничего не жду». Этот парень приложил огромные усилия, чтобы предотвратить утечку любой информации, наложив ограничения высокого уровня даже на низкоранговых членов. Даже если бы я тщательно обыскал это место, шансы найти что-то полезное были невелики. «Но это лучше, чем ничего не делать». Я лавировал среди трупов, распростёртых на полу, и начал исследовать убежище Культа Демонов. Сколько же времени я обыскивал каждый уголок? Я обнаружил кучу чёрных гвоздей в небольшой комнате, напоминавшей складское помещение. — Эти гвозди содержат проклятие, ослепившее Ирис. По грубым подсчётам, чёрных гвоздей было несколько сотен. Хотя каждый гвоздь содержал лишь небольшое количество проклятия, при таком их количестве дело обстояло иначе. «Но всё же одного этого недостаточно, чтобы проклясть целую школу». Старшая София раньше учила меня крупномасштабным ритуалам. В крупномасштабных ритуалах ключевое значение имеет то, сколько материалов подготовлено и насколько тщательно разработан ритуал. И. «Где заклинатель проводит ритуал». Для подобного крупномасштабного ритуала ключевому заклинателю было бы трудно действовать извне. Более того, этот ритуал приходилось поддерживать месяцами, пока сила Семи Глаз не истощилась бы полностью. Каким бы изощрённым ни был ритуал, созданный напрямую верховным жрецом демонов, поддерживать его было бы невозможно, если бы заклинатель находился снаружи. «Что означает». Архиепископ Иллюзий Астарот, должно быть, прятался внутри школы в течение месяцев, пока ритуал был активен. — Нет… Нет, не просто месяцы. Демоны говорили, что это план, который они готовили годами. Весьма вероятно, что заклинатель проник в школу задолго до активации самого ритуала, замаскировавшись под кого-то другого. Таким образом, активировать и поддерживать ритуал изнутри школы было бы гораздо удобнее. «Иными словами». Архиепископ Иллюзий Астарот в настоящее время прячется в школе, замаскировавшись под кого-то. «Было бы трудно найти его, не зная, под кого он замаскирован». Только в самой школе было около тысячи курсантов. Если добавить профессоров, различный нанятый персонал и исследователей, оставшихся после выпуска, цифры возрастают ещё сильнее. «Невозможно проверить каждого из них». Даже если бы я провёл расследование, сомнительно, смог ли бы я найти его, особенно если высокопоставленный жрец демонов был полон решимости спрятаться. И что ещё важнее. — У меня нет причин отправляться на его поиски. Я усмехнулся, оглядывая забрызганное кровью убежище. Верно. Зачем мне изо всех сил стараться найти его? «Он сам придёт искать меня первым». Как только Астарот осознает, что его тщательно разработанный план, над которым трудились годами, скомпрометирован, он отчаянно попытается найти меня. «Нет необходимости оставлять после себя какие-либо улики». Если я оставлю слишком очевидные улики, он может заподозрить неладное. Моя работа — ждать, пока он тихо придёт и найдёт меня. — Да… значит, он был внутри школы. Перед тем как покинуть убежище, я легко щёлкнул по одному из взятых чёрных гвоздей и посмотрел вверх на залитое лунным светом ночное небо. Я не знаю, под кого ты замаскирован. Я также не знаю, почему ты пошёл на такие меры, чтобы нацелиться на Семь Глаз, которыми владеет Ирис, или что ты планируешь делать с силой, которую забрал у неё. В моей прошлой жизни ты погиб от рук Меча Святого Королевства до того, как мы успели встретиться. «Но». Есть одна вещь, которую я знаю наверняка. — Астарот. На этот раз. — Ты встретишься со мной раньше, чем столкнёшься с Мечом Святого Королевства. * По пути обратно в школьное общежитие из убежища Культа Демонов. Когда я шёл по улицам, уже окутанным темнотой, я нахмурился. — Уф… Всего немного подрался, а уже устал. Раны зажили благодаря Благословению Возрождения, но это не значило, что моя усталость исчезла. Последствия использования усилителя стигмы в сочетании с истощением от борьбы с тридцатью демонами клонили меня в сон. «Мне нужно поскорее лечь спать». Пока я спешил к общежитию. — А? Кто-то присел на корточки перед дверью моей комнаты в общежитии и дремал. Из-под капюшона робы выглядывала прядь розовых волос. — …Ирис? Когда я осторожно позвал её по имени, дремавшая женщина внезапно вскочила на ноги. — Ты ублюдок…! А, нет, Дейл! Где тебя, чёрт возьми, носила?! Ирис направилась ко мне с сердитым выражением лица. — Я столько раз писала тебе! — Оу. Я с опозданием включил свои Часы Героя и увидел, что накопилось множество сообщений от Ирис. — Я так переживала, когда узнала от профессора Джейда, что ты взял разрешение и отправился на открытые тренировочные площадки! Что ж. Если бы это был любой другой профессор, но зная, что именно профессор Джейд, прозванный Убийцей Студентов, дал разрешение на вылазку, а затем потеряв связь, любой бы запаниковал так же, как она. — Всё в порядке. Ничего не случилось. — Для того, кто говорит, что ничего не случилось, что с твоей одеждой? — Это… Я с запозданием посмотрел на свою одежду и увидел, что она порвана в нескольких местах. «В конце концов, благословение возрождения исцеляет только тело». По крайней мере, мне удалось смыть кровь демонов перед возвращением в общежитие, но с порванной тканью я ничего не мог поделать. — Ну… я немного покувыркался в горах. В конце концов, оправдание, сорвавшееся с моих губ, было жалко неубедительным. — …Покувыркался? — Ага. Предмет, о котором просил профессор Джейд, находился на пересечённой местности. — Хм. Ирис подозрительно окинула меня взглядом с ног до головы, затем схватила за руку и указала на дверь. — Открой дверь. — …Разве не рискованно, если кто-то увидит, как ты входишь в мужское общежитие в столь поздний час? — Вот почему нам нужно войти побыстрее, пока никто не увидел. Ты знаешь, сколько хлопот мне стоило прокрасться сюда так, чтобы Камилла не заметила? По настоянию Ирис я открыл дверь. Открывшаяся внутри комната была настолько обшарпанной, что можно было усомниться, находится ли она в том же общежитии, что и её комната. — А теперь снимай одежду и иди сюда. — …Снимать одежду? Я в удивлении уставился на неё, а Ирис с покрасневшим лицом взвизгнула. — Мне нужно осмотреть твои раны! — Ох, точно. Но я правда в порядке. — Тц. Если ты быстро их не снимешь, я сделаю это за тебя! Это на самом деле было бы наградой… Нет, погоди. — Понял. Я снял рубашку и приблизился к ней. Ирис серьёзно осмотрела моё тело. — Хм. Видимых травм нет. — Видишь? Я же говорил, что в порядке. — Нет. Тела героев часто настолько прочны, что травмы не проявляются на поверхности. Ирис осторожно протянула руку, чтобы коснуться моего тела. — Ты сказал, что кувыркался в горах, верно? — Да. — Судя по состоянию твоей одежды, кажется, ты кувыркался довольно сильно… У тебя может быть внутреннее кровотечение. Сказав это, Ирис осторожно начала направлять свою ману. Свет, излучаемый её стигмой, просочился в моё тело. Это было похоже на тёплый бульон, распространяющий жар по всему моему телу. — …Это должно устранить любое внутреннее кровотечение. — Даже если бы ты этого не сделала, оно бы зажило само по себе. — Тц! Разве я не говорила тебе не говорить таких вещей? Она со строгим выражением лица легко щёлкнула меня по лбу. — Понял? Ты не должен относиться к своему телу небрежно, каким бы прочным ты ни был. Даже герои чувствуют боль, когда получают ранения. — …… Внезапно. Угасшее воспоминание промелькнуло в моём сознании. -Не относись к своему телу так небрежно. -Какая разница? В конце концов, я просто оживу, если умру. -Но ты всё равно чувствуешь боль, верно? Ах да. Ты всегда была такой. В прошлой жизни и даже сейчас. Неизменной. Всегда. Всегда. — Дейл? — …… — …Ты плачешь? Я вытер глаза и слегка покачал головой. — Нет, ничего. — …… В комнате воцарилось неловкое молчание. — Кхе-м! Не выдержав неловкости, Ирис легко кашлянула и встала. — В любом случае! Причина, по которой я связалась с тобой сегодня, совсем в другом! Если подумать, я ещё не проверял, почему она написала мне сегодня. — Дейл, у тебя есть время в эти выходные? — Кажется, есть… А что? — Не хочешь ли прогуляться со мной? Так вот почему она связалась со мной — чтобы пойти вместе погулять в эти выходные. «Пойти на свидание с Ирис». Конечно, наши отношения ещё не дошли до того уровня, чтобы это можно было назвать «свиданием». Но всё же мысль о том, чтобы провести время с ней наедине, была чертовски заманчивым предложением. — Куда мы пойдём? — Это… Наблюдая за тем, как она колеблется с ответом, на моём лице расплылась довольная улыбка. «Куда она хочет пойти?» Театр в городе Вальхалла? Или, может быть, уютное кафе? Учитывая её любовь к еде, это также мог быть популярный ресторан. «Неважно куда». Пока я могу быть с ней, даже если это в трущобах, это не имеет значения. «Впрочем, она ни за что не попросит пойти в муравейник». Я горько улыбнулся, ожидая её ответа. — Дейл… Ты когда-нибудь слышал о муравейнике? — …Что? Неужели она действительно хочет пойти в муравейник? ---------- Том 1 Глава 26 Утро выходного дня. Я проснулся раньше обычного и завершил свою привычную тренировку маны. После этого я встал перед зеркалом. — Хм. Эта мысль приходит мне в голову каждый раз, когда я вижу своё отражение в зеркале. — Я ведь неплох, верно? Я повернул лицо под разными углами, а на моих губах застыла довольная улыбка. Конечно, голос совести глубоко внутри меня вставил наглый вопрос: «А что если сравнить себя с Юреном?» Я решил проигнорировать это. — Мои волосы выглядят аккуратно, ведь вчера меня подстригли. Мне также удалось бесплатно одолжить приличный наряд у моего дорогого «друга». «Свидание с Ирис, да?» В прошлой жизни я ходил с ней на свидания, но в качестве курсанта выхожу с ней впервые. — Полагаю, мне пора отправляться. С выражением предвкушения на лице я направился к месту встречи с Ирис. В назначенном месте меня ждали Ирис, аккуратно одетая в жреческие одежды святого королевства, и... — Что с этим взглядом? — ...... И Камилла, которая выглядела так, будто готова к бою в полном доспехе. — Почему ты здесь? — Почему я здесь? Сопровождать святую, разумеется. — ...Эх. Верно. Было вполне естественно, что Ирис не позволят выходить из школы одной. Особенно учитывая, что мы направляемся в «Муравейник» — один из самых неблагополучных и опасных районов города Вальхалла. — Хм. Ты ведь не думал, что сможешь пойти со святой наедине, верно? Камилла скрестила руки на груди, бросив на меня свирепый взгляд. — Угх... Почему она объявилась именно сегодня утром?.. Рядом с ней я увидел Ирис с удручённым выражением лица и поникшими плечами. Судя по её виду, её поймали на попытке ускользнуть незаметно от Камиллы. — Спрашиваешь, почему я объявилась?! Святая, разве я не говорила тебе, что нельзя покидать территорию школы без сопровождения? — Но Дейл со мной. — Ха, будто какой-то простой курсант вроде него сможет защитить тебя... Камилла усмехнулась и глянула на меня, но её выражение лица быстро застыло. Похоже, она вспомнила тот раз, когда даже не смогла обнажить против меня меч и потерпела поражение. Камилла неловко откашлялась, избегая моего взгляда. — Кхе-кхе. В общем, если выяснится, что святая ушла одна, у меня будут большие неприятности. — Эх. Ладно, Камилла, ты тоже можешь пойти. — Кстати, раз вы направляетесь в «Муравейник»... Вы идёте в «то место»? — Да, верно. — Хаа. Святая, ты просто... неутомима. Камилла вздохнула, качая головой, но её выражение лица казалось довольно расслабленным. — Почему же~ Камилла, тебе ведь тоже нравится туда ходить, не так ли? — Хм. Кто сказал, что мне нравится? — Да ладно тебе, ты ведь первая начинаешь радоваться, когда мы там оказываемся. — Я-я никогда такого не делала! — Хмм~ Неужели? Эти две женщины обменивались словами так, будто уже бывали в том месте вместе раньше. — О каком именно месте вы говорите? — Хм? Разве святая тебе не сказала? — Нет. — Хмм. Камилла посмотрела на Ирис, словно спрашивая разрешения рассказать мне. Ирис игриво покачала головой. — Оставим это в качестве сюрприза. Сюрприз, да. «Куда же это они?» Даже с воспоминаниями прошлой жизни я понятия не имел, куда она собирается. «Ну, полагаю, скоро узнаю». Вряд ли она планирует отправиться на базу культа демонов в «Муравейнике», как сделал бы я. — Ах да, нам нужно кое-что купить перед уходом. — Что именно? Я склонил голову в недоумении, а Ирис ярко улыбнулась. — Рамён. — ......? Так началось моё первое свидание(?) со старой возлюбленной после перерождения. * «Муравейник», крупнейшие трущобы на континенте, расположенные внутри города Вальхалла. Будучи крупнейшими трущобами, «Муравейник» делился на худший и второй по степени худший регионы. Место, куда хотела пойти Ирис, находилось на окраине «Муравейника», которая классифицировалась как «вторая с конца по худшим условиям». Именно там располагался приют, работающий при поддержке святого королевства. — Кьяаа! — Сестричка Ирис-сс!! — Дети! Выходите быстрее! Сестрички пришли! — Хаф, хаф... Сестричка Камилла... Можешь схватить меня за волосы и отшлёпать хотя бы разок?! — Мы думали, вы забыли о нас! Как только мы вошли на территорию приюта, дети бросились к нам, словно голодные гиены. Глаза бегущих к нам детей сияли от нескрываемого волнения и радости. — Ах вы, негодники! Разве я не говорил вам сидеть тихо внутри?! Пожилой священник строго прикрикнул на детей, мчащихся к нам. — Ой, священник здесь! — Все расходимся! Дети, которые неслись на нас, разбежались, как муравьи, облитые водой. — Эх. Вот ведь... Пожилой священник в рясе церкви семи звёзд подошёл к Ирис и сотворил крестное знамение. — Прошу прощения, святая. Моё скверное воспитание привело к этому... — Хи-хи, нет, отец Антонио. Видеть детей такими здоровыми — одно удовольствие. Ирис покачала головой с мягкой улыбкой. — Вы хорошо поживали? — Хо-хо, конечно. Несмотря на возраст, у меня всё ещё энергия молодого парня. Отец Антонио усмехнулся, слегка закатывая рукав своей жреческой одежды. Его слова насчёт энергии молодого парня не были преувеличением. Мышцы на руках отца Антонио, показавшиеся из-под закатанного рукава, были рельефными, как у тренированного воина. — Прошу прощения, что не навещала вас часто. — Ничего страшного, леди Камилла. Тот факт, что вы обе иногда навещаете нас, придаёт этому старику огромные силы. Но... кто этот молодой человек? Взгляд отца Антонио обратился на меня. — Это Дейл Хан, студент из нашего класса. — Как вы знаете, отец Антонио, на третьем курсе у нас больше занятий в составе групп, верно? Дейл — тот, кто станет частью нашей постоянной группы. Подождите-ка. Когда это я стал постоянным участником? — О, понятно. Отец Антонио посмотрел на меня с интригующим выражением лица. — До сих пор святая никогда никого сюда не приводила... Это удивительно. — Дейл — тот, кому я могу доверять. — Хмм? Отец Антонио на миг склонил голову набок от уверенного ответа Ирис. Затем с лукавой ухмылкой он посмотрел на Ирис и тихонько усмехнулся. — Ну... Я прожил достаточно долго, чтобы дожить до такого дня. — ...Что вы имеете в виду под этим? — Маленькая девочка, за которой я наблюдал с детства, так прекрасно выросла и даже привела с собой мужчину... — П-подождите минутку! Если говорить так, это звучит так, будто я привела жениха или вроде того! Воскликнула Ирис с покрасневшим лицом. — С детства...? — О, я ещё не представился. Меня зовут Антонио, и у меня была небольшая связь со святой до того, как она стала «святой». Пожилой священник величественным жестом сотворил крестное знамение, источая глубокую мудрость и опыт. «Отец Антонио». Это было ещё одно имя, которого я никогда не слышал в прошлой жизни. «Ирис никогда особо не распространялась о своём прошлом». Она горько улыбалась и меняла тему, даже если я намекал на это. Как будто она намеренно избегала разговоров о прошлом. «И после этого я называю себя регрессором, хотя ничего не знаю». Я покачал головой с самокритичной улыбкой, но, честно говоря, чувствовал себя не так уж плохо. Вещи, которых я не знал в прошлой жизни. Картины, которых я не видел. Истории, которых я не слышал. С каждым новым открытием я всё сильнее чувствовал, что действительно живу новой жизнью. — Прошу всех троих пройти внутрь приюта. Хоть сейчас и весна, на улице всё ещё довольно прохладно. Отец Антонио доброжелательно улыбнулся и повёл нас внутрь приюта. Я посмотрел на Ирис и спросил: — Это сюда ты хотела прийти? — Да, именно сюда. Иногда я прихожу сюда с Камиллой, чтобы помочь присматривать за детьми. Я подумала, что было бы здорово, если бы в этот раз ты присоединился к нам, поэтому и пригласила тебя. Ирис осторожно глянула на меня. — Так что... ты разочарован? — А? Почему? — Это ведь совсем не то место, ради которого стоит тратить выходной. — Хмм... И правда, это место сильно отличалось от того, что я себе воображал, когда она только предложила выйти в город. — Но мне нравится. — ...Правда? — Да. Вообще-то, это место мне отчасти знакомо. — Знакомо? — Я тоже вырос в приюте в республике. — ...Ох. Там всё было не так радостно и беззаботно, как здесь, но я тоже был сиротой, выросшим в приюте. «Хотя я едва помню то время». Мои воспоминания об учёбе в Академии Героев уже стирались, так что о более ранних временах и речи быть не могло. — Значит, ты тоже из приюта, Дейл. — ...Тоже? — О, нет, ничего. Кхе-кхе. В общем, нам стоит поторопиться внутрь. Дети, наверное, уже заждались нас. — Понял. Шагнув вслед за Ирис внутрь, мы услышали оживлённую детскую болтовню. — Сестричка Камилла! Давай устроим спарринг на мечах, спарринг! — Я тоже хочу! — Хэ... Сестричка Камилла... Пожалуйста, накажи меня своим могучим мечом!.. — На этот раз я точно выиграю! — П-подождите. Все, успокойтесь!.. Камилла выглядела растерянной, окружённая детьми. С неуверенным выражением лица она огляделась по сторонам, прежде чем схватить валявшуюся в углу приюта ветку, и произнесла: — Хаа. Похоже, у меня нет выбора. Все на выход. — Ура! Дети с энтузиазмом последовали за Камиллой наружу. Я с интересом наблюдал, как они плетутся следом за ней. — Кажется, дети любят Камиллу сильнее, чем я ожидал. — Хи-хи. Она притворяется строгой, но на самом деле обожает возиться с детьми. — Это заметно. Я усмехнулся, наблюдая, как Камилла проводит спарринг с детьми. — Ай! — Ты слишком быстра! — Кьяа! Ребятишки набросились на неё, используя, казалось бы, хорошо отработанное построение, но у них не было ни шанса против Камиллы. Она усмирила детей в мгновение ока и с победоносной ухмылкой заявила: — Хи-хи. Возвращайтесь, когда выпьете побольше молока, малявки! Ох. Подождите-ка. Сказать такое здесь... — У меня нет мамы! — Чмок... Сестричка, можно мне твоего молока вместо этого? [Примечание переводчика: Чувак... Этот парень играет по-крупному 😭] (п.п. Короче, правки в квадратных скобках, не мои.) — Интересно... каково мамино молоко на вкус? — ...Ох! Только тогда Камилла осознала свою оплошность, покрылась градом пота и отчаянно затрясла головой. — Н-нет! Я не это имела в виду! Я-я имела в виду...! — Хи-хи-хи! — Ты такая милая, сестричка! Дети громко рассмеялись над растерянной реакцией Камиллы. По их лучезарным улыбкам было легко понять, сколько любви и труда вложили в то, чтобы этот приют стал таким, какой он есть. — Кстати... этот парень тоже мечник? Один из детей указал на висевший у меня на поясе меч и спросил. Я кивнул, приближаясь к ребёнку. — Да, мечник. Ну, я умел не только обращаться с мечом, но пока оставим это. — Тогда... кто победит, если вы сойдётесь в бою с сестричкой? Вопрос, полный невинного любопытства. С точки зрения ребёнка это был обычный вопрос, но его последствия оказались значительными. — Да ладно, конечно же, победит сестричка Камилла! — Зачем вообще спрашивать? — Она же когда-нибудь станет героем, «Мечом Святого Королевства»! — Но всё равно этот парень тоже выглядит очень сильным! — Да-да! Разве сестричка Ирис не впервые кого-то с собой привела? Он не может быть простым человеком! В одно мгновение двор приюта превратился в хаос. — ...... — ...... Мы с Камиллой переглянулись, оба осознав одно и то же. «Вот попали». Выхода не было. ---------- Том 1 Глава 27 — Две конфеты на Камиллу! — И я, и я! — Хм! Глупцы. Я ставлю на аутсайдера! Три конфеты на этого седого парня! — А? Вот почему ты вечно теряешь свои сладости! Тут надо ставить наверняка! — Ни за что! Настоящий мужчина всегда ставит на аутсайдера! — Тц. Ты всего лишь малыш; что ты понимаешь в том, как быть мужчиной... — Гах! Возьми свои слова обратно! Двор приюта превратился в хаотичный игорный дом. Дети образовали круг вокруг нас с Камиллой, глядя на нас жадными, сияющими глазами. — Ч-что это... Камилла была сбита с толку этим совершенно неожиданным поворотом событий. Она бросила взгляд на Ирис в поисках помощи, но Ирис уже полностью увлеклась азартом, подзадоривая детей ещё сильнее. — Я ставлю десять конфет на господина Дейла! — Д-десять конфет?! — Ого! Вот она, сила взрослого капитала!.. Дети были поражены, увидев, как к ставке присоединился «кит». — ...... — ...... Мы с Камиллой переглянулись. Эх. С наших губ одновременно сорвались глубокие вздохи. — Как до этого дошло... — Полагаю, у нас нет выбора? Даже если бы сами семеро богов сошли с небес, у нас не было бы шанса отступить из этой ситуации. — Ну ладно. Я хотела испытать себя против тебя хотя бы раз. Камилла воспылала решимостью, направляя на меня грубо вырезанный деревянный меч. Я усмехнулся, поднялся на ноги и подобрал лежавший рядом деревянный меч. — Мы ведь без маны, верно? — Разумеется. — ...Хорошо. Если это дуэль без маны, исход измерять не нужно. «Я точно выиграю». Дело не в том, что я недооцениваю навыки Камиллы. Камилла была достаточно талантлива, чтобы считаться кандидатом в следующий Меч Святого Королевства, и входила в топ-десятку мечников академии, когда речь шла о чистом мастерстве владения мечом без магии. «Но». На этом всё. Каким бы исключительным ни был её талант, она никак не сможет победить меня без использования маны. Я был уверен в себе. Разрыв между нами был огромен. «Так и должно быть». На протяжении последних тысяч лет. Я не бежал, но я никогда не переставал идти. Каким бы далёким ни казался путь впереди, я никогда не оглядывался назад. Пусть я был несовершенен, слаб или неуклюж. Я никогда не выпускал меч из рук. — Нападаю. Камилла тихо подала сигнал о начале боя. Бам! Она бросилась вперёд со скоростью, далеко превосходящей ту, что она показывала против детей. Лязг! Дзынь! Та-та-та! Деревянные мечи столкнулись с громким звуком. Даже без использования магии столкновение двух сверхлюдей со святыми стигмами было слишком быстрым для обычных глаз. — Ого, ого... — Это безумие! — Мечей даже не видно! Под детские возгласы поединок продолжился. — Ха! Её деревянный меч рассёк воздух свирепым взмахом. Как и ожидалось от техники Меча Святого Королевства, траектория меча была прямой и простой, но найти брешь было невероятно сложно из-за её точности. «Это больше, чем я ожидал». Её навыки впечатляли, заставив меня инстинктивно похвалить её. Если и существовала фраза, идеально описывающая преданность основам, то это было именно такое владение мечом. В нём не было показного блеска или головокружительных уловок. Но её уверенные удары мечом, лишённые каких-либо лишних движений, передавали всю кровь, пот и слёзы, которые она вложила в тренировки. «Однако». Её меч всё ещё был слишком лёгок, чтобы выдержать тяжесть жизни, заключённой в моём. Бац! Я парировал нисходящий удар Камиллы, подняв деревянный меч, затем сократил дистанцию и врезался в неё плечом. — Угх... Камилла отскочила назад, пытаясь удержать равновесие. — Ты... Она тяжело дышала, свирепо глядя на меня. — К-Камиллу оттесняют! — Видите! Я же говорил, что аутсайдер победит! Дети зашумели от возбуждения из-за неожиданного поворота событий. Глаза Камиллы задрожали, когда она оглянулась на них. В этот момент у маленькой девочки, наблюдавшей за поединком, на глаза навернулись слёзы, и она спросила: — Сестричка... ты проигрываешь? — ...... Камилла выровняла дыхание и снова направила на меня меч. — Победа. Её голос был твёрд, а взгляд — непоколебим. Я усмехнулся и с вызовом взмахнул деревянным мечом. — Хааах! С яростным боевым кличем Камилла снова бросилась на меня. Её удары мечом, ставшие ещё более свирепыми, чем прежде, пронеслись по воздуху бурей. И тут... — Угх! Хрясь! Деревянный меч Камиллы ударил по моему и отбросил его в сторону. — ...А? Глаза Камиллы широко раскрылись от удивления. — Оууу! — Сестричка победила! — Не может быть! — Каково это, сторонники аутсайдера? Прозрели наконец? — Быстро сюда конфеты! Дети праздновали победу Камиллы так, будто это был какой-то праздник. — ...... Однако героиня этого торжества молча стояла с ожесточённым лицом, крепко сжимая меч. Видя, как она застыла, я цыкнул языком. «Она догадалась, что я поддался?» Я с самого начала старался не показывать вида, чтобы она ничего не заметила, но, похоже, всё было напрасно. «Но я ведь не мог просто сбить Камиллу с ног здесь». Пусть я был чужаком, пришедшим сюда только сегодня, для детей в приюте Камилла была героиней прямо из сказки. Она была их героем — той, которую нельзя побеждать или ломать. Я никак не мог победить её на глазах у детей. — Так, все~ Скоро обед, так что пока отложите конфеты~. — Иик. — Да~! — Хе-хе. Сегодняшний обед будет особенным, так что ждите с нетерпением! — Особенный? Что ты принесла, Ирис? Глаза детей засияли звёздами при упоминании об особом обеде. Ирис, горделиво надувшись, важно подошла ко мне. — Дейл, не мог бы ты приготовить рамён, который мы купили раньше? Ах. Так вот почему она купила рамён перед тем, как прийти сюда. — Если мы собираемся накормить всех здесь, нам понадобится довольно большой котёл. — Не беспокойся об этом! У нас есть большая кастрюля, которую мы используем для похлёбки! — Хорошо. Я уже устроил детям визуальное представление, а теперь пришло время порадовать их вкусовые рецепторы. — Я приготовлю всё идеально, так что просто иди отдохни. — Нет, я тоже помогу. — Правда? Тогда не могла бы ты вскрыть пакетики и высыпать приправы в эту миску? — Конечно! Ирис охотно предложила помощь, но ей особо нечего было делать, кроме как заранее вскрыть пакетики. В конце концов, это был обычный быстрорастворимый рамён — вскипятить воду, добавить приправы, забросить лапшу и готово. — ...... — ...... Пока мы ждали, пока вода в кастрюле закипит, на кухне воцарилась тишина. — ...Дейл. Ирис первой нарушила тишину. — Ты говорил, что вырос в приюте, верно? — А, да. А что? — ...... Ирис на мгновение замялась, слегка приоткрыв губы, а затем повернула голову, чтобы посмотреть в окно. За окном дети играли, не в силах сдержать радость. — На самом деле, до того как стать «святой», я тоже росла в приюте. Ирис посмотрела на детей ностальгическим взглядом, словно вспоминая прошлое. — Человеком, который вырастил меня тогда, был отец Антонио. — Ах. Вот какова их небольшая связь. «Если подумать, временами грубоватый язык Ирис тоже...» Вероятно, это из-за того, что она выросла в приюте. Сироты часто учатся использовать резкие выражения как средство самозащиты. — И в мой десятый день рождения... я поняла, что в моих глазах скрыта особая сила. — Это те самые «Семь Глаз», о которых ты мне рассказывала раньше? — Да. Знак святой, благословлённой семью богами. — После этого моя жизнь полностью изменилась. Я могла носить жреческие одежды из тонкой ткани вместо поношенной одежды, и у меня появилась тёплая просторная комната вместо холодной и тесной. Конечно... в обмен мне пришлось отказаться от своей «фамилии». — ...Ты отказалась от фамилии? — Изначально у меня была фамилия «Флора». Отец Антонио дал её мне в честь имени моей покойной матери. Но... — Святая — это «дитя бога», поэтому ей запрещено иметь фамилию. Поэтому. Она отказалась от имени покойной матери и стала дитём бога. — Даже сейчас я иногда задаюсь вопросом, как сложилась бы моя жизнь, если бы у меня не было этих глаз. Во взгляде Ирис, когда она говорила это, читалась горечь. — Это... — Хе-хе. Довольно капризная мысль, не правда ли? Благодаря этим глазам я смогла жить комфортной жизнью без каких-либо усилий и лишений. Ирис самокритично улыбнулась. — ...... Снова неловкое молчание. Я посмотрел на Ирис и мягко спросил: — ...Разве тебе можно рассказывать мне такое? Что святая святого королевства на самом деле сирота. Если этот факт станет известен, это наверняка осквернит имя «святой». — Я доверяю тебе, Дейл. Её ответ был твёрдым, без тени сомнений. — ...... Откуда у неё взялась такая непоколебимая вера в меня? Я посмотрел на неё с растерянным выражением лица. Ирис почесала затылок с неловкой улыбкой. — Честно говоря... я и сама толком не знаю почему. Знаю, звучит странно, обычно я не из тех, кто так легко доверяет другим. Но. — Почему-то, когда я вижу тебя, Дейл... мне кажется, что я знаю тебя очень давно. Как бы это сказать... Если использовать старомодное выражение, чувствуется, будто мы были связаны в прошлой жизни или вроде того. — ......! — Ой, не надо делать такое лицо, я знаю, что это звучит нелепо. Ирис игриво ткнула меня в щеку с озорной улыбкой. — В общем, я говорю тебе это только потому, что чувствую, что могу доверять тебе, так что лучше никому не рассказывай, ладно? — А, хорошо. Я кивнул, как сломанная кукла. — Ладно, рамен почти готов, так что я пойду позову остальных! Она выбежала на улицу с сияющей улыбкой. — ...... Оставшись один на кухне, я сжал кулак, наблюдая за Ирис через окно. «Оно не исчезло». Время, проведённое вместе. Эмоции, которыми мы делились. Я думал, всё это растаяло, как снежинки на моей коже. «Оно осталось». Подобно тому, как капли образуются там, где тает снег, воспоминания остались там, где растаяли былые образы. — Дейл! Вынеси кастрюлю на улицу, пожалуйста! Позвал снаружи голос Ирис. Я едва смог сдержать эмоции, готовые выплеснуться наружу, схватил кастрюлю и вышел. * — Это... рамён? — Это просто безумие! — Как же вкусно! — Угх... Завидую республике! Мы едим только зелень! Как и ожидалось, рамён имел огромный успех у детей. Дети безумно уплетали рамён, который им разложили по мискам из кастрюли. — Хе-хе. Что такого особенного в этой нездоровой пище, из-за чего они так поднимают шум... — Отец Антонио, вам тоже стоит попробовать. Отец Антонио, с недовольным видом наблюдавший за тем, как дети едят рамён, подцепил палочками несколько прядей, откусил кусочек, быстро откашлялся и поспешно зачерпнул в свою миску ещё больше рамёна. Пока все наслаждались оживлённым обедом, — ...... Одна Камилла с мрачным выражением лица уставилась на свою пустую миску. Я осторожно сел рядом с Камиллой. — Это из-за того, что было раньше? — ...Ты. — Прости. У меня не было выбора, когда дети смотрели. Для неё, не просто как для кандидата, но как для воина, мысль о том, что кто-то специально позволил ей выиграть, должно быть, была унизительной. — ...Нет, ты не виноват. Это всё моё неумение. Камилла покачала головой с самобичеванием на лице. Сказать ей: «Нет, ты достаточно сильна», — прозвучало бы как насмешка. «В таком случае...» Лучше зайти с другой стороны. — Так ты собираешься дуться только потому, что проиграла один раз? — Это...! — Ого, кто бы мог подумать, что будущий меч святого королевства может быть таким жалким. — Грр! Заткнись! Камилла вскочила, тыча в меня палочками. — Ну погоди! В следующий раз я сделаю так, что ты и слова не сможешь вымолвить! — Конечно. Буду с нетерпением ждать. Я усмехнулся, глядя, как Камилла кипит от злости. — Ой, точно! Ваш сегодняшний спарринг был таким крутым! — Да, вообще! — Прямо как битва героев! Увидев нас с Камиллой вместе, дети закричали с загоревшимися глазами. Один мальчик с озорным выражением лица усмехнулся нам. — Кстати... вам не кажется, что вы двое отлично смотритесь вместе? — А? Правда? — Вы же видели это во время боя! Они прямо на одной волне! — Теперь, когда ты сказал... Я тоже так думаю... — Вы ведь тайком встречаетесь, да? Признавайтесь? Мальчик, пытаясь поддразнить нас, настойчиво допытывался, пытаясь связать нас с Камиллой. — ...Лео. — А? Ирис, ты ведь тоже так думаешь? — Хе-хе. Ирис подошла к мальчику по имени Лео и мягко погладила его по голове. — Не мог бы ты пойти со мной на секундочку? — А? Почему? — Быстро. Она куда-то увела Лео. Примерно через пять минут: — Я-я передумал! Мне кажется, Камилла и он совершенно не подходят друг другу! — Разве минуту назад ты не говорил обратное? — Н-нет! Они совсем не подходят! Если на то пошло, Ирис, ты гораздо лучше подходишь ему! Закричал Лео с бледным лицом и слезами на глазах. Я тяжело вздохнул, глядя на мальчика. «...Ирис». Что, чёрт возьми, ты сделала с этим беднягой? ---------- Том 1 Глава 28 — Эм... вы уже уходите? — Разве мы не можем поиграть ещё немного? Дети хныкали, цепляясь за штанину Ирис и умоляя о продолжении игры. Ирис мягко улыбнулась и успокоила их: — Всё в порядке. Я вернусь, чтобы снова поиграть с вами в следующий раз. — ...Правда? — Когда? Когда именно ты придёшь? — Я хочу поиграть с тобой ещё, сестричка! Дети явно не хотели отпускать её, их разочарование было очевидно. Отец Антонио шагнул вперёд, чтобы разрешить ситуацию: — Ну-ну, хватит. Святая находится в затруднительном положении, вам так не кажется? — Но...! Несмотря на слова отца Антонио, дети не отступали просто так. Как только выражение лица старого священника стало строгим: — Пожалуйста, не будьте с ними слишком суровы, отец. — ...Слишком сильно баловать их, приведёт лишь к дурным привычкам. — И всё же. Ирис сохраняла мягкую улыбку, поглаживая детей по головам. — Ох, кстати говоря, разве Фестиваль Запечатывания не приближается? Фестиваль Запечатывания. Это было празднование в память о дне, когда Пятеро Великих Героев запечатали Бога Демонов. Это был один из немногих дней, когда обычно суровые тренировки и лекции приостанавливались, позволяя курсантам расслабиться и повеселиться. Ожидание этого Фестиваля Запечатывания ограничивалось не только курсантами. Даже Академия Героев, которая обычно строго запрещала посторонним вход, позволяла семьям и знакомым курсантов посещать её в это время. В результате и академия, и город Вальхалла становились оживлёнными и шумными. — Я думала пригласить детей на этот день. Что вы думаете? — ...Детей, говорите? — Конечно, и вас тоже, отец. — Это... Отец Антонио казался застигнутым врасплох неожиданным предложением. — Вау! — Правда? Мы действительно можем пойти? — Я хочу увидеть академию! Дети прыгали и радовались от приглашения на Фестиваль Запечатывания. — ...Не доставит ли это вам проблем, Святая? — отец Антонио шептал так, чтобы дети не слышали. Если дети устроят какие-то проблемы во время фестиваля, это, несомненно, запятнает репутацию Ирис. Даже если они не устроят проблем, всё равно найдётся немало людей, которым не понравится вид сирот, разгуливающих по академии. В конце концов, хотя это была «нейтральная зона», где никакой класс или статус не должны были иметь значения из-за соглашения между тремя странами... Укоренившиеся предрассудки людей меняются не так легко. На этом континенте, страдающем от демонов и монстров, сироты считались слабее бродячих зверей на улицах, а люди инстинктивно презирали слабых. — Всё в порядке. Но даже при этом. Не каждый человек поворачивался спиной к слабым. — Если у кого-то возникнут проблемы с тем, что я приглашаю детей, я без колебаний воспользуюсь авторитетом «Святой», чтобы убедиться, что им это не простят. — Леди Ирис... Глаза отца Антонио покраснели, когда он посмотрел на Ирис. — Спасибо. — Не нужно меня благодарить. На самом деле мне больше жаль, что я не пригласила вас раньше. — Ха-ха, вовсе нет. Отец Антонио покачал головой с тёплой улыбкой. — Значит, мы действительно сможем увидеть академию? — Да! — Я люблю тебя, сестричка! Дети уже были вне себя от радости, бегая по двору и поднимая пыль при мысли о посещении Фестиваля Запечатывания. — Ах вы, негодники! Что вы тут устраиваете такой беспорядок? А ну марш внутрь! — Уф. — Тот, кто не зайдёт прямо сейчас, останется позади и пропустит фестиваль! — И-извините! — Быстро бежим внутрь! По строгому голосу отца Антонио дети спешно бросились обратно в приют. — Фестиваль Запечатывания через две недели, верно? — Да, всё верно. — Ха-ха. Тогда увидимся там, Святая. Пожалуйста, будьте осторожны на обратном пути. Отец Антонио перекрестился и вежливо поклонился. — Ох, и... тебя ведь зовут Дейл, верно? — Ах, да. — Пожалуйста, хорошо заботься о Святой с этого момента. Отец Антонио похлопал меня по плечу со значительной улыбкой. — Да, хорошо. — Ха-ха. Ты должен справиться хорошо. Хотя снаружи она может казаться мягкой, у неё довольно свирепый характер... — Ох, отец Антонио! Ирис топнула ногой со смущённым выражением лица. Чистый смех старого священника разнёсся по двору приюта. — Кстати, время выбрано весьма удачно. — Хм? Что вы имеете в виду? — О, в последнее время безопасность в Муравейнике немного улучшилась. Сейчас самое подходящее время выводить детей на прогулку. — Что-то произошло? — Ну... я точно не уверен, что происходит. Отец Антонио слегка покачал головой. — Однако я слышал, что «чудики в чёрных мантиях», которые околачивались вокруг Муравейника, по какой-то причине все исчезли. — Чудики в чёрных мантиях? — Да. Казалось, они были частью какой-то преступной организации... ходили слухи, что они весьма опасны. Чудики в чёрных мантиях. Как только я это услышал, в моей голове промелькнули образы демонов Культа Демонов. — Когда они исчезли? — Хм? Ну... это было не так давно. Я слышал, что они внезапно испарились несколько дней назад. Несколько дней назад, как раз когда я уничтожил убежище Культа Демонов. Время совпадает идеально. «Чудики в чёрных мантиях», о которых упомянул отец Антонио, несомненно, были подчинёнными архиепископа Астарота. — Это поистине счастливая новость. Улицы и без того были достаточно опасны, так что с преступной организацией численностью более ста человек безопасность детей оказалась бы под угрозой. — ...Что? Подождите минуту. Более ста человек? — Вы хотите сказать, что было больше ста чудиков в чёрных мантиях? — Ну... я не уверен насчёт точных цифр, так как слышал лишь слухи, но говорят, что это крупная организация, насчитывающая по меньшей мере сотню членов. — ... Количество демонов, с которыми я расправился в том убежище в тот день, составляло около тридцати. Тот факт, что в том убежище осталось всего тридцать подчинённых Астарота, означал одно. Убежище было не одно. Должны были существовать и другие убежища, помимо того, которое я уничтожил в Муравейнике. И всё же они все исчезли без следа после того дня? Логично было бы предположить, что они быстро отступили, пока их не схватили за хвост, раз уж их план проведения масштабного ритуала в Академии Героев был раскрыт. Но они не сдадутся так легко. Архиепископ Астарот потратил годы на этот план. Он даже рискнул лично проникнуть в академию. Даже для демона уровня архиепископа проникновение в Академию Героев было смертельно опасной задачей. И всё же, вложив столько сил, неужели он действительно откажется от плана без колебаний только из-за небольшой заминки? — ...Ха. Тихий смешок вырвался у меня с губ. Ни за что. Я никогда раньше не встречал Астарота, но знал о демонах лучше кого бы то ни было. Демоны, которые отвернулись от человечества и высекли благословения зла в своих сердцах. Не было никаких шансов, что они так легко откажутся от того, чего однажды возжелали. Они предпримут ещё одну попытку. Я не знал, что именно они сделают, но Астарот определённо воспользуется другим методом, чтобы заполучить «Семь Глаз». — Дейл? Чего застыл? — О, прости. Я просто на мгновение погрузился в мысли. — Ах, неужели ты грустишь из-за расставания с детьми? — Ну... вроде того. — Хе-хе, я так и знала~. Ирис облизнула губы, как хищница, заметившая добычу. — Хочешь присоединиться ко мне — то есть к нам во время фестиваля запечатывания? Конечно, мы поиграем с детьми! — ... Это казалось предложением с очевидными скрытыми мотивами, но — — Конечно. — Ура! Она сжала кулаки и подпрыгнула. — Чтобы не отнекивался потом, ладно? — Понял. Я проглотил тихий смешок и кивнул. — Святая, если мы не уйдём сейчас, то можем опоздать к комендантскому часу. Когда я повернул голову по призыву Камиллы, то заметил, что небо уже окрасилось в оранжевые тона заходящего солнца. — Уф, поспешим, Дейл! Ирис настойчиво схватила меня за руку и начала тянуть за собой. С рукой в хватке Ирис я направился к школе. * Склад, погруженный во мрак. Внутри старого, заплесневелого склада демоны в чёрных мантиях стояли на коленях. Таинственная светящаяся фиолетовая сфера парила над ними, словно глядя сверху вниз. [Здесь все?] Глубокий, раскатистый голос исходил из фиолетовой сферы. — Д-да! Мы отступили из Муравейника, как вы и приказали! Один из стоявших на коленях демонов простёрся ниц перед фиолетовой сферой и ответил. — Э-э, н-на этот раз это была ошибка жреца Каликса, и она не имеет к нам никакого отношения... [Тишина.] Фиолетовая сфера зловеще замерцала. [Отвечай только на те вопросы, которые тебе задают.] — И-извините! Демон склонил голову в ужасе. [Все «гвозди» извлечены?] — Да, мы забрали все гвозди, что были вонзены в лей линии! [Понимаю... Вот как.] С цоканьем языка. [Это хлопотно.] Зловещий дым начал вырываться из фиолетовой сферы, заполняя склад. — Ик! — А-астарот, сэр! — Пожалуйста, дайте ещё один шанс! Демоны, которых коснулось облако света, задрожали, словно в припадке. — Этот план — вы, господин Астарот, кропотливо готовили его годами! Нет необходимости отказываться от него только потому, что он немного отклонился от курса... [Бросить?] Фиолетовая сфера крутанулась раз. [Кто говорил о том, чтобы бросить план?] — Ч-что? Но... [У меня нет намерений отказываться от «Семи Глаз».] Леденящий душу смех доносился из фиолетовой сферы. [Просто изменю план на немного более грубый метод.] Изначально план состоял в том, чтобы украсть «Семь Глаз» как можно более незаметно. Но раз уж план пошёл наперекосяк, другого выбора не оставалось. Даже если придётся пойти на риск, ему нужно было вмешаться лично. — Э-э, что вы имеете в виду под более грубым методом?.. Один из стоявших на коленях демонов поднял голову, озадаченный. [Как по-твоему?] Хе-хе-хе. Зловещий смех сопровождался бурной турбулентностью фиолетового дыма, окружавшего демонов. — Сэр, А-астарот! — Пожалуйста, смилуйтесь! — Разве вы не говорили, что есть другой план?! Демоны отчаянно кричали. Но несмотря на их жалкие попытки сопротивления, яростная турбулентность фиолетового дыма не прекращалась. — Урх! Уррх! — Гух! Хнг! Нгх! Фиолетовый дым проник в тела демонов через уши, носы и рты. Демоны корчились в агонии, их глаза начали наливаться фиолетовым цветом. [Хм.] Низкое гудение сорвалось с фиолетовой сферы, наблюдавшей за происходящим. [Раз план был сорван, нет нужды ждать до следующего года...] Напротив, действовать нужно было как можно быстрее, пока не появился ещё один фактор. Никогда не знаешь, что этот человек может сделать. Таинственный герой, который уничтожил убежище. Он не знал, кто это был, но при осмотре места бойни были ясны две вещи. Во-первых, герой, уничтоживший убежище, был один. Во-вторых, этот единственный человек в одиночку перебил больше тридцати демонов. Определённо не просто кандидат. Но это не мог быть и профессор, так как никто из профессоров в тот день не покидал школу. Кто же это мог быть? Сначала он планировал выследить этого парня и заставить заплатить за срыв планов. Но получение Семи Глаз в приоритете. Наказание могло подождать. [Хм. Когда будет подходящее время?] Фиолетовая сфера зловеще светилась. [Ах да.] Зловещий смех эхом разнёсся по складу. [Если подумать, Фестиваль Запечатывания уже не за горами.] Фестиваль, проводимый в память о дне, когда Бог Демонов был запечатан. Если в этот день он заполучит «Семь Глаз», пропитанные благословениями Семи Богов, лучшего достижения и придумать нельзя. ---------- Том 1 Глава 29 — Как вы думаете, что значит быть героем? Вопрос был задан во время практического занятия по боевой подготовке, проводимого каждый понедельник. Как только профессор Лукас вошёл в класс, он бросил этот неожиданный вопрос курсантам. — А?.. — Герой? Курсанты были озадачены, их лица выражали растерянность. — Герой — это тот, кто получает благословение Семи Богов и способен владеть стигмой, верно? — Но демоны тоже могут владеть стигмами. — Это... — Я хочу спросить, с чего вдруг мы вообще начали называть людей со стигмами «героями». Профессор Лукас написал на доске крупными буквами слово «герой» и стал ждать ответа. В классе воцарилась неловкая тишина. Тиканье часов отдавалось в тишине подобно грому. — Вопрос действительно настолько сложен? — ...... Хотя профессор Лукас настаивал на ответе, никто из курсантов не осмелился ответить. Курсанты третьего курса, посещавшие занятия по практической боевой подготовке, на собственном опыте усвоили, что от выделения из толпы не стоит ждать ничего хорошего — особенно когда дело касалось того, чтобы привлечь внимание Кровожадной гончей. — Похоже, у меня нет выбора. Профессор Лукас окинул взглядом курсантов и указал на одного из них. — Курсант Альберт. — Почему всегда я? А? Почему вечно я! Когда его имя назвали, Альберт подскочил с места, словно по щелчку, яростно мотая головой в знак протеста. — Я не знаю! — Не знаешь? — Да, не знаю! И даже если бы знал, всё равно не ответил бы! — О. Вот как? Профессор Лукас кивнул так, будто заинтересовался, а затем вытащил из кармана большую бутылку сока. Он демонстрировал этот особый оздоровительный сок во время прошлого урока ментальной дисциплины. — А ты знал, курсант Альберт? Этот оздоровительный сок ещё и обладает эффектом очищения мозга... — Причина, по которой людей со стигмами называют «героями», связана с Пятью Великими Героями, которые запечатали Бога Демонов пятьсот лет назад. Термин «герой» использовался для почитания тех, кто пожертвовал своими жизнями ради защиты человечества, и с тех пор обладателям стигм стали давать титул «героя». — Да-да. Именно этого я от тебя и ожидал. Профессор Лукас ухмыльнулся и похлопал Альберта по плечу. Альберт испуганным взглядом покосился на бутылку сока на кафедре. — Но я хотел услышать вовсе не это. Я спрашиваю не о какой-то исторической подоплёке. — ...Простите? Вернувшись к кафедре, профессор Лукас окинул курсантов глубоко запавшими глазами. — Через два года вы выпуститесь отсюда, получите официальные сертификаты, и люди начнут называть вас героями. Однако... — То, что люди называют вас героями, вовсе не значит, что вы настоящие герои. Просто потому, что на протяжении последних пятисот лет обладателей стигм называли героями, вас тоже будут так называть. Но это не значит, что вы по-настоящему станете «героями» в истинном смысле этого слова. — Так что я спрошу снова. Каким, по вашему мнению, должен быть герой? — ...... — Неужели и на этот раз никто не ответит? Пока профессор Лукас оглядывал курсантов. Клац. Один курсант встал. Выпрямившись и заговорив решительным голосом, он ответил: — Герой — это тот, кто защищает слабых, неспособных нести стигмы, и оберегает человечество от демонов и зверей. — Тот, кто защищает слабых и оберегает человечество, да? На лице профессора Лукаса появилась искривлённая улыбка. — Ты действительно так думаешь? — Простите? — Ты действительно готов пожертвовать своей жизнью ради защиты человечества и мира от остатков ненавистного Бога Демонов? — Конечно! Курсант уверенно кивнул. — Ха. Профессор Лукас покачал головой с горькой улыбкой. Затем. Бум! Тело профессора Лукаса мгновенно исчезло, и в мгновение ока он оказался перед курсантом, запустив в него кулак с силой, способной сокрушить металл. — А-а-а! Курсант закричал, падая назад и с грохотом врезаясь в пол. Профессор Лукас посмотрел на курсанта сверху вниз и цыкнул языком. — Если тебя пугает подобное, как ты собрался жертвовать жизнью ради человечества? — Ох... Я... я просто испугался... — Не нужно оправдываться. Уверен, остальные точно такие же, как ты. Тяжело вздохнув, профессор Лукас вернулся к помосту. — Легко рассуждать о защите человечества и спасении мира. Однако. Лишь очень немногие действительно готовы пожертвовать своими жизнями ради того, чтобы быть героем. — Я не жду, что вы будете защищать человечество или мир. На самом деле, я не жду этого ни от одного из идиотов, слоняющихся снаружи, которых называют героями. Среди всех тех, кого называют героями. Лишь горстка людей является настоящими «героями». — Но. Даже несмотря на это. — Если вы хотите называться «героями», вы должны запомнить одну вещь. Впервые выражение лица профессора Лукаса стало серьёзным. — Даже если вы не можете защитить всех, убедитесь, что защищаете тех, кто рядом с вами. Неважно, семья это, возлюбленный или друг. Важно не то, кого вы защищаете. — Поднимайте свой меч не ради других, а ради самих себя. Не жертвуйте собой ради какого-то незнакомца или ради мира, которого вы даже не понимаете. Не ради «других», а ради «себя». Разве вы не должны хотя бы защитить людей, которые дороги вам, если не можете спасти весь мир? — Вот что значит быть героем. Когда профессор Лукас закончил свою речь, в классе воцарилась тяжёлая тишина. — Кхм. Хотя он испытывал это каждый год, к неловкой тишине всё ещё было трудно привыкнуть. Профессор Лукас беспричинно прокашлялся и заговорил: — Что ж, на этом болтовни хватит. Сегодня у нас занятие на свежем воздухе! Поскольку занятие на следующей неделе отменяется из-за ритуала запечатывания, сегодня я выжму из всех вас все соки до белой пены! Игнорируя стоны, доносившиеся со всех сторон, профессор Лукас решительно вышел из класса. * После окончания необычайно интенсивного занятия по практической боевой подготовке. — Ваша речь сегодня была довольно впечатляющей, профессор. — ...Что ты здесь делаешь? — Я пришёл поесть, потому что в столовой было слишком много народу. Я пожал плечами, кладя на стол купленные в магазине сэндвич и кофе. Изначально я обещал пообедать с Ирис в каждый понедельник, но сегодняшнее занятие выдалось настолько тяжёлым, что она была в полубессознательном состоянии, поэтому мы отложили нашу трапезу на завтра. — Я купил кое-что и для вас, профессор. Хотите поесть вместе? — Ты действительно... Ха. Неважно. Профессор Лукас тяжело вздохнул, недоверчиво качая головой. — Какой сэндвич ты принёс? — Сэндвич с ветчиной и яйцом. — У тебя хороший вкус, парень. Профессор ухмыльнулся, садясь за стол и беря сэндвич. Хотя это был сэндвич обычного размера, в больших руках профессора он выглядел как детская игрушка. — Твои навыки в последнее время заметно улучшились. — Вы же упоминали об этом в прошлый раз, когда мы спарринговались, не так ли? — Нет, с тех пор ты стал ещё лучше. Профессор откусил огромный кусок сэндвича и продолжил говорить: — Раньше твои техники были хороши, но базовой физической силе и объёму маны сильно не хватало. Но сегодня я увидел, что ты быстро добился больших успехов, особенно в плане маны. — Всё это благодаря вам, профессор. — Ерунда. Профессор Лукас фыркнул и покачал головой. — Я последние два года изо всех сил пытался сделать из тебя кого-то дельного, но ты оставался прежним. — ...... Как он и сказал, профессор Лукас больше всех старался учить меня, когда на первом и втором курсах все остальные махнули на меня рукой, считая безнадёжным. «Кажется, он сказал что-то вроде: "Я не потерплю, чтобы под моим началом ходил такой идиот"». Хотя его слова были резкими, было очевидно, что профессор Лукас хочет хоть как-то помочь мне догнать остальных. Он, должно быть, знал, что если даже он откажется от меня, в этой школе не останется никого, кто бы меня поддержал. «Поднимать меч не ради других, а ради себя, да?» В этом смысле профессор Лукас заслуживал того, чтобы его называли «героем». Я тихо усмехнулся и сказал: — Нет, это действительно благодаря вам, профессор. — Ты... Профессор Лукас, казалось, хотел что-то сказать, но тяжело вздохнул и снова покачал головой. — Так зачем ты сюда пришёл? — Я же говорил вам ранее. В столовой было слишком много народу, вот я и пришёл... — Хватит нести чушь. Профессор цыкнул языком и сверкнул на меня свирепым взглядом. — Все твои занятия на сегодня закончились, так чего же ты на самом деле хочешь, заявляясь в мой кабинет? — Ну... У меня нет какой-то особой причины приходить сюда. Точно так же, как он не отказывался от меня в моей прошлой жизни, наставляя меня, я должен поступить так же и в этой, пусть даже совсем немного. — На следующей неделе ведь Фестиваль Запечатывания, верно? — И? — Я слышал от друга с отделения магов, что профессор Бьянка может не смочь присутствовать из-за других дел. — Что? Глаза профессора Лукаса широко раскрылись от удивления — судя по всему, он слышал об этом впервые. «Ну конечно же, он не знал». Профессор Бьянка не сможет посетить фестиваль, потому что курсант с отделения магов устроил крупный инцидент во время исследовательского эксперимента. Не желая портить репутацию курсанту, профессор Бьянка тихонько разбиралась с последствиями в одиночку. — Понятно... Что ж... Меня это не особо касается. Плечи профессора опустились, и он заговорил унылым тоном. «Не касается? О чём ты говоришь, старик?» Он, должно быть, сгорал от нетерпения пригласить профессора Бьянку на свидание во время Фестиваля Запечатывания на следующей неделе. — В таком случае, почему бы вам не проявить инициативу и не убедиться, что профессору Бьянке не придётся проводить фестиваль в одиночестве? — Я? — Да. — Но я ничего не смыслю в магии... — Кто говорит, что вам нужно помогать ей с работой? Уверен, профессор Бьянка не захочет сидеть взаперти в своей лаборатории в день фестиваля. Просто пойдите и составьте ей компанию. — Это... Профессор Лукас замолк, смущённо отводя взгляд. — Даже так, она будет занята работой, и если я пойду, это может быть немного... — Мужчине, который выглядит так, будто способен проглотить кого-то живьём, не стоит быть столь застенчивым. — Что ты сейчас сказал, сопляк...? — Вот, возьмите. Профессор Бьянка не прогонит вас, если вы принесёте это, так что не переживайте. Я протянул профессору заранее подготовленный бумажный пакет. — Что это...? — Это вино, которое любит профессор Бьянка. Я купил его, когда навещал город Вальхалла с Ирис в прошлые выходные. — Поскольку она работает, днём она вряд ли станет пить, так что загляните к ней вечером. — Ты... ты... — Ах да, я слышал, что в качестве закуски она любит салат из императорского лосося. Вы же сможете с этим справиться, верно? — Ах ты паршивец! Профессор Лукас вскочил на ноги, крепко сжав мою руку с пылающим взглядом. Судя по слезам, выступившим на его глазах, он был растроган даже сильнее, чем я ожидал. «Что ж, полагаю, это возвращает часть долга, который я перед ним имею». С этими мыслями я поднялся, чтобы уйти. — Ну что ж, я пойду. — Да, спасибо. Проводимый профессором, я направился обратно в общежитие. * После ухода Дейла профессор Лукас остался в кабинете один. Прижимая бутылку вина к груди, как сокровище, он довольно улыбался. — Этот прохвост. Думая о Дейле, профессор ухмыльнулся. Хотя за последние два года Дейл доставил ему больше всего головной боли, в последнее время он стал настолько впечатляющим, что былые трудности почти забылись. — Он искусен в обращении с мечом, владеет боевыми искусствами... Хотя его объём маны всегда вызывал беспокойство, в последнее время даже он значительно улучшился. — Пусть он немного надменен, но если додумался приготовить нечто подобное, у него доброе сердце. Профессор Лукас ухмыльнулся, просматривая личное дело курсанта Дейла. — Посмотрим... детдомовское прошлое, спонсируется правительством Республики... личных спонсоров нет... Хм. Продолжая изучать досье, он прищурился. — Может, порекомендовать этого паренька себе в ассистенты? ---------- Том 1 Глава 30 Вуш! Я протянул руку к ревущему пламени. Невыносимая боль распространилась от моей руки по всему телу, когда моя плоть начала гореть. Стиснув зубы, я проглотил стон, готовый вырваться наружу, и стерпел эту агонию. Мне нужно было продержаться с рукой, погруженной в пылающее пламя, около пяти минут. Хотя пять минут было коротким временем для тренировки маны, всё менялось, когда приходилось держать руку в обжигающем пламени всё это время. Даже пламя спички может заставить человека закричать от боли и мгновенно отдёрнуть руку, так что можно представить весь ужас непрекращающегося горения в течение пяти минут. — Грр... Ах... Угх. Сдавленный стон вырвался у меня с губ. Хотя пламя было воображаемой конструкцией, а не реальным, яркая боль, казавшаяся горением моей плоти, ничем не отличалась от реальности. «Совсем немного.» У меня есть лишь четыре ежедневные возможности увеличить свою ману через Первозданное Пламя. Чтобы накопить больше маны, я должен извлечь из этого как можно больше «пламени». — Грр... После того, что показалось вечностью, пять минут наконец прошли. Я медленно вытащил руку из пламени. Маленькое пламя размером с палец мерцало на моей ладони. «Оно выросло.» Сначала пламя, которое я мог извлечь из Первозданного Пламени, было не больше свечного огонька, но после повторяющихся тренировок оно выросло до размера пальца. «Что ж... этого всё ещё далеко недостаточно, чтобы контролировать Первозданное Пламя.» Я горько улыбнулся, глядя на огромное пламя, яростно пылавшее так, будто оно могло поглотить мир. Хотя я поглощал силу Первозданного Пламени, четыре раза в день, пламя, затаившееся в моем сердце, оставалось безмолвным. «Это всё равно что пытаться наполнить океан черпаком.» Сколько бы маленьких языков пламени я ни поглощал, это казалось несущественным перед лицом гигантского пламени, способного проглотить мир. «Что ж, когда-нибудь я смогу его контролировать.» Это была не та проблема, которую можно решить немедленно, так что беспокоиться об этом сейчас не было смысла. — Фух. Очистив мысли, я медленно открыл глаза. Интенсивная боль, казавшаяся горением моего тела, постепенно угасала, и моё сознание, погруженное в воображаемый мир, начало возвращаться. В поле зрения попала моя комната в общежитии, в которой были лишь обветшалая кровать, стол и полка. Я встал с кровати и легко потянулся. — Посмотрим. Сколько маны я накопил на этот раз? Когда я активировал ману в своей стигме, я почувствовал прилив энергии, бегущей по моим венам, заметное увеличение по сравнению с тем моментом, когда я впервые вернулся в этот мир. «Хорошо.» Если средняя мана курсантов равна 10, то моя составляет примерно 3. Хотя это всё ещё меньше половины средней маны курсанта, она значительно улучшилась. — Учитывая, что изначально у меня было менее 10 процентов от этого, это огромный шаг вперёд. Хотя в абсолютном выражении этого могло показаться мало, моя мана увеличилась почти втрое всего за несколько недель по сравнению с моим возвращением. С таким темпом я мог догнать средний уровень маны курсантов в течение двух-трех месяцев. «Может быть, даже раньше.» Точно так же, как мне удалось увеличить размер пламени, которое я мог поглотить из Первозданного Пламени, со свечного огонька до размера пальца, если я продолжу увеличивать размер поглощаемого пламени, «Я смогу получить уровень маны, о котором в прошлой жизни никогда и не мечтал.» Мысль о будущем пустила по моей спине трепетную дрожь. — Нет, я ещё не могу праздновать победу. Будущее есть будущее. Моя мана всё ещё составляет меньше половины среднего уровня курсанта. «Этого количества далеко недостаточно, чтобы противостоять Астароту.» Хотя печать Демонического Бога всё ещё цела, а сила архиепископа, вероятно, неполная, «Архиепископ есть архиепископ.» Архиепископы — это существа на вершине десятков тысяч демонов, так что я не мог позволить себе расслабляться. — Ох, верно. Если подумать, я ещё не передал это. Я цокнул языком, глядя на сумку с травой семи звёзд, насыщенной маной, в углу комнаты. Собрав траву семи звёзд в пещере, где текли лей-линии, я был так поглощён различными событиями, что забыл передать её профессору Джейду. «Лучше сначала пойти найти профессора Джейда.» Я схватил сумку с травой семи звёзд и вышел. * — Вот трава семи звёзд, которую вы просили. В затхлой исследовательской комнате летала пыль. Профессор Джейд издал тихое восклицание, глядя на стол, заваленный травой семи звёзд, насыщенной маной. — Даже если вокруг академии много травы семи звёзд, найти столько было бы непросто... Ты собрал немало. Глаза профессора Джейда блестели как звезды, когда он смотрел на меня. Если бы этот блеск можно было выразить словами, он звучал бы примерно так: «Как и ожидалось, ты единственный, кто достоин быть моим ассистентом!» «Ни за что, старик.» Хотя я никогда не был ассистентом профессора, пустых глаз ассистентов, которых я время от времени встречал в академии, было достаточно, чтобы мне никогда этого не захотелось. — Этого количества достаточно? — Я не узнаю наверняка, пока не начну делать, но этого должно хватить. — Когда это будет готово? Зная, что архиепископ Астарот проник в академию, мне как можно скорее нужен был готовый усилитель стигмы. — Рецепт уже готов, так что это не займёт много времени. У меня всё будет готово до церемонии запечатывания. — Это хорошо. — Но для чего ты планируешь использовать этот усилитель стигмы? Профессор Джейд сузил морщинистые глаза и продолжил: — Ты ведь не собираешься использовать это во время экзамена на рейтинг курсантов? — А? Неужели он ошибочно подумал, что я собираю усилитель стигмы для использования во время экзамена на рейтинг? «Ну,» Учитывая, что профессор Джейд знал, что я три года подряд находился на дне рейтинга курсантов, было понятно, почему он сделал такое предположение. Я усмехнулся и покачал головой. — Не волнуйтесь. Этого не будет. — Но... — Если я использую усилитель стигмы во время оценочного матча, вы можете доложить на меня школе за жульничество. — Хмм. Профессор Джейд погладил густую бороду и кивнул. — Ладно. Раз ты так непреклонен, я не буду настаивать. — Спасибо за понимание. Я слегка склонил голову и оглядел лабораторию профессора Джейда. Она всё ещё выглядела как мусорная куча, настолько захламленная, что человек мог заболеть, просто находясь там. «Одна мысль о создании усилителя стигмы в этой свалке вызывает у меня тревогу.» Зелье влияет на стигмы, поэтому деликатный и чистый процесс изготовления имеет решающее значение. Эта лаборатория не внушала абсолютно никакого доверия. — Давай приступим к изготовлению... — Подождите минуту. Я остановил профессора Джейда, который собирался немедленно начать. — Сначала давайте уберёмся. — Уберёмся? — До каких пор вы планируете оставлять свою лабораторию в состоянии свалки? — Кхе. Свалка, говоришь! Между прочим, здесь всё организовано по-своему благодаря систематическому порядку и... — Хватит. Я прервал оправдания профессора Джейда и немедленно принялся за уборку лаборатории. «Угх, это место хуже свинарника.» На первый взгляд оно казалось достаточно грязным, но стоило мне начать уборку, как отовсюду посыпались пыль и мусор. Я схватил метлу и тряпку, быстро продолжая процесс уборки. Мой опыт уборки школы по восемь часов в день каждые летние каникулы ради заработка на жизнь не пропал даром — вскоре лаборатория, бывшая ближе к мусорной свалке, превращалась в пригодное для жизни пространство. — Эм... я могу чем-нибудь помочь? — Не путайтесь под ногами. Пожалуйста, выйдите на улицу. Какой помощи можно было ожидать от человека, который довёл лабораторию до такого состояния? Я пренебрежительно махнул рукой и выгнал профессора Джейда из лаборатории. Спустя три часа похожей на войну битвы за уборку... — Фух. Теперь это наконец выглядит хоть сколько-то пригодно для жизни. — Ох, ох! Оглядывая ставшую намного чище лабораторию, профессор Джейд не переставал ахать от изумления. — Это действительно моя лаборатория? — Чья же ещё это может быть лаборатория? Я усмехнулся и продолжил: — Я собрал реагенты здесь, а магические инструменты, необходимые для создания зелий, находятся вон там. Что касается исследовательских материалов, я пока отсортировал их по типу, но вам лучше перепроверить их позже. — ...Ты, ты! Внезапно профессор Джейд схватил меня за руку и воскликнул страстным голосом: — Ты поистине мой ассистент! — Нет. С каких пор я стал твоим ассистентом? — Кхе! После того как ты так упорно поработал моим ассистентом, я не могу просто стоять в стороне как профессор. Я угощу тебя сегодня обедом, так что пошли! — Нет, подождите... Профессор Джейд, явно довольный безупречной лабораторией, схватил меня за руку и потащил за собой. Мы оказались в эксклюзивной столовой, зарезервированной для профессоров и их ассистентов. Это был фешенебельный ресторан с солидным меню, хотя он не совсем дотягивал до уровня столовой со шведским столом в главном здании. Профессор Джейд смело воскликнул, когда мы вошли в ресторан: — Заказывай всё, что захочешь! — ...Дейл? Что ты здесь делаешь? Как раз в этот момент мы столкнулись с профессором Лукасом, который собирался войти в столовую. — Вы... — ...... Неловкая тишина повисла между профессором Джейдом и профессором Лукасом. «Если подумать, профессор Лукас ударил профессора Джейда два года назад.» Вспомнив то, что произошло между ними двумя, я отступил назад, но профессор Джейд заградил мне путь и заговорил: — У тебя есть какое-то дело к моему ассистенту? — Ассистент? С каких это пор Дейл стал твоим ассистентом? — Он ещё не официально мой ассистент, но присоединится ко мне после выпуска. Прошу прощения? Профессор Джейд? Я же уже говорил вам, что не намерен становиться твоим ассистентом! Почему ты продолжаешь называть меня своим ассистентом без моего разрешения? — Ха. Дейл работает на тебя? Что за чушь ты несёшь? Да-да. Пожалуйста, отчитай его, профессор Лукас! — Дейл собирается присоединиться ко мне после выпуска и помочь возглавить Отделение Воинов! — Нет. Почему ты тоже несёшь этот бред, серьёзно? ---------- Том 1 Глава 31 Эксклюзивная столовая, которой пользовались в основном профессора и их ассистенты. Ресторан, который должен был быть наполнен приятной беседой в мирной атмосфере, вместо этого был полон такого густого напряжения, что казалось, будто это поле боя. — Какого чёрта здесь вдруг творится? Я ошеломлённым взглядом посмотрел на двух профессоров, застывших в напряжённом противостоянии. — Дейл станет моим ассистентом. — Чушь. Дейл был моим студентом с первого курса. Справедливо, чтобы он перешёл под моё крыло. Двое профессоров вели из-за меня битву нервов, и ни один не хотел отступать. — Эй, да я вообще не хочу быть ассистентом! Как, чёрт возьми, я, курсант, еле-еле державшийся на последнем месте, умудрился получить столь страстные призывы от этих двух профессоров? «Вроде бы ничего особенного не произошло». Подумаем над этим. Во-первых, профессор Джейд. «По большому счёту, я просто помог ему получить финансирование для исследований, решил несколько задач, с которыми даже профессора-специалисты не могли справиться, собрал материалы для его изысканий и прибрался в его лаборатории, которая была похожа на свалку...» Секунду. Если подумать, я сделал немало. «Ну ладно! Для профессора Джейда это вполне логично!» Два года назад профессора Джейда фактически изгнали из школы после инцидента, из-за которого его прозвали Убийцей студентов. Последние два года ему запрещали обучать курсантов или проводить личные исследования, поэтому вполне естественно, что он чувствовал глубокую утрату. Учитывая это, логично, что он заинтересовался кем-то вроде Дейла Хана, внезапно появившегося из ниоткуда. «Но профессор Лукас — другое дело». Профессор Лукас поддерживал меня в горе и в радости на протяжении последних двух лет. Он прошёл через ад, пытаясь подтянуть меня до нужного уровня. Он бы предпочёл вообще не видеть меня своим студентом, не говоря уже об ассистенте. «Единственное, что недавно произошло с профессором Лукасом... о». Меня внезапно осенило. Я вспомнил, как передал профессору Лукасу бутылку вина и ненавязчиво поделился с ним информацией о профессоре Бьянке. «Чёрт возьми». Услуга, которую я оказал, чтобы отплатить за долг из прошлой жизни, почему-то переросла в этот беспорядок. — Дейл, что ты думаешь? — ...Ты же не всерьёз подумываешь работать под началом этого сумасшедшего профессора? Профессор Джейд и профессор Лукас окружили меня с обеих сторон, требуя ответа. Это выглядело как дешёвая романтическая комедия из Республики, где нерешительный главный герой зажат между двумя героинями. «Только почему мои героини — мужики?» Потирая пульсирующий лоб, я прикусил губу. И профессор Джейд, и профессор Лукас были незаменимыми ресурсами для предстоящей войны с демонами. «Профессор Джейд может исследовать и создавать различные магические предметы, связанные со стигмами, не говоря уже об усилителях стигм. Профессор Лукас — герой, не только сильная личность, но и выдающийся лидер». Выбрать между ними было невозможно. Пока что я решил выступить посредником между двумя профессорами, которые выглядели так, будто вот-вот пустят в ход кулаки. — Почему бы нам не войти внутрь и не продолжить этот разговор за едой? — За едой? Ха, да я скорее умру, чем стану есть с кем-то вроде него. — Я согласен. — Тогда вы намерены и дальше загораживать проход перед рестораном и мешать проходящим людям? — Это... — Уф. Оба профессора смущённо огляделись, проглотив свою гордость. Похоже, они не до конца утратили чувство социальной приличия, так как молча последовали за мной в столовую, с опаской поглядывая друг на друга. — ...... — ...... Заказав фирменное блюдо дня, мы сидели в неловком молчании. — Прежде всего, позвольте мне прояснить одну вещь. Я не знаю, что произошло между вами двумя, но для меня вы оба — профессора, которых я глубоко уважаю. — Хм. Уважение, да? От парня, который вечно слоняется по моему кабинету, когда ему скучно? — Ну, это... — Неважно. Уважаешь ты меня или нет, меня это не волнует. Но. Профессор Лукас бросил острый взгляд на профессора Джейда. — Я бы предпочёл, чтобы ты держался подальше от этого парня. — Это моя фраза. Ты не пара такому дикому и невежественному человеку, как он. — Что ты сказал? — Разве я сказал неправду? — Ах ты сукин сын... Атмосфера становилась всё более враждебной, казалось, они готовы взорваться в любую секунду. — Хватит, — произнёс я низким, спокойным голосом. — Что делают двое взрослых мужчин, ведя себя столь позорно? Это было неучтивое замечание для курсанта, обращённое к профессорам, но вид их поведения не позволял сдержаться. — Уф... — Кхм. Извини за это. Двое профессоров, осознав, насколько постыдным было их поведение, молчали, никак не комментируя мой тон. Стоило неловкой атмосфере снова установиться за столом... — Хм? Редко увижу вас двоих вместе. К нам приблизился молодой человек с мягким выражением лица и темно-каштановыми волосами. Его юношеский вид легко мог заставить принять его за курсанта. Это был профессор Морфеус, которого я видел на занятии по дисциплине разума. — О? Ты тот курсант, которого я видел на занятии. Профессор Морфеус с интересом посмотрел на меня, его глаза блестели. Я встал и слегка поклонился. — Я обедаю с двумя профессорами, чтобы обсудить кое-какие вопросы. — Ах, понятно. Кстати, ты не возражаешь, если я присоединюсь к вам? Не дожидаясь ответа, профессор Морфеус непринуждённо сел между профессором Джейдом и профессором Лукасом. — Я давно хотел поболтать с тобой. — Со мной? — Да. Мне любопытно, как ты так легко прорвал мою иллюзорную магию. Профессор Морфеус наблюдал за мной с вежливой улыбкой, но его острые глаза, казалось, пронзали меня насквозь. Я пожал плечами и открыл рот: — Ну, разве не потому, что вы использовали ровно столько силы, сколько нужно при создании заклинания? — Хм. И всё же от этого заклинания не так-то легко ускользнуть. Особенно... для такого курсанта, как Дейл, у которого очень мало маны. Профессор Морфеус подозрительно прищурился, глядя на меня. Внутри меня охватила паника: если так пойдёт и дальше, секрет Первозданного Пламени может раскрыться. — Разве ты не слышал, что Дейл сейчас проводит встречу с нами? — Я не знаю, что происходит, но допрашивать курсанта Дейла так, будто он совершил какое-то преступление, выглядит не лучшим образом. Профессора Лукас и Джейд одновременно уставились на профессора Морфеуса. С неловкой улыбкой профессор Морфеус отвёл от меня взгляд. — Ха-ха. Успокойтесь оба. Я не собирался отчитывать курсанта Дейла. Игриво пожав плечами, профессор Морфеус продолжил: — Кстати, мне любопытно содержание этой встречи. — Это не твоё дело. — Ой, ну ладно вам, расскажите. Я же помогал с вашим занятием по ментальной тренировке, не так ли? — Хм. Профессор Лукас замолчал и на мгновение задумался. Хотя они оба были профессорами, у профессора Морфеуса было гораздо меньше опыта, так что он вполне мог ответить резко, сказав ему не хвастаться помощью с занятием. Но вместо этого... — Тц. Он легко цыкнул языком и заговорил, словно передумав: — Мы с профессором Джейдом обсуждали, чьим ассистентом он станет. — О. Это оказывается интереснее, чем я думал. Профессор Морфеус ухмыльнулся, глядя на меня, зажатого между двумя профессорами. — Курсант Дейл, к кому из них ты больше склоняешься? — На самом деле ни к кому. — Хм. Вы же слышали его? — Ну, это только потому, что мы только что подняли эту тему. До выпуска ещё два года, так что ты можешь не спешить с раздумьями. Нет. Даже если я буду думать медленно, мне неинтересно, ребята. — Ха-ха-ха! Раз уж вы оба, известные своей разборчивостью, заинтересовались им... теперь мне тоже любопытно. Хотя, конечно, мне было интересно с самого начала. Профессор Морфеус ярко улыбнулся и снова повернулся ко мне. «Серьёзно, угомонитесь уже, а?» Словно профессоров Лукаса и Джейда было недостаточно, теперь ещё и профессор Морфеус. Почему мне вдруг со всех сторон поступают предложения стать ассистентом, чего я никогда не испытывал в своей прошлой жизни? — Профессор Морфеус. — Разве ты не слышал, что мы только что сказали? — Ха-ха. Это была просто шутка, шутка. Как я могу посягать на курсанта, которого вы двое уважаемых профессоров уже выбрали? Возможно, это было скрытым благословением. Профессор Морфеус быстро поднял белый флаг благодаря территориальным замашкам двух профессоров, которые уже заявили на меня свои права. «Ну, оно и понятно». Профессора Лукас и Джейд занимали свои должности уже по 10 лет. Хотя профессор Морфеус тоже был профессором, он пробыл в этой роли меньше трех лет и не мог сравниться с ними в опыте. — В общем, я сейчас слишком занят подготовкой к Фестивалю Печати, чтобы беспокоиться о чем-то ещё. — Ах да. Ты же руководишь проведением нынешнего Фестиваля Печати. — Да. От выдачи разрешений торговцам на их лавки до организации расписания мероприятий... Это изнурительно. Профессор Морфеус покачал головой, жалуясь: — Это прекрасная возможность продемонстрировать навыки такого молодого профессора, как ты. Разве ты не вызвался сам возглавить подготовку к фестивалю? — Я не осознавал, что все будет настолько суматошно. Профессор Морфеус вздохнул и слабо улыбнулся: — И все же я упорно работал над подготовкой, поэтому надеюсь, что и профессора, и курсанты смогут насладиться фестивалем. — Хм. Каждый год одно и то же, чему тут радоваться? — Ха-ха. Возможно, но на этот раз я подготовил несколько сюрпризов, так что должно быть намного веселее обычного. С уверенным выражением лица профессор Морфеус постучал себя в грудь кулаком. — Это будет незабываемый фестиваль для каждого, так что ждите с нетерпением. На смелое заявление молодого профессора на лицах профессоров Лукаса и Джейда появились слабые улыбки. — Ха-ха... молодость — прекрасная вещь. — Что ж, буду ждать с нетерпением. — Тогда я пойду, чтобы больше не прерывать вашу встречу. Вежливо поклонившись, профессор Морфеус встал со своего места. — Итак, Дейл, давай продолжим наш разговор... А? — Что? Куда подевался этот негодник? После ухода профессора Морфеуса за столом остались сидеть только два профессора, в недоумении оглядываясь вокруг. ---------- Том 1 Глава 32 Время прошло, и наконец наступил день церемонии запечатывания. С самого раннего утра школа гудела от возбуждения. «Это что, торговцы?» Выглянув за окно общежития, я увидел торговцев, которые тащили кучи товаров и входили через школьные ворота. И правда, когда речь заходит о фестивалях, никак нельзя обойтись без уличных торговцев и еды. У торговцев, направлявшихся в школу, были решительные глаза воинов, идущих в бой, словно они страстно ждали этого дня. «Ну, получить разрешение на вход в школу было нелегко». Хотя это был день, когда посторонним разрешался вход, это не значит, что любой желающий без проверенных удостоверений мог просто так заявиться. От тщательной проверки личности до осмотра товаров на продажу — каждый шаг должен был быть пройдён, прежде чем продавец наконец сможет получить разрешение на установку лотка внутри школы. «Ну, я слышал, что они зарабатывают тысячи золотых, как только получают разрешение». Это имело смысл, поскольку в дни фестивалей цены взлетали до небес, словно экономика развивающейся страны рухнула, так что торговцы были обречены на огромную прибыль. «Эти сумасшедшие продают один куриный шашлычок за 10 золотых». По старой валюте Республики это составило бы около 10 000 вон. Ни один здравомыслящий человек не стал бы тратить столько денег на куриный шашлычок, но курсанты в день фестиваля были далеки от «здравомыслия». — Богатые сопляки. Ну, может, и не все они были богаты, но правда в том, что большинство курсантов, за исключением редких случаев вроде моего, происходило из состоятельных семей. «В конце концов, стигма чаще всего передаётся по наследству». Иными словами, у многих курсантов, поступивших в эту школу, вероятнее всего, родители были героями. Не все герои жили в богатстве, но в целом им жилось лучше, чем обычным людям без стигмы. В такой день немногие курсанты боялись раскошелиться из-за завышенных цен. — Как ни посмотри, 10 золотых за куриный шашлычок — это слишком... Конечно, это касалось других курсантов. Для меня, учившегося на государственную стипендию Республики, такая еда была далеко не по карману. «Но сегодня всё по-другому». В прошлой жизни я бы и не посмел купить фестивальную еду. К счастью, в этой жизни у меня был очень хороший «друг», так что мне не приходилось беспокоиться о деньгах. «Тратить собственные деньги — пустая трата, но другое дело, если они чужие». Я довольно улыбнулся, глядя на золото, которое «одолжил» у друга прошлым вечером. — Мне нужно взять побольше, если я собираюсь купить всего на всех. Я сунул толстый кошелёк в карман и направился к месту встречи. * — О, Дейл, ты здесь? Я увидел, что Ирис и Камилла ждут меня, когда я прибыл к месту встречи. — Извините, вы долго ждали? Я пришёл на 15 минут раньше, думая, что буду первым, но никак не ожидал, что они уже будут здесь. — О нет, я только что пришла. Ирис покачала головой с милой улыбкой. Грациозное движение её головы и мягкий взмах руки источали естественную элегантность, способную соперничать с любой благородной дамой. «Кто бы поверил, что эта Ирис родом из приюта?» Пока я любовался ею с довольной улыбкой, Камилла глубоко вздохнула, словно земля была готова проглотить её целиком. — Только что пришла... Мы ведь ждём уже больше двадцати минут, верно? — Ч-что за глупости ты говоришь?! — Потому что это бесит. Святая проснулась на рассвете, чтобы сделать макияж, и потратила больше часа на выбор одежды, и при этом пришла к месту встречи раньше тебя... Разве это не бесит? — Это ты бесишь, Камилла! Ирис, топая ногами и крича, сбросила с себя все следы элегантности и грации, которые демонстрировала ранее. — А даже придя сюда, она продолжала суетиться по поводу того, какая поза будет выглядеть наиболее элегантно и как получше выдать первое приветствие... Мм, мммф! — Кьяяя! З-заткнись! Заткнись уже! Ирис, чьё лицо покраснело так, будто из её головы вот-вот пойдёт пар, торопливо закрыла Камилле рот рукой. Видя, как Ирис вот-вот расплачется от переполнившего её смущения, я не удержался от смешка. «Наверное, она думала об этом всё время». Должно быть, это был её способ изо всех сил стараться не ударить в грязь лицом как святая Святого Королевства. — Мне нравится то, какая ты сейчас. На самом деле, видеть её настоящую, чего я не мог увидеть в своей прошлой жизни, тронуло меня так, что это было трудно описать. — ...Чего ты смеёшься? — Кхм. Ничего. — Ох... В общем! Раз уж Дейл здесь, давайте выдвигаться. — Мы сразу идём к детям? — Нет, сначала нам нужно купить подарки. Подарки, да. — У тебя есть что-то на примете? — Не особо. Планирую походить по лавкам и посмотреть, что удастся найти. — Звучит неплохо. Мы с Ирис и Камиллой начали осматривать лотки в поисках подарков для детей из приюта. — Здесь и правда много народу. Хотя было ещё раннее утро, улицы, уставленные лотками, уже были забиты людьми. — Пожалуйста, будь осторожна, чтобы не потеряться, Святая. Камилла незаметно взяла Ирис за руку, идя рядом с ней. Ирис посмотрела на державшую её руку и тихо усмехнулась. — Я что, похожа на ребёнка? — Говорят, в вопросах безопасности бдительности много не бывает. Камилла произнесла это, бросив на меня взгляд в поисках поддержки (точнее, взгляд из разряда «лучше согласись, а не то...»). — Ну, раз сегодня много посторонних, лучше перестраховаться. Особенно когда речь идёт о «Святой». — Ох... Обязательно было с ней соглашаться, Дейл? — А у меня есть выбор? Я пожал плечами, глядя на суровую Камиллу, и Ирис тяжело вздохнула. — Ладно, давайте просто поскорее купим подарки. — Подарки, которые понравятся детям... Еда, наверное, самый беспроигрышный вариант, верно? Вспомнив, как дети в приюте бесновались, когда я готовил им рамён, понимаешь, что ничто не сравнится с едой в качестве подарка. — Хм. Еда — это хорошо, но разве не лучше просто накупить им всяких вкусностей, пока мы вместе наслаждаемся фестивалем? — Ах, это верно. В конце концов, часть удовольствия от фестиваля заключается в том, чтобы импульсивно покупать уличную еду во время прогулки. — Ладно, оставим еду на потом... Что ещё мы можем подарить? — Как насчёт этого, Дейл? Ирис указала на витрину с ободками, к которым были прикреплены различные звериные ушки. Это был обычный товар, который часто можно увидеть на фестивалях. — Хе-хе. Разве дети не будут выглядеть просто очаровательно в них? — Неплохо. Образ бегающих детей с собачьими или кошачьими ушками и яркими улыбками заставил меня невольно улыбнуться. — Ой, думаю, это подошло бы и Камилле. Хочешь примерить? Ирис подняла ободок с кошачьими ушками и спросила. — Т-ты просишь меня надеть это? Камилла заметно вздрогнула и отступила назад от удивления. Хитро улыбаясь, Ирис зажала ободок в руке и приблизилась к ней. — Если мы дарим их детям, мы должны хотя бы проверить, насколько они прочные, верно? — Н-но... — Что... Ты планируешь пойти против моего слова? — Тц. Камилла досадно закусила губу и посмотрела на меня, словно прося о помощи. Я ухмыльнулся и кивнул. — Думаю, они тебе очень пойдут. — Ты... Предатель! Тебе легко говорить, ведь надевать не тебе! — Да ладно тебе, Камилла, замри. Хихикнув, Ирис водрузила ободок с кошачьими ушками на голову Камиллы. — Ох... Почему я должна через это проходить... Камилла, чьи темно-синие волосы были собраны в хвост, покачивала им, словно хвостом, чувствуя, как кошачьи ушки торчат у неё на макушке. — Вау, вау! Разве ей не идёт, Дейл?! Несмотря на то, что Камилла от стыда опустила голову, Ирис вовсю подпрыгивала от восторга, полностью игнорируя её страдания. — Ага, на самом деле ей идёт. Как и сказала Ирис, Камилла с ободком в виде кошачьих ушек выглядела удивительно очаровательно. — Тц... Святая, как насчёт того, чтобы ты тоже примерила? — А-а? Я? — Ты ведь не думала, что я буду единственной, кто через это пройдёт, верно? Неужели смущение Камиллы наконец переросло в злость? Она подняла ободок с кроличьими ушками, её дыхание стало тяжелее. — К-кроличьи — это как-то... — Только не говори, что тебе стыдно? Камилла, чьи глаза покраснели от досады, надвигалась на Ирис. — Иик! П-подожди! — Ну же, будет справедливо, если ты тоже испытаешь то же унижение и позор! И вот Камилла насильно заставила Ирис надеть ободок с кроличьими ушками. — Ох... Зачем я через это прохожу... — Хм. Ты сама напросилась. Ирис, теперь уже в кроличьих ушках, покосилась на меня. — И-и как я выгляжу, Дейл? — Как выглядишь спрашиваешь? Без колебаний я активировал свои Часы Героя и сфотографировал Ирис в кроличьих ушках. — П-подожди! С чего это ты вдруг начал фотографировать?! — Разве я мог упустить такое? Ирис с кроличьими ушками была слишком милой, чтобы перед этим устоять. — У-удали это немедленно! — Эй, копаться в чужих Часах Героя без разрешения — это вторжение в личную жизнь. — Удали, придурок!!! * После той короткой суматохи было решено подарить детям ободки со звериными ушками. — Эх. Я ведь почти ничего не делала, но уже устала. — Кстати, не пора ли уже детям прибыть? — Ой, подождите. Я свяжусь с жрецом Антонио. Связавшись с жрецом Антонио через свои Часы Героя, Ирис повернулась к Камилле. — Камилла, жрец и дети уже в пути. Не могла бы ты встретить их? — Но как же ты, Святая...? — Со мной здесь будет Дейл, так что всё в порядке. — Хорошо. Я поняла. Камилла кивнула и направилась к воротам. Как только она полностью скрылась из виду, Ирис с усмешкой посмотрела на меня. — Жрец сказал, что они прибудут примерно через час. — А? Разве тогда не слишком рано идти их встречать? — Они наши приглашённые гости, так что мы не можем заставлять их ждать, верно? Это казалось немного рановато для встречи, но прежде чем я успел озвучить свои мысли... — Ну... Раз уж мы уже купили подарки, как насчёт того, чтобы в следующий час насладиться фестивалем вдвоём? Ирис хитро усмехнулась, выдвигая своё предложение. «Вот почему она отправила Камиллу пораньше». Я усмехнулся и кивнул. — Звучит неплохо. Прогулка по фестивалю только с Ирис. Причин отказываться не было. — Ну тогда, руку. — Руку? Зачем? — Разве Камилла об этом не упоминала ранее? Ирис мягко взяла меня за руку и застенчиво улыбнулась. — Осторожность никогда не помешает. ---------- Том 1 Глава 33 — Эй… разве это не курсант с самым низким рейтингом рядом со Святой? — А? И правда! — Что он делает со Святой? — Они даже держатся за руки? Вокруг эхом разносились шепотки. Я попытался тихонько выпустить руку Ирис, но она крепче сжала пальцы, будто пытаясь помешать мне сбежать. — Разве не возникнет проблем, если жители Святого Королевства узнают об этом? — В чём проблема? Ты ведь держишь меня за руку только ради обеспечения «безопасности» Святой, верно? Ирис игриво подмигнула и озорно улыбнулась. Я усмехнулся и покачал головой. «Теперь понятно, почему у Камиллы всегда такое суровое выражение лица». Размышления о том, через какие трудности приходится проходить Камилле, чтобы защищать такую игривую Святую, заставили меня немного пожалеть её. — Что? Тебе не нравится держаться со мной за руки? — Меня всё устраивает. Но наслаждаться фестивалем, привлекая столько внимания со стороны других курсантов, было не лучшим вариантом. — Как насчёт того, чтобы пойти куда-нибудь в менее многолюдное место? — Если тебе хочется куда-нибудь в тихое место… как насчёт выставочного зала? — Ты уверена? Делать там особо нечего… — Хе-хе, меня это устраивает. «Фестиваль Запечатывания» отмечается в память о дне, когда пять великих героев запечатали Бога Демонов пятьсот лет назад. Тут дело не только в еде и играх; здесь также проходит выставка, посвящённая истории борьбы героев с армией Бога Демонов. «Конечно, в такие ранние часы немного найдётся людей, решивших посетить подобное место». В конце концов, студентов постоянно пичкают историей Войны с Богом Демонов пяти вековой давности. Кто станет посещать выставку в один из немногих праздничных дней? «По крайней мере, это отличное место, чтобы скрыться от любопытных глаз». Я повёл её в сторону выставочного зала, подальше от пронзительных взглядов со всех сторон. Когда мы вошли внутрь, нас встретила большая картина, изображающая противостояние огромного демона и пяти героев. Я невольно тихонько усмехнулся, глядя на образ «Бога Демонов». «Они передали внешность Бога Демонов неверно». Впрочем, неудивительно. Даже будучи одним из последних пяти героев, сражавшихся с Богом Демонов в моей прошлой жизни, я точно не знал, как он выглядел. «Всё его тело было окутано чёрным дымом». Когда Бог Демонов освободился от своей печати, его поглотил чёрный дым, поэтому даже я никогда не видел его истинного облика. Единственное, что я точно знал о нём: «Он был безумно силён». В нашей финальной битве против Бога Демонов мы даже не смогли оказать достойного сопротивления, прежде чем потерпеть сокрушительное поражение. И тогда… «Бог Демонов покончил с собой». Когда проклятие от его смерти распространилось по всему континенту, я остался единственным живым существом на этой земле. «…Зачем он это сделал?» Нахмурившись, я вспомнил тот день. Бог Демонов победил «Последнюю пятёрку героев», которых провозглашали последней надеждой человечества. Ему не нужно было лишать себя жизни. Он мог легко покорить континент, если бы постепенно наращивал свою армию. «Но он этого не сделал». Вместо завоевания континента он выбрал полное уничтожение. Он стёр с лица земли каждое живое существо на континенте. Даже его собственная армия не избежала чистки. «Его целью было не завоевание, а тотальное истребление всей жизни». Я не знал, почему у Бога Демонов была такая цель. И, честно говоря, мне не нужно было этого знать. «Потому что на этот раз он не добьётся своей цели». Я сжал зубы, яростно глядя на изображение «Бога Демонов». — Дейл? Что-то не так? — О, прости. Картина просто очаровала меня на мгновение. — Хе-хе. Впечатляет, правда? Ирис с сияющими глазами смотрела на картину с изображением пяти героев. — Рейнальд, Солнечный Меч. Джулиус, Великий Мудрец. Рюджин Сон, Железный Кулак. Пэк Сынхёк, Божественное Копьё. И Грейс, Свет Жизни. Эти пять великих героев запечатали Бога Демонов пятьсот лет назад. Ирис продолжала вглядываться в картину, её глаза искрились от восхищения. — Видеть их на картине после того, как читала о них только в книгах, поистине захватывающе. — Не знал, что тебе нравятся истории о героях. — О, ты не поверишь, но в детстве я была одержима игрой «Пять героев». Игра «Пять героев». Простая ролевая игра, в которой дети из всех трёх королевств выбирали одного из пяти героев и разыгрывали сцену победы над Богом Демонов. «Впрочем, это была нечестная игра, ведь на того, кто играл за Бога Демонов, всегда нападали все остальные пятеро». Я нахмурился, вспомнив тусклые воспоминания о том, как играл в эту игру в приюте. — Какую роль ты обычно выбирала? — Обычно я была Рюджин Сон, Железным Кулаком. Было в этом что-то удовлетворяющее — бить Бога Демонов. Ирис сжала кулаки и игриво взмахнула ими в воздухе. — А какую роль обычно брал ты, Дейл? — Бога Демонов. — О… Кхм. Ирис быстро сменила тему, потянув меня за руку. — Пойдём вглубь зала. Завершив осмотр выставочного зала (по какой-то причине Ирис всё ещё не выпускала мою руку, даже когда никого поблизости не было), мы подошли к моменту, когда пора было встретиться с детьми. — Пойдём встретим детей? — Ага. Если мы опоздаем, Камилла, наверное, устроит истерику. — От этих слов мне хочется опоздать только ради того, чтобы посмотреть, что будет. Ирис озорно улыбнулась и дразняще дёрнула меня за руку. Мягкое тепло её прикосновения заставило меня на мгновение чуть не потерять самообладание. — Но что, если Камилла запаникует и доложит в академию, что Святая пропала? — …Она ведь действительно так поступит, да? Это пугает. Одно лишь воображение этого, казалось, вытеснило все игривые мысли из головы Ирис, и она поспешила к месту встречи. Пока мы ждали у школьных ворот, я заметил приближающихся издалека священника Антонио, Камиллу и детдомовских ребятишек. — Ух ты! — Фестиваль! Фестиваль! — Это действительно Академия Героев?! Воодушевление детей было ощутимо с того самого момента, как они переступили через ворота, и они начали дико носиться вокруг. — Ах вы, сорванцы! Разве я не говорил вам вести себя прилично? Строгий голос Антонио не остановил детей, которые уже походили на сорвавшихся с привязи диких лошадей. — О… Все, пожалуйста, успокойтесь! Даже Камилла растерялась, пытаясь совладать с чересчур возбуждёнными детьми. — Как вы можете быть так взбудоражены из-за какой-то ерунды? Ирис цокнула языком и шагнула вперёд. — Лео~ Подойди-ка на секунду? — Ирис! Здесь столько еды, и столько классных вещей можно посмотреть… — Закрой свой рот, сорванец. — …Сестрёнка? Ирис мило улыбнулась, нежно погладив Лео по голове. — Лео, разве ты не говорил раньше, что являешься лидером приюта? — Д-да. — Если ты лидер, тебе нужно должным образом управлять своими подчинёнными. Ты не можешь просто позволять им так бесноваться. — Э-э…! Глаза Лео расширились, словно он только что пережил просветление, подобное монашескому. — Я понял! Я беру на себя ответственность и построю детей! С яростной решимостью на лице Лео бросился к детям и принялся их отчитывать. Удивительно, но дикие дети начали тихо собираться перед Лео. — Ого. С губ отца Антонио сорвался тихий возглас. — Впечатляет. Так легко успокоить этих маленьких смутьянов… — Ну, дети обычно слушают других детей больше, чем взрослых. — Ха-ха. Как и ожидалось, вы истинная святая. Старый священник довольно улыбнулся и продолжил: — Глядя на то, как ловко вы управляетесь с детьми, думаю, у вас не будет никаких забот, когда в будущем выйдете замуж. — А? З-замуж? — Хм. Разве не было кого-то по имени Дейл? — П-подождите! О чём вы вообще говорите?! — Ха-ха-ха. Под игривые поддёвки старого священника начались настоящие гулянья. — Ирис, как я выгляжу? Я ведь действительно похожа на кошечку, правда? — Тц… Сестрёнка! Зачем ты заставила меня надеть эту позорную вещь? — Хах, хах. Камилла, я сейчас ношу собачьи ушки. Не могла бы ты приказать мне хоть разок залаять? [П/Р: БРО 💀] Все бродили вокруг фестивальных палаток, надев в качестве подарков ободки с животными ушками. — Ого! Это действительно очень вкусно! — Дейл, можешь купить мне один из тех куриных шашлычков? — Эй! И мне, и мне! Может быть, всё дело было в том, что раньше я варил им рамён, но казалось, что среди детей я завоевал определённое признание. Не только Ирис и Камилла, но и несколько других ребят подошли ко мне, выпрашивая купить им сладости. — Эй! Прекратите! Этот куриный шашлычок стоит целых 10 золотых! — Не беспокойтесь об этом. Я вытащил (кошелёк Джульета), набитый золотом, и ухмыльнулся. — У старшего брата много денег. * Говорят, время летит незаметно, когда весело проводишь его. Не успел я опомниться, как после наслаждения фестивалем с Ирис, Камиллой и детьми небо стемнело. — Уже так поздно. — Ага, поздно. Дети, которые поначалу носились как дикие лошади, теперь начали клевать носом на ходу, их энергия почти иссякла. — темнеет. Нам пора возвращаться. Отец Антонио с тёплой улыбкой посмотрел на покачивающихся детей. — Спасибо вам, Святая, Камилла и Дейл, за то, что уделили время детям. Вы, должно быть, все устали. — Устали? Ничуть. Мы тоже повеселились. — Я провожу вас до главных ворот. — Хо-хо, спасибо, Камилла. С этими словами Камилла и отец Антонио повели детей к главным воротам. Наблюдая за тем, как они растворяются вдалеке, наслаждаясь затухающей атмосферой фестиваля… — …Прости, Дейл. Осторожно произнесла Ирис, внимательно глядя на меня. — Хм? За что? — Мне кажется, я таскала тебя за собой весь день. — Таскала за собой? Я тоже отлично повеселился. Это были не просто пустые слова. Конечно, было бы неплохо насладиться фестивалем наедине с Ирис. Но провести время на фестивале с детьми, вместе смеясь и разговаривая, оказалось даже веселее, чем я ожидал. Возможно, она почувствовала мою искренность. Ирис с облегчением улыбнулась и заговорила: — Тогда… могу ли я сделать последнюю эгоистичную просьбу? — Какую же? — Можешь купить мне один из тех куриных шашлычков, которые ты покупал детям ранее? Ирис крепко сжала кулачки, а её глаза заблестели. «Если подумать, я был занят присмотром за детьми, а Ирис так ничего и не поела». Я усмехнулся и кивнул. — Сколько захочешь. — Ах~ Ты сказал «сколько захочешь»? Тогда я возьму один с соусом и один с солью! — Ладно, ладно. Ешь сколько влезет. Смеясь, я подошёл к палатке, продававшей куриные шашлычки. Возможно, торговец вымотался за этот хлопотный день. Даже когда я подошёл ближе, продавец опустил голову и никак не реагировал. — Простите, я бы хотел купить один куриный шашлычок. — ……. — Ау? Я мягко похлопал продавца по плечу, думая, что он мог уснуть от усталости. — Кх, хнык. Странный стон вырвался из опущенной головы продавца. — К-курица… куриный шашлычок… з-заказ. Окрашенная кровью пена капала с его губ. Вены, уродливые, как корни деревьев, покрывали всё его лицо. Его вылезшие из орбит глаза сияли зловещим фиолетовым светом. — З-заказ принят… аргх. Рот продавца искривился в уродливую ухмылку, когда его голова резко дёрнулась, а всё его тело неестественно раздулось. Я осторожно заговорил: — О, извините. Не один, а два шашлычка, пожалуйста. Один с солью и один с соусом. ---------- Том 1 Глава 34 Хруст. Треск. Хруп! Леденящий кровь звук ломающихся костей. Тело торговца мгновенно раздулось и превратилось в отвратительного монстра. — Д-Дейл! Сейчас не время заказывать куриные шашлычки! — Я знаю. Когда Ирис тревожно закричала, я быстро отдалился от торговца. «Что это такое?» Как ни посмотри, ситуация была какой угодно, но только не нормальной. Нахмурившись, я расширил свои чувства. «Демоническая энергия?» От чудовищного тела торговца исходила неприятная, липкая аура. Через порванную одежду его раздувшегося тела было видно ярко пылающую чёрную метку демона. «Почему в школе демон...?» Нет, стоит ли вообще называть это «демоном»? Правда, человека, носящего метку демона, называют демоном, но прямо сейчас этот демон больше похож на демонического зверя. «Демоническое превращение в зверя.» Неизбежная судьба человека, получившего метку демона. Это феномен, возникающий, когда тело претерпевает трансформацию из-за неспособности контролировать силу метки, что вызывает взрыв демонической энергии. «Этот феномен почти не случается сейчас, когда Бог демонов запечатан, так почему же...» Феномен демонического превращения в зверя тесно связан с меткой демона. Поскольку печать ещё не сломана, метка демона не может проявить всю свою силу, из-за чего такие буйства происходят редко. Но если демоническое превращение в зверя всё же произошло... «Кто-то намеренно вызвал это буйство.» Я сузил глаза, глядя на торговца, превратившегося в демонического зверя. — Гррр! Торговец, уже не способный произносить человеческие слова, издал гортанное рычание и бросился на меня, отпихнув в сторону вывеску прилавка. — Берегись, Дейл! — Да, это опасно. Не для меня. «Для него.» Боевые искусства Беральда. Небесный Переворот — Грр... Гак! Я схватил торговца за руку, когда он бросился на меня, и скрутил её. Гротескно раздутое тело торговца с силой впечатали головой в землю. Бац! В воздух густо поднялась пыль. Я поднял упавший у моих ног шашлычок и бросил его в затылок торговцу. Вжух! Хруст! Шашлычок, пропитанный маной, пронзил голову торговца и вонзился в землю. — Д-Дейл, это... — Это демон. Если точнее, это когда-то было демоном, но эта деталь сейчас не имела значения. — П-почему в школе демон? — Я не знаю. Но... Прежде чем я успел закончить фразу, Трах! Хруст! Ррррааар! — Кьяаааа! — Что происходит?! — Демонический зверь! Появился демонический зверь! Мирные площадки фестиваля внезапно наполнились криками и чудовищным рычанием. — Чёрт. Как и ожидалось, демонических зверей в школе было не меньше одного. Демонические звери рычали и буйствовали, в то время как люди, наслаждавшиеся фестивалем, разбегались во все стороны, охваченные хаосом. Хотя среди курсантов школы героев были те, кто схватил оружие и дал отпор демоническим зверям, это лишь усилило путаницу. Бум! Вввуууш! — Эй! Как ты можешь использовать здесь магию огня, идиот? — Чёрт побери! Это всё, что у меня есть, чего ты от меня ждёшь? — Быстро! Кто-нибудь принесите мне меч! Я оставил свой в общежитии! Ошибочный героизм всегда ведёт к печальным результатам. Курсанты, пившие с самого утра и оставившие оружие в общежитии, никак не могли должным образом отреагировать на внезапную атаку. — Убирайтесь с дороги, пьянчуги! — Ты мешаешься! Конечно, нашлись курсанты, сумевшие противостоять демоническим зверям несмотря на неблагоприятные условия, но они не смогли унять хаос, охвативший всю школу. — Б-бегите! — Ааааа! Охваченная паникой толпа инстинктивно направилась к главным воротам школы, чтобы спастись. Демонические звери нацелились на убегающих людей, устремившись к главным воротам. — Дейл! У главных ворот дети... — С ними Камилла, так что с ними всё будет в порядке. Но я не мог оставить всё на одну Камиллу, чтобы защитить детей посреди этого хаоса. — Направимся к главным воротам и соединимся с Камиллой. — Да! Я направился к главным воротам школы вместе с Ирис. — Ррааах! — К-Камилла! — Все, сохраняйте спокойствие! — Чёрт побери! Откуда берутся эти демонические звери?! Когда мы добрались до главных ворот, мы увидели плачущих детей, отца Антонио, отчаянно пытавшегося их успокоить, и Камиллу, размахивающую мечом против приближающихся демонических зверей. — Камилла! — И-Ирис...! Нет, Святая! Лицо Камиллы прояснилось, когда она увидела бегущую к ней Ирис. — Гррр! Демонический зверь взмахнул гротескно раздутой рукой, словно булавой, целясь в Камиллу. — Не так быстро! Камилла ловко увернулась от руки демонического зверя и взмахнула мечом снизу вверх. Взмах. Отрезанная рука демонического зверя покатилась по земле. Ррррааар! Демонический зверь, лишившийся руки, издал крик и отшатнулся назад, но лишь на мгновение. Остальные демонические звери, привлечённые сильным запахом крови, бросились вперёд. И они направлялись не к Камилле, а к напуганным детям. — Н-нет! Как только Камилла в панике обернулась, — Оставь это мне! Ирис шагнула вперёд и начала читать молитву. — О Семь Богов, пролейте свой милосердный свет на своих детей! Её глаза, сияющие цветами радуги, сосредоточились на приближающихся демонических зверях. Перекрестившись сверху вниз, — Защита Семи Звёзд! Вум! Большой белый занавес высотой в десятки метров окутал Ирис и детей, раскинувшись по кругу. — Ррааах! Плоть демонических зверей, коснувшихся занавеса, зашипела и сгорела, испуская едкий дым. Демонические звери замялись и отступили от занавеса. — Гррр. Отказавшись от попыток проникнуть за занавес, демонические звери принялись искать следующую добычу, озираясь по сторонам. — Кого вы ищете? Когда я приблизился, глаза орды демонических зверей устремились на меня. С диким криком они бросились на меня, словно нашли новую добычу. Я легко усмехнулся, вытаскивая свой меч. — Дейл! Это опасно! — Брат, зайди внутрь быстрее! Дети внутри занавеса настойчиво кричали мне. Я пожал плечами и вместо этого сделал шаг навстречу орде демонических зверей. — Грррр! — Как, каааак! — Гуаааргх! Демонические звери бросились на меня со всех сторон, яростно ревя. Камилла поспешно приблизилась ко мне, размахивая мечом на демонических зверей. — Уф! Я разберусь с этой стороной! Ты бери другую... — В этом нет необходимости. — Что? Прежде чем Камилла успела нахмуриться и оглянуться на меня, я оттолкнулся навстречу бегущим демоническим зверям. — Грррк... ак! Я запрыгнул на руку яростно размахивающего конечностями демонического зверя и вонзил меч ему в череп. — Один готов. Выкрутив меч из черепа, я полоснул по демоническому зверю, приближающемуся ко мне сбоку. Развернувшись, я нанёс удар ногой с разворота в челюсть демонического зверя, подкрадывавшегося сзади. Хруст! Эхом разнёсся звук ломающейся челюсти, и демонический зверь рухнул, как марионетка с обрезанными нитями. — Трое готовы. Оттолкнувшись от падающего демонического зверя, я высоко взмыл в воздух, обрушиваясь на орду. «Моё тело такое лёгкое.» Возможно, дело было в том, что моя мана увеличилась почти втрое по сравнению с несколькими неделями ранее. Казалось, будто у меня за спиной выросли крылья, делая тело лёгким. — Пять, шесть, семь. Со злорадной усмешкой я перебил демонических зверей, словно волк среди овец. Прошло всего около минуты, прежде чем дюжина демонических зверей превратилась в остывшие трупы. — Вау, в-вау. — Это... потрясающе. Дети внутри занавеса, наблюдавшие за резнёй демонических зверей, издали тихие возгласы изумления. — ...Кто ты? Даже Камилла стояла с открытым ртом, словно не веря тому, чему только что стала свидетелем. — У нас нет времени удивляться. Главные ворота по-прежнему были заполнены людьми, пытающимися сбежать, и ордой демонических зверей, преследующих их. Занавес Ирис мог продержаться недолго, поэтому нам нужно было убираться отсюда как можно скорее. — Сюда! С этой стороны! Пожалуйста, эвакуируйтесь в эту сторону! Как раз в этот момент я увидел бегущего к нам в спешке профессора Морфеуса. — Не выходите через главные ворота! Направляйтесь в пристройку столовой! Мы организовали там временное убежище! Казалось, профессора объединились, чтобы создать безопасную зону. Я повернулся к Ирис и сказал: — Пойдём в столовую. — О, да! Когда Ирис начала собирать детей, чтобы следовать за профессором Морфеусом, один ребёнок внезапно в панике вскрикнул: — Н-нет! Лео ещё не вернулся! При этих словах я бросил взгляд на детей и заметил, что Лео пропал. — Разве ты не был с ним? — О-он ходил в туалет ранее, но потом внезапно появились демонические звери... — ...Чёрт побери. Даже ближайший туалет находился на довольно приличном расстоянии отсюда. — Я пойду за ним. — Я-я пойду с тобой! — Нет. Ирис, ты возьми детей и следуй за профессором Морфеусом. Передвигаться группой в такой ситуации доставило бы лишь больше хлопот. — Но... — Не беспокойся обо мне. Камилла, позаботься об Ирис и детях. — ...Понятно. С тяжёлым выражением лица Камилла кивнула. Я быстро направился к туалету, проводив Ирис и Камиллу с профессором Морфеусом. — Брат! К счастью или к несчастью, я обнаружил Лео прячущимся в углу, как только добрался до туалета, выжав свою ману до предела. — Шмыг...! Д-демонические звери просто внезапно...! — Успокойся и возьми себя в руки. — А-а что насчёт остальных? — Ирис и Камилла отвели их в безопасное место. — О... Лицо Лео значительно прояснилось при новости о том, что остальные дети в безопасности. — Направимся в столовую. Профессора защитят нас там. — Х-хорошо! Захватив с собой Лео, я направился к пристройке столовой. — Хааах! Там профессор Лукас, источавший красную ауру всем своим телом, яростно отбивался от орды демонических зверей. За Лукасом я видел профессора Бианку, профессора Джейда и нескольких других профессоров, сражающихся с демоническими зверями. — Профессор! — Дейл! Ты в безопасности! Заметив меня, профессор Лукас размозжил топором голову демонического зверя и приблизился ко мне. — Я в порядке. Но где профессор Морфеус? — Профессор Морфеус? — Да, профессор Морфеус к этому времени уже должен был привести сюда Ирис и детей. — ...О чём ты говоришь? Профессор Лукас нахмурился и покачал головой. — Профессор Морфеус здесь не появлялся. — ...Что? Не появлялся? — Я не знаю, что он делает и где находится, но с самого начала он не показывал своего лица. — ...... Демонические звери бушуют по всей школе, а он даже не явился? Человек, отвечающий за проведение церемонии печати? — ...Подожди минуту. Внезапно в моей памяти мелькнуло воспоминание. -В общем, я сейчас слишком занят подготовкой к Фестивалю Печати, чтобы беспокоиться о чем-то ещё. -Ах да. Ты же руководишь проведением нынешнего Фестиваля Печати. -Да. От выдачи разрешений торговцам на их лавки до организации расписания мероприятий... Это изнурительно. Именно профессор Морфеус выдавал разрешения торговцам, прибывшим на церемонию печати. И затем... «Торговцы», вошедшие в школу, стали демоническими зверями, создав нынешний хаос. — Твою мать. Я стиснул зубы и сильно топнул о землю. «Так это был ты.» Архиепископ иллюзий Астарот. ---------- Том 1 Глава 35 Я вспомнил тот день. День, когда небо обагрилось багрянцем. Я вспомнил, как тепло остывало в моих объятиях, угасая. — Почему?.. Битва с армией Бога Демонов. В битве, исход которой был предрешён не в нашу пользу, я понял, что нам не победить, и велел товарищам бежать, оставив меня позади. Это не было каким-то грандиозным жестом героического самопожертвования, достойным похвалы. В конце концов, я был бессмертным существом, которое вскоре возродилось бы, даже если бы я умер. Я думал, что это был правильный выбор, если моя жизнь могла купить нам выход из этого кризиса. Конечно, если бы армия Бога Демонов захватила меня, всё не закончилось бы простой потерей жизни. Невыразимые пытки и боль наверняка последовали бы за этим. Но что с того? Боль не убивает. Страдание не приносит конца. Даже если моё тело разорвут на части, сожгут или развеют прахом. Я не умираю. И поэтому. У меня не было претензий к тому, чтобы остаться позади и послужить приманкой. На самом деле, я считал это мудрым и разумным решением. До тех пор, пока Ирис, которая, как я думал, сбежала, не вернулась, чтобы спасти меня. — Почему... Зачем ты это сделала! Почему ты вернулась?! Воскликнул я, глядя на Ирис, которая истекала кровью и тяжело дышала. Я предполагал, что она сбежала с остальными, но, незаметно для меня, Ирис вернулась и использовала «чудо» ценой собственной жизни. Чтобы спасти мою, подумать только, жизнь. Почему, почему, почему, почему, почему. Вопросы заполнили мой разум. Она вернулась, чтобы спасти мою жизнь? Разве это могло быть разумным поступком? Для меня жизнь — это как галька, разбросанная вдоль речного берега. Бесчисленная, никому не нужная, если она исчезнет, то, от чего можно избавиться в любой момент. Такова была ценность моей жизни. И тем не менее. Она пожертвовала своей жизнью, чтобы спасти столь никчёмную гальку? Зачем ей было делать столь бессмысленный, совершенно глупый выбор? — Хех, хех. Она мягко погладила мою испачканную слезами щеку и с огромным трудом открыла рот. — Я... так рада. — Рада? Чему рада? Чему здесь вообще можно радоваться? Радоваться было нечему. Она потеряла бы жизнь из-за последствий использования чуда, человечество потеряло бы надежду, известную как «Святая», а армия Бога Демонов стала бы ещё свирепее. И в обмен мы получили лишь мою единственную жизнь. Одну жизнь из тысяч, десятков тысяч смертей. Как она могла говорить, что «рада» в такой ситуации? Но. Даже при этом. — Я... правда... рада. Произнесла она и ярко улыбнулась. Словно у неё не было ни сожалений, ни раскаяния. Так умиротворённо. Она закрыла глаза. * Пространство, окутанное фиолетовой завесой. Внутри барьера не было слышно даже жутких криков и воплей, разносившихся по всей школе. Святая Семи Звёзд со своими светло-розовыми волосами тяжело дышала, свирепо глядя на стоявшего перед ней мужчину. — ...Ублюдок. Проклятие, которого никак нельзя было ожидать из уст святой. — О боже, разве не слишком говорить такое своему профессору? Мужчина с тёмно-каштановыми волосами и мягкими манерами ярко улыбнулся, глядя на тяжело дышащую святую. — Заткнись! Кто-то вроде тебя — вовсе не профессор! — Ха-ха. Пожалуйста, не используй столь резкие слова. Морфеус горько усмехнулся, пожав плечами. — Разве от этого мне не хочется терзать тебя ещё сильнее? Клац. По щелчку пальцев Морфеуса её тело окутывала фиолетовая аура. — Ааах! Вырвался крик. Ирис почувствовала, как всё её тело сокрушают, и рухнула на одно колено. — Ты в последнее время слишком шумная. Цокнув языком, Морфеус покачал головой. — Не можешь ли ты вести себя тише, как вон та курсант Камилла? Взгляд Морфеуса переместился туда, где Камилла, детдомовские дети и жрец Антонио лежали ничком на земле с остекленевшими глазами, словно одурманенные. — Угх. Ирис стиснула зубы, терпя терзавшую её тело боль, и свирепо уставилась на Морфеуса. В тот момент. Глаза Ирис, глядевшие на Морфеуса, перелились всеми цветами радуги, а окутывавшая её тело фиолетовая аура рассеялась дымом. — Хаф, хаф! Освободившись от ауры, Ирис тяжело задышала. — Ха. Одним лишь «взглядом» ты можешь нейтрализовать мою магию... Воистину, сила Семи Глаз поражает всё больше с каждым разом, когда я её вижу. В глазах Морфеуса блеснула глубокая жадность. — Ты даже представить себе не можешь, каких усилий мне стоило заполучить эти глаза. — Ха, и эти усилия включали в себя выпуск демонических зверей во время фестиваля? — Нет. Изначально этот инцидент не входил в мои планы. Мне не особо нравятся столь варварские методы. Морфеус вздохнул, разочарованно покачав головой. — Но какой-то неизвестный смутьян поломал мои планы. Мне действительно жаль тебя, курсант Ирис. — ...Что ты имеете в виду под словом «жаль»? — Изначально я планировал забрать их постепенно и без боли, чтобы ты даже не узнала причину. План, который тщательно готовился долгое время, в одно мгновение был разрушен внезапным появлением незваного гостя. — В конце концов, у меня нет другого выбора, кроме как забрать «Семь Глаз» посредством довольно грубых методов. — Грубых методов?.. — Физическое извлечение. Морфеус произнёс самые жестокие слова с той же мягкой улыбкой, что и всегда. Лицо Ирис побледнело. — Ч-что ты сейчас сказал? — Хм? Разве это было трудно понять? Я имею в виду, что заберу твои глазные яблоки, курсант Ирис. Смотри, я даже принёс инструменты. Морфеус вытащил из кармана круглый металлический предмет, похожий на ложку. На конце этого инструмента, напоминавшего черпак для мороженого, было острое лезвие. — Если просто воткнуть это сюда и вычерпнуть, можно аккуратно извлечь глазные яблоки. — ...... — По сравнению с магическим поглощением силы, существует значительный риск того, что часть мощи «Семи Глаз» будет утеряна, но... учитывая ситуацию, другого выбора нет. Хотя было важно полностью поглотить силу «Семи Глаз», ещё важнее было стереть «Семь Глаз» с лица этого мира. — Сила, которой ты обладаешь, — слишком большое препятствие для нашего дела. — ...Вашего дела? — Ха-ха, когда речь заходит о деле демонов, оно ведь всего одно, не так ли? Воскрешение Бога Демонов, запечатанного 500 лет назад пятью великими героями. — Когда печать будет сломана, те жалкие герои... и ваши омерзительные Семь Богов исчезнут из этого мира. Морфеус раскинул руки, его лицо светилось от одурманенного возбуждения. — Ну как? Теперь ты понимаешь, почему я иду на такие жертвы ради твоих глаз? — ...Ты, безумный ублюдок. — Что ж, проклинай меня сколько душе угодно. От этого ничего не изменится. Морфеус шагнул вперёд, на его губах всё ещё играла та же мягкая улыбка. — Не подходи, не подходи ближе! — Тебе лучше стоять смирно. Если попытаешься сопротивляться... Клац. Морфеус снова щёлкнул пальцами. Широкая волна фиолетовой демонической энергии растеклась, укрыв тела упавших детей и Камиллы, словно одеяло. — Драгоценные тебе люди умрут. — Ах ты, ублюдок! Если ты тронешь хоть пальцем Камиллу и детей, я никогда этого не прощу! — Ха-ха, шучу, шучу. Не стоит так злиться. Хихикнул Морфеус, его плечи тряслись от смеха. — ...Шутишь? — Насчёт того, что они умрут, если ты будешь сопротивляться. Разве это не звучит так, будто говорит дешёвый злодей? Ситуация показалась подходящей, вот я и решил это сказать, но не принимай близко к сердцу. — ...... — Даже если ты не будешь сопротивляться, все здесь всё равно умрут. О, конечно же. Включая тебя, курсант Ирис. — То это значит?.. — Разве это не очевидно? Улыбнулся Морфеус с мягким выражением в глазах. — Разве тебя не учили в школе: «Демонов нужно убивать без пощады»? Если это так, то верно и обратное. Если герои — враги демонов, то демоны — враги героев. — П-подожди! Дети здесь ни при чём! — Хм? Теперь, когда ты об этом упомянула, это так. Но неужели действительно нужно заморачиваться из-за таких деталей? Морфеус хмыкнул и сделал ещё один шаг вперёд. — Тот факт, что им просто не повезло оказаться здесь сегодня, уже достаточная причина для смерти, не так ли? — ...... Ирис прикусила губу, её лицо было бледным и осунувшимся. До сих пор она читала о демонах только в книгах. Но теперь живая злоба демона в человеческом обличье душила её. — Ах, ух. Клац, клац, клац. Трясясь от страха, который пожирал её, как яд, её тело неукротимо дрожало. «Мне страшно» Хотя её называли святой и многие поклонялись ей, за этим титулом она всё ещё оставалась всего лишь двадцатилетней девушкой, которая даже не окончила школу. — П-пожалуйста, кто-нибудь, помогите мне... Почему в этот момент в памяти всплыло не лицо её профессоров, а лицо товарища-курсанта? — Ха-ха, я понимаю твои чувства, но никто не придёт тебе на помощь. Барьер вокруг нас создан из буквальной крови. Довольно улыбнулся Морфеус, поглядывая на фиолетовую завесу вокруг них. — Создан из крови? Ты же не- — Человек двести, пожалуй? Каждый из них был дорогим подчинённым... какая жалость. Морфеус небрежно пожал плечами. — Ты... Ты безумен. — По сравнению с ценностью Семи Глаз такая жертва — ничто. Он мог бы предложить гораздо больше, если бы это означало получение глаз, благословлённых Семью Богами. — А теперь начнём. Морфеус грубо схватил Ирис за подбородок. — Если будешь сопротивляться, будет больнее, так что постарайся вытерпеть, ладно? Как только острое лезвие приблизилось к её глазу, Глухой удар. По фиолетовому барьеру пошла рябь, словно капля упала в спокойное озеро. — Хм? Кто-то нашёл барьер? Но какое это имеет значение, даже если нашёл? — Чтобы развеять «Покров иллюзий», всем профессорам магического факультета понадобится не меньше часа... — Да хрен тебе, а не час! Бабах! Белая молния пронзила фиолетовый барьер, обрушиваясь на Морфеуса. — Тц! Морфеус цокнул языком и поспешно отступил. Рука, державшая инструмент, была наполовину отсечена, из неё хлынула кровь. — ...Какого чёрта?! Морфеус недоверчиво уставился на него широко раскрытыми глазами. Стоявший перед Ирис, словно защищая её, курсант с тёмно-серыми волосами. — Я наконец-то нашёл тебя, ублюдок. Глубокие зелёные глаза яростно смотрели на него. — Вот ты где. Дейл двинулся к Морфеусу — или, вернее, к Астароту — со свирепой ухмылкой, искривившей его губы. ---------- Том 1 Глава 36 — Как...?! Астарот уставился на седого курсанта с широко раскрытыми глазами, на его лице читалось неверие. Как упоминалось ранее, «Покров иллюзий», окутывающий эту область, был барьером, который даже всем профессорам Отделения Магов вместе взятым было бы трудно развеять. Дело было не в том, что профессора Школы Героев были некомпетентны, а в том, что жертва Астарота для создания этого барьера превосходила все мыслимые пределы. Барьер, сотканный из жизней двухсот демонов, принесённых в жертву. Одно лишь нахождение рядом с этой завесой погружало человека в иллюзии и запирало в бесконечных видениях и фантазиях. Как кто-то мог так легко прорваться сквозь подобный барьер? — Ты ведь сам это сказал? Иллюзии на меня не действуют. — ... Астарот вспомнил урок недельной давности. Магия иллюзий, которая исчезла, словно пачка бумаг, брошенная в бушующее пламя. Хотя он значительно сдерживал свою силу, поскольку это был всего лишь урок, иллюзия разрушилась слишком легко. Да. Это было так, словно... Словно она была пропитана божественной силой «Семи Глаз» Святой. Астарот невольно усмехнулся от промелькнувшей в голове мысли. Этого просто не могло быть. Как простой курсант, к тому же занимавший последнее место в рейтинге на протяжении двух лет с момента поступления в академию, мог обладать божественной силой? — Верно... хотя я не знаю точной причины, похоже, иллюзии на тебя вовсе не влияют. Если даже «Покров иллюзий», созданный ценой жизней двухсот демонов, был пробит так легко, можно было с уверенностью предполагать, что этот человек вообще невосприимчив к иллюзиям. — Из-за этого ты оказываешься в довольно трудном положении, не так ли? — О? Ты говоришь так, будто хорошо меня знаешь. — Я действительно хорошо тебя знаю. Глубоким голосом я произнёс имя стоявшего передо мной демона. — Архиепископ Иллюзий, Астарот. — ...! — Чт... что ты сказал, Дейл? Шокированная Ирис воскликнула, широко раскрыв глаза. Она поняла, что профессор Морфеус — демон, когда он наложил пурпурную завесу и использовал магию иллюзий, чтобы вырубить Камиллу и детей. Но она и представить себе не могла, что он — один из шести архиепископов, стоящих на вершине всех демонов. — Хм? О, понятно. Астарот кивнул, словно только что до чего-то додумался. — Значит, это был ты? Тот самый, кто испортил мои планы. — Кто знает? Всё, что я сделал, — это разобрался с несколькими глупцами, заколачивавшими гвозди в абсолютно нормальные стены пещеры. — Ха-ха. Разве не бесстыдно говорить такое после того, как ты перерезал моих драгоценных подчинённых? — Драгоценных подчинённых, говоришь? Какая чушь. — Они были не драгоценными подчинёнными, а инструментами для внедрения проклятий в лей линии. — О? Так ты и об этом знал? Глаза Астарота блеснули от интереса. — Ты ведь не просто обычный курсант, верно? — Ты ведь тоже не просто обычный профессор, так что будем считать, что мы квиты. — Ха-ха-ха. Ладно. Всегда веселее, когда происходят вот такие неожиданные повороты. С самого начала это никогда не было идеальным планом. Выпуск демонических зверей на фестиваль, чтобы посеять хаос и похитить «Семь Глаз». По сравнению с планом, который он готовился воплотить на протяжении нескольких лет, это было слишком смело и безрассудно. Он предполагал, что всё пойдёт не по плану. Он был готов пойти на такой риск с самого начала. Хотя он и представить себе не мог, что риском окажется курсант, а не профессор. В любом случае, «Покров иллюзий» был прорван, и появилась неожиданная переменная. Переменная, которую можно было считать злейшим врагом Астарота, в основном использующего магию иллюзий и контроля над разумом. — Противник, невосприимчивый к иллюзиям... Это довольно хлопотно. Астарот глубоко вздохнул, качая головой. Сражаться с противником, невосприимчивым к иллюзиям, было всё равно что просить мечника, всю жизнь тренировавшегося с мечом, драться голыми руками. — Но. Тёмная улыбка расползлась по лицу Астарота. Стигма демонического божества на его левой груди засветилась, и зловещий пурпурный свет широко распространился, словно раскрывающиеся крылья. — Это не значит, что результат изменится. Даже если его основное оружие — иллюзии — было запечатано, он всё ещё оставался «Архиепископом», правящим десятками тысяч демонов. Бзззз! Широко распустившийся пурпурный свет яростно завибрировал. Волны пурпурного света хлынули на Дейла. — Держись крепче. — А?! Кья-а! Дейл притянул к себе Ирис и яростно топнул ногой. Боевые искусства Беральда. Шаг Ветра. Когда мана потекла по всему телу, оно стало лёгким, как пёрышко. Сильно испуская ману из обеих стоп... Вух! Моё тело легко взмыло в воздух, словно я ступил на пустоту, уходя в сторону. Треск! Пурпурный свет смёл то место, где мы только что стояли, и земля искривилась, словно глину сжимали с двух сторон. Сила от простого выброса маны была настолько мощной? Я цыкнул языком, глядя на искривлённую землю. Атака Астарота даже не была магией; это был простой выброс маны. Это было всего лишь вложение физической силы в ману и высвобождение её в чистом виде. Это было простейшее заклинание, которое могли сотворить даже курсанты первого курса Отделения Магов, но колоссальная мана — вернее, демоническая энергия, которой обладал Астарот, — превратила это простейшее заклинание в нечто столь же мощное, как осадное орудие. — Оставайся здесь. — По... постой, Дейл! Ты ведь не думаешь сражаться с Архиепископом? — А есть варианты? — Э-э, ну... Мы могли бы позвать профессоров или что-то в этом роде. — Даже если мы их позовём, они не смогут войти из-за этой завесы. Хотя я мог легко прорваться сквозь «Покров иллюзий», потому что иллюзии на меня не действовали, другие профессора были иными. Сбежать с Ирис за пределы завесы было невозможно. Астарот не стал бы просто сидеть сложа руки и смотреть, как мы убегаем, и я никак не мог оставить здесь лежащих без сознания Камиллу и детей из приюта. Оставался только один выбор. Победить Астарота здесь. — Я разберусь с ним, так что создай барьер, чтобы защитить Камиллу и детей. — Но... Ирис попыталась возразить, но, взглянув на Камиллу и детей, лежавших без сознания с остекленевшими глазами, прикусила губу. — ...Пожалуйста, Дейл. — Предоставь это мне. Я сделал шаг навстречу Астароту. Скрестив руки на груди, Астарот посмотрел на меня, издавая насмешливый смешок. — Наигрался в героя? — Не совсем. Я вытащил из кармана стеклянную бутылочку, наполненную синей жидкостью, и залпом осушил её. Моё сердце дико колотилось, словно дав сбой, и яростный всплеск маны пронёсся по всему моему телу. Дзинь. Раздался звон разбившейся о землю пустой стеклянной бутылочки. — А теперь начинается настоящий бой. Бум! Оглушительный взрыв сотряс воздух. Когда окружающая обстановка словно растянулась и искривилась, я бросился вперёд. — Тц...! Астарот быстро отступил назад, встревоженный внезапным ускорением. Я бросился в погоню за ним, яростно взмахивая мечом. — Куда это ты собрался? Пурпурная аура распространилась паутиной, преграждая путь. Бум! Когда меч, окутанный лучистым белым светом, столкнулся с пурпурной аурой, земля задрожала с громовым грохотом. Как и ожидалось, само увеличение маны находилось на совершенно другом уровне. В отличие от полусырого Усилителя Стигмы, который я использовал ранее в логове демонов, тот, что был создан из травы семи звёзд и напоен маной, находился в совершенно ином масштабе. «Хотел бы я иметь его побольше». К сожалению, единственный Усилитель Стигмы, который у меня остался, был тем самым, который я только что выпил. «У меня нет выбора». Длительность действия Усилителя Стигмы составляла всего пять минут. «Я должен победить Астарота за это время». Солнечный Меч. Шестая форма: Сияние. Бззз! Яркий белый свет хлынул из меча, разрезая пурпурную ауру. — Тц! Белый свет пронёсся насквозь, задев щеку Астарота. Кровь струилась по разрезанной плоти. — ...Ха. Астарот тихонько усмехнулся, поглаживая кровоточащую щеку. — Значит, у тебя был скрытый козырь. Выпив синюю жидкость из бутылочки, Астарот почувствовал, как прежде скудная мана Дейла взрывоподобно усилилась. — Это оказывается веселее, чем я ожидал. Широко улыбнувшись, Астарот призывно вызвал свою демоническую силу. Пурпурный свет от его стигмы устремился вперёд, со свирепым намерением целясь в Дейла. — Хм! * Бум! Треск! Грохот! Столкновение меча и магии породило мощнейшую ударную волну, когда белый свет и пурпурная аура переплелись. — Угх...! Ирис спешно создала защитный барьер, чтобы оградить Камиллу и детей от ударной волны. — Дейл! Битва была настолько быстрой и интенсивной, что за ней невозможно было уследить невооружённым глазом, из-за чего о вмешательстве кого-либо не могло быть и речи. Несмотря на то, что Дейл противостоял Архиепископу, он держался стойко, продолжая яростную битву. «Невероятно». У неё было смутное представление о том, что Дейл силен, но подумать только, что он может сражаться с Архиепископом, не будучи раздавленным. «Если это Дейл, возможно...» Как раз в тот момент, когда она подумала, что он действительно может победить Архиепископа. Треск! Леденящий душу звук чего-то ломающегося — и в груди Дейла появилась дыра размером с человеческую голову. — ...А? Кровь хлынула из зияющей раны на его груди. Время словно остановилось. Фигура Дейла, рухнувшего, как марионетка с обрезанными нитями, запечатлелась в её памяти. — Д-Дейл...? Она дрожащим голосом позвала его по имени, но человек с дырой размером с голову в груди никак не мог ответить. — Нет, нет... Ноги Ирис подкосились, и она рухнула на землю. — Нет, нет, не-е-ет!!! Увидев лежащего безжизненно на земле Дейла, она потеряла рассудок, и душераздирающий крик заполнил воздух. — Хаа, хаа. Ты превзошёл мои ожидания. Астарот тяжело отдувался, вытирая кровь с уголка рта. Он с самого начала подозревал, что Дейл не обычный курсант, но он никак не ожидал, что тот окажется достаточно силен, чтобы нанести ему ранение. Курсант, который мог бы посрамить большинство профессоров. В этот момент он подумал, что столкнуться с кровожадной гончей или потомком великого мудреца было бы проще. — Фух. Но мне удалось разобраться с ним. План, который он подготовил, чтобы заполучить «Семь Глаз». Хотя неожиданные переменные отклонили план от первоначального курса, конечная точка осталась неизменной. — Ну что ж. Он повернул голову к Ирис, рыдавшей на земле. — Не насладиться ли мне сладкими плодами победы? Каждый раз, когда он заглядывал в заплаканные глаза Ирис, у него возникало жгучее желание заполучить «Семь Глаз». Подавшись своему желанию, он сделал шаг вперёд. — Хм? Из ниоткуда серый пепел коснулся его щеки и разлетелся в стороны. ---------- Том 1 Глава 37 — ...Пепел? Астарот нахмурился, наблюдая за тем, как в воздухе кружится серый пепел. Пеплу было неоткуда взяться, особенно учитывая, что магия огня не использовалась. Это была не пыль, а именно пепел — почему? — Откуда это... Прежде чем он успел завершить мысль, сзади прилетел кулак, с грубой силой ударив Астарота в лицо. — Угх! От удара у него в голове всё зазвенело, и Астарота отбросило назад. — Что?.. Астарот, с чьего носа капала кровь, яростно уставился на Дейла, нанёсшего этот удар. Как вообще кто-то мог выжить после ранения, которое он только что нанёс? «Нет». В груди Дейла зияла дыра размером с человеческую голову. Его сердце вместе с лёгкими должно было полностью разрушиться от всплеска демонической энергии. Так как же он всё ещё был жив? И что ещё важнее... «Рана исчезла». Зияющая дыра в груди Дейла каким-то образом пропала, оставив его тело полностью исцелённым. — Ха. С губ Астарота сорвался тихий, полный неверия смешок. — Сила, способная мгновенно залечить такую рану, даже когда вырваны сердце и лёгкие. В мире было не так много сил, способных на столь абсурдный подвиг. — Должно быть, это «благословение». Благословение от богов, которым, как известно, обладали лишь редкие герои. Теперь Астарот понял, почему этот седой кандидат был так уверен в себе даже при встрече с архиепископом. — Значит, у тебя в рукаве припасено больше одного фокуса. Он думал, что загадочная синяя жидкость в стеклянной бутылке была пределом скрытых козырей Дейла, но кто бы мог подумать, что у него ещё и благословение имеется? — Это... совсем не тот интересный поворот событий, на который я надеялся. А, не мог бы ты хотя бы назвать имя благословения? Я ещё никогда не видел такого, чтобы столь смертельную рану исцеляли настолько быстро. — Ты слишком много болтаешь. Дейл яростно топнул о землю, явно не собираясь поддерживать праздную беседу. «Времени нет». До окончания действия усилителя стигмы оставалось всего три минуты. «Когда эффект закончится, всё кончено». Хотя мана Дейла недавно значительно увеличилась после поглощения Первозданного Пламени, её всё ещё было недостаточно для борьбы с Астаротом, она едва достигала даже половины уровня остальных кандидатов. — С-сс... Дейл собрал всю ману, увеличенную усилителем стигмы, и сфокусировал её на кончике своего меча. Сжатая мана начала поглощать окружающий свет, превращая лезвие в абсолютно чёрное. Солнечный Меч. Пятая Форма: Чёрное Пятно. Хотя его радиус действия был намного меньше, чем у высшей формы, Сияние, его концентрированная атакующая мощь оказалась значительно сильнее. — Р-р-аах! С рыком Дейл высвободил сжатую ману в одну точку. Почерневший меч с яростной скоростью устремился к Астароту. — Кхм! Астарот поспешно отступил назад, окутав себя барьером из демонической энергии. Однако... Крррк! Хрусь! Концентрированная магия прорвала фиолетовый барьер, сковывающий Астарота, пронзив его сердце. Нет, если точнее... — Ха. Было очень близко. Астароту лишь показалось, что его сердце пронзено. Меч отклонился прямо перед тем, как достичь его груди, заблокированный пространством, исказившимся подобно миражу. — Честно говоря... это поразительно. Как ты можешь пробить мой барьер с таким мизерным количеством маны? Хотя его магия взрывообразно возросла после выпитой синей жидкости, общий запас маны Дейла всё ещё оставался относительно низким — едва в два-три раза превышающим средний показатель курсанта. Для Астарота это было не более чем детской забавой. «Если этот курсант когда-нибудь накопит больше маны...» Одно лишь представление о том, каким монстром может стать Дейл, пробрало его до мурашек. — Но что ж... Сейчас мне об этом беспокоиться не нужно. Сейчас главное — заполучить Семь Глаз, а у Дейла не было сил его остановить. — О, и кстати. Астарот улыбнулся, и по его лицу расползлась зловещая ухмылка. — Ты не единственный, у кого есть тузы в рукаве. От стигмы Астарота исходило зловещее свечение, а по его торсу уродливо вздулись вены, похожие на корни дерева. Его фиолетовая демоническая энергия паутиной распространилась вокруг, оскверняя пространство. Пространство, испорченное его демонической энергией, начало искривляться, как марево от жары. — Благословение Искажения. Астарот со скрюченной улыбкой посмотрел на искажённое пространство. — Это милость, дарованная мне Демоническим Богом. Благословение, искривляющее саму ткань пространства, к которому прикасается демоническая энергия. Это было благословение с разрушительной силой, но оно требовало высокую цену. Однако против противника, стоявшего перед ним, сдерживаться не было смысла. — Никогда бы не подумал, что мне придётся выкладываться на полную против какого-то курсанта, даже не профессора. Астарот с самокритичной улыбкой широко раскинул руки. — Посмотрим, чьё благословение больше милостиво богам — твоё или моё. По щелчку его пальцев искривлённое пространство ринулось на Дейла. Хрусь! Хрум! Его конечности вывернуло. Череп проломился, забрызгав всё мозговым веществом. Раздавленные органы вывалились через сломанные рёбра. — Кяааах! Дейл, нет! Крик Ирис снова эхом разнёсся по похожему на сон барьеру. Не было никаких сомнений, что он умер мгновенно. Тело Дейла, превратившееся в бесформенный кусок мяса, беспомощно покатилось по земле. — Ну-ка, попробуй восстановиться после такого. Каким бы чудесным ни было благословение, казалось невозможным вернуться к жизни, будучи превращённым в кусок мяса. Уверенный в этом, Астарот неторопливо отвёл взгляд от изуродованного трупа Дейла. — Сколько угодно. Вух! Под кружащийся вокруг пепел меч Дейла полоснул по Астароту. — Что...?! Глаза Астарота расширились от шока. — Ха... У тебя что, какое-то благословение бессмертия? — Кто знает. Строго говоря, это было Благословение Возрождения. Неспособность умереть, что бы с ним ни делали, фактически ничем не отличалась от благословения бессмертия. — Бред. Астарот покачал головой, его лицо выражало полное неверие. Он подозревал, что это мощное благословение, когда увидел, как сердце и лёгкие Дейла восстановились за мгновение, но подумать только, что у него действительно есть способность, делающая его неспособным умереть... «Но...» Астарот поднял руку, а на его губах заиграла холодная усмешка. — То, что ты не можешь умереть... вовсе не значит, что ты сможешь победить меня. Трессь! Искажённое пространство разрезало тело Дейла надвое, отделив верхнюю часть туловища от нижней. — Кхм! Рана мгновенно затянулась благодаря Благословению Возрождения, но мучительная боль от разделённого надвое тела осталась, сдавив его тисками. — Мне любопытно узнать, сколько раз ты сможешь возвращаться вновь и вновь. По щелчку пальцев Астарота деформированное пространство снова раздавило тело Дейла. — Чёрт.. Дейл выругался сквозь зубы, пытаясь уклониться от атак Астарота, но в полностью искажённом пространстве увернуться было практически невозможно. И что ещё важнее... — Угх! Протискивая своё тело в зазоры искривлённого пространства, Дейл взмахнул мечом на Астарота. Лязг! Отчаянный удар без труда заблокировал барьер демонической энергии, отбросив лезвие в сторону. «Эффект эликсира стигмы прошёл». Дейл прикусил губу, ощущая, как магия, бурлившая по всему его телу, постепенно остывает. Зыбкий баланс сил, который едва поддерживался с помощью эликсира стигмы, начал стремительно рушиться. Трессь! Хрусь! Хрум! Когда действие эликсира стигмы исчезло, последовавшая за этим битва стала односторонней. Каждый раз, когда совершалась атака, напитанная Благословением Искажения, тело Дейла разрушалось, исцелялось и снова разрушалось. — Угх! Внезапно в его памяти промелькнули воспоминания о прошлой жизни. Воспоминания о времени, когда он был бессилен. «Всё всегда было именно так». Кто-то мог назвать благословение, позволявшее ему мгновенно воскресать, читерской способностью, но Дейл лучше кого-либо знал по опыту прошлой жизни, что простое бессмертие ничего не значит. «Даже у бессмертного муравья останется лишь участь муравья». Перед лицом подавляющей силы способность не умирать оказывалась абсолютно бесполезной. — Ах, угх. Повторяющиеся смерти медленно пожирали рассудок Дейла. Накопившаяся боль вспыхнула ярким пламенем, пожирая его разум, как дрова. «Как больно». Сколько раз он уже умер? Сколько раз его кости ломались, а плоть разрывалась на части? — Ха-ха-ха! Поразительно! Ты, должно быть, умер уже больше сотни раз, и всё ещё способен регенерировать! Астарот безумно рассмеялся, топнув ногой. — Давай же, почему бы тебе не попробовать воскреснуть ещё раз? Грохот! Вихрь фиолетовой демонической энергии разорвал тело Дейла в клочья. Его тело, разорванное на десятки кусочков, превратилось в серый пепел, лишь чтобы вновь регенерировать, начиная с отмеченного стигмой сердца. — Ха, что это такое?.. Астарот, теперь уже сверх всякой меры изумлённый, покачал головой с выражением отвращения. Он уже собирался снова выпустить демоническую энергию в сторону Дейла, как вдруг — — Хватит! Хватит уже! Вмешалась Ирис, встав перед Астаротом так, будто защищала Дейла. — Довольно... Разве ты ещё не сделал достаточно? — Хм. Но жизнь Дейла ведь ещё не оборвалась, верно? — Разве твоей целью было убийство Дейла? — Ну... Астарот проглотил слова, словно Ирис задела за живое. Он цыкнул языком, глядя сверху вниз на упавшего Дейла. — Я хотел проверить, насколько хватит этого благословения... но, похоже, это придётся отложить на другой раз. Астарот отвёл взгляд от Дейла и зашагал к Ирис. — Стой... Всё ещё... Дейл, едва сумевший подняться после того, как его разорвали на части и воскресили, споткнулся и снова рухнул, не в силах удержать равновесие. Глядя, как Астарот приближается к Ирис, Дейл от досады скрипел зубами. Его мана давно истощилась, а накопившаяся усталость мешала даже держаться на ногах. — Твою мать. Он думал, что после возвращения в прошлое проживёт новую жизнь. Он решил идти по другому пути, нежели в прошлой жизни. «И всё же я нахожусь в столь жалком положении». Даже если бы он боролся до потери жизни, подобно брошенному у берега реки камешку... Даже если бы его ноги были раздавлены и изуродованы, пока он отчаянно барахтался... «И на этот раз снова...» Он не сможет ничего спасти. Он не сможет никого защитить. Точно так же, как и раньше. Ничего не изменилось. Он не мог сделать ничего, кроме как беспомощно смотреть, как дорогой ему человек умирает прямо у него на глазах. — Дейл... Ирис, смотревшая на приближающегося к ней Астарота, с облегчением вздохнула, бросив взгляд назад на Дейла. На её губах заиграла слабая улыбка, когда она тихо прошептала: — Слава богу... Её голос был так спокоен, словно у неё не было ни сожалений, ни колебаний. Она говорила так, словно обрела покой. — ... Словно удар молнии, сознание Дейла опустело. «Слава богу?» За что? Чему она радовалась? Ирис сейчас рисковала потерять не только свои семь глаз, но и жизнь. Если бы он ничего не сделал, она потеряла бы только глаза. Из-за него. Из-за него. Она переживала ад куда худший, чем в их прошлой жизни. И тем не менее... «Как... как она может говорить подобное?» Его мысли переплелись, как завязанный в узел клубок ниток. Он не понимал. Он не мог с этим смириться. Почему она не убежала в прошлой жизни? Почему сейчас она просто стояла на месте и вместо этого загораживала собой Астарота? Она своими глазами видела, что он вернётся к жизни, что бы ни случилось. Она знала, что его жизнь была столь же ничтожна, как камешек у берега реки. «Почему, почему, почему, почему?» Почему она смогла произнести «слава богу» в самом конце? — Угх, угх. Дейл шатаясь поднялся на ноги. Хотя в его теле не осталось маны... Хотя его разум был разорван в клочья, словно порванная тряпка... Хотя от одного лишь дыхания по лёгким прокатывались волны боли... И всё же... — Слава богу... говоришь? Он встал. На дрожащих ногах он упёрся ступнями в землю и трясущимися руками сжал меч. — С чего это тебе... говорить подобное? Почему она сказала «слава богу» в конце, он не знал. Наверное, он никогда не поймёт причину. «Но одну вещь я точно знаю. Ирис спасла мне жизнь». Пусть даже это лишь одна жизнь среди тысяч, десятков тысяч других. Пусть даже это всего лишь один ничтожный камешек у берега реки. Она пожертвовала своей жизнью, чтобы спасти его. Так что теперь... Вших! Пламя начало охватывать всё его тело, обвивая стигму. Истощённая мана с рёвом вернулась к жизни, бурля, подобно раскалённой лаве. — Теперь моя очередь. Бум! Под оглушительный взрыв меч в его руке вспыхнул пламенем. ---------- Том 1 Глава 38 Фвуууш! Пламя взревело. Яркое пламя свирепо бушевало, словно намереваясь пожрать весь мир. Серый пепел кружился вокруг пылающего огня. — Какого чёрта...?! Астарот поспешно призвал Благословение Искажения, наблюдая за приближением жадного пламени. Фиолетовая аура паутиной расплеснулась вокруг, поглощая пространство. Искажённое пространство превратилось в массивный щит, укутавший Астарота. И тут — Бац! Треск! Раскол! Столкновение искажённого пространства и меча. Меч, который ранее беспомощно отскакивал от искажённого пространства, с сокрушительной силой начал проламывать само пространство. Чем мощнее нарастала сила, тем яростнее пылало пламя. Охваченный пламенем меч разрезал искажённое пространство. — Это просто безумие...! Меч Дейла лучом света пронзил расколотое пространство. Вжик! — Ааааргх! Невыносимая боль распространилась от отрубленной левой руки. Астарот схватился за кровоточащий обрубок левой руки и поспешно отступил. — Тварь! Астарот, некогда спокойный и собранный, теперь выплёвывал резкие проклятия. Он со взрывной яростью уставился на охваченного пламенем Дейла. — Как же меня это достало! Он ожидал кое-каких переменных. Планы никогда не идут строго по задуманному. «Но это просто нелепо!» Мгновенно прорваться сквозь Покров иллюзий, сотворённый ценой жизней двухсот подчинённых. Простой курсант, обладающий силой, далеко превосходящей любого профессора. Каким-то образом убив его, он внезапно воскресает в мгновение ока. «Я думал, к этому моменту у него закончилась мана, так что на этот раз он не сможет вмешаться». Но теперь из его тела откуда ни возьмись вырывалось пламя, извергая ману во все стороны? «Что это за монстр такой?» Астарот недоверчиво посмотрел на Дейла. Казалось, весь мир ополчился против него. — Уф... Пока Астарот прижимал отрубленную руку, сбитый с толку внезапной ситуацией... — Ха. Дейл тоже с не меньшим недоумением оглядел своё покрытое пламенем тело. «Что это такое?» Несмотря на то что он был объят пламенем, боли не было. Его одежда не превратилась в пепел, а кожа не обгорела. «Это Первозданное Пламя?» Если пламя, охватившее его тело, и вправду было Первозданным Пламенем... Почему же теперь, после бесчисленных неудачных попыток, оно вдруг окутало его и запылало так яростно? «Не стоит сейчас думать об этом». Отбросив вопросы в голове, Дейл перевёл взгляд на Ирис. — Д-Дейл! Глаза Ирис широко раскрылись, когда она увидела его охваченным пламенем. Дейл уверенным шагом подошёл к ней. — Как это произошло... Ай! Он легко стукнул Ирис кулаком по голове. Она обеими руками схватилась за ушибленное место, а на глазах выступили слёзы. — З-За что?! — Я же говорил тебе сидеть смирно? — Но! — Никаких но. Дейл глубоко вздохнул и заслонил Ирис собой. — Не лезь в это на сей раз. Оставайся здесь. — ...Ладно. Ирис с недовольным видом кивнула. Дейл повернулся к ней спиной и уставился на Астарота. Шлёп. В этот момент отрубленная левая рука Астарота, валявшаяся на земле, коснулась ноги Дейла. В левой руке Астарота находился инструмент, согнутый наподобие ложки. «Инструмент, которым он собирался выцарапать глаза Ирис». Разгорячённый разум Дейла мгновенно остыл. «Не будь Первозданного Пламени, глаза Ирис сейчас были бы выскоблены». Окружающее его тело пламя перекинулось на сердце. Вух, вух. Огонь, распространившийся внутри него, превратился в огромного огненного демона, готового пожрать мир. — Астарот. Дейл обратился к настороженно наблюдавшему за ним Астароту. — Ранее ты говорил, что хочешь выяснить, кого боги любят больше, да? Согласно записям, Первозданное Пламя было силой, созданной Богом Демонов. Ну, Бог Демонов всё равно оставался богом, как и те семь божеств, верно? — Давай же, не стой столбом. Давай закончим начатое. Бабах! Дейл топнул о землю и распространил переполнявшую его из стигмы ману по всему телу. Мана хлынула по его венам, грозя разорвать их. Для такого человека, как Дейл, страдавшего от хронического дефицита маны как в прошлой, так и в нынешней жизни, это было ощущение, которого он прежде никогда не испытывал. «Я не знаю, почему Первозданное Пламя вдруг пришло в движение, но...» У него было смутное представление о том, почему его стигма теперь переполнялась маной. «Говорили, что Первозданное Пламя создало ману, когда сожгло Древо Творения». Иными словами, Первозданное Пламя обладает способностью вырабатывать ману, когда что-то сжигает. «Если это так, то что же за "нечто" сейчас сжигает Первозданное Пламя?..» Разве это не очевидно? Дейл посмотрел на охватившее его пламя и усмехнулся. — Никогда бы не подумал, что сам стану дровами. Первозданное Пламя сжигало его тело ради выработки маны. В доказательство вокруг свирепого пламени клубился серый пепел — тот самый пепел, который обычно появлялся при активации Благословения Возрождения. «Если Первозданное Пламя использует мою жизненную силу в качестве топлива для выработки маны...» Теоретически, Это значит, что пока Первозданное Пламя горит, оно может вырабатывать почти бесконечную ману. — Ха. Пьянящее чувство всемогущества пробежало по спине Дейла. Его тело казалось лёгким, словно он сбросил тяжёлые оковы, сковывавшие его. Он интуитивно это понял. Техники, которые до сих пор он мог только имитировать, Всё, что он бесконечно отрабатывал на белых снежных равнинах, «Теперь...» Он мог раскрыть их в полную силу. — Я нападаю. Грохот! От лёгкого шага земля задрожала так, будто началось землетрясение. Расстояние между ними сократилось в мгновение ока. К отступающему с широко раскрытыми глазами Астароту летел кулак. Это было боевое искусство Беральда, Раскалывающее Горы. Бам! Оглушительный рёв в сопровождении ужасающего порыва ветра пронёсся вокруг. — Ты... ублюдок! Астарот в неверии выплюнул ругательство, используя Благословение Искажения. На мгновение искажённое пространство преградило путь порыву ветра, но его быстро пробили. Тело Астарота подхватило ветром и отбросило назад. — Угх! Выплюнув кровь, Астарот упал на землю. — Хах, хах! Тяжело дыша, он кое-как поднялся на ноги. Бросив взгляд на Ирис вдалеке, он до боли закусил губу. — ...Проклятье. Иллюзии и Благословение Искажения — всё было без толку. У него не осталось средств противостоять этому бессмертному монстру. «Придётся отказаться от Семи Глаз». Хотя было неясно, когда ещё представится возможность заполучить Семь Глаз, он знал, что оставаться здесь — верная и бессмысленная смерть. — Дейл Хан, - прорычал Астарот, исказив лицо от ярости. — Я запомню твоё имя. Помяни моё слово. Щёлк. По щелчку оставшихся пальцев окружавшая их фиолетовая завеса исчезла. Хлынул прохладный ночной воздух, обнажив потемневшее небо над головой. Астарот повернулся, чтобы покинуть территорию школы, как вдруг. — Куда это ты собрался? Когда Дейл легко топнул по земле, пламя окутало его и распространилось вовне, образуя вокруг них барьер. — Это... барьер? Астарот уставился на стену пламени с отвисшей челюстью. Да быть не может. Теперь он даже барьерную магию использует? — Разве ты не курсант Отделения Воинов? — И что? Есть какое-то правило, запрещающее воинам пользоваться магией? — ... Астарот умолк, словно даже не мог придумать возражения. — Мало того что у тебя есть Благословение Бессмертия, так ты ещё и в фехтовании, боевых искусствах и магии силён...? Раздался скрежет зубов от досады. — Серьёзно, это... полная херня. Астарот пробормотал грубое проклятие, недоверчиво схватившись за голову. — У тебя вообще есть предел?! Как такое вообще возможно?! Крик Астарота был близок к отчаянному воплю. Было несложно понять его разочарование. Будучи «Архиепископом», повелевающим тысячами и десятками тысяч демонов, мысль о том, что его так загнал в угол какой-то курсант, а не профессор, должна была казаться немыслимой. На самом деле, учитывая огромную силу Архиепископа, даже если бы все профессора школы сражались с ним вместе, они, вероятно, не смогли бы помешать ему сбежать. «Но». И что с того? — Ранее ты говорил, что у детей из приюта не было причин умирать, кроме как оказаться не в то время и не в том месте, верно? Я вспомнил, как услышал эти слова из-за завесы, когда только прибыл на место в поисках Астарота. — С тобой то же самое. Я поднял меч, целясь в Астарота со свирепой ухмылкой на губах. — Разве этого недостаточно? — П-подожди! Если ты убьёшь меня...! Прежде чем Астарот успел закончить отчаянную мольбу, я направил переполнявшую меня ману в свой меч. Вух! Окружающее меня пламя взметнулось ещё выше, поднимаясь по лезвию меча. Хотя я бесчисленное количество раз держал в руках меч, это ощущение было для меня совершенно новым и незнакомым. По всему телу пробежала дрожь, словно от предвкушения чего-то невероятного. — Ха. Сухой смешок сорвался с моих губ, когда в памяти всплыл короткий разговор из прошлой жизни — разговор с близким другом. -Знаешь, Дейл? Говорят, когда достигаешь вершины фехтования, можно рассечь небо одним лишь мечом, даже без маны. «Ты ошибался, Юрен». Я крепче сжал рукоять меча. Ощущение, которое я не мог уловить, когда боролся с нехваткой маны, теперь стало предельно ясным. Казалось, у меня за спиной выросли крылья, и всё то, что я не мог сделать раньше, теперь отчётливо рисовалось в моём сознании. Солнечный Меч. Девятая Форма: Сумерки. Охваченный пламенем меч рассёк небо надвое. ---------- Том 1 Глава 39 В лазарете, расположенном на территории Академии Героев. Лазарет в основном использовался курсантами, которые получили травмы во время тренировок или заболели. Внутри находилась отдельная палата для восстановления, которой можно было воспользоваться, только заплатив определенное «пожертвование». Хотя это и называлось пожертвованием, на практике это была плата за пользование, поэтому не так много курсантов пользовались частной палатой для восстановления. И прямо сейчас я лежал в той самой «частной палате для восстановления», одетый в больничный халат. «Ни за что в жизни бы не подумал, что в конце концов воспользуюсь частной палатой для восстановления». Бессмертный монстр, возрождающийся даже после смерти, и частная палата для восстановления — более несочетаемого сочетания и придумать было нельзя. — Эх. Я глубоко вздохнул и повернул голову к женщине, сидевшей на стуле у кровати и напевавшей мелодию во время чистки фруктов. Светло-розовые волосы, прямой нос, изящная линия подбородка и мягкий взгляд — у неё были все внешние данные святой, благословлённой Семью Богами. И больше всего бросалась в глаза пара «мешочков с благословлением», занимавших почти половину моего поля зрения. Заметив мой взгляд, святая прервала чистку фруктов. — Куда это ты так пристально смотришь? — На мешочки с благословлением. — ...Прости? — Ой, прости. Я пялился на твою грудь, Ирис. — Ч-Что ты сказал? Ирис испуганно поспешила прикрыть грудь руками, сузив глаза и уставившись на меня. — ...Извращенец. — Ну, знаешь ли, трудно не заметить, когда она закрывает половину моего обзора. Если только я не буду разговаривать с тобой, повернувшись спиной, я никак не смогу этого избежать. — Хи-хи, значит, все это время ты притворялся, но в конце концов ты ведь просто мужчина, да? Она лишь на мгновение прикрыла грудь, после чего усмехнулась, снова выпятила её вперёд и опустила руки. Моё зрение вновь затуманилось от её необъятной груди. Я отвёл глаза от переполнявших грудь Ирис благословений и приподнялся на кровати. — И куда это ты собрался? — Я ухожу. Моё тело полностью исцелено. Если точнее, моё тело было в порядке с того самого момента, как Ирис силой затащила меня в палату для восстановления. — Разве я не говорила тебе, что нужно отдохнуть? — И я отдыхал здесь последние несколько дней. — Так не пойдёт. Тебе нужно побыть здесь ещё немного. Ирис решительно покачала головой. Я тяжело вздохнул, прежде чем заговорить. — Ты же знаешь, какое у меня благословение, верно? — Ну... Она сама видела это несколько раз во время моего боя с Астаротом — «Благословение Возрождения», позволяющее мне возвращаться к жизни даже после смерти. — Но тогда тебе было так больно! — Это потому, что я слишком много раз умирал за столь короткий промежуток времени. Даже если благословение возрождало моё тело, утраченная магия и ментальная энергия не возвращались. Сколько бы смертей ни выпадало на мою долю, переживание более сотни смертей менее чем за десять минут привело бы к тому, что я потерял бы сознание, точно так же, как и в тот раз. — Вот почему тебе нужно отдыхать ещё сильнее! — Я достаточно отдохнул. — Но всё же... Ирис замолкла на полуслове, потянув за воротник моего больничного халата и снова заговорив: — Ещё один день. Разве ты не можешь отдохнуть ещё хотя бы день? — Хм... Честно говоря, мне уже не от чего было восстанавливаться. Но, видя Ирис на грани слез, я не мог просто взять и отказать ей, выйдя из палаты для восстановления. — Эх. Ладно. Я отдохну до завтра. — Спасибо. — Не за что благодарить. Кстати, во сколько обошлась плата за палату... то есть, пожертвование? — Я обо всем позаботилась, так что не переживай. — Но... — Никаких «но». Просто сосредоточься на выздоровлении, как послушный пациент. — Угх. Я продолжаю говорить ей, что восстанавливаться уже не от чего. — Кстати... это действительно нормально? — О чём ты? — Скрывать истинную личность профессора Морфеуса. Убив Астарота, я попросил её никому не рассказывать о том, что там произошло. Ни об истинной личности профессора Морфеуса как Архиепископа Иллюзий, ни о том, что я убил его. «Так что школу уведомили, что профессор Морфеус сбежал из академии после инцидента». Других свидетелей не было благодаря Покрову Иллюзий, который наложил Астарот. Люди, находившиеся внутри завесы — Камилла, жрец Антонио и дети из приюта — в основном потеряли память из-за магии иллюзий, так что все это удалось сохранить в тайне. — Я же говорил тебе. Если это всплывёт наружу, у нас самих будут проблемы. Астарот окажется в центре внимания всего континента, если выяснится, что в этом инциденте он нацелился на «Семь Глаз». Более того, «Астарот заявил, что глаза Ирис являются препятствием для снятия печати с Бога Демонов». Другими словами, если бы стало известно, что «Семь Глаз» Ирис способны помешать воскрешению Бога Демонов — мечте демонов, — она оказалась бы в смертельной опасности. «Ради её безопасности лучше всего держать это в секрете». То же самое касалось и того факта, что я убил Астарота. «Если бы стало известно, что какой-то курсант убил одного из шести архиепископов демонов, повелевавших тысячами или даже десятками тысяч демонов, весь континент встал бы на уши». Дело было не только в сокрытии моей силы. В тот момент, когда это выплыло бы наружу, мне стало бы невозможно жить нормальной школьной жизнью, ведь все взгляды были бы прикованы ко мне. «С точки зрения окружающих, это выглядело бы так, будто научившийся ходить младенец голыми руками убил взрослого человека». Нет. Учитывая, какой ужас титул «Архиепископа» наводит на сердца людей по всему континенту, эффект был бы ещё масштабнее. «В любом случае». Ради Ирис и ради меня самого было лучше всего замять это дело. — Эх. Хорошо. Я сделаю так, как ты говоришь. — Спасибо. — Не за что благодарить. Ты рисковал жизнью, чтобы защитить меня, Дейл. — Это дешёвая жизнь, которая возвращается даже после моей смерти. — Нет. Ирис строго покачала головой. — Даже если у тебя есть благословение, возвращающее тебя к жизни, это не делает твою жизнь дешёвой. — ...... — Больше никогда не говори, что твоя жизнь дешева. Ирис мягко протянула руку и погладила меня по щеке. — Для меня... твоя жизнь дороже любой другой. — ...... Драгоценная жизнь. Я никогда раньше не слышал этих слов. Моя жизнь никогда и ни для кого не была «драгоценной». И быть таковой не могла. Сколько бы раз я ни умирал и ни возвращался, слово «драгоценная» никак не подходило к моей жизни. «И всё же, почему?» Почему она могла назвать мою жизнь «драгоценной»? — Ты ведь спрашивал меня, почему я не осталась на месте, когда ты сражался с Астаротом, верно? — ...Спрашивал. — Ну, честно говоря, я думала точно так же. Я не знала наверняка, какое у тебя благословение, но, видя, как ты возвращаешься к жизни после стольких смертей, я думала: по крайней мере, он не умрёт. Верно. Как она и сказала, я бы не умер. — Тогда почему же ты вмешалась? — Ну, когда я увидела, как тебе больно, моё тело само сдвинулось с места. — ...... Это был не мудрый выбор. Это было неразумное решение. Это было нелогичное действие. Но... — Если бы ситуация повторилась, я бы точно так же встала на твою защиту. — ...Даже зная, что я не умру? — Да. — ...Почему? Вопросы, переплетясь, подобно спутанной нити, заполнили мой разум. Почему, почему, почему, почему? Почему она пожертвовала своей жизнью, чтобы спасти мою? — Когда Астарот перестал нападать на тебя и повернулся ко мне... знаешь, о чём я думала? — ...Нет. Ирис опустила руку, ласкавшую мою щеку, и крепко сжала мою ладонь. — "Как хорошо". Она обхватила мою руку обеими ладонями и продолжила дрожащим голосом: — Как хорошо, что ты жив, Дейл. Вот о чём я думала. — ..... — Хи-хи. Звучит знакомо, правда? — Что значит знакомо? - спросил я, в недоумении склонив голову. — О боже, к чему этот театр, будто слышишь это впервые? Ирис с озорной улыбкой легко ткнула меня в нос. — Это ведь ты сказал мне, когда мы впервые заговорили, Дейл, помнишь? — ...