Основные термины:

RDW (Real Dungeons World) — Реальный мир подземелий. Название игрового мира, в котором разворачиваются события.

RTA (Real-Time Attack) — Спидран / Скоростное прохождение. Прохождение игры на реальное время (от запуска таймера до финальных титров) без пауз и остановок.

Ода Нобунага — Легендарный японский полководец и правитель XVI века. В контексте видеоигр — популярное пафосное имя, которое игроки часто дают своим персонажам ради шутки или контраста.

Жить, полагаясь исключительно на читерские знания об игре.

Я пришел к этой мысли, когда осознал: окружающий меня мир — это не что иное, как легендарная приключенческая ролевая онлайн-игра с полным погружением «Dungeons World», которую все игроки коротко называли DW.

Когда и как именно оборвалась моя прошлая жизнь, я вспомнить не мог.

Тем не менее, стоило мне в первом классе начальной школы узнать, что наш городок называется Хирасака, а район — Момокуи, в голову бурным потоком хлынули чужие воспоминания. Перед глазами замелькал причудливый слайд-шоу из чужой студенческой жизни, где все были гораздо старше меня — примерно возраста моей двоюродной сестры Харуки. Оглядываясь назад, я понимаю, что это, скорее всего, и было вступительным роликом к моим воспоминаниям о прошлом перерождении.

Харука в те годы училась в старших классах. Поддавшись любопытству, я как-то спросил у мамы:

— Мам, а какая школа к нам ближе всего?

— Акихиро, ты что-то слишком рано задумался об этом. До старшей школы тебе еще расти и расти.

— Да знаю я! И все-таки, какая ближе всего?

— Государственная академия Йомоцу, к северу от станции, возле горы Хирасака. Говорят, там очень высокий уровень. Место знаменитое, но, если честно, вряд ли это имеет к тебе отношение. Среди ее выпускников есть весьма известные люди, но ты ведь не стремишься к славе, верно? Я-то знаю, ты всегда хотел дрессировать собак. Так что, когда придет время выбирать школу, не смотри на расстояние. Тебе вовсе не обязательно учиться рядом с домом.

Пока мама говорила, в моей голове окончательно перезагрузилась часть воспоминаний из прошлой жизни.

Государственная академия при университете Йомоцу. Учебное заведение с углубленным изучением подземелий, построенное прямо у подножия горного комплекса Хирасака. Место, где будущие искатели проводят первые три года. На этом начальном этапе они проходят туториал, укрепляют тело, развивают базовые навыки и получают свои первые боевые специализации. Конечно, в масштабах реального времени это не были те самые три года непрерывного игрового процесса.

В самой игре уроки, тесты и школьные фестивали пролетали в виде простеньких мини-игр вроде викторин. Достаточно было пройти несколько ключевых событий, зачистить пару подземелий в группе с неигровыми персонажами — и вот ты уже на выпускном. Получив профессию и завершив обучение, игрок выслушивал пафосный закадровый голос: «Великая звезда пала, и началась эпоха междоусобных войн среди искателей подземелий!» После этого открывался путь к настоящей многопользовательской игре и исследованию всего мира. Вот тогда-то и начиналось самое интересное.

— Серьезно?.. — пробормотал я.

— Эй? Что с тобой, Акихиро?

— А, ничего, мам! Все в порядке!

Натянув на лицо беззаботную улыбку, внутри я был предельно серьезен.

Если это действительно мир DW, значит ли это, что здесь живет и она?

Момока Хирасака. Будущая Святая и одна из ключевых кандидаток в команду главного героя во время учебы в академии Йомоцу. До поступления она сменила частный детский сад Идзанаги, начальную школу Момокуи и среднюю школу при университете. Третья дочь из побочной ветви древнего и некогда влиятельного клана Хирасака. Само собой, писаная красавица. Правда, игроки часто спорили из-за ее характера: внешне она казалась обычной милой девушкой, но ее истинная суть благородной и строгой леди порой пугала.

Разумеется, на следующий же день, хоть это и был всего лишь второй день моей учебы в начальной школе, я отправился прочесывать коридоры.

На дверях каждого класса все еще висели списки учеников со схемами рассадки. И вот, через два класса от моего, в первом «Г», я наткнулся на имя Момоки Хирасаки. Нашел-таки. Сам я учился в первом «В».

Заглянув в класс, я сразу ее увидел. Блестящие, идеально прямые черные волосы, аккуратное каре, огромные темные глаза — настоящая японская куколка. Ошибки быть не могло.

Она здесь. Мы ровесники. И временная линия идеально совпадает с сюжетом игры.

Но у меня и в мыслях не было пытаться навязаться ей в друзья детства или строить романтические планы. Раз уж это мир DW, правила здесь другие.

Учеба и спорт — это важно, но первым в списке приоритетов стояли деньги! Мне нужен был стартовый капитал на покупку снаряжения. Во имя идеального прохождения игры я был готов вкалывать до седьмого пота.

Каждое утро начиналось с пробежки и спринтов по набережной. Без пропусков, день за днем.

В школе я внимательно слушал учителей и пропадал в библиотеках, впитывая знания. В начальных классах программа казалась элементарной, но если расслабиться сейчас, то в средней и старшей школе можно легко потерять темп.

Все подарочные деньги на Новый год и дни рождения отправлялись в копилку. Карманные расходы — туда же.

Я помогал родителям, дядям, тетям, дедушкам и бабушкам, делал им массаж плеч за мелкую монету.

Когда во время сбора макулатуры мне попадались старые манги, я втихую забирал их. Чтобы у родителей не возникало лишних вопросов, я дожидался, пока они будут заняты, и просил дядю сдать книги в букинистический магазин. Немного незаконно, конечно, но ради великой цели пришлось пойти на сделку с совестью. Простите, дети, не повторяйте это дома.

Я проверял каждый монетный приемник в торговых автоматах в поисках забытой сдачи. Любая мелочь шла в дело.

На праздники я требовал исключительно наличные. Если кто-то из родственников упирался, я просил популярные видеоигры, которые можно было выгодно перепродать. Дядя при этом косился на меня с подозрением, но я игнорировал его взгляды. Ради приличия я, конечно, запускал игру один раз перед продажей. Минимальное уважение к дарителю нужно проявлять.

