Ночи четырёх времён года Go Ha-na Мы должны переписать аннотацию в трёх разных вариантах, сохраняя все факты, имена, числа, форму подачи (диалог в конце), и избегая запрещённых сочетаний. Также нужно сохранить примерно объём (178 слов, допустимо 146-201). В оригинале 19 предложений — нужно пройти по каждому и не пропустить ни одного. Мы должны пересказать своими словами, не копируя фразы оригинала, но сохраняя смысл. Запрещённые сочетания — это целые фразы из оригинала, их нельзя использовать ни в каком виде. Мы можем перефразировать. Оригинал: Пятнадцать лет знакомства. Восемь лет любви. И всё это время Чхве Доук оставался для У Джунхи человеком, рядом с которым она не могла почувствовать себя равной. Когда-то уверенная в себе и окружённая любовью близких, Джунхи постепенно перестала узнавать саму себя. Она по-прежнему любит Доука, но больше не хочет терять себя ради этих отношений. Для Доука же любовь Джунхи стала тем, без чего он не представляет своей жизни. Чем сильнее она отдаляется, тем отчаяннее он за неё цепляется. Восемь лет отношений, которые один человек больше не в силах продолжать, а другой — закончить. — Я устала. Я больше так не могу. Мы знакомы пятнадцать лет, а встречаемся уже восемь. — Всего восемь. — Целых восемь, Доук. Его взгляд похолодел, но голос оставался ласковым: — Джунхи, ты злишься, что я напился и вытащил тебя посреди ночи? Больше так не буду. Только хватит меня игнорировать. — Мне больше не нравится быть рядом с тобой. Доук затушил сигарету о подоконник, резко оттянул ворот рубашки и впился в неё убийственным взглядом. Затем криво усмехнулся: — Знал бы, что всё так обернётся, лучше бы мы просто переспали в машине. Посчитаем предложения в оригинале: 1. Пятнадцать лет знакомства. 2. Восемь лет любви. 3. И всё это время Чхве Доук оставался для У Джунхи человеком, рядом с которым она не могла почувствовать себя равной. 4. Когда-то уверенная в себе и окружённая любовью близких, Джунхи постепенно перестала узнавать саму себя. 5. Она по-прежнему любит Доука, но больше не хочет терять себя ради этих отношений. 6. Для Доука же любовь Джунхи стала тем, без чего он не представляет своей жизни. 7. Чем сильнее она отдаляется, тем отчаяннее он за неё цепляется. 8. Восемь лет отношений, которые один человек больше не в силах продолжать, а другой — закончить. 9. — Я устала. 10. Я больше так не могу. 11. Мы знакомы пятнадцать лет, а встречаемся уже восемь. 12. — Всего восемь. 13. — Целых восемь, Доук. 14. Его взгляд похолодел, но голос оставался ласковым: 15. — Джунхи, ты злишься, что я напился и вытащил тебя посреди ночи? 16. Больше так не буду. 17. Только хватит меня игнорировать. 18. — Мне больше не нравится быть рядом с тобой. 19. Доук затушил сигарету о подоконник, резко оттянул ворот рубашки и впился в неё убийственным взглядом. Затем криво усмехнулся: 20. — Знал бы, что всё так обернётся, лучше бы мы просто переспали в машине. На самом деле 20, но в требовании сказано 19 — вероятно, считают реплику "Знал бы..." как часть предыдущего предложения? Или пропустили? Нужно сохранить все элементы. Мы должны сделать 3 разных варианта. Каждый вариант должен быть пересказом, не копирующим оригинальные фразы, но сохраняющим все детали: 15 лет знакомства, 8 лет отношений, Чхве Доук и У Джунхи, она чувствовала себя неравной, раньше была уверенной, окружена любовью близких, теперь не узнаёт себя, любит Доука, но не хочет терять себя, для Доука любовь Джунхи стала смыслом жизни, чем сильнее она отдаляется, тем отчаяннее цепляется, восемь лет отношений, которые один не может продолжать, другой не может закончить, диалог: Джунхи говорит "я устала, я больше так не могу, мы знакомы 15 лет, встречаемся 8", Доук отвечает "всего 8", она говорит "целых 8, Доук", его взгляд похолодел, голос ласковый, он спрашивает, злится ли она, что напился и вытащил посреди ночи, обещает больше так не делать, просит не игнорировать, она говорит "мне больше не нравится быть рядом с тобой", он тушит сигарету о подоконник, оттягивает ворот рубашки, впивается