Ах. Я неловко кашлянул при мысли об этом смущающем воспоминании из первого дня моего возвращения. «Если подумать, я ведь действительно подбежал и выпалил, что рад, не задумываясь». Если оглянуться назад, довольно неловкое воспоминание. — Ладно-ладно, хватит болтовни. Я почищу тебе фруктов, так что ложись. — Мм. Я проглотил слова и снова лёг на кровать. Внезапно. Воспоминания о том дне снова пронеслись в моей голове. День, когда небо окрасилось в багровый цвет. День, когда я услышал её последние слова. «Неужели Ирис тогда думала точно так же, как и сейчас?» Я не знаю. И, наверное, никогда не узнаю. Но... Какая разница, если я никогда не узнаю? — Скажи «а», Дейл. Я посмотрел на Ирис, державшую вилку с кусочком фрукта, и слабо улыбнулся. «Как хорошо». Как хорошо, что я всё ещё жив. * — ...Ты возвращаешься? — Да. Под обагрённым кровью небом. Золотистые глаза яростно блестели. — Ирис. Ты понимаешь, что говоришь? — Понимаю. — Понимаешь и все равно говоришь, что вернёшься? Юрен скрежетал зубами и уставился на Ирис. — Дейл пожертвовал своей жизнью, чтобы дать нам этот шанс. Если мы сейчас не сбежим, мы все погибнем. — Да, именно поэтому я вернусь одна. — Но если ты вернёшься сейчас, ты тоже умрёшь! — ..... Ирис поправила черную повязку на глазу и тихо произнесла: — Тогда... как же Дейл? — Дейл... Короткое молчание. Юрен сжал кулаки так сильно, что они могли бы захрустеть, с трудом выдавливая слова: — Дейл... не умрёт. — Конечно. У него есть Благословение Возрождения. — Тогда... — Но если демоны схватят его, он подвергнется невообразимым мучениям. До такой степени, что смерть покажется ему милосердием. — Это... — Я не могу оставить Дейла позади. — Ты...! Юрен грубо схватил Ирис за воротник. — Думаешь, я этого не знаю? А? Думаешь, я сам хочу сбежать и бросить Дейла? С отчаянием в голосе закричал он. — Но ты же прекрасно знаешь! Если мы умрём здесь... — Надежда человечества исчезнет, верно? — ...Да. Юрен прикусил губу так сильно, что пошла кровь. — Если ты не пойдёшь, я утащу тебя с собой во что бы то ни стало. — Ха. Холодный смешок сорвался с губ Ирис. — Знаешь что? — ...Что? — До сих пор я ни разу не наложила на Дейла исцеляющее заклинание. — ..... — Как бы сильно он ни был ранен, он все равно исцелился бы. Какую бы боль он ни испытывал, он все равно не умер бы. Использовать исцеляющую магию для кого-то другого было гораздо «практичнее», чем тратить её на исцеление Дейла. — Даже если бы он умер! Он бы просто вернулся к жизни!!! Ни разу. Она не использовала для него исцеляющую магию. — Пока он умирал сотни, тысячи раз, я... просто стояла и смотрела. Вот почему. Она не могла сказать Дейлу, что его жизнь ценна. Его жизнь не имела права быть ценной. Если его смерть могла спасти хотя бы ещё одну жизнь, это было правильным поступком. — Ты ведь знаешь, да? Каждый раз, когда Дейл кого-то спасает, он всегда кое-что говорит. — ..... — А? Ты же знаешь, да? Дейл спасал твою жизнь больше одного раза. — Он говорит: «Как хорошо, что ты жив». — Ха-ха, да. Он всегда это говорит, верно? Несмотря на то, что он умирал десятки, сотни раз. Несмотря на то, что он бесчисленное количество раз кричал от невообразимой боли. Он всегда говорит: «Как хорошо, что ты жив». Слова, которые он сам никогда не услышит. Он произносит их с яркой улыбкой. — Я умру через месяц. — ...Погоди. Что значит ты умрёшь через месяц? О чем ты говоришь? — Без «Семи Глаз» я слишком сильно злоупотребляла благословением богов. Настоящее чудо, что я продержалась так долго. — ..... — Я скрывала это, потому что не хотела заставлять Дейла волноваться, но теперь в этом нет никакой необходимости. Произнесла Ирис с грустной улыбкой. — Даже если я умру через месяц, если я сейчас сбегу и буду исцелять людей, я смогу спасти множество жизней. В этой войне наверняка пострадали многие. — ..... — Сотни... нет, тысячи жизней могут быть спасены. Но... — Я хочу вернуться туда, где находится Дейл. — ..... — Я ведь делала все возможное до сих пор... верно? Разве нет? Я спасла столько людей, даже наблюдая, как он умирает снова и снова... Я стала одним из пяти последних героев человечества. Поэтому... — Хотя бы раз... перед смертью... я хочу спасти его. Я хочу сказать ему... Что его жизнь ценна. Больше всего на свете. Что она бесценна. — ..... Ни слова не говоря, Юрен разжал пальцы на воротнике Ирис. — ...Юрен? — Иди. Бросив всего одно это слово, Юрен повернулся к Ирис спиной. Сжав рукоять меча на поясе так сильно, что она могла сломаться, Юрен зашагал прочь с унылым выражением лица. — ..... Ирис молча кивнула и развернулась. Туда, где черной тучей собиралась армия Бога Демонов. А затем... — Почему... Зачем ты это сделала! Почему ты вернулась?! Она нежно погладила его испачканную слезами щеку. — Хех, хех. Почему же? Хотя она знала, что он не умрёт, почему она чувствовала такое облегчение? — Я... так рада. Как хорошо, что ты жив. — Я... правда... рада. ---------- Том 1 Глава 40 Фестиваль Запечатывания подошёл к концу. Из-за беспрецедентной атаки демонических зверей фестиваль Запечатывания этого года войдёт в историю как худший со времён основания Академии Героев. Единственным утешением в этом трагическом событии было то, что среди простых людей и курсантов не было жертв. Хотя многие получили ранения, быстрые действия профессоров и некоторых курсантов предотвратили худшее. Но даже при отсутствии жертв можно ли было списать инцидент, в ходе которого демонические звери буйствовали в стенах школы, на обычную случайность? Школа объявила о бессрочном закрытии и бросила все силы на выяснение правды об этом происшествии. Ну, несмотря на громкие выражения вроде «бросив все силы», в конечном итоге выяснилось не так уж много. Результаты расследования оказались следующими: Морфеус, профессор, который являлся генеральным менеджером и ответственным за фестиваль лицом, на самом деле оказался демоном. Он замаскировал других демонов под торговцев и протащил их в школу, вызвав этот хаос. После буйства Морфеус исчез и сбежал с территории школы. Таково было официальное заявление школы. Естественно, после обнародования деталей инцидента школа столкнулась с потоком критики. Люди были в ярости от того, что демон проник в школу под видом профессора и годами действовал у них под носом, и никто этого не заметил. Они также были разочарованы тем, что школа не смогла установить, кем был демон, выдававший себя за профессора Морфеуса, каковы были его истинные намерения и почему был организован этот инцидент. Более того, главный виновник в итоге сбежал. Из-за этих проблем общественное мнение стремительно настраивалось против школы, но его едва удалось успокоить вмешательством нынешнего директора Академии Героев, знаменитого «Громовержца» Лионеля Рю, занимающего 3-е место в Рейтинге Героев трёх наций. [В этом инциденте виноват я, так как слишком долго отсутствовал в школе. Вините меня.] Конечно, никто не осмелился привлечь к ответственности героя, занимающего 3-е место в Рейтинге Героев трёх наций и являющегося героем престижнейшего рода Рю из Республики. Таким образом, с возвращением Лионеля Рю инцидент с демоническими зверями на данный момент посчитали исчерпанным, и Академия Героев собиралась возобновить нормальную работу после двухнедельного перерыва. * Внутри школьного лазарета находилась тренировочная площадка. Это было место, где пострадавшие курсанты могли проходить реабилитационные тренировки. — Похоже, у тех, кто пользуется личными палатами восстановления, есть и персональные тренировочные площадки. У денег определённо есть свои преимущества. Бип [Курсант-герой «Дейл Хан». Личность подтверждена.] Когда я открыл дверь с помощью Часов Героя, перед глазами предстала тренировочная площадка площадью в двадцать пхён (приблизительно шестьдесят шесть квадратных метров). — Ну-ка, посмотрим. Я мягко закрыл глаза посреди тренировочной площадки. Через свои энергетические каналы я распространил ману, дремлющую внутри моей стигмы. «Как и ожидалось, моя мана увеличилась после битвы с Астаротом». Конечно, я не получил бесконечное количество маны, как тогда, когда меня поглотило Первозданное Пламя. Количество маны, содержащееся сейчас в моей стигме, составляло примерно половину среднего объёма маны курсанта. Моя мана увеличилась примерно в полтора раза по сравнению с тем, что было до боя с Астаротом. «Важно то, что это увеличение произошло не постепенно, а разом». Обычно мана накапливается медленно с помощью ежедневных дыхательных упражнений. Конечно, бывают редкие случаи, когда ману можно значительно увеличить, принимая особые эликсиры или переживая внезапный прорыв, но это крайне необычно. — Значит, если бы я снова смог окутать себя Первозданным Пламенем, моя мана могла бы возрасти ещё раз... Первозданное Пламя, которое яростно окутывало всё моё тело, после битвы с Астаротом погрузилось глубоко внутрь моей стигмы и с тех пор не шевелилось. «Если бы я мог по своему желанию входить в состояние Воплощения Огня, в будущем мне не пришлось бы беспокоиться о мане». Воплощение Огня. Так я назвал явление, при котором Первозданное Пламя охватывало всё моё тело и яростно горело. «Но я всё ещё не знаю, почему вообще вошёл в состояние Воплощения Огня». Размышляя над воспоминаниями о том времени, я сформулировал несколько гипотез. «Первая гипотеза заключается в том, что это произошло из-за того, что я пережил много смертей за короткий промежуток времени». Я думал, что это самая правдоподобная гипотеза, поскольку из ежедневных тренировок маны, которые включают в себя переживание «смерти» четыре раза в день, я уже знал, что Первозданное Пламя реагирует на мою смерть. «Однако, как бы сильно я ни доводил себя до грани умственного истощения и смерти, я всё равно не мог войти в состояние Воплощения Огня». Даже после того, как я тайком ускользнул из палаты восстановления и многократно умирал и возвращался к жизни, Первозданное Пламя не проявляло никакой реакции. «Вторая гипотеза заключалась в том, что это могло быть вызвано истощением всей моей маны». Но и на этот раз Первозданное Пламя не сдвинулось с места. — Последняя гипотеза... Честно говоря, я скептически относился к этой гипотезе даже тогда, когда формулировал её. «Что Первозданное Пламя откликнулось на сильную волю». Когда мой разум был полностью сосредоточен на мысли о том, что я должен спасти Ирис, Первозданное Пламя внезапно поглотило всё моё тело и запылало с новой силой. — С точки зрения последовательности это имеет наибольший смысл... Но я всё ещё не был уверен, что это была истинная причина срабатывания Первозданного Пламени. — Это же не какая-нибудь манга в жанре сёнэн. (п.п. Я не знаю вольность ли это анлейта, или в этом мире реально есть манга.) Я тяжело вздохнул и покачал головой. В любом случае, проведя несколько тестов, я подтвердил одну вещь. «У меня сейчас нет возможности войти в состояние Воплощения Огня по собственному желанию». Если это так, лучше пока считать Воплощение Огня силой, находящейся вне моего контроля. «Поскольку я не могу её контролировать, я не могу считать её частью своей силы». Отбросив мысли о Воплощении Огня, я сжал меч. Если Воплощение Огня вне моего контроля, значит ли это, что единственное, что я извлёк из этого опыта, — это увеличившийся запас маны? «Это не совсем так». По руке распространилось покалывание, словно меч и моя рука слились воедино. Это было новое чувство, которого я никогда раньше не испытывал, даже после того, как владел мечом тысячелетиями, странствуя по континенту. «Моё владение мечом улучшилось». Наконец-то исполнив технику, которую я раньше мог только воображать в мыслях, моё фехтование, долгое время находившееся в застое, совершило резкий скачок вперёд, словно расчистился заблокированный путь. — Ну... правда, у меня получилось сделать это лишь однажды. И ко всему прочему, я больше не мог использовать эти техники теперь, когда Воплощение Огня рассеялось. Но подобно тому, как между нулём и единицей лежит непреодолимая стена, опыт применения девятой формы Солнечного Меча, которую можно исполнить лишь после достижения «вершины», укоренился в моём фехтовании, подняв его на новый уровень. «В результате мои боевые навыки также существенно улучшились». Говорят, что все пути в конце концов ведут к одной цели. То, что моё владение мечом улучшилось, не означало, что стало лучше только оно. Каждое движение, от основ до боевых техник, которым меня научил Беральд, стало заметно сильнее. — Мои навыки магии... честно говоря, всё ещё немного неуклюжи. Я ведь использовал магию барьеров во время боя с Астаротом. Однако в основном я изучал магию теоретически, поэтому мне всё ещё было некомфортно использовать её в реальном бою. «Теперь мне нужно начать практиковать магию более регулярно». В прошлом мне не хватало запаса маны даже для того, чтобы думать об использовании магии, но теперь ситуация изменилась. Если бы я мог использовать магию в бою так же естественно, как фехтование и боевые искусства, я бы получил гораздо большую силу, чем раньше. — Посмотрим... С моей нынешней силой я, пожалуй, смог бы сразиться с профессором Лукасом без использования усилителя стигмы. У меня возникло искушение тут же броситься к профессору Лукасу и вызвать его на дуэль, но... «Если я это сделаю, Ирис не станет сидеть сложа руки». Криво улыбнувшись, я продолжил тренировку в одиночестве в личном тренировочном зале. Бах! Говорят, стоит заговорить о тигре, как он и появится. Дверь тренировочного зала внезапно распахнулась, и вошла Святая с крайне взволнованным выражением лица. — Дейл! Разве я не говорила тебе спокойно отдыхать в постели? Когда это ты снова сюда пришёл?! — Нет, просто небольшое потоотделение на самом деле может помочь восстановиться... — Молчать! И так я был возвращён, в палату восстановления, под конвоем Ирис. * Просидев запертым в личной палате восстановления несколько дней из-за строгих приказов Ирис, я наконец испытал радость побега (?) и взглянул на яркий солнечный свет. — Ты мог бы остаться до окончания перерыва... — буркнула Ирис, надув губы, явно недовольная тем, что я покидаю отделение восстановления. — Мы же договорились, что ещё один день и всё. К тому же, Ирис, тебе не надоело постоянно приглядывать за мной? — Ну... — Ирис замолкла на полуслове и бросила взгляд на Камиллу, которая яростно сверлила её взглядом сзади. Камилла глубоко вздохнула и покачала головой. — Из Святого Королевства прибыла делегация, чтобы расследовать, действительно ли Святая не пострадала после недавнего инцидента. Сегодня он должен вернуться в общежитие. — Тц. Разве он не может остаться ещё хоть на денёк? — Нет. Камилла решительно покачала головой. Ирис с тоской посмотрела на меня, но в конце концов опустила плечи и направилась к общежитию. — ...Дейл. — Хм? Камилла нерешительно подошла ко мне. — Спасибо. Она глубоко поклонилась, почти под девяносто градусов. Хотя Камилла потеряла большую часть воспоминаний о недавнем инциденте из-за «Иллюзии» Астарота, казалось, Ирис рассказала ей о том, как я защитил её от нападения демонического зверя. Обычно она смотрела на меня с неодобрением, но теперь на её лице читалась искренняя благодарность. Я усмехнулся, глядя сверху вниз на кланяющуюся Камиллу. — Что это с тобой? Тебе не идёт. — Угх... З-заткнись! Камилла слегка покраснела и отвела взгляд. — В любом случае. Я правда это имею в виду. Спасибо. — Просто слова? — А? Хочешь награду? Если есть что-то, чего ты хочешь... — Эй, я шучу, шучу. Кому нужна награда за защиту возлюбленной из прошлой жизни? — Нет, мне кажется неправильным просто так отпускать это словами. Если тебе что-то нужно в качестве награды, просто скажи. — Хм. Награда от Камиллы, да? Мне ничего особо не приходило на ум, поскольку я делал это не в ожидании какой-либо награды. — Просто дай мне что-нибудь подходящее. — Подходящее? Это награда за защиту Святой! Она не может быть просто подходящей! — Тебе приходится нелегко, да? Ладно, просто дай мне то, что, по твоему мнению, понравится мне больше всего. — То, что тебе понравится больше всего?.. По какой-то причине Камилла покраснела и сделала шаг назад. Она нервно взглянула на меня, а затем закрыла грудь руками (хотя прикрывать там было особо нечего). — Я-я так и знала! Ты наконец показываешь своё истинное лицо! — А? — Угх. Ты... ну, то, что больше всего нравится мужчинам, и так очевидно, верно?! Лицо Камиллы стало ярко-красным, когда она закричала. — Э-этого ты хочешь, да? Фу-у, говоришь «нет» ртом, но твоё тело честно... или что-то в этом роде! Или ты хочешь загнать меня в ситуацию, когда ты скажешь: «Твои навыки фехтования первоклассны, но твоя нижняя половина — третьесортна»?! — Что за бред ты несёшь? — Ты... извращенец! — Нет, погоди. Извращенка тут ты. — Хм... Л-ладно! Я подготовлю награду... что-то, что удовлетворит мужчину! С этими словами Камилла торопливо побежала догонять Ирис. — ...Эх. Я тяжело вздохнул и направился к общежитию. ---------- Том 1 Глава 41 После выхода из клиники. Во время оставшихся школьных каникул я проводил время, курсируя между общежитием и полигоном, вбивая в своё тело недавно приобретённые навыки. Я цыкнул языком, поглядывая на календарь, висевший на одной из стен полигона. — Занятия снова начинаются завтра, да... Ни один курсант особо не рад началу нового учебного семестра, но причина моего сожаления заключалась не только в том, что завтра снова придётся посещать занятия. — Сегодня последний день, когда это место принадлежит только мне. Я коротко вздохнул, оглядывая пустой полигон. Во время школьных каникул немногие курсанты приходили продолжать личные тренировки, так что я мог пользоваться полигоном так свободно, словно арендовал его целиком. «Может, пора подать заявку на частный тренировочный зал». Как только занятия возобновятся, полигон заполнится курсантами. Учебная программа Школы Героев была достаточно суровой, чтобы за ней нельзя было успевать без дополнительных личных тренировок. — Ну, я не против делиться, но трудно игнорировать все устремлённые на меня взгляды... Особенно в последнее время, когда из-за различных инцидентов к моей персоне возросло внимание, использование общественного полигона неизбежно привлекало множество взглядов. «Но сегодня этому конец». Проблема заключалась в том, что, как и в случае с частной комнатой восстановления, для получения частного тренировочного зала требовалось определённое пожертвование. — Почему эта школа вечно норовит содрать с курсантов деньги? Конечно, если бы ты входил в топ-50 общей аттестации, можно было бы подать заявку на частный тренировочный зал без всяких пожертвований. — Ха-ха, чёрт. Что тут скажешь? Я занимал 472-е место из 472 в общей аттестации курсантов. Для Дейла Хана, курсанта-героя с самым низким рейтингом, не было никакого способа подать заявку на частный тренировочный зал без крупного пожертвования. «Когда там вообще следующий тест общей аттестации?» Я и подумать не мог, что настанет день, когда я буду надеяться на скорейшее проведение аттестационного теста. — Пожертвование, да... Хм. Подумав о «друге», который автоматически всплывал в памяти, когда заходила речь о деньгах, я направился к выходу с полигона. — А? — Ай! Говорят, стоит заговорить о тигре, как он тут как тут. Правда, в данном случае тигр пытался убежать, а не появляться. Как бы то ни было. Мой дорогой друг Джульет Кан, попытавшийся сбежать в тот самый момент, когда увидел моё лицо, был быстро пойман, стоило мне сделать шаг к нему. — Куда это ты так спешишь? — Кха! Джульет, пойманный за шкирку. Я изобразил дружелюбную улыбку и закинул руку ему на плечо. — Эй, давно не виделись! — Д-да. Д-давно не виделись. — Что делал во время каникул? — Я... просто ездил домой... — О? Ездил домой? Когда я прищурился, Джульет вздрогнул от неожиданности. — К-конечно, я ничего о тебе не говорил! Клянусь Семью Богами, абсолютно ничего! — Ха-ха-ха! Значит, тебе было стыдно сказать родителям, что ты завёл друга, да? — А? О... Д-да, что-то вроде того. Конечно, конечно. Вполне логично. В нашем возрасте говорить с родителями о друзьях бывает немного неловко. Я понимаю. — Так... чего тебе нужно? Осторожно спросил Джульет, и голос его стих. Я ухмыльнулся и сильнее сжал руку, лежащую у него на плече. — Разве мне нужна причина, чтобы пообщаться с другом? — А? О нет. Я не это имел в виду... — Я просто к тому, что давай перекусим. — ...Ты имеешь в виду, как обычно, когда я приношу хлеб и молоко? И оставляешь 5 золотых... Нет, не в этот раз. — Нет. Сегодня отправимся в курсантскую столовую. Я угощаю. — Что...? Ты угощаешь? Серьёзно? Глаза Джульета расширились от неверия моему предложению. Я искривил губы в усмешке, глядя, как он моргает от изумления. — Я вечно паразитирую на тебе. Стоит и мне разок угостить тебя. — ...Правда? — Конечно. В конце концов, скоро настанет момент, когда я буду «занимать» у него крупную сумму денег для подачи заявки на частный тренировочный зал. Угостить его едой перед тем, как одалживать деньги на пожертвование, было невеликим делом. — Ну что ж, тогда пошли в столовую, друг! — Эм, ладно. С этими словами мы с Джульетом направились в курсантскую столовую, расположенную в здании пристройки. В отличие от роскошной столовой в главном здании, в столовой пристройки предлагались недорогие, но питательные блюда. — Значит, это и есть столовая пристройки... — Ты здесь впервые? — Д-да. Обычно я хожу в столовую главного здания. — А, логично. Джульет был сыном главы одного из пяти ведущих конгломератов Республики. Естественно, он пользовался только безумно дорогой столовой в главном здании. — Считай это новым опытом. Здесь полно блюд, которых не найти в главном здании. Я подвёл Джульета к входу в столовую пристройки. Бип. [Курсант-герой «Дейл Хан». Личность подтверждена.] Когда я поднёс Часы Героя к устройству распознавания у входа, надёжно запертая дверь столовой открылась. Внутри суетились курсанты, набирая еду и трапезничая. «На полигоне не было ни души, зато тут полно народу». Ну, каникулы каникулами, а людям всё равно нужно есть. — Посмотрим, что сегодня за особое блюдо... О, у них есть жареная свинина в остром соусе? Жареная свинина в остром соусе — одно из традиционных блюд Республики, наряду с рамёном. — ...Жареная свинина в остром соусе? — Что? Ты не знаешь жареную свинину в остром соусе? — Я слышал о ней... но никогда не пробовал. Никогда не пробовал жареную свинину в остром соусе? Я посмотрел на Джульета с отвисшей челюстью. — Ты же гражданин Республики, верно? Как ты мог ни разу не попробовать жареную свинину в остром соусе? — Мой отец говорил, что такая простонародная еда вредна для здоровья и не стоит того, чтобы её есть... Да уж, слов нет. Твой отец ещё тот кадр. — Идём. Я покажу тебе, какова жареная свинина в остром соусе на вкус. — Х-хорошо. Нерешительно следуя за мной, Джульет наблюдал, как я положил на поднос две порции жареной свинины в остром соусе и направился к столу. — Значит, это и есть жареная свинина в остром соусе. Джульет с любопытством и блеском в глазах смотрел на покрытую блестящим красным соусом свинину. Осторожно подцепив палочками кусочек свинины, блестящий от красного соуса, он положил его на горку белого риса и откусил. — ...! Его глаза широко раскрылись от шока, и он начал взволнованно притоптывать ногами. — Ну как? Вкусно же? — Д-да! Очень вкусно! Джульет энергично закивал и торопливо доел оставшуюся жареную свинину в остром соусе. — Фух. Это было потрясающе... — Всё доел? — О да. Я отлично поел. — Просто отнеси свою тарелку вон туда, к стойке возврата. — А? Разве персонал не уберёт её, если я просто оставлю? — Не в столовой пристройки, сопляк. Чёрт возьми, клянусь, с богачами невозможно договориться. — Если закончил есть, давай выходить. Только я собрался вывести Джульета из курсантской столовой... — А? — Что происходит? Я заметил группу курсантов, столпившихся у выхода. — Почему все собрались там, а не уходят? Испытывая любопытство, я подошёл к входу и быстро узнал причину. — Что это? Почему Часы Героя её не распознают? — Разве твои Часы Героя не сломались? — Подвиньтесь. Я попробую открыть. Один курсант шагнул вперёд и поднёс свои Часы Героя к устройству распознавания, установленному у входа. В обычных условиях дверь должна была автоматически открыться при распознавании часов. Однако по какой-то причине устройство, которое отлично работало, когда мы входили, теперь не реагировало. — Сломалось? — Похоже на то. — Это... это снова нападение, как во время Фестиваля? Или, может, снова демоны... Один курсант отступил назад, его лицо побледнело от страха. Остальные курсанты бросили на него взгляды и недоверчиво цыкнули языками. — Эй, не болтай чушь. — Неужели ты думаешь, что демоны настолько безумны, чтобы проникать в школу? — Н-но ведь нападения демонических зверей во время Фестиваля тоже никто не ожидал, верно? — Да. И если подумать, виновника того инцидента так и не поймали... Возможно, с момента нападения прошло не так много времени, но даже незначительная проблема, вроде этой потенциальной неисправности, заставляла курсантов нервничать и тревожиться. — Говорю вам, оно просто сломалось... — Пусть кто-нибудь уже свяжется с профессорами! — Отойдите от двери! Страх распространялся как болезнь, быстро охватывая курсантов. Шум нарастал, как вдруг... — Ха-ха-ха! Не бойтесь, все! Я открою дверь своим заклинанием «Отпирание»! Громовой голос, громкий так, словно проглотил колокол, разнёсся по столовой. Все взгляды обратились к источнику голоса. Там к входу уверенно шагал массивный, мускулистый курсант, чья форма казалась трещит по швам. — ...Разве это не герб Отделения Магов? — Да ладно, этот парень из Отделения Магов? — Да брось, это нелепо... — Разве он не тот самый печально известный негодяй из семьи «Рю»? — О, я тоже слышал слухи. Он же второкурсник, верно? С короткими чёрными волосами и бородой, широкими плечами и ростом, приближающимся к двум метрам, этот курсант выглядел так, будто ему положено размахивать топором или булавой. И тем не менее герб на его левой груди указывал на то, что он из Отделения Магов, а не Отделения Воинов. — ...Ты. Мои глаза расширились, когда я узнал вышедшего вперёд курсанта. — Все отойдите в сторону! Массивный курсант протиснулся сквозь толпу собравшихся студентов и схватился за ручку наглухо закрытой двери. — Хррааааах! С яростным криком гигантский курсант потянул за ручку двери изо всех сил. Хрусть! Треск! Щёлк! Стена треснула, а стальная дверь смялась, как бумага. — Отпирааание!!! С рёвом, который больше походил на боевой клич... Бац! Наглухо закрытая дверь наконец была сорвана с места. Держа смятую дверь в одной руке, курсант-гигант ухмыльнулся. — Все это видели? Вот в чём сила заклинания «Отпирание»! — ... — ... Столовая погрузилась в оцепенелое молчание. Курсанты могли лишь в шоке пялиться на смятую дверь. — ...Эх. Я усмехнулся, глядя на курсанта, сорвавшего дверь. — Ты всё так же постоянен в своём идиотизме, да? Давно не виделись. Беральд Рю. ---------- Том 1 Глава 42 — А? Услышал ли он мой голос? Беральд, который держал помятую дверь в одной рукою с победоносным выражением лица, перевёл взгляд на меня. Его глаза заискрились, как звёзды, когда он увидел меня. — О, да это же брат Дейл! Громко крикнул Беральд, приближаясь ко мне. — Хе-хе. Я в последнее время везде слышу слухи о тебе... Что вообще произошло? Беральд был единственным, кто имел со мной связь до моего возвращения. «Ну, честно говоря, связь была так себе». Мы впервые встретились на сезонных дополнительных занятиях в прошлом году, когда оба завалили один из обязательных гуманитарных курсов: «Принципы и понимание магии». Говорят, дураки видят друг друга издалека. Он был известен как позор семьи Рю, а я, вечный кандидат на последние места, естественно, тянулся к нему. — Говорят, ты вырубил профессора Лукаса одним ударом, поставил кандидата на роль следующего Меча Святого Королевства на колени одним приёмом... Беральд замолк, словно даже сам не верил в то, что говорит. — Я также слышал, что во время недавнего инцидента с демоническими зверями ты в одиночку перерубил десятки демонических зверей... Это правда? — Ну, отчасти. — Отчасти? Значит, эти слухи не совсем ложь? Глаза Беральда расширились от неверия. Конечно, я лучше кого-либо понимал, сколь нелепо эти слухи должны были звучать для того, кто знал меня раньше. — Ты что, нашёл какое-то магическое зелье в горах или вроде того? — Не совсем... Я размышлял, как объяснить ему это так, чтобы он принял, но быстро пришёл к выводу, что мне не нужно всё усложнять. — Скажем так, на меня снизошло озарение, что-то в этом роде. — Озарение! Воскликнул Беральд, и его глаза заблестели от волнения. Озарение. Его часто использовали для описания внезапного роста героя, застрявшего на тупиковом этапе. «Честно говоря, это нелепое оправдание». Сколько бы озарений у тебя ни было, всё равно невероятно, чтобы тот, кто всю учёбу плёлся в самом конце рейтинга, вдруг стал достаточно сильным, чтобы избить профессора. Но... «Беральд не станет ставить мои слова под сомнение». Дело было не в том, что он глуп, и не в том, что у него наивный характер, не подозревающий других. Причина, по которой я верил, что он не усомнится в моих словах, была проста. — А! Я так и знал! Я всегда верил, что ты сможешь это сделать, брат! Воскликнул он, выпячивая грудь и сжимая кулаки. — ...Серьёзно? — Конечно! Разве я не говорил этого с самого момента нашей первой встречи? Я знал, что тебе суждено стать великим героем! И правда. У этого парня всегда была эта необъяснимая вера в меня. Я понятия не имел, что он во мне разглядел, раз был так уверен. Даже когда в прошлый жизни я выпустился в самом хвосте класса, Беральд твёрдо стоял на своём. -Не переживай! Я знаю, что однажды ты станешь великим героем! Это была чистая вера, лишённая каких-либо доказательств или логики. Именно поэтому я думал, что он не станет ставить под сомнение моё нелепое оправдание насчёт озарения и внезапного обретения силы. — Ха-ха! Теперь мне так легко на душе! Тебе, должно быть, пришлось через многое пройти, брат! — Да, спасибо, дружище. Беральд похлопал меня по плечу, ухмыляясь так, будто это он сам пережил озарение. Через мгновение его взгляд переместился на человека, стоявшего рядом со мной. — Кстати, а это кто? — О, это Джульет Кан. Он мой друг. — А, так он твой друг! Рад знакомству. Я Беральд Рю! Широко улыбаясь, сказал Беральд и протянул свою большую руку. — О? Эм, привет. Я Джульет. — Хе-хе. Как вы с братом Дейлом познакомились? — Ну... это... Лицо Джульета застыло. Я ухмыльнулся и включил свои Часы Героя. — Дайте-ка посмотреть... У него довольно уникальное хобби, понимаете ли? — А! Нет, не надо! Как только экран Часов Героя засветился, Джульет в панике закричал. Я рассмеялся, глядя на Джульета, который был на грани слёз. — Почему? — В смысле почему?! Ты же обещал держать это в секрете! — Хм? Что за хобби может заставить тебя так нервничать? — Н-ничего! Правда! Джульет быстро сменил тему. — В любом случае, ты Беральд Рю... Тот самый из семьи Рю, что и директор Лайонел, верно? Громовержец Лайонел Рю. Он занимал третье место в рейтинге героев трёх стран, а также был директором Академии героев. — Семья... Рю, да? На мгновение лицо Беральда окаменело. Но это длилось лишь краткий миг. Вскоре он снова стал прежним весёлым собой и широко улыбнулся. — Да, но я из боковой ветви семьи, так что у меня не так много общего с директором Лайонелом. — О, понятно. И всё же впечатляет быть частью семьи Рю. Джульет с восхищением посмотрел на Беральда. Семья Джульета тоже была достаточно престижной, чтобы вызывать уважение в Республике, но она не шла ни в какое сравнение с семьёй Рю. Семью Рю часто упоминали наряду с имперской семьёй Бастиан, известной выращиванием выдающихся магов. Это был знаменитый и древний род, заслуживший свою репутацию ещё до того, как люди из мира «Корея» перебрались в Республику пятьсот лет назад. — Вот как? Горько улыбнулся Беральд и замолк. Джульет, казалось, ничего не заметил, но я насквозь видел чувства Беральда благодаря воспоминаниям из прошлой жизни. «Ему не слишком приятно слышать похвалу в адрес своей семьи». Беральд рос в условиях суровых насмешек со стороны семьи за неспособность нормально обращаться с магией. «Особенно учитывая, что он был из боковой ветви, а его магические навыки оставляли желать лучшего». Так он и заработал прозвище Позор Семьи Рю. Семья, из поколения в поколение рождавшая великих магов, и он — застрявший на уровне грубой силы. «Неудивительно, что в прошлой жизни мы так хорошо ладили». Герой из хвоста рейтинга и позор престижной семьи. Какое подходящее сочетание. — Но в любом случае. На этот раз Беральд сменил тему. — Ты обедал перед тем, как выйти? — Да. А ты? — Хе-хе. Я сам только что плотно пообедал. Беральд похлопал своей большой рукой по своему плотному животу. — Что ел? — Конечно же, жареную свинину. — Ты человек со вкусом. — Хе-хе. Ты ведь тоже ел жареную свинину, брат? Беральд широко улыбнулся мне, и я с готовностью кивнул. — Если ты гражданин Республики, это обязана быть жареная свинина. — Ха-ха-ха! Мы с тобой действительно на одной волне, брат! Он запрыгал вокруг, словно танцуя, закинув руку мне на плечо. Ощущение было не из приятных из-за его каменных мышц. «Это навевает воспоминания». Тогда, когда мы странствовали по континенту, чтобы остановить возрождение Бога Демонов, вместе с нашими товарищами. Мы собирались вокруг костра, обнявшись за плечи, и пили напитки так, будто завтра не наступит. -Давай, брат! Опрокинь этот напиток залпом! -Ладно! Будем пить до упаду сегодня ночью! -Ха-ха-ха! Даже если ты умрёшь, брат, ты ведь вернёшься к жизни, верно? -Вы все знаете, что завтра нам нужно вставать рано, верно? -Эй~ не будь таким занудой. Юрен, присоединяйся к нам выпить! -Беральд, замолчи. Ты мешаешь мне читать. -Ну, если ты засиживаешься допоздна за чтением, неудивительно, что София не растёт, да? -Ты хочешь умереть, Беральд? -Хе-хе. Все, пейте в меру. Как сказал Юрен, завтра нам нужно встать рано. -Хе-хе. Значит, ты и сегодня будешь спать в палатке брата, невестка? -О боже, это совсем другая история. -Ха-ха-ха! Как одиноким мужчинам пережить эту ревность? Мы пили и болтали: Беральд и я глушили алкоголь, Юрен тихо отчитывал нас, а София читала книгу в углу. А ещё там была Ирис, которая тепло улыбалась, приглядывая за нами. Просто обычный момент, ничего особенного. Но бесконечно драгоценная страница воспоминаний, теперь вырванная напрочь. — ...Цц. Я коротко цыкнул языком на всплывшие в памяти воспоминания. «Нельзя вечно копаться в прошлом». Если страницы моих воспоминаний были вырваны, Всё, что мне нужно сделать, — это создать новые. «Теперь у меня есть такой шанс». Я посмотрел на Беральда, который ярко улыбался, и мои глаза остро блеснули. Судя по его сердечному смеху, он может показаться человеком, живущим без единой заботы в мире. «Но так подумают лишь те, кто не знает Беральда». Я знаю. Только я знаю. Сколько всего он подавляет в себе под этим громким смехом. — Ха-ха. Кстати, пробуждение... Похоже, мне больше не придётся ходить с тобой на дополнительные занятия, брат. С горькой улыбкой продолжил Беральд. — Стыдно признаваться, но... Кажется, в этот раз я снова провалюсь. — Семестр только начался. У тебя ещё полно времени. — Хе-хе. Это правда. Глубокий вздох вырвался с губ Беральда. — Я учу магию уже много лет, а до сих пор не могу нормально сотворить даже простой магический снаряд... Хе-хе. Если это не талант сам по себе, то я уж и не знаю, что это. Самоуничижительная улыбка. — Во всяком случае, хорошо, что по крайней мере ты, брат, увидел свет в этот раз. — ... Я молчал, наблюдая, как Беральд слабо опустил плечи. «Если подумать, к этому моменту Беральд ещё толком не начал тренировки по боевым искусствам». Возможно, он тут и там размахивал кулаками, Но это была лишь грубая сила, опирающаяся на его природную мощь. Это были не настоящие боевые искусства. «Идеальное время». Я планировал навестить своих товарищей одного за другим, и именно сейчас столкнулся с Беральдом. Если заимствовать слова Ирис, это, должно быть, то, что называют «руководством семи богов». «Согласно моему первоначальному плану, я собирался заговорить зубы Джульету, чтобы добыть достаточно золота для аренды личного зала для тренировок». Но теперь появилось кое-что поважнее. — Эй, у тебя есть планы на вечер? — Хм? Нет, ничего особенного. — Отлично. Тогда... Я широко ухмыльнулся. Внезапно В моей памяти промелькнуло ещё одно воспоминание из прошлой жизни. Воспоминание о том, как Беральд учил меня боевым искусствам. Поскольку я был безнадёжно нескладным, ему приходилось повторять одни и те же движения снова и снова, но он ни разу не произнёс ни слова жалобы. На его лице всегда сияла та самая яркая, сердечная улыбка, И он молча вёл меня вперёд. «В таком случае». Теперь настала «Моя очередь вести тебя». Я улыбнулся, глядя на Беральда, и произнёс: — Как насчёт того, чтобы поучиться боевым искусствам у меня? ---------- Том 1 Глава 43 Расставшись с Джульетом, я направился на тренировочную площадку с Беральдом. «Пожалуй, вполне в духе семьи Рю». У Беральда уже была собственная тренировочная площадка, которую я собирался арендовать на золото, одолженное у Джульета. — Приятно иметь собственную тренировочную площадку. Звукоизоляционный барьер вокруг неё особенно хорош. — Это то, что предоставила семья. Беральд горько улыбнулся, переодеваясь в удобную спортивную одежду. Слегка разминаясь, он спросил: — Кстати, с чего вдруг такой интерес к изучению боевых искусств? Ты тоже забыл, что я курсант отделения магов? То, что он сказал «тоже», намекало на то, что окружающие часто принимали его за курсанта отделения воинов. «Пожалуй, кто бы поверил, что человек с таким телосложением — курсант отделения магов?» Честно говоря, я и сам думал, что он с отделения воинов, когда мы впервые встретились на дополнительных занятиях. «Я даже думал, что он старший студент». Было довольно шокирующе узнать, что Беральд на самом деле курсант отделения магов на курс младше меня. К настоящему моменту я уже привык, так что меня это не беспокоит, но тогда это удивило. — Нет никакого правила, гласящего, что курсанты отделения магов не могут изучать боевые искусства. — Ну, это верно... Беральд почесал затылок с неловкой улыбкой. — Ладно, хорошо. Если только попробовать слегка. Он сжал кулак и кивнул. — Ну тогда давай начнём с лёгкой проверки. — Проверки? — Мне нужно узнать твой текущий уровень. — А, понятно. Беральд принял стойку, поняв мою мысль. — Фу... Он поднял оба кулака на уровень лица и слегка согнул колени. Его дыхание было коротким, он расслабил мышцы, готовый сорваться с места в любую секунду. Несмотря на то, что его никогда не учили, он интуитивно принял правильную стойку. «У него действительно природный талант к дракам». Я слабо улыбнулся и сделал шаг назад, увеличивая дистанцию между нами. Я даже не утруждал себя принятием стойки. Я стоял расслабленно, почти как будто только что проснулся, руки свободно висели по бокам, а спина была прямой. — ... Брови Беральда слегка дёргались, когда он оценивал мою позу. В ней не было ни намёка на готовность к бою. — Хех. Похоже, ты познал какое-то глубокое просветление с тех пор, как мы виделись в последний раз. Чувствовал ли он себя оскорблённым? Глаза Беральда свирепо блеснули, а кулаки сжались ещё сильнее. — Но позволь сказать тебе одну вещь, брат. Стигма, выгравированная на левой груди Беральда, начала светиться, и по его телу распространилась мана. — Может, я и не силен в магии, но в своих кулаках уверен на все сто. Бах! С тяжёлым звуком, эхом разнёсшимся по тренировочной площадке, массивное тело Беральда бросилось вперёд с устрашающим импульсом. Расстояние между нами сократилось в мгновение ока, и его насыщенный маной кулак свистнул по направлению к моему лицу со свирепым звуком. Действительно, это был точный удар, заставлявший поверить с трудом в то, что раньше он никогда по-настоящему не учился боевым искусствам. — Что ж, это хорошо. Бум. Я неторопливо протянул руку навстречу летящему кулаку. Словно ястреб, схвативший свою добычу, я перехватил запястье Беральда, пнул его по щиколотке и резко потянул вниз за захваченную руку. — Я тоже весьма уверен в своих кулаках. В одно мгновение крупная фигура Беральда оторвалась от земли. Небесный Переворот. Боевое искусство, которому меня в прошлом научил сам Беральд, словно повернуло время вспять и перевернуло его тело вверх тормашками. Бах! — Ух! Беральд застонал от боли, рухнув на пол тренировочной площадки и хватая ртом воздух. — Что такое? Уже всё? — Ух... Ты и правда в чём-то просветился, чтоб тебя! Беральд покачнулся, поднимаясь на ноги, и снова бросился на меня. Топ, топ, топ! Земля на площадке задрожала, словно от землетрясения, и его двухметровая фигура понеслась на меня. — Думаешь, сможешь победить просто за счёт грубой силы? Вместо того чтобы увернуться от жуткого рывка Беральда, я бросился ему навстречу. Массивный кулак взметнулся с невероятной силой. Кулак Беральда столкнулся с моим. Бац! Как только наши кулаки соприкоснулись, раздался звук, похожий на взрыв, и кулак Беральда отбросило назад. — Гррр! Несмотря на то, что чистая сила Беральда и мана в его кулаке превосходили мои, он отшатнулся, схватившись за руку стоная при отступлении. Я сделал шаг вперёд навстречу отступающему Беральду. — Если бы грубая сила решала всё, зачем тогда вообще нужны боевые искусства? Топ, топ, топ! На этот раз мои кулаки безжалостно обрушились на тело Беральда. — Ух! Гах! Сначала удар в губной желобок. Затем два удара подряд в горло и солнечное сплетение. Я ударил его ногой по колену, ломая стойку, и взмахнул рукой словно ножом, ударив по макушке. — Ух! Беральд схватился за голову обеими руками и издал странный вопль. — Хочешь ещё? — Н-нет! Хватит! Я сдаюсь! Разница между нами была настолько огромной, что продолжать бой не было никакого смысла. Беральд недоверчиво моргнул, уставившись на меня. — Грр, где ты научился таким приёмам? — Ну... Я замолчал с лёгкой улыбкой на вопрос Беральда. — ...Кто знает? Как я мог сказать ему? Что тот, кто научил меня этому — не кто иной, как он сам. Что я существую благодаря ему. — Хм. Можешь не рассказывать, раз об этом трудно говорить. Беральд покачал головой, поднимаясь на ноги. — И все же я думал, что уверен в своих кулаках... Похоже, курсанты отделения воинов находятся на совершенно другом уровне. — Нет, дело вовсе не в этом. — Хм? Что ты имеешь в виду? — Готов поспорить, если выстроить в ряд всех курсантов отделения воинов, лишь немногие смогут победить тебя в рукопашном бою. Хотя Беральд утверждал, что никогда не изучал боевые искусства, он уже был исключительно искусен. У него был природный, почти абсурдный уровень силы, подкреплённый огромным количеством маны. Его удары были тяжёлыми, но в то же время резкими, из-за чего трудно было поверить, что он никогда не учился боевым искусствам. Он даже инстинктивно подстраивал дыхание под свои движения. «У него действительно врождённый талант к бою». Он не смог оказать мне достойного сопротивления и в итоге был избит в одни ворота по одной причине. «Потому что его противником был я». Это могло прозвучать высокомерно, но между нами лежала пропасть, которую не мог преодолеть никакой талант. Даже профессор Лукас не имел бы шансов против меня в рукопашном бою, так как же Беральд, даже не изучавший толком боевые искусства, мог со мной тягаться? «Не принимай это близко к сердцу». Ведь именно благодаря тебе я стал тем, кто я есть сейчас. — Но то, что ты только что показал... Ты уверен, что это боевое искусство? — А? — Это казалось... совсем не похожим на то, что я знаю о боевых искусствах. Беральд сузил глаза, продолжая говорить: — Когда наши кулаки столкнулись ранее, разве ничего не произошло? Что-то взорвалось ещё до того, как твой кулак коснулся моего, и мой кулак отбросило назад. — ... — Я не уверен, как именно это описать... Но это больше походило на магию, чем на чистые боевые искусства. — ...Хах. Я не удержался и тихо усмехнулся. «Ну, в конце концов, это боевое искусство, которое ты создал сам». Я не ожидал, что он так быстро сообразит. — Ты прав. Это боевое искусство может полностью использовать только тот, кто изучил магию. — Боевое искусство, для использования которого нужна магия...? Разве такое существует? — Да. Я тихо кивнул, и Беральд издал тихое мычание. — Как называется это боевое искусство? — Название? — У боевого искусства такого уровня должно быть название, верно? — Название... Я подавил тихий смешок и покачал головой. Внезапно в памяти всплыл осколок прошлой жизни. -Эй, если подумать, как называется это боевое искусство? -Название, говоришь? -Ага. Ты тут понемногу отовсюду набрал, но в целом это созданное тобой боевое искусство, верно? -Ну, я как-то никогда не задумывался над его названием. -Эй, ты создал боевое искусство такого калибра, и говоришь, что у него нет названия? -Ха-ха-ха! Если ему нужно название, давай назовём его «Боевое искусство Беральда»! -Серьёзно, ты выбираешь такое название? -Разве оно не крутое? Я покачал головой, наблюдая, как Беральд пожимает плечами. -Есть ведь названия вроде Тайцзи или Кулак Пяти Стихий... Разве они не классные? -Ха-ха! Но мне нравится «Боевое искусство Беральда»! -Почему? -Единственные люди на этом огромном континенте, кто знает это боевое искусство — это ты и я. -И? -Раз у тебя бессмертное тело, ты проживёшь долго, верно? Наш старик говаривал, что с возрастом начинаешь забывать даже имена собственных детей. -... -Но как бы долго ты ни жил, ты не забудешь название техники, которой овладел на всю жизнь, даже спустя тысячи лет, верно? Вот почему — «Боевое искусство Беральда». -Даже если я умру, хотя бы запомни название. -Никто не умрёт, идиот. -Хе-хе. В любом разе, раз это боевое искусство создал я, то и называть его мне! -Эх. Ладно, назовём его «Боевое искусство Беральда». Но не говори глупостей о смерти. -Ха-ха! Конечно! Похож ли я на того, кто легко умрёт? Я буду жить до тех пор, пока не расколочу голову этому Повелителю Демонов и не размажу его мозги по стенам... ну, ты знаешь! -Да-да. Я приберу за тобой, когда придёт время. Вскоре после этого Беральд лежал передо мной холодный и безжизненный. — ... Я сжал кулак, и между суставами вздулись толстые вены. — А? Брат? Что-то не так? — Нет, ничего. Просто задумался на секунду. — Хмм. Так как же всё-таки называется это боевое искусство? — Называется... Я взглянул на Беральда и пожал плечами. — У него нет названия. — Что? У боевого искусства такого уровня даже нет названия? — Боевые искусства в целом считаются второстепенным навыком. — И все же... Беральд вздохнул и с неверием покачал головой. — Тогда как насчёт этого? — А? Насчёт чего? — Если ты полностью овладеешь этим боевым искусством... Припиши к нему своё имя. — Моё имя? — Ага. Я кивнул и продолжил: — Мы назовём его «Боевое искусство Беральда». — Как я могу приписать своё имя к боевому искусству, которому научился у тебя? Если уж на то пошло, оно должно носить твоё имя. — Заткнись, идиот. Раз я сказал, что мы сделаем так, значит, так тому и быть. Иначе я не буду тебя учить. — Хмм. Беральд озадаченно посмотрел на меня, проглотил вздох, а затем кивнул. — Ладно, если я полностью овладею боевым искусством, которому ты меня учишь, я так его и назову. — Хорошо. Тогда давай начнём. Я посмотрел на Беральда и поднял два пальца. — Есть два основных способа обращения с маной. Первый — циркулировать её внутри, чтобы влиять на внутренний мир. Второй — высвобождать её наружу, чтобы влиять на внешний мир. Гармоничное слияние этих двух методов было ключевым принципом боевого искусства Беральда. — П-почему ты вдруг читаешь лекцию о мане? Я думал, ты собираешься учить меня боевым искусствам? — Просто слушай, идиот. Тебе нужно это понять, чтобы использовать боевое искусство, которому я собираюсь тебя научить. — Тьфу, у меня туго с теорией... Беральд умолк, выглядя унылым. Видя, как он падает духом ещё до того, как мы начали, мне захотелось дать ему подзатыльник. «Держи себя в руках». Разве в прошлой жизни, когда Беральд впервые предложил мне изучать боевые искусства, у меня не была точно такая же реакция? — Обычно, когда мы говорим о «магии», мы имеем в виду использование маны для влияния на внешний мир... иными словами, на макромир. — Вот как? — ...Что значит «вот как»? Этому учат на первом курсе, идиот. — Хмм! Странно... Не помню, чтобы я это учил... — ... Держи себя в руках. Держи себя в руках. В прошлой жизни Беральд, должно быть, находил меня таким же бесячим, но он никогда не говорил ни единого грубого слова, обучая меня. — В общем... Здесь важнее не видимые эффекты в макромире, а микромир. — О, микромир! Так вот оно что! Беральд кивнул, поглаживая подбородок, словно наконец всё понял. «Верно. Даже если он не посещал занятия, он должен знать хотя бы такие элементарные основы». Почувствовав себя немного довольным собой, я продолжил объяснение. — Никогда бы не подумал, что у нас одинаковые вкусы, брат! — Чего? О каких вкусах мы вообще сейчас говорим? — Ха-ха! Если речь заходит о женщинах, то изысканные и зрелые дамы действительно выделяются, верно? — Нет. Какую чушь он несёт теперь? — Женщина с печальным прошлым и одиноким сердцем! Глубокое очарование, которым никогда не будут обладать юные девушки... — Заткнись. — А? Что заткнуться? — Иди головой об стену постучись. Вот же идиот... (п.п. Видимо, при переводе на английский потерялся какой-то каламбур ¯\_(ツ)_/¯) ---------- Том 1 Глава 44 Ах, теперь я наконец понимаю, Беральд. Как же сильно ты, должно быть, мучился, обучая меня в прошлой жизни. «Как тебе удавалось учить меня без единого мата?» Может быть, дело в том, что я впервые сам учу кого-то, а не учусь у других, а может, моя натура просто прогнила. Меньше чем через пять минут после того, как я начал преподавать боевые искусства, план «усердно учить, не используя ни единого бранного слова» тут же полетел к чертям. Нет. Точнее будет сказать, что у меня не было выбора, кроме как отказаться от него. — Микромир! А? Ты думаешь, это обозначение микромира, сумасшедший ублюдок?! — Кхм! Погоди, ты хочешь сказать, что предпочитаете молодых девушек, брат?! — Что за чушь ты несёшь? — Наложить руку на несовершеннолетнюю — это преступление! — Нет. Как я мог не избить его до полусмерти, когда он несёт такую чушь? — Эх… Ну твою мать. После столь весёлого (?) урока боевых искусств, наполненного матом и насилием, я договорился встречаться с Беральдом дважды в неделю. Каждый вторник и четверг мы договорились проводить по два часа за практикой боевых искусств. «Я бы с радостью тренировал его каждый день, если бы мог, но…» У меня была своя гора дел, поэтому я не мог позволить себе сосредоточиться только на Беральде. «Но даже при таком объёме тренировок Беральд сможет продолжить развиваться самостоятельно». Что касается боевых искусств, Беральд — гений, не уступающий Юрену. Он гений, который, научившись чему-то одному, может самостоятельно постичь ещё десяток или сотню вещей. Нет никаких причин оставаться и обучать его каждый день. «На самом деле это даже может помешать его росту». В общем. С Беральдом пока разобрались. — Теперь остались Юрен и старшая София… Я планирую связаться с ними в ближайшее время. «Но прямо сейчас это сложно». Пока что к старшей Софии трудно подойти, потому что мы учимся на разных курсах. Даже если бы я попытался, мне было бы трудно обучать её магии. «В вопросах магии я знаю только теорию, сам я практиковался мало». Хотя я мог грубо имитировать владение мечом и боевые искусства без магии, магию в принципе невозможно использовать без маны. «Думаю, со старшей Софией лучше встретиться после того, как я получше освоюсь с магией». Следующий на очереди — Юрен. — С Юреном… разница в ранге просто слишком велика. Представьте себе это. Студент самого низкого ранга подходит к студенту с высшим рангом и говорит: «Хочешь научиться владеть мечом у меня?» «Если повезёт, меня просто обложат трёхэтажным матом». Сколько бы слухов обо мне ни распространялось по школе в последнее время, Для Юрена, который с момента поступления ни разу не уступал первое место в рейтинге, эти слухи — не более чем шутка. — А если я буду ждать комплексной оценки рангов, чтобы подойти к нему, пройдёт ещё один семестр… Пока я продолжал размышлять, что делать, Дзинь! Весёлый сигнал раздался из Часов Героя, лежавших у моей кровати. [Дейл. Ты ведь не забыл, что сегодня снова начинаются занятия?] Сообщение от Ирис появилось на экране Часов Героя. «В последнее время она часто пишет». Мы и раньше время от времени обменивались сообщениями, но со времени инцидента с демоническими зверьми количество сообщений от Ирис заметно увеличилось. «Сообщения, значит». В моей прошлой жизни, даже когда нам нужно было связаться друг с другом, мы могли говорить только по телефону. (п.п. Строка выглядит неуместной, но в анлейте так и было.) — …… Вспоминаю об этом: одна лишь возможность обмениваться «сообщениями» с Ирис наполняла моё сердце переполняющими эмоциями. «Я защитил её». Хотя всё прошло не так гладко, как мне хотелось бы, В конце концов я победил Астарота и сумел защитить её «семь глаз». Да. Я, Дейл Хан, Всего лишь кандидат в герои, преуспел в изменении судьбы. «И я продолжу менять её с этого момента». Пока я укреплялся в своём решении такими мыслями, Дзинь! От Ирис пришло ещё одно сообщение. Я быстро взял Часы Героя и ответил ей. [Ах, прости. Я как раз собирался выходить.] [Тогда давай встретимся до начала лекции и пойдём вместе.] [Конечно. Где встретимся?] [Давай у столовой в главном здании.] [Понял.] Она хочет встретиться до начала занятий и пойти вместе, значит. «Как мило». Хотя это место — Академия Героев, где кандидаты со стигмой собираются, чтобы тренироваться и стать героями, в конце концов, это всё ещё место, где собираются взрослые мужчины и женщины. Естественно, было нередким явлением, когда между некоторыми курсантами завязывались романтические отношения. «В прошлой жизни, когда я видел такие пары, я истово молился, чтобы их пронзили когти демонов». Я и представить себе не мог, что сам окажусь в подобной ситуации (хотя мы с Ирис ещё не пара). — Хе-хе. Когда от этих мыслей на моём лице появилась улыбка, Дзинь! Часы Героя зазвонили снова. [Кстати, ты позавтракал?] [Нет.] [Тогда я сделаю сэндвич и принесу его. Поешь перед тем, как пойдём.] [Ох, тебе не обязательно это делать.] [Конечно, обязательно! Завтрак необходим для твоего здоровья. Я ещё принесу овощной сок, так что не опаздывай в столовую.] Хм. Если посмотреть на это снова, это больше похоже на то, как родитель заботится о проблемном ребёнке, чем на отношения влюблённых. — Уф. В общем. Я послушно покинул общежитие раньше обычного и направился к столовой главного здания по строгому приказу Ирис. * — Ну что же, сегодня мы возобновляем занятия по практическим боевым учениям, которых вы все так ждали. Как только дверь класса открылась, профессор Лукас непринуждённо нёс чушь. — …… — …… Естественно, курсанты в классе смотрели на профессора Лукаса с такими выражениями лиц, будто только что нашли разрезанного пополам таракана в своём хлебе. Глаза профессора Лукаса блестели, как у охотничьего пса, унюхавшего запах крови, и он ухмыльнулся. — Хм, вы выглядите не слишком довольными… Неужели кто-то из вас не хочет посещать мой урок? — Нет, профессор! — Ага, поверил. Это же у вас на лицах написано. Профессор Лукас сошёл с подиума и зашагал к сидящим курсантам. Он мягко положил руку на плечо курсанту, сидевшему в углу и избегавшему зрительного контакта. — Курсант Альберт. — … Несмотря на то, что его имя назвали, Альберт упрямо отворачивал голову. Смотря на Альберта с беспокойством, профессор Лукас спросил: — Хм. У тебя глаза выглядят уставшими. Плохо спал? Если так, я могу дать тебе особый оздоровительный сок, который отлично помогает от усталости… — За те две недели, что я не видел вас, профессор, — Альберт, который отворачивался, повернулся к профессору Лукасу с заслезившимися глазами, — вы хоть представляете, как мне было грустно от того, что я не мог посещать ваши лекции?! Голос Альберта представлял собой смесь плача и крика. — О боже. — Вау, Альберт наконец-то… — Я знал, что рано или поздно это случится. — Держись, Альберт! Класс зашептался. — Хм. Профессор Лукас, выглядевший довольным, тихо усмехнулся. — Хорошая попытка, курсант Альберт. — Т-тогда…! — В таком случае, как насчёт стаканчика сока? — Почему вечно я?! — воскликнул Альберт от досады, в отчаянии схватившись за голову. — Потому что твои реакции забавны, — со смехом ответил профессор Лукас. — А-а-аргх! Альберт, переполненный разочарованием, схватился за голову и закричал, в то время как профессор Лукас усмехнулся и вернулся к подиуму. — Ладно. Теперь, когда я услышал громкий голос курсанта Альберта, кажется, что мы наконец вернулись к норме, — произнёс профессор Лукас, оглядывая студентов, сидящих в классе. — Как вы все знаете, две недели назад на нашу школу напал демон. — …… — Организатор нападения замаскировался под профессора и сбежал в тот момент, когда произошёл инцидент. Его голос стал тяжёлым. — К счастью, обошлось без жертв. Тем не менее, как ваш преподаватель, я приношу глубокие извинения за то, что не распознал демона раньше и не предотвратил этот инцидент. Профессор Лукас почтительно склонил голову перед курсантами. — Эм… — Кхе-м. Курсанты, удивлённые неожиданным смирением профессора Лукаса, который имел репутацию свирепой Кровожадной гончей, обменялись неловкими взглядами. Снова подняв голову, профессор Лукас продолжил: — Чтобы предотвратить подобные инциденты в будущем, школа решила назначить специального профессора. — Специального профессора? — Специальный профессор будет наблюдать за лекциями нынешнего преподавательского состава и следить за тем, чтобы курсанты проходили надлежащую подготовку, а меры безопасности соблюдались на случай чрезвычайных ситуаций. Взгляд профессора Лукаса переместился на дверь класса. Клац. Дверь открылась, и женщина в чёрном костюме вошла под резкий звук каблуков, эхом разносившийся по комнате. Шрам пересекал её левый глаз, а короткие чёрные волосы едва доставали до шеи. Она была выше большинства мужчин. — Поприветствуйте профессора Элишу Болдуин, нашего специального профессора. Возможно, вы слышали о ней по её прозвищу — Паук со Шрамом на Глазу, или же Паук Ужаса. Представленная профессором Лукасом, профессор Элиша Болдуин поднялась к подиуму и окинула курсантов холодным взглядом. — Цк. Тихий щелкающий звук сорвался с её губ. — Я Элиша Болдуин, и с сегодняшнего дня я буду работать специальным профессором. Это было простое введение, но атмосфера в классе стала напряжённой, словно курсантов бросили посреди поля боя. Конечно, никто не ожидал, что Элиша Болдуин, занимающая девятое место среди героев континента, придёт в их школу в качестве специального профессора. И, конечно же, я не был исключением. «Кто бы мог подумать, что Элиша Болдуин станет здесь профессором?» С этим я не сталкивался в своей прошлой жизни. «Будущее начало меняться?» Я ожидал чего-то подобного с тех пор, как убил Астарота, но никак не думал, что перемены наступят так быстро. «Эффект бабочки». Теория о том, что слабый взмах крыльев бабочки может вызвать мощный шторм на другом конце континента. «В этом смысле то, что я сделал, было гораздо большим, чем просто взмах крыльев». Я убил не кого-нибудь, а самого Астарота, Архиепископа Иллюзий. Насколько сильно из-за этого изменится будущее, было выше моих возможностей предсказать. «Но одно можно сказать наверняка». Крупная фигура, занимающая девятое место среди героев континента, прибыла в качестве специального профессора. — Хм. Элиша, которая спокойно изучала лица каждого курсанта, повернулась к профессору Лукасу и сказала: — Профессор Лукас. — Да, мэм. Глаза курсантов расширились от непривычного обращения «мэм», прозвучавшего из уст профессора Лукаса. «Если подумать, в то время, когда они сами были курсантами, она была старшекурсницей, а он младшекурсником, верно?» Хотя Лукас выглядел намного старше, на самом деле он был моложе Элиши Болдуин. — Я бы хотела оценить уровень твоих курсантов. — …Их уровень? — Да. — Ах, конечно. Как бы вы хотели их оценить…? — Я намерена заставить их спарринговать с моим ассистентом. Произнесла Элиша, переводя взгляд на дверь класса. — Винсент, войди. Дверь со скрипом отворилась по её команде, и в класс вошёл красивый молодой человек с серебряными волосами, собранными в хвост. — А теперь посмотрим… Этот курсант кажется подходящим, — сказала Элиша, проверяя список курсантов на своих Часах Героя, и её взгляд остановился на курсанте, сидевшем в углу класса. — Курсант Альберт, выйди вперёд. Когда Элиша позвала его, глаза всех курсантов обратились на Альберта. ---------- Том 1 Глава 45 Курсанты направились на открытую тренировочную площадку для спарринга. Среди них один курсант с необычайно бледным лицом дрожал, бормоча себе под нос. — Почему... Почему я? Почему выбирают вечно меня? Голос Альберта дрожал от горя, когда он всхлипывал. К нему приближался резкий звук стука каблуков — это шла профессор Элиша. — Ты курсант Альберт Гувер? — А... Да, да! Это я! Элиша включила свои Часы Героя и сверилась с голографическим списком курсантов. — 237-е место из 472 в комплексной оценке курсантов третьего курса. Принадлежность к Отделению Воинов, основное оружие — меч. Божественная стигма: Стигма Бога Земли, без благословений. Всё верно? — Д-да! Альберт нервно сглотнул, отвечая. — Хм. Элиша вытащила из кармана сигарету и засунула её в рот. Щёлк, пуф! Стоявший рядом с ней серебряноволосый юноша, помощник инструктора Винсент, достал зажигалку и поджёг ей сигарету. — Средне. Анкета Альберта показывала, что он находился ровно на среднем уровне курсанта. — Эм... Профессор, разве не лучше выбрать кого-то с оценками повыше, чем такого заурядного меня?.. — Нет. Ты идеален. Выдохнув дым, Элиша выключила свои Часы Героя. — Я хочу прямо сейчас узнать точный уровень среднего курсанта третьего курса. — А... Да. Альберт не решался возразить, что кроме него под это описание подходили и другие курсанты. — Встань в центр тренировочной площадки. — ...Да. Альберт поплёлся к центру тренировочной площадки с таким видом, будто его вели на бойню. — Спарринг будет проводиться с использованием маны и настоящих мечей, в боевом стиле. — Н-настоящий бой? — Да. Сражайся с намерением убить противника. — Но что, если произойдёт несчастный случай... — Такого не случится, так что не переживай. Элиша решительно покачала головой. Затем она перевела взгляд на стоявшего рядом помощника инструктора Винсента. — Винсент. — Да, профессор. Винсент направился к центру тренировочной площадки. Когда он отошёл, Элиша тихо произнесла низким голосом: — Помягче с ним. — ...Понял. Винсент слегка кивнул. — Помягче?.. Неужели Альберт расслышал то, что сказала профессор Элиша? Стоя в центре тренировочной площадки с мечом в руках, Альберт начал проявлять признаки гнева. Она велела ему сражаться с намерением убить, но при этом приказала помощнику инструктора быть с ним помягче? Это было равносильно тому, что его не считали заслуживающим серьёзного отношения. — Ха. Конечно... Пусть я и обычный курсант, в котором нет ничего особенного, но... Альберт обнажил меч и принял стойку. — Но я всё ещё курсант-герой! Его Божественная стигма засветилась, и мана окутала всё его тело. Ещё до того, как прозвучал свисток, сигнализирующий о начале матча, Альберт бросился на помощника инструктора Винсента. Его острый удар мечом был нацелен на Винсента, который даже не успел обнажить собственный меч. — Внезапная атака, да. Один из лучших вариантов для слабого бойца при столкновении с более сильным противником. Обычно в спарринге это сочли бы грубостью, но в настоящем бою такой ход мог даже заслужить похвалу. — Но... На губах Элиши появилась холодная ухмылка. — Небрежно. Клац! Вспышка серебряного света. Меч Альберта, нацеленный на Винсента, был отбит с чистым металлическим звоном. — Угх...! Альберт с трудом удержал меч в руке, так как удар отдался болью в ладони. Он выровнял баланс и направил ману. Мана, которая была распределена по всему телу, теперь сосредоточилась в его мече. — Хаааа! Яростно крикнув, он снова прыгнул. Глаза Элиши стали ледяными, когда она наблюдала за матчем. — Он вкладывает слишком много силы. Распределение маны — полный бардак. Клац! Клац, клац! Винсент отразил напитанный маной меч Альберта и лёгким ударом ноги задел его колено. — Ась? Влив всю ману в меч, Альберт потерял равновесие и рухнул лицом вниз. — Угх... Схватившись за начавший кровоточить нос, Альберт застонал от боли. Глухой стук. Серебряное лезвие Винсента коснулось задней части шеи Альберта. — Я... Я проиграл. — ...... Победив Альберта всего за два обмена ударами, помощник инструктора Винсент равнодушно уложил меч в ножны и отвернулся. — Хмф. Элиша, наблюдавшая за спаррингом со стороны, недовольно нахмурила брови. Её взгляд переметнулся на курсантов, наблюдавших за поединком. — Следующий. — Угх... Курсант, на которого указала Элиша, нерешительно огляделся по сторонам, прежде чем выйти вперёд. Спарринг начался снова. Клац! Клац! — Агх! На этот раз не прошло и тридцати секунд, как курсант выронил меч и упал на землю. — Следующий. Примерно после пяти похожих поединков Элиша легко подняла руку, сигнализируя об окончании матчей. — Хах. Она тяжело вздохнула, потирая лоб, словно у неё раскалывалась голова. — Жалкое зрелище. Её свирепый взгляд переключился на профессора Лукаса, и она продолжила говорить: — Если курсанты третьего курса находятся на таком уровне, трудно поверить, что во время инцидента с монстрами не было жертв благодаря чему-то кроме чистой удачи. Элиша цокнула языком. — Профессор Лукас. — Да. — Ты считаешь, что плохие результаты твоих кандидатов связаны с их проблемами, или полагаешь, что это отражает твою собственную квалификацию как профессора? — Это... Профессор Лукас ответил спокойным голосом: — Это моя собственная квалификация. — Вот как? Тогда разговор будет коротким. Профессор Элиша холодно усмехнулась, говоря: — Увольняйся с поста профессора. — ......! От шокирующего заявления глаза профессора Лукаса расширились от неверия. — П-подождите секунду. Если я уйду в отставку, то кто позаботится о курсантах... — Его место займёт ассистент преподавателя Винсент. — Но он ассистент, а не профессор! — И что с того? Хотя Винсент может в некоторой степени уступать тебе в силе, я считаю, что он превосходит тебя в плане обучения курсантов. — ...... Выражение лица профессора Лукаса затвердело. — Э-этого не может быть! В этот момент один из курсантов дрожа шагнул вперёд. — ...Альберт? Увидев выступившего вперёд кандидата, профессор Лукас выглядел удивлённым. — Д-даже если профессор Лукас свирепый, эксцентричный, со скверным характером, готовит странные вещи вроде особого сока и вечно донимает меня, когда ему скучно...! — Эй, сопляк. — Н-но он всё равно хороший профессор! Восклицание Альберта заставило профессора Элишу усмехнуться. — ...Какая часть из того, что ты только что сказал, делает его хорошим профессором? — Э-это... В смысле. Ну... Пусть я не разбираюсь в остальном, одно можно сказать наверняка! Альберт с трудом сглотнул и изо всех сил воскликнул: — Профессор Лукас учит нас тому, что значит быть настоящим героем! — ...... После возгласа Альберта в помещении воцарилась тишина. — Хах. Из уст профессора Элиши вырвался насмешливый смешок. — Настоящий герой... Ты всё ещё несёшь такую чушь? Холодно глядя на профессора Лукаса: — Героя определяют по тому, сколько монстров и демонов он может убить. Разговоры о том, что делает человека настоящим героем — всего лишь бесполезный идеализм. Бессильный герой никого и ничего не защитит. Поэтому. — Сильный герой — единственный настоящий герой. Любой, кто не соответствует этому стандарту — просто никчёмный мусор. Профессор Элиша остро посмотрела на кандидатов. — В этом смысле вы все — мусор, который даже не заслуживает называться кандидатами в герои. — ...... От резких слов Элиши курсанты молчали, словно поражённые немотой. — ...Ты хочешь сказать, что мои студенты — мусор? В этот момент профессор Лукас, опустивший было голову, стиснул зубы. — Разве я не права? — ...... Профессор Лукас крепко зажмурил глаза и сжал кулаки. На мгновение его сжатые кулаки задрожали. — О. У него что, внезапно появилась отличная идея? Профессор Лукас повернулся ко мне и широко ухмыльнулся. «Чего ещё?» Почему он вдруг улыбается мне? — Хм, раз ты используешь ассистента, полагаю, я тоже могу позвать своего. Я тебе не ассистент, вообще-то. — Ну что, как насчёт этого? Похоже, мои невысказанные протесты не были услышаны. Профессор Лукас подошёл и положил руку мне на плечо. — Давай этот курсант сразится в дуэли. — Этот курсант... это кто? Профессор Элиша склонила голову и просмотрела список кандидатов. — Имя: Дейл Хан. 472-е место из 472. Основное оружие — меч. Обладает Стигмой Бога Леса, но без благословения... Всё верно? — Да, верно. — ...Ты издеваешься? Профессор Элиша посмотрела на профессора Лукаса с ошеломлённым выражением лица. Даже курсанты с гораздо более высокими рангами не смогли выстоять против меча ассистента Винсента, а теперь он хочет выставить против него рядового курсанта? — Хватит нести чушь. Если ты действительно хочешь продолжить дуэль, выставь курсанта с самым высоким рангом в этом классе. — Нет. Хотя у Дейла самый низкий рейтинг, его мастерство определённо на высоте. — Хах. Элиша пренебрежительно усмехнулась. Каким бы ни был низким рейтинг, насколько сильным может быть рядовой курсант? — Хотя я надеялась не говорить резко из-за старой дружбы... Это начинает раздражать. — Так что, будет дуэль или ты отступишь? — Дуэль с рядовым курсант... — Испугалась? — ...... Элиша достала из кармана сигарету и засунула её в рот. Пожёвывая незажжённую сигарету как жвачку, Элиша бросила взгляд на Винсента. — Винсент. — Да, профессор. — Эта гончая доставляет немного хлопот, так что помоги ему прийти в себя. — Понял. Ассистент Винсент тихо кивнул и направился к центру тренировочной площадки. — Хе-хе. Профессор Лукас, наблюдая за уходящим Винсентом, широко улыбнулся. — Дейл. — ...Да? — Если победишь, я приготовлю тебе 10 стаканов моего особого сока. — Мне не нужно... — Конечно, пить их будет Альберт. — О. Звучит заманчиво. — Ну... Я согласен. Мне тоже не нравится идея смены профессора. Если профессор Лукас уйдёт в отставку, его кабинет, который я часто использую как укрытие, тоже исчезнет. — Дейл. — Чего ещё? Повернув голову, я увидел профессора Лукаса со скрещёнными руками и широкой улыбкой. — Помягче с ним. — ...... Я усмехнулся и кивнул. — Буду иметь в виду. ---------- Том 1 Глава 46 — Ха. Из уст профессора Элиши вырвался пустой смешок. — С чего это он так уверен в себе? В этот момент её любопытство к личности этого курсанта пересилило злость. «На первый взгляд в нём нет ничего особенного». Даже когда она обострила своё «Ясновидение» и просканировала всё тело Дейла, она не смогла обнаружить никаких особых черт. Единственным заметным моментом было то, что количество маны, ощущаемое от его стигмы, составляло лишь около половины от маны других курсантов. «Впрочем, иметь меньше маны — не преимущество». Говорят, что слишком много — тоже плохо, но когда дело касается маны, чем больше, тем лучше. «И в чём же дело?» Он вёл себя так уверенно, словно у него был какой-то скрытый козырь, но она понятия не имела, в чём он может заключаться. — ...Винсент. — Да, профессор. — Не теряй бдительности. Она не могла понять, что заставляло его вести себя так, но Лукас Кейн, мужчина, которого она знала ещё по дням курсантства, не показывал уверенности без причины. У него наверняка припасён туз в рукаве. Пока это не выяснилось, было крайне важно не проявлять беспечности. — Я понимаю. Винсент уважительно кивнул и понизил стойку, не обнажая меч. — ...... Винсент остро посмотрел на Дейла. Дейл бросил взгляд на Винсента и усмехнулся. — Ты прямо дыру во мне прожигаешь взглядом. — ...... — Ты довольно молчалив, ассистент. — А ты слишком много болтаешь. Холодно парировал Винсент, и Дейл пожал плечами, продолжая: — Ну, неважно, болтаю я много или нет, но с твоими навыками общения сможешь ли ты вообще вести лекцию вместо профессора Лукаса? — Для практических боевых тренировок разговоры не нужны. — О, верно. Понимаю. — ...К чему это ты? — Практические боевые тренировки так назывались до реорганизации учебного плана пять лет назад. Теперь это называется практическим боевым учениям. — И какое это имеет значение...? — Какое это имеет значение? Самое прямое. — Если ты выпустился пять лет назад, то был активным героем по меньшей мере пять лет. И всё же на твоих руках и кистях мало мелких шрамов. Для героя, который был активен пять лет и имеет мало шрамов, это означает одно из двух. Или он подавляюще силен и избегает даже мелких травм, или его боевой стиль не допускает ранений. — Несмотря на предупреждение не терять бдительности, ты не обнажил меч и занял преувеличенно низкую стойку по сравнению с другими мечниками... Дейл взглянул на ножны, висящие на левом бедре Винсента, и кивнул. — Твоя специализация — техника быстрого извлечения меча, сосредоточенная на коротких и решительных боях? Лицо Винсента застыло, словно Дейл попал в самую точку. — Сс. Словно не желая больше разговаривать, Винсент выдохнул и сжал рукоять меча. Серебряная мана вырвалась из его стигмы, окутывая всё его тело. «Он явно искусен в обращении с маной». Равномерное распределение маны по всему телу без концентрации на одной области показывало, что контроль Винсента над маной был экспертным. «Но всё же этого недостаточно». Дейл полностью расслабился и сосредоточил ману в своей стигме. — ...... Выражение лица Винсента исказилось, когда он наблюдал за невозмутимой стойкой Дейла. Хранить ману в стигме, не распределяя её по всему телу в боевой ситуации, было всё равно что спортсмену стоять неподвижно, не принимая стартовую позицию перед забегом. Поза Дейла словно говорила: «Я могу победить тебя даже так», и на лбу Винсента вздулась толстая вена. — Посмотрим, как долго ты сможешь оставаться таким высокомерным. — Тук! Словно звук барабана, Винсент бросился вперёд. В мгновение ока Винсент оказался перед Дейлом, вытаскивая меч. Вспышка! Серебряная полоса света устремилась вперёд с пугающей скоростью. Дейл пристально проследил за траекторией клинка Винсента и направил ману, хранившуюся в его стигме, в левую ногу, правую руку и меч. — Клац! Он упёрся левой ногой, чтобы зафиксировать себя, и заблокировал серебряную полосу лоб в лоб. В обычных условиях, учитывая разницу в уровнях их маны, Дейлу было бы невозможно заблокировать удар Винсента напрямую. Однако ему удалось отбить атаку, сконцентрировав ману только в необходимых зонах, а не распределяя её по всему телу. — Какого...?! Глаза профессора Элиши расширились, когда она наблюдала за развитием боя. Управлять маной с такой точностью — используя ровно столько, сколько нужно, в нужный момент и в нужном месте — против техники быстрого извлечения Винсента? Даже если бы они репетировали атаку заранее, проворотить такое было практически невозможно. — Угх! Винсент поморщился, когда его первый удар был заблокирован, а затем отступил назад, чтобы создать дистанцию. Его специализацией было быстрое извлечение, техника, которая использовала кратковременные бреши. Однако после проведения атаки следовала минутная пауза на восстановление. Но... — Когда отступаешь, нельзя сосредотачиваться исключительно на противнике. Иначе ты оставляешь свои ноги уязвимыми. — Хап! Боевые искусства Беральда. Землетрясение. — Грохот! С мощным топотом пол тренировочной площадки, куда собирался ступить Винсент, раскололся. Это было не так, как когда Дейл выпил усилитель стигмы и сотряс всю землю, но... «Этого пока достаточно». Он направил больше маны в руку, сжимающую меч. — Угх! Винсент на мгновение потерял равновесие, когда земля под ним треснула. Хотя он быстро восстановил равновесие — он ведь был опытным героем — было уже поздно. — Ты опоздал. Я сосредоточил ману в обеих ногах и оттолкнулся от земли. Шаг Ветра. Было ощущение, что моё тело швырнуло вперёд, мчащееся сквозь пустоту. — Хаа. Я тихо выдохнул и сжал меч. Мана, сосредоточенная в ногах, естественно потекла вверх по меридианам и собралась на клинке. Серая аура запылала по краю меча. Хотя её размер и яркость блекли по сравнению с серебряной аурой, сиявшей на мече ассистента Винсента. «Этого должно хватить». В бою важно не то, кто обладает большей силой. Точно так же, как неважно, имеет ли человек отверстие в сердце размером с голову или с палец — в любом случае смерть неизбежна. Пока силы достаточно, чтобы ранить противника, дальше имеет значение то, как ты этой силой владеешь. — Вжик! Сверкающий пепельный свет. — Угх! Ассистент Винсент отшатнулся назад, сжимая кровоточащее предплечье. Клац. Меч в его руке упал на землю, закрутившись с чистым металлическим звуком. — ...Я проиграл. Ассистент Винсент крепко прикусил губу и опустил голову. — ....... — ....... На тренировочной площадке воцарилась тишина. Я чувствовал устремлённые на меня шокированные взгляды. — Что, чёрт возьми, это было...? Профессор Элиша замолкла на полуслове, словно не веря своим глазам. Она включила свои Часы Героя и несколько раз проверила мою информацию, указанную в списке курсантов. — ...Как... как это произошло, профессор Лукас? Потребовала Элиша, уставившись на профессора Лукаса в поисках ответа. — Ах... эм. Кхе-кхе! Разве я тебе не говорил? Его ранг ниже его реальных навыков. — Думаешь, это можно замять такой фразой? — Хмм... Лукас нервно сглотнул под резким упрёком Элиши. По правде говоря, он был поражён ситуацией ничуть не меньше. «Я знал, что Дейл победит, но...» Дейл однажды заставил Лукаса использовать «Благословение Кровавого Воина», когда его мана была намного слабее, чем сейчас. Учитывая, насколько выросла мана Дейла с тех пор, Лукас ожидал, что он победит ассистента Винсента. «Но чтобы победить настолько подавляюще...» Честно говоря, даже сам Лукас не был уверен, что сможет победить Дейла в данный момент. «Как он мог так сильно вырасти всего за месяц?» Погрузившись в раздумья, он нахмурился от недоумения. — ...Профессор Лукас? Разве ты не слышал, что я сказала? — Ах, да. Прошу прощения, старшая. — Хах, забудь. Судя по твоему выражению лица, ты понимаешь не больше моего. Элиша глубоко вздохнула и покачала головой. Профессор Лукас осторожно приблизился к ней и спросил: — Так... насчёт того, о чём ты упоминала ранее насчёт отставки...? — Это была просто шутка. — Прости? — Разве не очевидно? Хотя у специального инструктора больше полномочий, чем у обычного профессора, у него точно нет власти увольнять их. — ....... — Мне просто захотелось впервые за долгое время посмотреть, как ты занервничаешь, хотя я не ожидала, что всё обернётся вот так... Элиша зажгла сигарету во рту, скрестив руки. — Подожди, так это была шутка, старшая? Лукас недоверчиво уставился на неё. Кто в здравом уме будет шутить с таким серьёзным выражением лица? — Конечно, было в этом и намерение тебя спровоцировать. В конце концов, способности курсантов были откровенно слабоваты. — Ну... Лукас застонал, не найдя контраргументов. И впрямь, если не считать таких нарушителей спокойствия, как Дейл и Юрен Гелиос, нынешние третьекурсники были, мягко говоря, ниже среднего. «Тем более что прошлогодние третьекурсники были исключительными, из-за чего сравнение выглядит ещё резче». В любом случае. Теперь, когда он понял, что всё это было недоразумением, Лукасу стало неловко за то, что он так завёлся. — Но... даже я не ожидала такого результата. Элиша цокнула языком, глядя на Винсента, который всё ещё сжимал кровоточащую руку и опускал голову от стыда. Хотя Винсент не входил в сотню лучших героев континента, у него было достаточно реального боевого опыта, особенно в схватках с демонами, чтобы считаться ветераном. Кто бы мог подумать, что он так беспомощно проиграет? — Может быть, Юрен Гелиос маскируется под него? — Юрен Гелиос находится в Классе А по практическим боевым тренировкам. Мы — в Классе С. И просто посмотри на него. Похож ли этот парень хоть отдалённо на несравненного, красивого героя, потрясшего континент? — Хмм. Ну, лично мне Дейл нравится больше. — Что? — Впрочем, неважно. Если курсант с самого дна списка обладает такой силой... Фиолетовые глаза Элиши блеснули леденящим блеском. — Требуется более тщательная проверка. — Проверка... ты же не имеешь в виду... — Ты ведь знаешь моё благословение, не так ли? — П-подожди, неужели, нет...! Прежде чем взволнованный Лукас успел её остановить, профессор Элиша направилась ко мне. — Курсант Дейл. — Да, профессор? — Мне нужно кое в чём убедиться. Подойди ближе. — ......? Я склонил голову в недоумении и приблизился к ней. Вжух! — ......! Прежде чем я успел отреагировать, профессор Элиша грубо схватила меня за воротник. А затем. — Ммф?! Её губы сомкнулись с моими. Её язык жадно вторгся в мой рот, голодно исследуя его изнутри. [Примечания переводчика: Нееет, на моём месте должен был быть яяяя!] ---------- Том 1 Глава 47 Мягкое ощущение чужого языка вторглось в мой рот. Резкий запах табака ударил в нос. — Кяяяяя!!! Вдали раздался крик Ирис. — Какого чёрта эта сумасшедшая творит... Ммф! Ммф! Ммф! — С-Святая, пожалуйста, успокойся! Я слышал панический голос Камиллы, которая пыталась удержать Ирис. — Что... что происходит? — Профессор Элиша целует Дейла...? — Высокая черноволосая красотка в костюме целует его! Вот везучий ублюдок, Дейл! — Но если профессор Элиша старше профессора Лукаса, она же почти вдвое старше нас... — Женщина постарше и парень помладше! Я в деле! — Заткнись, Альберт. [Примечания переводчика: Реально. Согласен с тобой, Альберт. Поддерживаю всей душой.] Тренировочная площадка наполнилась шумом. Но у меня не было времени обращать внимание на окружающий гам, потому что я сам был шокирован сложившейся ситуацией. «Что... какого чёрта?» Среди всех людей мой первый поцелуй после возвращения достался не Ирис, а профессору Элише. И это был не просто поцелуй — наши языки сплелись. — Пфа! Я наконец смог вырваться из объятий профессора Элиши, глубоко вздохнул и уставился на неё. — Какого чёрта? — Разве я тебе не говорила? Мне нужно было кое-что проверить. Элиша облизнула губы языком, который только что побывал у меня во рту. Глоток. В тот момент, когда она сглотнула, от неё исходила странная сила, а её фиолетовые глаза гротескно сузились, как у рептилии. Её вертикальные зрачки светились зловещим золотом, точно как гласило её печально известное прозвище — «Проклятые Глаза». — Хм. Элиша внимательно осмотрела меня, медленно кивая. — Что ж, по крайней мере, ты не демон. — Вы поцеловали меня просто чтобы проверить, не демон ли я? — Технически, мне была нужна твоя слюна. Моё «благословение» становится сильнее, когда я поглощаю чьи-то биологические жидкости. — ...Благословение? Я как раз пытался вспомнить, каким именно было благословение Элиши Болдуин, когда — — Профессор Элиша обладает «Благословением Прозрения», которое позволяет ей видеть чужие мысли. Именно поэтому её пригласили в качестве специального профессора. — О. Это имело смысл. Недавний инцидент с демонами произошёл потому, что никто не заметил, как в академию проник демон, замаскированный под профессора. С Элишей Болдуин и её «Благословением Ясновидения», размещёнными здесь, повторения трагедии можно было избежать. «Благословение Ясновидения... О, теперь я вспомнил». Я смутно припомнил, что слышал о её благословении во время своей прошлой жизни, когда те, кто был благословлён Богом Демонов, начали предавать фракцию Героя и превращаться в демонов. «Я совсем забыл об этом». Я не общался с ней напрямую в прошлой жизни, а в то время, когда предатели свирепствовали, я был слишком занят наёмничеством, чтобы многое помнить. «Я же не могу помнить абсолютно всё из своей прошлой жизни». Люди забывают, что ели на обед три дня назад, так что вполне естественно, что я не помню каждую детальку сотен или тысяч лет своей жизни (хотя большую часть этого времени я провёл, скитаясь по континенту в одиночестве). «Значит, она может заглядывать в чужие сокровенные мысли, да?» Она ведь говорила, что сила становится мощнее, если она пьёт биологические жидкости... Меня передёрнуло при воспоминании об ощущениях от её языка у меня во рту. — Вы планируете перецеловать всех в академии? Элиша усмехнулась и покачала головой. — Конечно нет. Мне не нужно пить биологические жидкости, чтобы понять, демон кто-то или нет. — Тогда зачем вы...? — Ты просто слишком необычен. Элиша пристально посмотрела на меня своими острыми глазами. Я тяжело сглотнул и кивнул. «Справедливо». Если бы роли поменялись местами, я бы, наверное, отреагировал точно так же. — Ну и каков вердикт? Ваши подозрения развеялись? — Нет, они только усилились. Элиша горько улыбнулась и покачала головой. — Но кое-что я всё же узнала. — И что же? — Хмм. Элиша наклонилась ближе, приблизив свои губы к моему уху и тихо шепча, чтобы никто другой не услышал. — Знаешь, в списке курсантов написано, что у тебя нет никаких благословений... но, возможно, это стоит исправить? — ...... Чёрт. Она догадалась, что у меня есть Благословение Возрождения. «По крайней мере, она не заметила Первозданное Пламя». Всё стало бы намного сложнее, если бы её Благословение Прозрения раскрыло Первозданное Пламя. — Что ж, раскрывать его или нет — твоё личное дело. Держать его в секрете не запрещено правилами, — сказала Элиша, пожав плечами. — ...О чём это вы тут так секретничаете? Низкий голос, острый как кинжал, разрезал воздух в этот момент. — Ты, должно быть... курсант Ирис. — Если вы закончили со своими делами, не были ли вы столь любезны отойти от Дейла? — О? Глаза Элиши заблестели от интереса, когда она заметила пристальный взгляд Ирис. — Я не ожидала, что Святая Святого Королевства будет близка с низкоранговым курсантом. — Разве ранг имеет значение, когда курсанты узнают друг друга поближе? — Нет, полагаю, что нет. — Тогда в этом нет никакой проблемы. — Хмм. Элиша усмехнулась, словно нашла что-то забавное. — Но разве не проблематично для Святой быть слишком дружелюбной с курсантом-мужчиной? — Учения Семи Богов не запрещают общение с противоположным полом. — Ха-ха, какая смелая Святая. Элиша рассмеялась, её плечи задрожали, а затем она снова внезапно наклонилась ко мне, будто ей в голову пришла идея. Теперь мы были полностью прижаты друг к другу, и я чувствовал мягкое тепло сквозь её костюм. Пытаясь проигнорировать это, я произнёс: — ...Что теперь? — Меня не до конца убедил всего один поцелуй. Элиша погладила меня по подбородку и заговорила совершенно серьёзным тоном: — Я думаю, необходимо дальнейшее расследование в отношении курсанта Дейла. — ...... — П-подожди-те секунду! Вы же сказали, что расследование окончено! Ирис с испуганным выражением лица подскочила и схватила профессора Элишу за плечо. — Я сказала, что кое-что выяснила, но разве я говорила, что расследование окончено? — Уф... — Ну что ж, не продолжить ли нам наше расследование медленно и неторопливо? — Иик! Ирис дёрнула за плечо, за которое держалась. — Хм. Что это? Как специальный профессор, я обязана расследовать дела подозрительных курсантов. — Кто тут подозрительный? И если вам нужны биологические жидкости, необязательно ведь использовать слюну, верно? — О? Тогда что же? — Н-ну, например... пот. — Хм, понятно. Я последую совету курсанта Ирис и слижу пот с шеи курсанта Дейла. — Нет! Кто говорил, что вам разрешено облизывать Дейла?! — Ни слюны, ни пота... Что именно ты от меня хочешь? Цокнув языком, профессор Элиша оглянулась на Ирис. — Эм... Я имею в виду... Ирис, смущённо запинаясь, крепко сжала кулак и крикнула: — Мы могли бы избить Дейла и заставить его плакать! Чего? — Или мы могли бы пырнуть его ножом и пустить кровь! Ирис, что ты такое говоришь? — Хм. Судя по выражению лица курсанта Дейла, он не в восторге от этой идеи. — Т-тогда... Взгляд Ирис, который до этого блуждал, упал на табличку у входа на тренировочную площадку. На табличке было написано: «Туалеты: выйдите и поверните направо». Сглотнув. Ирис нервно сглотнула и заговорила: — Моча — это тоже тип биологической жидкости... Ммф! — Прекрати! Не говори ничего больше!!! — Пф-ф, ха-ха! Ха-ха-ха! Профессор Элиша разразилась смехом, наблюдая, как я поспешно закрываю рот Ирис. Я впервые видел, как она так ярко улыбается, ведь обычно она была такой мрачной и серьёзной. — Эх. Профессор Лукас подошёл с глубоким вздохом. — Давайте закончим на этом шутки, старшая Элиша? — Ха-ха, я давно так не смеялась. Профессор Элиша вытерла слёзы в глазах и кивнула. Ирис, сузив глаза, посмотрела на профессора Лукаса. — Шутки? — Даже если ты поглотишь больше биологических жидкостей, эффекты «Благословения Ясновидения» не усилятся. Короче говоря. Дополнительное расследование было просто шуткой профессора Элиши. — Угх...! Ирис с покрасневшим лицом яростно уставилась на профессора Элишу. С невозмутимым выражением лица профессор Элиша повернулась. — Тестирование курсантов окончено. Все возвращайтесь в класс и заканчивайте урок. Мне нужно идти на другое «занятие по практическим боевым учениям». — П-подождите! Вы уходите вот так просто? — Хм? Курсант Ирис хочет, чтобы я продолжила расследование в отношении курсанта Дейла? — Это... ! Ирис прикусила губу, дрожа и сжимая кулаки. — ...Уходите. Быстро. Потянув меня за руку, Ирис развернулась. — Пошли, Дейл. — Э-э, ладно. — Обязательно останься после уроков. Мне многое нужно тебе сказать. — ...Да. Как только Ирис потащила меня обратно в класс. — А и, курсант Дейл? — Да? Обернувшись, я увидел профессора Элишу, которая лукаво улыбалась, приложив палец к губам. — Неплохо. — ...Что? — Ха-ха. Кто знает? Бросив эту загадочную фразу, профессор Элиша развернулась на каблуках и зашагала прочь, её шаги эхом разносились по коридору. * В аккуратно убранном кабинете преподавателей. Профессор Лукас тяжело вздохнул, глядя на женщину перед ним. — ...Зачем ты это сделала? — О чём ты говоришь? Профессор Элиша даже не удосужилась повернуть голову, попивая кофе. — Не помню, чтобы ты любила подобные розыгрыши. — Время меняет не только горы, но и людей. — Эх. С ещё одним глубоким вздохом, казалось, исходившим из глубины души, профессор Лукас замолчал. Продолжая тихо попивать кофе, профессор Элиша заговорила низким голосом: — Тот курсант... Дейл, кажется? — Да. — Он мне нравится. — ...Что ты имеешь в виду? — Его внешность мне по вкусу. О, да и ощущения от его губ тоже были приятными. — ...... — Шучу. Она ухмыльнулась и поставила чашку на стол. Профессор Лукас прищурился, глядя на неё. — Но ты ведь не шутила насчёт того, что он тебе нравится, верно? — Разве для женщины не естественно быть привлечённой сильным мужчиной? — ...... — От распределения его маны до точного контроля, его острого наблюдения и движений — всё это превосходит уровень типичного курсанта. Её глаза блестели, когда она продолжала: — Курсант Дейл станет могущественным героем в будущем. Возможно, даже превзойдёт «Пять Великих Героев». — ...Разве это не слишком высокая похвала? — Ха-ха, кто знает? Элиша пожала плечами, откинувшись на спинку дивана. Глядя в потолок, она рассеянно коснулась своих губ. Ощущение, которое она испытала, когда их губы соприкоснулись благодаря «Благословению Ясновидения», всплыло в её памяти. «Там есть кое-что большее, чем просто Благословение Возрождения». Что-то колоссальное... что-то яростно пылающее. Она не могла точно идентифицировать это с помощью одного лишь «Благословения Ясновидения». Но в одном она была уверена. «В тот момент, когда курсант Дейл обуздает эту внутреннюю силу как свою собственную...» Родится беспрецедентный монстр. «Впрочем, нет никаких гарантий, что этот монстр будет на стороне человечества». Элиша подавила ухмылку, вспоминая остаточное ощущение от губ Дейла. Почему-то, несмотря на то, что она целовалась бесчисленное количество раз для сбора биологических жидкостей, ей никогда это особо не нравилось. Но воспоминание о моменте поцелуя с Дейлом заставило её губы растянуться в улыбке. — ...Эм, старшая Элиша? — Что такое? Раздражённая тем, что её приятные воспоминания прервали, Элиша нахмурилась, поворачиваясь к Лукасу. — Я знаю, что у этого паренька Дейла есть талант, но всё же... сколько бы таланта у него ни было... — Хватит ходить вокруг да около, говори прямо. — Разве это не несколько неэтично — заглядываться на курсанта-мужчину, который младше тебя больше чем на двадцать лет? Это же просто — ургх! Дзынь! Резкий металлический звук сопровождал тонкие серебряные нити, обмотавшие тело профессора Лукаса. Подобно насекомому, попавшему в паутину, он беспомощно заёрзал. Острый каблук надавил ему на грудь, и Элиша произнесла: — Есть последние слова? — Прости. Пожалуйста, прости меня, старшая Элиша. ---------- Том 1 Глава 48 После лекции по «Практическому Боевому Обучению», которая во многом была шокирующей и жуткой, когда она закончилась... — Ну что ж, я пошёл... — Стой. Кто-то схватил меня за шиворот как раз в тот момент, когда я пытался ускользнуть из аудитории. Когда я повернул голову, то увидел сияющую улыбку Ирис. — Куда это ты собрался, Дейл? — Ну... у меня тут срочное дело... — Разве я не говорила тебе остаться после занятий? — ... Я почувствовал холодок от взгляда Ирис и обернулся к Камилле за помощью. Но... — Кхм. Святая, я сегодня неважно себя чувствую, так что, пожалуй, вернусь пораньше. — Ох, правда? В таком случае тебе лучше отдохнуть. Береги себя. — Увидимся завтра утром! — П-постой! Не колеблясь ни секунды, Камилла развернулась и помчалась к своему общежитию. «Чёрт!» Я едва успел ощутить предательство, как Ирис, (страшно) улыбаясь, приблизилась ко мне. Стоило мне приготовиться к часам нравоучений от Ирис... — Не сходить ли нам пообедать вместе? Мою руку обняло мягкое прикосновение, а нос щекотал аромат цветущего персика. — ...А? — А? Что значит «а»? Разве ты не помнишь, что мы договорились обедать вместе каждый понедельник? — Ах, точно. Я помню. Учитывая ситуацию, я был уверен, что она заговорит о поцелуе с профессором Элишей, но... — Не ты же был инициатором; это произошло под предлогом расследования, верно? — Э-э, да. Верно. — Так что это даже не считается «поцелуем». По сути, это просто искусственное дыхание, верно? Разве ты не согласен? — К-конечно. — Хорошо. Ирис нежно погладила мои губы и глубоко вздохнула. — Ты не целовал её. Тебя просто укусило похотливое животное... нет, в данном случае самка паука, пожалуй? В любом случае, тебе просто не повезло. Так что не думай об этом слишком много, ладно? Мне казалось, что называть профессора «похотливой самкой паука» — это уже чересчур, но... — ...Да. Пока что я решил, что лучше просто кивнуть и успокоить её. — Хорошо. Ирис довольно улыбнулась. Она потянула меня за руку и зашагала вперёд. — Давай забудем о плохих воспоминаниях и вместе отправимся в столовую. — В столовую? С чего это вдруг? Разве у неё нет профессиональных поваров, которые готовят ей всю еду? — Мне просто хочется съесть сегодня что-нибудь твоё. — А. Если речь идёт о том, что делаю я, то тут может быть только одно блюдо. — Ты ведь хотела поесть рамён, да? — Кхм. Т-ты всё не так понял! — Раньше ты называла его вредной едой и жаловалась, как это нездорово. — З-заткнись! Ирис, покраснев, легко шлёпнула меня по спине. Сдерживая смешок, я кивнул. — Ладно. Давай зайдём в магазин у дома за ингредиентами. — Угу! Ирис ярко улыбнулась и кивнула. Мы направились в магазин на территории кампуса, который, несмотря на принадлежность к престижной Академии Героев, был не таким уж большим. — Не так уж много курсантов пользуются этим местом. Большинство курсантов предпочитали питаться в обеденном зале, поэтому магазин был небольшой. — Это и есть магазин? — Ты здесь впервые? — Ах, да. У меня никогда не было повода сюда приходить. — Ну, логично. Поскольку повара готовили ей каждый приём пищи, ей не нужно было посещать место, единственным преимуществом которого были низкие цены. — Вау... Здесь столько всего, чего я никогда раньше не видела. Глаза Ирис блестели, когда она смотрела на выставленные товары. Хотя магазин был небольшим, в нём были товары из всех трёх стран — Империи, Святого Королевства и Республики, — поскольку студенты из каждой из них жили здесь вместе. — Простым взглядом на товары можно заметить различия в стиле каждой нации. В имперском отделе было в основном мясо и выпечка, в отделе Святого Королевства — овощи и здоровая пища, а в республиканском — полуфабрикаты и наборы еды, демонстрирующие их передовые технологии. — Дейл! Иди сюда! Здесь... здесь так много рамёна...! Ирис, которая осматривала магазин широко раскрытыми глазами, ахнула от удивления, увидев стену, уставленную разными видами рамёна. — И всё это — рамён? — Ага. Тут просто тонны разновидностей. — Потрясающе... — Ха-ха. Но, честно говоря, вкус у них не сильно отличается. Были небольшие различия между брендами, но в конце концов у большинства рамёнов вкус был довольно похожим. — О, вон тот рамён, который ты готовил мне в прошлый раз! Ирис указала на красную упаковку со знаком «辛». — Это, наверное, самый популярный бренд. — Правда? Что означает этот знак? Он не похож на континентальный язык... — Я слышал, это старое письмо, которое раньше использовала Республика. — А? Но я немного изучала язык Республики, и не помню, чтобы видела такие символы. — Э-э... тут немного сложно. Я и сам толком не знал, почему они до сих пор используют эти символы. — Считай это разновидностью древней письменности из далёкого прошлого. — С тех пор, как люди Республики вообще прибыли в этот мир? — Да, так я слышал. Это примерно как в Империи и Святом Королевстве остались следы древних языков из их мифологических эпох. — Ах, понятно. Как в современных языках до сих пор появляются следы древних языков. — Именно так. Наша святая всё так же сообразительна. — Так что же означает этот символ «辛»? — Он означает «острый». — Ах, он был немного острым, не так ли? Ирис кивнула, вспоминая вкус рамена, который Дейл приготовил для неё. Причина, по которой она влюбилась в него, вероятно, заключалась в его насыщенном вкусе, которого она не могла найти в кухне Святого Королевства. — Раз уж мы здесь, почему бы тебе не выбрать другой вид рамёна? — Разве тебе будет не сложно его приготовить? — Рамён практически одинаков независимо от бренда, так что не переживай. — Хм. Ну хорошо. С серьёзным видом, словно художник, выбирающий шедевр, Ирис внимательно изучила полки. — Как насчёт этого? Она подняла пачку рамена в чёрной упаковке, на которой было написано «Булдак». Моё лицо окаменело в тот момент, когда я увидел упаковку. — Э-э... этот может оказаться немного... — Почему? Есть какая-то проблема? — Этот немного отличается от того рамёна, который ты ела раньше. — Отличается? Чем? — Его обжаривают с соусом, а не варят как бульон. — О! Глаза Ирис заблестели. — Я хочу попробовать это! Рамён без бульона! — ... — ...Дейл? — Ну... я понимаю, но... как насчёт другого бренда? Есть и другие варианты рамёна без бульона. — А? Почему я не могу взять этот? — Э-э... этот бренд действительно очень острый. Думаю, для тебя это будет чересчур. Даже среди граждан Республики, известных своей способностью справляться с острой едой, многие избегали этого бренда рамёна. — Ах, понятно. Это всё из-за этого, да? — Из-за чего? — Я слышала об этом от Камиллы раньше. Граждане Республики всегда ведут себя драматично, когда встречают людей из других стран, спрашивая: «Для тебя это остро?» или говоря: «Ой, ты это не съешь, это слишком остро». — ... — Как они это называли?... Ах да. «Гордость специй» или что-то в этом роде. Лёгкий смешок сорвался с её губ, пока она бросала на меня самодовольный взгляд. — Я не ожидала, но Дейл, ты ничем не отличаешься от любого другого гражданина Республики, верно? — ... — Хе-хе. Знаешь, я неплохо справляюсь с остротой, верно? Я съела тот рамён, что ты приготовил мне в прошлый раз, без всяких жалоб! Тот самый, на упаковке которого жирным шрифтом красовалось слово «острый»! — Хех. Ирис выпятила грудь, качая головой в игривом проявлении гордости. — Честно говоря, поев его, я даже подумала: «Может быть, граждане Республики слишком хвастливы насчёт своей острой еды». — ...Вот как? — К тому же, ты сказал, что в этом нет бульона, верно? Бульон обычно и делает всё по-настоящему острым, так что без него должно быть легче есть. Хм. В этом есть смысл. — В общем, я хочу попробовать этот рамён «Булдак». Можно? — Да, конечно. Если Ирис действительно этого хочет. — Я приготовлю его для тебя. Я кивнул с яркой улыбкой. * Купив рамён и простые напитки в магазине у дома, мы с Ирис направились в мою комнату. В отличие от комнаты Ирис, которая была оборудована всем необходимым для готовки, в моей комнате в общежитии было не так много всего, но у меня были портативная горелка и кастрюля, так что приготовить рамён было не слишком сложно. — Вот, готово. Я протянул ей огненно-красный рамён «Булдак». — Хе-хе, давай попробуем! Ирис подняла палочки и взяла большую порцию рамёна. — Вау, это действительно вкусно! Её глаза расширились, пока она пережёвывала лапшу. Я сидел напротив неё, неторопливо ожидая неизбежной сцены, которая вот-вот развернётся. — Это не так остро, как я думала... Она замерла. — Ух, ах. Лицо её исказилось. — Это остро! Какого чёрта это такое?! Она начала панически топать ногами, издавая крик отчаяния. Глядя на то, как Ирис дрожит, словно пойманная капибара, я почувствовал, как по моему телу разливается странный трепет. «Ах». Раньше я слышал, что некоторые граждане Республики испытывают извращённое удовольствие, наблюдая, как люди из Святого Королевства или Империи едят рамён «Булдак» и мучаются от остроты. «Так вот каково это». Всего мгновение назад Ирис самодовольно заявляла: «Разве все эти разговоры об остроте — не просто хвастовство граждан Республики?» Теперь же она плакала и корчилась от боли. Не было чувства лучше этого. — Ну как? Я же говорил, что это остро. — Разве граждане Республики не знают меры?! Это же не просто остро! — воскликнула Ирис, а её глаза отчаянно бегали в поисках чего-нибудь, чтобы остудить её горящий рот. Я протянул ей дымящуюся чашку чая. — Это горячий имбирный чай. Он отлично помогает успокоить жар от специй. (п.п. Это было жестоко.) — Уф... спасибо, Дейл! Ирис залпом выпила горячий имбирный чай. И тогда — — КЬЯЯЯЯЯ!! ---------- Том 1 Глава 49 На следующий день после того, как я показал Ирис пряный вкус Республики. [Не связывайся со мной некоторое время.] Я цыкнул языком, глядя на сообщение, парящее на моих Часах Героя. — Имбирный чай всё-таки оказался слишком крепким? Я почувствовал некоторое сожаление с опозданием, но тогда у меня не было выбора. «Как я мог устоять?» Я никогда не считал себя человеком, который наслаждается чужими страданиями, но... Видя Ирис, которая хвасталась, что такой уровень остроты — пустяк, и рыдающую навзрыд так, что у неё покраснели и глаза, и нос, я не смог удержаться от желания подразнить её ещё немного. «Ладно, что сделано, то сделано». Лучшее, что сейчас можно сделать, — это спокойно подождать, пока её гнев уляжется. — Ну что ж, посмотрим... Изначально в сегодняшнее расписание входил спарринг-класс, предназначенный только для курсантов-воинов, но поздно прошлым вечером появилось объявление о том, что профессор Лукас отменяет занятие из-за проблем со здоровьем. — Ещё вчера он был в порядке, так что за внезапные проблемы со здоровьем? Из любопытства я отправил сообщение через Часы Героя, но ответа не последовало. «Наверняка ничего серьёзного». В конце концов, речь идёт о профессоре Лукасе. Даже если его состояние было плохим, он, вероятно, быстро восстановился бы, как будто ничего не произошло. — Ну, сегодня вечером я встречаюсь с Беральдом... Это означало, что до тех пор у меня было предостаточно свободного времени. «Может, отправиться на тренировочную площадку?» Казалось лучше размять тело, чем бездельничать в комнате общежития, не зная, чем заняться. «Хотя пользоваться тренировочными площадками свободно, как во время академического отпуска, я не смогу». Изначально перед окончанием каникул я планировал занять немного денег у Джульета — нет, попросить ссуду, чтобы подать заявку на личную тренировочную площадку. Но в разгар моего плана я столкнулся с Беральдом, и этому плану пришёл конец. «Ну, ничего не поделаешь». Благодаря вчерашнему спаррингу с ассистентом Винсентом люди обращали на меня внимание больше обычного, но я не мог просто сидеть взаперти в общежитии, размахивая мечом. — Ладно. Я схватил меч и направился на тренировочные площадки. Поскольку с окончания каникул прошло совсем немного времени, общественными тренировочными площадками пользовалось немного курсантов. — О? — Разве это не тот парень из Класса С с практических занятий по бою? — Эй, парень, который победил даже ассистента, — далеко не пустое место. Похоже, он всё это время притворялся слабаком. — Но зачем? Быть на дне специально нет никакого смысла. — Понятия не имею. Но я слышал, что некоторые ребята из Класса С даже сравнивают его с Юреном Гелиосом. — Да ладно, это уже преувеличение, не находишь? — Точно. Парни из этого Класса С никогда даже не занимались у Юрена. Они просто поднимают шум из ничего. Конечно, то, что курсантов было немного, не означало, что я не привлекаю к себе внимания. «Здесь прямо цирк». Я криво улыбнулся, глядя на курсантов, которые начали шептаться стоило мне только войти. Я прошёл мимо них и направился в тихий угол просторной общественной тренировочной площадки. Положив полотенце и бутылку с водой, я начал разминаться с помощью лёгких движений боевых искусств. Вуш! Свись! Хрусь! Воздух гудел от резких звуков, когда мои кулаки и ноги разрезали его. Звук был настолько мощным, что трудно было поверить, будто я не использовал ману. «Похоже, моё тело в отличной форме». Когда я только вернулся, моё тело было не более чем телом ничего не смыслящего дурака, который упорно трудился без толку, но после двух месяцев постоянных тренировок оно претерпело значительные изменения. Мой пресс рельефно вырисовывался, а верхняя часть тела была покрыта сухими мышцами без единого грамма жира. Нижняя часть тела — от талии до бёдер и голеней — развила настолько мощные мышцы, что они напоминали мышцы крупного представителя семейства кошачьих. Кто-то может задаться вопросом, так ли необходимо тренироваться столь сурово, раз можно просто усилить тело маной, но это наивный склад ума, свойственный лишь тем, кто прячется по углам и тратит ману на произнесение заклинаний. «Зачем вливать ману в ветку, чтобы сделать её прочной как сталь, когда можно просто взять стальное оружие?» То же самое касается и тела. Даже если вы используете одинаковое количество маны, разница между усилением слабого тела и тренированного огромна. «Всё равно недостаточно». Благодаря знаниям, полученным от Беральда, моё тело улучшалось быстро по сравнению с затраченным временем. Но чтобы получить почти идеальное тело, как в прошлой жизни, я не мог позволить себе расслабляться на тренировках. — Хух. Как только тело разогрелось, я вытащил меч и начал настоящую тренировку. — Ссс... Я глубоко вдохнул и взмахнул мечом в руке. Начиная с базовых стоек Солнечного Меча, с первой по четвёртую: восходящий удар, нисходящий удар, горизонтальный удар и укол. Четыре базовых движения, которые можно назвать фундаментом владения мечом, выполнялись одно за другим. Вуш! Свись! Вжих! Хотя для удобства я всё ещё называл его Солнечным Мечом, практикуемое мной фехтование эволюционировало настолько, что едва напоминало оригинал. «Оно изменилось ещё сильнее после того, как я недавно повысил уровень». В этот момент, даже если бы Юрен из моей прошлой жизни вернулся, он бы не узнал техники владения мечом, которым когда-то меня научил. «Но ничего страшного». Даже если первоначальную форму теперь трудно узнать, корни моего фехтования по-прежнему уходят к Юрену. «Так что не переживай». Вуш! Капля пота скатилась с моего лба. Меч, пропитанный серой аурой, свирепо рассекал окружающий воздух. «Не переживай, Юрен». Даже если ты забудешь, Я буду помнить. -Не сильно напрягайся, когда машешь мечом. -Очисти свой разум. Медленно. -Думай о том, куда хочет пойти меч, а не куда ты хочешь его направить. Уроки, которым ты меня научил. Озарения, которыми ты поделился. Даже спустя сотни лет, даже спустя тысячи лет. Я всё ещё помню их отчётливо и ясно. — Хух. Слегка запыхавшись, я глубоко вдохнул и вложил меч в ножны. «Хотя то, что я их помню, вовсе не значит, что я полностью их понимаю». Честно говоря, я до сих пор не понимаю, что он имел в виду под словами: «Думай о том, куда хочет пойти меч, а не куда ты хочешь его направить». «Серьёзно, почему ему всегда обязательно говорить так глубокомысленно? Как кто-то вообще должен это понять?» Когда я вспомнил дни, когда учился фехтованию у Юрена, с моих губ сорвался лёгкий смешок. Хлоп-хлоп. В этот момент я услышал отчётливый звук хлопков. Я повернул голову в сторону звука. — Впечатляет. Перед моими глазами предстал молодой человек с лучезарными золотыми волосами, сияющими, как солнце. — Ты... — Ох, прошу прощения, что наблюдал за твоей тренировкой без разрешения. Юноша с золотыми волосами вежливо склонил голову. — Рад знакомству. Я Юрен Гелиос, курсант третьего курса Отделения Воинов. — ...... Я был настолько ошеломлён неожиданным появлением Юрена, что промолчал. Возможно, он неправильно понял моё окаменевшее выражение лица. Юрен неловко почесал затылок, смущённо улыбнувшись. — Прости, что появился так внезапно без предупреждения. — О, эм, нет, всё в порядке. Но почему ты ищешь меня здесь? — Вчера мне довелось увидеть твой спарринг. — А. Он видел, как я спарринговался с ассистентом Винсентом? — Посмотрев тот поединок, я не смог удержаться от желания самому поспарринговать с тобой. Вот почему, несмотря на наличие собственной личной тренировочной площадки, он припёрся аж на общественную, чтобы найти меня. «Как и ожидалось, он всё тот же». Давно повелось так: стоило ему услышать слух о ком-то искусном с мечом, как он выслеживал этого человека, словно голодная гиена с горящими глазами. Это было так на него похоже. Я подавил смешок и кивнул. — Ладно. В любом случае я гадал, как завязать разговор и наладить контакт с Юреном, так что упустить такую возможность я не мог. — Ах... благодарю! — Можешь говорить со мной свободно. Мы ведь с одного курса. — Хорошо, так и сделаю. — Так что, хочешь спарринговать здесь? — Нет. У меня есть своя личная тренировочная площадка, давай пойдём туда. Здесь... слишком много глаз. Юрен повернул голову, бросив взгляд на шепчущихся вокруг нас курсантов. Из-за того, что пришёл Юрен? Всего мгновение назад вокруг было лишь несколько человек, но теперь казалось, что курсанты собираются толпами, грозя заполнить всю тренировочную площадку. — Пойдём, пока не появилось ещё больше народу. — Ага. Когда Юрен пошёл вперёд, толпа расступилась перед ним, словно море, будто они стали свидетелями чуда одного из семи богов. «Я думал, в последнее время ко мне приковано много внимания, но рядом с Юреном я понимаю, что это ничто по сравнению с ним». Ну, в этом был смысл. В конце концов, курсант, шедший впереди меня, был знаменитым наследником Солнечного Меча Рейнальда Гелиоса. Такое внимание было вполне естественно. — Это моя тренировочная площадка. — Вау, это место потрясающее. Хотя она была не такой большой, как общественные тренировочные площадки, аккуратно организованный интерьер, стены, заполненные тренировочным инвентарём, и даже собственные душевые с сауной — всё это заставляло общественный объект блекнуть на её фоне. «Увидев это вживую, я захотел её ещё сильнее». Словно деревенщина, только что прибывший в город, я оглядел частную тренировочную площадку Юрена, сглатывая слюну. — Ну что, как будем спарринговать? — Как тебе будет угодно. — Хм... как насчёт того, чтобы начать без использования маны? Юрен осторожно предложил. «Похоже, он знает, что у меня мало маны». У Юрена же маны было гораздо больше, чем даже у большинства профессоров, не говоря уже о других курсантах. Он, должно быть, понял, что использование маны в спарринге не позволит провести честный бой между нами. «Ну, он не ошибся». Без использования усилителя стигмы чистая разница в объёмах нашей маны превысила бы десяток раз, так что в поединке с применением маны я бы закономерно оказался в невыгодном положении. — Ладно, давай сначала поспаррингуем без маны. — Спасибо. Я сжал деревянный тренировочный меч и встал перед Юреном. Когда Юрен поманипулировал своими Часами Героя, посреди тренировочной площадки появилась голограмма. [Режим тренировки подтверждён.] [Спарринг начнётся через 5 секунд.] [4, 3, 2, 1.] Когда парящие в воздухе цифры исчезли — Вуш! Мы с Юреном одновременно оттолкнулись от земли, бросаясь друг на друга. И тогда... * — Ха... ха... ух! Юрен рухнул, тяжело задыхаясь. — Эт... этого просто не может быть... Дрожа, он с неверием уставился на свой меч, лежавший на земле. Я сделал глоток из стоявшей рядом бутылки с водой, ожидая, пока он отойдёт от шока. — Дейл! Юрен внезапно вскочил и зашагал ко мне. Крепко схватив меня за руку, он воскликнул дрожащим голосом: — Кт... кто, чёрт возьми, научил тебя такому фехтованию?! Как думаешь, идиот? «Я научился этому у тебя». ---------- Том 1 Глава 50 Юрен Гелиос. Потомок Рейнальда Гелиоса, лидера Пяти Великих Героев, известного как «Солнечный Меч». Гений фехтования, который в возрасте всего 10 лет превзошёл своего учителя своими навыками владения мечом. Его называли по-разному: реинкарнация Рейнальда, возвращение Солнечного Меча, тот, кого Семеро Богов благословили божественным мечом. С юных лет Юрен очаровал весь континент, в свою очередь продемонстрировав невообразимое для своего возраста мастерство и сделав себе имя. Люди приветствовали его как гения, который спасёт семью Гелиос, медленно увядавшую последние 500 лет. Но, как говорится, за гениальностью часто следует трагедия. Когда Юрену исполнилось 12 лет, произошёл трагический инцидент: его младшая сестра Юрина Гелиос погибла в результате несчастного случая. Причиной смерти назвали падение — трагедия произошла на святой горе, где были похоронены главы семьи Гелиос. Опустошённый смертью сестры, Юрен отдалился от мира, даже бросив меч, с которым никогда не расставался. Он заперся дома, прекратив любую внешнюю активность. Прошло три года. Пока сплетники с удовольствием утверждали, что свет надежды семьи Гелиос погас, что солнце зашло, — Юрен наконец нарушил молчание и вновь появился. Местом его возвращения стало не что иное, как ежегодный турнир по фехтованию, проводимый империей. В возрасте всего 15 лет Юрен занял второе место на имперском турнире по фехтованию, показав миру, что с ним всё ещё нужно считаться. С тех пор его взлёт был стремительным. В 18 лет он поступил в Академию Героев лучшим в своём классе и ни разу не уступил место курсанта, занимающего первое место в рейтинге, закрепив за собой статус наследника «Солнечного Меча». Но теперь этот самый Юрен — гениальный мечник среди элитных гениев — склонял голову, прося обучить его фехтованию курсанта, находящегося в самом низу рейтингов. Что бы подумали посторонние, увидев это? «Вероятно, они бы подумали, что спят». Честно говоря, именно так я себя сейчас и чувствовал. «Впрочем, я всё равно собирался его обучать, так что ему не обязательно было просить». Я никак не ожидал, что Юрен придёт ко мне первым с просьбой обучить его фехтованию. И особенно после всего лишь одного спарринга без маны между сокурсниками. — Ты хочешь, чтобы я обучал тебя фехтованию? — Да. Я дам тебе любую награду, какую захочешь. — Дело не в награде. Ты правда уверен? — Уверен в чём? — Если люди узнают, что лучший студент учится фехтованию у того, кто в самом низу, вся академия встанет на уши. — Мне всё равно. Юрен ответил с твёрдым выражением лица. «Он был страстно увлечён мечом даже в своей прошлой жизни, но кажется, теперь это стало ещё сильнее». Я покачал головой, глядя на Юрена. — Я не против обучить тебя, но не вздумай рассказывать об этом людям. Это повредило бы его репутации, если бы кто-нибудь узнал, что Юрен учится у меня. Я не хотел быть обузой для своего друга. — ...Спасибо, Дейл. Юрен улыбнулся, словно нашёл оазис посреди пустыни. — И что мне делать сначала? — Хм... Я на мгновение задумался, прежде чем оглядеть тренировочную площадку. — Для начала помахай мечом так, как делаешь это во время одиночных тренировок. — Как на обычных тренировках? — Ага. И используй ману тоже. — Понял. Юрен переместился в центр тренировочной площадки, сжав меч обеими руками, и медленно сделал глубокий вдох. Ву-у-у! Мана полилась по всему его телу, и от меча начала исходить аура. Яркая золотая аура, под стать названию «Солнечный Меч»... «А?» Я наклонил голову, наблюдая за золотой аурой, кружащейся вокруг меча Юрена. «Она всегда была такой бледной?» Я чётко помнил, что в прошлом аура Юрена была намного ярче и лучезарнее, но теперь она казалась почти разбавленной, словно смешанной с водой. «Ну, возможно, она меняется со временем». Не было ничего необычного в том, что цвет ауры меняется по мере роста навыков, поэтому я решил не зацикливаться на этом. «В конце концов, цвет ауры не так уж важен в фехтовании». Я улыбнулся, глядя на Юрена, сосредоточенного на своём мече и готового начать. «Прошло немало времени». В прошлом мне очень нравилось наблюдать, как Юрен вот так практикует фехтование. Простой просмотр уже завораживал. Его владение мечом было настолько прекрасным. — Я начинаю. Меч Юрена прочертил элегантную линию, разрезая воздух. Каждый взмах был безупречным, что свидетельствовало о том, как усердно он тренировался. Я сжал кулак, наблюдая, как золотая аура красиво окрашивает воздух. «Это меч Юрена». Меч, который покорял людей одним своим присутствием. Достаточно изящный, чтобы заставить сердце биться чаще, и в то же время благородный, от которого оно замирало от боли. Меч моего дорогого друга. «Конечно, по сравнению с фехтованием, что я видел в своей прошлой жизни, ему ещё предстоит пройти долгий путь». Но всё же я знал. Только я мог знать. Мечник передо мной станет солнцем ещё более ярким, чем Рейнальд Гелиос, «Солнечный Меч» из прошлого, 500 летней давности. — Ха-а-а! С коротким криком из меча Юрена вырвался взрыв ауры. Грохот! Вся тренировочная площадка зазвучала эхом, словно ударил гром. Я посмотрел на клубящуюся золотую ауру с кривой усмешкой. «Сколько бы раз я ни видел это, количество маны просто абсурдно». Я слышал, что у Юрена было больше маны, чем у других, с тех пор как он впервые пробудил свою стигму. «И, наверное, с самого детства его пичкали всевозможными магическими эликсирами под солнцем». С его врождённой маной, полной поддержкой семьи и постоянными тренировками с помощью техник дыхания неудивительно, что в 20 лет у Юрена было больше маны, чем у большинства профессоров. «Это идеальное сочетание таланта, усилий и поддержки». При всём этом вполне логично, что у него было такое нелепое количество маны. Вух! Шурх! С-с-шш! Мерцающая золотая аура рассеялась примерно через пять минут элегантных движений мечом. — Ну как? — спросил Юрен, медленно выдыхая. — Ты был потрясающ. И впрямь, фехтование Юрена поистине заслуживало того, чтобы называться гениальным. — Потрясающ? Я даже не смог толком контратаковать, прежде чем проиграть тебе. — Ну, это... Каким бы гением меча ни был Юрен, его нельзя было сравнить с таким человеком, как я, тренировавшимся сотни, если не тысячи лет. «Это всё равно что сравнивать малыша, только научившегося ходить, со взрослым человеком». Конечно, с точки зрения Юрена, не знавшего об этом факте, я, наверное, казался каким-то богом меча. «Вообще-то, для меня лучше, чтобы он продолжал так думать». Точно так же, как одни и те же слова могут иметь разный вес в зависимости от авторитета говорящего, чем больше Юрен считал меня потрясающим, тем легче было бы учить его фехтованию. «Может, стоит зайти ещё дальше?» Я усмехнулся, поворачиваясь к Юрену. — Ладно. Давай тогда ещё разок. — Хорошо. — На этот раз давай с маной. —...С маной? Юрен замялся, его выражение лица застыло, и он замолк. Он осторожно оценил мою реакцию, прежде чем продолжить. — Я не хочу показаться грубым, но... — Тебе интересно, не слишком ли велика разница в нашей мане? — О, эм, да. Извини. — Здесь не за что извиняться. Большое количество маны тоже может влиять на фехтование. Разве я уже не испытал это на собственном опыте во время состояния «Воплощение Огня»? «Мана и фехтование неотделимы друг от друга». Юрен как-то сказал, что если кто-то достигнет вершины фехтования, он сможет творить чудеса одним лишь чистым мастерством владения мечом, без маны. «Но ты в этом ошибаешься, Юрен». Без маны невозможно даже достичь вершины фехтования. «Если подумать, это вполне естественно». Говорить кому-то достичь вершины без маны — всё равно что просить лететь без крыльев. «Конечно, наличие маны тоже не гарантирует достижение вершины». Также было верно и то, что никакие тренировки исключительно чистого фехтования никогда не приведут туда. — Если ты настаиваешь... ладно. Юрен кивнул и поднял на меня меч. Вдоль его клинка замерцала золотая аура. Я встал перед ним, обнажая собственный меч. И тут — Лязг. Кланг! Ка-кланг! Кланг! Раздался чистый звон стали, когда золотая и серая ауры сплелись воедино. — Угх...! При каждом столкновении наших мечей кожа на моих ладонях рвалась, посылая сквозь меня волны невыносимой боли. — Возможно, не использовать ману было лучшим... — Хватит нести чушь и сражайся нормально, идиот. Я бросился к Юрену, призвав всю ману, что у меня была. Грохот! Тренировочная площадка задрожала, словно от землетрясения. — Угх?! Сначала Юрен агрессивно давил на меня, полагаясь на свою подавляющую ману, но вскоре начал сдавать позиции. — Какого...? Глаза Юрена расширились от шока, когда он в неверии уставился на свой меч, окутанный золотой аурой. Просто глядя на количество ауры, собравшейся вокруг их мечей, было очевидно, что разница в мане между Юреном и мной огромна. «Его меч должен быть намного быстрее и сильнее... Так он думает» Так почему же оттесняли его, а не меня? — На сегодня хватит. — Но я ещё могу продолжать! — Я сказал, хватит. — Угх... — Не спеши. Нельзя овладеть фехтованием за один день, верно? — Да... ты прав. Я вложил меч в ножны, тихо сглотнув сухую слюну, чтобы Юрен не заметил. «Ух, этот парень безумен». Я изо всех сил старался сохранять невозмутимое выражение лица перед ним, но, честно говоря, я тоже отделался не совсем без царапин. «Я чуть не опозорился, пытаясь покрасоваться». Если бы спарринг продлился ещё хоть минуту... нет, всего на тридцать секунд дольше, проигрывал бы вовсе не Юрен — а я. — Скажи мне. Как мне... обращаться с мечом так, как это делаешь ты? — спросил Юрен, и в его голосе звучала определённая доля отчаяния. — Как обращаться с мечом как я, да... Я никогда бы не вообразил, что услышу нечто подобное от Юрена. «Ну, я же не могу сказать ему пойти потренироваться пару тысяч лет, как это сделал я». Я порылся в воспоминаниях о прошлой жизни, пытаясь придумать правдоподобный ответ. «О, это сработает». Я ухмыльнулся и понизил голос. — Не думай о том, куда хочешь направить меч. Думай о том, куда сам меч хочет направиться. — Не думать о том, куда хочу направить... а куда меч хочет направиться? — Да. — Что это вообще значит? Меч — не живое существо. Откуда мне знать, куда он хочет направиться? Понятия не имею, идиот ты этакий. «Каково это? Запутано, да?» Наблюдая за тем, как Юрен погружается в глубокие раздумья с серьёзным выражением лица, я не смог удержаться от смеха. Это казалось странно приятным, словно я только что отомстил в мелочах. — Тебе не обязательно понимать это сразу... —...Ах! В этот момент Юрен издал тихий вздох. Всё его тело задрожало, когда он сжал кулак. — О, о-о-ох! Точно! Я теперь понял! Вот что это значит! — Что? Ты понял? «Как ты это понял?» Даже я не понимаю. ---------- Том 1 Глава 51 Прошло три года. С тех пор как я поступил в Академию Героев... нет, даже до поступления мой меч перестал расти. Словно я врезался в массивную стену. Я махал мечом день и ночь, пытаясь прорваться, но в итоге не добился никакого прогресса. Мой меч полностью перестал эволюционировать или меняться. Шестая форма Солнечного Меча, Сияние. Это был высший уровень формы, которого я мог достичь. Люди, знающие о семье Гелиос, могли бы сказать следующее: Для того, кому всего двадцать лет, освоить шестую форму Солнечного Меча — это поразительно. Что никто, кроме создателя Солнечного Меча, Рейнальда Гелиоса, не добивался столь многого в столь юном возрасте. Но. «Этого недостаточно». У меня была причина, почему мне нужно стать сильнее. Подняться выше. Шагнуть дальше. Пока я не стану «Солнцем», сияющим высоко в небе. «Я... не могу остановиться здесь». Прикусив губу до крови, я взмахивал мечом. Каждый день. Каждый день. Не пропуская ни единого дня, я вкладывал в меч всё. Но результат всегда был один и тот же. Стена, возвышающаяся передо мной, была невероятно высокой и пугающе прочной. «Я должен стать сильнее. Сильнее. Сильнее». Если я не стану сильнее, я... Я... -Если бы только ты... если бы только тебя здесь не было! Из-за тебяяяя!!! Каждую ночь в моих снах повторялась одна и та же сцена. Звук разбивающегося цветочного горшка. Вода, проливающаяся на пол, и острые осколки горшка. Руки моей матери, душащие меня. Удушающая боль. Моё сознание угасало. Её налитые кровью глаза, смотрящие на меня сверху вниз. «Я должен стать сильнее». Если нет, я не заслуживаю жить. — Юрен, ты слышал об этом? Однажды. Одноклассник, сидевший рядом со мной (по какой-то причине они используют со мной уважительные интонации), рассказал мне слух. Слух о ком-то по имени Дейл Хан, обычном курсанте с самого дна рейтинга. — Нет, правда. Эти парни из класса С продолжают сравнивать тебя с этим Дейлом. Разве они не сумасшедшие? Сначала это было простое любопытство. Говорили, что он победил профессора Лукаса. Что он вырубил Камиллу одним ударом. Что он в мгновение ока зарубил десятки демонический зверей. Слухов было много, но моё внимание привлекло следующее: — Говорят, этот Дейл разрезал тренировочный деревянный меч другим деревянным мечом без использования какой-либо маны. Разрезать тренировочный деревянный меч — который по сути был деревянной дубинкой — с помощью другого деревянного меча было невозможно без исключительного мастерства владения мечом. Поэтому я пошёл посмотреть на это сам. И я увидел это. То, что было слишком односторонним, чтобы называться спаррингом между ассистентом и курсантом. Когда я увидел ассистента Винсента, упавшего и сжимающего свою окровавленную руку, и седовласого курсанта, гордо стоящего перед ним... По какой-то причине я почувствовал в груди волнующее возбуждение. Пожалуй, похожее на чувство воссоединения с давно потерянной первой влюблённостью. Я не мог понять, почему чувствовал себя так. Но, словно одержимый чем-то, на следующий день я разыскал его. — Посмотрев тот поединок, я не смог удержаться от желания самому поспарринговать с тобой. Честно говоря, моё желание сразиться с ним наполовину было ложью. Больше, чем желание спарринговать, я просто хотел поговорить с ним. «Но». После сокрушительного поражения в нашем первом спарринге мои мысли полностью изменились. «Может быть, этот человек сможет научить меня, как преодолеть стену». Честно говоря, я думал, что шансы малы. Но моё отчаянное желание преодолеть «стену» было сильнее всего остального. Поэтому я уцепился за малейшую надежду и начал у него учиться. — Не думай о том, куда хочешь направить меч. Думай о том, куда сам меч хочет направиться. Когда я услышал эти слова, мне показалось, что молния ударила мне в голову. «Думать не о том, куда я хочу направить меч, а о том, куда сам меч хочет отправиться». Иными словами, он говорил мне не владеть мечом своей волей, а вложить свою волю в меч и позволить ему вести меня. «Вложить своё сердце в меч». Это была радикальная концепция, о которой я даже никогда не задумывался. Но в тот момент я почувствовал, как крошечная трещина появилась в массивной стене, преграждавшей мне путь последние три года. Конечно, одно-единственное высказывание Дейла не разрушило стену полностью. Но даже обнаружение небольшой зацепки о том, как её сломать, было достаточно, чтобы моё сердце переполнилось радостью. — Спасибо... большое спасибо тебе, Дейл. Одолеваемый эмоциями, я импульсивно крепко обнял его. — Э-э, да? Увидев удивлённое выражение лица Дейла, я вдруг осознал, что натворил. — Ах... п-прости. Я быстро отстранился, и между нами воцарилось неловкое молчание. «О чём ты думал, Юрен?!» Хотя было уже поздно возвращать случившееся назад, я глубоко сожалел об этом. Я торопливо заговорил: — О-огромное спасибо за сегодня. Я обязательно отплачу за эту услугу, чего бы мне это ни стоило. — Всё в порядке. Тебе не нужно об этом беспокоиться. — Нет, я настаиваю. Как я мог молчать после получения столь значимого урока без какой-либо компенсации? — Подожди здесь минуту. В поисках способа отблагодарить его за доброту я торопливо порылся в шкафчике в личной тренировочной комнате. Внутри лежал эликсир, усиливающий ману, который мне подарили как лучшему курсанту моего года. Этот эликсир теперь мало мне помогал, так как он больше не был достаточно мощным, чтобы увеличивать мою ману. Но для Дейла, у которого было мало маны, он должен оказаться весьма полезен. — Это... быть не может, это что, эликсир? — Да. Возможно, эффект будет не огромным, но он поможет увеличить твою ману. Дейл усмехнулся, глядя на эликсир в своей руке. — Ты действительно отдаёшь мне его? Эликсиры, усиливающие ману, невероятно редкие. — То, чему ты меня научил, значит гораздо больше, чем это. Услышав мои слова, Дейл легко усмехнулся. — Ну ладно. С твоим уровнем маны этот эликсир, наверное, всё равно мало что значит. — ... Почему-то, когда он это сказал, я почувствовал себя виноватым, словно пытался отплатить за его доброту чем-то бесполезным. — Н-нет, я не думаю, что мы в расчёте. Я дам тебе что-нибудь ещё позже... — Хватит, приятель. Между друзьями разве кто-то ведёт счёт вот так? — ...Друзьями? — Ах. Выражение лица Дейла застыло. — Ах... то есть, кхм. Скрестив мечи однажды, разве мы не друзья? Верно? — Д-да. Верно, друзья. Друзья... Значит, друзья. Почему так? Когда я услышал это слово, странная волна гнева скрутила меня изнутри. «Что это за чувство?» Всякий раз, когда я был с Дейлом, во мне иногда поднимались эмоции, которые я не мог понять. — В общем. Как насчёт того, чтобы встречаться каждую среду и пятницу с этого момента, и я буду учить тебя фехтованию по два часа каждый раз? — ...Ты будешь продолжать меня учить? Я широко раскрыл глаза от неожиданного предложения. — Ну а что, ты думал, я обучу тебя за одно занятие? Ты думаешь, фехтование — это так просто? — Н-нет. Я просто... я действительно очень благодарен. Почему он так добр ко мне, к тому, кого едва знает? Прежде чем я успел попытаться это выяснить, Дейл повернулся, чтобы уйти. — Ну, уже поздно, так что я пойду. — Д-да. Порыв попросить его не уходить подступил к горлу, но я едва смог сдержать его. — Э-э, послушай. Осторожно окликнул я удаляющегося Дейла. — М? — Могу я... добавить твой контакт в Часах Героя? — О, точно. Я забыл об этом. Он кивнул и протянул запястье с надетыми на него Часами Героя. [Вы хотите зарегистрировать контакт «Дейла Хана»? (ДА / НЕТ)] Голограмма всплыла над моими Часами Героя. Я быстро двинул руку и нажал кнопку «ДА». [Контакт «Дейла Хана» успешно зарегистрирован.] — Тогда увидимся. Похоже, мы встретимся завтра, так как среда. Поговорим о времени позже в сообщении. С этими словами Дейл покинул тренировочный зал. — ...... Оставшись один в зале, я коснулся Часов Героя, где теперь хранился контакт Дейла, и подумал о его лице. Тёмно-серые волосы, напоминающие сожжённый пепел. Слегка острые глаза и таинственные зелёные радужки. Сильная мужественная челюсть и изящная переносица, опускающаяся между его бровей. Его нельзя было назвать типичным красавцем. Но в его лице было странное, пленительное очарование. «...Дейл». Почему так? От одной мысли о его лице моё сердце забилось так, будто оно было разбито. Хотя мы только что расстались, мне безумно хотелось встретиться с ним снова. И вовсе не ради тренировки фехтования. Я просто хотел поговорить с ним, пусть даже о пустяках. Чуть подольше, ещё чуть-чуть подольше. Я хотел быть с ним. — Написать ли ему и спросить, не хочет ли он поужинать позже? Я с трудом сглотнул и поднёс руку к его контакту на Часах Героя, но, несколько раз поколебавшись, снова опустил её. — ...Я веду себя нелепо. Никто лучше меня не знал, что я не в том положении, чтобы увлекаться такими личными чувствами. — Пора в душ. Я сорвал с себя пропитанную потом тренировочную одежду и вошёл в душевую. Отражение в большом зеркале. Красивый мужчина со светлыми волосами и золотыми глазами смотрел на меня в ответ. — ...... Я встал перед зеркалом и медленно поднял руку, чтобы коснуться своей левой груди. Мои кончики пальцев коснулись выгравированной там «Стигмы Бога Луны». Скрип. Звук вырвался сквозь мои стиснутые зубы. — Вздох. Глубоко вздохнув, я снял кулон, висевший на моей шее. И затем. Ву-у-у! Лучезарное сияние исходило от кулона, окутывая моё тело. После того как свет, заполнивший душевую, угас, фигура, отражённая в зеркале, оказалась... — ...... Красивая женщина с серебряными волосами, словно сотканными из лунного света. Я погладила свою теперь уже выдающуюся грудь и включила душ. Ш-ш-ш-ш. Тёплая вода струилась по моему телу. — ...Не забывай. Я сжала кулак и напомнила себе. Клятву, которую я повторяла сотни, нет, тысячи раз. — Я Юрен Гелиос. Потому что восемь лет назад Юрина Гелиос умерла. ---------- Том 1 Глава 52 После знаменательной (?) встречи с Юреном моя повседневная жизнь стала настолько безумно занятой, что казалось, будто слово «занятая» — это преуменьшение. «Школьные лекции, задания…» Каждый вечер я встречался с Беральдом и Юреном, чтобы обучать их боевым искусствам и фехтованию, и втискивал собственные тренировки везде, где только мог. «Я ведь реально сдохну». Ну, в моём случае, даже если я умру, я быстро вернусь к жизни. Однако душевное истощение было не тем, что способно восстановить даже божественное благословение возрождения. «Ах, как же хочется отдохнуть». Мне хотелось пролежать в постели весь день напролёт, просто расслабляясь. «Какое это было бы блаженство». Представление о том, как я неспешно дремлю под тёплым весенним солнцем, пробивающимся сквозь окно, заставило меня сглотнуть слюну. Жажда отдыха опаляла мне горло. Собравшись с остатками рассудка, я едва заставил себя вытащить тело из постели. — Фух… Всё равно нужно делать то, что должно. Сегодня была суббота. Никаких лекций, никаких встреч с Беральдом и Юреном, но это вовсе не значило, что делать было нечего. — Сначала надо навестить профессора Джейда. Я опустил взгляд на квадратную коробочку с пилюлей. Эта пилюля была эликсиром для усиления маны, который подарил мне Юрен. Хотя людям с большим запасом маны от неё не было бы особой пользы, для такого как я, обладающего ничтожным количеством маны (хотя в последнее время оно немного возросло), это был весьма ценный эликсир. «Конечно, можно было бы принять её просто так, но…» Раз уж у меня оказался этот эликсир, стоило спросить профессора Джейда, авторитета в алхимии, нет ли какого-нибудь способа усилить его действие. — А затем… надо встретиться с Джульетом. После посещения личной тренировочной площадки Юрена моё желание обзавестись собственной только усилилось. «После матча с ассистентом Винсентом это место стало слишком притягательным». Честно говоря, общественные площадки только мешали тренировкам. «Юрен и другие лучшие студенты не зря тренируются на личных площадках». Стоило зайти на общественную тренировочную площадку, как зрители сбегались, словно обезьяны в зоопарке, лишая всякой возможности сосредоточиться. — Пожалуй, сначала отправлю ему сообщение. Я кликнул по контакту Джульета и отправил весточку. [Нам нужно поговорить о кое-чем важном. Ты сегодня свободен?] [А? О чём ты хочешь поговорить?] Я тут же получил ответ. [Расскажу при встрече, так что свяжись со мной позже.] [Хорошо. Я на связи.] Плата за подачу заявки на личную тренировочную площадку была немаленькой, но имея на руках «слабость» Джульета, у него не останется выбора, кроме как подчиниться. «Проверим, на месте ли фотографии». Я открыл файл альбома на своих Часах Героя. — Ой, мои глаза! Первым делом появилась фотография Джульета в женском платье, принимающего кокетливую позу. И хотя я шантажировал его в благих целях, сам факт хранения подобных фотографий в моих Часах Героя сводил с ума. «Если в этот раз я выбью из него деньги… нет, как только получу деньги, я сразу же удалю эти фото». Я чувствовал, что уже достаточно отомстил за издевательства Джульета в прошлой жизни, так что планировал оставить его в покое. — Ладно, пора собираться в путь. Только я собрался выйти... Тук-тук. Раздался стук в дверь. — А? Кто бы это мог быть в такое время? Скрип. Наклонив голову в недоумении, я открыл дверь и увидел Ирис с яростным выражением лица. — Что происходит… Ой! — Ах ты негодяй! Ирис яростно вцепилась мне в воротник, брызжа гневом. — Погоди… в чём дело? — И ты ещё спрашиваешь? Сам не знаешь? Ирис скрипнула зубами и продолжила: — Почему ты не связывался со мной последние несколько дней? — Ну, ты же сама просила какое-то время не беспокоить тебя… — И ты реально не стал?! Тьфу, у тебя и совести нет! Ирис с обеих сторон оттянула мне щеки и с досадой топнула ногой. — Уф. Ладно, это была моя ошибка — ожидать от тебя хоть чего-то толкового. Хм. Ирис бросила на меня косой взгляд, уже полностью одетая для выхода на улицу. — Сегодня выходной. Куда это ты собрался? — Ох, я лишь собирался ненадолго заглянуть в лабораторию профессора Джейда… — Опять работа? Ирис уставилась на меня так, будто допрашивала преступника. — Не совсем работа, просто у меня к нему дело. — Значит, не отдыхать? — Ну… вроде того. На лбу у Ирис вздулась толстая вена. Она схватила меня за руку и выпалила: — Сегодня ты пойдёшь со мной в Вальхаллу. — А? С чего вдруг? — Ты ведь не думаешь отказаться? Ирис лучезарно улыбнулась и подмигнула. — …Я быстро соберусь. Похоже, визит в лабораторию профессора Джейда придётся отложить до завтра. * Мы с Ирис направились в Вальхаллу, огромный мегаполис, окружающий Академию Героев. — Кстати, а как же Камилла? — Я ускользнула, ничего ей не сказав. — …Это вообще нормально? — Раз со мной ты, отдельный эскорт ведь не нужен, верно? Ну, тут не поспоришь. — Потом ей расскажешь? Ирис одарила меня милой улыбкой и подмигнула. — Понял. Я невольно улыбнулся её естественной непринуждённости. — Кстати, раз уж мы направляемся в Вальхаллу… мы в приют? — Нет. Сегодня мы пойдём в другое место. — Куда? — Тадам! Смотри сюда! Ирис гордо подняла два билета с крупным изображением кулака. — В Республике сняли фильм по истории о Железном Кулаке Рюджин Соне! — А, понятно. Я вспомнил, как Ирис говорила, что ей нравится Железный Кулак Рюджин Сон, один из Пяти Великих Героев. — Он идёт уже какое-то время, но… я хотела посмотреть его вместе с тобой. — С удовольствием. — Да и кинотеатр совсем близко. — Где именно? — Чуть вглубь города, совсем недалеко. Кинотеатр, значит. — Я только слышал о них, но никогда не был в настоящем кинотеатре. — Серьёзно? Ты из Республики и ни разу там не был? — Просто как-то не выпадало возможности. Если точнее, дело было не в отсутствии возможности, а в банальной нехватке денег. В курсантские годы у меня не было лишней копейки, жил на скудные пособия, которые выплачивала Республика. После выпуска меня отправили наёмником на южный фронт, где о культурных заведениях и не слыхивали. — А ты сама бывала в кинотеатрах, Ирис? — Несколько раз водила туда детей из приюта. — Правда? Тогда всю экскурсию доверяю тебе. — Хе-хе, предоставь это мне! Ирис уверенно похлопала себя по груди и зашагала вперёд. Мы прибыли к кинотеатру. Фильм, о котором говорила Ирис, назывался «Железный Кулак: Рассвет Легенды» — довольно банальное название. На постере красовался лысый бородатый амбал (к слову, в исторических хрониках Рюджин Сон никогда не был лысым), сжавший кулаки и ревущий в экстазе. «С какого перепугу нормального человека сделали лысым?» Пока я ухмылялся, разглядывая постер в углу, Ирис схватила меня за руку и потянула за собой. — Сюда, Дейл. — А? Разве вход не с другой стороны? — Да, но сначала купим закуски, а потом уже пойдём. — Ого, прямо во время просмотра можно есть? — Конечно! Какой же поход в кино без попкорна? Ирис ловко подлетела к прилавку с закусками. Не колеблясь ни секунды, она заказала набор для пар (увидев надпись «для пар», выбор был сделан мгновенно) и с сияющей улыбкой направилась в кинозал. — Ну как? Вкусно? — Вкусно-то вкусно… но мы же съели больше половины ещё до начала фильма. Это вообще нормально? — Попкорн как раз и создан для того, чтобы его ели до начала сеанса. Заявила Ирис, отправляя в рот очередную порцию. — На, скажи а-а-а. — Я и сам могу… — Скажи а-а-а. — Слушаюсь. Словно птенчик, которого кормит мать, я послушно принял попкорн из её рук. Затем свет погас, и начался фильм. Художественной ценности в картине было мало — обычный лёгкий боевичок. В нём рассказывалось о Рюджин Соне, прибывшем из другого мира и упорно тренировавшемся ради получения титула «Железный Кулак». Если не считать того факта, что после трёх лет тренировок герой загадочным образом облысел, в остальном сюжет следовал истории Рюджин Сона, которую я учил по учебникам. (п.п. А, вот теперь дошла отсылка.) Боевые сцены были неплохи, но достоинств у фильма оказалось немного. Зато Ирис наслаждалась по полной, сжав кулачки и полностью погрузившись в происходящее на экране. — Ну же… вставай! Ха-ха. А Ирис та ещё эмоциональная натура. — Да, так их! Размозжи головы этим ублюдкам! — … Пожалуй, чересчур эмоциональная. — Впрочем, людей почти нет, так что сойдёт. Как и говорила Ирис, из-за того, что фильм шёл уже давно, кинозал был практически пуст, если не считать нас двоих. — Зато смотреть комфортно. Я провёл мирные минуты, наблюдая за Ирис, которая тихо бормотала что-то вроде «Переломи их пополам!» и «Оторви им конечности!» (она развлекала меня куда больше самого фильма). После сеанса мы перекусили в ресторанчике неподалёку, поболтали в кафе и прогулялись по парку под лучами тёплого весеннего солнца. «Я даже не помню, когда в последний раз вот так расслаблялся». Усевшись на парковую скамейку, я широко раскинул руки, наслаждаясь теплом. С самого возвращения мой график был настолько безумным, что я даже не думал о подобном отдыхе. — Дейл. — М? — Ложись-ка сюда. Ирис похлопала себя по коленям, устроившись рядом на скамейке. — С-сюда? — Ага. Всё равно вокруг ни души. — Но… — Давай-давай. Ложись быстрее. Ирис потянула меня за собой, и я положил голову ей на колени. Затылок утонул в мягкой и нежной подушке. Ирис ласково гладила меня по лбу, пока мы смотрели в небо. — Сегодня ведь правда прекрасная погода? — Погода? — Угу. Ветерок дует как надо, и небо чистое-чистое, ни единого облачка. Я повернул голову, глядя ввысь по её словам. Всё моё поле зрения заполнила великая пелена благословения. Не то что неба, даже её лица было не разглядеть. Столкнувшись с этим ошеломляющим зрелищем прямо перед собой, я невольно выдохнул. — Ого, какая огромная… то есть, красота. — …… Кхм. — …Что огромная? Ирис прищурилась, требуя ответа. — Э, ну, это… понимаешь… Покрываясь испариной и лихорадочно соображая, как оправдаться, я почувствовал, как Ирис легко ущипнула меня за щеку. — Извращенец. Слегка подразнив меня, она перехватила мою руку и притянула её к своей груди. — Если тебе так интересно… хочешь потрогать? — Чего? О святая. Если ты будешь говорить такое, я ведь и согласиться могу. ---------- Том 1 Глава 53 — Ты о чём? — А что ещё? Каждый раз ты пялишься на мою грудь своими вороватыми глазёнками. Ирис игриво ткнула меня в щеку, озорно улыбаясь. — Каждый раз? Неправда. Это несправедливо. Я смотрю только изредка. — Лжец. Думаешь, я не замечаю, куда устремляются твои глаза каждый раз, когда мы встречаемся? — Ну, это... Это просто мужской инстинкт, знаешь ли... эта... штука. — Хе-хе. Если это ты, Дейл, то всё в порядке. Можешь смотреть сколько захочешь. Она тепло улыбнулась, нежно поглаживая меня по щеке. — ... Как и ожидалось, после того как я спас её от Астарота, Ирис стала смелее в своих поступках. «Наверное, я ей нравлюсь». Я не был слеп; я давно заметил, что она видит во мне не просто друга. «Конечно, я чувствую то же самое». В нашей прошлой жизни мы были возлюбленными. Естественно, я хотел быть с ней снова в этой жизни. «Но не сейчас». Прямо сейчас нет времени на романтику. Хотя я победил Астарота и изменил будущее, именно потому, что я изменил его, нужно готовиться к новым предстоящим опасностям. «Мы сможем стать возлюбленными, когда всё уляжется». Прождав сотни, если не тысячи лет, я запросто мог подождать ещё немного. — Кхм. Я отдёрнул руку как раз в тот момент, когда она уже собиралась потянуться к груди Ирис. «Да, терпение». Блага приходят к тем, кто ждёт... — Оп! Хлюп. Ощущение небесной мягкости разлилось по моей руке, переполняя мои чувства. — И-Ирис?! Вздрогнув, я посмотрел на Ирис, чьё лицо покраснело до самых ушей. Она осторожно заговорила: — Тебе не обязательно... так сильно сдерживаться. — Что ты имеешь в виду...? — Ты вечно как будто сдерживаешься, Дейл. Ирис посмотрела на меня грустными глазами. — Даже сегодня ты ведь просто хотел отдохнуть, верно? — Нет, на самом деле я... — Лжец. Ты хотел отдохнуть. — ... Откуда она узнала? — Это и так понятно по твоему лицу. — ...Какое у меня сейчас лицо? — Ты выглядишь измождённым. Действительно измождённым. — ... Я думал, что хорошо это скрываю, но, судя по всему, выражение моего лица выдало меня. — Прости. Испытывая чувство вины за то, что заставил её волноваться, я попытался приподнять голову с её колен, но — — Лежи смирно. Ирис мягко надавила мне на лоб, возвращая голову обратно на свои колени. Мягкий белый свет начал исходить от её тела, окружая нас. Её некогда синие глаза переливались цветами радуги. — О Семь Богов, прошу, взгляните милостиво на своё дитя, павшее от истощения. Она прошептала тихую молитву, и окутавший её белый свет потёк в меня через её руки. — Ах. Успокаивающее тепло, похожее на погружение в горячую ванну, растеклось по моему телу, растапливая усталость, которая давила на меня. — Как себя чувствуешь? Теперь немного легче? — ...Ага. Это было похоже на транс, мой разум затуманился, пока я боролся со сном. — Ты предложила выйти на прогулку сегодня из-за этого? — Да. Если бы не я, ты бы вообще не отдохнул. Ирис ущипнула меня за щеку, словно говоря, что со мной невозможно справиться. — ...Спасибо. — Хм. Если благодарен, то отдыхай. Её слова словно запустили что-то внутри меня, и сонливость, с которой я боролся, одолела меня. — Сладких снов. Последнее, что я почувствовал, — это как её нежная рука поглаживает меня по лбу, прежде чем я провалился в сон. * Солнце тепло освещало парковую скамейку. — Мм... Ирис тихо застонала, в отчаянии схватившись за голову. «О чём я вообще думала?!» Даже если это было ради помощи Дейлу оправиться от истощения, она чувствовала, что зашла слишком далеко. «А что, если он подумает, что я бесстыдная?..» Её разум был наводнён тревогами, воображающими всевозможные сценарии. Но сожаления всегда приходят слишком поздно. Теперь всё, на что она могла надеяться, так это на то, что крепко спящий Дейл забудет всё, что произошло сегодня. Она тяжело вздохнула и посмотрела на спящее лицо Дейла, покоящееся у неё на коленях. По крайней мере, попыталась. — Ох. Я его нормально не вижу. Её обзор его лица был заслонен неким... излишне обильным благословением Семи Богов. «Почему мужчинам нравится такая неудобная вещь?» Её плечи ныли, спина болела, а найти подходящую одежду всегда было проблемой. Было трудно даже разглядеть собственные стопы. Большая грудь никогда не приносила ей радости в жизни. «Но раз Дейлу нравится, то думаю...» Она мягко улыбнулась, вспоминая, как он всегда неловко отводил взгляд, стоило его глазам скользнуть к её груди. — Если я немного изменю позу... вот так, гораздо лучше. Наконец-то она смогла разглядеть мирно спящее лицо Дейла. — Ах-х-х. В тот момент, когда она увидела его лицо, по её телу распространилось тёплое жаркое чувство. «Почему он такой милый?!» Как ни посмотри, «милый» — это вовсе не то слово, которым большинство людей описало бы лицо Дейла. Однако в глазах ослеплённой любовью женщины даже родинка может показаться очаровательной, как хомячок. «Уф, я обожаю даже эти пепельные волосы, слегка хищные глаза и эту волевую линию челюсти! Ах, я с ума схожу!» Она знала, что чем больше времени проводит с ним, тем сильнее «Дейл Хан» укореняется в её сердце. «Но всё же... раньше такого не было». Решающим поворотным моментом стал недавний инцидент с демоническими зверями. Увидев, как в тот день Дейл защищал её ценой собственной жизни, его образ, уже росший внутри неё, взорвался и заполнил всё её сознание. «В последнее время, стоит только выдаться свободной минутке, я только и думаю, что о Дейле». Сначала она пыталась отогнать чувства, поселившиеся в её сердце, полагая, что это неподобающие эмоции для святой Святого Королевства. Но теперь она давно изменила своё мнение на: «Ну, то, что я святая, ещё не значит, что мне запрещено влюбляться, верно?» Нет, на самом деле недавно она пошла ещё дальше, подумав: «Разве Семь Богов не говорили: "Любите друг друга, как мы возлюбили вас"? Должно быть, это следование воле богов». «И я думаю... Дейлу я тоже нравлюсь». С какой стати кто-то стал бы рисковать жизнью ради защиты другого человека, если бы не испытывал к нему чувств? — Хе-хе-хе. Пока она предавалась мечтам о розовом будущем с Дейлом в своих мыслях — — Уф. Внезапно она вспомнила досадную случайность несколько дней назад. «Элиша Болдуин». Специальный профессор, приглашённая в академию после инцидента с монстрами, внезапно украла поцелуй у Дейла под предлогом расследования прямо во время занятия. Скрип. При воспоминании об этом её затрясло от обиды и гнева. — ...Мм? Затем её взгляд упал на губы Дейла. — Кхм. Она неловко кашлянула, слегка ткнув спящие губы Дейла пальцем. Мягкая текстура, передавшаяся от кончиков пальцев, заставила с трудом сопротивляться порыву, бурлящему внутри неё. — Кхм. Взгляд Ирис блуждал по сторонам и упал на печенье, которое она оставила в кафе ранее. Осторожно открыв обёртку, она взяла несколько крошек печенья и посыпала ими губы Дейла. — О боже~ Дейл, ты такой неаккуратный. У тебя на губах крошки печенья. Убедившись, что вокруг никого нет, Ирис разыграла преувеличенное представление, украдкой озираясь по сторонам. Сглотнув слюну, Ирис медленно наклонилась вперёд, её губы зависли прямо над губами Дейла. Дзинь! — Ик?! Часы Героя Дейла внезапно зазвонили, заставив Ирис подпрыгнуть, как испуганная рыба. — Мм...? — Ах, т-ты проснулся, Дейл? В полусонном состоянии Дейл сонно проверил сообщение на Часах Героя, после чего снова рухнул на колени Ирис. — Я ещё немного посплю... — Д-да. Пожалуйста, отдыхай. Ирис замерла, не в силах пошевелиться, опасаясь, что громкое биение её сердца выдаст её. «Он же не мог меня видеть, верно?» Она в панике посмотрела на Дейла, но тот крепко спал, не подозревая о её недавнем преступлении (?) в виде чуть не случившегося поцелуя. — Фух. Наконец она испустила вздох облегчения. — Мм? В этот момент её взгляд упал на оставленные включёнными Часы Героя Дейла. На голографическом экране отображалось сообщение от некоего курсанта по имени «Джульет Кан». [Когда мы сегодня встретимся?] Читая сообщение, брови Ирис слегка нахмурились. «Это же... ещё один курсант третьего курса, верно?» У неё не было с ним общих занятий, но она пару раз видела его в главной столовой. Она смутно помнила Джульета как какого-то неприятного с виду блондина. «Не думаю, что он хороший друг для Дейла». Единственное, что Ирис знала о Джульете Кане, так это то, что он был родом из известной семьи в Республике, а его поведение оставляло желать лучшего. Никакой связи между ним и Дейлом на ум не приходило. [Можешь дать подсказку, о чём ты хотел поговорить? Мне нужно морально подготовиться.] Что-то важное для обсуждения? Моральная подготовка? «Какие у них вообще отношения, раз они обмениваются такими сообщениями?» Она посмотрела на Дейла, всё ещё крепко спящего, но никаких признаков того, что он скоро проснётся, не было. — Ну... я спрошу его позже. С этими словами Ирис попыталась выключить питание Часов Героя. Её намерения были чисты — она просто хотела помочь ему. Бип. — Ой. Но она случайно нажала не ту кнопку. Голографический экран изменился, и появилась папка с названием [Фотографии]. Внутри находилось... — А? Фотография Джульета Кана, переодетого в женскую одежду и принимающего кокетливую позу. ---------- Том 1 Глава 54 — Что... что это такое? Ирис дрожала, едва сдерживая крик, рвущийся из горла. Она снова и снова смотрела на голографический экран, надеясь, что ей показалось, но то, что там хранилось, несомненно было фотографией Джульета Кана. Фотографией, на которой он был одет по-женски и соблазнительно позировал, словно пытаясь завлечь мужчину. «Почему... почему у Дейла есть эта фотография?..» Ей казалось, будто кто-то помешивает её мозги большой ложкой. Причинно-следственные связи, которые она не могла постичь, хаотично роились в её голове. «Неужели... это вкусы Дейла?..» Она всегда думала, что раз у неё есть чувства к Дейлу, то и у Дейла есть чувства к ней. Это казалось очевидным. Любой так подумал бы, учитывая доброту и заботу Дейла по отношению к ней. Но. Что, если доброта Дейла не рождалась из романтических чувств? Что, если Дейл вообще не интересовался женщинами? «Нет, нет, нет, нет! Такого быть не может!» Случаи, когда мужчины влюблялись в других мужчин, бывали даже в школе. Она знала, что это всего лишь ещё одна форма любви и что она заслуживает уважения. Но. Сколько бы она ни знала об этом, мысль о том, что Дейл — мужчина, к которому она питала чувства, — сохранил в альбоме своих Часов Героя скандальную фотографию другого мужчины (да ещё и переодетого в женщину!), подействовала на неё как удар молнии среди ясного неба. «Подожди, успокойся. Это ведь не просто фотография раздетого мужчины, это фотография, где он одет по-женски, верно?» Значит, в глубине сердца Дейла всё ещё живёт влечение к противоположному полу, да? «Или, может быть... Дейлу всё равно, мужчина это или женщина, лишь бы выглядели хорошо!» Её разум, ошеломлённый шоком, начал погружаться в причудливые догадки, мчась вперёд без тормозов. «Если... если Дейл не интересуется мной, и если он крутит с этим Джульетом Каном...» — А-а... О Семь Богов. Ирис схватилась за голову и пошатнулась, словно собираясь упасть в обморок. Судя по всему, шок передался и её ногам, поскольку Дейл сонно открыл глаза. — Уф... сколько же я спал? — Д-Дейл?! Дейл прищурился, садясь. Ирис быстро выключила голограмму, прежде чем он успел её увидеть. — А? Что такое? — Н-ничего. Ничего? Её застывшее выражение лица говорило об обратном. Неужели...? — Я сделал что-то не так, пока спал? — Н-нет! Ты абсолютно ничего не сделал! Совсем ничего! Говорят, яростное отрицание — это на самом деле подтверждение. То, как Ирис отчаянно качала головой, а её лицо заливалось краской до самых ушей, ясно давало понять: пока он спал, что-то определённо произошло. «Чёрт, что же я сделал?» Лапал её во сне? Или тёрся лицом о её бедро? Бормотал ли я что-то смущающее во сне? Я отчаянно пытался вспомнить, но, конечно, ничего не приходило на ум. — Х-хочешь вернуться назад? — А-а, э, конечно. Между мной и Ирис повисло неловкое молчание, пока мы в смущении шли к школе, сохраняя небольшую дистанцию. — Эм... Дейл? Затем. Ирис осторожно позвала меня по имени. — Чего? — Ты... как ты относишься к тому, что... мужчины любят других мужчин? — ...Чего? Мужчины любят мужчин? С чего это вдруг? — П-пожалуйста, будь честен! — А-а, э, конечно. Мужчины, влюблённые в других мужчин, значит. «Честно говоря, я не особо это понимаю, но...» Ну, никому же вреда нет. Если им это нравится, с какой стати мне их критиковать? — Наверное... это возможно? — Я так и знала! — ...А? Что она имела в виду под «Я так и знала»? — Д-Дейл, когда ты раньше поцеловал профессора Элишу, что ты чувствовал?! — Тц. К чему она снова это заводит? «Если честно, это было приятно». У профессора Элиши была настолько яркая красота, что даже безобразный шрам у её левого глаза казался частью её очарования. Она была похожа на розу, полную шипов. Как поцелуй с такой женщиной мог не понравиться? «Но, конечно, я не могу этого сказать». Я откашлялся и твёрдо ответил: — Я ничего не почувствовал. — ...Правда? — Угу. — Даже несмотря на то, что она такая красивая? — Разумеется. — Даже несмотря на то, что вы целовались глубоко, с языками и всё такое? Эй, эй. Подруга, формулировки у тебя жестковаты, нет? «Значит, этот инцидент её всё ещё беспокоит». Тогда Ирис вела себя так, будто это не имеет значения, говоря, что это был досадный несчастный случай и он не в счёт, но, судя по всему, это тяготило её мысли. «Ну, на её месте я бы тоже чувствовал себя отвратительно». Представьте, если бы какой-нибудь случайный профессор-мужчина украл губы Ирис во время урока? «Я бы убил его». Я бы не стал просто стоять в стороне. Я бы принял меры, независимо от того, кем он был. «Учитывая это, Ирис проявила большую снисходительность». Несмотря на то, что она наверняка чувствует, она изо всех сил старалась отпустить это. «Я не могу позволить её стараниям пропасть даром!» Я заглянул в глаза Ирис и ответил с серьёзным выражением лица: — Как я уже говорил, я ничего не почувствовал, когда целовал профессора Элишу. На самом деле, это было неприятно. — О боже... Ирис глубоко вздохнула и сложила руки вместе, почти как в молитве. — О Семь Богов... за что мне такие испытания... — ...