За шесть лет начальной школы я дважды — в третьем и пятом классе — оказывался в одном коллективе со Святой. Но я мастерски игнорировал ее присутствие, сводя общение к нулю. Наш самый близкий контакт случился в пятом классе во время похода, когда нас распределили в одну группу для варки карри. Весь наш диалог светился лаконичностью: «Сузуки, ты дорезал лук?», «Да», «Глаза не слезятся?», «Нет», «Спасибо». Все. Совместное «Приятного аппетита» перед едой за разговор я не считал. Технически, я отвечал одними междометиями, так что это даже беседой назвать трудно. Вот такими были наши отношения.

К концу шестого класса я бегал быстрее всех в школе и стабильно выступал в эстафетах, а учителя настоятельно рекомендовали мне сдавать экзамены в элитную среднюю школу. Честно говоря, школьная программа для человека с дипломом вуза из прошлой жизни была детским лепетом. Более того, я умудрился заключить сделку с мамой и бабушкой: за каждую сотню баллов на тесте мне прилетало по сто иен от каждой. Двойной доход на материнской любви — это было великолепно.

Впрочем, мама оставалась мамой. Она не только баловала меня, но и внимательно наблюдала.

— Акихиро, ты обычно такой молчаливый, но стоит заговорить о подземельях, как тебя не остановить. Если честно, я бы не хотела, чтобы ты связывал жизнь с этим опасным ремеслом. Но, возможно, если ты попробуешь это в средней школе при университете, то быстрее поймешь, твое это или нет. Оттуда проще сменить направление. Я поговорила с учителями: в отличие от старшей школы, в средней за безопасность детей следят очень строго. Весь первый семестр они только тренируются и лишь к лету впервые заходят внутрь. Ты ведь бредишь этими лабиринтами, сможешь вытерпеть такую рутину? Если готов, я не против твоего поступления. Что думаешь?

Этот долгий разговор за ужином перед летними каникулами я запомнил навсегда. Мама вроде бы и поддерживала меня, но в то же время пыталась отговорить.

Однако старт со средней школы ломал мои планы — мне банально не хватало денег на экипировку. Выбрать ранний старт, о котором я ничего не знал по игре, или дождаться поступления в старшие классы, где мои знания сработают на сто процентов? Я колебался полгода, но в итоге решил поставить на старшую школу.

Так я оказался в обычной муниципальной средней школе Хирасака-Кита, а пути со Святой разошлись. Мы обменивались разве что открытками на Новый год. Но стоило мне прийти в новый класс, как сюжет подкинул следующий сюрприз.

— Серьезно, опять?.. — прошептал я.

Среди моих одноклассников обнаружилась Марин Ситара. Будущий Самурай, непревзойденный боец авангарда, который искусно уклоняется от ударов и отвечает сокрушительными контратаками, прикрывая союзников. Ее анкета: детский сад «Гэнки», начальная школа Какифукуи, средняя школа Хирасака-Кита. Длинные темно-синие косы, забавный непослушный вихор на челке и глубокие темно-синие глаза. Хрупкая, почти книжная внешность скрывала в себе профессиональную мечницу, занимающуюся кэндо. А милые веснушки делали вторую героиню DW невероятно очаровательной.

Естественно, наши отношения ограничивались дежурными приветствиями. Никаких школьных романов с ключевыми персонажами. Деньги интересовали меня куда больше.

Я устроился на утреннюю доставку газет. Каждый заработанный грош отправлялся на сберегательный счет. Я работал без выходных, за исключением дней, когда газеты не выходили. Даже первого января. Странно для школьника? Вовсе нет. Я самолично видел, как Святая подрабатывала разносчиком новогодних поздравлений и опускала открытку в наш почтовый ящик. Девочка из благородной семьи, а вкалывала наравне со всеми — видимо, фамильное воспитание. Неудивительно, что она три года держала статус лучшей ученицы в своей школе.

В первом семестре я набрал максиманые пятьсот баллов за промежуточные экзамены, заняв первое место в рейтинге.

Как только об этом прознали одноклассники, я наладил бизнес по продаже авторских шпаргалок и прогнозов к тестам. Мои предсказания сбывались с пугающей точностью. В качестве оплаты я принимал не только наличные, но и прочитанную мангу или пройденные видеоигры. Да благословит бог комиссионные магазины. Проблемы иногда случались, но доход был колоссальным.

Вдобавок я пересмотрел договор с мамой и бабушкой. Теперь за удержание лидерства в рейтинге мне капало по три тысячи иен с каждой стороны. Двойной оклад. К третьему классу путем долгих и упорных переговоров я поднял ставку до десяти тысяч за экзамен. Программа ведь усложнялась, так что все честно. К тому же я не тратил деньги на репетиторов, так что родители были только рады такой экономии.

Проверку торговых автоматов я тоже не бросал. Никогда не пренебрегайте мелочью.

Встал вопрос со школьными клубами. Клуб кэндо, где занималась Марин, я обошел стороной из соображений безопасности. Вместо этого я выбрал легкую атлетику — тренировки занимали мало времени, но отлично развивали базовую выносливость и скорость.

За такую приверженность к финансам в школе меня прозвали «Самым быстрым скрягой». Странное прозвище. Из-за слухов о моих богатствах меня как-то попытались прижать старшеклассники за школой, но я просто удрал от них на максимальной скорости и сразу сдал их директору. Так им и надо.

Во время школьной поездки я не потратил ни единой иены. Воспоминания? Пейзажи? Какой от них толк, если их нельзя продать?

Пока моя группа осматривала храмы, я сидел у ворот и спокойно читал книгу.

В обед, пока все шли в рестораны, я доставал припасенные с отельного завтрака онигири и снова устраивался на улице с книгой. К вечеру староста нашей группы была готова меня прибить. Она так злилась, будто я совершил смертный грех, хотя я никому не мешал.

Разумеется, сувениров домой я тоже не купил, за что заслужил тяжелый, полный презрения взгляд младшей сестры.

Мой самый близкий контакт с Марин случился на осенних экзаменах в третьем классе. Эти оценки напрямую влияли на рекомендации для поступления. Хоть мы и учились в разных классах, она лично пришла ко мне за прогнозами к тестам.

— Сузуки, я хочу купить твои материалы.

— Какие именно?