убийственным взглядом, криво усмехается, говорит "знал бы, что всё так обернётся, лучше бы мы просто переспали в машине". Нужно избегать запрещённых сочетаний. Это список из 60+ фраз, которые нельзя использовать. Мы можем перефразировать, например: "Пятнадцать лет они знали друг друга" вместо "Пятнадцать лет знакомства". Но нужно сохранить числа как цифры: "15 лет" или "пятнадцать"? В требовании сказано: "ВСЕ числа, годы и уровни переноси цифрами, как в оригинале: «1997», а не «девяносто седьмом»; крупные числа и «цифры ради шутки» тоже сохраняй в исходном виде." В оригинале числа написаны словами: "Пятнадцать", "Восемь". Но требование говорит переносить цифрами как в оригинале. Однако в оригинале они словами. Но пример показывает "двенадцать лет" в исходной аннотации, и в пересказе осталось "двенадцать лет" — словами. Требование "ВСЕ числа, годы и уровни переноси цифрами, как в оригинале: «1997», а не «девяносто седьмом»" — это значит, если в оригинале число записано цифрами, переноси цифрами. Если словами — вероятно, можно словами? Но сказано "как в оригинале". В оригинале "Пятнадцать" и "Восемь" — словами. Но в диалоге: "Мы знакомы пятнадцать лет, а встречаемся уже восемь." — словами. "Всего восемь." — словами. "Целых восемь" — словами. Значит, нужно сохранить написания словами? Но требование "переноси цифрами" может быть общим. Однако пример: в исходной аннотации "двенадцать лет" — словами, в пересказе "двенадцать лет" — словами. То есть сохраняем как в оригинале. Значит, пишем словами: "пятнадцать", "восемь". Но нужно проверить: в требовании "ВСЕ числа, годы и уровни переноси цифрами, как в оригинале: «1997», а не «девяносто седьмом»" — это для случаев, когда в оригинале цифры. Здесь же оригинал словами. Поэтому оставляем словами. Однако в списке запрещённых сочетаний есть "Пятнадцать лет" и "Восемь лет" — эти точные фразы нельзя использовать, но можно сказать "пятнадцать лет знакомы" — это уже другое сочетание, но числа те же. Запрещено именно эти сочетания слов, не числа. Так что можно. Теперь нужно придумать 3 разных варианта. Каждый вариант должен быть самостоятельным пересказом, с другим порядком слов, синонимами, но сохраняя все элементы. Мы не можем использовать запрещённые фразы, но можем использовать любые другие. План: для каждого варианта перестроим предложения. Например: Вариант 1: Начнём с "Они знали друг друга пятнадцать лет..." Затем "Из них восемь лет были отношениями..." и т.д. Вариант 2: Начнём с "У Джунхи и Чхве Доука за плечами было пятнадцать лет знакомства..." — но "лет знакомства" запрещено? Запрещено "лет знакомства" как часть "Пятнадцать лет знакомства". Но "пятнадцать лет знакомства" — это сочетание "Пятнадцать лет" + "знакомства"? В списке запрещённых есть "лет знакомства" и "знакомства Восемь" и т.д. Запрещены именно эти последовательности. "пятнадцать лет знакомства" содержит "лет знакомства" — запрещено. Лучше избегать. Вариант 1: "Пятнадцать лет назад они познакомились. Восемь из них Джунхи и Доук были парой. Но всё это время она чувствовала себя рядом с ним неравной." Проверяем запрещённые: "Пятнадцать лет" — запрещено? В списке "Пятнадцать лет" — да, это сочетание. Нельзя использовать "Пятнадцать лет" вместе. Но можно "Пятнадцать лет назад" — это уже другое, но содержит "Пятнадцать лет" как часть. ==================== Молодой господин Стена вокруг того дома была невероятно высокой. Маленькой Джунхи пришлось долго задирать голову, прежде чем удалось разглядеть её верхушку. Солнечный свет, лившийся оттуда, оказался таким ослепительным, что она тут же зажмурилась и принялась изо всех сил тереть глаза тыльной стороной ладони. — Джунхи, ты что делаешь? Нам пора идти. — Да оставьте её. Скоро на ощупь ходить научится. Бабушка сердито посмотрела на отца за его неудачную шутку и строго отчитала, велев не вести себя как деревенщина. — Да куда же денутся мои деревенские замашки, с которыми я всю жизнь прожил, только оттого, что я в такое место приехал? Отец произнёс это как ни в чём не бывало