Чего? Эта реакция отличалась от того, чего я ожидал. «Почему она вдруг так себя ведёт?» Пока я в замешательстве смотрел на Ирис, со стороны школьных ворот до меня донёсся голос: — Дейл! — Джульет? Какого чёрта он здесь делает? — Ну, эм, я отправил тебе сообщение раньше, но ты не ответил... Я зашёл в твоё общежитие, и мне сказали, что сегодня ты ушёл в город. — Так ты прождал у ворот всё это время? Пока я не пришёл? — Д-да. Джульет робко кивнул, выглядя немного сникшим. Похоже, утреннее сообщение, которое я ему отправил — «Нам нужно серьёзно поговорить, с глазу на глаз», — сильно его испугало. — Я же говорил, что свяжусь с тобой позже. — Н-ну, у меня для тебя есть подарок. — Подарок? — Да. Джульет протянул мне коробку роскошного дизайна, украшенную золотым узором из лозы. — Что это? — Моя семья прислала мне в подарок хорошее вино. Эм... Дейл, ты же пьёшь вино, верно? — Ну, иногда попиваю. У меня действительно было спрятано несколько бутылок на полке в комнате общежития на случай, когда станет скучно. Это были не такие высококачественные вина, как это — а просто дешёвка, которую можно купить в магазине у дома. — Хе-хе, какое облегчение. Скованное выражение лица Джульета смягчилось, и на его лице расплылась яркая улыбка. — Это вино высшего качества, сделанное из винограда святого королевства. Я пробовал его несколько раз, и аромат просто потрясающий. — Но почему ты даришь его мне? — Никакой причины! Я просто подумал... оно тебе понравится! Никакого особого смысла! Взволнованно воскликнул Джульет, выглядя испуганным. Я не мог не усмехнуться, глядя на это. «Никакого особого смысла, да?» Есть только одна причина, по которой он вдруг решил сделать мне такой подарок. «Наверное, это взятка с просьбой удалить те фотографии». Я всё равно уже думал, что пора от них избавиться. — Эм... т-ты же Джульет, верно? — А? О, да, это я. Джульет вздрогнул, повернувшись к Ирис. Его выражение лица ясно показывало растерянность: «Почему Святая разговаривает со мной?» — Могу я спросить, какие у тебя отношения с Дейлом? — Э-э... с Дейлом, эм... Джульет бросил быстрый взгляд в мою сторону. Прежде чем он успел сказать что-то странное, я поспешил вмешаться. — В смысле, какие отношения? Мы, очевидно, просто друзья. — Д-да! Друзья! Мы просто друзья! Джульет энергично закивал, выглядя довольно испуганным. — Хм, просто друзья? Ирис сузила глаза, глядя на Джульета, который явно вёл себя подозрительно. «Черт побери». Будет плохо, если Ирис узнает, что у меня есть компромат на Джульета и что я шантажирую его. Я небрежно закинул руку на плечо Джульету, притянув его ближе. — Верно? Мы же друзья, правда, Джульет? — Д-да! Мы очень близки! — Мы даже обедали вместе раньше. — Д-да! Та жареная свинина была очень вкусной! Джульет, оказавшись в объятиях моего плеча, отчаянно подыгрывал с натянутой улыбкой. Этого должно быть достаточно, чтобы развеять любые подозрения, подумал я, бросив взгляд на лицо Ирис. «Подожди, что?» Почему она выглядит так, будто её мир только что рухнул? — ...Всхлип. Огромные слёзы начали наворачиваться на голубых глазах Ирис. — П-подожди, чего? Почему она вдруг плачет? — Это так жестоко... Как ты мог... Как ты мог со мной так поступить? — Ч-что? — Если всё должно было быть так, тебе не следовало быть со мной таким добрым с самого начала! Тебе нравится играть с чужими сердцами?! Ирис с полными слёз глазами решительно направилась ко мне. — Ч-чёрт... я ведь не из тех девушек, что легко сдаются, понимаешь? — Подожди, о чём ты вообще говорила с самого начала... Мф-ф?! Ирис схватила меня за воротник и внезапно поцеловала. Сладкий персиковый аромат защекотал мой нос. Её язык властно вторгся мне в рот, дико исследуя его. — Ха-а! Ирис отстранилась, тяжело дыша и сжав кулаки. — Только подожди. Даже если Дейл любит мужчин, я от него не откажусь! — Нет, погоди. О чём, чёрт возьми, она говорит? * — Значит... ты хочешь сказать, что Дейл не любит мужчин. На самом деле мужчины нравятся Джульету, и он прислал тебе свои фотографии в женской одежде, чтобы спросить, хорошо ли он выглядит, потому что хотел узнать твоё мнение? — Именно. — Значит, человек, который интересует Джульета, это...? — Ты слышала о Беральде Рю? — Ах да, из семьи Рю... — Верно. Позор семьи Рю. Он курсант на год младше нас. — Да, я слышала о нём. — У Джульета есть фетиш: его привлекает, когда его силой заставляют переодеваться в женское и доминируют мускулистые мачо. — Б-быть не может...! Ирис задрожала от шока. — Эм... Джульет? Она подошла к Джульету с неловкой улыбкой на лице. — В мире... в мире есть самые разные предпочтения! Я поддерживаю твою любовь, Джульет! С этими словами Ирис быстро отстранилась от Джульета, словно убегая. Дейл поспешно последовал за ней, пытаясь не отставать. — ...Всхлип. Оставшись один, Джульет опустил голову и тихо заплакал. — Нет... меня привлекает вовсе не это... Прозрачные слёзы катились по его щекам. Была весна. ---------- Том 1 Глава 55 В частном тренировочном зале Юрена Гелиоса. Изначально я планировал занять денег у своего дорогого друга Джульета, чтобы подать заявку на частный тренировочный зал. Однако из-за небольшого недоразумения (?) с Ирис весь план в итоге провалился. Тем не менее, продолжать личные тренировки в общественном зале, где стоило мне только войти, как я тут же становился похож на обезьяну в зоопарке, тоже было тяжело. Размышляя над этой проблемой, я придумал идею делить частный тренировочный зал другого моего друга — Юрена Гелиоса. Когда я предложил разделить его частный зал, Юрен с готовностью согласился, кивнув без колебаний, и тут же внёс моё имя в список допущенных пользователей. С тех пор я стал проводить гораздо больше времени, тренируясь с ним в его частном зале, а не только те два занятия в неделю, которые я обычно тратил на обучение его фехтованию. — Ха! Да уж, вот это жизнь! После тренировки с мечом в тренировочном зале с первоклассными удобствами и оборудованием я залпом осушил холодный спортивный напиток. — Что-то хорошее произошло? Юрен подошёл, вытирая пот полотенцем. — Да не, ничего особенного. — Хмм. Но у тебя отличное настроение весь день. Вообще-то, не только сегодня; ты улыбаешься без остановки последние несколько дней. — Хе-хе, правда? Ха, это трудно скрыть. Это трудно скрыть, как бы сильно я ни старался. — Ну, вообще-то кое-что хорошее случилось. Я вспомнил прогулку с Ирис несколько дней назад в выходные. Просмотр фильма, еда, прогулка. Конечно, дремать на парковой скамейке, положив голову ей на колени, было восхитительно, но... «Самым запоминающимся моментом, впрочем, было то, когда...» Я вспомнил, как Ирис, перепутав мои отношения с Джульетом, страстно заявила, что не отдаст меня никому, и поцеловала. Сладкий персиковый аромат и мягкое прикосновение её губ подарили мне неописуемое счастье. «Ну, честно говоря, это был не совсем романтический поцелуй». Но всё равно, кого это волнует? Важно было то, что мы поцеловались. К тому же с моей возлюбленной из прошлой жизни, по которой я тосковал сотни, а то и тысячи лет. «Конечно, мне пришлось немного подкорректировать предпочтения Джульета, чтобы прояснить недоразумение, но...» Я верю, что мой дорогой друг Джульет поймёт моё положение. — Так что же хорошего произошло? — спросил Юрен, доставая из холодильника банку со спортивным напитком. — Да так, ничего особенного... просто кое-что по мелочи. — «Ничего особенного», да? Ты и во время тренировки раньше выглядел довольно рассеянным. — Кхе-м. Услышать это со стороны было как-то неловко. — Так что случилось? — Ну... можно сказать, что у меня кое-что сдвинулось с мёртвой точки с человеком, который мне нравится. — Ч-что? Глаза Юрена расширились от шока. — Человек, который тебе нравится?! Тебе, Дейл? — Что? Это что, так сильно шокирует? Я склонил голову, глядя на то, как он дрожит от неверия. «Что с этим парнем?» В школе, полной молодых парней и девушек (хотя технически из-за моего реального возраста мне трудно назвать себя «молодым»), отношения между курсантами были вовсе не редкостью. Нашёлся даже один курсант, который как-то раз грубовато заявил: «Если вы не можете завести отношения за четыре года учёбы в Академии Героев, вы либо идиот, либо импотент». О, а тот курсант, который это сказал, в один прекрасный день исчез, и больше о нем никто ничего не слышал — пожалуй, довольно трогательный конец. В общем, новость о том, что у друга кто-то появился, не должна заставлять кого-то так широко открывать глаза от неверия. — Расскажи подробнее. Что именно произошло? Юрен подошёл ближе, его глаза яростно блестели, зрачки расширились, дыхание было тяжёлым, а наружу просачивались слабые следы золотой маны. Было легко понять, что он невероятно взволнован. — Чего, интересуешься чужой личной жизнью просто потому, что ты тоже парень? Я усмехнулся, глядя на подошедшего Юрена. — Кстати, ты ведь тоже запросто мог бы завести отношения, если бы захотел. Ты достаточно популярен. — Заткнись и рассказывай свою историю. Кто тебе нравится? «Ох, как страшно». Ну, наверное, это естественно. Люди, которые обычно утверждают, что никогда ни с кем не сойдутся, как правило, больше всех зацикливаются, когда это делают их друзья. — Ирис. — Ирис? Ты имеешь в виду... Святую Святого Королевства? — Ага, именно. — ... Юрен осушил свой напиток так, будто у него пересохло в горле, а затем вытащил из холодильника ещё одну банку. — Хм, я знал, что вы со Святой в одном классе «Боевой подготовки», но даже представить себе не мог, что всё обернётся так. — Ну, а кто вообще мог это представить? — Так... вы теперь встречаетесь? — спросил Юрен, и в его голосе сквозило какое-то нервное напряжение. — Нет, пока нет. — П-правда? Лицо Юрена внезапно просветлело. С гораздо более расслабленным выражением лица он продолжил: — Но Святая... как «друг», я бы посоветовал тебе не питать слишком больших надежд. — ...Что ты имеешь в виду? — Я к тому, что подумай сам. Она ведь не кто попало; она Святая. Дочь богов, благословлённая Семёркой! Связаться с такой — дело непростое. Юрен говорил спокойно, словно пытаясь меня убедить. Конечно, его доводы ничего для меня не значили, ведь в прошлой жизни я уже был её возлюбленным. — То, что она Святая, ещё не значит, что у неё не может быть романтических отношений, верно? У большинства жрецов Церкви Семи Звёзд есть возлюбленные или супруги. — Но Святая — это другое! — Ничего не другое, чувак. Что, она не человек что ли? — Это... Юрен прикусил губу, по-видимому, не находя возражений. — ...Ладно. Если ты так считаешь, то я не могу тебя остановить. Он стиснул зубы, его кулаки дрожали от досады. — Так что же все-таки произошло между тобой и Святой? — Ну... мы как-то умудрились поцеловаться. — Ч-что?! Т-ты поцеловал её?! Юрен в шоке вскочил на ноги, его реакция была ещё более бурной, чем раньше. «Серьёзно, к чему весь этот сыр-бор из-за поцелуя? Мы ведь не подростки». Наблюдая за тем, как Юрен дрожит, пока я посмеивался, я внезапно вспомнил одно воспоминание из прошлой жизни. «Если подумать, Юрен в прошлой жизни даже за руки ни с одной девушкой не держался, верно?» Несмотря на то, что за ним охотились всевозможные известные красавицы со всего континента — будь то принцесса Империи, знаменитая актриса Республики или монахини Святого Королевства — он не удостаивал ни одну из них даже взгляда. «Ходили даже слухи, будто Юрену нравятся мужчины». Был даже один забавный случай. Архиепископ Желания Лактасия попыталась использовать свою красоту, чтобы соблазнить Юрена, но потерпела сокрушительное поражение. Этот инцидент потряс весь континент, поскольку Лактасия одной лишь красотой склонила сотни героев предать человечество и встать на сторону демонов. «Ещё в бытность курсантом он был точно так же слеп к женщинам». Я усмехнулся, глядя, как кулаки Юрена дрожат от ярости. — Ну, это вышло случайно. — Ха-ха-ха. Правда? Значит, э-э... вы просто слегка коснулись губами, да? — Нет, она запустила язык. — Я-язык?! Она задействовала язык?! Треск! Ш-ш-ш! Банка в руке Юрена жалко сморщилась. — Ха-ха. Понятно... значит, она использовала язык... По какой-то причине вокруг тела Юрена взметнулась золотая мана, угрожая взорваться. — А, ну, я слышал, что поцелуи между мужчинами и женщинами в наши дни — это просто обычное приветствие, верно? Я даже видел, как люди на балах знати в Империи приветствуют друг друга поцелуями. — А... да. Конечно. Хотя я был уверен, что ни на одном балу знати никто не сует чужой язык в рот в качестве приветствия. — Значит, кроме поцелуя больше ничего не было, верно? Верно? — Ну, если быть до конца честным, было кое-что ещё... — ...Что ещё? — Эм... нет, проехали. Не стоило мне об этом говорить. Немного подумав, я покачал головой. — Дейл. В этот момент Юрен подошёл ко мне с яркой (но слегка пугающей) улыбкой и положил руку мне на плечо. — Мы ведь «друзья», да? Друзья не должны скрывать друг от друга секреты. — Ну, на это сложно ответить, потому что я хочу проявить уважение к репутации Ирис... — Говори. Живо. Я почувствовал, как крепкая хватка его руки сжалась на моем плече. Я посмотрел на Юрена, чьи глаза пылали огненным блеском, и подавил смешок. «Он и в прошлой жизни точно таким же был». Стоило мне перекинуться хоть парочкой слов с другими женщинами, как Юрен тут же узнавал об этом словно призрак и расспрашивал, о чем мы говорили, выведывая, не проявил ли кто-то из них ко мне интереса. «Этот парень ведёт себя так утончённо и благопристойно, но на самом деле очень интересуется амурными делами». Впрочем, говорят, что когда собираются мужчины, в девяти случаях из десяти разговор заходит о женщинах. А поскольку Юрен был в том самом расцвете сил, было вполне логично, что эта тема его волновала. «В таком случае, может, стоит потешить его любопытство и поделиться частью истории?» Я начал вспоминать события того дня в парке с Ирис и открыл рот. — В прошлые выходные мы с Ирис вместе ходили в парк. — И-и? — Мы сидели на скамейке отдыхали, когда Ирис уложила мою голову себе на колени. — ...Голову на колени? С губ Юрена сорвался вздох облегчения. — О, понятно. Ты просто рассказывал про то, как лежал у неё на коленях. — Пока я отдыхал на её коленях, она вдруг спросила, не хочу ли я потрогать её грудь. — ... Лицо Юрена мгновенно окаменело. — И... ты потрогал? — Сначала я хотел отказаться, но потом Ирис схватила мою руку и положила себе на грудь. — Понятно... значит, потрогал... — Я знал, что они большие, но ощущать их в руке — это совсем другое дело... — Хватит. — Чего? Юрен с опущенной головой медленно подошёл к стене тренировочного зала и схватил один из висевших там мечей. Не деревянный учебный меч, а настоящий, с острым, сверкающим лезвием. — Дейл, думаю, ты достаточно отдохнул. Как насчёт спарринга? — Не, сегодня пас. Я и так всю ману потратил во время прошлой тренировки... Ввуум! Золотая аура яростно взметнулась вдоль клинка, который держал Юрен. — Подними свой меч, Дейл. Если нет... — Ты сегодня реально можешь умереть. Юрен ярко улыбнулся и без колебаний взмахнул мечом. ---------- Том 1 Глава 56 Клац. Дверь в лекционный зал открылась, и внутрь вошёл крупный мужчина, тяжело ступая. Мужчина со свирепым звериным видом, профессор Лукас, встал за трибуну и окинул взглядом собравшихся курсантов. — Посмотрим... Всего двести пятьдесят три воина третьего курса. Все на месте? — Да. Все присутствуют. Юрен, курсант-представитель Отделения Воинов, встал и ответил. Я цыкнул языком, оглядывая лекционный зал, забитый курсантами Отделения Воинов. «Если посмотреть так, в Отделении Воинов и правда много народу». Более половины из четырёхсот семидесяти двух курсантов третьего курса принадлежали к Отделению Воинов, специализирующемуся на ближнем бою. «Из оставшихся двухсот девятнадцати половина находится в Отделении Магов, а остальные — в Отделении Поддержки или других второстепенных отделениях». Отделение Поддержки в основном состояло из клириков вроде Ирис, специализирующихся на исцелении и благословениях. В другие отделения объединялись курсанты-нестандартники, не принадлежавшие к Отделению Воинов или Отделению Магов. — Как вы все знаете, завтра день промежуточной аттестации Отделения Воинов. — ... При словах профессора Лукаса на лицах курсантов, собравшихся в лекционном зале, появилась напряжённость. Промежуточная аттестация Отделения Воинов. Если итоговый экзамен в конце семестра подразумевает формирование групп независимо от отделения, то промежуточная аттестация проводится отдельно для каждого отделения. Соотношение баллов между промежуточной аттестацией и итоговым экзаменом составляло тридцать к семидесяти. Хотя итоговый экзамен имел больший вес, курсанты не могли игнорировать промежуточную аттестацию, ведь от общего рейтинга после выпуска зависело их будущее в качестве героев. — Промежуточная аттестация будет основана на баллах, которые вы накопите за охоту на демонических зверей в пределах назначенной зоны. Профессор Лукас положил руку на магическое устройство на трибуне. Из устройства запылал свет, и в воздухе появилась голографическая карта. — Всего есть три зоны. Горная местность с деревьями и лесами, пустынная местность с песком и скалами, а также заснеженная местность, покрытая льдом и снегом. На голографической карте зоны отображались зелёным, жёлтым и белым цветами. — Охота на демонических зверей в этих зонах принесёт вам баллы в зависимости от их класса. — Сколько классов демонических зверей существует? Один из курсантов поднял руку и спросил. — Хороший вопрос. Профессор Лукас кивнул и поманипулировал магическим устройством. Голографическая карта изменилась, приняв форму различных демонических зверей. — Независимо от вида, трёхглазые демонические звери стоят один балл, четырёхглазые — три балла, а пятиглазые — десять баллов. После этого лекционный зал зашумел от возбуждения. — Ух... — Есть ещё и пятиглазые демонические звери? — Думаю, я бы справился максимум с четырёхглазыми... — Я пойду на количество. Разве не лучше зачистить трёхглазых? — Посмотри на разницу в баллах. Тебе придётся поймать десять трёхглазых зверей, чтобы сравняться с одним пятиглазым. Лучше нацелиться на крупных. — Да как вообще охотиться на пятиглазого демонического зверя? — Ну... умело? — Ха! Таких могут охотиться только люди вроде Юрена! Нам лучше придерживаться количества. Пока курсанты громко спорили о лучшей стратегии... — Тихо. Бум. Профессор Лукас ударил кулаком по трибуне, и в лекционном зале воцарилась леденящая тишина. — Я ещё не закончил объяснение, так что приберегите свои раздумья на потом. Он нажал другую кнопку. Голограмма превратилась в форму огромного коня. Величественный конь со светящимся синим рогом, мускулистым телом, белоснежной шерстью и искрящейся вокруг него молнией при дыхании. И самое главное — Три пары красных глаз покрывали его морду. Даже несмотря на то, что это была всего лишь голограмма, подавляющее присутствие демонического зверя заставило меня содрогнуться. — Шесть глаз?! — Это безумие! С шестиглазым демоническим зверем могут справиться только действующие герои! — Профессор Лукас, вы же не рассчитываете, что мы будем на него охотиться? Курсанты смотрели на профессора Лукаса дрожащими глазами. Лукас усмехнулся, глядя на курсантов с трибуны сверху вниз. — Вы думаете, я стал бы утруждать себя подготовкой этого материала, если бы не рассчитывал, что вы на него поохотитесь? — Это... Курсанты обменялись тревожными взглядами, не зная, что сказать. — Ну, я не говорю, что каждый сможет на него охотиться. Профессор Лукас посмотрел на голограмму и продолжил говорить. — Этот демонический зверь — особый скакун, натренированный профессором Бьянкой из Отделения Магов. Он не нападёт, пока вы сами его не спровоцируете. — Ах... — Тот, кто умудрится разбить колокольчик, висящий у него на шее, автоматически займёт первое место в промежуточной аттестации, независимо от набранных баллов. Иными словами, если кто-то сможет уничтожить колокольчик на шее зверя, отпадёт необходимость отчаянно конкурировать с другими в охоте на зверей в назначенных зонах. — И тот, кто преуспеет в уничтожении колокольчика, также получит дополнительную награду. — Дополнительную награду?.. — Какую награду? — Хех, я оставлю это в секрете на потом. Лукас озорно усмехнулся. — Но скажу вот что — это довольно ценная вещь. — Что-то ценное... Жадность мелькнула в глазах курсантов. Если сам профессор Лукас охарактеризовал это как ценное, то вещь явно не была обычной. Вдобавок ко всему, одно лишь разбитие колокольчика гарантировало первое место в промежуточной аттестации, так что устоять перед искушением было невозможно. Но лишь на мгновение. — Хм. — Что бы это ни было, шестиглазый демонический зверь... Глядя на шесть сверкающих глаз, курсанты быстро вернулись к реальности. — Если он не нападает первым, может, мы сможем подкрасться и разбить колокольчик? — Думаешь, это легко? А что, если ты случайно ударишь его по телу, а не по колокольчику? Ты окажешься в отделении интенсивной терапии. — В интенсивной терапии? Тебе повезёт, если это все... — Бросьте, это скакун профессора Бьянки. Вы ведь на самом деле не умрёте? — Вы разве не слышали? Каждый год после третьего курса несколько курсантов погибают во время этих экзаменов. В прошлом году во время промежуточной аттестации погибли трое! — Что? В прошлом году? Текущие четверокурсники? Те самые, что считаются сильнейшими со времён основания академии... — Именно. Если погибли трое тех старших, то какие шансы у нас? Курсанты снова начали тревожно бормотать. Голос профессора Лукаса, теперь понизившийся, эхом разнёсся по комнате. — Тихо. Магическая сила в его голосе придавила весь лекционный зал. Профессор Лукас окинул взглядом комнату, прежде чем заговорить снова. — Как вы уже слышали, в отличие от предыдущих экзаменов, начиная с промежуточной аттестации третьего курса, появляется вероятность жертв. Проще говоря, если вы переоцените свои способности и поступите безрассудно, то можете потерять свою жизнь на этом экзамене. — ... Кандидаты тяжело сглотнули, их лица были преисполнены страха. Наблюдая за ними, профессор Лукас цыкнул языком. — Курсант Альберт. — Д-да, сэр! — Где мы находимся? — Э-э, ну... мы в Главном здании, в лекционной аудитории один-А... — Не это. Я спрашиваю, где вы все сейчас учитесь? — О... это Академия Героев! — Именно. Академия Героев. Профессор Лукас торжественно кивнул. — Вы здесь не для того, чтобы получать хорошие оценки. Вы здесь не для того, чтобы обеспечить себе гарантированное будущее. И не ради чести или личной выгоды. Причина, по которой вы проводите четыре года в этой академии, заключается в том, чтобы научиться выживать в качестве героев. Я не собираюсь говорить вам, чтобы вы не боялись. Я также не собираюсь говорить вам, чтобы вы не убегали. Однако... — Если вы хотите жить как герои, то думайте. Думайте и глубоко размышляйте. Обдумывайте, анализируйте и рассуждайте. — Что вы можете сделать, чему вам нужно научиться и как выжить. Профессор Лукас резко ударил по доске, и раздался громкий хлопок. Он окинул взглядом кандидатов. — В этом и заключается цель данного экзамена. — ... В классе, заполненном более чем двумястами студентами, громко раздавалось тиканье секундной стрелки. — Каждый кандидат может выбрать местность, где он хочет начать, так что хорошенько подумайте, какая местность будет для вас наиболее выгодной. С этими последними словами профессор Лукас вышел из аудитории. — Фух... — Эх, присутствие профессора Лукаса — это что-то с чем-то... Как только профессор Лукас ушел, тишину в аудитории сменил гул голосов. — Итак, раз мы можем выбрать стартовую точку, что выберешь ты? — Горная местность кажется самым безопасным вариантом, верно? — Эй, включи мозги, чувак. Наверняка все выберут горы, прямо как ты. Там будет слишком много конкуренции! Лучше выбрать пустыню или снежные поля, чтобы уменьшить количество соперников. — Но что, если все остальные подумают так же и ринутся туда? — Это... Всего за один день до промежуточной аттестации среди курсантов уже началась масштабная битва умов за хорошие оценки. * — Дейл, где ты собираешься начать? После окончания занятий Юрен быстрым шагом подошёл ко мне. — Я планирую начать в горах. — В горах? Хм. Разве там не будет слишком много конкуренции? — Ну, там все ещё проще передвигаться. Но чего я не сказал Юрену, так это следующего: Я выбрал горы вовсе не просто потому, что в них легко передвигаться. «По правде говоря, в снежных полях передвигаться даже проще». Проблуждав по льду и снегу тысячи лет в своей прошлой жизни, я чувствовал себя в снежных полях гораздо комфортнее. И все же я решил начать в горах по одной причине. «На этот раз я нацелен на первое место». Белый конь, облачённый в синюю молнию и увенчанный рогом. Горный регион был первым местом, где этого монстра обнаружили в моей прошлой жизни. «Тогда я даже не думал об охоте на него». Но теперь все по-другому. «Награда тоже заманчива». В моей прошлой жизни именно Юрен разбил колокольчик монстра и занял первое место. Специальной наградой, которую он тогда получил, был меч, выкованный из рога монстра. «Когда в него направляешь ману, меч потрескивает и светится синей молнией». Это был не легендарный артефакт, дарующий несравненную силу одним лишь оружием, но все же отличный меч, намного превосходивший базовый железный меч, который я использовал сейчас. «Прости, Юрен, но на этот раз меч достанется мне». К тому же после выпуска Юрену суждено было унаследовать легендарный меч своей семьи под названием «Рассвет», который передавался из поколения в поколение в семье Гелиос. Он мог обойтись без этого. — Дейл, только не говори мне... что ты планируешь пойти за этим монстром? Неужели он догадался о моих мыслях? Спросил Юрен, его лицо окаменело от беспокойства. — Да, таков план. — ... Я ответил небрежно, и Юрен бросил на меня резкий взгляд. — Ни за что. Юрен прикусил губу, выглядя на редкость встревоженным. — Каким бы искусным ты ни был, я не уступлю первое место. — Что ж, тогда тебе просто придётся разбить колокольчик раньше меня. — ...Ладно. Увидимся завтра, Дейл. С этими словами Юрен развернулся и ушёл. — Хм. Я наклонил голову, глядя на удаляющуюся фигуру Юрена. «Кто бы мог подумать, что Юрен был так одержим оценками в дни учёбы?» Возможно, дело было в том, что он всегда предполагал, будто естественным образом станет лучшим учеником. Видеть его настолько сосредоточенным на завоевании первого места было странно освежающим. «И все же я не планирую сдаваться так просто». Запечатлев в памяти образ голографического единорога, я вышел из аудитории. ---------- Том 1 Глава 57 — Посмотрим. Вернувшись в свою комнату в общежитии, я скрестил ноги на кровати. Обычно я бы находился на тренировочной площадке, размахивая мечом и пропитываясь потом, но для новой техники, на которой я сосредоточился в последнее время, в этом не было никакой необходимости. Ш-ш-ш... Я медленно вдохнул, закрывая глаза. Моё зрение погрузилось во мрак. В кромешной темноте вспыхнуло массивное пламя. Первозданное Пламя. Огонь, который, как говорят, в древние времена сжёг Древо Творения, теперь яростно ревел, словно желая поглотить весь мир. Создание моего разума, выкованное в символ. Я блуждал по этому ментальному миру, глядя на бушующее пламя. — Восстань. Я протянул руку к свирепому пламени, приказывая ему подчиниться. Первозданное Пламя, которое даже не шевельнулось, осталось неподвижным. Всё было как обычно. — А теперь начинается самое важное. После битвы с Астаротом я каждую ночь изучал, как управлять Первозданным Пламенем, даже сокращая время на сон. Благодаря повторяющимся исследованиям я обнаружил две ключевые особенности. «Во-первых, Первозданное Пламя реагирует на мою "смерть" с интервалами примерно в пять-шесть часов». Это я уже отчасти понял во время тренировок маны. Но вторая особенность была действительно важной. «В течение пяти минут, пока Первозданное Пламя реагирует, если я отдам ему сильный приказ, пропитанный силой воли, я могу заставить его двигаться по моей воле». Это всё равно что использовать мою «смерть» в качестве приманки, чтобы заманить Первозданное Пламя и подсечь его удочкой «силы воли». «Конечно, всё не так просто, как звучит». Щёлкнув языком, я снова сосредоточился. — Фу-у... Я медленно выдохнул задержанный воздух, создавая крошечную пулю маны внутри своего тела. Она была меньше рисового зёрнышка. Пуля маны, проходя по моим внутренним энергетическим каналам, собралась в моём сердце. И затем — Хлоп! Конденсированная пуля маны взорвалась, и моё сердце разорвалось. Для обычного человека это стало бы смертельной раной. Но — Вж-ж-ж-х... Благословение Возрождения активировалось, стремительно регенерируя моё разбитое сердце. Прежде чем моё сердце полностью исцелилось, пока Первозданное Пламя реагировало на мою «смерть» — «Сейчас!» Я протянул руку к бушующему пламени, отдавая приказ с яростным намерением. — Восстань. Первозданное Пламя, которое до этого не сдвинулось с места, начало медленно двигаться. В моей ладони появился небольшой огонёк. Я поднёс дрожащий огонь, размером не больше свечи, к своей левой груди. Вух! Крошечный огонёк, который был не больше свечи, начал расти, поглощая моё сердце. «Получается!» Пламя вскоре окутало всё моё тело. Я открыл глаза и поднялся с кровати. — Ха-а... С моим выдохом серый пепел смешался с дыханием. Ш-ш-ш... Звук горящей плоти наполнил воздух, когда серый пепел начал сочиться из каждой поры моего тела, подобно дыму. Хотя это и не было тем же сокрушительным всплеском бесконечной маны, который я испытал в битве с Астаротом в состоянии Воплощения Огня — «Моя мана восстанавливается». Я чувствовал, как моя стигма, которая была наполовину пуста, постепенно наполняется маной. — Есть! Я сжал кулак в победном жесте, и серый пепел проскользнул между моими пальцами, как песчинки. «Наконец-то оно двигается, упрямая ты скотина!» Восторг от того, что я наконец научился управлять Первозданным Пламенем, которое всегда игнорировало мои приказы, был выше всяких слов. По моему позвоночнику пробежала бодрящая дрожь. — Ну... До мощи состояния Воплощения Огня ему всё ещё далеко. Я снова цыкнул языком, глядя на своё тело, где всё ещё поднимался серый пепел. В отличие от прошлого раза, когда всё моё тело было поглощено пламенем и буря пепла сметала всё вокруг, поднимающийся теперь от моего тела пепел напоминал скорее слабые струйки дыма от угасающего костра. «Но всё же тот факт, что оно вообще откликается, — это прогресс». По сравнению с тем временем, когда огонь вообще не двигался, это был огромный шаг вперёд. — Ладно, я подтвердил, что моя мана восстанавливается автоматически. Далее пришло время испытать кое-что ещё. Вжух. Обнажив меч, я медленно направил в него ману. Подобно маслу, подпитывающему огонь, клинок загорелся. Хотя пламя не пылало с интенсивностью, способной пожрать мир, как это было в состоянии Воплощения Огня, языки пламени, мерцающие на кромке меча, излучали свирепое ощущение давления. «Сила Первозданного Пламени слилась с моей маной». Было такое чувство, будто Первозданное Пламя растворилось в моей мане. Вместо того чтобы активно управлять пламенем, стоило мне лишь пошевелить маной, как сила Первозданного Пламени естественным образом возникала вместе с ней. «Я не могу проверить всю его мощь в маленькой комнате». Но, основываясь на битве с Астаротом, я знал, что мана, пропитанная силой Первозданного Пламени, сильна не меньше любого мощного артефакта. — Ладно... Значит, итоговые эффекты — это автоматическое восстановление маны и вливание силы Первозданного Пламени в мою ману. Эти две вещи? Хотя оно не увеличивало общее количество маны, как состояние Воплощения Огня, одно только восстановление и усиление делали изучение этой техники более чем стоящим. — Полагаю, пока что это похоже на более слабую версию Воплощения Огня... Даже будучи более слабой версией, эффекты всё равно были достаточно сильны, чтобы соперничать с артефактами мифического уровня. — Назову её «Зажигание». Поскольку техника зажигает пламя, «Зажигание» казалось подходящим названием. Это также имело смысл, учитывая, что при использовании техники моё тело испускало серый дым и звук горящей плоти. «Давать технике подходящее название очень важно». Особенно для техники, которая задействует ментальные образы, подобно этой. «Если я использую Усилитель стигм вместе с этим...» Я мог бы использовать Усилитель стигм, чтобы увеличить количество маны, в то время как Зажигание улучшило бы качество маны. Если объединить их оба — — Возможно, я даже смогу справиться с Архиепископом. Конечно, и Усилитель стигм, и эта недавно изученная техника имели пятиминутный лимит времени, но за этот короткий период я буду обладать достаточной силой, чтобы без колебаний сойтись лицом к лицу с Архиепископом. — Хотя вряд ли мне понадобится использовать что-то из этого для промежуточной аттестации. Не было никаких причин тратить свои лучшие карты просто на охоту на низкоуровневых магических зверей. «К тому же, я обещал не использовать усилитель стигм во время экзамена». Я мог бы использовать Зажигание, но я не настолько отчаянно стремлюсь занять первое место. «И я всё ещё не умею идеально контролировать первозданное пламя». Поскольку само первозданное пламя было силой, в которой больше загадок, чем определённости, мне приходилось соблюдать осторожность в его использовании. — Что ж. Ш-ш-ш. Через некоторое время шипение прекратилось, и поднимавшийся от моего тела серый дым рассеялся. И то, что осталось — — ...Сначала мне, наверное, стоит убрать эту комнату. Оглядев комнату, покрытую пеплом, я принялся собирать чистящие средства. * На следующий день. Курсанты закончили вооружаться и направились на полигон. — Лимит времени — восемь часов! Ваша оценка за промежуточную аттестацию будет определяться тем, кто наберёт больше всего очков за это время! По крику профессора Лукаса курсанты выстроились в очередь в выбранных ими секторах. Я выбрал горную местность в качестве своей отправной точки. Будучи самым типичным ландшафтом, она собрала почти вдвое больше курсантов, выстроившихся в очередь, чем другие сектора. — Ладно, по десять человек за раз, шагайте вперёд к устройству телепортации! Десять курсантов из очереди поднялись на устройство телепортации. — Когда устройство телепортации активируется, вы будете случайно перемещены в определённое место в выбранном вами секторе, — продолжил профессор Лукас, включая устройство. — Не теряйте голову — есть шанс, что вы приземлитесь прямо перед демоническим зверем. — Есть! — О, и не забудьте использовать свои Часы Героя, чтобы позвать на помощь, если окажетесь в опасности. Не будьте глупцами и не умрите из-за того, что переоценили себя. Поняли? — Мы запомним это! С этим громким ответом — — Удачи. Устройство телепортации активировалось. Кандидаты исчезли в водовороте синего света. — Дейл. Перед тем как ступить на устройство телепортации, Юрен, который тоже выбрал горную местность, обернулся, чтобы посмотреть на меня. — ...Я не проиграю. — Это будет непросто. Я усмехнулся и последовал за ним на устройство телепортации. Ву-у-ух! Синий свет окутал меня, и мне показалось, будто я парю над облаками. * Уф... Прошло немало времени с тех пор, как я в последний раз пользовался телепортацией. Я потрогал слегка кружившуюся голову и огляделся. Густой подлесок. Деревья высотой более 15 метров. Запах природы наполнил мой нос. — Ха. Впитывая окружающую обстановку, с моих губ сорвался тихий смешок. — Подумать только, я приземлился в том же месте, что и в прошлой жизни. Сначала оно показалось знакомым, но при ближайшем рассмотрении я понял, что это точь-в-точь то самое место, где я пал во время промежуточной аттестации в прошлой жизни. «Случайность это или судьба, я не знаю». Но возвращение сюда пробудило яркие воспоминания из моей прошлой жизни. — Если подумать, это был тот самый день. На моём лице появилась слабая улыбка, когда я вспомнил новые подробности. Причина, по которой это место казалось таким знакомым. «Именно здесь я впервые испытал смерть». Я нервно шёл, когда из кустов выпрыгнул зверь и вцепился мне в горло. «Тогда я думал, что моя жизнь на этом закончилась». Кто бы мог подумать, что я не только пробужу Благословение Возрождения и вернусь к жизни, но и поверну вспять время, вернувшись в прошлое. Оглядываясь назад, понимаешь, что это была поистине бурная жизнь. — Ну, мне лучше продолжить путь. Я знал, что Единорог был впервые обнаружен в этой горной местности, но точного местонахождения не знал. В то время мой разум был поглощён попытками понять, почему я всё ещё жив после того, как мне отгрызли голову. Шурх, шурх. Продвигаясь сквозь подлесок, раздвигая ветки и листья — — Гр-р-рааргх! С диким рёвом из кустов выскочила чёрная фигура. — Ого. Я быстро уклонился от атаки демонического зверя, отскочив на некоторое расстояние, чтобы осмотреть его. Он выглядел как волк. Его свирепые клыки сочились слюной, а когти были острыми, как лезвия. Его три кроваво-красных глаза зловеще блестели. — О? Увидев зверя, выскочившего из кустов, я не удержался от ещё одного смешка. И на то была веская причина — — Ну, давно не виделись. Зверь передо мной был тем самым, который познакомил меня с опытом «смерти» в моей прошлой жизни. — Как поживаешь? Я усмехнулся и помахал зверю, похожему на волка. ---------- Том 1 Глава 58 Воздух наполнился низким рычанием. Звероволк припал к земле, в его глазах читалась осторожность, и он сверлил меня взглядом. Я подавил смешок, глядя на демонического зверя. — Ну надо же. Встретились после стольких лет, а ты даже не поздороваешься? В ответ раздался свирепый рёв. Демонический зверь, продолжая выжидательно смотреть на меня, словно выискивая брешь в защите, внезапно бросился на меня. Будь это моя прошлая жизнь, меня бы разорвали на части эти ужасающие клыки без какого-либо достойного сопротивления. — Мда, немного разочаровывает. Боевые искусства Беральда — Небесный Переворот. Хруп! Зверь, мчавшийся на меня, завертелся в воздухе и рухнул на землю. — Скулёж! Демонический зверь покатился по земле, испуская жалкий крик. — Ась? Похоже, он даже не понял, что только что произошло. Демонический зверь, покачиваясь, поднялся на ноги, глядя на меня растерянными глазами. — Эх, навевает воспоминания. Пока звероволк был в оцепенении, я невольно испустил сухой смешок, когда в памяти всплыли образы из прошлой жизни. Воспоминания о моём былом бессилии — слабом и жалком. «Говорят, что время облагораживает воспоминания…» Но нет. Несмотря на все прошедшие годы, те воспоминания цеплялись подобно упрямому пятну на рубашке, неприятному и неизменному. «Похоже, это далеко не всегда правда, да?» Я цыкнул языком и зашагал к зверю. — Грр… При моём приближении демонический зверь начал пятиться, и в его трёх кроваво-красных глазах отразился страх. — Что такое? Испугался? — Скулёж… — Не переживай. Тогда я тоже боялся. Взмах! Острый удар полоснул по одной из передних лап демонического зверя, и из отсечённой конечности хлынула кровь. Вой! Волк забился в боли, изрыгая жалобный вопль. Я подошёл к поверженному демоническому зверю и поднял меч. — Вот тебе и очко. Укол. Я вонзил меч прямо в голову демонического зверя. Ощущение раскалывающегося черепа и проникающего в мозг клинка передалось через рукоять меча. — Ах, до чего же приятно. Кто сказал, что месть пуста? Вогнать клинок в голову демонического зверя, который когда-то перегрыз мне горло — не было ничего слаще. «Те, кто утверждает, что месть пуста, просто трусы, боящиеся встретиться лицом к лицу с расплатой». Разве может возвращение долга, причём с лихвой, когда-либо казаться пустым? — Фух. Испытывая глубокое удовлетворение, я включил свои Часы Героя, чтобы проверить счёт. Но… — …Ась? На экране красовался ноль. Если подумать, Часы Героя должны были автоматически уведомить меня об успешной охоте на демонического зверя, но никакого уведомления не поступало. — Да быть не может, чтобы он всё ещё был жив. Если только у него не было благословения на воскрешение вроде моего, существо с расколотым черепом и истекающее кровью никак не могло выжить. «Неужели какая-то ошибка?» Я склонил голову набок и осмотрел труп зверя. — …Метки нет. Привычного маркера, указывающего на то, что это тестовый демонический зверь, нигде на теле не было. Не было даже следов того, что маркер мог отвалиться. «Маркеры, используемые для контроля этих демонических зверей, прикреплены на совесть, так что он никак не мог слететь бесследно». — Выходит, этот демонический зверь не входил в число тестовых зверей, подготовленных академией… С этим осознанием на поверхность начали всплывать странности. «Этот демонический зверь… он ведь устроил на меня засаду, верно?» Как и предупреждал профессор Лукас, этот тест был настолько опасен, что беспечные курсанты действительно могли погибнуть. Но это также означало, что при должной осторожности переживать о смерти не стоило. «Для теста они должны были использовать менее агрессивных демонических зверей». Хотя фамильяр профессора Бьянки, Единорог, не был полностью пассивным, он уж точно не стал бы устраивать засады в кустах, как этот зверь. «Да и в его владения я не вторгался первым». В прошлой жизни я не умел пользоваться сенсорной магией, поэтому понятия не имел, зашёл ли я на территорию демонического зверя или это он преследовал меня. Но на этот раз я знал наверняка. «Эта тварь пришла сюда, чтобы убить меня». Она учуяла мой запах издалека. — А значит… этот демонический зверь, скорее всего, явился из-за пределов тестовой зоны. Демонический зверь, впервые познакомивший меня со «смертью» в прошлой жизни, на самом деле пришёл извне испытательной зоны. Осознание этой неожиданной правды заставило меня усмехнуться. «Стоит ли сообщить об этом в академию?» Я сфотографировал демонического зверя с помощью Часов Героя и отправил снимок руководству. — Тц. Надеюсь, из-за этого тест не отменят. Хлопот не оберёшься, но что поделать? Я не мог просто так игнорировать бродящего по тестовой зоне демонического зверя без маркера. «Стоит поймать Единорога до того, как экзамен отменят». Если тест приостановят, поимка Единорога, игравшего роль скрытого босса в этом испытании, скорее всего, всё равно пойдёт мне в зачёт. — Ну-ка, где же он может быть?.. Осмотревшись по сторонам, я запрыгнул на ветку ближайшего дерева. Оттуда я окинул взглядом бескрайний лес, концентрируя ману. Самым базовым эффектом маны было усиление тела. И это усиление не просто делало тело сильнее — оно также обостряло чувства. «Глазами его не разглядеть…» Лес был слишком густым. Даже с такой высоты я не смог заметить Единорога. — Что ж, есть другой способ. Сделав глубокий вдох, я широко раскинул руки. Наполнив ладони маной, я изо всех сил хлопнул ими друг о друга. Боевые искусства Беральда. Громовой Хлопок. БАБАХ! Оглушительный взрыв прокатился по всей горе. Птицы, прятавшиеся среди ветвей, взмыли в небеса, а со всех сторон послышались испуганные крики курсантов и демонических зверей. Среди этого шума, «Я нашёл его». Вспышка синей молнии мелькнула над густыми кронами. Шаг Ветра. На этот раз, вместо рук, я распределил ману по ногам и оттолкнулся от ствола дерева, на котором стоял. Моё тело стало лёгким, как порыв ветра. Шагая по переплетённым ветвям, я помчался к месту, где только что сверкнула синяя молния. — И-и-и-н! Пробежав несколько минут, я увидел белого коня у небольшого ручья. Его тело было покрыто чистейшей белой шерстью. Со лба торчал рог, а вокруг туловища потрескивала свирепая молния. Даже сквозь голограмму демонический зверь выглядел устрашающе, приподняв передние ноги и настороженно озираясь. «Неужели из-за того грохота?» Единорог стоял начеку, его белая грива встала дыбом. «Может, подождать, пока он немного успокоится?» Сразиться с ним в лоб не составило бы особого труда. Но не было никакой причины бездумно бросаться на столь напряжённого и настороженного демонического зверя, теряя преимущество внезапной атаки. — Фырк, фырк. Единорог, нервно сканировавший окрестности, вскоре опустил поднятую ногу. Цок, цок. Грациозной походкой единорог спокойно направился к ручью. Никаких следов прежней настороженности. «Он явно спокойнее большинства демонических зверей». Демонический зверь обычно агрессивен и свиреп из-за поглощённой демонической энергии, вызывающей трансформацию. Эта черта ещё сильнее выражена у зверей, впитавших много демонической энергии, иначе говоря, имеющих больше «глаз». «Но от него не исходит жажды убийства, и он отлично контролирует демоническую энергию внутри своего тела». И вправду, стало понятно, почему профессор Бьянка захотела сделать этого демонического зверя своим фамильяром. «Кстати, говорят ведь, что единороги особенно неравнодушны к девам…» В целом, демонический зверь часто сохраняет повадки животных, которыми они были до трансформации. Например, зверь, бывший волком, сохраняет стайный инстинкт, а крот — привычку рыть норы и прятаться. «Конечно, далеко не все такие». Иногда в процессе трансформации звери развивают черты, совершенно не связанные с их прошлыми формами. Яркий пример тому — стоящий передо мной единорог. Среди демонических зверей, произошедших от лошадей, особи с рогами во лбу, именуемые «единорогами», обладали странной особенностью: они безумно любили человеческих девственниц. — Неужели профессор Бьянка способна управлять этим демоническим зверьём из-за?.. Кхм. Ради безопасности профессора Лукаса я решил прекратить эти размышления. — Ладно… похоже, он потерял бдительность. Пора начинать настоящую охоту. — Фух. Я медленно вдохнул и распределил ману по всему телу. Бесшумно приблизившись к единорогу, «Сейчас!» Оказавшись на достаточном расстоянии, я оттолкнулся от земли и выхватил меч. — Фырк?! Единорог в испуге задрожал и начал пятиться. — Поздно, дружок. Ухмыльнувшись, я направил меч на колокольчик, висевший на шее единорога. Солнечный Меч: Четвёртая форма: Вспышка. Клинок превратился в полосу света и устремился вперёд с бешеной скоростью. В тот самый момент, когда острие должно было срезать колокольчик, — Ха! Короткий окрик, и золотой полумесяц клинка полетел прямо в меня. ДЗЫНЬ! Раздался звонкий звук, и мой меч отклонился в сторону. Клинок, нацеленный на колокольчик, лишь скользнул по щеке единорога. — Фырк, фырк! Единорог гневно заверещал, а из его щеки сочилась кровь. — Тц. Цыкнув языком, я отскочил подальше от единорога. Обернувшись, чтобы посмотреть, откуда прилетел золотой удар, я увидел тяжело дышащего Юрена. — Ха, ты уже догнал меня? Юрен наверняка примчался сюда в ту же секунду, как в небе мелькнула синяя молния. — Но… Бросив взгляд на Юрена, я усмехнулся. — Прости, Юрен, но первое место моё. Я уже стоял прямо перед единорогом, в то время как Юрен находился более чем в ста метрах позади. К тому же, я уже провёл первую атаку на единорога. Естественно, всё внимание зверя было приковано ко мне… — Фырк, фырк! Единорог резко развернулся и понёсся на Юрена, яростно фырча. — …Чего? Да быть не может. — Ты куда прёшь, проклятая лошадиная морда?! Это же я тебя спровоцировал!!! ---------- Том 1 Глава 59 [Примечание переводчика: В этой главе точка зрения меняется между Юреном и Дейлом посредине без каких-либо указателей. Как будто точка зрения и без того не была запутанной в предыдущих главах 😭] (п.п. Да вроде раньше было так-же.) Прошло восемь лет с тех пор, как погиб мой брат. Я думаю об этом каждый день. Я жалею об этом каждый раз. Если бы только я умерла вместо него, насколько лучше всё бы было? Если бы это произошло, я бы не жила каждый день, раздавленная чувством вины. Но желание — это всего лишь желание. Всё, что я могла делать, — это размышлять о тех невозвратных днях, разрывая своё сердце на части. Я должна была стать сильнее. Целиться выше. Достигать большего. Пока я не стану ярко сияющим в небе солнцем. Пока я не смогу заменить имя «Юрен Гелиос». Я не могла остановиться. Я не могла отступить. Потому что это... была та «цена», которую я должна была заплатить за совершённый грех. Поэтому я размахивала мечом каждый день, пока мои ладони не кровоточили. Я тренировалась до потери сознания, вырывая от напряжения. Каким бы болезненным, изнуряющим или мучительным это ни было, я не сдавала позиций. Может быть, небеса признали мои старания. Моё владение мечом стремительно улучшалось день ото дня. По мере того как мои навыки росли каждый день, я начала мечтать о надежде. Если бы я могла стать «Юреном Гелиосом» вместо «Юрины Гелиос», я верила, что мать полюбит меня так же, как прежде. -Потрясающе! Всего в пятнадцать лет ты превзошёл знаменитых героев, заняв второе место на Имперском турнире по фехтованию! Настоящие навыки, достойные потомка «Меча Солнца»! Плоды моих усилий появились спустя три года. На турнире по фехтованию, в котором участвовали даже действующие герои, я, не поступавшая даже в академию героев, заняла второе место. Конечно же, теперь мать признает меня. Я вернулась в особняк взволнованными шагами. В просторной комнате особняка я открыла дверь, полная предвкушения, и мать встретила меня холодным, леденящим голосом. -Ты заняла второе место? -Да! Я проиграла с минимальным отрывом в самом конце, но всё же... -Ты поднимаешь шум из-за какого-то второго места? С разочарованным видом мать цыкнула языком. -Если бы это был Юрен, он бы победил. Она тихо вздохнула, лаская портрет моего брата в тоскливом тоне. -Ха-а. Если бы только он был жив... Её бормочущие слова заставили меня вздрогнуть, и я задрожала, сжав кулаки. -Прошу прощения... -Не нужно извиняться. Я всё равно никогда ничего от тебя не ждала. -... -Что ты вообще можешь сделать, если у тебя нет даже стигмы «Бога Солнца», несмотря на то, что ты принадлежишь к крови Гелиоса? Каждое слово, слетевшее с уст матери, было подобно острому лезвию, разрезающему моё сердце. -Если закончила говорить, убирайся. Бац. Дверь грубо захлопнулась. Я рухнула перед плотно закрытой дверью, умоляя о прощении треснувшим голосом. Прости меня. В следующий раз я сделаю лучше. Я буду стараться всё больше и больше, и больше. Я буду номером один. Я никому не проиграю. Так что, мама... Пожалуйста... Пожалуйста, признай меня... — И-и-го-го! — Уф...! Мой разум, погруженный в мысли, пробудился от рычания демонического зверя. Я посмотрела на атакующего зверя, единорога, фыркающего от возбуждения, и мои глаза сверкнули. «Это мой шанс!» Я отвела руку назад, сжимая меч, словно натягивая тетиву лука, и сосредоточила магию на кончике клинка. Золотое сияние собралось на конце меча. Шестая форма Солнечного Меча: Сияние. Техника, выпускающая сконденсированную энергию меча с его кончика, обладающая высшим уровнем сложности и мощи среди «форм» Солнечного Меча, которые я могла использовать. Ву-у-ух! Золотой свет на кончике меча пронёсся сквозь воздух с ужасающей скоростью. Как раз в тот момент, когда золотой свет собирался пронзить колокольчик, висевший на шее единорога, — Куда это ты собрался! Дейл, преследовавший единорога, отразил золотую энергию. Клац! — Уф...! Дейл сжал зубы, отступая назад. Было ли это из-за огромного количества маны, содержащейся в золотой энергии? Удар казался таким, будто он ударил мечом по массивному железному блоку, разорвав плоть на ладонях. Дейл цыкнул языком, глядя на свои кровоточащие руки. [Примечание редактора: Смена точки зрения.] — Вот ублюдок... Его мана чертовски сильна. Обычно я бы точно отрегулировал свою ману, чтобы рассеять удар, но бросился вперёд так быстро, что просто не было на это времени. — Дейл...! — Я же говорил тебе. Легко не будет. Я вытер кровь с ладони о штаны и поднял меч. — Уйди, Дейл. — А если я скажу нет? — ... Юрен яростно уставился на меня, крепко сжав рот. — ...Если ты скажешь нет, тогда у меня нет выбора. Золотой шторм маны заструился вокруг Юрена. Даже на значительном расстоянии магия была настолько мощной, что у меня закололо кожу. «Это ощущается даже сильнее, чем когда мы спарринговались, да?» Тогда его мана казалась мне ошеломляющей, но я никак не ожидал, что он сможет высвободить ещё больше сил. С горькой усмешкой я тихо обратился к нему. — Если поранишься, я не виноват. Юрен яростно шагнул вперёд, взмахнув мечом. Бум! Треск! Бум!! Это звучало так, будто падал гром. С каждым взмахом его меча, окутанного золотой аурой, образовывались глубокие кратеры, сотрясая землю так, словно произошло землетрясение. Деревья высотой в десятки метров были вырваны с корнем и разбросаны по земле, а массивные валуны разлетелись в щебень. — И-и-го-го! Даже единорог, который с яростным фырканьем бросился на Юрена, поспешно отступил перед лицом массовых разрушений, напоминающих буйство мифического гиганта. Бум! Треск! Грохот! Кто мог посмотреть на это и подумать, что это клинок, которым кто-то владеет? Земля вокруг меня вздыбилась, в воздухе поднялась густая пыль. — Ух! Я использовал Шаг Ветра, чтобы увернуться от ударов меча Юрена, и нахмурился. «Я всегда знал, что у него абсурдно много маны, но всё же...» Должен же быть какой-то предел, верно? Это почти как вызывать стихийное бедствие с помощью меча. «Но что-то здесь...» Я прищурился, уворачиваясь от золотой ауры меча, летящей со всех сторон. «Слишком поспешно?» Мощность была высокой, но на этом всё. Меч Юрена был нетерпеливым, словно за ним гнался призрак. Элегантность, некогда вызывавшая восхищение, исчезла без следа, а тонкая техника, умно использовавшая слепые зоны, была похоронена под грубой силой. «С ним действительно проще справиться вот так.» Я не знал, что заставляло Юрена вести себя так отчаянно, но... Сражаться с ним сейчас было не так уж сложно. — Ха! Черт возьми! Было ли это потому, что его разочаровало то, как я уворачиваюсь от его атак, словно надоедливая муха? Юрен тяжело задышал и грубо выругался. — Долго ты ещё будешь бегать?! — Пока ты не придёшь в себя. — ...Ты хочешь сказать, что я не в своём уме? — Если бы кто-нибудь увидел тебя сейчас, он подумал бы то же самое. — Это... Юрен замолк на полуслове, словно я задел больное место. — ...Я ничего не могу с этим поделать. Пробормотал Юрен тихим голосом, опустив голову. [Примечание редактора: Смена точки зрения.] Да. Сохранять рассудок было просто невозможно. «Я не могу позволить себе потерять первое место.» Я сжала рукоять меча ещё сильнее и прикусила губу. Я впервые чувствовала себя настолько тревожно во время экзамена. С тех пор как я поступила в академию героев как лучший студент, первое место казалось чем-то само собой разумеющимся. За последние два года не нашлось ни единого курсанта, который мог бы составить мне конкуренцию за высшую позицию. Но... «Если это Дейл...» Дважды в неделю. Обучаясь фехтованию у Дейла, я поняла, что он превосходен не только в фехтовании. У него был опыт, в который трудно было поверить для курсанта. Он действовал смело, словно у него было несколько жизней. Его быстрое суждение и решительность впечатляли. Чем больше я узнавала Дейла, тем больше удивлялась тому, как ему удавалось скрывать свою силу до сих пор. Он был поистине потрясающ. «Единственное, в чём я превосхожу Дейла, — это количество маны.» Вот почему... Когда Дейл сказал, что на этот раз метит на первое место, моё сердце забеспокоилось. С такими темпами я лишусь вершины. Напряжение переросло в тревогу, а тревога стала страхом. «Если я хотя бы раз потеряю первое место...» Кошмар вернулся. Восемь лет назад, в тот день. День, когда «солнце» по имени Юрен Гелиос пало. -Если бы только ты... если бы только тебя здесь не было! Из-за тебяяяя!!! Звук крика, раздирающего воздух. Звук разбитого цветочного горшка. Руки моей матери, душившие меня. Боль от невозможности вздохнуть. Те налитые кровью глаза, смотрящие на меня сверху вниз. Глаза, глаза, глаза. — ...Нет. Крикнула Юрен словно в агонии, всё ещё сжимая свой меч. — Я... Я абсолютно не могу проиграть! Недопустимо ни единого поражения. Нельзя простить ни единой ошибки. Юрен Гелиос, «солнце», сияющее высоко в небе, обязан быть именно таким существом. Грохот! Земля задрожала, когда хлынул шторм магической силы. Единственное, в чём я превосхожу Дейла, — это моя мана. «Тогда...» У меня нет выбора, кроме как сокрушить его подавляющей маной. — Ха-а-ах! С яростным криком я взмахнула мечом. Солнечный Меч, Шестая форма, модифицированный стиль: Сияние — Волна. Золотая аура меча, сконденсированная на кончике моего клинка, превратилась в массивную приливную волну, пронёсшуюся по земле. — ...Юрен. Дейл, который наблюдал за Юреном с глубоко запавшими глазами, нахмурился, словно раздумывая, глядя на золотую приливную волну, мчащуюся к нему. — Ха. Низкий вздох сорвался с губ Дейла после минуты раздумий. Он оттолкнулся от земли, чтобы избежать приближающейся золотой приливной волны. Он переместился за спину единорога. Затем, как только единорог попытался увернуться от золотой приливной волны, Дейл полоснул его по ноге мечом, используя зверя как щит, чтобы заблокировать золотую энергию меча. — И-и-го! Единорог издал жалобный вопль, когда золотая аура меча истерзала его тело. И тогда... Треск! Колокольчик на шее единорога раскололся. — Дзынь! [Курсант «Юрен Гелиос» выполнил бонусную задачу.] [Курсант, выполнивший бонусную задачу, автоматически занимает первое место в промежуточной аттестации независимо от своего счёта.] — Ах. Юрен широко раскрыл глаза, уставившись на сообщение, отобразившееся на его Часах Героя. — ...Слава богу. Было ли это потому, что он потратил слишком много магической силы, или потому, что всё напряжение наконец отпустило? Юрен рухнул на месте. — Мама... Я... я сделал это... Юрен, лежавший на земле, с трудом закончил предложение, а его глаза медленно закрывались. — ...... Дейл медленно подошёл к потерявшему сознание Юрену. Дейл цыкнул языком, подняв его и уложив на ближайший камень. — ...Юрен. [Примечание редактора: Снова смена точки зрения.] Мне казалось, что я знаю его лучше кого бы то ни было. Он был драгоценным товарищем и незаменимым другом. Вот почему... Я думал, что с Юреном всё будет в порядке. Я предполагал, что он посмеётся над этим, даже если потеряет первое место. Я верил, что это послужит для него хорошим стимулом, что это поможет ему вырасти. — Я ничего не знал. Я делал предположения сам по себе. Я судил сам по себе. Я верил в то, что всё знаю, хотя на самом деле не знал ничего. — ...Ты не сиял сам по себе. Ты изо всех сил старался сиять. Снился ли ему ужасный кошмар? Я глубоко вздохнул, глядя на своего друга, который продолжал слабо бормотать: «Я не могу проиграть». ---------- Том 1 Глава 60 — Чёрт, этот парень и не думает просыпаться. Прошло два часа с тех пор, как Юрен потерял сознание от истощения маны. Несмотря на то, что я хлопал его по щекам или тряс за плечи, чтобы разбудить, ответа не было, словно тот погрузился в глубокий сон. — Он что, помер?? Конечно, это была шутка, рождённая тем фактом, что Юрен не подавал признаков пробуждения. «Общеизвестно, что когда кто-то падает в обморок от истощения маны, на пробуждение уходит много времени». Я слишком хорошо знал этот факт, так как сам часто сталкивался с истощением маны из-за своего мизерного запаса, что делало меня почти профессионалом в этой области. «Мне нужно начать двигаться, если я хочу заработать очки». С начала промежуточной аттестации прошло около четырёх часов. Из восьми часов лимита времени половина уже пролетела, а количество набранных мной очков равнялось ровно нулю. Первый волкоподобный зверь, которого я встретил, не принёс мне никаких очков, вероятно, потому что он забрёл снаружи, а единорога в итоге захватил Юрен, так что я не заработал ни единого очка. «С таким темпом я снова окажусь на последнем месте». Я отчаянно хотел избавиться от надоевшего ярлыка героя с самым низким рейтингом. — Мне нужно начать двигаться, если я хочу заработать очки... Я тяжело вздохнул, глядя на Юрена, лежавшего на импровизированной кровати (было бы слишком жестоко оставлять его лежать на твёрдой скале, поэтому я соорудил простую лежанку). «Я не могу просто оставить его здесь в таком виде». Выбора не было. — Пожалуй, поставлю барьер, чтобы отпугнуть зверей. Раньше я бы и не подумал использовать заклинание, потребляющее столько маны, как барьер. Но в последнее время, благодаря заметному увеличению количества маны, я мог по крайней мере установить простой барьер. «Впрочем, он может оказаться не слишком эффективным». После победы над единорогом оставшиеся звери, скорее всего, будут более низкого ранга. — Хоп. Я порезал ладонь мечом, а затем нарисовал своей кровью магический круг вокруг Юрена. «Наконец-то мне довелось как следует применить магию, которой меня научила старшая София». Хотя раньше я создавал барьер во время сражения с Астаротом, это был скорее не результат всех приобретённых мной теорий и знаний, а грубая, наскоро сформированная магическая завеса из чистой грубой силы. Это едва ли можно было назвать «магией». «Если за основу барьера взять теорию гексаграммы и отрегулировать структуру циркуляции маны в соответствии с теорией заклинаний циркуляции Аркадии...» Поскольку теория была областью, в которой я был уверен, создание магического круга оказалось на удивление приятным процессом. — Так, готово. Вууум! Направляя ману в ядро и активируя барьер, я с удовлетворением посмотрел на серый туман, окутавший тело Юрена. «Все то время, что я потратил на изучение теории, наконец окупается, когда я использую её вот так». Это похоже на то, как, несмотря на планирование романа с тщательными деталями и сюжетом, конечный результат часто получается не таким, как ожидалось. При реальном использовании магии я понял, что, хотя теория и знания важны, хорошее чутье ещё важнее. — Мне ещё предстоит пройти долгий путь. Оставалось преодолеть ещё немало препятствий, прежде чем я смогу использовать магию так же естественно, как дышать, подобно старшей Софии. — Ладно, пора двигаться дальше. Я отвернулся от Юрена. — Фырк... Иго-го... В этот момент единорог, который лежал там после того, как его всего исполосовал меч Юрена, с трудом поднялся на ноги. — Что такое? Ты ещё жив? И чего ещё ожидать от высокорангового зверя. Похоже, он каким-то образом пережил золотую приливную волну, которая была практически стихийным бедствием. — Фырк, фырк. Тяжело дыша, единорог начал спотыкаясь удаляться от меня, словно пытаясь сбежать. — Эй, эй. Не нужно бежать, я не собираюсь тебя убивать. Я поднял обе руки, показывая, что не намерен нападать. Хотя средний интеллект зверей был невысок, зверь, достаточно умный, чтобы его использовали в качестве фамильяра, должен был понять столь простой жест. — Иго-го... Фырк. — Хм? Но единорог не останавливался, даже после того как я показал, что не собираюсь причинять ему вред. «Что происходит?» Я сузил глаза и приблизился к единорогу. Единорог продолжал спотыкаясь ковылять вперёд, словно вообще меня не видел. «Он убегает не от меня». На мгновение я подумал, не связано ли это с барьером, который я установил вокруг Юрена, но единорог находился далеко за его пределами. К тому же, это был не тот тип барьера, который сработал бы на таком высокоранговом звере. «Тогда в чем же дело?» Если он убегал не от меня и не находился под воздействием барьера, то от чего же, чёрт возьми, он спасался? Грохот! Внезапно земля задрожала, словно началось землетрясение. — Чёрт возьми! Прежде чем я успел подумать, я инстинктивно отпрыгнул от источника толчков. Бум! Земля взорвалась, и в воздух взметнулось облако пыли. — Иго-го! С жалким криком единорог был схвачен кем-то и поднят в воздух. Хлюп! Тело единорога разорвало надвое, извергая потоки крови. — Это... Стоя под кровавым дождём, я поднял глаза на массивного зверя, появившегося из-под земли. Зверь с крокодиловой головой и человеческим телом. Его зелёная чешуя блестела, как броня, а тело было переполнено бугристыми мышцами. Острые зубы блестели между широко открытыми челюстями. И тогда — — Хех. С моих губ сорвался смешок. На голове крокодилоподобного зверя было четыре пары светящихся красных глаз, которые злобно уставились на меня. «Почему здесь зверь с восемью глазами?» Что это за чертовщина происходит? — Гр-р-р... Из его горла вырвалось низкое рычание. Воздух наполнился запахом солёной воды и мха. Его морда, наполовину покрытая этими восемью красными глазами, в упор смотрела на меня. «Восьмиглазый зверь». Это был могущественный монстр, победить которого с трудом удавалось даже героям, входящим в топ-100, известным как «ранкеры». Только такие исключительные герои, как профессор Лукас или профессор Элиша, могли иметь против него шанс. «Но почему такой зверь появляется на экзамене курсантов третьего курса?» Я сузил глаза и окинул взглядом гигантского пятиметрового зверя. Точно так же, как и у волчьего зверя, встреченного мной в начале экзамена, на теле этого крокодилоподобного зверя не было никаких признаков «метки». «Это точно не какое-то неожиданное событие, подстроенное профессорами». Это означало, что этот крокодилоподобный зверь тоже забрёл сюда снаружи. «В своей прошлой жизни я никогда не слышал, чтобы такой зверь появлялся на экзамене». На ум приходило две возможности. Либо в прошлой жизни никто не сталкивался с этим зверем до окончания теста, — Или же. По какой-то причине будущее изменилось. — Как бы то ни было, одно можно сказать наверняка. Сейчас не время неторопливо размышлять о том, откуда взялся этот зверь. — Ррр... Зверь издал низкое рычание и сделал шаг вперёд. Тум. Стоило ему сделать шаг, как по земле прокатилась мощная ударная волна. — Рррраар! Дико взревев, крокодилоподобный зверь бросился в атаку. Я отскочил в сторону и взмахнул мечом на зверя. Клац! Меч отскочил от его чешуи. Мою ладонь закололо, словно я ударил по куску металла. — Тц. Как и ожидалось, обычные атаки не сработают. «Мне нужно целиться в уязвимое место». Глубоко вздохнув, я оттолкнулся в сторону зверя. Зверь, наблюдая за тем, как я мчусь к нему, взмахнул длинным хвостом, словно хлыстом. «Сейчас!» Солнечный Меч. Пятая Форма, модифицированный стиль: Поглощение чёрных пятен. Использование особенности чёрного пятна, сгущающего ману, чтобы поглотить окружающую энергию и влить её в меч — модифицированная техника. Вууух! Подобно пылесосу, воздух вокруг меча был втянут внутрь. Я нацелил меч на хвост, яростно рассекавший воздух. «Если я столкнусь с ним лоб в лоб, меч сломается». Хвост, покрытый твёрдой чешуёй, при прямом ударе разнесёт меч в щепки. «Мне нужно лишь соприкоснуться с ним, а не бить в полную силу». Я взмахнул мечом по направлению к хвосту не лезвием, а плашмя. Вууух, шлеп! Когда плоская сторона меча соприкоснулась с хвостом, напряжение, создаваемое тёмным пятном, заставило клинок прилипнуть к хвосту зверя, как клей. — Угх! Словно к концу хлыста внезапно привязали тяжёлый груз, и моё тело взмыло в воздух. Шаг ветра. Я потянул за меч, прилипший к хвосту, и оттолкнулся от воздуха, словно ступая по твёрдой земле. Используя выделяемую из пальцев ног ману в качестве движущей силы, я приземлился на спину крокодилоподобного зверя. — Хоп! Я перехватил меч поудобнее и нацелил его на один из светящихся красных глаз зверя. Но — Клац! Меч отскочил от его века. «Это безумие». Насколько же прочным было его тело, раз даже веко не удавалось пронзить мечом? — Ррраар! Хотя меч и отскочил, удар он наверняка почувствовал. Крокодилоподобный зверь издал ужасный вопль и яростно затряс телом. — Уф. Я вцепился в его чешую, пытаясь не быть сброшенным, но сила зверя была подавляющей. С ощущением того, что меня отрывают от земли, моё тело с грохотом упало в грязь. Бац! — Гах! Тяжёлый удар пронёсся вверх по моему позвоночнику. Мне казалось, что мои внутренние органы разминаются в кашу, а конечности вывернуло под странными углами. — Ррр... Крокодилоподобный зверь, теперь уверенный в своей победе, щёлкнул острыми зубами и торжествующе взревел. — Ррр... Он повернулся и начал приближаться к тому месту, где лежал Юрен. Зверь свирепо взмахнул хвостом, разрушив барьер, который защищал Юрена от зверя. — Ррр... Крокодилоподобный зверь издал низкое рычание, нависая над Юреном, который лежал без движения. — Эй, крокодилья башка. Голос раздался сзади. — Ррр? Крокодилоподобный зверь моргнул своими восьмью глазами и повернул голову. Голос принадлежал человеку, которого всего пару мгновений назад наверняка впечатали в землю, а теперь он стоял там, казалось бы, невредимым. — Ещё не всё кончено, куда это ты собрался? Свирепо блеснули зелёные глаза. Ссссс... Вместе со звуком горящей плоти, — Зажигание. Начал подниматься пепельный дым. ---------- Том 1 Глава 61 Шквар! Звук горящей плоти. Серый пепел сочился из каждой поры, поднимаясь в воздух дымом. — Ха-а... Я выдохнул с хрипом, сжимая меч. Пепел смешался с моим дыханием. Моё тело горело, словно вместо крови по венам текла раскалённая жидкость. Зажигание. По моей воле первозданное пламя поглотило моё тело, медленно восполняя ману, достигшую своего предела. — Гр-р-р-р... Гигантский крокодилоподобный зверь, приближавшийся к Юрену, уставился на меня настороженным взглядом. Я выдохнул воздух, смешанный с пеплом, и усмехнулся. — Что ты делаешь? Всё ещё не закончилось, знаешь ли? Я поддразнил зверя, слегка качнув кончиком меча в его сторону. — Гр-р-р-р! Сработала ли моя провокация? Крокодилоподобный зверь, уставившийся на меня, припал к земле и бросился бежать на всех четырёх лапах. Топ, топ, топ! Массивная тварь, похожая теперь на гигантскую ящерицу, неслась на полной скорости, поднимая в воздух густые клубы пыли. — Р-р-ра-арх! Оказавшись всего в нескольких футах, демонический зверь издал свирепый рёв и закрутился волчком. Его хвост, покрытый столь прочной чешуёй, что от него отскакивал даже мой напитанный маной меч, рассекал воздух, словно огромный хлыст. Бам! Хвост взмахнул с сверхзвуковой скоростью. Сконцентрировав всю свою массу, хвост обладал достаточной разрушительной силой, чтобы снести здание с одного удара. Даже герой, уверенный в своей силе, не осмелился бы принять его в лоб, но... — А силушка-то у тебя есть, да? Я шагнул вперёд. Сделав шаг навстречу летящему хвосту, я высоко поднял меч. Вуш! Пламя опутало лезвие. Я обрушил меч сверху вниз. Солнечный Меч, Вторая Форма: Серп Месяца. Пылающее лезвие столкнулось с хвостом демонического зверя, в который была вложена масса в несколько тонн. БАМ! Раздался громоподобный взрыв. Там, где мой меч раньше не мог оставить даже царапины, теперь он разрезал чешую демонического зверя, глубоко вонзаясь в его хвост. — Р-Р-РААРХ! Крокодилоподобный зверь забился в агонии, его хвост был наполовину отрублен. Пламя, перенесённое моим мечом, принялось пожирать разорванную плоть, жадно поглощая её. — Гр-рк! Гр-рк! Отчаянно пытаясь потушить огонь, демонический зверь тёрся хвостом о землю, но пламя, цепляющееся за его хвост, было не обычным огнём. Первозданное пламя, что, по преданию, сожгло дерево творения в древние времена, не заботилось о том, закопал ли зверь свой хвост в землю или нет — оно продолжало сжигать его плоть. — Р-ра-арх! Наконец, крокодил пустил в ход свои острые когти, чтобы отсечь собственный хвост. Некогда мощное оружие, его хвост, теперь жалко валялся на земле. — Гр-р... гр-рк... Отрубив собственный пылающий хвост, крокодилоподобный зверь тяжело задышал и устремил взгляд на меня. Он сделал неуверенные шаги назад. В его восьми глазах читались замешательство, неверие и глубокий страх. Ну ещё бы. Даже устрашающий демон испытал бы ужас, раз за разом сталкиваясь с человеком, который не умирает, и пламенем, которое невозможно потушить, не отрезав собственную плоть. — Гр-р-р-р! Бросив быстрый взгляд назад на Юрена в нерешительности, зверь наконец повернулся и пустился наутёк. — Чего? После всего этого шума ты просто сбежишь? Я глухо рассмеялся, глядя на отступление демона. Хвост, может, и был отрублен, но у него оставалось более чем достаточно сил продолжать бой, а он вот так убегает. — Куда это ты собрался? Я глубоко вздохнул, вдыхая наполненный пеплом воздух, и оттолкнулся от земли, бросаясь в погоню за убегающим зверем. Разумеется, я тоже был далеко не в идеальной форме. Обе руки, державшие меч, исказились до полной негодности, а мой меч, рассёкший хвост демона, валялся на земле вдребезги разбитым. Любой другой, увидев мои раны, подумал бы, что продолжать невозможно. Но... — Хех. С кривой усмешкой я снова оттолкнулся от земли. Пепел разлетелся вокруг, пока я мчался вперёд, запрыгивая на спину демона и крепко обвивая ногами его шею. — Р-Р-РААРХ! Демон яростно забился, пытаясь сбросить меня. Его острые чешуйки и когти разрывали моё тело. Но... — Сгори. Чем сильнее меня ранили, тем больше пепельного дыма исходило от меня. Не имело значения, размозжит ли моё тело. Не имело значения, разлетится ли на куски весь мой организм. Даже если я сломаюсь, рухну или буду разорван на части, я буду безжалостно вцепляться врагу в глотку. Именно такой стиль боя позволял мне — простому никчёмному герою без особых заслуг — носить прозвище «Бессмертный Призрак» и числиться среди последних пяти героев. — Ха! Я впечатал сжатый кулак прямо в глаз демона. Мой кулак пробил веко, глубоко вонзаясь в глазное яблоко. — Р-Р-РААРХ! Демон взревел от боли. Ухмыльнувшись, я влил ману в кулак. — Боевое Искусство Беральда. Разрушитель Гор. Хрусь! Раздался жуткий звук разрываемой плоти, и хлынула кровь. Раздавленный глаз тут же объяло пламя. — Р-Р-РААРХ! ГР-Р... КХАК! Зверь отчаянно извивался, пытаясь потушить огонь, но на этот раз пламя было не на хвосте — оно полыхало на его голове. — Попробуй-ка теперь отрубить себе голову. Усмехнувшись, я спрыгнул со спины демона. — Гр-р... гр-рк... Побившись в истерике ещё какое-то время, зверь издал слабый стон и рухнул на землю. — Фух. Убедившись, что демон действительно мёртв, я тяжело вздохнул и осел на месте. Шшш. Ссс. С-с-шшш. Действие Зажигания подходило к концу? Под звуки выходящего воздуха клубившийся вокруг меня пепельный дым рассеялся. Бросив взгляд на труп демона с напополам обугленной головой, я горько усмехнулся. — ...Неужели это и есть сила Первозданного Пламени? Я чувствовал это и во время боя с Астаротом — это абсурдно читерская сила, заставляющая меня усмехаться против воли. «Конечно, и цена за неё огромна». Моё тело казалось тяжёлым, как пропитанная водой губка. Едва удерживая рассудок, который грозил оборваться в любой момент, я поднялся на ноги, шатаясь. — Угх. Я серьёзно так подохну. Честно говоря, стоять на ногах уже было тяжело. — Мне всё ещё нужно как-то доложиться школе. Сейчас у меня даже не осталось маны, чтобы включить Часы Героя. — Ха-а. Забудь пока про отчёт, мне нужно отдохнуть. Проглотив досаду, я поплёлся к валуну, где лежал Юрен. — Гр-р-р-р. — Гр-р-р, рык! — Гр-р-р, рык! Вокруг вновь разнеслись вопли демонов. Из густых зарослей выскочила стая волков-демонов. — Да твою мать... Тихо выругавшись, я окинул взглядом окружающих меня волков. Насчиталось не меньше десятка. Количество глаз варьировалось от трёх до пяти, но в остальном они выглядели примерно одинаково. — ...Чёрт возьми. У этих демонов тоже не было пометок экзаменационных зверей. «Это тот же вид, что и тот волк-демон, которого я убил первым». Хотя бывают такие разновидности, как единорог, большинство демонов сохраняют первоначальные инстинкты своего вида до того, как подверглись трансформации демонической силой. Иными словами, волки, мутировавшие в демонов, всё ещё сохраняют инстинкт «охоты стаей». «Они выследили меня по запаху сородича?» Сначала восьмиглазый демон, а теперь стая из более чем десяти волков. — ...Это вообще полигон для экзамена или какого чёрта это за место такое? Какого хрена эти демоны постоянно появляются, причём не те, что были подготовлены для экзамена, а те, что проникли извне? — Гр-р. Тяжело сглотнув, я потянулся к мечу Юрена на его поясе, так как мой собственный сломался в предыдущем бою. Меч, которым я раньше взмахивал без всяких усилий, теперь казался тяжёлым, как массивный кусок железа. — Ха-а... чёрт. Как бы сильно я ни устал, я не мог позволить себе показать слабость перед этими демонами. — Ну давайте, ублюдки. Я махнул мечом в сторону окружившей меня стаи волков. — Гр-р! — Гр-р, рык! Все разом десятки волков бросились на меня. И тут — Дзынь. Чистый звук защипнутой струны. Со всех сторон вылетели десятки серебряных нитей, обвивая мчащихся на меня волков. Волки-демоны, запутавшиеся в тонких серебряных нитях, словно мухи в паутине, безуспешно пытались вырваться. Хрусь. Хруп! С треском тела волков, запутавшихся в серебряных нитях, были разорваны в клочья. — Прости за опоздание. Раздался стук каблуков, и к нему приблизилась черноволосая женщина в чёрном костюме. Несмотря на шрам, пересекающий её левый глаз, её красота была настолько поразительной, что захватывало дух. Это была профессор Элиша Болдуин. — Опоздание, говорите... Я бы сказала, тайминг просто идеален, нет? Я бросил взгляд на профессора Элишу, говоря спокойным и низким голосом. Профессор Элиша пожала плечами с беззаботным выражением лица. — Ты ведь наверняка заметил, что я наблюдала из тени. — Это не было стопроцентной уверенностью, просто догадка. На экзаменационном полигоне появился внешний демон — профессора никак не могли просто сидеть сложа руки и ничего не предпринимать. — Хмм... тогда почему ты не попросил о помощи? — В конце концов, это была лишь догадка. Я предполагал, что профессора, скорее всего, действуют за кулисами, но понятия не имел, где именно и что именно они делают. — Тем более я не ожидал, что кто-то из профессоров спрячется где-то поблизости и станет издалека наблюдать. — За это я заранее извиняюсь, — невозмутимо произнесла профессор Элиша. — Сначала я планировала вмешаться в нужный момент... но никак не ожидала, что курсант Дейл в одиночку расправится с демоном. Причём не с каким-нибудь рядовым, а с восьмиглазым демоном, с которым даже большинство профессоров справились бы с трудом. — Курсант с благословением, позволяющим возвращаться к жизни, владеющий неизвестной силой, а вдобавок искусный в фехтовании, боевых искусствах и магии... Профессор Элиша окинула меня острым взглядом. — Кто ты вообще такой? — Вы же можете просто проверить списки курсантов, верно? — Списки курсантов, говоришь. Она тихо рассмеялась, делая шаг ближе. Профессор Элиша подошла так близко, что её лицо оказалось в дюйме от моего, и мягко обвила рукой мою шею. — Похоже, мне придётся провести дополнительное расследование. — ...Разве вы уже не сделали этого? — Именно поэтому оно и называется «дополнительным». Её дыхание легко коснулось моих губ, пока она медленно наклонялась ближе. Я оттолкнул профессора Элишу и покачал головой. — Если вам нужно провести расследование, сделайте это как-нибудь иначе. — Хмм. Тебе что-то не нравится? Знаешь ли, я вполне уверена в своей внешности. — Нет, дело вовсе не в этом... Как мне это объяснить? Если слухи о том, что мы снова поцеловались, дойдут до ушей одной святой, я труп. — Значит, дело не во внешности, то есть я кажусь тебе привлекательной? — Ну да, вы довольно красива. — Хмм, понятно... Довольная профессор Элиша кивнула. — Если ты не хочешь поцелуя, как насчёт поделиться со мной какой-нибудь другой жидкостью твоего тела? — Простите? — Например... оттуда? — ...Чего? Какого чёрта эта женщина несёт? ---------- Том 1 Глава 62 Тишина опустилась на лесную поляну. Я поспешно отступил назад и ошеломлённо спросил: — Что это за безумный бред...? — Что такое? Тебе не нравится? — Дело вовсе не в том, нравится мне или нет! Профессор Элиша посмотрела на меня, забавляясь моей растерянной реакцией. — Не принимай всё так близко к сердцу. Это была просто шутка. — ... Я уставился на профессора Элишу с недоверчивым выражением лица, в то время как она сохраняла выражение, слишком серьёзное, чтобы можно было поверить что это шутка. «Что за профессор отпускает такие шутки в наши дни?» Я бросил на неё сердитый взгляд, нахмурив брови. Она мягко улыбнулась и положила руку на грудь. — Ну, шутка или нет, но правда в том, что ты мне интересен, курсант Дейл. И как герой, и... как мужчина. — ...Что? Подождите, что? Откуда взялось это внезапное прямолинейное замечание? — Нет ведь никакого правила, гласящего, что профессор не может интересоваться курсантом? — Ну, нет... технически нет. — Прежде чем быть профессором, я женщина. Это вполне естественно — чувствовать влечение к мужчине, который мне нравится. — Э-э... то есть вы хотите сказать... Мой разум полностью опустел от неожиданного шквала прямоты. «Элиша Болдуин говорит, что я ей интересен?» Что вообще здесь происходит? — ...Разве мы не встречались всего дважды? И ни одна из этих встреч не была особенно приятной. — Хмм? Разве имеет значение, как часто женщина встречается с мужчиной, чтобы почувствовать влечение? — ...Не думаю, что я сделал во время тех встреч что-то такое, что могло бы вас привлечь. Давайте пока отложим терминологию «мужчина» и «женщина». — Не сделал? Разве ты не проявил себя в самый первый день? — Вы говорите о спарринге с ассистентом Винсентом? Ну да, не каждый день курсант превосходит инструктора в дуэли. Но давайте будем честны: этого не должно быть достаточно, чтобы привлечь внимание «Паука Ужаса», занимающей 9-е место среди тысяч героев. «Наверное, у Юрена тоже не было бы проблем с тем, чтобы превзойти ассистента Винсента». Мне даже не нужно было упоминать Юрена. Камилла, например, вполне могла бы постоять за себя против Винсента. «Уровень Винсента, в конце концов, не сказать чтобы выдающийся». Единственная причина, по которой Винсент казался таким доминирующим в начале, заключалась в относительной силе его спарринг-партнеров. Курсанты, едва набирающие проходные баллы, вряд ли могли надеяться выстоять против стремительных ударов мастера меча. — Хм. Ну, отчасти дело в этом, конечно. — Вы имеете в виду, что есть что-то ещё? — Есть. Что-то ещё, привлёкшее внимание Элиши... «Неужели...» Неужели она каким-то образом узнала о первозданном пламени? — Фу-фу. Кажется, ты что-то не так понял. Пока я подозрительно смотрел на неё, Элиша мягко улыбнулась. — Твоя внешность, курсант Дейл, привлекла меня больше всего. — ...Простите? Мой разум опустел от совершенно неожиданного ответа. Элиша подняла руку, чтобы мягко коснуться моей щеки, а затем удовлетворённо кивнула. — Как я и думала, как бы часто я на тебя ни смотрела, твой мрачный и угрюмый вид как раз по моему вкусу. Мне это нравится. — ... Что? Она что, сейчас оскорбляет меня? — Мм. Не смотри на меня так. Элиша неловко отвела взгляд, откашлявшись от смущения. Её щеки слегка покраснели. — ...Вы смутились? — Нет. После того как назвала чьё-то лицо угрюмым и мрачным, какой смысл теперь смущаться? «Я не могу понять, каковы её истинные намерения». Я глубоко вздохнул, недоверчиво покачав головой. — Ну, не переживай так сильно. Пока это просто любопытство. С лёгкой улыбкой она вытащила сигарету из пальто и зажала её между губами. Элиша наклонила голову ко мне, делая знак сигаретой во рту. — Прикури. — ...Я не ношу с собой зажигалку. — Разве ты не использовал магию огня ранее, сражаясь с этим демоническим зверем? — Ну да, но... Использование первозданного пламени для прикуривания сигареты казалось... неуместным. — Хм. Ну ладно. Элиша достала из кармана зажигалку и протянула её мне. — Зажги. — ...Разве вы не можете закурить сами? — Есть что-то особенное в том, когда мужчина, который мне нравится, поджигает мою сигарету. — ... Что за странная женщина? — Ха... Я тяжело вздохнул и поджёг ей сигарету поданной зажигалкой. Элиша глубоко затянулась, выдохнув дым с довольным кивком. — Ха. Это приятно. — ...Так что насчёт расследования, о котором вы упомянули ранее? Мне предложить вам немного своей крови? — Не нужно. Всё равно больше ничего не узнать. — ... Тогда зачем ты вообще заикалась о том, что требуется дальнейшее расследование? — Фу-фу. Это был просто хороший повод поцеловать мужчину, который мне нравится. Вот почему я люблю быть специальным профессором. — Это очень, э-э, «профессорский» способ мышления. — Слышать такое немного неловко. Элиша ответила с бесстрастным выражением лица, оставив меня в недоумении, шутит она или нет, пока она выдыхала длинную струйку дыма. — Кстати, что это были за демонические звери? — Мы всё ещё разбираемся с этим. Элиша смахнула окурок и приблизилась к туше мёртвого крокодилоподобного демонического зверя. — Учитывая размеры экзаменационной зоны, для диких демонических зверей не редкость время от времени забредать сюда, но... это первый раз за 500-летнюю историю академии, когда появляется восьмиглазый демонический зверь. — Это значит... — Разумно предположить, что кто-то намеренно отправил их. Элиша осмотрела труп демонического зверя, её взгляд был полон подозрения. — У вас есть какие-нибудь подозреваемые на примете? — Ну... на данный момент это лишь предположения, но... Элиша окунула палец в кровь, сочащуюся из тела демонического зверя-крокодила, и попробовала её на вкус. Её фиолетовые глаза разделились по вертикали, обнажив золотые зрачки. Это была печать «Благословения Ясновидения», сила, которой она обладала и которая активировала её острое зрение. — Оказывается, это был не просто обычный демонический зверь, а чей-то фамильяр. — Как единорог? — Да. Профессор Элиша слегка кивнула и продолжила говорить. — Нечасто кто-то контролирует демонического зверя такого уровня в качестве фамильяра. — ....... По совпадению, имя всплыло в моей голове, как только я услышал эти слова. — Архиепископ Зверей, Шакал. Элиша произнесла тихим голосом, проведя рукой по шраму, тянущемуся через её левый глаз. «Шакал». Архиепископ Зверей, Шакал. Один из шести архиепископов, стоящих на вершине демонических существ, командующий тысячами, десятками тысяч демонических зверей под своим началом. «Практически произошла война только для того, чтобы уничтожить его». Лишь после того, как почти половина объединённых сил из более чем 1000 солдат из трех стран была принесена в жертву, они смогли убить Шакала и его армию демонических зверей. «Героем, убившим Шакала, наверняка была... Элиша Болдуин». Было ли это совпадением или судьбой? Я тихо цыкнул языком, поглядывая на профессора Элишу. В прошлой жизни она участвовала в войне против Шакала, оборвав его жизнь, только чтобы встретить свой конец на поле боя. «Хотя я сам этого не видел». Война с Шакалом разгорелась через десять лет после моего выпуска. Примерно через двенадцать лет от нынешнего момента. «Именно тогда я бросил наёмничество и начал формировать группу с Юреном и остальными». Наша группа только что сформировалась тогда, поэтому мы не участвовали напрямую в войне. Вспоминания эти события прошлой жизни, я продолжал размышлять. — Курсант Дейл? Ты что-то знаешь о Шакале? — Что? О... нет. Я просто погрузился в мысли на мгновение. — Хмм, неужели? Профессор Элиша скрестила руки на груди, с тяжёлым выражением глядя на труп демонического зверя. — ...Шакал. Её глаза яростно блеснули, когда она произнесла его имя. Посмотрев некоторое время на тушу зверя, профессор Элиша повернулась ко мне. — У меня есть к тебе просьба, курсант Дейл. — Какая? — Не мог бы ты сохранить это дело в тайне, по крайней мере до окончания расследования? — Сохранить в тайне? От кого именно...? — От всех. Я буду признательна, если ты даже не расскажешь своему курирующему профессору. — ...Вы планируете полностью замять этот инцидент? Удивлённый её просьбой держать всё в секрете даже от профессора Лукаса, на моём лице проявилось недоумение. Элиша тяжело кивнула. — Если об этом инциденте узнают по всей академии, виновный снова сбежит. Точно так же, как во время последнего фестиваля запечатывания. — ....... Настоящий виновник фестиваля запечатывания на самом деле не сбежал, а погиб от моей руки. Но я не мог рассказать об этом профессору Элише прямо сейчас. — Понятно. Я оставлю этот инцидент между нами двумя. — О. Только между нами двумя, да? Звучит довольно захватывающе. — Нет. — Ха-ха, просто шутка. — ...Вы действительно обожаете свои шутки. — Видишь ли, у меня всегда была шутливая и остроумная личность. — Ха-ха. Откуда вы вообще берете такой бред? С этим профессором действительно невозможно выиграть. — Ну что ж, я заберу тушу этого зверя-крокодила с собой. — Да. — Кстати говоря, ты в порядке? Выглядишь неважно. — Ну... честно говоря, я не в лучшей форме. Я едва держался на ногах, чувствуя, что могу рухнуть в любую секунду. — Кажется, я задержала тебя здесь слишком надолго. Я разберусь с оставшимися зверями здесь, так что отдыхай спокойно. — Буду очень признателен. Хотя мне ничего не грозило бы, даже если бы на меня напали во сне, Юрен, потерявший сознание от истощения маны, оказался бы в опасности. Щёлк! По щелчку пальцев профессора Элиши серебряные нити оплели тушу зверя-крокодила. Затем она исчезла, волоча за собой тушу. — Эх. Я прислонился к скале, уложив Юрена, и выдохнул тяжёлый от усталости вздох. «Я больше не могу держаться». Не сопротивляясь накатывающей усталости, я медленно закрыл глаза. «Погодите...» У меня было назойливое чувство, будто я что-то забыл... * — А теперь я оглашу результаты экзамена. Начал профессор Лукас, держа в руках оценочный лист. — Курсант Юрен занимает первое место благодаря бонусному заданию, независимо от набранных очков. Далее, курсант Морис на втором месте с 182 баллами... Курсант Камилла на третьем с 98 баллами... Курсант Джульет на 57-м с 47 баллами... Курсант Альберт на 136-м с 24 баллами... и. Взгляд профессора Лукаса остановился на мне. — Курсант Дейл, с 0 баллами, занимает 253-е место. — ....... Вы издеваетесь надо мной? Снова в самом хвосте? ---------- Том 1 Глава 63 [Объявление результатов промежуточной аттестации Отделения Воинов.] [1-е место: Юрен Гелиос] [2-е место: Морис Жан] [3-е место: Камилла Ведиче] Голограмма отобразилась на экране часов героя. Увидев своё имя — «Юрен Гелиос», гордо занимающее первое место, я с облегчением выдохнула. — Я занял первое место... Неужели это действительно я разбила колокольчик единорога? Вдруг я ошиблась? Я потеряла сознание и отключилась, не успев заработать очки. Что, если к концу экзамена у меня останется ноль очков? Как только тест закончился и я открыла глаза, эти тревожные мысли наводнили мой разум. Лишь проверив табель успеваемости на своих часах героя, я смогла наконец расслабиться. — А как же Дейл?.. Я прокрутила список лидеров вниз, отыскивая имя Дейла. Ни в первой десятке, ни в первой двадцатке. — Ни за что... Дрожащими пальцами я продолжала прокручивать вниз, пока в самом низу отчёта не увидела имя: «253-е место: Дейл Хан». — ...Дейл. Леденящий душу холодок пробежал по моей спине. Уставившись на имя Дейла внизу списка, я встревоженно прикусила губу. «В этом моя вина». В конце я потеряла контроль, высвободив слишком много силы, и моя атака наверняка задела Дейла под перекрёстным огнём. — Что... что мне делать?.. Хотя правила не запрещали кандидатам устраивать друг другу диверсии во время экзамена, моя атака далеко превосходила любые разумные рамки «диверсии». — ...Придётся позже извиниться перед Дейлом. Меня грызла тревога: а вдруг этот инцидент испортит мои отношения с Дейлом? — Ха. Я глубоко вздохнул, шагая по своей чересчур просторной комнате в общежитии. — Пока что... я свяжусь с Дейлом завтра. Но был кое-кто, с кем мне нужно было связаться ещё до Дейла. — ...... Комнату заполнила тишина. Сглотнув слюну, я включила часы героя. Когда передо мной появился голографический экран, я нажала на кнопку контактов, и всплыло несколько имён. Самый первый. Я медленно поднесла палец к имени, сохранённому как «Мать». — ...... Моя рука замерла перед этим именем. После мгновения безмолвных раздумий я крепко зажмурилась и нажала на кнопку. Динь-динь-динь. Раздался чистый, похожий на колокольчик звук. Моё сердце заколотилось, охваченное напряжением. [В чём дело?] В появившемся голографическом окне предстало лицо моей матери. Розанна Гелиос. Она была нынешней главой семьи Гелиос и бывшей героиней, некогда известной как «Розанна Вспышка». Я посмотрела на лицо матери на экране и осторожно заговорила: — Ну... у нас недавно прошёл промежуточный экзамен. [Правда?] — Да. Так что... ум, сегодня вышли результаты, и я звоню, чтобы сообщить вам об этом. Во рту пересохло, словно в пустыне. Звук стука моего сердца отдавался в голове. — Я едва справилась, но... я снова заняла первое место. [Едва?] — Ах... ну, на этот раз был действительно сильный соперник! [Соперник? Ты имеешь в виду этого Мориса Жана, республиканскую дворняжку? Или, может быть, Камиллу Ведиче?] — Н-нет! Кто-то другой! Я яростно покачала головой и продолжила: — Мой друг Дейл, он потрясающ! Он даже победил одного из инструкторов на дуэли, а во время недавнего инцидента с демоническими зверями он в одиночку расправился с десятками демонических зверей! [Хм. Я никогда о нём не слышала.] — До недавнего времени он скрывал свои способности в силу определённых обстоятельств. Теперь о нём говорит вся школа! [И что с того?] — Ну... я всё равно победил. Это было близко, но... Это было опасно, но... В конце концов, я разбила колокольчик единорога раньше Дейла. Как «Юрен Гелиос». Я стала первой. «Так что...» Я просила не так уж много. Я не хотела ничего грандиозного. Хотя бы раз, хотя бы один единственный раз я хотела, чтобы она... [Ха.] Холодная насмешка прорезала воздух. [Ты действительно хвастаешься этим?] — ...... [На каком-то паршивом экзамене кандидатов ты еле-еле одолела какого-то ничтожного новичка и думаешь, что чего-то добилась?] Мать цыкнула языком и продолжила: [Если бы ты действительно была Юреном, в этом не было бы ничего близкого к борьбе.] — ...... И снова это. Это имя. Юрен, Юрен, Юрен. Сколько ещё мне предстоит бороться, просто чтобы соответствовать этому сияющему, лучезарному имени? [Хах. Поистине жалко.] Тяжёлый вздох, который она испустила, придавил мне грудь. [Кстати, твоя «Стигма» не обнажилась во время экзамена?] — О... нет. Я хорошо спрятал её, как обычно. [Хорошо. Смотри, чтобы никто и никогда её не увидел. Это опозорит семью Гелиос, если кто-то узнает, что у наследника есть Стигма Бога Луны.] — ...... Это было больно. Каждое слово матери резало глубже любого хорошо заточенного меча, полосуя моё сердце. [Это всё, что ты хотела сказать?] — Ах... да. [Больше не связывайся со мной по таким пустякам.] Щёлк. Звонок завершился. Тишина, глубже смерти, опустилась на комнату. Почему? Почему эта комната в общежитии, в которой я прожила последние три года, вдруг показалась мне такой незнакомой? Она казалась слишком большой, до удушья одинокой. — ...... Тиканье настенных часов отдавалось громом в тихой комнате, пока я брела в сторону ванной. Там над раковиной висело большое зеркало. Я осторожно сняла кулон, висевший на моей шее. Вууух. Мягкое синее свечение окружило меня, а мои сияющие золотые волосы стали серебряными. Мои конечности стали стройнее, а грудь плавно приподнялась, обретая мягкую, округлую форму. На груди была выжжена Стигма Бога Луны, словно клеймо. — ...Юрина. Я протянула руку и коснулась отражения своего лица в зеркале. Незнакомое имя, которое больше никто не произносил, сорвалось с моих губ. — Говорят, ты заняла первое место в промежуточных экзаменах? Отражение в зеркале ярко улыбнулось и кивнуло. — Говорят, начиная с третьего года обучения экзамены становятся намного сложнее. Как всё прошло? Отражение ответило: -Да, всё было совсем не так, как на первом и втором курсах! В зону тестирования даже выпустили демонических зверей, и нам пришлось охотиться на них по-настоящему! — Тебе было страшно? -Мне было так страшно! Особенно когда этот единорог внезапно бросился на меня с пылающими глазами! Я думала, моё сердце остановится! — Правда? Но ты же не убежала. Ты сражалась. -Ну... я очень хотела победить. — Против Дейла? -...Да. — Каково это — сражаться против Дейла? -Он был просто невероятен. Я не понимаю, как он так здорово сражается, имея меньше половины моей маны. — Должно быть, это было тяжело. -Да, это было тяжело. Правда... очень тяжело. — Но ты всё равно победила, верно? -Ха-ха. Не знаю, можно ли назвать это победой, когда я просто подавила его грубой силой из-за разницы в мане... — Не говори так, Юрина. Твоя мана — это тоже твоя сила, верно? Каким бы ни был метод, эта победа — то, что ты заработала. -...Это... действительно так? — Конечно. Ох, хотя твоей ошибкой было ненадлежащее управление своей силой, из-за чего ты причинила вред Дейлу. -Завтра я обязательно извинюсь за это! — Хорошо. Дейл поймёт, так что сильно не переживай. -...Да, спасибо. — Юрина. Я обращаюсь к отражению в зеркале. С того дня, пять лет назад, когда я заняла второе место на турнире по фехтованию и вернулась домой. Слова, которые я больше всего хотела услышать. Та самая фраза, о которой я тосковала больше всего на свете. — Ты хорошо потрудилась. Было ведь очень тяжело, да? Ты через многое прошла. Я горжусь тобой. Пусть Юрена больше нет, я всё равно рад, что ты здесь. Так что теперь... Тебе больше не нужно бояться. Всё в порядке, не нужно пугаться. Тебе не обязательно сиять, как солнце. — ...... Наступила тяжёлая тишина. Отражение в зеркале начинает беззвучно плакать, роняя слёзы. С искажённым выражением лица, дёргая себя за волосы, я беззвучно рыдаю. * — Прости меня, Дейл! На следующий день после объявления результатов тестов. Как только я прибыл на личную тренировочную площадку Юрена после занятий, он подошёл ко мне с опущенной головой. — А? За что ты извиняешься? — Ну... вчера объявили результаты тестов. — О, да. Объявили. Это был результат, от которого разболелась голова, даже если оглядываться назад. «Я думал, что наконец-то смогу выбраться с этого проклятого последнего места...» Будь то жестокий каприз судьбы или что-то ещё, после битвы с крокодилом я потерял сознание от истощения и оказался на последнем месте среди 253 курсантов-воинов. «Если бы я знал, что так будет, я бы сразился с другими зверьми для подстраховки перед поиском Единорога». Но кто мог предсказать такой результат? Глубоко вздохнув, я прижал пальцы к пульсирующему лбу. Юрен, похожий на отруганного щенка, заговорил: — ...Это из-за меня, да? — А? Что из-за тебя? — В самом конце я втянул тебя в драку, и ты не смог выследить других демонических зверей из-за меня. — ...Ах. Так вот о чём он говорил. «Он всё не так понял, думая, что я занял последнее место по его вине». Ну, с его точки зрения, это имеет смысл. Он же не знает, что после того, как он потерял сознание, появился демонический зверь более высокого уровня. — Тебе не нужно извиняться. Причина, по которой я не поймал другого зверя, заключалась вовсе не из-за твоей атаки. — ...Это ложь. Юрин нахмурился, явно мне не веря. «Я не могу рассказать ему всю правду». Тот факт, что в зону тестирования проник посторонний зверь, был секретом между профессором Элишей и мной. «Похоже, выбора нет». Цыкнув языком, я добавил: — Даже если твоя атака помешала мне поймать других зверей, это не то, за что тебе нужно извиняться. В конце концов, я ведь тоже держал его на мушке, чтобы забрать колокольчик Единорога себе. — Но... я увлёкся и не смог контролировать ману. — Независимо от того, потерял ты контроль над маной или нет, это был честный бой. Нет никаких причин винить Юрена. — На самом деле, я был впечатлён. — ...Впечатлён? — Та техника, которую ты использовал в конце — ты ведь впервые её применил, верно? — Ах... Тихий звук сорвался с губ Юрена. Прямо как и сказал Дейл. Финальный приём, который он использовал, «Сияние — Волна», был техникой, которую он разработал после того, как некоторое время назад кое-чему научился у Дейла. — Д-да, это так. — Ого! Выглядело как очень сложная техника. Должно быть, ты много тренировался, чтобы использовать её в реальном бою. Даже если Юрен — вундеркинд фехтовальщик, он наверняка пролил немало пота и крови, чтобы разработать вариацию Сияния. — Ты хорошо потрудился. Я легко похлопал Юрена по плечу, говоря это. — ...А? Глаза Юрена расширились. — Что... ты только что сказал? — А? Я имею в виду, что ты отлично поработал. Наверное, было очень тяжело тренироваться, да? — Ах... да, это было тяжело. — Ну, я не видел этого воочию, но я уверен что даже Рейнальд в твоём возрасте не так уж хорошо владел Солнечным Мечом. Я усмехнулся и собирался убрать руку с его плеча, но тут... Юрен схватил мою руку и вернул её себе на плечо, заговорив: — ...Дейл. — Да? — То, что ты только что сказал... не мог бы ты повторить это? — Что я только что сказал? — Ну... ту... ту часть про «ты хорошо потрудился». Его лицо покраснело, и он отвёл взгляд. — Ну... это не так уж трудно сказать. Я не мог понять, почему такой человек, как Юрен, привыкший слышать постоянные похвалы и восхищение, так хочет услышать комплимент от меня. Но я снова легко похлопал его по плечу и произнёс: — Ты хорошо потрудился. — ...... Последовала короткая тишина. Выражение лица Юрена смягчилось, словно тающее масло. — Е-ещё раз! Ещё один раз! — ...Ты хорошо потрудился. — Хи-хи-хи. За всё время, что я знал Юрена, я, кажется, ни разу не видел, чтобы он делал такое глупое, блаженное лицо. Даже копаясь в прошлых воспоминаниях, я не мог припомнить ничего подобного. Но почему-то... — Хи-хи. Он сказал... что я хорошо потрудился. Скрестив руки перед грудью, Юрен ярко улыбался, сияя ярче любого солнца. ---------- Том 1 Глава 64 Прошла неделя с тех пор, как я совершил впечатляющее(?) достижение, заняв 253-е место из 253 курсантов отделения воинов. Жаркие споры, охватившие школу по поводу промежуточной аттестации, начали утихать. Профессор Элиша вызвала меня, и я направился в её кабинет. — Ты пришёл. Когда я вошёл в кабинет, профессор Элиша, одетая в свой обычный аккуратный чёрный костюм, поприветствовала меня, закинув ногу на ногу. — О чём хотели поговорить? — Результаты расследования готовы. — ...Результаты расследования? Она продолжала, небрежно поглядывая на толстую стопку документов в руке и держа сигарету. — Как и ожидалось, крокодил и волки — демонические звери, появившиеся на экзамене, были фамильярами Архиепископа Зверей, Шакала. — ...Шакал. Участие архиепископа — худший сценарий, который я предвидел среди возможных вариантов. «Не знаю, изменилось ли будущее или я упустил это в прошлой жизни». Но одно было ясно наверняка: демон уровня архиепископа снова что-то замышлял в стенах академии. — Вы выяснили его цель? На мой вопрос профессор Элиша глубоко затянулась сигаретой и мягко покачала головой. — Не уверена. Но... был один странный демонический зверь. — Странный демонический зверь? Значит, помимо крокодила и волков, был кто-то ещё? — Вот этот. Выдыхая дым, профессор Элиша открыла ящик стола и вытащила странное существо. Оно напоминало пиявку. В самом его центре находился крошечный глаз, размером меньше ногтя, который моргал, словно присоска для выкачивания крови. — Это... — Этот демонический зверь присосался к телу курсанта Юрена. — Присосался к Юрену? Этого не могло быть. Я сам установил вокруг Юрена барьер, отпугивающий демонических зверей. Хотя барьер не сработал бы против существ с несколькими глазами, у этого похожего на пиявку демонического зверя был всего один глаз. Он никак не мог обойти барьер, чтобы подобраться к Юрену. — Ах. Тихий звук сорвался с моих губ. «Если подумать, демонический зверь-крокодил сломал барьер посреди боя». Если так, то во время битвы после разрушения барьера этот похожий на пиявку демонический зверь наверняка прицепился к телу Юрена. — ...... — Хм. Похоже, курсант Дейл тоже всё понял. Произнесла профессор Элиша, сузив глаза. — У меня нет конкретных доказательств, но я считаю, что внезапное буйство крокодила было задумано для того, чтобы этот «демонический зверь-пиявка» смог подобраться к курсанту Юрену. Целью демонического зверя-крокодила было сломать созданный мной барьер? «Если вдуматься, в тот момент, когда он отбросил меня прочь, он сразу же уничтожил барьер». Тогда я думал, что он уничтожил барьер, чтобы подобраться к Юрену, но крокодил был того уровня, на который «отпугивающий демонических зверей барьер» вообще не действовал. «Ему вообще не нужно было ломать барьер». И тем не менее, крокодил сломал барьер вокруг тела Юрена — так, будто это с самого начала было его целью. «Погодите, неужели крокодил не появился в моей прошлой жизни только потому, что тогда не было барьера?» Казалось, разрозненные кусочки пазла начали складываться воедино. Я сузил глаза, продолжая размышлять. «Волки Шакала существовали и в моей прошлой жизни». Разве моё первое столкновение со смертью не произошло тогда, когда один из этих волков укусил меня за шею? «Иными словами, даже в прошлой жизни Шакал выпустил своих фамильяров в экзаменационном зале». Так почему же Шакал выпустил волков? «Он пытался найти Юрена». Волки демонические звери, известные своим острым обонянием и скоростью, идеально подходят для преследования, а благодаря стайному поведению они могут работать вместе, что делает их идеальными для поисковой миссии. «В моей прошлой жизни, найдя Юрена, они бы в подходящий момент прикрепили к нему этого демонического зверя-пиявку». Но на этот раз появилась переменная — новый фактор в виде «Дейла Хана», который внезапно объявился и создал вокруг Юрена отпугивающий демонических зверей барьер. «Вот почему они послали демонического зверя-крокодила, появление которого изначально не планировалось». Чтобы сломать мой барьер и позволить пиявке подобраться к Юрену. — Ха. Тихий смешок сорвался с моих губ, когда я осознал истинную природу ситуации. «Что за хрень этот демон-пиявка, и почему они так отчаянно пытаются прикрепить его к Юрену?» Я осмотрел извивающегося демонического зверя-пиявку в стеклянной банке, но, помимо его гротескного вида, ничего особенного разглядеть не смог. Я посмотрел на профессора Элишу, надеясь, что она знает больше. — Я тоже не знаю, какими способностями обладает эта пиявка. — Даже с Благословением Ясновидения? — Если бы моё благословение могло раскрыть каждый секрет в мире, мне не пришлось бы вести расследование столь скрытно. Профессор Элиша горько усмехнулась и тяжело вздохнула. — Во всяком случае, это всё, что мне удалось выяснить. Хотя я догадался, что Шакал выпустил демонических зверей, чтобы прикрепить пиявку к Юрену, более важный вопрос: «Почему именно Юрен?» — оставался без ответа. — Нет никаких зацепок, чтобы выследить Шакала? — Боюсь, что нет. Профессор Элиша рассеянно коснулась шрама на левом глазу с несколько горьким выражением лица. — Этот шрам случайно не связан с Шакалом? — ...С чего ты это взял? — Вы касаетесь шрама каждый раз, когда заводите речь о Шакале. — Ха, ты связываешь меня и Шакала только из-за этого? Профессор Элиша усмехнулась, судя по всему, находя эту идею абсурдной. На самом деле я уловил эту связь благодаря воспоминаниям из прошлой жизни, но утруждать себя объяснениями не стал. — ...... Профессор Элиша на мгновение замолчала, а затем заговорила тихим голосом. — ...В юности я родилась в маленькой деревушке, затерянной в отдалённой части Империи. Она закурила новую сигарету, искра на мгновение вспыхнула при зажигании. — Это была безымянная деревушка. Облачка дыма поплыли в воздухе. — Однажды демон полностью стер с лица земли мирную деревню. — ...... Не было необходимости спрашивать, кто этот «демон». — Причина? Он хотел испытать силу новопорабощённого демонического зверя. По мере того как сигарета медленно тлела, её уголёк светился красным, словно обагрённые кровью воспоминания, высеченные в её памяти. — Потребовалось меньше десяти минут, чтобы перебить сотню или около того жителей деревни. Всего за десять минут вся её жизнь была разбита, а мир разрушен безвозвратно. — Мне посчастливилось выжить... каким-то образом. Она коснулась шрама возле левого глаза с самокритичной улыбкой. — ...Хотя у меня остался этот отвратительный шрам. — ...... — Ха-ха, не делай такое серьёзное лицо. Это обычная история. Профессор Элиша небрежно пожала плечами, словно в этом не было ничего особенного. Внезапно в моей памяти мелькнуло воспоминание из прошлой жизни. История о том, как «Элиша Болдуин, Паук Ужаса», убила Архиепископа Зверей, Шакала, прежде чем встретить трагический конец. За той историей, которую я когда-то слышал так мимоходом, в моём воображении встала тяжёлая жизнь женщины. «Обычная история, да...?» Она была права. По всему континенту было бесчисленное множество людей, чьи жизни были раздавлены демонами. Никаких великих поворотов сюжета, никаких захватывающих эпопей, никаких слезливых трагических концовок. Это ничем не примечательная трагедия. Это обыденная катастрофа. Одна из бесчисленных обычных трагедий, происходящих повсюду в мире. «Но...» То, что это обычное дело, не значит, что это не больно. То, что это предсказуемо, не значит, что нет ран. — Фух. Профессор Элиша курила сигарету с невозмутимым выражением лица. Я сам не понял почему, но инстинктивно протянул к ней руку. — Что ты... — Стой смирно. Игнорируя удивлённое выражение её лица, я мягко провёл пальцем по шраму на её левом глазу. — ...Курсант Дейл. Ты понимаешь, что делаешь? Прикасаться к профессору без разрешения. Это был грубый поступок, за который могло последовать наказание. Пока Элиша свирепо смотрела на меня, я слегка усмехнулся. — Красиво. — ...Что? — Ранее вы сказали, что это отвратительный шрам. Но, глядя на него, я думаю, он вам идёт. — ...... — Как бы это назвать... Дикий шарм? Без него ваша внешность была бы немного пресной. — Ты... Элиша, собираясь что-то сказать, осеклась и прикусила губу. — Кхе-кхе! Неловко кашлянув, она быстро отвернулась. Сквозь её короткие чёрные волосы было видно, как кончики её ушей покраснели, как яблоки. — Честно говоря... Нынешним курсантам явно не хватает уважения к преподавателям. Просто конец света. В мои дни мы бы даже и подумать не смели о том, чтобы прикоснуться к профессору! Но сейчас? Прикоснуться к телу профессора без разрешения? И потом заявить, что это красиво? Что шрам мне идёт? Разве такое подобает говорить курсанту профессору? Если честно... это было даже немного приятно, но всё равно, это совершенно недопустимо... Бормотала она себе под нос, и её голос становился всё тише, пока она опускала голову. — Профессор Элиша? — Иик! Вздрогнув, профессор Элиша вскочила со своего места. Её выражение лица, обычно спокойное и равнодушное, как камень, теперь было живым и полным эмоций, когда она заговорила. — В-во в-всяком случае! Расследование дела Шакала продолжится, так что курсант Дейл, обязательно сотрудничай! С этим резким приказом профессор Элиша вылетела из кабинета, словно убегая. — ...... Оставшись один в её кабинете, я потушил недокуренную ею сигарету и откинулся на спинку стула. — Шакал, значит. Я подумал, что, возможно, люди, о которых мне нужно заботиться в этой жизни — не только мои товарищи из прошлой. * Огромный демонический зверь, такой большой, что казался горой из меха, двигался словно живой. На вершине этого демонического зверя, у которого было одиннадцать глаз, сидел старик. — Ха. Как жаль. Старик издал тихий вздох, глядя на свою ладонь, испещрённую сложными узорами. Часть узора, словно содранная, была стёрта. — Тц-тц. Это была заветная вещица. Несмотря на вроде бы сожалеющий тон, взгляд старика на стёртый узор был таким же равнодушным, как у человека, смотрящего на раздавленный труп муравья на дороге. Вуууун! Пространство возле старика началось искажаться, и появился молодой человек с белоснежными волосами. Юноша приблизился к Шакалу, ступая словно по невидимым платформам в воздухе, и вежливо поклонился. — А вот и ты. — О, ты пришёл? — Да, давно не виделись, господин Шакал. Беловолосый юноша улыбнулся и поправил золотое пенсне. — Как прошло задание, о котором я просил? — Ха-ха, за кого ты меня принимаешь? Конечно, всё прошло успешно. Правда, возникли небольшие неприятности. — Неприятности? — Крокер мёртв. — Крокер? Беловолосый юноша порылся в памяти при словах Шакала. — Ах, ты имеешь в виду того демонического зверя-крокодила? — Именно. — Ха. Твоё чутье на имена всё такое же. — Хм? Что не так с именем Крокер? Шакал моргнул, искренне недоумевая, в то время как юноша лишь молча пожал плечами. — Кстати, тот факт, что демонический зверь класса А погиб на экзамене курсантов... Вмешался ли профессор? — Хе-хе. Разве простые курсанты могли убить Крокера? Это, конечно же, был профессор. — Тогда, скорее всего, это Элиша Болдуин. — Да, эта хитрая женщина-паук умудрилась наступить мне на хвост. — Ну, как ты и сказал, господин Шакал, это звучит хлопотно. — И то верно. Шакал с раздражением цыкнул языком, его морщинистые брови сошлись на переносице. — Эта девчонка тоже достойна жалости... Должно быть, она видела, как её родителей разорвали прямо на её глазах в столь юном возрасте. — ...... Беловолосый юноша нахмурился, явно недовольный тем, как Шакал изображает сочувствие. — Вернёмся к главному. — Ах, да. Ну... Хотя и возникли некоторые трудности, я нашёл то, что ты искал. Шакал издал скрежещущий, неприятный смешок, нажимая пальцем на выгравированный на его руке символ. По мере того как символ блёк, из его пальца сочилась кровь. Слизывая кровь, Шакал продолжил говорить. — Как ты и предполагал, Юрен Гелиос носит не стигму «Бога Солнца», а стигму «Бога Луны». — Хм, понятно. Беловолосый юноша улыбнулся, поправляя золотое пенсне. Шакал повернулся к юноше и спросил: — Разве это вообще имеет значение? В конце концов, даже со стигмой «Бога Луны» можно владеть Солнечным Мечом, верно? — Ха-ха. Кто знает? Думаешь, она посмотрит на это так же? Юноша многозначительно улыбнулся и пожал плечами. — Мефисто, что ты замышляешь? — Скоро увидишь. Архиепископ Порчи, Мефисто, широко улыбнулся, глядя на далёкое поместье Гелиосов. — Когда солнце пожрёт луну. ---------- Том 1 Глава 65 [Демоническая пиявка умерла.] Нахмурившись, я посмотрел на сообщение от профессора Элиши. «Демоническая пиявка умерла?» Демоническая пиявка умерла была важнейшей уликой в поисках Шакала. Её поддерживала в живых сама профессор Элиша с помощью системы жизнеобеспечения, но теперь оно внезапно умерло. [Кто-то проник внутрь и убил её?] [Нет, оно просто внезапно взорвалось.] Внезапно взорвалось, да. «Похоже на дело рук Шакала». Цыкнув языком, я ответил профессору Элише. [Это ведь дело рук Шакала, верно?] [Я тоже так думаю.] Как бы то ни было, с гибелью пиявки — единственной улики — дальнейшее преследование стало невозможным. «Что ж, мы уже собрали большую часть информации, которую только могли». С другой стороны, эта внезапная смерть дала новые сведения: Шакал может убивать своих миньонов дистанционно. Не такая уж большая потеря. [Раз других зацепок нет, нам остаётся только ждать, пока он предпримет ход.] [Похоже на то.] [Понял. Я свяжусь с вами позже.] Я уже собирался закрыть окно сообщения, как — [Подожди.] [с( 'о')っ] Профессор Элиша отправила один из тех смайликов из специальных символов, которые в последнее время были популярны среди курсантов. «Погодите, она использует смайлик?» Курсанты нередко их использовали, но видеть, как кто-то столь взрослый и выдающийся, как профессор Элиша, пользуется им, было довольно... удивительно. [Что это такое? Я вдруг чувствую себя действительно раздражённым...] Что происходило? Этот дар ясновиденья... [Курсант Дейл. У тебя случайно нет сейчас дерзких мыслей?] [Клянусь именами моих родителей, у меня никогда не было подобных мыслей.] [Хм... Но разве ты не выпускник детского дома?] [Вы называете меня сиротой, который даже не знает имён своих родителей?] [О нет, я вовсе не это имела в виду...] Я чувствовал смущённое выражение лица профессора Элиши даже через текст. Я не сдавался и продолжал давить. [Предполагать, что сироты не знают имён своих родителей, — это оскорбление не только меня, но и миллионов сирот!] [Приношу свои извинения, курсант Дейл. Я не подумала.] [Раз уж вы понимаете.] [Не хочешь ли назвать имена своих родителей в качестве искупления вины?] [Так что же вы хотели сказать ранее?] [...Курсант Дейл.] Почему-то мне казалось, что я слышу, как профессор Элиша глубоко вздыхает на том конце сообщения. [Давай вернёмся к главной теме.] [Да, мэм.] [В крокодилоподобном демоническом звере был найден магический камень.] Магический камень. Это был тип магического кристалла, находимый внутри демонических зверей, который использовался в различных областях, таких как производство артефактов, магических устройств и создание эликсиров. Даже в Часах Героя, которые я использовал для отправки сообщений профессору Элише, содержался магический камень. «Хотя те, что используются в подобных повседневных предметах, в основном являются низкосортными магическими камнями». Низкосортные магические камни производились массово, и для их получения не требовалось охотиться на демонических зверей, поэтому они в основном применялись в повседневных магических инструментах вроде Часов Героя. Однако камни выше промежуточного класса можно было добыть только охотой на демонических зверей, из-за чего камни высокого класса и выше стоили значительно дороже. «Не то чтобы при охоте на демонического зверя тебе всегда доставался камень». На самом деле, чем больше глаз было у демонического зверя, тем выше был шанс получить высококлассный магический камень, но тем ниже был шанс вообще его найти. Другими словами, тот факт, что магический камень был найден в восьмиглазом демоническом звере, был весьма волнующей новостью. [Какого он класса?] [Говорят, он высокого класса, близок к высшему.] [Высокий класс есть высокий класс. Что значит «близок к высшему»?] [В нём столько же маны, сколько в камне высшего класса, но его чистота и качество не дотягивают, поэтому его классифицировали как высокий класс.] [Ого.] И всё же тот факт, что по мане он не уступал камню высшего класса, впечатлял. [Сколько он стоит?] [По меньшей мере около пяти миллионов золотых.] Пять миллионов золотых. В пересчёте на старую валюту Республики это составляло более пяти миллиардов — колоссальное состояние. «Этого хватит, чтобы купить дом в центре Вальхаллы!» Сумма была слишком велика, чтобы её игнорировать. «Проблема в том, что у меня нет прав распоряжаться трупом демонического зверя». Будучи курсантом без официальной лицензии героя, я не имел права распоряжаться телом демонического зверя или претендовать на какую-либо добычу. Вдобавок ко всему, крокодилоподобный демонический зверь был одним из миньонов Шакала, а это значило, что он находился под следствием, из-за чего было трудно требовать свою долю. — Уф. Я не мог не почувствовать укола сожаления. В этот момент раздался звонок, и пришло новое сообщение от профессора Элиши. [Я оставляю распоряжение магическим камнем тебе, курсант Дейл.] Что? [Вы хотите сказать, что отдадите мне магический камень?] [Именно так.] [Но...] [Ты ведь убил зверя, верно? Даже если у тебя пока нет официальной лицензии героя, я не могу распоряжаться тем, что принадлежит тебе.] «Ах, это истинное наставничество!» Будь это профессор Лукас, он бы отдал его мне, конечно, но не без того, чтобы устроить из этого шоу и помотать нервы. С другой стороны, профессор Элиша с её обширным (?) жизненным опытом точно знала, как общаться с людьми! [...Ты сейчас думаешь о чём-то неблаговидном?] [Если это ваше решение, профессор, то я приму его и позабочусь о том, чтобы пустить его в дело.] [.......] [૮(⇀‸↼‵‵)ა] Профессор Элиша отправила смайлик с недовольным лицом, словно у неё было нехорошее предчувствие по этому поводу, но, к счастью, её проницательность не распространялась на чтение моих мыслей. Она не стала настаивать дальше. [Я отправлю тебе магический камень через ассистента Винсента.] [Понял.] Прошло около тридцати минут с тех пор, как я закончил разговор с профессором Элишей. Тук-тук. Я услышал, как кто-то стучит в дверь моей комнаты в общежитии. «Это было быстро». Когда я открыл дверь, там стоял ассистент Винсент, держа в руках квадратную коробку. — Профессор Элиша попросила меня передать это тебе. — Быстро. — Это приказ профессора. В его кратком ответе чувствовалась непоколебимая преданность Винсента профессору Элише. Ухмыльнувшись, я взял коробку у Винсента. Когда я открыл её, там лежал чёрный магический камень, излучавший зловещее тёмное свечение. Я кивнул, держа в руке магический камень размером с мой кулак. — Доставил вовремя. — Ты даже не знал, что это такое, но всё равно доставил? — Это приказ профессора. — .... Неужели работа ассистентом превращает тебя в такого человека? Пока я с лёгким смешком смотрел на него, Винсент ответил взглядом, словно изучая меня, и произнёс: — В последнее время профессор кажется очень заинтересованной в курсанте Дейле. — Да, я заметил. Разве дело не в том, что я подходил под её тип? Хотя это казалось нелепой причиной, по её поведению я мог сказать, что профессор Элиша испытывает ко мне определённую симпатию. — Случайно не ревнуешь? — Конечно нет. Когда я в шутку спросил об этом, Винсент горько улыбнулся и покачал головой. — Для меня профессор Элиша как мать. Именно она спасла меня, когда я потерял всякую надежду на жизнь. — Благодетельница? — Я тоже пережил нападение демонов, как и профессор. Лицо Винсента смягчилось, словно он вспоминал далёкое прошлое. — Есть и многие другие, кто обязан профессору своими жизнями. Она даже управляет фондом для тех, кто потерял свои семьи и дома из-за демонов. — ...Я этого не знал. Я впервые слышал, что профессор Элиша управляет таким фондом. — Профессор жертвует все деньги, которые зарабатывает на геройской работе и в качестве специального профессора, в этот фонд. Она даже не покупает себе нормальные сигареты, довольствуясь лишь дешёвыми марками. — .... — Она тот человек, который пожертвовал всей своей жизнью ради других. Продолжал Винсент, и в его глазах читалось полное уважение к профессору Элише. — Честно говоря, я чувствую облегчение. — Облегчение? — Тем, что у профессора теперь есть кто-то ещё, на ком можно сосредоточиться — вроде тебя, курсант Дейл. Винсент мягко улыбнулся, глядя на меня. — Я... — Ха-ха, не нужно воспринимать это так серьёзно. Нельзя заставить чужое сердце измениться простым давлением. Винсент тихо усмехнулся и покачал головой. — Но просто запомни одну вещь. На мгновение его глаза свирепо блеснули. — Если ты обидишь её... я этого так не оставлю. Говоря это, Винсент мягко погладил рукоять своего меча. Я подавил смешок и кивнул. — Я буду иметь это в виду. — Ну что ж, я пойду. Винсент слегка поклонился и повернулся, чтобы уйти. — О да, кстати, этот магический камень... ты планируешь его продать или у тебя есть другое применение для него? — Хм. Я не уверен. Это был ценный предмет, стоящий по меньшей мере пять миллионов золотых, если его продать, но... «Лучше использовать его, чем продавать». Магический камень высокого класса можно было использовать для создания эликсира, усиливающего ману. «Тем более что у меня всё ещё остался тот эликсир, который я получил от Юрена». При навыках профессора Джейда должно быть возможно подмешать магический камень в эликсир, чтобы усилить его эффект. — Если ты планируешь его использовать, тебе сначала нужно его очистить. Иначе ты не сможешь им воспользоваться. Винсент указал на магический камень, всё ещё излучавший зловещее свечение. Он был прав. Только что добытый из тела демона магический камень нельзя было использовать, пока он не будет очищен божественной силой. — Если тебе нужно, я могу познакомить тебя с жрецом-очистителем из Святого Королевства. — Нет, спасибо, не нужно. Я ухмыльнулся и покачал головой. Зачем мне полагаться на жреца-очистителя? — Я уже знаю кое-кого, кто может очистить этот магический камень. У меня был кто-то далеко за пределами досягаемости обычного жреца-очистителя — кто-то, благословлённый самими семью богами, сама «Святая». ---------- Том 1 Глава 66 На следующий день после получения магического камня от профессора Элиши я обратился к Ирис за помощью. Не зная, о чём я попрошу, Ирис пришла прямо в мою комнату в общежитии. — Ты хочешь, чтобы я очистила этот магический камень? — Да. Я показал Ирис магический камень в коробке. Размером с кулак, он испускал жуткую, зловещую ауру, характерную для чёрной магии. — Это... похоже на довольно высококлассный магический камень. Ирис слегка нахмурилась, чувствуя плотную тёмную энергию, исходившую от камня. — Это высококлассный магический камень. — Высококлассный магический камень? Где это ты вообще раздобыл такую вещь? Ирис посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. — Я помог профессору Элише с личным делом, и мне дали это в качестве оплаты. — Какая же это должна быть работа, за которую платят высококлассным магическим камнем... погоди-ка! Ирис схватила меня за оба плеча с бледным, потрясённым выражением лица. — Неужели, Дейл? Ты что... неужели у тебя была какая-то физическая связь с профессором Элишей в обмен на это?! — Нет. Что за чушь эта женщина несёт внезапно? — Всё совсем не так. — Ответь мне нормально! Посмотри мне в глаза! — Клянусь, всё не так. Я покачал головой, прямо встретившись взглядом с Ирис. — Хмм. Ирис всмотрелась мне в глаза, словно внимательно изучая. Похоже, этого ей было недостаточно. Она вдруг подалась вперёд и принялась ощупывать меня со всех сторон, будто замешивала тесто. Что она вообще надеется выяснить, лапая меня? Пока я смотрел на неё с озадаченным выражением лица, Ирис бормотала себе под нос, слегка покраснев: — Удивительно... ты куда мускулистее, чем кажешься. Широкие плечи... и, эм, крепкая грудь. — Прости? Ирис? Алло? — Кхе-м! В общем, главное, что никакого неподобающего поведения с профессором Элишей не было, верно? — Клянусь небесами, ничего подобного не было. — Ну... я тебе верю. Ирис кивнула и осторожно вынула магический камень из коробки. — Так ты хочешь, чтобы я очистила этот магический камень? — Я буду очень благодарен, если ты сможешь. — Хе-хе, поняла. — ...Но ты уверена, что всё в порядке? — А? О чём ты? — Я слышал, что очищение магического камня — довольно сложный процесс. В её прошлой жизни очищение магического камня было для неё проще простого, но то было в прошлом. Я не был уверен, сможет ли она сделать это сейчас как курсант. — Хе-хе, за кого ты меня принимаешь? Я же Святая. Ирис уверенно улыбнулась, выпятив грудь. Наблюдая за тем, как энергично двигается её грудь, я проникся новой уверенностью в её способностях. — Я делала это нечасто, но очистить магический камень — плёвое дело. — Правда? Тогда я полагаюсь на тебя. — Просто доверься мне. Энтузиазм Ирис был очевиден, когда она закатывала рукава. Она положила магический камень на стол и медленно закрыла глаза. — О семь богов, сияющих на небесах. С размеренными движениями Ирис осенила себя крестным знамением и начала читать молитву. — Ниспошлите свою благодать и очистите эту нечестивую энергию. Ву-у-ух! Чистый белый свет начал исходить из тела Ирис. Это была настолько лучезарная и первозданная сила, что от одного её вида захватывало дух. Ирис сложила руки вместе, словно молясь, и привлекла в себя ещё больше божественной энергии. Белый свет, струящийся из её тела, принял форму: стигма. Стигма Бога Небес. Это была стигма, которую носила Ирис, та самая, что чаще всего использовалась курсантами в Отделении Поддержки. Даже спустя столько времени она всё ещё так отчётлива. Стигма Бога Небес, которая естественным образом появлялась всякий раз, когда Ирис использовала свои молитвы, ярко сияла, куда более ослепительно, чем метки, используемые жрецами из Святого Королевства. Похоже, очищение пройдёт без сучка и задоринки... Подожди, что это? Затем стало происходить кое-что неожиданное. — Ха-а. Ирис глубоко выдохнула и открыла глаза. Её зрачки переливались радужными оттенками. Семь Глаз. Сила Семи Глаз активировалась, и количество стигм, парящих в воздухе, увеличилось. Солнце, Звёзды, Луна, Небо, Земля, Море и Лес. Семь стигм кружились вокруг, словно танцуя. Так вот какова сила Семи Глаз. Я тихо выдохнул, глядя на Ирис. Я видел, как она молилась бесчисленное количество раз в своей прошлой жизни, но никогда не видел, чтобы все семь стигм появлялись одновременно. Конечно, я не видел этого. В прошлой жизни её Семи Глаз лишил Астарот, архиепископ Иллюзий, и она не могла использовать силу никакой стигмы, кроме стигмы Бога Небес. Я изменил её судьбу. Вид радужного света, сияющего в её глазах, наполнил меня непередаваемым чувством эмоций. И это ещё не конец. На самом деле, это было только начало. Впереди оставалось ещё много судеб, которые мне предстояло изменить, и не только судьбу Ирис. Хотя кажется, что количество вовлечённых людей только растёт. Я подумал о профессоре Элише и невольно криво улыбнулся. Хотя растущие связи казались всё большим бременем, это не имело значения. Я уже принял решение. Я решил жить так, чтобы не кто-то другой вёл меня за собой, а чтобы я сам брал инициативу в свои руки. Мне нужно стать сильнее, быстрее. Если честно, даже с учётом моих нынешних темпов роста было трудно найти исторические прецеденты, которые могли бы с ними сравниться. Впрочем, при столь высоких целях этого было недостаточно, чтобы удовлетворить меня. — Хах, хах. Уф... Ирис, обливаясь потом, продолжала ритуал очищения. В ответ на её усилия тёмная, зловещая энергия, исходившая от камня, постепенно превращалась в чистый, прозрачный голубой свет. Примерно через пять минут... — Ха-а! Готово! Задыхаясь и обливаясь потом, Ирис наконец отступила, прекратив подпитывать силу. Белый свет, заполнявший комнату, исчез, а её переливающиеся радугой глаза вернулись к своему первоначальному цвету. — Отличная работа. Я протянул ей стакан прохладной воды. Ирис схватила стакан и жадно осушила его, словно умирала от жажды. — Ах! Тебе стоит проверить, сработало ли! — Конечно. Я позволил магии слегка потечь в очищенный камень. Исходящее от него мягкое голубое свечение стало ярче. Подожди, что? Что это такое? Мои глаза расширились, когда я проверил ману внутри камня. Чистота маны увеличилась? Магический камень, в котором раньше было огромное количество маны, но не хватало чистоты, теперь обладал гораздо более высокой степенью чистоты после процесса очищения. — Как такое вообще возможно?.. Точно так же, как очистка ржавого железа не превратит его в сталь, между очищением и повышением чистоты магии не должно было быть никакой связи. В прошлой жизни Ирис не могла поднять чистоту магического камня своим очищением. Тот факт, что нынешняя Ирис добилась того, чего не могла её прошлая, куда более искусная версия... Это должно быть влияние Семи Глаз. Я начал понимать, почему Астарот был так одержим получением Семи Глаз. — Что значит «как такое вообще возможно»? Переведя дыхание после выпитой воды, спросила Ирис. — О, я просто имею в виду... чистота маны возросла. — А? Чистота маны возросла? Ирис широко замигала глазами, словно даже она этого не знала. — Ты сделала это не специально? — Н-нет. Я не знала, что Семи Глазам под силу поднять чистоту маны. Я просто думала, что использование Семи Глаз сделает очищение более тщательным, вот и применила их... — ...... Теперь, когда я подумал об этом, Ирис ранее упоминала, что сама ещё толком не разобралась в Семи Глазах. Ну да ладно. Всё хорошо, что хорошо кончается. Судя по результатам, ситуация сложилась наилучшим образом. Изначально чистота маны была низкой, поэтому её оценили как высококлассную... но теперь она может тянуть на высший класс? Даже высококлассный камень маны стоит по меньшей мере пять миллионов золотых, а уж камень маны высшего класса?.. Если я сделаю из этого эликсир... Глоть. Волнообразная дрожь пробежала по всему моему телу, прямо до позвоночника. — Святая-а-а! Я схватил её за руки и принялся энергично трясти их вверх-вниз. — Ах, Д-Дейл... Ирис, покраснев, замолкла. Она терпеливо ждала, пока моё волнение уляжется, затем озарила меня красивой улыбкой и мягко произнесла: — Я рада, что процесс прошёл успешно. — Серьёзно, спасибо тебе. — Хе-хе, я просто счастлива, что смогла помочь тебе, Дейл. — Ох. Как же сладко она говорит, наша святая! — Кстати, Дейл. — А? — Ты ведь не планируешь отделаться простым «спасибо», верно? Ирис посмотрела на меня сияющими глазами, а в уголках её губ заиграла озорная улыбка. — Чего ты хочешь? Я сделаю всё, что в моих силах. Она превратила высококлассный камень маны в камень высшего класса, так какую же услугу я не мог ей оказать? — Правда? Ты только что сказал, что сделаешь всё, верно? — Да. — Ты действительно сделаешь всё, о чём я попрошу? — Э-э, да. Что это? Внезапно у меня появилось дурное предчувствие. — Хе-хе, в таком случае... Ирис порылась в сумке и вытащила обруч с собачьими ушками. — Тадам! — Погоди. Зачем ты носишь это с собой в сумке? — Хе-хе, это тот ободок, который я подарила детям во время фестиваля запечатывания! — Нет, я имею в виду, почему он до сих пор у тебя с собой? — Я думала, что однажды представится такой шанс! Шанс вроде этого?.. Подожди. Неужели её просьба... — Надень этот ободок и притворись собачкой! — Ладно. Этот магический камень сейчас пойдёт под срез. — Ааа! Что ты делаешь! Конечно, на самом деле я не стал уничтожать камень. — Ты хочешь, чтобы я надел это и изобразил собаку? — Да! Ирис восторженно кивнула, сияя чистой улыбкой. Ах. Воспоминание из прошлой жизни промелькнуло в моём сознании. Если подумать, она всегда была падкой на подобные вещи. Тогда, во время наших интимных моментов, она время от времени просила о таких просьбах. Я не надевал этот ободок тогда, но и представить себе не мог, что дойдёт до такого. — Ты ведь обещал сделать всё, верно? — Ох. — Или ты хочешь сказать, что соврал мне? — ...... Чёрт возьми. Я понял, что пути назад нет, и неохотно взял из её рук ободок с собачьими ушками. * — Дейл в последнее время куда-то запропастился. В частной тренировочной комнате, которую могли забронировать только те, кто входил в топ-50 своего класса или внёс существенные пожертвования, молодой человек с золотыми волосами тупо смотрел в пустоту. — Эх. Юрен глубоко вздохнул, открывая свои Часы Героя, чтобы проверить сообщения, которыми он обменивался с Дейлом. Два дня назад: [Давай потренируемся вместе сегодня.] [У меня сегодня другие дела, так что не смогу.] Вчера: [Ты опять занят сегодня?] [Профессор Элиша вызвала меня, так что мне нужно идти. Извини.] А сегодня: [Эм... как насчёт сегодня?] [А, извини. У меня планы с Ирис, так что вряд ли получится.] — ...... Последние несколько дней Дейл не тренировался с ним, ссылаясь на занятость. — Ты же сказал, что у меня хорошо получается, и похвалил... Юрен в досаде топнул ногой по полу тренировочного зала. Пока он праздно терял время, не занимаясь фехтованием, его озарила внезапная мысль. «А не заглянуть ли мне в комнату Дейла?» Хотя Дейл говорил, что у него планы с Ирис, он же не собирался ночевать вне комнаты. Если Юрен подождёт у его двери, Дейл в конце концов вернётся, верно? — Кхе-кхе. Да. Я просто зайду посмотреть на него! Друзья ведь могут так делать, да? Юрен поспешил к общежитию Дейла, испытывая волнение. — Так-с... Он говорил, что живёт в общежитии С, верно? Это было одно из дешёвых общежитий, где в основном жили курсанты на стипендиях. — ...