— Обществознание и естественные науки.

— По пятьсот иен за предмет. С тебя тысяча.

— Я слышала, ты принимаешь мангу?..

— Если она потянет на тысячу иен.

— Вот, держи... — смущенно пробормотала она, протягивая мне бумажный пакет с двенадцатью томами.

Я открыл пакет, чтобы проверить состояние обложек и дату издания для оценки стоимости, как вдруг она вскрикнула:

— А-а-а, не смотри!

— В смысле? Мне нужно оценить состояние, от этого зависит цена.

— Ну пожалуйста...

Лицо Марин вспыхнуло до самых ушей, скрывая веснушки. А ведь она действительно была милой, черт возьми.

В пакете лежала романтическая манга «Любовь в академии подземелий» — завершенная серия из двенадцати томов. Похоже, ей было безумно стыдно, что мальчик увидит ее увлечение девичьими историями. Для меня же это были просто деньги.

— Смотри, никому не говори об этом, ладно? — умоляюще шептала она, пока я листал тома.

— Угу.

— Обещаешь?

— Да, конечно, — безучастно отмахивался я.

То, что мы внезапно стали обладателями «общей тайны», в мои планы не входило, но комплект был популярным и ушел в букинистический по отличной цене. Разумеется, перед продажей я честно прочитал всю серию. История оказалась довольно пикантной для средней школы — с ночными сценами в постели и романтическими поцелуями на рассвете, так что мое подростковое тело изрядно разволновалось, хоть разум и оставался взрослым. Это останется моей вечной тайной. Кстати, новеллизацию этой манги, которую я позже нашел в макулатуре, я так и не продал — оставил на полке. Иногда перечитываю для смены обстановки. Печатное слово — великая вещь, особенно когда в голове уже есть готовые образы.

Марин была настоящим гением меча: два года подряд она участвовала в национальных турнирах, а в третьем классе вошла в четверку лучших по стране. Ее прочили в мастера, и неудивительно, что в академию Йомоцу на направление подземелий ее взяли по спортивной рекомендации. Талант открывает любые двери.

Я же пробивался через общий конкурс. Написал письменный тест на высший балл, сдал нормативы по физкультуре и преодолел конкурс в триста человек на место. Откуда обычному абитуриенту знать про высший балл? Все просто: перед самым выпуском из средней школы мне позвонил директор и предложил выступить с приветственной речью от лица первокурсников. От такого сомнительного удовольствия я отказался за долю секунды — привлекать к себе лишнее внимание не входило в мои планы. Растерянный директор потом долго сокрушался, говоря, что академия впервые сталкивается с подобным отказом. Тогда-то я и понял, что мои результаты были лучшими.

Мама долго и упорно протестовала против моего поступления в это опасное место, но когда я выложил на стол сберегательную книжку с суммой, перевалившей за миллион иен, и провел четкую презентацию безопасной стратегии зачистки, ее оборона пала. Отец лишь усмехнулся, заметив, что мы с ней стоим друг друга. Так или иначе, я получил ее благословение. Я шел туда, к чему готовился долгие девять лет.

И вот я стою на пороге реального игрового мира DW.

В день открытия академии Йомоцу я увидел свое имя в списках первого «А» класса. Отлично, не придется бегать по другим этажам и сверять списки.

Мое место оказалось на самом первом ряду у двери. Странно, рассадка была не по алфавиту, так что запоминать имена одноклассников будет непросто. Терпеть не могу учить чужие имена.

Изучая схему, я заметил, что прямо за мной сидит Химено Ураками. Выпускница средней школы Терадо из префектуры Фукуи. Будущая Лучезарная Лучница, непревзойденный снайпер и третий ключевой персонаж DW.

Высокая, статная шатенка с собранными в хвост волосами, ростом под метр семьдесят два. Настоящая холодная красавица с точеным профилем.

Святая сидела через два стула от меня, прямо по центру первого ряда — идеальная позиция, где учителя обычно тебя не замечают. А Марин заняла место у окна на том же первом ряду. Зимой там наверняка будет дуть, а летом припекать.

Теперь, когда мы официально учились вместе, легкие контакты с сюжетными персонажами были неизбежны. Но пусть главный герой сам решает их проблемы и преодолевает трудности, а я, скромный статист по фамилии Сузуки, постараюсь держаться в тени. У меня свои планы на эти подземелья.

Я послушно сел на свое место и открыл книгу, дожидаясь начала.

Класс постепенно заполнялся, то тут, то там вспыхивали оживленные разговоры — многие знали друг друга еще по средней школе при академии. Я мельком оглянулся, проверяя, пришла ли лучница, но ее стул пустовал. Вскоре все места были заняты, кроме одного.

В самый последний момент дверь открылась, и в класс в сопровождении учителя вошла Химено. Для перевода в первый день как-то странно, но выглядела она потрясающе. И в тот же миг ее выразительные карие глаза хищно сузились, уставившись прямо на меня.

Она что, на меня злится? Но почему?

В воздухе повеяло прохладой, но девушка молча прошла мимо и заняла место позади меня. Раз учитель не стал ее представлять, значит, она обычная первокурсница. Просто заставила себя ждать.

Учитель вкратце объяснил порядок построения для линейки: ряды из класса трансформировались в горизонтальные линии кресел в актовом зале. Моя позиция оказалась на самом краю правого фланга первого ряда. Это значило, что я захожу в зал первым, а выхожу последним. Ответственная задача: если я ошибусь с направлением, весь ряд пойдет не туда. Придется постараться.

Под торжественные аплодисменты мы вошли в зал, и церемония началась. Среди приглашенных гостей числились ректор университета, главы министерств образования и экономики — масштаб государственного значения для академии подземелий.

— Для принятия присяги от лица первокурсников вызывается Химено Ураками!

— Да!

Девушка, сидевшая позади меня, уверенно поднялась со своего места. Так вот почему она пришла вместе с учителем — репетировала речь.

Химено поднялась на трибуну, чеканя каждое слово, и вернулась под оглушительные овации зала. Невероятный уровень внимания. Как хорошо, что я отказался. Смотрелось бы дико, если бы на ее месте стоял такой серый статист, как я.

Когда Химено разворачивалась перед своим креслом, ее взгляд снова скрестился с моим. И снова эти опасно сузившиеся глаза.