и, прихрамывая, двинулся вперёд. Джунхи побежала следом и взяла его за руку, оставив позади бабушку, неодобрительно цокавшую языком. Отец посмотрел на дочь и широко улыбнулся. — Благодаря моей принцессе папа теперь каждый день как сыр в масле катается. Благодаря Джунхи и в таких роскошных домах бываю, и с председателем крупной корпорации встречаюсь. Дочка мне настоящую экскурсию по Сеулу устроила. Молодец моя девочка, молодец! Отец дважды выставил перед собой большой палец. Мимо них быстро прошла группа детей примерно одного возраста с Джунхи в сопровождении родителей. Все они направлялись туда, где висел плакат с надписью «Благотворительное мероприятие фонда „Тэсан“ в поддержку детей». Отец тоже старался идти быстрее, но из-за хромоты не мог поспевать за остальными. И всё же в каждом его неровном шаге чувствовалась гордость. Таким он был всю дорогу сюда, пока их трясло в микроавтобусе. Самая юная победительница Национальной математической олимпиады, У Джунхи. Победительница математической олимпиады «Тэсан» среди учеников начальных классов, У Джунхи. Гордость Нонсана, У Джунхи. Дочь У Донгу, У Джунхи. При каждом удобном случае отец громко повторял эти слова. Сидевшая рядом бабушка без конца одёргивала его и напоминала, что нужно вести себя прилично. Она велела произвести хорошее впечатление на старших в этом доме, не давать им ни малейшего повода для неприязни, а лучше всего просто держать рот на замке и улыбаться. — Ладно. Буду сидеть с закрытым ртом и голодать. — Когда это я велела тебе голодать? — Так ведь, чтобы поесть, мне придётся рот открыть. А ты, мама, сказала держать его на замке. И что мне теперь делать? Два часа до Сеула добирался, а теперь, выходит, голодным сидеть. Только слюнки пускать, глядя на угощения перед носом. Что ещё остаётся? Разве что с голоду помереть. — Ох, ну до чего же ты несносный! С ума меня сведёшь! — С ума сойти не так-то просто. Может, прямо сейчас развернём машину и поедем в больницу? — И как ты только до сорока лет с таким характером дожил? — Не до сорока, а до тридцати восьми. Мне ещё два года до сорока. Неужели ты уже забыла, сколько лет твоему единственному сыну? Несмотря на резкие слова бабушки, отец беззаботно напевал себе под нос. В его весёлой мелодии то и дело слышалось: «Гордость Нонсана, У Джунхи. Дочь У Донгу, У Джунхи». Бабушка тяжело вздохнула, словно окончательно выбилась из сил. Она начала тревожиться задолго до поездки. Прежде ей никогда не доводилось бывать на столь торжественных мероприятиях, и даже к слову «Приглашение», напечатанному на пригласительной открытке, она относилась с особым благоговением. Бабушка беспокоилась, что надеть, о чём говорить, какие ещё семьи придут и не станут ли те смотреть на них свысока. Она боялась, что их необразованность опозорит Джунхи или даже испортит ей будущее. И всё же по вечерам её лицо сияло от счастья, стоило ей взглянуть на уведомление о том, что Джунхи выбрали для получения материальной поддержки. Обнимая лежавшую рядом внучку, бабушка без конца хвалила её и повторяла, какое это невероятное достижение и как она ею гордится. Она рассказывала, что теперь сможет купить Джунхи школьную форму, оплатить дополнительные занятия и больничные счета, а в следующем месяце даже выплатить проценты по банковскому кредиту. Бабушка с торжеством говорила, что теперь-то работникам фабрики, которые презирали её сына из-за хромоты, придётся утереть нос. Даже жена управляющего фабрикой, всегда смотревшая на них свысока, теперь поглядывала в их сторону с завистью. Бабушка работала поварихой на фабрике и помогала раздавать еду в столовой. — Бабушка Джунхи, хорошую же вы внучку воспитали. И красивая, и добрая, да ещё и учится на отлично. В чём ваш секрет? Бабушка хранила эти слова в сердце, словно награду за всю жизнь. Даже сидя без дела, она порой тихонько улыбалась, вспоминая похвалу жены управляющего. Она чувствовала, что все её труды по воспитанию внучки, которую ей пришлось растить вместо покойной невестки, наконец были вознаграждены. В тот день, когда среди работников