Здесь и правда всё обветшало. По сравнению с общежитием А, где жил он сам, это выглядело как здание в трущобах. «Вот оно». Он нашёл дверь, вспомнив номер комнаты, о котором упоминал Дейл, и остановился перед ней. — Пожду-ка здесь, пока он не вернётся... а? Затем он услышал доносившееся изнутри «гав-гав». «Собака?» Очевидно, питомцы в общежитиях были запрещены. «Неужели Дейл тайком завёл собаку?» Если бы мимо проходил кто-то другой и услышал это, у Дейла начались бы неприятности. В худшем случае он даже мог получить взыскание за нарушение правил. «Я не могу допустить, чтобы он получил взыскание, когда у него недавно и так была нулевая оценка!» Твёрдо намереваясь вытащить собаку тайком, пока никто не заметил, Юрен открыл дверь. И то, что он увидел... — Гав-гав. Дейл в ободке с собачьими ушками, изображающий собаку. — ...... Встреча с другом не могла быть хуже. ---------- Том 1 Глава 67 Тишина в комнате стояла оглушающая. Такая глубокая тишина, что на её фоне даже сама смерть показалась бы шумной. Юрен заговорил тихо, нарушая безмолвие. — Итак… Его холодный взгляд устремился на меня. — Ты репетировал сценку для детей из приюта, где иногда волонтёришь по выходным? — Именно. — Ты ожидаешь от меня, что я в это поверю? — Нет, я серьёзно! Ведь так, Ирис?! Я отчаянно посмотрел на Ирис. — Д-да, конечно! Это была просто сценка, сценка! Ирис, стоявшая рядом, отчаянно кивала, её лицо покраснело так, будто она вот-вот взорвётся. — Хм. Юрен, всё ещё недоверчиво, сузил глаза и уставился на нас обоих. — Кстати, похоже, вы очень близки со Святой. Ты даже пригласил её в свою комнату в общежитии. Юрен был недоволен, словно что-то пришлось ему не по душе. — Ну… — Конечно! Мы с Дейлом очень близки. Прежде чем я успел ответить, Ирис ярко улыбнулась и вмешалась. — Он даже готовил здесь для меня рамён! — Рамён…? — Это популярное блюдо в Республике. Дейл так здорово его готовит… Ах~ Если ты не пробовал, то и не поймёшь, как это вкусно. — …… Чем больше Ирис хвасталась, тем сильнее каменело лицо Юрена. — …Ты никогда для меня ничего подобного не готовил. Бормоча себе под нос, он опустил голову. — Юрен, ты же говорил, что дружишь с Дейлом, верно? — Ах… да, всё верно, Святая. — Не называй меня Святой. Говори непринуждённо. Мы ведь всё-таки на одном курсе. — …Ладно. — И как же вы стали друзьями? Спросила Ирис, её глаза сияли от любопытства. Юрен на миг бросил на меня взгляд, прежде чем ответить. — Я подошёл к Дейлу первым и спросил, не хочет ли он сразиться. — …Ты подошёл к нему первым? — Я видел, как он спарринговался с ассистентом Винсентом. — Ах. Ирис кивнула, издав тихий звук понимания. — Ага, Дейл тогда был очень крут. Он победил ассистента, которого никто не мог одолеть, всего одним ударом! Воскликнула Ирис с восторгом, похожая на гордую маму, хвастающуюся своим ребёнком. — Да. Так что мы поспарринговали и, само собой, стали друзьями. — Ах~ Понимаю. Я слышала, что курсантам из Отделения Воинов свойственно сближаться после спаррингов. — И, ну… у Дейла прекрасный характер. — О, ты тоже это заметил! Хе-хе, правда? Он может выглядеть немного грозным, но стоит заговорить с ним, как он оказывается таким добрым и заботливым. — Да, это правда. Он совсем не похож на то впечатление, что производит при первой встрече. Эй. Что не так с тем, как я выгляжу? — Ха-ха. В любом случае, приятно познакомиться с другом Дейла. Дейл… честно говоря, у тебя ведь не так много друзей, да? — Что? Нет, у меня есть друзья! С чего ты это взяла? — Хм. Кроме Юрена, есть кто-нибудь ещё? — Ну, есть… Джульет или вроде того. Джульет или вроде того. Джульет или вроде того. Джуль— о чёрт. — Видишь? Ирис похлопала меня по спине, словно пытаясь утешить. — Хмм…. Юрен, наблюдая за этой сценой, сузил глаза и заговорил. — У Дейла не много друзей? Не думаю. — Прости? — Я никогда не слышал о Джулиете, но ведь есть и другие друзья, помимо него и меня, верно? — О, у Дейла больше друзей? Ирис выглядела удивлённой, её глаза широко раскрылись. Юрен медленно кивнул и поднял руку, указывая на Ирис. — Ирис, ты одна из них. — …Что? — Дейл ведь говорил мне раньше, что вы не встречаетесь, верно? — Ах… Да, э-это правда. На лице Ирис отразилось явное смущение. Продолжая, Юрен остро блеснул глазами, как хищник, заметивший добычу. — Если вы не встречаетесь, то разве вы не просто «друзья» с Дейлом? — Это… — О, не беспокойся. Я не собираюсь говорить банальности вроде «мужчина и женщина не могут быть просто друзьями». Юрен завершил фразу сладкой улыбкой. — Я считаю, что между мужчинами и женщинами может существовать чистая «дружба» без каких-либо романтических чувств. Точно так же, как у тебя с Дейлом. — …… Снова воцарилась тишина. Юрен и Ирис сцепились взглядами в воздухе. — О боже, кажется, у нас разные взгляды. Я же, напротив, не верю, что чистая дружба между мужчиной и женщиной возможна. — Правда? Какая неожиданность. Судя по всему, вы с Дейлом кажетесь очень хорошими друзьями. — Ха-ха-ха. — Хо-хо-хо. Атмосфера в комнате накалилась, став острой настолько, что хоть ножи точи. «Что это такое.» Как всё дошло до такого? «Разве эти двое не познакомились только сегодня?» Я на миг задумался, не было ли у них какого-то прошлого, о котором я не знал, но, насколько мне было известно, у Ирис и Юрена не было никакой особой связи в студентские годы. «Тогда почему они ведут себя так, будто терпеть друг друга не могут?» Двое внезапно повернулись ко мне, стоявшему в полном недоумении. — Что ты думаешь, Дейл? — Да. Мне тоже любопытно. Что ты думаешь, Дейл? Внезапно всё внимание сосредоточилось на мне. — Ч-Что…? — Считаешь ли ты возможной чистую дружбу между мужчиной и женщиной? — Люди используют такие термины, как «подруга», верно? Разве это не то же самое, кто вы с Ирис друг другу, Дейл? — …… Я чувствовал, как взгляды Ирис и Юрена просверливают меня насквозь в ожидании ответа. По спине пробежал холодок, и меня озарила вспышка догадки. «Как бы я ни ответил, мне конец.» Не раздумывая, я повернулся, сжимая в руке очищенный магический камень. — Простите. Я только что вспомнил, что у меня назначена встреча с профессором Джейдом. — Что? — П-подожди! Дейл?! — Мне нужно идти прямо сейчас, так что давайте поговорим позже!!! Оставив их обоих в комнате, я выскочил из общежития и помчался к лаборатории профессора Джейда. * В самом дальнем углу обширного кампуса Героической школы Рейнальда стояло обветшалое здание. У его входа висела старая вывеска с надписью «Научно-исследовательская лаборатория магии Стигмы». Бах! Ржавая дверь лаборатории с грохотом распахнулась. — Хах, хах… — …Дейл? Что-то случилось? Профессор Джейд удивлённо посмотрел на меня, пока я восстанавливал дыхание. Я замахал рукой, всё ещё тяжело дыша. — Нет, ничего страшного. Я просто только что закончил тренировку, вот и запыхался. — Хмм. Профессор Джейд сомневающимся взглядом погладил бороду. Я оглядел лабораторию, в которой давно не бывал. Под стать изношенному экстерьеру, внутри всё выглядело как дом с привидениями. Материалы для исследований и реактивы валялись повсюду, покрытые толстым слоем пыли. — Сколько времени прошло с тех пор, как я здесь убирался? И вы снова превратили это место в бардак? — Ах… К-кхм. Я был так занят исследованиями, что времени на уборку совсем не оставалось. Профессор Джейд смущённо отвёл взгляд. Тяжело вздохнув, я принялся наводить порядок в лаборатории. — Ты давно здесь не появлялся. — Я был занят делами. — Ха-ха, ну, в конце концов, промежуточные экзамены были уже не за горами. — …… — Ты хорошо сдал их? — Уф. Упоминание экзаменов заставило меня невольно стонать. — …Хм? Возможно, заметив что-то странное в моей реакции, профессор Джейд проверил мои оценки за промежуточную аттестацию через свои Часы Героя. — Ха. Ноль? — …У меня были свои причины. — Хммм. Не знаю, что это за причины, но с твоими способностями — зачем тебе было намеренно проваливаться? — …… Если бы я провалился специально, мне не было бы так горько. Я искренне целился на первое место. — …Давайте поговорим об этом позже. У меня не было времени подробно объяснять свою ситуацию. — Так зачем ты пожаловал в лабораторию? — Я пришёл попросить об услуге. Я вытащил из кармана маленькую пилюлю размером едва с два пальца. — Это… — Это эликсир, усиливающий ману. — Понимаю. Но разве это не тот эликсир, который давали лучшему студенту прошлого года? Его взгляд выражал вопрос, откуда у худшего студента в классе такая вещь. — Я получил его в подарок от друга. — …От друга? Профессор Джейд наклонил голову, а затем широко раскрыл глаза от осознания. — Только не говори мне… ты о Юрене Гелиосе? — Да, о Юрене. — Ха. Профессор Джейд недоверчиво усмехнулся. — Лучший студент и худший студент — друзья… — Разве существует правило, что дружба должна строиться на оценках? — Нисколько, я просто удивлён. Честно говоря, картина не совсем сочетающаяся, не так ли? — Ну… полагаю, да. Даже несмотря на то, что влияние семьи Гелиос в последнее время несколько уменьшилось, никто не мог отрицать, что они всё ещё оставались одной из трех великих благородных семей Империи. Юрен, выросший элитой в столь престижной семье, и я, выросший в приюте Республики и даже не знавший имён своих родителей. Мы не слишком подходили друг другу даже без учёта наших мест в рейтинге класса. — Но не переживай. — Из-за чего переживать? — Если у тебя есть рекомендация профессора, ты можешь стать ассистентом независимо от твоего происхождения и оценок! — …… Он до сих пор от этого не отказался, да? — Хаа. Впрочем, давайте пока отложим это. Я вытащил магический камень, который бережно хранил в кармане, и положил его на стол. — Это… магический камень? — Да. — Хмм. Судя по количеству маны и чистоте… Это камень высокого… нет, высшего качества. Даже не прикасаясь к камню, профессор Джейд точно определил его ранг с первого взгляда. «Не зря же его называют наследником Великого Мудреца.» Распознать ранг магического камня просто по внешнему виду, не вливая в него ману, было непростой задачей даже для опытного оценщика. — Я бы хотел, чтобы вы объединили этот эликсир и магический камень, чтобы усилить их свойства. — Эффект увеличения маны? — Да. — Хмм. Профессор Джейд погладил бороду, уставившись на эликсир и магический камень на столе. После короткого раздумья он молча кивнул. — Ладно. Я попробую. — Я заплачу вам позже… — Нет, плата не нужна. Профессор Джейд взял в руки эликсир и магический камень, с трудом сглотнув слюну. — Шанс соединить столь прекрасный эликсир и магический камень высшего качества выпадает редко даже для королевских алхимиков. Его глаза блестели звёздами, пока он тихонько хихикал. «…Все маги такие?» В моей прошлой жизни старшая София тоже обретала такой взгляд всякий раз, когда ей в руки попадались редкие магические материалы. — Ха-ха. Что ж, пора показать своё мастерство. Джейд Бастиан. Потомок Джулиуса Бастиана, одного из пяти великих героев 500 летней давности, известного как «Великий Мудрец», собирался продемонстрировать свои истинные способности. * Через три дня после того, как я оставил эликсир в руках профессора Джейда, я получил от него весточку и направился в его лабораторию. — Хах, хах… Всё готово. Хе-хе-хе-хе… Закончено. Когда я открыл дверь лаборатории, профессор Джейд встретил меня с темными кругами под глазами и зловещим хихиканьем. — …Вы действительно не спали три дня подряд? — Хе-хе. Разве можно спать во время столь радостного процесса? — …… Моя решимость стала ещё крепче. «Я никогда не стану ассистентом профессора Джейда.» Запечатлев это решение в сердце, я взял протянутый им эликсир. Эликсир, испускавший слабое голубое свечение, излучал ауру мистицизма. — Уф. Ну а я отправлюсь поспать. Как только он передал мне эликсир, профессор Джейд, истощённый тремя бессонными ночами, поплёлся вглубь лаборатории. Я забрал эликсир и вернулся в свою комнату в общежитии. — Фух. Я зажал эликсир в ладони, пытаясь успокоить колотящееся сердце. — …Не думаю, что у меня когда-либо был столь мощный эликсир, даже в прошлой жизни. Эликсир, выдаваемый только лучшему студенту года. Магический камень, очищенный святой Святого Королевства с использованием силы «Семи Глаз». И алхимия потомка Великого Мудреца, объединившая их воедино. Даже я, вернувшийся из будущего, не мог предсказать, какой именно эффект даст сочетание этих трех составляющих. — Что ж, узнаю, когда выпью. Я положил эликсир на ладонь и залпом проглотил его. ---------- Том 1 Глава 68 Казалось, будто в пылающий огонь плеснули масла, и моё тело горело изнутри. — Угх…! Энергия проглоченного эликсира хлынула по моему телу, грозя прорваться через каждый меридиан. Это было похоже на то, как на маленький ручеёк внезапно обрушивается паводок. Стремительно возрастающая мощь сотрясала моё сознание. «Сосредоточься». Я усмирил бушующую силу и медленно направил её к стигме. «Здесь её больше, чем я ожидал». Ощущалось это так, будто я только что принял в два-три раза больше обычной дозы зелий, усиливающих стигму. Энергия заполнила стигму до краёв, угрожая выплеснуться через край. Такое количество энергии запросто могло выйти из-под контроля, но в одном деле я всегда опережал своих товарищей: в управлении маной. «Контролировать такую мощь для меня несложно». У меня не было проблем с контролем бесконечного всплеска маны, когда я находился в состоянии Воплощения Огня. Хотя эффект эликсира превзошёл мои ожидания, его было недостаточно, чтобы вызвать буйство маны. «Хорошо. Теперь, если я просто сохраню эту ману внутри стигмы…» Стоило мне подумать, что я смогу без проблем поглотить энергию эликсира — Вух! Внезапно первозданное пламя бурно отреагировало и вспыхнуло. — Ааргх! Угх! Ужасная боль, словно меня бросили в огненную яму, распространилась по всему телу. «Что это? Почему это происходит?» Первозданное пламя, которое реагировало только на мою «смерть», теперь откликалось на эликсир. Шшшззз! Прежде чем я успел во всем разобраться, первозданное пламя распространилось по всему моему телу вдоль меридианов. Всё выглядело так, будто я активировал «Зажигание». Из моих пор повалил пепельный дым. — Угх… Ах… Моя голова горит. Моё тело охвачено пламенем. Я не могу дышать. Кажется, будто каждая клетка сгорает дотла, а саму мою душу может обратить в пепел. Просто жарко. Жарко. Жарко. Жарко. И затем — Тресь! Звук скручивающихся костей. Словно ребёнок, разминающий глину, мои мышцы многократно сокращались и расширялись. — …!!! Поток невыносимой боли пронзил мой разум, как удар молнии. Я едва сумел подавить рвущийся наружу крик и стал ждать активации «Благословения Возрождения». Но — «Что происходит?» Хотя мои кости скручивало, а мышцы и меридианы пребывали в хаосе, Благословение Возрождения не активировалось. «Неужели Благословение Возрождения… исчезло?» Нет. Этого не могло быть. Если бы благословение могло так легко исчезнуть, я бы не скитался тысячелетиями в поисках смерти в своей прошлой жизни. «Если оно не исчезло…» Значит, то, что происходило с моим телом, никак не было связано со «смертью». Осознав это, посреди невыносимой боли я почувствовал нечто новое — ощущение, которое никогда прежде не испытывал. «Что это…?» Тресь! Тресь! Ощущение того, как мои скрученные кости встают на место новыми способами. Ощущение того, как волосы, зубы и ногти отрастают заново после того, как их вырвали. Ощущение того, как порванная и изуродованная кожа регенерирует. Для такого человека, как я, прошедшего через бесчисленные «возрождения», это должно было быть привычно, как дыхание. «Но что-то отличается». Всё было не так, как обычно. Вместо того чтобы моё обожжённое тело возвращалось к своей первоначальной форме, оно трансформировалось во что-то новое. «Это похоже на…» Я заново рождался. Будто меня воссоздавали. Рождалось новое тело. — Ха… Я выдохнул. Шшшззз. Шшшззз. Пепельный дым, струившийся из моих пор, постепенно рассеялся. — …Всё кончилось? Я глубоко вдохнул и огляделся. — Угх. Что это за отвратительный запах? Ужасная вонь исходила от серого дыма, наполнявшего комнату. Скрип. Я открыл окно, чтобы выпустить дым. Наружный воздух просочился через открытую створку. — Хех. Хотя я не укреплял тело магией, я чувствовал запах супа, который варился в сотнях метров отсюда, в студенческой столовой. Дело было не только в моем обонянии. Ощущение воздуха на коже, жужжание насекомых вдалеке и вид академии — всё казалось более чётким, словно я сменил старый фильтр на новый. — Это… Я бросился в ванную и посмотрелся в зеркало. Мой рост немного увеличился, а плечи стали шире. Мои мышцы были идеально вылеплены, словно рукой божества, а кожа сияла безупречно, как у новорождённого ребёнка. — …… Я уже слышал об этом прежде. У героев с подавляющим количеством маны тела реконструируются, чтобы справляться с ней. «В моей прошлой жизни это случалось с Юреном и Софией». Разумеется, само по себе наличие большого количества маны не вызывает реконструкцию тела. Нужно достичь определенного уровня мастерства в управлении этой силой, чтобы тело трансформировалось. — …Но этот эликсир не должен обладать подобным эффектом. Я не мог отрицать, что это был лучший эликсир из всех, что я когда-либо принимал, включая прошлую жизнь. Но для такого человека, как я, чья мана едва достигала половины курсантской нормы, эликсир не должен был дать достаточно силы, чтобы запустить «реконструкцию тела». «Стоит ли проверить, насколько увеличилась моя мана?» Я пробудил силу, дремавшую внутри стигмы. Моя мана увеличилась примерно в шесть раз по сравнению с тем, что было до приёма эликсира. Раньше у меня было примерно половина среднего запаса курсанта, так что теперь он утроился. «С такой мощью… я лишь немного уступаю профессору Лукасу». У меня по-прежнему оставалось меньше половины маны Юрена, так что до его уровня мне было далеко. «Хотя моя мана драматически возросла…» Этого всё равно было недостаточно для реконструкции тела. — Если дело было не в мане, значит, реконструкцию тела спровоцировало что-то другое… Было несложно догадаться, что именно. Я сосредоточил мысли на левой стороне груди и призвал силу Первозданного Пламени. До сих пор оно откликалось только тогда, когда я переживал «смерть», но теперь я чувствовал, как Первозданное Пламя постепенно шевелится по моей воле. — Хех. Сухой смешок сорвался с моих губ. «Кто бы мог подумать, что я смогу владеть силой Первозданного Пламени вот так?» Это всё ещё была лишь доля всей мощи, которой обладало Первозданное Пламя. Но возможность контролировать хотя бы её часть была колоссальным изменением. «Значит ли это, что раньше я не мог управлять Первозданным Пламенем из-за своего тела?» Если сравнить тело с сосудом, это означало, что до сих пор моё тело было недостаточно хорошим, чтобы справиться с колоссальной мощью Первозданного Пламени. «Так что на этот раз оно взяло и полностью перекроило моё тело?» Превратив его в печь, способную вместить Первозданное Пламя. — Фух. В голове царил беспорядок — наверное, потому, что слишком много неожиданных изменений произошло одновременно. Я сделал глубокий вдох, чтобы успокоить волнение. «Итак, подводя итог текущей ситуации». Моя чистая ёмкость маны увеличилась примерно в шесть раз. Хотя это всё ещё малая часть, теперь я мог управлять силой Первозданного Пламени по своему желанию. И само моё тело укрепилось так, словно было пропитано маной. — …Насколько же сильнее я стал, приняв всего один эликсир? Честно говоря, даже я не мог оценить взрывной рост, через который прошёл. «Значит ли это… что я уже превзошёл уровень своей прошлой жизни?» Десять лет учёбы в академии в качестве худшего студента и мытарства низкорангового наёмника. Ещё десять лет создания группы с такими товарищами, как Юрен и Беральд, в итоге став «Последним Героем» и сражаясь с Богом Демонов в финальной битве. И тем не менее, рост, занявший более двадцати лет в моей прошлой жизни, был превзойдён менее чем за три месяца с момента моего возвращения. — Нет, пожалуй, ещё рано говорить, что я превзошёл его. Оставляя Первозданное Пламя на мгновение в стороне, с точки зрения чистой магической ёмкости было очевидно, что теперь у меня больше маны, чем в прошлой жизни. «В прошлой жизни я истекал кровью и потом, добывая всевозможные эликсиры и артефакты, чтобы увеличить ману». Но с тех пор как я вернулся, моя мана увеличивалась автоматически просто от щелчка пальцами четыре раза в день, а один удачный эликсир вывел меня за пределы уровня прошлой жизни. Если бы мой прошлый я услышал это, то наверняка запенился бы у рта и закатил истерику. «Но это если рассматривать только чистую ману». В прошлой жизни у меня было множество оружия, компенсирующего нехватку маны. Например, проклятый меч, дарующий великую силу в обмен на кровь. Например, запретный гримуар, содержащий магию, для использования которой требовалось пожертвовать собственной жизнью. Например, проклятые доспехи, которые при каждом использовании медленно пожирали тело владельца. [Пр/ред: Гатс?] Это мощное оружие сделало меня одним из последних пяти героев и принесло титул «Бессмертного Призрака», но в этой жизни я ещё не заполучил его. — Учитывая всё это… я сейчас, пожалуй, нахожусь на одном уровне с моим прошлым я. Разумеется, это сравнение исключало «Первозданное Пламя», силу, выходящую за рамки обычных пределов. — Хех… Радоваться мне этому или чувствовать опустошение? Как ни посмотри, превосходство над силой, ради достижения которой я так тяжело боролся двадцать лет, всего за три месяца оставляло одновременно чувство удовлетворения и пустоты. Это было похоже на то, как человек, десятилетиями усердно копивший на дом, вдруг выигрывает в лотерею и получает его с одного раза. Наверное, так это и ощущается. Конечно, обиды не было, но оставалось какое-то горьковатое чувство, от которого не получалось избавиться. — Если и есть один минус, так это то, что я больше не могу использовать «Усилитель Стигмы». Цокнув языком, я бросил взгляд на стеклянную бутылочку с синей жидкостью, стоявшую на столе. Усилитель Стигмы был зельем, заставляющим стигму впадать в безумие, обеспечивая временный всплеск маны. Но поскольку моё тело реконструировалось, стабильность стигмы возросла настолько, что нынешний усилитель не смог бы вызвать состояние безумия. «Наверное, я мог бы принудительно заставить его сработать, собрав более сильные ингредиенты для создания более мощной версии…» Но пока я решил отложить этот план. В конце концов, у меня был новый навык под названием «Зажигание», который был ничуть не хуже Усилителя Стигмы. — Ну что ж… Я накопил достаточно магии. Пришло время перейти к «следующему шагу». «Давайте посмотрим… Какое из оружий, использованных мной в прошлой жизни, добыть проще всего?» Мне нужно было что-то недалеко от академии и по силам для текущего уровня, чтобы заполучить без особых трудностей. Мне потребовалось совсем немного времени, чтобы принять решение. — Демонический меч Вескаль. Усмешка тронула мои губы, когда я вспомнил меч, запечатанный в глубинах руин и жаждущий крови. ---------- Том 1 Глава 69 — Ты хочешь отправиться в экспедицию по руинам? Кабинет профессора был довольно аккуратным, что резко контрастировало с его владельцем, который выглядел так, будто жил в глуши в палатке. Гигантский мужчина с растрёпанными волосами, похожими на гриву льва, свирепо уставился на меня яростным взглядом. — Да. Я хотел бы подать заявку на временную лицензию героя и трёхдневный отпуск, начиная с пятницы после полудня. — А?.. Профессор Лукас издал тихий вздох, нахмурившись, словно у него болела голова. — У тебя есть какой-нибудь опыт исследования руин? — Нет. На самом деле я покорил сотни руин, но не мог сказать правду. — Парень без опыта хочет исследовать руины? Ты вообще знаешь, что такое руины, малец? — Конечно, знаю. Руины, также известные как подземелья, — это места, созданные более пятисот лет назад во время Войны с Демонами или даже задолго до неё, где различные трансцендентные силы, включая силу Бога Демонов, изменили пространство. В некоторых местах время течёт по-другому. В некоторых обратная гравитация. Некоторые одновременно заполнены текущей лавой и ледниками. Это места, где происходят причудливые феномены, бросающие вызов законам физики, — это и есть руины. «Конечно, лишь немногие настолько искажены». В большинстве руин просто кишит пара демонических зверей или тут и там расставлены ловушки. — В какие руины ты планируешь отправиться? Ты же знаешь, что нельзя входить в неоткрытые руины с одной лишь временной лицензией героя? — Я планирую отправиться в «Пещеру Красных Слёз» к западу от города Вальхалла. — А, это место. Профессор Лукас кивнул, словно был знаком с этим местом. Несмотря на зловещее название, руинам присвоили класс C, а значит, они были относительно безопасными. — Но это место открыли десятки лет назад. Ты найдёшь там лишь бродящих вокруг демонических зверей. — Именно поэтому я и иду — чтобы поохотиться на этих демонических зверей. Вы ведь сами говорили раньше, что самое главное в бою — это опыт, верно? — Хм-м. Профессор Лукас сглотнул, подозрительно глядя на меня. — У тебя... нет какого-то другого умысла? — …… Чёрт. В такие моменты он до раздражения проницателен. «Не думаю, что он легко даст мне разрешение». Пока я раздумывал, не пойти ли вместо этого попросить профессора Элишу, Лукас продолжил: — Ты знаешь, что для экспедиций по руинам студенты обязаны формировать группу как минимум из пяти человек? — …Да, я в курсе. — Кого ты планируешь взять с собой? — Хм. Может быть, Ирис и… — Так и знал! Этот негодник! Лукас разразился смехом, поднимаясь со своего места. — Ты в последнее время много околачиваешься с Ирис, не так ли? Планируешь использовать эту экспедицию как повод провести с ней ночь вне академии, а? — …… Я забираю свои слова о том, что он проницателен. — Ха-ха-ха. Ты точно такой же парень, как и все. Неужели ты действительно думал, что я не замечу? В студенческие годы я сам был знатным Казановой, знаешь ли, Казанова Вальхаллы- — Кстати говоря, как у вас в последнее время дела с профессором Бьянкой? — Ч-что? Почему ты вдруг заговорил о Бьянке? Лукас заикался, выглядя растерянным. — О, ничего. Просто ваши планы на уютное свидание во время церемонии запечатывания были полностью разрушены тем инцидентом с демоническим зверем. — Ох…! — Ха-ха. Не волнуйтесь, профессор. Скоро у вас появится ещё один шанс. — …… Лукас, избегая моего взгляда, крепко сжал рот и отвернул голову. Судя по сердитому выражению его лица, дела с профессором Бьянкой в последнее время шли не слишком хорошо. Подавляя смешок, я снова заговорил: — Так вы одобряете мой запрос на разрешение? — Ну… это не руины с высоким уровнем риска, так что я не вижу причин отказывать. Однако… Экспедиции по руинам на самом деле были частью учебной программы по практическому бою для студентов третьего и четвёртого курсов. По сути, это было всё равно что отправиться на небольшую дополнительную практику заранее, так что особых причин для отказа не было. Хотя было несколько случаев, когда студенты, отправлявшиеся в экспедиции, погибали в результате несчастных случаев. — Как ты знаешь, школа не несёт ответственности за любые жертвы, происходящие за пределами её территории. Это было не обычное учебное заведение — это была академия героев, где студентов обучали сражаться на передовой линии обороны человечества. Даже будучи курсантами, мы были избранными трансцендентными существами, благословлёнными стигмами семью богами. Ответственность за наш выбор лежала исключительно на нас. — Я понимаю. Я встретил острый взгляд Лукаса и спокойно ответил. Кивнув, он вытащил несколько листов бумаги из ящика стола. — Ладно. Предоставь подписанные формы согласия от участников твоей группы. — Да. Взяв формы согласия у профессора Лукаса, я вышел из его кабинета. * Несколько дней спустя, сдав все формы согласия, в пятницу после полудня я стоял перед школьными воротами, ожидая участников группы, которые собирались присоединиться ко мне в экспедиции. До назначенного времени встречи оставалось ещё около тридцати минут. — А, ты уже здесь, Дейл. Заметив меня, Юрен помахал рукой, приближаясь. Я помахал ему в ответ. — Я только что пришёл. — Ха-ха, неужели ты так взволновался, что пришёл раньше? — Нет, не совсем… Было бы некрасиво, если бы организатор экспедиции опоздал. — Кстати говоря, я никогда бы не подумал, что ты предложишь отправиться в экспедицию по руинам. — Ты впервые исследуешь руины? — Ну… я бывал в некоторых вместе с семьёй до поступления, но в качестве студента делаю это впервые. Я так и думал. Если это не входило в учебную программу, студенты редко добровольно вызывались на экспедиции по руинам, которые могли быть непредсказуемыми и опасными. — Не нервничай слишком сильно. — Ха-ха. Нервничать? Я скорее в восторге от того, что отправляюсь в свою первую экспедицию с тобой, Дейл. Юрен сиял, его улыбка была такой же яркой, как у взволнованного ребёнка, собирающегося на экскурсию. «Ну, для Юрена "Пещера Красных Слёз" наверняка покажется обычной экскурсией». Он был намного сильнее большинства профессоров, так что руины класса C никак не могли его испугать. «И всё же, каким бы сильным ты ни был, никогда нельзя недооценивать руины». Пока не было нужды портить ему настроение предупреждениями. — …Кстати, Ирис ведь тоже придёт, верно? — О, да. Конечно, я пригласил её. — …… Лицо Юрена исказилось от неудовольствия, но лишь на мгновение. Вскоре он глубоко вздохнул и кивнул. — Ну… нам действительно нужен хотя бы один человек поддержки. — Конечно я вам нужна. Не зря говорят: о тигре заговоришь — тигр и появится. Внезапно появившаяся Ирис бросила взгляд на Юрена и слегка усмехнулась. — По крайней мере, ты знаешь, что наличие члена группы поддержки необходимо для состава команды. Это уже хорошо. — Ну, этому учат на занятиях первого курса. Юрен, по-видимому, почувствовавший приближение Ирис по её присутствию, без тени удивления повернулся к ней и продолжил говорить: — Но знать, что это необходимо для состава группы, и действительно быть полезным — это две разные вещи, верно? Особенно в таких низкоуровневых руинах классы поддержки имеют тенденцию быть, как говорится, «бесполезными». — О боже, кажется, ты пропустил урок о том, что группы, которые считают классы поддержки бесполезными, долго не живут и погибают. — Это просто фигура речи. Великая «Святая» ведь не станет просто ехать попутчиком, не пошевелив и пальцем? — Ха-ха-ха. — Ха-ха. Погодите. Почему вы двое начинаете ругаться в тот же момент, как встречаетесь? Наблюдая за тем, как Юрен и Ирис обмениваются острыми словечками, я недоверчиво покачал головой. — …Эх. В этот момент я заметил, как Камилла тяжело вздохнула, а под её глазами залегли тёмные тени от очевидного истощения. — Ты плохо спала прошлой ночью? — Уф… Это всё твоя вина! — Что? Что я сделал? — Ты хоть представляешь, через сколько хлопот мне пришлось пройти из-за того, что ты внезапно сморозил чушь об исследовании руин? С убийственным взглядом Камилла продолжила говорить так, будто была готова разорвать меня на части: — Святая настаивала на поездке во что бы то ни стало… Святое Королевство упорно не разрешало… ох. Оказаться зажатой посередине было просто… уф… — Э-э, ну… Теперь, когда я об этом думаю, я чувствую себя немного виноватым. — Так тебе удалось получить разрешение Святого Королевства? — Я еле убедила их, сказав, что это часть обычной программы и мы просто отправляемся на небольшую предварительную учебную поездку. — Отличная работа. — Уф, какая морока… Камилла снова вздохнула, её лицо было преисполнено усталости. — Эй, в конце концов оно будет того стоить, так что не переживай слишком сильно. Причина, по которой я специально позвал Ирис и Юрена в это исследование руин, заключалась в том, чтобы дать им настоящий «полевой» опыт. «Существует предел тому, насколько сильно можно улучшить свои навыки исключительно за счёт тренировок». Помимо цели найти проклятый меч, эта экспедиция по руинам также должна была поднять навыки моих товарищей на новый уровень. — Теперь нам нужен только ещё один человек. Я посмотрел на время, бросив взгляд на Юрена, Ирис и Камиллу. До назначенного времени встречи оставалась всего одна минута. Последний участник группы должен был прибыть с минуты на минуту. — Кстати, кого ещё ты пригласил? С любопытством склонив голову, спросил Юрен. Прежде чем я успел ответить, подала голос Ирис: — Разве это не Джульет? — Джульет? — Да, он друг Дейла. Я встречалась с ним однажды раньше. — Ах да. Разве он не тот перспективный курсант из известной семьи в Республике? — Да, верно. — Хм. Однако я слышал, что его репутация не так уж хороша. Юрен нахмурился, вспомнив какие-то слухи о Джульете, которые ему доводилось слышать. — Разве не говорили, что он путается с курсантками, которые только что поступили в академию?.. — Ах, об этом не стоит беспокоиться. Эти слухи ложны. Ирис неловко улыбнулась и покачала головой. — Вообще-то, человек, который ему интересен, вовсе не девушка… Кхм. В общем! Тебе точно не нужно беспокоиться о том, что он докучает курсанткам. — Правда? Наблюдая за тем, как Ирис и Юрен непринуждённо болтают, будто никогда и не ссорились, я наконец подал голос: — Кажется, вы кое в чём ошибаетесь. Последний участник группы — не Джульет. — А? — Тогда кто же? Юрен и Ирис посмотрели на меня с широко раскрытыми от недоумения глазами. Прежде чем я успел назвать имя последнего участника группы — — Эээй, брааааат! Бум! Бум! Бум! Тяжёлыми шагами, казалось, сотрясавшими землю, на полной скорости прибежал гигант ростом более двух метров. — Ха-ха-ха! Простите за опоздание, брат! Мне нужно было столько всего упаковать, что сборы заняли время! Глухой стук! Гигант с грохотом уронил свой огромный раздутый рюкзак на землю и сердечно рассмеялся. — …Какого чёрта ты столько всего натолкал? — Ну, еда, напитки, вещи для сна… Я просто собрал всё подряд, что пришло в голову! — Эй, идиот. Этот рюкзак выглядит так, будто весит больше ста килограммов, и ты собираешься тащить его на экспедицию по руинам? — А, не волнуйся! Я наложил на него заклинание «Левитация», так что вес не будет проблемой! Усмехнувшись, Беральд без малейших усилий приподнял кажущийся стокилограммовым рюкзак одним лишь мизинцем. — Видишь? Он лёгкий как пёрышко! — …… Посмотрев на Юрена, Ирис и Камиллу, которые замерли от шока, я наконец произнёс: — Вы все это видите, верно? Этот парень — наш пятый участник группы. ---------- Том 1 Глава 70 После того как к нам присоединился пятый участник группы, Беральд, мы вышли за школьные ворота и направились к руинам. — Хе-хе. Я впервые исследую руины, так что я ужасно нервничаю! — ……Совсем не похоже, что ты нервничаешь. Я подавил смешок, бросив взгляд на Беральда, глаза которого сияли, как у воодушевлённого ребёнка, отправляющегося на пикник. — Кстати, брат! Раз уж мы вот так собрались, почему бы тебе не представить членов группы? — О, конечно. Посмотрев на Юрена, Ирис и Камиллу, я заговорил. — Это Юрен. Ты, наверное, слышал это имя. — Неужели потомок «Солнечного Меча»? — Именно так. — Ого, я столько о тебе слышал! Беральд шагнул к Юрену и протянул свою большую руку размером с котёл. — Приятно познакомиться! Я Беральд Рю с Отделения Магов второго курса! Я на год младше, так что можешь говорить со мной свободно! — А, э-э, конечно. Юрен пожал руку Беральду с растерянным выражением лица, которое словно говорило: «Этот парень учится на втором курсе? И на Отделении Магов?» — А вон там — Ирис и Камилла. — О них я тоже слышал! Святая Святого Королевства и её телохранительница, верно? Не переставая восхищаться, Беральд приблизился к Ирис и Камилле. — Приятно познакомиться! Для меня большая честь оказаться в одной группе с такими знаменитыми людьми! — Взаимно. — Беральд Рю… Ты случайно не родственник директора Лайонела Рю? — Хе-хе, да. Но я из побочной ветви, так что с дедушкой Лайонелом у меня не так много общего. Беральд ответил с горькой улыбкой. — Кстати, откуда ты знаешь Дейла? — Хе-хе, мы с братом сблизились во время дополнительных занятий! — ……Дополнительных занятий? — Это те уроки, на которые ходишь, если завалил экзамены. Разве у тебя никогда их не было? — А… нет, у меня никогда их не было. Ирис удивлённо покачала головой. Юрен и Камилла тоже отвернулись с неловкими улыбками. — Ха-ха-ха! Вы все были образцовыми студентами! Мы с братом целый год провели на дополнительных занятиях, завязав крепкие узы… — Заткнись, приятель. В посещении дополнительных занятий нет ничего особенного. Я хлопнул Беральда по спине. — К тому же мы почти пришли к руинам, так что давайте прекратим болтовню. Прошёл примерно час с тех пор, как мы покинули Вальхаллу. Благодаря использованию устройства телепортации на полпути, добраться до местоположения «Пещеры Красных Слёз» удалось быстро. — Это те самые руины, о которых ты говорил? — спросил Юрен, глядя на массивный вход в пещеру впереди. — Да, это и есть «Пещера Красных Слёз». У входа был установлен защитный барьер, предотвращающий проход обычных людей. Бип. [Временное свидетельство героя подтверждено.] [Барьер деактивирован.] Когда я включил свои часы героя и поднёс их к барьеру, синеватый щит, окружавший вход, исчез. — Давайте быстренько построимся, прежде чем войти. Указывая на каждого члена группы, я назначил им оптимальное построение, которое продумал заранее. — Я возьму на себя арьергард. Хотя на открытых пространствах принято ставить поддержку или магов сзади, при исследовании пещер, где в любой момент могут напасть с тыла, безопаснее поместить воина в арьергард, а защитников поддержки укрыть посредине. «К тому же будет лучше, если я не стану слишком сильно вмешиваться в бой». Это исследование руин должно было дать менее опытным членам группы шанс получить реальный боевой опыт. Если бы я взял инициативу на себя, у них было бы не так много возможностей набраться опыта. — Если Дейл идёт в арьергард, то я окажусь в центре, верно? — Да. Камилла, держись ближе к Ирис и сосредоточься на её защите. — Поняла. Поскольку главной целью Камиллы было не исследование руин, а защита Ирис, она кивнула без возражений. — Юрен и Беральд, вы двое встаёте в авангард. — Ха-ха-ха! Предоставьте это мне, брат! — Конечно. Но погоди, разве ты не говорил раньше, что учишься на Отделении Магов? Юрен выглядел растерянным, увидев, что студента с Отделения Магов уверенно ставят на передовую. — Ну… вы поймёте, когда увидите. Я пожал плечами и наложил заклинание «Свет». Сформировались светящиеся сферы, освещая окрестности. — Идём. Леденящая, зловещая аура пробежала мурашками по нашим спинам, когда мы вошли в пещеру. — Тьфу… здесь отдаёт какой-то тухлятиной. Ирис сморщила нос и зажала его пальцами, как только мы ступили в руины. — Посмотрите наверх, — указал я на сталактиты на потолке. Кроваво-красные капли формировались и капали вниз с кончиков сосулькоподобных образований. — ……Так вот почему она называется «Пещерой Красных Слёз», да? — пробормотал Юрен, гримасничая и наблюдая за багровыми каплями, падающими со сталактитов. — …… — …… Зловещая атмосфера пещеры, казалось, заставила всех замолчать. Тяжёлая, напряженная тишина сменила болтовню, наполнявшую воздух до нашего входа. Я взглянул на членов своей группы, лица которых были полны нервозности, и не смог удержаться от внутреннего смешка. «Значит, даже у них были такие наивные дни». Юрен, Беральд и Ирис в моей прошлой жизни были закалёнными ветеранами, поэтому сейчас было забавно видеть их молодыми и неопытными курсантами. Это был забавный контраст с их уверенными, закалёнными в боях образами, которые я помнил. «Я скучаю по тем дням». Хотя София, наш бывший лидер, ещё не была с нами, этот опыт вернул воспоминания о прошлом. Исследование руин со старыми товарищами заставляло чувствовать себя так, будто мы вернулись в добрые старые времена — время, в которое, как я думал, я никогда не вернусь. «Мне нужно будет встретиться со старшей Софией в ближайшее время». Я уже пытался навестить её во время ожидания разрешения на исследование руин, пробираясь мимо аудиторий четвёртого курса, но все старшие курсанты отсутствовали на «Полевой подготовке героев». «Ну, мы скоро снова встретимся». Пока же я сосредоточился на руинах. — Кр-р-рк… Кар-р-рк. — Кра-а-а. Кр-р-рик. Мы пробыли внутри около десяти минут, когда запах крови усилился, и по пещере разнеслись тревожные визги. — Впереди замечены демонические звери. Юрен обнажил меч и быстро осмотрел окрестности. Звуки доносились с потолка пещеры. С потолка свисали сталактиты, похожие на сосульки, и на них, уцепившись вверх тормашками, висела орда демонических летучих мышей. Их жуткие красные глаза блестели, когда они смотрели на нас сверху вниз. Их тела были покрыты серым мехом, под лапами натянуты тонкие перепонки, похожие на плащи, а угрожающие клыки остро торчали наружу. С первого взгляда было понятно, что эти существа мутировали из летучих мышей. — Всего их семеро. Шесть четырёхглазых и один пятиглазый, — доложил Юрен, быстро оценивая численность и силу группы. Я наблюдал за ним, скрестив руки на груди, чувствуя внутреннее удовлетворение. «Ого, не зря он лучший в классе». Это наверняка была его первая экспедиция по руинам, но он безупречно взял на себя роль лидера, не показывая никаких признаков паники. «Но». До сих пор все это были лишь базовые знания, полученные в школе. Настоящее испытание начиналось только сейчас. — Гр-р-р! — Все назад! Юрен бросился вперёд как раз в тот момент, когда демонические летучие мыши, висевшие вверх тормашками на потолке, начали шевелиться. Бум! Он оттолкнулся от земли, высоко прыгнув в воздух. — Ки-и-и?! Демонические летучие мыши судорожно замахали крыльями и попытались улететь. — Куда собрались! Юрен бросился за ними в погоню по воздуху, используя сталактиты как ступени, словно акробат. — Ха! — Ка-а-ак! Юрен вонзил меч в спину одного из убегающих демонических зверей. — Следующий…… В мгновение ока он расправился с одной летучей мышью и повернулся в поисках следующей цели. — Ки-я-а-ах! Пятиглазый демонический зверь-летучая мышь издал оглушительный визг, и одновременно с этим остальные демонические летучие мыши расправили крылья и взмыли в воздух. Юрен приготовил меч, словно бросая им вызов нападать. И тут — — Гр-р-р! — Ки-я-ак! Вместо Юрена демонические летучие мыши бросились на остальных членов группы. — Ах…! Юрен ахнул и попытался броситься за ними в погоню, но он уже находился слишком далеко от остальных, и было слишком поздно. — Защита Семи Звёзд. Ирис пришла на смену отсутствующему Юрену, быстро вычертив крест в воздухе и наложив защитный барьер. Демонические летучие мыши, яростно атаковавшие до этого, отскочили от её ярко-белого щита. — Я долго их не удержу! — Предоставьте это мне! Беральд сжал кулаки и бросился вперёд. — Хра-а-ах! Есть один! Хрусь! Одним ударом кулака он размозжил череп одного из демонических зверей. — Получай! Он схватил ещё двух, пытавшихся улететь, рывком притянув их обратно в свои объятия, словно крепко обнимая. Хрусь! С тошнотворным звуком их черепа раскололись, разбрызгивая повсюду кровь и мозговое вещество. — Кар-р-р! Пока Беральд был занят разбиванием черепов, две другие демонические летучие мыши своими острыми клыками прогрызли щит, созданный Ирис. — Святая, встань за мной! Как только Камилла увидела, что щит рухнул, она шагнула вперёд, защищая собой Ирис. — Ха! Мощным взмахом она разрубила двух демонических летучих мышей, мчавшихся к Ирис, используя характерную прямолинейную технику владения мечом своей родины. — Ки-и-ишш! Последняя оставшаяся демоническая летучая мышь, вожак, издала неприятный металлический визг, когда пошла в атаку. Она была намного быстрее остальных. — Ась…! — Нет, стой! В одно мгновение передняя линия от Беральда до Камиллы была прорвана, и демонический зверь бросился на Ирис со своими свирепыми клыками. — Тц. Солнечный Меч. Форма вторая: Серп Месяца. Ш-ш-ших! Вспышка клинка — и вожак демонических летучих мышей был разрублен надвое, из его тела брызнули кровь и внутренности, и оно замертво рухнуло на месте. Я стряхнул кровь с меча и повернулся к остальным членам группы. — Эх. Все было именно так, как я и ожидал, но — — Нам ещё предстоит долгий путь. ---------- Том 1 Глава 71 Принадлежали ли они к национальному учреждению, крупной гильдии или странствовали подобно ронинам, не состоя ни в какой группе, герои обычно формировали «партии» для совместных действий. Среди них наиболее предпочтительный размер партии, независимо от нации, составлял пять человек. Кто-то говорит, что это связано с влиянием «Пяти Великих Героев», которые запечатали Бога Демонов пятьсот лет назад, в то время как другие утверждают, что это следует принципу пяти элементов (У-син). Но на самом деле всё просто потому, что пять человек образуют наиболее сбалансированную и синергичную боевую команду, а также оптимальны с точки зрения логистики. Когда формируется партия из пяти человек, «идеальный» состав обычно включает трех воинов, одного мага и одну вспомогательную роль. Конечно, иногда вместо одного из воинов включается герой, который не вписывается аккуратно ни в одну категорию, обычно называемый «иррегулярным». Тем не менее, типичный состав партии следует структуре 3-1-1. Самое большое преимущество формирования партии заключается в том, что она не просто умножает индивидуальную силу героя в пять раз; она может увеличить общую боевую мощь в десять или даже двадцать раз. Партия, которая долго работала вместе, может действовать как единое целое, порой побеждая противника, чья сила объективно намного превосходит их собственную. «Конечно, может случиться и обратное». Вновь сформированная или неопытная партия порой может быть слабее своих отдельных членов, когда те действуют в одиночку. Как прямо сейчас. — Ирис, твоя реакция была неплохой. Но учитывая силу нашей партии, было бы лучше накладывать благословения вместо того, чтобы сосредоточиваться на защите. — А… понятно. После недавней битвы Ирис кивнула, принимая отзывы. — Беральд и Камилла, вы были слишком сосредоточены. Вам нужно следить за движениями лидера, раз уж вы сражаетесь не в одиночку. — Уф… — Грр… Я буду иметь это в виду, брат. И Беральд, и Камилла, которых легко ошеломила внезапная атака гигантского звероподобного существа, похожего на летучую мышь, мрачно кивнули. — Наконец, Юрен. — …… Юрен опустил голову, словно уже ожидая того, что я собираюсь сказать, плотно сжав губы. — Не пытайся делать всё в одиночку. Партия — это не то, что ты защищаешь сам по себе; это группа союзников, сражающихся вместе. — …Прости. Юрен, который безрассудно бросился вперёд и подверг всю партию опасности, с мрачным выражением лица опустил голову. — Ну, все поначалу совершают ошибки. Я слегка улыбнулся, похлопав Юрена по спине. «Подумать только, настанет день, когда я буду давать Юрену такие советы». Это было точным зеркальным отражением ситуации, когда мы впервые сформировали партию в наших прошлых жизнях. Тогда я безрассудно бросался в бой, доверяя своему бессмертному телу, и вместо этого подвергал опасности партию. — Эх… В академии нас учили не нарушать строй, но… Юрен вздохнул, ругая себя, а я пожал плечами с кривой улыбкой. — Школьные уроки и реальные битвы — это разные вещи. — И всё же я не должен был совершать такую ошибку против каких-то жалких зверей… Я мог понять разочарование Юрена. Монстры-летучие мыши, с которыми мы только что сражались, были низкоуровневыми созданиями, с которыми Юрен легко мог справиться в одиночку. «Это идеальный пример того, как излишняя сила может стать недостатком». Поскольку Юрен думал, что сможет справиться со зверями в одиночку, он даже не рассматривал возможность работы в команде со своими товарищами. Вместо этого он представлял себе, как ворвётся в одиночку и уничтожит их. — Как бы то ни было, продолжим двигаться вперёд? — Ага. На этот раз я больше не совершу ошибок. С новой решимостью Юрен крепко сжал свой меч. И вот мы возобновили исследование руин. — Я беру правую сторону, так что прикрывай левую, Беральд! — Понял! — Один кружит вокруг! — Нужна поддержка? — Нет! Я справлюсь сам! — Сначала я наложу благословения! Возможно, потому что у всех были неплохие навыки, координация партии заметно улучшалась с каждым боем. «Вот так гораздо лучше». Некогда рассогласованные шестерёнки теперь крутились плавно. С тыла я наблюдал за тем, как сражаются члены моей партии, оказывая поддержку по мере необходимости. Среди них больше всего выделялся Беральд. «Я знал, что Юрен силен, но… результаты Беральда немного удивляют». Беральд учился боевым искусствам у меня всего около месяца. До этого его стиль боя был чуть лучше, чем у уличного бойца, но за последний месяц его навыки резко улучшились. «Впрочем, учитывая, что его талант к боевым искусствам превосходит даже талант Юрена, это не слишком шокирует». После окончания Академии Героев Беральд стал таким мастером боевых искусств, что разработал собственный уникальный стиль боя. Его чистый талант в боевых искусствах был неоспорим. Конечно, пока что у него все ещё была склонность полагаться на магию, а не на боевые искусства. — Каменная стрела-а-а! Беральд выдернул из земли сталактит и швырнул его, произнося заклинание. Бум! Зверь-летучая мышь, пронзённый острым сталактитом, отлетел назад, словно поражённый баллистой, пригвоздившей его к дальней стене пещеры. — Да уж, черт возьми. Вот это магия. В своей прошлой жизни Беральд бывало говорил, что когда физическая сила достигает своего пика, она неотделима от магии. — Ну как тебе это, брат? — Гораздо лучше. Когда я показал ему большой палец вверх, вся партия просияла (хотя Камилла на мгновение, казалось, задумалась): — Почему я радуюсь похвале этого парня? — Хорошо, что мы сюда пришли. Сначала я не был уверен, принесёт ли эта экспедиция пользу моим товарищам по команде, но, видя, как сильно они улучшились всего за один день, я не мог не улыбнуться. — Ладно, уже поздно. Давайте на сегодня закончим и продолжим исследование завтра. — Мы возвращаемся в Вальхаллу? — Нет, это займёт слишком много времени. Даже с устройством телепортации рядом с руинами расстояние было недостаточно коротким, чтобы делать частые поездки практичными. К тому же мы уже находились глубоко внутри руин. — Давайте разобьём лагерь здесь. — Хех! Не волнуйтесь, я упаковал полно походного снаряжения! Беральд с гордостью похлопал по своему раздутому рюкзаку. — Ну тогда давайте сначала установим палатки. Хотя мы находились внутри пещеры, название «Пещера Красных Слёз» было весьма подходящим, так как со сталактитов непрерывно капали красные капли, из-за чего палатки стали необходимостью. — Две палатки должны подойти, верно? Одна для мужчин, одна для женщин. — А? Подождите, мы все будем спать вместе? Юрен заметно вздрогнул от удивления. Я посмотрел на него так, словно спрашивая, о чем он говорит. — Конечно, мы спим вместе. Когда это мы ставили индивидуальные палатки для каждого? — У-у меня есть своя личная палатка… — Ну-ну, что это за разговоры о личной палатке? Настоящая прелесть похода — это когда все вместе забиваются в тесную палатку! — Мне не нужна такая прелесть, спасибо! Резко бросил Юрен, круто отвернувшись. — В любом случае, я буду спать в личной палатке, которую принёс! — Хмм. Если подумать, даже в прошлой жизни Юрен крайне неохотно спал рядом с другими. «Как и ожидалось от благородных мальчиков…» Я цыкнул языком и кивнул сам себе. — Ладно. Тогда мы с Беральдом будем делить одну на двоих. — Ха-ха, давай насладимся прекрасным временем вместе, брат. — Отвали, идиот. После этого были установлены три палатки. Затем партия легко перекусила взятыми с собой ланчами, прежде чем разойтись по палаткам и готовиться ко сну. — Я возьму первую вахту, так что все остальные ложитесь спать. — Тогда я пойду отдохну, брат. Разбуди меня чуть позже. — Конечно. После того как остальные уединились в своих палатах, прошло совсем немного времени, прежде чем я услышал доносившиеся изнутри звуки тихого дыхания. «Похоже, все вымотались». Впрочем, это имело смысл. Мы сражались с монстрами весь день, так что они наверняка изрядно устали. — Ну что ж. Пора мне приниматься за работу. Я встал, установил вокруг палаток барьер, чтобы отпугнуть любых зверей, и в одиночку направился вглубь руин. Используя «Шаг ветра» для быстрого перемещения, я промчался сквозь глубь руин и добрался до одной из её стен. Там находился широкий водоём, где собирались красные капли. «Это должно быть оно». Я опустил руку в водоём и направил туда ману. Буль-буль. Как только я направил ману в водоём, он начал пузыриться и кипеть. «Вот так!» Я направил ману, которую распространил по водоёму, чтобы она проникла в барьер, установленный на дне. Вжух! Барьер тут же активировался, и полетели красные искры, поскольку он попытался изгнать вторгшуюся магию. «Неплохая попытка». Благодаря магическим теориям, которым меня научила старшая София, найти «ядро» барьера было несложно. В конце концов, барьеры были лишь ещё одной формой магии, созданной на основе теории. Грохот! Пещера содрогнулась, словно от землетрясения, и красная жидкость в водоёме утекла, как будто кто-то выдернул пробку в наполненной ванне. На дне обнаружилась небольшая дыра, как раз достаточная для того, чтобы в неё пролез человек. Это был секретный проход, ведущий к месту, где был запечатан «Демонический Меч». — Мне пришлось столько всего пережить, чтобы найти это тогда… В своей прошлой жизни я нашёл это место, работая наёмником. Меня наняли исследовать эти руины вместе с моей наёмнической ротой, и после почти месяца расследований мы наконец обнаружили этот скрытый проход. «В такие моменты воспоминания о прошлой жизни действительно окупаются». Вспоминая прошлые трудности, я не мог не улыбнуться, с лёгкостью обнаружив проход на этот раз. — Ну-ка, посмотрим. Если я пойду сюда… Я протиснулся через узкий вход и пошёл по тёмному, мрачному коридору. [Поверни назад.] Глубокий голос эхом разнёсся у меня в голове. [Это место упокоения кровожадного исчадия.] Передо мной появилась дверь, из которой сочился кроваво-красный туман. Дверь выглядела зловеще, переливаясь багровым оттенком, словно её облили кровью. Когда я стоял перед ней, глубокий голос снова зазвучал в моем разуме. [Тот, кто откроет эту дверь, погрузится в скорбь.] [Тот, кто откроет эту дверь, лишится всякой надежды.] [Тот, кто откроет эту дверь, будет погребён в отчаянии.] — Дружище, ну ты и болтун. БАМ! Я пнул пропитанную кровью дверь, с силой разбив её вдребезги. Голос затих, подобно угасающему дыханию. [Тот, кто пересёк границу, заплатит за это жизнью…] — Да-да, заткнись. Я перешагнул через расколотые остатки двери и вошёл в камеру, наполненную густым кроваво-красным туманом. ---------- Том 1 Глава 72 Воздух наполнился резким металлическим запахом. В центре туманной, пропитанной кровью поляны в землю был вонзён багровый меч, скованный толстыми цепями. — Давно не виделись. Я посмотрел на багровый меч, и уголки моих губ коснулись усмешки. В первый раз, когда я пришёл сюда, подавляющее давление, исходившее от демонического меча, заставило мои ноги задрожать. Вспоминая свою прошлую жизнь, я неспешно направился к демоническому мечу. — Как ты поживаешь? Клац, клац, клац! Словно в ответ на мой зов, меч задрожал, почти как если бы он трясся, как старый друг, с которым я встретился спустя века. Нет, это было не «как если бы» он отвечал — он действительно отвечал. Умоляя немедленно освободить его от этого места. «Архиепископ Крови, Вескаль». Пятьсот лет назад во время Войны Демонов свирепый демон, унёсший бесчисленные человеческие жизни, был запечатан в меч, породив демонический меч Вескаль. — Ну-ка, взяли. Я приблизился к цепям, сковывающим меч. Клац, клац, клац, клац! Меч задвигался ещё яростнее. — Что? Разве ты не просил освободить тебя? Хотя я не мог видеть или слышать голос, я живо представлял себе Вескаля, запертого внутри меча и отчаянно умоляющего об этом. — Ладно, я освобожу тебя. Клац, клац… Возможно, он не ожидал, что я так легко соглашусь. Меч, который только что дрожал от возбуждения, теперь засомневался, настороженно наблюдая за мной. — Не бойся. Я действительно освобожу тебя. Я вытащил меч с пояса и направил в него свою силу. Серая аура окутала лезвие, а вдоль его кромки, подобно миражу, плясал слабый огонёк. Хотя это было далеко не тем уровнем, на который я был способен в состоянии «Воплощения» или при использовании «Зажигания», «Этого пока хватит». Я взмахнул мечом в сторону цепей, сковывавших проклятый клинок. Солнечный Меч. Третья форма: Рассечение Света. Клааанг! Горизонтальный разрез столкнулся с цепями, которые запечатывали меч долгие пятьсот лет. Мощные цепи, удерживавшие демонический меч веками, легко разрезались. Гул-л-л! Вся пещера задрожала так, будто произошло землетрясение. [Мухаха! Хахаха!] Безумный смех раздался в моём сознании. Это был не тот глубокий, гулкий голос, который я слышал, когда вошёл в пещеру ранее, а неприятный голос, похожий на скрежет металла о сталь. [Наконец... Наконец-то я свободен от этой проклятой печати!] По пещере прокатилась подавляющая энергия. Было трудно поверить, что эта сила исходит от существа без физического тела, запертого внутри меча. — Успокойся, ладно? Я понимаю, что ты рад обрести свободу, но пещера обрушится. [Ты...] Меч, вонзённый в землю, взмыл в воздух. [Мухаха. Спасибо, человек. Благодаря тебе я свободен от моего долгого заточения.] Кр-р-р-р! Кроваво-красный туман, заполнивший пещеру, собрался вокруг меча. Меч, парящий в воздухе, трансформировался подобно слизи, принимая форму гуманоидной фигуры из крови. — В знак благодарности... Густой запах крови ударил мне в нос. На лице кровавой фигуры образовались жёлтые глаза, уставившиеся прямо на меня. — Я дарую тебе честь стать моим новым сосудом. Теперь, когда он заговорил вслух, его голос был преисполнен извращённого желания и жажды крови. — Ха, как предсказуемо. Я глубоко вздохнул, глядя на Вескаля, чьё тело теперь состояло из извивающейся крови. — Ты ни капли не изменился, верно? — ...Что? Изменился? В жёлтых глазах Вескаля промелькнуло замешательство. — Говоря «изменился»... Ты случайно не знаешь Рейнальда? — А? — Кахаха! Понимаю, вот оно что! Неудивительно, что я почувствовал слабый след энергии этого проклятого ублюдка в своём домене. Ты один из его прихвостней! Возможно, Вескаль почувствовал ауру Юрена, который сейчас крепко спал в палатке. Он закричал на меня, и в воздухе густой пеленой повисла жажда крови. — ...Я имел в виду вовсе не это, но ладно, неважно. Я горько усмехнулся и сильнее сжал свой меч. Под «не изменился» я имел в виду свою прошлую жизнь. В моём сознании промелькнули воспоминания из прошлой жизни. «Тогда я потерял из-за этого парня целый отряд наёмников». После месяца поисков мы нашли тайную комнату в руинах и, как и было велено, распечатали демонический меч. Результатом стало полное уничтожение. Все наёмники, кроме меня, были поглощены Вескалем, превратившись не более чем в кровь. «Тогда я так испугался, что даже обмочился». Я стряхнул это воспоминание, крепко сжав меч. «Ну что ж». На этот раз мне предстояло столкнуться с могущественным врагом, который в моей прошлой жизни был непобедимым кошмаром. «Посмотрим, насколько сильно я изменился». Серая аура вспыхнула ярче. Я сильнее сжал рукоять меча и оттолкнулся от земли. Бум! С тяжёлым гулом пейзаж расплылся позади. В мгновение ока я добрался до Вескаля и полоснул сверху вниз. Клааанг! Серое столкнулось с багровым. Яростная волна энергии прокатилась по пещере. Какакакака! Бой был слишком быстрым, чтобы уследить за ним невооружённым глазом — шёл интенсивный обмен ударами. В столкновении серого и багрового багровый первым сдал позиции. — Грр! Вескаль зарычал, кровь заволновалась, поскольку его тело с трудом удерживало форму. — Ты хорош... Понимаю, почему ты так уверен в себе. Прорычал Вескаль, отступая назад. Из его сформированного из крови тела вытянулись длинные отростки, каждый из которых заканчивался острым, блестящим клыком. Десятки таких усиков с клыками устремились ко мне со всех сторон. Вууш! Клыки летели на меня со всех сторон, но вместо того, чтобы увернуться, я бросился вперёд. Сосредоточив ману в подошвах ног, я с силой топнул. Боевые искусства Беральда. Землетрясение. Грохот! Земля пещеры раскололась, и каменная стена из обломков породы взметнулась вверх. Кроваво-красные клыки, летевшие в меня, были отброшены, ударившись о земляную стену. — Какого... Прежде чем шокированный голос Вескаля успел затихнуть... Бум! Мой кулак, переполненный маной, ударил Вескаля в живот. Сдвоенный звук взрыва — тело Вескаля, сделанное из крови, разлетелось во все стороны. Но лишь на мгновение. С булькающим звуком зияющая дыра в животе Вескаля начала стремительно регенерировать. — Грр...! Такая атака на меня не подействует...! — Да неужели? Ну что ж, выбора нет. — Я буду бить тебя до тех пор, пока не подействует. Боевые искусства Беральда. Разлом Небес. Бум! Тело Вескаля вновь было разорвано на куски. Но я не останавливался и продолжал размахивать кулаками. Бум! Бам! Бабах! — Гах! Ух! Гррррр! Тело Вескаля, уменьшаясь кусочек за кусочком, больше не поспевало за собственной скоростью регенерации. — Чёртов щенок! Бульк! Кровь яростно забурлила. Тело Вескаля, состоящее из крови, распласталось, а багровый меч замер в воздухе. — Умри! Демонический меч, окутанный кровью, с ужасающей скоростью устремился ко мне. Столкнувшись с угрожающим мечом, я нацелил свой собственный клинок. — Зажигание. Ш-ш-ш. Словно горящая плоть, серо-пепельный дым хлынул из каждой поры моего тела. Пламя, обвивавшее лезвие меча, яростно вспыхнуло. Солнечный Меч. Седьмая форма: Солнечное Кольцо. Огненное кольцо закружилось вокруг клинка, усиливая свою ману с каждым оборотом. Затем... Бум! Оглушительный рёв сотряс всю пещеру. Демонический меч, столкнувшись с огненным кольцом, жалким образом отлетел в сторону и вонзился в землю. [Нет... Не может быть...] Голос демонического меча, лишившегося своего созданного из крови тела, эхом прозвучал в моей голове. [Как... Как такое возможно?!] Хотя он не мог использовать всю свою силу, будучи запертым в мече, некогда он был «Архиепископом Крови», одним из столпов армии Бога Демонов. Даже против Рейнальда, запершего его внутри этого меча, он не был настолько унижен. И тем не менее здесь он был сокрушительно побеждён простым пареньком, на вид едва перешагнувшим двадцатилетний рубеж. [Кто... Ты кто такой...?] Дрожащее тело меча Вескаля уставилось на Дейла. Дейл молча зашагал к мечу, вонзённому в землю. Серо-пепельный дым густым облаком висел вокруг него. Пламя всё ещё танцевало на клинке, который он держал в руке. Сквозь пелену пепла сияли его зловещие зелёные глаза. [Не... Не подходи ко мне!] Вескаль, забыв всякое достоинство «Архиепископа Крови», позорно завопил. Он отчаянно извивался, пытаясь сбежать от Дейла, но, будучи заточённым внутри меча, мог лишь яростно дрожать, пока тот бряцал о землю. [Убирайся, говорю! Уби-и-ирайся!] Игнорируя отчаянный крик, я схватил вонзённый в землю меч. — Слушай, ты и тогда был раздражающим, и сейчас всё такой же шумный. Я влил Первозданное Пламя в меч. [Аааргх! Хватит, перестань!] Последние крики агонии эхом прокатились в моём сознании. Прошло около пяти минут. Ш-ш-ш. Серо-пепельный дым, исходивший от меня, постепенно поредел, а обвивавшее меч пламя утихло. Из меча больше не доносилось никаких голосов. Убедившись, что сознание Вескаля полностью исчезло, я поднял окровавленный меч. — Хах. Пустой смешок сорвался с моих губ. Как же сильно я мучился в прошлой жизни, просто чтобы стереть сознание Вескаля из этого демонического меча! «Тогда я чуть не потерял своё тело из-за этого парня». Благословение Возрождения не просто восстанавливало после физической смерти. Оно могло восстановить и после ментальной гибели. Иными словами, если бы ментальный контроль Вескаля полностью завладел моим сознанием, Благословение Возрождения сбросило бы моё сознание до исходного состояния. Я использовал это, чтобы почти целый год вести битву воль с сознанием Вескаля, в конце концов сумев стереть его из меча. «Но на этот раз я стёр сознание Вескаля всего за пять минут». Разница между моим прошлым «я» и теперешним бросалась в глаза. — Честно говоря, я не думал, что одолею его так легко. Хотя Вескаль не мог использовать всю свою силу, будучи запечатанным в мече, я всё равно не ожидал победить его настолько сокрушительно. — Насколько же сильным я на самом деле стал? Я опустил взгляд на своё всё ещё слегка дымящееся тело и нахмурился. ---------- Том 1 Глава 73 Кроваво-красный туман рассеялся. Я стоял в центре жутко тихой пещеры, некоторое время размышляя, прежде чем наконец цыкнуть языком. — Ну… Насколько сильным я стал, проверю позже. Пока же пришло время оценить эффективность только что полученной добычи — хотя она досталась легче, чем ожидалось. — Посмотрим. Я поднял демонический меч, который поблёскивал леденящим кровь багровым оттенком. Ошеломляющая энергия, которая хлынула из него при снятии печати, теперь исчезла. «Похоже, у него кончилась кровь». Я легко провёл лезвием меча по ладони. Кровь струйкой потекла по клинку и впиталась в демонический меч. Гул-гул! Демонический меч начал бурлить и дрожать. Энергия, исходившая от пропитанного кровью клинка, значительно усилилась. — Так-то лучше. Хотя сознание Вескаля, запечатанное внутри демонического меча, полностью исчезло, его сила осталась прежней. — Ха-а. Сжав окровавленный меч, я почувствовал, как по всему моему телу разливается пьянящий прилив сил. Сила демонического меча Вескаля давала очевидный эффект: она даровала огромную мощь в обмен на кровь владельца, придавая моему телу бодрость. «Это похоже на то, когда я получил благословение Ирис». Я чувствовал, как моя базовая сила, выносливость и ловкость резко возросли. «Конечно, поддержание этого состояния постоянно истощает мою кровь». Не зря его называли демоническим мечом. Если бы кто-то опьянел от даруемой им силы и безрассудно ею махал, не прошло бы и много времени, как вся кровь в его теле вытекла бы, приведя к смерти. «Впрочем, для меня это не имеет значения». — С такими темпами мне больше не придётся беспокоиться о том, что я не смогу больше использовать усилитель стигмы. Хотя меч напрямую не увеличивал мой запас маны, улучшение физических способностей означало, что я могу расходовать меньше маны. По сути, это было все равно что получить бесплатную ману окольным путём. Короче говоря, это был артефакт, не усиливающий ману, а позволяющий тратить её меньше. «И это не единственный его эффект». Взяв демонический меч в руку, я высоко поднял её и со всей силой опустил вниз, целясь по горизонтали. Дзынь! Даже не влив в него ману, демонический меч раскололся на две части, разбросав по земле кроваво-красные осколки. — Прочности все ещё не хватает. Его прочность была не лучше, чем у стандартных железных мечей, выдаваемых курсантам. Для вещицы с таким зловещим названием, как «демонический меч», его прочность оставляла желать лучшего. Гул, гул. Почувствовав, как кровь уходит из моего тела, сломанные куски меча стремительно регенерировали, возвращаясь к своей первоначальной форме. Ещё одно преимущество демонического меча Вескаля: каким бы сломанным или разбитым он ни был, до тех пор, пока в него поступала кровь, он бесконечно регенерировал. «В каком-то смысле он очень похож на меня». Я тихо усмехнулся, ощутив странное родство с мечом, который так быстро восстановился до первоначального состояния. — Ну, по крайней мере, теперь мне не придётся беспокоиться о том, что мой меч сломается во время боя. Для героя прочность оружия была важнее, чем большинство людей себе представляло. В сражениях, где рушились горы и раскалывалась земля, трещины и поломки оружия от напряжения не были редкостью. «Как тогда, когда я сражался с тем крокодилоподобным демоническим зверем, мой меч сломался посреди боя». К счастью, я владел боевыми искусствами, но для любого другого в момент поломки оружия боевая эффективность рухнула бы наполовину. — Пора менять вахту, так что мне стоит вернуться. Я перехватил меч обратным хватом и вонзил его себе в ладонь. Вместо того чтобы проткнуть мне руку, меч растворился в моей крови и впитался в моё тело. — Это очень удобно. Одним из небольших преимуществ демонического меча была способность хранить его внутри моей крови, избавляя от необходимости носить его с собой физически. — …… Перед тем как покинуть пещеру, я окинул взглядом разрушенную тайную комнату, остатки которой лежали в руинах после битвы, и вспомнил события из своей прошлой жизни. А именно — воспоминания о товарищах по наёмническим дням, которые погибли там. -Черт возьми! Я сдержу их здесь. Все бегите! Капитан, чей нрав был суров, но который отдал бы жизнь за свой отряд. -Эй, крольчатина! Хватит мешкать, шевели задницей! Вице-капитан, давший мне позорное прозвище «Кролик Хан». -Я… Я не хочу умирать… Пожалуйста… Ах! Командир отряда, единственная женщина в нашей группе наёмников, которая покорила сердца многих участников. Хотя их имена теперь было трудно вспомнить, я почтил их память минутой молчания. Хотя это произошло в прошлой жизни, и хотя это были лишь угасшие воспоминания, которые нёс в себе только я. — Спасибо вам. Благодаря всем вам я сегодня здесь. * День 2 экспедиции по руинам. Следуя событиям предыдущего дня, члены группы продолжили исследовать руины, намеренно избегая зоны с тайным проходом, и охотились на зверей. Хотя руины не считались особо опасными, после двух дней подряд лагерей и непрерывных боев отряд не проявлял никаких признаков усталости. Фактически, они казались более энергичными, чем в самом начале. «Они наверняка тоже это почувствовали». Это возрастающее чувство синхронизации, которое приходит с каждым боем. Немое общение одним лишь взглядом и трепет, когда каждое маленькое движение идеально совпадает, как шестерёнки хорошо смазанного механизма. Тот самый вид чувств, который можно испытать, только двигаясь в составе «группы» — то, чего никогда не поймёшь, если не прочувствуешь на собственном опыте. — Ладно, на сегодня закончим. — Хм? Уже все? Я только разогрелся! Беральд усмехнулся, сжав кулак так, будто готов к большему. — Я тоже мог бы продолжить. — И я. Я впервые работаю в такой группе, и… это веселее, чем я думала. — Хм. Что ж, это был не такой уж плохой опыт. Юрен, Ирис и даже Камилла выразили желание продолжить. Подавив улыбку, я покачал головой. — На сегодня хватит. Думаю, теперь вы все достаточно слаженно работаете вместе. Учитывая их и без того впечатляющие индивидуальные способности, всего за два дня разница в их координации была как небо и земля. «Так вот каково это — обучать». Наблюдая, как они впитывают каждую крупицу наставлений и экспоненциально совершенствуются, я наконец понял удовлетворение, которое приходит от обучения других. Я даже поймал себя на мысли, что хочу продолжить экспедицию дальше. Мне хотелось продолжать в том же интенсивном темпе, раз уж я получал удовольствие как никогда раньше, но... — Сейчас вы, вероятно, слишком разгорячены, чтобы осознавать, как сильно устали, но как только вы отдохнёте, усталость навалится на вас разом. Беральд говорил что-то подобное тогда, когда помогал мне строить моё тело. Он часто повторял, что наряду с тяжёлой работой важен и правильный отдых. Затем он добавлял кое-что ещё. -Но, честно говоря, брат, ты восстанавливаешься настолько быстро, что тебе вряд ли вообще нужно много отдыхать. «Как подумаю об этом, этот ублюдок меня действительно бесит». Как он мог сказать такое после того, как заставил меня делать по 500 подтягиваний, 1000 отжиманий и 1000 приседаний ежедневно? «Эх. Успокойся, успокойся». Заставив себя отбросить кошмарные воспоминания того времени, я заговорил: — На этом наше исследование руин заканчивается. Давайте возвращаться. — Хмм. Раз ты так говоришь, брат... понял. — Но разве мы не оформляли увольнительную до завтра? Ты планируешь вернуться в школу сегодня? — Нет, вернёмся в школу завтра. Я с лукавой ухмылкой приподнял тяжёлый мешочек. — Как насчёт того, чтобы по дороге заскочить в таверну и выпить? Внутри мешочка, раздувшегося, как сезонный фрукт, лежали магические камни, собранные нами за охоту на монстров в последние два дня. Большинство из них были массовыми камнями низкого качества, так что высокую цену за них не выручить. Тем не менее, мы заработали достаточно, чтобы пропустить по бокалу за успешную экспедицию. — Ха-ха-ха! Ты лучший, брат! У тебя отличный вкус! — Да... было бы как-то обидно возвращаться прямиком в школу после создания группы и завершения экспедиции. — Дейл! Из закусок я бы с удовольствием съела рамён, который ты готовишь! И Юрен, и Беральд с энтузиазмом кивнули на идею пропустить по стаканчику, в то время как глаза Ирис засияли, когда она присоединилась к разговору. — Ха! С чего это тебе в голову пришла такая идея? В оживлённую атмосферу внезапно врезался суровый голос. Уперев руки в бока, Меч Святого Королевства (кандидат) уверенно произнесла: — Слушайте сюда! Психологическая дисциплина — это физическая дисциплина! Праздничный тост сразу после окончания экспедиции сделает ваше сердце слабым... — Ледяное пиво в запотевшей кружке. — …… — Свеже-пожаренная курочка и хрустящие золотистые сосиски. — Ургх…! — Вяленый кальмар в паре с арахисом… — Т-ты! Заткни рот немедленно! Крикнула Камилла, быстро отвернувшись, чтобы избежать зрительного контакта, и откашлялась. — К-кхе. Что ж, полагаю... Как телохранитель святой, я не могу просто бросить вас всех позади. Я присоединюсь к вам. — Сначала слюну с губ вытри. — Гах! Как бы то ни было, заставив Камиллу согласиться, мы покинули Пещеру Красных Слёз и вернулись в Вальхаллу. Мы сняли комнаты в городской таверне (Юрену снова досталась отдельная комната), а затем собрались в таверне на первом этаже, чтобы пропустить по стаканчику. — За победу! — Ах-х, ничто не сравнится с холодным пивом после боя! — Всхлип... Я так хотела поесть рамён Дейла. — Мы в таверне! Я не могу здесь готовить рамён. — Но всё же! — Угх...! Я не поддаюсь искушению...! — Она опять за своё. Ирис, запихни Камилле в рот курицы. — Хе-хе. Предоставь это мне, Дейл. Ирис засунула куриную ножку в рот Камилле. — Глот... Т-такая большая, она никак не поместится...! — Да ладно тебе. — Гах... Она мягкая... и солёная... Аах. Что это за райский вкус...? — Прости? Ты ведь курицу едишь, да? — Грр... Я же сказала нет, но... ха-а. Я не могу... Больше не могу сдерживаться. — Эй, следи за тем, что говоришь, когда ешь курицу! * После шумной попойки мы все встали, чтобы вернуться по комнатам. В этот момент Беральд щёлкнул пальцами, будто ему в голову пришла отличная идея. — Ой, брат! Я чуть не забыл! Прямо рядом с этой таверной есть круглосуточная баня! — Правда? Мы быстро приняли душ после того, как оставили снаряжение в гостинице, но ничто не сравнится с погружением в горячую ванну. — Как насчёт того, чтобы сходить туда попариться перед сном? — Ха-ха, звучит отлично! И, конечно же, Юрен тоже идёт. — Само собой. Мы с Беральдом одновременно посмотрели на Юрена. — П-подождите. Я, я не особо фанат бань... Юрен в панике затряс головой. — Что? Ты и это пропускаешь? У него была собственная палатка в экспедиции, он заказал отдельную комнату в гостинице, а теперь собирается пропустить ещё и баню? «Каким бы избалованным аристократом он ни был, всему есть предел!» Если я не пресеку это на корню, Юрен никогда не научится жить в реальном мире! — Поверь мне, как только ты окунёшься в эту горячую воду, ты передумаешь. — И-извините! Но я правда не выношу бани...! — Ха! Юрен! Слыхал когда-нибудь, что настоящая мужская дружба расцветает в бане? — Впервые об этом слышу. — Только что придумал. — …… — Ну и ладно! Бух! Беральд схватил Юрена за руку и потащил в сторону бани. — Пропускать такое мужчине просто непростительно! — Именно так!!! — П-подождите! Ах-х! Я схватил Юрена за другую руку, и мы с Беральдом поволокли его за собой. — Нет, серьёзно, откуда у вас обоих такая сила...! Перестаньте! Нееет! И вот так Юрена утащили в баню, брыкающегося и кричащего. ---------- Том 1 Глава 74 В круглосуточной общественной бане, расположенной в центре Вальхаллы. Ветхая баня, построенная из старых деревянных конструкций, погрузилась в безмятежную тишину. Клац. Я открыл дверь бани и шагнул внутрь. — Э? Мы тут одни? — Уже довольно поздно. — Верно, мы же какое-то время выпивали. Было уже за полночь, приближался час ночи. Это была не большая баня, способная вместить сотни людей, и в такое время в столь старой и захудалой районной бане редко можно было встретить клиентов. — О, здесь есть даже открытая купальня? Открыв стеклянную дверь, ведущую на улицу, мы увидели небольшую открытую купальню, над которой мягко поднимался пар. — Кстати, где Юрен? — Он сказал, что пошёл в туалет. — Хм. Неужели... он сбежал? — Хе-хе. За кого ты меня принимаешь? Я знал, что он может попытаться это сделать, поэтому спрятал его одежду заранее. — О-о! Как и ожидалось от тебя, брат! Честно говоря, я задумывался, не слишком ли грубо мы затащили его сюда, хотя он и не хотел. «Это нужно и Юрену». В нашей прошлой жизни я провёл с Юреном целых десять лет. Мы стали лучшими друзьями, почти как семья. Но даже тогда я всегда чувствовал со стороны Юрена некую «стену». Как будто глубоко внутри он боялся сближаться с другими. «Дело было не только в том, что ему нравилось быть одному». Я вспоминал те времена, когда Юрен смотрел, как мы с Беральдом играем вместе, и его глаза часто были полны зависти. Тем не менее он держался на расстоянии, не желая сближаться с остальными. Даже сейчас я всё ещё не знал почему. «На этот раз я не позволю ему возвести эту стену снова». Я был полон решимости использовать эту возможность, чтобы разрушить хотя бы часть «стены» в сердце Юрена. Клац. Пока я думал об этом и ждал его, дверь бани открылась, и вошёл Юрен, прикрываясь полотенцем. — З... здесь действительно больше никого нет? Юрен нервно огляделся, как кошка, брошенная в воду. — Ага. Мы арендовали всё место целиком. — П-правда? Он немного расслабился, на его лице появилось лёгкое выражение облегчения. Я взял Юрена и направился в открытую купальню вместе с Беральдом. — Это потрясающе! Когда я погрузил тело в горячую парящую воду, по спине пробежала дрожь удовольствия. Это было похоже на то, как будто тебя завернули в толстое одеяло: тепло окутывало нижнюю часть тела, а прохладный ночной воздух касался верхней. Окружение таким теплом на открытом воздухе было роскошью, которую трудно описать словами. — Ах-х! Кажется, вся усталость тает! — Ну, на этот раз ты работал больше всех. Каждый в отряде внёс свой вклад, но Беральд, находившийся в авангарде, физически вынес больше всех. — Ха-ха. О чём ты говоришь? Тяжелее всего пришлось Юрену, разве нет? — А? Мне? Юрен, сидевший на корточках в углу (впрочем, места было мало, баня оказалась небольшой), внезапно поднял голову. — Ты практически всем занимался: от боя до руководства. — Ах, ну, я же всё-таки был во главе. — В таком случае мы оба были во главе, верно? Беральд ухмыльнулся и протянул кулак к Юрену. — Спасибо. Мне кажется, я многому научился, находясь с вами двумя. — ...Ага. Осторожно Юрен протянул кулак и стукнулся им о кулак Беральда. — Кстати, Дейл, ты раньше состоял в каком-то другом отряде? — В другом отряде? — Судя по тому, чему ты нас учил, у тебя есть опыт работы в бывалом отряде. — ... Бывалый отряд, да? Ну, если посмотреть на это так, я действительно состоял в лучших из лучших. Я сглотнул горькую усмешку и покачал головой. — Я просто рассказал вам то, чему научился из книг. — ...Когда ты это говоришь, звучит неубедительно. — Заткнись. Я махнул рукой, чтобы отмахнуться от вопроса. — Хе-хе. И всё же я рад, что ты с нами. — Рад, да? — Кто бы позволил кому-то вроде меня вступить в их отряд без тебя? …Тот, кто даже спустя более чем десять лет изучения магии не может нормально использовать пулю маны. Беральд издал самоуничижительный смешок и вздохнул. — Кто сказал, что ты не умеешь пользоваться магией? — А? — Я к тому, что в том последнем бою ты отлично использовал «Каменную стрелу» или как там её. — Это... — Продвинутая физическая сила и магия не так уж сильно отличаются друг от друга. Я повторил те самые слова, которые Беральд когда-то сказал мне. — Ха-ха. Беральд тихо хихикнул, смеясь и тряся плечами. — ...Спасибо, дружище. Он ухмыльнулся и сжал кулак. — Ладно! Теперь, когда я заслужил твоё одобрение, я буду продолжать оттачивать свою «магию» с этого момента! — Конечно-конечно. Самоуничижение совсем ему не шло. Беральд, которого я знал, был героем, который никогда не останавливался на достигнутом, двигаясь вперёд, каким бы тяжёлым ни было положение. — Хм. Ну, кроме этого... Внезапно Беральд сузил глаза и уставился прямо на меня. — Дейл, в последнее время твоё тело выглядит потрясающе. — А? — Я был не уверен, пока мы были одеты во время экспедиции, но... что ты ел, чтобы получить такое тело? Беральд не мог перестать восхищаться моим обнажённым торсом. Он, должно быть, заметил изменения в моем теле после того, как произошла «реконструкция». — Это просто результат регулярных тренировок. — Хм. Такое тело появляется не только от тренировок. — И на что же это похоже по твоему мнению...? Возможно, реакция Беральда вызвала любопытство. Юрен, избегавший смотреть на меня с тех пор, как залез в открытую купальню, слегка повернул голову. — ...Ого! Глаза Юрена расширились, он уставился на меня, а его лицо ярко покраснело. Он издавал тихое, непрекращающееся «Вау» от изумления. Посреди этого он даже тяжело сглотнул. «Это начинает казаться неловким». Как бы я ни пытался отмахнуться от этого, пристальное изучение моего тела двумя парнями было не самым приятным занятием. «...Хм?» Пока я оглядывался в поисках способа сменить тему, кое-что привлекло моё внимание — кулон, висевший на шее Юрена. — Что это за кулон? — А? Э-это? По какой-то причине Юрен торопливо прикрыл рукой кулон на шее. С неловкой улыбкой Юрен заговорил: — Это... это реликвия моей младшей сестры. — Понятно. Если речь шла о младшей сестре Юрена, он, должно быть, говорил о Юрине Гелиос, погибшей в результате несчастного случая восемь лет назад. Было трогательно, даже до слёз, думать, что он дорожил реликвией своей сестры почти десять лет. «Но почему?» Зная Юрена из будущего, я не мог не наклонить голову в недоумении. «Я никогда раньше не видел, чтобы Юрен носил кулон». В прошлой жизни я провёл с Юреном целых десять лет. За всё это время я ни разу не видел, чтобы он носил эту «реликвию своей младшей сестры». «Неужели он потерял её до того, как мы объединились?» Между нашим выпуском и объединением в отряд был десятилетний разрыв, так что вполне возможно, что он потерял её за это время. «Но всё же это не похоже на Юрена...?» Юрен был из тех людей, кто аккуратно хранил даже свою старую форму курсанта. Такой человек не стал бы терять что-то столь ценное, как реликвия от младшей сестры, верно? Для меня это не имело смысла, но... «Ну, вряд ли я получу какие-то ответы, даже если спрошу его сейчас». Я стер этот вопрос из памяти и расслабил тело в открытой купальне, позволяя накопившейся усталости раствориться. Пока я нежился в тёплой воде, Беральд внезапно заговорил: — Ах да, старший Дейл, я видел, как перед нашим входом продавали печёные яйца. Хочешь немного? — О, хозяин из Республики? — ...Печёные яйца? Юрен склонил голову набок, озадаченный нашим разговором. — Зачем продавать печёные яйца в бане? — Хе-хе. Ты, деревенщина из Империи. Как только попробуешь, тоже подсядешь. Я понимающе ухмыльнулся Беральду. Он быстро понял, что я собираюсь сказать, и выбежал из открытой купальни, выкрикивая на ходу: — Я сейчас же вернусь с ними! — И захвати три рисовых напитка. — Конечно! Беральд поспешно вернулся, неся корзину с печёными яйцами и поднос с тремя рисовыми напитками. Есть еду в бане считалось бы грубостью по отношению к другим, но... «Здесь больше никого нет, так почему бы и нет?» Так начался наш внезапный перекус. — Э... это вкусно! — Правда же? — Да! Оно гораздо более упругое, чем варёное яйцо! И этот рисовый напиток такой сладкий. Глаза Юрена засияли, пока он наслаждался печёными яйцами и рисовым напитком. «Всё-таки я уроженец Республики». Я вспомнил, как примерно в это время в Республике вошло в моду подавать местные блюда выходцам из Святого Королевства или Империи и наблюдать за их утрированной реакцией. Я начинал понимать, почему жители Республики были так одержимы этой в основном бессмысленной тенденцией. — Ну что, пора выдвигаться? Мы наелись от перекуса, и наши тела приятно согрелись. Было самое время вернуться в ночлежку и немного отдохнуть. — Хе-хе, понял, брат! — Ага, давай так и сделаем. Юрен поспешно кивнул, словно хотел убраться отсюда как можно скорее, и мне захотелось немного подразнить его. Но я сдержался. «Слишком сильно давить сразу — нехорошо». Если бы разрушать эмоциональные стены было легко, никто бы и не назвал их «стенами» в первую очередь. — Ну что ж. Я начал подниматься из купальни. — Ха... Внезапно Беральд издал шокированный вздох. Удивлённый, я глянул на него и увидел, что его взгляд прикован к нижней половине моего тела. — Э-это не просто отличное телосложение, брат. — Эй. Куда ты смотришь, идиот? — Кхе-м! Это... я думал, мне нечего стыдиться, но... кажется, в мире всегда есть скрытые мастера. — Что за херню ты несёшь? В ответ на его бред я показал Беральду средний палец. Затем я быстро окинул его взглядом, когда он встал из купальни, чтобы последовать за мной. «Хм». Ну да. Я крупнее. — Кхе-м. Чувствуя себя немного смущённым, я отвернулся от Беральда к Юрену. — ...А. Юрен стоял там с широко открытыми глазами и отвисшей челюстью. — ...Юрен? Я окликнул его по имени, но Юрен застыл, как статуя, слегка подрагивая. — Что случилось? — Хик! Юрен быстро схватил полотенце, прикрыл тело и отступил назад с выражением чистейшего ужаса. — Н-не подходи ближе! — Чего? — Не подходи ближе! С лицом бледным, будто он только что увидел призрака, Юрен безумно покачал головой. — Эй, какого чёрта... — А-а, э... Ааааах. Беспокоясь о состоянии Юрена, я шагнул к нему, но он испустил надрывный крик, и его глаза закатились. — Мон... монстр! …Бульк. С этими словами Юрен с плеском рухнул в купальню. — Эй! Юрен! Приди в себя, мужик! Лунный свет залил открытую купальню мягким сиянием. Солнце опускалось под воду. ---------- Том 1 Глава 75 Через несколько дней после успешного завершения исследования руин профессор Лукас обратился к курсантам, собравшимся в лекционном зале. — Как вы все уже знаете, на следующую неделю у нас запланированы открытые занятия с приглашением родителей. Занятие с присутствием родителей. Это было ежегодное мероприятие, которое проводилось примерно в это время каждый год. Это был один из тех редких случаев, когда академия героев, работавшая как полностью закрытое учреждение и строго запрещавшая вход посторонним, включая родителей, открывала свои двери. «Ходило много разговоров о том, что его отменят из-за инцидента во время Фестиваля Запечатывания, но, похоже, оно всё-таки состоится». Конечно, это мероприятие мало что значило для меня, так как у меня не было «родителей», которые могли бы прийти. Но это касалось лишь особых случаев вроде моего. Для остальных курсантов всё обстояло совсем иначе. — Опять двадцать пять... — Тьфу... Надеюсь, на этот раз они не приедут. — Да уж, точно. — Мы же не кучка десятилеток, зачем нам вообще эти занятия с родителями? — Эх. Я думал, их отменят после инцидента на Фестивале Запечатывания. Из разных уголков лекционного зала доносились вздохи раздражения. Естественно, мало кто из курсантов был в восторге от этих занятий. Как выразился один из курсантов, большинство были недовольны, недоумевая, почему им приходится через это проходить, когда они уже не дети. «Что ж, занятия с присутствием родителей также служат поводом для общения действующих героев». Поскольку особенности стигм часто передавались от родителей к детям, родители многих курсантов сами были действующими героями. Занятие с присутствием родителей по сути было мероприятием, призванным дать нынешним героям «повод» собраться вместе. «Я даже слышал о случаях, когда родители приезжают на занятия и даже не утруждают себя встречей с детьми перед уходом». Конечно, такие случаи были редкостью. Большинство родителей приезжали, чтобы проверить, всё ли у их детей в порядке, не ввязываются ли они в неприятности и насколько изменилась школьная программа со времён их учёбы (более 80% родителей были выпускниками академии героев). После этого они встречались с другими родителями. Даже если по законам континента курсанты юридически считались взрослыми, для родителей они всё ещё оставались малышами. — В этом году подготовка к занятиям пройдёт ещё тщательнее по специальному указанию директора Лионеля. — Тц! — О нет, только не это. — Я и так тону в заданиях, а теперь ещё и к этому готовиться... Со всех сторон снова раздались вздохи. Профессор Лукас коротко вздохнул, обведя взглядом унывающих курсантов. — Учитывая недавний инцидент, вы должны понимать необходимость этого. Инцидент с буйствующими монстрами во время Фестиваля Запечатывания. Из-за этого школе нужно было заверить родителей: «Наша школа вот настолько безопасна!» — Ну что ж. Вы все участвовали в этом в прошлом году и годом ранее, так что, уверен, вы знаете, что является самым главным при подготовке к этим занятиям. — …… — Кто-нибудь хочет ответить? Воцарилась тишина. Пронзительный взгляд профессора Лукаса скользнул по курсантам и остановился на мне. — Ладно, тогда курсант Дейл... — Ладно, хорошо! Я отвечу! Внезапно Альберт вскочил со своего места. Он сверлил профессора Лукаса взглядом, слегка подрагивая. — Вы всё равно собирались спросить меня, да? — Вообще-то нет, на этот раз я собирался спросить курсанта Дейла, так как слишком часто вызывал тебя. — Что? П-правда? — Ну, раз уж ты всё равно встал, почему бы тебе не ответить, курсант Альберт? — Чёрт побери! Альберт с досадой хлопнул по парте, издав крик отчаяния. Наблюдая за ним сзади, я не мог не улыбнуться во весь рот. «Спасибо, Альберт». Благодаря тебе я могу избежать неприятностей. — Ну что ж, давай вперёд. Что самое главное при подготовке к занятиям? — Это... Альберт, напряжённо размышляя, вытащил из кармана маленький блокнот. Внутри лежала старая, выцветшая фотография. На снимке был изображён более молодой Альберт, ярко улыбающийся вместе с родителями. — Я считаю, что это наши «улыбки» в качестве курсантов. — Хм. — Почему родители из Империи, Святого Королевства и Республики проделывают такой долгий путь до академии героев? Да потому что они хотят воочию убедиться, что у их детей всё хорошо, что они не ранены и не страдают, и что они счастливы. — Продолжай. — Так вот, чтобы успокоить родителей и показать, что у нас всё в порядке, мы должны встретить их с улыбкой! А чтобы мы могли улыбаться, самое главное — не задавать курсантам чрезмерных заданий, по крайней мере в это время. Я считаю, что это важнейшая часть подготовки к занятиям! Альберт со сжатыми кулаками и уверенностью в глазах выдал свой страстный ответ. Профессор Лукас скрестил руки на груди и кивнул, судя по всему, довольный ответом Альберта. — Хмм. Значит, улыбки из-за уменьшения количества заданий, да... Это оригинальный ход мыслей. — Т-тогда! — Но. Профессор Лукас легко покачал головой. — Курсант Альберт, ты совершаешь большую ошибку. — ...Ошибку? Лукас с лукавой усмешкой обнял Альберта за плечо. — Улыбка — это вовсе не то, что можно изобразить только тогда, когда ты счастлив и радостен. — Простите? — Давай я приведу пример. Курсант Альберт, попробуй улыбнуться прямо сейчас. — Вы хотите, чтобы я улыбнулся вот так просто...? Не выпуская Альберта из объятий за плечо, профессор Лукас поднял свой массивный кулак и потряс им перед лицом Альберта. — Улыбнись. — Ха-ха-ха! Ой, ну хватит, профессор! Ха-ха-ха! — Ну как? Тебе весело, курсант Альберт? — Ха-ха! Мне так весело, профессор! — Ты счастлив? — Конечно! Ха-ха-ха! — Хорошо, хорошо. Как и ожидалось от тебя. Довольный профессор Лукас опустил кулак. Альберт, безудержно хохотавший с бледным лицом, глубоко вздохнул и вырвался из хватки Лукаса. — Как вы все только что увидели, вовсе не обязательно быть радостным или счастливым, чтобы улыбаться. Даже когда тебе трудно и больно, ты всё равно можешь улыбаться. Это значит... — То, к чему нам нужно готовиться — это вовсе не какая-то там простая улыбка. Самое главное при подготовке к занятиям — это... — Уборка. — …… — Безупречная уборка, при которой не видно ни пылинки, а пол настолько чистый, что хоть облизывай. Вот к чему вы должны подготовиться. Профессор Лукас усмехнулся и выложил на подиум приготовленные им чистящие средства. — Сегодня мы начнём с мытья полов во всём классе. — ...Ах. Из уст курсантов вырвались стоны. Мысль о том, что до самого родительского дня придётся заниматься исключительно уборкой школы, наполнила их головы головокружительным чувством отчаяния. — Профессор Лукас. Среди вздохов безысходности я уверенно поднял руку. — В чём дело? — Вы сказали, что уборка необходима для подготовки к родительскому дню, но разве такие люди, как я, к которым никто из «родителей» не приедет, не должны быть освобождены? — О? — Я всю жизнь прожил, не зная имён своих родителей. Вырос в одиночестве в приюте, а теперь вы хотите, чтобы я убирался ради впечатления родителей? Это же насилие над личностью! — Хм. Понимаю. Я как-то не подумал о том, как больно это может быть для курсанта Дейла... Профессор Лукас издал тихий вздох, не в силах продолжать говорить. Я быстро встал и обратился к нему с призывом. — Тогда вы должны освободить меня от уборки... — Полагаю, ничего не поделаешь. На этот раз мне придётся стать родителем курсанта Дейла. — Чего? О чём ты вообще говоришь, псих ненормальный? — Пусть я всё ещё холостяк, но чего не сделаешь ради утешения раненого сердца ученика? — Нет... — Отныне можешь называть меня отцом, курсант Дейл. — Нет, спасибо. — Даже если тебе это не нравится, убираться всё равно придётся. — Чёрт. Несмотря на моё отчаянное сопротивление, всех курсантов без исключения заставили убирать школу. «Даже если знаешь будущее, есть вещи, которые изменить невозможно». Столкнувшись с неостановимым течением судьбы, я почувствовал глубокое бессилие, протирая шваброй коридор. Мы продолжали уборку ещё какое-то время. — Хм? Я заметил Юрена, стоявшего вдалеке и тупо смотрящего в окно. — Сачкуешь? — О?.. Д-Дейл? Когда я подошёл и заговорил с ним, Юрен повернулся ко мне с испуганным выражением лица. — Чего это ты так удивлён? Переживаешь, что я настучу профессору? — Н-нет, вовсе нет... Юрен неловко почесал затылок и виновато улыбнулся. — Я просто... думал о другом. — О чём же? — ...Ни о чём. Горькое выражение на его лице, когда он отвёл взгляд, совсем не походило на то, что «ни о чём». «Ну, раз он не хочет говорить, не стоит лезть в душу». В конце концов, у каждого человека есть пара-тройка собственных проблем. «Если это Юрен, он сам во всём разберётся». Он тот самый герой, который без страха сражался с Богом Демонов. Если это тот Юрен, которого я знаю. Солнце, которое я всегда видел. Он справится с парочкой мелких забот без моей помощи. — Кстати, твои родители приедут на это мероприятие, да? — ...Мои родители? — Ага. У тебя же есть мама, верно? Если подумать, я мало что знал о матери Юрена. К тому времени, как я объединился с Юреном после завершения своей наёмнической жизни, она уже скончалась, а сам Юрен редко заводил разговор о своей семье. — А... моя мама, наверное, не придёт. Она очень занятой человек. — Правда? — Ага. Она и в прошлом, и в позапрошлом году не приезжала. — Хех. Значит, ты прямо как я, да? В моем случае родители вообще не могли приехать. Как бы то ни было. — Тогда почему бы нам в тот день не найти какой-нибудь уголок и не потренироваться? Мы же не можем присоединиться к родительскому дню, если к нам никто не приезжает, верно? — Что? П-правда? Давай так и сделаем! Юрен с энтузиазмом закивал с сияющим лицом. Пока мы договаривались о времени и месте встречи в день мероприятия... — Динь. Звонок раздался из часов героя Юрена. — О? Подожди. Кажется, мне сообщение пришло. Юрен открыл свои часы героя, чтобы проверить сообщение. С каждой прочитанной строчкой лицо Юрена, светившееся от счастья, стремительно темнело. — Что случилось? Что там написано? — М-моя мама... Голос Юрена дрожал, когда он продолжал: — Моя мама... написала, что едет в школу. Выражение лица Юрена было таким, какого я никогда раньше не видел. Верно. За все 10 лет, что я провёл рядом с Юреном, я ни разу не видел такого выражения на его лице. Даже во время битвы с Богом Демонов. — …… Юрен был напуган. ---------- Том 1 Глава 76 Наступил день открытых дверей в академии. Я посмотрел из окна общежития на оживлённый двор и рухнул на кровать. — Эх. Ленивый вздох сорвался с моих губ. — В такое время заняться действительно нечем. Как следует из названия «День открытых дверей», большинство мероприятий сосредоточено вокруг курсантов и их родителей. Для таких курсантов, как я, чьи родители не приедут, это часто означает много свободного времени, когда совершенно нечего делать. Некоторые курсанты даже радовались этому свободному дню, так как он означал неожиданный перерыв в занятиях без визитов родителей. «Раньше я просто ненавидел дни открытых дверей». Теперь я ничего не чувствовал по поводу отсутствия родителей, но в своей прошлой жизни я страдал от тяжёлого комплекса неполноценности, потому что был сиротой без родителей. Я даже втайне желал, чтобы счастье тех, кто смеялся со своими родителями, обернулось несчастьем. — Тьфу, вспоминать об этом так стыдно. Я покачал головой, морщась от неловких воспоминаний своей прошлой жизни. «Может, мне стоит хотя бы заглянуть на открытые уроки?» Раньше я нарочно избегал мест, где проводились открытые уроки, но теперь у меня не было причин для этого. Другие уже давно заполнили пустоту, оставленную моими родителями. — Ладно. Лежание в постели без дела не изменило бы того факта, что делать было абсолютно нечего. — Ох. Я встал с кровати, переоделся в форму и вышел наружу. Школа уже бурлила от людей, так как начали прибывать родители. — Сынок! Как ты поживаешь? Как тебе школьная жизнь? Учёба даётся легко? — Ах, мам. Пожалуйста, не обнимай меня при всех. Я больше не маленький ребёнок! — Ой, послушайте этого ребёнка! Кажется, только вчера я меняла твои пелёнки. — Мне уже двадцать лет. Что значит «только вчера»? От семей, игриво переругивающихся друг с другом... — Что с твоими результатами промежуточной аттестации? А? Ты собираешься становиться героем или нет? — Ну, я просто нервничал, потому что это был мой первый настоящий бой... — Хм. Чему же ты тогда учился последние два года? Думаешь, мы отправили тебя сюда прохлаждаться? —...Простите. — Если ты продолжишь учиться с такими оценками, не жди, что я напишу рекомендательное письмо в гильдию твоего отца! — Нет! Я должен туда попасть! ...до родителей, отчитывавших своих детей, стоило им только их увидеть, это была мирная картина. «Как долго продлится такой мир?» Я не был уверен, даже учитывая опыт моей прошлой жизни. Будущее уже начало меняться так, как я не мог предсказать. — Ну что ж... Я бродил по запруженной людьми школьной площади, оглядываясь по сторонам. Мне было любопытно, не замечу ли я кого-нибудь знакомого, но никто не выделялся. «Кстати, Ирис упоминала, что она тоже из сиротского приюта». Я не был уверен, была ли Камилла тоже из приюта, но в качестве святого рыцаря, служащего телохранителем Святой, её родители, вероятно, тоже не приедут. «Беральд тоже говорил, что его родители не приедут». Беральд, которого часто называли «позором семьи Рю», по-видимому, попросил родителей не приходить. В конце концов, члены главной ветви семьи Рю сегодня, скорее всего, были здесь. «Где Юрен?» Я оглядел площадь в поисках Юрена, но его нигде не было видно. — Фух. После бесцельных скитаний в течение довольно долгого времени меня одолела жажда. «Ещё даже не июнь, а уже жара невыносимая». Я направился в заднюю часть школьного здания, планируя купить напиток в автомате. — ...Ваше путешествие сюда не принесло неудобств? Голос Юрена донёсся откуда-то извне. — А? Я склонил голову набок и пошёл на звук голоса. Там я увидел женщину в элегантном старомодном платье, которая сразу заставила меня подумать о слове «аристократка». Позади неё стоял мужчина с острыми глазами, наблюдавший за окрестностями, как тень. «Это мать Юрена?» Я слышал, что отец Юрена умер, когда тот был молод, так что этот мужчина, должно быть, её эскорт или вроде того. «Мать Юрена звали... Розана Гелиос, верно?» Розана Вспышка. Я никогда не встречал её и не разговаривал с ней в своей прошлой жизни, но раньше слышал её имя. «Она была героиней, вдохнувшей новую жизнь в увядающий род Гелиос». В годы своего расцвета она сделала себе громкое имя. Пока я предавался этим воспоминаниям, голос Розаны продолжил звучать. — Да, я приехала. — Зачем вы заявились вот так вдруг? — Разве мне нельзя навестить сына и посмотреть на его лицо? Розана посмотрела на Юрена холодным взглядом. Он в растерянности поспешно затряс головой. — Н-нет, дело не в том... Просто... Вы вечно заняты семейными делами. — У меня было дело для обсуждения. — Обсуждения...? Юрен, явно нервничая, с беспокойством смотрел на неё. — Перед этим. Взгляд Розаны обратился на меня. — И кто же это такой? — …… Я не пытался скрывать своё присутствие, но не ожидал, что меня так быстро заметят. Я пожал плечами и направился к Юрену. — Рад знакомству. Я Дейл Хан, друг Юрена. — Д-Дейл? Почему ты здесь...? Юрен посмотрел на меня испуганным взглядом. — ...Друг? Розана окинула меня с ног до головы острым взглядом, а затем усмехнулась, словно это было нелепостью. — Юрен, ты хочешь сказать, что водишься с республиканской дворняжкой? — …… Республиканская дворняжка. Это был уничижительный термин, который имперские дворяне использовали для оскорбления выходцев из Республики. Около 300 лет назад Республика официально отказалась от старой валюты и системы именования и начала перенимать континентальную культуру, и именно тогда этот термин приобрёл популярность. «Давно я этого не слышал». В то время, когда Республика впервые открыла свои границы и изменила порядок имён с «фамилия + имя» на «имя + фамилия», чтобы соответствовать континентальным обычаям, слово «дворняжка» было обычным делом. Но спустя 300 лет оно уже давно устарело, и его использовали лишь немногие упрямые имперские аристократы. «Теперь я понимаю, почему Юрен никогда особо не распространялся о своей матери». Розана Гелиос была идеальным примером «старомодной имперской аристократки», которую Юрен больше всего ненавидел в своей прошлой жизни. — Матушка! Что за возмутительные слова в адрес моего друга?! Конечно же. Юрен, который до этого демонстрировал неизменно робкое поведение, теперь исказил лицо от гнева и шагнул вперёд. — ...Что? Розана посмотрела на Юрена с недоумением, когда он встал передо мной, преграждая ей путь. — Что ты вытворяешь? — Угх... Юрен вздрогнул от холодного голоса матери, его плечи затряслись. Он замер, словно лягушка, уставившаяся на змею. Даже его ноги, которые не дрожали перед демонами, теперь жалко подрагивали, как листья на ветру. — Так... я имею в виду... — Вот почему я утверждала, что систему общежитий следует упразднить... Розана тяжело вздохнула, остро глядя на Юрена. — Где ты набрался такой неуважительной манеры речи? — …… — Этот полукровка из Республики тебя научил? — Кхм...! Скрипя зубами, Юрен, который до этого жалко дрожал, уставился на Розану. — В Академии Героев запрещены любые высказывания, дискриминирующие другую нацию! Вы же знаете это, матушка?! — Ха, ты что, читаешь мне лекцию? — Это не лекция! Я просто напоминаю вам о правилах «нейтральной зоны»! Несмотря на страх, Юрен говорил твёрдо, не отступая. — Если вы нарушите правила, это опозорит честь рода Гелиос! — Честь? Ты только что сказал «честь»? Лицо Розаны исказилось от ярости. Стигма на её теле начала светиться, и её окутала золотая мана. — Как ты смеешь...! Как ты смеешь говорить о чести рода Гелиос передо мной?! Вжух! Её рука яростно взмахнула, рассекая воздух. Как раз перед тем, как рука Розаны успела ударить Юрена по щеке... Шлёп! Я перехватил руку Розаны, когда та дико взмахнула ею. — Я собирался наблюдать за этим молча, но вы действительно теряете рассудок. Я не собирался вмешиваться в личные семейные дела Юрена, но больше не мог стоять и смотреть на это. Потянув её за руку, я встал перед Розаной. — Хватит уже, тётушка. — ...Что? Розана уставилась на меня широко раскрытыми глазами и отвисшей челюстью. — Ты... только что назвал меня «тётушка»? — В смысле, а как мне вас ещё назвать? Вы же не молодая девушка, верно? Люди должны быть честными. Если у тебя есть двадцатилетний сын, ожидать, что тебя назовут молодой, — это уже слишком. — Как ты смеешь...! Возможно, то, что её так бесцеремонно назвали «тётушка», задело за живое. Лицо Розана покраснело от гнева, и она попыталась высвободить руку из моей хватки. — Угх?! Её рука не сдвинулась с места, несмотря на все усилия, и лицо Розаны исказилось от разочарования. Она, возможно, была уверенна в своих силах, учитывая, что когда-то была известна как «Розана Вспышка», героиня с большой славой, пусть даже сейчас она и была на пенсии. Но... «Даже близко нет». Если она была героиней, сделавшей себе имя в прошлом, то я в прошлой жизни был одним из «Последней пятёрки героев». И теперь я достиг уровня мастерства, далеко превосходящего то, что было у меня тогда. По сравнению с высотами, которых я достиг, её способности были не ярче светлячка под солнцем. — Ургх! Выражение лица Розаны стало ещё более искажённым, когда она усилила свою ману. У неё было гораздо больше чистой маны, чем у меня, что неудивительно, учитывая, что она была матерью Юрена. Но сила — это ещё не все, важно и то, как ею пользуются. Умело сместив центр тяжести, я крепко удерживал её руку. Лицо Розаны становилось все более яростным. — Роберт! По резкой команде Розаны мужчина, стоявший в тени, потянулся к мечу на поясе. Как раз в тот момент, когда меч наполовину выскользнул из ножен... Вжух — Бряк! Движением ладони я вогнал меч обратно в ножны. Мужчина по имени Роберт испуганно отступил назад, его лицо побледнело. — Не обнажай его. Если сделаешь это — умрёшь. ---------- Том 1 Глава 77 — Стоп! Вы оба, пожалуйста, остановитесь! В напряженной атмосфере, словно у кого-то к горлу был приставлен клинок, раздался срочный крик Юрена. — Что вы вообще творите в школе?! — …Угх. Розана нахмурилась из-за отповеди Юрена. Зная, что перешла черту, она глубоко вздохнула и кивнула. — Ладно, но не мог бы ты отпустить мою руку? — Да, тётушка. — Тётушка…! Лицо Розаны исказилось от гнева, на лбу вздулись вены. Она уже собиралась что-то сказать мне, но потом цыкнула языком и отвернулась. — Ха, ну, я же не могу ожидать благородного этикета от республиканской дворняги, верно? — Я и не знал, что благородный этикет включает в себя пощёчины собственному ребёнку только потому, что он не пришёлся вам по вкусу, хотя, полагаю, мне не следовало этого говорить? — Ах ты, мелкий…! Глаза Розаны сузились, когда я открыто высмеял её. Прикусив губу от досады, она сверкнула золотистыми глазами, словно у неё появилась отличная идея. — Тебя зовут Дейл? — Да. — Где сейчас твои родители? — …. Это была её великая идея? Я не удержался от внутреннего смешка и посмотрел на неё с выражением неверия. «Она действительно мать Юрена?» Конечно, общая кровь не означает одинаковый характер, но это было уже слишком. «Ну, пожалуй, Юрен у них особенный». Семья Гелиос, происходящая от Рейнальда Гелиоса — лидера пяти великих героев, запечатавших демонического бога 500 лет назад и прозванного сильнейшим мечником в истории человечества, — когда-то обладала огромной властью, с которой даже император не мог легко тягаться. Причина, по которой семья Гелиос медленно начала приходить в упадок, была проста. «Люди слишком сильно упивались прошлым величием, чтобы заметить обрыв прямо перед собой». Даже ходило известное изречение барда, описывающее семью Гелиос: «Семья, ослеплённая солнцем». Зная только Юрена из семьи Гелиос, я списал это на зависть и сплетни, направленные против благородных семей. Но после встречи с Розаной я начал понимать, почему существовала такая насмешливая фраза. — Ты собираешься отвечать? Где сейчас твои родители? Голос Розаны звучал резко, когда она требовала от меня ответа. Прежде чем я успел ответить, Юрен заговорил осторожно: — Матушка, Дейл… — Юрен, помолчи. Я ведь не тебя спрашиваю, верно? Розана перебила Юрена и уставилась на меня. Я подавил смешок и ответил на её вопрос: — Я бы тоже хотел знать, где мои родители. — …Что? Розана нахмурилась, словно не понимая. Я пояснил ей, объяснив, что я из республиканского приюта. — Ха. Выражение лица Розаны стало ещё более враждебным. — То есть хочешь сказать, что какой-то сирота даже без родителей имел наглость оскорбить семью Гелиос? — Вам стоило бы прояснить факты, тётушка. Когда это я оскорблял семью Гелиос? Всё, что я сделал, — назвал её «тётушка». — Такой грубый малец, но огрызаться ты мастер. — Забавно слышать от столь образованной дамы, которая даже говорить толком не умеет. — Ч-что? Ты, наглец…! — Видите? Даже закончит предложение не можете. — Ты…! Лицо Розаны покраснело от ярости, и она шагнула вперёд, яростно источая ману. Стоило атмосфере, успокоившейся благодаря Юрену, вновь стать враждебной… — Дейл? Что ты здесь делаешь? Над нами нависла огромная фигура, больше похожая на зверя, чем на человека, со свирепым выражением лица, подобающим хищнику. — Профессор Лукас? — А, Юрен, ты тоже здесь. А это, должно быть… Взгляд профессора Лукаса обратился к Розане. Возможно, из-за того, что Юрен обратился к нему «профессор», прежнее истеричное выражение лица Розаны быстро сменилось на спокойное. — Розана Гелиос. Она изящно приподняла платье и слегка поклонилась. — А, так вы мать Юрена. — Да. Вы профессор, руководящий воинами третьего курса, верно? — Верно. Кивнув, профессор Лукас продолжил: — Но что вы здесь делаете? Место сбора для открытого урока находится на площади, а не здесь. — Вы вовремя подоспели. Мне нужно кое о чём с вами поговорить. Розана приблизилась к профессору Лукасу с лукавой улыбкой. — Профессор Лукас, вы знакомы с этим курсантом, Дейлом? — Да. Он один из студентов под моим началом, так что, конечно, я его знаю. — Вот как? Что ж, это удачно. Розана с изящно скрещёнными руками бросила взгляд назад на меня. — Этот сирота имел наглость оскорбить мою семью… — Хм? Сирота? Профессор Лукас склонил голову набок, будто услышал это впервые. Застигнутая врасплох его реакцией, Розана ответила: — Да? Но он чётко сказал, что из республиканского приюта… — Ах, это правда. Он действительно из республиканского приюта, но позже приёмный отец взял его к себе. Профессор Лукас ухмыльнулся, положив руку мне на плечо. — Теперь я отец этого парня. — …Что? Розана потеряла дар речи, приоткрыв рот. Профессор Лукас сильнее сжал моё плечо и посмотрел на меня. — Ведь так, сынок? — … Заметив, как он подмигнул мне, я мысленно тихо усмехнулся. «Значит, он подслушивал». Неудивительно, что он вмешался в самый подходящий момент. Он, должно быть, подслушивал мой разговор с Розаной и решил вмешаться, когда всё едва не переросло в эскалацию. «Какой же он назойливый тип». Впрочем, мне было нечего сказать, учитывая, что я сам влез в семейные дела друга. — Да, отец. Я лукаво кивнул, и лицо Розаны исказилось от досады. Реальными были отношения между мной и профессором Лукасом или нет, её положение стало неловким. В конце концов, она не могла открыто оскорблять студента, которого заведующий отделением воинов только что назвал «своим сыном». — Если мой сын причинил какие-то неудобства, я принесу извинения от его имени. — О… ладно. — Он тот ещё грубиян, знаете ли. Не зря он всегда плетётся в хвосте своего класса. — … Профессор Лукас громко рассмеялся, хлопая меня по спине ладонью размером с крышку горшка. Когда Лукас начал принижать меня, Розана, потерявшая дар речи, уставилась на меня полными неодобрения глазами. — Что ж, как раз подошло время открытого урока, так что давайте все направимся в лекционную аудиторию. Профессор Лукас потащил меня к лекционному залу, закинув руку мне на плечо. Пока он вёл меня за собой, я тихо спросил его, стараясь, чтобы Розана не услышала: — Я тоже иду? — Конечно, ты идёшь. — Но открытые уроки предназначены только для курсантов, чьи родители присутствуют. — Твой родитель ведь пришёл, разве нет? Он ухмыльнулся и указал на себя рукой. Я посмотрел на него с полным неверия лицом. — Вы что, серьёзно собираетесь продолжать этот спектакль? — Какой ещё спектакль, сорванец? Разве ты никогда не слышал поговорку, что учитель — как второй родитель? — … Я ценил, что профессор Лукас пытался сыграть роль моего «родителя», но… «Если люди узнают, это создаст проблемы для профессора Лукаса». Я был не единственным курсантом, за которого он отвечал. Вероятно, были и другие курсанты, чьи родители не смогли прийти, и если бы стало известно, что я получил особое отношение и мне разрешили участвовать, репутация профессора Лукаса могла пострадать. «Поползли бы слухи, что он выделяет любимчика». Если бы это произошло, Лукас оказался бы в трудном положении. — С каких это пор ты начал так переживать о других? Кажется, он заметил мои мысли и с усмешкой растрепал мои волосы. — Ребёнок не должен беспокоиться о своём родителе, наглый ты малец. — … Услышав его слова, я крепко сжал губы. По какой-то причине, несмотря на прожитую прошлую жизнь, в которой я утратил все эмоции, связанные с понятием «родители», в этот момент моё сердце потяжелело, словно набежали грозовые тучи. Если бы я ослабил бдительность, мне казалось, что эти тучи прорвутся и дождь прольётся по моему лицу слезами. — Вечно лезешь не в своё дело… И именно поэтому я не мог принять доброту Лукаса. «И…» Я повернул голову, чтобы посмотреть на Юрена. Стоя позади Розаны, Юрен двигался тихо, с бледным лицом, словно заключённый, ведомый на казнь. В такой ситуации мысль о посещении открытого урока наедине с матерью, без меня (поскольку мы с Юреном учились в разных классах), должно быть, была невыносима. — Тц. Похоже, у меня нет выбора. Был лишь один способ избежать принятия доброты профессора Лукаса и одновременно вытащить Юрена от матери. — Что значит «нет выбора»? — Что ж, прости за это, отец. — А? Я ткнул пальцами в бок профессора Лукаса. — Уф! Ты, сорванец, какого чёрта…!? Рука, которой он крепко обнимал меня за шею, ослабла. Я быстро повернулся и бросился к Юрену. — Д-Дейл? Я схватил Юрена за руку и потянул за собой. — Смываемся. — Смываемся? В смысле?.. — А в каком ещё, идиот? Конечно же, мы прогуливаем. Бум! Крепко схватив Юрена за руку, я оттолкнулся от земли. Боевые искусства Беральда. Шаг Ветра. Моё тело стало лёгким, словно у меня за спиной выросли крылья, а пейзаж вокруг пронёсся размытым пятном. — Эй, сорванец! Куда это ты собрался?! — Ю-Юрен! Что ты вытворяешь…?! Голоса за нашими спинами закричали, но я легко проигнорировал их и помчался к школьным воротам. — Д-Дейл, подожди! Секунду! Юрен, которого волокли за собой, в панике завопил. — Чего? Не хочешь прогулять? — Ну, просто… Он замолк на полуслове и повернул голову. Школа, оставшаяся далеко позади, попала в поле зрения. «Прогуливать занятие без разрешения…» Будучи лучшим студентом три года подряд и всегда таким прилежным, он никогда бы не смог представить подобный бунтарский поступок. — … Образ искажённого лица матери на мгновение промелькнул в его голове. Мысль о её гневе, который проявится позже, заставила его спину покрыться мурашками, но… — Хочешь вернуться? — … Почему-то, сам того не осознавая, он покачал головой. — Нет. Он не хотел возвращаться. Он хотел ещё немного насладиться этим захватывающим моментом бунтарства. — Ладно, тогда прогуливаем вместе. С лукавой ухмылкой Дейл вместе с Юреном перепрыгнул школьную стену. ---------- Том 1 Глава 78 Город Вальхалла. Город вокруг Школы Героев кишел людьми, которые собрались со всех трёх Королевств ради дня открытых дверей. Конечно, сами герои, участвующие в открытом уроке, вошли в школу ещё с утра, но было немало и тех, кто пришёл, несмотря на отсутствие прямого участия. От ассистентов, обслуживающих высокопоставленных героев, людей, пришедших на «социальное собрание» после открытого урока, до сплетников, жаждавших увидеть героев из трёх Королевств в одном месте, и торговцев, нацеленных на такие толпы, — улицы Вальхаллы были ещё более оживлёнными, чем внутренности школы. — Сначала нам следует переодеться. — Угу. Ходить в школьной форме посреди буднего дня привлекало слишком много внимания. — Давай зайдём в тот магазин. Мы случайно выбрали ближайший магазин одежды и вошли внутрь. Для магазина, в который мы зашли без особых раздумий, он оказался на удивление известным, так как просторный интерьер был заполнен сотнями различных видов одежды. — Здесь много одежды. — Давай просто быстренько что-нибудь выберем и переоденемся. Осматривая мужской отдел в поисках одежды, я вдруг кое-что понял. — А? Куда он делся? Юрена, который, как я думал, следовал за мной, нигде не было видно. Я вернулся по своим следам и увидел Юрена, рассеянно стоящего в магазине и уставившегося на манекен в женском отделе. Манекен был одет в летящую юбку и блузку с открытыми плечами — популярный в последнее время тренд среди учениц. — Что ты там делаешь? — Ой, прости. Я просто на мгновение ушёл в себя. Юрен неловко улыбнулся и подошёл к мужскому отделу. Переодевшись в быстро выбранную одежду, мы снова шагнули на улицы Вальхаллы. — Чёрт, погода отличная. По какой-то причине день казался исключительно ярким, хотя это был самый обычный день. Может быть, потому что мы прогуляли школу. — И что нам теперь делать? — Я не уверен... — Хочешь чем-нибудь заняться? — Я впервые делаю что-то подобное. Юрен, неловко улыбаясь, с беспокойством озирался по сторонам, словно потерянный ребёнок, отбившийся от родителей. Я подавил смешок при виде его поведения. «Сильнейший мечник человечества тревожится лишь потому, что прогулял школьный урок». Видеть свежую и невинную сторону Юрена, которую я никак не мог вообразить в его прошлой жизни, вызывало у меня улыбку. — Ну что ж, может, просто прогуляемся по окрестностям? — Давай так и сделаем. Я решил отвести Юрена в Республиканский квартал — место в Вальхалле, где жило большинство выходцев из Республики. Это было место, которое я раньше посещал вместе с Ирис, когда мы ходили в кино. Республиканский квартал был заполнен ресторанами в республиканском стиле и культурными заведениями. — Вау, так это и есть Республиканский квартал. Глаза Юрена сияли от восторга, когда он озирался по сторонам, совсем как кто-то, только что прибывший в столицу из провинции. — Ты здесь впервые? — Да, я редко куда выбираюсь, а если и выбираюсь, то никогда по-настоящему не заходил в Республиканский квартал. — Ну, учитывая твою мать, это понятно. — Ой... Я, я не считаю жителей Республики полукровками или кем-то в этом роде! — Я знаю, дружище. Мы некоторое время бродили по Республиканскому кварталу, и по мере того, как шло время, я начал чувствовать голод. — Что-то я проголодался. Перекусим? — Давай. — Хочешь что-нибудь конкретное? — Хм... чего бы я хотел съесть... Подумав мгновение, Юрен просиял. — Я хочу попробовать рамён! — ...Рамён? Из всего на свете именно рамён? — Да! Юрен с энтузиазмом кивнул. — Ну, раз ты этого хочешь. Пока мы оглядывались в поисках места, где подают рамён, Юрен вдруг заговорил. — Эй, Дейл. — Чего? — Вместо того чтобы покупать, ты не мог бы приготовить рамён для меня? — Ты хочешь, чтобы я приготовил? Серьёзно? Здесь, на улице, он хочет, чтобы я приготовил рамён? — Давай просто купим. Так будет вкуснее. — …… Лицо Юрена вытянулось, и он надулся от моего предложения купить рамён. — Ты приготовил его для Ирис... Вид опустившего голову и выглядящего унылым Юрена вызвал во мне странную волну вины. — Ладно, ладно... Я приготовлю его для тебя. — Спасибо, Дейл! Юрен засиял, выглядя счастливее некуда. Я мысленно вздохнул при этом зрелище. — Ха... Юрена порой действительно трудно понять. С чего это он так зациклился на том, чтобы я приготовил рамён, когда вокруг полно мест, где можно поесть? — Так, дай-ка подумать... где тут можно приготовить рамён?.. Не мог же я заявиться в ресторан и попросить воспользоваться их кухней. «Подожди-ка». Я вспомнил, как видел в часах героя, что недалеко от Республиканского квартала на берегу реки есть место, где можно приготовить рамён самостоятельно. — Пойдём, Юрен. — Куда мы идём? — Просто следуй за мной. Как и ожидалось, на берегу реки было место, где можно было приготовить рамён и поесть за столиком на открытом воздухе. — Займи нам место. Я пойду внутрь и приготовлю рамён. — Хорошо! Приготовив рамён внутри, я принёс его к столику на улице, где ждал Юрен. Вердикт благородного молодого господина, никогда прежде не пробовавшего рамён, был простым. — Вау, это действительно... очень насыщенно. Юрен неловко улыбнулся, явно не получая удовольствия от насыщенного вкуса. Его реакция была полной противоположностью реакции Ирис, которая уплетала рамён с энтузиазмом. «Да, это нормальная реакция». Если бы рамён подходил под вкус каждого, его бы не ели в основном только в Республике. Для выходцев из других стран, не привыкших к острой пище, вкус был слишком сильным. — Тебе не особо по вкусу, да? — О нет! Это вкусно! — Что же в нём хорошего, раз ты так потеешь? Я усмехнулся и вытащил ломтик сыра, который прихватил на всякий случай. — Если добавить это, станет намного вкуснее. — ...Сыр? Нужно класть сыр в рамён? Юрен нахмурился, словно сомневаясь в столь нелепом сочетании. — Сам увидишь, когда попробуешь. — Ладно... Когда я положил сыр на рамён, оставшееся тепло заставило его расплавиться. — А? Юрен осторожно откусил сырный рамён, и его глаза расширились от удивления. — Это... вкусно! — Гораздо лучше, чем раньше, верно? — Да! С довольной улыбкой Юрен быстро доел сырный рамён. Я тоже последовал его примеру, подчистую доев свою миску. Быстро умяв рамён, мы с Юреном сидели за уличным столиком, глядя на спокойно текущую реку. Утренние события казались далёким сном, пока мы наслаждались мирным моментом. Я нарушил тишину, обратившись к Юрену, который тихо смотрел на реку. — Юрен. — Мм? — У вас с матерью всегда так было? — ... Юрен крепко сжал губы при упоминании матери. Он горько улыбнулся и мягко покачал головой. — Моя мать не всегда была такой. Когда я был маленьким, она была невероятно добра. — Совсем не похоже, что она такой человек. — Ха-ха. Это потому, что ей пришлось вести семью в одиночку. Наверное, ей приходится очень тяжело. Юрен неловко улыбнулся, пытаясь защитить мать. Я нахмурился и покачал головой. — Даже если ей тяжело, это не значит, что она может так с тобой обращаться. Честно говоря, ты ведь практически надежда семьи Гелиос? — ...Надежда. — В любом случае, если тебе это не нравится, ты должен высказаться. Тебе не обязательно жить под каблуком у матери. — ... Почему-то выражение лица Юрена стало холодным. Он сжал кулаки так сильно, что его руки задрожали. — ...Я не могу. Тихий голос, почти выдавленный из себя. Юрен хрупко улыбнулся, словно собираясь сломаться, и покачал головой. — У меня нет права. — ...Что значит «нет права»? — Уже поздно, Дейл. Нам нужно вернуться до закрытия общежитий. Юрен поспешно сменил тему, явно избегая разговора. Я сузил глаза, наблюдая, как Юрен собирает миски из-под рамёна и встаёт. Его руки и губы слегка дрожали, щеки были бледными, а дыхание стало поверхностным и неровным. Юрен, которого я никогда раньше не видел. Вернее, Юрен, которого я отказывался видеть. Юрен, охваченный страхом. «...Почему?» Вопрос возник в моей голове. Юрен, которого я знал, был храбрее всех. Когда все остальные сжимались от страха и бежали, он смело обнажил свой меч и стоял на своём. Даже перед Богом Демонов. «Так почему же?» Что могло так сильно напугать его? — Идём. — Ах да. Не успев найти ответы на вопросы, крутившиеся в моей голове, я последовал за Юреном обратно к школе. — О, и ещё, Дейл. Шедший впереди Юрен вдруг обернулся с улыбкой. — Спасибо. — ...За что? — Что вывел меня прогуляться. Юрен тепло улыбнулся, сказав это. * Расставшись с Дейлом, я направилась обратно в общежитие. Школа, в которой закончились все занятия, была окутана зловещей тишиной. — Вздох. Я вспомнила о сегодняшней вылазке а город с Дейлом. Бродить по улицам, видеть то, чего никогда не видела, есть то, чего никогда не пробовала. «Это было весело». Я и представить себе не могла, что у меня будет такой день. Я была искренне счастлива. Но. — ... Стоя перед дверью, я закусила губу. Время этого мимолётного счастья подошло к концу. Теперь настало время вернуться к моему обычному распорядку. Скрип. Дрожащими руками я открыла дверь в общежитие. — Наконец-то вернулся? В комнате сидела моя мать, закинув ногу на ногу и глядя на меня холодными, безжизненными глазами. — ...Да. Я не стала спрашивать, почему она всё ещё здесь, хотя день открытых дверей для родителей уже закончился. Я слишком хорошо знала, что моя мать не уйдёт вот так просто. — Мне жаль. Я опустилась перед ней на колени и склонила голову. Ни слова не говоря, мать встала и подошла ко мне. Я крепко зажмурился, готовясь к пощёчине. — Юрен, нет... Юрина. Но вместо этого её рука нежно погладила меня по щеке с удивительной нежностью. — ...Матушка? Слово «Матушка» едва сорвалось с моих губ, так как я совсем этого не ожидала. — Тебе пришлось нелегко, правда? До такой степени, что ты связался с таким дурным влиянием. — Н-нет, это не так... — Не переживай. Никто не знает, как упорно ты трудилась, лучше меня. — ... Я что, во сне? Мой разум затуманился, не в силах постичь происходящее. — Ты справилась, Юрина. Ты хорошо потрудилась. Сказав это, мать мягко погладила меня по спине. — ...Ах. Мороз пробежал у меня по коже. Из моих глаз неконтролируемо потекли слёзы. — М-матушкаь. — Тише-тише. — Хнык... Матушка... Я не знала, почему её отношение так внезапно изменилось, но это уже не имело значения. Всё, что я знала, — это то, что в этот момент моё давнее желание исполнилось. — Юрина, я должна тебя кое о чём попросить. Ты сделаешь это для меня? — Хнык... Да. Всё что угодно... Я сделаю всё что угодно. Мог ли вообще быть день радостнее этого? Я вытерла слёзы тыльной стороной ладони и жадно кивнула. — Будь Юреном. — ...Что? Быть Юреном? Что она имела в виду всем тем, что было до этого момента? — Я не прошу о какой-то полу-имитации. — О чём ты говоришь...? Мать крепко вцепилась мне в плечи, говоря с возбуждением в голосе. — Если мы наложим стигму Юрена на твою, ты станешь настоящим Юреном... сияющим солнцем. Её глаза, искривлённые безумием, блестели, пока она говорила. ---------- Том 1 Глава 79 Стигма. Это божественное благословение, которым обладает каждый герой — сила, позволяющая простым смертным владеть магией и достигать владений богов. Стигмы делятся на семь типов в зависимости от бога, даровавшего благословение: Солнце, Луна, Звёзды, Небо, Земля, Море и Лес. Конечно, существует также «стигма Бога Демонов», созданная из благословения Бога Демонов, но когда люди в целом говорят о стигмах среди героев, они имеют в виду те, что дарованы этими семью богами. Итак, какие различия существуют между этими стигмами? Вывод таков: «разницы не так уж много». Хотя и существуют тонкие различия в природе магии — одна может быть более разрушительной, другая более деликатной или гибкой — по сути, все они просто стигмы, не имеющие каких-либо решающих отличий. Крупнейший на континенте исследователь стигм, Джейд Бастиан, однажды привёл по этому поводу аналогию. Он сказал, что стигмы сродни «цвету кожи». Подобно тому как у людей из южных регионов Империи тёмная кожа, у жителей Святого Королевства заметно бледная кожа, а у выходцев из Республики кожа жёлтая. Хотя цвет кожи отличается в зависимости от расы, нет никакой разницы в том, что все они — «люди». Точно так же, хотя типы стигм могут различаться, все они по сути являются одной и той же «стигмой». Однако история дискриминации в отношении определенных стигм никогда не прекращалась с момента появления героев в мире. Среди них два типа стигм вызывали у героев наибольшее презрение: Стигма Бога Луны и стигма Бога Леса. Причина, по которой эти две стигмы так презирались среди героев, была проста. Среди «Пяти Великих Героев», запечатавших Бога Демонов и спасших человечество 500 лет назад, никто не носил стигму Бога Луны или стигму Бога Леса. Рейнальд, Солнечный Меч обладал стигмой Бога Солнца. Джулиус, Великий Мудрец обладал стигмой Бога Моря. Рюджин Сон Железный Кулак обладал стигмой Бога Земли. Пэк Сынхёк, Божественное Копье, обладал стигмой Бога Звёзд. Грейс, Свет Жизни, обладала стигмой Бога Неба. Конечно, были герои, носящие стигмы Бога Луны и Бога Леса, которые сражались и погибли в Войне Демонов, но то, что запомнили будущие поколения, — это лишь подвиги «Пяти Великих Героев». Таким образом, «ненависть к стигмам», возникшая по столь тривиальной причине, стала безудержной, особенно среди дворянских семей и влиятельных фигур. Из этой давней ненависти возникла техника, называемая «заменой стигмы». Эта техника заключалась в том, чтобы наложить собственную оригинальную стигму поверх чужой. Однако, едва появившись на свет, она почти не использовалась до того, как её запретили. Святое Королевство яростно выступало против идеи изменения стигмы, дарованной богом, считая это кощунством. Но ещё большей причиной был критический изъян техники замены стигмы. Стигма — это не просто сосуд для магии. В стигме обитает душа человека. Как вы думаете, что произойдёт, если насильственно заменить свою стигму на чужую? Искажение памяти, физические изменения и, в крайних случаях, жестокие припадки, приводящие к смерти ещё до завершения процедуры. В силу этого «замена стигмы» была запрещена и стала забытой, запретной техникой, известной лишь горстке учёных, специализирующихся на исследовании стигм. И все же, почему — — Ты хочешь… наложить её на мою стигму? Я посмотрела на Матушку дрожащими глазами. Матушка возбуждённо кивнула. — Да. К счастью, стигма Юрена была сохранена семьёй. С процедурой не будет никаких проблем. — Нет, дело не в этом… — Юрина, ты ведь все это время так упорно трудилась, пытаясь подражать Юрену? Каждый день без отдыха тренируясь в фехтовании и постоянно испытывая давление из-за необходимости быть лучшей. Матушка погладила меня по щеке, словно ей было меня жаль. — Но как только ты получишь стигму Юрена, тебе больше не придётся так стараться. Больше нет. — Тебе больше не придётся подражать Солнцу. — …… Пронзительный звон заполнил мои уши. Зрение затуманилось. В горле пересохло, и я не могла дышать. Я знала. Я знала, что матери нужна не я. Я знала, что, обладая стигмой Бога Луны, я никогда не смогу стать «Солнцем». Я игнорировала это, отчаянно цепляясь за угасающую нить надежды и отрицая то, что, как я знала, было неизбежно. Но этот день наконец настал. — Матушка… Нет. — …Мама. — В чем дело? Ты же не собираешься говорить, что теперь откажешься от процедуры? Некогда мягкий взгляд в глазах моей матери стал холодным. — Ты забыла, из-за чего погиб твой брат? — …… — Если бы ты не попросила у Юрена тот нелепый цветок, цветущий на обрыве в тот день, ничего бы этого не случилось. Её резкие слова пронзили моё сердце. Воспоминания о том дне всплыли на поверхность, разрывая старую рану. -Брат! Разве ты не можешь достать мне этот цветок? Это было тогда, когда я последовала за братом к священной горе, где были похоронены прошлые главы семьи Гелиос. Я указала на цветок, опасно росший на обрыве, и дёрнула брата за рукав, не сознавая, к чему это может привести. Маленькая девочка ничего не знала, проливая слезы и умоляя брата. И тогда. -Если бы только ты... если бы только тебя здесь не было! Из-за тебяяяя!!! Мой брат погиб. Надежда семьи Гелиос исчезла столь нелепо и трагично. — Ха-ха. Да. Это наказание. Наказание за неискупимое невежество десятилетней девочки. — Я сделаю это. Я слабо кивнула. Матушка ярко улыбнулась, похоже, довольная моим ответом. — У меня есть тот, кого я хочу тебе представить. — ……? Я озадаченно посмотрела на неё. Она вытащила из мантии устройство связи. Она влила магию в шар размером с ладонь, и появился чистый свет, являя изображение. [Здравствуйте? Рад с вами познакомиться. Меня зовут Фауст.] Мужчина с белоснежными волосами и золотым моноклем. — Мистер Фауст — эксперт в исследовании стигм, даже более искусный, чем «Джейд Бастиан». — …… Значит, он тот самый человек, который пересадит мне стигму моего брата. Я уставилась на беловолосого молодого человека на экране, плотно сжав губы. Молодой человек, представившийся Фаустом, тепло улыбнулся и заговорил мягким голосом: [Ха-ха, не стоит переживать. Ни у кого из тех, кто прошёл у меня «операцию по замене стигмы», никогда не возникало побочных эффектов вроде припадков.] — …… [Конечно, поскольку это рискованная процедура, есть некоторые незначительные побочные эффекты.] — …Каковы эти побочные эффекты? На мой вопрос Фауст пожал плечами: [Во-первых, при смене стигмы часть воспоминаний может исчезнуть. О, но не переживайте слишком сильно. Пострадает лишь очень малая часть ваших воспоминаний.] Фауст продолжил говорить с лукавой улыбкой: [Люди постоянно забывают такие вещи, как то, что они ели на обед неделю назад, не так ли? Даже если часть воспоминаний исчезнет, вы не почувствуете особого дискомфорта.] Наблюдая за тем, как Фауст небрежно отмахивается от столь важного факта, я крепко сжала кулак. Даже если это лишь часть моих воспоминаний, стирание фрагментов моей жизни никак не может быть «незначительным побочным эффектом». Мне хотелось врезать по этой самодовольной физиономии, но не было ни малейшего способа ударить того, кто находился по другую сторону экрана. — Это единственный побочный эффект? [Есть ещё один.] — …Какой же? [Вы ведь сейчас используете магическое устройство, чтобы замаскироваться под мужчину, не так ли?] Я крепко ухватилась за кулон, висевший на моей шее, и кивнула. [Хотя оно может скорректировать размер вашей груди и общее телосложение, чтобы казаться мужчиной, у вас наверняка возникали проблемы, поскольку оно не может изменить ваши репродуктивные органы, верно?] — К чему вы клоните? [Когда вы получите стигму Юрена, ваше тело претерпит изменения, и сам ваш «пол» изменится.] — …Что? Я широко раскрыла глаза от шока при следующих словах Фауста. Мой пол изменится? Значит ли это, что я никогда больше не… [Вам больше не придётся утруждать себя притворством мужчиной. Разве это не к лучшему для вас, Юрина?] — …… Внезапно в моей памяти всплыл манекен, который мы с Дейлом видели ранее в магазине одежды. На манекене была надета лёгкая, красивая одежда. «Я больше никогда не надену ничего подобного». Почему же, интересно. Я думала, что уже давно отказалась от жизни в качестве «Юрины». Я думала, что скомкала все эти ребяческие мечты и запрятала их в дальний уголок своего сердца. — Ах, ох. Почему моё сердце так сильно болит? — Юрина. Матушка обняла меня, говоря: — Ради меня, ради семьи Гелиос… и ради твоего брата. Моё тело стало начало нагреваться. Жар распространился от моего сердца, охватывая все моё тело. — Стань солнцем. Да. Словно меня поглощало солнце. * — Фух. Никак не ожидал, что профессор Лукас будет ждать у входа в общежитие. Потирая место, где профессор Лукас стукнул меня по голове, я вошёл в свою комнату в общежитии. Я уже морально подготовился к тому, что завтра меня вытащат наружу и отчитают за прогул занятия, но я никак не ожидал, что нагоняй прилетит прямо сегодня. «Интересно, с Юреном все будет в порядке…» Я предупреждал Юрена, чтобы он не возвращался сегодня в общежитие и спрятался в частном тренировочном зале, опасаясь того, что с ним может сделать Розана, но он лишь отмахнулся от моих опасений и направился прямиком в своё общежитие. «Может, отправить ему сообщение?» Я отправил Юрену сообщение через свои Часы Героя, спрашивая, благополучно ли он добрался. «Он спит?» Что ж, время пролетело незаметно, пока я застрял с профессором Лукасом. «Спрошу его лично завтра». Я снял Часы Героя и лёг на кровать, как вдруг. Динь. Часы Героя тихонько звякнули. — А? Я встал и проверил Часы Героя. Это было сообщение от Юрена. Сообщение, всплывшее на голографическом экране, гласило: [Дейл, мы можем встретиться на минутку?] — …Ха? Встретиться? В такое время? ---------- Том 1 Глава 80 — Ну что ж, я пойду. Не забудь собрать вещи и приезжай завтра в особняк. — У меня завтра занятия... — Ха, ты сегодня прогуляла занятия прямо у меня на глазах, а теперь используешь это как отговорку? — ... Слова матери продолжались, а я крепко прикусила губу. — ...Да. Я соберу вещи и приеду завтра домой. — Я буду ждать тебя у телепортационных-врат Вальхаллы, так что приходи туда. С этими словами мать, словно ей больше нечего было сказать, повернулась и вышла из комнаты. Клац. Дверь закрылась, и воцарилась тишина. Тиканье часов отдавалось в комнате подобно грому. — ... Я опустилась на застеленный ковром пол, тупо глядя в окно. За прозрачным стеклом струился мерцающий лунный свет. «Говорят, луна не может светить без солнца». Я вспомнила слова, сказанные однажды учителем начальных классов, и тихо горько усмехнулась. Неспособность светить без солнца. Прямо как я сейчас. — ...Стать мужчиной, да. Даже если я стану мужчиной, моя жизнь особо не изменится. В конце концов, кроме матери и нескольких человек в нашей семье, никто не знал, что я — «Юрина». «Да». Ничего не изменится. Так же, как было до сих пор. Так же, как было всегда. Я продолжу жить как «Юрен», как и раньше. — ...Дейл. Почему в этот момент его имя приходит на ум первым? — ...Ах. Только теперь я осознала это. Только теперь я смогла это почувствовать. — Я... люблю Дейла. Наконец-то я поняла, почему мне было так трудно дышать каждый раз, когда я видела Дейла и Ирис вместе, почему так тяжело было выносить одиночество и пустоту, когда я не видела его несколько дней. -Ты хорошо справился. Почему от этих простых слов моё сердце так сильно забилось? Теперь я знаю. Теперь я понимаю. — Ха, ха-ха. Сухой смешок сорвался с моих губ. — Какая глупость. Дейл даже не знает, что я женщина, а я веду себя как дура. «Я уже решила жить как мужчина». В тот день, восемь лет назад. Когда «Юрен», пообещавший сорвать для меня цветы после восхождения на скалу, вернулся холодным трупом. Жизнь «Юрины» оборвалась. «Это цена, которую я должна заплатить». Неведение — грех. Невинность — зло. Как грешница, убившая своего брата неосторожными словами, может утверждать, что имеет право на счастье? — ...Пойду в душ. Я, шатаясь, поднялась на ноги и направилась в душ. Когда я сняла кулон, меня окутал ореол света, и я вернулась в свой облик «Юрины». Серебряные волосы, сияющие так, будто их соткали из лунного света, фигура не столь выдающаяся, как у Ирис, но с красивой грудью. Благодаря постоянным тренировкам моё тело было стройным, без единого грамма лишнего жира. Возможно, говорить такое о себе неловко, но не было места, куда бы я ни пришла, где люди не называли бы меня красавицей. В зеркале отражалась потрясающая женщина. — Юрина. Я заговорила, глядя на своё отражение в зеркале. — Это последний раз, когда я вижу себя такой. Женщина в зеркале грустно улыбнулась. — Если... если бы в тот день я не попросила брата сорвать те цветы, смогла ли бы я быть с Дейлом? Женщина в зеркале покачала головой. — Я бы даже не встретила Дейла? Ах да. Если бы я поступила в академию в положенном возрасте, то не пересеклась бы с ним на его третьем курсе. Если подумать об этом так, я должна быть благодарна за то, что встретила Дейла именно так, пусть даже при неидеальных обстоятельствах. Хоть я и не могла быть его возлюбленной, я всё равно могла оставаться рядом с ним как друг. — Ха-ха, да. От таких мыслей мне становится немного легче. Я ярко улыбнулась и подняла голову. Но тут я увидела отражение в зеркале. Слёзы текли по лицу «Юрины», скатываясь по щекам. — ...А? Почему я плачу? Я же сказала, что приняла решение. Я же сказала, что решилась на это. Я говорила, что оставаться рядом с ним в качестве друга — это уже достаточное утешение. Так почему? Почему, почему, почему? Почему отражение в зеркале так горько плачет? — Дейл... Я всхлипнула, произнося его имя, и в этот момент — Динь! Тихий звонок раздался из моих Часов Героя. — Ах. Я быстро включила их и обнаружила сообщение от Дейла. [Эй, ты добрался до дома целым и невредимым?] — Хе-хе. Он написал мне, потому что волновался. Одно лишь его сообщение заставило меня улыбнуться, словно я вовсе не плакала. Страх, точивший меня, как яд, и печаль, душившая меня, казалось, полностью исчезли. — Нужно быстро ответить. Я напечатала: «Да, я дома», — и уже собиралась нажать кнопку отправки. — ... Мощный порыв поднялся из глубины души. Воспоминания о том, как мы сегодня прогуляли занятия и слонялись по городу с Дейлом, пронеслись в моей голове. Опыт бунтарства, то, чего я никогда раньше не делала, о чём даже не думала. — Завтра я снова стану Юреном, верно? А это значило... Сегодня был последний день, когда я могла жить как «Юрина» в этой жизни. — ... Я уставилась на своё отражение в зеркале в образе «Юрины». Мой последний день, мой последний шанс. Если так... — Хотя бы сегодня... Пусть это сиюминутный побег, пусть это мимолётная мечта, но можно ли сегодня побыть «Юриной»? — ... Я шевельнула пальцем, занесённым над кнопкой отправки, и стёрла заготовленное сообщение. Дрожащими кончиками пальцев я отправила ему новое. [Дейл, мы можем встретиться на минутку?] * Поздно ночью, позади академии. Лунный свет тихо освещал жутко тихий задний двор. — Этот парень... Неужели что-то действительно случилось? Прибыв на место встречи первым, я тяжело вздохнул и присел на стоявшую рядом скамейку. — Уф. Меня начало охватывать сожаление — пожалуй, не стоило мне сегодня вытаскивать Юрена. «Оно и понятно. Наверное, эта женщина его отчитала». Иначе с чего бы ему вдруг просить о встрече посреди ночи? Особенно учитывая, что мы провели вместе весь день, прогуливая занятия и дурачась. — Да уж. Ожидая Юрена, я вздыхал, переполненный смесью сожаления и самобичевания. В этот момент я почувствовал, что кто-то приближается издалека. — Юрен? — ...Нет. Дрожащий голос достиг меня. Фигура, проявившаяся в свете далёкой луны, оказалась сереброволосой девушкой. Зрелище её лица в мягком лунном свете было настолько захватывающим, что на мгновение я забыл, как дышать. — Здравствуйте, господин Дейл. Приятно познакомиться. Сереброволосая девушка, приблизившаяся ко мне, вежливо склонила голову. — Меня зовут Юрина Гелиос. — ...Юрина Гелиос? Юрина Гелиос? Разве это не имя младшей сестры Юрена, которая, как считалось, погибла в результате несчастного случая восемь лет назад? — Я знаю, что мир верит, будто я погибла в несчастном случае, но правда в том, что из-за определённых обстоятельств моя семья намеренно распустила этот слух. — Что за обстоятельства? Юрина умолкла. Она продолжила, её голос был наполнен грустной улыбкой. — Потому что я прямая наследница семьи Гелиос... и ношу «стигму Бога Луны». — Ох. Теперь, когда она упомянула об этом, я слышал подобные истории. В высокопоставленных дворянских семьях, если ребёнок рождается со стигмой, отличной от родительской, его могут изгнать из семьи ради сохранения чести рода или считать погибшим. — Я приходила на сегодняшние занятия вместе с матерью... Я никак не ожидала, что вы прогуляете уроки и уведёте моего брата, пока я отлучилась всего на мгновение. — Ну, это... — О, не беспокойтесь о моём брате. Мать была весьма расстроена, но мы поговорили, и теперь всё улажено. Юрина пожала плечами, говоря это. — Эта зажатая женщина? — Хе-хе. Может, она так и выглядит, но моя мать очень заботится о моём брате. — По ней совсем не скажешь. — Ха-ха. Правда, это так. Моя мать... всю свою жизнь жила ради одного «Юрена». Юрина горько улыбнулась, произнося это. — Брат много рассказывал мне о вас, господин Дейл. — Обо мне? — Да. Он всегда так счастлив, когда говорит о своём друге, что я заинтересовалась и донимала его до тех пор, пока не смогла встретиться с вами. — ... Я уставился на Юрину со сложным выражением лица. — О, вы мне не верите? Вот, взгляните. Моя стигма отличается от стигмы моего брата, верно? Юрина аккуратно приоткрыла рубашку, обнажая область возле левой груди. Как она и сказала, там красовалась «стигма Бога Луны», а не «стигма Бога Солнца». — ...Так где же сейчас Юрен? — О, он остался с матерью в комнате, чтобы обсудить кое-какие вопросы. Остался в комнате, да? — Так о чем ты хотела со мной поговорить? — Дело не в том, что у меня было что-то конкретное на уме. Юрина мягко покачала головой, слабо улыбаясь. — Я просто хотела посмотреть, что вы за человек, господин Дейл. — И поэтому ты позвала меня в такой час? — Простите. Завтра я должна вернуться в поместье с матерью. Сегодня — единственный шанс встретиться с вами. Юрина заговорила, аккуратно садясь рядом со мной. — Мне кажется, если я не встречусь с вами сегодня... другого шанса не представится. — ...Почему? Я нахмурился, задавая вопрос, а Юрина ярко улыбнулась. — Видите ли, я всегда была больна. Врачи говорят, что мне осталось недолго. — ... — Прежде чем станет слишком поздно, я хотела сказать вам кое-что. — Что именно? — Господин Дейл. Юрина повернулась ко мне, её лицо озарилось лучезарной улыбкой. — Пожалуйста, продолжайте заботиться о моем брате. Лунный свет падал на неё. — Как дорогой друг... как надёжный товарищ... пожалуйста, оставайтесь рядом с ним. Юрина медленно поднялась. — Что ж, мне пора идти. Если я пробуду здесь слишком долго, брат будет ругать меня. Она снова вежливо поклонилась. — ...Было очень приятно познакомиться с вами, господин Дейл. С этими последними словами Юрина повернулась и зашагала прочь. — ... Оставшись один на заднем дворе, я мысленно вернулся к только что встреченной «Юрине Гелиос». — Юрина Гелиос... Младшая сестра Юрена. Та самая, которая, по мнению всего мира, погибла в результате несчастного случая восемь лет назад, но на самом деле была жива. Услышав обо мне от Юрена, она так заинтересовалась, что уговорила его вытащить меня сюда посреди ночи. — Эх. Я тяжело вздохнул и потёр лоб. — Юрен, сукин сын. Ты ужасный лжец. ---------- Том 1 Глава 81 Утро после моей краткой ночной встречи с «Юриной» при луне. Проснувшись рано, я погрузился в раздумья, забыв заняться привычной тренировкой маны (что было практически ритуалом). — О чём, чёрт возьми, думает этот парень Юрен? Было несложно догадаться, что Юрина на самом деле была Юреном. От её мелких жестов до походки, даже тонких нюансов речи и привычек — меня было не провести. Юрен пытался не выдать себя, но после десяти лет совместного столкновения с жизнью и смертью в нашей прошлой жизни он никак не мог обмануть мои глаза. «Даже если бы это было не так, сам факт того, что Юрина здесь, не имеет никакого смысла». Даже если бы, с натяжкой воображения, слух о том, что Юрина Гелиос погибла восемь лет назад, сорвавшись со скалы, оказался ложным, с какой стати Розана Гелиос, зашедшая так далеко, что сфабриковала смерть собственной дочери ради сокрытия существования «Стигмы Бога Луны», вдруг привела Юрину в школу? И не в какой-нибудь обычный день, а в день, когда наибольшее число героев собралось на открытые уроки. «Юрен наверняка тоже это знал». Несмотря на это, Юрен неуклюже притворялся Юриной передо мной. «Почему?» На ум приходили две возможности: Либо ему было всё равно, разоблачат ли его, либо... «Ситуация была настолько срочной, что ему было некогда об этом беспокоиться». Я нахмурился и вздохнул. Как бы я ни ломал голову, я не мог придумать причину, по которой Юрену понадобилось бы вдруг маскироваться под «Юрину» и так спешно появляться передо мной. — К слову... Я вспомнил образ Юрины прошлой ночью. Её серебристые волосы словно были сотканы из лунного света, белоснежная кожа казалась изысканно высеченной, а черты лица — будто созданными скрупулёзным скульптором. Хотя Юрен от природы был хорош собой, трансформация поражала даже с учётом этого. — Где, чёрт возьми, этот парень обучился таким навыкам? Это была не любительская попытка переодеться в женскую одежду, как у Джульета. Это была полномасштабная трансформация, изменяющая структуру тела, размер груди, цвет волос и даже голос. Для столь искусной маскировки потребовались бы магические инструменты профессионального уровня, вроде тех, что используют правительственные агенты или шпионы из крупных гильдий. «Даже если отбросить вопрос о том, где он достал такие инструменты...» Самым непонятным было то, почему Юрен зашёл так далеко, что воспользовался профессиональными магическими инструментами, чтобы замаскироваться под свою якобы погибшую младшую сестру. — Не может же это быть просто хобби?.. На мгновение я представил лицо Джульета, но покачал головой, отгоняя эту мысль. «В нашей прошлой жизни у него не было такого хобби». За все десять лет, что мы провели вместе в группе, я ни разу не видел, чтобы Юрен переодевался в женское. Да и кто стал бы использовать столь продвинутые магические инструменты ради пустых увлечений? — Профессиональные инструменты для маскировки... хм? И тут до меня дошло. — Секунду. Меня озарила догадка, от которой по спине пробежали мурашки. Я прижал руку ко лбу, вспоминая события прошлой ночи. — Где на нём был надет этот магический инструмент? Для инструмента, способного изменять структуру тела, это не могло быть чем-то мелким вроде кольца или серёжки. Верно. Даже с самыми лучшими магическими камнями он должен быть размером как минимум с кулон, чтобы функционировать должным образом. Но... — Прошлой ночью на нём ведь ничего не было надето, верно? У меня не было времени тщательно всё проверить из-за шока от того, что Юрен внезапно предстал передо мной в образе красивой сереброволосой женщины, но, восстанавливая воспоминания, я понял, что на теле Юрена не было никаких магических инструментов. «К тому же Юрен определённо не умеет пользоваться магией трансформации вроде Полиморфа». Хотя у Юрена был природный талант к мечу, его способности к магии были настолько слабы, что в этом отношении он уступал даже мне. Я мог бы поручиться за это, как и наша наставница София, которая учила нас обоих магии. — Погодите, так... неужели прошлой ночью я действительно встретил младшую сестру Юрена? Нет. Этого не могло быть. У Юрины, которую я встретил прошлой ночью, были все те манеры и особенности Юрена, которые я так хорошо знал. Даже будь они кровными родственниками, было невозможно, чтобы у них до такой степени совпадали одинаковые мелкие жесты, привычки и нюансы. — Какого чёрта здесь происходит?.. Мои мысли спутались в один клубок. Внезапно в памяти всплыло воспоминание о том, как мы с Юреном вместе ходили в баню. -Что это за кулон? -Это... это реликвия моей младшей сестры. Юрен неловко улыбнулся, пытаясь спрятать его и сжимая кулон на шее. Если тот кулон тогда был инструментом для маскировки, то всё встало бы на свои места... — Нет-нет-нет. Это вообще не имеет никакого смысла. Это означало бы, что Юрен на самом деле никакой не мужчина, а женщина, которая всё это время маскировалась под мужчину. — Да быть не может, чтобы Юрен был женщиной. Десять лет. Мы провели вместе десять лет. Каким бы замкнутым ни был Юрен, было просто невозможно, чтобы за всё это время я не понял, что он не мужчина. Будь то когда его одежда рвалась в бою, когда нам приходилось спать в тесноте в зажатых пространствах, или когда мне приходилось срывать с него одежду, чтобы обработать тяжёлые раны и полить его зельями — было бесчисленное множество моментов, подтверждавших, что Юрен — мужчина. — ...Тогда на нём даже не было никаких магических инструментов для маскировки. Верно. «Память о сестре», которую Юрен носил на шее, отсутствовала, когда мы только стали членами одной группы десять лет назад. «Это означало бы, что Юрен изначально был женщиной, которая позже стала мужчиной». Я усмехнулся про себя, качая головой. Превратиться из женщины в мужчину? Это было нелепо... -Потому что я прямая наследница семьи Гелиос... и ношу «стигму Бога Луны Внезапно в голове промелькнуло воспоминание о прошлой ночи. Юрина — или, вернее, Юрен — расстегнула рубашку, чтобы показать выжженную на её груди «Стигму Бога Луны». Но у Юрена, которого знал я, на левой стороне груди была выжжена «Стигма Бога Солнца». — ...... Я немедленно вылетел из своей комнаты и направился прямо в научно-исследовательскую лабораторию профессора Джейда. Бах! Я грубо распахнул дверь и увидел там профессора Джейда, склонившегося над столом и спящего. — А? В чём дело, парень? Профессор Джейд сонно открыл глаза. — У вас есть какие-нибудь исследования по технике обмена стигмами? — Хм? — Исследования по технике обмена стигмами — они у вас есть? — Ну, кое-какие материалы у меня имеются... — Покажите их мне. — В чём дело... хм. Ладно, погоди секунду. Он уже собирался расспросить о причинах, но, заглянув мне в глаза, профессор Джейд принялся рыться в ящике стола в лаборатории. Я быстро просмотрел толстые исследовательские материалы, которые передал мне профессор Джейд. «Техника замены стигм». Это была техника, которую я уже бегло изучал ранее, чтобы избавиться от «Благословения возрождения». Конечно, она практически устарела, поэтому информации осталось немного, и я потерял интерес, когда узнал, что смена стигмы не заставит пробуждённое «благословение» исчезнуть. [Самыми яркими побочными эффектами техники замены стигмы являются потеря памяти и физическая трансформация...] Я прикусил губу, читая материал. — Профессор, может ли эта физическая трансформация... включать в себя смену пола? — Обычно человек получает припадок и умирает до того, как это случится, но... теоретически это вполне возможно. Профессор Джейд погладил бороду и продолжил: — Чем сильнее пересаживаемая стигма, тем выше вероятность. — ...... — Но с чего это ты вдруг заинтересовался? Не отвечая на вопрос профессора Джейда, я сжал зубы. Юрен, бывший мне словно семья, странным образом держал «стену» даже между нами, членами группы. Юрен, который всегда настаивал на отдельной палатке и даже бронировал отдельные комнаты, когда мы останавливались на постоялых дворах. Юрен, который заходил в баню со мной и Беральдом, краснел, прикрывая тело полотенцем. Юрен, который рассеянно пялился на секцию женской одежды, когда мы прогуляли занятия и вместе отправились в город. Истинные личности Юрины и Юрена. Поменянные стигмы. Солнце и Луна. Рассыпанные в моей голове кусочки пазла начали складываться воедино. «Юрен — вовсе не Юрен... а Юрина». Теперь я наконец всё понял. Почему Юрен в прошлой жизни не решался говорить о своём прошлом. Почему я чувствовал от него необъяснимую отчуждённость. «Всё переменилось». От Луны к Солнцу. Юрина, родившаяся с выжженным на груди благословением Бога Луны, чьей-то рукой была превращена в «Солнце». «Когда это произошло?» Пока что вчера я подтвердил, что в настоящее время Юрина носит Стигму Бога Луны. А 12 лет спустя, когда она объединилась со мной в группу, у неё была Стигма Бога Солнца. «Диапазон слишком широк». Как мне выяснить, в какой именно момент за этот 12-летний промежуток времени стигма Юрины была заменена? — Ха-а. Глубокий вздох сорвался с моих губ. «Мне нужно поговорить с Юреном... нет, с Юриной». Поблагодарив профессора Джейда за то, что он одолжил мне исследовательские материалы, я направился в общежитие Юрины. Я постучал в дверь сверкающего общежития, которое шло ни в какое сравнение с обветшалым зданием, где жил я сам. — Юрен! Выйди на минуту! Тук-тук-тук. Как бы громко я ни стучал, ответа не последовало. Я попытался отправить ей сообщение и позвонить через часы героя, но в ответ получил лишь уведомление о том, что абонент недоступен. «Куда она могла подеваться, если сейчас даже не время занятий?» Я нахмурился, проверяя время на своих часах. — ...Быть не может. С окоченевшим лицом я прокрутил вверх историю сообщений. [Дейл, ты можешь встретиться со мной на минуту?] Прошлой ночью. Внезапное сообщение от Юрины с просьбой встретиться. Зловещее предчувствие поползло вниз по позвоночнику и разлилось по всему телу. — Чёрт побери! Я поспешно побежал в кабинет Лукаса. Бах! Я ворвался в кабинет, и профессор Лукас озадаченно уставился на меня. — Где сейчас Юрен? — Юрен? Если ты о Юрене, то он сказал, что сегодня утром у него возникли срочные семейные дела, и ушёл, получив разрешение на отсутствие. — ...... Я прикусил губу в ответ на слова профессора Лукаса. — ...Профессор. — Хм? В чём дело? — Где отсюда находятся ближайшие врата телепортации к семье Гелиос? ---------- Том 1 Глава 82 В одном из углов имперской столицы стояло имение семьи Гелиос. Обширные территории и великолепный особняк, подобающие семье, которая некогда обладала большими полномочиями, чем даже императорская семья, внушали благоговейный трепет. Однако, в отличие от домов некоторых других богатых семей, оно не было кричащим ради самого показного блеска. Количество «Солнечных Врат», защищавших семью Гелиос и их солнце, составляло ровно трое. Первыми Солнечными Вратами была возвышающаяся стена и железные ворота, напоминающие крепость, которые сразу же бросались в глаза при приближении ко входу в особняк. Сотни обученных охранников охраняли эти огромные ворота двадцать четыре часа в сутки. Вторыми Солнечными Вратами были рыцари, которых можно было встретить повсюду на территории особняка после входа. Известный как «Орден Солнечных Рыцарей», этот рыцарский орден, напрямую аффилированный с семьёй Гелиос, всегда был готов разобраться с любыми нарушителями, расположившись по обе стороны дорожки, ведущей к особняку. Те, кто пытался миновать первые Солнечные Врата, охраняемые сотнями солдат, и вторые Солнечные Врата, защищаемые одним из трех сильнейших рыцарских орденов империи, в конце концов сталкивались с особняком семьи Гелиос. Открытие двери этого особняка, поражавшего своими колоссальными размерами, открывало третьи и самые грозные Солнечные Врата — магический барьер. Последние и окончательные Солнечные Врата, установленные лично Великим Мудрецом Джулиусом Бастионам для его близкого друга, представляли собой защитный барьер внутри самого особняка. Говорили, что этот мощный барьер активировался всякий раз, когда в особняк проникал несанкционированный посторонний, и немедленно обращал нарушителей в пепел с помощью шквала бесчисленных магических атак. Причина, по которой люди использовали расплывчатое выражение «говорят», заключалась в том, что за пятисотлетнюю историю семьи Гелиос последние Солнечные Врата никогда не срабатывали. Хотя было несколько попыток проникнуть в особняк, чтобы похитить его сокровища, большинство злоумышленников не могли преодолеть даже первые Солнечные Врата. Конечно, по сравнению с тем, что было пятьсот лет назад, мощь семьи Гелиос уменьшилась, а былое великолепие Солнечных Врат уже не соответствовало прошлому. Тем не менее, как говорится, даже увядающая богатая семья держится три поколения, и имение семьи Гелиос по-прежнему оставалось неприступной крепостью, пусть даже семья и шла по пути падения. — …… Внутри этого особняка семьи Гелиос сереброволосая женщина тупо смотрела на солнечный свет, струящийся сквозь окно. — ...Как же ясно. Взглянув на безоблачное синее небо, Юрина горько улыбнулась. — Было бы неплохо, если бы сегодня было немного облачно. Солнце, ярко сиявшее на голубом небе, как всегда освещало все на своём пути. Словно собираясь поглотить мир. Словно собираясь поглотить её. Тук-тук. Резкий звук стука прервал её мысли. Дверь открылась, и в комнату вошла её мать. — Ты уже готова? — ...Да. Она слабо кивнула и поднялась с места. Тонкое белое платье, почти такое же тонкое, как нижнее белье, легко скользило по полу. — Мастер Фауст сказал, что он тоже готов, так что тебе следует поскорее выйти. — Да, я понимаю. Следуя за матерью, Юрина медленно зашагала вперёд. Скрип. — …… Прямо перед выходом из комнаты она остановилась и повернула голову к зеркалу в углу. Сереброволосая женщина в белом платье, печально глядящая на неё, смотрела в ответ. Прощай. Береги себя, Юрина. Она тихо помахала рукой сереброволосой женщине, отражённой в зеркале. — Чего ты просто так стоишь? — Ах, простите. — Шевелись. И сделай нормальное выражение лица. Сегодня хороший день, не так ли? — …… — Если сегодняшняя процедура пройдёт успешно, давай после устроим небольшую праздничную вечеринку. — ...Да. Хороший день. Она с силой сглотнула подступивший к горлу комок чувств. — …… Молча Юрина последовала за матерью по коридору. Процедура должна была пройти в подвале особняка. Вопреки названию «Дом Солнца», это было довольно мрачное место. — Вы прибыли. Добравшись до подвала, к ним приблизился мужчина, представившийся Фаустом. Его зачёсанные назад белые волосы и монокль в золотой оправе дополняли его красивую внешность, и хотя у него была дружелюбная улыбка, один лишь разговор с ним вызывал у неё необъяснимую тошноту. — Хм? Вы плохо себя чувствуете? Её эмоции отразились на лице? Фауст склонил голову набок, наблюдая за её выражением лица. — Ах, возможно, дело в том, что платье, которое на вас надето, слишком тонкое? Цокнув языком, Фауст бросил взгляд на тонкóе платье, которое на ней было. — Это моя ошибка. Я полагал, что вы не будете возражать, учитывая, что всю жизнь прожили как мужчина. Хотите, я принесу вам платье потеплее? — Нет, все в порядке. Дело не в этом. Это была не ложь. «Когда я была с Дейлом в бане, мне было так стыдно». Почему-то, несмотря на то, что она стояла перед незнакомцем в полупрозрачном платье, она не чувствовала никакого стыда. То, что она чувствовала сейчас, было лишь первобытным отвращением. Чувством, похожим на созерцание раздавленных остатков насекомого. — Хм. Вот как? С едва заметной улыбкой на губах Фауст пожал плечами. — Ну что ж, тогда проходите и ложитесь поудобнее. В центре просторного подвала стоял хирургический стол, как раз достаточного размера, чтобы на нем мог лечь один человек. Вокруг него располагался огромный магический круг, который даже для такого человека, как Юрина, не разбирающегося в магии, казался необъятным и мощным. Пока она с благоговением смотрела на масштабы магического круга, Фауст подошёл с мягким смешком. — Ха-ха. Не нужно так напрягаться. Сама процедура займёт совсем немного времени. — ...Да. Уставшими шагами она направилась к хирургическому столу и легла. Холодную поверхность стола можно было почувствовать сквозь тонкое платье. — …… Все, что она видела над собой, — это тусклый потолок подвала. В этот славный день, когда ей предстояло возродиться истинным «солнцем», единственное, что падало на неё, была кромешная тьма без единого лучика света. «Дейл». Когда она лежала на хирургическом столе, в памяти сам собой всплыл образ одного человека. «Ты вчера выглядел таким удивлённым». Когда она вчера подошла к нему как «Юрина», его удивлённое выражение лица было очевидно. «Неужели ты так удивился потому, что я выглядела потрясающе красивой?» Вспоминания короткую встречу под лунным светом прошлой ночью, она не могла не думать о глупостях. «Это было здорово». Видеть его удивлённое выражение лица, сидеть рядом с ним и разговаривать, вдвоём молча смотреть на озарённое луной небо. Другие могли бы цыкнуть языком, говоря: Что тут такого особенного? Но для меня это было незаменимым, драгоценным воспоминанием. «Этого достаточно». Да, этого достаточно. Точно так же, как сбежавший студент в конце концов возвращается в школу, конец бунта должен естественным образом вести к возвращению к рутине. — Тогда я начинаю процедуру. Да. Это моя рутина. Лежать на этом холодном операционном столе в ожидании превращения в «солнце» — этот момент был самой истинной частью моей жизни. «Вот оно». Эта мелочь. Эта жалкая вещь. Такова жизнь, которую прожила Юрина Гелиос. «Я ненавижу это». В одно мгновение во мне хлынул невыносимый поток эмоций, подобный взрыву. Хлоп! Я грубо отмахнула руку Фауста, когда он протянул её ко мне. — Юрина! Что ты вообще творишь?! Раздался шокированный выговор моей матери. — О... Я, я прошу прощения. В испуге я посмотрела на Фауста. Фауст, потирая покрасневшую руку, тепло улыбнулся. — Нет, все в порядке. Я понимаю, что вы сейчас очень растеряна. Он отступил на шаг и повернулся к Розане. — Как насчёт того, чтобы дать мисс Юрине немного больше времени на подготовку? — Хах. Прошу прощения. С тех пор как она начала околачиваться с этими простолюдинами из Республики, она совсем потеряла манеры. — …… Видя, как мать вздыхает и качает головой, я не удержалась от пустого смешка. Пустота грызла моё сердце. «Зачем я все это время боролась?» Ради такого человека, просто чтобы услышать единственное слово похвалы: «Молодец!» - я отчаянно трудилась последние восемь лет. «Может быть... мне просто сбежать сейчас?» Если выбросить всё. Если я сбегу отсюда, изменится ли моя жизнь? — Что ты делаешь? Быстро ложись обратно на операционный стол. — ...Да. Несмотря на кипящие в голове импульсы, моё тело послушно последовало приказу матери. — …… У жизни есть инерция. Как бы сильно я ни хотела сбежать, прошедшие восемь лет моей жизни стали оковами, которые крепко сковали меня. От холодного голоса матери все моё тело оцепенело и не могло двигаться. Даже желание сбежать отсюда рассеялось так, будто его никогда и не было. «...