Да что не так? Мы никогда не встречались до этого дня и не перемолвились ни словом. У нее проблемы со зрением и она не носит линзы, или я действительно попал к ней в черный список?

С легким чувством тревоги я дождался окончания церемонии. При выходе из зала мой черед был последним. Провожая взглядом спину лучницы, на самом пороге я развернулся и отвесил глубокий, церемонный поклон залу, как того требовала инструкция учителя. В ответ раздались еще более громкие аплодисменты.

На обратном пути в коридоре возникла какая-то суматоха — кто-то упал в обморок. Обычное дело для долгих линеек, наверное, от духоты. Судя по всему, пострадал кто-то из параллельного класса.

— На сегодня все. Внимательно изучите справочник первокурсника. Для тех, кто живет в общежитии, в тринадцать тридцать начнется церемония заселения и приветственный вечер. Если ваши родители еще здесь, обязательно попрощайтесь — до зимних каникул вы их не увидите, — объявил учитель, вернувшись в класс. — Свободны.

Он тут же развернулся и ушел. Никаких дежурных линеек и старост, как в средней школе. Настоящая взрослая жизнь.

Я быстро собрал вещи, планируя сразу направиться в филиал гильдии при академии, чтобы присмотреть стартовую экипировку и арендовать оружие. Но стоило мне встать, как меня окликнули.

— Давно не виделись, Сузуки.

По классу пронесся едва заметный шепоток. Окружающие мгновенно отреагировали на эти слова. Впрочем, больше всех удивился я сам. Момока оказалась на редкость обязательной девушкой — она исправно присылала мне открытки все эти годы, но я никак не ожидал, что она заговорит со мной при всех.

— Привет.

— Ты ведь помнишь меня? Это я, Момока Хирасака. Мы учились в одной начальной школе.

— Помню, конечно.

Сам факт того, что Святая помнила меня как отдельную личность, ломал мои представления о мире.

— Как поживаешь? Все хорошо?

— Да, вполне...

— А по виду не скажешь, — улыбнулась она.

«Они из одной школы? Местные, что ли?» — доносилось со стороны притихших выпускников средней школы при университете. Те, кому не было дела до чужих разговоров, уже покидали класс.

— Я была уверена, что ты будешь поступать к нам в среднюю школу. У тебя ведь были отличные оценки и бегал ты быстрее всех. Когда я не увидела тебя в списках, подумала, что подземелья тебя вообще не интересуют.

— Ну, интерес у меня был... просто так получилось.

— Рада, что ты все-таки пришел. Мы ведь в одном классе, давай снова дружить.

— Ага, давай...

Снова? Дружить? Насколько я помнил, в начальной школе мы почти не разговаривали. Может, у меня амнезия на часть событий?

Попрощавшись до завтрака, Момока вернулась к своей парте, где ее тут же окружили подруги.

Не успел я сделать и шага к выходу, как дорогу мне преградила следующая фигура.

— Так тебя зовут Сузуки.

Передо мной стояла Химено Ураками. В ее голосе сквозила отчетливая прохлада, будто она обращалась к какому-то недоразумению. Ее холодный взгляд и тон могли бы довести до дрожи любого, но я лишь молча зафиксировал этот факт.

Она сделала шаг вперед, проходя мимо моей парты, и тихо, но отчетливо произнесла:

— Я не проиграю тебе. Ни за что и никогда.

С этими словами лучница скрылась за дверью.

Так, стоп. Почему ключевой персонаж DW объявляет мне войну с первого дня учебы? Что вообще происходит?

Сюжет явно шел наперекосяк. Я предпринял третью попытку выйти из класса, но возле окон мелькнула тень. Марин Ситара стремительно подлетела ко мне, схватила за рукав и буквально вытолкнула в пустой коридор, увлекая подальше от потока учеников.

Мы свернули в крыло со специальными классами, где не было ни единой души. Излишне агрессивный формат для свидания наедине.

Убедившись, что свидетелей нет, Марин резко повернулась ко мне. Ее хватка была железной — сказывались годы тренировок. Лицо девушки пылало, а веснушки на щеках казались еще ярче.

— Сузуки! Наше обещание в силе?! Ты ведь помнишь?!

— Э-э... Марин?

— Не имя! Ты помнишь про то самое?!

— Про что?

— Про обещание!

От нее приятно пахло какими-то цветами, но ситуация становилась критической.

— Напомни...

— Ты забыл?! Хотя, может, оно и к лучшему...

— А, ты про ту мангу? «Любовь в академии подземелий...»

— А-а-а-а! Молчи!

Ладонь Марин намертво запечатала мне рот.

— Ты обещал никому не говорить!

Ну конечно. Та самая пикантная манга из двенадцати томов. Я все прекрасно помнил, просто решил потянуть время. Прошло полгода, а она до сих пор так переживает. Если тебе так стыдно, зачем вообще было продавать ее парню?

Кстати, технически, сейчас мои губы упирались прямо в ее ладонь. Не самый приличный жест для благородной девицы, но говорить об этом вслух я, конечно, не стал.

— Ни слова, понял?!

Я послушно закивал, учитывая, что рот мне все еще блокировали.

— Обещаешь?!

Я снова закивал, изо всех сил стараясь не шевелить губами, чтобы не выглядеть извращенцем, целующим чужие ладони.

— Кто же знал, что мы окажемся в одном классе на этом направлении... — пробормотала она.

Марин шла по спортивной квоте, а я сдавал общие экзамены, так что для нее мое появление здесь стало полной неожиданностью.

Она продолжала удерживать меня одной рукой за локоть, а второй закрывала мне рот. Ситуация становилась двусмысленной. Физически я был здоровым парнем, и близость такой милой девушки заставляла сердце биться чаще, пусть разум и понимал всю нелепость ситуации.

— Местных тут почти нет, и надо же было столкнуться именно с тобой...

Я аккуратно перехватил ее запястье и отвел руку от своего лица, после чего сразу отпустил.

— Может, сменим позу? Ты меня до сих пор за руку держишь.

— Ах, прости...

Марин отпрянула, ее глаза округлились, а лицо залила густая краска. Она выглядела невероятно смущенной. Такого спектра эмоций игра точно не передавала — там она всегда оставалась хладнокровным воином.