фабрики разнеслась новость о том, что Джунхи выбрали для участия в программе поддержки детей фонда «Тэсан», бабушка целый день отвечала на телефонные звонки, скромно принимая поздравления. — Ох, даже не знаю, чего это мне все названивают. Я ведь ничего особенного не сделала. Это моя Джунхи сама всего добилась. Ох, она с малых лет такая. С самого младенчества никаких хлопот мне не доставляла. Да, и без матери хорошей девочкой выросла. Таких детей нынче днём с огнём не сыщешь. — Ох, и правда. Я ведь только на мою Джунхи и полагаюсь. Только на неё одну. «Только моя Джунхи». «Моя Джунхи». «Джунхи». Для хромого отца она была любимой принцессой, а для бабушки единственной гордостью всей её жизни. Джунхи не хотела обманывать их ожиданий. Поэтому и здесь ей хотелось показать себя с лучшей стороны. Чем дальше они проходили в зал, где проводилось мероприятие, тем сильнее, казалось, съёживалась бабушка. Оглядывая молодых родителей, она бормотала, что, наверное, ни одна другая бабушка на такие мероприятия не ходит. Джунхи взяла её за руку. Бабушка взглянула на внучку и улыбнулась, отчего её лицо покрылось множеством мелких морщинок. Улыбка у неё была совсем как у папы. Джунхи это нравилось. Она задумалась, похожа ли её собственная улыбка на их улыбки, но спрашивать не стала. Она и так знала ответ. — А моя Джунхи и впрямь красавица. Вся в мать пошла. Ох, и слава богу! Будь она похожа на меня или на моего сына, разве выросла бы такой? Да вы хоть у деревенского старосты спросите. Видали вы у нас в деревне девочку красивее? Кожа белая да гладкая, глаза большие, ясные, словно звёздочки, носик аккуратный, голос нежный. Совсем не чета нам, деревенским. Вылитая мать, ну вылитая! Держа отца и бабушку за руки, Джунхи чувствовала себя увереннее. Хотя она и старалась не подавать виду, сама она тоже изрядно нервничала. Благотворительное мероприятие фонда «Тэсан» было предназначено для детей сотрудников всех дочерних предприятий корпорации, проявивших выдающиеся способности. Попасть в число участников было очень трудно, зато тем, кого отбирали, фонд оплачивал всё обучение вплоть до окончания университета. Проводилось это мероприятие под предлогом воспитания будущих талантливых кадров для «Тэсан». Отец Джунхи работал на заводе «Тэсан Семикондактор» в Чхонджу. В восемнадцать лет он попал в аварию на текстильной фабрике, после которой одна нога перестала ему служить. С тех пор он долго скитался с места на место, пока наконец не устроился на завод, где проработал уже почти десять лет. На заводе его знали как господина У. Он никогда не отказывался от грязной работы. Всё, за что не желали браться остальные сотрудники, неизменно доставалось ему. И всё же, когда заходила речь о сокращении штата, отец с его инвалидностью всегда оказывался первым в списке кандидатов на увольнение. В такие дни по вечерам в их доме только и слышались тяжёлые вздохи. — Джунхи всего тринадцать. Денег мы почти не накопили, а банк всё повышает проценты. Джунхи ненавидела слышать такие разговоры. Примерно тогда они и узнали о программе поддержки детей фонда «Тэсан». Если Джунхи удастся пройти отбор и привлечь внимание влиятельных людей, её отца уже не смогут так просто уволить с завода. Значит, если сегодня они произведут хорошее впечатление, отец сможет ещё долго работать в компании. Об этом Джунхи и думала, глядя на сосну с причудливо изогнутым стволом, росшую у стены. ---------- Молодой господин Это место называлось Хиджонвон. «Хи» означало «радость», «джон» — «пребывать», а «вон» — «дом». Вместе получалось «Дом, в котором живёт радость». Говорили, что именно здесь проживал председатель корпорации «Тэсан» со своей семьёй. Окружённое высокими стенами поместье больше напоминало небольшую деревню, чем обычный дом. Жилые покои семьи находились где-то в глубине сада, а перед ними раскинулся просторный парк с прудом, скульптурами, декоративными деревьями и постройками, о назначении которых оставалось только догадываться. Как объяснили приставленные к гостям сотрудники, все здания представляли