Ах». Единственное, что я могла сделать, — это лечь обратно на операционный стол, как велела мать. — Ха-ха, ха-ха. Я сухо рассмеялась и покачала головой. «В конце концов, ничего не изменилось». Часы Юрины Гелиос все ещё застряли в том моменте восьмилетней давности. В день, когда я смотрела на тело моего умершего брата, не в силах сделать ничего, кроме как безудержно рыдать. Вздох. Внезапно я вспомнила историю, которую брат рассказывал мне в детстве. Типичная сказка о принце на белом коне, пришедшем спасти пленённую принцессу. «Брат, который рассказал мне эту историю, погиб из-за меня». Горько усмехнувшись, я легла на операционный стол и уставилась на тёмный потолок. В темноте я представила лицо Дейла. Я представила, как он внезапно пробивает стену и спасает меня, совсем как принц из сказки. «На что я вообще надеюсь?» Я усмехнулась абсурдности этой мысли. Ожидать, что Дейл меня спасёт? Дейл даже не знал, что я «Юрина», а не «Юрен». И даже если бы он знал, что он вообще мог сделать? «Дейлу ни за что не добраться сюда в одиночку». Особняк Гелиос охранялся сотнями солдат и Солнечными Рыцарями, образуя неприступную крепость. Не говоря уже о мощных защитных заклинаниях, наложенных великим мудрецом Юлиусом, стоило лишь ступить внутрь особняка. Каким бы искусным ни был Дейл, у него не было шансов прорваться через трое «Солнечных Врат» и добраться до этого места. — Пожалуйста, начинайте процедуру. На детских фантазиях пора поставить точку. Пора встретиться с реальностью лицом к лицу. — Кажется, теперь ты готова. Фауст мягко улыбнулся, приближаясь ко мне. Когда его рука потянулась к моей стигме... Пип! Пронзительный сигнал тревоги внезапно раздался из часов героя на запястье моей матери. — Что на этот раз? Мать раздражённо нахмурилась, включая часы героя. — Я же говорила, что сегодня у меня важное событие... [Нарушитель! Проник нарушитель!] — Что? [Нарушитель прорвался через первые «Солнечные Врата» и проник на территорию особняка!] ---------- Том 1 Глава 83 Единственным источником света в тускло освещённом подвале были магические круги, вырезанные на полу и стенах и тихо светившиеся. Благородная дама в великолепном платье свирепо поморщилась. — Первые Солнечные Врата прорваны? Розана Гелиос, глава семьи Гелиос, сузила глаза, слушая нелепый доклад, поступавший через её часы героя. Врата, которые круглосуточно охраняли сотни солдат, были прорваны? — Сколько их там? [Т-только один.] — Один? Ты хочешь сказать, что всего один человек? Розана уставилась на часы героя, откуда доносился панический голос капитана стражи. — Возьми себя в руки и доложи нормально. Какова ситуация? [Е-если верить докладу! Нарушитель в одиночку одолел 282 стражников, защищавших Солнечные Врата, и прорвался через главный вход!] — …… Не тайком перелез через относительно слабо охраняемую внешнюю стену — а сокрушил почти три сотни стражников и ворвался спереди? «В этом нет никакого смысла…» Хотя эти три сотни стражников не были «Героями», наделёнными стигмой, все они обладали высоким мастерством и были вооружены магическими инструментами. Даже если бы у Героя была сверхчеловеческая сила, прорваться в одиночку сквозь три сотни хорошо вооружённых стражников было непростой задачей. — Опиши приметы нарушителя. [У него с-седые волосы, и он одет в форму курсанта Академии Героев!] Седые волосы и форма курсанта Академии Героев? «Этого не может быть…» Выражение лица Розаны ожесточилось. В её памяти промелькнуло лицо того дерзкого отродья из Республики, которое посмело бросить ей вызов во время дня открытых дверей. — Где нарушитель сейчас? [Он быстро приближается к особняку по дорожке!] — Отправьте Рыцарей Солнца усмирить нарушителя. Вторые Солнечные Врата, защищавшие семью Гелиос, охранял один из трёх сильнейших рыцарских орденов Империи. Эти рыцари постоянно проживали на территории особняка, выполняя задачу по защите семьи от внешних угроз. [Понял!] Шаги поспешно удалились, оставив в подвале тяжёлую тишину. — Матушка, неужели вы хотите… — Лежи. Не вставай, — рявкнула Розана на Юрину, которая попыталась подняться с операционного стола. Её лицо было напряжено, губы искусаны от досады. В тишине прошло несколько минут, прежде чем через часы героя поступил новый доклад. [Вступаем в бой с нарушителем силами Рыцарей Солнца!] — Отличная работа. Розана с облегчением вздохнула, услышав этот доклад. Рыцари Солнца отличались от привратников у входа — это были элитные силы, целиком состоявшие из «Героев», пробудивших стигмы. Более того, это была не какая-то случайная банда героев, а мощный рыцарский орден, состоявший из лучших выпускников Академии Героев. Рыцари Солнца были достаточно сильны, чтобы противостоять большинству крупных гильдий. Уж с одним-то начинающим курсантом они разберутся быстро… [Р-рыцарей Солнца оттесняют!] — Что? [Половина рыцарей уже потеряла сознание, а вторая половина едва держится!] — Ч-что ты говоришь? Розана поднесла часы героя ближе к лицу, ощущая нарастающую панику. Прошло едва пять минут с момента доклада о боестолкновении, и всё же — как такое возможно? Половина Рыцарей Солнца потеряла сознание? А вторая половина едва держалась? «Да что вообще происходит?» Ситуация была настолько абсурдной, что ей хотелось верить, будто это какой-то изощрённый розыгрыш капитана стражи. [Капитан Роберт сейчас сражается с нарушителем!] [К-капитана Роберта оттесняют!] [Капитан Роберт пал! Все Рыцари Солнца выведены из строя!] Лицо Розаны застыло от шока. Роберт Гелиос, её ближайший подчинённый и капитан Рыцарей Солнца, был Героем, нёсшим в себе кровь семьи Гелиос. Хотя он был ребёнком наложницы и не освоил тайные техники Солнечного Меча семьи, он всё равно входил в сотню лучших в рейтинге героев Империи — так называемый «ранкер». — Курсант победил ранкера? И даже не после долгой и тяжёлой битвы. Судя по времени доклада, Роберт не продержался и трёх минут, прежде чем его одолели. И это несмотря на помощь остальных Рыцарей Солнца. — Что происходит… Что это за ситуация? Розана в неверии прижала руку ко лбу. Один единственный курсант штурмовал поместье семьи Гелиос — событие само по себе абсурдное, но чтобы прорваться через двое Солнечных Врат, которые ни разу за пятисотлетнюю историю семьи не были прорваны, за считанные мгновения? Такое должно было быть невозможно, если только атаку не возглавлял архиепископ-демон высокого уровня. [Нарушитель направляется к особняку!] — О-остановите его! [Но сил больше не осталось…] — Наверняка в особняке ещё остались войска в резерве! Собери их всех и останови этого человека! [П-понял!] Панический голос затих вдалеке. — Похоже, дела идут неважно. Задержавшись у операционного стола, Фауст, молча наблюдавший за разворачивающейся ситуацией, наконец заговорил. — Н-нет! Всё в порядке! Не переживайте и сосредоточьтесь на процедуре, доктор! — Хм. Впрочем, сейчас не самое подходящее время для процедуры… Фауст пожал плечами и продолжил: — К тому же, беспокоиться не о чем, верно? — Ч-что вы имеете в виду?.. — В конце концов, у семьи Гелиос трое Солнечных Врат. — …… Розана оцепенела от слов Фауста. Третьи Солнечные Врата семьи Гелиос. Внутри особняка находился защитный барьер, установленный самим легендарным мудрецом Юлиусом Бастианам. — Но если мы активируем барьер… Розана замолчала, прикусив губу. Барьер, созданный Юлиусом, не был предназначен для усмирения нарушителей. Он был создан для того, чтобы уничтожать их шквалом магических атак, обращая в пепел за одно мгновение — барьер, специализирующийся на «устранении». — Уф… У Розаны не было намерения убивать простого курсанта, пусть он и был низкородной дворнягой из Республики. Она не ожидала, что ситуация дойдёт до того, что ей придётся рассматривать такой вариант. — Почему вы колеблетесь? Неужели вы планируете проявить милость к подонку, который вторгся в ваш дом? — Н-нет, дело не в этом… — Если нет, то быстро свяжитесь со стражей и активируйте третьи Солнечные Врата. — …… Розана молча посмотрела на свои часы героя. [Нарушитель вошёл в особняк!] Экстренные доклады продолжали поступать из часов героя. — Разве есть сейчас что-то более важное, чем создание «Солнца» для семьи Гелиос? Раздался сладкий шёпот Фауста. Как только она сглотнула слюну и уже собиралась заговорить — — Нет, остановитесь! Юрина, лежавшая на операционном столе, поспешно приподнялась. Было несложно догадаться, кем являлся тот «нарушитель», что буйствовал в особняке. «Дейл». Она не знала, зачем он пришёл, но среди курсантов, способных в одиночку обезвредить сотни стражников и рыцарей Солнца, она никого больше не знала, кроме Дейла. Её радость от того, что Дейл пришёл спасти её, оказалась недолгой. Как только она услышала приказ активировать «Защитный Барьер», по её спине пробежал леденящий холодок. «Матушку нужно остановить». Каким бы сильным ни был Дейл, он никак не мог выжить под барьером, созданным самим Великим Мудрецом. — Остановитесь, матушка… Ааагх! Треск! В тот же момент ослепительный свет вырвался из магического круга вокруг операционного стола. Свет превратился в цепи, крепко сковавшие Юрину. — Ннгх…! Отпустите меня! — Идти против матушки — не лучшая идея. Фауст холодно усмехнулся, оглянувшись на Розану. — Розана? — …Я понимаю. Розана, словно принимая решение, подняла часы героя. — Активируйте барьер. [Б-барьер, госпожа?] — Или ты предпочитаешь сидеть сложа руки, пока нарушитель прогуливается по особняку? [Н-нет, госпожа. Я немедленно активирую барьер.] Вууунг! Когда барьер Великого Мудреца активировался, волна мощной магии распространилась даже до подвала. — Нет! Пожалуйста, остановитесь… Раздался отчаянный голос Юриной, когда она протянула руку, а её лицо исказилось от паники. Но прежде чем её мольба успела завершиться — БУУУУУУМ! Громовой раскат сотряс весь особняк. На потолке подвала появились трещины, и вниз посыпались обломки. Вскоре после этого через часы героя поступил доклад. [Барьер функционирует нормально.] — Фух, хорошо. А что насчёт нарушителя? [Я сейчас же пойду проверю.] Через коммуникатор было слышно тяжёлое дыхание, словно капитан стражи куда-то спешил. Кашляя — видимо, из-за дыма, заполнившего особняк от магической бомбардировки, — капитан снова заговорил: [Нарушитель мёртв, подтверждаю.] — Отлично. Розана радостно улыбнулась и кивнула. — Ах… Юрина с широко раскрытыми глазами застыла на месте. — Аах… Юрина обхватила себя дрожащими руками. — Ааах, аааххх! Она закричала, словно в конвульсиях, её тело яростно извивалось. Световые цепи вонзились в её тело, и оттуда начала сочиться кровь. — Ты… как смеешь, КАК СМЕЕШЬ! Юрина с налитыми кровью глазами убийственно уставилась на Розану. — Юрина, ты… — Я убью тебя! Клянусь! Розана опешила, глядя на дочь, от которой теперь исходило убийственное намерение. Она никогда раньше не видела дочь такой. От некогда кроткой девочки, которая всегда послушно следовала за ней, не осталось и следа. Юрина, теперь похожая на демона с искажённым от ярости лицом, барахталась, вся в собственной крови. — Как ты смеешь так разговаривать с матерью… Как только Розана собралась отчитать её — […Какого…] Голос, полный шока, раздался из часов героя. [Почему… Почему он всё ещё жив?] — …Что ты сказал? Розана нахмурилась и подняла часы героя. — Что происходит? [А-ахх. Н-нет, не подходи ближе.] — Капитан? [Держись подальше, монстр! ААААААААХХХХХХХХ!] ХРУСЬ! Звук разрушения чего-то эхом пронёсся через коммуникатор, после чего воцарилась тишина. — Ч-что это… Розана в неверии уставилась на отключившиеся часы героя. Тук, тук. За дверью подвала послышались шаги. Розана, широко открыв глаза от страха, повернулась к двери. — Не может быть… Прежде чем она успела закончить фразу — БУУУМ! Дверь подвала разлетелась в щепки от оглушительного взрыва. Внутрь хлынуло густое облако пепельного дыма. Сквозь клубящуюся пыль свирепо блеснула пара зелёных глаз. — Юрен… нет, Юрина, кажется? Дейл небрежно вошёл в подвал, не сводя взгляда с Юриной, привязанной к операционному столу. — Я пришёл за тобой. ---------- Том 1 Глава 84 — П-подожди! Розана поспешно преградила мне путь. Она сверкнула на меня глазами, в которых смешались паника и ярость, и открыла рот. — Кто… кто ты вообще такой? — Я же представился вчера. Уже стареешь и склероз подбирается, тётушка? — Ах ты…! Лицо Розаны исказилось от ярости. — Как ты прорвался через Солнечные Врата? — Как прорвался? Ты же сама всё слышала! Я бросил взгляд на её часы героя, которые всё ещё были включены, и усмехнулся. — Просто взял и проломился. У меня не было времени разрабатывать хитроумную стратегию или составлять детальный план. Как только я понял, что стигма Юрена… нет, Юрины была кем-то насильно изменена, я бросился прямо к семье Гелиос и без раздумий проломил парадные ворота. «Было бы ложью сказать, что у меня совсем не было сомнений». Если что-то меня и сдерживало, так это потенциальное изменение будущего. «В прошлой жизни знакомая мне Юрина носила стигму Бога Солнца». Но если я вмешаюсь здесь и остановлю изменение её стигмы, она вместо этого будет жить со стигмой Бога Луны. Если это произойдёт… «Она может не достичь прежних высот». Конечно, стигма сама по себе напрямую не влияет на способности. Точно так же, как я со стигмой Бога Леса в мгновение ока достиг вершины Солнечного Меча, она могла достичь тех же высот даже со стигмой Бога Луны. «Никто не может предсказать, как изменится будущее». Если я оставлю всё как есть, Юрина может стать величайшим мечником человечества. То, что я собираюсь сделать, может оказаться равносильно тому, чтобы собственными руками порвать выигрышный лотерейный билет. Но как только я ступил в этот подвал, заставив себя отбросить сомнения, я сразу кое-что понял. — Д-дейл? Подобные тревоги были абсолютно бесполезны. — Ка… как? Дрожащий голос. Её дыхание участилось, и трепещущие глаза устремились на меня. Подобно ребёнку, потерявшемуся в толпе и наконец нашедшему родителей, её взгляд был наполнен нескрываемым чувством радости, которую она не могла скрыть. — … Я так многому научился у Юрена. Как владеть мечом, как вести группу и как набраться мужества, чтобы встретиться лицом к лицу со страхом. И потому я заблуждался. Я думал, что Юрен всегда был именно таким человеком. Человеком, который никогда не испытывал страха и для которого не существовало трудностей. Словно лучезарное солнце высоко в небе, ярко сияющее с самого рождения. Я сделал неверное предположение. Я никогда не задумывался о том, какой жизнью жила Юрина, поглощённая солнцем Юрена, и о какой жизни она мечтала. — Ты отлично держалась до сих пор. Слова, которые она так жаждала услышать. Впервые я озвучил желание, которому так и не суждено было исполниться в прошлой жизни. — Тебе больше не нужно сиять. Какое мне дело до того, изменится ли будущее? Какое значение имеет то, не станет ли она величайшим мечником человечества? Юрина и без того взвалила на себя слишком многое. Ей доставались лишь одни тяготы. Если она не может стать солнцем, тогда солнцем стану я. Если она не может стать величайшим мечником человечества, тогда величайшим стану я. Если ноша, которую она несёт, окажется слишком тяжёлой, я понесу её вместе с ней. В тот день, когда я повернул время вспять. Я уже решил, что буду жить именно так. — Ах… Глаза Юрины расширились. Слёзы, струившиеся по её щекам, собирались на подбородке, а затем падали одна за другой. — Ах… у-у… Словно освобождая все эмоции, которые она сдерживала, Юрина обхватила себя обеими руками и зарыдала. Я уже собирался подойти к рыдающей Юрине, как вдруг — — Как смеет этот грязный республиканский ублюдок…! Лицо Розаны злобно исказилось. Она схватила меч, лежавший в углу подвала. Золотая мана хлынула вокруг неё, яростно закружившись по всей комнате. — Кто дал тебе разрешение говорить такое?! Розана крепко сжала рукоять меча и яростно оттолкнулась от земли. Её скорость пугала, особенно для человека в длинном платье. Солнечный Меч. Шестая форма, модифицированный стиль: Сияние — Абсолют. Это была фирменная техника Розаны, благодаря которой она заслужила прозвище «Вспышка» в бытность героем. Это была техника, концентрировавшая свет Сияния в одну точку и выпускавшая его наподобие пронзительной иглы, что требовало крайне точного контроля маны. — Ха-а-а! Золотая вспышка устремилась ко мне. Я слабо улыбнулся, наблюдая, как золотой свет стремительно приближается. Да уж. «Сияние — Абсолют» и впрямь техника, требующая тонкого контроля маны, но… «Когда дело доходит до точного управления маной, даже Юрен в прошлой жизни не мог превзойти меня, тётушка». Я взмахнул мечом навстречу приближающейся вспышке. Солнечный Меч. Шестая форма, модифицированный стиль: Сияние — Абсолют. Та же техника, которую Розана оттачивала всю жизнь, вырвалась из моего клинка. Было два отличия: аура моего меча была тускло-серой, а не ослепительно-золотой. Другая разница заключалась в том… Клац! Мой вариант был куда более отточенным, чем тот, что выпустила она. — Ааааа! Клац! С пронзительным криком меч Розаны разлетелся на куски. Розана стояла в шоке, сжимая сломанную рукоять, с разинутым ртом. — К-как…?! Она была шокирована вовсе не тем, что я использовал Солнечный Меч. На самом деле Солнечный Меч в моем исполнении настолько отличался от того, которым пользовалась семья Гелиос, что его можно было считать совершенно другим стилем. Она была ошеломлена тем, что техника, на совершенствование которой она потратила всю жизнь, была с лёгкостью заблокирована. И это был не просто блок — я остановил её самую уверенную атаку, в которой она сконцентрировала ману в единой точке. — Какое… какое колдовство ты использовал?! Представьте себе, каково это — когда технику всей твоей жизни разрушает курсант, у которого даже нет официальной лицензии героя. Розана, не в силах принять реальность, бросила сломанную рукоять и бросилась на меня. — Тц. Я цыкнул языком, глядя на Розану. — Свали уже. Я схватил её за воротник, когда она бросилась на меня, и поднял изо всех сил. Боевые искусства Беральда. Небесный Переворот. БУМ! Тело Розаны изогнулось в воздухе и со страшной силой рухнуло на землю навзничь. — Гха! Розана издала хрип, выплёвывая слюну, её глаза закатились, и она потеряла сознание. Оставив потерявшую сознание Розану позади, я повернулся к операционному столу. — Эх. Всё это… такой бардак. Рядом со столом стоял молодой человек с серебристыми волосами и золотым моноклем, качая головой и вздыхая. «Не этот ли ублюдок подменил стигму Юрины в моей прошлой жизни?» Я попытался прокрутить воспоминания из прошлой жизни, но его лицо было мне абсолютно незнакомо. «Впрочем, после избиения я узнаю, кто он такой». Как раз когда я собирался повернуться к главному виновнику этого инцидента, прежде чем освободить Юрину, — У нас нет выбора. План придётся изменить. Щёлк! Когда светловолосый мужчина щёлкнул пальцами, магический круг, выгравированный по всему подвалу, начал извиваться и стягиваться в одну точку, словно живой. Грохот! Ужасающая волна маны пронеслась по помещению, когда магический круг объединился. — Ургх…! Я прищурился от хлынувшей волны маны. Треск! В воздухе появилась чёрная трещина, расколовшая пространство. — А… а-ах. Из разлома шагнуло существо, облачённое в сплошные чёрные доспехи. Но можно ли вообще назвать это «существом»? Плоть, виднеющаяся между доспехами, разлагалась и гнила, а внутри шлема мерцали жуткие синие огоньки там, где должны были быть глаза, из-за чего верить в то, что это человек, было просто невозможно. — Эта штука… На человека это определённо не походило, но… «Это человек». Герой, благословлённый богами, пробудивший свою стигму. Увидев создание в чёрных доспехах, я сразу понял, кем был этот светловолосый мужчина. «Демон, который совращает героев и превращает их в своих марионеток». Мефисто, Архиепископ Порчи. Он был демоном, исчезнувшим без следа после того, как война с шестью архиепископами начала обостряться по мере ослабления печати Бога Демонов. «Я слышал его имя, но вижу его лично впервые». Помимо того, что он совращает героев и делает их своими марионетками, о Мефисто было известно немногое, из-за чего я не сразу узнал его. — Что ж, увидимся в следующий раз. Не дожидаясь моей реакции, Мефисто прыгнул в чёрный разлом и исчез. — …Тц. Цокнув языком от досады из-за того, что позволил Мефисто сбежать прямо у меня перед носом, я сжал меч. Как бы сильно мне ни хотелось последовать за Мефисто в этот чёрный разлом, я не мог просто бросить Юрину. Я направил меч на создание в чёрных доспехах. — А-а… Аргх-х-х!! Существо в чёрных доспехах издало чудовищный крик, взмахнув своим огромным мечом. Клац! Когда я заблокировал удар меча, по моей руке прокатилась оглушительная ударная волна. «Силён». По своей чистой силе оно не уступало профессору Лукасу. «Подумать только, что такого героя превратили в марионетку…» Я поморщился и направил кулак в сторону существа в чёрных доспехах. Боевые искусства Беральда. Разрушитель Гор. БАХ! — Ургххх! С громким грохотом существо в чёрных доспехах отбросило назад, и оно врезалось в стену. — А-а… Несмотря на силу удара, достаточную для того, чтобы разрушить часть стены, существо в чёрных доспехах снова поднялось, не показывая никаких признаков боли. — Тц. Поняв, что бой предстоит тяжёлый, я уже собирался задействовать свою силу, как вдруг — — Дейл. Юрина, ранее скованная магическим кругом, подошла ко мне. — Я буду сражаться. — …Юрина? Подойдя ближе, Юрина с удивительно облегчённым выражением лица взяла меня за руку. — Спасибо тебе, Дейл. Она прижала мою руку к своей груди. — Спасибо, что был моим другом. Спасибо, что хвалил меня, когда у меня всё получалось. Спасибо, что пришёл меня спасти. И спасибо… за то, что сказал, будто мне больше не нужно сиять. В её взгляде, когда она смотрела на меня, больше не было страха. — Поговорим позже… Юрина притянула меня ближе, прислонив голову к моей груди. Её серебристые волосы мягко колыхнулись, а нежное прикосновение в сочетании с её ароматным запахом щекотало мне нос. — Теперь моё солнце — это ты. Произнеся это, она ярко улыбнулась. — Не одолжишь мне свой меч на минутку? Юрина взяла мой меч и направилась к существу в чёрных доспехах. ---------- Том 1 Глава 85 Волна счастья захлестнула меня, погрузив голову в туман. Даже стоя на месте, я не могла сдержать улыбку. Моё тело казалось лёгким, словно я парила над облаками. -Я пришёл за тобой. Когда я услышала эти слова, меня переполнила радость. В голове пронеслись вопросы: как Дейл понял, что я Юрина, а не Юрен? Откуда он узнал, что мне предстоит операция по замене стигмы? Но все эти пустяковые вопросы быстро исчезли, сменившись всепоглощающим счастьем от того, что Дейл пришёл спасти меня. -Тебе больше не нужно сиять. Я прожила жизнь, чтобы стать солнцем. Я жила, чтобы сиять. Я должна была искупить свои грехи. Я хотела, чтобы мама снова любила меня, как раньше. Я должна была стать «Юреном». Но… Солнце по имени «Юрен» было так далеко и так слепило. Как бы сильно я ни старалась, я не могла до него дотянуться. Это было изнурительно и невыносимо больно. Размахивать мечом каждый день до кровавых мозолей на ладонях, видеть холодные глаза матери, страдать от кошмаров о брате. Чем сильнее я стремилась стать солнцем, тем больше моя жизнь наполнялась густой темнотой. Затем перед моим взором появился Дейл. Мой самый первый друг. Мой наставник и спаситель. Моё новое солнце. «Я больше не буду жить ради того, чтобы стать Юреном». Я вырвалась из цепей, сковывавших меня последние восемь лет. Я стёрла страх перед матерью и чувство вины перед братом. Дейл научил меня «смелости», которую я никогда бы не смогла проявить сама. «Дейл». Понимает ли он, насколько сильно его присутствие спасло меня? Заметил ли он, как моё сердце переполняется эмоциями, готовое разорваться? Я не знаю. Но это неважно. С этого момента я могу давать ему знать об этом понемногу. «С сегодняшнего дня я буду жить для Дейла». Я посвящу всё тому, кто подарил мне новую жизнь. Если луна может сиять только благодаря солнцу, «Тогда моё солнце — это Дейл». От одной этой мысли я невольно улыбаюсь. Кажется, будто я выпила бесценный эликсир; по моему телу разливается неведомая сила. — А-а-а, ух. Лязг. Монстр в чёрных доспехах поднялся на ноги. Это была марионетка, призванная человеком по имени «Фауст» перед тем, как он сбежал. Если бы я прошла операцию по замене стигмы, стала ли бы я такой же марионеткой? «Нет, я была марионеткой ещё до этого». До встречи с Дейлом я ничем не отличалась от марионетки, только без нитей. Но теперь… «Больше нет». Я сжала меч, и вокруг меня закрутилась мана. Выгравированная на моей левой груди «Стигма Бога Луны» излучала свет. Вр-р-р-ммм! Золотая аура окутала мой клинок. Глядя на сияющую, похожую на солнце золотую ауру, я прищурилась. «Раньше она выглядела иначе». Моя аура была золотой, потому что я заставила её походить на ауру брата, манипулируя маной, чтобы изменить её цвет. «Мне больше не нужно этого делать». Я перестала по привычке сдерживать ману и высвободила её со всей силой. Лязг! Словно что-то разбилось, золотая аура постепенно стала серебряной. Холодная серебряная аура лунного света яростно запылала по краю клинка. — Хах. Пьянящее ощущение пробежало по моему позвоночнику. Словно вырвался долго сдерживаемый вздох, распространяя освежающее чувство по всему телу. — …Ах. Тихий вздох сорвался с моих губ. Информация хлынула в мой разум, словно я вспоминала забытое воспоминание. — Это… Благословение. Божественное благословение — то, что способны проявить лишь немногие герои с пробуждёнными стигмами. «Благословение Лунного Света». Информация о Благословении Лунного Света естественным образом полилась в мой разум. «Чем больше думаешь о дорогом человеке, тем сильнее становишься». Я не могла не рассмеяться от абсурдности этой информации. Я слышала, что у некоторых благословений бывают странные свойства, но… Получать силу просто от мысли о ком-то? «Ни одно благословение не подошло бы мне лучше». Со слабой улыбкой я бросила взгляд на Дейла. Стоило мне посмотреть на него, как колоссальный всплеск маны грозил взорваться внутри меня. — Увоооааххх! Монстр в чёрных доспехах бросился на меня с яростным рёвом. Чёрная аура пылала на огромном мече в его руке. Судя по количеству ауры, струящейся по клинку, было очевидно, что этот монстр обладает огромной силой. Но… — Хах. Я тихо выдохнула и сжала меч. Почему-то вместо того, чтобы чувствовать угрозу от свирепой чёрной ауры, я нашла её смехотворной. — Седьмая форма Солнечного Меча. Техника, которую я знала лишь в теории и никогда успешно не выполняла. Возвышающаяся стена, преграждавшая мне путь, — и мир за ней. Я шагнула в этот мир без колебаний. — Солнечное Кольцо. Серебряное кольцо сформировалось вдоль клинка. Холодное сияющее серебряное кольцо обвило чёрный пылающий двуручный меч. Ш-ш-шак! Окутанный аурой меч был разрезан пополам так же легко, как кусок тофу. — А? Что? Я вонзила меч в монстра, который ошеломлённо уставился на своё разрубленное оружие. Хруст! Меч пронзил чёрную бронь, вонзившись в сердце монстра. * Серебряный свет озарил тёмное подземелье. Я наблюдал за Юриной, купавшейся в серебристом сиянии, и тихо выдохнул. — Хах. Мана Юрины всегда была огромной, но… Теперь мана, исходившая от неё, намного превосходила даже тот огромный уровень. Если только она не выпила какой-то легендарный эликсир, было лишь одно объяснение столь внезапным изменениям. «Божественное благословение». Воспоминания из моей прошлой жизни естественным образом всплыли в памяти. Юрен был сильнейшим мечником человечества, но даже при этом у него не было божественного благословения. Поскольку божественные благословения нельзя обрести упорным трудом, было неудивительно, что Юрен не пробудил его. «Но внезапно пробудить такое благословение?» Это значит, что в прошлой жизни у Юрена было благословение, но он так и не смог его проявить. «Будущее действительно изменилось». Совершенно в противоположном направлении от того, чего я боялся. — Дейл… Юрина, только что повергнувшая монстра в чёрных доспехах одним ударом, повернулась ко мне с сияющими глазами. Когда она сделала шаг вперёд — — Ах. Она вдруг пошатнулась, словно собираясь рухнуть. Я быстро поймал её в объятия. — Когда впервые пробуждаешь благословение, твоему телу нужно время, чтобы адаптироваться к силе, поэтому ты будешь чувствовать себя истощённой. — О, понятно… Но, Дейл, откуда ты зна… Прежде чем Юрина успела закончить фразу, она мягко закрыла глаза и заснула. — Фух. Держа спящую Юрину на руках, я вышел из подземелья. Особняк был наполовину разрушен магической бомбардировкой, но поскольку он изначально был таким большим, осталось ещё несколько целых комнат. Я выбрал комнату, которая казалась относительно невредимой, и открыл дверь. — Хе-е-ек! Горничная, прятавшаяся внутри, в ужасе отпрянула, увидев меня. — Я-я сделаю всё, что вы скажете, так что, пожалуйста, пощадите меня! — …… Я тяжело вздохнул, глядя на горничную, которая дрожала, сложив руки перед собой. «Любой подумал бы, что я перебил всех на пути сюда». Конечно, я не убил ни одного человека, прорываясь через особняк. — Я ненадолго займу эту кровать. — О, да. Пожалуйста, пользуйтесь сколько нужно! Горничная быстро встала и принялась кланяться. Я уложил Юрину на кровать и приложил тыльную сторону ладони к её лбу. «У неё жар». Казалось, её тело выделяло тепло, адаптируясь к новой силе, которую она обрела. — Прости, но не могла бы ты оказать мне услугу? — Да, конечно! — Не могла бы ты принести полотенце и немного холодной воды? — О… да, сию минуту! Горничная в спешке выбежала из комнаты. Я придвинул стул к кровати и сел, молча приглядывая за Юриной. — Где сейчас этот высокомерный ублюдок из Республики?! Похоже, Розана очнулась после обморока. Её голос громко эхом разнёсся по коридору. БУХ! Розана ворвалась в комнату, яростно уставившись на меня. — Ты…! Какого чёрта ты творишь?! — Разве не видишь? Я забочусь о твоей дочери. — Ты…! Розана направилась ко мне широким шагом. — Как смеет ублюдок из Республики прикасаться к благородному семейству Империи?! Ты думаешь, это какая-то «нейтральная зона», вроде Академии Героев? Только погоди. Я обязательно сообщу об этом императорской семье, и они тебя не оставят в покое… — Сообщить императорской семье, да. Я усмехнулся и встал. — Ч-что? Когда я поднялся, Розана вздрогнула и отступила на шаг. Я подошёл к ней с лукавой ухмылкой. — Если хочешь рассказать, валяй. — Хах. Неужели ты действительно думаешь, что, каким бы сильным ни был, сможешь справиться с императорской семьёй? — Конечно нет. Хотя моя сила недавно возросла, я никак не мог в одиночку справиться с императорской семьёй. Но. — А ты сможешь? — С-справиться с чем?.. — С тем, как ты сотрудничала с демоном и использовала запрещённый «Ритуал замены стигмы». Как думаешь, что случится с семьёй Гелиос, если императорская семья узнает об этом? — П-подожди! Я не знала, что этот человек — демон! — О? Ну, раз ты говоришь, я поверю. Я наклонился близко к её уху и прошептал: — Только вот не уверен, что императорская семья тебе поверит. — Угх…! Лицо Розаны побледнело, она уставилась на меня с приоткрытым ртом. Даже если каким-то чудом они смогли бы закрыть глаза на использование запрещённого ритуала, тот факт, что она сговорилась с демоном, означал бы конец для семьи Гелиос. Пособничество демонам считалось преступлением государственной измены. Я ухмыльнулся, заметив, как лицо Розаны исказилось от отчаяния. — Как насчёт того, чтобы пойти вместе и объяснить это императорской семье? — …… Розана молча опустила голову. Решение было очевидным. Для аристократки, ценившей честь своей семьи выше собственной жизни, был лишь один выбор. — …Хорошо. Мы замнём это дело. Она прикусила губу и кивнула. — Хм. Я сузил глаза, глядя на искажённое выражение лица Розаны. «Как-то обидно заканчивать на этом». Думая о боли, через которую Юрина прошла из-за неё, мне было неприятно отпускать всё так, будто ничего не случилось. «Что такого сделать, чтобы растоптать гордость этой надменной аристократки?» Пока я погрузился в раздумья, горничная робко высунула голову из приоткрытой двери. — Эм… я принесла воду. — А. Я посмотрел на горничную и злобно улыбнулся. * Щелчок. Дверь осторожно открылась. Оттуда донёсся аромат чая. — Угх… Розана вошла в комнату с подносом в руках, переодетая в горничную. Несмотря на то, что Розане было за пятьдесят, в форме горничной она всё ещё выглядела потрясающе, словно доказывая своё кровное родство с Юриной. — Я-я принесла чай. — Принесла чай? — Я-я принесла чай, господин. — Да-да. Тебе следует говорить уважительно. Я лениво откинулся на спинку стула и поманил её к себе. — И долго ты будешь стоять у двери? — Гр-р… Для аристократки из столь престижного рода прислуживать простому студенту, как обычная служанка, было унижением хуже смерти. — А теперь как насчёт массажа плеч? — Ч-что ты сказал?! Розана ошеломлённо уставилась на меня с открытым ртом. — Ах ты… как смеешь…! — Как смею? И как я просил меня называть? — Угх! Её лицо исказилось от ярости. — Если будешь продолжать в том же духе, я позову всех слуг в особняке. — Нет, пожалуйста, не надо! Стоять перед слугами в таком наряде было для неё совершенно неприемлемо. — Ну так ты же знаешь, что делать, верно? Я ухмыльнулся ей. Розана, прикусив губу от унижения, крепко зажмурилась. — Я-я сделаю вам массаж плеч. Г-господин. Слёзы стыда покатились по лицу Розаны, когда она неохотно произнесла это слово. Я тихонько усмехнулся, повернувшись к окну. Наступила ночь, и мягкий лунный свет осветил особняк Гелиос. ---------- Том 1 Глава 86 После того как суматоха в доме Гелиосов улеглась, я оставил Юрину, которой ещё нужно было о чём-то поговорить с матерью, и вернулся в школу первым. — Ты отстранён на неделю. — За что? — В смысле «за что», сопляк! Бац! Профессор Лукас с покрасневшим лицом ударил ладонью по столу. — Пропуска открытого урока тебе мало? Думаешь, сможешь отделаться без всякого наказания за самовольную вылазку и ночёвку вне академии?! — Хм. Как трусливо — нападать с фактами наперевес. — Профессор Лукас. — Чего тебе? — Я считаю так. Я продолжил мечтательным голосом: — Жизнь состоит не только из того, чему учат на занятиях. За маленьким забором школы можно узнать столько всего, гораздо больше, чем из знаний, получаемых внутри. — О? — Разве у вас в жизни не было такого времени, профессор? Бац. Я ударил по столу и страстно воскликнул: — Время, когда сердце горело страстью! Миг, когда душа пылала от рвения! Когда вы стремились к возвышенным идеалам и убеждениям, а не зацикливались на сиюминутной реальности! — И что именно ты пытаешься сказать? — Не могли бы вы закрыть на это глаза хотя бы разок? — …… — Похоже, нет. Черт. — Ха, ха-ха. Молодость… говоришь, молодость. Лицо профессора Лукаса перекосилось, став красно-фиолетовым. Издаваемая им свирепая мана заставила предметы в кабинете задрожать. «Ах, это...» Это может стать опасным. — Курсант Дейл. — Да, профессор? — Ты когда-нибудь слышал такую поговорку? — Какую? — «Молодость не проходит без боли». — Если что-то болит, значит, нужно к врачу. Что это вообще должно значить? — Ха-ха! Вот испытаешь сам, тогда и поймёшь. Скрип! Профессор Лукас резко встал со стула. Пока он поднимался, я быстро применил «Шаг ветра», чтобы переместиться к двери кабинета. — Увидимся через неделю! — Вернись сюда, сопляк! Бум! Бум! Бум! Я помчался на полной скорости, оставляя позади тяжёлые шаги, эхом разносившиеся сзади. * — Ха. Снова отстранение. Едва отделавшись от профессора Лукаса, я вернулся в комнату общежития и тяжело вздохнул, покачав головой. «Что ж, в каком-то смысле это даже к лучшему, ведь теперь я какое-то время могу полностью сосредоточиться на тренировках». Я и так думал о том, что мне нужно подналечь на тренировки, особенно после того, что случилось в доме Гелиосов. «Архиепископ Порчи, Мефисто». Вслед за Архиепископом Зверей ещё один архиепископ, скрывающийся в тени, показал свои карты, ясно давая понять, что он что-то затевает. «Какова была его цель?» Самым логичным предположением было бы то, что он планировал манипулировать Юриной, превратив её в свою марионетку путём вмешательства в её стигму во время ритуала замены. «Но в моей прошлой жизни Юрина не стала марионеткой Мефисто». Если целью замены стигмы действительно было сделать её марионеткой, это не вяжется с тем фактом, что в прошлой жизни Юрина вошла в число «Пяти последних героев», сражавшихся с Повелителем Демонов до самого конца. — Либо целью не было делать Юрину марионеткой… Или же. План мог провалиться по какой-то «другой причине», прежде чем успел увенчаться успехом. «Мефисто внезапно исчез во время войны». Среди героев ходило несколько теорий о том, почему он пропал, но ни одна из них так и не подтвердилась. — Тц. Воспоминания о прошлой жизни в такие времена бесполезны. Особенно теперь, когда будущее изменилось, из-за чего стало ещё труднее предсказать, что произойдёт дальше. — Посмотрим тогда… Я сел на кровать и медленно закрыл глаза. Учитывая, что я не мог предсказать, что архиепископы сделают дальше, мне оставалось сделать лишь одно. «Мне нужно стать сильнее». Гораздо сильнее, чем сейчас. Настолько сильнее, чтобы даже архиепископы трепетали от страха при одной мысли о встрече со мной. — С-ссс. Я медленно втянул воздух, формируя крошечную магическую пулю, меньше рисового зёрнышка, прямо в кровеносных сосудах. Поначалу даже создание магической пули заставляло меня обильно потеть, но теперь я мог формировать их так же естественно, как дышать. Бац! Магическая пуля пронеслась по кровотоку и стёрла в порошок моё сердце. Ощущение невесомости затуманило моё сознание. Но лишь на мгновение. Ву-у-ух! Активировалось «Благословение Возрождения», мгновенно регенерируя сердце, разорванное магической пулей. — Фух. Серый пепел вырвался из моего дыхания подобно туману. Не открывая глаз, я немного подождал. Ш-ш-ш! Острая, жгучая боль исходила из левой стороны груди, распространяясь по всему телу. Игнорируя боль, я сосредоточился и визуализировал в голове мир «Воображения». Вух! Перед моими глазами яростно взревело пламя, словно собираясь поглотить весь мир. Палящий жар бушевал по воображаемому миру. «Зажгись». Я медленно протянул руку к Первозданному Пламени. Бушующее пламя постепенно собралось в сферу над моей ладонью. Огненный шар размером с человеческую голову вспыхнул в моей руке. «Огромная разница по сравнению с началом». Тогда я едва мог собрать пламя размером со свечу, но теперь над моей рукой полыхал огненный шар размером с человеческую голову. По сравнению с началом это был колоссальный прогресс, но — «Все ещё недостаточно». Я протянул руку к полыхающему огненному шару. Сухая жажда обожгла мне горло. Больше, больше, больше. Пока пламя не будет поглощено целиком. Пока не останется ни единого уголька. Я это сделаю. Грохот! Ментальный мир содрогнулся. Пепел взметнулся, и я очнулся от ментального мира. — Фух! Я тяжело выдохнул и открыл глаза. — ...Что это было? Я наклонил голову, вспоминая события, только что происходившие в ментальном мире. В тот момент, когда движимый палящей жаждой я потянулся к первозданному пламени. Первозданное пламя, словно испугавшись, поспешно уклонилось от моей руки, из-за чего ментальный мир рухнул. «Мне что, показалось?» Первозданное пламя, известное тем, что в мифическую эпоху сожгло Древо Творения, не могло же оно обрушить ментальный мир просто чтобы сбежать от меня, верно? — В этом нет никакого смысла. Горько улыбнувшись и покачав головой, я проверил ману внутри своей стигмы. — Она неуклонно растёт. Хотя мана не хлынула резко, как при реконструкции моего тела, её общее количество неуклонно росло, словно снежный ком, увеличиваясь каждый раз, когда я повторял «смерть». — Тренировка маны окончена… Может, немного расслабиться? Я открыл дверь общежития и направился к личному полигону Юрины. — А? Дейл? В этот момент. Раздался знакомый голос, и ко мне подбежала Ирис. — Я слышала от профессора Лукаса. Ты внезапно ушёл без разрешения и даже ночевал вне академии… Что-то случилось? — О, ну. Я не мог рассказать ей об инциденте в семье Гелиосов. — Кое-что произошло. — Хм, и что же именно? Ирис подозрительно прищурилась, явно не удовлетворённая моим расплывчатым ответом. — Только не говори мне… Ты ведь не провёл ночь с какой-нибудь женщиной? — Э-э… Ну, вообще-то, Юрина — женщина. — Я так и знала! Ирис с шокированным выражением лица схватила меня за воротник. — Ах ты, мерзавец! С-с какой это женщиной ты сошёлся?! — Нет. Погодите-ка, Святая. Э-э… не могли бы ты немного следить за своими словами? — Выкладывай давай! Я покачал головой, пока Ирис сверлила меня взглядом радужных глаз. — Всё совсем не так. — П-правда? Ирис вытерла глаза и подозрительно посмотрела на меня. Когда я тихо кивнул, она, казалось, наконец расслабилась и испустила вздох облегчения. — Куда ты теперь направляешься, Дейл? — На личный полигон Юрины… то есть Юрена, немного размяться. — Ах да, ты же в последнее время тренируешься там. Поскольку занятия на общих полигонах привлекали слишком много внимания, у меня не было выбора. — Не подскажешь, где он находится? — С чего это тебе вдруг понадобилось знать? — Ты ведь опять слишком сильно увлечёшься тренировками и в итоге будешь питаться едой из магазина у дома, да? — Ну… да, это правда. Я планировал зайти в магазинчик и перекусить, так что отрицать не мог. — Хм. После занятий я принесу тебе коробочку с обедом. — В этом нет необходимости… — Если будешь отказываться, я приготовлю обед в стиле Святого Королевства. Обед в стиле Святого Королевства означал коробку, наполненную всевозможными овощами без единого кусочка мяса. — Буду ждать. — Хм, ладно. Ирис с довольным видом кивнула. — О да, кстати, не мог бы ты зарегистрировать меня для доступа на полигон? — Понял. Обычно нельзя зарегистрировать кого-то другого для доступа на личный полигон, если ты не его владелец, но Юрина дала мне не просто гостевой доступ — она наделила меня правами «администратора», так что я мог разрешить Ирис вход. — Ладно, у меня сейчас занятие, так что увидимся позже, Дейл~. — Ага. Проводив Ирис, я направился на личный полигон Юрины. Пип. Проведя часами героя и войдя на личный полигон, я увидел — — А? Юрину в образе «Юрена». Заметив меня, Юрина улыбнулась и помахала рукой. — О, ты пришёл, Дейл? — Разве ты не осталась дома, чтобы поговорить с матерью? — Я закончила с ней разговор и только что приехала. — Тогда почему ты не вернулась в общежитие? Зачем пришла сюда? — Хм. Юрина слегка покраснела, прежде чем ответить: — Я подумала, что могу столкнуться с тобой, если приду сюда. — ... — Ха-ха, я шучу. Юрина пожала плечами и подошла ко мне. Я попытался успокоить своё странно зачастившее сердце и спросил: — Кстати, ты так и собираешься оставаться в этом облике? — В этот момент было бы странно вдруг заявить: «Та-дам! Вообще-то я девочка!», верно? Юрина горько улыбнулась, откидывая назад золотистые волосы. — Разве не обидно оставаться в таком виде теперь, когда ты можешь быть собой как «Юрина»? — Ничего страшного. Юрина мягко улыбнулась и взяла меня за руку. — Главное, что ты знаешь, что я — Юрина. — ... Юрина уже некоторое время держалась непривычно близко. Я отвёл от неё взгляд и неловко кашлянул. — Н-ну, раз уж тебе так хочется, ничего не поделаешь. — Фу-фу, итак… Юрина расстегнула кулон, висевший у неё на шее. Её тело окутала голубая аура, и она снова превратилась в «Юрину». Её серебристые волосы засияли. Сладкий аромат защекотал мне нос. — Будем и дальше ладить, Дейл? Лучезарно улыбаясь, Юрина прижала мою руку к своей груди. Её улыбка была так же прекрасна, как лунный свет, освещающий ночное небо. ---------- Том 1 Глава 87 Личный тренировочный зал Юрины. Он был настолько большим, что называть его «личным» казалось почти нелепым. Мы с Юриной переоделись в тренировочную одежду и закончили лёгкую разминку. — Дейл, хочешь поспарринговать впервые за долгое время? — Звучит неплохо. Я всё равно рвался размять тело. «Мне тоже любопытно посмотреть, насколько сильно Юрина выросла на этот раз». Она была одной из сильнейших героев человечества даже без всякого божественного благословения и уже числилась среди первой пятёрки. Теперь, когда она пробудила своё благословение, мне было интересно, как далеко она сможет зайти. Даже наблюдая за ней как в прошлой, так и в нынешней жизнях, я не мог предсказать её пределы. — Ты же будешь использовать тренировочный меч, верно? — Нет, давай использовать настоящие мечи. На нашем уровне не имело значения, используем ли мы тренировочные мечи или настоящие — смертоносность была примерно одинаковой. На самом деле, использовать слабые, хрупкие тренировочные мечи было опаснее, так как они могли взорваться под давлением маны во время боя. — Ладно, поняла. Юрина, тоже зная это, взяла настоящий меч. Он был сделан из рога единорога, который она получила за первое место в недавней промежуточной аттестации. Серебряная аура поднялась вдоль острого края клинка. — Тогда начнём! Окутав меч серебряной аурой, она бросилась на меня, словно вспышка света. Я поднял меч и отразил мчащуюся ко мне серебряную вспышку. Бум! Тренировочный зал задрожал, словно произошло землетрясение. Мощная отдача ударила по ладоням. — Грр! У Юриной всегда было огромное количество маны, но после пробуждения благословения оно только увеличилось. «Выросла не только её мана». Блокируя непрекращающиеся удары меча Юрины, я сузил глаза. Уровень её Солнечного Меча был далеко за пределами того, каким он был, когда мы впервые спарринговались. «Разве недавно она не овладела седьмой формой?» Разница между шестой и седьмой формами Солнечного Меча казалась небольшой по номерам, но сложность была на совершенно другом уровне. «Даже Розана, потратившая жизнь на освоение Солнечного Меча, не смогла достичь седьмой формы». Это было не потому, что Розане не хватало таланта. На самом деле, она считалась одной из самых одарённых глав семьи Гелиос в истории. «Вот насколько чудовищно сложна седьмая форма». Даже мне, научившемуся Солнечному Мечу напрямую у Юрины в прошлой жизни, потребовалось более 300 лет, чтобы должным образом овладеть седьмой формой. Когда я столкнулся с богом демонов в финальной битве, мне едва удалось использовать шестую форму — до достижения седьмой формы прошло ещё 300 лет. Конечно, мой талант был мусором, но даже с учётом этого седьмая форма Солнечного Меча была сферой, которой могли достичь лишь редчайшие гении. Дзынь! Дзынь! Дзынь! Свирепые серебряные удары Юрины обрушились на меня дождём. Хотя в последнее время я быстро совершенствовался, мне всё ещё было трудно выстоять против Юрины, которая и пробудила своё благословение, и отточила своё фехтование. — Гах! Бум! Не выдержав натиска, моё тело отбросило через весь тренировочный зал, и оно врезалось в стену. — Ты в порядке, Дейл? Юрина подошла ко мне с обеспокоенным выражением лица. Я пошатнувшись поднялся на ноги, взмахнув рукой, чтобы показать, что со мной всё в порядке. — Прости. Я всё ещё не привыкла контролировать свою силу. Юрина почесала голову со смущённой улыбкой. — Давай прекратим спарринг... — Нет. Я покачал головой, сильнее сжав рукоять меча. — Продолжим. — Но... — Испугалась? — …… Глаза Юрины слегка сузились. Серебряная аура вокруг её меча снова вспыхнула. — Не вини меня, если пожалеешь об этом. — Хм. Я издал сухой смешок, крепко сжав меч. Действительно, Юрина на этот раз добилась чего-то великого. Она пробудила своё благословение — то, чего ей не удалось сделать в прошлой жизни, — и перешагнула «стену», чтобы достичь нового уровня. Вопреки моим опасениям, она выросла даже быстрее, чем в прошлой жизни. «Но». Она была не единственным, кто рос быстрее, чем в моей прошлой жизни. — Зажигание. Ссссс! Со звуком шкворчания поднялся серый дым, словно горела плоть. — А? Глаза Юрины расширились от удивления. Я бросился к ней. Бум! Окутанный серой аурой, мой удар яростно подавил её. — Гах! Мгновение назад она подавляла меня, но теперь она прикусила губу, будучи вынужденной отступать. Пламя лизало кромку моего меча. Серая аура, смешанная с огнём, начала пожирать серебряную ауру Юрины. — Кьяаа! Бум! Серебряная аура её меча была сожрана пламенем «Первозданного Пламени», и Юрина больше не могла выстоять, улетев назад. — Ха... ха... Дейл, что это за огонь? Тяжело дыша, она с неверием смотрела на меня. — Ну, это вроде моего секретного оружия. Я пожал плечами, прислонившись к стене тренировочного зала, пытаясь перетерпеть сильную усталость, пришедшую после использования «Зажигания». Как только моё тело достаточно восстановилось, я подошёл к Юрине, сидевшей на земле и выглядевшей измождённой. — Уф... Если бы я сражалась не с тобой, моё «благословение» сработало бы лучше. Она надула губы, разочарованная своим поражением, и взяла меня за руку, чтобы подняться. — О, кстати, как называется благословение, которое ты пробудила? — Оно называется Благословение Лунного Света. — О. В её прошлой жизни в качестве «Юрена» название могло быть другим, но теперь «Благословение Лунного Света» казалось ей идеально подходящим. — Что это за способность? — ……Это... Юрина покраснела и отвела взгляд. — Я... скажу тебе позже. — ……? Я озадаченно склонил голову набок, но она больше ничего не сказала. — Ах, эм, в любом случае! Дейл, фехтование, которое ты используешь... я уже некоторое время чувствую, но оно ведь в какой-то степени похоже на Солнечный Меч, верно? — ……Разве? При её упоминании Солнечного Меча я невольно вздрогнул. — Да. Ну... оно не совсем такое же, но многое похоже. Юрина, по-видимому, вспоминая наши спарринги, коснулась губ указательным пальцем и продолжила: — О, но... я не уверена, стоит ли мне это говорить. — Что ты имеешь в виду? — Я имею в виду твоё фехтование, Дейл. Такое ощущение... что оно тебе не совсем подходит. — Что? Фехтование, которое я использую в настоящее время, основано на «Солнечном Мече» — том, что я сам совершенствовал на протяжении тысяч лет. Помимо базовой структуры, я изменил в нём всё под себя. И всё же оно мне не подходит? — О, если точнее, дело не в том, что оно тебе не подходит. Скорее... оно неэффективно, полагаю? Вот какое у меня ощущение. — ……Неэффективно? — Да. Юрина кивнула и продолжила: — Если бы мне пришлось провести сравнение, это всё равно что миллионер с миллионом золотых пытается сэкономить деньги, используя повозку вместо врат телепортации. Дейл, дело не в том, что у тебя не хватает маны, но мне кажется, что ты с ней слишком консервативен. — ……! Было такое чувство, будто меня только что ударили по затылку молотком. «Маны тебе хватает». Такого я за всю свою жизнь не слышал ни разу. «Если подумать, в последнее время моей маны стало намного больше». И это была не искусственно раздутая мана от зелий или усилителей, как в моей прошлой жизни, а чистая мана, накопившаяся благодаря первозданному огню. — Ха. Конечно. Было намного мощнее использовать ману взрывоопасным образом в нужный момент, чем консервативно экономить её всё время. «Я настолько привык экономить ману, что продолжал делать это, даже несмотря на то, что сейчас у меня её вдоволь». Честно говоря, если бы Юрина не указала на это, я бы сам не заметил странности. Для такого человека, как я, который всегда боролся с нехваткой маны, её экономия стала второй натурой, подобной дыханию. «Неужели опыт моей прошлой жизни на самом деле стал помехой?» Неожиданные слова повергли меня в оцепенение. — Эм... Я слишком дерзко высказалась? Видя, как я застыл, Юрина неловко улыбнулась. — Дерзко? Ни в коем случае. Твой совет мне очень помог. Я говорил это не просто из вежливости. Совет Юрины стал шоком для меня, слишком сильно полагавшегося на привычки из своей «прошлой жизни». «Кто бы мог подумать, что я всё ещё буду учиться вот так?» Горький смешок вырвался у меня из-за собственной самонадеянности, ведь я думал, что после прошлой жизни мне больше нечему учиться. — Хе-хе. Я рада, что это помогло. По какой-то причине Юрина просияла, с энтузиазмом кивая. — Фух. Тогда сделаем перерыв? — Да, давай так и сделаем. Всё ещё ощущая последствия «Зажигания», я прислонился к стене тренировочной комнаты и сел на пол. — Эй, Дейл. — Да? — Я, я хочу кое-что тебе показать. — Показать? — Ну... эм... Юрина нервно сглотнула. — Подожди здесь! С этими словами она быстро побежала в раздевалку внутри частного тренировочного зала. Прошло около пяти минут. Щёлк. Дверь осторожно открылась. — ……Юрина? Наряд, в котором вышла Юрина, был костюмом горничной — тем самым, который носили горничные семьи Гелиос. Это был точно тот самый наряд, который я заставил Розану надеть в качестве формы унижения. Юрина с покрасневшим лицом крутила серебряные волосы пальцами. — Ну... ты ведь заставил мою мать надеть костюм горничной, верно? Погоди. — О-откуда ты об этом знаешь...? — Ну, тогда я действительно потеряла сознание, но всё же была в некотором роде в сознании. — ……! Она была в сознании? Это значит, что она помнит всё, что произошло между мной и Розаной! — Дейл, тебе ведь нравятся костюмы горничных, да? — Н-нет, дело не в том, что мне нравятся костюмы горничных, просто... — Не лги. Тогда почему ты заставил мою мать надеть его? — Это... ну... Как я мог это объяснить? Что я заставил её мать надеть костюм горничной и обращался с ней как с прислугой только для того, чтобы унизить эту высокомерную женщину? — В-во всяком случае! Мне не нравятся костюмы горничных, так что побыстрее переодевайся! — Хм. Юрина, лукаво прищурившись, слегка приподняла юбку. Через слегка приподнятый подол выглянули её белая лодыжка и носки. Мой взгляд невольно опустился вниз. — Для того, кто говорит, что ему не нравятся, твои глаза ведут себя довольно честно. Юрина игриво улыбнулась, делая шаг ближе ко мне. — Не нужно сомневаться. Ты ведь тот, кто защитил мою стигму, верно? Если это ради тебя, Дейл... я могу сделать всё. Она мягко схватила меня за руку, говоря уверенно: — Так что! Отдай мне любой приказ, Дейл! Ты можешь обращаться со мной как с прислугой, прямо как ты поступил с моей матерью! — Нет. Сначала мать, теперь дочь просит меня обращаться с ней как с прислугой. «Когда она так говорит, я выгляжу настоящим подонком». ---------- Том 1 Глава 88 Рука Юрины коснулась моего плеча. Я чувствовал, как её рука слегка подрагивала, словно она нервничала, сжимая моё плечо. Её рука, казалось бы, мягкая с виду, при прямом прикосновении ощущалась явно мозолистой. Как же отчаянно она должна была махать мечом, чтобы нажить такие мозоли? Пока подобные мысли роились в моей голове, пытаясь отвергнуть реальность перед моими глазами, — Э-э-э-эм, как оно... м-мой господин? Осторожный голос пощекотал мне ухо. — О? Эм, приятно. Не в силах обернуться, я тупо кивнул. Если бы Розана увидела меня в таком состоянии, она бы подумала: «Неужели это тот же самый парень?» «Но что я могу поделать?» Товарищ, которого я сотни, а то и тысячи лет считал мужчиной (в то время он физически был мужчиной), оказывается, всё это время был женщиной. И вот теперь она стоит здесь, одетая в костюм горничной, массирует мне плечи и застенчиво называет меня «мой господин». «Что это за абсурдная ситуация?» В голове царил такой беспорядок, такой запутанный клубок, что я даже не мог понять, где всё пошло не так. — Ладно, с меня хватит. Иди и переодевайся обратно. — А? Уже? Юрина, которая нежно массировала мне плечи, надула губы, словно разочарованная. — ...Но ты же заставил маму носить его всю ночь. — Это было просто чтобы подразнить ту женщину. — Судя по твоему виду, Дейл, похоже, весьма неплохо этим наслаждался? — ... Ну, честно говоря, если говорить о том, наслаждался я или нет, то да, наслаждался. Кхе-м. Внезапно в моей голове всплыл образ Беральда, показывающего мне большой палец и говорящего: «Добро пожаловать в микрокосм, мой брат!» «Убирайся из моей головы, демон!» Пока я вёл ожесточённую ментальную борьбу с навязчивыми мыслями о Беральде, — Видишь? Дейл говорит одно, а его тело честно. — Где ты подцепила эту пошлую цитату златокудрого хулигана?.. — Хехе. Юрина, массировавшая мне плечи, обвила руками мою шею сзади. В отличие от Ирис, обладавшей невероятной мягкостью, объятия Юрины ощущались упругими и пружинистыми, как резиновый мяч. — Мой господин... неужели ты действительно остановишься на этом? Её соблазнительный шёпот сладко эхом отозвался в моём ухе. Только я собрался инстинктивно покачать головой в ответ на нарастающее желание — Бип! «[Курсант Ирис, доступ подтверждён.]» Тихий механический голос раздался из-за двери. — ...! — ...! Юрина тут же отстранилась от меня, её глаза расширились от паники. Её взгляд был наполнен замешательством по поводу того, почему у Ирис есть права доступа, но объяснять это было некогда. — Юри... нет, Юрен! Быстро, в раздевалку! — Л-ладно! Юрина, с развевающимися серебристыми волосами, на бешеной скорости метнулась в раздевалку. Бах! Дверь раздевалки захлопнулась как раз в тот момент, когда — — Дейл~ ты всё ещё тренируешься? Я принесла обед, так что сделай перерыв и поешь. Ирис отворила дверь в тренировочный зал и шагнула внутрь. — О, ты пришла? Я неловко помахал ей рукой с натянутой улыбкой. — Да. Кстати... а где Юрен? Ирис огляделась по сторонам, выискивая Юрена. Клик. Вскоре дверь раздевалки открылась, и оттуда тяжело дыша появился Юрен. — Ха-ха, я тут гадал, кто же это, а это Ирис принесла обед? — Я и для тебя приготовила порцию, Юрен. — Спасибо. Юрина вытерла холодный пот со лба и с облегчением вздохнула. Затем — — Но... Юрен, а что это у тебя в руке? — ...! Только тогда Юрина осознала, что всё ещё сжимает в руке костюм горничной, который только что с себя сняла. Похоже, в спешке переодеваться она рассеянно прихватила наряд с собой. — Костюм горничной? Почему ты держишь костюм горничной? — Э-э... ну, это... В личном тренировочном зале. Двое тяжело дышащих мужчин. Один из них держит костюм горничной. Подозрительно, очень подозрительно. — Погодите, вы двое не...!? Как только выражение лица Ирис начало омрачаться, — Д-Дейл заставил меня это сделать! — Что? Юрина быстро сдала меня со всеми потрохами. Я шокировано уставился на неё, но останавливать её было уже поздно — бомба была готова взорваться. — Дейл спросил меня, не смогу ли я раздобыть для него один из костюмов горничной, которые использует наша семья! — Ч-что?! Подожди. «Ты сумасшедшая дура!!!» Мысленно завопил я, сверля взглядом Юрена... точнее, Юрину. Она отвела взгляд, неловко прокашлявшись. — У Дейла такие... своеобразные вкусы? Ирис повернулась ко мне, в её глазах читались сомнение и нескрываемое колебание. — Вовсе нет... — Если это не так, тогда зачем ты попросил своего друга принести тебе костюм горничной? — ... И как мне ей это объяснять? Что Юрен на самом деле женщина, которую едва насильно не превратили в мужчину, но я её кое-как спас, после чего Розана Гелиос повела себя так, будто ничего не произошло, и из вредности я заставил её нарядиться в костюм горничной и обращался с ней как с прислугой, унижая её. Затем Юрина принесла собственный костюм горничной, требуя, чтобы с ней обращались как с прислугой. И как раз когда я собирался поддаться своим желаниям и подумать: «Ладно, раз ты так этого хочешь, я унижу тебя точно так же, как унижал твою мать, ха-ха-ха», Ирис внезапно вваливается сюда, и вот мы здесь. — Хм... в общем. Собравшись с мыслями, я улыбнулся и заговорил: — Правда в том, что мне просто безумно нравятся горничные. Я сдаюсь. Пусть лучше думают, что они мне нравятся. — У тебя были такие... предпочтения, Дейл?.. Не может быть... неужели...? Ирис содрогнулась, её плечи задрожали, а глаза расширились. — Этот костюм горничной... он что, предназначался для меня? — А? Подожди, как разговор вообще свернул в эту сторону? — Ты хотел нарядить святую Святого Королевства в костюм горничной и сделать своей служанкой? Хм, узнай об этом жители Святого Королевства, они бы сошли с ума и назвали это кощунством. Губы Ирис изогнулись в озорной ухмылке. Затем она взяла костюм горничной из рук Юрена и приложила его к своей груди. — Хмм, кажется, в области груди он слишком мал. Мне нужно будет его перешить. — ...Слишком мал? Этот-то? Глаза Юрины похолодели. Ирис кивнула, продолжая свои рассуждения. — Похоже, у горничной, которая носила его раньше, грудь была не особо большой? — Э-э, ум... разве? Мне казалось, она вполне приличного размера. — Ну... не то чтобы с Камиллу размером, но называть её «большой» было бы некоторым преувеличением. Разве она не чуть меньше среднего? Ирис склонила голову набок, теребя наряд в районе груди. На мгновение с губ Юрины сорвался сдавленный стон — «...Угх!» — но Ирис, казалось, этого не услышала. Размахивая костюмом горничной, Ирис игриво подскочила ко мне. — Как только его подгонят, я надену его для тея... «Господин». — ...... — Фу-фу-фу. Ну ладненько, приятного аппетита. Ирис напевала весёлую мелодию, выходя из тренировочного зала и оставляя меня позади. — Дейл, я... — ....... — Прости меня. В тренировочном зале повисло неловкое молчание. — Как... С задумчивым выражением лица я оглянулся на прошлые события — или, скорее, на прошлые ошибки. — Как всё вообще до этого дошло? Таким образом, костюм горничной семьи Гелиос переходя из рук в руки в конце концов добрался до святой. * — ...Курсант Дейл? По дороге в общежитие после окончания тренировки с Юриной я услышал знакомый голос. — Почему у тебя такое измождённое лицо? Элиша Болдуин. Известная под устрашающим прозвищем «Паук Ужаса», она подошла ко мне с необычно обеспокоенным выражением лица. — Что-то случилось? — Ну... да, в общем-то, немало всего. Целая куча всего, на самом деле. — Хмм. У меня было к тебе дело, но, судя по твоему состоянию, сегодня, пожалуй, не лучший день. — Дело ко мне? Если подумать, эта дорога вела совсем не к кабинету профессора Элиши. «Она не просто случайно со мной столкнулась; она явно меня поджидала». Профессор вряд ли стала бы лично совершать такие обходы, не отправив предварительно ассистента. Чтобы она сама пришла в общежитие... «Ни за что». Я сузил глаза и спросил: — Это как-то связано с архиепископом Зверей? — Как всегда остр. Мне это нравится. Профессор Элиша улыбнулась, одобрительно кивнув. — Ну, у вас вряд ли нашлось бы много причин искать со мной встречи, если только не ради этого. — Хмм. Слышать такое немного удручает. Ты действительно думаешь, что у меня нет других причин искать твоей компании? Профессор Элиша подошла ближе, её фиолетовые глаза заманчиво сверкнули, и она протянула руку в перчатке, чтобы коснуться моей щеки. — Возможно... я пришла сюда, чтобы пригласить тебя на свидание? — ....... Её дыхание, достаточно близкое, чтобы ощутить его на своей коже, несло слабый запах табака, который щекотал мне нос. Элиша, подавшись вперёд так, будто собиралась меня поцеловать, вдруг легко ущипнула меня за щеку и отступила назад. — Фу-фу-фу. Шучу. Пожав плечами, она повернула голову. Я заметил лёгкий румянец на кончиках её ушей, но решил не упоминать об этом и продолжил: — Так что за одолжение вы хотите попросить? — Недавно поступило сообщение о похищении людей, устроенном зверем в небольшой деревне на окраине Империи. — Ну... вообще-то, это не такая уж редкость, верно? Похищения чудовищами случались не только на окраинах Империи, но и по всему континенту. — Свидетели утверждали, что у зверя было восемь глаз. — Погодите, восемь глаз? Зверь с восемью глазами, да? Для маленькой деревни без настоящих героев это не что иное, как катастрофа. — Вот эскиз этого зверя, составленный со слов свидетелей. Профессор Элиша протянула мне листок бумаги с наброском монстра. У него была вытянутая морда, стальная чешуя, острые когти и длинный хвост. — Это же... — До боли знакомая внешность, не так ли? Оно имело поразительное сходство с крокодилоподобным зверем, который ворвался на полигон во время промежуточной аттестации. «Конечно, формы зверей могут быть похожи...» Но это справедливо лишь при малом количестве глаз. Чем больше у них глаз, тем более самобытной и непохожей становится их внешность. Редко случается так, чтобы два восьмиглазых зверя выглядели абсолютно одинаково. — Как думаете, профессор, это один из приспешников Шакала? — Я не уверена. Но стоит проверить. Профессор Элиша слегка покачала головой. — Если это деревня на окраине Империи... мы не сможем воспользоваться вратами телепортации. Даже если мы выедем немедленно, на дорогу уйдёт немало времени. Если учесть время в пути и расследование, на это уйдёт по меньшей мере три дня. — Если подумать, ты же отстранён на неделю, верно? Элиша улыбнулась, глядя на меня. Именно тогда я понял, в чём заключалась её «просьба». — ...Вы хотите, чтобы я поехал с вами? Как минимум три дня пути? Вдвоём? — Фу-фу-фу. Профессор Элиша хихикнула, вытащила из кармана сигарету и закурила. — Я же говорила тебе, разве нет? Возможно, я пришла пригласить тебя на свидание. Клик. Искра от её зажигалки озарила кончик сигареты, и он начал ярко тлеть. ---------- Том 1 Глава 89 На окраине империи. По сельской дороге, засыпанной кустарником и камнями, мчалась карета. Врум. Хотя она выглядела как старомодная конная повозка, ею она не являлась. Её официальное название звучало как магическая карета — транспортное средство, работающее на магических камнях вместо лошадиной силы, разработанное по технологиям Республики. Поначалу она стоила настолько дорого, что позволить её себе могли лишь имперские дворяне, высокопоставленные жрецы Святого Королевства или богатые жители Республики. Но с началом массового производства магических камней она стала одним из самых популярных средств передвижения наряду с вратами телепортации. Конечно, для отдалённых от продвинутой жизни мест, магические кареты казались заморскими артефактами. — Ха-а, вести машину по этим сельским дорогам непросто. Сидя на водительском месте, профессор Элиша стряхнула пепел от сигареты в окно и прищурилась. В столице и крупных городах империи аккуратно заасфальтированные дороги обеспечивали плавную езду. Но на таких дорогах каждая секунда отзывалась толчком во всём теле. — Если это слишком тяжело, может, я поведу? — Хм? У тебя есть права на управление магической каретой? — ……Ах. Если подумать, у меня не было прав в бытность курсантом. Тогда я едва мог позволить себе хлеб из столовки, так откуда у меня могли взяться права на магическую карету? Я не получил их даже спустя долгое время после выпуска. «Просто тогда глава наёмников заставил меня работать водителем». Как бы то ни было, в данный момент у меня не было ни прав, ни даже разрешения на учёбу. — У меня нет прав, но я умею водить. — Безусловно, утешающее заявление. — Я серьёзно, я умею водить. — Ценю предложение, но откажусь. Мы уже недалеко от деревни. Я пожал плечами в ответ на слова профессора Элиши. — Ну, с такой скоростью мы будем на месте примерно через два-три часа. — Верно, мы прибудем через… хм? Профессор Элиша склонила голову набок и с любопытством посмотрела на меня. — Разве ты не из Республики, курсант Дейл? — Да, верно. — Тогда откуда ты знаешь, сколько времени займёт поездка через эту глушь империи? — …… Я прикусил язык из-за проницательного замечания профессора Элиши. «Курсант из Республики знает, сколько времени требуется на поездку по имперской глуши?» Я скитался по всему континенту тысячелетиями в поисках Первозданного Пламени. Не было такого места, которого бы я не знал — будь то окраины империи или святилища Святого Королевства. Но, конечно, я не мог сказать об этом профессору Элише. — Я прилежно учился на уроках географии на первом курсе. — Для того, кто прилежно учился, твои оценки были… кхм. Впрочем, неважно. Похоже, профессор Элиша потеряла интерес к дальнейшим расспросам и перевела взгляд на окно. Ветер шуршал в траве, и вдоль обычной сельской дороги раздавался журчащий звук ручейка. — …… Глядя на ничем не примечательный пейзаж, профессор Элиша, казалось, погрузилась в ностальгию, и её глаза наполнились мягким выражением. — Если подумать, вы говорили, что родом из небольшой деревни, верно, профессор? — Да, верно. Профессор Элиша кивнула. — Я выросла в одной из таких маленьких деревень на окраине империи, ничем не примечательной. Возможно, она вспоминала своё детство. Профессор Элиша сбавила скорость магической кареты и продолжила говорить тихим голосом. — В деревне жило меньше сотни человек, мы выживали за счёт земледелия и охоты… вот такое это было место. — Разве деревня, куда мы направляемся, не очень похожа на неё? — Да. Ещё сильнее замедлив ход транспортного средства, профессор Элиша припарковалась на обочине дороги. — Давай остановимся здесь и перекусим чем-нибудь простым. — Хм? Разве мы и так не скоро будем в деревне? До неё оставалось всего два-три часа пути, так что есть на обочине не было необходимости. — Верно, но… Профессор Элиша криво улыбнулась и продолжила: — Жители маленьких деревень склонны испытывать как страх, так и благоговение перед чужаками. А когда им требуется помощь, они, скорее всего, из кожи вон вылезут, чтобы проявить гостеприимство. Из кожи вон лезть ради гостеприимства, да? — Полагаю, вы не хотите опустошать их и без того скудные запасы еды. — Мы ведь не голодаем, верно? — Ха-ха, что верно, то верно. Несмотря на свою холодную и неприступную внешность, она оказалась на удивление внимательной. «Помню, я слышал, что она даже руководит собственным фондом». Вспомнив то, о чём упоминал ассистент Винсент, я вышел из кареты. — Какую еду вы взяли? — Никакой. — …Вы ничего не взяли? Я с недоверием посмотрел на профессора Элишу. «Серьёзно, раз уж так вышло, она могла бы хотя бы попросить меня что-нибудь захватить». Раз уж она велела мне взять только себя, я тоже ничего из еды не упаковал. — Зачем утруждаться, когда кругом полно еды? Профессор Элиша усмехнулась и направилась к небольшому ручью у дороги. Щёлк. Одним взмахом руки она запустила в ручей тонкие серебряные нити. Вжух! Ссс! Серебряные нити бурно закружились в воде, быстро сплетаясь в небольшую сеть. — И взяли! Бултых, бултых! Когда она вытащила сеть, в ней забились две рыбины размером с человеческую руку. — Видишь? Как я и говорила. Профессор Элиша вытащила из сети двух извивающихся рыб и пожала плечами. Я подавил смешок. — В наши дни даже пауки ходят на рыбалку, да? — Эволюция — величайшая сила любого вида. Нанизав рыбу на острый прут, профессор Элиша повернулась ко мне. — Можешь развести костёр? — Конечно. Я собрал несколько палок неподалёку и зажёг небольшой костёр. Тем временем профессор Элиша порылась в близлежащих кустах. — Что вы там делаете? — Нам понадобится десерт, раз уж мы трапезничаем. Когда она вернулась, её руки были полны крошечных разноцветных плодов размером с ноготь. — Они идеально подходят для лёгкого перекуса. Я собирала и ела их возле своего дома, когда была молода. — …Вы гораздо находчивее, чем я ожидал. Вид красивой женщины в строгом чёрном костюме, собирающей ягоды с кустов, создавал странное ощущение диссонанса, словно аристократка из престижной семьи пахала поля. — Хе-хе, ну как? Чувствуешь другой вид обаяния? Профессор Элиша пожала плечами, а я с ухмылкой слегка кивнул. — Этот вид нравится мне гораздо больше, чем наша первая встреча. — Это небольшая проблема. — Что именно? — Никогда бы не подумала, что зелёный курсант сделает мне предложение. — Нет, я ничего такого, не имел в виду. О чём вообще говорит эта женщина? — Шучу. Профессор Элиша с озорной улыбкой, которая не совсем вязалась с её холодным выражением лица, откусила кусочек хорошо прожаренной рыбы. * После скромной трапезы мы с профессором Элишей снова сели в магическую карету и направились к деревне. Проехав ещё около двух часов по ухабистой сельской дороге, мы наконец увидели вдали деревню. Сгорбленный старик стоял за пределами деревни, опираясь на трость, — судя по всему, он ждал нас, услышав весть о нашем прибытии. — Вы те герои, которые пришли сразить демонического зверя? Старик приблизился, когда мы вышли из машины. — Именно так. — О! С-спасибо! Спасибо вам, герои! Старик, переполненный эмоциями, то и дело склонял голову. — А вы кем будете? — Прошу прощения за запоздалое представление. Я Оливер, староста этой деревни. — Понятно. Можем мы ненадолго осмотреть деревню? — Конечно! О, вы уже поели? Если дадите знать, мы тут же что-нибудь приготовим… — Не нужно. Мы уже поели, так что ничего готовить не надо. — П-правда? Я очень хотел предложить что-нибудь в знак уважения к трудам героев, но, похоже, в этом нет необходимости. Вопреки его словам сожаления, в глазах Оливера блеснуло облегчение. — Прошу, заходите внутрь. Мы последовали за Оливером в деревню. Это было маленькое местечко, где едва ли насчитывалась сотня жителей, и атмосфера здесь была пропитана мраком. Некоторые люди выглядывали через щели потрёпанных окон, быстро прячась обратно, стоило им встретиться с нами взглядом. Другие сидели на земле с измождёнными и пустыми лицами. Деревня больше походила на кладбище, чем на живое поселение. — Ха-ха… Прошу прощения. Так было не всегда. Оливер печальным взглядом окинул деревню. — Это из-за демонического зверя? — …Да. Неудивительно. Когда зверь, классифицируемый как «восьмиглвзый», похищает деревенских жителей, неудивительно, что атмосфера стала настолько мрачной. — Когда зверь появился впервые? — Прошло уже около недели. — И сколько человек уже забрали? — Семь человек. — Семь, значит. Профессор Элиша нахмурилась. — Он забирает по одному человеку каждый день? — …Верно. Оливер сжал кулаки, прикусив губу. — Этот злобный зверь словно играет с нами, похищая по одному жителю каждую ночь! Его глаза дрожали от ярости, а морщинистые щеки подёргивались. — …И при этом вы все остались в деревне? — К-куда таким простым людям, как мы, бежать в Империи? Если мы покинем эту деревню, это равносильно смертному приговору… Для крестьян, добывавших пропитание земледелием и охотой, покинуть свои земли означало потерять всё, что было сродни смертному приговору. — Хм. Профессор Элиша скрестила руки на груди и хмыкнула. — Я слышала, кто-то видел зверя. — Ах… да, верно. — Где этот человек? — Сюда, пожалуйста. С этими словами Оливер провёл нас в близлежащий дом. Внутри старого деревянного строения сидел мужчина. На вид ему было около сорока, и он выглядел на удивление аккуратно для человека, живущего в столь глухой деревне. — Меня зовут Харрис. Когда мы вошли, Харрис нервно поднялся на ноги. — Вы тот самый, кто видел демонического зверя? — Д-да! Он энергично закивал, его лицо было напряжено. — Расскажите о ситуации и опишите зверя как можно подробнее. — Т-так же, как я написал в отчёте. Около часа ночи я услышал снаружи какой-то шум и вышел посмотреть… а там он — зверь, стоящий на двух ногах, как крокодил. Он обмотал свой длинный хвост вокруг жителя и утаскивал его. — Он увёл его живым? — Д-да, верно. — И в каком направлении он ушёл? — В сторону горы позади деревни. — Были ли другие свидетели? — Ещё несколько человек тоже видели его, но слишком испугались, чтобы покидать свои дома. — Понятно. Профессор Элиша кивнула. — Ладно. Мы отправляемся. — П-пожалуйста! Прошу вас, убейте этого ужасного зверя! Харрис рухнул на колени, склонив голову к земле. — Мы постараемся. Коротко ответив, профессор Элиша отвернулась. — Х-Харрис, пожалуйста, успокойся. Пока Оливер пытался утешить всхлипывающего Харриса, мы с Элишей вышли из дома. — Фух. Элиша достала из пальто сигарету и глубоко вздохнула. — Что-то не так? — Этот парень, Харрис. Щелк. Огонёк её зажигалки осветил кончик сигареты. — Он лжёт. Элиша выдохнула облачко дыма, и её фиолетовые глаза блеснули. ---------- Том 1 Глава 90 — Лжёт? Я вспомнил разговор, который только что вёл с мужчиной по имени Харрис. «В этом вроде бы не было ничего странного». Я бросил озадаченный взгляд на профессора Элишу, которая курила. — Вы выяснили это с помощью Благословения Ясновиденья? — Нет, у Благословения Ясновидения нет такой удобной способности обнаруживать ложь. Профессор Элиша горько улыбнулась и покачала головой. — Тогда почему вы решили, что Харрис лгал? — Время. — ……Время? Что могло быть не так со временем? Пока я смотрел на профессора Элишу, а моё замешательство не рассеивалось, она сделала ещё одну затяжку и спокойно продолжила объяснение. — Харрис сказал, что проснулся от какого-то шума на улице около часу ночи, верно? — Да. — Откуда он мог знать, что сейчас час ночи? Откуда он мог знать, что сейчас час ночи? — Ну… разве он не посмотрел на часы? — В доме Харриса не было часов. Наручных часов у него тоже не было. — Ах. У героев, конечно же, есть их часы героя, так что они могут проверять время, когда захотят, но Харрис — не герой. — Конечно, он мог спросить время у кого-то другого. Но… — Но кто станет бегать и спрашивать время, пока демонический зверь утаскивает кого-то в деревне? Ни один здравомыслящий человек. — Именно. Профессор Элиша кивнула со слабой улыбкой. — ……Впечатляет. Я не удержался и выразил восхищение пронзительной проницательностью профессора Элиши. Возможно, я не самый сообразительный человек на свете, но благодаря опыту прошлой жизни я считал себя довольно проницательным. «Но природный талант — это всё-таки кое-что особенное». Я не мог не восхищаться способностью профессора Элиши видеть сквозь чью-то ложь с помощью всего нескольких простых слов. — Нечему тут впечатляться. Я всё ещё понятия не имею, почему Харрис дал ложные показания. Профессор Элиша вздохнула, туша сигарету о землю. — Нам стоит послушать других жителей деревни. — Давайте так и сделаем. Мы обошли другие дома в деревне, чтобы собрать дополнительные свидетельские показания. После посещения нескольких домохозяйств: — По крайней мере, правда то, что демонический зверь появился и похитил жителя. — И описание демонического зверя, включая количество его глаз, совпадает с показаниями Харриса. Когда мы сопоставили показания жителей деревни, каких-то серьёзных расхождений с тем, что сообщил Харрис, не обнаружилось. — Хм… Кажется, я могла совершить ошибку. Профессор Элиша тяжело сглотнула, выглядя слегка смущённой. Вопреки первоначальному предположению, что Харрис сфальсифицировал свои показания, рассказы жителей деревни совпадали с его словами. — В таком случае нам придётся самим отыскать демонического зверя. Крокодилоподобный демонический зверь, который каждую ночь похищал жителя. Чтобы найти связь между этим делом и архиепископом зверей, нам нужно было встретиться с этим демоническим зверем, который напоминал восьмиглазого зверя с промежуточной аттестации. — Ладно. У нас нет времени чтобы терять его здесь. — Пойдёмте немедленно. Мы с профессором Элишей направились к горе за деревней, куда, как говорили, направился крокодилоподобный демонический зверь. В этот момент — — И-извините! Вы… герои? К нам приблизилась женщина средних лет с тёмными кругами под глазами. — Да. — О! Я знала, что вы герои! Женщина опустилась на колени, её глаза сияли, как у жрицы Святого Королевства, только что узревшей Семь богов. — П-прошлой ночью моё чадо было похищено демоническим зверем! Пожалуйста… пожалуйста, спасите Люми от этой зловещей твари! Слёзы текли по её лицу, когда она прижималась лбом к земле. — Я всего лишь скромная женщина из глуши, но Люми всегда была намного сообразительнее и талантливее других детей. Однажды она даже сможет пробудить стигму и стать героем! Пожалуйста…! — Успокойтесь. Профессор Элиша подняла женщину средних лет с твёрдой земли, где та неоднократно кланялась. — Если ваше чадо жива, я позабочусь о том, чтобы спасти её. Не переживайте. — С-спасибо, герой! Лицо женщины было залито слезами благодарности. — …… С горьким выражением лица профессор Элиша повернулась к женщине спиной и снова зашагала вперёд. Как только мы отошли достаточно далеко, и женщина скрылась из виду — — Эх. Профессор Элиша достала из кармана ещё одну сигарету, крепко зажав её зубами. — …Я снова дала обещание, которое не смогу выполнить. От её полного сожаления бормотания я тихо цыкнул языком. — Шансов на то, что ребёнок всё ещё жив, практически нет, верно? — Вероятно, нет. Профессор Элиша кивнула с печальным взглядом. — Единственный лучик надежды заключается в том, что этот демонический зверь, похоже, похищает жителей деревни ради забавы, а не ради бойни… но даже в таком случае это маловероятно. Она глубоко затянулась сигаретой, прикусив губы. Хотя она пыталась вести себя невозмутимо, глубокую печаль в её фиолетовых глазах было невозможно не заметить. — …Вы в порядке? — Хех. Как думаешь, сколько раз я проходила через что-то подобное? Профессор Элиша пожала плечами и продолжила идти. — Потерять ребёнка из-за нападения демонического зверя в такой маленькой деревне — это «обычное явление». — …… — Что ж, ты всё ещё всего лишь курсант и ещё не переживал подобного в роли действующего героя. Нет. Это не мой первый раз. С точки зрения опыта, я, пожалуй, видел гораздо больше отчаяния прямо перед своими глазами, чем она когда-либо. Люди, теряющие близких из-за нападений демонических зверей, чья жизнь была растоптана демонами. Трагедии, широко распространённые в тех частях света, куда руки героев дотянуться не могут. Сплошь и рядом, ничего особенного, просто то, что видишь повсюду. Но всё же… — Пойдём. Профессор Элиша потушила сигарету и зашагала вперёд широким шагом. — …Да. Я ускорил шаг, чтобы следовать за ней. * — Логово демонического зверя… похоже, где-то здесь. Светящимся фиолетовым «проклятым глазом» профессор Элиша уверенно вела за собой. — Оно совсем близко к деревне. — Демонический зверь, наверное, думает, что здесь нет ничего, что могло бы ему угрожать. Наверное, он был бы прав — если бы мы не пришли сегодня. — Вон та пещера. Профессор Элиша указала на большую пещеру, притаившуюся между скалами. — В этой пещере обитает зверь, мутировавший из крокодила… Одно можно сказать наверняка: у него много «глаз». Как правило, мутировавшие звери часто сохраняли свои инстинкты до мутации. Но это было верно лишь для тех, у кого было меньше «глаз». Чем сильнее зверь мутировал под воздействием демонической энергии, тем больше он терял свои первоначальные инстинкты. — Войдём внутрь. — Да. Мы с профессором Элишей осторожно вошли в пещеру, сохраняя бдительность и следя за обстановкой. Хлюп, хлюп. Тихо раздавался звук воды, скопившейся на полу пещеры. — Гррррр. Из глуши пещеры донёсся свирепый рык. Крокодилоподобный зверь, который лежал на каменном полу и спал, медленно поднялся, заметив незваных гостей. — Он идёт. Профессор Элиша раскинула вокруг себя тонкую серебряную нить, готовясь к бою. — Профессор, подождите. Я встал перед ней, останавливая её. — В чём дело? — Посмотрите туда. — …! Я указал на дальнюю часть пещеры, где на полу валялись семеро бессознательных людей. Трое из них уже не дышали, но остальные четверо были едва живы. Среди выживших была дочь женщины средних лет, которую мы встретили в деревне. — …Значит, она была жива. С дрожащими глазами профессор Элиша посмотрела на веснушчатую девочку с рыжими волосами, которая едва цеплялась за жизнь. — Я разберусь со зверем. Прошу, спасите выживших, профессор. — …Но. — Ваша «паутина» гораздо эффективнее защитит их, чем мой меч. Как только начнётся полноценный бой, структура пещеры зашатается, и во все стороны полетят каменные осколки и сталактиты — смертельные для обычных людей без какой-либо защиты. Особенно для тех, кто уже ослаблен до края гибели. — …Хорошо. Профессор Элиша кивнула и отступила назад. Она вытянула руки, и сотни серебряных нитей сплелись в паутину вокруг выживших, защищая их. — РРРОООАРР! Крокодилоподобный зверь испустил свирепый рёв. Его тело было покрыто стальной чешуёй, с вытянутой мордой, острыми когтями и длинным хвостом, похожим на хлыст. «Это такой же самый зверь, как на промежуточной аттестации». Я не мог быть уверен, связан ли он с архиепископом зверей, но это определенно был тот же самый вид. «Тогда я едва победил с помощью зажигания». Так как же я справлюсь сейчас? «С тех пор я стал намного сильнее». Я искривил губы в усмешке и крепко прикусил руку. Кровь хлынула из разорванной кожи, и капли превратились в форму меча. Демонический меч Вескаль. Клинок, дарующий огромную силу в обмен на кровь. Сжав его, моё тело наполнилось энергией, словно благословлённое самой Ирис. — Гррррр! Крокодилоподобный зверь издал дикий рыв и бросился в атаку. Бум, бум, бум! Каждый его шаг отзывался ударными волнами по всей пещере. — РРООААРР! Его острые когти направились в сторону моего горла. ДЗЫНЬ! Эхом раздался лязг клинка и когтей. В то время как раньше меня отбросило бы назад, теперь мои ноги крепко уперелись в землю, словно вросшие в неё. — Груррр?! Именно крокодилоподобный зверь был отброшен назад, а не я. Его четыре пары глаз сузились, словно он не мог поверить, что был повержен человеком вдвое меньше его ростом. — РРОООАРР! Испустив разъярённый рёв, он взмахнул длинным хвостом, как кнутом. Хвост, покрытый стальной чешуёй, со страшным звуком разрезал воздух. «От этого стоит увернуться». Мысль внезапно промелькнула у меня в голове, когда я уже собирался наклонить меч и отступить назад. -Я имею в виду твоё фехтование, Дейл. Такое ощущение... что оно тебе не совсем подходит. Слова Юрины мелькнули у меня в голове. — …… Тело, отличное от моей прошлой жизни. Мана, отличная от моей прошлой жизни. Но мои воспоминания всё ещё бесконечно блуждали, застряв на том огромном снежном поле. Если дело обстоит так… — Ха, я не привык к такому. Я собрал всю ману в теле, словно вызывая взрыв, и влил её в меч. Пепельно-серая аура и пламя вспыхнули вдоль клинка. Вместо того чтобы отступить, я сделал шаг вперёд и рубанул мечом прямо по летящему хвосту. БАБАХ!!! Вся пещера содрогнулась от оглушительного грохота. Среди клубящегося пепельного дыма и пламени — — РРОООАРР! Отрезанный хвост зверя с глухим стуком упал на землю. ---------- Том 1 Глава 91 — Вздох. Серый дым смешался с выдохом. Всплеск взрывной маны интенсивно разогрел мою кровь и энергию. Я посмотрел на отрубленный хвост монстра и искривил губы в усмешке. По спине пробежал холодок. Было ли это похоже на то, что чувствует тот, кто всю жизнь сидел на диете и впервые начал объедаться без удержания? Ощущение эйфории и трепетное наслаждение разлились по моему телу. «Вот каково это было». Впервые я перестал экономить ману по привычке и взмахнул мечом в полную силу, продемонстрировав разрушительную мощь, далеко превосходящую всё, что я мог вообразить. «Хотя мана уходит безумно быстро». Если бы моё тело недавно не пересобрали в «печь», а запас маны не увеличился взрывным образом, мне было бы трудно с этим справиться. «Но сила неоспорима». Даже без использования «Зажигания» это был высокий уровень мощи. Если бы я применил Зажигание, сила превзошла бы нынешнюю более чем в два раза. «А в режиме Зажигания мана восстанавливается быстро, так что нагрузка будет меньше». Во многих отношениях это был стиль фехтования, который мне отлично подходил. — Ха. Тихий смешок вырвался из моих губ. Только когда я взмахнул мечом, не думая об экономии маны, я понял, о чём говорила Юрина. «Как я мог тренироваться с мечом тысячелетиями и не осознать подобное сам?» Нет, если быть точным, именно потому, что я тренировался тысячелетиями, я и не смог этого осознать. «Новое фехтование, которое подходит мне сейчас». Называть этот стиль тем же именем — «Солнечный Меч», — что и раньше, я посчитал неуместным. Форма фехтования, которую я использовал, изменилась полностью, и если бы я сохранил прежнее название, это подсознательно напоминало бы о старых привычках. «Тогда…» Я опустил взгляд на меч в своей руке. Среди мерцающей серой ауры горели угольки. Придумать новое название для фехтования оказалось несложно — такое, которое соответствовало этой уникальной ауре, невиданной ни у одного героя ни в моей прошлой, ни в нынешней жизни. — Гррааах!!! Крокодилоподобный демонический зверь, который был оглушён, глядя на свой отрубленный хвост, яростно зарычал и бросился вперёд, ударяя по земле. Его массивное тело, сплошь покрытое похожими на сталь чешуйками, ринулось вперёд с ужасающей скоростью. Навстречу воплощению разрушения, способному раздавить человека одним лишь касанием… Я указал мечом. — Сс… Я распределил ману, заложенную в стигме, по всему телу. Грубо топнув ногой, я взвихрил ману взрывным образом. В отличие от «Солнечного Меча», который членораздельно контролировал поток маны исключительно для использования в нужные моменты, это был удар изо всех сил, сжигающий даже последнюю капля оставшейся маны. Меч Пепла. Первая форма: Аннигиляция. Фехтование, созданное исключительно для «Дейла Хана» и никого другого, рассекло тело крокодилоподобного демонического зверя. Тум! С глухим грохотом тело пятиметрового демонического зверя раскололось пополам от макушки головы, разделившись на две части. Запах палёного мяса и серый дым сочились из обнажённой обугленной плоти. — Фух. Когда я выдохнул и убрал ману, моё тело слегка качнуло. «Не слишком ли много маны я потратил слишком быстро?» Используя меч как трость, чтобы поддержать себя, я посмотрел на тушу крокодилоподобного демонического зверя, расколотую пополам. «Нет магического камня?» Что ж, демонические звери высокого уровня редко роняли магические камни, так что моя удача во время аттестации просто оказалась экстраординарной. Подавив разочарование и повернув голову… — …Что это было? Голос, полный изумления, донёсся от профессора Элиши. — Курсант Дейл… как вообще… Она смотрела на меня дрожащими глазами, словно ей было трудно поверить в то, что она только что увидела. И вполне понятно. Она была единственным свидетелем, когда я сражался с этим самым крокодилоподобным демоническим зверем во время промежуточной аттестации. С тех пор прошло совсем немного времени, и тем не менее увидеть, как я рассекаю демонического зверя, которого едва победил с огромным трудом, всего двумя ударами меча… это шокировало бы любого. — Ну, разве курсанты не растут быстро? Я пожал плечами и пошутил, но лицо профессора Элиши напряглось. — Ты всерьёз считаешь это оправданием? Это правда, что герои растут быстрее всего в курсантские годы, но существуют пределы. Уничтожить демонического зверя с восемью глазами — того, с которым побоится столкнуться большинство профессоров, — словно бездомную собаку? Это было не просто превращением змеи в дракона за одну ночь, а скорее настоящим чудом. — Ха… Я знала, что у курсанта Дейла есть скрытая сила, но… Профессор Элиша глубоко вздохнула и покачала головой. «Когда я разговаривала с профессором Лукасом, он упомянул, что курсант Дейл однажды может стать ещё более великим героем, чем Пять Великих Героев…» Она начала задаваться вопросом, не окажется ли это «однажды» ближе, чем она предполагала изначально. — Кстати, как выжившие? — …К счастью, похоже, с ними всё в порядке. Благодаря моим упреждающим усилиям по защите их от последствий битвы, а также потому, что бой закончился так быстро, что даже не осталось времени на сопутствующий ущерб. — Хотя они слабы. Нам следует побыстрее вернуть их в деревню. — Да. И вот мы с профессором Элишей отвели выживших в деревню. — Л-Люми! Люми-ах!!! Как только мы прибыли в деревню, женщина средних лет, ожидавшая у входа, безумно бросилась к нам. Слёзы струились по её лицу, когда она смотрела на свою дочь Люми, отдыхавшую на руках у профессора Элиши. — Спасибо! Большое спасибо вам, герои! — Поблагодарите нас позже. Некоторые из выживших находятся в критическом состоянии, так что быстро уложите их и накормите кашей. — Да, да! Я понимаю! Возможно, сельчане услышали крики женщины средних лет, потому что они повыскакивали из своих домов и начали ликовать. — Герои победили монстров! — Мы спасены! — Ура! — Спасибо вам! Спасибо, герои! — Пусть благословения Семи Богов пребудут с вами! Сельчане проливали слёзы радости. Конечно, некоторые проливали слёзы по другой причине. — У-ум… Герой, вы случайно не видели моего мужа? — Где моя мать?.. — Н-нет! Филлип! Филлииип! Из семерых, унесённых демоническим зверем, выжили лишь четверо. Иными словами, некоторые так и не вернулись живыми. — …… Профессор Элиша отвернулась от плачущих от горя сельчан с горьким выражением лица. — Вы в порядке? — …Хм. Кто здесь о ком беспокоится? — Разве есть правило, запрещающее студенту беспокоиться о своём профессоре? — Тихо. Несмотря на её холодный ответ, мрак на лице профессора Элиши, казалось, немного рассеялся. — Завтра мы продолжим расследование. Сегодня давай отдохнём. — Да, давайте так и сделаем. Потратив немало маны на «Меч Пепла», я тоже нуждался в отдыхе. Мы с профессором Элишей вошли в ближайший пустой дом, чтобы немного передохнуть. Тук-тук. В этот момент в дверь раздался осторожный стук. — Герои внутри? Голос старосты деревни Оливера донёсся из-за двери. Профессор Элиша поднялась со своего места и открыла дверь. — В чём дело? — В знак благодарности за вашу помощь в усмирении демонического зверя… пусть это и немного, сельчане решили устроить небольшое празднество сегодня вечером. — Празднество? — Да. Чтобы отпраздновать тех, кто вернулся живым, и утешить тех, кто ушёл. Для нас было бы честью, если вы, герои, сможете присутствовать и украсить это событие своим присутствием. — Мне неинтересно. Профессор Элиша твёрдо покачала головой. Староста деревни, выглядя обеспокоенным, продолжил свою мольбу. — Сельчане очень надеются на ваше присутствие. Мы бы с радостью предложили вам отведать наш деревенский фирменный яблочный сидр. Не могли бы вы присоединиться к нам? — Хмм. По настойчивой просьбе старосты профессор Элиша засомневалась, словно ей было неуютно принимать такое отношение от людей, чья жизнь была нарушена. «Она просто слишком добра для собственного блага». Я подавил смешок и тихо шепнул ей: — Позже я попрошу семью Гелиос припасы для помощи прислать, так что смело идите. — …Семья Гелиос? Её глаза вопрошали: «Каким образом?» — У меня есть кое-какие связи с главой семьи Гелиос. — Курсант Дейл знаком с Розаной Гелиос? Её глаза моргнули от неверия, пока я пожал плечами. — Ха… Чем больше я узнаю тебя, курсант Дейл, тем больше загадок. Профессор Элиша вздохнула и покачала головой. — Ладно. Я приду. — Спасибо, герои! Оливер, староста деревни, просиял, многократно кланяясь. — Я зайду за вами, как только всё будет готово! После ухода старосты мы с профессором Элишей коротко передохнули в ожидании в течение нескольких часов. Вскоре извне стали доноситься звуки всеобщего оживления. — Подготовка к празднику завершена, герои! По зову старосты деревни мы с профессором Элишей вышли наружу. Нас встретил большой костёр. Запах аппетитного мяса и сладкий аромат фруктового сидра наполнили маленькую деревню. — Ого! Это же герои! — Спасибо, что спасли нашу деревню! — За героев! За Семь Богов! Некоторые из сельчан уже были изрядно пьяны. — У-ум, герои, я принесла вам напитки. Маленькая девочка приблизилась к нам, когда мы сели. — Ты… это ведь ты? — Хе-хе, меня зовут Люми! Девочка с рыжими волосами и веснушками ярко улыбнулась. — Уже оправилась? — Да! Всё благодаря вам, герои! Возможно, из-за того, что прошло совсем немного времени с тех пор, как её спасли от демонического зверя, она выглядела гораздо лучше, чем я опасался. — Спасибо... Профессор Элиша слабо улыбнулась, принимая от девочки пахнущий сладостью яблочный сидр. — Раз уж герои здесь, давайте начнём праздник всерьёз! Староста деревни, стоя у костра, высоко поднял свой бокал. — За героев, защитивших нашу деревню! — За Семь Богов! Сельчане радостно закричали и чокнулись бокалами с яблочным сидром. — Они и впрямь оживлённые. — Ну, для них это всё равно что чудом избежать смерти. Я подавил смешок и протянул свой бокал профессору Элише. Дзынь. Чистый звук разнёсся, когда наши бокалы соприкоснулись. — Яблочный сидр, да… Аромат определённо приятный. Профессор Элиша сделала глоток сидра. И затем… — Пфу-ху! Она выплюнула сидр. — Профессор? — Курсант Дейл! Не пей это! Профессор Элиша торопливо выбила бокал из моей руки. Бах. Бокал разбился, пролив сидр на землю. — Ты… Поднявшись со своего места, профессор Элиша с искажённым выражением лица зашагала к старосте деревни. — Что ты добавил в напиток? Её свирепые глаза опасно сверкнули, когда она схватила старосту за воротник. ---------- Том 1 Глава 92 Праздник, некогда наполненный радостными возгласами и смехом, внезапно погрузился в ледяную тишину, словно на него вылили ушат ледяной воды. — Г-госпожа Герой? — Что происходит? Жители деревни в замешательстве отступили назад, испуганные внезапными действиями профессора Элиши. Не удостоив растерянных сельчан даже мимолётным взглядом, профессор Элиша грубо схватила старосту Оливера за воротник. — Х-хик! Староста Оливер, дрожа от страха, содрогался под убийственной аурой, исходившей от «Паука Ужаса». — Я-я лишь делал то, что мне велели! — ...Делал то, что велели? Выражение лица профессора Элиши исказилось от ярости. Когда её фиолетовые глаза злобы блеснули и забегали по сторонам, напряженную атмосферу прервал звук. Хлоп, хлоп, хлоп. Посреди тихой деревенской площади раздался звук аплодисментов. — Какая неожиданность от «Паука Ужаса». Я приложил немало усилий, чтобы скрыть следы маны, но, похоже, всё было напрасно. — Ты... Глаза профессора Элиши холодно блеснули, когда она стиснула зубы, глядя на стоявшего перед ней человека. — Харрис. Тот самый человек, который первым сообщил о похищении жителей деревни. В отличие от обычных деревенских жителей, он выглядел на удивление аккуратно. Улыбаясь, Харрис кивнул. — Но даже хвалёное Благословение Ясновидения не кажется непогрешимым, верно? — с саркастической ухмылкой добавил он. — Я имею в виду, вы не смогли заметить демона, стоящего прямо перед вами. С театральным поклоном Харрис продолжил: — Позвольте представиться снова. Хрусь, хрущ! Правая сторона лица Харриса гротескно раздулась, и вокруг его правого глаза сквозь кожу прорвались и вырвались наружу чудовищные щупальца. — Я Харрис, преданный слуга лорда Шакала и его верный епископ. — ...Ты Харрис? — Ну, моё первоначальное имя было не Харрис. Но поскольку сейчас я использую это человеческое тело в качестве сосуда, можете звать меня Харрис. В конце концов, теперь мы — «одно целое». Весело смеясь, Харрис пожал плечами. Профессор Элиша прикусила губу, её лицо напряглось. Это был не обычный демон, а паразитический — тот, который управлял чужим телом. У таких демонов не было очевидных отметин, а их магия была настолько слабой, что даже «Благословение Ясновидения» не могло легко обнаружить их истинную природу. — Что ты подсыпал в сидр? — Это благословение лорда Шакала. — Хватит нести чушь и отвечай нормально. — Это не чушь, — ответил Харрис, широко раскинув руки, его лицо светилось безумием. — Сбросить эту хрупкую человеческую плоть и обрести тело демонического зверя! Если это не благословение, то что тогда? — Тело демонического зверя, значит. Я нахмурился, глядя на пролитый на землю сидр. «Яд, превращающий людей в демонических зверей». Я вспомнил, как в прошлой жизни, во время войны против архиепископа зверей, слышал слухи о том, что Шакал превратил население целого города в демонических зверей, чтобы использовать их в качестве своих миньонов. «Значит, план состоял в том, чтобы скормить это нам...» Теперь всё стало ясно: вся история с похищением в этой деревне была ловушкой, устроенной Шакалом, чтобы поймать нас. «Если точнее, это, вероятнее всего, было направлено против профессора Элиши». Цокнув языком, я бросил взгляд на епископа Харриса, который всё ещё не обращал на меня никакого внимания. — Разве вы не согласны, профессор Элиша? Епископ Харрис ярко улыбнулся профессору Элише. — У меня нет ни малейшего намерения потакать твоим извращённым идейным играм. — Вот как? Какая жалость. Профессор Элиша вытащила тонкие серебряные нити и раскинула их по земле, готовая атаковать в любой момент. — Где сейчас Шакал? — Ха-ха. Его здесь нет. — Вот как? Какая жалость. Множество серебряных нитей, раскинутых по земле, поднялись в воздух. — Умри. Как только «паутина» профессора Элиши уже собиралась сорваться в сторону епископа Харриса, он прервал её. — Ах, не будьте так торопливы. Есть ещё кое-что, что я хотел бы с вами обсудить. — Не думаю, что нам о чём-то ещё говорить. — Ха-ха. Вот как? Интересно, чувствуют ли то же самое жители деревни. Со зловещей улыбкой лицо Харриса дёрнулось, а вокруг него заизвивались щупальца. Его расслабленная поза заставила профессора Элишу нахмуриться. — ...Что ты имеешь в виду? — Пока вы так небрежно выплёвывали благословение лорда Шакала на землю, остальные жители деревни с радостью приняли его. — ...! Глаза профессора Элиши расширились, и она быстро повернула голову. По столам были разбросаны пустые бутылки из-под сидра. — Ты...! Неужели каждый напиток, который выпили жители деревни, был отравлен этим ядом? — Ха-ха-ха. И не только сидр — каждый продукт питания, использованный на празднике, был сдобрен его благословением. Было бы жестоко обделять детей таким благословением только потому, что они слишком малы для алкоголя, вы не находите? — П-подождите! О чем вы говорите?! — в ужасе закричал староста Оливер, его лицо побледнело. — Вы же обещали не причинять вреда жителям деревни, если я сделаю то, о чем вы просили! — Да, это было обещание. Я хорошо его помню. — Тогда почему... почему вы отравили еду жителей деревни?! — Хмм? — епископ Харрис склонил голову набок, извивающиеся щупальца зашевелились у него на лице, когда он посмотрел на старосту Оливера. — Вы хотите сказать, что еда, содержащая благословение лорда Шакала, — это «яд»? Ш-ш-шкрк! Щупальца обвились вокруг тела старосты Оливера. — Иик! В одно мгновение староста Оливер был притянут к Харрису, который посмотрел на него прищуренными глазами. — Слушайте внимательно. Принятие благословения лорда Шакала — это не проклятие для жителей деревни. Напротив, это дар. — А-а... — Вы поймёте это, как только испытаете на себе. Щёлк. С улыбкой Харрис щёлкнул пальцами. — Ааааах! П-пожалуйста, пощадите меня...! Хрусь, хрущ! Раздался отвратительный звук, когда всё тело старосты Оливера гротескно раздулось. Его порванная кожа покрылась красными жилистыми мускулами, похожими на распускающиеся растения, а изо рта показались острые, похожие на клыки зубы и когти. — Гррр... Гррррр. В мгновение ока староста Оливер превратился в демонического зверя, испуская свирепое рычание. — Ну как ощущение? Разве это не намного лучше, чем быть человеком? — ухмыльнулся Харрис, глядя на ставшего монстром старосту Оливера. — Кийааах! — С-староста превратился в демонического зверя! — Ч-что? Что происходит?! Жители деревни впали в панику. Харрис, наблюдая за этой сценой с хихиканьем, перевёл взгляд на профессора Элишу. — Теперь вы понимаете, что происходит, верно? — ...... Глаза профессора Элиши похолодели. — Какая нелепость. — Правда? Но для столь пустяковой вещи вы выглядите довольно потрясённой. На губах Харриса заиграла ухмылка. — Разве это не напоминает вам прошлое? — ...... — Маленькая деревня с населением менее ста человек... демонические звери буйствуют повсюду, воздух густ от запаха крови и криков. Прошлое. Ужасный ад, который некогда пережила одна девочка. Этот ад собирался снова развернуться перед её глазами. — Ну и что вы теперь будете делать? Всего одним щелчком моих пальцев все жители деревни получат «благословение» лорда Шакала. — ...... Элиша прикусила губу, наблюдая, как Харрис в знак вызова поднимает руку. Даже если бы она быстро расправилась с Харрисом, убить его до того, как он щёлкнет пальцами, было невозможно. Но и просто подчиниться требованиям демонического зверя она тоже не могла. — Г-герой... — Хн... Мама, я тоже превращусь в одного из этих демонических зверей? — Не бойся, милая! Герои обязательно нас спасут! Несмотря на дрожь, сельчане смотрели на профессора Элишу глазами, полными проблеска надежды. — ...... Элиша отвернулась от них и сделала шаг навстречу Харрису. — Я же говорила. Это дешёвый трюк. — О? — Исчезновение маленькой деревни от рук демонического зверя — это «обычное дело». Она говорила твёрдо, так, будто это было пустяком, словно это не имело никакого значения. — Если хочешь превратить жителей деревни в демонических зверей — валяй. Я убью тебя и всех остальных. — Хмм. Разве он не ожидал такого ответа? Харрис издал тихое мычание, нахмурив брови. — Н-нет! — Герой! Пожалуйста, не бросайте нас! — Н-неет!!! Деревня наполнилась криками ужаса. — ...... Не удостоив испуганных сельчан и взглядом, Элиша сделала ещё один шаг к Харрису. Её губы были сжаты, а кулак с такой силой сжался, что казалось, будто он вот-вот хрустнет. — Это... обычное... дело. Да. Точно так же, как десятилетия назад произошло с ней. Одна из бесчисленных, ничем не примечательных трагедий. Так что не было необходимости грустить. Это было обычным делом. Это происходило везде. Она была не единственной. Поэтому не было нужды скорбить. Это же не какой-то мессия умирал, чтобы спасти мир. Никого бы не волновало, если бы эти деревенские жители сегодня превратились в демонических зверей и встретили жалкий конец. Если человеческая жизнь имела ценность, эти сельчане занимали бы последнее место. Поэтому не было причин колебаться. Убийство подручного Шакала здесь и сейчас в конце концов спасло бы больше жизней, чем отчаянные попытки спасти горстку невежественных крестьян. Это был эффективный и рациональный выбор. Итак. — Я... Кровь сочилась из её губ, когда она прикусила их ещё сильнее. Её сжатый кулак дрожал. Десятилетия назад. Она помнила тот день, когда беспомощно смотрела на горящую деревню, а какая-то девочка в отчаянии кричала: -Кто-нибудь, пожалуйста, помогите нам! Наша, наша деревня! В тот день ни один герой не пришёл спасти девочку. Сегодня ничем не отличалось. Как только она приготовилась броситься на Харриса, оставляя кричащих сельчан позади... — Есть кое-что, чего я никогда до конца не понимал. — Курсант Дейл... — Если это так обыденно, делает ли это боль менее сильной? — Не дерзи. Элиша бросила на него острый взгляд, но Дейл лишь ухмыльнулся. — Единственный, кто здесь дерзит, — это вы. — Что? — Вы просто пытаетесь придать этому благородный вид, потому что бросили сельчан и хотите прикончить одного врага. — Ты...! Лицо Элиши исказилось от гнева, и она сделала шаг вперёд. [Слушайте меня внимательно.] — голос Дейла прозвучал у неё в голове. Удивлённая, она взглянула на него. Он поднёс палец к губам и лукаво ухмыльнулся. [А теперь позвольте мне рассказать вам, как справиться с этим «обычным делом».] ---------- Том 1 Глава 93 -Всего одним щелчком моих пальцев все жители деревни получат «благословение» лорда Шакала. Пока профессор Элиша и Харрис беседовали, я обдумывал слова Харриса в своей голове. «Это значит, что яд внутри деревенских активируется только тогда, когда подаётся определенный сигнал». Иными словами… «Без этого "особенного сигнала" яд, который выпили жители, не подействует». Это скорее бомба, чем яд. Если это не ситуация, когда эффект срабатывает естественным образом с течением времени… «Выход есть». Яд, выпитый жителями деревни, не активируется без конкретного сигнала. Таким образом, есть два варианта: Убить Харриса до того, как он успеет отправить сигнал, или заблокировать сам сигнал. «Первый вариант слишком рискован». Какой бы мощной ни была профессор Элиша, героиня, занимающая девятое место в рейтинге трех государств, она не сможет подавить монстра уровня епископа, не дав ему шанса даже щёлкнуть пальцами. Остаётся лишь один вариант: «Магический барьер, блокирующий всю ману». Мне нужно полностью прервать сигнал, который отправляет Харрис. Это все равно что не отнимать детонатор у подрывника, а заблокировать сам сигнал, активирующий детонатор. «Магический барьер, блокирующий всю силу, — это продвинутое заклинание, которое не под силу скастовать даже большинству профессоров Отделения Магов». Но кто я такой? Я самопровозглашённый лучший ученик старшей Софии, гений теоретической магии, который разрешил две из трех великих загадок Великого Мудреца (даже если на поиски ответов у меня ушла тысяча лет). Сотворить барьер, блокирующий ману? Плёвое дело. Но… «С моей текущей маной я могу распространить барьер в лучшем случае в радиусе двадцати метров». Хотя моя мана в последнее время значительно увеличилась, магический барьер, блокирующий силу, потребляет колоссальное количество энергии, поэтому я не могу растянуть его настолько широко, чтобы накрыть всю площадь, где находятся жители. «Подбираться слишком близко к Харрису тоже нельзя». Магический барьер был разработан для защиты, поэтому он блокирует только ту магию, что идёт снаружи внутрь, но не наоборот. «Если бы здесь была старшая София, она бы мгновенно модифицировала заклинание так, чтобы блокировать магию, идущую изнутри наружу». К сожалению, у меня нет её уровня магической интуиции. «Нужен кто-то, кто отвлечёт Харриса, в то время как другой соберёт всю сотню жителей в одном месте». Может показаться невозможным собрать всех разбросанных жителей в пределах двадцатиметрового барьера за доли секунды, но… «Такой человек есть». И этот человек стоит прямо рядом со мной. [Значит… ты хочешь, чтобы я собрала жителей в одном месте, пока ты отвлекаешь Харриса?] Элиша Болдуин, Паук Ужаса, приподняла бровь, повторяя моё мысленное сообщение. [Это нелепый план.] Это едва ли можно было назвать планом, скорее — грубой идеей. Один промах — и все пойдёт прахом, опасная авантюра. Логично было бы схватить подручного Шакала прямо здесь и сейчас, а не рисковать ради призрачной надежды. Но… [Курсант Дейл… Ты действительно нечто.] По какой-то причине удушающее чувство срочности, сжимавшее её ещё мгновение назад, полностью исчезло. [Ладно. Я подыграю твоему плану.] Когда голос профессора Элиши эхом отозвался в моей голове, я не смог удержаться от усмешки. [Сосредоточьтесь. У нас есть только один шанс.] Оставив профессора Элишу позади, я бросился к епископу Харрису. — В-вааа! Закричал я так, будто был до смерти испуган. — Хм? — Пожалуйста, пощадите! Я всего лишь курсант и не имею никакого отношения к профессору Элише! Закричал я с отчаянным выражением лица. — Я последовал за ней только потому, что мне обещали дополнительные баллы, а теперь она велит мне сражаться с демоническими зверями! У меня даже официальной лицензии героя ещё нет! — Ха-ха. Ситуация становится довольно забавной, не так ли? Хихикнул Харрис, глядя, как я пресмыкаюсь. Хотя я подобрался довольно близко, он не предпринял никаких попыток активировать «детонатор», заложенный внутри деревенских. «Это потому, что я для него не угроза». Я был всего лишь мелкой сошкой, попавшейся в сеть, которую Харрис раскинул, чтобы поймать крупную рыбу — Элишу Болдуин. Как бы ни барахталась такая мелкая рыбёшка, тянуть сеть раньше времени было бы бессмысленно. «Но он не потеряет бдительность так легко». Харрис не был дураком. Даже если я был всего лишь курсантом, он ни за что не стал бы полностью терять бдительность рядом с тем, кого привела с собой Элиша. В тот момент, когда я совершу хоть одно неверное движение, он без колебаний активирует бомбу, заложенную в жителях. «Поэтому…» Мне нужно лишь заставить его полностью потерять бдительность. А создание бреши путём заманивания противника в ложное чувство безопасности было тем, что я довёл до совершенства в своей прошлой жизни. — Превратить студента в демонического зверя… Выглядит тоже неплохо. Харрис щёлкнул пальцами, указывая на меня. Я почувствовал, как слабый магический сигнал от его руки проник в моё тело. И тогда… — …А? Не заметив во мне никаких изменений, Харрис склонил голову набок. — Ох, точно. Ты ведь ничего не пил раньше, не так ли? Только тогда епископ Харрис понял, что я не пил отравленный сидр, и усмехнулся, шагая ко мне. — Какая жалость. Если бы ты выпил его, то смог бы получить благословение Господа. — И-и-и-и! Я издал жалкий крик и рухнул на задницу. — П-пожалуйста, пощадите…! — Сожалею, но у меня сейчас нет времени играть с тобой. — Кх-х-х! Раздался влажный звук — одно из щупалец Харриса выстрелило и пронзило мне сердце. Глухой мясистый стук, за которым последовала кровь, хлынувшая, как вода из сломанного крана. Переведя внимание на профессора Элишу, Харрис оставил меня лежать на земле скрючившись и прижимая руку к сердцу. — Ну и что ты теперь будешь делать? Собираешься бросить всех этих ни в чем не повинных жителей? — … — Хм? О, понимаю. Ты переживаешь за курсанта, верно? Харрис усмехнулся, бросив взгляд на упавшего курсанта, а затем на профессора Элишу. — Дам тебе совет: в будущем выбирай курсантов аккуратнее, даже если берёшь их с собой просто в качестве посыльных. Он цокнул языком с наигранным неодобрением. — Какими бы неопытным он ни был, столь жалкий курсант действительно портит репутацию героя… Хм? В этот момент епископ Харрис нахмурился и потёр щеку. Его пальцы были покрыты толстым слоем серого пепла. — Откуда это взялось?.. Пока он хмурился и пытался стряхнуть пепел с руки — Вжух! Яркое пламя вспыхнуло прямо из пепла. Харрис с удивлённым выражением увернулся от летевшего в него удара меча. — К-какого черта?! Курсант, который должен был быть мёртв — с пронзённым щупальцем сердцем, — теперь размахивал мечом так, будто ничего не бывало. «Разве его сердце не было проткнуто?» Нет, он отчётливо чувствовал ощущение пронзённого сердца. Через щупальце, прошедшее сквозь его грудь, он даже проверил, что его дыхание полностью остановилось. «Но почему?» Почему труп с пронзённым сердцем вдруг снова ожил и замахнулся на него мечом? — Ургх…! Харрис, известный как «Пожиратель разума», демонический зверь, пожирающий мозги, мог поглощать знания и опыт любого, кого съел. Он поглотил мозги сотен людей, накопив знания и опыт, недоступные ни одному обычному человеку. И все же даже он не мог постичь текущую ситуацию. Поэтому он на мгновение забыл о приказе Шакала — немедленно превратить жителей в зверей, если что-то пойдёт не так. — Сейчас!!! Крик Дейла разнёсся по всей деревенской площади. — Фух. Профессор Элиша широко раскинула руки и глубоко вздохнула. — Опутать. Тихо пробормотала она — Вжик, вжик, вжик!!! Сотни и тысячи нитей паутины разлетелись во все стороны. Паутина стремительно обвила отчаявшихся жителей и потянула их к себе. — А-а-а! — Ч-что?! — Мамочка!!! Жители сопротивлялись, когда их тянули, опутанных невидимыми серебряными нитями, но они не могли вырваться из паутины профессора Элиши. Вжик! Хлесть! Вжик! Паутина заполнила всю деревенскую площадь. Элиша собрала всех сотню жителей в одном месте, связав их паутиной. — Бесполезно! Епископ Харрис, с запозданием вернув самообладание, протянул руку в сторону жителей. Щёлкнув пальцами, он отправил магический сигнал к связанным жителям. — Курсант Дейл! По крику профессора Элиши Дейл бросился вперёд. Добравшись до собранных жителей, он широко раскинул руки. Вжууух! Барьер, блокирующий ману, расширился, и его окутало пламя. Магический сигнал, посланный епископом Харрисом, был поглощён пламенем и исчез. — А? Харрис широко распахнул глаза от шока. Когда он щёлкнул пальцами, все жители должны были превратиться в зверей, но ни один из них не изменился. — Магический барьер...?! Каким образом курсант использует его? Магический барьер был продвинутой техникой, которую не могли использовать даже большинство профессоров Отделения Магов. И тем не менее, простой курсант без лицензии героя применил его? Да ещё и в мгновение ока? — Какого чёрта…?! Харрис попятился назад, ошеломлённый ощущением того, что сотни поглощённых им воспоминаний и жизней обесцениваются на глазах. «Черт побери». По первоначальному плану, если профессор Элиша не подчинится приказам, он должен был превратить жителей в зверей, чтобы привязать её к месту, а затем сбежать. Но ситуация полностью рухнула. «Мне нужно отступать…» Как только он решил бежать — Вжик, вжик, вжик! Сотни серебряных нитей обвились вокруг него, словно паутина, изолируя пространство вокруг. Затянутое паутиной пространство поймало его в ловушку, как добычу, попавшуюся к пауку. Шаг, шаг. Раздался тихий звук шагов. Профессор Элиша вытащила из пальто сигарету и поднесла её к губам. Щёлк. Сигарета вспыхнула красным огоньком. — Ну, и что ты теперь будешь делать? Выпустив клуб дыма, профессор с мистическими глазами свирепо глянула на него своими пронзительными глазами. ---------- Том 1 Глава 94 Вжух! Воздух наполнился зловещим звуком переплетающихся тысяч серебряных нитей. Паутина со всех сторон сужала кольцо. — Ч-чёрт! С ужасом на лице епископ Харрис выпустил отростки в сторону надвигающейся паутины. Унизанные острыми шипами отростки хлестнули вперёд, словно пытаясь разорвать тончайшие нити, но... — Ургх! Сссш-к! Вместо того чтобы разрезать паутину, отростки были мгновенно отсечены, стоило им только коснуться нитей. Хотя нити были тоньше человеческого волоса, в них таилась такая мощь, что они с лёгкостью разрезали сталь. — Как ты смеешь, жалкая грешница, заточенная в человеческом теле! С яростным рёвом из всего его тела вырвались отростки, разрывая кожу. Вокруг него взметнулся водоворот демонической энергии. Десятки отростков устремились к профессору Элише. И тогда... — Это твой ответ? Сделав шаг вперёд, профессор Элиша приказала паутине вокруг неё сжаться, опутывая приближающиеся отростки. Хрусть! Паутина обхватила отростки и вырвала их из тела епископа Харриса. — Ааааааааргх! Из его горла вырвался жуткий крик. Истекающий кровью епископ рухнул на землю, когда его отростки были вырваны. — Проклятый паук... — пробормотал он, дрожа и отступая назад. В его безумно выкатившихся глазах мелькнул страх. Профессор Элиша спокойно двинулась к нему, делая глубокую затяжку сигареты. — Жалкий ответ. Выдох. Она выпустила облако дыма. — Ха. Губы епископа Харриса исказились в ухмылке, кровь сочилась из раны, когда он кое-как поднялся на ноги. — Не думай, что на этом всё закончится! Лорд Шакал скоро... — Ты слишком много болтаешь. Сииинь! Прежде чем он успел закончить фразу, паутина обвила его шею и снесла голову. — Сквик... сквик... Из отрубленной головы выполз извивающийся комок плоти — истинная форма Пожирателя Разума. Хрусь! Профессор Элиша раздавила извивающееся создание ногой. Его останки брызнули во все стороны. Щёлк. Она стряхнула сигарету на изуродованный труп Пожирателя Разума. — Отличная работа. Я развеял защитный барьер и подошёл к ней. — Как жители? — В порядке. Пока что. Даже после смерти епископа Харриса яд, затаившийся в их телах, ещё не начал действовать. — Нужно вызвать подкрепление из Святого Королевства, чтобы нейтрализовать яд... — Не нужно. Я могу его извлечь. Первозданное Пламя обладало силой сжечь силу Стигмы Бога Демонов. Поскольку яд в телах жителей был создан с использованием демонической метки, я мог нейтрализовать его с помощью Первозданного Пламени. — Ты, курсант Дейл? — Да. Я кивнул и направился к жителям. — Герой! — Что с нами будет? — Просим, спасите нас! При моем приближении жители в панике сплотились вокруг меня. — Все успокойтесь и постройтесь в ряд. Они переглянулись и быстро выстроились в шеренгу. — Протяните руки. — Да, да! Один из жителей протянул руку. Я схватил его за запястье и позволил мане течь в его тело. «Выжечь только яд, ничего больше». Направление маны в тело обычного человека было так же опасно, как проведение операции голыми руками. «Но в этом моя сильная сторона». Точный контроль над маной был моим главным достоинством, с которым не могли сравниться даже другие Пятеро Героев. Вспышка! Первозданное Пламя проникло в тело жителя и уничтожило малейшие следы яда. — Готово. — Я... я не превращусь в монстра? — Нет. Яд полностью исчез, так что теперь вы в безопасности. — Спасибо! Спасибо вам, Герой! По лицу жителя текли слёзы, пока он снова и снова кланялся. — Следующий, пожалуйста. Словно врач в полевом лагере, я одного за другим очистил от яда всех жителей. * Поздней ночью на деревенской площади. Костер догорал, отправляя в воздух последние искры. — Фух. Наконец-то всё позади. Утирая со лба холодный пот, я поднялся. Я впервые так долго контролировал Первозданное Пламя и чувствовал себя совершенно вымотанным. «Но по крайней мере я улучшил контроль над ним». Как ни странно, обращение с пламенем во время лечения простых людей помогло мне лучше справляться с его подавляющей мощью. — Отличная работа. Как только я закончил очищать жителей от яда, к мне подошла профессор Элиша. Она вытерла пот с моего лба прохладной влажной салфеткой. — Ты сильно вспотел. Её выражение лица было исполнено заботы. Я пожал плечами, пытаясь скрыть усталость. — Мне просто пришлось немного сосредоточиться. Ничего страшного. — Твой внешний вид говорит об обратном. Она мягко уложила мою голову к себе на коленки, её мягкие бедра приятно ощущались под тканью костюма. — Отдыхай. — ...В таком положении расслабиться как-то трудновато. — Тихо. Просто лежи. Она надавила мне на лоб, когда я попытался приподнять голову. — Ты, наверное, устал после битвы. Ты отлично справился. Профессор Элиша нежно поглаживала меня по лбу, говоря тихим голосом. — Курсант Дейл. — Да? — Спасибо. Я сдержал лёгкий смешок и покачал головой. — Не за что благодарить. Возможно, план предложил я, но... Этот план я никак не смог бы исполнить в одиночку. — Это вы, профессор Элиша, спасли их. — ....... Профессор Элиша повернула голову и посмотрела на жителей. Кто-то плакал от облегчения, кто-то радовался тому, что выжил, а кто-то с гневом выплёскивал сидр на землю. Внезапно в её памяти всплыли воспоминания из прошлого. -Кто-нибудь, пожалуйста! Спасите нас! Наша деревня... Наша деревня! В тот день, десятки лет назад. Воспоминание о маленькой девочке, которая плакала, глядя на горящую деревню. Девочка, похожая на неё саму, бесконечно лившая слезы и отчаянно ждавшая спасения, которое так и не пришло. -Не бойтесь. Её более юная версия стояла перед плачущей девочкой, закрывая ей обзор. -Мы пришли вас спасти. В её воображении рядом с ней стоял Дейл, озаряя всё успокаивающей улыбкой. — ...Ха. Профессор Элиша горько усмехнулась над промелькнувшей в голове фантазией. «Такая рана смогла затянуться так легко». Глубоко в памяти она почувствовала, как давно разорванная и гниющая рана начинает заживать, кусочек за кусочком. — Как... банально. Никакого грандиозного поворота событий, никакой трогательной предыстории, никакого слезливого, эмоционального финала. Рана, мучившая её десятилетиями, исцелялась самым нелепо простым способом. И кем? Обычным курсантом. — Профессор Элиша? Она посмотрела сверху вниз на Дейла, который широко раскрытыми глазами смотрел на неё снизу вверх. По какой-то причине её сердце колотилось так сильно, что ей было трудно выдержать его взгляд. «Какая же я глупая». Если бы профессор Лукас увидел это, он бы бесконечно поддразнивал её. Подавив горькую улыбку, профессор Элиша посмотрела на Дейла. Внезапно ей в голову пришла игривая мысль. — Знаешь, всё это выглядит весьма подозрительно. — Простите? Что именно? — Боевой курсант, использующий магический барьер, который с трудом могут поставить даже профессора кафедры магии, а затем выводящий яд, созданный архиепископом... Разве это не подозрительно? Сузив глаза, профессор Элиша склонила лицо ближе. Настолько близко, что они чувствовали дыхание друг друга. — Думаю, потребуется дальнейшее расследование. — Что?.. Прямо перед тем, как её губы коснулись моих, она вдруг ущипнула меня за щеку. — Ха, ты что-то ожидал? — ...Что вы делаете? — Мне просто захотелось немного подразнить тебя. С довольной улыбкой она отстранилась. Я нахмурился и приподнялся с её колен, где до этого покоилась моя голова. На мгновение в её глазах мелькнуло разочарование. — Что не так? — ...Ничего. Она снова посмотрела на жителей и заговорила. — На этот раз мы справились, но Архиепископ Зверей этого так не оставит. — Да. Тот предыдущий даже сказал это перед смертью. Он упомянул, что Шакал скоро придёт за ней. — Когда это случится... ты снова будешь сражаться рядом со мной? Её голос слегка дрожал. Вероятно, она не решалась втягивать простого курсанта в битву с архиепископом — могущественным существом, не похожим ни на одного другого демона. Подавив лёгкий смешок, я кивнул без колебаний. — Разумеется. Я не ожидал, что Архиепископ Зверей поведёт себя так агрессивно, но это были хорошие новости. «Чем быстрее мы разберёмся с ним, тем меньшим бременем он ляжет на будущее». Вспоминая количество героев, пожертвовавших собой в моей прошлой жизни только ради того, чтобы одолеть одного Архиепископа Зверей, устранить его сейчас было критически важно для будущего. — ..."Разумеется", да? Профессор Элиша выглядела удивлённой моим твёрдым ответом, будто не ожидала такой решительности. Архиепископ Зверей охотился за ней, за Элишей Болдуин, а не за Дейлом. Теперь, когда епископ Харрис был мёртв и свидетелей не осталось, Дейл был бы в безопасности, просто держась от неё подальше. Он ведь должен это понимать. И тем не менее Дейл кивнул без малейшего колебания. «Это потому, что он верит в благословение?» Нет. Элиша покачала головой. Даже если у Дейла было благословение на возрождение после смерти, этого было недостаточно, чтобы объяснить его столь лёгкое согласие. Архиепископ мог сотворить настоящий живой ад, от которого люди молили бы о смерти. Несмотря на это, он согласился без раздумий. «Может, потому что он испытывает ко мне чувства?» Смелая мысль, промелькнувшая в её голове, заставила щеки Элиши слегка покраснеть. Она понимала, что это скорее выдаваемое желаемое за действительное, но не могла подавить мощное влечение, поднимающееся из глубин её души. — Хаа... Глубокий вздох сорвался с её губ. — Этому... трудно сопротивляться. — Что — мхм! Элиша схватила Дейла за шею и впилась в его губы своими. Через мгновение тонкая прозрачная нить слюны соединила их губы, когда она отстранилась. — ...Разве вы не говорили, что расследование не требуется? — Говорила. — Тогда почему?.. Элиша мягко коснулась своих губ, и на её лице заиграла слабая улыбка. — Это был поцелуй не для расследования. Паук Ужаса Элиша Болдуин. За всю её долгую жизнь это был первый раз, когда она поцеловала кого-то по причине, не связанной с «расследованием». ---------- Том 1 Глава 95 В магической карете, направлявшейся обратно в академию. Гул двигателя на камнях маны заполнял тишину, тяжёлый, как гром. Между нами повисла неловкая, напряжённая тишина. — … Профессор Элиша, сжимавшая руль, держала лицо слегка отвёрнутым к окну, словно пытаясь избежать моего взгляда. Наблюдая с пассажирского сиденья за её покрасневшими щеками и ушами, я глубоко вздохнул и заговорил: — До каких пор вы собираетесь избегать смотреть на меня? — И-избегать? Понятия не имею, о чём ты говоришь, курсант Дейл. Её голос был взволнован, но она по-прежнему не сводила глаз с неизменного пейзажа за окном на протяжении последних трёх часов. — Если вы будете продолжать в том же духе, попадёте в аварию. — Хм. Не тебе, водителю без прав, об этом переживать. — Я же говорил вам, что умею водить. — Вернёшься, когда получишь права, тогда и признаю. Возможно, непринуждённый разговор немного разрядил напряжение. Элиша наконец бросила на меня взгляд. — Угх…! Стоило нашим взглядам встретиться, как она поспешно снова отвернулась. Я вздохнул, проведя пальцем по губам, на которых всё ещё сохранялось мягкое ощущение. — Забудь об этом. То, что произошло вчера, было случайностью. — …Понял. — Нет, вообще, не забывай. — … Так ты хочешь, чтобы я это забыл или нет? — Угх. Я теряю рассудок. О чём я вообще думала… Какого чёрта… Профессор Элиша застонала, опершись лбом в руль и то и дело вздыхая. — Мне нужен воздух. Словно решив, что так продолжаться не может, она остановила машину. Она вышла наружу, вытащила сигарету из кармана пальто и зажала её в губах. Прежде чем она успела достать зажигалку, я легко щёлкнул пальцами. Вух. На кончиках моих пальцев вспыхнуло пламя. Первозданное Пламя изначально предназначалось для сжигания стигм, так что концептуально оно отличалось от обычного огня. Но при некоторой настройке я мог использовать его точно так же, как обычное пламя. — …Это пламя. Профессор Элиша прищурилась, глядя на огонь, танцующий на моих пальцах. — Это ведь та сила, что дремала внутри тебя, верно? Именно поэтому ты в последнее время так быстро развиваешься — потому что научился её контролировать? — …Вы знали? Я удивлённо посмотрел на неё. Я знал, что она заметила моё Благословение Возрождения, но не ожидал, что ей известно о Первозданном Пламени. — Я не знаю его точной природы. Я просто чувствовала, что внутри тебя спала какая-то колоссальная сила. — Это… Я засомневался, стоит ли рассказывать ей о Первозданном Пламени. Но она мягко покачала головой и продолжила: — Тебя незачем мне рассказывать. У тебя наверняка есть свои причины, курсант Дейл. — …Спасибо. — Но есть кое-что, о чём я хочу спросить. Элиша прикурила сигарету от пламени на моих пальцах и глубоко затянулась. — Серая аура, смешанная с пламенем, которую ты использовал, чтобы победить того монстра… что это вообще такое? Меч Пепла, который я пробудил, не просто дал мне новую технику. Я также заметил, что, когда я направлял всю свою силу, создаваемая аура отличалась, сливаясь с пламенем. «Это не похоже на ту огненную ауру, что была у меня раньше». В прошлом моя аура была окружена мерцающим пламенем. Теперь же аура и пламя слились воедино, пылая как одно целое. — Я не совсем уверен, как это объяснить. Это была техника, которую я освоил совсем недавно. Я ещё не до конца понимал её силу и эффекты, так что никак не мог растолковать это ей. — Хмм. У неё хотя бы есть название? — Название…? Я ещё официально не назвал её, но стоило ей спросить, как в голове всплыло одно слово. — Пепельное Пламя. Нежное пламя в пепле. Хотя называть древний огонь, сжёгший Древо Творения, «нежным» казалось ироничным, его внешний вид идеально подходил под это название. — Пепельное Пламя… да, подходит. Элиша выдохнула длинную струю дыма. — Это ведь не та техника, которую ты использовал во время промежуточной аттестации. Ты освоил её недавно? — Именно так. — Хммм. Элиша потушила сигарету и прищурилась. — Что-то не так? — Нет, не то чтобы не так. Покачав головой, она продолжила: — Просто оно кажется слегка нестабильным, будто что-то нарушает баланс. — Ну, я освоил его совсем недавно. Меч Пепла, который я использовал, направив эту энергию в своё лезвие, был новой техникой, которую я попробовал впервые. — Огонь внутри меня не так-то просто контролировать. Возможно, дело в том, что пламя намного сильнее моей собственной силы, и это выводит всё из равновесия. — … Элиша погрузилась в глубокие раздумья над моими словами, а затем медленно покачала головой. — Нет, всё как раз наоборот. — Что? — Пламя вовсе не настолько сильно, чтобы вызывать дисбаланс. Дело в том, что сила, которой ты обладаешь, слишком велика, и именно поэтому всё выходит из равновесия. — …О чём вы говорите? Сбитый с толку её неожиданным замечанием, я сделал ошеломлённое лицо. Элиша приблизилась ко мне, притянула за шею и прижалась своими губами к моим. В отличие от вчерашнего вечера, в этом поцелуе не было ни трепета, ни волнения. Её фиолетовые глаза сияли странным светом. — Я так и знала. Она коснулась своих губ и кивнула. — Прошлой ночью я не была уверена, но теперь убедилась наверняка. — В чём? — Их две. Она подняла два пальца. — Две великие силы дремлют внутри тебя, курсант Дейл. Не одна. — … Две силы внутри меня? О чём, чёрт возьми, она говорила? — Пламя, которое ты использовал — более слабое. Вот почему баланс был нарушен. — П-погодите-ка. О чём вы говорите? Она что, серьёзно говорит, будто внутри меня есть что-то сильнее Первозданного Пламени? «Этого не может быть…» Обладай я такой силой, разве меня назвали бы второстепенным героем в прошлой жизни? — Как я уже сказала, я не совсем уверена. Всё, что я знаю — это то, что что-то подобное существует. — … … — Тебе пока не нужно об этом беспокоиться. Слаба она или сильна, ни одну из этих сил ты сейчас не способен как следует обуздать, Дейл. Профессор Элиша произнесла это, возвращаясь в магическую машину. Я последовал за ней и сел в автомобиль, пытаясь прояснить свой растерянный разум. — Хм, но мне любопытно. Профессор Элиша повернулась ко мне, её глаза блестели. — Интересно, каким существом ты станешь, когда сможешь полностью контролировать обе эти силы. Её фиолетовые глаза окинули меня с ног до головы. — Ты даже можешь превратиться в монстра, способного легко разорвать на части того Демонического Бога. — …… — Хе-хе, шучу. Она игриво усмехнулась, пожав плечами. — Что ж, давай выдвигаться. Под рёв двигателя магическая карета тронулась с места. * Был уже поздний вечер, когда мы наконец прибыли в Академию Героев. Попрощавшись с профессором Элишей, я вернулся в свою комнату в общежитии и сел на кровать, нахмурившись. «Не одна, а две, да?» Слова профессора Элиши эхом отдавались в моём сознании, словно затухающий резонанс. Вух! Я открыл ладонь и призвал уголёк. На моей ладони мерцало пламя, смешанное с серой аурой. От пылающего уголька исходила умопомрачительная сила. «Оно пожирает много маны, но мощь определённо колоссальна». Основываясь на озарении, полученном от Юрины, я соединил Первозданное Пламя со своей собственной маной, создав новую силу. Меч Пепла, которым я овладел с помощью этой силы, удивил своей разрушительной мощью даже меня самого. «Впрочем, пользоваться им пока ещё немного непривычно». За тысячи лет у меня выработалась привычка беречь ману. Теперь же мне приходилось собирать каждую крупицу маны, доводя её до точки кипения, чтобы высвободить эту мощь. Это было похоже на как если бы скряга, который скрупулёзно подсчитывал каждую золотую монету, зашёл в элитный магазин и скупил всё, что попадалось на глаза. Хотя это приносило удовлетворение, часть меня задавалась вопросом: «А это вообще нормально?» «Придётся к этому привыкнуть». Испытав на собственной шкуре силу Меча Пепла, я больше не мог цепляться за старый метод экономии магии. «Но о чём вообще говорила профессор Элиша?» Она утверждала, что внутри меня есть ещё одна сила, помимо Первозданного Пламени. За все те бесчисленные жизни, что я прожил, мне никогда и в голову не приходило подобное. «Да быть не может, чтобы у меня была ещё одна сила…» Внезапно перед глазами промелькнула сцена, которую я наблюдал в мире своего внутреннего сознания. Первозданное Пламя, казавшееся почти напуганным, поспешно разрушило мир моего разума, чтобы избежать моей руки. Обращение отношений хищника и жертвы. — …Ах. А затем возник новый вопрос. «Почему моя стигма осталась невредимой?» Согласно легенде, Первозданное Пламя обладает способностью сжигать стигму. Под стигмой здесь подразумевалась не только содержащаяся в ней мана, но и связанные с ней благословения. «Это не безосновательная легенда». Первозданное Пламя и впрямь сожгло Благословение Искажения, использованное архиепископом иллюзий. Оно также испепелило яд, созданный архиепископом Зверей. Но почему? «Почему оно не сожгло моё Благословение Возрождения?» Когда я принял Первозданное Пламя в своей прошлой жизни, я думал, что эта метка будет поглощена огнём и я встречу свой конец. И всё же метка на моей левой груди осталась цела. Более того, она даже запечатала внутри себя Первозданное Пламя. «Одна, а не две». Слова профессора Элиши эхом отозвались в моём сознании. «Одна, а не две». Если это так, то что же из себя представляет эта вторая сила — та, что проглотила даже Первозданное Пламя? — …… Затерявшись среди оставшихся без ответа вопросов, ночь за окном становилась всё темнее и глубже. ---------- Том 1 Глава 96 После того как тайная (?) поездка с профессором Элишей подошла к концу, у меня ещё оставалось свободное время, так как моё отстранение от занятий ещё не закончилось. Я с головой погрузился в тренировки со своей недавно освоенной техникой «Пепельное Пламя». Возможно, дело было в том, что я давно не учил новых техник, но я так увлёкся, что практически забросил еду и питьё, отдавая тренировкам всё своё время день и ночь. Результат? Мне удалось окутать пепельным пламенем не только меч, но и собственные кулаки. Конечно, техника оказалась настолько тяжёлой для моих мана-каналов, что вся система циркуляции маны пришла в полный упадок. Но я смог восстановить её с помощью «Благословения Возрождения». И вот я снова и снова переживал смерть и возрождение с самого раннего утра, полностью сосредоточившись на тренировках, как вдруг: Бип. [Доступ курсантам «Юрену Гелиосу» и «Беральду Рю» подтверждён.] Юрен и Беральд вошли в тренировочный зал после окончания занятий. — О, Дейл. Ты здесь первый. — Ага. — Хм. Брат, неужели ты здесь с самого утра? Какими бы важными ни были тренировки, перенапряжение может разрушить твоё тело. Тебе стоит полегче. Беральд озабоченно погладил себя по подбородку. Хотя он происходил не из главной ветви, Беральд всё же был членом клана Рю и имел собственный личный тренировочный зал. И тем не менее, во время нашей групповой экспедиции в руины он часто приходил в личный тренировочный зал Юрена, чтобы тренироваться вместе. — Не переживай об этом. Я в порядке. Я с улыбкой отмахнулся от его беспокойства. В Республике есть старая поговорка: «Всё хорошо в меру», но ко мне она не применялась. «Тот, кто сказал мне это в прошлой жизни, — это же этот парень, Беральд». Воспоминание из прошлой жизни внезапно всплыло в голове. -Брат, неужели тебе и правда так тяжело? -Хах! Хах! Я-я умираю... Я действительно умру! -Ха-ха-ха! Не переживай, брат! -Значит, на сегодня мы закончили, да? -Если тебе настолько тяжело, что хочется умереть, так умри, вернись к жизни и начинай заново! -Т-Ты сумасшедший ублюдок! -Давай! Как «Бессмертный Призрак» может так ныть? Вставай! -А-а-а! Хватит! А-а-арх! Угх. От одних воспоминаний меня снова начинает бесить. Что? Перенапряжение может разрушить тело, поэтому тренируйся полегче? И это мне говорит тот самый человек, серьёзно? — Ч-что... почему ты смотришь на меня так, будто собираешься разорвать на части? Я сказал что-то не так? — Нет, ничего. Я ярко улыбнулся и подошёл к Беральду. — Кстати, сегодня же наш день спаррингов, верно? — Д-да, всё верно. — Ха-ха. — Вообще-то, я думал, может, мне сегодня просто позаниматься в одиночку... — Куда это ты собрался? Я схватил Беральда за плечо, когда он попытался отвернуться. — Хватит терять время. Быстро переодевайся в тренировочную форму. — Угх. Ладно. — Не переживай. Даже если тебя забьют до полусмерти, с тобой всё будет в порядке. — С чего это ты вдруг стал таким суровым, брат?! Я затолкал ноющего Беральда в раздевалку. Ухмыляясь в предвкушении небольшого реванша в предстоящем спарринге: — Дейл, ты действительно в порядке? — А? Юрен осторожно подошёл ко мне. — Ты выглядишь совсем измотанным. — Правда? — Да. У тебя глубокие тёмные круги под глазами, а лицо бледное. Юрен с озабоченным выражением лица нежно погладил меня по щеке. «Это... как-то жутковато, учитывая, что она в облике Юрена». Если бы в этой ситуации была Юрина, это другое дело, но когда смазливый блондин смотрит на меня мягким взглядом и трогает за щеку — удовольствие ниже среднего. — Я в порядке, правда. — Но если посмотреть на твои часы тренировок в последнее время, кажется, что ты здесь почти целый день. Ты вообще высыпаешься? — Ну... Честно говоря, в последнее время я спал от силы часа два в сутки. — Я сплю предостаточно. Не переживай. — Лжец. Вчера ты вышел из системы в три часа ночи. Юрен сузил глаза, собираясь продолжить допрос, как вдруг: — Брат! Я переоделся! Беральд вышел из раздевалки в тренировочной форме. Я быстро подошёл к нему. — Отлично. Тогда давай начнём. — Ха-ха! Я не сдамся так легко, как в прошлый раз! Энергично выкрикнув это, Беральд сжал кулаки. Я ухмыльнулся и кивнул, вставая перед ним. — Эх, серьёзно, я не могу вас остановить... Юрен вздохнул и направился к стене тренировочного зала. — Ладно, я запущу отсчёт. Когда Юрен коснулся магического устройства на стене, в воздухе появились цифры. [Спарринг начнётся через 5 секунд.] — Фух. Беральд глубоко вздохнул, его мышцы напряглись, а стигма засияла. [4 секунды.] Он сжал кулаки. [3 секунды.] Он опустил стойку, оттянув таз назад. [2 секунды.] Его взгляд устремился прямо на меня. [1 секунда.] Он оттолкнулся от земли и бросился вперёд! Бум! — Хаах! Громкий крик Беральда разнёсся по просторному тренировочному залу, а его кулак, окутанный плотной бурой аурой, напоминающей твёрдую земную породу, рассёк воздух. Вуш! Я отбил свирепый удар Беральда ладонью и сделал низкий подсекающий удар в сторону его колен. Боевая техника Беральда: Подсечка Падающего Листа. Это был удар, нацеленный на незащищённую нижнюю часть тела. — Я больше не попадусь на тот же трюк! Помня, видимо, как его сбили с ног похожим движением на прошлом спарринге, Беральд тяжело топнул о землю и взмыл в воздух. В полёте он сцепил обе руки вместе и обрушил их сверху вниз, словно молот. Вум! Его кулак, в который была вложена мощь, способная сокрушить металл, как бумагу, нацелился прямо мне в макушку. — Фух. Я с любопытством слегка увернулся, плавно изогнув корпус. Не останавливаясь, я шагнул внутрь его защиты и резко выбросил колено вверх. Туд! Моё резко взлетевшее колено ударило Беральда в солнечное сплетение. — Хммф! Прямо перед тем, как удар пришёлся в солнечное сплетение, Беральд отвёл вниз падающий удар, используя своё толстое предплечье в качестве щита для защиты уязвимого места. — Твои движения сильно улучшились. Я не удержался от короткого восклицания при виде того, как плавно и естественно Беральд переходит от атаки к защите. Я думал, что Беральд неплохо вырос во время нашей последней экспедиции к руинам, но теперь сравнивать его с тем временем казалось почти неловким. «Неужели профессор Элиша чувствовала то же самое, когда смотрела на меня?» Его рост был не просто удивительным — он граничил с благоговейным трепетом. — Хех. Думал, я просто так получал от тебя все эти тумаки? Теперь я вижу насквозь каждое твоё движение. — Неужели? С усмешкой спросил я, и Беральд ухмыльнулся мне в ответ. — На этот раз я покажу тебе приём, которому ты меня научил! Беральд крепко сжал кулаки и отвёл руку назад, словно натягивая тетиву лука. — Хаааххх! С грубым криком он шагнул вперёд. Вокруг его кулака собралась мутная аура, излучающая разрушительную энергию. — Разрушитель Гор!!! Бум! Беральд тяжело топнул и нанёс удар. Воздух вокруг нас разорвался с оглушительным рёвом. «Значит, думаешь, можешь видеть насквозь каждое моё движение?» В прошлом я бы не осмелился парировать такую атаку в лоб. «Что ж, давай посмотрим». Вуш! Пепельное Пламя вспыхнуло вокруг моего кулака, когда я подался вперёд, встречая его удар лоб в лоб. — Чт...?! Глаза Беральда расширились от шока. С кривой усмешкой я выбросил кулак навстречу его удару. Разрушитель Гор. БАМ! Кулаки столкнулись. Пылающее Пепельное Пламя вокруг моего кулака целиком поглотило мутную ауру Беральда, отбросив его назад с невероятной силой. — Гах! Бум! Двухметровый Беральд рухнул на стену тренировочного зала, словно брошенный камень. Бип! Бип! Бип! [Предупреждение.] [Обнаружена аномалия в амортизирующем барьере. Немедленно прекратите бой.] Завыла сирена, и по всему залу замигали красные огни. — Ну что, мои движения всё ещё так легко разгадать? — Я-я был неправ... Брат. Беральд осел на пол, свесив голову. Удар выдался довольно жёстким; изо рта у него закапала слюна, а голова безвольно повисла. «Не слишком ли сильно я его ударил?» На секунду мне стало его жалко, но воспоминания о прежних проделках Беральда быстро заглушили любые ростки сочувствия. — Дейл, это... Юрен, наблюдавший за спаррингом, смотрел на меня во все глаза. Я повернулся к нему и пожал плечами. — Ну что? Теперь я выгляжу чуточку более соответствующим своей роли? — Погоди, ты что, изменил боевой стиль только из-за того, что я сказал раньше? — Скорее не изменил стиль, а пережил озарение. Спасибо тебе, Юри... то есть, Юрен. Я ценю это. — Озарение... Ты... из-за меня... Эхех, ахаха. Лицо Юрена покраснело, он широко заулыбался, явно вне себя от радости. — Тогда... эта уникальная аура... Ты тоже получил её благодаря озарению? — Да, верно. — П-понимаю. Юрен сжал кулаки в восторге и запрыгал на месте, не в силах сдержать радость. Сдерживая смех, я спросил: — Раз я в долгу перед тобой за озарение, тебе что-нибудь нужно? — А? Нужно? — Ага. Нехорошо просто принимать помощь, ничего не давая взамен. Без совета Юрины я бы, наверное, никогда не освоил «Пепельное Пламя». — Мне ничего особо не нужно... Хотя, погоди. Юрен сначала покачал головой, но потом резко остановился. — В таком случае... мог бы ты меня похвалить? — ...Похвалить? — Д-да! И погладить по голове! Юрен нетерпеливо закивал, а в его глазах сияло оживление. Я ошарашенно уставился на него, но его выражение лица было предельно серьёзным. — Ну, ладно, раз тебе так хочется... Я вздохнул и положил руку на голову Юрена. Вух, вух. Я погладил его по голове, хотя это казалось странным, учитывая, что это Юрен. — Молодчина, Юрен. — ...Зови меня Юриной. — А? — Зови меня Юриной. — ...Но... Я бросил взгляд на Беральда — тот всё ещё валялся без сознания, пуская слюни на пол. Вздохнув, я кивнул. — Молодчина, Юрина. — ...Мхм! Юрен — нет, Юрина — застенчиво улыбнулась и удовлетворённо кивнула. Сдерживая очередной смешок, я убрал руку с головы Юрины. — ...Ах. Она издала тихий разочарованный вздох. Чувствуя лёгкую вину за то, что слишком быстро убрал руку, я потянулся потрепать её по голове снова. — ...Чего? Внезапно моё зрение помутилось. Туд! Твёрдый пол тренировочного зала врезался мне в щеку. Нет, это не пол поднялся. «Я... упал?» В туманной пелене я услышал панический голос Юрины: — Дейл! Что с тобой?! Ты в порядке?! Дейл!!! — Я... в порядке... Прежде чем я успел закончить фразу, всё погрузилось во тьму, словно я провалился в глубокую бездну. ---------- Том 1 Глава 97 — Ах, кхм. Всё моё тело словно горело. Будто вместо крови по венам текло раскалённое добела железо. Невыносимая боль заставила меня очнуться. — Брат! Ты в сознании? — Дейл! Ты в порядке?! Странный потолок. Бледные, встревоженные лица Беральда и Юрена. Я подавил пылающую в теле боль и открыл рот: — Где я?.. — Мы в школьном лазарете! Ты упал в обморок, и мы сразу принесли тебя сюда! — ...Сколько я был без сознания? — Около двух часов. Два часа. Не так уж долго. — Кхм...! Ужасная боль, вспыхнувшая от моей святой метки, когда я попытался приподняться, заставила меня снова рухнуть на кровать. Казалось, я провалился в кипящую лаву; всё моё тело пылало. — Д-Дейл! Ты в порядке? — …… Я даже не мог соврать Юрену, что со мной всё в порядке. Моё состояние было слишком паршивым. — Я сейчас же позову лекаря! — ...Не надо. Я покачал головой и схватил Юрена за руку, не давая ему нажать на кнопку вызова. Я не знал, почему моё тело оказалось в таком состоянии, но понимал, что сила ни одного лекаря тут не поможет. — Мне станет лучше, если немного отдохнуть. — ...Дейл. У Юрена на глаза навернулись слёзы, словно он вот-вот готов был расплакаться. — Принесёшь мне воды? — Х-хорошо! Я жадно выпил воду, которую протянул Юрен. Когда прохладная жидкость полилась внутрь, в голове наконец-то немного прояснилось. — Фух. — Тебе лучше? — Лучше, чем было. Хотя моё тело всё ещё казалось объятым пламенем, я чувствовал себя гораздо лучше, чем когда только очнулся. «...Какого чёрта здесь творится?» Последнее, что я помнил, — как внезапно потерял сознание во время разговора с Юреном. «Может, дело в том, что я, как и говорил Беральд, в последнее время слишком много тренировался?» Нет, этого не может быть. Прошло всего несколько дней. В прошлой жизни я изнурял своё тело куда сильнее на протяжении месяца с лишним. И если бы я упал от переутомления, моё тело не горело бы в огне. «Тогда почему?» Я нахмурился и закрыл глаза. Я унял дыхание и сосредоточился на внутреннем мире. Вух! Первозданное Пламя пылало так яростно, будто собиралось поглотить весь мир. «Хм?» Нет. Стоит взять свои слова назад насчёт «как всегда». «Кажется, оно бушует сильнее обычного». Первозданное Пламя горело гораздо яростнее, чем обычно. Да, словно оно отчаянно боролось за выживание. «Что это...» Я нахмурился и перевёл взгляд. Что-то яростно тянулось вперёд, словно пытаясь пожрать пламя. «Угх». Когда я попытался сосредоточиться на присутствии, поглощающем пламя, меня накрыли ослепительная головная боль и затуманенное зрение. «Это что, другая сила внутри меня?» Вспомнив слова профессора Элиши, я нахмурился. Я всё ещё не знал, что именно представляет собой это «что-то», но смутно понимал, почему моё тело оказалось в таком состоянии. «Первозданное Пламя колеблется, из-за чего мои энергетические каналы перегреваются». Раньше со мной никогда такого не случалось при использовании Первозданного Пламени. «То, чего никогда раньше не случалось, происходит прямо сейчас». На ум приходила лишь одна возможная причина. «Пепельное пламя... Неужели из-за него?» В голове мелькнули слова профессора Элиши. «Она говорила, что баланс сил нарушен». Если причиной этого перегрева стало продолжающееся использование нестабильной силы, то это имело смысл. «Значит, слишком долгое использование пепельного пламени может привести к тому, что я вот так внезапно потеряю сознание?» Мало того, это могло вызвать перегрев всей моей энергетической системы, из-за чего я какое-то время не смог бы нормально двигаться. — Хаа. Я тяжело вздохнул, разочарованный этим неожиданным изъяном. Беральд, скрестив руки и сурово нахмурившись, наконец заговорил: — Я так и знал. Ты в последние дни буквально жил в тренировочном зале... Я же говорил тебе, брат: переутомление угробит твоё тело, разве нет? — Угх. Технически причиной послужило не переутомление, а изъян, присущий самому пепельному пламени. И тем не менее, было правдой то, что к этой ситуации привело моё чрезмерное использование его. — Дейл, тебе всё ещё плохо? — Сейчас я в порядке. Моя голова всё ещё казалась горячей от жара, но по сравнению со жгучей болью, которую я ощущал, когда только очнулся, мне стало намного лучше. — Дай я проверю твой лоб. Юрен откинул мои волосы назад и прижался лбом к моему. Мы находились так близко, что наши носы почти соприкасались, а его дыхание щекотало мне щеку. «Нет-нет, прекрати это делать. Пожалуйста». Если ты будешь продолжать в том же духе, я могу... влюбиться в этого золотоволосого парня? «Нет, этого не будет!» Я не могу закончить какой-нибудь испорченной историей о золотом солнце! — Дейл? Юрен нахмурился, глядя на меня, очевидно, корчившегося в душевных муках. — Тебе всё ещё нездоровится. У тебя сильный жар. Юрен мягко толкнул меня обратно на кровать. — Даже не думай сегодня чем-либо заниматься. Просто лежи тихо и отдыхай. — Угх. Ладно. Даже если бы я захотел что-то сделать, в таком состоянии это всё равно было невозможно. — Хм. Твоя одежда насквозь промокла от пота, брат. — Ах да. Если подумать, моё тело действительно казалось липким. Тренировочный костюм вымок насквозь. — Точно. Я уже некоторое время чувствовал себя липким, и оказалось, что мой спортивный костюм насквозь пропитан потом. — Сначала переоденься! Я помогу тебе! — Чего? Эй, эй! П-подожди! Остановись, ублюдок! Я панически попытался оттолкнуть Беральда, но в теле совсем не осталось сил. — Хе-хе. Мы же оба мужики, какая разница? Беральд схватил мою одежду и принялся её сдирать. Включая всё, что было ниже. — Гах! Глаза Юрена широко раскрылись от шока. — Юрен, принеси вон ту больничную робу. — О-огромный... — Юрен? — А, что? Что ты сказал? — Я сказал, больничную робу. — Х-хорошо! Юрен в спешке побежал за больничной робой. Прижав меня к кровати своей грубой силой, Беральд подал Юрену знак: — Я подержу его, а ты одевай. — Я-я? — Угх! Хватит! Я сам справлюсь, прошу! — Ха-ха. Пациент должен лежать смирно. — Угх! Да почему этот парень такой сильный? — Т-так что... я сейчас тебя переодену, ладно? С покрасневшими щеками Юрен надел на меня больничную робу. Я прикусил губу и крепко зажмурился. «Твою мать». Беральд, я никогда не забуду тебе это унижение...! Ну вот, одежда сменена, а теперь... Беральд оглядел комнату. Я ожесточённо уставился на него. — Ты что удумал? — Разве ты не проголодался? — Ну... если подумать, есть немного. Из-за недавних тренировок я питался плохо, так что проголодался знатно. — Хе-хе. Я не могу просто сидеть сложа руки, пока ты голоден, брат! Я приготовлю для тебя кое-что особенное! — Мы разве не можем просто поесть больничной еды? — Ха! О чём ты говоришь, брат? Разве ты не слышал, что местная больничная еда хуже собачьего корма? Я не позволю тебе есть такое! — Я уже пробовал её раньше, и она не такая уж плохая... — Ха! Просто сиди смирно. Я приготовлю семейный рецепт, особое блюдо, передающееся из поколения в поколение! Беральд уверенно ухмыльнулся и ударил себя в грудь кулаком. — Жди немного! Громко топая, Беральд выбежал из лазарета. Прошло около получаса. Пока я лежал на кровати и ел фрукты, которые чистил Юрен, в нос мне ударил запах гари. «Что это за запах?» Я сморщил нос от странного аромата. Бац! — Ха-ха! Брат, еда готова! Беральд ворвался в комнату в розовом фартуке (настоящее бельмо на глазу), таща за собой кастрюлю размером с таз. — ...Что это такое? — Тот самый особый рецепт, о котором я говорил! Беральд ухмыльнулся и поставил кастрюлю на прикроватную тумбочку. — Взгляни! Он приподнял крышку, обнажив бурлящую красную жидкость, которая выглядела так, будто её вычерпали со дна преисподней. — Секунду. Цвет выглядел подозрительно. — Что ты туда положил? — Хе-хе. Только не удивляйся слишком сильно. Беральд гордо выпятил грудь: — Это кимчи-чиге с кучей перцев чхонъян, женьшенем, имбирём, унаби, корицей, луком, чесноком и чили-маслом — по секретному семейному рецепту! — Ты грёбаный псих! Какого чёрта ты пытаешься скормить человеку, у которого и так жар? — Ха-ха! Ты же знаешь поговорку: «Клин клином вышибают!» Есть же ещё поговорка про лечение яда ядом? Ладно. Кимчи-чиге я ещё стерплю, но с какого перепугу он запихнул столько ингредиентов в кастрюлю размером с таз? «К тому же в кимчи-чиге нет мяса?» Неужели Беральд растерял национальную гордость гражданина Республики? Согласно какому-то закону Республики, отсутствие мяса в кимчи-чиге карается смертной казнью. — Давай же! Просто попробуй! — Я не буду это есть! Моё тело и так пылало от жара, и мне совсем не улыбалось тащить в рот эту мерзость. — Хм. Значит, совсем не хочешь? Что ж, тогда ничего не поделаешь. Беральд скрестил руки и кивнул. И когда я уже подумал, что он проявил благоразумие, он повернулся к Юрену: — Юрен! — А? Ч-что? — Держи его крепче! — Эм... но он ведь правда не хочет... Юрен замялся, нервно глядя на меня. — Это ради его скорейшего выздоровления! Ты хочешь, чтобы он вечно торчал в лазарете? — Ну... — Если поможешь, я скину тебе ту фотографию, которую мы сделали в прошлом году во время дополнительных занятий. — К-какую фотографию? — Хе. Ту, где он засыпает на уроке. Фотография спящего Дейла! Взволнованный Юрен раздул ноздри и крепко схватил меня. — Прости, Дейл. — Подожди! Нет! Стой! Ааа! — Сиди смирно, брат. Беральд зачерпнул огромную ложку кипящего острого кимчи-чиге без единого кусочка мяса и засунул мне в рот. — Гах! Наша база... находится в... северных горах...! — Ха-ха! Доброе лекарство всегда горькое! — сердечно рассмеялся Беральд, пока я корчился в агонии. ---------- Том 1 Глава 98 В лазарете академии героев. Им в основном пользовались старшие курсанты, которые часто получали травмы из-за частых дуэлей и практических занятий. Внутри были доступны отдельные лечебные палаты для тех, кто делал определённое «пожертвование» (в сущности, плату за вход). Среди этих частных палат находилась самая роскошная, требовавшая наибольшего «пожертвования». Она была настолько роскошной, что даже дворяне Империи, высокопоставленные священнослужители из Святого Королевства и магнаты из Республики не решались ею пользоваться. — Д-Дейл! Женщина с розовыми волосами в панике ворвалась в дверь. Ирис. Она была более известна по своему титулу «Святая» и, как говорили, получила благословение Семи Богов. — Ха! В тот момент, когда Ирис увидела лежащего на постели Дейла, её лицо побледнело, и она закрыла рот рукой. — Д-Дейл… Опухшие губы, расфокусированный взгляд. Его дыхание было тяжёлым, словно оно могло остановиться в любую минуту, а вокруг рта забрызгалась красная жидкость. — Нет, нет! Возьми себя в руки! Она знала, что он обладает «Благословением Возрождения», то есть может воскреснуть, даже если умрёт. Но при виде его измождённого лица эта мысль полностью вылетела у неё из головы. — Кто, чёрт возьми, сделал это с Дейлом… Ирис всхлипнула, прижимаясь к Дейлу. Возможно, он услышал её голос, так как Дейл, лежавший без сил, задрожал и слабо указал в одном направлении. — Этот… ублю… док… Туда, куда он указал, стоял гигантский мужчина ростом почти два метра. Ирис нахмурилась, глядя на Беральда. — …Почему Беральд здесь? — Ха-ха. Не стоит слишком сильно беспокоиться, госпожа Ирис. Брат просто упал от переутомления во время тренировки. — Его состояние выглядит слишком тяжёлым для простой усталости. — Ну, лекарства обычно заставляют чувствовать себя хуже сразу после приёма, не так ли? Он только что принял лекарство, так что скоро всё пройдёт. — …Вот как? Только тогда Ирис вроде бы немного успокоилась и испустила вздох облегчения. Затем она бросила на Дейла острый взгляд. — И всё же переутомление… Какую же тренировку ты провёл, раз оказался в таком состоянии? — Ну, дело вовсе не в тренировке… Я попытался объяснить ситуацию, чувствуя себя обиженным, но не успел я закончить, как Юрен перебил меня. — Хм. Что значит не из-за тренировки? Ты торчал на полигоне до двух или трёх часов ночи без сна. — До двух или трёх часов ночи? — Ага. И возвращался в шесть утра. Каждое божье утро без исключения. Глаза Ирис похолодели. Она бросила взгляд на Юрена и Беральда и заговорила: — Прошу прощения, но не могли бы вы оба выйти? Думаю, Дейлу потребуется кое-какое целенаправленное лечение. — Если это целенаправленное лечение, разве не лучше позвать целителя… — О боже, неужели вы забыли, кто я? Ирис мило улыбнулась, её глаза заискрились. — Ах. С губ Юрена сорвался тихий вздох. Хотя целители, приставленные к школе героев, славились на весь континент, ни один из них не мог сравниться со «Святой» из Святого Королевства. — Хорошо. Тогда оставляю Дейла на твою заботу. — Ха-ха! Если это госпожа Ирис, мы можем ей доверять. Пожалуйста, позаботься о нём, сестра! Юрен и Беральд вышли из лечебной палаты. Ирис посмотрела на меня сверху вниз холодным взглядом. — Эм… — Заткнись. — Слушаюсь. Как только я попытался нарушить неловкое молчание, холодный и тихий голос Ирис оборвал меня. Она сжала кулаки, дрожа, и прикусила губу. — Ты вообще представляешь, как мне было страшно, когда я услышала, что ты упал в обморок? И что? Переутомление? Торчал на полигоне до трёх часов ночи? Бац! Ирис со злости ударила кулаком по тумбочке вместо меня. — Я же говорила тебе раньше! Лучше заботься о своём теле! Я осторожно протянул руку к заплаканной Ирис. — Прости. Даже если я не знал, что «пепел» вызовет столь тяжёлые побочные эффекты, было неоспоримо, что в последнее время я слишком сильно себя изнурял. — Ты действительно… эх. Ирис глубоко вздохнула и покачала головой. Она мягко положила руку мне на лоб. Мягкое, успокаивающее ощущение растеклась по моей коже. — У тебя сильный жар. — Если я отдохну, мне скоро станет лучше. Я сказал ей, что быстро восстановлюсь, чтобы развеять её тревоги, но даже я не был уверен, когда пройдёт это состояние «перегрева». «И всё же просто лежать здесь куда лучше, чем раньше». Было правдой, что мне стало немного легче, но встать с постели для меня всё ещё было слишком тяжело. — Я наложу исцеляющее заклинание, которое снимает усталость. — Нет, оно вряд ли сильно поможет. После того как я съел «восстанавливающую еду», которую Беральд приготовил ранее, школьный целитель приходил и наложил исцеляющее заклинание, но оно не помогло от состояния «перегрева». — И всё же никогда не знаешь наверняка, верно? Может быть, целительная магия «Святой» окажется иной. — Ну… возможно. Честно говоря, я не питал больших надежд. Хотя Ирис была Святой, благословлённой Семью Богами, исцелить ману, раскалённую первозданным пламенем, было непросто. — Просто лежи смирно. Ирис протянула ко мне руку, тихо читая молитву. — О Семь Богов, пожалуйста, поддержите этого уставшего ребёнка вашего. Вух! Её глаза перекрасились в цвета радуги, и яркий белый свет хлынул в моё тело. Было такое ощущение, будто я только что сделал глоток освежающей холодной воды, и жар, сжигавший меня изнутри, немного утих. «А? Оно действительно работает?» Я широко раскрыл глаза от удивления и посмотрел на Ирис. Я про себя думал, что Ирис будет трудно это исцелить, но никак не ожидал, что это действительно сработает. «Это сила Семи Глаз?» Подивился про себя я, глядя в её радужные глаза. — Фух. Радужное свечение в глазах Ирис померкло, возвращаясь к их первоначальному синему цвету. Возможно, это было потому, что она использовала силу «Семи Глаз», чтобы сотворить целительную магию. На лбу Ирис выступили капли пота. — Как самочувствие? И в этот раз не помогло? — Нет, сработало. Произнёс я, приподнимаясь с постели. Всего мгновение назад у меня совсем не было сил, но теперь я почувствовал, как в тело возвращается некоторая бодрость. Когда я попытался встать на собственные ноги, слезши с постели... — Ух! Моё тело качнуло, и ноги подогнулись подо мной. — Дейл! Ирис быстро поддержала меня. — Уф… Ходить всё ещё тяжело. Хотя её целительная магия несколько успокоила мою перегретую энергию, мне всё равно потребуется ещё время для полного восстановления. — Даже с целебной магией Семи Глаз это лучшее, что я могу сделать. Думая о том, сколько времени может уйти на полное восстановление, я выдохнул с лёгким вздохом. — Хмм… Ирис, которая бережно уложила меня обратно в постель, коротко замычала. Казалось, она на мгновение погрузилась в раздумья, а затем нервно сглотнула, прежде чем заговорить: — О, если подумать… Эм, кхм! Она неловко откашлялась, умолкнув. Ирис оглянулась по сторонам, словно собираясь совершить преступление, и осторожно продолжила: — Есть… способ повысить эффективность моей целебной магии. — Какой же? — Ну… Кхм! Щёки Ирис покраснели, когда она заговорила: — Моя целительная магия немного особенная, так что чем ближе наши тела друг к другу, тем она эффективнее! — …Чего? Чем ближе тела, тем эффективнее целительная магия? «Я никогда раньше о таком не слышал». Ну, в этом был смысл. В прошлой жизни я никогда не принимал от неё целительную магию, потому что хотел уменьшить её ношу — ей приходилось использовать божественные благословения без «Семи Глаз». — Тогда ляг на бок. — …Что ты собираешься делать? — Я же говорила, чем мы ближе, тем лучше работает целительная магия. Ирис аккуратно сняла туфли и залезла на кровать. Она легла позади меня и крепко обняла своими руками. — Вот так, обнимая тебя, целительная магия должна стать эффективнее. Я нервно сглотнул, крепко сжав губы. Невероятная мягкость прижималась к моей спине. Её тонкие руки обвивали мою талию, а стройные ноги в белых чулках сплетались с моими. Нет, здесь дело не только в целительной магии. Я покрылся холодным потом, отчаянно пытаясь подавить нарастающее во мне желание. Хотя в прошлой жизни мы были возлюбленными, разделившими всё… Нет, именно из-за того прошлого сохранять самообладание было куда труднее. — Сейчас я снова наложу целительную магию. Её мягкий шёпот щекотал мне ухо. Вскоре от её тела вышла белая аура и влилась в моё. «Ах». Было такое чувство, будто принимаешь прохладный душ в знойную летнюю жару. Перегретая энергия внутри меня быстро остыла, и тело наполнилось неописуемым теплом. Вместе с теплом пришла непреодолимая волна сонливости. «Что ж… по крайней мере, с Ирис рядом мне больше не придётся беспокоиться о побочных эффектах Пепельного Пламени». С этой мыслью я отдался сну, который одолевал меня. * В лишённую света палату отворилась дверь, и вошла женщина с длинными тёмно-синими волосами, собранными в хвост. — Святая, скоро комендантский час в общежитиях. Я знаю, что ты переживаешь за Дейла, но тебе пора возвращаться… Камилла, пришедшая позвать Ирис, замерла на месте с широко раскрытыми глазами. Там, на кровати, Дейл и Ирис лежали, тесно прижавшись друг к другу. Камилла стояла с разинутым ртом, полностью ошеломлённая. — С-Святая? — О, Камилла, ты здесь? Ирис сонно протёрла глаза и приподнялась на кровати. — Должно быть, я уснула с Дейлом сама того не заметив. Использование «Семи Глаз» сильно меня утомляет. — Ч-что именно вы тут делали?! — Говори тише, Дейл всё ещё спит. Ирис нахмурилась, слезая с постели. — И не волнуйся, ничего такого, о чём тебе следовало бы беспокоиться, не произошло. Это было исключительно для «лечения». — Лечения?.. — Ты же знаешь, да? Моя целительная магия работает лучше, когда мы находимся в тесном контакте. Выражение лица Камиллы слегка исказилось. — Но разве нельзя просто держаться за руки при использовании? Нет никакой необходимости так обнимать его… — Камилла. При тихом голосе Ирис Камилла вздрогнула. — Тсс. Ирис ярко улыбнулась, приложив палец к губам. ---------- Том 1 Глава 99 Благодаря исцеляющей магии Ирис меня выписали из лазарета быстрее, чем ожидалось. После этого я наслаждался редким расслабляющим полдником, развалившись на диване в кабинете профессора Лукаса. — Что ты тут делаешь? Профессор Лукас, перелистывая какие-то бумаги, сурово посмотрел на меня. Я пожал плечами, очищая апельсин из коробки в углу его кабинета. (Судя по всему, это был подарок от профессора Бьянки.) — Разве не видно? Я преданный курсант, который после занятий приходит прямо в кабинет профессора, чтобы расспросить о непонятных моментах. — Этот сорванец... влипает в неприятности сразу же после окончания своего отстранения. Тяжело вздохнув и потирая лоб так, будто у него болела голова, профессор Лукас спросил: — Почему ты сегодня не на тренировочной площадке с Юреном? В последнее время ты там практически жил. — Мне запретили. — Запретили? Лукас приподнял бровь, прищурившись глядя на меня. — Только не говори мне... что ты поссорился с Юреном? — Чего? — Хе-хе-хе. Значит, ты всё ещё обычный молодой парень, несмотря на то, что ведёшь себя так зрело! — О чём вы вообще говорите? Поссорился с Юреном? Какая ещё ссора? Буквально вчера мы переписывались: он спрашивал, нормально ли я поел, и напоминал лечь спать пораньше. «Если подумать... наши разговоры больше похожи на общение ворчливого родителя с блудным ребёнком, чем на беседу друзей». Ну да ладно. Хотя Юрен — нет, Юрина — отстранила меня от тренировочной площадки под предлогом необходимости отдыха, мы всё ещё общались. — Эх, в мои годы мы с приятелями вечно ссорились, — произнёс Лукас, внезапно погрузившись в ностальгию. Я усмехнулся и спросил: — Из-за чего вы обычно ссорились? — Ну, когда оглядываешься назад, оказывается, что разногласия всегда происходили из-за полной чепухи. — Это точно. — Например, когда друг без спроса утащил из школьного магазинчика булку из лимитированной серии. — Какая мелочность. Серьёзно? Ссориться из-за такого? Вы что, дети? — Был ещё случай, когда мы поспорили о том, красивая определенная курсантка или обычная, и это привело к драке. — Интересно. И как звали ту курсантку? — ... — Профессор Бьянка, верно? Среди курсантов было общеизвестным фактом, что Лукас и Бьянка учились в одном классе. — Я... я очевидно был на стороне «обычной»! — Конечно-конечно, раз вы так говорите. Он и правда отличается непоколебимой верностью, не так ли? Я озорно ухмыльнулся и спросил: — Кстати, как у вас дела с профессором Бьянкой в последнее время? — Не знаю, зачем ты задаёшь такие неуместные вопросы, но мы оба были заняты. В последнее время общались мало. Старшие курсанты всего несколько дней назад закончили свою практикум героев. Практикум героев. Это первое занятие, которое посещают четверокурсники: они примерно на два месяца временно вступают в аффилированную со школой гильдию, обучаясь напрямую у действующих героев. — Практикум героев, значит... У меня с ним не было связано хороших воспоминаний. — Тц. Если бы те старшекурсники не были на практикуме во время Фестиваля Запечатывания, инцидент с демоническими зверями удалось бы разрешить гораздо быстрее, — проворчал Лукас, снова перебирая свою огромную стопку бумаг. Он был прав. Если бы четверокурсники находились здесь во время Фестиваля Запечатывания, с инцидентом демонических зверей, устроенным Астаротом, удалось бы справиться гораздо быстрее. В конце концов, этот поток старшекурсников был настолько исключительным, что считался одним из лучших классов за всю 500-летнюю историю академии. «Многие из них станут ключевыми фигурами в будущей войне против армии Бога Демонов». Аарон Пэк, владеющий Копьём Метеора. Белла Леонхарт, Клинок Призрака. Лайос Рю, Громовой Император. София Эвергрин, Архимаг. И многие другие. Этот класс четверокурсников произведёт на свет поразительное число прославленных героев в будущем. «Конечно, в этом классе есть одна курсантка, которая станет самой знаменитой из всех». Среди этих бесчисленных выдающихся личностей была одна курсантка, которая оставит неизгладимый след в сознании каждого жителя континента. «Ведьма Ночи, Ланез Малам». Существо, которое однажды превратило половину континента в ледяную пустошь. Самая гнусная колдунья, принявшая благословение Бога Демонов и вырезавшая сотни тысяч, если не миллионы людей. И. Женщина, которая встретила свой конец от рук Бессмертного Призрака, Дейла Хана. «Ну, технически, всё, что я сделал, — это нанёс финальный удар уже умирающей ведьме». Не я, а Юрен и остальные наши спутники загнали Ведьму Ночи в угол. «На этот раз мне нужно остановить её до того, как она заморозит половину континента». Конечно, просто взять и убить её прямо сейчас было невозможно. В академии за ней следило слишком много глаз, и слишком раннее давление на неё могло спровоцировать спящую внутри неё силу ведьмы, вызвав её буйство. «Если это произойдёт, вся академия превратится в ледяную пустошь». Вздрогнув при мысли о бесконечных белоснежных пейзажах, которые я видел в своей прошлой жизни, я покачал головой. «Впрочем, с Ланез разбираться ещё рано». Спешить некуда. Она не примет благословение Бога Демонов и не станет Ведьмой Ночи ещё лет 15. «Прежде чем разбираться с Ланез, есть кое-кто ещё, с кем мне нужно встретиться...» В памяти естественно всплыл образ женщины с рыжими волосами и невысоким ростом. У неё был свирепый и колючий характер, не соответствовавший её милой внешности, но в глубине души она была добрее и заботливее всех остальных по отношению к своим товарищам. Старшекурсница, которая каждую ночь учила меня магии, отвешивая мне тумаки посохом больше её самой всякий раз, когда я совершал ошибку. Когда её образ всплыл в памяти, я невольно улыбнулся. — ...Мне нужно пойти навестить старшую Софию. — А? К кому это ты собрался? — Да так, ни к кому. Я пожал плечами и встал с дивана. — Профессор, все четверокурсники уже вернулись в академию? — Да, вернулись. А почему ты спрашиваешь? — У меня свои причины. Лукаво улыбнувшись, я повернулся к выходу. — Ну, я пойду. — Проваливай уже. Под этот ласковый(?) напутственный пинок профессора Лукаса я вышел из его кабинета. * В Академии Героев старшекурсникам уделяется особое внимание. Это связано с тем, что до выпуска и получения статуса действующих героев им остался всего год, поэтому их занятия сосредоточены на опасных практических тренировках и упражнениях, которые несравнимы с тем, что они делали раньше. В результате здание, где четверокурсники посещают занятия, расположено в несколько удалённой части кампуса, в отличие от корпусов для студентов с первого по третий курс, которые кучкуются в центре школы. — Давно я здесь не был. Я посмотрел на здание со старомодным сказочным дизайном и шагнул внутрь. Проходя по широкому коридору, я заметил несколько знакомых лиц. «О, вон Бертран Железная Стена и Кая Голубая Рысь». Среди прогуливающихся по коридорам курсантов были те, кто в будущем станет весьма знаменит. «Похоже, это правда — этот поток четверокурсников поистине исключителен». Что ж, не зря их называют лучшим классом за всю 500-летнюю историю Академии Героев. — Ну что ж... Я хмуро огляделся по сторонам в большом здании. «Где мне найти старшую Софию?» Я пришёл сюда просто взглянуть на неё, но понятия не имел, где она может находиться. «Раз она четверокурсница, у неё должно быть закреплённое место в одном из классов». У первокурсников-третьекурсников закреплённых мест не было, но четверокурсники посещали все занятия в одной комнате для каждого отделения, а значит, за каждым курсантом было закреплено своё место. «Проблема в том, что я не знаю, в каком классе она училась». Обычно на каждом курсе было шесть классов, от класса А до класса Ф, но я не знал, к какому именно принадлежала старшая София. «Она не особо распространялась о своих школьных годах». Придётся проверять все шесть отделений по очереди. И тут вдруг — — А? Вдали я заметил знакомый силуэт. Миниатюрная хрупкая девушка, короткие рыжие волосы которой едва касались затылка. У неё было крошечное тело ростом чуть ли не мне по грудь, но свирепый взгляд резко контрастировал с её милой, почти животной внешностью. — София... Хотя я уже привык воссоединяться со своими бывшими товарищами вроде Ирис, Юрена и Беральда, при виде её сердце все равно забилось чаще. Я поправил одежду и, приближаясь к ней, подумал о том, что сказать в первую очередь. — Здравствуй, старшая. — ...Ты. Когда я приблизился и заговорил с ней, глаза старшей Софии обратились на меня. — Ты же Дейл Хан, курсант третьего курса, верно? — А? Она узнала меня, даже не назвав моего имени. Удивлённо уставившись на неё, я замер. — Не ожидал, что вы меня знаете. Она смерила меня холодным, пронзительным взглядом. — И чего тебе надо? — Ах, если вы не против, старшая, я бы хотел немного поговорить... — Мне не о чем разговаривать с тем, кто крутится около этого безумного профессора. Прежде чем я успел закончить предложение, она обошла меня стороной и продолжила идти. «Безумный профессор? Должно быть, она имеет в виду профессора Джейда». Среди курсантов было общеизвестным фактом, что я часто навещал лабораторию профессора Джейда. — Неужели старшая София недолюбливала профессора Джейда? В моей прошлой жизни, когда я объединился со старшей Софией, профессор Джейд уже скончался, так что мы никогда о нем не говорили. — Подожди, старшая, кажется, тут какое-то недоразумение... — Я сказала, что мне не о чем с тобой разговаривать. Она бросила на меня свирепый взгляд. — Не околачивайся у корпуса четверокурсников и возвращайся туда, где твоё место, третьекурсник. С этими словами она быстро зашагала прочь. — ...Эх. Я нахмурился, глядя ей вслед. «Кто бы мог подумать, что знакомство с профессором Джейдом обернётся боком?» Я уже знал, что будущее начало меняться, но никак не ожидал, что мои отношения со старшей Софией испортятся подобным образом. «Позже придётся спросить об этом профессора Джейда. Что же между ними произошло?» Подумав об этом и уже собираясь покинуть корпус четверокурсников — — Хм? Я заметил вдали ещё одну знакомую фигуру. — ...