— Извини-и-и! — крикнула она и пустилась бежать по коридору с такой скоростью, на которую способен только мастер национального уровня.

И все-таки, почему все эти героини DW крутятся вокруг меня с первого дня? Я ведь обычный статист. Меня зовут Акихиро Сузуки. Моя фамилия — синоним слова «толпа» в Японии. Я не претендую на уникальность. Мое имя тоже вполне обычное. Сравните сами: Момока Хирасака, Марин Ситара, Химено Ураками — и Акихиро Сузуки. Никакого пафоса.

Кстати, а как звали главного героя игры? Помню, он тоже учился в первом «А». Но в DW имя игрока всегда вводилось вручную. Системного имени по умолчанию не существовало. Можно было назваться хоть Одой Нобунагой, хоть каким-нибудь нелепым прозвищем, и слушать, как великие героини с серьезным видом произносят его в драматических сценах.

Значит ли это, что в этом мире роль главного героя отведена мне? Или настоящий протагонист сидит где-то в классе?

Но мои встречи с девушками в корне отличались от игрового сценария. Со Святой игрок знакомился в подземелье, когда она лечила его после ранения. С Марин — сталкивался в коридоре в первый день учебы. А с Химено заговаривал только после того, как попадал в топ-5 по результатам первых тестов.

Вдобавок, в игре нельзя было собрать гарем — сюжет требовал выбрать одну спутницу и решать ее личные квесты. Вести три линии одновременно было технически невозможно.

Размытые триггеры и нарушенный порядок встреч говорили об одном: я вряд ли был тем самым героем. Немного поразмыслив, я решил выкинуть эти мысли из головы. Связываться с чужими проблемами — лишняя трата времени. У меня есть своя четкая стратегия, и я буду придерживаться ее.

С этими мыслями я наконец направился к филиалу гильдии. Тайминг первого дня был безнадежно сорван, но моя новая жизнь в мире подземелий официально началась.

8 апреля 2020 года по календарю Феникса, среда. Государственная академия при университете Йомоцу, 1-й «А» класс

Утром в день открытия школы я, Момока Хирасака, поймала себя на странном ощущении. Зеркала рядом не было, но я словно наяву видела, как мои губы сами собой расплываются в улыбке.

Перед ученическим входом в здание академии вывесили огромные списки первокурсников. Имена шли по алфавиту, начиная с первого класса. Мне не пришлось долго искать — свою фамилию я обнаружила в самом начале перечня первого «А». Но чуть выше я наткнулась на имя, которое мгновенно всколыхнуло в душе лавину воспоминаний.

В нашу академию съезжались ребята со всей страны, так что шанс встретить полного тезку был. И все же я ни секунды не сомневалась: это он. Мой Акихиро. Ведь еще с начальных классов его таланты и упорство поражали воображение.

Акихиро Сузуки. Мальчик, который совершенно меня не замечал. Точнее, его мысли и сердце всегда были заняты чем-то другим, далеким от девичьих чувств.

В школе он почти все время проводил за книгами. В третьем классе, когда мы впервые учились вместе, он буквально проглатывал одну энциклопедию за другой, забирая из библиотеки огромные фолианты. Сейчас я понимаю, что он просто был одержим жаждой знаний.

Его взгляд всегда оставался кристально чистым, спокойным и совершенно равнодушным, будто он сознательно напоминал мне: «Ты для меня всего лишь одна из многих». В старших классах начальной школы меня до глубины души возмущало и задевало внимание остальных мальчишек, но его холодное безразличие стояло на особом месте.

Стоило заговорить с ним, как он отвечал коротко, сухо и так отстраненно, что это граничило с грубостью. Увы, подобной «чести» удостаивалась не я одна — он вел себя так абсолютно со всеми.

Но стоило начаться школьным спортивным соревнованиям, как этот тихий книжный червь преображался. Он проносился по стадиону с такой невероятной скоростью, что никто не мог за ним угнаться. В эти минуты в нем вспыхивало яркое, чистое мужское обаяние, совершенно не вязавшееся с его обычным образом.

Прошли годы, я стала старше, но даже сейчас, вспоминая те моменты, я чувствую, как по телу пробегает легкая дрожь. Наверное, я сошла с ума. Не знаю, можно ли назвать это первой любовью, но этот юноша вызывал у меня непреодолимое, жгучее любопытство.

Из всей нашей начальной школы только мы вдвоем набрали достаточно баллов, чтобы пройти отбор в среднюю школу при академии подземелий. Я была абсолютно уверена, что мы продолжим этот путь рука об руку. В своих девичьих мечтах я напрочь забыла, насколько я ему безразлична.

Я верила в него. Акихиро обладал редким балансом острого ума и безупречной физической формы. Он тренировался не жалея сил, и я знала: в будущем этот человек возглавит мировые рейтинги сильнейших искателей подземелий.

Но он отказался от поступления. Тогда я решила, что он безразличен не только ко мне, но и к самому ремеслу исследователей. Это открытие принесло мне немало горьких слез.

Мне отчаянно хотелось сохранить хотя бы тонкую ниточку нашей связи. Показать ему, насколько прекрасен и удивителен этот мир боевых искусств и магии.

Именно поэтому с пятого класса я упрямо отправляла ему новогодние открытки, даже когда мы разъехались по разным школам. Я подробно расписывала наши тренировки в лабиринтах, оставляя на полях длинные, теплые приписки.

Его ответные поздравления неизменно ранили мое сердце. Это были бездушные карточки, которые его отец, скорее всего, пачками печатал на компьютере: семейное фото, снимок их собаки, стандартное печатное поздравление и сухой список имен внизу — родители, сам Акихиро и его младшая сестра.

Ни единой строчки, написанной его рукой.

Даже адрес и мое имя на обороте были отпечатаны на принтере.

Такие открытки приходили обычно только к третьему января. Если бы его семья действительно заботилась о вежливости, они бы распечатали весь тираж в конце декабря вместе с остальными письмами. Но Акихиро отправлял ответ только после того, как получал мое послание. В этом был весь он — холодный, расчетливый, не желающий тратить лишнюю секунду на человека, который ему не интересен.

Иногда мне кажется, что эти вежливые ответы отправляла его мама, решив проявить чуткость за спиной сына. И мне до боли хочется, чтобы это оказалось неправдой.