собой современное переосмысление традиционной корейской архитектуры. Пока взрослые собрались отдельно, чтобы выслушать подробности о программе поддержки, сотрудники повели детей на экскурсию по Хиджонвону. Дети оживлённо шумели, словно выбрались на пикник. Джунхи тоже старательно шагала среди них. Куда ни посмотри, повсюду цвели яркие цветы, а извилистые каменные дорожки, казалось, тянулись без конца. В Нонсане тоже хватало цветов и деревьев, но здешние почему-то казались ей особенно ценными. Наверное, потому, что так хорошо сочетались с большой скалистой горой, возвышавшейся вдали. В конце концов Джунхи остановилась у пруда, на поверхности которого разливался солнечный свет. Переливающаяся в воде рыбья чешуя была удивительно красивой. Она присела на корточки, чтобы рассмотреть рыб поближе. От воды тянуло характерным рыбным запахом, но Джунхи это ничуть не смущало. Среди водных растений она заметила карпов с красной чешуёй, плавно скользивших в воде. Заворожённая их грациозными движениями, девочка наклонилась ещё ближе. Хотя у Джунхи не было никакого корма, карпы следовали за её рукой, куда бы она её ни перемещала. Это показалось ей забавным, и она несколько раз помахала рукой над водой. Но когда Джунхи вдруг подняла голову, вокруг уже никого не было. Только тогда она поняла, что заблудилась. Впрочем, ей совсем не было страшно. Это место, похожее на лабиринт, казалось миром из сказки, и Джунхи бродила по саду, воображая себя одной из её героинь. Пока она оставалась внутри высоких стен, сотрудники рано или поздно должны были её найти. На ходу Джунхи представляла, каково было бы жить в таком огромном доме. Играть с отцом в прятки, завести щенка, а бабушка сидела бы за столом и чистила фрукты. Она так увлеклась своими мыслями, что опомнилась, лишь когда с подбородка упала капля пота. Стояло начало июня. Джунхи забеспокоилась, не пахнет ли от неё потом. Опустив глаза на своё белое платье, она приподняла ткань, проверяя, не появились ли на ней жёлтые пятна. Платье было новым. Бабушка специально к этому дню решилась купить его в универмаге. От тревоги сердце Джунхи забилось быстрее. Она уже долго бродила по саду, но так никого и не встретила. А вдруг из-за того, что она заблудилась, важные люди останутся ею недовольны? Ведь они должны были сделать общую фотографию. Ещё директор фонда должен был произнести речь, посвящённую программе поддержки. А потом обещали подать вкусную еду. Ей непременно нужно было вернуться до начала мероприятия. Вдруг откуда-то донёсся глухой стук. Тук, тук. Джунхи остановилась. Тук, тук, тук. Тук. Она вытерла пот со лба. Затаив дыхание, прислушалась, а затем побежала на звук. На бегу её белое платье развевалось. Откуда-то доносился слабый аромат. Его источником оказалась лужайка перед верандой традиционного корейского дома, где в одиночестве играл мальчик. Он подбрасывал мяч, отбивал его в сторону, подхватывал ногой и отправлял себе за спину. Держа обе руки в карманах, мальчик ловко управлялся с футбольным мячом. В чёрном костюме и галстуке-бабочке он походил на принца из сказки. Джунхи так засмотрелась на него, что даже забыла, как говорить. В какой-то момент мальчик остановился. Футбольный мяч покатился по земле. Его тёмные, как ночь, глаза обратились к Джунхи. — Тебе чего? Джунхи подумала, что даже голос у него красивый, совсем как он сам. Мальчик смотрел на неё сердито, а она почему-то никак не могла заговорить. Его голос был так же прекрасен, как вода и свет в этом доме, но Джунхи словно забыла, как звучит её собственный. — Я спрашиваю, тебе чего? — Ты кто? — едва слышно выговорила она. Это было всё, что ей удалось произнести. От сурового взгляда мальчика сердце забилось быстрее. Казалось, оно стучало в такт мячу, ударявшемуся о землю. — Я Чхве Доук из «Тэсан». Джунхи не поняла, что он имел в виду. Она лишь моргнула, чувствуя, что тоже должна что-нибудь сказать. — А я У Джунхи из Нонсана. Вот что она ответила. Произнеся эти слова, Джунхи почему-то смутилась и незаметно поджала пальцы. «У Джунхи из Нонсана?» Мальчик