Беральд? Что он здесь делает? ---------- Том 1 Глава 100 Аудитория для курсантов четвёртого курса, расположенная в отдалённой части школы. Увидев там неожиданное лицо, я невольно отразил на лице замешательство. — А? Дейл? Беральд тоже заметил меня и с широко раскрытыми глазами медленно направился ко мне. — Что ты здесь делаешь, брат? — Это я у тебя хочу спросить. Беральд всё ещё оставался курсантом второго курса. Что он делал в здании, которым пользовались исключительно курсанты четвёртого курса? — Ну... это, эм... Он замолк на полуслове, выглядя неловко. И тут — — Ха-а. Какого чёрта? Он реально пришёл, этот проклятый глупец. Голос был пропитан раздражением. Острый, словно нож, взгляд был устремлён на Беральда. «Этот парень...» Я повернул голову в сторону голоса и увидел мужчину с чёрно-синими волосами. Его необычный цвет волос, редко встречающийся в этих краях, был символом семьи Рю. И на данный момент единственным человеком из семьи Рю среди курсантов четвёртого курса был... «Лайос Рю». Человек, которого однажды назовут «Громовым Императором», и внук «Громовержца» Лионеля Рю. В отличие от Беральда, происходившего из боковой ветви семьи, Лайос был прямым потомком главной ветви со всеми правами законного наследника. — Ха-ха. Мой дедушка велел мне сблизиться с тобой ради семейной гармонии, брат. — «Гармонии»? И это из уст выходца из боковой ветви? Цык. Лайос цыкнул языком, демонстрируя презрительный взгляд. — И разве я не говорил тебе раньше называть меня «старший», а не «брат»? Забыл из-за того, что у тебя так туго соображает котелок? — Ха-ха, извини, старший. Беральд почесал затылок и виновато рассмеялся. — Серьёзно... И как такой никчёмный человек вообще родился в нашей семье... Лайос тяжело вздохнул, сверля Беральда взглядом. — Значит, ты должен сфотографировать, как мы вместе едим, и отправить снимок своему деду? — Да. Цык. — Дед точно умеет давать раздражающие поручения. Лайос снова цыкнул языком, скрестив руки на груди. — Но в любом случае... Взгляд Лайоса переместился на меня. — Это ещё кто? Третьекурсник? Убедившись в цвете моего галстука, Лайос нахмурился. — О, это Дейл. Брат, с которым я близок, — сказал Беральд. — Хм. Дейл? Дейл... Где-то я уже слышал это имя. Лайос склонил голову набок, а затем щёлкнул пальцами. — А, точно. Ты тот самый парень. Тот безумец, который намеренно занижает свои баллы за аттестацию, несмотря на свои навыки. — ... Значит, вот как этот слух распространялся среди четверокурсников. Ну, с их точки зрения, это должно было казаться безумием. Будучи курсантами четвёртого курса, они, естественно, были одержимы своими накопительными баллами аттестации, поэтому кто-то вроде меня, кто мог легко набрать больше очков, но намеренно оставался в самом низу, должен был казаться сумасшедшим. «Это немного несправедливо». Но что я мог поделать? В самой недавней промежуточной аттестации я в конце концов получил ноль баллов. Какова бы ни была причина, со стороны это наверняка выглядело так, будто я намеренно удерживаю низкие оценки, несмотря на наличие навыков для высоких баллов, — словно какой-то чудак со странными предпочтениями в оценках. — Ты сказал, что вы близки? Ха, вы действительно отлично подходите друг другу, Беральд. С усмешкой на лице Лайос переводил взгляд с Беральда на меня. Я тихо вздохнул, чувствуя, что у Лайоса нет ни грамма уважения. «Если подумать, ходили слухи, что у Громового Императора скверный характер». «Я слышал об этом в прошлой жизни, но испытать такое на собственном опыте... Это прямо мужская версия Розаны». «Может, преподать ему урок манер?» Я слегка сжал кулак, обдумывая это, но решил пока сдержаться. Если уж учить его манерам, то где-нибудь в более уединённом месте. Избивать его прямо посреди коридора здания четверокурсников казалось не самой лучшей идеей. — Вахаха! Значит, ты тоже так думаешь, старший? Мы с Дейлом ведь и правда отлично смотримся вместе, да? Беральд громко рассмеялся и закинул руку мне на плечо. Лайос, который только что ухмылялся и издевался над нами обоими, теперь выглядел так, будто надкусил что-то горькое, и цыкнул языком. — ...Оскорбления не действуют на идиотов. Хотя он, вероятно, имел в виду Беральда, который смеялся так, будто только что услышал комплимент. «Настоящий идиот здесь ты, парень». Я мысленно цыкнул языком, чувствуя, как хватка Беральда на моём плече усилилась. Беральд, может, и был глупцом, но вовсе не был лишён сообразительности. В тот момент, когда он услышал насмешку, он положил руку мне на плечо и надавил, безмолвно говоря мне: «Пожалуйста, стерпи это». — Хм? Что ты здесь делаешь, Лайос? — О боже~ Да это же младшие! Что вы здесь делаете? В этот момент к нам из дальнего конца коридора приближались две фигуры. Один из них был красивым мужчиной с серебряными волосами и резкими чертами лица, а вторая — прекрасной женщиной с длинными светло-каштановыми волосами до талии. Я знал обоих по своей прошлой жизни. «Аарон Пэк и Белла Леонхарт». Два человека, которые позже заслужили титулы «Копья Метеора» и «Призрачного Клинка», были одними из самых талантливых студентов четвёртого курса, известных борьбой за первое место. Была и другая причина, помимо их исключительных навыков, почему они привлекали внимание людей со всего континента. «Любовный треугольник». Ходили слухи, что Громовой Император питает чувства к Клинку Призрака ещё со времён их курсантства. Эти сплетни не давали континенту покоя, будоража умы всех любителей захватывающих историй. — Б-Белла? Почему ты...? — В смысле почему? Мы собирались поужинать. Хочешь присоединиться к нам, Лайос? — Прямо сейчас... Прежде чем Лайос успел ответить на предложение Беллы, Аарон слабо улыбнулся и покосился на Беральда. — Белла. Кузен Лайоса проделал весь путь до здания четвёртого курса, чтобы повидаться с братом. Думаю, стоит оставить их наедине, чтобы они могли провести время с семьёй. — Ох, точно! Я слышала, во втором курсе тоже учится кто-то из семьи Рю? — Этот тип мне не брат...! — Беральд Рю, верно? Лайос может вести себя сурово, но он на самом деле заботится о своём младшем брате. Из-за тренировок героев и всего прочего они, наверное, давно не виделись. Насладитесь временем, проведённым с семьёй. Ярко улыбнувшись, Аарон похлопал Беральда по плечу. — В общем, мы пойдём. — Да! Аарон, что мы будем есть на ужин? Обменявшись короткими прощаниями, Аарон и Белла ушли. — Черт возьми...! Глядя им вслед, у Лайоса перекосило лицо от ярости. Я видел, как его сжатые кулаки слегка подрагивали. «Ух ты, видеть это вблизи — настоящее зрелище». Теперь мне стало понятно, почему люди не переставали говорить о безответной любви Громового Императора. «Но Аарон Пэк, значит». Копье Метеора, Аарон Пэк. Будучи потомком Божественного Копья Пэк Сынхёка, одного из «Пяти Великих Героев», Аарон был могущественным героем, и ходили слухи, что в прошлой жизни он был соперником Юрена. «Хотя он и погибает в битве с Ведьмой Ночи». И всё же, если в будущем он станет достаточно сильным, чтобы соперничать с Юреном, было бы разумно заранее выстроить с ним хорошие отношения. «Иметь ещё одного союзника всегда лучше». Если только я не планировал сражаться с армией демонов в одиночку, было важно собрать как можно больше союзников, чтобы подготовиться к грядущей катастрофе. Особенно когда этот человек обладал потенциалом войти в пятёрку лучших героев будущего. «Ну, об этом я подумаю позже». Сейчас дело с Беральдом было важнее Аарона. Тяжёлый вздох. Лайос, стоявший молча и подавляя свой гнев, свирепо уставился на Беральда. Он развернулся и тяжёлой поступью куда-то направился. — ...Следуй за мной. — Хм? Куда мы идём? — Я не хочу, чтобы меня видели с таким идиотом, так что просто иди за мной. С этими словами Лайос направился в заднюю часть здания. Это было место, где почти не было людей, в отличие от шумного коридора. — Я подожду здесь, так что сходи в магазин и купи хлеба. Лайос, усевшись на клумбу высотой по пояс, жестом отдал приказ Беральду. Беральд склонил голову набок и спросил: — Почему ты вдруг просишь меня купить хлеб? — Разве ты сам не говорил ранее, что дедушка велел нам прислать совместное фото, где мы едим? — Это правда, но... — Мне лень тащиться с тобой в столовую, так что просто купи хлеба в ближайшем магазине. Услышав слова Лайоса, Беральд скривил неловкую гримасу. — Хм. Но учитывая, что это фото для дедушки, есть магазинный хлеб кажется немного неуместным, тебе не кажется? — Ах ты, сопляк... Ты что, огрызаешься со мной? — Я не огрызаюсь, просто... — Ты и правда такой же тупица, как твой отец. Обычно жизнерадостная улыбка на лице Беральда померкла. — Что? Тебя задело, что я упомянул твоего отца-идиота, который даже имя собственного ребёнка запомнить не может? — ...Брат. — Разве я не говорил тебе не называть меня братом, идиот? Лайос схватил Беральда за воротник и свирепо посмотрел на него. Беральд опустил голову и произнёс низким, спокойным голосом: — Пожалуйста... хватит. — Хватит? С какой стати? Разве я сказал что-то не так? Разве твой папаша не сошёл с ума несколько лет назад? Лайос громко рассмеялся, делая круговые движения пальцем у виска. — Тц-тц. Наверное, он свихнулся оттого, что не смог вынести такого тупицу в сыновья, как ты. Чего ты ждёшь? Иди покупай хлеб. Ох, точно, я же забыл дать тебе денег. Лайос вытащил кошелёк и швырнул на землю несколько золотых монет. — Если подумать, разве не вся твоя семья жила на пособие от нашего дома? Ха-ха! Подумать только, человек с фамилией «Рю» выживает на чужие деньги, какая шутка... Я тяжело вздохнул, направляясь к Лайосу, который продолжал насмехаться над Беральдом. — А? Ты ещё кто такой? Ты что, все это время здесь стоял? Я медленно пошёл к Лайосу, который прищурился, глядя на меня. «Прости, Беральд». Я ведь правда пытался сдержаться, понимаешь? «Но я больше не могу». Я сжал кулак и медленно воспламенил своё «Пепельное Пламя», собираясь врезать Лайосу хорошенько в челюсть. Бац! Глухой звук удара разнёсся по воздуху. — Угх! Тело Лайоса, поражённое массивным кулаком размером с крышку кастрюли, взмыло в воздух и рухнуло обратно на землю. — А? Я удивлённо посмотрел на Беральда. Беральд, схватившись за щеку, бросился к распростёртому на земле Лайосу. — О нет! Ты в порядке, старший? — Ах ты, сопляк... Какого черта...?! — Я пытался смахнуть букашку с твоей щеки, но случайно попал тебе по лицу! — Ч-что? Лайос недоверчиво уставился на Беральда. Пока Беральд спешил к нему, его тело внезапно качнулось. — О нет, моя нога соскользнула! — Угх! Падая вперёд, Беральд врезался коленом в живот Лайоса. Лайос, раздавленный весом почти двухметрового Беральда, испустил сдавленный крик и зашёлся пеной у рта. Я быстро подошёл к Беральду и крикнул ему: — Беральд, идиот! Что ты творишь со старшим?! — Угх! Прости! Я оступился и упал по ошибке! — Посмотри на лицо старшего! У него изо рта идёт пена! — Ч-что мне делать? Скажи, что делать, Дейл! Я быстро огляделся, убеждаясь, что вокруг больше никого нет, затем ухмыльнулся и сказал: — Думаю, тебе стоит применить заклинание «Пробуждение», чтобы вернуть его в сознание. — Понял! Беральд кивнул, высоко поднял руку и завопил: — Пробуууждение!!! Шлёп! Шмяк! Бух! Благодаря силе заклинания Беральда потерявший сознание Лайос резко пришёл в себя. — Ааах! Хватит! Арргххх! Заклинание сработало блестяще. ---------- Том 1 Глава 101 — Ты, ублюдок, смеешь...! Треск, треск! Вместе с яростным криком Лайоса с его тела сорвались синие искры. «Это же...» Почувствовав свирепую ману в синих искрах, я быстро схватил Беральда за загривок и оттащил назад. Бум! С громоподобным звуком разряд синей молнии ударил туда, где только что стоял Беральд. — Угх...! Разве он не увернулся от молнии полностью? Беральд сглотнул стон боли, свернувшись калачиком. Ожог от молнии оставил на его руке чёткий след толщиной с чьё-то бедро. — Ты в порядке? — Угх... Я в порядке. Беральд прижал руку к обожжённой коже и поднялся. — Хах, хах. Ты, ничтожный негодяй, смеешь... Скрип. Лайос злобно сжал зубы, протягивая руку. Его стигма засияла, собирая огромное количество молний. — Громовое копьё! С коротким заклинанием копьё, сформированное из синей молнии, устремилось к Беральду. И тогда. «Боевое искусство Беральда». Рассекатель Моря. Вух! Пепельное Пламя, пылавшее на краю моей руки, рассекло копьё синей молнии надвое. Расколотое копьё, охваченное Пепельным Пламенем, исчезло. — Что...? Глаза Лайоса расширились, когда он уставился на копьё молнии, которое словно проглотили и оно растворилось в воздухе. Он посмотрел на меня дрожащими глазами, на его лице запечатлелось неверие. — Ты, ублюдок... что ты только что сделал? В ответ я пожал плечами, глядя на растерянного Лайоса. — Это я должен у тебя спросить, старший. Разве ты не знаешь, что насилие на территории академии — это грубое нарушение правил? — Ха. Если уж говорить о насилии, то этот ублюдок наверняка начал первым, верно? Лайос кивнул подбородком в сторону Беральда. Я усмехнулся и склонил голову набок, делая вид, что не понимаю. — Хм? Насилие? Насколько я видел, Беральд лишь «случайно» причинил тебе вред без какого-либо умысла нападать. — ...Ты издеваешься? Какое же это оправдание...! — Это не оправдание, старший. Я говорил спокойно, скрестив руки на груди. — Или у тебя есть доказательства твоих слов? — Доказательства...! — Ах. Ну, если считать твоё изуродованное лицо доказательством насилия, то да, это может сойти за улику. Усмешка. На моих губах появилась насмешливая улыбка. — Курсант второго курса... да ещё и ничтожный ублюдок из побочной ветви, оставивший тебя с травмами... Тц! Ладно, раз ты настаиваешь, пусть это будет твоим доказательством. — Ты...! Сжав кулаки. Лайос стиснул зубы, злобно уставившись на меня. Но лишь на мгновение. Свет, исходивший от стигмы Лайоса, погас, а синие искры, яростно потрескивавшие вокруг него, начали рассеиваться. — Ха, ладно. Несчастный случай? Пусть будет несчастный случай. Сузив глаза, Лайос холодно посмотрел на Беральда: — Но у несчастных случаев бывают последствия. На лице Лайоса расплылась хищная ухмылка. — Никакой больше финансовой поддержки для побочной ветви. ...! Глаза Беральда расширились от шока. — К-какое отношение это имеет к финансовой поддержке?! — Ну, это уже не мои проблемы, верно? Лайос пожал плечами с зловещей ухмылкой. — В общем, побочная ветвь больше не получит ни золотой монеты. Заруби это себе на носу. — П-подожди! Старший! Если финансирование прекратится...! — Что? Разве ты не сможешь заботиться о своём дряхлом отце без него? — Мой отец получил ранение, сражаясь за семью Рю! Мы имеем полное право на эту поддержку! — Кто сказал, что это право? Лайос со скучающим видом равнодушно почесал ухо. — Если ты из семьи Рю, сражаться за неё — само собой разумеющееся дело, разве нет? Или что... побочные ветви не часть семьи «Рю»? — ...Старший! — А, плевать. В любом случае, на следующем семейном собрании я официально предложу прекратить финансирование. — Угх...! Беральд задрожал, сжав кулаки. Я положил руку на плечо Беральда и произнёс: — Не переживай, дружище. Я дам тебе денег. — ...Брат? Беральд в замешательстве моргнул, словно спрашивая, что я имею в виду. — Откуда у тебя деньги, чтобы давать их мне, брат...? Беральд прекрасно знал, что я учусь в этой академии на государственную стипендию. Как он и сказал, свободных денег у меня сейчас было немного. — На что же ещё нужны друзья, верно? У меня был надёжный источник средств... точнее, друг, так что о деньгах можно было не беспокоиться. «Ну, если Джульет не сработает, я всегда смогу выжать что-нибудь из Розаны». Хотя семья Гелиос в последние годы несколько обеднела, колоссальные богатства, накопленные ими как высокопоставленными дворянами империи, не исчезли за одну ночь. — В общем, тебе не нужно беспокоиться о деньгах. — ...... Беральд прикусил губу, молча размышляя. После долгих раздумий он покачал головой: — Нет, это моя проблема. Я не могу полагаться на твою помощь, брат. С этими словами Беральд шагнул вперёд к Лайосу. Тяжёлый глухой звук. Он опустился перед Лайосом на колени. — Если я оскорбил тебя, старший, прошу прощения. Мой темперамент взял верх, и я сорвался. Беральд опустился так низко, что его лоб коснулся земли. — Какое бы наказание я ни заслужил за проявление насилия, я приму его с готовностью. Пожалуйста, умерь свой гнев. — ...Ха. Лайос посмотрел сверху вниз на кланяющегося Беральда и подавил саркастический смешок. — И куда подевалась вся твоя недавняя бравада? — Прошу прощения. — Что? Пробуждение? Ха! Глупец, который даже простейшую магическую пулю сотворить не может, рассуждает о магии? — Прошу прощения. — Эх... Почему ты устраиваешь такой бардак, когда всё, что нужно было сделать — это просто тихо купить хлеба? — Прошу прощения. Беральд, продолжая кланяться, повторял извинения, словно сломанный механизм. По правде говоря, мне хотелось превратить Лайоса в кровавое месиво — будь то из-за семьи Рю или из-за чего бы то ещё. — Нет, это моя проблема. — ... У меня было предчувствие, что если я вмешаюсь сейчас, мои отношения с Беральдом будут разрушены навсегда. — Ладно тогда, давай сделаем так. Лайос скрестил руки на груди и продолжал смотреть сверху вниз на поклонившегося Беральда. — Если ты выиграешь у меня дуэль, я заберу свои слова о финансировании назад. — Дуэль...? Беральд поднял голову, глядя на Лайоса. Лайос усмехнулся и кивнул: — Ага. Но только с использованием «магии». — Это... На лице Беральда появилось тревожное выражение. — Ты ведь не забыл, из какой я семьи, верно? Семья Рю, самый известный магический дом в Республике. Было бы трудно найти кого-то в Империи или Святом Королевстве, кто не слышал бы об их престиже. «Посмотрите на этого ублюдка, задействовал мозги». Я нахмурился, искоса поглядывая на Лайоса, который хитро ухмылялся. Прекрасно зная, что Беральд не умеет пользоваться магией, он выдвинул это предложение с явным намерением использовать дуэль как повод для законного избиения. — Хорошо. При ответе Беральда губы Лайоса искривились в насмешливой ухмылке. — Отлично. Тогда трёх дней должно хватить на практику магии, верно? — .... Человек, который всю жизнь пытался, но так и не смог сотворить хотя бы одну магическую пулю — как он мог выучить магию всего за три дня? Это было безумно малое количество времени, и никто не знал этого лучше него самого. — Хорошо. Беральд спокойно кивнул. Лайос широко ухмыльнулся и отвернулся: — Увидимся через три дня... «младший брат». Он усмехнулся и удалился. — Хаах. Беральд тяжело вздохнул, поднимаясь на ноги. — ...Беральд. — Мм? Ха-ха-ха! Чего у тебя такое страшное лицо, брат? Беральд от души рассмеялся, озаряя всё вокруг яркой улыбкой. — В конце концов, это же просто дуэль, верно? Даже если я пострадаю, пока наша сестра Ирис рядом, со мной всё будет в порядке! Он похлопал себя по груди, словно пытаясь заверить меня, что беспокоиться не о чём. Так, будто его поражение было уже предрешено. — ... Я нахмурился, глядя на него. «Нет». Беральд, которого я знал, не был тем, кто сдаётся так легко. — Не говори глупостей. Я схватил Беральда за воротник. Внезапно воспоминания о прошлой жизни нахлынули на меня. Воспоминания о том, как он учил меня «боевому искусству Беральда». -Хах, хах! Я-я не могу... Я больше не могу! -Ты уже сдаёшься, брат? -Что значит "уже"? Ты вообще знаешь, сколько дней я тренируюсь без перерыва? Не просто дней, уже недели прошли, безумный ты ублюдок! -Знаю. -Я не могу продолжать. Это мой предел. Ты лучше всех знаешь, насколько я бездарен в боевых искусствах. Сколько бы я ни старался, у меня просто не получается. -... -Что? Снова будешь меня отчитывать? -Нет. Беральд слабо улыбнулся и сел рядом со мной, когда я рухнул от истощения. -Я был точь-в-точь как ты, брат. -В каком смысле? -Я думал, что достиг своего предела. Что сколько бы усилий я ни прилагал, всё бессмысленно. Я жил, сдаваясь в одном деле за другим. -Ты? Сдавался? Слово «сдаваться» подходило Беральду меньше всего на свете. -Как ты знаешь, у меня не было таланта к магии. Сколько бы я ни старался, я не мог сотворить даже нормальную магическую пулю. -... -Поэтому я сдался. -Но сейчас... -Ты хоть раз видел, чтобы я пользовался магией? -Нет. -Ха-ха. Я до сих пор не умею пользоваться магией. Но. Разработанное им «боевое искусство Беральда» парадоксальным образом невозможно было усовершенствовать без освоения магии. -Я жалею об этом. -О чём ты жалеешь? -Если бы я тогда не бросил магию... Если бы я овладел хотя бы простейшей магической пулей... Беральд крепко сжал забинтованный кулак. -Меня бы не пожирало отчаяние от осознания того, что я никогда не достигну вершины боевого искусства, в которое вложил всю свою жизнь. Его голос был полон сожаления. Я склонил голову и спросил его: -Тогда почему бы тебе не заняться магией сейчас? Я в последнее время учу магии у Софии, мог бы присоединиться... -Нет, это бесполезно. Беральд тихо покачал головой: -Среди различных боевых искусств, которые я практиковал, чтобы завершить своё собственное, одно имело побочный эффект — оно полностью предотвращало проявление магии. С того момента, как я освоил его, использовать магию стало для меня невозможным. Если подумать, Беральд мог лишь выпускать ману во внешний мир; он не умел применять её для сотворения заклинаний. Это было всё равно что иметь топливо, но не иметь возможности его поджечь. И из-за этого... Беральд никогда не смог бы достичь «вершины» боевого искусства, которому посвятил свою жизнь. Даже в момент своей смерти. -Не переживай. Боевые искусства, которым я тебя научил, не имеют таких побочных эффектов. Ты не потеряешь способность использовать магию. Сказав это, Беральд улыбнулся: -Так что, пожалуйста, не сдавайся, брат. Так легко. Будто это ничего не значило. Он произнёс это именно так. -Разве ты не самый упорный человек из всех, кого я знаю? Нет. Это было неправдой. Несмотря на его слова, я вовсе не был упорным. Тем, кто научил меня никогда не сдаваться, был не кто иной, как Беральд. «Беральд». Благодаря тебе я тот, кто я есть. Поэтому. — Эй. — Мм? В чём дело, брат? Я притянул Беральда ближе за воротник и сказал: — Ты будешь учиться магии у меня. На этот раз я не брошу тебя. ---------- Том 1 Глава 102 Так начался трёхдневный ускоренный курс магии. Ранним утром мы с Беральдом собрались на тренировочной площадке, немного размялись и с головой погрузились в тренировки по магии. — Ладно, прежде чем начнём, давай проверим твой текущий уровень магии. — Ну... Как ты знаешь, я ужасно плох в магии... — Но ты ведь учился ей с самого детства, верно? Даже если он происходил из боковой ветви, как член семьи «Рю», он наверняка начал постигать магию едва ли не с пелёнок. Я скрестил руки на груди и встал перед Беральдом. — И сколько же заклинаний ты освоил к этому моменту? — Теоретически я знаю немало заклинаний. Просто не могу проявить ни одно из них должным образом. — Хмм... Тогда попробуй создать магическую пулю. Магическая пуля. Это было заклинание, создававшее в воздухе сферу, наделённую физической силой. Среди бесчисленных заклинаний оно являлось самым базовым. — Ладно. Беральд кивнул и сосредоточился. Его стигма засияла, и вокруг нас хлынул подавляющий объём маны. — Появись! С громким криком Беральд выбросил руку вперёд. Перед его вытянутой рукой появилась полупрозрачная сфера. База из баз. Это была та самая магическая пуля, которую без труда могли использовать даже первокурсники Академии. — ...Это что, магическая пуля? Я с недоверием посмотрел на полупрозрачную сферу размером с палец. Несмотря на колоссальный объём маны, который он высвободил так, будто собирался призвать адское пламя, результат оказался удручающе крошечным. — Кхм. Ну, я же говорил, что не силён в магии... Явно смутившись столь жалкого результата, Беральд неловко кашлянул и отвёл взгляд. — Хмм. Я взял созданную Беральдом магическую пулю в руку. «Ужасны не только размеры, но и сила». Ощущение было такое, будто я держу мягкий, сминающийся кусок теста. — А теперь попробуй выстрелить ей. — Выстрелить? — Как стрелой. Пусти её в полёт. Я указал на стену тренировочной площадки. — Эм... Услышав мою просьбу, Беральд помрачнел. — В чём проблема? — Ну, прости, брат. Я... не умею двигать магическую пулю. — ... Выходило, что он умел лишь создавать пулю в воздухе. Да и то из рук вон плохо по сравнению с вложенным объёмом маны. «Вау, чёрт». В тот момент я хотя бы отчасти начал понимать, почему Лайос так сильно презирал Беральда. — Я же говорил, я не уверен в своих силах в магии! — воскликнул Беральд, вложив в голос максимум разочарования. — ... Я сузил глаза, глядя на созданную Беральдом магическую пулю. Великий мудрец Джулиус Бастиан как-то сказал о магии: «Изучение магии похоже на рисование или пение». Проще говоря, это означало, что магия напрямую зависит от природного таланта. «Но даже если у человека нет таланта к магии, это уже просто абсурд». В Республике есть старая поговорка: даже собака способна зачитать стихи после трёх лет в школе. Пусть у тебя нет одарённости к магии, упорным трудом ты всё равно сможешь добиться хоть какого-то прогресса. Даже я, которому часто твердили об отсутствии таланта к магии, в конце концов поднялся до этого уровня, пробиваясь сквозь время и усилия. «Но Беральд вообще ни капли не продвинулся». Он изучает магию по меньшей мере пятнадцать лет, однако до сих пор не способен толком воспользоваться даже магической пулей. Очевидно, здесь что-то не так. «И зная Беральда, он точно не лентяйничал на тренировках по магии». И при этом он всё равно не может правильно применить даже простейшую магическую пулю... — Хмм. Я подозрительно посмотрел на Беральда. «Тут явно кроется что-то ещё». Невозможно было представить, чтобы кто-то занимался магией столь долго и оставался на столь примитивном уровне. «Кстати говоря, в моей прошлой жизни Беральд однажды освоил боевое искусство, из-за побочных эффектов которого лишился возможности использовать магию». Может, Беральд и до изучения того боевого искусства не мог колдовать из-за какого-то внешнего фактора? «Возможно, в детстве его прокляли». Знаете, как бывает в героических сказках: протагонист оказывается втянут в заговор, и его огромный талант запечатывают. Учитывая, что семья «Рю» обладала огромным влиянием в Республике, было вполне вероятно, что за кулисами плелись какие-то тёмные интриги. «Или, может, его отравили». Существовали поистине редчайшие ядовитые травы, способные препятствовать проявлению магии. Настолько редкие, что даже я, скитавшийся по континенту тысячелетиями, сталкивался с ними всего несколько раз. Но учитывая глубокую историю семьи «Рю» в магии, нельзя было исключать, что у них имелся доступ к подобным ядам. «Но будь это так, он вообще не смог бы создать магическую пулю». Я тяжело сглотнул, глядя на парящую в воздухе пулю. Он мог проявить магию, но не умел ею управлять. — ...Неужели? Идея блеснула в моей голове, словно вспышка молнии. Я посмотрел на Беральда и произнёс: — Ладно, на этот раз попробуй применить заклинание посложнее. — ...Разве ты только что не видел, что я даже нормальную магическую пулю сделать не могу? Он даже базовую магическую пулю создать не в состоянии, а я теперь прошу его использовать заклинание посложнее? Беральд недоверчиво посмотрел на меня. — Я знаю. Просто хочу кое в чём убедиться, так что давай, попробуй. — Хмм. Ладно. Беральд сглотнул слюну и кивнул. — Какое заклинание мне использовать? — Хмм... Ты знаешь Огненный Шар? — Знаю. — Тогда попробуй его. Если магическая пуля — это заклинание первого уровня, то Огненный Шар тянет примерно на третий уровень сложности. — Хорошо. Беральд закрыл глаза и снова сосредоточился. Его стигма вновь засияла, и вокруг него закрутился огромный поток маны. «Уж маны-то у него предостаточно». Конечно, если сравнивать с Юриной, её маловато, но это лишь потому, что резервы маны Юрины поистине колоссальны. Проблема заключалась вовсе не в нехватке маны у Беральда. По чистому объёму маны он, пожалуй, превосходил большинство студентов и даже многих профессоров. «Беда в том, что при всём этом волшебстве результат просто жалкий». Какой толк от переполняющего тебя топлива, если у тебя ужасающий коэффициент полезного действия? — Хааап! Вжух! С громким криком вспыхнуло пламя. Сформировался небольшой огненный шар, чуть меньше кулака. — Ууугх... Обливающийся холодным потом Беральд попытался сдвинуть огненный шар. Фссс... Огненный шар, до того опасно покачивавшийся, исчез с шипящим звуком. — ...Ах. Беральд издал тихий стон, на его лице отразилось полное уныние. Я молча наблюдал за процессом, погрузившись в глубокие раздумья. «И снова само проявление прошло успешно». Однако стоило ему попытаться сдвинуть шар, как тот зашатался и мгновенно растаял. «Он преуспел в проявлении заклинания, но провалил этап управления...» Магию можно разделить на три основных этапа. 1. Этап высвобождения внутренней маны во внешний мир — известный как стадия высвобождения. 2. Этап преобразования высвобожденной маны в заклинание с помощью формул — стадия проявления. 3. И, наконец, управление заклинанием так, чтобы оно действовало по вашей воле — стадия управления. В случае Беральда проблем с этапом высвобождения не было. «Более того, он высвобождает слишком много маны, до такой степени, что это вызывает беспокойство». Иными словами, топлива для сотворения магии было более чем достаточно. «Хотя само проявление хромает по качеству, оно всё же успешно». Ему удалось создать и магическую пулю, и огненный шар. «Магические формулы — это в общем-то почти как упражнения на заучивание». В прошлой жизни я слышал от старшей Софии, что «совершенная теория — это суть магии». Под совершенной теорией она подразумевала именно те формулы, которые необходимы для проявления магии. «Создавать и изменять новые формулы способны лишь истинные гении». Но любой, кто приложит достаточно усилий, может заучить уже существующие формулы и проявлять магию. «Конечно, это касается лишь низкоуровневых заклинаний вроде магических пуль или огненных шаров». По мере роста сложности магии становится невозможно применять заклинания с помощью простого механического запоминания. Прямо сейчас метод сотворения магии Беральдом можно было сравнить с математикой. Это всё равно что заучить наизусть, что «пять ю пять будет двадцать пять», не понимая, почему именно двадцать пять. «Вот почему его магические пули получались более завершёнными, чем огненные шары». Формула магической пули была куда проще. «Но когда дело доходит до этапа управления, тут-то и возникают проблемы». Ему удавалось дойти до стадии проявления за счёт слепой зубрёжки, но управление магией требовало реальных расчётов. Беральд же оказался совершенно неспособен производить расчёты, необходимые для контроля заклинания. — ...Значит ли это... По мере того как рождавшаяся в моей голове гипотеза всё отчётливее становилась реальностью, моё лицо каменело. — Ну как, брат? Ты понял, что не так с моей магией? Беральд нервно сглотнул и шагнул ближе ко мне. Его сжатые кулаки слегка подрагивали. «Нет, быть того не может!» Крепко зажмурившись, я отбросил зародившуюся в голове догадку. — Эй, Беральд, эм... ты случайно не проголодался? — О, кстати говоря, уже так поздно. Я достал из сумки хлеб, купленный ранее в лавке по дороге сюда. Он, должно быть, сильно проголодался, потому что при виде хлеба глаза Беральда засияли ярче звёзд. — Хочешь разделить пополам? — Хмм... Выражение лица Беральда стало предельно серьёзным. Поразмыслив мгновение, он задал вопрос самым серьёзным тоном из всех возможных: — Так... кому достанется какая половина? — ...Ах. В этот момент все мои сомнения развеялись, превратившись в неоспоримую уверенность. С моих губ сорвался тяжёлый вздох. Я опустился на землю и в отчаянии схватился за волосы. «Причина, по которой Беральд не мог нормально колдовать, несмотря на все свои старания...» Заключалась вовсе не в том, что в детстве его прокляли. И дело было не в отравлении зельем, блокирующим сотворение магии. Существовала лишь одна-единственная причина, почему Беральд не мог должным образом сотворить даже базовую магическую пулю, несмотря на все титанические усилия. — Ты... ты просто абсолютный идиот... Никаких внешних факторов. Никакого постороннего вмешательства. Ничего из того, что можно было бы преодолеть годами упорного труда. Причина кроилась исключительно в том, что он был тугодумом. — ...И что мне теперь с тобой делать? И я должен был учить магии этого парня? ---------- Том 1 Глава 103 — Ах… С моих губ сорвался вздох. Волна отчаяния тяжело придавила меня. «Что мне со всем этим делать?» Если бы существовала какая-то другая причина, по которой Беральд не мог обучиться магии, мне нужно было бы просто найти и устранить её. Будь это проклятие, я бы смог его развеять, а если бы яд — нейтрализовать. Для такого человека, как я, владеющего «Первозданным Пламенем», ни то, ни другое не составило бы большой проблемы. «Но…» Что, если причина, по которой он не мог использовать магию как бы сильно ни старался, заключалась просто в том, что он был тугодумом? «Тогда я ничего не могу поделать». Как вообще можно заставить того, кто родился глуповатым, внезапно стать сообразительным? «Даже если бы это было возможно, за три дня такое всё равно не провернуть». Сколько бы усилий он я приложил, невозможно за три дня научить человека производить магические вычисления, если он годами не мог с этим справиться. — Ха. Глубокий вздох вырвался у меня, а в голове всё ещё сильнее запуталось. Беральд горько улыбнулся и покачал головой. — Не нужно так надрываться, брат. Я знаю, что дело трудное. — …Беральд. — Ну, даже если семья перестанет присылать финансовую поддержку, с голоду я сразу не умру. Наш род всё-таки входит в клан «Рю». Мы не настолько бедны. Беральд пожал плечами и продолжил: — Конечно, мой отец не сможет проходить лечение регулярно, как сейчас, но поскольку за последние пять лет его состояние никак не улучшилось, в общем-то, не имеет значения, лечится он или нет, верно? — …… Этого просто не могло быть. Пусть шанс и был мал, но возможность выздоровления кардинально отличалась от полного отказа от лечения. — Что случилось с твоим отец? В прошлой жизни я не слышал, чтобы отец Беральда болел. Хотя мы были знакомы с Беральдом со школьных лет, мы не были настолько близки, чтобы он доверял мне столь мрачные семейные тайны. — Хо-хо. Мой отец, говоришь? Беральд заговорил с горькой усмешкой. Он опустился на пол тренировочной площадки и отломил кусочек хлеба, чтобы перекусить. — Пять лет назад между семьёй «Рю» и демонами произошло столкновение. — …Я слышу об этом впервые. Клан Рю был одним из самых могущественных в Республике. Если бы между ними и демонами разгорелся конфликт, это вызвало бы огромный переполох по всей Республике. По крайней мере, в моей памяти ничего подобного не происходило. — Должно быть, они заблокировали распространение информации внутри семьи. По правде говоря, это была даже не такая уж крупная стычка. В конце концов, потерь почти не было. Хотя Беральд произнёс это с горькой улыбкой… «Иными словами, бой всё же был, пусть и небольшой». И в нём были жертвы, какими бы малыми они ни казались. Среди них оказался и отец Беральда. — Мой отец был тяжело ранен в том бою. Голос Беральда звучал спокойно, когда он продолжил: — Хотя ему посчастливилось выжить, у него остался неприятный побочный эффект: память начала ухудшаться. Говоря об этом, он сохранял ровный тон, но в его голосе сквозила глубокая боль. — В общем, этот сварливый старик… После того как он портил мне жизнь с самого детства, в конце концов он забыл даже имя собственного ребёнка. Наверное, это его наказание. Беральд тихо усмехнулся, закрыв глаза рукой. — …… Внезапно в моей памяти всплыло воспоминание из прошлой жизни. Короткий разговор, который состоялся перед самой его смертью. -Ха-ха-ха! Если ему нужно название, давай назовём его «Боевое искусство Беральда»! -Раз у тебя бессмертное тело, ты проживёшь долго, верно? Наш старик говаривал, что с возрастом начинаешь забывать даже имена собственных детей. -Даже если я умру, хотя бы запомни название. Я вспомнил, как он просил меня запомнить его имя, этот его жалкий образ. «Дурак… Тогда ты говорил, что всё дело в старости, но…» Так вот в чём крылась правда. «Вот почему он так помешался на своём имени». Я молча смотрел, как Беральд тихонько всхлипывал, прикрывая глаза ладонью. — Есть один способ. — …Какой способ? — Способ заставить тебя использовать магию за три дня. — …? Беральд посмотрел на меня так, будто я нёс полную чушь. Я закрыл глаза и мысленно структурировал метод, который только что пришёл мне в голову. Способ для Беральда, который совсем не умел управлять магией, всё-таки применить её. Этот способ заключался в том, чтобы… — Просто сдайся. Единственным способом для упрямого Беральда использовать магию было, как ни иронично, сдаться. — …Что ты имеешь в виду? Удивлённо спросил Беральд. — Ты же знаешь, что в магии есть три этапа, верно? — Настолько-то я знаю. Поток магии состоит из высвобождения, проявления и контроля. Сфера, до которой Беральд не мог дотянуться во что бы то ни стало, как бы усердно ни старался, — это «контроль». Раз дело обстоит так… — Просто полностью откажись от контроля. — …Отказаться от контроля? — Да. Сократить всё до двух этапов: высвобождения и проявления. — Попробуй снова создать магическую пулю. Только на этот раз даже не думай о том, чтобы её контролировать. — Хмм. Попробую. Беральд кивнул и сосредоточился. У-у-у-х! Его стигма ярко засветилась, и вокруг него хлынул мощный поток магии. — Ха! С громким возгласом в воздухе сформировалась магическая пуля. Она была примерно с кулак размером. Её прочность стала заметно лучше по сравнению с прежней кашеобразной субстанцией. «Я так и знал!» Наблюдая за тем, как Беральд создал магическую пулю, я победно сжал кулак. Этот сгусток энергии получился гораздо более утончённым, чем то, что он делал раньше. «Отказ от контроля с самого начала повысил качество пули». Если подумать, в этом есть логика. Например, взять создание модели магического транспорта… Разве создание макета, который просто внешне похож на оригинал, не намного проще, чем конструирование реально движущейся машины? — …А? Беральд тоже широко распахнул глаза от изумления, словно шокированный качеством созданной им магической пули. — Б-Брат! Ты это видел? Я создал магическую пулю размером с кулак! Восторженно завопил Беральд. — Видишь? Без процесса контроля всё становится намного проще, не так ли? — Это как… разница между попытками прыгать на одной ноге и ездой в инвалидной коляске! Разница между прыжками на одной ноге и катанием в коляске, значит. «Какая безупречная метафора». Ему, должно быть, стало гораздо легче проявлять магию, когда он перестал пытаться контролировать то, что изначально было ему не под силу. — Ладно, давай продолжим улучшать результат. — Хе-хе! Понял! Беральд кивнул и снова принялся штамповать магические пули. * Так прошло три дня. Магическая пуля Беральда достигла уровня завершения, несравнимого с тем, что он создавал в самом начале. То, что раньше было не больше двух фаланг пальцев, теперь выросло до размеров человеческой головы, а то, что раньше казалось мягким тестом, приобрело твёрдость прочнее стали. «Не ожидал, что всего за три дня он так сильно прибавит». Конечно, столь драматичные перемены произошли не только из-за отказа от этапа контроля. «Наверное, всё благодаря тем неимоверным усилиям, что он прикладывал до сих пор». Наверняка Беральд с самого первого дня упорнее всех остальных тренировался в магии. «Потому что это Беральд». Даже если никто другой этого не замечал. Даже если никто не признавал его заслуг. Я-то знаю. Насколько неутомим он бывает, когда речь заходит о том, чтобы не сдаваться. Даже когда все вокруг шептались, что у него ничего не выйдет, он, должно быть, продолжал упорно тренироваться в одиночку. «И вот теперь». Плоды всех этих накопленных трудов наконец обрели верное направление и распустились. — Не могу поверить, что это создал я… Беральд с недоверием смотрел на полупрозрачную сферу размером с человеческую голову. Её было просто стыдно сравнивать с тем жалким подобием магической пули, которое он слепил в первый день. «Хотя, если сопоставить с затраченным объёмом маны, результат всё ещё хромает». Если раньше на создание результата на единицу у Беральда уходило сто единиц магии, то теперь он выдавал результат примерно на десятку. Рядом со старшей Софией, которая могла производить эффекты в два-три раза превосходящие затраты энергии, это заставляло задуматься, можно ли вообще называть происходящее «магией». «Как ни старайся сгладить углы, это всё ещё ниже среднего уровня, да и кроме этой пули он не способен колдовать ничего другого». Но это неважно. По сравнению с прошлой жизнью, когда он вообще не мог проявить ни крупицы магии, для Беральда открылся совершенно новый путь. Теперь моя задача заключалась лишь в том, чтобы подсказать ему, как двигаться по этой новообретённой дороге. — Но, брат. — Да? — Знаю, глупо говорить это сейчас, но… Беральд с неловкой улыбкой почесал затылок. — Эта магическая пуля… она просто висит в воздухе, но она же совсем не двигается, верно? — Разумеется. Ты же отказался от контроля. — …Тогда какой в ней смысл? Как я должен победить старшего Лайоса с помощью магической пули, которая даже с места сдвинуться не может? Беральд ошеломлённо уставился на меня. Я не смог сдержать лёгкий смешок. — Ты серьёзно задаёшь этот вопрос после трёхдневных тренировок по магии? — Кхм! Ну, это лишь доказывает, как сильно я на тебя полагался, брат! Он смущённо кашлянул и отвёл взгляд. Вероятно, он был настолько воодушевлён тем, что наконец смог сформировать нормальную магическую пулю, что даже не подумал ни о чем другом. «Типичный Беральд». Конечно же, я заставил его три дня практиковаться в создании неподвижных магических пуль вовсе не бездумно. — Беральд, ты когда-нибудь слышал одну поговорку? — Какую? — Когда слаба голова, страдает тело. Это была старая поговорка родом из Республики. — Ха-ха. Отец столько раз повторял мне её, что меня уже тошнило. Со смехом ответил Беральд, будто слышал её тысячу раз. — Что ж, тогда подумай о противоположном. — О противоположном? Я бросил взгляд на крепкое, мускулистое тело Беральда и ухмыльнулся. — Если у тебя невероятно сильное тело… то ничего страшного, если твоя голова немного слаба. ---------- Том 1 Глава 104 День решающей схватки наконец настал. Мы с Беральдом вовремя направились к личному полигону Лайоса. — Ху… — идя по дороге к полигону Лайоса, Беральд нервно сглатывал и то сжимал, то разжимал кулаки. Я слегка замедлил шаг, чтобы не отрываться от плетущегося позади Беральда. — Что такое, нервничаешь? — А? Ха-ха! Я, нервничаю? Д-да с чего бы это! Для человека, заявляющего подобное, он и впрямь слишком сильно заикался. — Ха-ха. Похоже, Беральд и сам это понял, неловко улыбнувшись и почесав затылок. — Ну, поскольку мы с Лайосом примерно одного возраста, люди вечно нас сравнивали. — Сравнивали, значит… Даже спрашивать не приходилось о том, что именно болтали об их сравнениях: Лайос прославился как гениальный преемник Громовержца Лайонела Рю, а Беральд прослыл паршивой овцой семьи Рю. — Для меня он всегда был тем, с кем я и надеяться не мог тягаться… но теперь, когда нам предстоит сойтись лицом к лицу, в голове полнейший кавардак. — Для человека с кавардаком в голове ты в прошлый раз знатно его отделал. — Т-тогда я просто потерял голову! Я усмехнулся и похлопал Беральда по плечу. — Расслабься, брат. Просто делай то, чему я тебя научил. — Хрм, я понял, брат. С этими словами мы вошли в здание, где располагался личный полигон Лайоса. — О, кстати. — Мм? Ты что-то забыл? — Ты ведь всё ещё носишь часы героя, верно? — Конечно. Беральд показал мне часы героя на своём левом запястье. — Отдай-ка их мне на пару минут. — Переживаешь, что они пострадают во время боя? — Ну, вроде того. — Хм, ладно. Я забрал часы героя у Беральда и вошёл на личный полигон Лайоса. Тот оказался куда больше и современнее тренировочной площадки Беральда. Внутри нас уже ждал Лайос Рю. — Ты всё-таки явился вместо того, чтобы сбежать, поджав хвост? Скрестив руки на груди и самодовольно ухмыляясь, спросил Лайос. — Готов получить по заслугам? — Хм. Всё будет не так просто. Беральд самоуверенно усмехнулся, шагнув ему навстречу. Лицо Лайоса исказилось в агрессивной гримасе. — Ну что ж, покажи мне, над чем ты работал. Он произнёс это, бросив взгляд в мою сторону. — Ты ведь знаешь, как настраивать режим дуэли? — Конечно. — Тогда ступай и включи режим «Только магическая дуэль». Режим «Только магическая дуэль». Как следует из названия, это особый режим, в котором любое физическое столкновение между дуэлянтами мгновенно фиксируется системой, и тот, кто инициировал контакт, автоматически объявляется проигравшим. Я последовал указаниям Лайоса и активировал дуэльную систему на стене. [Режим дуэли изменён на «Только магическая дуэль».] [Дуэль начнётся через 5 секунд.] [4, 3, 2, 1.] Тррреск! Стоило отсчёту исчезнуть, как вспышка синей молнии устремилась вперёд под звуки короткого заклинания. — Ха! Беральд проворно увернулся от молнии и вытянул руку вперёд. Вуууууух! Его стигма засияла, и вокруг него забурлила мана. — Ха! Грубо рявкнув, он сотворил магический снаряд размером с кулак. — Это всё, чему ты научился, — обычной магической пуле? Недоверчиво усмехнулся Лайос, глядя на полупрозрачную сферу. — К тому же… ты ведь забросил «контроль», верно? Становилось ясно, почему Лайоса с самого детства называли вундеркиндом в магии. Он мгновенно раскусил изъян в магической пуле Беральда. — И что ты собираешься делать с заклинанием, которое даже с места не сдвинется? Смеясь над ним, Лайос наблюдал за магической пулей, неподвижно зависшей в воздухе. — Если твоё тело крепкое, мозгам напрягаться не обязательно. — …Чего? — Хех. Смотри внимательно, старший. Беральд схватил рукой зависший в воздухе магический снаряд и швырнул его. — Это моя магия! Вжух! Снаряд понёсся вперёд с ужасающей скоростью. — Какого чёрта…?! Испуганно изогнувшись, Лайос едва успел увернуться от снаряда. Вжух, БАМ! Брошенный Беральдом магический снаряд просвистел в сантиметрах от Лайоса и врезался в стену полигона. Звук взрыва тяжёлым эхом прокатился по всему помещению. — Ха. Лайос повернулся к Беральду с ошеломлённым выражением лица. — Ты что… кидаешься магией? Теоретически это не было невозможно. Однако подобный подход отличался крайней неэффективностью. Зачем кому-то швыряться заострённой стрелой вместо того, чтобы воспользоваться луком? — Ещё не всё! Крикнул Беральд, принимаясь создавать и швырять магические снаряды один за другим. Вжух! Вжух! Вууух! Размером с кулак магические снаряды неслись на Лайоса с жуткой скоростью. — Тц. Лайос сжал зубы, быстро концентрируя ману. — Какая нелепая тактика…! Треск, треск! Синие разряды молний сорвались с мест и рассекли летящие магические снаряды. — Зов Грома! Под чтение заклинания волна синей молнии хлынула в сторону Беральда. — Гррр! Это была магия высшего тира, несравнимая со столь базовыми заклинаниями, как магические пули. Густой черный дым поднялся над телом Беральда, охваченного потоком молний. — Кха-кха! Беральд согнулся пополам, стоная от боли. — Ху. Теперь до тебя дошло? Вот что такое настоящая магия… Не успел Лайос закончить фразу, как согнутый в три погибели Беральд метнул магическую пулю, которую всё это время сжимал в руке. — Гах! Истошный вопль вырвался из уст Лайоса, когда в него угодила магическая пуля. — Ах ты, сукин сын…! Лицо Лайоса свирепо исказилось, и он широко раскинул руки. Треск! Вспышка! Треск! Синие искры заплясали вокруг его тела, наливаясь мощью. — Гром, явись! Грохот-н-н-а! Под оглушительный рёв массивная стена из молний окутала Лайоса. Наблюдая за спаррингом издалека, я нахмурился, заметив формирование этой стены. «Стена Грома». Заклинание, принёсшее Лайосу прозвище «Громовой Император». «Громовой Император прославился куда больше своими защитными заклинаниями, нежели атакующими». Среди них «Стена Грома» — барьер из молний, оберегающий заклинателя — была его коронной техникой и визитной карточкой. «Пусть она и меньше, и тоньше той, что я видел в прошлой жизни». Хлоп! Бах! Бах! Магические пули Беральда беспомощно взрывались перед стеной молний. «Это заклинание Беральду при его нынешней силе не пробить». Я нахмурился, глядя на тяжело дышавшего Беральда, который продолжал метать магические пули. В данной ситуации я никак не мог ему помочь. Оставалось лишь довериться Беральду и наблюдать. — Ха, ха! — Всё ещё не дошло? Бросив взгляд на тяжело дышащего Беральда, Лайос небрежно щёлкнул пальцами. Треск! Полоса синей молнии сорвалась со стены, защищавшей Лайоса. — Ургх! Беральд издал стон и пошатнулся, отступая назад. «Так дальше продолжаться не может». Беральд не сможет пробить эту Стену Грома слабенькими мелкими магическими пулями. — Уррргх! Беральд выжал из себя каждую унцию внутренней маны, вытягивая руки вперёд. Вррррум! Закрутился ещё больший объем маны, чем тогда, когда Лайос только создавал Стену Грома. — Хаааааах! То, что он сотворил, было колоссальным магическим снарядом — размером с человеческое туловище. Это был самый крупный магический снаряд, на который он только был способен. — После всей этой суеты — и всё равно обычная магическая пуля? Лайос холодно уставился на творение Беральда. — Потратив на изучение магии больше десяти лет, это всё, чего ты добился? Магические пули? — «Всё, чего добился», говоришь... Мрачно улыбнувшись, Лайос скривил губы в усмешке. — Ну ладно. Уверен, ты и правда старался. Ты ведь всегда зубрил магию как безумный. Лайос знал Беральда с детских лет и прекрасно понимал, сколько усердия тот вложил в обучение магии. Ему даже было известно, что Громовержец Лайонел Рю питал особую слабость к Беральду за его трудолюбие. И тем не менее. — Сколько ни старайся, если в итоге нет результата, всё это пустой звук, верно? — … — Знаешь, как называют попытки, которые ни к чему не приводят? А? С презрением цыкнув языком, Лайос продолжил. — Их называют пустой тратой времени. Бесполезной тратой. Одной фразой он растоптал десятилетние старания Беральда, словно ничтожные крошки, разразившись издевательским смехом. — Пустая трата времени, значит… Беральд слабо улыбнулся на слова Лайоса. — Ты прав, старший. Прошло столько времени, а я всё ещё способен создать лишь магическую пулю. К тому же этот снаряд не сдвинется с места без броска вручную — полусырая, недоделанная магическая пуля. Лайос постиг эту магию за три дня, тогда как Беральд не мог овладеть ею должным образом даже спустя десять с лишним лет. И дело было не только в магической пуле — остальные заклинания обстояли точно так же. То, чему Лайос научился за считаные дни, для Беральда оставалось недосягаемым плодом, висящим высоко за пределами досягаемости. Его старания оказались не более чем бессмысленной тратой времени. Пролитый пот — лишь досадный осадок. Но даже так. — Я ни о чём не жалею. Пусть это не принесло плодов. Пусть не было никакой награды. Он ни о чём не жалел. — Потому что в меня верил человек, который никогда от меня не отказывался. Беральд повернулся в мою сторону и широко улыбнулся. Лайос недоверчиво усмехнулся. — И что с того? Что ты вообще можешь с этим поделать? А? Какой толк, если ты не жалеешь? — Я тебе покажу. Беральд посмотрел на созданный им исполинский магический снаряд. — Я докажу тебе, что мои старания не были напрасны. Он был слишком велик, чтобы просто бросить его. Конечно, можно было ухватить его обеими руками и швырнуть, но от этого удар стал бы слишком слабым. Тогда… Он призвал ещё больше маны. Сжав кулак, он отвёл руку назад, будто натягивая лук. Его стойка понизилась, а локти слегка приподнялись. — Ха. Странное чувство эйфории разлилось по всему его телу. Пьянящий трепет, который невозможно описать словами. Внезапно в памяти всплыл момент, когда Дейл впервые обучал его боевым искусствам. -Как называется это боевое искусство? -У него нет названия. -Что? У боевого искусства такого уровня даже нет названия? Когда Беральд выразил разочарование, Дейл улыбнулся и предложил идею. -Тогда как насчёт этого? -А? Насчёт чего? -Если ты полностью овладеешь этим боевым искусством... Припиши к нему своё имя. Он так и не понял, почему Дейл предложил назвать его его собственным именем, а не именем самого Дейла, но… «Если таково было твоё желание, я исполню его». Сделав яростный выпад вперёд, Беральд выбросил вперёд заведённую назад руку. Боевое искусство Беральда. Разрушитель Гор. БООООМ! Под оглушительный грохот магический снаряд проломил Стену Грома и врезался в Лайоса. ---------- Том 1 Глава 105 Прозрачная сфера прорвала стену грома и устремилась вперёд. — Аргх-х-х-х! Бабах! Тело Лайоса, поражённое магической пулей, взлетело в воздух и с силой впечаталось в стену. Пип-пип! [Предупреждение.] [Обнаружена аномалия в барьере поглощения ударов. Пожалуйста, прекратите спарринг.] Под звуковой сигнал тревоги внутри тренировочного зала замигали красные огни. — Угх, уггх! Лайос, лёжа на земле, извивался червём и его тошнило. — …Ах. Беральд с ошеломлённым выражением лица смотрел на поверженного Лайоса. Он только что использовал боевое искусство, которому его научил Дейл, думая, что должен выстрелить магической пулей как можно сильнее. Но результат значительно превзошёл его ожидания. — Ха. Беральд был не единственным, кто удивился. Даже я, наблюдавший за дуэлью, невольно выдохнул от удара Беральда. «Дело было не просто в том, чтобы сильно ударить по магической пуле». Верное боевым искусствам Беральда, которые достигают своего пика только в сочетании с магией, странное явление произошло в тот момент, когда его кулак соприкоснулся с магической пулей. «Магическую пулю окутала аура». Конечно. Было невозможно обернуть магию, которая создаётся высвобождением энергии из внешнего мира, аурой, черпающей силу преимущественно из внутреннего мира. «Но Беральду удалось обернуть магию аурой». Я сжал кулак, вспоминая удар Беральда мгновением ранее. Внутренний мир и внешний мир. Магия и боевые искусства. Две совершенно разные сферы, слитые в одно боевое искусство. «Так вот по какому пути ты идёшь, Беральд». Сама мысль о том, чтобы обернуть магию аурой, никогда не приходила мне в голову. «Если можно обернуть магию аурой…» Я почувствовал, как жажда щекочет мне горло, пока я зажигал крошечное пламя. «Значит, я тоже смогу использовать своё пепельное пламя, обёрнутое магией, верно?» В этот момент по всему моему телу пронеслась захватывающая догадка. Это было похоже на то, как Юрина однажды сказала мне, что моё владение мечом было «неэффективным». Луч вдохновения озарил мою голову. — …Ха. Прямо как с Юриной. «Ты ведь все ещё направляешь меня, да?» В этой жизни я думал, что буду вести их. Но прежде чем я успел опомниться, они уже стояли передо мной, протягивая руку. -Сюда, — казалось, говорили они. -Есть новый вид, который ты никогда раньше не видел. — Ха-ха. Подавляя жар, бурливший во мне, я повернул голову в сторону Беральда и Лайоса. Об этом новом осознании можно было подумать позже. А пока пришло время сосредоточиться на их дуэли. «Ну, хотя результат, кажется, уже ясен». Я посмотрел на Лайоса, который все ещё лежал на земле и его рвало. — Ха-ап, ха-ап, ха-ап! Проблевав какое-то время, Лайос тяжело задышал и с трудом поднялся на ноги. — Ты… проклятый… ублюдок…! Яростно глядя на Беральда, Лайос вдруг подкосился в ногах и рухнул в собственную блевотину. — Ты в порядке? — Заткни… сь! Лайос прикусил губу от досады, его лицо исказилось от стыда. Боль от скрученных внутренних органов не позволяла ему даже стоять. — Я… я проиграл этому верзиле… Дрожа, Лайос не мог поверить в своё поражение. Беральд подошёл к нему и спокойно спросил: — Ты ведь выполнишь своё обещание, верно? — Обещание?.. О чем ты вообще говоришь? Стиснув зубы, Лайос поднял голову. — Я сказал, что ты должен победить меня с помощью магии! — Так я что, не использовал магию? — Не неси чушь! Ты называешь это магией? Магическая пуля, выпущенная как пушечное ядро ударом кулака. Никто на всем континенте никогда не слышал ни о чем подобном. — Я не признаю это магией! — …Старший. Выражение лица Беральда начало затвердевать, когда — — Хватит. Низкий голос разнёсся по залу, и вошёл мужчина. Его волосы наполовину черные и наполовину синие. Несмотря на молодой вид, в его глазах читался жизненный опыт. Этим человеком был Лионель Рю, нынешний директор Академии Героев и обладатель 3-го места в рейтинге героев трех стран. «Громовержец». — Ч-Что? Дедушка? Как ты здесь оказался?.. Глаза Лайоса расширились от неверия, словно он увидел призрак. Лионель медленно подошёл к центру тренировочного зала и влил ману в часы героя на своём запястье. — Беральд прислал мне это фото. Появился парящий экран, на котором были запечатлены сражающиеся Беральд и Лайос. — К-Когда это было снято?.. — …Быть не может. Беральд повернулся и посмотрел на меня. Перед тем как войти в тренировочный зал, я помахал часами героя, которые дал мне Беральд, и пожал плечами. — И что же вы оба здесь делали? Ледяной взгляд Лионеля обратился на Лайоса. — Д-Дедушка, это… — Насколько я помню, я велел вам двоим ладить. — Это был спарринг! Мы спарринговались! Я, э-э, учил Беральда магии! Лайос яростно указал на Беральда. — Спарринг, значит. Лионель сузил глаза и оглядел зал. Разрушения от битвы были видны повсюду. Чтобы оставить такие следы даже внутри тренировочного зала с барьером поглощения ударов, потребовалась бы весьма мощная магия. Магия, которая легко могла привести к серьёзной травме. — Судя по тому, что я вижу, ты его ничему не учил. — Это, э-э… — Или мои глаза стали слишком старыми и тусклыми? — … Лайос отвёл взгляд, по его лицу катился холодный пот. — Беральд. — Д-Да! Дедушка! Беральд выпрямился, как струна. Лионель слегка нахмурился. — Сколько раз я тебе говорил? Зови меня «дед», а не «дедушка». — Ну, это как-то… — Хотя ты и из боковой ветви, мы все равно часть клана Рю. — Х-Хорошо, дед. Слабая улыбка тронула уголки губ Лионеля. — Ну а теперь… Не желаете ли объяснить, что между вами произошло? — Это… Беральд и Лайос переглянулись. Бледный как полотно Лайос бросил на Беральда умоляющий взгляд: «Ничего не говори». — Я могу объяснить, если хотите. — А ты… кто такой? — Курсант третьего курса отделения воинов, Дейл Хан. Я близкий старший для Беральда. — О, так ты тот самый курсант, о котором упоминала профессор Элиша? А? — Профессор Элиша что-то говорила обо мне? — Ха-ха-ха. Она велела мне не делать глупостей, так как она уже забила на тебя права. — Что? Что, черт возьми, она рассказывает директору? — В любом случае… это ты прислал фотографию? Директор Лионель взглянул на часы героя, которые я держал в руках и которые принадлежали Беральду, и спросил: — Да, сэр. — Можешь рассказать, что произошло? Я кивнул и объяснил директору Лионелю события, которые здесь развернулись. — Эх… Урезать средства на поддержку боковой ветви клана, говоришь. Директор нахмурился и тяжело вздохнул. — Лайос. — Да, сэр! — С каких это пор у тебя появилась власть решать, выдавать средства на поддержку или нет? — Ну, э-э, это… эм… — Средства для боковой ветви выделялись специально потому, что я лично настаивал на этом. Ты хочешь сказать, что решил отменить то, что одобрил этот старик? — Э-это н-недоразумение! Побледневший Лайос торопливо заискивал: — Я просто, эм, хотел его припугнуть в рамках воспитания… — Воспитания? Ты называешь это воспитанием? Директор Лионель саркастически усмехнулся. — Чему Беральд должен научиться у такого, как ты? — …… — Жалко. Лионель посмотрел на него и продолжил: — Я повторял тебе снова и снова: добираться быстро не так важно, как не останавливаться. — …Это… Лайос открыл рот, словно собираясь что-то сказать, но замялся. Лионель цокнул языком и заговорил снова: — Что? Думаешь, это просто бред старика? — Н-Нет! Я бы никогда так не подумал…! — Не забывайся, сопляк. Легким шагом. Бабах! Борющегося Лайоса снова швырнули на землю, прямо в ту блевотину, которую он только что изверг. — Аргх! А-Ах… Ужасающее давление маны придавило его к полу. Лионель не использовал ни магию, ни даже силу «благословения». Это был чистый выброс маны. Одного этого хватило, чтобы Лайос пополз по земле, как раздавленное насекомое. — Помни, кто твой дед. Лионель Рю, Громовержец. Занимает третье место среди тысяч героев. Его уникальная особенность заключалась в том, что он стал героем, вошедшим в рейтинг позже всех. Он едва попал в топ-100 в свои 40 лет, но всего за пять лет взлетел на третье место. Герой, который начал позже всех, но поднялся выше всех. Таким был Громовержец Лионель Рю. — Я-Я виноват… Мне очень жаль. Заикаясь, Лайос ловил ртом воздух, не в силах справиться с подавляющим давлением маны. — Хм. Когда Лионель унял ману, Лайос наконец глубоко выдохнул и тяжело задышал. — Отныне пособие, которое ты получаешь, будет добавлено к фонду поддержки боковой ветви. Имей это в виду. — …Да, сэр. — И если я услышу, что ты снова скажешь Беральду какую-нибудь глупость об этом… этот старик не будет стоять в стороне. — Я-Я буду осторожен. На грани слез Лайос яростно закивал. — А ты, Беральд. — Д-Да, сэр! Директор Лионель со вздохом похлопал Беральда по плечу. — Прости, что предложил тебе сблизиться с ним. Я думал, раз вы примерно одного возраста, то поладите… — Н-Нет, сэр! Это моя вина, что я был груб с моим братом! — Ах ты сорванец. Пытаешься провести своего деда? Лионель усмехнулся и отвернулся. Затем, глядя на глубоко прогнутую стену тренировочной площадки, он спросил: — Кстати, это твоих рук дело? — Э-э… д-да, сэр. — Хм. Какую же магию ты использовал, чтобы разрушить даже барьер поглощения ударов? — Это, ну… Беральд с смущённой улыбкой неловко почесал затылок. — Э-Это была магическая пуля. — Магическая пуля? Как это магическая пуля… может?.. — Я объединил магию с боевыми искусствами, которым меня научил брат Дейл. — Боевые искусства? На мгновение выражение лица директора Лионеля застыло. Он о чем-то задумался, плотно сжав губы, а затем покачал головой. — Нет, не может быть… — Простите? — Неважно, не обращай внимания. Директор Лионель повернулся и направился ко мне. — Курсант Дейл. — Д-Да, сэр. — Спасибо, что присматриваешь за Беральдом. — О, пустяки… Я ведь тоже получаю от него помощь. Это были не просто пустые слова. На самом деле, благодаря Беральду я недавно получил новое озарение. — И все же было бы неплохо, если бы ты совмещал времяпрепровождение с ним и учёбу. — Угх. С чего вдруг зашла речь об оценках? — Ха-ха! Я просто шучу. Директор Лионель рассмеялся (его смех звучал точно так же, как у Беральда) и вышел с тренировочной площадки. — Угх. Проводив взглядом удаляющуюся фигуру Лионеля, ко мне подошёл Беральд. — Брат Дейл! Ты видел в конце? Я ударил магическую пулю кулаком, бац! — Ага. Отличная работа, здоровяк. — Хе-хе-хе. Если бы не боевые искусства, которым ты меня научил, я бы ни за что не справился! Затем возбуждённый тон Беральда сменился на более серьёзный. — …Брат Дейл. — А? Чего это ты вдруг стал таким серьёзным? — Спасибо тебе. Беральд глубоко поклонился. — Ты мой благодетель. — Какой я тебе благодетель. Я слегка шлёпнул Беральда по голове за излишнюю серьёзность. — «Товарищ» звучит лучше. — Товарищ… товарищ, значит… Хех, понял. Беральд широко улыбнулся и кивнул. — О, и ещё кое-что. — Хм? Что ещё? — Твой отец. Ты говорил, что он страдает деменцией из-за боевых травм, верно? — А… да. — Когда семестр закончится и всё успокоится, я попрошу помощи у Ирис, и мы навестим твой дом. Неизвестно было, сможет ли Ирис вылечить деменцию, но… — И всё же никогда не знаешь, какое чудо может сотворить Святая, благословлённая Семью Богами, верно? — …Брат… Беральд посмотрел на меня слезящимися глазами. — Брат Дей-й-й-й-л!!! — Аагх! Ч-чёрт возьми, прекрати! Беральд своими мощными руками крепко обнял меня и зарыдал. — Ты действительно мой благодетель!!! — Аргх! От тебя воняет! Отпусти, мужик! — Я, Беральд, буду следовать за тобой до конца своих дней! Когда Беральд обнял меня, его мышцы так сильно напряглись, казалось, они вот-вот лопнут. Хрусь. Из моего тела раздались звуки, которых там быть не должно. — Аагх! Мои кости! Мои кости ломаются, Беральд! Клац. — Ой. ---------- Том 1 Глава 106 Прошла неделя с момента дуэли Беральда и Лайоса. Пока школа начинала гудеть от подготовки к итоговым экзаменам, я каждый день ходил на тренировочную площадку, чтобы привыкнуть к новому озарению, которое обрёл на этот раз. Конечно, я не перенапрягался до предела, как раньше. «Если я сделаю это, то могу снова свалиться без чувств». Поскольку последствия Пепельного Пламени не удавалось исцелить даже с помощью Благословения Возрождения, мне приходилось проявлять осторожность. Так или иначе. Завершив сегодня тренировку с Юреном и Беральдом, я направлялся обратно в общежитие, как вдруг — — Ах, Дейл! Знакомый голос окликнул меня. Я повернул голову и увидел Святую со светлыми розоватыми волосами, которая ждала меня, держа в руках толстый бумажный конверт. Ирис подбежала ко мне с яркой улыбкой. — Ты только что вернулся с тренировочной площадки? — спросила она. — Да. — …Ты ведь не перетруждаешься опять? Ирис подозрительно посмотрела на меня. — Я должным образом себя контролирую. Сегодня я вернулся рано, разве нет? — Хм. Ты всегда говоришь, что в порядке, так что я тебе не особо доверяю. Она всё ещё не сводила с меня подозрительного взгляда и включила часы героя. — Подожди минуту. Я запрошу у Юрена твои недавние записи о посещении тренировочной площадки. — Что? С каких это пор они начали обмениваться подобной информацией? — Твоя тренировочная нагрузка за последнюю неделю заметно возросла… но ты хотя бы спишь достаточно. А, и питаешься нормально, верно? Ирис внимательно изучила записи, присланные Юреном, кивая по ходу дела. Наблюдая за тем, как она заботится обо мне, словно сиделка, я подавил смешок. «Из-за этого я и правда чувствую себя избалованным ребёнком». Это могло показаться излишней опекой, но чувство было вовсе не плохим, напоминая о былых временах. — Кстати, что тебя сюда привело? — Хм. Разве мне нужна причина, чтобы прийти к тебе, Дейл? Ирис надула щеки с обиженным видом. — Нет, я не это имел в виду… — Хи-хи, я просто шучу. Она ярко улыбнулась, мгновенно сбросив напускную обиду. — Я пришла, потому что мне нужно кое о чём тебе рассказать. И ещё… Ирис замолкла на полуслове, оглядываясь по сторонам, словно проверяя, нет ли поблизости кого-нибудь ещё. — Может, сначала зайдём внутрь? — Да. Я открыл дверь и вошёл. По сравнению с комнатой Ирис, моя была старой и тесной настолько, что заставляла усомниться в том, что мы живём в одном школьном общежитии, но в ней было всё необходимое. — Чай? Или кофе? — Сделай мне рамён! — Нет. Почему рамён был первым, о чём она спросила? — Если будешь постоянно есть его, ты поправишься, Святая. — Ничего страшного. Весь мой вес всё равно уходит в грудь. — … Услышал ли я только что то, что могло настроить против неё половину человечества? — Ладно. Просто немного подожди. Под настойчивым давлением Ирис я приготовил рамён и подал ей. — Мм~! Как же вкусно! Святая, поедающая рамён поздно ночью в мужском общежитии. «Если подумать об этом вот так, всё это кажется нереальным». Я криво улыбнулся, наблюдая, как Ирис опустошает тарелку. — Кстати, разве ты не собиралась о чём-то рассказать? — Ох, точно. Ты свободен на этих выходных, Дейл? В эти выходные, значит? — Наверное, я большую часть времени проведу на тренировочной площадке, а что? — Мы же ходили вместе волонтёрить в приют, помнишь? — Ах, да. Ходили. Я кивнул, когда в памяти всплыло воспоминание месячной давности. — Я хочу навестить их снова, пока итоговые экзамены не наступили. — Понимаю. — Если ты не против, составишь мне компанию? Видя её сияющие глаза, я не мог не улыбнуться. «Как я мог отказаться от этого?» В последнее время я был поглощён освоением новых озарений, но это не значит, что я не мог выкроить хотя бы один день. — Да, конечно. — Правда? Ты пойдёшь со мной? Ирис засияла, словно распускающийся цветок. — Хи-хи, дети будут тааак рады! — Но неужели ты ждала возле моей комнаты поздно ночью только ради этого? Разве она не могла просто попросить меня пойти в приют через часы героя? — Ну… есть ещё кое-что, о чем я хотела поговорить. Слегка покраснев, Ирис прижала к себе толстый бумажный конверт, который держала в руках. — Эм, ты не мог бы выйти наружу на минутку? — Зачем? — Просто выйди на минутку! Ничего не объясняя, Ирис вытолкнула меня из комнаты. Озадаченный, я простоял в коридоре общежития около пяти минут. — Можешь заходить обратно. Её голос раздался из-за двери. Щёлк. Когда я открыл дверь, то увидел следующее: — Кхм. С возвращением, господин. Ирис была одета в аккуратный костюм горничной. В безупречно белом фартуке, с аккуратно сложенными перед собой руками, она изящно поклонилась, стоя так прямо, будто её измерили по линейке. — …Ирис? — Да, господин. С озорной улыбкой на губах она приблизилась ко мне. — Что это…? — Ты же говорил раньше, что тебе нравятся костюмы горничных, помнишь? Вот я и решила надеть его для тебя. — Ох. Если подумать, было тогда одно нелепое недоразумение(?). Поскольку после этого оно не упоминалось, я просто думал, что это был мимолётный эпизод, но я никак не ожидал, что Ирис внезапно появится передо мной в костюме горничной. — Мне пришлось немного перешить область груди, так что это заняло некоторое время. Как я выгляжу? Мне идёт? Ирис слегка приподняла подол юбки и крутанулась на месте. Её раскачивающиеся светло-розовые волосы и сладкий аромат, щекотавший мой нос. Видеть святую, благословлённую Семью Богами, стоящую в моей комнате в костюме горничной, было не просто нереально; это казалось сном. «Не думаю, что даже когда мы встречались, у нас были такие события». В то время мы были в самом разгаре ожесточённой войны с демонами, так что у нас не было времени наслаждаться подобными милыми вещами (является ли ролевая игра в горничную чем-то типичным для отношений — это уже совсем другой вопрос). «Как хорошо, что я вернулся». Пока я трепетал от столь переполнявших меня эмоций. — Мне совсем не идёт? Ирис посмотрела на меня с тревожной ноткой, испугавшись моего молчания. Я ответил ей поднятым вверх большим пальцем. Её лицо посветлело, и она указала на стул. — Вот, садись, господин. Я сделаю тебе массаж плеч. — Нет, не нужно заходить так далеко… — Тс-с. Давай побыстрее. Ирис похлопала по стулу со строгим видом. «Ну и кто здесь господин?» Подавив кривую улыбку, я послушно сел на стул по её приказу. — Хи-хи. Дай мне знать, если будет больно, хорошо? Ирис зашла мне за спину и положила руки на мои плечи. Хлоп. Описанное непередаваемое мягкое ощущение коснулось затылка. — Ну как? Приятно? — …… Приятно или нет, сосредоточиться на плечах я никак не мог. — Хм… Я что, недостаточно сильно давлю? — Нет, дело не в этом… — Не в этом? — …… Как мне это объяснить? Что священное(?) ощущение, касавшееся моего затылка, было настолько божественным, что мне было абсолютно плевать, чувствуют ли мои плечи хоть какое-то облегчение. — Что ж, давай-ка я приложу чуть больше усилий. С этими словами она издала воодушевлённое «Хуп!» и принялась разминать мои плечи с большей силой. Хлоп, хлоп. Её тело естественным образом подалось вперёд, когда она надавила сильнее, из-за чего соприкосновение с моим затылком стало ещё ощутимее. «Подожди-ка». Она что, делает это специально? Пока я боролся, пытаясь удержать стремительно тающий рассудок — — Тц. Странно… Этого должно быть достаточно, чтобы он в меня влюбился… Этот парень что, тугодум? Тихий шёпот долетел до моих слухов. Если бы мои физические способности после реконструкции не возросли драматическим образом, я бы вовсе ничего не услышал. — Что ты сейчас сказала…? — А? Я ничего не говорила. Когда я обернулся, Ирис посмотрела на меня широко раскрытыми, невинными глазами. — Ладно, на сегодня хватит. Она убрала руки с моих плеч и прикрыла рот ладонью, игриво подмигнув. — Я надену его для тебя в следующий раз, господин. — …… Похоже, то, что она была святой, вовсе не означало, что её помыслы были чисты. * Суббота. Я направился к месту, где должен был встретиться с Ирис. Камилла пришла первой. — Давно не виделись. Я помахал ей рукой, приближаясь, но Камилла скрестила руки на груди и остро посмотрела на меня. — Хм. Я почти не видела тебя в последнее время на занятиях, а теперь слышу, что тебя отстранили? Как и ожидалось, ты просто хулиган. — Что, соскучилась и навела обо мне справки? — Кт… кто сказал, что я соскучилась?! — рявкнула Камилла. Я усмехнулся и огляделся по сторонам. — Где Ирис? — Святая сказала, что её сборы затянулись, так что она немного опоздает. — Сборы? К чему? — Эх, и не говори. Она с самого рассвета возится с тем, что надеть, выравнивать ли волосы, как сделать естественный макияж… Часами… Уф. Камилла потёрла лоб, словно у неё разболелась голова, и тяжело вздохнула. «Бедняжка». Я сочувственно улыбнулся ей и отвёл взгляд от её сердитого взора. — Эх. В общем, похоже, до появления святой ещё далеко, так что я пока загляну в школьный магазин. — Зачем в магазин? — Отец Антонио попросил купить немного хлеба из лавки школы для детей в приюте. Говорят, они безумно хотят его попробовать. — Ах. И правда, магазин академии славился продажей ограниченных партий хлеба, который было трудно найти где-либо ещё. «Вполне логично, учитывая, что здесь учатся курсанты из трех разных стран». Поскольку геройская школа привлекала курсантов из трех держав, было вполне естественно, что в ней предлагалось множество уникальных товаров, которых не встретишь за её пределами. — Сколько тебе нужно купить? — Давай посмотрим… Учитывая количество детей, штук 50? Хотя, зная, сколько они могут умять, мне может понадобиться и больше. Это было довольно много. — Так что пойдём быстрее. Конкуренция за хлеб из ограниченной серии бывает жёсткой. — О, в этом нет необходимости. — Хм? Что ты имеешь в виду? Я поднял руку, показывая часы героя на запястье. — У меня есть друг, который просто мастер добывать хлеб… Можно сказать, моя личная служба доставки хлеба. — ……? Широко улыбнувшись, я отправил сообщение своему «другу» через часы героя. — Видишь? Всего один клик, и… Пока мы коротали время за беседой с Камиллой, до нас донёсся звук быстрых шагов. Топ-топ-топ-топ! Издалека бежал светловолосый юноша. За его спиной висел огромный походный рюкзак, напоминавший тюки странствующего торговца. — Хах, хах, хах! Дейл! Я… я достал хлеб! Весь в поту, Джульет бросил тяжёлый рюкзак, доверху набитый хлебом, и с опаской приблизился ко мне, протягивая руку. — И… и вот твоя сдача… — Брось, какая между друзьями сдача. Оставь себе. Конечно, никаких денег на хлеб я ему изначально не давал. — Видишь? Он притащил его мгновенно, не так ли? Я обнял Джульета за плечи и широко улыбнулся. ---------- Том 1 Глава 107 Приют, расположенный в трущобах Вальхаллы. Это место, которое чужаки часто называют «муравейником», пользуется дурной славой из-за отвратительной безопасности. И всё же цветы распускаются даже в грязи. Даже на этой печально известной улице жили дети с чистыми, незапятнанными душами. — Ура-а! Дейл пришёл! — Ирис, мы скучали! — А это какой-то незнакомый парень. — Ха, ха. Камилла, пожалуйста, ну хоть разочек — наступи мне на щеку своими каблуками? [Примечание переводчика: Признаться, я скучал по этому парню.] Когда мы прибыли в приют, толпа детей выбежала поприветствовать нас. — Почему я здесь?.. Джульет, которого притащили сюда помогать носить припасы, в недоумении озирался по сторонам. Я похлопал Джульета по спине и ухмыльнулся. — Ты впервые волонтёришь в приюте? —...Я впервые в жизни вообще оказался в трущобах. Джульет кивнул, всё ещё пребывая в ступоре. Что ж, в этом был смысл. Будучи богатым юным господином из одной из самых обеспеченных семей Республики, у него никогда не было причин забредать в подобное место. — Ну, раз уж ты здесь, считай это новым опытом. Поиграй с детьми. — Поиграть с детьми?.. Взгляд Джульета переместился на воспитанников приюта. Для детей, живущих в приюте в трущобах, они выглядели относительно чистенькими, но их одежда всё равно была покрыта грязью и пылью. —...С этими детьми? На лице Джульета промелькнуло недвусмысленное выражение отвращения. Он отпрянул, словно встретил на улице грязного дикого зверя, и отступил подальше от приближающихся детей. — А. — Хм… Дети, уловив реакцию Джульета, похоже, поняли её смысл. Ребята, которые подходили к Джульету с любопытными глазами, остановились как вкопанные, слегка подрагивая. — Д-давайте, уйдём в другое место! — У-угу! Детишки бросились обратно к приюту и теперь опасливо поглядывали на Джульета из-за приоткрытой двери. В каком-то смысле это казалось естественным. Эти малыши, должно быть, уже повидали немало взрослых, реагировавших точно так же, как Джульет. — Ох. Джульет растерянно покосился на меня, смущённый реакцией детей. — П-прости. Я просто растерялся. — С чего это ты передо мной извиняешься? Извиняться должен перед ними. Я качнул подбородком в сторону детей. Джульет нервно сглотнул и кивнул. — Эм… детишки? Он замялся, окликая их, но прятавшиеся за дверью малыши не спешили ослаблять бдительность. Джульет явно тревожился из-за того, что дети не хотели идти на контакт. Тогда, словно его осенила блестящая идея, он расстегнул висевший на плече рюкзак. — Я, э-э, купил немного хлеба в школьной лавке по дороге сюда. Хотите? — А?.. — Хлеб из лавки академии! Глаза детей загорелись при виде выпечки в его сумке. Они осторожно приблизились к рюкзаку, словно хищники к добыче, и столпились вокруг него. — …Ты сам это купил? Мальчик, стоявший во главе группы, Лео, поднял глаза на Джульета и задал вопрос. Джульет быстро закивал. — Д-да! Я всё это сам купил! — Ого, ты купил столько хлеба? — Должно быть, ты богат! — Ничего себе! Глаза ребят заискрились при мысли о том, что Джульет в одиночку приобрёл больше сотни булочек. — Д-да. Джульет неловко почесал затылок, ошеломлённый их реакцией. — Погодите, это что, лимитированный «Хлеб со вкусом мяты и шоколада»? — Его же жутко сложно достать! Как тебе удалось раздобыть столько? Дети с изумлением смотрели на Джульета. Оказавшись в центре внимания, Джульет слегка растерялся. Он откашлялся, прежде чем заговорить. — У меня талант покупать хлеб. В школьной лавке огромный выбор, так что нужно внимательно выискивать лимитированные серии. — Вау! Это так круто! — Ты король хлеба! — Хлебный король! Дети смотрели на Джульета восторженными, сияющими глазами. Джульет покраснел и смущённо улыбнулся. — К-король хлеба? Это уже чересчур… —…… Богатый молодой господин, который так радуется похвале за покупку хлеба, ха. «В прошлой жизни у тебя был тот ещё характер... Как ты докатился до такого?» Может, это моё влияние? Я усмехнулся, глядя на окружённого детьми Джульета. Сначала он отпрянул от одного лишь приближения ребят, а теперь улыбался, раздавая им хлеб. — Вы, наверное, голодны. Я купил с избытком, так что ешьте сколько душе угодно. — Спасибо, брат! — Хе-хе, сначала ты показался мне страшным, но ты классный! Наконец дети полностью отбросили осторожность и приблизились к Джульету. — Как тебя зовут? — Ты дружишь с Дейлом? Наперебой засыпали его вопросами малыши, заглядывая в лицо Джульету перед тем, как приняться за еду. Джульет осторожно покосился на меня, прежде чем ответить. — Меня зовут Джульет Кан, и… эм… мы с Дейлом… — Мы друзья. Я приобнял Джульета за плечо. Глаза Джульета округлились, когда он посмотрел на меня. Слегка расчувствовавшись, он смахнул слезу и восторженно закивал. — Д-да! Дейл — мой друг! — Ого! Он правда друг Дейла! — Если он друг Дейла, ему можно доверять! Последние следы недоверия на детских лицах исчезли без следа. — Брат Джульет такой крутой! — Прямо как «Пауэрмен»! — Да-да! И волосы у него такие же светлые! Дети весело смеялись, уплетая хлеб. Джульет застенчиво почесал затылок, оглядывая толпившихся вокруг малышей. — Э-э, спасибо. Но... «Пауэрмен»? — В последнее время он стал знаменитым героем среди детворы в трущобах. Раскатывает мерзавцев и защищает слабых. Из приюта вышел добродушный пожилой священник. — А вы?.. — Я Антонио, настоятель этого приюта. Ты, должно быть, Джульет? — А, да. — Спасибо за хлеб. Ребятишки только и говорили, что о выпечке из лавки академии героев... Ты избавил меня от знатной головной боли. Отец Антонио осенил себя крестным знамением и склонил голову. — Как поживаете? — Давно не виделись, Дейл. Как там дела у Святой? Есть успехи? — О-отец Антонио! Это первое, о чем вы спрашиваете, едва я переступаю порог?! Ирис покраснела до кончиков ушей, сгорая от стыда. Отец Антонио лишь мягко усмехнулся в ответ на её реакцию. — Для такого старика, как я, нет ничего важнее. Мне нужно дожить до того дня, пока у Святой не появятся дети. — М-мы ещё даже не поженились, а вы уже заводите разговор о детях… Ирис бросила на меня косой взгляд и неловко кашлянула. Затем она на цыпочках подошла к отцу Антонио и что-то шепнула ему на ухо. — Но... как думаете, сколько детей нам завести? — Ну, цельтесь как минимум на троих. — Т-троих?! Ирис тяжело сглотнула, сжав кулаки. —... Давайте просто сделаем вид, что я этого не слышал. — Кстати, в приюте в последнее время ничего необычного не происходило? — Хм. Необычного, говоришь... Лицо отца Антонио внезапно омрачилось. Я-то ожидал, что он отмахнётся фразой вроде «Ничего из ряда вон выходящего», поэтому с любопытством склонил голову. — Что-то случилось в приюте? — Скорее не в самом приюте, а в «Муравейнике» недавно произошёл один тревожный инцидент. — Тревожный инцидент? И какой же? Ирис, услышав об этом впервые, тоже широко распахнула глаза от любопытства. — Ну… Отец Антонио нахмурил морщинистые брови и продолжил. — В последнее время по трущобам прокатилась волна нападений на блондинок. — Нападений? — Да. По словам жертв, кто-то внезапно нападал на них сзади и срезал пряди волос. —...Срезал волосы? — Причём перед этим нападавший ещё и принюхивался к ним, судя по всему. — Фу. Это было не просто странно — это было откровенно жутко. Отец Антонио тяжело вздохнул и продолжил. — Самая большая проблема в том, что одной из жертв оказалась «герой». Причём довольно сильная. — Одной из жертв была героиня? Значит, преступник тоже герой? — Скорее всего. Если только он не вооружён магическими артефактами, справиться с героем под силу лишь другому герою. Ну или это демон, отмеченный благословением Бога Демонов. — И впрямь тревожное дело. — Хотя до детей дело пока не дошло... всё равно беспокойно. В этом приюте тоже жило несколько светловолосых девочек. — А полиция Вальхаллы палец о палец ударила? — Поскольку всё происходило в «Муравейнике»... да и никто серьёзно не пострадал, у них отобрали только волосы... полиция не слишком усердствует. Отец Антонио горько покачал головой. — Тем не менее из-за жуткого характера этого дела несколько героев, включая самого «Пауэрмена», пытались выследить преступника... но их либо одолели, либо они потеряли след. — Преступник должен быть весьма силен. — Да. Отец Антонио кивнул и снова тяжело вздохнул. — Эх. И за какие грехи Семеро Богов даруют свою стигму столь испорченным людям... — Возможно ли, что преступник — демон? — По словам жертв, никакой демонической энергии они не почуяли. Да и будь это демон, он бы точно не ограничился стрижкой волос. — И то верно. Я кивнул и сузил глаза. «Герой, который устраивает засады на блондинок и срезает у них волосы». Пусть даже жизни никто не лишал, дело выходило определенно жутковатым. Однако ещё сильнее меня настораживало другое: «В моей прошлой жизни об этом не было ни слова». Даже за пределами академии подобное пугающее дело наверняка наделало бы шуму и у всех было бы на слуху. «По степени резонанса это круче любого убийства». Герой, нападающий на светловолосых женщин и похищающий их волосы. Просто готовая сенсация для любых сплетен. «Тот факт, что в моей прошлой жизни этого не происходило…» Означает, что перед нами одно из «изменений будущего». «Понятия не имею, что вызвало эти перемены, но...» В этом определенно стоит разобраться. — Преступник охотится именно на блондинок, верно? — Да. Особенно на молодых и красивых. — Красивые блондинки, значит… Если подумать, единственная знакомая мне блондинка — это Розана Гелиос. «Но я же не могу попросить Розану притащиться сюда». Пока я размышлял, меня вдруг осенило. «О? Погодите-ка». Разве у меня под боком не цветёт прекрасный белокурый цветок (ну, строго говоря, парень)? —...Ась? Джульет посмотрел на меня взглядом, в котором так и читалось: «Только не это...» — Джульет. — Дейл... Нет... Ты же не думаешь о том... о чем я думаю?.. — Ха-ха-ха. — Н-нет, не смейся!!! Я схватил Джульета за плечи и ухмыльнулся. — Разве ты только что не говорил, что мы друзья? Друзья ведь должны выручать друг друга в беде, верно? ---------- Том 1 Глава 108 Тот вечер. Воспитанники приюта, умотавшись за целый день активных игр, легли спать раньше обычного. Когда все дети уснули. — Всхлип... Почему... почему я это делаю... Из ванной комнаты приюта доносились тихие всхлипывания. Клик. Вскоре дверь открылась, и Джульет, полностью облачённый в женскую одежду, вышел наружу. — Ого. — Э-этого впечатляет. Увидев вышедшего Джульета, мы с Ирис не смогли сдержать тихих восклицаний. Я-то думал по фотографиям, что ему вполне идёт, но вживую он выглядел настолько естественно, что с первого взгляда и не догадаешься, что он мужчина. «Ну, он изначально довольно хорош собой». Неудивительно, что новоприбывшие курсантки раньше повсюду ходили за Джульетом по пятам. «Хотя... если приглядеться, всё равно заметно, что он парень». Толстая шея, широкие плечи, а также линии талии и бёдер выдавали в нем мужчину. Но— «В темных переулках трущоб это будет непросто разглядеть». Какими бы сверхлюдьми ни были герои по сравнению с обычными людьми, они не могли видеть в темноте как при дневном свете. — Повезло, что одежда Камиллы подошла. — Ну, Камилла довольно высокая для женщины. Наряд, который был на Джульете, изначально купил отец Антонио в подарок Камилле. Камилла отказалась, заявив, что не носит такие рюши и юбки, поэтому вещи так и остались в приюте, а теперь их вместо неё надел Джульет. — А что насчёт груди? — спросила Камилла, со сложным выражением глядя на Джульета и доставая оставшийся хлеб, который не доели дети. — Если напихать туда хлеба... — Нет, область груди у этого платья мало чем отличается от мужской, так что всё в порядке. Джульет покачал головой, поправляя плотно сидевший наряд на груди. — ...! Хруст. Хлеб в руке Камиллы безжалостно раскрошился. — ...Дейл. Отец Антонио подошёл ко мне с озабоченным выражением лица. — Я искренне ценю твоё желание ввязаться в столь тревожное дело. Но... Отец Антонио замолк, и в его голосе послышалось колебание. — Это дело просто слишком опасно для курсанта. Отец Антонио покачал головой. — Конечно, я знаю, насколько ты силен после фестиваля запечатывания, но преступник в этом деле — могущественный герой, которого даже Пауэрмен не смог поймать. Беспокойство отца Антонио было вполне понятным. «Пауэрмен, Раскал Джо». Герой из Республики, занимающий 86-е место в общенациональном рейтинге героев трех держав, к тому же грозный боец. «И он даже знаменитее своего рейтинга». Возможно, сейчас его знают не так хорошо, но через несколько лет имя Пауэрмена Раскала Джо будет греметь по всему континенту. «Он весьма своеобразный герой». Несмотря на навыки героя высокого ранга, он не принадлежал ни к одной организации, а вместо этого в одиночку рыскал по округе, выслеживая злостных преступников. «Он всегда настаивал, что он супергерой, а не какой-то там герой, хотя по сути эти термины почти синонимичны». (п.п. Я не знал какой ещё аналог подобрать. В анлейте вообще одно слово "hero" использовалось.) Хотя «герой» и «супергерой» по словарному определению означали одно и то же — На практике они представляли собой совершенно разные вещи. «В наши дни слово "герой" сильно отклонилось от своего первоначального смысла». На протяжении пятисот лет существовала традиция называть «героями» тех, кто был благословлён Стигмой семью богами. Но на самом деле далеко не все из них были героическими личностями, защищавшими слабых и боровшимися со злом. Большинство были обычными людьми, сосредоточенными на удовлетворении своих эгоистичных желаний, каковых полно везде. «Но Раскал был другим». Раскал был героем, вернее, тем самым супергероем, что бродил ночами по улицам и, не требуя никакой награды, защищал слабых и сражался со злодеями. «Хотя ходили слухи, что он слегка помешан». Естественно, нелепый титул Пауэрмена придумали вовсе не сплетники. Какими бы бесталанными ни были сплетники в придумывании прозвищ, они бы не стали вешать столь нелепую вывеску на кого попало. «Говорят, он носил обтягивающий костюм во всё тело и называл себя Пауэрменом». Честно говоря, он был не тем человеком, с которым мне не терпелось встретиться. Впрочем — — Об этом можешь особо не беспокоиться. Я пожал плечами: — Я сильно вырос со времён фестиваля запечатывания. Я легко мог бы сразиться на равных с архиепископом, так что мне нечего было бояться какого-то безумного маньяка. — Но... Несмотря на мои заверения, отец Антонио не мог скрыть тревожного выражения. Что ж, учитывая, как он видел, в мгновение ока рубящего десятки демонических зверей, ему было трудно поверить, что простой курсант без официальной лицензии героя стал достаточно силен, чтобы соперничать с архиепископом. — Дейл справится. — ...Святая? — Дейл намного сильнее, чем вы думаете, отец. Глубокое доверие в глазах Ирис, смотревшей на меня, не вызывало сомнений. — Хмм. Раз сама Святая говорит так... что ж, хорошо. Наконец отец Антонио кивнул и отступил назад. — Ну что ж, выдвигаемся? Я кивнул Джульету. — Мы пойдём следом, так что если что-то случится, сразу подавай сигнал. — Ха-а... понял. Джульет вздохнул и кивнул. Прямо перед тем, как покинуть приют, он повернул голову и спросил: — Дейл, тут есть алкоголь? — Алкоголь? С чего вдруг алкоголь? Внезапная просьба Джульета заставила меня озадаченно склонить голову набок. — В моей комнате есть бутылка вина. — Можно мне её? Джульет забрал бутылку вина у отца Антонио. — Галп-галп... Тьфу! Джульет прополоскал рот вином и выплюнул его на землю. Затем он растёр вино по шее и запястьям. Резкий запах алкоголя мгновенно заполнил воздух. — Фух. Джульет сделал глубокий вдох, взъерошил волосы и расстегнул пару пуговиц на рубашке. В таком виде он вышел из приюта и зашагал по темным улочкам трущоб. — Ах...! Случайно или нарочно, он издал стон носом и на ходу пошатнулся. — Ха-а, ха-а. Тяжёлое дыхание. Растрёпанная одежда и волосы. И исходивший от него сильный шлейф алкоголя. Со стороны он выглядел точь-в-точь как пьяная женщина, потерявшая рассудок. А в таком беззаконном районе пьяная красавица — легчайшая мишень для преступления. «Какого черта, этот парень». Плетясь позади Джульета на расстоянии, я не мог не дивиться про себя. «Почему у него так здорово получается играть женщину?» Игра была настолько убедительной, что на мгновение я усомнился, а действительно ли Джульет — мужчина. Топ-топ-топ! Похоже, его искренняя игра окупилась. Проблуждав по трущобам около тридцати минут, из тёмного переулка донеслись шаги. — Хе-хе, хе-хе-хе! Голос, пропитанный липким вожделением. Фигура в черной мантии выскочила из переулка, вперив в Джульета налитые кровью глаза. — Хи-и, хи-хи! Блондинка... белокурая женщина... Пуская слюни и безумно хихикая, фигура приближалась. — Ах...?! Кья-а, кья-а-а! Увидев фигуру, Джульет побежал туда, где прятался я. — Помогите! Пожалуйста, помогите кто-нибудь! Даже без магии, меняющей голос, Джульет почти идеально имитировал женский крик. — Стой... куда... красавица... хи-хи-хи! Фигура в черной мантии заикалась и бросилась в погоню за Джульетом, отталкиваясь от земли. — Беги... сильнее... отчаяннее! Словно хищник, преследующий добычу, фигура преследовала Джульета. Как и ожидалось, судя по его силе, он, скорее всего, был довольно искусным героем. Его скорость не уступала скорости дикого зверя. — Попался, ублюдок. Я выпрыгнул из укрытия между переулками, бросаясь на фигуру. Боевые искусства Беральда. Разрушитель Гор Вух! Кулак, пропитанный пепельным пламенем, нацелился на фигуру. — Гх...?! Бум! Получивший мой удар из слепой зоны противник со злостью отлетел назад в стену. — Кто... ты такой...? — А сам как думаешь, ублюдок? Я усмехнулся, шагая к фигуре. — Я здесь, чтобы ловить таких извращенцев, как ты. — ...... Я заметил, как уголки рта фигуры скривились под глубоко надвинутым капюшоном. — Поймай меня... если сможешь! Фигура оттолкнулась от земли, нанося мне удар кулаком. Ву-у-ум! Вокруг закрутился шторм маны. Синяя аура на его кулаке яростно запылала. «У него определенно есть навыки». Мощи в этом ударе было достаточно, чтобы по спине на мгновение пробежал холодок. «Но». И все же. Он не был на том уровне, с которым я не смог бы справиться. — Хап. Легко увернувшись от его удара, я схватил его за запястье, дёрнул на себя и всадил колено ему в солнечное сплетение. — Гх! Задушенный крик вырвался из горла фигуры, когда удар потряс его внутренности. — Давай посмотрим, кто ты. Ухватившись за его запястье и потянувшись за капюшоном согнувшегося от боли противника — — Хе-хе, хе-хе... хи-хи-хи! Безумно смеясь, фигура яростно выкрутила запястье. Хруст! Его запястье вывернулось под неестественным углом, выскальзывая из моего захвата. Разорвав дистанцию, фигура бросилась к Джульету. — Кья-а-а! — Не двигайся! Фигура схватила Джульета за затылок, сверля меня взглядом со злобной ухмылкой. — Хи-и, хи-хи-хи! Сделаешь ещё шаг... и я сверну ей шею прямо здесь. С этими словами фигура уткнулась носом в волосы Джульета и глубоко вдохнула. — Шмыг. Ах-а! Да, этот аромат...! Фигура задрожала, вдыхая запах волос Джульета. — Блондинки — это лучшее... хи-хи-хи! — Тебе так нравятся блондинки? — Конечно! Волос другого цвета вообще не должно существовать! — Вот как? Я подавил смешок и кивнул. — Даже если они у парня? — ...Чего? — Да так, я просто подумал, был бы ты не против светлых волос даже у парня. — Несёшь чушь! Это должна быть женщина! У меня нет никакого интереса к мужским волосам! Твёрдым голосом выкрикнула фигура. — О, правда? Как странно. С той позиции, где стою я, кажется, что ты бы не возражал и против мужчины. — Что ты... На мгновение. Осёкшись, фигура опустила взгляд на Джульета. Он пошарил рукой по шее и плечам Джульета, а затем медленно опустил взор ниже. — А? С его губ сорвался голос, полный замешательства. — Почему... это здесь? Глаза фигуры затрепетали, уставившись на то, чего там быть не должно. ---------- Том 1 Глава 109 — ……Почему? Пустой голос разнёсся по тёмным, заброшенным трущобам. Гротескная фигура, моргая так, будто не могла принять реальность перед собой, отпустила шею Джульета и попятилась назад. — Мужчина?.. О? Тогда я... Неужели он вспоминал, как только что зарылся носом в волосы Джульета, раздувая ноздри от возбуждения? Его выражение лица застыло так, будто он обнаружил половину таракана в съеденном хлебе. — Ты извращённый ублюдок!.. Освободившись от его хватки, Джульет продемонстрировал блестящий удар с разворота, направленный на гротескную фигуру. Хотя он и не шёл ни в какое сравнение с такими существами, как Юрина, он всё же был курсантом из топ-списка комплексных оценок. Шмяк! Чёткий, чистый удар идеально пришёлся в челюсть извращенца. Когда его юбка затрепетала, что-то отчётливо выпирало поверх его шорт. — Кяааа! — Аааргх! Гротескная фигура, схватившись за челюсть от удара, завизжала от боли, и я, непреднамеренно атакованный полем зрения, тоже закричал, закрывая глаза. — Эй, какого чёрта?! Как ты мог атаковать и меня?! — Ас? Когда это я тебя атаковал, Дейл? Джульет посмотрел на меня недоумевающим взглядом, словно его обвинили несправедливо. Стряхнув трагический стимул, который только что перенесли мои зрительные нервы, я схватил Джульета за плечи и оттащил его назад. — Во всяком случае, пока отойди назад. Ему удалось нанести удар, пока гротескная фигура была мгновенно ошеломлена, но его способности были не тем, с чем мог справиться простой курсант. «Ну, если подумать, я ведь тоже просто курсант». Горько улыбнувшись, я сделал шаг к гротескной фигуре, которая дрожала от ярости, держась за челюсть. — Да как ты смеешь высмеивать мою чистую любовь?! — Хватит нести чушь. С каких это пор подстерегание женщин на улицах ради удовлетворения извращённых желаний стало чистой любовью? Хотя прямого физического контакта помимо волос не было, для Джульета это наверняка стало травмирующим опытом. — С давних времён существует лишь один способ разобраться с идиотами, которые думают нижней частью тела. Я обнажил меч, нацелив его на гротескную фигуру. Вух! Пепельное пламя окутало клинок. Резким толчком ноги я взмахнул охваченным пламенем мечом в сторону гротескной фигуры. — Гррр! Фигура ловко увернулась от удара, скользя назад. — Чёрт...!.. Поняв, что победить он не сможет, человек повернулся и бросился бежать. Теперь стало ясно, почему его до сих пор не поймали; его ловкость впечатляла. — Куда это ты собрался? Шипение. Я глубоко вздохнул. Отодвинув меч назад, я понизил стойку. Расстояние между нами составляло около ста метров. Как далеко я ни простирал свою ауру, это было не то расстояние, которого я мог достичь. «Магический клинок». Вокруг меча сформировались полупрозрачные магические клинки. В отличие от магических пуль, которые создал Беральд, они были длинными и мечеподобными. Там были десятки тонких, похожих на бумагу магических клинков, сложенных вместе. Вух! Пепельное пламя горело вокруг магических клинков. Всё пространство вокруг меча было охвачено пламенем. В этот момент — — Меч пепла, вторая форма. Пылающий клинок. Бум! Мощным шагом я взмахнул мечом по горизонтали. Десятки пламенных клинков устремились вперёд, сметая всё на своём пути. — Грр... чёрт возьми! Гротескная фигура оттолкнулась от стен между зданиями, высоко подпрыгнув в воздух, чтобы увернуться от клинков. Но — Вух! Пылающие клинки резко изменили направление в полёте, наводясь на парящую в небе фигуру. — Гаааххххх! Гротескная фигура, всё тело которой было разорвано пламенными клинками, издала жалкий вопль и рухнула на землю. — Фух. Я посмотрел на лежащую на земле гротескную фигуру, и на моих губах заиграла усмешка. «Это первый раз, когда я использую это в реальном бою, но неплохо». Это была техника, родившаяся из озарения, полученного во время наблюдения за битвой Беральда. Хотя эта атака с магическими клинками, напоенная пламенем, выглядела похожей на шестую форму Солнечного Меча, Сияние, она принципиально отличалась. «Эта позволяет свободно управлять направлением». Базовый принцип Сияние заключался в том, чтобы сфокусировать ауру в одной точке и выпустить её по прямой линии. Естественно, изменить её направление в полёте или втянуть обратно после выстрела было невозможно. «Однако». В случае с Пылающим Клинком, поскольку это была техника, гармонизированная с магией, она могла менять направление в полёте, подобно управляемой ракете. «Её мощность также превосходит Сияние». Аура, создаваемая с помощью силы Внутреннего Мира, имеет слабость: её сила уменьшается по мере удаления от пользователя. Но Пылающий Клинок, гармонизированный с магией, подобно боевым искусствам Беральда, не терял своей силы, как бы далеко ни находилась цель. «Это полное обновление Сияния». Конечно, он потреблял больше маны по сравнению с простым концентрированием ауры в одной точке, но даже с учётом этого преимущества намного перевешивали недостатки. — Грр... гах, кхе! Кхе! Гротескная фигура, рухнувшая на землю, выплюнула тёмно-красную кровь. Его тело, искромсанное пламенными клинками, было изуродовано так, будто его растерзал хищный зверь. Половина его конечностей была оторвана и валялась на земле, а через разорванную кожу живота вываливались внутренности. И тем не менее — — Блондинка... мне нужна... блондинка... С жадным взглядом он сантиметр за сантиметром подползал к Джульету, стоявшему вдали. Раньше он утверждал, что его не волнуют мужские волосы, но теперь, перед лицом смерти, он казался достаточно отчаявшимся, чтобы цепляться за что угодно, независимо от пола. — Ииик! Джульет вскрикнул и попятился от гротескной фигуры. — Ух ты... этот парень настойчив, а? Что, чёрт возьми, было такого особенного в светлых волосах, что он цеплялся за них, несмотря на смертельное ранение? «Он безумен». Я помрачнел, глядя на гротескную фигуру, ползущую по земле и продолжающую обильно кровоточить. — Ах, ух... ах. Его стоны постепенно затихали, пока его голова не поникла вперёд. — Он... он умер? Джульет спросил дрожащим голосом. Я протянул руку к шее фигуры и кивнул. — Он мёртв. Он был упорным во всех смыслах. — Ну-ка, давай посмотрим, кто этот парень на самом деле. Я откинул глубоко надвинутый капюшон. С этими словами личность гротескной фигуры раскрылась. — ...Раскал? Пауэрмен Раскал Джо. Настоящий герой среди героев, защищавший слабых и наказывавший злодеев, в отличие от множества эгоистичных героев. — Почему Раскал?.. Я ошеломлённо уставился на труп Раскала. Светлые волосы и точёные черты лица. Хотя я никогда не видел его лично, его внешность точно совпадала с изображениями Раскала, циркулировавшими на фотографиях. — Раскал? Тот самый... Пауэрмен? Не может быть, неужели он был преступником? Джульет, подошедший ближе, широко раскрыл глаза от неверия. Было трудно поверить, что главным виновником столь отвратительного и извращённого преступления был человек, которому поклонялись как «супергерою» жители трущоб. — И правда, слухам верить нельзя, да? Притворяться героем снаружи, а на самом деле оказаться мусором, который удовлетворяет собственные желания, нападая на женщин! — яростно выругался Джульет, с презрением глядя на Раскала. — ...... Слухам верить нельзя, и впрямь. Я не мог не согласиться со словами Джульета. «Что-то здесь не так». Было неправильно просто навешивать на Раскала ярлык извращенца, одержимого блондинками. «Раскал в прошлой жизни погиб, сражаясь за жителей трущоб от армии Бога Демонов». Если бы он лишь притворялся героем, а втайне был злодеем, он бы ни за что не пожертвовал своей жизнью ради защиты других в конце. И есть ещё кое-что. «Этот инцидент не происходил в моей прошлой жизни». Эта жуткая череда нападений на светловолосых женщин не происходила в моём прошлом. Конечно, возможно, что новости тогда просто не дошли до академии. «Но если бы дело обстояло так, оно определённо стало бы горячей темой в школе». С точки зрения сенсационности этот случай был ещё более провокационным, чем обычные убийства, происходящие в трущобах, разве нет? В таком месте, как Академия Героев, где даже самые смутные новости из отдалённых уголков империи распространяются со скоростью лесного пожара, не было никаких шансов, что дело вроде этого, происходящее прямо в городе, не дошло бы до школы. «Это значит...» Я сузил глаза, осматривая труп Раскала. «За этим кто-то стоит». Кто-то, кто столкнул всеобщего любимца в самые глубины позора. — ...... — Что не так, Дейл? — Ничего. Помотав головой, я протянул руку к трупу Раскала. Вух. Пепельное пламя вспыхнуло, полностью поглотив тело и не оставив ни единого следа. — Джульет, сохрани в тайне то, что преступником был Раскал. — Почему? Разве не лучше было бы выставить истинную природу этого мерзавца на всеобщее обозрение? Джульет в недоумении склонил голову набок. — ...... Я подумал о том, чтобы объяснить своё подозрение насчёт того, что кто-то управлял Раскалом из тени, но покачал головой. Для тех, кто не знал о событиях моей прошлой жизни, это прозвучало бы лишь как беспочвенные домыслы. Сззх. Я тяжело вздохнул, прежде чем заговорить. — В мире героев нам всё ещё нужен хотя бы один супергерой. ......? — В общем, ты ведь сможешь сохранить это в тайне, верно? — Э-э, да. Конечно. Джульет нерешительно кивнул, и я зашагал прочь. «Будущее меняется». Я уже некоторое время чувствовал эти признаки, но теперь будущее так сильно отклонилось от моей прошлой жизни, что стало поистине непредсказуемым. Вух. Я зажёг на ладони маленькое пламя, сузив глаза. Будущее начало меняться. В этом непредсказуемом потоке перемен я мог сделать лишь одно. — ...... Погасив пламя, я направил свои шаги в сторону детского дома. * — Безумие, знаешь ли, очень похоже на гравитацию. На тёмном поле мальчик с юным лицом широко ухмылялся, говоря это. — Стоит только начать падать, как ты погружаешься в бесконечную бездну. Мальчик замурлыкал себе под нос песенку. — И только упав на самое дно, ты наконец сможешь встретиться с ним лицом к лицу. Он рассмеялся, широко раскинув руки. — Со своим истинным «я». — ...... Старик, слушавший мальчика, недовольно цыкнул языком. — Что тебя сюда привело? — Хмм? У тебя какие-то проблемы с тем, что я здесь, Шакал? — ...... Избегая улыбающегося лица мальчика, Шакал, Архиепископ Зверей, отвернулся. Хотя он мог иметь дело с другими архиепископами, единственным человеком, с которым ему не хотелось связываться, был этот мальчик. Тот, кого называли «Архиепископом Безумия», непредсказуемый безумец. — Как там Вальхалла? — О, ты говоришь о Пауэрмене? Ухмылка мальчика стала ещё шире, казалось, она расколет его лицо пополам. — Разве это не забавно? Наблюдать, как герой, которого превозносили как «супергероя», падает на самое дно. — ...... — Хе-хе, и я ведь даже не осквернял его так, как Мефисто, знаешь ли? Мальчик пожал плечами. — Я просто слегка подтолкнул его. Широко раскинув руки перед собой, мальчик хихикнул. — Чтобы он мог встретиться лицом к лицу со своим истинным «я». — ...Хаа. Шакал тяжело вздохнул. — Устраивать заварушки прямо перед Академией Героев — не лучшая идея. — Хе-хе, не ожидал услышать это от тебя, Шакал... О, неужели это из-за «Паука Ужаса»? — ...... — Мм. Я слышал, ты на этот раз вернулся с пустыми руками. Похоже, это правда. Мальчик закружился на месте, словно танцуя. — В общем, не беспокойся о «Пауке». Я пришёл сюда не для того, чтобы встречаться с ней на этот раз. — Тогда? — На этот раз я услышал кое-что интересное от Мефисто. — Что-то интересное? — Ага, говорит, какой-то курсант в лоб одолел главу семьи Гелиос и разрушил его план. — Ха. Какой-то курсант в лоб одолел главу семьи Гелиос? Для Шакала это были новости. — Ты наверняка знаешь этого курсанта, Шакал. — Я? — Ага, ты же помнишь того курсанта, который близок к этому «Пауку», за которой ты гоняешься? Они ведь были вместе, когда ты в прошлый раз облажался, верно? — Хм, ты имеешь в виду того седовласого курсанта. Наконец сообразив, о ком говорит мальчик, Шакал кивнул. — Дейл Хан. Облизнув губы так, словно перед ним стояло вкусное блюдо, мальчик, известный как Архиепископ Безумия, Сето, широко улыбнулся. — Интересно, какое выражение лица ты мне покажешь? ---------- Том 1 Глава 110 — Вы действительно поймали преступника? Отец Антонио удивлённо посмотрел на меня. Я кивнул и протянул ему черную робу, которую носил преступник (я снял её перед тем, как сжёг тело). — Да. Тело было слишком повреждено во время битвы, так что точно опознать преступника мы не смогли, но больше жертв не будет. — Хм... Подумать только, вы поймали преступника так легко, когда даже Пауэрмен не смог. Антонио тщательно осмотрел черную робу. В кармане робы лежала небольшая шкатулка с прядями волос, которые преступник срезал со своих жертв. — …… Антонио нахмурился, глядя на волосы в шкатулке. Мысль о том, что преступник мог добавить в эту коллекцию детские волосы, если бы мы его не поймали, пробежала по его спине холодной дрожью. — Фух. По крайней мере, теперь мы можем спать спокойно. Антонио, с облегчением прижимая руку к груди, склонил передо мной голову. — Спасибо, Дейл. — Не только я участвовал. Поймать преступника так легко удалось благодаря блестящей игре Джульета. — О, конечно. Спасибо тебе, Джульет, за то, что взял на себя столь опасную роль и даже переоделся в женское платье. Семи Богам должно быть любо смотреть на твою храбрость. Антонио слабо улыбнулся Джульету. Джульет, чувствуя себя неловко от слов благодарности, неловко сжимал подол юбки (он ещё не переоделся обратно). — А, нет. Всё, что я сделал, — просто немного походил вокруг... — Ха-ха, но благодаря тебе мы быстро поймали преступника, не так ли? Антонио перекрестился, глядя на нас обоих. — Да благословят Семь Богов ваши пути. — Д-да... Джульет неуклюже скопировал Антонио, перекрестившись. — Отличная работа, Дейл, — произнесла Ирис, подойдя ко мне после завершения разговора с Антонио. — Ты нигде не ранен? — Как видишь, я в порядке. Я пожал плечами и раскинул руки в стороны, показывая ей. — Хм. Давай-ка я проверю на всякий случай. Подобно охраннику, Ирис принялась осматривать моё тело, проверяя на наличие травм. — Гугп… О-ого, твои мышцы все такие же крепкие… а пресс… на нем можно стирать белье. — …… Она действительно проверяет меня на ранения?.. — Кхм! Кажется, ты цел и невредим. — Ты уверена, что проверяла на ранения? — Конечно! Испуганно отмахнувшись, Ирис отвела взгляд. Вытирая пот со лба, она поспешно сменила тему: — И-и все же, как думаешь, почему преступник был так одержим светлыми волосами? — Кто знает... У каждого свои предпочтения. Любить блондинок — довольно распространённое предпочтение. «Особенно в Республике у многих людей наблюдается странная страсть к светлым волосам». В наши дни цвета волос различались, но исторически сложилось так, что у большинства жителей Республики были черные волосы. Я помнил, как где-то читал, что в прошлом светлые волосы пользовались наибольшей популярностью как у мужчин, так и у женщин в Республике. — ...Тебе тоже нравятся светлые волосы, Дейл? — Хм? — Ты предпочитаешь блондинок? Ирис накрутила прядь своих светло-розовых волос на палец и прищурилась. — Нет, у меня нет особого предпочтения к светлым волосам. — Тогда какой цвет волос тебе нравится? — Хм. Цвет волос, говоришь... Честно говоря, мне было все равно на цвет волос. — Мне нравится розовый. — Правда? Ты ведь говоришь это не только из-за меня, верно? — Клянусь именами моих родителей. — ...Ты же сирота. — Вот настолько я серьёзен. — …… Ирис бросила на меня сомневающийся взгляд. Когда она подошла ближе, собираясь задать ещё вопросов... — Эм... Что вы все делаете на улице в такое время? — Уах. Здесь так шумно... Мы что, шумели слишком громко? Дети, которые легли спать пораньше, вышли из приюта. Ребята широко раскрыли глаза, увидев Джульета. — Кто это за дама? — Она очень похожа на Джульета. — ...А? Погодите, это что, Джульет? — О! Точно он! Увидев, что дети узнали его, Джульет побледнел и отступил на шаг назад. — Э-это вообще-то, дети, это... Джульет попытался запаниковать и объясниться, но дети обступили его со всех сторон. — Ух ты, как круто! — Ты правда похож на девчонку! — Нам звать тебя братом или сестрой? Дети с блестящими в темноте глазами засыпали Джульета вопросами, заинтригованные его кросс-дрессингом. — ...А? Их неожиданная реакция застала Джульета врасплох. — Думаете... мне идёт? — Ага! Ты красивее наших девчонок! — Эй! Что это значит? — Агх! Не бейте меня! Мальчик, сказавший бестактность, тут же был окружён девочками, которые принялись его бить. Наблюдая за этой сценой, Джульет замер в шоке и тихо пробормотал себе под нос: — ...Вы меня не презираете. В детстве он однажды подумал, что юбки, которые носят девочки, такие красивые, и тайком примерил одну, но попался отцу. «Он был в ярости». Вид отца, смотревшего на него с презрением, все ещё ярко отпечатался в его памяти. Словно шрам, который никогда не заживёт. — …… У него никогда не было желания стать женщиной. Ему просто нравилось носить красивую одежду и наряжаться. Потому что в те моменты, когда он наряжался, ему казалось, что он становится новой версией самого себя. «Но». Даже он понимал, что это хобби, которое окружающим принять нелегко. Поэтому он скрывал его от людей, словно совершал какое-то преступление. «Но...» Джульет крепко сжал кулаки и обвёл взглядом окруживших его детей. — Оказывается, ты не Король Хлеба, а Королева Хлеба! — Брат Джульет! Нет, сестра! Ты правда выглядишь здорово! — Фух, фух. Мужчина это или женщина... какая разница, лишь бы было вкусно? [Примечание переводчика: бро 💀] Видя, как дети смотрят на него без всяких предрассудков, Джульет почувствовал, как к горлу подступил ком. Внезапно. Его память вернулась к моменту первой встречи с детьми из приюта, когда он смотрел на них глазами, полными отвращения. — ...Ах. Его лицо залилось краской, а на сердце тяжким грузом легла вина. — Ладно, уже поздно, так что пойдём обратно в академию. — Да, ещё раз спасибо. Попрощавшись с детьми, я повернулся, чтобы уйти из приюта. — Хм? Чего ты стоишь? — О, простите. — Если мы опоздаем ещё сильнее, школьные ворота закроются, так что давай быстрее переодевайся. — А, да. Понял. Джульет кивнул, все ещё выглядя ошеломлённым. --- Спустя несколько дней после возвращения из приюта. Прогуливаясь по оживлённой школьной территории, где все готовились к итоговым экзаменам, я направился в школьный магазин. «Возьму на обед что-нибудь лёгкое, например хлеба». С этой мыслью я направился к хлебному отделу. — ...Джульет? Я заметил Джульета в хлебном отделе — он покупал коробку, полную хлеба. «Странно. Я в последнее время не просил его покупать хлеб». Я в недоумении склонил голову и подошёл к Джульету. — Что ты здесь делаешь? — А, Дейл? — Зачем тебе столько хлеба? Для кого он? — Ах... Джульет неловко почесал затылок, прежде чем ответить: — Я узнал, что есть люди, которые доставляют товары из школьного магазина в город. Вот я и подумал купить немного хлеба для детей из приюта. — ...Для детей из приюта? — Ага. Им нравится хлеб из нашего школьного магазина. Джульет мягко улыбнулся, наполняя коробку хлебом. — ...Ого. Я тихо усмехнулся, наблюдая за ним. «Джульет покупает хлеб для детей из приюта?» В его прошлой жизни я бы никогда такого не вообразил. — С чего это вдруг такая забота? — Ну... Джульет замялся, горько улыбнувшись. — Меня воспитали с мыслью, что мне никогда не следует общаться с бедняками и сиротами. Джульет неожиданно заговорил о своём прошлом. — Я думал, что эти люди не умеют заботиться о других, не имеют манер и стоят ниже меня. — Ну... ты же из богатой семьи. Не все богатые семьи в Республике были такими, но большинство из них с детства учили смотреть свысока на тех, у кого было меньше. Не потому, что они были злыми от природы, а просто потому, что их мир был совершенно другим. — Но... когда я увидел все своими глазами, все оказалось совсем иначе. Произнёс Джульет, держа в руках коробку с хлебом. — Это не они не умели заботиться о других или не имели манер. Это был я. — …… — Думая об этом... я просто захотел хоть как-то им помочь. — И поэтому ты покупаешь им хлеб? — Ага. Они же назвали меня «Королевой Хлеба», помнишь? Джульет улыбнулся и протянул мне пакетик хлеба. — Хочешь немного, Дейл? — ...Конечно. Беря у него хлеб, я думал о Джульете из его прошлой жизни. Надменном, горделивом и вечно смотрящем на всех свысока. «Будущее меняется, да». Да. Будущее постоянно менялось. Так, как я никогда не мог предсказать. «Но». Это вовсе не означало, что изменения были плохими. Точно так же, как с Ирис, Юриной и Беральдом — некоторые перемены были к лучшему. И в самом центре всего этого — «Это я». Это будущее, которое изменил я. Будущее, которое создал я. Будущее, сформированное тем, кто когда-то не умел ничего, кроме как плестись позади остальных — героем с самым низким рангом. — …… Я развернул хлеб и откусил кусочек. — Вкусно ведь? Это новинка, которую они только что выпустили. — Да, вкусно. — О... кстати, насчёт сдачи... — Нет, все в порядке. Я остановил Джульета, который судорожно шарил по карманам в поисках мелочи, мягко взяв его за руку и покачав головой. — С этого момента тебе не нужно отдавать мне сдачу. И бегать для меня с поручениями тоже больше не нужно. — ...А? Почему, почему? Джульет посмотрел на меня с тревожным выражением лица. — Я сделал что-то не так? Это из-за того, что я купил кучу хлеба детям? — Нет, дело не в этом... — Если дело не в этом, то я хочу продолжать бегать для тебя с поручениями! И... если тебе нужны деньги, я могу одолжить! Джульет крепко сжал мою руку, его глаза горели решимостью. «Из-за этого я почему-то чувствую себя последней сволочью». Я тихо рассмеялся и кивнул. — Делай что хочешь. — Ладно! Джульет кивнул с сияющей улыбкой. ---------- Том 1 Глава 111 Если спросить курсантов Академии Героев о том, что является самым важным, девять из десяти без колебаний ответят: «Общий рейтинг». Будь то сверхлюди, наделённые стигмами Семи Богов, или спасители человечества, защищающие людей от демонов и монстров, герои в своей основе оставались такими же «людьми», как и обычные люди, не получившие стигму. В конце концов, люди живут ради собственной выгоды и безопасности, и герои ничем от них не отличаются. Пока что они лишь курсанты, обучающиеся в одной школе, но после выпуска их статусы сильно различаются. Кто-то получит высокие посты в родных странах или вступит в крупные гильдии и будет жить в своё удовольствие. Кто-то будет с трудом сводить концы с концами в гильдиях средней руки. А кто-то окажется в безымянных наёмных отрядах, барахтаясь в грязи в качестве низкоранговых наёмников. «Неудивительно, что курсанты так помешаны на общем рейтинге». Впрочем, неважно. На этот общий рейтинг влияло несколько факторов. Во-первых, отношение к занятиям и усердие. Честно говоря, это не был решающий фактор. Пока ты не отлынивал от учёбы полностью, твоё положение в рейтинге от этого сильно не страдало. Во-вторых, существовали бонусные очки, которые можно было заработать во время занятий. Это не имело особого значения для низко- и среднеуровневых курсантов, но для топ-курсантов могло стать ключевым фактором при определении оценок. И, наконец, результаты промежуточной аттестации и итогового экзамена. Они оказывали наибольшее влияние на общий рейтинг, причём итоговый экзамен был особенно важен — настолько, что без преувеличения можно было сказать, будто от него зависели оценки за весь семестр. В частности, итоговый экзамен обычно проводился в формате командной оценки. Поскольку твоя оценка могла зависеть от того, с кем ты объединился в группу, во время экзаменационной сессии вся школа превращалась в шумный рынок. — Морис, ты уже нашёл группу на итоговый экзамен? — Если ты не против, не хочешь присоединиться к моей группе? — Есть ли кто-нибудь из Отделения Магов, кто ещё не нашёл группу?! — Ты с ума сошёл, лидер?! Как можно набрать пять Воинов в группу из пяти человек?! — Я никого не знаю из Отделения Поддержки или Отделения Магов, что мне делать?! — Аргх! Нам нужна Поддержка! Нам нужен студент из Отделения Поддержки!!! — Ищем человека в группу для итогового экзамена! (Ищем быстро обучающихся и тех, кто сможет протащить, в случае несоответствия критериям — казнь). Когда я вошёл в класс, то почувствовал такую жару и безумие, словно попал на собрание какого-то культа. «Это просто хаос». Впрочем, этого и следовало ожидать. Если ты не находил участников группы к установленному сроку, тебя силой затаскивали в случайно сформированную команду, что делало борьбу ещё более ожесточённой. «В прошлой жизни я вечно застревал в этих лотерейных группах». Я до сих пор отчётливо помнил брезгливые выражения лиц участников группы, когда я к ним присоединялся. Даже спустя столько времени это оставалось горьким воспоминанием. «Но». Теперь всё изменилось. «Хмм». Я неторопливо уселся на задней парте, закинув ногу на ногу. Откинувшись на спинку стула, я с расслабленным выражением лица наблюдал за курсантами, суетящимися в поисках напарников. Взгляды курсантов то и дело смещались в мою сторону. «Что ж, это вполне естественно». Обычно курсантов Отделения Поддержки и Отделения Магов, которых было меньше по численности, по сравнению с Воинами баловали вниманием, как знатных особ. Но это касалось лишь «обычных» случаев. «Для топ-курсантов Воинов всё обстоит с точностью до наоборот — курсанты Отделения Поддержки и Отделения Магов выстраиваются в очередь, чтобы попасть к ним в группу». Хотя мои нынешние оценки были далеки от высших, неофициально считалось, что я вхожу в пятёрку лучших среди Воинов. «В конце концов, я доказал свои навыки». Моё выступление во время Фестиваля Запечатывания, где я перебил десятки зверей, и моя сокрушительная победа над инструктором Винсентом во время спарринга до сих пор оставались горячей темой в академии. Иными словами, судя по слухам, я был курсантом-Воином, ничем не уступающим топ-ученикам вроде Юрена, Мориса и Камиллы. С такой репутацией разве не должно было найтись множество курсантов, жаждущих завербовать меня в свою группу? «Я больше не тот нежелательный курсант, которого никто не хотел брать к себе в группу». Ах, какими же жалкими были те дни. Меня называли бракованным изделием, отбросом, просроченным мусором — я вытерпел всевозможные оскорбления и насмешки. Даже сейчас эти воспоминания вызывали горечь в сердце. «Я думал, что забыл обо всем этом, пережив столько всего в прошлой жизни». Говорят, школьная травма остаётся на всю жизнь. Сколько бы времени ни прошло, унижение и бессилие, испытанные в то время, глубоко врезались мне в память. «Но теперь ситуация изменилась коренным образом». В прошлой жизни я был бессилен. Теперь власть была в моих руках. Тогда ко мне относились как к низшему простолюдину; теперь же я стал тем, кому они должны служить, как знати. «Ну же, идите сюда! Виляйте хвостами и умоляйте взять вас в мою группу, глупцы!» Я ухмыльнулся, наблюдая, как курсанты краем глаза косятся в мою сторону. И тем не менее. — Блин… нам все ещё нужно ещё несколько Воинов. — Разве в Отделении Воинов нет никого стоящего? — Может, спросим Юрена? — Думаешь, Юрен согласится вступить в нашу группу? — …… — Как насчёт Камиллы? — Камилла хороша, но она наверняка пойдёт за Святой. — Это точно. — …… — А что насчёт Джульета? — Я спрашивал его, но он уже в группе. Знаешь, с теми богатенькими детишками из Республики. — Тц, даже здесь все решают связи? — Это так несправедливо. Как нам, простолюдинам, найти группу? — …… — Я слышал, все топ-курсанты-Воины уже нашли группы. — Эх. Неужели никого не осталось? — У нас нет выбора. Давайте попробуем уговорить Феликса. — Феликс неплох, но характер у него немного… Погодите-ка. — Меня… оставляют за бортом? «Что это вообще такое?» Ладно, я ещё мог понять, что меня затмили Юрен или Камилла, но как меня могли проигнорировать в пользу Джульет и Феликса? «Разве они только недавно не поднимали шумиху вокруг того, что я сильнее Юрена?» Разве они не должны были обступить меня толпой и умолять вступить в их группу? И все же, почему? — Тц, вербовать действительно некого. — Этот тест уже кажется провалом… — Давайте сначала затащим кого-нибудь из Отделения Поддержки. Я слышал, если ты в группе с кем-то из Поддержки, то запросто сможешь завербовать и топ-воинов. И ни единого человека ко мне не подошло? «Ха. Они говорили, что моя репутация гремит даже среди четверокурсников, неужели это всё были бредни?» Когда я тяжело вздохнул из-за этой непостижимой ситуации... -А, точно. Ты тот самый парень. Тот безумец, который намеренно занижает свои баллы за аттестацию, несмотря на свои навыки. Слова Лайоса внезапно пронеслись у меня в голове. — …Ах. Только тогда я понял причину этого ошеломляющего положения дел. «Если подумать, ходили слухи, будто я намеренно занижаю свой общий балл аттестации». Иными словами. С точки зрения курсантов, какими бы выдающимися ни были мои навыки, меня воспринимали как человека со странной причудой — намеренно держать плохие оценки. — Чёрт… Кто в здравом уме добровольно останется в самом низу? — Ха. Честно говоря, меня мало волновали мои школьные оценки. Куда важнее было подготовиться к грядущему бедствию, спасти товарищей и изменить будущее — а не всякая мелочь вроде оценок. «Но раз уж дошло до такого, это порядком раздражает». Я никак не ожидал, что ярлык «низшего ранга», преследовавший меня в прошлой жизни, привяжется ко мне и после перерождения. — Уф. Пока я ворчал и в разочаровании взъерошивал волосы... — Эм… Это ведь класс Дейла, верно? До моих ушей донёсся знакомый голос. — О! Это же, это же Юрен! — Это же Юрен Гелиос из класса А, верно? Наследник Солнечного Меча. — Ходят слухи, что он сильнее профессоров. — Вау… Он серьёзно красив. — Что Юрен забыл в классе С? С появлением Юрена в классе поднялся гул. Юрен, привыкший быть в центре внимания, небрежно подошёл ко мне. — Вот ты где, Дейл. — Чего тебе? — А… Да ничего особенного. Юрен на мгновение замялся, бросив на меня взгляд, и продолжил: — На предстоящую итоговую аттестацию… не хочешь объединиться со мной в группу? — ……! Честно говоря, если бы меня спросили, ожидал ли я подобного предложения, я бы ответил утвердительно. Мы с Юреном… точнее, с Юриной тренировались вместе каждый день и были в хороших отношениях, так что я считал весьма вероятным наше объединение для итоговой аттестации. Но. Одно дело — думать об этом, и совсем другое — услышать предложение вживую. Особенно в ситуации, когда я чувствовал себя несколько брошенным. — Юрен, ты — единственный, на кого я могу положиться! — Ч-Что? Дейл? Нахлынувшие эмоции заставили меня заключить Юрена в объятия. Явно смущённый Юрен растерянно огляделся по сторонам, а затем неловко прокашлялся, и его лицо покраснело. — Я-Я верю в твои способности, Дейл. — Ха-ха, просто предоставь это мне. Я похлопал себя по груди, ухмыляясь. Пока мы с Юреном так перебрасывались шутками, подошла Ирис. — Хмм. Значит, Юрен будет четвертым участником нашей группы? — …Ась? Нашей группы? Четвертым участником? — Мм? Почему ты так на меня смотришь? — О? Нет… Разве мы заранее договаривались объединиться в группу? — Нет. Но разве это нужно произносить вслух? Ты, Камилла и я — мы очевидно в одной группе, верно? Ирис склонила голову набок, словно я сказал что-то само собой разумеющееся. — Погоди… Ты ведь не собирался искать другого курсанта из Отделения Поддержки, правда? — Ни за что. Кто может быть лучше нашей Святой? Я быстро покачал головой и виновато улыбнулся. «Выходит, в одной группе я, Юрен, Камилла и Ирис». Наследник Солнечного Меча, будущий Меч Святого Королевства и Святая Святого Королевства — все в одной группе. «Это…» Честно говоря, состав этой группы был настолько сильным, что не занять первое место было бы просто нелогично. «Похоже, впервые в жизни мне удастся занять первое место». Ещё до начала итоговой аттестации я уже провозглашал победу в своих мыслях, когда подошла Камилла и спросила: — И всё же, есть ли у тебя кто на примете для последнего участника группы? — Хмм. Последний участник, значит. Беральд учился на другом курсе, так что позвать его я не мог, а Джульет, как я слышал, уже нашёл группу. «Если честно, с таким составом лучше взять кого-нибудь менее способного». Хотя главным фокусом итоговой аттестации были общие показатели группы, также начислялись баллы за индивидуальный вклад. «И эти очки вклада играют весьма значительную роль». Это было своего рода штрафом, призванным помешать топ-курсантам объединяться в группы исключительно между собой. Иными словами, курсантам приходилось сопоставлять общую эффективность группы с баллами индивидуального вклада, которые могли принести дополнительные бонусы. Если посмотреть на это с такой точки зрения, то при нашей и без того чрезмерно сильной группе добавлять лишнюю конкуренцию не было никакой нужды. — Ну, мы можем просто оставить последнее место для случайного заполнения. — Хмм… Мне не нравится идея объединяться с тем, кого я не знаю, но, полагаю, у нас нет выбора. — Я с тобой согласен. Ирис и Юрен дружно поддержали моё предложение. «Что ж, мне почему-то жаль того бедолагу, которого выберут случайным образом». Честно говоря, кто вообще сможет внести хоть сколько-нибудь значимый вклад в группе с настолько выдающимися участниками? «Впрочем, это не моя забота». Я криво усмехнулся, испытывая лёгкое сочувствие к случайному курсанту, который к нам присоединится. --- А затем, в день итоговой аттестации. Последним участником нашей группы, выбранным случайным жребием, оказался… — Эм… П-привет? Курсант с веснушками и неловким выражением лица. Его имя, когда он нервно огляделся по сторонам, было… — Я-Я Альберт! Альберт Гувер, «Избранный». ---------- Том 1 Глава 112 — Вы уже собрали всех участников в группу? — Нет, половину из нас набрали по лотерее. — Тц, этот экзамен обречён! — Аргх! Почему профессор Лукас распределил меня в такую команду?! — Вини себя, а не профессора. — Заткнись, ублюдок! День экзамена. Ещё до того, как объявили суть итогового экзамена, в классе уже царил хаос. Курсанты, успевшие заранее сформировать группы, выглядели расслабленно. Остальные же, глядя на разношёрстную компанию своих сопартийцев, стонали от отчаяния. Некоторые курсанты вовсю подначивали тех, кто оказался в беде. Тут было шумно, как на рынке — курсанты нервничали перед главным препятствием, коим являлась итоговая аттестация. — Тихо. Профессор Лукас вошёл в аудиторию и заговорил пониженным голосом. Мгновенно, словно на них вылили ушат ледяной воды, в классе воцарилась тишина. — Судя по вашим лицам, вы все изрядно нервничаете. Лукас ухмыльнулся, обводя взглядом курсантов. Он поставил на кафедру большую коробку, которую принёс с собой, и продолжил: — Я предвидел это, поэтому приготовил для вас особый сок… — Нет, спасибо! — Мы совсем не нервничаем! Курсанты поспешно затрясли головами, с опаской поглядывая на густую зелёную жижу внутри коробки. — Правда? Если настаиваете, я не могу вас заставлять. Лукас с явным сожалением посмотрел на заполненную соком коробку. — Хм, но раз уж вчера я потратил столько сил на сбор ингредиентов в горах, будет обидно пустить их по ветру. Выберу-ка я кого-нибудь одного, чтобы он отведал его. — …… При упоминании о том, что выберут лишь одного человека, взгляды курсантов устремились на одну конкретную фигуру. Студент с веснушками и слегка растерянным выражением лица побледнел и замотал головой. Профессор Лукас широко улыбнулся, глядя на этого студента. — Альберт, ты выглядишь довольно взволнованным. — Н-нет! Со мной все в полном порядке, профессор! Я совсем не нервничаю! — Хм. Я понимаю. Я слышал, ты не нашёл группу и тебя распределили по жребию, верно? Естественно чувствовать большее напряжение, когда оказываешься в случайной команде. — Это неправда! Дейл приветливо меня принял…! — Дейл? Этот парень? Приветливо принял тебя? Глаза профессора Лукаса обратились на меня. С непреклонным выражением лица он покачал головой и продолжил: — Исключено. Этот парень просто не способен никого принять приветливо. Эй, с чего это вдруг я? Что я такого сделал? — Короче говоря, раз ты состоишь в группе этого невоспитанного типа, то наверняка нервничаешь ещё сильнее. Лукас ухмыльнулся, вытащил из коробки стакан с соком и направился к Альберту. — Держи, он полезен для здоровья. Пей до дна, Альберт. — Нет! Н-неет! Альберт завизжал и забился, но противостоять грубой силе профессора Лукаса у него не было ни единого шанса. И вот, после того как Альберт выпил особый протеиновый сок профессора и стал «здоровее»(?), Лукас заговорил снова: — Ладно, давайте перейдём к объяснению сегодняшней итоговой аттестации. Началась главная тема дня. — Как вы все знаете, эта итоговая аттестация будет проходить в составе групп. Поскольку распределение по командам уже завершено, все подтвердили своих участников, верно? Курсанты в ответ кивнули на вопрос профессора Лукаса. — Разумеется, я не жду, что все здесь останутся довольны своей группой. Кое-кто из вас вполне мог получить в напарники тех, кого совсем не хотел видеть рядом. При этих словах некоторые курсанты тяжело вздохнули. — Но ровно то же самое ждёт вас, когда вы выпуститесь и выйдете в большой мир. Профессор Лукас окинул взглядом аудиторию и продолжил: — Иногда в вашей группе может не оказаться ни одной роли поддержки. В другой раз — не сыщется ни единого бойца передовой линии. При планировании «идеальной» группы команда из пяти человек обычно состоит из двух-трех бойцов переднего края, одного-двух магов для дальних атак и одной поддержки для поддержания выносливости отряда. Но это лишь «идеальный» набор. Реальность выглядит иначе. Множество групп состояло исключительно из бойцов передовой линии без единого мага или поддержки. С другой стороны, встречались и отряды с тремя и более членами поддержки, что создавало полный дисбаланс. — Собрать желанную группу практически невозможно. Профессор Лукас говорил твёрдым голосом. — Чаще всего вам придётся работать с теми напарниками, которые вам совершенно не подходят. Именно поэтому академия особо не вмешивалась в формирование групп курсантов. После выпуска вы сами будете отвечать за поиски собственной команды. И во многих случаях вы окажетесь в отряде, далёком от «идеального». — Иногда вам придётся действовать плечом к плечу с менее опытными участниками, а иногда — оказаться рядом с теми, кто намного превосходит вас по уровню. Важно не то, кто входит в вашу группу. Гораздо важнее то, что именно вы способны сделать в этой группе. Думайте, размышляйте и ломайте над этим голову. Выясните, как доказать свою ценность в том маленьком мирке, которым является ваша команда. Профессор Лукас обвёл курсантов взглядом и произнёс мягче: — Потому что после выпуска у вас уже не будет времени на раздумья. — …… — …… В комнате повисла тишина. Курсанты, которые только что жаловались на своих напарников, нервно сглотнули. Я тихо усмехнулся, наблюдая за тем, как Лукас мастерски переменил атмосферу в помещении. «Уж любит он устроить шоу». Конечно, это не значило, что профессор Лукас был неправ. Как он и сказал, после выпуска у тебя даже не останется времени на размышления о том, какую роль ты мог бы сыграть, прежде чем тебя просто выбросят за борт. «Проблема в том, что от одних размышлений роль волшебным образом не появится». Точно так же, как в моей прошлой жизни. Если разрыв в навыках между тобой и остальными членами группы был слишком велик, тебе изначально даже не доверяли никакой роли. «А в таких случаях… уф». Меня передёрнуло приплывших из глубин памяти воспоминаний. — Ладно, полагаю, вы достаточно уяснили динамику командной работы. Переходим к следующей части. Профессор Лукас включил магическое устройство на кафедре. Вжух! Магический аппарат ярко вспыхнул, проецируя в воздух огромную голографическую карту. На карте были видны внутренние помещения колоссальных руин, охватить взглядом которые целиком было просто невозможно. — Местом проведения этого экзамена станут древние руины, которые были полностью исследованы и подверглись капитальной перепланировке. — Вау… безумие. — Да какого же они размера? — Мы же гарантированно заблудимся… Курсанты во все глаза уставились на голографическую карту руин. Профессор Лукас бросил на них взгляд и сдержал усмешку. — Задача каждой группы — отыскать потайные помещения, спрятанные в глубине руин, пройти уготованные там испытания и собрать как можно больше жетонов. В этом и заключается суть вашей итоговой аттестации. Разумеется, точные координаты этих «потайных помещений» на карте отмечены не были. Один из курсантов поднял руку. — А жетоны отличаются по ценности в зависимости от вида? — Отличный вопрос. Как упомянул курсант Морис, жетоны, зарабатываемые в каждом тайнике, делятся на золотые, серебряные и бронзовые. Профессор Лукас манипулировал магическим устройством, и на карте появились четыре жетона разного цвета. Взоры курсантов тотчас приковались к четвёртому жетону, о котором профессор ещё ничего не сказал. — Что это… такое? — Это единственный и неповторимый «бриллиантовый» жетон во всех руинах. Вы уже сталкивались с чем-то подобным во время промежуточной аттестации, так что общее представление имеете, верно? Услышав слова Лукаса, курсанты кивнули. — Любая группа, заполучившая бриллиантовый жетон, автоматически получает высший балл вне зависимости от количества собранных остальных жетонов. Тем не менее, за индивидуальный вклад будут начисляться дополнительные бонусные очки, так что одна лишь добыча бриллиантового жетона ещё не гарантирует первое место в рейтинге. Несколько курсантов, особенно те, кто попал в отряды сильнее собственного уровня, разочарованно вздохнули. Лукас ухмыльнулся, глядя на них. — О да, руины будут буквально кипеть стражами-големами, ловушками и головоломками, так что скучать во время поисков тайников вам точно не придётся. — …… Лица курсантов помрачнели от осознания чудовищной сложности предстоящего испытания. — Говорят, настоящее веселье на третьем курсе начинается именно с итоговых экзаменов… Оказывается, они не шутили. — Серьёзно, как нам вообще отыскать эти тайники в таких гигантских руинах? — Ладно, с големыми я ещё согласен, но ловушки и загадки? Это уже явный перебор. Аудитория снова наполнилась гулом возмущённых голосов. — Тихо. Бам. Лукас легко ударил ладонью по кафедре, и в комнате мгновенно стихло. — Есть ещё вопросы по поводу итогового экзамена? — Эм… Один из курсантов осторожно поднял руку. — Вы сказали, что внутри потайных помещений нас ждёт испытание… Что именно нам придётся делать? Нам ведь не придётся сражаться с каким-нибудь гигантским зверем, правда? — О, ещё один хороший вопрос. Лукас одобрительно кивнул. — Не переживайте. Никаких демонических зверей внутри тайников не будет. — Фух… — Но. На лице Лукаса проскользнула зловещая ухмылка. — Вместо них вас будем ждать мы — профессора. — …Чего? — Будем ждать? Что это значит? Курсанты в полном неверии вытаращили глаза на слова Лукаса. — Именно то, что я сказал. Стигма на груди Лукаса начала светиться, излучая плотные волны маны. — Профессора первыми зайдут в потайные помещения и будут поджидать вас там… Хрусь, кр-р-р-х! Железная кафедра под руками Лукаса заскрипела под давлением его мощнейшей маны. — И вам придётся одолеть нас в бою. — …… — …… Мёртвая тишина опустилась на аудиторию. — О, и ещё кое-что. Лукас сжал кулак и озарил всех широкой улыбкой. — Те, кто сунутся в мою комнату, лучше заранее приготовьтесь распрощаться с парочкой конечностей. ---------- Том 1 Глава 113 — Нам конец… — Нет, серьёзно, как нам вообще сражаться и побеждать профессоров? — Мы что, не можем просто бросить этот экзамен? Перед вратами телепортации, ведущими внутрь руин. Курсанты, разбитые на группы по партиям, выглядели так, будто направлялись на похороны, ещё до начала самого испытания. — Так, все замолкли, хватит болтать. Профессор Лукас бросил взгляд на курсантов и продолжил говорить: — Когда я говорю «сражаться и побеждать», я на самом деле имею в виду, что вам нужно лишь продержаться какое-то время. Мы дадим вам жетон, как только вы справитесь с этим, так что не переживайте слишком сильно. — Т-тогда мы можем просто сбежать вместо того, чтобы драться?! — Конечно, можете. Но. Профессор Лукас с ухмылкой окинул взглядом дрожащие бёдра курсанта. — Это только если вы сможете продолжать бежать после того, как вам переломают ноги. — …… — Ха-ха-ха! Я же шучу! Давайте, ступайте в врата телепортации! Словно скот, которого тащат на бойню, курсанты поплелись к вратам телепортации. — Нам тоже пора выдвигаться. Я жестом указал на врата телепортации и оглянулся на свою партию. В отличие от своей обычной курсантской формы, участники группы были одеты в практичное снаряжение для реального боя. Ирис — в своём белом жреческом облачении, украшенном святыми реликвиями. Камилла — в тонких металлических доспехах, с длинным двуручным мечом, пристёгнутым за спиной. И Юрина — в прошлом Юрен — в кожаной броне для удобства передвижения, с мечом из рога единорога на поясе. «Ух ты, одно лишь их присутствие даёт мне чувство безопасности». Целительница, паладин, мечница. И я, универсал, способный справляться как с ближним боем, так и с дальнобойной магией. Это была идеальная комбинация, которую никак не ожидаешь увидеть в суровых условиях геройской академии. — Э-э-м! Ребята, да-вайте постараемся! Что ж, за исключением одного человека. — Конечно, я могу всех подвести… но я сделаю всё возможное! Альберт вцепился в рукоять меча и дрожал всем телом. Я подошёл к заметно нервничающему Альберту и похлопал его по плечу. — Не переживай так сильно, просто расслабься. Разве профессор Лукас только что не сказал? Дело вовсе не в том, кто состоит в твоей партии. — С-спасибо, Дейл. Альберт виновато улыбнулся, неоднократно кивая головой. — …Это неожиданно. Камилла скрестила руки и сузила глаза, подозрительно глядя на меня. — Что именно неожиданно? — Удивлена, что ты вообще способен проявлять доброту к другим. — …И каким же человеком ты меня считаешь? Ну, честно говоря, оценка Камиллы была не совсем ошибочной. Я обычно не из тех, кто отличается добротой к окружающим. Но. «Глядя на Альберта, я вспоминаю себя в прошлом». Видя, как он сжимается от страха, переживая, что может совершить ошибку и получить нагоняй за то, что оказался в партии, которая ему не по силам, — это было точь-в-точь как смотреть на прежнего меня. «Тогда никто и никогда не говорил мне добрых слов». Может быть, это всего лишь проявление половинчатого сочувствия. Но по крайней мере мне не хотелось, чтобы кто-то ещё испытал те же ужасные воспоминания, что и я. — Я изо всех сил постараюсь найти способ быть полезным! Альберт сжал кулаки и решительно выкрикнул. Я усмехнулся и обернулся. Там, ожидая меня, стояли остальные члены моей партии. «Раньше я всегда тащился позади всех». Но теперь всё иначе. — Пойдёмте. Я взял на себя инициативу, шагнув в врата телепортации. * Вспышка потемневшего зрения. Мир перевернулся, и я почувствовал ощущение невесомости, будто моё тело оторвало от земли. — Уф… — …К этому чувству невозможно привыкнуть. Камилла и Ирис, завершив телепортацию, схватились за головы и скорчились от боли. Ощущения от телепортации у всех были разными, во многом напоминая укачивание. В особо тяжёлых случаях. — Ургх, у-у-ух! Люди вроде Альберта в итоге начинали блевать. — Ты в порядке? — Уф… П-прости. — Держи, выпей воды. Тебе станет легче. — …Дейл. Альберт взял протянутую мной флягу, а на его глазах выступили слёзы. — Прямо как на карте, это место просто огромно. Юрен осматривал окрестности, держа руку возле рукояти меча. Как он и сказал, руины, где проходил итоговый экзамен, поражали воображение — их масштабы нельзя было даже сравнить с исследованной нами ранее «Пещерой Красных Слёз». — Такое чувство, будто мы шагнули в подземный лабиринт. Ирис, оправившись от последствий телепортации, медленно огляделась рядом со мной. Возвышавшиеся подобно шпилям скальные образования в огромном подземном пространстве создавали ощущение, будто мы вошли в гигантский подземный лабиринт, как она и описывала. — Ну и куда нам теперь? Камилла окинула взглядом членов группы и спросила: — Дайте мне секунду. Давайте сначала выясним, где мы находимся. Я включил часы героя. Бжжж. В воздухе появилась голографическая карта, точь-в-точь как та, что профессор Лукас показывал нам в классе. Жёлтая точка указывала текущее местоположение нашей группы на карте. «Мы немного северо-западнее центра». Неплохая отправная точка. В конце концов, наша цель находилась в самой «северной» точке. «В последний раз жетон бриллиантового ранга находили в северной части руин». Конечно, будущее постоянно менялось, поэтому я не мог полностью полагаться на знания из прошлой жизни, но проверить всё же стоило. — Давайте двигаться не спеша и начнём с исследования окраин руин. — Собираешься исследовать с внешнего края и продвигаться внутрь? — Именно так. Неважно, откуда мы начнём; в конце концов нам придётся обыскать все руины, чтобы найти «скрытую комнату». — Наша цель на этот раз, конечно же… жетон «бриллиантового ранга», верно? Юрен повернулся ко мне с лукавой улыбкой. Он наверняка вспомнил то время, когда мы соперничали из-за единорога во время промежуточной аттестации. Я подавил лёгкий смешок и кивнул. — Конечно. — Отлично. Я в деле! Юрен уверенно кивнул, его лицо выражало полную решимость. Я невольно горько улыбнулся, глядя, как Юрен сжимает кулаки, переполненный энтузиазмом. «Теперь, когда его семейные проблемы решены, я думал, оценки волнуют его не так сильно». Стоило мне подумать, что, возможно, я его недооценивал… — Если наша группа займёт первое место в этот раз… Дейл, ты ведь сможешь наконец выбраться из этого низкого ранга, да? Юрен подошёл ко мне с сияющими глазами и крепко схватил меня за руки. — Я обязательно сделаю так, чтобы ты занял первое место, Дейл! — …… Внезапно в памяти всплыли слова Юрена… нет, Юрины, сказанные ранее. -Ты теперь моё солнце. Она произнесла это с сияющей улыбкой. При воспоминании об этом моменте с моих губ сорвался слабый смешок. «…Я действительно всё недооценил». Кто бы мог подумать, что мотивация Юрины заключалась в том, чтобы вывести меня на первое место? «Ну, по крайней мере, она не пытается одержимо занять первое место, как раньше». Я посмотрел на Юрена, который всё ещё держал меня за руки и ярко улыбался, и тихо рассмеялся. В конце концов, всё хорошо в меру. К тому же, для курсантов вполне естественно стремиться к хорошим оценкам. — …Какой наглец. Тут же рядом раздалось тихое недовольное бурчание. Повернув голову, я увидел надувшую губы Ирис — надув щёки, она вырвала мою руку из хватки Юрена. — Я тоже сделаю всё возможное, чтобы ты занял первое место, Дейл! — О, э-э, спасибо, Ирис. — Даже если ради этого придётся продать Семь Богов! — Нет, погоди... Как святая может говорить о продаже богов? — Ха-а. Камилла помассировала виски, словно у неё разболелась голова. — …Заканчивайте этот балаган, пойдём уже. — Слушаюсь. Я выпустил руку Ирис (Ирис на мгновение бросила свирепый взгляд на Камиллу), и мы двинулись на север, следуя по карте. «Если память мне не изменяет, где-то здесь должно быть секретное пространство». Конечно, в прошлой жизни я слышал лишь смутные слухи об этом месте, поэтому не знал точного расположения, так как не видел его своими глазами. — Эй, Дейл. Посмотри туда. Юрен указал на пространство между двумя возвышающимися утёсами. — Это… похоже на дым, верно? — Похоже. Как он и сказал, за утёсами поднимался чёрный дым. — Давай проверим. — Ага! Добравшись до источника дыма, мы увидели… [Х-хиззз. Х-хизззз.] [Ошибка. Ошибка.] Долину, усыпанную разбитыми останками десятков големов-стражей. — И-и-ик! Какого чёрта здесь произошло?! Увидев открывшуюся перед нами картину, Альберт в шоке рухнул на землю. Хотя остальные члены группы отреагировали не столь бурно, как Альберт, они тоже были заметно потрясены. — Разве это не големы-стражи, о которых упоминал профессор? — Д-да, кажется, они. — Их тут должно быть не меньше нескольких десятков… Кто чёрт возьми уничтожил всех этих големов? Члены группы нахмурились, оглядывая разбросанные по долине останки големов. — …… Я тоже сузил глаза, осматривая обломки. «Нет никаких следов битвы». Если только кто-то не уничтожил десятки големов в мгновение ока, было бы бессмысленно находить одни лишь останки без каких-либо других следов боя. «Для курсантов невозможно уничтожить столько големов, не оставив ни единой царапины». А это значит — Кто-то намеренно перетащил останки големов сюда. «Ни за что курсант не смог бы сотворить подобное». Остаётся лишь один вариант. — Постойте здесь немного. — Х-хорошо. — Закройте уши. — …А? Оставив озадаченных членов группы позади, я направился в центр долины, где обломков големов было больше всего. — Фух. Я глубоко вздохнул, собирая ману. Я широко раскинул руки, а затем изо всех сил хлопнул в ладони. Боевые искусства Беральда. Громовой Хлопок. БУХ! С оглушительным грохотом останки големов разлетелись во все стороны. И на том месте, откуда сдуло обломки, показалось оно. — Бинго. Вход в скрытую комнату. ---------- Том 1 Глава 114 — Это… Члены группы столпились вокруг, разглядывая дверь, показавшуюся среди обломков големов. — Это та самая дверь, которая ведёт в секретное пространство? — Да. Я кивнул, глядя на дверь, поверхность которой была испещрена сложными узорами. «Я вижу её своими глазами впервые». В прошлой жизни моя группа искала секретное пространство, но была разбита стражем-големом, так что мы даже не нашли дверь в него, не говоря уже о самом пространстве. — Мы просто откроем её? Юрен осмотрел дверь и покосился на меня. — Ну… по крайней мере, здесь вроде бы нет никаких ловушек. Какие бы ловушки или опасности ни ждали впереди, они, скорее всего, скрывались за дверью. — Я открою дверь… — Нет. Я схватил Юрена за плечо и оттащил назад, когда он потянулся к дверной ручке. — Я открою. Вы все отойдите назад. — Но… — Не переживай. Я улыбнулся, мягко похлопав Юрена по плечу, его глаза были полны беспокойства. «Мне всегда выпадало на долю подобное». Обладая Благословением Возрождения, я привык отправляться в места, которые с первого взгляда буквально кричали об «опасности». В худшем случае всё, что я мог потерять, — это жизнь. «Хотя Ирис тогда порядком отчитала меня за эти слова». Вспомнив об этом с горькой усмешкой, ко мне подошла Ирис. — Тогда я наложу на тебя защитное заклинание. — В этом нет необходимости… — Даже если ты уверен в своих силах, Дейл, это не повод пренебрегать мерами предосторожности. И. — Кроме того, было бы глупо иметь в группе «святую» и не воспользоваться её помощью, верно? Она подмигнула, положив руку на грудь и гордо выпрямившись, словно доказывая свою правоту. Я невольно усмехнулся, глядя на неё. Её нынешний образ наложился на прежний, задев что-то в моём сердце. — Ладно. Я кивнул и подошёл к Ирис. Она сжала висевший на шее священный артефакт и закрыла глаза. — О Семь Богов, защитите своих детей, пока они идут по тернистому пути. Мягкий белый свет исходил от Ирис, окутывая моё тело. Полностью подготовившись, я приблизился к двери, украшенной замысловатыми узорами. — Я открываю. Позади было слышно напряжённое дыхание членов группы. Я медленно потянул за ручку двери, ведшей в секретное пространство. Скрип. Когда дверь открылась, перед нами предстала на удивление просторная комната. А внутри нас ждали… [Обнаружены нарушители. Обнаружены нарушители.] [Идентификация курсанта.] [Активация протокола подавления.] В ряд, словно поджидая нас, выстроились големы-стражи. Их было шестеро. Их тела состояли из сложных механических деталей, а красные глаза зловеще мерцали. «Похоже, это другая модель по сравнению с теми големами снаружи». Я не смог нормально осмотреть тех, что были снаружи, так как их слишком сильно разнесло, но по форме и размерам они отличались. — Иик! Это же третья модель «Эгиды»! Воскликнул Альберт, лицо которого исказилось от страха. — Этот голем создан для того, чтобы справляться даже с демоническими зверями шестиглазого класса! Голем, способный противостоять демоническому зверю шестиглазого класса, по своей силе не уступал герою в расцвете сил. Их здесь было шестеро. «Должно быть, это та самая комната с жетоном бриллиантового ранга». Я усмехнулся, глядя, как големы приводят в боевую готовность свои мечи и щиты. — Д-Дейл! Нам нужно бежать! Давай отступим и разработаем план… Игнорируя громкие протесты Альберта, мы с Юреном шагнули вперёд. — Я беру на себя троих справа. — Тогда мы с Камиллой разберёмся с тремя слева. Бум! Словно по идеальной команде, мы с Юреном одновременно бросились вперёд. [Анализ паттернов движения цели.] [Активация защитных модулей.] Бип, бип! Красные глаза големов вспыхнули, когда они подняли щиты размером с человека. «Я мог бы использовать Пепельное Пламя, чтобы пробить их щиты, но…» Проблема Пепельного Пламени заключалась в том, что оно расходовало огромное количество маны. «В таком случае…» Бац! Я оттолкнулся от щита и высоко взмыл в воздух. Один из големов замахнулся на меня мечом прямо в полёте. Шаг Ветра. Бум! Я ударил ногой по воздуху, резко меняя траекторию в полёте. Моей целью была задняя часть шеи голема — крошечный сустав не больше пальца между головой и туловищем. — Ха! Сделав сальто в воздухе, я взмахнул мечом. Хруст! Моё лезвие пронзило шею голема. «А теперь…» Я перенёс вес тела на меч и полоснул вниз через грудь голема! Треск! Под скрежет скручивающегося металла голем раскололся от шеи до груди. [Подтверждено критическое повреждение союзной единицы.] [Активация протокола скоординированного ответа.] Оставшиеся два голема одновременно взмахнули мечами. «Один целится мне в ноги, другой — в плечо». Это действительно были высококлассные модели, стоившие паники Альберта. То, как их атаки сходились сверху и снизу, было безупречным, как сцепление точных шестерёнок. «Но…» В конце концов, они были всего лишь машинами. «В прошлой жизни я уничтожил десятки тысяч големов». Големы, охранявшие древние руины, находились на совершенно другом уровне по сравнению с этими, которые использовались лишь для экзамена курсантов. Боевые искусства Беральда. Землетрясение. Бум! Я топнул ногой по мечу голема, целившемуся мне в ноги, и извернулся всем телом. Снизу я взмахнул мечом вверх. Лязг! Раздался чистый металлический звук, и меч голема отлетел в сторону. Позиции двух големов на мгновение нарушились, когда их оружие отбросили. Я широко раскинул руки и схватил за головы двух големов, оказавшихся на уровне моих глаз. И. — Ургх! Треск! Я оторвал им головы, и те покатились по полу. «А что там у Юрена и Камиллы?» Я повернулся, чтобы проверить Юрена и Камиллу, которые бросились налево. — Тц, мы немного опоздали. Два аккуратно обезглавленных голема валялись у ног Юрена, словно их срезали точной пилой. На стороне Камиллы голем лежал смятой грудой, будто его размозжили тупым оружием, а не разрубили мечом. — О-ого. Альберт с отвисшей челюстью уставился на нас, расправившихся с големами в мгновение ока. — Э-эти големы сложны для победы даже действующих героев. Как вообще… Альберт замолк на полуслове, его охватило очевидное неверие. Ну конечно. Мы не победили големов с помощью слаженной работы группы, мы просто ворвались туда и разнесли шестерых в одно мгновение. Неудивительно, что он был шокирован. — Кто-нибудь ранен? Оставив ошеломлённого Альберта позади, к нам подошла Ирис. — Я в порядке, Дейл тоже, а вот Камилла немного ранена. — …Такая рана не стоит беспокойства. Камилла вздрогнула, её плечи слегка затряслись, когда она отвела взгляд. Ирис нахмурилась, глядя на Камиллу. — Я сама решу, стоит она беспокойства или нет. Покажи рану. — …… Камилла замялась, затем сняла доспехи и слегка приподняла одежду, обнажая бок перед Ирис. Длинный порез сочился кровью. К счастью, внутренние органы задеты не были, но и назвать такую рану пустяковой было нельзя. — Будет немного больно, но потерпи. — Ннгх…! Когда мягкий белый свет хлынул из руки Ирис и проник в рану, лицо Камиллы слегка исказилось от боли. — Всё готово. Шрамов не останется, так что не переживай. — Меня не волнуют шрамы. — Хм. Как девушка может говорить такое? Особенно с такой гладкой кожей. — Н-не трогай меня! Когда Ирис подразнила её, пощекотав за бок, Камилла в панике отпрянула, извиваясь всем телом. Из-за того, что одежда задралась, её живот на мгновение обнажился. — Ох… Живот был подтянутым, рельеф мышц — чётким. Точно как и сказала Ирис, он был на удивление гладким… — Дейл. Внезапно рядом со мной появился Юрен, уставившись на меня ледяным взглядом. — А, да? — Там есть ещё одна дверь, которая, похоже, ведёт в следующую комнату… Он усмехнулся. — Вместо того чтобы подглядывать за животом Камиллы, не лучше ли проверить ту дверь? — …… Подавленный необъяснимым напором Юрена, у меня не было времени придумывать жалкие отговорки, и я быстро поспешил к двери. — Хм? Когда я приблизился к двери, перед моими глазами появились светящиеся буквы. [Какое место совершенно пустое?] — Что это такое? Я нахмурился, глядя на загадочное сообщение перед дверью. «Совершенно пустое место?.. Что это вообще значит?» Загадка, внезапно появившаяся здесь, из всех мест. Головоломки и загадки защищали древние руины, но я никак не ожидал столкнуться с подобным во время школьных итоговых экзаменов. — В чём дело, Дейл? — На двери написана какая-то загадка. — Совершенно пустое место?.. Что это может быть? — Понятия не имею. Я глянул на Юрена и Камиллу, но они лишь покачали головами, будучи в таком же замешательстве, как и я. «Я ведь не могу просто разнести дверь кулаком». Будь это настоящие древние руины, я бы мог просто выбить дверь, не утруждая себя разгадыванием загадок. Но это было частью нашего «итогового экзамена». Решение загадки, должно быть, тоже являлось частью теста. — Совершенно пустое место… может, заброшенный дом? Бип — [Неверный ответ.] [Осталось попыток: 2.] Дверь вспыхнула красным, и появилась цифра «2». — Похоже, у нас есть всего две попытки, чтобы ответить правильно. — Уф… Когда вся группа уже была на грани паники, не зная, что делать, — — Э-э, ответ! Лысина! Альберт поднял руку и выкрикнул. — Чего? С чего вдруг ответ — лысина? — Потому что на ней ни волоска! Совершенно пустое место! (п.п. Я полностью заменил загадки на аналоги, так как они были основаны на непереводимой игре слов.) — Да не может такого быть, чтобы подобный дурацкий ответ — Бип — [Верно.] — …Ты издеваешься. Это действительно был правильный ответ? [Второй вопрос.] [Как называется пляж ведьмы?] — …Альберт, ты и это знаешь? — Д-да. Мне очень нравятся такие загадки. Альберт уверенно кивнул. Я ухмыльнулся и хлопнул его по спине. — Ха-ха! Я знал, что выбрать тебя в нашу группу было правильным решением! — Меня выбрали по жребию… — В любом случае! Я рассчитываю на тебя, Альберт! — … Альберт посмотрел на меня в ответ, пока я массировал его плечи, а затем решительно кивнул. — Предоставь это мне! Он смело шагнул к двери. [Как называется пляж ведьмы?] — Сэндвич! [Верно.] — Ох, отлично! [Что становится мокрым, пока сушит?] — Полотенце! Да! Отличная работа, Альберт! Так держать! [Чем больше из неё берёшь, тем больше она становится. Что это?] — Яма! А? [Что можно держать в правой руке, но нельзя в левой?] — Левый локоть! Какого чёрта? [Вы разгадали все загадки.] Крум! Бам, бам! С тяжёлым грохотом дверь наконец открылась. Из щели повеяло слабым запахом сигаретного дыма. — Этот запах… Я нахмурился и шагнул через проём. Внутри оказалась просторная комната с зубчатыми скальными образованиями, торчащими словно шипы. А в самом центре, тихо сидела… — Ну что, вы наконец добрались, курсанты. …Профессор Элиша Болдуин. ---------- Том 1 Глава 115 Тонкая струйка дыма едва заметно поднималась вверх. В полумраке тускло мерцал огонёк сигареты, словно светлячок. — Фух. Профессор Элиша медленно встала, туша сигарету. — А я всё гадала, кто это так запросто уничтожил големов... Оказывается, это группа курсанта Дейла. Профессор Элиша одарила меня лёгкой улыбкой, взглянув в мою сторону. Я прищурился, глядя на бриллиантовый жетон, приколотый к левой стороне груди профессора Элиши, словно бирка с именем. «В прошлую мою жизнь я слышал, что в секретной комнате с бриллиантовым жетоном находился профессор Лукас». Похоже, будущее изменилось, когда профессор Элиша прибыла в академию из-за «Инцидента с фестивалем». — Не ожидал встретить здесь профессора Элишу. — Изначально прийти должен был Лукас, но поскольку у меня выдалось свободное время, я попросила поменяться. — ...