Ведь мои собственные открытки всегда были идеальны. Я от руки выводила каждую цифру индекса, отказываясь от печатного текста. Если мне казалось, что его имя на конверте написано недостаточно красиво, я безжалостно выбрасывала карточку и начинала заново, скупая открытки на почте десятками.

В седьмом классе я поняла, что почтальоны связывают письма резинками, из-за чего бумага бьется по краям. С тех пор я вставала ранним утром первого января, шла к его дому в полнейшей темноте и лично опускала открытку в почтовый ящик. Мне хотелось, чтобы мое письмо было особенным, чистым и немятым.

Я даже всерьез думала бросать поздравление в канун Рождества, чтобы оно гарантированно дошло первым, но вовремя одергивала себя — это выглядело бы слишком странно и пугающе.

Акихиро Сузуки действительно оставался глух к моим чувствам.

Хотя я сама была одержима им до глубины души.

И вот этот холодный парень стоит в коридоре той же академии, выбрав боевое направление. Мы оказались в одном классе. Значит, подземелья все-таки интересовали его, а его оценки по-прежнему оставались безупречными, раз его зачислили в элитный «А» класс.

Если мы оба удержим планку, то все три года проведем за соседними партами. Я смогу каждый день наблюдать за ним, изучать его повадки. В шестом классе, когда нас расселили по разным кабинетам, я едва не выла от тоски, но теперь судьба улыбнулась мне.

Мои шаги казались невероятно легкими, когда я шла по школьному коридору. Сердце замирало от мысли, что за дверью кабинета меня уже может ждать он. Хотя, зная его характер, он мог прийти и в самый последний момент.

Я подошла к рассадке у входа в класс.

В нашей академии места распределялись строго по результатам экзаменов. Жестокая, но необходимая мера — будущие бойцы должны с первых дней привыкать к жесткой конкуренции и постоянному сравнению.

В первый класс отбирали лучших из лучших со всего потока. Наш кабинет был сосредоточием будущей элиты.

Сама рассадка строилась по хитрой схеме. Два ряда у двери занимали те, кто прошел через жесткий общий конкурс. Ряд у окна отдавался ребятам из пригласительного отбора. Два центральных ряда занимали отличники из внутреннего потока боевого направления, а оставшийся ряд — те, кто перевелся с обычного школьного курса.

В коротких рядах места распределялись спереди назад. В длинных — правое переднее кресло занимал абсолютный лидер, за ним садился второй по успеваемости ученик, и так далее. Затем цепочка переходила на начало соседнего ряда. Последний стул в левом ряду занимал тот, кто замыкал список группы.

Я бросила взгляд на схему и замерла: на самом первом месте у двери красовалась его фамилия. Акихиро стал абсолютным лидером среди тех, кто сдавал общие экзамены. Это поражало и одновременно казалось абсолютно естественным для него.

К тому же, именно за этой партой я сама сидела все три года в средней школе. Осознание того, что теперь за моим любимым столом будет сидеть он, вызвало у меня тихий смешок.

Свое место я тоже нашла быстро — через одну парту от него, во главе центрального ряда. Я стала лидером среди ребят из внутреннего потока.

Я первая в своем списке, он — в своем. Это давало стопроцентную гарантию, что наши пути не разойдутся до самого выпуска.

Осталось только открыть дверь, и я увижу его.

Но меня, как лидера внутреннего потока, не выбрали для произнесения торжественной клятвы первокурсников. Из приглашенных ребят такую роль тоже никогда не давали. Значит, эта честь по праву принадлежала ему.

«Ах, наверное, его сейчас нет в классе, — подумала я с легкой грустью. — Наверняка репетирует на сцене вместе с кураторами».

С этими мыслями я потянула за ручку двери и вошла внутрь.

И тут же споткнулась взглядом об его фигуру. Он сидел за партой и спокойно читал. Весь мир вокруг меня словно сузился до одного-единственного человека. Плохая привычка для бойца — в лабиринте такая потеря концентрации стоит жизни. Но сейчас мне было плевать, ведь он был прямо здесь, на расстоянии вытянутой руки!

Грусть мгновенно испарилась, уступив место накатившей волне тепла. Я едва не вскрикнула от нахлынувшей радости и поспешно зажала рот ладонью.

Мне отчаянно хотелось подойти и заговорить, но я не посмела отвлекать его от чтения. Моим решением стало пройти мимо, затаив дыхание. Впереди три года — я смогу потерпеть. Дело ведь вовсе не в том, что мне не хватило смелости...

Ребята из внутреннего потока начали подходить ко мне один за другим, завязывая разговор. Я отвечала на автомате, но периферийным зрением продолжала ловить каждое его движение. После трех лет разлуки это было сильнее меня.

Прозвенел звонок, и в класс вошел наш куратор, господин Саэба, в сопровождении высокой незнакомой девушки. Я заметила, что пустует только одно место — парня, занявшего вторую строчку в общем конкурсе. Проходя мимо Акихиро, эта опоздавшая девушка наградила его тяжелым, полным злости взглядом.

В ту же секунду я все поняла. Эта девушка и была той самой отличницей, выходившей на сцену. И именно она заняла место Акихиро после того, как он хладнокровно отказался от роли представителя курса. Осознание того, что в общем рейтинге между мной и Акихиро вклинился кто-то третий, укололо мое самолюбие, но поступок парня восхитил меня.

Он ни капли не изменился с начальной школы. Стал только взрослее и увереннее.

Для любого будущего бойца речь на открытии академии — это лучший шанс заявить о себе, привлечь спонсоров и показать потенциал. Но для Акихиро эта суета не стоила и выеденного яйца.

Ему было абсолютно все равно, что в зале сидят высшие чиновники, директора оборонных корпораций и профессора из исследовательских центров. Он стоял на самой вершине, возглавляя новое поколение, но смотрел сквозь всю эту мишуру.

Что же на самом деле творится в твоей голове, Акихиро Сузуки? К чему устремлен твой взор?

«Сегодня я обязательно поговорю с ним», — твердо пообещала я себе. Соберись, Момока. У тебя все получится.

Линейка пролетела незаметно. Наш куратор бросил короткое: «Свободны» — и стремительно покинул кабинет.