недоверчиво приподнял тёмные брови. Его взгляд скользнул по Джунхи с головы до ног. Она подумала, что он сейчас спросит: «И что это значит?» И забеспокоилась, что ответит, если он действительно задаст такой вопрос. — Ты же просто девчонка. Слова прозвучали так пренебрежительно, что неожиданно больно задели Джунхи. Мальчик потерял к ней интерес и отвернулся. Он подобрал футбольный мяч, укатившийся в угол. — Чего ты всё пялишься? — А? А я… «Я заблудилась. Ты не знаешь, где проходит благотворительное мероприятие?» Джунхи хотела спросить об этом, но голос мальчика был таким холодным, что она не решилась. Ей стало немного жалко себя за то, что вообще пришлось обращаться к нему за помощью. Она не хотела выглядеть беспомощной в его глазах. Мальчик снова принялся набивать мяч, а затем с силой ударил по нему, направив к высокой стене. Мяч с грохотом врезался в неё и отскочил в сторону Джунхи. Он едва не угодил в девочку. Отскочив ещё несколько раз, мяч вернулся к мальчику, и тот снова с силой ударил по нему, отправив в стену. Джунхи неловко отступила назад. Мальчик ударил по мячу ещё несколько раз. Каждый раз тот отскакивал в сторону Джунхи, но взгляд мальчика оставался прикован к футбольному мячу, а не к ней. Джунхи всякий раз вздрагивала и дрожала. Когда мальчик уже собирался снова замахнуться ногой, из традиционного корейского дома вышла опрятно одетая женщина. — Молодой господин, мероприятие вот-вот начнётся. Вам пора идти. Надев туфли на каменных ступенях, женщина подошла к мальчику, заметила неподвижно стоявшую Джунхи и с любопытством спросила: — А кто эта хорошенькая девочка? — Ох, мне как раз звонили организаторы! Говорят, один ребёнок потерялся, — отозвалась другая женщина. — Сейчас проверим. Ты ведь У Джунхи? Джунхи развернулась и последовала за вышедшей женщиной. Та торопила её, говоря, что мероприятие вот-вот начнётся, а родители уже ищут её. Пока Джунхи быстро шла следом, позади раздавались голоса, то и дело повторявшие: «Молодой господин, молодой господин». Молодой господин, вам не мешает галстук-бабочка? Молодой господин, не желаете сока? Молодой господин, вам не жмут туфли? Что же сегодня беспокоит нашего молодого господина… Джунхи тихонько попробовала сама произнести: — Молодой господин. * * * Мальчик сидел за главным столом. Среди нарядно одетых взрослых он был единственным ребёнком. Джунхи же была всего лишь одной из нескольких детей, получавших материальную поддержку. Она беспокойно шевелила пальцами ног, слушая утомительную речь женщины, которую представили как директора фонда. Когда речь закончилась, женщина вручила ей большую прямоугольную табличку с длинным числом, обозначавшим сумму материальной помощи. Фотограф запечатлел этот момент под щелчки затвора камеры. После того как каждый ребёнок получил свою табличку, всех собрали для общей фотографии. Фотограф вывел Джунхи с края группы в самый центр. — Так будет красивее. На мгновение все взгляды обратились к Джунхи. Кто-то заметил, какая она хорошенькая. Сказали, что она вполне могла бы сниматься в кино. Что бабушка Джунхи, должно быть, очень ею гордится. Что и им хотелось бы иметь такую красивую дочь. Стали гадать, кем она вырастет. Слушая разговор с непривычным сеульским произношением, Джунхи обернулась и увидела мальчика. Он стоял прямо за ней. На его лице не отражалось никаких чувств. Брови были недоверчиво приподняты, взгляд оставался равнодушным, а держался он холодно и отстранённо. Всё было точно так же, как прежде. Несмотря на то что Джунхи откровенно смотрела на него, мальчик по-прежнему не обращал на неё внимания. Вообще-то за время мероприятия она не раз украдкой поглядывала в его сторону. Наверное, потому, что он был таким красивым. Таким красивым и таким холодным. И ни разу на неё не посмотрел. Вот и сейчас, поглядев на него некоторое время, Джунхи отвернулась. Стоявший впереди фотограф отпустил какую-то шутку, и все рассмеялись. Хотя Джунхи не нашла в ней ничего смешного, она тоже широко улыбнулась. Вдруг ей стало любопытно, каким бывает лицо этого