Вы, профессор Элиша? — Да. Элиша слабо улыбнулась и посмотрела на меня. — Я подумала, что могу столкнуться с курсантом Дейлом, если буду здесь. — …… Она действительно поменялась по этой причине? Пока я с недоверием смотрел на профессора Элишу, она небрежно пожала плечами. — Ну что ж... пора объявить испытание. Элиша растопырила пять пальцев и продолжила говорить: — Пять минут. Её зловеще сияющие фиолетовые глаза сверкнули. — Если вы сможете продержаться пять минут в бою со мной, я отдам вам этот значок. — ...Пять минут. Это было простое правило, понятное даже пятилетнему ребёнку. Однако простота правила вовсе не означала, что испытание будет лёгким. — Ч-что?! Сражаться с профессором Элишей?! Это безумие! Снова выдав реакцию, достойную зрителей ток-шоу, Альберт в шоке отпрянул назад. — Успокойся, Альберт. — У-успокоиться? Дейл, ты же знаешь, кто такая профессор Элиша! Лицо Альберта побелело, пока он продолжал: — Она занимает девятое место среди героев трёх стран! Элиша Болдуин, Паук Ужаса! Никто в нашей академии не сможет тягаться с ней, кроме директора! — О. Его реакция на этот раз была в самую точку. Теперь я понимаю, почему профессор Лукас вечно выбирает Альберта. — Мне от этого становится немного неловко. Выражение лица Элиши оставалось холодным и равнодушным, несмотря на жаркую обстановку, пока она затягивалась сигаретой. Щелчок. Она прикурила кончик сигареты и посмотрела на меня. — Ну так что, примешь испытание? — Конечно. — Хороший ответ. Элиша усмехнулась, глубоко затягиваясь сигаретой. — Ну что ж. Клац. Искра с кончика её сигареты послужила сигналом. — Начнём. Шшш! Десятки серебряных нитей разлетелись вокруг нас. — Я наложу на вас благословение! Белый свет хлынул от Ирис и проник в моё тело. Чувствуя себя лёгким, как пёрышко, я медленно огляделся по сторонам. Внутреннее пространство было заполнено камнями. Между камнями, словно паутина, тянулись серебряные нити. «Ощущение, будто я попал в логово паука». Я нахмурился и отступил назад, чтобы увеличить дистанцию. «Начну с разведывательной атаки». — Юрен, Камилла. Отвлеките профессора для меня. — Понял! Предоставь это мне! — Поняла. Юрен и Камилла бросились вперёд. Юрен добрался до профессора Элиши первым. — Ха-а-х! Ослепительная золотая аура заструилась вдоль его меча. Тусклое помещение озарилось так, будто взошло солнце. — Солнце дома Гелиос... Элиша слабо улыбнулась, глядя на лучезарную золотую ауру. — Ожидаемо впечатляюще для лучшего курсанта. Щёлк. Лёгким щелчком пальца Элиша отправила серебряную нить, которая мгновенно обвила меч Юрена. — Тц...?! — Но... Она резко дёрнула меч и нанесла стремительный удар с разворота в прыжке. — Ты всё ещё сыроват. — Кха! Бац! Юрена отбросило назад, и он схватился за живот в месте удара. — Ха-а-а-ах! Камилла воспользовалась моментом, высоко поднимая меч. Пылая разрушительной мощью, её клеймор был нацелен прямо на макушку профессора Элиши. — Сильно. Элиша плавно уклонилась от падающего клеймора, легко изогнув тело. — Но слишком прямолинейно. В мгновение ока Элиша проскользнула в защиту Камиллы и ударила её локтем прямо в грудь. — Гхм! Камилла выдохнула воздух и пошатнулась назад. — Ну а теперь... моя очередь? Элиша легко щёлкнула пальцами. Бум! Треск! Серебряные нити, натянутые между камнями, стремительно сократились, разломав окружающие валуны. Острые обломки камня градом полетели со всех сторон. Их целью была Ирис. — Чёрт возьми! Святая! Камилла, всё ещё придерживая грудь, в панике оттолкнулась от земли в сторону Ирис, но она никак не могла поспеть за скоростью падающих каменных осколков. — Угх...! Когда Ирис зажмурилась перед лицом потока острых камней — Вжух! Пепельное пламя вспыхнуло и отбросило камни в сторону. — Оу? Взгляд Элиши переключился на меня. Она улыбнулась, наблюдая, как каменные осколки рассыпаются в пыль и падают на землю. — Откуда ты знал, что я нацелюсь на Ирис? — При столкновении с группой нейтрализация поддержки — это базовая стратегия. — Впечатляет. Элиша удовлетворённо кивнула. — Ну тогда... Взмах! Десятки серебряных нитей протянулись ко мне. — Ты же знаешь, что после нейтрализации поддержки наступает очередь лидера, верно? Серебряные нити устремились ко мне, переплетаясь в паутину, готовую поглотить меня целиком. Меч Пепла. Первая форма: Аннигиляция. Я не стал уклоняться. Я разрубил приближающиеся нити в лоб. Прорубившись сквозь серебряные нити, я бросился на профессора Элишу. Бум! Расстояние между нами сократилось в мгновение ока. Я обрушил на неё свирепый удар меча, нацеленный прямо на неё. — Хорошо. Дзынь! Вновь появившаяся серебряная нить обвилась вокруг моего меча. Словно муха, угодившая в паутину, мой яростный удар резко остановился. Я без колебаний выпустил меч из рук. — ……! Глаза профессора Элиши расширились от удивления — она никак не ожидала, что я просто разожму хватку. Пригнувшись, я устремился к ней и нанёс удар кулаком. Боевые искусства Беральда: Разрушитель Гор. Бум! Мой заряженный пеплом кулак ударил её. Вернее, он ударил... — ...Впечатляет. Прежде чем я успел отреагировать, перед ней образовалась паутина и поглотила удар. Я цыкнул языком, глядя на свой кулак, заблокированный паутиной. «Значит, финт на неё всё-таки не подействует». Но это было неважно. Я сражался с профессором Элишей не один на один. — Отлично, Дейл! Небольшой бреши, образовавшейся, когда она заблокировала мой удар, Юрену оказалось вполне достаточно. — Хаа! Его стигма ярко вспыхнула, и окутывавшая его золотая аура сменилась на сияюще-серебряную. Благословение Лунного Света. Чем больше Юрен думал о тех, кто ему дорог, тем сильнее росла его мана, и теперь она выплёскивалась за привычные пределы. Сияние — Волна! Бум! Внутреннее убранство руин содрогнулось так, будто началось землетрясение. Приливная волна серебряной ауры обрушилась на профессора Элишу. — Тц! Она быстро раскинула руки. Десятки серебряных нитей обвились вокруг её тела и вовремя оттащили в сторону, позволив избежать надвигающейся волны ауры. — Это... Она глянула на свой костюм, разорванный серебряной аурой, и её лицо затвердело. Чистая мощь атаки пустила по её спине мороз. «Не верится, что он всего лишь курсант». Сила, которой владел Юрен, была достаточна, чтобы шокировать даже такую, как она. «Если он так силен сейчас, то в будущем...» Новый герой явно шёл по пути к тому, чтобы оставить значительный след в долгой истории героев. — С нетерпением жду, чего он сможет добиться через десять лет. Глаза профессора Элиши блеснули, когда она посмотрела на Юрена. Я легко цыкнул языком при виде этого. — Вы теперь и на Юрена положили глаз? — Что? Ревнуешь? — Ревную...? — Если так, не переживай, курсант Дейл. Профессор Элиша повернулась и лукаво улыбнулась мне. — Отныне моё внимание привлекаешь только ты. — ... — Ну, хватит болтовни. Она подняла запястье, демонстрируя часы героя на руке. — Осталось около трёх минут... мы же ещё не закончили, верно? — Разумеется, нет. Я ухмыльнулся и снова поднял меч. Подав знак Юрену и Камилле, я снова бросился на профессора Элишу. Дзынь! Взмах! Бац! Треск! Наши мечи и нити столкнулись, летела грязь, пока мы завязывали ожесточённую схватку. — Ургх! В последовавшем обмене ударами именно профессор Элиша оказалась оттеснена назад. Она поморщилась, сдерживая стон боли при отступлении. — Есть! Юрен победно выкрикнул, увидев её заминку. — Дейл, сколько ещё осталось? — Одна минута, и с этим будет покончено. — Серьёзно? Юрен — то ли возбуждённый от победы над столь мощным противником, то ли воодушевлённый боем плечом к плечу со мной — говорил с большим энтузиазмом, чем обычно. — То есть, нам нужно просто давить на неё ещё одну минуту, и всё закончится? — ...Подожди. Я схватил Юрена за плечо, прежде чем он успел ринуться вперёд. Предчувствие беды разлилось по моему телу. — Как и ожидалось, курсант Дейл, ты весьма проницателен. Профессор Элиша, которую отбросили назад, одарила меня лёгкой, знающей улыбкой. — Свяжи их. Взмах! По лёгкому щелчку её пальцев сотни серебряных нитей, рассыпанных по полу, натянулись. Прежде чем мы успели осознать это, едва заметные пряди обвили меня, Юрена, Камиллу и Ирис, крепко сковав нас. Ощущение было такое, будто мы попали в паутину к пауку. «Она расставила ловушку во время этого ожесточённого обмена ударами?» — Урх...?! Когда она успела это сделать?! — Я-я не могу пошевелиться! — Дейл! Я слышал панические голоса Юрена, Камиллы и Ирис. Фиолетовые глаза профессора Элиши опасно блеснули, а на её лице расплылась зловещая улыбка. — Осталась одна минута. Взмах! — Ну а теперь посмотрим, как сильно вы сможете сопротивляться, маленькие новички. Герой девятого ранга. Паук Ужаса обнажила свои ядовитые клыки. ---------- Том 1 Глава 116 «Да уж, как я и думал, всё будет не так просто». Я тихо хмыкнул, глядя на своё скованное паутиной тело — пошевелить и пальцем не получалось. Пусть наша группа и состояла из тех, чьи навыки далеко превосходили уровень обычных курсантов, нашим противником была не кто иная, как Элиша Болдуин. «Я бы немного разочаровался, если бы нас вот так запросто одолели». Я посмотрел на профессора Элишу, которая спокойно шла к нашей группе, опутанной её паутиной. Её фиолетовые глаза со зрачками, суженными в горизонтальные щели, напоминали глаза рептилии. Это был верный признак использования её «Благословения Ясновидения». «Раз уж профессор Элиша задействовала своё благословение...» Пришло время и мне раскрыть малую часть силы, которую я до сих пор скрывал. — Ха-а... Я медленно вдохнул. Я задействовал силу «Первозданного Пламени», дремавшую в глубине моего сердца. Вжух! Пепельное пламя вспыхнуло, охватив моё тело. Опутавшая меня паутина мгновенно сгорела в огне. — Ого. В глазах профессора Элиши мелькнул интерес, когда она посмотрела на меня. Столкнувшись с ней лицом к лицу — Бац! Я бросился на неё, тяжело топнув. — Курсант Дейл, как всегда, не перестаёт меня удивлять. Профессор Элиша слабо улыбнулась и щёлкнула пальцами. Вжух! Десятки серебряных нитей сорвались с её кончиков пальцев, сплетаясь в острые шипы, нацеленные прямо на меня. Меч Пепла. Вторая Форма: Пылающий Клинок. Огненный клинок рассекла шипы из серебряных нитей. Я бросился сквозь разлетевшиеся пряди, сокращая расстояние до профессора Элиши. — Отлично! Профессор Элиша откинулась назад, отступая со скрещенными руками. Грохот! Её серебряные нити глубоко врылись в землю, взметнувшись фонтаном. Грязь и обломки взмыли вверх, словно под землёй сдетонировали спрятанные бомбы. Огромная волна земли весом в несколько тонн в мгновение ока обрушилась на меня. — Ха-а... Я резко вдохнул, отводя правую ногу назад. Я собрал ману в единую точку и свирепо ударил ногой. Боевые искусства Беральда. Громовой Хлопок. Бум! С оглушительным рёвом земляная волна взорвалась. Густое облако пыли заволокло воздух. «Где профессор Элиша?» Я повернул голову, заметив сквозь пелену пыли силуэт. Инстинктивно я полоснул по нему мечом. Взмах! — А? Тёмная фигура распустилась и мгновенно обвила меня. «Она придала нитям человеческую форму». Я нахмурился, глядя на витки паутины, опутывающей моё тело. — Всё кончено. С другой стороны появилась профессор Элиша, направляя ко мне серебряные нити. В этот момент — — А-а-а-а-а! — ...! — Я... у меня тоже есть своя роль! Альберт, который всю битву дрожал в углу, бросился прямо на приближающиеся серебряные нити. Элиша, которая вообще не считала Альберта угрозой, широко раскрыла глаза от удивления при виде его неожиданного поступка. — Тц! Будь это настоящий враг, она позволила бы ему угодить в серебряные нити. Но противником здесь всё-таки был курсант. А Альберт, к тому же, был намного слабее остальных. — Хм! Профессор Элиша быстро отозвала ману, вплетенную в её серебряные нити. Нити, летевшие к нам со скоростью пуль, потеряли силу и опали на землю. — Отлично, Альберт! Я снова воспламенил пепельное пламя, сжигая сковывавшую меня паутину, и бросился к профессору Элише. — Ха-а! В тот момент, когда я уже собирался добраться до всё ещё покачнувшейся профессора Элиши, ещё не оправившейся от отзыва маны — Пип! Пип-пип-пип! Внезапно раздался громкий сигнал. — ...Похоже, время вышло. Профессор Элиша тихо вздохнула и покачала головой. — Подумать только, в самом конце я показала такое неуклюжее зрелище. Она бросила на Альберта кривую ухмылку. — Неплохо. По её щелчку пальцев паутина, сковывавшая Юрена, Камиллу и Ирис, потеряла силу и опала на землю. — И... — Вы прошли испытание. Профессор Элиша протянула мне бриллиантовый жетон, похожий на тот, что красовался у неё на груди. — В-вау! Дейл! Это бриллиантовый жетон, бриллиантовый жетон! — в восторге закричал Альберт, подпрыгивая на месте. — Хм. — Эх... ощущения какой-то полной победы нет. — Ну, по крайней мере, первое место нам теперь гарантировано. Камилла, Ирис и Юрен, только что освободившиеся от паутины, устало улыбнулись. — Вы все отлично постарались. Честно говоря, это совсем не походило на группу курсантов. Профессор Элиша удовлетворённо улыбнулась нам. — Курсант Юрен. — Да? — Ты полностью оправдал звание «Солнечного Меча». Однако... Скрестив руки и сузив глаза, профессор Элиша продолжила: — Ты ещё не до конца овладел управлением своей маной. — Угх... — Твой запас маны даже превосходит мой. Ты добьёшься великих результатов, если научишься лучше её контролировать. — Благодарю за совет. Юрен с уважением склонил голову перед профессором Элишей. — Следующая, курсант Камилла. — Да, профессор. — Твой меч слишком прямолинеен. Стоит немного подтянуть технику. — ...Я учту это. Камилла вежливо поклонилась и отступила назад, пока профессор Элиша приближалась к Ирис. — Ты быстро наложила благословения с началом боя, да и поддерживающая защитная магия на протяжении всей схватки была на высоте. — Спасибо. — Однако в группе члены поддержки часто становятся главной целью. Тебе следует научиться лучше защищать себя. — Я приму это близко к сердцу. Ирис сложила руки и почтительно склонила голову. — И курсант Альберт. — Д-да! — Ты принял смелое решение в самом конце. Должна признать, это застало меня врасплох. Профессор Элиша горько улыбнулась, вспоминая случившееся с Альбертом. — С-спасибо! — Но будь это реальный бой, ты бы не выжил. Не забывай об этом. — Хи-и-ик! Лицо Альберта побелело, и он задрожал. — И наконец... Профессор Элиша перевела взгляд на меня. — Курсант Дейл, мы можем поговорить с глазу на глаз? — О, да. Конечно. — Следуй за мной. Профессор Элиша отвела меня за рухнувшую каменную стену — результат недавней битвы. — Вы собираетесь дать мне какой-то совет, требующий уединённого разговора? — Хм, совет, говоришь... Горько улыбнувшись, она покачала головой. — Не думаю, что нахожусь в положении, когда могу давать тебе советы. — Что? — Курсант Дейл, ты выложился в этом испытании на полную? — Ну... Замялся я с неловким выражением лица. Профессор Элиша понимающе кивнула. — Так я и знала. Ты придерживал силы. Она была права. Я не раскрыл все свои карты в этом испытании. Я даже не воспользовался силой демонического меча, не говоря уже о «Зажигании». — Я не пытался скрывать что-то нарочно. Просто у меня не было возможности это использовать. Испытание заключалось в том, чтобы продержаться пять минут в бою с профессором Элишей. Побеждать в схватке не требовалось, так зачем же выкладываться по полной и раскрывать все козыри? «А если бы я выложился на полную...» Пока я неловко улыбался профессору Элише, её глаза сузились. — Уверен, что причина только в этом? — ...... — Хм. Профессор Элиша наклонилась ближе и продолжила: — Или дело в том, что ты переживал, как бы я не пострадала, если ты применишь всю силу? — ...... Чёрт возьми. Её Благословение Ясновидения было донельзя пронзительным. — Ха-ха! Ха-ха-ха-ха! Профессор Элиша рассмеялась, схватившись за живот. Она смеялась вовсе не потому, что мои дерзкие мысли казались ей забавными. Нет, она, вероятно, понимала лучше кого бы то ни было: если я пойду ва-банк, она может и не выиграть. В конце концов, у неё было Благословение Ясновидения. — Кто... кто ты вообще такой? Она положила руки мне на плечи. — Я повидала много талантливых курсантов на своём веку. Курсант сильнее профессора? Редкость, но бывало. Но. — Я никогда не знала никого до смешного сильнее, чем ты, курсант Дейл. За всю пятисотлетнюю историю. Есть предел тому, что можно списать на аномалию. Пятилетний ребёнок, решающий задачки для старшеклассников, зовётся гением. Но решить одну из семи великих математических проблем? Это делает его монстром. Дейл не был гением. Он был монстром. Монстром уровня, далёкого за пределами понимания или здравого смысла. — Ну, полагаю, да. Я мягко взял руку профессора Элиши, лежащую на моём плече. — То, что чего-то никогда не случалось в истории, ещё не значит, что этого не может произойти в будущем, верно? — ...Ты. — Если у меня когда-нибудь представится возможность. Я медленно убрал её руку со своего плеча. — Я объясню вам это тогда. — ...... Профессор Элиша смотрела на меня дрожащими глазами, плотно сжав губы. — Ха-а. Она тяжело вздохнула и покачала головой. — Я думала, что взращиваю саженец, а оказывается, передо мной уже взрослое дерево. Дерево настолько огромное, что его тень нависала над ней. — Но не забывай. Профессор Элиша озорно улыбнулась, легко прикоснувшись пальцем к моим губам. — Саженец или взрослое дерево, а вырастила-то тебя я. — ...Я буду иметь это в виду. Сдерживая смех, я улыбнулся, глядя, как она с игривым пожатием плеч притворяется невинной. — Как бы то ни было, испытание окончено, так что давай возвращаться. — Да. — Ха-ха. Но курсант Дейл, тебя действительно устраивает, что испытание закончилось вот так? — Простите? — Если ты займёшь первое место, то больше не будешь на последнем. Разве это не поставит тебя в неловкое положение? — В какое ещё неловкое положение? — Хм? Разве ты не намеренно занижал свои оценки? — ...... Нет. Я не выбирал последнее место. — Хм. Я почему-то была уверена, что ты специально держишься на самом дне... — Эх. Всё совсем не так. — Ну, раз ты говоришь так. В любом случае, заранее поздравляю с избавлением от последнего места. Лукаво ухмыльнувшись, профессор Элиша повернулась и направилась обратно к ждущим остальным членам группы. — О, кстати, мне тут кое-что стало интересно. — Хм? Что именно? — Те загадки при входе... это была ваша идея, профессор? — Ха-ха. Разве они тебе не показались забавными? — Что в них забавного? Я сухо усмехнулся и покачал головой. — Эх. А то, что вы разнесли стражей-големов, чтобы дать нам подсказку... Я не совсем улавливаю ваше чувство юмора, профессор. — ...Хм? Профессор Элиша склонила голову набок от моего замечания. — Разнесла стражей-големов, чтобы дать подсказку? О чём ты вообще говоришь? — Ну, те десятки разбитых стражей-големов перед входом в эту секретную комнату. Разве это были не вы? — Ты вообще представляешь, сколько стоит один такой голем? Зачем мне заниматься столь безрассудными вещами? Профессор Элиша нахмурилась и покачала головой. — ...Значит, не вы, профессор? Если так... Кто уничтожил десятки големов, не оставив и следа? Я сузил глаза, продолжая размышлять. Грохот —! Внезапно подземелье содрогнулось от мощнейшего толчка, словно началось землетрясение. Густая красная жидкость начала заливать окружающее пространство. — Это что... барьер? — Д-Дейл! Ты в порядке?! Находившиеся неподалёку члены нашей группы бросились к нам. — Профессор Элиша, это ведь не какой-то сюрприз, который вы подготовили? — ...Нет. С тяжёлым выражением лица она покачала головой. Её пальцы напряглись, когда она начала вытягивать серебряные нити, настороженно оглядываясь по сторонам. И тут — Тук, тук. Тихо раздался звук шагов. Я повернул голову и увидел стоящего у входа мальчика. — Эй! Ты же Дейл, верно? Мальчик невинно улыбнулся и помахал мне рукой. ---------- Том 1 Глава 117 Чёрные волосы и красные глаза. Мальчик лет десяти на вид, с маленьким ростом, едва достигающим уровня груди. Но. — …Ты. Его красные глаза сверкали безумием. Стоило сделать всего один шаг вперёд, как окружавшее его подавляющее присутствие сковало воздух. Даже не раскрывая своей личности, все присутствующие инстинктивно поняли, что стоявший перед ними мальчик далеко не обычен. — Хе-хе! Меня зовут Сето! Мальчик невинно улыбнулся и протянул ко мне руку. Услышав названное им имя, я замер с окаменевшим лицом. «Сето, Архиепископ Безумия». Один из шести демонов, стоящих на вершине десятков тысяч демонов. И этот монстр теперь стоял прямо перед моим носом. — …Все назад! Профессор Элиша шагнула вперёд, скрестив руки. Вжжииих! С её кончиков пальцев сорвались сотни серебряных нитей. В отличие от недавнего экзамена, теперь каждую серебряную нить окутывала фиолетовая аура. Нити переплелись в воздухе, словно живые, целясь прямо в Сето. И тогда. — Хе-хе. Мальчик ярко улыбнулся и сделал шаг вперёд. ГРОХОТ! Земля яростно задрожала. Из пола вырвалась масса кроваво-красных шипов, безжалостно рассекая все сотни серебряных нитей. — Значит, ты и есть «Паук Ужаса», да? Сето прищурился, глядя на профессора Элишу. — Хм. Щёлк. От лёгкого щелчка его пальцев. ГРОХОТ! — Кха! Густой кроваво-красный туман, сочившийся из окружающей слизи, мгновенно оплёл тело профессора Элиши. Она отчаянно извивалась, но обвивший её тело туман не ослаблял хватку. — Ты мне неинтересна. Сето, в мгновение ока усмиривший профессора Элишу, прошёл мимо неё и приблизился ко мне. Он наклонился близко-близко, а его глаза сияли, словно звёзды. — Я пришёл встретиться с Дейлом. — …… «Пришёл встретиться со мной», да? С чего бы? До сих пор я никогда не делал ничего такого, чтобы пересечься с Архиепископом Безумия. Пытаясь сообразить, как я умудрился вляпаться в историю с этим демоном, я покачал головой. «Сейчас не время задаваться вопросами о причинах». Каковы бы ни были причины, Архиепископ Безумия разыскал меня. И теперь он стоял передо мной. — Кха… Дейл! Беги, живо! В моих ушах прозвучал отчаянный крик профессора Элиши. Я прикусил губу, бросив взгляд на профессора Элишу, всё ещё запертую в красном тумане. «Бежать?» Противником был Архиепископ Безумия. По чистой силе он занимал второе место среди шести архиепископов. Даже другие архиепископы избегали его, называя монстром среди монстров. Убежать от такого существа по щелчку пальцев было невозможно. «И…» Я бросил взгляд на членов своего отряда. — Кха…! — Кхм… — Я… я не могу дышать… Юрен, Ирис и Камилла с трудом делали даже вдохи под колоссальным давлением, исходившим от Сето. Среди них Юрен казался наиболее стойким, но даже он не мог нормально двигаться. «Альберт… он уже потерял сознание». Я стиснул зубы, глядя на Альберта, который рухнул на землю — изо рта у него шла пена. Даже если бы я мог сбежать, я не мог бросить своих товарищей. Я снова посмотрел на Архиепископа Безумия и сжал кулак. «Смогу ли я победить?» Я мысленно прокрутил сценарий боя с Архиепископом Безумия. Хотя в прошлой жизни мне не доводилось с ним сражаться, я слышал о нём бесчисленные слухи. «Громовержец Лионель Рю был убит Архиепископом Безумия». Каким бы сильным я ни стал в последнее время, я никак не мог победить Громовержца, занимающего третье место среди героев. Не говоря уже о том, кто убил его, — об Архиепископе Безумия. «Даже если я применю Зажигание, я смогу продержаться какое-то время, но победа невозможна». Если бы я каким-то образом мог войти в «состояние аватара», как во время боя с Астаротом, я бы запросто сокрушил Архиепископа Безумия, но… «Я не могу просто так включать это по собственному желанию». Я даже не знал, как в прошлый раз оказался в том состоянии. Ставить жизни товарищей на такую неопределённость было нельзя. «Я должен найти способ разрешить это без боя». Я бы даже не стал рассматривать подобную мысль, будь на его месте любой другой демон. Но это был непредсказуемый Архиепископ Безумия. Возможно. Вполне мог найтись способ выбраться из этого без драки. — Так какое у тебя ко мне дело? — спросил я, встав перед членами своего отряда и преграждая путь Сето. — Хе-хе, причина, по которой я пришёл тебя искать… Сето высунул язык и облизал губы. — Мне просто стало любопытно. — …Любопытно? — Ага! Я услышал о тебе от Мефисто, и мне тааак стало интересно! Захотелось посмотреть, что ты за человек! — …… Значит, он проник на площадку экзамена геройской академии просто из любопытства? Я нахмурился, глядя на жизнерадостно ухмыляющегося Сето. — Но… Сето склонил голову набок, бросил взгляд на членов моего отряда за моей спиной и тяжело вздохнул. — По сравнению с тем, чего я ожидал, это как-то разочаровывает. Лицо Сето исказилось в слегка расстроенном выражении. — Значит, ты такой же, как остальные, да? — …… — Все эти герои, болтающие о защите и спасении своих товарищей… до чего же они все скучные, без исключения. Сето покачал головой из стороны в сторону. — Что ж, из-за этого я на самом деле с ещё большим нетерпением жду возможности увидеть твоё «истинное я». — «Истинное я»? — Угу. Красные глаза Сето блеснули, когда он широко ухмыльнулся. — Лицо, которое ты показываешь, когда находишься на краю смерти. Он сделал глубокий, возбуждённый вдох, а его голос дрожал от предвкушения. — Люди, как бы они ни пытались приукрасить себя, перед лицом смерти всегда становятся честными. Ложная справедливость. Половинчатые убеждения. Жалкая мораль. В этот момент всё исчезает. — Я хочу увидеть твоё лицо, Дейл. Сето уставился на меня, его глаза блестели от безумия. — Учитывая это, я бы хотел предложить одну весёлую игру! — Игру? — Ага! Сето вытащил что-то из-за пазухи. Небольшой металлический предмет, загнутый в форме буквы L. — …Огнестрел? — Ох, точно, ты же из Республики, верно? Хе-хе. Тогда ты должен знать, что такое пушка. Это было оружие, некогда применявшееся в Республике, но от которого отказались из-за трудности наполнения магией. — Это называется револьвер! Видишь эту маленькую круглую дырочку здесь? Сюда заряжаются пули, и когда ты стреляешь — бац! Пуля летит. Голос Сето звучал оживлённо, словно ребёнок с гордостью хвастался игрушкой. — А теперь смотри. Он зарядил в револьвер один патрон, после чего щелчком пальца раскрутил барабан. — Когда вставляешь пулю и крутишь… Сето прицелился из револьвера в стену и нажал на спусковой крючок. Щёлк. Раздался тихий металлический звук, за которым последовала тишина. — Ой, первый выстрел — осечка! А теперь для следующего… барабанная дробь!!! Он снова нажал на спусковой крючок. Бах! С резким треском крошечная пуля устремилась к стене. А затем — Бум!!! Огромный взрыв прокатился эхом, и волна багровой энергии поглотила всё вокруг. — Есть! В яблочко! Сето сжал кулак и запрыгал на месте. — …Эта штука. — Хе-хе. Круто, да? Обычно напитать пулю маной — та ещё заморочка и хлопоты, но раз уж это я, то могу сделать вот так! — …… Само собой разумелось, что это неэффективно. Демону ранга Сето, великому архиепископу безумия, вовсе не нужно было утруждать себя наполнением пуль маной, чтобы высвободить куда большую разрушительную мощь. — Так что за игру ты предлагаешь? — Правила просты. Сето зарядил в барабан ещё одну пулю и снова раскрутил его. Затем он прижал дуло к виску, злобно ухмыляясь. — Шесть патронов. Все здесь присутствующие, включая меня, по очереди нажмут на спусковой крючок, приставив ствол к голове. Сето медленно обвёл взглядом комнату. Профессор Элиша, связанная и окутанная багровой аурой. Ирис, Юрен и Камилла, замершие под колоссальным давлением и едва способные дышать. Альберт, потерявший сознание с закатившимися глазами. И я. — Ой, кажется, нас тут на одного больше. Хм… Полагаю, мы исключим того парня без сознания и сыграем вшестером! Сето мило улыбнулся, покачивая револьвер, который всё ещё был направлен ему в висок. — Если щёлкнет — ты живёшь… если пуля вылетит, твоя голова идёт «поп»! Он помахал рукой возле головы, изображая взрыв. — И тогда мы продолжим играть, пока не останется только один человек. Сето затрясся от смеха, его плечи подпрыгивали. — Ну что? Разве от одной мыслей об этом не весело? — Не неси чушь! — яростно выкрикнула профессор Элиша. — Ты серьёзно думаешь, что мы станем играть в такую нелепую игр… кха! — Тсс. Сето ухмыльнулся, глядя на меня. — Ну что? Если в мой ход выстрелит пуля, я отпущу остальных из вас живыми. — …… Я сузил глаза. — Как мы определяем порядок? — А? — Порядок стрельбы, как мы его определяем? — Ха-ха-ха! Ты и правда собираешься играть? Сето разразился смехом, схватившись за живот. — Очерёдность зависит от того, кто хочет пойти первым. Но… Он направил револьвер себе в висок и изобразил ртом звук «пау». — Тот, кто стреляет, получает право выбрать следующего. Разумеется, нельзя выбирать того, кто уже стрелял. — Вот как? Я выхватил револьвер из руки Сето. — Тогда я начну. — Хм. Ты стреляешь первым, потому что шансы на твоей стороне? Сето нахмурился, разочарованный. — Это начинает надоедать, но неважно. Я всегда держу своё слово. Я поднёс револьвер к виску и нажал на спусковой крючок. Щёлк. Тихий металлический звук, за которым последовала тишина. — Первый раунд — осечка. Сето усмехнулся мне. — Ладно. Кто следующий? Щёлк. — …Ась? Щёлк. — Что ты делаешь? Щёлк. — Поторопись и выбери следующего! Щёлк. Сделав пять выстрелов подряд, я вернул револьвер Сето. — Твоя очередь. ---------- Том 1 Глава 118 — …… Внутри барьера из кроваво-красного тумана. В воцарившейся тишине, упавшей словно занавес. — Ха... С губ Сето, Архиепископа Безумия, сорвался слабый смешок. — Серьёзно? Ты и вправду нажал на спусковой крючок пять раз? — Разве в правилах было сказано, что я не могу сделать это сам несколько раз? — …… Выражение лица Сето затвердело. «Как?» Он пристально уставился на стоявшего перед ним курсанта, словно не в силах понять происходящее. Глаза были спокойны, как будто ничего не случилось. Его разум был забит вопросом: «Как? Почему в нём нет ни малейшего признака волнения?» То, чего Сето не мог постичь, заключалось вовсе не в том, что курсант пять раз подряд нажал на спусковой крючок, целясь себе в голову. Он повидал немало людей, готовых пожертвовать жизнью ради защиты чего-то ценного. Родителей, бросающихся в самое пекло ради своих детей, влюблённых, встречающих смерть лицом к лицу, чтобы спасти друг друга. Он даже становился свидетелем глупцов, отдавших свои жизни за незнакомцев, которых никогда прежде не встречали. «Но...» Даже эти люди выказывали хоть какие-то эмоции, сталкиваясь с близостью смерти. Будь то страх или облегчение... «Некоторые даже испытывали удовольствие». Иногда встречались и такие. Люди, которые вместо этого приветствовали смерть. Те, кто ярко улыбался и широко раскидывал руки, когда смерть была близка. «Но ты... ты даже не из таких». Сето смотрел на Дейла дрожащими глазами. За те пять нажатий на курок... В его глазах не мелькнуло ни единой эмоции. Будто у него в запасе было несколько жизней. Спокойно. Безэмоционально. Он нажал на спусковой крючок. — Ха, ха-ха! Сето разразился смехом, хватаясь за живот. Он широко ухмыльнулся, глядя на Дейла так, будто не мог сдержать охватившего его восторга. «Истинное лицо», которое он разглядел за маской, было... — Ты... Ты ведь уже безумен, не так ли? И впрямь, слово «безумие» подходило ему идеально. Пожалуй, даже больше, чем самому Сето, известному как Архиепископ Безумия. — Ахихи, ихихи! А-ха-ха-ха-ха!!! Да, да, да! Именно так! Сето запрыгал на месте, как ребёнок, широко раскинув руки. — Я просто заглянул сюда по прихоти, а тут такое — нашёлся кто-то безумнее меня! По его спине пробежал холодок. Его тело дрожало от возбуждения, переполненное эйфорией. — Да, хорошо. Я доволен. Сето кивнул и щёлкнул пальцами. Грохот. Кроваво-красный туман, окружавший их, растаял в земле. — Хах! Хах, хах! Кашель, кашель! — Хах, хах... Дейл! Как только барьер исчез, Юрен, Камилла и Ирис, придавленные давлением Сето, жадно заловили ртом воздух. Юрен и Ирис тут же бросились к Дейлу, стоило барьеру рассеяться. — Угх... Профессор Элиша, опутанная кроваво-красным туманом, тоже освободилась и настороженно посмотрела на Сето. — Ну что ж. Ещё увидимся, Дейл Хан! Когда Сето повернулся, собираясь уйти через вход... — Эй. Рука схватила его за плечо. — А? — Громко рассуждаешь, а теперь просто сбегаешь? — Ч-что? Я потянул Сето за плечо, заставляя повернуться ко мне лицом. — Твоя очередь. — …… Сето уставился на протянутый мной револьвер с отвисшей челюстью. — Нет, погоди-ка... Разве я только что не сказал, что позволю вам всем жить? — Позволить жить — это одно. Я нацелил ствол на голову Сето. — Ты всё равно должен сделать выстрел перед уходом. Остался ведь ещё один патрон? — …… — Ну, а если не хочешь, я могу нажать на курок за тебя. Наведя пистолет на голову Сето, я нажал на спусковой крючок. Бах! Раздался выстрел, и голова Сето резко откинулась назад. КАБУМ!!! Конденсированная в пуле демоническая энергия взорвалась. — Хех. С губ Сето сорвался слабый смешок. Когда он снова поднял голову, по его лбу тонкой струйкой побежала кровь. — Тц. Я надеялся, но, как и ожидалось, демонической энергии в пуле оказалось недостаточно, чтобы снести Сето голову. — Ха, ха-ха! А-ха-ха-ха-ха-ха!!! Сето расхохотался, даже не утруждаясь вытереть кровь со лба. — Да, да, да!!! Вот оно! Именно такого безумного героя я и искал! В отличие от других героев, дрожавших от страха при виде него. Этот был извращённым. Не на своём месте. Сломанным до конца. — Хах. И что же мне делать? Кажется, я начинаю в тебя влюбляться. Сето облизал губы, тяжело дыша от возбуждения. Я нахмурился и покачал головой. — Я не интересуюсь парнями. — Серьёзно? Мне что, отрезать его? [Правка переводчика.: Демон-фембой — это совсем не то, чего я ожидал.] — Нет. Отрезать что, ублюдок? — Ха-ха-ха! Да я шучу! Сето рассмеялся, передёрнув плечами, и наклонился ко мне совсем близко. — Жди с нетерпением, Дейл. Он скривил губы в дикой усмешке, высовывая язык. — Я обязательно убью тебя собственными руками. — Вот как? Хех. Слабый смешок вырвался у меня помимо воли. — Тогда попробуй. Если сможешь. — Ха-ха-ха! Да-да, именно такой реакции я и ждал! Сето удовлетворённо рассмеялся и отвернулся. — Ладно, я пошёл! Ещё увидимся, Дейл! Он дико замахал рукой на прощание, шагая прочь, словно прощался с близким другом. — …… — …… Когда Сето ушёл, воцарилась тяжёлая тишина. Но лишь на мгновение. Вздох. Профессор Элиша тяжело вздохнула и покачала головой. — …Курсант Дейл. — Да? — Давай поговорим с глазу на глаз позже. — …… Почему? Что я сделал не так? — Д-Дейл, ты...! Юрен схватил меня за воротник, его глаза пылали. — Зачем ты сотворил такую глупость?! Его голос дрожал, словно он собирался расплакаться, а хватка на моём воротнике только усилилась. — Пять выстрелов... Пять выстрелов! Что бы ты делал, если бы он действительно выстрелил?! — …… — Что мне делать, если ты умрёшь...? На глазах Юрена наконец выступили слёзы. Я посмотрел на него и горько улыбнулся. «Пожалуй, пора ему рассказать». Единственными людьми, знавшими о моём «Благословении возрождения», были Ирис и профессор Элиша. Юрен понятия не имел, что я могу вернуться к жизни, даже если умру. — Я не умру. — ...Чего? — Даже если бы пистолет выстрелил и моя голова взорвалась, я бы выжил. — ......? Юрен нахмурился, словно не понимая. Я огляделся. Если не считать Альберта, который всё ещё был без сознания, все остальные уставились на меня. — У меня есть «Благословение возрождения». — «Благословение... возрождения»? Это ещё что? — Ну, проще показать, чем объяснять. Сказав это, я создал магическую пулю рядом со своей головой. И выстрелил ею прямо себе в висок. Пуф. Вместе с ощущением взрывающейся головы перед глазами всё потемнело. — ...Что? Глаза Юрена расширились от шока, когда он увидел, как моя голова взрывается прямо у него на глазах. — Ч-что ты творишь, Дейл?! Даже Камилла, до этого молча наблюдавшая со стороны, в ужасе закричала. А затем — Врум! Выгравированная на моей левой груди стигма засияла, и под звуки серого пепла моя голова регенерировала, словно время повернулось вспять. — Ч-что? — Что это такое...? Юрен и Камилла уставились на меня с открытыми от шока ртами. Даже Ирис и профессор Элиша, уже знавшие о моём «Благословении возрождения», молча и ошеломлённо наблюдали, как моя голова восстанавливается прямо у них на глазах. — Видите? Это и есть «Благословение возрождения». Я небрежно постучал указательным пальцем по полностью восстановившейся голове. Камилла с дрожащими глазами спросила: — Значит... ты можешь вернуться к жизни, даже если умрёшь? — Именно так. — Снова и снова? Вместо ответа я кивнул. — Ха... Да что за... Камилла недоверчиво покачала головой. — ...Ах. Внезапно Юрен издал тихий возглас, словно до него что-то дошло. — Так вот почему ты тогда не умер... Он, должно быть, вспомнил тот день, когда я в одиночку ворвался в особняк семьи Гелиос. — Короче говоря, я понадеялся на своё благословение и нажал на курок, так что не переживайте так сильно. — ...Не переживать?! Ирис подошла ко мне с раскрасневшимся от злости лицом. — Только потому, что ты не умрёшь, ты всё равно чувствуешь всю боль! Как ты можешь говорить «не переживать»?! Она нахмурилась и шлёпнула меня по спине. Юрен бросил на Ирис напряжённый взгляд. — Ирис, ты знала? Что у Дейла есть «Благословение возрождения»? — Ах... да, знала. — …… Услышав её ответ, Юрен прикусил губу. — Почему ты не сказала мне раньше? — Извини. У меня не было возможности. Дело было вовсе не в том, что я намеренно скрывал это от Юрена. Но... «Ну, у меня особо не было причин рассказывать ему, если только я не собирался умирать». В последнее время, помимо тренировок с магией, не возникало ситуаций, когда мне грозила смерть, так что случая упомянуть об этом не представилось. — И всё же ты мог хотя бы мне сказать! Воскликнул Юрен, явно расстроенный тем, что Ирис знала, а он нет. — Ладно-ладно, давайте закончим эту ссору влюблённых. Профессор Элиша вздохнула и мягко оттолкнула Юрена в сторону. — Курсант Дейл, мне нужно кое о чем поговорить с тобой с глазу на глаз. Профессор Элиша отвела меня за груду камней, где мы находились ранее. — Фух. Я даже не знаю, с чего начать... Профессор Элиша достала сигарету и слегка склонила голову передо мной. — Прости. — А? — Что за профессор, который не может защитить собственного студента...? Я никудышный учитель. Она закусила губу в самобичевании, её выражение лица было полно сожаления. Я тихонько усмехнулся и покачал головой. — Никто не мог предсказать, что здесь появится Архиепископ Безумия. Она зажгла сигарету крошечной вспышкой магии. — …… Профессор Элиша молча затянулась сигаретой. После короткой паузы она посмотрела на меня и спросила: — Я хочу кое о чем тебя спросить. — Спрашивайте. — Почему ты нажал на курок? — А? Ну, потому что у меня есть «Благословение возрождения»... — Нет. Она покачала головой. — Я спрашиваю, почему ты нажал на курок, когда Архиепископ Безумия сказал, что уходит. — Это... — Ты знал? Что Архиепископ Безумия на самом деле приветствует твои безрассудные действия? — …… — Ты специально сделал так, чтобы всё внимание Архиепископа было приковано к тебе? Профессор Элиша выдохнула облачко дыма, её фиолетовые глаза смотрели на меня тяжело и мрачно. — Курсант Дейл... ты случайно не... Её фиолетовые глаза остро блеснули. — ...из будущего? ---------- Том 1 Глава 119 Будь это обычное учебное заведение, семестр закончился бы сразу после итоговых экзаменов, знаменуя начало каникул. Но в школе героев Рейнальда существовал уникальный двухнедельный период, называемый периодом итоговой аттестации. Проще говоря, хотя обычные занятия закончились, курсанты должны были тихо сидеть в школе, не отправляясь домой и не уходя на каникулы, пока не будут объявлены результаты итоговой аттестации. Причина этой довольно неэффективной системы была проста. «Ну, у оценок ведь нет фиксированных ответов». Хотя результаты работы группы можно было оценить по одним лишь итогам, требовалось немало времени, чтобы определить, кто проявил себя лучше с точки зрения личного вклада в команду, за что могли начисляться дополнительные баллы. И дело было не только во времени. Иногда во время аттестации курсантов приходилось вызывать для дополнительных объяснений ситуации, из-за чего школа была вынуждена удерживать их на кампусе. «Благодаря этому сейчас — самое свободное время семестра». Итоговые экзамены закончились, занятий не было, и в этот период итоговой аттестации курсанты большую часть времени проводили собираясь группами и планируя, чем займутся во время перерыва. «Что до меня, то я даже рад, что могу спокойно сосредоточиться на тренировках». Сегодня, как обычно, я проснулся в четыре часа утра, закончил тренировку маны и базовые физические упражнения, после чего направился на личную тренировочную площадку Юрена. Обычно я разминался спаррингом с Юреном. — Юрен? — …… Юрен резко отвернулся, словно не замечая меня. Его крепко сжатые губы и холодный, отстранённый взгляд излучали ауру, которая недвусмысленно говорила: «Я зол». — Я же сказал, что извиняюсь за то, что не предупредил заранее. Я подошёл к нему с неловкой улыбкой, и Юрен, сузив глаза, повернулся ко мне лицом. — …Я рассказал тебе всё ничего не тая, Дейл. С надутым видом произнёс Юрен. — Дейл, ты скрыл от меня благословение. Ты рассказал только Ирис. Ты вечно делаешь безрассудные вещи в одиночку и рассказываешь только Ирис. Ты говоришь группе полагаться друг на друга, но когда дело доходит до опасности, ни на кого не полагаешься. Ты рассказал только Ирис. — …… Похоже, три из шести причин его гнева сводились к одному и тому же. — В любом случае! Если у тебя есть такое благословение, ты должен был сказать мне заранее! Я горько улыбнулся, глядя на Юрена, который кричал с надутыми от досады щеками. — Прости. — …Ты правда сожалеешь? — Да. — Значит, теперь ты ничего от меня не скрываешь? — Ну… Замялся я с озабоченным видом, и лицо Юрена затвердело. Я вздохнул и продолжил: — Я не могу рассказать тебе всё прямо сейчас, но обещаю, что однажды поведаю обо всём. — …Прежде чем расскажешь Ирис. — А? — Когда придёт время, скажи мне раньше, чем Ирис. — …… Я невольно усмехнулся на игривый взгляд Юрена, скрестившего руки на груди. — Ладно. — Хм, хорошо. Тогда на этот раз я тебя прощаю. Юрен неловко откашлялся, прикрыв рот рукой, словно пытаясь скрыть ухмылку, ползущую по лицу. — Кхм. Но в обмен на прощение не мог бы ты оказать мне одну услугу? — Какую услугу? — Погоди здесь минуту. Юрен поспешно направился в раздевалку. Я склонил голову в ожидании, и вскоре дверь раздевалки осторожно приоткрылась. И оттуда вышла… — …Юрина? — Уф… Так странно, ходить не в штанах. Появилась Юрина в блузке с открытыми плечами и струящейся юбке. — Этот наряд… — Да, тот самый, который мы видели, когда вместе сбегали в город. Я сразу узнал его — на него Юрина тогда так пристально пялилась в женском отделе одежды. — Он в последнее время популярен среди курсанток, так что я решила примерить… Как он выглядит? Юрина слегка крутанулась, приподняв край юбки и поворачиваясь ко мне. Её светлые плечи, выглядывающие из-под блузки, чуть обнажённая спина, яркая юбка и туфли на низком каблуке — в её образе всё излучало очарование. Даже в обычной тренировочной одежде она всегда выглядела потрясающе, но теперь в этих вещах у меня перехватило дыхание, а по телу пробежала дрожь. — Тебе идёт. Я постарался максимально скрыть внутреннее волнение и показал ей большой палец. — Хе-хе. Правда? — Да. — Слава богу. Юрина застенчиво улыбнулась, приложив руку к груди. Моё сердце колотилось от переполняющего её очарования, какого я никогда не ощущал, когда присутствовал Юрен. — Так о какой услуге ты хотела попросить? Я отвёл взгляд, чтобы не смотреть на неё, и Юрина приблизилась ко мне. — Присядем на минуту? Юрина мягко взяла меня за руку и подвела к стулу в углу тренировочного зала. Мы сели так близко, что наши плечи почти соприкасались. Юрина посмотрела на потолок с мягкой улыбкой на лице. — Похоже на тот день, правда? — …… День, когда Юрина впервые открыла мне свою истинную личность. Тогда она притворялась, будто не знает меня, скрывая своё истинное «я». — Это было очевидно с самого начала. Такое неуклюжее представление не могло меня обмануть после всего времени, что я провёл с «Юреном». — …Мм? Если подумать. — Разве ты тогда не скрывала от меня свою личность, Юрина? — А? — Ты скрывала от меня, кто ты на самом деле, так почему же… — Ах, нет! Это другое! — Чем же это другое? Разве это не то же самое в том смысле, что она тоже утаивала правду? — Эм… Ну, я имею в виду… Смущённая Юрина запиналась, прежде чем сжать кулаки и воскликнуть: — По крайней мере, я первая попалась тебе! — …… Не похоже, чтобы это имело большое значение. — В любом случае! Не нужно тут вдруг менять тему! Как только разговор принял неприятный для неё оборот, Юрина скрестила руки крест-накрест и надула щеки. Я усмехнулся её упрямству и кивнул. — Ладно-ладно. Так что за услугу ты просишь? — Моя просьба… Юрина вдруг склонила голову ко мне. — Ты можешь… погладить меня по голове? — …Погладить по голове? — Да. Юрина застенчиво отвела взгляд, её щеки слегка покраснели. — Эм, нельзя? — Нет, ну… почему же, можно. Если подумать, я уже слышал от неё подобную просьбу раньше. «Ей нравится, когда её гладят по голове?» В прошлой жизни я никогда такого за ней не замечал. Или, вернее, то, что она тщательно скрывала. Истинное лицо, скрытое за фасадом «Юрена», Солнца. «В конце концов, истинное лицо человека не всегда оказывается чем-то безобразным». Я отогнал всплывший в памяти образ Сето и медленно протянул руку, чтобы погладить её по голове. — Мм. Её мягкие серебристые волосы скользнули сквозь мои пальцы. Когда я мягко провёл рукой вниз, казалось, будто я глажу тончайший шёлк, излучающий блеск. — Вот так? — Д-да. Юрина закрыла глаза, словно наслаждаясь ощущениями от моей руки. Я продолжал гладить её по голове, пока она не выглядела удовлетворённой. — Фуа~. — Мне остановиться? — Е-ещё чуть-чуть. Юрина приоткрыла глаза, хватаясь за мой рукав, когда я уже собирался отнять руку. — Ещё совсем чуть-чуть… пожалуйста. — …… Это смахивает на жульничество. Эх. Еле сдерживая колотящееся сердце, я неохотно убрал руку с её головы. — …Ах. Юрина разочарованно вздохнула, её глаза следовали за отстраняющейся рукой. — На сегодня хватит. — Тц. — Сделаю это в следующий раз. — Мм… обещаешь? Юрина мило улыбнулась. Избегая её взгляда, я неловко откашлялся. — Кстати, ты же упоминал Архиепископа Безумия, верно? Того самого, кто напал на нас, этого мелкого сопляка. — О, да. — …Он сказал, что убьёт Дейла. В глазах Юрины вспыхнула ярость, зубы заскрежетали от гнева. Внезапно из неё хлынул удушающий поток колоссальной маны, сотрясший весь тренировочный зал так, будто началось землетрясение. — Этот сорванец… Я ему этого не прощу. Тело Юрины начало светиться серебристым светом. Это была особенность, возникавшая при использовании «Благословения Лунного Света». «Что за чёрт?» Я широко раскрыл глаза от маны, исходившей от Юрины. Я всегда знал, что объём её маны огромен, но теперь он рос до такого уровня, по сравнению с которым слова вроде «огромный» казались недостаточными. «Не то чтобы она только что накатила кучу зелий маны… что происходит?» Стоя с разинутым ртом из-за внезапного и необъяснимого всплеска её магии, я понял, что до сих пор не спросил её об условиях, при которых активируется её «Благословение Лунного Света». — Если подумать, каково условие активации этого Благословения Лунного Света? Если дело не в каком-то волшебном зелье, единственным объяснением этого внезапного роста силы могло быть благословение. — Это… На мгновение Юрина вздрогнула, её плечи задрожали, и она замолчала на полуслове. Она тихо кашлянула, прежде чем быстро повернуть голову и встать. — Это секрет. — Эй, разве ты не говорила раньше, что ничего от меня не скрываешь? — Ну, Дейл, у тебя ведь тоже есть секреты от меня, верно? Мне положен хотя бы один секрет. Юрина одарила меня озорной улыбкой, пожав плечами. — Я быстренько переоденусь, а потом давай снова начнём тренировку. В последнее время я сосредоточилась на более тонком контроле маны… а ты ведь в этом хорош, верно? — Ну, в этом-то я уверен. В прошлой жизни единственное, в чём я превосходил Юрена, — это тонкая настройка магии. — Это из-за отзыва, который ты получила от профессора Элиши? — Да. Отчасти из-за этого… Но, честно говоря, в последнее время мой запас маны так сильно увеличился, что её трудно контролировать. — …… — Эм, почему у тебя такой жуткий взгляд? Наверное, именно так чувствуешь себя, когда кто-то близкий говорит: «Ой, у меня в последнее время столько денег… куда бы их потратить?» — и просит совета. Хотя я знал, что она не желает ничего дурного, мне всё равно хотелось слегка шлёпнуть Юрину по голове. — Эх. Неважно. Я покачал головой и встал. — Ладно, я погоняю тебя на тренировке как следует, так что давай быстрее переодева- Бип-бип… Как только я собирался продолжить тренировку с Юриной, раздался отчётливый звон, и часы героя на моём запястье засветились. Я проверил сообщение на часах героя и горько усмехнулся. — Прости. Тренировку придётся отложить. — Почему? Кто тебе пишет? — Профессор Элиша. — …С чего бы профессору Элише тебя звать? Сейчас период итоговой аттестации, и все профессора жутко заняты. — Ну… Я тихо вздохнул и повернулся к выходу с тренировочной площадки. — Это личная встреча. У нас с профессором Элишей оставались незавершённые дела. То, о чём я никому ещё не рассказывал. ---------- Том 1 Глава 120 — Тук-тук. Я стоял перед кабинетом профессора Элиши и осторожно постучал в дверь. — Войдите. Раздался голос изнутри. Я медленно открыл дверь кабинета. — Ты пришёл. Когда дверь открылась, я увидел профессора Элишу в её обычном чёрном костюме: она сидела, закинув ногу на ногу, а в губах у неё тлела сигарета. — Садись. Я налью тебе чего-нибудь выпить. Элиша встала, потушив сигарету в пепельнице, подошла к полке и бросила на меня взгляд через плечо. — Виски? Вино? — Разве в таких ситуациях обычно не предлагают кофе или чай? — Единственный безалкогольный напиток, который стоит пить, — это вода. — Звучит как слова алкоголика. — Ха-ха, не переживай. Герои всё равно не могут спиться. Как она и сказала, у героев иммунитет гораздо сильнее, чем у обычных людей, поэтому сколько бы алкоголя они ни пили, зависимости у них не возникало. «А если подумать, быть героем — это какая-то имба». Слава Стигме. — Тогда давайте виски. — Поняла. Профессор Элиша наполнила стакан льдом, налила виски и принесла его мне. Когда я сделал глоток, в нос ударил аромат дуба вместе со жгучим вкусом крепкого алкоголя. Для меня, человека, который обычно пил только дешёвое пиво, этот вкус был непривычным. «Хм». Я потёр подбородок, закрыв глаза и делая вид, что наслаждаюсь вкусом. По правде говоря, я не особо разбирался в сортах виски, но как мужчина хотел выглядеть знатоком. — Первый глоток даёт яркий аромат дуба. Затем во рту остаётся сладковатый ванильный шлейф, и наконец — тонкое древесное послевкусие. Должно быть, это какой-то высококачественный виски… — Это дешёвый виски за двадцать семь золотых из круглосуточного магазина. — Чёрт. Ну, раз уж угощала, могла бы взять что-нибудь получше…! — Ха-ха, не знала, что у тебя есть такая очаровательная сторона, курсант Дейл. Хмыкнув, профессор Элиша пригубила свой стакан. — Итак. Дзинь. Она поставила стакан на стол, и её фиолетовые глаза блеснули. — Могу ли я наконец получить ответ на вопрос, который задала тебе раньше? — Прежде чем ответить, позвольте спросить: почему вы пришли к такому выводу? — Хм. Почему я пришла к такому выводу, говоришь… Профессор Элиша откинулась на спинку стула и скрестила руки. — Как я уже говорила, курсант Дейл, ты слишком силен. Почти чрезмерно. — Вы подозреваете, что я из будущего, только потому, что я силен? — Нет. Это не единственная причина. Она слегка покачала головой. — Есть и другие сильные ребята вроде курсанта Юрена или твоего старшего Аарона с четвёртого курса, которые сильны не меньше тебя, если не сильнее. Их тоже считают «выходящими за рамки обычных стандартов». Однако — Профессор Элиша сузила глаза. — Курсант Дейл, ты… другой. В тебе что-то есть. Какой-то закалённый опыт. Стыдно признаться, но когда на нас напал Архиепископ Безумия, твоё самообладание оказалось куда выше моего. Она достала ещё одну сигарету и закурила. — И это был не единственный раз. Во время промежуточной аттестации, когда на полигон прорвались одичавшие демонические звери, и когда епископ Харрис расставил ловушки в деревне, всё было точно так же. Ты никогда не паниковал. Ты реагировал мгновенно, словно уже много раз сталкивался с подобными ситуациями. — Было бы легко списать твою невероятную силу на чистый талант, но, как ты сам сказал, то, чего не случалось раньше, не значит, что не случится в будущем. Она вздохнула, и кончик сигареты ярко заалел. — Но твой выверенный, опытный подход нельзя объяснить только талантом или упорным трудом. Вот как она пришла к выводу, что я попал сюда из будущего. — Ха-ха. Я горько усмехнулся, вытирая лицо. Осушив стакан виски, я произнёс: — Вы правы. — Хм? — Я из будущего. — …… Она искренне удивилась моему ответу, словно не ожидала, что я это подтвержу. — …Ты серьёзно? — Вы же сами спросили, разве нет? — …… Элиша приложила руку ко лбу, явно пребывая в растерянности. — Это из-за «двух сил», дремлющих внутри тебя? — Наверное. Но точно я не знаю. Я горько улыбнулся и покачал головой. Элиша стряхнула пепел с сигареты и спросила: — Если ты действительно из будущего, то насколько далеко во времени ты зашёл? — Насколько далеко в будущем… ну. Я не знаю. — Ты не знаешь? — Прошло слишком много времени, чтобы вести счёт. — …Что ты имеешь в виду? — Когда я в последний раз считал, прошло около семи тысяч лет, так что… сейчас может набежать уже больше десяти тысяч. И это не считая времени после. — П-подожди. Семь тысяч лет? Десять тысяч лет? О чём ты вообще говоришь? Профессор Элиша встала, глядя на меня широко раскрытыми от изумления глазами. Я откинулся на спинку стула и легко коснулся пальцем левой стороны груди. — Вы же знаете, да? Что у меня есть «Благословение Возрождения». — …Быть не может. Её лицо побледнело. — Ты хочешь сказать… оно останавливает не только смерть… но и старение? — Разве старение — это не ещё одна форма смерти? Я спокойно кивнул. — …… Профессор Элиша застыла, глядя на меня окаменевшим взглядом. Её губы слегка задрожали, прежде чем она наконец выдавила из себя дрожащий вопрос. — …Ты можешь рассказать? О будущем… вернее, о своей прошлой жизни? — Это долгая история. Вы уверены? — Я не против. Она кивнула и снова села. — Фух. С чего бы вообще начать… Я глубоко вздохнул и начал свой рассказ. О том, как выпустился последним среди героев и стал наёмником низшего ранга. О десяти годах наёмнической работы до того, как сформировать группу с Юреном, Ирис, Беральдом и старшей Софией. О том, как стал одним из «Последней пятёрки героев», последней надеждой человечества. О финальной битве с Богом Демонов и о том, как остался в мире совсем один. Затем — о тысячелетних скитаниях по континенту в поисках Первозданного Пламени. Всё то, что знал только я. Истории, которые я хранил в тайне. Сказания, которыми никогда ни с кем не делился. — …Вот и всё. К тому моменту, когда мой долгий рассказ подошёл к концу, за окном уже спустилась темень. Дзинь. Я опустошил стакан с виски, даже не пытаясь сосчитать, сколько рюмок выпил за это время. — …… Профессор Элиша молча смотрела на меня. Я видел, как слегка подрагивали её фиолетовые глаза. — Курсант Дейл… Она закусила губу, прежде чем продолжить: — Какую же… сколь же ужасную жизнь тебе пришлось вынести? В глазах профессора Элиши блеснули слёзы. Её обычно невозмутимое лицо, настолько холодное, что казалось, будто от укола из него не прольётся ни капли крови, теперь исказилось от боли. Я горько усмехнулся и покачал головой. — Пустяки. В конце концов, это уже… всё в прошлом. «Всё в прошлом?» Голос эхом прозвучал у меня в голове. Такой знакомый. Мой собственный голос. — …… Внезапно. Моё зрение изменилось. Передо мной раскинулась белоснежная пустошь. Бушующая снежная буря. Белый пар вырывался изо рта. Ноги проваливались в снег по самые колени. Оглушающая тишина, словно на мир опустилась тяжёлая завеса. Чисто-белый цвет. Настолько белый мир. — …Ах. Разве это пустяки? Разве всё это действительно в прошлом? «Нет». Быть того не может. Ни за что. — Ах… уф. — Курсант Дейл…?! Всё нахлынуло разом. Забытые воспоминания, подавленные эмоции. Словно прорвало плотину, они хлынули наружу потоком. — Я был… так одинок. Обрывок переполнявших меня эмоций сорвался с губ. — Настолько одинок, что казалось, будто я умираю… но я не мог умереть… Сколько бы я ни терпел, терпел, терпел, терпел и снова терпел, этому не было конца…! Я выплёскивал эмоции, которые так долго сдерживал. — Я знал, что это галлюцинации, но, как дурак, смеялся и болтал с ними… сотни, нет, тысячи раз повторяя одни и те же разговоры…! — Курсант Дейл. — Но даже тогда… этому не было конца…! Сколько бы раз я ни разбивал себе голову, ни перерезал горло, ни вырывал сердце, ни сжигал тело! Что бы я ни делал, я просто продолжал возвращаться…! — Курсант Дейл! Профессор Элиша схватила меня за плечи. Картинка перед глазами моргнула, и белоснежная пустошь сменилась знакомым кабинетом. — …Тебе уже полегче? — Ха-а, ха-а… Я тяжело дышал, сглатывая вязкую слюну. — Простите. Я на секунду потерял контроль. — …… — Ладно, уже поздно, я пойду. Скрип. Я встал и повернулся к выходу, словно убегая. И тогда. — Курсант Дейл. Профессор Элиша притянула меня к себе и прижалась своими губами к моим. Мягкое ощущение передалось через губы. Наши языки переплелись. — …Теперь полегче? После короткого поцелуя профессор Элиша взяла моё лицо в ладони и спросила: — …… Я коснулся губ, чувствуя оставшееся тепло, и тихо рассмеялся. — Со вкусом табака. — Хм. Не лучший комплимент человеку, с которым только что поцеловался. Профессор Элиша слабо улыбнулась и мягко обняла меня. Она погладила меня по спине, словно утешая плачущего ребёнка. — Прости, что заставила вспомнить то, что ты уже забыл. — …… — Хм, кстати… Профессор Элиша, погружённая в раздумья, щёлкнула пальцами, и в её глазах мелькнула искорка. — Выходит, по сути, ты живёшь уже тысячи лет, курсант Дейл? — Ну… если считать прошлую жизнь, наверное, да. Хотя, если честно, я совсем не чувствовал себя старым. Если под старостью понимать мудрость, приобретённую с опытом, то в той снежной пустоши у меня были лишь бесконечное одиночество и изоляция. — Хм. Хмм. Хммм. — …Что такое? — Хе-хе. Значит, технически ты старше меня, да? С воодушевлённым выражением лица профессор Элиша сверкнула фиолетовыми глазами. Я сдержал смешок, глядя на неё. — Разве так уж важно, кто старше? — Важно. Профессор Элиша усмехнулась, запрыгнула на край стола и закинула ногу на ногу. — С сегодняшнего дня я буду звать тебя «Дейл-оппа». — …… — Дейл-оппа. Интересно, почему же? Хотя она называла меня словом, о котором мечтает услышать большинство парней, словом, занимающим верхние строчки в хит-параде желанных прозвищ… Вместо сладкого трепета я почувствовал странный дискомфорт, словно по коже ползали мурашки. — Профессор Элиша. — Хе-хе, в чём дело, Дейл-оппа? — …… Я покачал головой и тяжело вздохнул. — Вам не идёт. — …Тц. На этом моя личная (и слегка интимная?) встреча с профессором Элишей подошла к концу. Вместе с лёгким чувством облегчения, поселившимся в моём сердце. ---------- Том 1 Глава 121 Тренировочная площадка была настолько огромной, что термин «личная зона для тренировок» к ней едва ли подходил. Я стоял в одиночестве посреди просторной тренировочной площадки, приложив руку к груди. Магическая пуля размером меньше песчинки формируется в моём кровотоке. Гонимая током крови магическая пуля проникает в моё сердце и взрывается внутри него. Тук. Ощущение, будто в грудь ударил тупой предмет, и боль растекается по всему телу. Моё зрение меркнет, погружаясь во тьму, и силы покидают тело. Но лишь на мгновение. Вууууух! Моя стигма излучает свет, и моё разбитое сердце регенерирует, возвращаясь к прежней форме. Ха-а. С моих губ срывается выдох, смешанный с пеплом. — Зажигание. Под тихое заклинание моё тело охватывает слабое пламя. Из моих пор клубится пепельно-серый дым, окутывая всё вокруг. Зажигание. Техника, которая запускает первозданное пламя через мою «смерть», позволяя временно обрести колоссальную силу. — Ха-а. Выдохнув вздох, смешанный с пеплом, я сжимаю рукоять меча. Вжух! Пепельное пламя обвивает клинок, яростно пылая. Прошло всего несколько секунд с тех пор, как я зажёг Пепельное Пламя, но я уже чувствовал, как мана внутри стигмы стремительно истощается. Я крепко сжал меч и яростно взмахнул им в воздухе. Меч Пепла. Первая форма: Аннигиляция. Окутанный Пепельным Пламенем клинок яростно рассёк воздух. Бум! Вся тренировочная площадка содрогнулась от одной лишь ударной волны, созданной взмахом. — Следующая... Опустив меч, я сотворил в воздухе клинок из маны. Вжух! Пепельное пламя окружило клинок из маны, ярко пылая. Меч Пепла. Вторая Форма: Пылающий Клинок. Окутанный Пепельным Пламенем клинок из маны свирепо пронёсся вокруг. Щелчок. По лёгкому щелчку моих пальцев парящий в воздухе клинок из маны рассеялся. — А теперь последняя. Эту технику я освоил недавно и ещё не слишком в ней искусен. Вжух! Пепельное пламя, обвивавшее меч, собралось на кончике клинка. Концентрируясь на кончике, Пепельное Пламя впитало окружающие частицы пепла, увеличиваясь в размерах. Пепельное Пламя на кончике меча горело так яростно, казалось, оно пожрёт всё вокруг. Меч Пепла. Третья Форма: Копьё Инферно. Как раз перед тем, как сконцентрированное Пепельное Пламя успело высвободиться... Пип! Пип! [Предупреждение.] [Обнаружена аномалия в барьере поглощения ударов.] Раздался громкий сигнал тревоги, и внутреннее пространство тренировочной площадки вспыхнуло красным. «А я ведь даже ещё не выпустил его». Я нахмурился и развеял концентрированное Пепельное Пламя на кончике меча. — Фух. Я медленно выдохнул и вернул меч в ножны. Проверив ману внутри стигмы, я увидел, что она практически истощена. «Эти техники поистине потребляют уйму маны». И Аннигиляция, и Пылающий Клинок требуют значительного количества маны, но новая техника, которую я отрабатываю, Копьё Инферно, расходует её ещё больше. Ш-ш-ш-ш! Звук горящей плоти сопровождал быстрое восстановление истощённой маны. «В состоянии Зажигания мана продолжает регенерировать, так что это ещё куда ни шло, но в обычных условиях её трудно поддерживать». Я нахмурился, оглядывая своё тело, объятое слабым пламенем. «Недостаточно». Я вспомнил о встрече с архиепископом Безумия всего пару дней назад. Удушающее давление, от которого трудно было дышать только при одном взгляде на него. Хотя я на самом деле с ним не сражался, я точно знал, что даже в состоянии Зажигания он — сложнейший противник. — Чтобы сразиться с этим сопляком... Крепко зажмурившись, я мысленно вернулся ещё дальше в прошлое. В то время, когда я сражался с архиепископом Иллюзий Астаротом во время Фестиваля Запечатывания. -У тебя вообще есть предел?! Как такое вообще возможно?! Пламя яростно обвивало меня. Бесконечная мана бурлила без конца. Впервые я мог свободно высвобождать все свои техники без оков «маны», и одним лишь взмахом руки превращал всё вокруг в море огня. «И правда, мне нужно состояние Воплощения Огня». Одно лишь воспоминание о том времени, когда первозданное пламя охватило всё моё тело и даровало бесконечную ману, заставляло мороз пробегать по коже. Если бы я мог свободно управлять этой силой, я бы запросто растоптал архиепископа Безумия. — Проблема в том, что я понятия не имею, как войти в это состояние. Я вздохнул, нахмурившись. Я перепробовал бесчисленное множество способов снова войти в состояние Воплощения Огня, но ничего не помогало. «Простая многократная смерть не запускала его». Многочисленными опытами было подтверждено, что первозданное пламя реагирует на мою «смерть». Хотя я продолжал создавать магические пули, чтобы взрывать собственное сердце, первозданное пламя не охватывало всё моё тело так, как тогда. — Должно быть какое-то условие помимо простой смерти... Я сузил глаза, погрузившись в раздумья. Оглядываясь на ту ситуацию, можно было выдвинуть лишь одну правдоподобную гипотезу. «...Это была экстремальная ситуация». Напряжение, от которого казалось, будто моё сердце сейчас разорвётся. Отчаяние, которое будто душило меня. Враждебное давление, давившее всей тяжестью, и агония, от которой каждая клетка моего тела казалась раздавленной. «Это правда; нельзя испытать те эмоции, снова и снова умирая в одиночестве в комнате». Хотя стимул тот же самый, ощущения различаются: массируешь ли ты собственные плечи или это делает кто-то другой. Точно так же, даже если это та же самая «смерть», ощущения кардинально меняются в зависимости от того, кто её переживает. — Иными словами... мне нужно пережить настоящую «смерть», чтобы воссоздать ситуацию, похожую на ту... Проблема заключалась в том, что в последнее время я стал слишком сильным, так что умереть стало практически невозможно. Конечно, если бы я действительно захотел, то мог бы попросить кого-нибудь убить меня, но это мало чем отличалось бы. — Эх. В конце концов, это означало, что мне придётся бросить себя в какую-нибудь экстремальную ситуацию вроде прыжка в огонь с бочкой масла за спиной. «Легче сказать, чем сделать». Будь экстремальные ситуации так просты в создании, их бы не называли «экстремальными». И штука с экстремальными ситуациями в том, что для каждого критерии свои. Для кого-то столкновение с бродячей собакой на улице может показаться экстремальной ситуацией. Для другого укус жука может показаться экстремальным событием. Или кто-то другой решит, что это экстремальная ситуация, когда мама вламывается к нему в комнату поздно ночью, пока он утешает себя. «Если честно, я бы тоже счёл это экстремальным». К сожалению, у меня не было мамы, которая врывалась бы ко мне в комнату по ночам. Как бы то ни было. С моим бессмертным телом мне было трудно почувствовать что-либо экстремальным, если только это не была поистине опасная ситуация. — Впрочем, один способ есть. Медленно перебирая воспоминания о своей прошлой жизни, я нахмурился. Действительно существовал метод загнать себя в «экстремальную» ситуацию, но это была рискованная авантюра. «И всё же, есть ли у меня другой выбор?» Глубоко вздохнув, я вышел из тренировочного зала. Точно так же, как для азартных игр нужны фишки, мне кое-что требовалось, чтобы претворить в жизнь план, зарождавшийся в моей голове. * — ...Просишь разрешение на увольнительную? В кабинете профессора Лукаса. Профессор Лукас, выглядевший совершенно измотанным после бессонной ночи за проверкой итоговых экзаменов, нахмурился на меня. — Разве ты не знаешь, что курсантам запрещено покидать академию в период итоговой аттестации? — Вот поэтому я и спрашиваю, не могли бы вы с этим что-нибудь поделать. Чтобы покинуть кампус на неделе итоговых экзаменов, мне требовалось разрешение на увольнительную от ответственного профессора. — Разве профессор Элиша уже не закончила оценивать работы нашей группы? — Всё равно правила есть правила. Я не могу выдать разрешение на увольнительную во время итоговой аттестации. Профессор Лукас решительно покачал головой. — А как насчёт информации, что могло бы понравиться профессору Бьянке...? — Исключено. Я сказал нет. Тц. Цокнув языком на его непреклонность, я вздохнул. Всегда оставался вариант ускользнуть из академии тайком, раз уж занятий больше не было. «Но если меня поймают, путь лежит прямиком в дисциплинарный комитет». Я ведь изо всех сил старался занять первое место на итоговых экзаменах и не хотел портить всё наказанием. «Может, пойти попозже?» Не было никаких гарантий, что даже если я пойду, то найду хоть какие-то подсказки о состоянии воплощения. Пробиваться силой ради столь неопределённой вещи не стоило, так что я уже собирался сдаться, как вдруг... Щёлк. Дверь кабинета открылась, и вошла элегантная женщина в чёрном костюме. — Какая интересная беседа у вас тут завязалась. Услышав наш диалог, профессор Элиша уверенно вошла с огоньком в глазах. — ...Какими судьбами ты здесь? Профессор Лукас скривился от её вторжения. Она усмехнулась, постукивая по стопке проверенных работ на столе Лукаса. — Я закончила со своими делами и услышала, что мой очаровательный младший коллега полночи жёг свечи над проверкой экзаменов, так что я решила протянуть руку помощи. — О! В таком случае, не могла бы ты проверить класс Б... — Хотя нет, я передумала. — Что? Профессор Лукас ошеломлённо уставился на неё. Профессор Элиша бросила на меня взгляд и продолжила: — Я тут услышала, что курсант Дейл просил разрешение на увольнительную. — А, да. Но по правилам курсантам запрещено уходить во время итоговых экзаменов. — Хм. Как странно... Она погладила подбородок, а в уголках её губ заиграла ухмылка. — Насколько я помню, один курсант тайком улизнул на неделе итоговых экзаменов, чтобы купить подарок понравившейся ему курсантке. — ……! Профессор Лукас замер. — Как же его звали... — С-старшая! Бац! Профессор Лукас ударил по столу и вскочил на ноги. Профессор Элиша хитро улыбнулась, поворачиваясь к нему. — Ты ведь можешь выдать разрешение на увольнительную, верно? — Грр... Со стоном Лукас опустил голову, открыл ящик стола, набросал разрешение на увольнительную и швырнул его мне. — Как и ожидалось, Лукас — хороший младший товарищ, который слушает старших. Элиша удовлетворённо улыбнулась и посмотрела на меня. — Тебя это устраивает, курсант Дейл? — Спасибо. Удивлённый её неожиданной помощью, я схватил разрешение на увольнительную со слегка ошеломлённым выражением лица. Я подумал, что теперь смогу осуществить свой план без всяких забот, как вдруг... — Но... было бы нечестно оказывать особые привилегии только одному курсанту, верно? Она скрестила руки на груди и задумчиво погладила подбородок. — Хм. У меня есть отличная идея. — ...Отличная идея? — Если ты уйдёшь под предлогом помощи профессору с внешним поручением, это ведь не вызовет никаких проблем? Её глаза блеснули с оттенком предвкушения. — В связи с этим, курсант Дейл... Она легко дёрнула меня за галстук, проведя языком по губам, словно смакуя эту идею. — Почему бы мне не составить тебе компанию? ---------- Том 1 Глава 122 На следующий день. Приведя себя в порядок перед выходом, я прибыл к месту встречи и стал ждать профессора Элишу. Я просидел в тени около десяти минут, чтобы укрыться от палящего летнего солнца. Врум. Под звук мотора магический автомобиль профессора Элиши подкатил прямо ко мне. Окно опустилось, и профессор Элиша в солнцезащитных очках небрежно помахала рукой. — Ты долго ждал? — Нет, сам пришёл всего минут десять назад. — Садись. Загрузив свой багаж на заднее сиденье, я устроился на пассажирском. — У тебя совсем немного вещей. — Ну, мы же не собираемся далеко. К тому же, стоит войти «туда», большая часть привезённых с собой из внешнего мира вещей становится бесполезной. — Кстати, кажется, ты так и не сказал, куда мы направляемся. — Вы согласились поехать со мной, даже не зная пункта назначения? — Ха-ха, я ведь немало тебе задолжала, курсант Дейл. Заметив, как профессор Элиша беспечно пожала плечами, я сдержал лёгкую улыбку. — Ну… когда мы прибудем на место, вы сами его узнаете, профессор Элиша. В конце концов, мы побывали там всего пару дней назад. — Хм, ладно. И куда мне ехать? — Просто продолжайте ехать прямо в эту сторону. И вот мы направились к пункту назначения на магическом автомобиле профессора Элиши. Минут через двадцать мы прибыли к небольшой горе неподалёку от школы. — Это место… — Узнаёте? — Разве это не та гора, в которой находится вход в подземные руины под школой? — Верно. Подземные руины под школой, где проходила итоговая аттестация, были настолько огромными, что напоминали подземный город. Вход располагался внутри этой горы. Большинство курсантов не знали об этом входе, так как во время экзамена мы использовали врата телепортации. Теперь, когда экзамен закончился и все врата телепортации были изъяты, нам не оставалось ничего другого, кроме как войти через этот вход. — Ты же говорил о создании экстремальной ситуации, не так ли? — Да, говорил. — …Но почему мы здесь? Стражи-големы убраны, так что здесь наверняка пусто. Огромные подземные руины под Академией Героев. Благодаря своей обширной и сложной структуре они использовались для итоговых аттестаций и различных практических занятий. Обычно руины пустовали. — Не думаю, что экстремальная ситуация, к которой ты стремишься, курсант Дейл, произойдёт здесь. — Всё в порядке. Наш пункт назначения находится «ниже», чем это место. — …Ниже? Профессор Элиша прищурилась, глядя на меня так, будто гадала, какую чушь я несу. — Вы слышали слух о том, что под Академией Героев запечатан Бог Демонов? — Конечно, слышала. Весь континент знал, что школа построена на земле, где 500 лет назад Бог Демонов был запечатан Мечом Солнца, Рейнальдом. — Тогда вы знаете, на какой именно глубине погребён бог демонов? — Ну… должно быть, достаточно глубоко, чтобы ни один человек не смог туда добраться. Хотя было широко известно, что Пятеро Великих Героев запечатали здесь бога демонов, никто не знал точного места. Говорили лишь, что бог демонов заточен в «бездне», недоступной для людей. — Шестой этаж. — Шестой этаж…? — И эти руины — «первый этаж» так называемой бездны, где запечатан бог демонов. — …! Глаза профессора Элиши расширились, а рот приоткрылся. — П-подожди. Что ты только что сказал? Эти руины — и есть та самая «бездна», где запечатан бог демонов? — Разве вы не находили это странным? Я оглядел огромные подземные руины, напоминающие подземный город. Эта территория была намного больше всей школы, располагавшейся над ней. — Разве не странно, что такие огромные руины находятся прямо под школой? Бог Демонов, запечатанный под школой. Огромные подземные руины, расположенные прямо под ним. Было несложно провести смысловую связь между ними. — Многие герои за последние 500 лет утверждали нечто похожее на то, о чём говоришь ты, Дейл. Но за всё это время так и не было обнаружено ни единого прохода на «нижние» уровни этих руин. — Всё потому, что его нет. Я пожал плечами и кивнул. — Физического прохода, ведущего ещё ниже, не существует. — …Ты что, играешь со мной в слова? Профессор Элиша сверкнула на меня свирепым взглядом. Я тихо усмехнулся и покачал головой. — Нет. Я имею в виду, что физического прохода нет. — Нет физического прохода…? Профессор Элиша сузила глаза. — Как же мы вошли в эти руины во время итоговой аттестации? — …Хочешь сказать, на нижние уровни ведёт телепорт? — Да. Но сначала нам нужно активировать скрытый магический круг внутри руин, чтобы включить телепортацию. — Ха. Профессор Элиша помассировала лоб, издав пустой смешок. — Как же за 500 лет никто об этом не узнал? Нельзя сказать, что это место было полностью скрытой зоной. На протяжении 500 лет сотни и тысячи курсантов сдавали здесь экзамены и проходили практические занятия. Здесь даже была голографическая карта руин, которую можно было увидеть с помощью часов героя. Было трудно поверить, что телепорт, о котором никто не знал, существовал целых 500 лет. Даже зная, что я «регрессор», принять это было непросто. — Что ж, в этом нет ничего удивительного. Информация о «бездне» была намеренно стёрта. — Стёрта? Кем? — Как вы думаете? Я указал на потолок подземных руин. Точнее, на Академию Героев, возвышавшуюся над ними. — Теми, кто запечатал Бога Демонов. — Хочешь сказать, Пятеро Великих Героев скрыли информацию о бездне? — Зачем им было позволять подобной информации распространяться? Ничего хорошего из этого бы не вышло. — Хм. В этом действительно есть смысл. Профессор Элиша погладила себя по подбородку и кивнула. С их точки зрения, распространение информации о бездне не принесло бы никакой пользы. — Ладно, пойдёмте. — …Поняла. Профессор Элиша тяжело кивнула и последовала за мной. Я направился к центру руин. Это было не похожее на лабиринт место, загороженное возвышающимися скалами, а широкое открытое пространство. — Вот оно. — …Здесь действительно скрыт магический круг? Профессор Элиша нахмурилась, оглядывая окрестности. Её фиолетовые глаза заблестели, когда проступили чёрные вертикальные зрачки, переливаясь озарением. — Тц. Как и ожидалось. Даже с её «Благословением Ясновидения» вокруг не было ничего похожего на магический круг. — Ха-ха. Будь это магический круг, который можно обнаружить с помощью Благословения Ясновидения, его бы открыли целую вечность назад. — Тц. Её Благословение невероятно эффективно при исследовании живых существ или их внутреннего мира, но от него мало проку в поиске подобных скрытых магических кругов. В конце концов, у магических кругов нет биологических жидкостей. Истинная сила её Благословения Ясновидения проявляется только тогда, когда она напрямую поглощает биологические жидкости своей цели. — Прошу вас отойти на шаг назад. Я приложил руку к земле руин и медленно позволил своей мане перетечь в неё. Я впервые активировал телепорт, связанный с «Бездной», но не думал, что потерплю неудачу. Основная структура этого магического круга основана на трёх неразрешимых проблемах Мудреца. И я уже решил все эти проблемы, кроме одной. Вууух! Магический круг, бывший до сих пор невидимым, начал излучать свет, заставляя руины вибрировать. Сложные узоры магии переплетались в воздухе, закручиваясь воронкой. Это выглядело так, будто буквы из книги оторвались от страниц и свободно парят в воздухе. Зииинг. Сияющие синие нити текста собрались в одной точке, образуя врата телепортации. — Вот так, теперь мы можем войти. — Ха… Профессор Элиша сухо усмехнулась, глядя на врата телепортации, которые сформировались почти слишком легко. — Эти врата телепортации останутся открытыми? — Нет. Примерно через три дня они автоматически закроются. После этого на повторное открытие врат уйдёт по меньшей мере месяц. — Пойдёмте. Я медленно шагнул во врата телепортации. Профессор Элиша кивнула и последовала за мной. Вуууух! Ощущение невесомости, и моё зрение на миг померкло. — Значит… это и есть Бездна. Профессор Элиша прищурилась, осматривая окрестности. Перед нашими глазами предстал бесплодный пейзаж из пепельных скал и сухой земли, залитый слабым красноватым светом. — Да. Это второй этаж. — …Курсант Дейл. Оглядевшись вокруг, лицо профессора Элиши посерьёзнело. — Там демонический зверь. Высокая пепельная скала. Из-за неё вышагивал демонический зверь. — Скри-и-и! Писк. Этот демонический зверь внешне напоминал крысу, только раз в сто больше. Его массивную голову венчали восемь пар зловеще сияющих глаз. — Скри-и-и-и-и! Бум! Бум! Бум! Земля задрожала, когда демонический зверь бросился на нас. — Свяжите его. Профессор Элиша молниеносно выпустила десятки серебряных нитей, которые опутали тело демонического зверя. — Скри-и-и! Демонический зверь яростно забился, пытаясь вырваться из серебряных нитей. Я оттолкнулся от земли и бросился к демоническому зверю. Грохот! Взмыв высоко в воздух, я сделал сальто и обрушил каблук на макушку демонического зверя. Боевые искусства Беральда. Громовой удар. Хруст! Раздался звук ломающихся костей, один из глаз демонического зверя вылез из орбиты и покатился по земле. — Хм. Профессор Элиша скорчила гримасу, глядя на размозжённую голову мёртвого демонического зверя. — Восьмиглазый демонический зверь едва мы прибыли… Хотя мы легко с ним справились, это лишь потому, что мы с ней обладали силой ненормально сильных героев; сам по себе демонический зверь вовсе не был слабым. — Не нужно удивляться. Здесь всё так устроено. Демонические звери, обитающие в Бездне и находящиеся под влиянием Бога Демонов, в среднем намного сильнее тех, что на поверхности. — Место, где восьмиглазые демонические звери разгуливают, словно бродячие собаки. Профессор Элиша молчала, плотно сжав губы, видимо, слишком уставшая даже для усмешки. — И вправду… Если дело обстоит так, здесь ты вполне можешь столкнуться с теми самыми «экстремальными ситуациями», о которых говорил, курсант Дейл. — Нет. Это не то место, куда я собирался попасть. — …Это не то место? — Третий этаж. Я поднял три пальца. — Моя цель — на уровень ниже. Профессор Элиша помрачнела. Если бы нужно было описать эмоцию на её лице, это выглядело бы примерно так: «Зря я увязалась с ним, что ли?» И это было бы недалеко от истины. ---------- Том 1 Глава 123 После победы над напавшими демоническими зверями мы прибыли на третий этаж. Несмотря на то, что мы спускались глубже под землю, третий этаж был залит ещё более ярким светом, чем этажи выше. Вся область купалась в глубоком оранжевом свечении, словно мы вышли наружу в разгар заката. «...Это место неприятное». Профессор Элиша нахмурилась, оглядывая окружающий оранжевый пейзаж. Это был вовсе не живописный закат, который можно увидеть на курортном пляже. Небо скорее напоминало пейзаж после масштабного лесного пожара. Тёмные грозовые тучи, смешивающиеся с мерцающим в небе пламенем, создавали ощущение, будто мы стали свидетелями конца света, прямо как в писаниях Церкви Семи Звёзд. — Курсант Дейл, nы бывал здесь в прошлой жизни? — Да. Я тихо кивнул и продолжил: — Именно здесь я вёл свою финальную битву против Бога Демонов. «……» — Ну, технически, это было немного ниже. Профессор Элиша уставилась на меня с застывшим выражением лица. — Что за существом был Бог Демонов? — Я не знаю. — Не знаешь? Профессор Элиша свела брови. — Но разве ты не говорил, что сражался в своей финальной битве против Бога Демонов? — Да, говорил. Но... называть это «финальной битвой» звучит грандиозно, хотя по правде говоря, это был довольно односторонний бой. Я горько улыбнулся, вспоминая то сражение. Воспоминания о нём были туманными, словно я смотрел сквозь запотевшее стекло. И всё же я изо всех сил попытался представить Бога Демонов в своём воображении. Чёрная фигура. Тело столь огромное, казалось, у него не было конца. Глаза, пылающие багровым пламенем. — Профессор Элиша, если бы вам пришлось сражаться с тайфуном, цунами или землетрясением, смогли бы вы понять, «каким существом» является ваш противник? — Это... — Бог Демонов был именно таким. Я даже не был уверен, можно ли назвать его разумным существом. Я никогда не разговаривал с Богом Демонов и даже не обменивался с ним взглядами. Он был больше похож на машину, выполняющую свои приказы. Бог Демонов существовал исключительно ради разрушения, сея бесконечные руины, чтобы уничтожить мир. — Не знаю насчёт других богов, но Бог Демонов, с которым столкнулся я, вовсе не был «богом» — скорее, стихийным бедствием. — ...Понимаю. Профессор Элиша кивнула, её глаза были отягощены тяжёлыми мыслями, когда она смотрела на Дейла. Представление о тех отчаянных сражениях, с которыми он столкнулся в своей прошлой жизни, заставило её почувствовать, будто она проглотила камень. — Герой на задворках — разве не так ты себя называл? Она вспомнила самоуничижительное выражение лица Дейла, когда он говорил о своей прошлой жизни. Он сказал, что всегда был героем на задворках. Всегда бежал, пытаясь догнать остальных. «Неужели всё действительно так?» Профессор Элиша прищурилась, глядя на Дейла. Вероятно, было правдой то, что в прошлой жизни он выпустился с самого дна своего класса. В это трудно было поверить, глядя на него сейчас, но казалось вполне вероятным, что во многих аспектах он уступал другим героям своей прошлой жизни. «Но всё же». Если то, что говорил Дейл, было правдой, и он действительно был «героем на задворках»... Если он всегда опаздывал, всегда плелся позади... «Как же он стал одним из пяти последних героев?» Чем больше она думала об этом, тем больше вопросов возникало. По мере того как взгляд профессора Элиши становился всё более глубоким, она продолжала наблюдать за Дейлом. «Дейл». Каким человеком ты был в своей прошлой жизни? — Профессор? — Ох, прошу прощения. Я на мгновение погрузился в мысли. Отогнав крутившиеся в голове мысли, профессор Элиша последовала за мной. — Что тебе понадобилось здесь, на третьем этаже? — Вы же уже убедились, что демонические звери, обитающие в Бездне, намного свирепее и сильнее тех, что снаружи? — С меня более чем хватило. Профессор Элиша покачала головой, вспоминая демонических зверей, с которыми мы сражались по пути сюда. Если демонические звери снаружи ещё укладывались в рамки «живых существ», то здешние были не более чем тварями, созданными исключительно для крови и бойни. — Среди них есть существа, на которых сильно повлиял Бог Демонов. Эти демонические звери правят себе подобными, пожирая остальных, как короли. — ...Хочешь сказать, у демонических зверей есть короли? — Если точнее, это короли этажей. Печати также влияют на них, поэтому они не могут покинуть отведённую им зону. — Хмм. Выслушав моё объяснение, профессор Элиша сузила глаза. — Тогда получается, на четвёртом и пятом этажах тоже есть короли? — Ну... наверное. Но я их на самом деле никогда не видел. — Никогда не видел? — Ага. Бог Демонов убивал их до того, как они успевали выбраться из Бездны. — ...Бог Демонов убивал их? Разве демонические звери — не подчинённые Бога Демонов? С какой стати Богу Демонов убивать собственных миньонов вместо героев? — Разве я не говорил? Он больше похож на стихийное бедствие, чем на бога. Я пожал плечами и продолжил идти. — В общем. Король демонических зверей, правящий этим третьим этажом, — моя цель. Его зовут «Бегемот». — Бегемот... и насколько же он силён? — Он в одиночку убил 557 героев и 12 000 солдат, вооружённых магическими орудиями. — ...... — Если только это не кто-то уровня Архиепископов Безумия, ни у кого нет ни шанса. — П-подожди! Ты хочешь сказать, что мы сейчас будем сражаться с таким демоническим зверем?! Воскликнула профессор Элиша, застыв от шока на лице. Я тихо усмехнулся и кивнул. — Только когда всё настолько запущено, это можно назвать «экстремальной ситуацией». — Дейл... ты... — Не переживайте. Сражаться буду только я. Благодаря благословению воскресения я не умру даже в худшем случае. — Учитывая это, у меня есть к вам просьба, профессор Элиша. — Просьба? — Если я не выберусь в течение трёх дней, не могли бы вы вытащить меня из пределов его территории? Используя свою способность «нить паутины», она могла бы безопасно вытащить меня из владений демонического зверя. — ...Ты хочешь, чтобы я вытащила тебя? — Да. Примерно через три дня его выносливость должна значительно истощиться. Я подам вам отдельный сигнал спасения. До тех пор ни в коем случае не заходите в эту зону. Даже профессор Элиша могла вляпаться в неприятности, если всё пойдёт не так. — Ты собираешься сражаться с ним три дня подряд? Тот факт, что он обращался с такою просьбой, ясно показывал, что «не умирать» даже не рассматривалось им всерьёз. — Всё будет в порядке. — В порядке? Какая часть из этого звучит для тебя нормально?! С яростной гримасой профессор Элиша схватила меня за плечи и принялась трясти. — Три дня! Целых три дня ты будешь непрерывно умирать без отдыха! Хотя физические раны могли зажить благодаря Благословению Возрождения, ментальная травма от многократной смерти никуда бы не исчезла. — Если человек с трудом переносит боль от одной смерти, как ты справишься с этим три дня подряд? Твой разум сломается раньше, чем тело! — 327 821 раз. — ...Что? — Столько раз я умирал подряд. Я легко улыбнулся, постучав себя по виску. — Я выдержал это тогда, значит, справлюсь и с тремя днями. Даже если бы я умирал непрерывно в течение трёх дней, это составило бы всего несколько сотен раз. — Курсант Дейл... ты... Профессор Элиша уставилась на меня дрожащими глазами. — Какую же жизнь ты прожил в прошлом? — Какую жизнь, говорите... Я слабо улыбнулся и повернулся. — Жизнь, которая никогда не заканчивается. Оставив растерянную профессора Элишу позади, я шагнул во владения Бегемота. * Тело достигало в высоту около 15 метров. Его лицо напоминало бычье, со вздымающимися на лбу двумя рогами, похожими на демонические. Всё его тело было покрыто чёрной кожей, более твёрдой, чем сталь, а мышцы выпирали так яростно, что казалось, будто они готовы разорвать плоть. — Кррр. Чёрное пламя смешивалось с его дыханием. Двенадцать светящихся красных глаз уставились на меня. — Давно не виделись. Я медленно помахал рукой в сторону Бегемота. В ответ на этот жест длинный хвост Бегемота скрежетал по земле и встал дыбом. — РАААААВР! Рёв сотрясал саму душу. Топ! Топ! Топ! Король демонических зверей, правивший Бездной, топтал землю, бросаясь в атаку. Вууух! Кулак, превышающий размером тело обычного человека, с ужасающей скоростью нёсся на меня, рассекая воздух. Я не сопротивлялся. Я позволил кулаку ударить меня напрямую. Хруст! Моё тело разлетелось на куски. Мои конечности вывернулись под немыслимыми углами, живот распоролся, внутренности вывалились наружу, а голова, отлетев, покатилась по земле. — Кррр. Бегемот фыркнул дыханием, наполненным чёрным пламенем, мгновенно раздавив нарушителя. Затем. — А у тебя всё тот же скверный характер, я смотрю. Голос донёсся сзади. Когда Бегемот повернул голову, жук, которого он только что раздавил, стоял там в полном порядке. — Крррр? Бегемот сузил глаза в замешательстве от непостижимого зрелища. Но лишь на мгновение. — РАААААВР! Если он ожил, его можно было убить снова. Бегемот яростно взревел и снова бросился на назойливого жука. — Фух. Я наблюдал за мчащимся на меня Бегемотом, легко выдохнув. С мечом в руке я принял стойку. Первозданное пламя, пробуждённое прошлой «смертью», свирепо заструилось по моему телу. — Зажигание. Вуух! Пепельное пламя охватило мой меч. Я сильно оттолкнулся от земли, бросаясь на Бегемота. Бум! Бац! Хруст! Сначала бой шёл на равных. Подпитываемый «Зажиганием», я непрерывно вливал ману в свой меч, кулаки и магию, удерживая позиции в схватке с Бегемотом. Но это длилось недолго. Как только «Зажигание» угасло, первозданное пламя, окутывавшее моё тело, исчезло, и битва стала односторонней. — РААААВР! Бегемот бросился на меня с яростным рёвом. Хруст! Мои конечности были оторваны и покатились по земле. Хлюп! Мои раздавленные внутренности забрызгали землю. Хрусь! Моя проломленная голова разбрызгала мозговое вещество повсюду. Но. Даже так. Несмотря на всё это. — ...Ха. Я встал. Я встал. Я встал снова. — ...Давно я не испытывал этого чувства. Ощущение отчаянной борьбы с подавляюще превосходящим противником. После реинкарнации я не чувствовал этого так сильно, но в прошлой жизни испытал бесчисленное количество раз. — Ха. Будоражащий холодок пробежал по моей спине. Забытое ощущение пробудило каждую клетку моего тела. «Да». Это была жизнь, которую я прожил. Путь, пройденный Дейлом Ханом. — Крррр! Бегемот схватил меня и разорвал на части. Даже с полностью оторванной нижней частью тела — Глухой стук. Я вонзил свой меч в руку Бегемота. Пепельное лезвие пробило прочную чёрную шкуру, вонзаясь в плоть Бегемота. — РААААВР! Это было не больше чем царапина. Но ничего страшного. Это было только начало. «Если одного раза мало, я вонжу меч десять раз. Если десяти мало, вонжу сто. Если ста мало, тогда тысячу раз». Смерти всегда вдоволь, а жизнь никогда не кончается. — Кррр, крррр. — Что такое? Почему отступаешь? Я ухмыльнулся, наблюдая, как Бегемот отступает шаг за шагом. Я крепко сжал меч и, пошатываясь, поднялся на ноги. Пепел развеялся, и в сером дыму сверкнули зелёные глаза. Герой, некогда сеявший ужас среди бесчисленных демонов и демонических зверей в своей прошлой жизни. — Тогда я сам иду к тебе. Бессмертный Призрак обнажил зубы в дикой ухмылке. ---------- Том 1 Глава 124 — Фух. Элиша прислонилась спиной к твёрдой скале, зажав в зубах сигарету. КРААААХ... Вдалеке раздался рёв демонического зверя, предположительно Бегемота. — Началось. Битва между королём демонических зверей, правящим Бездной, и её дорогим учеником. — Ученик... Она с горьким выражением лица покачала головой. Она ведь даже не многому его научила, так какой же он ученик? Щелчок. Элиша легко щёлкнула пальцами. Дейл строго предупредил её не входить на территорию по меньшей мере три дня. — Но я же не могу просто сидеть здесь сложа руки и ждать. Если её роль заключалась в том, чтобы спасти Дейла, ей по крайней мере нужно было знать, что происходит. Вррр. Тонкая нить паутины соскользнула с кончиков её пальцев, ползя по земле в сторону владений Бегемота. Колебания воздуха передавали через паутину далёкое рычание демонического зверя ещё отчётливее. Если бы она ещё активировала «Благословение Ясновидения»... «Этот монстр, должно быть, Бегемот». В её сознании начали вырисовываться общие очертания и внешний вид Бегемота. Демонический зверь с бычьей головой, демоническими рогами и драконьим хвостом. На его голове сияли двенадцать зловещих глаз. «Двенадцатиглазый демонический зверь». Раньше ей доводилось видеть десятиглазых демонических зверей, но ничего подобного она ещё не встречала. «Демонический зверь, упоминания о котором встречаются только в записях о Войне Демонов пятисотлетней давности». Элиша судорожно сглотнула и сжала кулак. Справиться даже с десятиглазым демоническим зверем было практически невозможно, если только не быть высокоранговым воином — «ранкером». А здесь перед ней был демонический зверь не с одним, а сразу с двумя дополнительными глазами. Учитывая, что сила демонического зверя экспоненциально возрастала с каждым новым глазом, предупреждение Дейла о том, что с ним может тягаться лишь кто-то уровня высокопоставленного архиепископа, казалось вполне точным. «Неужели Дейл действительно сражается с таким монстром?» Она стиснула зубы, крепко зажав во рту сигарету. Каким бы сильным ни был Дейл, даже он должен был понимать, что победить демонического зверя, с которым не справился бы даже архиепископ, невозможно. И тем не менее он вошёл во владения Бегемота лишь по одной причине. — ...Экстремальная ситуация. Дейл говорил, что ему необходимо загнать себя в экстремальную ситуацию, чтобы пробудить внутри себя «Первозданное Пламя». Он убедил её, что ему нужна сила для борьбы с будущими вторжениями таких существ, как Архиепископ Безумия. «Но всё же». Даже так. — Обязательно ли было заходить так далеко... [Хруст! Глухой стук! Хрусь!] Тошнотворные звуки доносились через паутину: брызги крови, разрываемая плоть, дробящиеся кости. От одной мысли о боли, которую, должно быть, терпел Дейл, по её спине пробежала дрожь. — ...Дейл, мой ученик. Хотя ей хотелось отчитать его за безрассудное самопожертвование, она не могла заставить себя сделать это, вспоминая его «прошлую жизнь». Ужасы, пережитые им в том прошлом существовании, выходили за рамки того, что она могла полностью осознать, даже выслушав все его рассказы. «Надеюсь, ты добьёшься того результата, к которому стремишься». Всё, что ей оставалось теперь, — это молиться, чтобы он был вознаграждён за свои жестокие самоистязания. Элиша потушила недокуренную сигарету и села. Битва внутри владений продолжала передаваться ей через паутину. [КРААААХ!] Бегемот яростно взревел. [Хруст! Бац! Топ!] Несмотря на то что его тело раз за разом превращали в лепёшку, Дейл снова и снова поднимался на ноги. «Сначала он ещё кое-как держался...» В тот момент, когда охватывавшее тело Дейла пламя погасло, ход битвы резко повернулся против него. Атаки Дейла оставляли лишь царапины, в то время как удары Бегемота разрывали его тело на кусочки. — И так три дня... Дейл небрежно обронил, что это продлится три дня. Но три дня — срок отнюдь не короткий. Особенно когда каждая минута и каждая секунда были смертельной борьбой за выживание. — ...... Элиша закрыла глаза, достала из кармана ещё одну сигарету и зажала её в губах. Щёлк. Кончик сигареты вспыхнул красным огоньком. Прошёл один день. [Кха! Кашель! Аааргх!] Мучительные крики Дейла эхом разносились по паутине. Битва по-прежнему шла в одни ворота: Дейл умирал и возрождался вновь и вновь, примерно каждые десять секунд. Бегемот, не проявляя ни малейших признаков усталости, неустанно продолжал убивать Дейла снова и снова. Прошло два дня. [Грохот!] К этому моменту Бегемот начал проявлять признаки утомления: его движения стали вялыми, а дыхание — тяжёлым. Но будучи демоническим зверем, движимым чистейшим инстинктом разрушения и бойни, он и не думал прекращать нападения на Дейла, которого убивали и воскрешали бесчисленное количество раз. Снова и снова бойня продолжалась. Дейл снова поднялся, сжимая в руке меч. Прошло три дня. Движения Бегемота заметно замедлились по сравнению с началом. Его дыхание было сбитым, а число мелких ран на чёрной коже далеко перевалило за тысячу. Это была битва, выходившая за рамки простой свирепости и граничившая с трагедией. Даже истекая кровью, Бегемот кое-как продолжал бой с Дейлом. — ...Я уже даже не могу понять, кто из них на самом деле находится в экстремальной ситуации. Элиша горько усмехнулась про себя. Дейл говорил, что загоняет себя в экстремальную ситуацию, сражаясь с Бегемотом, но теперь, три дня спустя, казалось, будто в безвыходном положении оказался сам Бегемот. Но. Так казалось лишь «на поверхности». — Курсант Дейл... Это передаётся. Я чувствую это. Через нить, тоньше человеческого волоса. Далёкую смерть, которую, должно быть, испытывает Дейл, бесконечную боль, бездонное отчаяние. — ...Ты можешь остановиться. Люди плачут как дети, даже когда ударяются мизинцем о дверной косяк. Даже государственные агенты, проходящие суровую подготовку, чтобы выдерживать боль, носят во рту яд, опасаясь сломаться под пытками. — Разве ты уже не сделал достаточно? Но у Дейла не было даже этого последнего побега. Он слишком много раз сталкивался со смертью, перенёс неизмеримую боль, а жизнь отказывалась заканчиваться. Такую жизнь прожил герой Дейл Хан. — Подай же сигнал быстрее...! Последние три дня она без сна и отдыха ждала сигнала спасения от Дейла, но никаких признаков всё ещё не было. — ...Черт возьми! Профессор Элиша тревожно закусила губу, выплюнув ругательство. Кто бы мог подумать, что она будет так переживать из-за какого-то курсанта? Ещё несколько месяцев назад она и представить себе не могла ничего подобного. «Дейл». Сначала это было простое любопытство. Её интриговал курсант, который одним ударом поверг целого ассистента преподавателя, которым она дорожила. Когда она заглянула в него с помощью своего Благословения Ясновидения, то увидела в этом курсанте таинственную и огромную силу. Именно тогда она почувствовала интерес. Мало какая женщина смогла бы устоять перед привлекательностью молодого человека с таким светлым будущим. Вдобавок ко всему, внешность у него была приятная, да и характер вполне неплохой. Да. Вот и всё. Он не стоил того, чтобы отдавать его кому-то другому, но прикладывать усилия, чтобы заполучить его самой, было слишком хлопотно. Вот что «Дейл Хан» значил для неё. Но затем... -Красиво. -...Что? -Ранее вы сказали, что это отвратительный шрам. Но, глядя на него, я думаю, он вам идёт. Видя его дерзость, смешанную с заботой, она почувствовала лёгкий трепет в сердце. Совсем чуть-чуть... достаточно, чтобы подумать, что, пожалуй, приложить кое-какие усилия было бы не так уж плохо. А потом... -Слушайте меня внимательно. В тот день. -А теперь позвольте мне рассказать вам, как справиться с этим «обычным делом». Глядя на него, протянувшего ей руку, когда она уже от всего отказалась, в её голове зародилась совсем другая мысль. Она хотела обладать им, хотела быть рядом с ним. Да. Если говорить прямо и без утайки: Она влюбилась в него. Элиша Болдуин, занимающая девятое место среди героев мира и известная как «Паук Ужаса», влюбилась в простого курсанта, который даже не успел выпуститься. — Черт возьми. Профессор Элиша оторвалась от скалы, на которую опиралась. Она больше не могла просто стоять здесь в ожидании сигнала спасения от Дейла. «Я спасу курсанта Дейла». Она шагнула во владения Бегемота. Стоило ей ступить на эту территорию, как качество воздуха изменилось — казалось, будто она попала в другой мир. Густой запах крови ударил в нос. — Уф... Она зажала нос рукой и ускорила шаг в сторону места, где Дейл и Бегемот всё ещё продолжали сражение. Пепельный туман окутывал всю округу. Этот дым клубился каждый раз, когда активировалось «Благословение Возрождения» Дейла. «Чтобы дым покрывал всю эту территорию...» Это означало, что Дейл умирал бесчисленное количество раз. Профессор Элиша закусила губу и прибавила шагу ещё сильнее. «Скорее». Мысль о том, что ей самой, возможно, придётся столкнуться с двенадцатиглазым демоническим зверем, больше даже не возникала у неё в голове. Единственное, чем была заполнена её голова, — это необходимостью спасти Дейла из этого бесконечного круговорота смерти. Углубляясь в сгущающийся пепельный туман... Вууух! За пепельной дымкой полыхало свирепое пламя. — Это... Она уже много раз видела, как Дейл создаёт «огонь», но пламя, бушевавшее сейчас в пепельной дымке, находилось совершенно на другом уровне. Казалось, это пламя способно пожрать весь мир. Это было первозданное пламя, некогда сжёгшее Древо Творения в далёком прошлом, которое теперь мерцало посреди пепельного тумана. — Курсант Дейл! Курсант Дейл, где ты? Профессор Элиша пробилась сквозь дым, направляясь к источнику пламени. Когда она добралась до места... — ...Ха. Там стоял Дейл, охваченный пепельным пламенем, а перед ним раскинулся гигантский труп демонического зверя. — Курсант Дейл, ты... — Я же просил дождаться моего сигнала, прежде чем входить, разве нет? Дейл повернулся к профессору Элише и слабо рассмеялся. С окоченевшим выражением лица профессор Элиша посмотрела вниз на труп демонического зверя, лежавший перед Дейлом. Выглядело так, будто его раздавили, словно растоптав ногой великана. Король демонических зверей, правивший Бездной, был избит настолько жестоко, что теперь его невозможно было узнать. — ...Это... Если с чем-то это и сравнивать, то это походило на муху, прихлопнутую ладонью. — Ха. Профессор Элиша недоверчиво усмехнулась. Как вообще можно было превратить труп в такое месиво с помощью меча или кулаков? И не кого-то там, а гигантского демонического зверя ростом более пятнадцати метров. — Неужели это сделал курсант Дейл...? — А кто же ещё, если не я? Дейл пожал плечами и направился к ней. Окутывавшее его пламя медленно угасло, и пепельный туман начал рассеиваться. И тогда открылось ещё одно шокирующее зрелище. — ......! Дейл был совершенно голым, на его теле не осталось ни единой нитки. — К-курсант Дейл... Профессор Элиша сухо сглотнула, и её глаза медленно опустились вниз. По мере того как пепельный туман рассеивался... показался ещё один устрашающий демонический зверь. Щёки профессора Элиши залились краской. — Кхе-м! Э-это беспокоит. — Простите? Что именно? — Если бы я решила провести с тобой ночь, курсант Дейл... мне пришлось бы совладать с этой монструозной штуковиной, верно? — ......? Дейл уставился на профессора Элишу взглядом, говорящим: «О чём это вы вообще?» Затем его глаза внезапно расширились от осознания. — Ох, твою мать! Какого чёрта! Дейл посмотрел на своё совершенно голое тело и завопил. — Одежда! У вас есть хоть какая-нибудь одежда? Хоть клочок ткани... Щёлк. Щёлк. — Да почему вы сейчас фотографии делаете?! ---------- Том 1 Глава 125 После непреднамеренного стриптиза (?) в глубинах бездны я даже не успел сказать профессору Элише удалить фотографии, как потерял сознание. Когда я снова открыл глаза, прошёл целый день, а рядом лежала новая одежда, которую профессор Элиша аккуратно купила в городе. Я поспешно оделся и попросил её удалить фотографии, но… -Отказываюсь. Её ответом был решительный отказ. Профессор Элиша хихикнула, поглаживая часы героя с моей фотографией на экране, словно какое-то сокровище. -Я буду беречь эту фотографию. Интересно, чувствовал ли то же самое Джульет, когда его поймали на фото в женской одежде? Мне оставалось лишь тупо смотреть вслед удаляющейся фигуре профессора Элиши, которая напевала себе под нос какую-то мелодию. Впрочем. Расставшись с профессором Элишей, я наконец вернулся в свою привычную комнату в общежитии спустя три дня… нет, если быть точным, четыре дня. «Эх». Я проживал в общежитии C, которым пользовались в основном курсанты, учившиеся в академии за государственный счёт. По сравнению с корпусом общежития А, где жили Юрен и Ирис, это здание было старым и обветшалым, почти как трущобы. «…И всё же здесь мне как-то спокойнее». Проведя здесь несколько месяцев (или лет, если считать прошлую жизнь), я почувствовал себя дома, когда прилёг на кровать в своей комнате. Яростная битва с Бегемотом в бездне, происходившая всего день назад, теперь казалась каким-то сном. «Но это не может быть просто сном». Я заставил себя стряхнуть уют, окутавший меня, и сел. Я мысленно вернулся к бою с Бегемотом, особенно вспомнив Первозданное Пламя, которое полыхало так, будто собиралось уничтожить весь мир ближе к концу сражения. «Моя догадка подтвердилась». Условием для активации состояния Воплощения, когда Первозданное Пламя окутывало меня и создавало бесконечный поток маны, было доведение себя до таких пределов, когда мой разум оказывался на грани краха. Первозданное Пламя, дремавшее в моей стигме, вспыхнуло так, словно в огонь плеснули топлива, охватив меня пламенем. Воспоминание об этом ощущении вызвало захватывающую дрожь по спине. «Я уже испытывал это раньше, но… этот прилив нереален». Ощущение бесконечной маны, наполняющей моё тело. Это было похоже на бесконечный океан маны внутри меня, а ощущение безрассудного черпания силы оказалось куда более пьянящим, чем любые другие острые ощущения, которые я когда-либо испытывал. Казалось, я могу сокрушить и уничтожить весь мир под ногами. «Я ведь и Бегемота убил именно так». Мне не потребовались мудрёное фехтование, броские боевые искусства или сложные заклинания, чтобы убить Бегемота. Я просто собрал ману в ладони и шлёпнул его — как прихлопывают насекомое. Этого оказалось достаточно. Царь демонических зверей, правивший бездной, был раздавлен и погиб мгновенно, не оставив от себя и следа. «Проблема в том… что я не могу использовать это когда захочу». Звучит драматично — назвать это экстремальной ситуацией, но битва с Бегемотом больше походила на постановочный бой, где условия были заранее подогнаны в мою пользу. «Будь противник разумным, он бы не стал сражаться в лоб три дня подряд против неуничтожимого врага». Бегемот был почти лишённым разума монстром, находившимся под сильным влиянием Бога Демонов, что до предела усиливало его свирепые наклонности и заставляло продолжать бой без отступления. «Но если бы на его месте оказался демон, ситуация выглядела бы совсем иначе». Если только это не был какой-то безумный демон вроде архижреца безумия, ни один демон не стал бы сражаться три дня против бессмертного существа. «Даже если бы мне повезло активировать состояние Воплощения всего за один день, проблема всё равно остаётся». На этот раз я сражался в одиночку и вышел на поле боя в одиночку, так что никаких осложнений не возникло. Но представьте, что бой начнётся, пока я путешествую в составе партии. Нет никаких гарантий, что члены моей группы переживут бесчисленные смерти и возрождения, через которые мне придётся пройти. У них не было Благословения Возрождения, как у меня. Если бы они погибли, то уже не вернулись бы. «Я не могу просто полагаться на активацию состояния Воплощения и рассчитывать сражаться так в реальном бою». Рисков слишком много. «…Но». Я зажёг на ладони небольшое серое пламя. Хотя я не мог свободно активировать состояние Воплощения, нельзя сказать, будто я ничего не добился. — Зажигание. Серое пламя на моей ладони медленно распространилось, окутывая всё моё тело. Раньше мне приходилось силой останавливать своё сердце и переживать смерть, чтобы зажечь пламя, но теперь я мог управлять Первозданным Пламенем по собственному желанию силой мысли. «И длительность значительно возросла». Если раньше Зажигание длилось около пяти минут, то теперь я мог комфортно поддерживать его больше десяти минут. Причина столь долгой продолжительности была проста. «Мой контроль над Первозданным Пламенем вырос после вхождения в состояние Воплощения». То, что раньше было невосприимчивым и упрямым пламенем, теперь двигалось по моей воле. — При таком уровне контроля… думаю, я могу сделать ещё один шаг вперёд. Раньше количество Первозданного Пламени, которое я мог использовать, не превышало размеров небольшого костра. Теперь оно выросло до размеров праздничного костра. Имея в своём распоряжении куда больше огня, было вполне естественно, что я могу сделать больше. «И тогда…» Следующим моим шагом должна была стать генерация маны с помощью Первозданного Пламени. «Конечно, я не могу создавать бесконечную ману, как в состоянии Воплощения». Но всё же иметь больше доступной маны никогда не помешает. Особенно сейчас, когда я в основном использовал такие техники, как Пепельное Пламя, пожиравшие безумное количество маны. «Принцип тот же». Подобно тому, как Первозданное Пламя когда-то сожгло Древо Творения, чтобы породить саму субстанцию маны, я сожгу свою жизненную силу, чтобы сгенерировать ману. — Посмотрим… Назову эту технику… Да. Решение заняло немного времени. — Назову её «Конфлаграция*». (п.п. Крупный разрушительный пожар) Я разжигаю пламя через горение и подпитываю его яростью. Просто и легко визуализировать. «Фух». Я глубоко вздохнул и зажёг огонь. Маленький уголёк, обвивший моё тело, постепенно разгорался, приобретая глубокий серо-пепельный оттенок. Я представил, как огонь пожирает брёвна, распространяясь и увеличиваясь. Он кипятил мою кровь, сжигал плоть и опалял кости. — Гори. Вух! Серое пламя взметнулось вверх, охватив всё моё тело. Сквозь жгучую боль горящего тела я почувствовал, как зарождается мана. «Получилось!» Игнорируя боль, я торжествующе сжал кулаки. В отличие от зажигания, которое лишь восстанавливало ману, Конфлаграция активно сжигала мою жизненную силу, порождая новую ману. «Теперь моя мана удвоилась… нет, может, утроилась?» Конечно, мана, созданная с помощью Конфлаграции, не станет полностью моей собственной. Точно так же, как огонь затухает, когда сгорает вся древесина. Как только состояние Конфлаграции завершится, магия, вздувшаяся взрывной волной, рассеется и исчезнет. «Но всё же это хоть что-то». Разве это не значит, что я могу временно увеличить свою ману более чем в три раза? «В три раза… это безумие». У меня и так изначально было не так уж мало маны. Конечно, я не мог сравниться с кем-то вроде Юрины, от природы одарённой огромным запасом маны, но у меня было достаточно маны, чтобы на меня не смотрели свысока. И теперь умножить это на три? «Хех». Я невольно усмехнулся. «Смогу ли я в таком состоянии противостоять архиепископу безумия?» Я был не уверен. В конце концов, архиепископ безумия тоже ещё не показал всей своей силы. «Впрочем». Эта экспедиция в Бездну оказалась невероятно плодотворной. Я больше узнал о состоянии Воплощения, значительно улучшил контроль над Первозданным Пламенем и даже обрёл новый навык — Конфлаграцию. «Если бы я назвал это ценной смертью… Ирис могла бы меня отругать». Слабо усмехнувшись, я приготовился деактивировать Конфлаграцию. Вух! — А? Пламя, окружавшее моё тело, яростно взметнулось. Комнату заволок серый дым. «Погодите». Почему оно не останавливается? — Угх…! Первозданное Пламя начало бушевать, как голодный зверь, выходя из-под моего контроля. Пламя вокруг моего тела стало распространяться. — Это безумие! В четыре раза, в пять раз, в шесть раз, в семь раз…! Неконтролируемый всплеск маны прокатился по комнате. Грохот! Старое здание общежития затряслось так, будто произошло землетрясение. — Что происходит? — Землетрясение? Это землетрясение? — Всем эвакуироваться! За дверью послышались голоса других курсантов. — Твою мать…! Я попытался усмирить бушующее Первозданное Пламя, но стоило огню выйти из-под контроля, как потушить его стало непросто. Вух! Пламя яростно запылало, сжигая мебель в комнате. Удушливый серый дым от горящей мебели заполнил помещение. «Нет!» Я отчаянно пытался потушить пламя, но старое общежитие, сделанное из дерева, впитывало огонь, как губка воду. Вух! В конце концов огонь начал перекидываться на другие комнаты. К счастью, казалось, остальные курсанты уже эвакуировались, но я не мог остановить бушующее пламя, пожиравшее общежитие. — Угх…! Я прикусил губу и отдал приказ в своём разуме. «Вернись, ублюдок». Вух! Первозданное Пламя яростно бушевало. Неудивительно, но Первозданное Пламя проигнорировало мой приказ и оказало сопротивление. — Чёрт. Что же мне сказать, чтобы вернуть контроль над Первозданным Пламенем? Лихорадочно соображая, я вдруг вспомнил о другой силе, о которой упоминала профессор Элиша и которая жила во мне. «Тогда казалось, что Первозданное Пламя боится этой силы». Вспомнив прошлое, я протянул руку к пылающему пламени. — Если ты не вернёшься… Я свирепо нахмурился и продолжил: — Я потушу тебя. Вздрог. Бушующее пламя на мгновение заколебалось. Угроза сработала? Пламя, которое бушевало и пожирало всё на своём пути, начало отступать обратно в моё тело. — Ха… ха! Тяжело дыша, я огляделся по сторонам. Мне удалось поглотить Первозданное Пламя, но я не мог впитать огонь, возникший от горящей мебели. — Чёрт! Выругавшись про себя, я выбежал наружу. — Как… как такое могло…! — Моя комната, моя комната! — Кто-нибудь, позовите профессора! Снаружи толпились курсанты, с шоком глядя на пылающее общежитие. «Сначала нужно потушить пожар магией воды!» Мне ещё никогда не доводилось пользоваться этой магией, поэтому формула не сразу пришла на ум. Вспомнив теорию магии, которой меня научила старшая София, я кое-как смог сотворить заклинание. — Водяной Душ! Плюх! Капли воды сформировались в воздухе и устремились к горящему общежитию. Но поскольку я не вспомнил формулу как следует, магия оказалась недостаточно сильной, чтобы потушить пламя. — Угх…! Я прикусил губу, уставившись на свирепствующий огонь, как вдруг — — Потоки дождей, станьте приливной волной, что покроет весь мир. Раздался чистый голос. Невысокая девушка с короткими рыжими волосами, державшая длинный посох выше неё самой, прицелилась в горящее общежитие. — Ливень. Шух! Хлынул поток воды, заливая пламя, охватившее общежитие. — Хм. В мгновение ока огонь погас, и рыжеволосая женщина повернулась ко мне. — Этот пожар… он начался в твоей комнате, верно? — …… Я крепко зажмурился, встречая ледяной взгляд старшей Софии. «Я влип». Как мне теперь с этим разбираться? ---------- Том 1 Глава 126 — Так… В кабинете профессора Лукаса. В тяжёлой атмосфере профессор Лукас, молча слушавший с подбородком на руке, медленно открыл рот: — Магический инструмент, который ты случайно раздобыл во время выездного задания с профессором Элишей, внезапно дал сбой и взорвался? — …… — Это правда, профессор? Взгляд профессора Лукаса переместился на профессора Элишу, сидевшую рядом со мной. Элиша, потушив сигарету во рту в пепельнице, кивнула: — Да, я сама это подтвердила. — Хм… Лукас подозрительно прищурился. Но лишь на мгновение. Лукас тяжело вздохнул, выдержав взгляд Элиши «Что, у тебя какие-то проблемы с этим?». — Курсант Дейл. — Да, профессор. — Пронос неразрешённых магических инструментов в академию — это явное нарушение правил. Ты осознаёшь это? — Я… — Подожди. Элиша перебила меня: — Это я приказала курсанту Дейлу взять магический инструмент. Так что ответственность лежит на мне… — Профессор. Голос Лукаса стал ниже, когда он продолжил: — Я понимаю, что ты хочешь защитить курсанта Дейла, но если в это замешаны ты, дело принимает куда более серьёзный оборот. Не приходилось гадать, что вызовет больший резонанс: курсант, тайком пронёсший неразрешённые магические инструменты, или профессор, поступивший точно так же. Я покачал головой, глядя на профессора Элишу, и открыл рот: — Профессор Элиша здесь ни при чём. Тайком пронести магический инструмент в академию было исключительно моим решением. — …Курсант Дейл. По правде говоря, то, что вину свалили на магический инструмент, само по себе уже было более чем достаточной защитой с её стороны. — Эх… Лукас тяжело вздохнул и потёр лоб: — Курсант Дейл. — Да. — Это достаточно серьёзный проступок, за который тебя могут исключить. — …… Мои плечи дёрнулись от произнесённого Лукасом слова «исключить». — Но. Лукас взял со стола несколько листов бумаги и продолжил: — Учитывая, что обошлось без жертв. Он бросил взгляд на бумаги в своей руке и продолжил говорить: — И то, что курсант Дейл активно пытался потушить пожар после его начала. Хотя в итоге огонь потушила магия старшей Софии, до этого я пытался использовать водную магию, чтобы помочь справиться с пламенем. — И наконец, после рассмотрения петиции, написанной курсантами, и внутреннего совещания профессоров было принято решение не исключать тебя. — …Петиция? — Да. Лукас потряс бумагами в руке: — Курсанты Ирис, Юрен, Беральд, Камилла, Джульет и Альберт — все они написали петиции в твою защиту. — …… — Святая Святого Королевства, наследник Солнечного Меча, представитель рода Рю, будущий Меч Святого Королевства, сын одной из богатейших семей Республики и сын семьи «Гувер», управляющей крупнейшей информационной гильдией Империи… Нет, это безумие. Когда ты успел обзавестись такими связями? Лукас, держа в руках бумаги, ошеломлённо посмотрел на меня: — И все они написали петиции, как только услышали об этом. Я сжал кулак, чувствуя, как в груди поднимается волна эмоций. В любом случае, казалось, худшего исхода удалось избежать. — Ах да, и ещё одно. Лукас вытащил ещё один лист бумаги и протянул его передо мной: — Курсант София Эвергрин тоже написала петицию за тебя. — …Старшая София? Удивлённый, я сделал озадаченное лицо при звуке этого неожиданного имени. Та самая старшая София, которая в день инцидента холодно зыркнула на меня со словами: «Это ведь твоих рук дело, да?», судя по всему, написала петицию в мою защиту. — Да. Кстати, когда это ты успел сблизиться с «Багровым Бедствием»? — …Багровое Бедствие? — Я говорю о курсанте Софии Эвергрин. — …… Погодите, неужели прозвищем старшей Софии в бытность курсантом было «Багровое Бедствие»? — Курсант София известна своим холодным отношением к другим курсантам… Впрочем, талант у тебя определённо есть. Лукас недоверчиво покачал головой, цыкнув языком. — …Кхм. Я сглотнул слюну, сжимая в руках петицию, написанную старшей Софией. В прошлой жизни — возможно. Но сейчас мы были не настолько близки, чтобы она пошла на такое ради меня. «Какое уж там близки — в последний раз, когда мы виделись, она велела мне убираться с глаз долой, стоило ей меня увидеть». Хотя я и размышлял, почему она написала петицию за меня, ответа не находилось. — Ну, как бы то ни было. Из-за всего этого твоим наказанием решили назначить недельное отстранение от занятий, которое по совпадению охватывает остаток семестра. — …Разве это вообще имеет хоть какой-то смысл? Сейчас период итоговых экзаменов, так что никаких занятий больше нет. Есть ли вообще разница, отстранён я или нет? — Хм. Кто знает… Неужели это действительно бессмысленно? Лукас с многозначительным выражением замолк на полуслове. Пока я склонял голову в недоумении, гадая, к чему это он состроил такое лицо, я быстро перевёл тему: — Кстати, никто из курсантов не пострадал? — О, ты переживаешь об этом? — Всё случилось из-за моей ошибки. Каковы бы ни были причины, я не мог отрицать, что стал причиной пожара. — К счастью, никто не пострадал. Хотя есть курсанты, потерявшие в огне свои вещи. — Могу ли я лично компенсировать ущерб этим курсантам? — Можно и так, но академия, наверное, уже выплатила компенсацию за ущерб, нет? — И всё же я хотел бы лично возместить им убытки по мере возможности. Разумеется, я также принесу им личные извинения. Раз инцидент произошёл по моей вине, я не хотел просто так отмахнуться от этого, не проявив никаких извинений. Лукас скрестил руки на груди и посмотрел на меня с заинтересованным блеском в глазах: — А у тебя вообще есть золото на компенсацию? — Ну… должно хватить. В этот раз мне удалось собрать кое-какие побочные продукты с туши Бегемота. Конечно, поскольку её так изуродовали, что едва можно было узнать форму, от рогов, шкуры или зубов ничего целого не осталось. Но всё же это останки двенадцатиглазого зверя, верно? Если продать их через профессора Элишу, я смогу выручить немало денег. «Если бы только удалось добыть магический камень Бегемота, я заработал бы гораздо больше». Что тут поделаешь? Магические камни — не та вещь, которую легко заполучить. Особенно у зверей более высокого ранга — с ними всё ещё сложнее. «Ах да, мне ведь ещё нужно вернуть деньги, которые я занял у Джульет». Честно говоря, я обошёлся с ним немного сурово, потому что всё ещё помнил, как он издевался надо мной в прошлой жизни, называя «половичком». Но разве Джульет теперь не изменился настолько, что можно сказать, будто он совсем другой человек по сравнению с прошлым? «Нельзя относиться к изменившемуся человеку так же, как раньше». Джульет сам просил меня относиться к нему как обычно, но я уже не мог быть с ним прежним. «Я думал, что единственным человеком в жизни, которого я назову другом, будет Юрен». Я подавил смешок и покачал головой: — Кстати, ты нашёл, где остановиться? — Где остановиться? — Ага. Через неделю начнётся отпуск, но до тех пор ты же не будешь спать на улице, верно? — А. Поскольку я устроил такой грандиозный кавардак, я даже не задумывался о том, где буду жить. — Остальным курсантам академия предоставила временное жильё... но если ты заявишься туда, будет немного неловко, не находишь? — …Это точно. Будучи виновником сожжения общежития, я наверняка встретил бы леденящие взгляды, появись во временном жилье. — Кхм. Тогда, полагаю, выбора нет. Профессор Элиша, которая тихо сидела рядом и слушала разговор, прокашлялась и бросила на меня взгляд: — Я возьму на себя ответственность за курсанта Дейла на какое-то время… — Профессорские общежития закрыты для курсантов. — Тц. Цыкнув языком, профессор Элиша вытащила сигарету. Лукас, похоже, придумавший отличную идею, щёлкнул пальцами: — О, если подумать, ты ведь говорил, что близок с курсантом Юреном, верно? — Простите? — Как насчёт того, чтобы пожить у него недельку? Его общежитие в корпусе А всё-таки довольно просторное. — …… Пожить с Юреном целую неделю? — Эм… насчёт этого… — В чём проблема? Вы же оба парни, так что всё должно быть нормально. — Нет… просто… Мы вообще-то не оба парни. Я проглотил слова, чуть не сорвавшиеся с языка, и лихорадочно попытался сообразить: — Кхм, Юрен ведь сын аристократа, верно? Так что он не слишком любит делить пространство с другими. — Вот как? — Да. Даже во время нашей последней разведывательной миссии он настаивал на том, чтобы спать в отдельной палатке. — Хм. Скрестив руки, Лукас кивнул и включил свои часы героя: — Ну что ж, я просто спрошу его напрямую. — Вперёд. Юрен — вернее, Юрина — наверняка вежливо откажется. «Как ни крути, взрослому парню и девушке делить комнату в течение недели — верх неловкости». Пусть даже всего на неделю, совместная жизнь остаётся совместной жизнью. Там возникнет слишком много поводов для конфликтов: от спальных мест до душа. — Ало, курсант Юрен? Это профессор Лукас. Так, эм... да. Понял. Ладно. Я вешаю трубку. Закончив звонок, Лукас повернулся ко мне: — Он сказал, что всё в порядке. — Простите? — Нет, не просто в порядке — он чуть ли не кричал от радости. — …… И вот так решилась моя недельная совместная жизнь с Юриной. ---------- Том 1 Глава 127 Общежитие А, где собираются лишь знатные семьи империи, высокопоставленные жрецы Святого Королевства и наследники богатых семей из Республики. Хотя я бывал здесь пару раз, навещая Ирис, общежитие всегда поражало своей грандиозностью и великолепием. «Это не общежитие, это целый отель!» Цыкнул я языком, проходя мимо большого фонтана, установленного на территории общежития. — Фух. Постояв и немного помедлив у общежития А, я медленно двинулся вперёд. — Дейл! Когда я добрался до входа в общежитие, Юрен, который ждал меня, весело помахал рукой с широкой улыбкой. — На этот раз отделался всего лишь отстранением, да? — Ага. Спасибо, что написал петицию за меня. — Тц. Ты вообще представляешь, как я испугался, когда впервые услышал об этом? Юрен скрестил руки на груди и принялся отчитывать меня. — Кстати, ты действительно в порядке? — Хм? Ты о чём? — Ну… Я бросил взгляд на кулон, висевший на шее у Юрена. — Мы ведь будем жить вместе до самых каникул, верно? — О, э-это правда. Юрен слегка покраснел (пожалуйста, не делай так в мужском облике) и почесал щеку. — Ну, это всего на неделю! У меня есть свободная комната, так что всё будет в порядке! — Ну… если ты не против. Подавив улыбку, я последовал за Юреном в его комнату. Щёлк. Я впервые видел комнату Юрена, и она оказалась удивительно аккуратной. Гостиная (да, там даже была гостиная) выглядела чистой и ухоженной, с диваном и столом, а мягкое освещение цвета слоновой кости наполняло помещение приятным ароматом. — Э-э… ну как? — Отлично. Очень чисто. — Хе-хе, хорошо. Юрен застенчиво улыбнулся, явно довольный собой, хотя я сделал вид, будто не расслышал, как он бормочет что-то о том, как рад, что успел прибраться. — Ты уже обедал? — Нет ещё. — Тогда подожди немного. Я быстренько что-нибудь соображу. С этими словами Юрен направился в сторону кухни. Каким-то образом он даже ухитрился аккуратно надеть фартук. — Ты умеешь готовить? Я с любопытством склонил голову, наблюдая за Юреном. В прошлой жизни я никогда не видел, чтобы он готовил. — Ну… э-э, да. Немного? Он неловко улыбнулся и отвёл взгляд. — …Немного? — Дейл, просто посиди на диване и подожди! Юрен вытолкал меня из кухни. Я устроился на диване, ожидая, пока еда будет готова. Шкворчание! Вскоре из кухни донёсся звук чего-то жарящегося. -А? Огонь слишком сильный? -А-а-а! Я пролил масло! -Креветок бросать прямо в панцире? -Эм, а где тут соль? Его встревоженное бормотание не внушало оптимизма. Примерно через десять минут… — …Что это такое? Я посмотрел на обугленную штуковину на тарелке и спросил: — Э-это, эм… гамбас… — …… — Уф…! Прости! Я слышал, это очень простое блюдо для новичков! Юрен опустил голову, выглядя совершенно поникшим. Ну, учитывая, что его семья всё ещё оставалась одним из высших аристократических домов империи, пусть и переживала не лучшие времена, было неудивительно, что Юрен редко брался за готовку. — Мог бы просто попросить меня приготовить. — Ну… Ирис вечно собирает тебе всякие коробочки с обедом и всё такое, верно? С унылым видом Юрен теребил пальцами. — Так что… я тоже хотел сделать что-нибудь для тебя. — …… Это было близко. Я мог бы проникнуться куда сильнее, будь Юрен сейчас в женском обличье. — Ладно, в следующий раз я тебя научу, и мы приготовим что-нибудь вместе. — А? П-правда? — Ага. В конце концов, мы всё равно собираемся жить вместе целую неделю. — Ах… э-это да. Юрен неловко прокашлялся и быстро отвернулся, словно заново осознавая, что нам предстоит совместная жизнь. В конце концов пришлось довольствоваться багетом, который Юрен купил в дополнение к гамбасу. После этого мы сели рядом на диване, обсуждая предстоящие бытовые условия. — Есть две комнаты, но всего одна ванная… так что я пойду в душ после тебя. — Спасибо. — Э-э… Дейл? — Да? — осторожно поинтересовался Юрен. — Та история о том, что магический артефакт, принесённый тобой снаружи, взорвался и устроил пожар в общежитии. — Да? — Это ведь была ложь, верно? Взгляд Юрена был прикован прямо ко мне. — Я слышал от курсанта, который находился неподалёку в тот момент. Он сказал, что на мгновение вспыхнуло серое пламя, а потом внезапно исчезло. — …… — Это пламя… оно появляется, когда ты используешь свою ману, верно? Если быть точным, это пламя появлялось, когда я использовал «Первозданное Пламя», а не обычную ману. Я медленно кивнул: — Да, оно самое. — …Я так и знал. Значит, ты тренировался с этим «огнём» в своей комнате, и из-за этого начался пожар. — Моя вина. Я потерял бдительность, потому что раньше «Первозданное Пламя» никогда не выходило из-под контроля. — Почему ты так сильно загоняешь себя на тренировках? — Ну… — Это из-за того Архиепископа Безумия, с которым мы столкнулись? — …… При словах Юрена, попавших прямо в яблочко, я крепко сжал губы. Причина, по которой я заставлял себя ускорять тренировки по управлению «Первозданным Пламенем», разумеется, заключалась не только в Архиепископе Безумия. Но сказать, что встреча с архиепископом никак на это не повлияла, было бы ложью. — Значит, всё-таки из-за него. Заметив моё выражение лица, Юрен, похоже, сам догадался об ответе, и его лицо помрачнело. — Когда я встретил Архиепископа Безумия… я ничего не смог сделать. Юрен слегка приподнял голову, вспоминая тот день. Пространство, покрытое багровой слизью. Приближающегося мальчика, окутанного кроваво-красной аурой. Давящая, удушающая аура тёмной энергии была настолько сильной, что Юрен даже не смог обнажить меч. Он просто замер на месте. — Ты ничего не мог поделать. Студент, который ещё даже не выпустился, никак не мог противостоять архиепископу. — Хм. Если рассуждать так, Дейл, ты ведь тоже всего лишь студент, верно? — Это… Не найдя возражений, Юрен слабо улыбнулся и развязал кулон на шее. Ву-у-х. Под мягким голубым свечением её некогда золотистые волосы превратились в мягкие серебряные пряди. Вернувшись в свой истинный облик Юрины, она мягко взяла меня за руку: — Я стану сильнее. Её голос был полон твёрдой решимости. — Я стану достаточно сильной… чтобы на этот раз защитить тебя, Дейл. Чтобы с этого момента тебе больше не приходилось так сильно себя изнурять. — …… Её слова на мгновение лишили меня дар речи. Её непоколебимый взгляд, устремлённый на меня. Тот самый взгляд, который я видел у неё раз за разом в прошлой жизни. Взгляд, который никогда не дрогнул перед лицом страха. Который не трепетал перед ужасом. Который не терял света даже в отчаянии. Взгляд, наполненный «мужеством». «Ах». Точно. Ты всегда была именно такой. И тогда, и сейчас. — Ха-ха. Тихий смешок сорвался с моих губ. «Кажется, я слишком спешил». После недавней встречи с Архиепископом Безумия во мне поселилось постоянное давление: нужно стать сильнее как можно быстрее. И это привело к тому инциденту с выходом «Первозданного Пламени» из-под контроля. «Будущее продолжает меняться, и ни в чём нельзя быть уверенным наперёд». Но всё же. Кое-что осталось неизменным. — Спасибо. Я чуть крепче сжал её руку и произнёс искренне: — Ах… Лицо Юрины залилось румянцем. И тут внезапно — Ву-у-х! Серебристое свечение заструилось из её груди. — А? Что это? Лучистый серебряный свет исходил из её тела. Это был тот самый свет, который появлялся каждый раз, когда она призывала «Благословение Лунного Света». — Что — нет, погоди! Это, м-м… Юрина выглядела не менее удивлённой, ошарашенно качая головой, словно не собиралась активировать благословение. — П-погоди! Она быстро вскочила и бросилась в свою комнату. Спустя примерно пять минут дверь открылась, и Юрина вышла обратно, выглядя слегка уставшей. — Фух. Всё в порядке. — Что это за внезапная активация благословения была? — О, э-э… Ну, Дейл, тебе не о чем беспокоиться. Она неловко кашлянула и отвела взгляд. — Ладно… В любом случае, рассчитываю на тебя на эту неделю. Не пытаясь допытываться дальше, я протянул Юрине руку. Она на мгновение задержала на ней взгляд, а затем осторожно опустила мою руку себе на голову. — …… Значит, она хочет, чтобы я снова погладил её по голове. Подавив смешок, я мягко провёл рукой по её волосам, и на её лице расцвела нежная улыбка. — Я рассчитываю на тебя, Дейл. * — Фух. Проведя вечер за тренировками с Юриной на тренировочной площадке и поужинав (на этот раз ужин приготовил я), я лёг на мат в комнате, которую Юрина использовала под гардеробную. «Всё прошло лучше, чем я ожидал». Хоть и всего на неделю — я переживал, что совместная жизнь двух взрослых людей может пойти наперекосяк. К счастью, мы пережили этот день без всяких проблем. «Наличие двух комнат решает многое». Будь это тесная однокомнатная коморка вроде тех, что в корпусе С, нам бы пришлось постоянно сталкиваться лбами. Но в корпусе А, где жила Юрина, было целых две комнаты и даже гостиная, так что у нас было предостаточно пространства, чтобы разойтись при желании. «С такими условиями мы запросто проживём вместе неделю». К тому же, как только неделя закончится, я смогу покинуть академию, так как начнутся каникулы. «Каникулы, да…» В прошлой жизни я оставался в академии на время каникул, чтобы работать и оплачивать расходы на жизнь, но на этот раз в этом не было никакой необходимости. «Надо спросить у Ирис и Беральда, какие у них планы на каникулы». Я хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы помочь Ирис, Юрине и Беральду стать сильнее. «Пожалуй, пора спать». Лёжа на мате и обдумывая планы на каникулы, я выключил часы героя и поудобнее устроился. Хотя это был всего лишь напольный матрас, Юрина умудрилась раздобыть невероятно удобный — куда лучше старой кровати, на которой я спал раньше. Я уже почти провалился в сон, как вдруг… Скрип. Я услышал, как тихо отворилась дверь. Повернув голову, я увидел Юрину в пижаме. — Эм… Дейл. — Чего? — М-мне тут подумалось… можно я сегодня посплю с тобой? Только на сегодня? — …Чего? Её неожиданная просьба заставила меня подскочить на мате. — В смысле, это как-то… — Всё в порядке! Я ничего не буду делать! Дело же не в этом! — Я просто… буду держать тебя за руку, пока мы спим! И всё!!! — Нет. Как ты вообще можешь говорить это?! ---------- Том 1 Глава 128 [Ало, курсант Юрен? Это профессор Лукас.] Когда мне позвонил профессор Лукас и спросил, сможет ли Дейл пожить у меня оставшееся до каникул время, я не удержалась и мысленно ликовала. «Пожить с Дейлом...!» На мгновение я стала настолько счастливой, что задумалась: а не вела ли вся моя жизнь в образе Юрена к этому дню? Это была нелепая мысль, но именно так я себя и чувствовала. — Сначала нужно убраться. Оглядев гостиную, заваленную разбросанными повсюду вещами и мусором, Юрина быстро принялась за дело. Убравшись — а ведь эту задачу она откладывала под самыми разными предлогами, — она даже купила ароматические свечи, чтобы в комнате витал лёгкий приятный запах. Подумав о том, что приготовить для Дейла по его прибытии, она заранее купила продукты, отыскав простые рецепты. «Простые для новичков? Как же!» Конечно, поскольку это была её первая попытка что-то приготовить, она всё испортила. Но даже тогда Дейл улыбнулся и сказал, что научит её готовить, не произнеся при этом ни единого дурного слова. «Дейл...» Стоило только вспомнить тепло его прикосновений после столь долгого времени, как на её губах расплылась глупая улыбка. — Но всё же... После того как они вместе поужинали и Юрина перед сном практиковала ману в одиночестве у себя в комнате, она вдруг заметила нечто странное. «А?» Она почувствовала, что энергия внутри её стигмы значительно возросла. «Почему это произошло так внезапно?» Дыхание маны становится менее эффективным по мере того, как у человека увеличивается количество маны. Иными словами, такая девушка, как Юрина, которая по сути была настоящим источником маны, получала с помощью дыхания маны совсем крохи. Столь внезапное увеличение маны было просто невозможным, если только она не приняла какой-нибудь эликсир. И не абы какой эликсир, а нечто редкое и бесценное. «Неужели это из-за лунного благословения?» Она вспомнила, как Благословение Лунного Света внезапно засияло ярким светом, когда она пообещала стать сильнее, чтобы защитить Дейла. «Условие для активации благословения — это... мысли о ком-то важном». Значит... её мана увеличилась из-за того, что она думала о Дейле. — Уф... Осознав это, она вспыхнула так, будто её лицо объяло пламенем. Хотя за ней никто не наблюдал, она обхватила колени руками и спрятала между ними лицо, чтобы скрыть горящие щеки. «С каких пор... я стала так много думать о Дейле?» Разумеется, ответ на этот вопрос она знала лучше кого бы то ни было. -Юрен… нет, Юрина, кажется? Тот день. День, когда луна поглотила солнце. -Я пришёл за тобой. Когда Дейл появился словно принц из сказки, которую ей когда-то рассказывал её брат. Когда он стал её новым «солнцем». В её сердце не осталось места ни для кого, кроме Дейла. — Но Дейл... Она надула щеки, всё ещё пряча лицо между коленями. С тех пор как он стал её солнцем, она стала гораздо острее чувствовать его взгляд на себе. И одна вещь, которую она осознала, была предельно ясна. «Взгляд Дейла... устремлён не на меня, а на Ирис». Это она чувствовала на уровне инстинктов. Точно так же, как Дейл заполнял её сердце, она знала, что его сердце заполнено Ирис. — ...Это нечестно. Она прикусила губу и сжала кулак. «Я могла бы заботиться о Дейле лучше». «Я могла бы быть полезнее для Дейла». «Я могла бы стать для Дейла большей опорой». Она понимала, что все эти мысли — не более чем мелочная ревность. Но всё же... — Я не хочу сдаваться, ничего не предприняв. Она медленно подняла голову с колен. Хоть она и знала, что сердце Дейла принадлежит Ирис, она не могла просто сидеть сложа руки и ждать, пока они будут вместе. — ...Мужество. Дейл говорил ей, что она — самый мужественный человек которого он знает. Что она не поддастся никакому страху или отчаянию. «Хотя, думаю, Дейл тут меня переоценил». Она не понимала, почему Дейл назвал её мужественной, когда раньше она трепетала при одном лишь виде матери. — Но всё же... мне стоит попытаться проявить храбрость. Раз уж Дейл так сказал. — Фух. Глубоко вздохнув, она встала с кровати. Осторожно приоткрыла дверь. До неё было меньше двадцати метров. Дверь в комнату Дейла (которая раньше была её гардеробной) была плотно закрыта. *Щёлк.* — Эм… Дейл. — Чего? — М-мне тут подумалось… можно я сегодня посплю с тобой? Только на сегодня? — …Чего? Дейл моргнул, удивлённый столь внезапным предложением. Прежде чем он успел отказаться, Юрина торопливо пояснила: — Ну... когда я была с тобой раньше, активировалось благословение, и благодаря этому моя мана увеличилась. — И что? — И я думаю, если мы поспим вместе, лунное благословение может активироваться снова. Это не гарантировано, но... думаю, стоит попробовать. Услышав моё заготовленное оправдание, Дейл с серьёзным выражением лица задумался на мгновение. — Ну, раз по такой причине, то ладно. — П-правда? — Ага. С этими словами Дейл лёг на матрас. Юрина осторожно легла рядом и взяла его за руку. «Ах». Тепло, исходившее от его руки. Ей хотелось поканючить и попросить его погладить её по волосам, но сейчас был не подходящий для этого момент. «Дейл... тоже нервничает?» Через его руку она чувствовала напряжение. — Хе-хе. Почему-то от этой мысли ей захотелось улыбнуться. — Спокойной ночи, Дейл. — ...Угу. Дейл тихо ответил и отвернулся в другую сторону. Хотя лица его она не видела, по влажной от пота ладони она подумала, что щеки Дейла, должно быть, покраснели точно так же, как и её. — ... Мысль о том, что он чувствует то же самое, что и она, помогла унять первоначальное волнение. «Я думала, что буду слишком нервничать, чтобы уснуть». Но рядом с Дейлом, держа его за руку, она постепенно начала погружаться в сон. Не сопротивляясь, она закрыла глаза. * — Ммм... Сколько времени прошло? Проснувшись, Юрина приподняла голову и огляделась. На улице всё ещё было темно, солнце ещё не взошло. «Значит, благословение... не активировалось?» Она тут же проверила стигму внутри себя, но никаких заметных изменений в мане не обнаружила. «Ну, было бы наивно полагать, что я так легко получу ещё маны». Впрочем, мне стоит быть довольной уже тем, что общение с Дейлом позволило мне увеличить запас маны с помощью благословения лунного света. «Дейл... всё ещё спит?» Я повернула голову и увидела Дейла с закрытыми глазами. Мягкий лунный свет, струившийся из окна, освещал его лицо. Его темно-серые волосы и бледная кожа, почти как у ребёнка. Не классическая статуарная красота, но в его облике было нечто живое. — ...Милый. Я застенчиво улыбнулась, глядя на спящее лицо Дейла. Даже глядя на него несколько минут, я не могла насмотреться. Его брови, которых касались тёмные волосы. Его мягко прикрытые глаза. Его мягкие на вид мочки ушей. Его аккуратный нос. А затем. Его губы, слегка бледноватые. — ....... Я нервно сглотнула, чувствуя, как в горле пересохло. «Нет-нет! Так точно нельзя!» Я крепко зажмурилась и судорожно затрясла головой. Украсть поцелуй у спящего Дейла? Это было тем, чего я никогда не должна делать. «Но...» Я в нерешительности прикусила губу. Размышляя об этом, я медленно подалась вперёд. *Чмок.* Я легко поцеловала Дейла в щеку и тут же подскочила, словно собираясь сбежать. «Он ведь не проснулся?» Я бросила взгляд на Дейла, но никаких признаков того, что он проснулся, не было. — Фух. С облегчением выдохнув, я осторожно вышла из комнаты, стараясь его не разбудить. *Щёлк.* Когда Юрина ушла и закрыла дверь. — ....... Дейл, который притворялся спящим, медленно открыл глаза. *Вздох.* Приподнявшись на кровати, он тяжело вздохнул и коснулся щеки, которой коснулись губы Юрины. — ...Я от этого сойду с ума. Проведя рукой по своим седым волосам, Дейл снова тяжело вздохнул. * Так подошло к концу недолгое время совместной жизни с Юриной. — Я смотрю, все уже вовсю возбуждены из-за каникул. Профессор Лукас, только что вошедший в класс, недовольно оглядел курсантов и цыкнул языком. — Ну, вы уже не дети, так что никаких особых предупреждений у меня нет. Те, кто едет домой, счастливого пути. Те, кто отправляется на какой-нибудь курорт, не натворите глупостей. Профессор Лукас лениво побродил по классу, а затем небрежно опустил руку на плечо одному курсанту. — Курсант Альберт. — И-и-ик! Альберт испуганно замер, словно увидел призрака. — Ч-что, в чем дело, профессор? — Хороших каникул, парень. Профессор Лукас ухмыльнулся и взъерошил волосы Альберта. Альберт с облегчением выдохнул и кивнул. — Да, профессор. — Ха-ха. Продолжим работать вместе во втором семестре. — ...Нал чем? — Ну-ка, посмотрим, кто следующий... — Нет! Над чем это мы будем работать вместе?! Игнорируя отчаянный протест Альберта, профессор Лукас вернулся к трибуне. — Ну и напоследок мы объявим рейтинги итоговой аттестации за первый семестр. Откройте часы героя. Следуя указаниям профессора Лукаса, курсанты влили ману в свои часы героя. Всплыло голографическое окно с сообщением: [Обновление оценок]. «Наконец-то объявляют оценки». Я включил свои часы героя, чтобы проверить свой текущий рейтинг. [Информация о курсанте] Имя: Дейл Хан Происхождение: Республика Курс: 3-й курс Факультет: Воин Рейтинг общей оценки курсанта: 472-й / 472 Рейтинг, который был мне слишком хорошо знаком. Но сегодня этому придёт конец. «Ну... раз я полностью завалил промежуточную аттестацию, на высокий рейтинг рассчитывать не приходится». Тем не менее, по крайней мере, я наконец избавлюсь от позора быть на последнем месте. «Я даже заполучил бриллиантовый жетон... и вклад группы у меня должен быть самым большим. Я ведь могу попасть даже в топ-50, верно?» Исполненный предвкушения, я уставился на экран с информацией о курсанте. [Обновление оценок завершено.] [Пожалуйста, перезагрузите экран информации о курсанте.] Отлично! Посмотрим на оценку, которая ознаменует начало моей новой жизни! [Информация о курсанте] Имя: Дейл Хан Происхождение: Республика Курс: 3-й курс Факультет: Воин Рейтинг общей оценки курсанта: 472-й / 472 — ...А? Какого черта это такое? Почему мой рейтинг не изменился? — Да, кстати, курсант Дейл получил три дисциплинарных взыскания с отстранением от занятий за этот семестр, так что все его результаты экзаменов были аннулированы. — ....... — Ого, схлопотать три отстранения за один семестр — это не шутки... Ты совершил нечто выдающееся, курсант Дейл. -Хм. Кто знает… Неужели это действительно бессмысленно? Неделю назад. Я вспомнил зловещую улыбку на лице профессора Лукаса, когда он вручал мне третье уведомление об отстранении. — Ха-ха-ха! Ты занял первое место на итоговом экзамене, но как жаль! Ухмыляясь той же самой улыбкой, профессор Лукас посмотрел на меня. С пустым выражением лица я уставился на цифру «472», красующуюся на экране информации о курсанте. — Быть не может. Когда же я наконец выберусь из этого? ---------- Том 1 Глава 129 Общежитие А — место, где живут исключительно дети высокопоставленных чиновников из трех наций. — Какая у этого парня была комната?.. Шагая по просторному коридору, я оглядывался по сторонам. Конечно, я не бродил потерянно в поисках комнаты, где провёл последнюю неделю с Юриной. Комната, к которой я направлялся сейчас, принадлежала не Юрине, а другому курсанту. «Это место до безумия огромное». Побродив по просторному общежитию А довольно долго, я наконец добрался до нужной комнаты. «Он ведь не уехал домой сразу после начала каникул?» Я слегка постучал в дверь. Тук-тук. Из двери, сделанной из высококачественного дерева, раздался изысканный звук. Конечно, у шикарного общежития и двери были совсем другого класса. Моя же дверь противно скрипела при каждом стуке... Думая об этом, я услышал — Щёлк. Дверь отворилась, и на пороге появился красивый блондин. — О, Дейл? Джульет, удивлённый моим неожиданным визитом, окинул меня ошеломлённым взглядом. — Какими судьбами? — Я кое-что тебе принёс. — Принёс?.. Взгляд Джульета упал на тяжёлую кожаную сумку, которую я держал в руках. — Могу отдать её внутри? — Э-э, да! Конечно! Заходи! Первым впечатлением от комнаты Джульета было то, что она «милая». Гостиная была заполнена симпатичными украшениями, а в одном из углов аккуратно выстроились ряды цветочных горшков. «Честно говоря, это больше похоже на девичью комнату, чем у Ирис или Юрины». Я усмехнулся, подумав о том, как сильно это подходит характеру Джульета. — Хочешь чего-нибудь выпить? Кофе? Или чаю? — Кофе. — Хорошо. Секунду. Пока я немного ждал на диване, Джульет принёс милую кофейную чашку с кошачьим принтом. — Так что ты мне принёс? — Вот, держи. Я протянул тяжёлую сумку, полную золота. Конечно, хотя валюта и называется «золотом», на самом деле это было вовсе не золото. «Говорят, 500 лет назад они использовали настоящие золотые монеты». После денежной реформы от золота осталось только название, а сама валюта изготавливалась из бумаги и использовалась как общие деньги во всех трех нациях. — Это... золото? — Ага. Возвращаю миллион золотых, что занял, плюс двести тысяч сверху, итого один миллион двести тысяч золотых. — А? Зачем ты мне это отдаёшь?.. — В смысле зачем? Ты что, забыл, как одолжил мне деньги? — Ох. Джульет издал тихий вздох, вспомнив позабытое. — Ты правда собираешься вернуть долг? — Я же говорил, что верну. Ну, честно говоря, когда я занимал их, у меня не было никаких намерений их возвращать. Но, узнав Джульета получше и наблюдая, как он со временем меняется, я передумал. — ... Хотя Джульет смотрел на тяжёлую сумку с золотом, выражение его лица вовсе не было радостным. — Что такое? — Ну... просто... мне кажется, что если я возьму это, у меня больше не останется причин общаться с тобой, Дейл... — ... Чего это он сейчас переживает? — С каких это пор долг мешает нам общаться? Куда сложнее поддерживать связь, когда кому-то должен. — ...Друзья. На лице Джульета появилась слабая улыбка. — Да, ты прав. Он принял у меня тяжёлую сумку с деньгами. — У тебя есть планы на эти летние каникулы, Дейл? — Да особо нет. Пока ничего конкретного. Планы-то у меня были, но сначала нужно было обсудить их с остальными. — Если окажешься в Республике, обязательно свяжись со мной! Если понадобится помощь, я непременно помогу! — Договорились. Сказав это, я медленно поднялся с места. — У-уходишь уже? — Ага. Мне ещё нужно встретиться кое с кем. — О... ладно. Джульет кивнул с лёгким разочарованием на лице. — Ну, тогда я пойду. — Ладно! Отличных каникул, Дейл! — И тебе. Попрощавшись с Джульетом, я направился к следующей встрече. * Кафе внутри главного здания Школы Героев. Обычно оживлённое кафе теперь, с началом каникул, было тихим, как тренировочная площадка после экзаменов. — О, Дейл! Сюда! Громкий голос пронёсся по тихому кафе. Я последовал на голос и увидел сидящих за столом Ирис, Камиллу, Юрена и Беральда. — Простите, я немного опоздал, да? — Нет, всё в порядке. Мы и сами только что пришли. Ирис похлопала по пустому стулу рядом с собой, приглашая меня сесть. — Хм. И зачем ты нас позвал? — с недовольным видом спросила Камилла, заметив, что я сел рядом с Ирис. — У вас есть время на эти летние каникулы? — Время? — Куда ты собрался? Ирис склонила голову набок, сгорая от любопытства. — Помните те руины, которые мы исследовали раньше? — Конечно. — Я подумал, что мы могли бы снова отправиться в экспедицию по руинам на каникулы, если у всех найдётся время. В прошлой жизни я исследовал десятки, если не сотни руин. Одним из таких мест я и планировал заняться в эти летние каникулы. — Я полностью за! Ирис без колебаний восторженно кивнула, её глаза сияли. — Хе-хе. Я боялась, что во время каникул мы расстанемся, но какое счастье, что мы сможем быть вместе. Она сладко улыбнулась и взяла меня за руку под столом. Увидев это, Камилла тяжело вздохнула. — Эх. Святая... разве тебе не следует хотя бы вернуться в Святое Королевство на каникулы? — Мне там всё равно делать нечего, верно? — И всё же... — Да и, честно говоря, вряд ли многие хотят моего возвращения. — ... Когда Ирис закончила с горькой улыбкой, Камилла умолкла с окаменевшим лицом. — Эх. Ладно. Я доложу в Святое Королевство, что мы остаёмся в школе на эти каникулы. — Спасибо. После этого довольно непростого разговора я повернулся к Юрену. — А ты, Юрен? — Я свободен. Обычно я возвращаюсь домой на каникулы, но... на этот раз мне это не нужно. Юрен тепло улыбнулся, сдерживая слова: «Благодаря тебе, Дейл». «Отлично». Похоже, все были согласны, так что на каникулы мы сможем исследовать «те руины». «Задачка непростая... но с такой партией мы справимся». И снова я не собирался выходить на передовую и активно сражаться. «Хотя мой собственный рост важен, помогать расти моим товарищам не менее значимо». Освоив технику «Конфлаграции», я достиг своей цели по развитию. На самом деле, я стал настолько силен, что уже не мог полностью контролировать свою мощь. Теперь пришло время помочь моим товарищам. — Ах... Прости, брат. В этот момент Беральд подал голос с неловким выражением лица. — Похоже, мне придётся вернуться домой на эти каникулы. — Что-то случилось дома? Юрен склонил голову и посмотрел на Беральда. Беральд горько улыбнулся и кивнул. — Отец приболел, так что мне нужно вернуться домой и присмотреть за ним. — Ах... С губ Юрена сорвался тихий вздох. — Да уж, если дело в этом, ничего не поделаешь. Тогда мы вчетвером, без Беральда... — Нет, в этом нет необходимости. Я покачал головой и посмотрел на Беральда. — В конце концов, руины, которые мы планируем посетить на этот раз, находятся в Республике. — Руины в Республике?.. Республика не славилась обилием руин. — Только не говори мне, брат, что ты специально выбрал руины в Республике? Я кивнул Беральду, который задал вопрос широко раскрытыми глазами. — Разве я не обещал раньше? Что приеду к тебе домой на каникулы и поищу способ вылечить твоего отца. — О. Беральд, похоже, наконец вспомнил то обещание и тихо воскликнул. — Ты правда... приедешь? — Конечно приеду, идиот. Ты думал, я просто так бросаю слова на ветер? — ...Шмыг. Беральд шмыгнул носом и неожиданно вскочил с места. — Браааат! — Угх! Беральд бросился ко мне и крепко обнял. Его лицо, перепачканное слезами и соплями, тёрлось о мою щеку. — Пусти! Отпусти, идиот! Я отчаянно попытался оттолкнуть Беральда. Вытерев неприятную слизь с щеки салфеткой со стола, я продолжил: — Ну, честно говоря, я не знаю, смогу ли вылечить его, даже если приеду. — Хе-хе. Я просто благодарен, что ты едешь. Беральд ухмыльнулся, словно говоря, чтобы я не переживал. — Так когда выезжаем? — Давайте отправимся завтра. Все согласны? — Да, без проблем. — Я тоже не против. Ирис и Юрен кивнули в знак согласия. Так было решено наше первое место назначения на летние каникулы — дом Беральда. * Город погрузился во тьму. Бесчисленные огни освещали его, словно звезды на ночном небе. Женщина неуверенно сидела на краю высокого здания. — Ху-а-а~ Какая скука. Когда же они придут? Женщина с фиолетовыми волосами потянулась, лениво болтая ногами. В этот момент — Бах! Дверь на крышу распахнулась, и группа героев в черных костюмах ворвалась внутрь, окружив её. — О, а вот и вы? Женщина с фиолетовыми волосами хитро улыбнулась, глядя на собравшихся героев. Один из героев, напряженный, с обнажённым мечом, заговорил: — Л-Лактасия! Ты полностью окружена — Гах! В одно мгновение острые удлинённые ногти пробили шею мужчины. Женщина изящно поднялась и элегантной походкой направилась к нему. — Окружена? Вы что, не понимаете, что это я вас сюда позвала? Хрусь! Голова мужчины слетела с плеч. Неторопливо оглядев героев, женщина подмигнула. — Ах... — Ты... такая красивая... Внезапно взгляды мужчин отупели. Они словно зачарованно смотрели на женщину с приоткрытыми ртами. — Что... Что вы творите? — Опомнитесь! Сопровождавшие их женщины-герои настойчиво схватили мужчин за плечи, пытаясь их встряхнуть, но те не подавали признаков возвращения в реальность. — Угх! Да просто убьём её уже! — Хаахп! Наконец сдавшись, женщины-герои обнажили оружие. Шх-крк! Шх-крк! Из земли вырвались фиолетовые шипы, пронзая тела женщин-героев. — Вы меня не интересуете, так что сидите тихо~. Женщина, быстро расправившись с женщинами-героями, небрежно прошла среди мужчин. — Хмм. У этого глаза не очень. Этот нос мне не нравится. О, а этот парень просто страшный, да? Швинк! Швинк! Швинк! Каждое её движение сопровождалось катящимися по полу крыши головами. К тому моменту, как она сделала полный круг, в живых не осталось ни одного героя. — Хаах~ Нужно найти Наследие Железного Кулака и убираться отсюда. Как же трудно найти красивого парня в Республике. Женщина повернулась и с разочарованным выражением лица посмотрела на огни, струящиеся по городу. — Неужели здесь нет ни одного идеального белокурого красавчика? Её глаза алчно блеснули, и она облизала губы. ---------- Том 1 Глава 130 Широкая дорога. Серые здания выстроились на идеальном расстоянии друг от друга, словно их нарисовали по линейке. — Значит, это и есть... Республика. Глаза Ирис сияли от любопытства, пока она оглядывалась по сторонам. Как и подобает Республике, стране, известной своими технологиями, здания здесь были выше и упорядоченней по сравнению со Святым Королевством. «Хотя всё выглядит слишком одинаково, из-за чего чувствуется некоторая унылость», — подумала она. Проглотив эту мысль, Ирис последовала по пятам за Дейлом. — Ты рос в таком месте, Дейл? — Нет. Дейл слегка покачал головой в сторону Ирис, подошедшей так близко, что их плечи почти соприкасались. Честно говоря, прошло столько времени, что он едва помнил своё детство в приюте. — Место, где я рос, было гораздо более глухим. — Правда? — Ага. Там даже врат телепортации не было, так что отсюда туда пришлось бы добираться несколько дней. — Как жаль. — Что именно? — Хе-хе, я надеялась найти в приюте твою детскую фотографию. Ирис озорно ухмыльнулась, её глаза сияли. — И что же ты стала бы делать с моей детской фотографией? — Ну... Ой, да ладно! Как я могу сказать такое вслух? — Нет, серьёзно. Что именно она замышляла? Дейл бросил на Ирис настороженный взгляд, но она лишь мило улыбнулась. Тяжело вздохнув, он повернулся к Беральду. — Твой дом близко отсюда? — Нет. Нам нужно сесть на поезд и доехать до городской окраины. — Тогда сначала отправимся на вокзал. — Ха-ха. Следуйте за мной. Беральд зашагал вперёд, ведя их к вокзалу. После поездки на поезде к городской окраине вид леса серых зданий постепенно сменился открытыми полями. Примерно через час пути на поезде: — Это наша остановка. Выйдя наружу вместе с Беральдом, они оказались в мирной сельской местности, в которую было трудно поверить как в часть той же Республики, что они видели ранее. — Удивительно, как сильно меняется всё, стоит лишь немного отъехать от города. — Ха-ха. В Святом Королевстве и Империи ведь то же самое, верно? — Это точно. — Идёмте, мы почти на месте. Следуйте за мной. Пройдя некоторое время по тихой деревенской дороге, они увидели большой особняк. — Это мой дом. Пусть это была лишь боковая ветвь рода, особняк семьи Рю явно выделялся по своим масштабам на фоне остальных домов вокруг. — Я вернулся! Громко окликнул Беральд, и его голос разнёсся эхом, а вскоре оттуда выбежала тепло улыбающаяся женщина средних лет. — О боже, молодой господин Беральд, ты вернулся? — Кхм. Разве я не просил тебя не называть меня «молодым господином»? — Хе-хе, ничего не могу с собой поделать. Это твои друзья позади тебя? — Да. Женщина средних лет повернулась к нам и вежливо поклонилась. — Рада познакомиться с вами, герои. Меня зовут Анна, я экономка этого особняка. — Я Дейл. — Я Ирис. Обменявшись короткими приветствиями, мы последовали за Анной в гостиную. Особняк был таким большим и тихим, что казался почти заброшенным, будто кроме Анны здесь не было других слуг. — Я принесу вам чего-нибудь выпить, пожалуйста, подождите здесь минутку. — Вообще-то, я бы хотел сначала увидеть отца. — ...Главу дома? Выражение лица Анны помрачнело. Беральд горько улыбнулся и кивнул. — ...Он в своей спальне на втором этаже. Опустив голову, Анна осторожно отошла в сторону. — Следуйте за мной. Беральд поднялся по лестнице с тяжёлыми шагами. Пройдя по длинному коридору, он остановился перед дверью в самом конце и крепко зажмурился. — Фух. Глубоко вздохнув и набравшись решимости, Беральд мягко постучал в дверь. — Хм? Разве уже время обеда? Голос изнутри звучал наивно, но это был не детский голос. Это был глубокий взрослый голос. — Я вхожу. — Эй! Это же здоровяк! В тот момент, когда дверь открылась, их встретил крупный мужчина средних лет, почти такой же массивный, как Беральд. Мужчина, лежавший на кровати, широко улыбнулся, как только увидел лицо Беральда, и вскочил. — Хе-хе! Давно не виделись! Как поживаешь? Мужчина ярко сиял, глядя на Беральда. Беральд сжал кулак так крепко, что казалось, тот сейчас хрустнет, и до крови прикусил губу. — ...