Я даже не стала собирать вещи — просто сорвалась с места и пошла к его парте. Поймала момент, когда он закинул сумку на плечо и поднялся. Будь я чуть медленнее, он бы просто выскользнул за дверь. Отличная реакция, Момока.

— Давно не виделись, Сузуки.

— Привет.

Эта заминка... Что она значила?

Неужели он действительно забыл мое лицо? От этого парня можно ожидать чего угодно. Ох, нужно было не милые фото-наклейки клеить, а распечатать свое официальное фото с документов крупным планом и лично бросить ему в ящик...

Я изо всех сил постаралась скрыть панику за милой улыбкой:

— Ты ведь помнишь меня? Это я, Момока Хирасака. Мы учились в одной начальной школе.

— Помню, конечно.

Слава богу. Кажется, вспомнил. Хотя шанс того, что он просто буркнул «угу» из вежливости, оставался пугающе высоким.

— Как поживаешь? Все хорошо?

— Да, вполне.

И снова эта стена. Разве это можно назвать нормальным диалогом? Но именно эта его неизменность вызвала у меня искреннюю, теплую улыбку. Мы поговорили еще немного. Точнее, на мои десять фраз он выдавал одно короткое слово, но я была на седьмом небе от счастья. И на этой волне эмоций у меня сорвалось с языка самое сокровенное:

— Рада, что мы в одном классе. Давай снова дружить.

— Ага, давай...

На его лице промелькнуло замешательство. Неужели он не рад встрече? Ладно, давить дальше опасно — это может испортить мои планы на будущее. На сегодня сближения достаточно, пора отступить.

— Тогда до завтра.

Я развернулась и пошла к своему месту, где меня тут же взяли в оборот девчонки из внутреннего потока.

— Момо-о-очка, ну-ка колись! Мы все слышали! Это твой бывший из начальной школы?

— Встреча спустя три года? Как романтично!

— Обалдеть, ты так уверенно подошла к первому номеру конкурса. Какова вероятность вообще оказаться в одном классе? Рассказывай, кто он тебе?

В их голосах сквозило дружеское подначивание. Но у меня было такое прекрасное настроение, что я легко уходила от прямых ответов, продолжая краем глаза следить за парнем. На поле боя— боковое зрение — решает все. Сконцентрируешься на одной цели и пропустишь удар с фланга.

Акихиро уже почти дошел до двери, когда его окликнула Химено Ураками, та самая лучница со сцены. Они говорили тихо, слов было не разобрать.

Эта сцена мгновенно испортила мне настроение, а щебет подруг вокруг начал откровенно раздражать. Терпеть не могу, когда эмоции скачут из крайности в крайность, но поделать с собой ничего не могла.

Впрочем, даже без слов по лицу девушки и ее позе было легко догадаться о сути разговора. Наверняка ее задело, что парень уступил ей первое место, и она решила высказать ему свои претензии. Бросив какую-то колкость, лучница гордо вышла из класса. Контакт был коротким.

Акихиро выглядел так, будто на него только что незаслуженно вылили ведро грязи. На его лице снова появилось то самое глуповатое замешательство. Постойте... Кажется, я уже видела у него такое выражение лица пару минут назад? Наверное, показалось.

Юноша вздохнул, перехватил сумку и снова двинулся к выходу. И в этот момент...

— Так-так-так, постой!

Из угла у окна, прямо у меня за спиной, выскочила девушка с длинными темно-синими косами. Она подлетела к нему, бесцеремонно схватила за руку и буквально уволокла из кабинета. Я отчетливо запомнила ее мелькающие косы, но лица рассмотреть не успела — она двигалась слишком быстро и стояла ко мне спиной.

— Ого... Твоего школьного друга умыкнули прямо из-под носа, Момочка, — протянула одна из девочек.

— Ага. Что это вообще было?

Кто... КТО это была?! Мое любопытство и глухая ярость грозили выйти наружу.

Господин Саэба! Почему вы не провели знакомство класса в первый же день?! Это же элементарные правила! Я требую ответов!

Основные термины:

Магический подсумок — Пространственный артефакт, расширяющий вместимость. Базовая модель размером с небольшую кладовую позволяет носить с собой горы припасов, не чувствуя их веса.

Светошумовая сфера — Одноразовый защитный артефакт. Ослепляет и оглушает монстров, давая искателю гарантированный шанс сбежать при опасной встрече.

Взрывная сфера — Атакующий артефакт разрушительной силы. Стоит дорого и обычно используется против сильных вожаков.

Малый лабиринт — Подземелье начального уровня (в данном случае — Седьмое подземелье Хирасаки), заселенное гоблинами. Идеальное место для тренировки новичков.

Топ-ранкер — Искатель, входящий в высшую лигу официального мирового или национального рейтинга силы.

Вечер 8 апреля 2020 года по календарю Феникса, среда. Комната отдыха при школьном филиале Гильдии искателей подземелий

Обычно предвечерние часы бывали самыми загруженными, но сегодня в коридорах филиала царила непривычная тишина.

Утром отгремели торжественные линейки, а после обеда все разъехались по общежитиям на приветственные вечера. Ученикам было явно не до боевых вылазок. Младшеклассникам и вовсе запрещалось спускаться в лабиринты без сопровождения учителей, так что за весь день в гильдейскую лавку заглянули лишь несколько первокурсников со своими родителями.

Когда искатели не несут на обмен добытые магические камни и трофеи с монстров, работа гильдейцев замирает. Окна регистратуры и прилавки магазинов уже были закрыты железными ставнями, замки заперты. Оставалось лишь разобраться с парой отчетов.

Я, Рейко Ходзё, штатный сотрудник Гильдии, с облегчением вздохнула и толкнула дверь комнаты отдыха.

— О, вы уже закончили, старший куратор? — весело окликнула меня Хикари Кугисаки, наша весенняя стажерка. Она уже вовсю отдыхала на мягком диване.

В прежние времена я бы обязательно сделала замечание за то, что новичок прохлаждается раньше начальства. Но сейчас за любое строгое слово тебя сразу обвинят в превышении полномочий или нарушении личных границ. К тому же сегодня действительно был на редкость спокойный день, так что я просто промолчала и села в кресло напротив.

— Скучаешь, Хикари?

— Не то слово! Я даже поверить не могу. Вчера ведь был сущий ад.