мальчика, когда он улыбается. Всё это время у него было холодное, скучающее выражение. Интересно, как бы он выглядел с улыбкой? Наверное, совсем как принц. Но ей он своей улыбки не покажет, подумала Джунхи. — Я Чхве Доук из «Тэсан». Теперь она смутно догадывалась, что означали его слова. Рядом с мальчиком стоял председатель корпорации «Тэсан», которого Джунхи видела в новостях. На протяжении всего мероприятия пожилой мужчина держал мальчика за руку. ---------- Молодой господин На приёме, который стал второй частью мероприятия, Джунхи оказалась в центре всеобщего внимания. Милая и хорошенькая девочка, отличница, победительница олимпиад, к тому же спокойная и кроткая, она вызывала единодушное восхищение. Бабушка стояла рядом, не зная, куда деть свои морщинистые руки, и от волнения то и дело перебирала пальцами. Больше всего бабушку заставляла нервничать Сон Ёнчжу, директор музея «Тэсан», руководитель благотворительного фонда и старшая невестка семьи, владевшей корпорацией. — Право, будь у меня такая красивая и добрая дочь, как Джунхи, я бы больше ни о чём не мечтала. Но у меня дома только трое сыновей. — Ох, ну что вы! Если они в вас пошли, госпожа, то все трое, должно быть, красавцы. Бабушка пыталась говорить с сеульским произношением, но то и дело сбивалась на родной диалект. С почтительными обращениями у неё тоже выходила полная путаница. Впрочем, сейчас ей было не до подобных тонкостей. Народа собралось столько, что она уже не понимала, кто есть кто, но присутствие Сон Ёнчжу затмевало всех остальных. В каждом движении и слове этой женщины чувствовалось изящество. Благодаря вниманию, которое Сон Ёнчжу проявила к Джунхи, вокруг девочки и её бабушки собралась целая толпа. Отец неловко стоял за спиной дочери, натянуто улыбаясь. Хотя внезапное внимание смутило и его, он погладил Джунхи по плечу. Прикосновение большой, огрубевшей ладони успокоило встревоженную девочку. — Получить высшую награду на олимпиаде, живя в провинции и ни к чьей помощи не прибегая, совсем непросто. У вас замечательная внучка. — Поделитесь секретом, как вам удалось вырастить такого умного ребёнка. — Вот бы и моя дочь могла всего добиваться самостоятельно. Бабушку переполняла гордость. Она расправила плечи, выпрямилась и изящно рассмеялась. Даже сам председатель корпорации «Тэсан» подошёл к Джунхи, погладил её по голове и похвалил. Он велел ей усердно учиться, чтобы в будущем стать выдающимся человеком, который поведёт за собой «Тэсан» и всю страну. Смутившись, Джунхи ответила: — Я буду очень стараться. Её неловкий ответ вызвал смех у окружавших её взрослых. — Вот и умница, Джунхи. Старайся, учись и однажды стань выдающимся специалистом для «Тэсан». Не забывай моего лица и обязательно приходи ко мне, хорошо? Сон Ёнчжу протянула ей руку. Даже этот жест был исполнен изящества. Казалось, этой женщине куда больше подошло бы звание королевы или императрицы. Когда они пожали друг другу руки, Джунхи почувствовала, насколько её прикосновение отличается от бабушкиного. Непривычная гладкость кожи заворожила девочку, и она опустила взгляд на длинные белые пальцы женщины. От Сон Ёнчжу исходил приятный сладкий аромат цветов. Вдруг Джунхи почувствовала на себе чей-то мрачный взгляд. Мальчик, который до этого смотрел куда-то в сторону, теперь пристально наблюдал за ней. * * * — Проваливай, попрошайка. Джунхи возвращалась из туалета одна, когда кто-то неожиданно толкнул её в плечо. Не удержав равновесия, она упала на землю. Мальчик коснулся лишь её плеча, но ощущение было таким, будто её огрели молотком по голове. — Проваливай, попрошайка. Эти слова неотступно звучали у неё в голове. «Как он меня назвал? Попрошайкой? Он назвал меня попрошайкой?» Ошеломлённая, Джунхи повернула голову. Мальчик как ни в чём не бывало пил свой напиток. Лёжа на земле, она смотрела на него, растерянно моргая. — Чего уставилась, попрошайка? С отвращением бросив эти слова, мальчик вылил остатки сока на землю. Фиолетовая жидкость впиталась в траву и испачкала подол платья Джунхи. Напиток шипел и пузырился, должно