Отец. — А? Я тебе не отец. Меня зовут Гилберт. Гилберт склонил голову набок, посасывая палец. — ...... Беральд посмотрел на пол, подавляя волну эмоций. Дрожащим голосом он выдавил из себя: — ...Верно, Гилберт. — Ага! Я Гилберт! Приятно познакомиться! Эм... Как тебя звали? — Я... Слова представления, которые он повторял столько раз, снова сорвались с его губ. — ...Беральд. Беральд Рю. — О, точно! Беральд! Хе-хе, ты же говорил мне раньше, но я забыл. — ...Ничего страшного. Беральд мягко положил дрожащую руку на плечо Гилберта. Его рука слегка подрагивала, когда он коснулся его. — Я скажу тебе снова... столько раз, сколько потребуется. — Хе-хе! Здоровяк такой добрый! Гилберт кивнул с яркой улыбкой. — Ну как, твоё тело чувствует себя нормально? Нигде не болит? — Хм... Иногда вот здесь покалывает. Гилберт грустно указал на макушку своей головы. — Будто кто-то тычет меня иголкой. — ...Сейчас болит? — Нет, не болит. Гилберт застенчиво улыбнулся Беральду. — Наверное, потому что я с тобой. — ...... Глаза Беральда слегка задрожали. — Кстати, а кто те люди позади тебя? Взгляд Гилберта обратился к нам, стоявшим у двери. — ...... — ...... Пока мы мешкали, не зная, как ответить, Беральд заговорил: — Разве ты не говорил, что у тебя иногда болит голова? Это врачи, которые пришли помочь. — В-врачи? При слове «врачи» Гилберт испуганно отпрянул назад, сделав шаг назад. — Я-я не люблю врачей... Они всегда заставляют меня пить горькие лекарства! — На этот раз об этом беспокоиться не нужно. — ...Правда? — Клянусь своим именем. Беральд ободряюще улыбнулся. Успокоившись, Гилберт медленно вернулся к нему. — Л-ладно... Ах, но погоди... Как ты сказал тебя зовут? — Беральд. — О, точно. Ха-ха. Я опять забыл. Сказал Гилберт, приближаясь ко мне. — Ну что, доктор, что мне делать? — ...Пока просто ляг на кровать. — Хорошо! Гилберт бросился к кровати, натянул одеяло и лёг. — Ах... Как только я лёг, мне сразу захотелось спать. Не прошло и десяти секунд после того, как он лёг, как Гилберт пробормотал сонным голосом и вскоре захрапел. — Фух. Беральд глубоко вздохнул и повернулся к нам, убедившись, что Гилберт уснул. — Вот в каком состоянии сейчас мой отец. — ...Беральд. Ирис посмотрела на Беральда скорбным взглядом. — Я слышала об этом, но не знала, что всё настолько серьёзно. — ...Должно быть, тебе приходилось тяжело всё это время. Юрен и Камилла тоже со сложными выражениями смотрели на Гилберта, заснувшего на кровати. — Позволь мне проверить его состояние. Ирис присела у кровати и положила руку на лоб Гилберта. Ву-у-у-у-у-х. Мягкий белый свет полился из её руки и просочился в лоб Гилберта. Её синие глаза перелились радужными оттенками. — Ха-а, ха-а. Через некоторое время. Ирис вытерла пот со лба, тяжело дыша. — Как... как он? Каково состояние моего отца? — встревоженно спросил Беральд. — Сама стигма повреждена. — Стигма? — Да. Стигмы, дарованные Семью Богами, содержат не только ману, но и частицы души и разума. Стигма Гилберта сейчас повреждена. — Т-тогда её никак нельзя исцелить? Лицо Беральда затвердело. Ирис убрала руку со лба Гилберта и произнесла: — Одной моей силы недостаточно. — Ах... Беральд испустил тихий вздох. — Но... — ...Но? — Если у нас будет подходящее подношение, исцеление может стать возможным. — Подношение? — Она имеет в виду магические камни или зачарованные артефакты. Прежде чем Ирис успела ответить, заговорил я: — Святая магия может усиливать свой эффект, предлагая что-то взамен. — Именно. Как сказал Дейл, если у нас будет подношение, мы сможем использовать более сильную исцеляющую магию. — Значит, если мы найдём магический камень, то сможем исцелить моего отца? — Мы можем попытаться, но я не могу гарантировать, что сработает. И... — Ирис продолжила, её лицо омрачилось беспокойством. — Нам, вероятно, понадобится по меньшей мере высококачественный магический камень. — Ах... Беральд снова вздохнул. В отличие от средне- или низкокачественных магических камней, которые можно было производить массово, высококачественные магические камни можно было добыть только охотой на демонических зверей. И не каких-нибудь зверей, а по меньшей мере 8-глазых демонических зверей. — Магический камень высокого класса... Беральд прижал руку ко лбу и тяжело вздохнул. Поймать 8-глазого демонического зверя было непросто, и даже если бы им удалось, не было никаких гарантий, что из него выпадет магический камень. Более того, покупка такого камня стоила бы миллионы золотых, что далеко превосходило ту поддержку, которую могла предоставить его семья. — Ха. В этот момент. Тихий смешок сорвался с моих губ. — ...Брат? — Не думал, что всё так свяжется. — Что ты имеешь в виду? Беральд озадаченно посмотрел на меня, а я широко ухмыльнулся. — Я же говорил тебе, что хочу отправиться в экспедицию по руинам этим летом, разве нет? — Говорил, но... — Мы найдём его там. Магический камень высокого класса. — ...! Глаза Беральда широко раскрылись от удивления. * После того как мы решили отправиться в экспедицию по руинам в поисках магического камня высокого класса, возникла проблема. — Хм. Ты сказал, что мы направляемся к Железному Ущелью? — Ага. — Туда нет врат телепортации... и регулярного транспорта тоже нет, так что нам понадобится магическая карета, — озабоченно произнёс Юрен. — У меня нет прав на вождение... Дейл, а у тебя? — Нет. Я умел водить, но прав у меня не было. — Ирис, Камилла, а у вас есть? — У меня пока нет прав на вождение... — У меня тоже. — Тц. Беральд, у тебя ведь тоже нет, верно? — Верно. Вздох. Глубокий вздох сорвался с губ Юрена. Мало того, что у нас не было лицензированного водителя, так ещё и самой магической кареты не было. — Значит, придётся идти пешком? Это будет долгий путь. — У меня кое-что на примете. — Кое-что на примете? Я усмехнулся, активируя свои часы героя. — Просто подождите. Завтра увидите. А на следующий день. Врум! Ранним утром. Гулкий рёв мотора разнёсся перед особняком. К особняку подъехал изящный чёрный магический автомобиль, и из него вышел блондин в солнцезащитных очках. — О, Дейл! Я привёз магическую карету, о которой ты просил! Джульет, заметив меня, помахал рукой с яркой улыбкой. ---------- Том 1 Глава 131 Пересечённая дорога. Роскошный магический экипаж, который, казалось, запросто стоил десятки тысяч золотых, плавно скользил по пути. Хотя я назвал машину, которую пригнал Джульет, изящной, это был вовсе не один из тех спортивных магических автомобилей, что сейчас так популярны у молодёжи Республики. Машина Джульета была тем, что можно назвать автомобилем босса — представительским седаном высшего класса. Это была модель, которую предпочитали богачи Республики: сиденья из настолько мягкой кожи, что казалось, они могут растаять от одного прикосновения, и просторное заднее сиденье. Бум! — Уф. Каким бы прекрасным ни был этот магический автомобиль, ехать по такой ухабистой дороге было неизбежно неудобно. Особенно когда четверо из нас набились на заднее сиденье: Камилла, Ирис, я и Юрен — именно в таком порядке. — Ты в порядке, Дейл? — А, да. — Не чувствуй себя так скованно, можешь сесть поближе ко мне. — Это... Я выдавил неловкую улыбку, поглядывая на Камиллу, сидевшую рядом с Ирис и бурившую меня взглядом, который словно говорил: «Только попробуй пересесть к ней поближе». — Да ладно тебе, Дейл, подвинься ближе ко мне. Мы же оба парни, верно? Ухмыляясь, сказал Юрен и схватил меня за руку. — О боже~ В такой ситуации какая разница, мужчина или женщина? Дейл, разве тебе не было бы гораздо удобнее здесь со мной? — Ха-ха-ха, Ирис, ты говоришь довольно смелые вещи. Не слишком подходяще для святой. — Это ты говоришь странные вещи, Юрен. Насколько мне известно, парни не любят сидеть слишком близко друг к другу, даже если они друзья. Их взгляды сошлись в напряжённом поединке, пока я неловко сидел между ними, зажатый в эпицентре их скрытого противостояния. — ...Брат. С переднего пассажирского сиденья Беральд повернулся и посмотрел на меня. — Хочешь поменяться местами и сесть спереди? — Если ты пересядешь назад, станет ещё теснее. И без того было тесно. — Уф... Простите. Если бы я знал, то пригнал бы магический автомобиль побольше. Джульет бросил виноватый взгляд в зеркало заднего вида, продолжая вести машину. — Нет, я уже благодарен, что ты нас подвозишь. — И всё же, почему вы вообще направляетесь в Железное Ущелье? — Ну... Мы планируем что-то вроде тренировочного лагеря. — ...Прямо в начале летних каникул? Джульет недоверчиво покачал головой. — Ты и впрямь невероятно усерден, учитывая твои оценки, Дейл. — Заткнись. — Ха-ха-ха, я просто шучу. Джульет тихонько усмехнулся. «Джульет шутит со мной, да». Было очевидно, что наша дистанция сократилась с тех пор, как в прошлый раз я дал ему денег. — Кстати, вы слышали этот слух? — Какой слух? — Ходят слухи, что в Железном Ущелье спрятано Наследие Железного Кулака. — О... Что ж, об этом я слышал — слух был довольно известным. «Но это всё лишь выдумка». Руины в Железном Ущелье, к которым мы направлялись, были первыми руинами, которые я, Юрен, Беральд, Ирис и старшая София в моей прошлой жизни покорили вместе как группа. Тогда, обнаружив скрытые руины, мы с Беральдом пришли в дикий восторг, полагая, что наконец-то нашли наследие Железного Кулака, однако внутри не оказалось ничего, кроме стража-голема. «И всё же, если мы победим голема-стража, мы получим высококачественный магический камень». Пусть голем-страж внутри был намного сильнее того, что мы одолели во время итогового экзамена, это станет прекрасной возможностью для тренировок и позволит убить двух зайцев одним выстрелом. — Наследие Железного Кулака, значит... Сидевший на пассажирском сиденье Беральд тихо пробормотал. Джульет покосился на него и спросил: — Кстати, Беральд... мне называть тебя младшим? — Хе-хе, просто зови меня Беральдом. — Ах, эм, ладно. — О чём ты хотел спросить? — Твой род, клан Рю, как-то связан с Железным Кулаком Рюджин Соном, верно? — Ну, можно и так сказать. Клан Рю, одна из самых могущественных семей в Республике, происходил от Рю Джинхёка — младшего брата Железного Кулака Рю Джин Сона. В то время как у его брата был природный талант мастера боевых искусств, Рю Джинхёк обладал выдающимися способностями к магии. Этот талант передавался из поколения в поколение, и теперь клан Рю признан ведущим магическим родом в Республике. — Так ты что-нибудь знаешь о Наследии Железного Кулака? С горящим от любопытства из-за слухов взглядом спросил Джульет. — Ха-ха, не особо. Ответил Беральд, качая головой с горькой улыбкой. — В детстве я слышал, что Рюджин Сон не слишком ладил с нашим предком. — Рюджин Сон не ладил с Рю Джинхёком? Но ведь они братья, верно? — Разве то, что они братья, означает, что они обязаны ладить друг с другом? — О, это точно. Даже имея общую кровь... нет, пожалуй, именно из-за кровного родства братья нередко ссорятся. — Так или иначе, я слышал, что наш предок сознательно держался на расстоянии от Железного Кулака Рюджин Сона. — Понятно. — А поскольку у Рюджин Сона не было потомков, после ссоры с единственным оставшимся членом семьи Наследие Железного Кулака просто кануло в лету. — Вот почему его никто не мог найти больше пятисот лет. Джульет выглядел слегка разочарованным. Я оглянулся на него и усмехнулся. — Тебя действительно так сильно это интересует? — Э-э, что? Нет, то есть... это же наследие одного из Пяти Великих Героев! Как тут не заинтересоваться? — Что ж, справедливо. Тем более что Железный Кулак Рю Джин Сон, в отличие от других героев, никому не оставил своего наследия. Естественно, интерес к нему был высок. «Оглядываясь назад, я задаюсь вопросом, существовало ли вообще какое-либо наследие». Даже странствуя по континенту тысячи лет в поисках Первозданного Пламени, я так и не нашёл наследие Железного Кулака. «Но сейчас это не важно». Главным приоритетом было помочь сопартийцам вырасти через реальный бой и добыть подношение, необходимое для лечения отца Беральда. Погоня за каким-то несуществующим наследием не шла с этим ни в какое сравнение. — Мы у входа в Железное Ущелье... Дальше на магическом автомобиле мы не проедем. Спустя полдня пути мы наконец прибыли к устью ущелья. Джульет бросил взгляд на ухабистые скалы внутри ущелья и остановил машину. — Всё нормально. Спасибо, что подвёз нас. — Хе-хе. Пустяки. Так вы все теперь будете тренироваться вместе? — Ага. Джульет на мгновение посмотрел на нас с завистью, но пригласить его с собой было трудно. «Если разница в силе между участниками группы слишком велика, это может стать помехой». Джульет вовсе не был слаб, но лишь по сравнению с обычным курсантом. А с такими людьми, как Юрен, Ирис, Беральд и даже Камилла... Они превосходили уровень обычных курсантов — они не уступали многим действующим героям, а то и превосходили их. — Ну что ж, я тогда поеду! Если понадоблюсь, дайте знать! — Да. Доберись до дома без приключений. — Да, и свяжитесь со мной, когда тренировочный лагерь закончится. Я приеду за вами. Джульет улыбнулся и надел солнцезащитные очки. — Спасибо, Джульет. Ирис склонила голову перед Джульетом. Возможно, Джульет не ожидал благодарности от святой, так что он смутился и замахал руками: — О нет, ничего страшного... Это же просьба друга... — Хм. Неужели это единственная причина? Ирис ухмыльнулась, наблюдая за растерянным Джульетом, и хитро улыбнулась. — ...А? В смысле «единственная причина»? — Хе-хе. Причина, по которой ты так сильно нам помогаешь... Ирис бросила быстрый взгляд на Беральда, а затем шагнула ближе к Джульету. — Всё из-за Беральда, верно? — ...Чего? — Хе-хе. Ты же сам говорил раньше, разве нет? Что ты... питаешь к нему чувства. — О. Лицо Джульет мгновенно побледнело. — Н-нет! Я...! Прежде чем он успел найти оправдание, Ирис похлопала его по плечу и показала большой палец. — Удачи! Я болею за вашу любовь, Джульет! Ирис ярко улыбнулась и отвернулась. — ...Уф. Оставшись один, Джульет опустил голову и сжал дрожащие кулаки. — Нет... Я... Я к нему не так отношусь... Это было лето. * Железное Ущелье, где, по легенде, провёл свои преклонные годы легендарный Железный Кулак Рюджин Сон, славилось коварным рельефом и запутанными, словно лабиринт, тропами. Мало того, что в каждом углу таились дикие и свирепые демонические звери, там также процветали смертоносные ядовитые растения и насекомые, способные погубить даже героев. Грохот! Трах! — Фух. Теперь понятно, почему это место закрыто для героев. Юрен ловко увернулся, когда земля под его ногами обвалилась, словно угодив в ловушку, и шумно выдохнул. Я шёл впереди, обходя провалы в грунте, и бросил взгляд на уставшие лица сопартийцев. — Мы почти у руин. Ещё чуть-чуть потерпите. — Но откуда ты знал, что в таком месте есть руины, брат? — Да, я никогда раньше ничего не слышал о руинах в Железном Ущелье. Беральд и Юрен озадаченно посмотрели на меня. — Помните, когда я ненадолго уходил с профессором Элишей после итогового экзамена? — А, да. Ты про ту поездку за пределы академии? — Ага. Именно тогда я и получил информацию о скрытых руинах в Железном Ущелье. На самом деле расположение руин было мне известно благодаря воспоминаниям из прошлой жизни. Но всей правды друзьям я пока раскрывать не мог. — Хм... Вот как? Юрен нахмурился, всё ещё выглядя неубеждённым, но я двинулся дальше, не став развеивать его сомнения. Спустя ещё несколько часов продвижения вглубь Железного Ущелья перед нами наконец появился вход в большую пещеру. — Это и есть вход в упомянутые тобой руины? — Ага. — Но она вроде не такая уж глубокая... Конец пещеры виден снаружи. Как и сказала Ирис, дальний конец пещеры был настолько близко, что мы отчётливо видели его с того места, где стояли. Скорее уж это напоминало широкий котлован, образовавшийся от оползня, чем пещеру. Я сдержал усмешку и шагнул внутрь. — Если бы вход было легко найти, он не оставался бы скрытым на протяжении пятисот лет. Вход в эти руины был запечатан барьером, из-за чего обнаружить его простым осмотром было невозможно. «Тогда нам пришлось изрядно повозиться, чтобы снять эту печать». Чтобы открыть проход, требовалось отыскать камни печати, спрятанные по всему Железному Ущелью, и расставить их в определённом порядке внутри этой пещеры. «Но если бы мы занялись этим сейчас, на это ушли бы все летние каникулы». К счастью, существовал способ проще. Куда более простой и быстрый способ. — Беральд, помнишь ту магию, которую ты использовал, когда сломалась дверь в студенческой столовой? — Ты имеешь в виду... заклинание снятия замков? — Ага. Я ухмыльнулся и зажёг серое пламя. Вух! Пепельный огонь яростно вспыхнул в моём сжатом кулаке. — Мы используем это заклинание. ---------- Том 1 Глава 132 Вууух! Пепельно-сероие пламя яростно пылало. Рычащее пламя обвило сжатый кулак. «Немного грубый метод». Я ведь немного подумал над этим. Может, мне попытаться найти все камни печати, как в прошлой жизни, а затем попытаться открыть дверь руин? «Это пустая трата времени». Я знаю, где находится вход в руины, и у меня есть сила, чтобы сорвать печати. Это тебе не промежуточная аттестация, где оценивается сам процесс штурма руин, так что нет никакой необходимости следовать традиционным путём, верно? «И если я буду находить камни печати один за другим и разом решать головоломку, это вызовет лишь ещё больше вопросов». И без того я уже вызвал подозрения Юрена, отыскав скрытый вход в руины без каких-либо подсказок. Если я продолжу в том же духе, то буду выглядеть ещё более подозрительно. Хотя члены моего отряда доверяют мне, я прекрасно знаю, что не смогу убедить их с помощью хилой отговорки вроде «Я получил информацию от профессора Элиши». «Что ж, если я не хотел вызывать подозрений, мне вообще не стоило сюда соваться». Это был мой личный выбор. Должен ли я двигаться неэффективно, чтобы идеально скрыть тот факт, что я регрессор? Или же двигаться эффективно, даже рискуя вызвать подозрения? Здесь я выбрал второе. «В конце концов, рано или поздно я всё равно раскрою правду». Даже если я идеально скрою то, что я регрессор, это не поможет мне подготовиться к надвигающейся катастрофе, так что нет причин зацикливаться на этом. Конечно, в глубине души у меня застрял вопрос: если мне не нужно скрываться, разве я не мог просто раскрыть свою истинную личность товарищам, как сделал это с профессором Элишей? «Что ж…» Я проглотил горькую ухмылку и покачал головой. Честно говоря, я ещё не был готов. Я не был готов рассказать товарищам из своей прошлой жизни абсолютно всё о себе. «Если бы старшая София услышала это, она бы наверняка цыкнула языком и назвала меня идиотом». Ничего не поделаешь. Я не так мудр, как она. Вууух! Пламя, кружившееся вокруг моего кулака, стало ещё яростнее, пока мои мысли продолжались. — Д-Дейл…! — Т-ты точно в порядке, Дейл? Ирис и Юрен смотрели на меня побледневшими лицами, казалось, потрясённые огромной силой, исходившей от моего кулака. — Все назад. Ирис, сотвори защитное заклинание. — Д-да. П-поняла. Ирис, заметно нервничая, начала читать заклинание. Убедившись, что отступившие члены отряда теперь укрыты внутри белого барьера,— — Фух. Боевые искусства Беральда. Разрушитель Гор. КХА-А-А-А-А-АН!!! Ужасающая ударная волна прокатилась по всему каньону. Твёрдые каменные стены пещеры раскололись и рухнули с оглушительным грохотом. А за рушащимися стенами пещеры я увидел её. «Давно не виделись». Гигантская железная дверь, испещрённая сложной магической печатью. Я усмехнулся и положил руку на дверь, где была выгравирована магическая печать. Вууух! Пламя первоисточника поглотило магическую печать, защищающую дверь. Через несколько минут магическая печать, выгравированная на гигантской железной двери, была полностью поглощена пламенем первоисточника и исчезла. — Фух. Израсходовав за раз значительное количество маны, я устало выдохнул и сел на обломки. — …Это всё? — Ага. Можете выходить. Члены отряда, находившиеся внутри защитного барьера, сотворённого Ирис, осторожно вышли наружу и оглядели окрестности. — Ого… Я и не думал, что «Разрушитель Гор», которому меня научил брат, буквально расколет гору. Беральд восхитился разрушенной стеной пещеры, недоверчиво цокая языком. — А теперь твоя очередь, Беральд. — Хм? В каком смысле? Я указал на плотно закрытую железную дверь и продолжил: — Давай-ка снова увидим твою «магию». — А. Беральд ухмыльнулся, поняв, что я имею в виду. — Ха-ха! Предоставь это мне! Беральд подошёл к плотно закрытой железной двери и просунул руку в небольшую щель. — Рррааах! Скри-и-ич! Лязг! С громким металлическим звуком массивная железная дверь согнулась и деформировалась. — Открывайся! А-а-а-а-х! Бац! Когда железная дверь была разбита, открылся вход в скрытые руины. Юрен и Камилла, наблюдавшая за этой сценой, потёрли лбы, словно чувствуя головную боль. — …Мне кажется, весь известный мне здравый смысл переворачивается с ног на голову. — Согласна. И началось полномасштабное исследование руин. * Внутри руин можно было встретить два основных типа големов. Одни созданы человеческими руками. Другие созданы божественными руками. В тех случаях, когда руины не были намеренно построены людьми, большинство находившихся внутри големов были созданы божественными руками. Что касается этих големов, созданных божественными руками — точнее говоря, сформировавшихся внутри руин естественным образом, — учёные долгое время спорили о различных гипотезах. Одни утверждали, что они формируются из избыточной маны, оставшейся внутри руин. Другие доказывали, что сами руины обладают неким сознанием и создают их в качестве стражей. Некоторые верили, что подобно тому, как живые существа под воздействием демонической силы превращаются в монстров или демонов, неодушевлённые предметы также становятся големами при столкновении с такими силами. Однако, несмотря на все эти теории, ни один учёный до сих пор не дал точного ответа на вопрос, как именно големы формируются внутри руин. «Даже будучи регрессором, я не знаю точного механизма создания големов». И всё же я кое-что знаю о самих големах. Они формируются внутри руин естественным образом и не регенерируют после уничтожения. Они нападают только на нарушителей и никогда не покидают пределов руин. Термин «Страж» используется вместо «Голем-страж» по отношению к тем, что созданы божественными руками. И наконец… «У Стражей гораздо выше шанс выпадения магических камней по сравнению с другими монстрами». Именно поэтому я без колебаний вспомнил об этих руинах, когда Ирис упомянула, что для исцеления отца Беральда нужна жертва. «Руин, где создаются Стражи, не так уж много». Не все руины производили Стражей. Фактически, количество руин, где Стражи формировались естественным образом, было очень невелико по сравнению с общим числом руин. В общем. Причина, по которой я так подробно объясняю всё это о Стражах... — …Дейл. Заключается в том, что прямо перед нами появился Страж. [Обнаружены нарушители. Обнаружены нарушители.] Страж, целиком состоящий из камня. Хотя для Стража он был не особенно велик — ростом около 3 метров, — тяжёлое ощущение угнетения, исходившее от всего его тела, явно отличало его от големов-стражей, с которыми я сталкивался во время итогового экзамена. [Протокол уничтожения нарушителей активирован.] Бззз. Леденящий душу красный свет загорелся в глазах Стража. — Все назад! Первой среагировала Ирис. Она судорожно вытянула руки и прочла заклинание. — О Семь Богов! Защитите своих детей! Белый барьер сформировался перед Стражем, но... Вжух, БУХ! — Кьяаа! Барьер разорвался как бумага перед взмахом кулака Стража. Вынужденный коллапс магии заставил Ирис закричать, когда она рухнула на месте. — Святая! Гх…! Камилла крепко прикусила губу и бросилась на Стража. — Хаа! Её двуручный меч, окутанный белоснежной аурой, тяжело обрушился на Стража с гулким грохотом. [Обнаружена атака.] [Протокол контратаки активирован.] Свист! Чешуйки, похожие на шипы, поднялись на каменной руке Стража и полетели в Камиллу. — Гх…! Лязг! Лязг! Лязг! Камилла поспешно развернула двуручный меч, чтобы заблокировать падающие каменные осколки. Затем рука Стража схватила Камиллу за талию. — Арх! Она закашлялась, задохнувшись от сокрушающего давления. — Ублюдок! Беральд с силой оттолкнулся от земли и бросился к Стражу, державшему Камиллу. — Хаааах! Он создал в воздухе магический снаряд и швырнул его. Бум! Дым поднялся от руки Стража при попадании магического снаряда, и Камилла упала на землю. [Смена приоритетной цели.] Красные глаза Стража устремились на Беральда. Бух! Бух! Бух! Бух! Тяжёлыми, громыхающими шагами Страж бросился на Беральда. Его рука яростно взмахнула в его сторону. — Арх…! Бум! Беральд получил удар рукой Стража и отлетел, как плоский камень по воде, врезавшись в стену. — Беральд! Юрен сжал зубы, встав между Беральдом и Стражем. Его меч, сиял ослепительной золотой аурой. Солнечный Меч. Шестая форма: Сияние Сконцентрированный луч золотой ауры устремился к Стражу. Треск! Одна из рук Стража, поражённая светом, разлетелась на куски и покатилась по полу. Но всё же. [Проверка урона.] [Бой может быть продолжен.] Страж поднял оставшуюся руку и нацелил её на Юрена. Вввм-м-м! Мана сгустилась в руке Стража, и был выпущен пушечный снаряд. — Ах! Юрен попал под ударную волну и яростно прокатился по земле. — …… Я нахмурился, наблюдая, как моих товарищей подавляют. «Пожалуй, было ещё слишком рано». Что ж. До того, как мы должны были впервые штурмовать эти руины, оставалось ещё больше десяти лет. Даже если Юрен, Беральд и Ирис росли быстрее, чем в моей прошлой жизни, впереди ещё долгий путь, чтобы сократить разрыв в десятилетие. «Если подумать задним умом, это вполне естественно». Нельзя ожидать, что ребёнок, который только что научился ходить, сразу побежит. Страж в этих руинах по силе сравним по меньшей мере с Девятиглазым Демоническим Зверям, так что неудивительно, что нам приходится тяжело. [Анализ боевой ситуации.] [Цель подтверждена.] Красные глаза Стража устремились на меня. Бух, бух, бух! Он бросился ко мне тяжёлыми шагами. [Анализ паттерна поведения цели.] [Недостаточно данных для анализа.] [Активация аннигиляционной пушки для полного уничтожения….] — Заткнись. Я взмахнул мечом в сторону нападающего Стража. Вууух! Мой меч, охваченный пламенем, рассёк тело Стража пополам. — Ах… — Он… он свалил Стража с одного удара? — Дейл… Члены отряда смотрели на меня, шокированные тем, как быстро я расправился со Стражем. Я бросил на них взгляд и на мгновение задумался. «Честно говоря, враг всё ещё слишком силен для них на их нынешнем уровне…» Но я не могу вечно нянчиться с ними и говорить, что всё в порядке. Для их роста иногда кнут важнее пряника. — Хаа… Я глубоко вздохнул и оглянулся на членов своего отряда. — Простите. Кажется, я вас переоценил. Тц. Я цыкнул языком и отвернулся с выражением разочарования. — Пожалуй, нам стоит бросить исследование этих руин. Кажется, это слишком сложно для ваших нынешних способностей. — …… Выражение лица Юрена затвердело от моей суровой оценки. — …Нет. Используя меч как посох, Юрен, шатаясь, поднялся на ноги. — Я могу больше, Дейл. Увидев серебряный свет, горящий в его глазах, я удовлетворённо кивнул. И затем. * — Ирис! Начни с благословения! — Да! — Беральд, Камилла! Отвлеките внимание Стража! — Понял! — Мы долго не продержимся! По команде Юрена отряд действовал в идеальной координации. — Фуу… Огромное количество маны хлынуло из тела Юрена. — Я… могу ещё больше…! Грохот! Руины содрогнулись, словно произошло землетрясение. Меч Юрена, переполненный ужасающей маной, полоснул по Стражу. Бум! Страж отлетел назад с оглушительным грохотом. — Я тоже присоединюсь! — Хаааах! — Убейте его! Разнеси эту проклятую груду металлолома, Камилла!!! Отряд бросился на отступающего Стража, сокрушая его яростной энергией. — Хм. Наблюдая за этой сценой, я скрестил руки на груди и задумчиво хмыкнул. — Пожалуй, мой метод сработал слишком хорошо?.. ---------- Том 1 Глава 133 Что на самом деле значит быть гением? Человек, который осваивает техники, требующие от других тысяч или даже десятков тысяч повторений, с первой же попытки? Тот, кто смотрит на сложное переплетение формул и с первой попытки находит правильный ответ? Конечно, это вполне укладывается в определение «гения». «Но». В конце концов, до этого можно дорасти со временем и упорством. Если ты можешь освоить технику, пусть даже после тысячи или десяти тысяч повторений. Если ты можешь вывести правильный ответ, сколь бы сложной ни была формула, разбив её шаг за шагом. Разве разница между гением и обычным человеком — это не всего лишь вопрос времени? «Нет». Я знаю. Потому что я потратил больше времени, чем кто-либо другой. Потому что я вложил больше сил, чем кто-либо другой. Я знаю, что как бы ни старался обычный человек, он никогда не сможет даже приблизиться к пяткам истинного гения. И теперь прямо у меня на глазах этот «гений» размахивал ярко пылающим мечом. Солнечный Меч. Седьмая форма, модифицированный стиль: Солнечное Кольцо — Цепь. Кольца света сформировались в воздухе, соединяясь друг с другом и создавая световые цепи. Световые цепи, кружась по траектории меча, густо покрыли всё окружающее пространство. Словно в воздухе был возведён золотой дворец из света. Блеск этой картины пустил леденящую дрожь по моей спине. «Что это такое?» Даже Юрен в моей прошлой жизни никогда не показывал подобной техники. Даже я, гордившийся тем, что владею Солнечным Мечом лучше всех, никогда не был способен связать кольца так, чтобы создать световые цепи. «И при этом контролировать цвет ауры?» Изначальный цвет ауры Юрины — холодное серебро, похожее на лунный свет. Но когда она принимает облик Юрена, она подавляет свою ману, чтобы изменить цвет ауры на золотой, что всегда было утомительным процессом. «И тем не менее она контролирует цвет ауры, демонстрируя столь сложную технику владения мечом?» Это всё равно что пытаться вдеть нитку в иголку в толстых перчатках. Конечно, Юрина меняла цвет ауры с самого детства, так что это стало для неё естественным, как дыхание. И всё же контролировать цвет ауры во время исполнения столь захватывающих дух техник — не то, что под силу каждому. Да, именно так. «Только гений способен на такое.» Я сжал кулаки, наблюдая, как Юрен яростно сокрушает Стража. Да, вот оно. Вызывающий благоговейный трепет гений, догнать которого обычный человек не сможет, как бы ни старался. Это точно то самое зрелище «Последнего Света», Юрена Гелиоса, которое я знал. «Нет, пожалуй, это даже превосходит его.» Фехтование, которое Юрина демонстрировала сейчас, было чем-то таким, чего не использовал даже Юрен из прошлой жизни. Иными словами, её гениальность уже превзошла её собственное прошлое «я». «И.» Мой взгляд скользнул мимо Юрины на Беральда, Ирис и Камиллу. Пусть и не дотягивая до уровня Юрины, их рост тоже был ослепительным. — Ха-а-а! Беральд бросился на Стража, скованного световыми цепями. Огромным кулаком размером с крышку котла он замахнулся на Стража. [Анализ паттерна действий цели.] [Результат анализа: специализация на рукопашном бою. Класс воин.] [Уровень сложности — средний.] — Воин, говоришь? Что за чушь? Беральд ухмыльнулся, и в тот момент, когда он уже собирался выбросить кулак вперёд, он резко отдёрнул его и со всей силы топнул ногой в высоком ударе. — Землетрясение! Бум! От яростного удара земля под ногами Стража провалилась. Пока Страж шатался, теряя равновесие, Беральд отвёл ногу назад, словно собираясь ударить по мячу. Боевые искусства Беральда. Громовой Удар. Бум! Удар, нанесённый с невероятной скоростью, сокрушил колено Стража. С жутковатым хрустом колено Стража согнулось под неестественным углом, и оно рухнуло на месте. — Видите? Любой поймёт, что я полноценный маг, верно? Беральд посмотрел на упавшего Стража и сердечно рассмеялся. Треск. Вокруг тела Стража начали сыпаться искры. [Ма… гия?] [Паттерн речи цели не поддаётся расшифровке.] [Обнаружено тяжёлое повреждение нижней части тела.] — Ха-а-а! Пока Страж, теперь неподвижный из-за сломанной ноги, лежал на земле, вперёд бросилась Камилла. — Хап! Она обеими руками сжала свой клеймор, окутанный белой аурой, и яростно обрушила его вниз. Лязг! Страж поднял руку, чтобы заблокировать её меч. [Анализ паттерна действий цели.] [Результат анализа: пользователь двуручного меча, класс воина. Паттерн атаки прямой и прямолинейный.] [Уровень сложности — низкий.] — Гр-р… Камилла нахмурилась, услышав механический голос, доносящийся от Стража. Снова. Её меч охарактеризовали как «прямолинейный». -Курсант Камилла, Твой меч слишком прямолинеен. Стоит немного подтянуть технику. Она вспомнила слова профессора Элиши, сказанные во время итогового экзамена. «…Техника.» Дело было не в том, что она не пыталась. Она пыталась привнести технику в своё фехтование, владеть клинком с большей элегантностью. «Но.» Каждый раз ей вспоминалась сцена из детства. Во время отборочного экзамена в Святые Рыцари. Меч Иоганна Басилио, занимающего 4-е место среди нынешних героев, «Меча Святого Королевства», который она видела вблизи. «Меч сэра Иоганна тоже был прямолинейным.» Меч без каких-либо изысков, честный и прямой. В детстве она дрожала от благоговения при виде его меча. Она мечтала однажды стать героем с таким же прямым мечом, как у сэра Иоганна. Но теперь… «Неужели мне этого никогда не достичь?» Камилла прикусила губу и крепче сжала рукоять меча. Следуя совету профессора Элиши, она попыталась вложить в свой удар «технику», когда замахивалась. — Тебе не нужно силой впихивать туда никакую технику. Тихий голос донёсся до неё. — Просто взмахни мечом так, как сама хочешь. Так, как свойственно тебе. — …Хм. Камилла оглянулась на меня, усмехнувшись. — Что ты знаешь обо мне, чтобы говорить такое? — Ну, я не знаю тебя в деталях. В конце концов, мы знакомы всего несколько месяцев. По правде говоря, я мало что о ней знал. В прошлой жизни она стала жертвой интриг архиепископа Иллюзий и лишилась жизни. — И тем не менее ты всё равно… — Но я знаю одно. Продолжил я, глядя на Камиллу. — Прямо сейчас в святом королевстве нет никого другого, кто мог бы унаследовать титул «Меча Святого Королевства», кроме тебя. В моей прошлой жизни после смерти Иоганна Басилио никто так и не унаследовал титул «Меча Святого Королевства». — Так что взмахивай мечом так, как сама желаешь. — …… Взгляд Камиллы слегка дрогнул. — Хм. А ты умеешь красиво говорить. Она отвернулась, и на её губах заиграла слабая улыбка. — Святая! Пожалуйста, даруй нам своё благословение! — Поняла! Чисто-белый свет полился в их тела, наполняя жизненной силой. Камилла направила эту переполняющую энергию в свой меч. — Ха-а-а! И снова взмахнула им. Точно так же, как тем мечом, что она видела в детстве. Бесконечно честным и прямым мечом. [Обнаружено действие цели.] [Контрпротокол активирован━] Хруст! Меч Камиллы рассёк голову стража надвое. Искры брызнули из расколотой головы, и движения стража полностью прекратились. — Ха, ха. — Фух. После того как двигался весь день, я немного вымотался. — Угх… Согласна. — Все сюда. Я наложу заклинание, чтобы помочь вам восстановить силы. Когда страж полностью остановился, члены отряда рухнули на землю, словно ждали разрешения. Глядя на них, я удовлетворённо кивнул. «Поначалу я переживал, что привёл этих ребят в руины, слишком сложные для их нынешнего уровня.» Может быть, эффект кнута (?) сработал. После того как поначалу стражи их подавили, члены отряда начали показывать заметные улучшения. «Каждый здесь — гений, способный оставить свой след в истории.» Их талант расцвёл так ярко, что это удивляло даже по сравнению с моей прошлой жизнью. «Когда выдающийся талант сочетается с правильным опытом,» Они могут расти с абсурдной скоростью, прямо как сейчас. — Отличная работа, все. Я подошёл к отряду и протянул им охлаждённую бутылку с водой. — Спасибо. Я выпью… Ах. Юрен, протянувший руку за водой, потерял хватку, и бутылка выскользнула из его рук. Я быстро поймал падающую бутылку. — П-прости. Похоже, у меня даже сил не хватает, чтобы её удержать... — Я тебя напою. Просто запрокинь голову. — ...Ты собираешься меня поить? — Ага. У тебя ведь сейчас даже сил пить самому нет, верно? — Кхм... Ладно. Юрен нервно сглотнул и слегка запрокинул голову. Я протянул руку, придержал его голову и медленно наклонил бутылку с водой. Кап. Кап. Вода полилась из бутылки прямо в рот Юрену. — Глоть. Глоть. — Освежает? — Я тоже хочу! И меня напои! Ирис, до этого наблюдавшая за нами со стороны, возбуждённо подняла руку. — А? Но, Ирис, ты ведь даже не участвовала непосредственно в сражении... — То есть ты хочешь сказать, что я не заслужила права попить воды только потому, что я целительница и не сражалась напрямую? — ...Прости. Есть такая поговорка: группа, которая пренебрегает своими бойцами поддержки, долго не протянет. — Ну же, поторопись и напои меня. Ирис тут же придвинулась поближе и открыла рот, словно птенец, выпрашивающий еду. Я подавил смешок и начал поить её водой. — Эх. Это… прямо как святая вода от Дейла… — ... Что вообще несёт эта Святая? — Брат, дай мне тоже воды. Я пальцем пошевелить не могу. — О? Серьёзно? Я наклонил бутылку в сторону головы Беральда, когда тот лежал. — Гах! Кхе-кхе! Когда вода хлынула наружу, Беральд потёр лицо и вскочил. — Кажется, ты отлично двигаешься. — Угх. Разве это не слишком? Беральд надулся. Я рассмеялся, а затем подошёл к поверженному стражу. Внутри разбитого стража ярко сиял мерцающий магический камень. — Это уже третий. Не все стражи носили с собой магические камни, но у них определенно был более высокий шанс выпадения, чем у монстров. «Этого должно хватить для жертвы, верно?» Я посмотрел на три высококачественных магических камня в своём кармане и удовлетворённо кивнул. — Ладно. Раз мы закончили исследование руин, давайте возвращаться. Прошла примерно неделя с тех пор, как мы начали исследование. Постоянные битвы, вероятно, сказывались на членах отряда, так что казалось, что настало подходящее время для возвращения. — Ха-ха! Как только вернёмся, я угощу всех вас барбекю у себя дома! Возможно, окрылённый мыслью о том, что вскоре сможет вылечить болезнь отца, Беральд поднялся с восторженным выражением лица. — Так-с, путь был в эту сторону, верно? — В другую, идиот ты этакий. — А? Брат, взгляни туда. Пока Беральд убегал не в ту сторону, он внезапно замер на месте. — Похоже ли это на потайной путь? Беральд указывал на узкий проход, искусно замаскированный между стенами руин. «А, вот оно.» Это было место, которое я обнаружил в своей прошлой жизни. «Похоже на скрытую комнату сокровищ, но если пойти по этой тропе, там ничего нет.» Вспомнив это, я направился к проходу, на который указал Беральд. Узкая тропа привела в просторный зал. Внутри… — Видишь? Здесь ниче— го? Перчатки, испускавшие безошибочно мощную магическую ауру, паря висели в воздухе. — Что за чёрт? Почему они здесь? ---------- Том 1 Глава 134 Широкая пещера. В центре пещеры парила пара перчаток, излучая таинственный синий свет. Даже тот, кто не разбирался в артефактах, мог почувствовать, что перчатки были не обычными предметами — от них исходила безошибочная аура. — Брат, это… — Не может быть… Как только мы увидели перчатки, в головах у всех мелькнуло одно имя. — На-наследие Железного Кулака, верно? Один из «Пяти Великих Героев», запечатавших бога демонов и спасших человечество 500 лет назад. В моей голове промелькнуло имя Железного Кулака Рюджин Сона. — Но… почему оно здесь? Я посмотрел на парящие перчатки с растерянным выражением лица. «Что происходит?» В моей прошлой жизни я зачистил эти руины вместе с Юреном, Беральдом, Ирис и старшей Софией. Это было первое подземелье, которое мы штурмовали партией, поэтому мы тщательно исследовали каждый его уголок, и именно Беральд нашёл скрытый путь. «Но тогда там ничего не было». Конечно, между тем моментом и настоящим прошло десять лет, так что за это время кто-то мог забрать перчатки. Но… «Мы ведь должны были первыми найти эти руины, верно?» Мы первыми собрали камни печати, разбросанные по всему каньону, и открыли руины, которые были скрыты 500 лет. «И мы сражались со Стражами». Стражи, естественно формирующиеся в руинах, не возрождаются после того, как их уничтожили. Если бы кто-то вошёл в руины до нас и забрал Наследие Железного Кулака, было бы нелогично, если бы Стражи оставались целы спустя 10 лет. «Будущее изменилось…?» Нет. Я тихо покачал головой. Если бы исчезло то, что там было, я бы понял. Но какое отношение изменение будущего имеет к тому, что внезапно появилось то, чего там не было? — Бр-брат… Могу я коснуться этих перчаток? — Погодите-ка. Если кто-то и коснётся их, то это буду я. Я оттащил Беральда, который собирался приблизиться к перчаткам, и сам шагнул вперёд. «В такие моменты мне хотелось бы, чтобы профессор Элиша была здесь». Но я не мог позвать её сюда сейчас. — Ирис, на всякий случай наложи защитное заклинание. — Но если я это сделаю, Дейл, ты… Оставаясь в одиночестве за пределами зоны действия заклинания, я оказался бы единственным незащищённым, если бы она наложила его сейчас. Подавив улыбку, я повернулся к Ирис. — Всё будет в порядке. Я не стал добавлять: «Ты ведь это знаешь, верно?» — …Ладно. Ирис с недовольным выражением лица отступила назад и начала произносить заклинание. — Фух. Коротко вздохнув, я приблизился к парящим перчаткам в центре пещеры. Перчатки были сделаны из тёмно-синего металла. Каждый сустав был создан с такой точностью, что каждый палец казался способным двигаться естественно, а вокруг перчаток потрескивала синяя молния. «Эта молния… Мне кажется, я где-то уже видел её раньше». Отбросив эту мысль, я протянул руку к перчаткам. Треск! Синие искры яростно полетели во все стороны, и пещера задрожала, словно от землетрясения. — Д-Дейл! — Всё в порядке. Я помахал Юрену, снова осматривая перчатки. «Эти перчатки, похоже, являются ядром руин». Доказательством тому служил тот факт, что пещера отреагировала сразу же, как только откликнулись перчатки. Треск! Треск! Я снова протянул руку к перчаткам, искрящимся синей молнией. Грохот! Когда я приблизился, раздался громовой рёв, и вырвалось мощное магическое поле. Для большинства людей в тот момент, когда они коснулись бы его, их тела были бы поглощены синей молнией. — Ну что ж, ты оказываешь сопротивление, да? Я сжёг защищающее перчатки магическое поле вспышкой пламени. — Хап. Как только я вытащил перчатки, дрожь в пещере прекратилась, словно кто-то выключил питание. — …Всё закончилось? — Ты в порядке, Дейл? — Ты не ранен? Стоявшие позади члены партии бросились вперёд. Я кивнул и легко потряс перчатками в руке. — Это действительно Наследие Железного Кулака? Камилла, которая всегда проповедовала, что истинный воин не должен быть разборчив в оружии, теперь смотрела на перчатки с заинтригованным выражением лица, не в силах противостоять манящей силе «Наследия Железного Кулака». — Похоже на то. Подумать только, что я заполучу Наследие Железного Кулака — то, чего бесчисленные герои искали последние 500 лет. — Наследие Железного Кулака… Это поистине невероятно! Беральд от волнения выпятил грудь. «Если подумать, в моей прошлой жизни именно Беральд больше всего рвался исследовать эти руины». Впрочем, это имело смысл. Для мастера боевых искусств, сражавшегося своими кулаками, сама мысль о «Наследии Железного Кулака» была способна вызвать восторг. В конце концов, Рюджин Сон, легендарный мастер боевых искусств, голыми руками уничтожил десятки тысяч солдат армии Бога Демонов. — Держи. Оно твоё, Беральд. Я протянул перчатки Беральду. Беральд уставился на меня широко раскрытыми глазами. — Моё…? Ты имеешь в виду меня? — Кто здесь ещё подходит для использования перчаток, кроме тебя? — Но ты ведь тоже используешь боевые искусства, брат? Беральд, всё ещё пребывавший в шоке, едва мог связать и пару слов. — Использую, но моё главное оружие — меч. Ношение перчаток только помешает мне размахивать мечом. К тому же, обладая сокрушительной мощью «Пепельного Пламени», я не испытывал особой необходимости полагаться на способности артефакта. «Если я заставлю себя использовать его, это может даже сделать меня слабее». В этом смысле Беральд подходил лучше всего для владения Наследием Железного Кулака. — Ты уверен… что я могу забрать их? Беральд вперил взгляд в перчатки дрожащими глазами. Я оглянулся на остальных членов партии. Юрен, Камилла и Ирис согласно кивнули, показывая, что не против того, чтобы Беральд забрал Наследие Железного Кулака. — Ну, даже если Рюджин Сон тебе не предок, какая-то связь всё же есть, верно? В конце концов, нынешний предок семьи «Рю», Рю Джинхёк, был младшим братом Рюджин Сона, так что некоторая связь имеется. [Прим. пер.: Рюджин Сона следует звать Рю Джин Соном, стоит ли изменить имя или оставить Рюджин? Лично мне Рюджин звучит круче, но это неправильно.] (п.п. Я оставлю Рюджин, раз уж начал.) — Конечно, говорят, те двое были заклятыми врагами. Но какое это имеет значение? Они всё равно мертвы уже сотни лет. — С-спасибо! Спасибо, брат Дейл! И брат Юрен! Сестра Ирис! Сестра Камилла! — Не за что. Я тоже считал, что для Беральда будет лучше всего заполучить их. — Кх-кхм. Сестра, а… зови меня лучше старшей. — Можешь ли ты называть меня невесткой? Члены партии один за другим наперебой принялись поздравлять Беральда. — Поверить не могу, что заполучил наследие Железного Кулака… Глаза Беральда сияли, как у ребёнка, получившего подарок на день рождения. Я наблюдал, как Беральд бережно принимает перчатки, почти боясь уронить их, и сдержал смешок. «Видеть его таким счастливым приятно и мне». Думаю, я отчасти могу понять, почему родители идут на всё, чтобы сделать детям хорошие подарки, даже когда времена выдаются трудными. — Могу я примерить их? — Теперь они твои, так что конечно. Беральд сглотнул слюну, нервно надевая перчатки на руки. Треск! Тр-р-реск! Как только он надел перчатки, вокруг них заискрилась синяя молния. — Ох… а? Беральд, который несколько раз сжимал и разжимал кулак, в недоумении склонил голову набок. — Что не так? — Да нет, просто они ощущаются немного скрипучими. — Скрипучими…? — Хм… как бы выразиться? Они кажутся немного ржавыми. — …… — Ха-ха. Если подумать, это реликвия Железного Кулака, которой больше 500 лет, верно? Естественно, что она поржавела. Нет. В этом нет ничего естественного. «Как реликвия Железного Кулака могла заржаветь?» Этого просто не может быть. Конечно, она могла получить повреждения в бою, но чтобы она подверглась коррозии со временем? Невозможно. «…Погодите». В тот самый момент. Разрозненные кусочки пазла встали на свои места в моей голове. Как наследие Железного Кулака, которого не было 10 лет назад, могло обнаружиться в этих руинах? Как реликвия могла исчезнуть без каких-либо следов вторжения? Как столь мощная реликвия, как перчатки Железного Кулака, могла подвергнуться коррозии? «Кто-то тайком выкачивал ману из руин». Словно проделав крошечную дырочку в твёрдом фрукте и высасывая сок внутри. Тот, кто не мог найти способ открыть вход в руины, должно быть, вместо этого просверлил маленькое отверстие в ядре руин и поглощал ману. Конечно, сделать такое под силу далеко не каждому. Есть лишь одно «благословение», которое, насколько мне известно, способно сделать это возможным. «Благословение Поглощения». И тот, кто обладает этим благословением… Цок, цок. Звук шагов эхом разнёсся по просторному залу. — Ох~ Интересно, что за крысёныши шныряют по руинам, а это оказываются такие очаровательные малыши~? Женщина с фиолетовыми волосами в опасно откровенном наряде, словно демонстрирующем её фигуру. Несмотря на её ослепительную красоту, от которой трудно было отвести взгляд, первой мыслью, поразившей меня, была не красота, а резкий набат тревоги: «Опасно». «Архиепископ Желания, Лактасия». Одна из шести вершин демонического рода, она неспешно приближалась со зловещей улыбкой на лице. — Хм~ Посмотрим-посмотрим, найдётся ли здесь красивый мужчина по моему вкусу… о? Облизнув губы и медленно окинув взглядом группу, Лактасия зафиксировала взгляд на Юрене. — О боже, о боже, о боже! Что это?! Да ты же прямо в моём вкусе?! Восторженно взвизгнув, Лактасия сверкнула глазами, уставившись на Юрена. — Эй, малыш, как тебя зовут? — …Тебе незачем знать моё имя. Юрен, ощутив исходившую от неё густую, злобную энергию, ожесточив выражение лица, напряжённо положил руку на рукоять меча. — Ох~ Что это? Твой голос тоже так восхитителен. Лактасия обняла себя, слегка дрожа, и уставилась на Юрена глазами, полными жадного вожделения. — Я решила. Я оставлю тебя своим питомцем и буду баловать долго-долго. — …… Словно остальных из нас вовсе не существовало, её отношение было совершенно наглым. «Всё такая же, как всегда, эта женщина». В прошлой жизни она вела себя точно так же и в конце концов лишилась головы от рук Юрена. — Ну что, как насчёт этого? Если ты согласишься стать моим питомцем, я пощажу остальных. Почему же…? — Ха-ха. Знаешь, это ведь даже неплохое предложение для тебя? Стань моим питомцем, и ты познаешь райские наслаждения. Хотя я уже пережил эту ситуацию один раз прежде, вид того, как она пытается соблазнить Юрена, заставил меня закипеть от неукротимой ярости. — Ну же. Я исполню любые твои желания, если ты просто… — Эй. Я прервал слова Лактасии, уверенно шагнув вперёд. — Какого чёрта ты клеишься к моему мужику? Хм. Теперь, когда я это сказал, прозвучало как-то странно. ---------- Том 1 Глава 135 — И кто же ты такой? Наконец Лактасия медленно повернула голову, словно только сейчас заметив моё присутствие. — Хм. Она окинула меня взглядом с ног до головы, словно оценивая какую-то вещь. Лактасия внимательно изучила моё лицо, а затем цокнула языком, словно потеряв интерес. — Урод. — …… Этот прямолинейный комментарий больно задел меня, слегка поцарапав мою гордость. «Погодите-ка». Конечно, я не могу сравниться с Юреном, но не думаю, что у меня такая внешность, которую люди назвали бы уродливой. Я проглотил слова, подступившие к самому горлу, и попытался успокоить уязвлённую гордость, как вдруг — — Что ты сейчас сказала, ведьма!? Из-за моей спины раздался яростный голос. — Кого это ты назвала уродом!? Крикнула Ирис, глядя на Лактасию с глубоко искажённым выражением лица. — Дейл вовсе не урод, в его внешности есть своеобразный шарм! Что ты вообще понимаешь, меля языком всякую чушь?! — …… Погодите-ка. Я только что услышал что-то ещё более обидное? — О, он твой парень? Моя вина~ Но факты есть факты. По сравнению с симпатягой рядом с ним он довольно уродлив, не находите? Даже лицо, которое само по себе выглядит неплохо, может показаться уродливым кальмаром по сравнению с настоящим красавцем прямо рядом с ним. Честно говоря, на всём континенте найдётся не так уж много мужчин, которые не выглядели бы как кальмары рядом с Юреном. — Это только потому, что ты сравниваешь его с Юреном! Послушай, пусть Дейл и не затмевает Юрена... у него всё равно есть свой шарм! — ...Ирис. Пожалуйста, хватит. — И судить человека только по его внешности? Важно внутреннее «я» человека, а не его внешность! То, что ты видишь снаружи, — это ещё не всё! Пожалуйста... просто прекрати. «Это слишком сильно ранит меня». Я никогда особо не заботился о своей внешности. Но как человек, вполне естественно заботиться о своём внешнем виде, особенно когда стоишь перед возлюбленной из прошлой жизни. — ...Кажется, ты делаешь ему только хуже. Даже Лактасия сочла это чрезмерным и посмотрела на Ирис с лёгким беспокойством. Ирис испуганно посмотрела на меня в ответ. — Ах…! Дейл…! Я не имела в виду, что твоя внешность оставляет желать лучшего…! — ...Хватит. Я положил дрожащую руку ей на плечо и заставил себя заговорить. — Я понял… Просто остановись. Если мы продолжим, то даже божественное исцеление не залечит раны, нанесённые моему сердцу. — Кья-ха-ха! Нынешняя молодёжь такая свежая, обожаю это~! Лактасия схватилась за живот и громко засмеялась. Но лишь на мгновение. — Тем более причин... Её глаза блеснули зловещим светом, и густая жажда убийства заполнила зал. — ...почему я так наслажусь тем, что вырву твоё горло. — ...Лактасия. — О? Ты знаешь, кто я? Лактасия удивлённо посмотрела на меня. — Да. — Хм. Это сложно~ Теперь у меня есть ещё больше причин не оставлять вас в живых~? — Это взаимно. Медленно я начал собирать ману, оценивая расстояние между нами. — Хех. Усмехнулась Лактасия, наблюдая, как я готовлюсь к бою. — Вижу, ты уверен в своих силах, раз уж разобрался со стражами руин... Её глаза светились жутким багрянцем. — Но неужели ты действительно думаешь, что этого достаточно, чтобы противостоять «Архиепископу Желания»? Грохот! Огромный зал — вернее, все руины целиком — начали содрогаться от хлынувшего потока ужасающей маны. — Фу-фу-фу. А теперь явитесь, мои прелестные питомцы. По щелчку пальцев Лактасии из-за её спины появилась группа мужчин. Каждый из них был невероятно красив, но их глаза были тусклыми, словно в трансе, и все они подняли оружие. — Д-Дейл! Юрен бросился ко мне с обнажённым мечом. — Она только что назвала себя Архиепископом Желания, верно? Юрен посмотрел на меня так, будто спрашивал, действительно ли она настоящий архиепископ. Я в ответ коротко кивнул. Выражение лица Юрена стало мрачным. — Нам нужно создать шанс для побега... — Нет. Я тихо покачал головой, не сводя глаз с Лактасии. Архиепископ Желания, Лактасия. С точки зрения чистой боевой мощи, она одна из самых слабых среди архиепископов. Но благодаря своей ослепительной красоте и магии соблазнения она заманивает героев-мужчин, играет с ними, пока те ей не надоедят, а затем выпивает их жизненную силу до последней капли с помощью Благословения Поглощения, прежде чем убить их. Она — злодейка, которая приносит в жертву бесчисленных героев, пока в будущем её не убивает Юрен. «Если я смогу убить Лактасию здесь, это будет куда большим сокровищем, чем обретение наследия». Именно поэтому — — Юрен. Забирай остальных и разберись с этими марионетками. — Дейл, только не говори мне, что ты... Юрен умолк, глядя на меня испуганным взглядом. ...Из его недоговорённой фразы было очевидно, что он спрашивал: «Ты действительно собираешься сражаться с архиепископом?» Я снова ответил коротким кивком. — ...Ладно. Юрен крепче сжал меч и начал собирать ману. — О боже, даже решимость в твоих глазах так очаровательна. Улыбка Лактасии стала шире, когда она посмотрела на своих «питомцев». — Взять его живым. А остальных... можете убивать. — ...Понятно. Марионетки бездумно кивнули. Затем — Бум! Все они одновременно оттолкнулись от земли. Их глаза были затуманенными и мутными, словно под действием наркотика, но движения были далеко не вялыми. — Ирис! Крикнул Юрен, бросаясь к марионеткам. — Да! Даже без лишних слов она поняла, чего он хочет. Яркий белый свет хлынул из тела Ирис и перетёк в Юрена, Беральда и Камиллу. Благословение святой. Усталость, накопившаяся от сражения со Стражами, исчезла, словно смытая водой, и волна энергии разлилась по их телам, будто они только что проснулись после освежающего сна. — Я приму удар на себя! Камилла первой бросилась вперёд. Замахнувшись мечом на приближающихся мужчин, она одновременно затянула заклинание. — О милосердные Семь Богов! Пролейте свой свет на заблудшие души! Широкая волна лучистого света пошла от Камиллы. Когда божественная магия, губительная для тех, кто был запятнан демонической энергией, распространилась вокруг, движения марионеток в её зоне заметно замедлились. — Ха! Камилла полоснула мечом по нападающим. Однако даже при замедленных движениях сдерживать натиск марионеток было тяжело. — Угх…! Камилла отступила назад. Когда меч марионетки взмахнул в её сторону, целясь в упор — — Храа! С мощным криком Беральд ударил марионетку по лицу. Хлоп! С хрустом костей марионетка рухнула на землю, словно у неё перерезали ниточки. — Все, назад! Беральд бросился вперёд, широко раскинув руки. В воздухе материализовались десятки магических снарядов. Беральд с силой хлопнул вытянутыми руками. — Громовой хлопок!!! Бум! С оглушительным грохотом магические снаряды полетели во все стороны. Синяя молния затрещала на перчатках Беральда, наполняя снаряды электрической энергией. — Гух. — Угх! — Аах, аах. Поражённые шквалом снарядов марионетки забились в конвульсиях и начали падать одна за другой. — Хе-хе~ Я думала, они просто кучка детишек, но они оказались крепче, чем я ожидала. Лактасия сузила глаза, наблюдая, как беспомощно падают марионетки. — Но... Зловещая улыбка исказила её лицо, когда фиолетовая аура демонической энергии вытекла из тела Лактасии и просочилась в упавших марионеток. Треск, треск! Под жуткий хруст костей марионетки снова поднялись на ноги. — Ах. — Ради госпожи Лактасии... — Ради нашего желания...! — Мы отдаём наши жизни... Марионетки ожили с налитыми кровью глазами и тяжёлым дыханием. — О боже~ как прелестно. Хихикнула Лактасия, с восторгом глядя на них. — Разве вы не умрёте ради меня? — Угх, ах. — Ааааааах! Марионетки завизжали и бросились в атаку. Когда они ринулись вперёд, не заботясь о собственных жизнях — — Ты сказала, что я стану твоим? Юрен поднял меч. — Прости, но вынужден отказаться от этого предложения. Стигма на теле Юрена засияла, и свирепая серебряная аура вырвалась из его клинка. Мчавшихся с дикими криками марионеток смело серебряной аурой, отбросив их назад, словно камешки. — У меня уже есть тот, кому я поклялся отдать всё. Он бросил на меня взгляд со слабой улыбкой. Затем лёгким шагом Юрен бросился в самую гущу марионеток. Лязг! Взмах! Словно волк, рвущий стадо овец, Юрен с дикой точностью прорубался сквозь орду. Даже марионетки, усиленные тёмной энергией Лактасии, не могли с ним тягаться. — Гух! Угх! — Ради… госпожи… Лактасии… С каждой вспышкой его серебряной ауры марионеток становилось всё меньше. — Хм... По мере того как число марионеток уменьшалось, некогда расслабленное выражение лица Лактасии постепенно искажалось. «...Что это такое?» Внутри неё зародилось раздражение. И дело было не только в том, что группа начинающих героев без труда расправилась с её марионетками. В конце концов, её марионетки всегда были лишь одноразовыми инструментами, а перед ней находилось сокровище куда более ценное, чем эти никчёмные куклы. Но было кое-что, что по-настоящему злило её. «Я же использовала свою магию очарования с самого начала... Почему она не работает?» Щёлк. Лактасия нервно кусала ногти, сверля Юрена яростным взглядом. ---------- Том 1 Глава 136 Архиепископ Желания Лактасия. В полном соответствии со своим титулом она обладала магией, позволявшей ей управлять человеческими «желаниями». Магия соблазнения обратила бесчисленных героев в её марионеток. Условие поддаться искушению было простым. Требовалось питать к ней хотя бы малейшее плотское желание. В тот самый момент Лактасия усиливала это желание в сотни или даже тысячи раз, превращая людей в рабов их собственного похотливого стремления. Но… «Почему это не работает?» Пока призванные ею марионетки сражались с отрядом Юрена, она применила свою магию соблазнения на самом Юрене. Однако по какой-то неизвестной причине Юрен не только не поддался её чарам, но и рубил её марионеток, словно волк среди овец. «Неужели он действительно посмотрел на меня… и не почувствовал ни крохи желания?» Лактасия нахмурилась, опустив взгляд на своё тело. Её пышная грудь, тонкая талия, широкие бёдра и гладкие ноги — при ней были все достоинства, способные заставить потерять рассудок даже самого благочестивого жреца. Так почему же её магия не действовала на него? — Хм. Ну и ладно. Лактасия с раздражением укусила себя за палец и повернула голову. «Разве его звали не Дейл?» Дерзкий человек, который осмелился помешать ей. «Что ж… придётся применить магию на нём». Судя по ситуации, он казался лидером отряда. Если бы ей удалось соблазнить его и превратить в свою марионетку, усмирить Юрена оказалось бы проще пареной репы. Лактасия чуть сильнее обнажила грудь и бросила на Дейла соблазнительный взгляд. — Иди ко мне. — Ты же говорила раньше, что я слишком уродлив для тебя? — …… И в этот раз её магия соблазнения не сработала. — Я даже показала грудь, и почему?.. Лактасия яростно скривилась, с досады сжав зубы. Затем её взгляд упал на женщину со светло-розовыми волосами. Разве её звали не Ирис? Судя по тому, как та защищала внешность Дейла, они, похоже, были в отношениях. «Так почему же… он не испытывает ко мне желания из-за неё?..» Лактасия прищурилась, изучая грудь Ирис. — ……! Её глаза расширились от шока. Свободная жреческая роба, которую носила Ирис, поначалу скрывала это, но теперь Лактасия разглядела под ней чудовищные контуры. Если бы дело касалось только размера, это ещё куда ни шло. Но судя по изгибам, видневшимся сквозь робу, было очевидно, что Ирис во всём превосходила Лактасию. — Иии…! Дрожа от подавляющего чувства поражения, Лактасия перевела взгляд. Единственным оставшимся мужчиной был крупный, мускулистый парень. «Тьфу, терпеть не могу такое телосложение». Лактасия предпочитала стройных и красивых мужчин, так что кто-то вроде Беральда был ей совершенно не по вкусу. В обычных обстоятельствах она бы даже не стала тратить магию соблазнения на такого человека. «Но… у меня нет выбора». Тц. Она цыкнула языком и направила магию соблазнения на Беральда. — Хм? Почувствовав что-то странное, Беральд в замешательстве склонил голову набок. Увидев это, на губах Лактасии появилась мрачная улыбка. «Да, именно так ты и должен отреагировать…» — Эй, Дейл! Есть ещё вяленое мясо в рюкзаке? — Держи. Дейл достал из рюкзака немного вяленого мяса и бросил его Беральду. — Ха-ха! Ты меня выручил, брат! Это Наследие Железного Кулака, похоже, сжигает немало энергии! Беральд пожевал вяленое мясо и продолжил наносить удары по марионеткам Лактасии. — …… Лактасия стояла неподвижно, ошеломлённая. Она сжала зубы, поскольку Беральд даже не взглянул в её сторону. «Что… что происходит?!» Неужели её магия вообще ни на кого в этом отряде не действовала? Они что… евнухи какие-то? — Проклятье, проклятье, проклятье…! Эта беспрецедентная ситуация разбила её гордыню вдребезги. Лактасия нервно грызла ногти, бормоча проклятия себе под нос. — Беральд не поддастся твоей магии соблазнения. Я усмехнулся, глядя на всё сильнее раздражавшуюся Лактасию. — Беральд… интересуется исключительно «микрокосмом». — …Чего? Лактасия прищурилась, посмотрев на меня так, будто спрашивала: «Что чушь ты несёшь?» Я пожал плечами и продолжил: — Проще говоря. Женщины вроде тебя — совсем не его тип. — Ах ты…! Лактасия посмотрела на меня убийственным взглядом. Её челюсти сжались, и вокруг неё забурлила демоническая энергия. Лактасия подняла руку, и энергия сгустилась в воздухе, образовав фиолетовый хлыст. — Думаешь, сможешь и дальше вести себя так высокомерно? Вжух! Хлыст рассёк воздух с пронзительным звуком. Он двигался так быстро, что за ним едва можно было уследить невооружённым глазом. Я инстинктивно поднял меч, чтобы отразить удар. — Дзынь! От удара моя рука онемела. «Пусть её и считают одной из самых слабых, но она всё равно архиепископ». Я нахмурился, глядя на свою руку, которая после первого же столкновения покрылась кровью. — Хм. Значит, можешь заблокировать? Похоже, у тебя действительно есть кое-какие навыки, раз ты так дерзишь. В глазах Лактасии мелькнул интерес, когда она посмотрела на меня, впечатлённая тем, что мне удалось отразить её атаку. Она злобно усмехнулась, поднимая хлыст для нового удара. — Посмотрим, сможешь ли ты заблокировать и это! Вжух! Хлыст разделился на множество отростков, атакующих со всех сторон. Я воспламенил меч и полоснул по приближающимся щупальцам. Меч Пепла. Первая форма: Аннигиляция. — Лязг! Лязг! Лязг! Раздался страшный звук, совершенно не похожий на то, чего можно было ожидать от столкновения меча и хлыста. — Ты заблокировал всё это…?! После короткого обмена ударами Лактасия посмотрела на меня широко раскрытыми, изумлёнными глазами. Она сузила взгляд, окинув меня с головы до ног. — Странно… Я никогда не видела твоего лица среди ранкеров Республики. Как мог простой герой, даже не ранкер, осмелиться напрямую противостоять натиску архиепископа? — Начинает становиться интереснее. В глазах Лактасии заискрилось веселье хищника, обнаружившего вкусную добычу. — Хех. Пожалуй, я сделаю тебя своим питомцем. Сначала мне показалось, что ты бледнеешь на фоне этого Юрена, но теперь, когда я смотрю внимательнее, ты не так уж плох. — Тебя уже трижды отвергли, а у тебя всё ещё хватает наглости пререкаться. — Угх…! Лицо Лактасии исказилось от моей насмешки. Её губы задёргались, пока она крепко сжимала хлыст, а рука дрожала. — Полагаю, для начала мне придётся преподать тебе урок хороших манер. — Извини, ты не в моём вкусе. Я оттолкнулся от земли и быстро сократил расстояние между нами. Вспоминая битву Юрена с Лактасией, я знал, что её слабость — ближний бой. — Не так быстро! Лактасия яростно взмахнула хлыстом, решив не подпускать меня ближе. С рвущим звуком хлыст свирепо полоснул по воздуху. — Лязг! Лязг! Лязг! Меч и хлыст сходились снова и снова. Обычный наблюдатель не увидел бы ничего, кроме искр, летающих в воздухе, так как обмен ударами происходил слишком быстро. — Грр… По мере того как битва затягивалась, с моих губ сорвался стон. Каждый раз, когда я отражал её хлыст, моё тело становилось тяжелее, словно на него повесили огромный мешок с песком. — В чем дело? Чувствуешь слабость? Лактасия усмехнулась, наблюдая за мной с искажённой ухмылкой. Я сузил глаза, сосредоточившись на слабой фиолетовой ауре, окружавшей её хлыст. «Благословение Поглощения». Её благословение, вытягивавшее жизненную силу противников, делало моё тело неповоротливым. — Ну как? Готов сдаться? Лактасия усмехнулась, непринуждённо вертя хлыст в руке. — Чем дольше длится этот бой, тем в худшем положении ты окажешься. — … Она была права. Чем дольше продолжался бой против обладателя Благословения Поглощения, тем хуже мне пришлось бы. — Хм. Разумеется. Это если бы я был всего лишь «обычным» противником. — Интересно. Я слегка опустил меч и бросил взгляд в сторону Юрена. Похоже, он как раз закончил разбираться с марионетками и теперь смотрел в нашу сторону. — Хах… Хах! Дейл, я скоро присоединюсь к тебе, так что продержись ещё немного! Крикнул Юрен, тяжело отдуваясь. — Нет. Я слегка покачал головой, обращаясь к Юрену. — Юрен, забери членов отряда и убирайся из руин. — Чего? Ни за что, неужели ты планируешь сражаться в одиночку?! Я тихо кивнул, обведя взглядом Беральда, Камиллу и Ирис. Все они тяжело дышали, их мана была почти полностью истощена после боя с марионетками. Единственным, кто выглядел относительно нормально, оставался Юрен. — Они ведь сейчас не способны сражаться, верно? — Но… — Я рассчитываю на тебя, Юрен. — Угх. Юрен прикусил губу, затем нехотя кивнул. — Ладно, Дейл. Он начал помогать остальным членам отряда выбираться из руин. — О боже, неужели ты думаешь, что я позволю им сбежать? Лактасия взмахнула хлыстом в сторону убегающих членов отряда, но — Вспых! Меч Пепла. Вторая Форма: Пылающий Клинок. Окутанный пламенем клинок отразил её хлыст. — Ты… Выражение лица Лактасии исказилось от разочарования, когда она уставилась на меня. Она развернулась ко мне, проигнорировав убегающих товарищей. — Похоже, сначала мне придётся разобраться с тобой. — Валяй. Я сдержал смешок, медленно поднимая меч, который до этого висел опущенным. — Если, конечно, сможешь. Причина, по которой я отправил свой отряд из руин перед началом настоящей битвы с Лактасией… Конечно, я хотел обезопасить их, так как они были истощены предыдущим сражением. Но также — — Видишь ли, я всё ещё не до конца умею это контролировать. — …Чего? — Если рядом больше никого нет… Я ухмыльнулся, скривив губы в злодейской улыбке и приложив руку к груди. — …Я могу сжигать всё вокруг сколько душе угодно. Сс-ш-ш… Воздух наполнился запахом горящей плоти. Гори. Пепельное пламя начало поглощать моё тело. ---------- Том 1 Глава 137 Вух! Угольки начали разгораться, закружившись вокруг его тела. Из пор его кожи повалил густой серый дым. — Ты… Лактасия прищурилась, глядя на Дейла, охваченного пламенем. — Хм. А ты знаешь пару трюков? Скрестив руки, она усмехнулась. — Но… На её лице заиграла лукавая улыбка. — Неужели ты и правда думаешь, что этого хватит, чтобы победить меня? Несмотря на впечатляющее зрелище, мана, которую она чувствовала от этого Дейла, была не особенно сильной. В лучшем случае она сопоставима с героем из первой сотни рейтинга. Хотя в общем масштабе всех героев это было немало, с точки зрения архиепископа это выглядело смехотворно ничтожно. — Разве тебя в школе не учили этому? Если ты не герой из первой пятёрки, не смей обнажать меч перед архиепископом. — Ну, наверное, я пропустил тот урок. Дейл усмехнулся, поднимая меч. — Знаешь, я не был лучшим учеником. Бах! Резко ускорившись, он бросился вперёд. — Вот как? Тогда этой старшей сестре придётся преподать тебе дополнительный урок! Лактасия взмахнула хлыстом. Окутанный фиолетовой магией хлыст рассёк воздух, словно голодный зверь, целясь Дейлу в горло. Меч и хлыст столкнулись. Лязг! Звук металла разнёсся вокруг — ещё громче, чем раньше. Тресь! Меч в руке Дейла разлетелся на куски. — О боже~ Какая жалость. Твой меч сломался? Лактасия не теряла времени даром, снова взмахнув хлыстом. Вух! Теперь увенчанный острыми шипами хлыст устремился Дейлу в горло. Дейл протянул руку навстречу мчащемуся хлысту. Боевые искусства Беральда. Разрушение Меча. Тресь! Он схватил наполненной маной рукой усеянный шипами кончик и отломил его. Обломанные осколки вонзились ему в ладонь. Дейл медленно поднял кровоточащую руку и тихонько усмехнулся. — Когда он ломается, ты просто делаешь новый. Кап, кап. Кровь, сочившаяся из его руки, приняла форму меча. Демонический меч Вескаль. Проклятый клинок, дарующий своему владельцу огромную силу в обмен на его кровь и излучающий жуткое свечение. — Хм… Разве герою подобает использовать такое? Лактасия сузила глаза, уловив исходившую от меча знакомую ауру. — Героя делает не оружие. — Ты просто не можешь не дерзить в ответ, мелкий гадёныш? Недовольно цыкнув языком, Лактасия сверкнула на него глазами. — Посмотрим, как долго продержится твой острый язычок! Она собрала тёмную ману. Фиолетовая мана заструилась вдоль всего хлыста. — Умри! Дикий крик вырвался из её горла, когда она нанесла удар. Бум! Звук удара хлыста эхом пронёсся по пещере, словно раскат грома. Лязг! Треск! Меч и хлыст снова столкнулись. По мере того как бой продолжался, на лице Лактасии расплылась ухмылка. «Должно быть, у него уже заканчивается мана, верно?» Даже с учётом маны, украденной с помощью Благословения поглощения, её количество уже превосходило то, что могли собрать большинство высокоранговых героев. Если то, что она почувствовала ранее, было верно, его мана должна была скоро подойти к концу… Вух! — Угх…! Клинок, окутанный пламенем, едва не задел её. Лактасия сузила глаза, глядя на Дейла. «Почему он до сих пор в порядке?» Мана Дейла, вместо того чтобы уменьшаться, казалось, держалась на прежнем уровне. Нет, казалось даже, что она увеличилась по сравнению с началом боя. — Как… почему твоя мана не убывает… — Прошло около пяти минут? — Что? Дейл взглянул на свои часы героя, чтобы проверить время. — При скорости Юрена они скоро должны подойти к выходу из руин. — …Сейчас разве время беспокоиться об этом? — О, но я должен. Уверенная улыбка тронула губы Дейла, когда он приложил руку к груди. — Не хотелось бы задеть их. Зажигание. С тихим шёпотом. Вух! Подобно искре, упавшей на сухую древесину, угли, окутывающие тело Дейла, внезапно вспыхнули яростным пламенем. — Чего…?! Глаза Лактасии расширились от шока. Какую бы магию он ни сотворил, его сила взметнулась вверх, мгновенно увеличившись в два… нет, в три раза. «Какого чёрта с этим парнем?» Несмотря на то, что его мана утекала через Благословение поглощения, сила Дейла не уменьшалась — напротив, она росла. — Грр…! Ты лишь даёшь мне ещё больше маны для поглощения! В ярости закричала Лактасия, снова взмахнув хлыстом. Хлыст, пропитанный Благословением поглощения, резко метнулся к Дейлу. Вух! Вух! Вух! С каждым ударом всё больше его магии перекачивалось в неё. С каждой атакой её стигма наполнялась маной до предела, грозя разорваться. — Хах, хах! Лактасия тяжело дышала, её грудь вздымалась. Хотя её стигма переполнялась колоссальной маной, количество тёмной маны, которой она могла владеть, стремительно уменьшалось. Хотя мана и тёмная мана происходили из одной силы, берущей начало от Древа Творения, для их использования требовалось простое преобразование. Но в бою, где каждая секунда на счету, времени не оставалось даже на простое преобразование. «Почему… почему его мана не уменьшается?!» Несмотря на огромное количество поглощённой маны, мана Дейла оставалась прежней. Более того, по мере затягивания боя она казалась всё больше. Это было так, словно… — Ах… ух. Словно бесконечный океан. Словно бескрайнее небо. Словно вечное пламя. — Да откуда вообще взялся этот монстр?! В отчаянии закричала Лактасия. Кто-то мог сказать, что она была неосторожна. «Но как я могла подготовиться к появлению такого монстра, свалившегося с небес?» Это всё равно что приказывать никому не выходить на улицу из страха перед землетрясением. Кто мог предсказать, что среди отряда начинающих героев, ни один из которых даже не входил в топ трёх стран, прячется подобный монстр? Стихийное бедствие. Да, для неё Дейл был не чем иным, как стихийным бедствием, с которым ей не посчастливилось столкнуться. — Проклятый гадёныш! Лактасия яростно взмахнула хлыстом, выплёвывая свирепые ругательства. — Хэх. Дейл усмехнулся, поймав хлыст на лету. Резким рывком тело Лактасии притянуло к нему. Хлоп! Дейл нанёс прямой удар кулаком прямо в лицо приближающейся Лактасии. — Угх! Лактасия задохнулась, отлетая назад. — Ах ты… ты…! Как ты смел оставить след на моём прекрасном лице?! Скрежеща зубами от ярости, Лактасия вытянула руку. Тёмно-фиолетовая аура вырвалась из её тела, образуя в воздухе острые шипы. — Я разорву тебя на куски! Швик! Швик! Швик! Бесчисленные фиолетовые шипы градом обрушились со всех сторон. Дейл с лёгкой ухмылкой посмотрел на приближающиеся шипы. — Чего ты так злишься? Твоё лицо ведь не так уж и красиво. Он медленно поднял меч, целясь в падающие шипы. Пепельное пламя заструилось по клинку и собралось на его кончике. Пепельное пламя сгустилось в массивную сферу, жадно затягивая всё вокруг внутрь. Меч Пепла. Третья Форма: Копьё Инферно. Вух! Пылающая пепельная сфера устремилась к Лактасии. — А-а-а-а! Закричала Лактасия, когда пламя смело её. — Акх… Схватившись за израненное тело, Лактасия задрожала, широко раскрытыми глазами глядя на Дейла. — Кто… кто ты такой? Хотя она и считалась слабейшей среди архиепископов в плане чистой силы, это было лишь в сравнении с другими архиепископами. Она была уверена, что любой герой за пределами первой пятёрки не доставит ей проблем. — Как… как какой-то новичок вроде тебя может обладать такой нелепой силой?! В самых страшных кошмарах она не могла представить, что её одолеет герой, не входящий даже в первую сотню. — Угх! Она отчаянно попыталась собрать силы и снова взмахнула хлыстом. Но… Вух! Пепельное пламя жадно пожрало её хлыст. Хлыст рассыпался пеплом, разлетевшись по полу. — Н-нет… Лактасия смотрела на Дейла дрожащими глазами. Шаг. Шаг. Дейл медленно шёл к ней. Густой серый дым висел в воздухе, словно туман. Мерцающее пламя яростно ревело. Его зелёные глаза зловеще блестели. — Н-нет… Её плечи неудержимо дрожали. Чувство ужаса сковало её. Невыносимая жажда опалила горло. «Я не могу победить». Она инстинктивно поняла это. Это создание перед ней принципиально отличалось от всех героев, с которыми ей доводилось сталкиваться. Это было всё равно что бросить кости, на которых максимум шестёрка, и вдруг увидеть семёрку. Само существование Дейла бросало вызов всему, что она знала. В тот момент, когда она осознала это, непреодолимый ужас поглотил её. — П-пожалуйста, пощади меня. Её голос дрожал, когда она умоляла. Желания вроде жадности, голода, похоти, сна, тщеславия и обладания — существовало бесчисленное множество видов желаний. Но среди них самым первобытным и мощным было стремление выжить. Воля к жизни. Эта страстная жажда жизни растоптала всю её гордость. — Я… я сделаю всё, что ты захочешь! Она цеплялась за ноги Дейла с жалким выражением лица. Дейл остановился и посмотрел сверху вниз на распростёртую на земле Лактасию. — Я стану твоей женщиной… Пожалуйста? Разве ты сейчас не встречаешься с этой Ирис? Я могу дать тебе такое удовольствие, с которым она никогда не сравнится. — …… Лактасия с соблазнительной улыбкой заглянула снизу вверх на остановившегося Дейла. «Отлично, он попался». Надежда на выживание затеплилась в затуманенных страхом глазах Лактасии. — Ну как? Это ведь хорошее предложение, правда? — Не думаю. — …Что? Лицо Лактасии исказилось от недоумения. — Т-ты боишься, что я предам тебя? Я могу дать клятву или… — Нет, дело не в этом. Дейл внимательно оглядел её лицо. Справедливости ради, её внешность не была плохой, но… — Просто… ну, мее. Лица Ирис и Юрины мелькнули перед его глазами рядом с лицом Лактасии. Увидев их рядом, всё стало очевидно. — Ты на самом деле не так уж хороша собой. — …Чего? Это было завуалированным способом сказать, что она недостаточно привлекательна. Не только как архиепископ Желания, но и как сама Лактасия — её некогда высокая гордость была полностью растоптана. — Ах ты… ты… ублюдок…! Укол. Когда она попыталась броситься на него в приступе ярости, меч Дейла, пропитанный пепельным пламенем, пронзил её насквозь. — Угх…! Её тело рассыпалось чёрным пеплом, развеявшись по ветру. — Фух. Дейл посмотрел на кучку пепла, оставшуюся от Лактасии, и медленно погасил окружавшее его пламя. В отличие от прошлого раза, когда он потерял контроль, на этот раз свирепое пепельное пламя утихло по его воле. «Это было немного ребячливой местью». Он не смог удержаться от смешка, вспомнив яростное выражение лица Лактасии в самый последний момент. Ирис как-то говорила ему, что учения Церкви включают в себя нечто вроде: «Месть — это облако, застилающее сердце, а прощение — солнечный свет, рассеивающий его». — Какая чушь. Было чертовски приятно. ---------- Том 1 Глава 138 После битвы с Лактасией. Из-за побочных эффектов использования «Конфлаграции» я был наполовину без сознания, и меня перенесли в особняк Беральда. — Угх... Тупая боль, словно кто-то ударил молотом по всему моему телу. Как только я открыл глаза, меня пронзила боль, и я застонал, прищурившись. «Этот побочный эффект хуже, чем я думал». Ну, учитывая, насколько безумно мощной является «Конфлаграция», такие побочные эффекты, наверное, были ожидаемы. «Изначально всё было бы намного хуже». К счастью, благодаря исцеляющей магии Ирис побочные эффекты «Конфлаграции» удалось минимизировать. Я перевёл взгляд на Ирис, которая обнимала меня и крепко спала. От вида спящего лица Ирис моё сердце забилось быстрее. — Мм... Может быть, потому что я пошевелился, Ирис медленно открыла глаза. — Ах... Ты проснулся, Дейл? — Ага. — Как твоё самочувствие? — Благодаря тебе, Ирис, намного лучше. Когда я заговорил и попытался приподняться с кровати, Ирис обхватила меня за талию и притянула обратно. — Нет. Тебе ещё рано вставать. — Нет, я уже в порядке. — О нет-нет, ты не в порядке, пока целительница не скажет обратного. Она притворилась, что ругает меня, но мягко улыбнулась. Слабый белый свет исходил из её тела, касаясь моей кожи и проникая внутрь. Тупая боль, напоминавшая удары молота по телу, постепенно утихла. — Ну как? Боль прошла, верно? — ...Кхе-м. Нежное ощущение, заполнившее место, где совсем недавно была боль, заставило меня неловко прокашляться. — Твоя спина... шире, чем я думала, Дейл. Ирис крепче обняла меня за талию и прошептала мне на ухо. Я не видел её лица, но по игривому тону догадался, что она лукаво улыбается. — ...Ирис. — Дейл. Я расцепил её руки на талии и повернулся к ней лицом. Наши глаза встретились. Мы находились достаточно близко, чтобы чувствовать дыхание друг друга. Наши губы медленно сблизились... — Разве тебе не пора отпустить его? В этот момент. Холодный голос прорезал царившую атмосферу. — Ю-Юрен? Я испуганно быстро сел и увидел Юрена, стоявшего у двери и осыпавшего нас леденящим взглядом. Держа в руках корзину с фруктами, Юрен подошёл и сел на стул у кровати. Возможно, раздражённая тем, что наш уединённый момент прервали, Ирис сузила глаза и произнесла с едва уловимой ноткой неприязни: — О боже, ты даже не постучал. Разве в семье Гелиос не учат элементарным манерам? — Это говорит целительница, которая не отходит от пациента даже после окончания лечения? Воздух в комнате стал наэлектризованным. На лицах обоих играли улыбки, но атмосфера была наполнена враждебностью, словно на поле боя. «Подождите, Ирис ведь даже не знает, что Юрен — женщина, так почему она так себя ведёт?» Одно лишь представление о хаосе, который разразится, если Ирис узнает, что Юрен — женщина, заставило меня почувствовать головную боль. — Дейл, ты ведь проголодался, да? — О, да. Наверное, я бы перекусил. — Я почищу тебе фруктов. Произнёс Юрен, доставая из корзины яблоко и искусно очищая его от кожуры. «Ого, только посмотри, как ловко у него получается». Кожура яблока была почти прозрачной, срезанной настолько тонко, что это впечатляло. Пока я восхищался мастерством Юрена с ножом, он вскоре закончил нарезать яблоко на небольшие кусочки. — Вот, Дейл. Скажи «а-а~». Он протянул мне кусочек яблока на вилке, поднеся его к моим губам. Красивый светловолосый парень, чистящий и кормящий меня яблоком сразу после того, как я проснулся. «Пожалуйста, не надо этого». Хотя я знал, что Юрен — женщина, её нынешний облик был несомненно мужским, и от этого у меня шла кругом голова. — Что такое, Дейл? Не голоден? — Н-нет, дело не в этом... Пока я мысленно боролся с этой неловкой ситуацией... Бах! — Брат Дейл!!! Дверь распахнулась, и в комнату ворвался Беральд. — Т-ты в порядке?! — Как видишь, я в порядке. — Фух. Ты даже не представляешь, как я переживал, когда ты внезапно упал в обморок! Беральд с облегчением выдохнул, прижав руку к груди. Да, вид его лица немного успокоил мои мысли. — Хм? Юрен, ты почистил эти фрукты для моего брата? — Э-э, да. — Ха-ха! Что ж, нет ничего лучше сладких фруктов для скорейшего восстановления! Беральд выхватил тарелку с фруктами у Юрена, взял толстыми пальцами кусочек и поднёс к моим губам. — Вот, брат! Скажи «а-а~! » Дай младшему брату покормить тебя! — ...... Яблоко, которым меня накормил Беральд, на вкус казалось горькой реальностью жизни. * В своей спальне мирно спал Гилберт Рю. Рядом с ним стояла Ирис. — Так... Я начинаю лечение. Высокоуровневые магические камни, добытые нами во время недавнего исследования руин, — их было ровно три. Более чем достаточно в качестве подношений для лечения. — ...... Напряжение в комнате можно было резать ножом. Беральд нервно постукивал ногой. Положив руку ему на плечо, я наблюдал за Ирис. — О, Семь Богов. Ирис начала читать заклинание, сложив руки вместе. Её глаза переливались цветами семицветной радуги, а комната наполнилась ослепительным белым божественным светом. Удерживая одну руку на магическом камне, а другую на лбу Гилберта, Ирис продолжала молитву. — Посмотрите на эту раненую душу с милосердием, обнимите её своими нежными руками и направьте, чтобы она не сбилась с пути. Вууух! По мере продолжения заклинания свет, исходивший от магического камня, начал постепенно тускнеть. С угасанием света магического камня божественная энергия становилась всё мощнее. Словно шторм, чистое белое сияние пронеслось по комнате. И тогда... — ...Мм? Гилберт медленно открыл глаза. Приподнявшись с кровати, он огляделся по сторонам, а затем посмотрел на Беральда. — О! Да это же старший брат! — ...... Вопреки жизнерадостному голосу, выражение лица Беральда помрачнело. — ...Ах. Тихий вздох сорвался с губ Ирис. Она прикусила нижнюю губу и покачала головой. — ...Простите. Даже с тремя высокоуровневыми магическими камнями, принесёнными в жертву для исцеляющего заклинания, раны Гилберта вылечить не удалось. — Ха-ха, всё в порядке. Я же с самого начала говорил, что может не сработать. — Всё равно! Мы можем продолжить попытки, если соберём больше подношений, так что не падай духом! Ирис попыталась утешить Беральда. — ...Больше подношений. Взгляд Беральда на мгновение опустился на его пояс. На его ремне висело «Наследие Железного Кулака», добытое ими во время недавнего исследования руин. — Беральд, ты же не имеешь в виду... — ...... Беральд поднял темно-синие перчатки, висевшие у него на поясе. — Сестра Ирис, разве ты раньше не говорила, что артефакты тоже можно использовать в качестве подношений? — Ну, вообще-то да, но... Ирис осеклась и посмотрела в мою сторону. Я тяжело вздохнул и посмотрел на Беральда. — Беральд, я понимаю твои чувства, но не спеши. У нас будет ещё много возможностей собрать другие подношения. — Я знаю. Беральд слабо улыбнулся мне и протянул перчатки. Безмолвный жест, призывающий использовать их в качестве подношения. Я прямо посмотрел Беральду в глаза и произнёс: — Беральд, эти перчатки — наследие, оставленное Железным Кулаком. — Я знаю. — Сокровище, которое бесчисленные герои искали последние пятьсот лет. — Я знаю. — Ты можешь больше никогда не найти артефакт такого уровня. — Я знаю. Беральд молча кивнул. Но он не забрал протянутые мне перчатки. — Беральд... — Я и сам всё это знаю, даже без твоих слов. Произнёс Беральд, всё так же слабо улыбаясь. — Я знаю, что сейчас поступаю слишком опрометчиво. Я знаю, что эти перчатки — бесценное сокровище. И я знаю, что больше никогда в жизни не смогу подержать в руках ничего подобного. Беральд нежно погладил перчатки и продолжил: — Правда в том, что мои отношения с отцом не были идеальными. Я всегда был непутёвым сыном, и отец никогда не казался довольным мной. После того как мама умерла от болезни, мы отдалились друг от друга ещё сильнее. Я едва помню, когда в последний раз мы вместе садились за стол. Я не слишком умён, поэтому не знаю, какой выбор является самым мудрым. Но всё же. Даже несмотря на это. — Я помню, как отец сажал меня себе на плечи, когда я был совсем маленьким. Я помню, как меня сурово отчитывали, когда я тайком забирал игрушки у других детей в округе. Я помню, как во время трудностей с изучением магии он утешал меня, говоря не спешить и делать всё шаг за шагом. Поэтому. — Я хочу, чтобы отец тоже помнил меня. С этими словами Беральд широко улыбнулся. — ...... Я принял перчатки из рук Беральда. Сокровище, которое я так и не нашёл в своей прошлой жизни. Могущественный артефакт, способный помочь изменить будущее. Внезапно я вспомнил слова, которые Беральд сказал мне перед смертью в прошлой жизни. -Даже если я умру, пожалуйста, хотя бы запомни моё имя. Да. Ты был именно таким человеком. И в прошлой жизни. И сейчас тоже. Возможно, ты этого не помнишь, но я помню. Благодаря такому человеку, как ты, Я стал тем, кто я есть сейчас. — Ирис, пожалуйста, используй это как подношение и снова сотвори исцеляющее заклинание. — ...Ты же знаешь, что после использования в качестве подношения артефакт полностью теряет свою силу? — Ага. Я знал это. — ...Хорошо. Ирис приняла перчатки. Вууууух! На этот раз комнату заполнил ещё более интенсивный свет, с которым не мог сравниться прежний. И тогда — — Ах... угх! Гилберт застонал, схватившись за голову от боли. Мужчина медленно поднял голову. — Угх... где... я? Его глаза, полные замешательства, оглядели комнату, пока не остановились на Беральде. — Беральд?.. Когда ты успел так вырасти? — ...Ха. Беральд закрыл лицо руками, его плечи мелко дрожали, пока он кивал. — Да. Я Беральд... Беральд Рю, сын Гилберта Рю... Шмыг, шмыг. Прозрачные слёзы покатились по опущенному лицу Беральда, стекая по его щекам. ---------- Том 1 Глава 139 — …… Гилберт молча протянул руку к Беральду, который всхлипывал. Рука Гилберта похлопала Беральда по склонённой голове. — Отец… Когда Беральд со слезами на лице поднял голову: Шлёп! Рука Гилберта резко шлёпнула Беральда по затылку. — Угх! Беральд схватился за затылок, вскрикнув от боли. Гилберт цыкнул языком и бросил на Беральда косой взгляд. — Что за мужчина начинает реветь сразу же? — Э-э! И это первое, что ты говоришь после пробуждения спустя столько лет?! — Меня раздражает видеть, как мой сын плачет прямо передо мной после всего этого времени. — Ты ворчливый старик! — Чего, сопляк?! Это так ты разговариваешь со своим отцом, а? Они начали орать друг на друга. «Что это такое?» Мы вместе с Ирис (Юрен и Камилла не пришли, боясь помешать лечению) растерянно переглядывались, наблюдая за их ссорой. — Отец, это твоя проблема с самого начала! Тебе нужно быть хоть немного тактичным! — Тебе ли рассуждать о такте, а? — Ха, ты хочешь сказать, что я бестактен? — Нет, если точнее, дело не в такте. Ты просто тупой. — Угх! Разве такое говорят собственному сыну? — Если бы не я, другие бы бросили тебя от разочарования! — Паршивый старик! — Неуважительный сопляк! Какое у тебя было воспитание, раз ты вырос таким? — Разве тебе положено это говорить?! Теперь они схватили друг друга за воротники, крича во всю мочь. Пока я тихо наблюдал за этой сценой, дверь внезапно открылась, и в комнату вошла женщина средних лет с мягким выражением лица. — О боже…! Господин! Вы пришли в себя! Анна, увидев Гилберта, прикрыла рот руками и заплакала от радости. Но лишь на мгновение. — Анна! Посмотри на этого неуважительного сопляка! Он кричит отцу: «Ты паршивый старик»! — Это потому, что ты шлёпнул меня ни с того ни с сего! — …… Выражение лица Анны постепенно затвердело. Мягкий взгляд исчез, и её лицо свирепо исказилось, как у демона. — Господин, молодой господин. Её леденящий голос остудил накалённую атмосферу в комнате. — Э-э, да. В чём дело? — Кхе! Что-то не так… Эм? Гилберт и Беральд, оба теперь настороже, избегали взгляда Анны. Анна посмотрела на обоих и мило улыбнулась. — Ведите себя прилично. — …… — …… Это был момент, когда иерархия в семье Рю стала кристально ясной. * После того как небольшая суматоха улеглась, Беральд объяснил Гилберту всё, что произошло. Битву с Культом Демонов пять лет назад, в которой Гилберт получил тяжёлое ранение. Последовавший за этим бред. То, как Беральд поступил в Академию Героев и сформировал отряд со мной, Юреном, Ирис и Камиллой. — Пять лет… Прошло пять лет? — Гилберт издал пустой смешок, потирая лоб. — Ты ничего не помнишь? — Нет. Я смутно что-то припоминаю. Хотя нечётко… Гилберт медленно возвращал в память воспоминания последних пяти лет. С горькой улыбкой он посмотрел на Беральда. — Тебе пришлось несладко из-за твоего ужасного отца, да? Он мягко положил руку на плечо Беральда. Беральд прикусил губу и отвернулся, избегая взгляда Гилберта. — …Что ты делаешь? Это на тебя не похоже. — Хех, да… не похоже. Всё же Гилберт со слабой улыбкой мягко погладил Беральда по голове. — Ты сильно вырос, сын мой. Пока я не видел, ты стал совсем взрослым. — …… Беральд держал голову опущенной, плотно сомкнув губы. — Ты что, опять плачешь? — К-кто плачет?! Гилберт усмехнулся. — Хех. В кого же ты такой слезливый? — Хм, очевидно, в тебя, отец. — Ах ты сопляк. Я в своей жизни не проронил ни слезинки! — Только по моим воспоминаниям — раз пять или больше… — Кхе-м. Молчать. Гилберт кашлянул и отвернул голову. Затем он посмотрел на Ирис и меня. — Это те, кто тебе помогли? — Есть ещё двое. — Приведи их. Беральд кивнул и вышел из комнаты. Вскоре Юрен и Камилла вошли в комнату вместе с Беральдом. — Ах… Здравствуйте. — Для меня честь встретиться с уважаемым старейшиной семьи Рю. Юрен и Камилла поприветствовали Гилберта. Гилберт окинул их взглядом и медленно поднялся с кровати. Паф. Когда он оступился, Беральд поспешил к нему, но — — Не нужно. Гилберт покачал головой, твёрдо встав на обе ноги. Его массивное телосложение было сопоставимо с телосложением Беральда. Хотя его тело постарело, аура всё ещё оставалась аурой свирепого зверя. — Спасибо, что оставались рядом с моим глупым сыном. Гилберт уважительно поклонился. Мой отряд и я поклонились ему в ответ. — Кстати, ты сказал, что поступил в Академию Героев, верно? — Хехе, верно. Теперь я на втором курсе. — Ты встретил всех членов отряда там? — Именно. Беральд кивнул и начал представлять нас одного за другим. — Этот красавец — Юрен! Он молодой господин знаменитой семьи Гелиос! — Гелиос? Ты ведь не имеешь в виду ту самую семью Гелиос?.. — Хехе, да! Юрен — потомок «Солнечного Меча»! — …Ого. Гилберт недоверчиво усмехнулся, переводя взгляд с Беральда на Юрена. — …Если это судьба, то, похоже, самая настоящая. — Хм? О чём ты? — Ни о чём. Кто остальные? Беральд, воодушевившись, продолжил представления. — Это Камилла! — Старшая. — Кхе-м! В общем, старшая Камилла — выдающийся Святой Рыцарь, её даже рассматривают как следующий «Меч Святого Королевства»! — Следующий Меч Святого Королевства?.. — А здесь наша красавица сестра Ирис! Она не кто иная, как Святая Святого Королевства! Именно она исцелила тебя! — Святая Святого Королевства? Гилберт в шоке посмотрел на Беральда. — Чем ты вообще занимался в школе, раз завёл такие связи со столь важными персонами? — Хехе, всё благодаря брату Дейлу! Беральд повернулся ко мне и от души рассмеялся. — Дейл — лидер нашего отряда и вроде наставника для меня! — О. Гилберт с любопытством посмотрел на меня. — Ты лидер этого отряда? — Да. — Ха-ха, с потомком Солнечного Меча, Святой Святого Королевства и следующим Мечом Святого Королевства в одном отряде — и ты всё ещё лидер… Гилберт покачал головой, словно даже не мог представить, насколько необыкновенным должен быть этот Дейл. — Как вы вообще познакомились с этим парнем? — Мы встретились на дополнительных занятиях в прошлом году! — Ах, понятно. Дополнительные занятия… погоди, что? Дополнительные занятия? — …Беральд. Гилберт внезапно прищурился. — Мм? Что такое? — Ты ведь не хочешь сказать, что тебе пришлось ходить на дополнительные занятия из-за плохих оценок? — Э-э, ну, это… Беральд отвёл взгляд, нервно умолкнув. Гилберт грубо схватил Беральда за ухо. — Ой! Ч-что ты делаешь?! — А сам как думаешь, идиот?! Какую же херню ты творил, чтобы получить оценки хуже некуда и загреметь на дополнительные занятия?! Хотя Гилберт воспитывал Беральда довольно свободно с самого детства, он всё же оставался отцом. А какой родитель не переживает за оценки своего ребёнка? — Тьфу ты! Ты меня с ума сведёшь, паршивец! Дополнительные занятия…! Дополнительные занятия предназначались для тех, кто занимал последние 30 мест в комплексных оценках курсантов. Ещё когда он сам был курсантом, он всегда гадал, что за идиоты попадают в эти классы. Кто бы мог подумать, что одним из таких идиотов окажется его собственный сын. — Эх. Я знал, что умом ты не блещешь, но всё же… Гилберт тяжело вздохнул и повернулся ко мне. — Тебе, должно быть, пришлось нелегко с моим сыном. — Ха-ха, не так уж и плохо. — Верно. Ты сказал, что встретил его на дополнительных занятиях? Ха-ха, кто бы мог подумать, что даже в наше время найдётся столь прекрасный молодой человек, готовый наставлять младших курсантов в драгоценное время каникул… — …Простите? Наставлять? Прекрасный молодой человек? О чём он вообще говорит? — Теперь, когда я об этом думаю, в дни своего курсантства я тоже получал советы от старших. Это была совсем другая мудрость по сравнению с тем, чему учили профессора. — …… А, понятно. Значит, он думает, что я добровольно потратил свои каникулы на помощь отстающим младшекурсникам с дополнительных занятий по доброте душевной? — Ха-ха, Дейл, верно? Тот факт, что ты сблизился с младшекурсником, с которым познакомился на дополнительных занятиях, настолько, что вы сформировали отряд, говорит о твоём великолепном характере. — …… — Протянуть руку помощи тем, кто отстаёт, — это истинная добродетель героя. Пожалуйста, продолжай и дальше хорошо направлять Беральда. — Ах… да. Конечно. Я неловко улыбнулся и пожал предложенную Гилбертом руку. — Кстати, Дейл, а какие у тебя оценки в школе? Он посмотрел на меня сияющими глазами, явно интересуясь успеваемостью лидера, командующего отрядом с такими престижными участниками. — …… — Хм? Что не так? Поскольку я молчал, Гилберт в замешательстве склонил голову. Подумав мгновение, он тихо произнёс: «А», — словно у него в голове всё сошлось. — Ха-ха! Не переживай, я не собираюсь ругать сына, сравнивая его с тобой. Просто скажи мне прямо. — …… — Итак, каково твоё место в комплексной оценке? Холодный пот побежал у меня по спине. ---------- Том 1 Глава 140 — Э-э… Ну, это… Холодный пот покатился по моей спине. Перед Гилбертом, который смотрел на меня полными ожиданий глазами и спрашивал: «Ну как твои оценки?», мне нужно признаться, что я нахожусь на самом дне среди 472 курсантов. «Чёрт». Честно говоря, когда меня отстранили третий раз и я снова оказывался на дне класса, я просто думал: «Ну и хрен с ним». Но теперь, когда мне пришлось раскрывать свои оценки перед кем-то другим, это казалось донельзя унизительным. Особенно потому, что этим «кем-то» был отец близкого младшего, который находился под ложным впечатлением, что его сын встретил великого благодетеля и теперь устроен в жизни. — …Чего ты мямлишь? Гилберт склонил голову набок в недоумении из-за моего затянувшегося молчания. Не в силах больше выдерживать давление, мой рот зашевелился сам по себе. — Я… я первый. Я проглотил слова «с конца», давая свой ответ. — Ха-ха-ха! Если ты первый, то должен гордиться! Чего ты сомневался? А, понял, может, ты чувствовал себя обязанным? Ух! Гилберт показал большой палец вверх, выглядя таким довольным, будто только что опрокинул холодное пиво жарким летним днём. — Выдающиеся оценки, доброе сердце, помогающее младшекурсникам, и даже смирение! Мой сын Беральд поистине встретил великого благодетеля! Гилберт крепко пожал мне руку, сердечно смеясь. — …Дейл. Наблюдая за происходящим, настоящий лучший ученик, потерявший дар речи, выглядел встревоженным. — Если подумать, Юрен, Камилла и Ирис учатся на одном потоке, верно? — Ах… Да. — Верно. — Получается, ты обошёл наследника Солнечного Меча, будущего Меча Святого Королевства и даже Святую Святого Королевства, чтобы занять первое место в классе? Глаза Гилберта расширились от изумления, и он то и дело восклицал в восхищении. — Вау… Только сейчас я осознаю, насколько невероятно, что Дейлу удалось стать первым среди столь исключительных курсантов. — Ну… это… Губы Юрена задёргались, будто он хотел что-то сказать, но в конце концов он просто крепко зажмурился и отвернулся. — Ах, я тоже… считаю это потрясающим. — Ха-ха! Если даже наследник Солнечного Меча признает это, больше нечего сказать! Гилберт поднялся на ноги с улыбкой, которая шире некуда. — Никто из вас ещё не обедал, верно? В такой радостный день нет ничего лучше мяса! В честь моего исцеления я сам его зажарю, так что подождите немного! Беральд! Иди помоги мне! — Чего? Ты собираешься жарить мясо сразу после того, как встал?! — Когда отец говорит тебе идти, ты не споришь, а просто идёшь, парень! Утащив за собой Беральда, Гилберт покинул комнату. Теперь в комнате остались только я, Юрен, Ирис и Камилла. — …Зачем ты это сделал, Дейл? — Хотя никто не отрицает, что у Дейла есть навыки, чтобы быть первым, это… это уже слишком. — Я глубоко разочарована. Ощущая холодное осуждение со стороны членов партии, мои плечи поникли. Цепляясь за призрачную надежду, я оглянулся на них и спросил: — …Ещё не поздно пойти и сказать ему, что я первый с конца? — …… — …… Никакого ответа не последовало. * После того как мы закончили чрезмерно обильную трапезу из жареного мяса, приготовленного Гилбертом. — Так у тебя все ещё нет девушки? — Именно так. — Ах, какой жалкий парень! В твоём возрасте за мной в очередь выстраивались курсантки, чтобы встречаться! — Не ври! Я слышал от мамы, что ты на коленях умолял жениться на ней! — Ха…! Гилберт, словно пытаясь наверстать упущенное за последние пять лет, весело болтал с Беральдом. Пока разговор продолжался, Беральд бросил взгляд на опустевшие тарелки с лёгкой улыбкой. — Прошли годы с тех пор, как я в последний раз ел и разговаривал с отцом вот так. — …… — Что ж, я понимаю. С отцовской точки зрения, я всегда казался неполноценным сыном. Пока Беральд самокритично улыбался. — Это неправда. Гилберт мягко покачал головой. — Если уж на то пошло, это я, не решавшийся сказать тебе правду, был неполноценным отцом. — …Правду? Беральд склонил голову набок, сбитый с толку неожиданными словами. — Эх. Гилберт тяжело вздохнул и бросил взгляд на меня и Ирис, попивавших неподалёку послеобеденный кофе. — Ты сказал, что вы использовали «Наследие Железного Кулака» в качестве жертвы, чтобы исцелить мои раны, верно? — Ах, да. Всё верно. — Именно так. Гилберт, глядя на нас с кривой улыбкой, продолжил: — По правде говоря, то было вовсе не Наследие Железного Кулака. — …Чего? Это было не Наследие Железного Кулака? О чем он говорил? — Чтобы объяснить это, мне придётся рассказать вам правду о семье «Рю». — …Разве нам положено это слышать? — Ха-ха. Вы ведь спасли мою жизнь, не так ли? Было бы неправильно скрывать правду от благодетелей. Гилберт, допив последние капли уже тёплого пива, продолжил: — Вы слышали об основателе семьи Рю? — Ах… Да. Полагаю, это Рю Джинхёк, младший брат Железного Кулака Рюджин Сона и один из величайших магов своего времени. — Хм. Отчасти это правда, а отчасти ложь. — …Что значит отчасти ложь? — Вы когда-нибудь слышали, что Рюджин Сон и Рю Джинхёк были заклятыми врагами? — Да. Это была настолько известная история, что немногие в Республике не знали о ней. — Это неправда. — Если это неправда, тогда… — На самом деле Железный Кулак и его младший брат были очень близки. — …Тогда почему распространились слухи о том, что они враги? — Их намеренно распространил сам Рю Джинхёк. — ……? Слух о том, что они враги, распустил младший брат? Когда я посмотрел на Гилберта с вопросительным выражением лица, он тихо продолжил объяснение: — В то время Республика была полностью разделена на фракцию «Железного Кулака» под предводительством Рюджин Сона и фракцию «Нового Копья» под предводительством Бэк Сынхёка. Двое из пяти великих героев, запечатавших Бога Демонов и спасших мир 500 лет назад. Они были родом из Республики (когда-то называвшейся Кореей), и для людей, внезапно попавших в этот странный мир, они были не менее чем богами. Вот почему многие следовали за ними. И именно поэтому конфликты не прекращались. — Особенно фракция Нового Копья во главе с Бэк Сынхёком была крайне радикальной. Преобладала идея, что Железного Кулака следует убить, а Бэк Сынхёка сделать президентом страны. — Такое произошло? Конечно. Истории, которыми Гилберт делился сейчас, не входили в учебную программу Республики и не преподавались в Школе Героев. — Посреди нарастающей напряжённости Железный Кулак сделал первый шаг назад. Говорят, что он уединился в глубоком ущелье и провёл там остаток своей жизни. Это было то самое Железное Ущелье, которое мы недавно посетили. — Но в этой истории есть нерассказанная часть. Гилберт, похоже почувствовав жажду, снова наполнил кружку пива и осушил её залпом. — В то время говорили, что Железный Кулак умер, не оставив после себя детей, но это неправда. У него был один ребёнок от жены, которая погибла во время войны. — …Вы хотите сказать, что у Железного Кулака был наследник? Гилберт кивнул. — Перед тем как уединиться, Железный Кулак попросил младшего брата спрятать ребёнка. — Чтобы защитить ребёнка от преследований фракции Нового Копья, верно? — Именно. И Рю Джинхёк, выполняя волю брата, притворился, что ребёнок его собственный, и пустил слух, будто они враги. — … Значит, весь этот спектакль был разыгран Железным Кулаком и его братом ради защиты ребёнка. — Подождите-ка… Значит… В моей голове внезапно промелькнула догадка. Я перевёл взгляд на Гилберта и Беральда. Я вспомнил фильм о «Железном Кулаке», который смотрел вместе с Ирис. Образ Рюджин Сона, Железного Кулака, с его исполинской фигурой и массивным телосложением. И у Гилберта, и у Беральда комплекция тоже была далеко не обычной. — Думаю, вы догадываетесь верно. Гилберт усмехнулся и сделал ещё один глоток пива. — Хех… Смешок неверия сорвался с моих губ, когда я осознал правду, о которой не знал даже в прошлой жизни. — А? О чем это вы тут шепчетесь? Беральд, ещё ничего не понявший, растерянно огляделся. Я вздохнул и произнёс: — Иными словами, ты — наследник Железного Кулака. — …Чего? Беральд моргнул с ошеломлённым выражением лица. — Подожди, подожди! В смысле? Я — наследник Железного Кулака? — Тихо, глупец. Ты что, хочешь раструбить об этом на всю округу? Гилберт нахмурился и сверкнул глазами на Беральда. — Наша семья известна как ответвление клана «Рю», но на самом деле мы — прямые потомки Рюджин Сона, Железного Кулака. — Хм… Беральд выглядел совершенно потерянным, словно не имел ни малейшего понятия. Гилберт цыкнул языком и продолжил: — Я планировал рассказать тебе после того, как ты закончишь школу… но если бы не наши благодетели, эта правда могла бы кануть в лету в моем поколении. — … На самом деле в моей прошлой жизни эта правда так и не открылась Беральду. — Значит, те перчатки, что мы нашли в руинах… — Это поддельная реликвия, созданная для привлечения людей, ищущих наследие Железного Кулака. На самом деле это оружие, которое Рю Джинхёк создал для своего брата во время войны с Богом Демонов. — Ах, вот почему перчатки испускали те молнии. Я тихо воскликнул, вспомнив темно-синие перчатки, извергавшие свирепые молнии. — Но раз уж это было оружие, которым пользовался Железный Кулак, разве оно не входит в его наследие? — Нет. Железный Кулак никогда не пользовался этим оружием. Гилберт слегка покачал головой. — Я слышал, он отказался от подарка брата, сказав, что такое оружие ему не подходит. — … Несмотря на то, что артефакт изрыгал яростные молнии — даже потеряв большую часть своей первоначальной силы из-за Благословения Поглощения от Лактасии, — Железный Кулак отверг его по столь простой причине. Это было в высшей степени в духе Железного Кулака. — Как бы то ни было, истинное «наследие Железного Кулака» я хранил в безопасности. — …И что же это за наследие? — Пождите здесь минуту. Гилберт ушёл в дом и вернулся с небольшой коробочкой. Внутри лежали грязные, испачканные бинты. — Это истинное наследие Рюджин Сона, Железного Кулака. — …Эти грязные бинты? — Хе-хе, да. Говорят, Железный Кулак обматывал ими свои кулаки и сражался против сотен, даже тысяч демонов. Гилберт протянул запятнанные бинты Беральду. — Возьми. — …Их? — Да. Хотя они так выглядят, они сохранили форму на протяжении пятисот лет, так что в них определенно есть мана. Гилберт с гордостью улыбнулся, глядя на Беральда, который уже обмотал руки бинтами. — Ох…! Беральд пару раз взмахнул обмотанными кулаками в воздухе, а затем, словно осознав что-то важное, хлопнул в ладоши. — Если подумать, причина, почему я никогда не был силен в магии, крылась в этом! Раз уж он на самом деле был потомком не Рю Джинхёка, одного из величайших магов своего времени, а Железного Кулака, это объясняло, почему у него не было особой склонности к магии. — А? Гилберт склонил голову набок в недоумении от слов Беральда. — Нет, причина, почему ты плох в магии, вовсе не в том, что ты наследник Железного Кулака. — А? Тогда в чем причина? — Просто потому, что ты тупой. — … Гилберт пожал плечами, и в его руке затрещал синий разряд молнии. — Я-то неплохо владею магией, идиот. [Примечание переводчика: ХАХАХХА] ---------- Том 1 Глава 141 Успешно завершив исследование руин, наш отряд провёл оставшуюся часть каникул в доме Беральда — как для того, чтобы приглядывать за состоянием Гилберта, так и чтобы усвоить уроки, извлечённые из руин. — Тогда давай начнём, Дейл. — В любое время, когда будешь готов. Юрен, сжимая меч, пристально уставился на меня. Его стигма излучала яркий свет, и огромные волны маны хлынули из него подобно приливу. Я невольно издал тихий вздох, глядя на Юрена. «Как это получается, что он становится сильнее каждый раз, когда я его вижу?» Количество маны, которым обладает человек, обычно достигает вершины после определенной точки, и темп её роста значительно замедляется. Сначала нужно просто заполнить «сосуд», которым является твоя стигма, но как только он заполнится, приходится работать над расширением самого сосуда. Но у Юрена, казалось, была бесконечная ёмкость, а его мана заметно росла каждый раз, когда мы спарринговали. «Серьёзно, видя такое, понимаешь, насколько несправедливыми могут быть боги». Конечно, мне ли об этом говорить. — Хаа! С резким криком Юрен бросился вперёд. Пылая ярким серебряным светом, его аура живописно окрашивала воздух. Его плавное фехтование было настолько изящным, что вызывало вздохи у любого наблюдающего. Цзинь! Цзинь-цзинь-цзинь! Цзинь! Наши мечи столкнулись, наполняя воздух звоном металла. — Угх... Стон вырвался из моих губ. После исследования руин увеличилась не только мана Юрена. «Его фехтование стало острее». В своей прошлой жизни фехтование Юрена уже было несравненным, но теперь казалось, что он шагнул на шаг — или даже на несколько шагов — дальше. «И...» Отражая яростные атаки Юрена, я сузил глаза. Я подозревал это, наблюдая, как он сражается со стражем в руинах, но спарринг с ним сейчас подтвердил это. «Фехтование Юрена изменилось по сравнению с тем, каким оно было в его прошлой жизни». В частности, форма «Солнечного Меча», которой он владел, эволюционировала. Это было похоже на то, как я перестроил Солнечный Меч в Меч Пепла, чтобы он подходил моему стилю. Юрен больше не просто копировал Солнечный Меч, который изначально создал Рейнальд Гелиос. «В прошлом Юрен так не делал». Тогда Юрен пытался идеально воспроизвести фехтование, оставленное Рейнальдом Гелиосом, словно считал себя его реинкарнацией. Он совсем не изменял его — ни на йоту, — имитируя «Солнечный Меч», как будто так и было задумано. Но теперь... «Он изменился». Юрен больше не подражал Рейнальду. Хотя следы стиля Рейнальда все ещё оставались благодаря всему, чему он научился до сих пор, со временем эти остатки угасали, и Юрен — или, вернее, Юрина Гелиос — делала меч своим собственным. «Если так пойдёт и дальше... начиная с восьмой формы Солнечного Меча и далее, это может превратиться в совершенно новый стиль». Подобно тому, как я создал Меч Пепла на основе Солнечного Меча, Юрен вскоре может разработать фехтование, которого я никогда раньше не видел. — ...Хех. Смешок сорвался с моих губ. По спине пробежал холодок — тот самый, который чувствуешь только при встрече с истинным гением. — А? Что не так, Дейл? Юрен прервался посреди спарринга, заметив мою реакцию. Я слегка улыбнулся и покачал головой, показывая, что ничего страшного. Хотя комплименты могут поднять боевой дух, слишком много похвал может иметь противоположный эффект. «Здесь...» Рост Юрена снова напомнил мне, почему его называли гением, но... «Возможно, будет лучше подтолкнуть его немного сильнее...!» Он всё ещё был далёк от того, чтобы сократить разрыв между нами. Цзинь! Цзинь! — Ааа! Д-Дейл, ты...! Это грязно! Юрен уставился на меня широко раскрытыми глазами, когда я внезапно бросился на него с мечом. Но удивление быстро исчезло, так как он ухмыльнулся, явно наслаждаясь спаррингом, и с энтузиазмом нанёс ответный удар. — Фух. — Хафф, хафф... Пока мы с Юреном стояли под палящим летним солнцем, промокшие от пота, подошла Ирис, неся два холодных кофе с плавающими в них кубиками льда. — Вы двое должны сделать перерыв~. — А, спасибо, Ирис. — Весьма признателен. Мы с Юреном прервали спарринг и с благодарностью приняли холодный кофе. — Вот, воспользуйтесь этим полотенцем, чтобы вытереть пот. — ...Ирис. После освежающего холодного кофе она протянула нам сухие полотенца. Её добрый, заботливый жест наполнил меня глубоким чувством благодарности, которое слова не могли выразить. — Хмф. По какой-то причине Юрен не выглядел особо довольным, но... — Спасибо, Ирис. Вытерев пот, мы с Юреном вернули ей полотенца. — Беральд скоро спустится, так что я пойду, чтобы не мешать вашей тренировке... — Секунду. Как только Ирис собралась вернуться в дом, Юрен схватил её за плечо. Сузив глаза, он бросил взгляд на внутренний карман её жреческой робы. — Почему ты положила полотенце, которым пользовался Дейл, отдельно в свой внутренний карман? — ...Тц. На мгновение нежное и безмятежное выражение лица Ирис исказилось гримасой недовольства. Но она быстро взяла себя в руки, озарив лицо милой улыбкой, когда отвечала на вопрос Юрена. — Запах Дейла немного сильнее, поэтому я собиралась постирать его отдельно. — Если так, то я сделаю это. В конце концов, это пот от тренировок со мной. — О~ в этом нет необходимости. Ты ведь был так занят тренировками, не так ли? И Юрен, и Ирис держались за противоположные концы полотенца, которым пользовался Дейл, улыбаясь друг другу, в то время как их глаза не выражали и следа дружелюбия, звучавшего в их словах. — К тому же, ты ведь тоже не особо свободна, верно? Я слышал, в последнее время ты сосредоточилась на тренировке своих «Семи Глаз». — Хех. Но это ничто по сравнению с физическими тренировками, которыми занимаешься ты, Юрен. Разговор между ними продолжался: оба натягивали улыбки, но между ними ощущалось явное напряжение. Их взгляды встретились. — ...... — ...... После короткого и неловкого молчания. — Гах! Верни его сейчас же! — Если ты точно не скажешь, для чего собираешься его использовать, ты никогда его не получишь! Ирис и Юрен повысили голос, препираясь, как дети, борющиеся за игрушку. — ...... Пока я раздумывал, как вмешаться и остановить их. — Брат! Вы закончили тренировку с Юреном?! Дверь особняка с грохотом распахнулась, и Беральд вышел во двор. — О, да. Мы просто делаем перерыв. — Ха-ха, тогда не мог бы ты поспарринговать со мной следующим? — Конечно. Поскольку я уже решил сосредоточиться на помощи своим товарищам в их росте во время этих каникул, причин отказываться от спарринга не было. «В конце концов, я и сам от этого кое-что приобретаю». Как гласит старая поговорка из Республики, обучение — это тоже форма познания. Спарринги с Юреном, Беральдом и Камиллой оказывались отличным источником опыта для моего собственного роста, особенно учитывая, что я все ещё не полностью контролировал свои вновь обретённые силы. — Ха-ха! Отлично! Беральд крепко сжал кулаки, обмотанные бинтами, и выдохнул с решительным вздохом. — Ты все ещё планируешь носить эти грязные бинты? — Хе-хе, но это реликвия от моего предка. Наследие, оставленное потомкам. Беральд улыбнулся и несколько раз сжал и разжал свои обмотанные бинтами руки. — К тому же, они удивительно эффективны. — Эффективны? Каким образом? Как бы я на них ни смотрел, это были всего лишь грязные полоски ткани. — Ну... как бы это сказать... Мои удары кажутся немного легче? Что-то в этом роде. — Разве это не потому, что ты думаешь, будто это какое-то наследие «Железного Кулака» или вроде того? — Хе-хе, может быть. Но ощущение неплохое, так что я продолжу их использовать. — Ну, ладно уж. Если ему это нравилось, у остальных не было причин жаловаться. — Ладно, начнём! — крикнул Беральд, призывая свою магию. Я задвинул меч обратно в ножны и зацепил его за пояс, поманив Беральда взмахом руки. — Посмотрим, оправдаешь ли ты наследие «Железного Кулака». — Ха-ха! Отлично! Громко и бурно рассмеявшись, Беральд бросился вперёд. Тёмная аура земного цвета вспыхнула на его кулаках. Бум! Бах! Кабум! Звуки его ударов эхом разнеслись по широкому двору, создавая какофонию, которая казалась издаваемой не простыми кулаками. «Движения Беральда сильно улучшились». Было жаль, что он потерял свой мощный артефакт, но личный рост Беральда был настолько впечатляющим, что даже фраза «стремительный прогресс» не передавала этого в полной мере. Вух! Вух! Возможно, из-за рассказа Гилберта, но, видя свирепые удары Беральда, я внезапно представил себе образ «Железного Кулака». «Он действительно был невероятным человеком». Сражаться с Демоническим Богом, не имея ничего, кроме изношенных обмотанных бинтами кулаков. Это поистине заставило осознать, насколько необыкновенным должен был быть Железный Кулак Рюджин Сон. «Обычно на таком уровне наличие мощного артефакта — это не выбор, а необходимость». Есть поговорка, что мастер не винит свои инструменты, но к героям это не относилось. По мере роста силы героя возрастает и потребность в оружии, способном выдержать эту силу. Без него даже направление маны через оружие могло привести к его разрушению. Конечно, можно было бы увеличить долговечность оружия с помощью маны, но делать это — пустая трата энергии. Гораздо эффективнее использовать меч из стали, чем укреплять ветку маной, чтобы сделать её твёрдой, как сталь. «Ну, в случае с Железным Кулаком он использовал не меч, а свои кулаки». И все же, если подумать о том, как Солнечный Меч Рейнальд Гелиос использовал легендарный меч по имени «Рассвет», а Божественное Копьё Пэк Сынхёк владел мощным артефактом «Убийца Драконов», это показывает, насколько уникальным был Железный Кулак. «Он говорил, что такое оружие ему не подходит... хм». Вспоминая слова Железного Кулака, я слабо улыбнулся. «У него есть чему поучиться». Хотя я не был согласен с его мышлением, я мог уважать его убеждения. Герой, который сражался с Демоническим Богом, не имея ничего, кроме своих кулаков. Истинный «мастер боевых искусств» во всех смыслах этого слова. Каким бы ни было его отличие от моей философии, я не мог не восхищаться столь великим воином. — Хафф, хафф...! По мере того как спарринг затягивался, дыхание Беральда становилось все тяжелее и затруднённое. — Закончим на этом? — Нет! Я ещё могу продолжать! Беральд сжал зубы, сжал кулаки и снова бросился на меня. «Да уж, упорству этого парня можно позавидовать». Я не мог не восхищаться его решимостью, истинным свидетельством того, что он является «потомком Железного Кулака», когда приготовился заблокировать его удар. Вуууш! Внезапно бинты вокруг его кулаков стали угольно-черными, испуская яркий свет. — ...А? Золотые буквы появились поверх почерневших бинтов. Слова были написаны на старом языке Республики. «Разрушающие Небеса Повязки Асуры...?» Какого чёрта это такое? Бум! Прежде чем я успел закончить мысль, удар Беральда врезался в меня, отправив моё тело в полет и впечатав в стены особняка. — Гах, угх... Я выкашлял кровь и уставился на чёрную перчатку, обвитую вокруг кулаков Беральда. — Не может быть... этот ублюдок Железный Кулак... Когда он говорил, что такое оружие ему не подходит, он имел в виду, что у него уже есть кое-что получше?! ---------- Том 1 Глава 142 — «Разрушающие Небеса Перчатки Асуры»... Гилберт, погружённый в раздумья с закрытыми глазами, мягко покачал головой. — Я никогда раньше не слышал такого названия. — …… После ответа Гилберта воцарилась тишина. И Беральд, и я перевели взгляд на испачканные бинты, лежавшие на столе. Хотя сейчас они выглядели грязными, словно их годами продержали под кроватью, «Если то, что я видел ранее, мне не показалось...» Эти испачканные бинты несомненно были грозным артефактом, способным заставить перчатки, найденные нами в руинах, казаться ничтожными. — Вы же говорили раньше, что в этих бинтах есть мана, верно? — Ну, несмотря на их внешний вид, они невероятно прочные. Гилберт схватил испачканные бинты, говоря это. — Сами взгляните. Он глубоко вздохнул, а затем со всей силы потянул бинты. — Р-р-а-а! Мало того, что он тянул их, он также скручивал и вертел их, словно выжимал. Гилберт, возможно, и не был воином, обученным боевым искусствам, как Беральд, но, происходя из рода Железного Кулака, он обладал врождённой физической силой, которая легко превосходила силу большинства воинов. Даже когда кто-то вроде него тянул изо всех сил, — Ух. Смотрите, как бы сильно я ни тянул, ноль эффекта. — Так вот почему вы подумали, что в них есть мана? — Ага. Как по твоему, сколько продержались бы обычные бинты? — Ну... обычно бинты используются как одноразовый предмет, поэтому они долго не живут. — Но эти бинты Железного Кулака, хоть снаружи и грязные, если приглядеться, нигде не порвались. Вот почему я подумал, что в них есть немного маны. Как и сказал Гилберт, несмотря на прошедшие пятьсот лет, бинты Железного Кулака остались целыми и невредимыми. — Но я думал лишь то, что это прочные, обработанные маной бинты. Я никогда не слышал, чтобы у них были какие-то другие скрытые способности. — …… Оказалось, что ни Гилберт, ни предыдущее поколение не знали истинной природы этих бинтов. — Беральд. Можешь попытаться воссоздать то, что произошло раньше? — Ты имеешь в виду ту «Перчатку Разрушения Небес» или как её там? — Ага. — Хм, ладно. Обмотав руку бинтами, Беральд закрыл глаза и сосредоточил свою энергию. Вуум! Как и в прошлый раз, бинты почернели и превратились в прочные перчатки. — Ха. Гилберт удивлённо посмотрел на чёрные перчатки. — Неужели это истинная форма наследия Железного Кулака? — Похоже на то. Причина, по которой бинты были такими грязными, вероятно, заключалась в том, чтобы скрыть высеченные на них магические надписи. — Вопрос в том, почему только Беральд может раскрыть истинную силу этого наследия... — У меня есть догадка на этот счёт. Гилберт прищурился, глядя на чёрные перчатки на руках Беральда. — С самого детства Беральд был ужасен во всём, что связано с магией, но его кулаки? Они были лучше, чем у любого героя, хотя его никто никогда не учил. — То есть вы хотите сказать, что он унаследовал родословную Железного Кулака сильнее, чем кто-либо другой? — Да. Среди рода Рю, который продолжался пятьсот лет, пожалуй, никто не превзошёл его в этом. Внезапно я вспомнил то, что директор Лионель пробормотал после дуэли Беральда с Лайосом Рю. -Неужели... нет, не может быть. Если это бормотание касалось силы Железного Кулака внутри Беральда, то это объясняло бы, почему он смог воспользоваться наследием, к которому не прикасались пятьсот лет. Если подумать, Беральд начал по-настоящему изучать боевые искусства только после окончания школы, когда в своей прошлой жизни ему было за двадцать. «И тем не менее, он создал собственное боевое искусство — «Боевые искусства Беральда».» Такое достижение было бы невозможно без подавляющего природного таланта. — Итак, подытожим. Беральд хлопнул в ладоши, теперь облачённый в перчатки, и широко усмехнулся. — У нас в руках потрясающее сокровище, верно? — Ну... да. — Ха-ха! Верно говорят, что за добрые дела полагается награда! Беральд от души рассмеялся, переполненный радостью. На его лице не было и следа сложных забот о родословных или наследии. «Должно быть, приятно быть таким беззаботным, идиот ты этакий.» Я тихо усмехнулся про себя, наблюдая за Беральдом. Ну, во всяком случае, Будущее продолжало меняться. Медленно, но верно. В лучшую сторону. * Прошло две недели с тех пор, как мы поселились в особняке Беральда. Как раз когда я начал уставать от монотонных ежедневных тренировок, — Эй, Дейл! Красивый блондин прибыл на стильной магической карете и вошёл в особняк. Джульет заметил меня и помахал рукой с яркой улыбкой. — Что, мы для тебя пустое место, что ли? — О, э-э, прости... — Хех, шучу. Итак, Джульет, что тебя привело сюда? На вопрос Беральда Джульет усмехнулся. — Я принёс отличный подарок от фонда, с которым сотрудничает компания моего отца. — Подарок? — Ага! Вот, смотрите! Джульет вытащил из кармана несколько билетов. — Ваучеры на проживание в Небесном курорте! Небесный курорт. Один из самых известных курортов в Республике, известный своими потрясающими пляжами и роскошными удобствами. — Дейл, ты же слышал о нём, верно? — Доводилось слышать истории. Это было одно из тех мест, о посещении которых курсанты хвастались после летних каникул. Конечно, я только слышал о нём, но на самом деле никогда там не был. — Хе-хе. Если вы туда отправитесь, то сможете даже пользоваться частным пляжем со своей группой! Джульет сиял от радости, протягивая мне пять билетов. — Разве не расточительно тратить весь отпуск только на тренировки? — Но я слышал, что это действительно дорого... Ты уверен, что мы можем это принять? — Ага! Мы ведь... друзья, в конце концов! Джульет неловко улыбнулся, словно всё ещё привыкая к слову «друзья». Я взял протянутый им ваучер на курорт и оглянулся на членов группы. — Что вы все думаете? — Я полностью за! — И я тоже! Я очень хочу поехать! Беральд и Ирис взволнованно подняли руки, тяжело дыша в предвкушении. — Я пойду, если Дейл решит. Юрен тоже охотно кивнул. Последним оставшимся человеком была... — Хм! Роскошный курорт в такое критическое время? Смех да и только! Камилла усмехнулась и вытащила один из билетов из моей руки. — То, что в последнее время все добились хороших успехов в тренировках, не значит, что можно расслабляться! Её глаза расширились, когда она тщательно проверила даты и время на билете. — Не забывайте! Мы — герои, чей долг — защищать слабых и спасать мир от сил злобного бога демонов! Она аккуратно сложила ваучер на курорт и сунула его в карман. — В такое время мы должны уделять ещё больше внимания тренировкам! Как вы все могли даже подумать о том, чтобы развлекаться? — .... Слова и поступки этой девушки совершенно не совпадали. — Но это не значит, что я могу игнорировать волю всей группы только из-за своего мнения! Если вы все действительно хотите поехать, полагаю, у меня не будет выбора, кроме как присоединиться к вам! Несмотря на её суровые слова, Камилла уже изо всех сил пыталась сдержать восторженную ухмылку, расползающуюся по её лицу при мысли о курорте. Я покачал головой, глядя на неё. — Нет, если ты настолько категорично против, всё в порядке. Тебе не обязательно ехать. — ...Что? — Я согласна с Дейлом. Я бы не хотела заставлять тебя ехать и разрушать твою решимость. — С-святая? Ирис положила руку на плечо Камиллы и тепло улыбнулась. — Камилла, оставайся здесь и посвяти себя тренировкам. — …… Наступила тяжёлая тишина. Плечи Камиллы задрожали, а в уголки глаз набежали слёзы. — Шмыг... Х-хорошо... Я понимаю... — Пф-ф! Аха-ха-ха! Ирис громко рассмеялась, похлопывая Камиллу по плечу. — Я просто шучу! Конечно, ты тоже едешь с нами! — И-Ирис! Поняв, что её провели, Камилла, густо покраснев, забыла назвать её «святой» и в отчаянии воскликнула. Ирис снова разразилась смехом и повернулась к Джульету. — Если это курорт у пляжа, думаю, нам стоит купить купальники. — На курорте могут быть пункты проката, но если у вас есть время, лучше купить их заранее. — Ну тогда, Джульет. Ирис указала на магическую карету, на которой приехал Джульет. — Не подбросишь нас до города? — Конечно! Джульет ярко улыбнулся и без колебаний кивнул. Так начались наши короткие летние каникулы. * Небесный курорт. Роскошное заведение, выглядевшее так, будто его построили, потратив горы денег. Оно входило в пятёрку лучших мест отдыха во всех трёх нациях, настолько дорогой, что даже бывалые герои колебались бы перед поездкой. У Небесного курорта была уникальная система: каждому гостю предоставлялся частный пляж, доступ к которому осуществлялся через врата телепортации. Вокруг курорта находилось около ста тридцати небольших необитаемых островов, и гости могли использовать врата телепортации для свободного перемещения на назначенный им остров. — Посмотрим... Значит, нам нужно к Вратам № 33, верно? Пока остальные ещё собирались в своих комнатах (удивительно, но у каждого из нас была своя комната), я закончил приготовления пораньше и отправился на остров заранее. — Возьмём с собой зонтик от солнца, коврик... О, и мяса пожарить. Поскольку это был частный пляж, мы могли делать всё, что хотели, не беспокоясь о других. — Небесный курорт, да... В своей прошлой жизни я не мог и мечтать о том, чтобы приехать сюда. Я успокоил свой всё ещё несколько ошеломлённый разум и направился к Вратам № 33. Вуш. Когда я прошёл через врата, перед моим взором раскинулся огромный пляж с потрясающим белым берегом. — Ого! Это просто безумие, безумие... А? Затем я заметил кое-что необычное. На прекрасном залитом солнцем пляже был установлен зонтик от солнца. Под зонтиком стоял белый шезлонг, и на нём лежала женщина, с комфортом устроившись. «Что это такое?» Почему на моём частном пляже уже кто-то находился? «Я что, вошёл не в те врата?» Когда я в замешательстве склонил голову и огляделся... — Хм? Слишком знакомый запах табака щекотал мне нос. Женщина на шезлонге неторопливо поднялась на ноги. На ней было вызывающее чёрное бикини, контрастировавшее с её белоснежной кожей. Её гладкая, безупречная фигура с длинными стройными ногами. Когда она сдвинула солнцезащитные очки на лице, в поле зрения попал шрам, пересекавший её левый глаз. — Как проходят твои летние каникулы, курсант Дейл? Профессор Элиша ярко улыбнулась, увидев меня. ---------- Том 1 Глава 143 — Профессор Элиша?.. Я прищурился, заметив, как черноволосая красавица медленно приближается ко мне. — Профессор, что вас сюда привело? — Хм. Я помешала? — Нет, дело не в этом… Небесный курорт предоставлял каждой группе гостей частный необитаемый остров, соединённый вратами телепортации. Иными словами, если вы не входили в ту же группу, воспользоваться вратами телепортации другого гостя было нельзя… -На этот раз прекрасный подарок поступил из фонда, который сотрудничает с компанией моего отца. Внезапно я вспомнил слова, сказанные Джульетом ранее. — Неужели этот фонд?.. — Фу-фу. Это фонд, которым я управляю. Я получила крупную инвестицию от отца Джульета, поэтому решила сделать им небольшой подарок. Теперь стало понятно, почему профессор Элиша здесь. Я тихо усмехнулся и спросил: — Откуда вы знали, что Джульет пригласит нас? — Хм. Кто знает? Когда профессор Элиша озорно улыбнулась, я покачал головой, не в силах противиться. — Ну, в любом случае, рад видеть вас здесь. — Могу я узнать, почему именно рад? Она села на шезлонг и закинула ногу за ногу, бросив на меня провокационный взгляд. На кончиках её стройных ног в глаза бросились ногти, покрытые чёрным лаком. — Это, э-э… Может быть, всё дело в том, что я привык видеть её в официальной одежде. Видя профессора Элишу в купальнике, я не знал, куда деть глаза. — Фу-фу. По твоей реакции я уже могу догадаться, что именно. Заметив, как я неловко отвернулся, профессор Элиша удовлетворённо улыбнулась. — Итак, чем ты занимался во время каникул? — Ну, немного тренировался и исследовал древние руины. — Исследовал древние руины? Профессор Элиша посмотрела на меня с любопытством, склонив голову набок, и я рассказал ей о том, что произошло во время исследования. — Архиепископ? Ты только что сказал, что сражался с Архиепископом Желания? — Да. — Ого… И ты намеренно сражался с ней, зная «будущее»? — Нет. Я столкнулся с архиепископом по чистой случайности. Даже я не ожидал, что Архиепископ Похоти воспользуется «Благословением Поглощения», чтобы выкачать ману из (фальшивого) наследия Железного Кулака. — … Профессор Элиша посмотрела на меня полными заботы глазами. Медленно протянув руку, она мягко коснулась моего лица. — На этот раз… сколько раз ты испытал «смерть»? — Ах, на этот раз я не умер ни разу. Конечно, я использовал свою жизненную силу для генерации маны при применении Конфлаграции, так что оказывался на волосок от смерти несколько раз, но по крайней мере Лактасия меня не убила. — Правда? Лицо Элиши, до того полное тревоги, заметно прояснилось. Той же рукой, что касалась моего лица, она игриво ущипнула меня за щеку. — Какое облегчение. При этих словах на её лице расплылась слабая улыбка. Это было искреннее выражение облегчения, словно она действительно переживала из-за моих возможных «смертей». — … Увидев её улыбку, я почувствовал сильное волнение. — Хм? Заметив мою реакцию, улыбка профессора Элиши стала шире, и она мягко обвила рукой мою шею, притягивая ближе. Когда расстояние между нами сократилось, наши взгляды встретились. — …Дейл? — Что вы делаете? Сзади раздался холодный, спокойный голос. Повернув голову, я увидел Ирис и Юрена — оба буравили меня ледяными взглядами. Прежде чем я успел поспешно оправдаться, первой заговорила профессор Элиша. — Ах, Ирис и Юрен, как ваши дела? Вы хорошо провели каникулы? — Профессор Элиша, что вы здесь делаете?.. — Спросите об этом Джульета. При словах профессора Элиши все взгляды обратились на Джульета. Одетый в плавки и гавайку (к счастью, не в женский купальник), Джульет заикался и выглядел растерянным. — Э-э… Я, я знал, что билеты пришли из фонда, которым руководит профессор Элиша, но… Похоже, Джульет не ожидал, что профессор Элиша приедет лично, и замолк, не зная, что сказать. — Хм. То есть вы хотите сказать, что студенты собрались в поездку, а профессор просто увязалась за ними? — Слишком резко сказано. Профессор Элиша тихо вздохнула, на её лице мелькнула тень грусти. — Я просто хотела навестить своих любимых курсантов и посмотреть, как они наслаждаются каникулами. Но если я доставляю хлопоты, то вернусь на курорт. — Э-э? Нет, нет, я совсем не это имела в виду… Ирис, застигнутая врасплох неожиданной реакцией профессора Элиши, засуетилась, чувствуя, как все вокруг начинают молча давить на неё взглядами. — Погодите, пожалуйста! Ирис торопливо схватила профессора Элишу за плечо, когда та собралась уходить. Натянув на лицо неестественную улыбку, Ирис заговорила неловко: — Конечно, я просто шутила, профессор! Вы обязательно должны остаться и присоединиться к нам! — Правда? — Да! Вы организовали для нас этот отдых, так что, конечно, вы должны быть здесь! — Фу-фу. Раз Ирис настаивает, я не могу отказаться. Положив дружескую руку на плечо Ирис, профессор Элиша улыбнулась. — Тогда я последую словам Ирис. — … Поняв, что её перехитрили, Ирис тяжело вздохнула, и её лицо исказилось от досады. — …Оказывается, вы скорее хитрая лиса, чем паук. — Фу-фу. Сочту это за комплимент. — Это вовсе не комплимент! — Ну полно тебе, не кипятись. В качестве вклада я принесла кучу еды. Элиша пожала плечами, указывая на термоконтейнер, наполненный аппетитным мясом. — Это первоклассная говядина из Империи. На континенте ходило старое поверье: за лучшими морепродуктами отправляйтесь в Республику, за лучшими овощами — в Святое Королевство, а за лучшим мясом — в Империю. Имперская говядина славилась своим превосходным качеством и изысканным вкусом. — Кхм. Что ж… раз вы приложили столько усилий, полагаю, мы не можем отказаться. — Ха, не ожидала, что ты поддашься на чары еды. — Вы думали, я ем только зелень, раз я святая? — Ха-ха, шучу. Профессор Элиша скрестила руки на груди и окинула Ирис взглядом с ног до головы. Ирис была укутана в свободную одежду. — Разве ты не привезла купальник? — Ну… вообще-то привезла… Ирис покосилась на Беральда, Юрена и Джульета. Она прикрыла рот рукой и коротко, неловко кашлянула. — …Я собиралась надеть его позже. — Хм? Когда же ты планировала его надеть, если не на пляже? — Я-я надену его, когда захочу! Но, профессор, разве ваш купальник не слишком откровенный? Ирис прищурилась, разглядывая чёрный бикини профессора Элиши. Крошечный кусочек ткани едва прикрывал её безупречное стройное, подтянутое тело. Ирис так и подмывало сказать: «Разве это подходит для вашего возраста?», но… — …Уф. Даже будучи женщиной, Ирис не могла не восхититься безупречной фигурой Элиши. — По-моему, вполне нормально. — Ничего подобного! А ну быстро наденьте рубашку! — Фу-фу. Ладно-ладно, не торопи меня. Пока Элиша и Ирис так пререкались… — … Юрен молча пялился на чёрный бикини профессора Элиши. Пожалуй, почувствовав его прямой взгляд, Элиша слегка усмехнулась, надевая рубашку, которую протянула ей Ирис. — Глядя на это сейчас, курсант Юрен… ты и впрямь мужчина. — Ах… п-простите. — Ничего страшного. Просто… старайтесь не пялиться так открыто. В конце концов, моё сердце уже занято. Она пробормотала это, бросив на меня быстрый взгляд. — Если подумать, я ещё не слышала мнения курсанта Дейла. — Насчёт чего? — Как я выгляжу? Мне идёт? Профессор Элиша озорно приподняла переднюю часть рубашки, ухмыляясь. — … Разумеется, спрашивать было не нужно, ведь ей всё идеально шло. Но под холодными взглядами Ирис и Юрена, устремлёнными на меня, высказать чистую правду было тяжело. — …Неплохо. Услышав мой тщательно обдуманный ответ, профессор Элиша сузила глаза со спокойным хмыканьем. — Ладно, на сегодня я это прощу. Она пожала плечами и направилась обратно к шезлонгу. Под сияющим солнцем короткие летние каникулы только начинались. * После нескольких часов игр на пляже, когда все заботы и тревоги были позабыты… Небо окрасилось в закатные тона, предвещая конец дня. — Не пора ли нам возвращаться? Мы вдоволь накупались и наелись жареного мяса. Пришло время возвращаться в отель и подводить итоги дня. — Ха-ха-ха! Я так давно не веселился! Чувствую себя так, будто вернулся в детство! Беральд громко рассмеялся, удовлетворённо кивая. За его спиной возвышался гигантский песчаный замок во всём своём великолепии, размером с быка. Я лишь неловко рассмеялся при этом зрелище. — Серьёзно, ты же не ребёнок, зачем строить что-то подобное? — Хм? Разве тебе не понравилось помогать мне строить его раньше, брат? — Я просто притворялся, что помогаю, потому что не хотел, чтобы ты оставался один. Хотя, если честно. Было даже весело. «В прошлой жизни у меня не было ничего подобного». Для меня летние каникулы были лишь временем для подработок от рассвета до заката, чтобы заработать на жизнь. «Ну… это неплохо. Вот так развлекаться». Строить песчаный замок вместе с Беральдом. Делиться на команды для матча по пляжному волейболу. Жарить мясо и болтать обо всём на свете. Оглядываясь назад, всё это казалось немного наивным, словно сцена из идеального летнего воспоминания. Но это был хороший опыт — такой, который я бы не отказался повторить когда-нибудь в будущем. «И всё же, начиная с завтрашнего дня, мне нужно вернуться в колею и сосредоточиться на тренировках». Подумав, что на сегодня отдыха достаточно, я уже собирался направиться обратно на курорт, как вдруг… — Эй… Дейл. Тихонько приблизившись, Юрен дёрнул меня за рукав. — Чего? — Ты не мог бы остаться со мной ненадолго? Я хочу… кое-что тебе показать. Юрен замялся, избегая моего взгляда. — Ладно. Подойдя к остальным, которые уже собирали вещи, я сказал, что останусь прибраться, и отправил их первыми. Хотя Ирис настаивала, что тоже останется, я слегка подтолкнул её и проводил вперёд, а сам вернулся на оговорённое с Юреном место. Вух. Шум волн раздавался под тёмным ночным небом. Луна ярко сияла наверху. — …Пришёл? Юрен — нет, Юрина — ждала меня в серебристом купальнике. * По дороге в отель… — Что случилось, святая? Камилла повернулась к остановившейся Ирис. — … Ирис погрузилась в глубокие раздумья, плотно сжав губы, прежде чем принять решение и обернуться. — Кажется, я не могу оставить Дейла в покое. — Святая? — Я просто пойду взгляну на него ненадолго! Идите в комнату без меня! С этими словами Ирис бросилась к вратам телепортации. ---------- Том 1 Глава 144 Пляж, погружённый во мрак. Шум разбивающихся волн и освежающий морской бриз, нежно ласкающий берег. При лунном свете вид тихо стоящей сереброволосой женщины был до нереального прекрасен. — …… У меня пропали слова, и я просто уставился на Юрину с ошеломлённым выражением лица. — …Дейл? Возможно, всё дело было в том, что я замер в молчании. Юрина, которая из-за смущения в купальнике робко отворачивалась и прикрывала грудь руками, оглянулась на меня. — В чём дело? Хлюп, хлюп. Юрина пошла ко мне, её ноги, мокрые от морской воды, проваливались в песок. Её серебряные глаза смотрели прямо на меня. — …Ничего. Как я мог сказать ей, что на мгновение онемел, потому что она была слишком прекрасна? Я сглотнул слюну и отвёл взгляд, стараясь не смотреть ей в глаза. — Дейл. Юрина сузила глаза и шагнула ближе ко мне. Она схватила мои щёки обеими руками, повернув мою голову так, чтобы я смотрел прямо на неё. — Почему ты избегаешь моего взгляда? — Эм… ну… — Ах ты! Ты думал: «Она не так хороша, как профессор Элиша», или что-то в этом роде?! Юрина бросила на меня свирепый взгляд, её глаза расширились от подозрения. Неожиданное обвинение заставило меня невольно усмехнуться. — Я ничего подобного не думал. — …Правда? Юрина бросила взгляд на свой купальник, выглядя несколько встревоженной. Уф. Она надула щёки, глядя на собственное тело. — Я думала, что выгляжу достойно, но… это жульничество. Воспоминания о профессоре Элише заставили её уверенность стремительно упасть. Хотя её тело было столь же безупречным, без лишнего жира, а размер груди, талия и бедра — всё было идеально пропорционально… «Разница в длине ног!» Между ней, имевшей средний для женщины рост, и профессором Элишей, которая была выше большинства мужчин, существовал непреодолимый разрыв. Да, то, что люди обычно называют «великолепными ногами». Между ними была неоспоримая физическая разница. «К тому же, у профессора Элиши есть эта… почти провокационная привлекательность, даже с женской точки зрения». Своего рода таинственная сексапильность, которой может обладать только зрелая женщина. Это было необъяснимое, дразнящее качество, которое, казалось, естественно просачивалось во всё, что она делала. Юрина же чувствовала себя наивной девочкой, изо всех сил старающейся казаться взрослой. «Именно поэтому я до самого конца сомневалась, стоит ли показывать это Дейлу…» Но не надеть купальник, который она тайно купила, избегая глаз своих коллег во время этого короткого отпуска, было бы пустой тратой. «…Мне было интересно узнать реакцию Дейла». Она бросила косой взгляд на выражение лица Дейла. — Ну… я… Мм. Подбирая слова, Дейл сжал губы, прежде чем нерешительно заговорить. — …Я просто остолбенел. — А? Что? — Я был ошеломлён, потому что ты была так прекрасна. — …! Глаза Юрины расширились от его ответа, далеко превзошедшего её ожидания. Кто-то мог подумать, что из-за этого банального комментария не стоит особо волноваться, но… — Уф… уффф! Она была в восторге. Переполняло осознание того, что мужчина, которому она отдала своё сердце, был так очарован её красотой, что потерял самообладание. Тот факт, что для него она была не «Юреном», а истинной «Юриной», наполнял её радостью и счастьем. Она была так восхищена, что обнаружила, что топает ногами и издаёт тихие стоны восторга. — Хе-хе. Дейл, где ты научился говорить столь неловкие реплики? Юрина широко улыбнулась, смущённо извиваясь. — Ну… это было немного неловко, да? Даже мне самому собственные слова показались неловкими после того, как я их произнёс. Я горько усмехнулся и покачал головой. — Я больше не скажу такого… — Нет! Я хочу, чтобы ты продолжал быть таким неловким Дейлом! — А? — Быть немного неловким — это то, что делает тебя тобой, Дейл! — Подожди. Разве это можно говорить человеку прямо в лицо? — Стоять вот так здесь как-то неудобно… Присядем? — Конечно. Мы с Юриной подошли к камню чуть в стороне от пляжа и сели. Воздух наполнял звук мягко разбивающихся о берег волн. Мы сидели в молчании, глядя на озарённое луной небо. — Кстати, тебе не неудобно? — А? Что ты имеешь в виду? — Жить всё время в образе «Юрена». Хотя она потратила на это половину своей жизни, это было не то, что она выбрала сама. Тот факт, что она тайком показала мне свой купальник, заставил меня задуматься о том, что она, возможно, захочет жить как «Юрина», а не как «Юрен». — Ну… я не знаю. Юрина пнула песок носком туфли и пожала плечами. — Сказать, что это совсем не неудобно, было бы ложью. Хотя она привыкла жить как Юрен, поскольку занималась этим так долго, привычка не обязательно равнялась комфорту. — Мне неловко, когда нужно сходить в туалет в общественном месте, или когда я вижу красивое платье, которое хочу надеть, но вынуждена пройти мимо. Покупать нижнее бельё тоже неловко, и… о, я ещё чувствую себя виноватой перед курсантками. — Почему перед курсантками? — Ну… потому что, эм, я получала от них много признаний. Юрина неловко почесала голову со смущённой улыбкой. — Ах да. Ты был самым популярным парнем в нашей школе. — Уф… даже ты, Дейл? Ха-а. Серьёзно… каждый раз отказывать им — это так изнуряет, знаешь ли? Надувшись, Юрина толкнула меня локтем в бок. — И контроль маны, чтобы моя аура казалась золотой, тоже утомляет… Здесь полно трудностей. Выражение лица Юрины слегка омрачилось. — Но больше всего меня тяготит то, что мне приходится постоянно лгать людям, о которых я забочусь. До встречи с Дейлом у неё не было никого, кого она могла бы по-настоящему назвать дорогим человеком. Но после встречи с ним новые связи одна за другой начали наполнять её жизнь. — Ирис, Беральд, Камилла… и даже такие люди, как профессор Элиша и Джульет — разве все они не прекрасные люди? Члены её отряда, которые исследовали с ней руины и помогали тренироваться. И профессор Элиша, которая давала ей искренние советы, направляя её как наставница, и Джульет, который помогал ей в трудной ситуации, ничего не требуя взамен. Прошло всего полгода с тех пор, как она встретила Дейла. В жизни, которая раньше была пустой, образовалось столько новых связей. — Если бы это было в прошлом, я бы даже не могла представить, что у меня появятся такие связи. Оглядываясь назад на свои дни в образе «Юрена» полгода назад, нынешняя она казалась ей чудом, ниспосланным Семью Богами. — …Юрина. Я помрачнел, глядя на лицо Юрины, озарённое лунным светом. Для такой искренней и честной девушки, как она, необходимость продолжать лгать окружающим должна была быть тяжёлым бременем. — Тебе не нужно делать такое лицо, Дейл. Она слабо улыбнулась и легко прислонила голову к моему плечу. — Потому что по крайней мере мне не нужно лгать самому дорогому для меня человеку. — …… Когда она без колебаний произнесла это, назвав меня своим самым дорогим человеком, у меня защемило в груди. Я коротко вздохнул и заговорил. — …Как насчёт того, чтобы рассказать им? — А? — Ирис, Беральд, Камилла… Я имею в виду, не было бы проблемой рассказать твоим верным товарищам, верно? Причина, по которой она всё ещё притворялась «Юреном», заключалась только в школе. Если бы выяснилось, что «Юрен Гелиос» на самом деле была «Юриной Гелиос», которая маскировалась под своего старшего брата, чтобы учиться в академии героев, возникло бы множество хлопотных ситуаций. — Хм… Возможно, ты прав. Юрина на мгновение задумалась над моим предложением, а затем мягко покачала головой. — Но пока, думаю, и так сойдёт. Это вроде как… наш маленький секрет, понимаешь? Хе-хе. Она обняла меня за руку, и на её лице расплылась робкая улыбка. Её лицо, озарённое лунным светом, было настолько потрясающе красивым, что я снова онемел, тупо глядя на неё. — …Что? Ты снова остолбенел, потому что я слишком красивая? Юрина подразнила меня игривым взглядом. Она повернула голову, чтобы взглянуть на луну в ночном небе, и продолжила говорить. — Находясь здесь вот так, разве это не напоминает тебе то время? — …Какое время? — Ну знаешь, тот самый раз, когда я впервые предстала перед тобой в таком виде. — О. Теперь, когда она упомянула об этом, тот день тоже был ночью, озарённой лунным светом. — Если бы ты не раскусил мою ложь в тот день… к настоящему моменту я, наверное, была бы «Солнцем». Искажённое солнце, отбрасывающее ложный свет на небо. — Спасибо тебе, Дейл. За то, что позволил мне остаться луной. Серебряные глаза Юрины устремились на меня. Наши взгляды встретились. Моё сердце бешено колотилось, словно оно разбилось. — …… — …… В этом мире есть эмоции, которые не нуждаются в словах, чтобы быть переданными. Пока мы с Юриной молча смотрели друг на друга, мы медленно склонили головы. Как раз когда наши губы оказались достаточно близко, чтобы чувствовать дыхание друг друга… — О боже, Дейл. Низкий и леденящий голос разрезал тёплую атмосферу, словно холодная вода летнего моря. — И кто же эта женщина? Сверху лился холодный голубой лунный свет. Святая сладко улыбалась, глядя в нашу сторону. ---------- Том 1 Глава 145 — Итак. Ирис, молча слушавшая меня, медленно открыла глаза. Она холодно посмотрела на Юрину, которая ёрзала с опущенной головой, словно преступница. — Так ты хочешь сказать, что Юрен на самом деле твой покойный брат, и из-за семейных обстоятельств ты притворялась им? — Д-да, верно. Юрина робко кивнула. — …… Наступило тяжёлое молчание. Звук мягких волн казался громом, громко эхом отражаясь вокруг. Собравшись с мыслями, Ирис медленно протянула руку к Юрине. — Уф… Возможно, ожидая пощёчины, Юрина крепко зажмурилась, когда рука Ирис приближалась. И тут… — Тебе пришлось нелегко, Юрина. Ирис прижала Юрину к себе в тёплые объятия, нежно похлопывая её по спине. — …Ирис? — Ты так долго мучилась… не имея возможности никому рассказать, да? — …… Глаза Юрины слегка задрожали. — Подумать только, что даже собственные родители дискриминировали тебя из-за того, что ты носила стигму Луны… — продолжила Ирис, хмурясь. — Каким бы ни был тип стигмы, стигмы Семи Богов — это всё благословения и милость одних и тех же богов. Нет никаких причин для грусти или дискриминации только потому, что твои родители носили другие стигмы. — Уф… На глазах Юрины выступили слёзы. Она уткнулась лицом в плечо Ирис, крепко прикусив губу. Все стигмы одинаково являются благословениями богов, независимо от их вида. Это написано в основополагающих текстах академии героев и чётко указано в священных текстах Церкви Семи Звёзд, которые Юрина изучала в детстве. Но даже при этом реальность была иной. Люди — это такие существа, которые обращаются с другими как с рабами всего лишь из-за цвета их кожи. Дискриминация, которую приходилось терпеть рождённым под Луной среди рождённых под Солнцем, была настолько жестокой, что слова едва ли могли описать зверства, которые она привнесла в жизнь Юрины. Но даже несмотря на это… — …Спасибо, Ирис. Услышать это напрямую от самой Святой Церкви Семи Звёзд — о том, что «все стигмы одинаково являются благословениями» — было так, будто это смывает глубокую скорбь, скопившуюся в её сердце. Настолько, что слёзы начали катиться сами собой, прежде чем она успела это осознать. — Не нужно меня благодарить. Я ведь ничего особенного не сделала. Если бы я только узнала раньше… Мне так жаль. — Нет, это не твоя вина, Ирис. Это я всё держала в секрете. — Я могла бы помешать этой хитрой кошечке соблазнять Дейла. — …А? Треск. Руки Ирис крепче сжались вокруг Юрины. Хотя она была в классе поддержки, Ирис также обладала сверхчеловеческой силой благодаря мане в своей стигме. Её рука, пропитанная этой силой, была достаточно сильна, чтобы крушить камни. — Уф…! И-Ирис?! — Я могу понять, что ты всё это время скрывала, что ты женщина. И я даже могу понять, почему ты сомневалась, стоит ли нам рассказать, когда у тебя была такая возможность. Но. — Но ты исподтишка позвала Дейла наедине, чтобы соблазнить его, а? И к тому же в купальнике?! Глаза Ирис вспыхнули яростью. — Гах! И-Ирис! П-подожди минуту…! — Я ведь тоже хотела похвастаться своим купальником! Ей было слишком стыдно надевать один лишь купальник перед другими мужчинами, поэтому она нарочно накинула поверх него свободную одежду! Она была так взволнована тем, что позже сможет тайком показать Дейлу свой купальник! — А ты взяла и влезла без очереди?! — выкрикнула Ирис, срывая с себя свободную одежду, которую надела. Нежно-розовое бикини, скрывавшееся под мешковатой футболкой, теперь предстало во всей своей красе. — В-вау…! Глаза Юрины расширились от шока при виде двух ошеломляющих холмов плоти, которые можно было охарактеризовать не иначе как огромные. — Хех. Ну и что думаешь? Какую бы грязную игру ты ни вела, Юрина, некоторые разрывы невозможно преодолеть. Ирис демонстративно улыбнулась Юрине, многозначительно скользнув взглядом по её груди. Брови Юрины дёргались от раздражения на эту насмешку. — Ты сейчас серьёзно хвастаешься размером своей груди? — Ну, Юрина, тебе не понять, но лучшего оружия для покорения мужского сердца просто не существует. — Э-это неправда! Ты просто аномально огромна! — Больше — значит лучше, разве нет? Дейл тоже предпочитает побольше. — Хм! Не равняй Дейла с другими мужчинами! Он не из тех парней, которых можно соблазнить какой-то бессмысленной плотью! Юрина повернулась к Дейлу. — Ведь так, Дейл? — …А? О? Что? Я, застывший в оцепенении и зачарованный видом Ирис в купальнике, какого не видел даже в прошлой жизни, с опозданием повернул голову. — Тц…! — О боже~ И что же нам делать? Кажется, он не просто поддался искушению, а полностью очарован. Ирис победоносно ухмыльнулась, чуть прижав руки друг к другу, чтобы подчеркнуть грудь. Лицо Юрины исказилось. — Как жалко. И ты называешь себя Святой Святого Королевства, а прибегаешь к столь бесстыдным методам? — Ну, Юрина, как почтенная дочь семьи Гелиос, ты, кажется, не слишком горишь желанием с достоинством принять поражение, да? Обе женщины яростно уставились друг на друга. Ирис и Юрина, погруженные в битву характеров, внезапно повернули головы в мою сторону. — Итак, Дейл! Что думаешь? Мой купальник идёт мне больше, чем купальник Юрины, верно? — Будь честен и суди беспристрастно! — …… Столкнувшись с этим внезапным шквалом вопросов, я плотно сжал губы. Ирис и Юрина. Переводя взгляд между двумя женщинами, я до боли закусил губу. «Чёрт». Я ожидал, что этот день в конце концов настанет. Я уже давно знал, что и у Ирис, и у Юрины есть чувства ко мне. Именно поэтому я игнорировал это. «Сейчас не время беспокоиться о подобных вещах», — говорил я себе, пытаясь избежать этой темы. Я зарыл голову в песок, надеясь, что всё само собой утрясётся. «Но я не могу вечно так продолжать». Я собрался с духом и снова посмотрел на Ирис и Юрину. Кто-то может назвать выбор, который я собираюсь сделать, эгоистичным. Без всякого уважения, без всяких раздумий о других. Это может быть ошибочный выбор, сделанный исключительно ради удовлетворения собственных желаний. Но. И что с того? «Я не хочу сдаваться из-за этого». Я от слишком многого отказался. Я потерял слишком много, чтобы сосчитать. Пусть это называют эгоистичным и неправильным. Я не хотел оставлять позади никаких сожалений в этой новой жизни, за которую умудрился ухватиться. «Потому что я решил жить именно так». Фух. Я глубоко вздохнул и обратился к обеим женщинам. — Вы обе выглядите прекрасно. — Уф… Ты снова отмазываешься какими-то расплывчатыми фразами… — Честно говоря, я бы хотел, чтобы отныне вы показывали это только мне. — …Чего? — …Что? — Ирис, Юрина. — Вы можете остаться со мной? — …… — …… Наступило тяжёлое молчание. Ирис и Юрина склонили головы друг к другу, перешёптываясь. — Это признание? Это ведь признание, да? — Кажется, да? — То есть мы только что спросили, какой купальник нам больше идёт, а Дейл вдруг признается нам в любви? — Именно так… — Это то, что называют «эффектом купальника»? — Я в жизни не слышала о таком термине… — Ладно. С этого момента я буду носить купальник вместо монашеского облачения. Что-то вроде бронебикини. — …Думаешь, Святое Королевство позволит этому сойти тебе с рук? Ирис и Юрина были настолько сбиты с толку ситуацией, что начали нести чушь. Я подавил смешок и поднялся на ноги. — Я не требую ответа прямо сейчас. Я знаю, как нелепо звучит то, что я только что сказал. Подобно тому, как мне нужно было время, оно понадобится и им. — Пойдёмте назад. Мы отвернулись от освещённого луной пляжа и направились к постоялому двору. * Вернувшись на постоялый двор, я собрал членов отряда и профессора Элишу, чтобы раскрыть истинную личность Юрины. — Значит… Юрен… нет, Юрина? Это… ха… Что здесь происходит?.. — …Я просто не могу в это поверить. На лицах Беральда и Камиллы застыло шокированное выражение. — Хм. Вот почему мне всегда казалось, что что-то не так, когда я видела курсанта Юрена. Профессор Элиша скрестила руки на груди, кивая так, будто теперь всё встало на свои места. И был ещё один человек. Джульет уставился на кулон в руке Юрины, с трудом сглатывая слюну. — Юрен… Нет, Юрина. У этого кулона есть функция, которая позволяет тебе превращаться в женщину? — …… Юрина проигнорировала пылкий взгляд Джульета и склонила голову перед собравшимися в комнате товарищами. — Простите, что обманывала всех вас всё это время. В ответ на её искреннее извинение Беральд покачал головой. — Нет, Юрина. У тебя наверняка были на то причины, верно? — Согласна. Я слышала о подобных случаях в знатных семьях, которые придают большое значение чистоте крови. Беральд и Камилла попытались утешить Юрину. — Хм. Но если академия узнает, у курсантки Юрины могут быть неприятности. Профессор Элиша нахмурилась, выглядя так, будто у неё заболела голова. Если руководство узнает, это может привести к провалу года обучения — или в худшем случае к исключению. Даже если её заставили родители, поступление под фальшивым именем явно нарушало правила школы. — Я сделаю всё возможное, чтобы до школы это не дошло. — Спасибо, профессор! Лицо Юрины просияло, когда она поклонилась профессору Элише. Она наконец-то обрела радость от учёбы в академии и не хотела быть отчисленной. — Но пока ты не выпустишься, тебе придётся продолжать жить в образе «Юрена». — Ничего страшного. Я всё равно занималась этим всё это время. Юрина слабо улыбнулась, давая понять, что беспокоиться не о чем. — Главное, что дорогие мне люди знают правду, для меня этого достаточно. — Ха-ха. Значит, я тоже вхожу в число «дорогих людей» курсантки Юрины? Для меня это честь. Профессор Элиша усмехнулась и кивнула. — Кстати, это довольно увлекательно… Этот кулон меняет ещё и форму тела и цвет волос? — Да. Я слышала, что это невероятно редкий магический артефакт. Юрина надела кулон на шею. Синяя аура окутала её, волосы стали золотыми, а грудь, бывшая до этого выдающейся, уплощилась, как у мужчины. Наблюдая, как Юрина снова превращается в Юрена, члены отряда ахнули от изумления. Пока все восхищались кулоном, висевшим на шее Юрена, Беральда вдруг осенило. — О! Так вот в чем дело! Беральд хлопнул в ладоши, словно в его голове наконец-то всё встало на свои места. Он повернулся к Камилле, кивая так, будто теперь всё понял. — Старшая Камилла, можешь быть с нами честна. — …В чем честна? — Ха-ха. Хватит притворяться! Причина, почему у тебя такая плоская грудь, в том, что ты тоже пользуешься артефактом трансформации, верно? (п.п. 🤣) БАХ! Напитанный маной кулак Камиллы врезался в солнечное сплетение Беральда. Беральд взлетел в воздух и рухнул головой об пол. — Хм. Я посмотрел на Беральда, который дёргался на полу, как жук, и кивнул. — Поделом ему. Так завершились наши короткие летние каникулы. ----------