быть, он был газированным. Джунхи неподвижно смотрела, как по её платью расползается красное пятно. Она всё ещё не могла поверить в услышанное. «Попрошайка. Он назвал меня попрошайкой. Почему? Потому что я взяла деньги у его матери, чтобы купить одежду, заплатить проценты и учиться?» Бросив эти слова, мальчик равнодушно отвернулся. Он зашагал прочь, набивая на ходу футбольный мяч, но вдруг обернулся к Джунхи. Его нога резко взметнулась в воздух. Казалось, мяч снова полетит прямо в неё. Джунхи испуганно вздрогнула и задрожала. Увидев это, мальчик, Чхве Доук из «Тэсан», ухмыльнулся. Это была первая улыбка Чхве Доука, которую увидела Джунхи. Она оказалась ещё неприятнее и подлее, чем девочка могла себе представить. Больше похожая на презрительную усмешку. Глядя вслед удаляющемуся Чхве Доуку, Джунхи почувствовала, как внутри поднимается горячая волна чувств. Она встала, подбежала к нему и изо всех сил толкнула в спину. — Сам проваливай. Доук на мгновение пошатнулся, затем резко обернулся к ней с яростным видом. Джунхи ответила ему ещё более свирепым взглядом. — Извинись. — За что? — За то, что назвал меня попрошайкой. — А почему? «Он ещё спрашивает почему». — Почему это я попрошайка?! — Потому что ты и есть попрошайка. Живёшь в такой грёбаной нищете и клянчишь деньги. Выносить его насмешливое лицо было невыносимо. Джунхи снова толкнула Доука изо всех сил. Он споткнулся о футбольный мяч и упал навзничь, но тут же поднялся. Чёрные глаза Чхве Доука сверкнули. Он протянул руку к Джунхи, а та, не желая уступать, высоко вскинула обе руки. * * * — Простите. Простите нас, госпожа. Она никогда прежде ничего подобного не делала… Бабушка кланялась Сон Ёнчжу. Та стояла перед ней с озабоченным лицом. Глядя на длинные следы от ногтей на лице Чхве Доука, она прикусила нижнюю губу и тихо вздохнула. Казалось, таким образом она пыталась сдержать гнев. — Джунхи. Ну зачем ты это сделала, а? Зачем? Разве так поступают, когда друг случайно прольёт немного напитка? — Дело не в напитке… «И никакой он мне не друг. Такой, как он, мне не друг». — Тогда… Тогда зачем ты так исцарапала лицо чужому драгоценному сыну? «А я папина любимая принцесса и единственная гордость бабушки за всю её жизнь». «Но… но этот мальчишка назвал меня попрошайкой. Сказал, что я живу в грёбаной нищете и клянчу деньги». Джунхи никак не могла произнести эти слова перед отцом и бабушкой. От обиды всё расплывалось перед глазами. Плечи вздрагивали от сдерживаемых всхлипов. Отец снова виновато склонил голову. — Госпожа, пожалуйста, обязательно покажите его врачу. Я оплачу все расходы на лечение. Стараясь говорить с непривычным сеульским произношением, он поклонился так низко, словно готов был опуститься на колени. Чхве Доук, стоявший за спиной Сон Ёнчжу и принимавший извинения, по-прежнему сохранял своё раздражающе бесстрастное выражение. Он держался высокомерно, словно считал совершенно естественным, что перед ним извиняются, и даже зевнул от скуки. Джунхи было ужасно обидно. Слёзы всё подступали к глазам, но она изо всех сил старалась не заплакать. «Заплакать значит проиграть. Не буду плакать. Уж точно не из-за такого противного мальчишки. И чего они так всполошились? Подумаешь, какая-то царапина. Зачем из-за неё в больницу идти?» Она широко раскрыла глаза и сердито уставилась на Доука. Видимо, его это позабавило. Он беззвучно рассмеялся. Джунхи одними губами произнесла так, чтобы только он мог разобрать: «Проваливай, слабак». Чхве Доук слегка склонил голову набок, сохраняя своё неизменно раздражающее выражение лица. Он тоже ответил одними губами: «Не слышу». «Жалкий придурок». «Говорю же, не слышу». «Я сказала, проваливай, придурок». От оскорблений Джунхи лицо Чхве Доука едва заметно исказилось. Только тогда она с удовлетворением отвернулась. Но унять горячий ком, поднимавшийся откуда-то из глубины груди, никак не удавалось. — Мне правда очень жаль. Простите, госпожа… Джунхи обхватила руками отца, который продолжал извиняться, и уткнулась лицом ему в пояс, стараясь скрыть слёзы. ----------