Это правда. Еще вчера, в последний день каникул, старшекурсники лавиной шли к нашим стойкам, сдавая тонны трофеев перед началом учебы. Мы едва с ног не валились от усталости.

— До пятницы точно будет затишье, — улыбнулась я. — Старшие классы теперь смогут выходить в лабиринты только после уроков, а первокурсников впервые пустят внутрь лишь в пятницу после обеда, когда закончится их первая вводная практика. Вот на выходных начнется жара — Малый лабиринт будет буквально кишить новичками.

— Значит, у нас есть еще два дня передышки, — протянула Хикари. — А следующая пауза теперь только на экзаменационной неделе? Когда лабиринты закроют на замок?

— Да, зато на майских праздниках мы снова взвоем от объемов работы.

— Точно... Эх, еще недавно я сама была по ту сторону прилавка, а таких простых вещей не замечала.

— Мало кто понимает изнанку нашей работы, пока сам не примерит форму сотрудника. Я в свое время тоже об этом не думала.

Хикари окончила нашу академию только в прошлом году. Все каникулы ребята помоложе то и дело подначивали её у окошка регистрации, пока она путалась в бумагах. Впрочем, для вчерашней выпускницы она держалась в комнате отдыха на удивление уверенно.

Кстати, я ведь тоже окончила эту академию, но мы со стажеркой еще не успели поговорить по душам, так что она об этом не знала.

— Куратор, ладно изнанка работы... Но сегодня произошло кое-что, чего я вообще не могу понять!

— И что же?

— Утром ко мне подошел один первокурсник общего потока. И он оставил у нас кругленькую сумму...

— Да ну? И сколько?

— Миллион иен.

Я едва не поперхнулась чаем:

— Миллион?! С ума сойти. Он что, сын какого-то олигарха?

— Вот и я подумала: откуда у школьника такие деньги? У них же на картах учеников нет кредитного лимита, только личные сбережения на счете. И он выложил весь этот миллион наличными!

— Да что вообще мог купить первокурсник на такие деньги?

— Для начала он с ходу взял самый маленький магический подсумок.

— Но он же один стоит шестьсот тысяч!

— Вот именно! Точно сынок какого-нибудь магната. Может, стоит начать строить глазки будущему топ-ранкеру, пока молодой? — прыснула Хикари.

Обычно пространственные артефакты покупают выпускники старших классов на деньги, скопленные за годы опасной работы. Самые пронырливые умудряются накопить к концу второго года, но многие выходят во взрослую жизнь вообще без него. Даже базовая модель размером с небольшую кладовую — это предмет роскоши для новичка.

— Ладно, подсумок. А на что он потратил остальные четыреста тысяч?

— Взял одну светошумовую сферу...

— Так, это еще сто тысяч.

— ...и четыре взрывные сферы.

— Четыре?! По пятьдесят тысяч за штуку? Зачем они ему в Малом лабиринте? Против местных гоблинов это же чистой воды безумие! Родители явно задушили парня своей гиперопекой.

Светошумовые сферы — это дорогой одноразовый инструмент для спасения жизни. Его используют, когда случайно натыкаются на монстра, который тебе явно не по зубам, чтобы выиграть время и сбежать.

А взрывные сферы против обычных зеленых коротышек — это вообще неоправданная жестокость. Даже если швырнуть такую сферу в вожака гоблинов на самом нижнем ярусе, это выйдет в огромный минус по деньгам. Тратить двести тысяч на монстра, с которого упадет трофеев от силы на пару тысяч? Абсурд.

— Да уж, родители там явно переживают за каждый его шаг. — согласилась я.

— Вот-вот. Еще он скупил кучу восстанавливающих эликсиров. Понятно, что взял самые дешевые, но эликсир выносливости даже низшего качества стоит по десять тысяч за флакон! А на сдачу попросил прочный трос с крюком-кошкой.

— Но зачем? В Малом лабиринте все опасные ловушки и ямы уже сто лет как покрашены ярко-желтой флуоресцентной краской! Там просто невозможно упасть, если ты не слепой.

— Я же говорю: парень труслив до невозможности.

— И все же это странно...

— Что именно?

— Если его родители так боятся за его жизнь, почему они не купили ему дорогую защитную экипировку? Любой нормальный отец в первую очередь защитил бы ребенка от клыков и когтей. За полмиллиона можно взять отличный комплект из кожи серого волка. Впрочем, в академии выдают неплохой стандартный комплект брони напрокат, да и против гоблинов волчья кожа — это излишество.

— Ну, если рассуждать логически, то против гоблинов и взрывчатка не нужна. Может, парень просто брал то, чего нельзя получить бесплатно?

Школьное оружие и броня действительно выдавались ученикам бесплатно через наше отделение. Платить приходилось только в случае порчи или полной утери снаряжения.

— Логично, одноразовые артефакты в аренду не сдают. И что же наш богач взял из оружия?

— О, тут я вообще чуть не упала. Из стандартного проката он затребовал десять тяжелых булав и десять коротких мечей!

— Зачем ему столько?!

— Наверное, боится, что оружие сломается в самый неподходящий момент. Закон не запрещает брать столько вещей в одни руки, но выглядит это максимально дико.

Оружие в лабиринтах ломается редко. Обычно новички теряют его, когда в панике швыряют мечи в монстров и бросаются наутек. В академии официально учат делать именно так, если жизнь висит на волоске. Снаряжение можно возместить, а вот жизнь у человека всего одна.

В конце концов, Малый лабиринт — это лишь первая ступень. Чтобы завершить обучение на этой базе и получить допуск к более серьезным зонам, искатель должен лично собрать пятьдесят магических камней с вожаков гоблинов. Поскольку в лабиринты обычно ходят группами по четыре человека, команде нужно одолеть босса минимум двести раз. Это долгий, изнурительный труд, призванный закалить характер новичка.

Исторический рекорд по скорости зачистки Малого лабиринта принадлежит Рю Минаками — он справился со сдачей нормативов уже к шестому мая первого года учебы. Сейчас ему двадцать шесть, он занимает первую строчку в национальном рейтинге и шестую — в мировом. Настоящая живая легенда и... мой бывший одноклассник по старшей школе. Я хорошо помню, как этот элитный выпускник в первые же дни учебы напрашивался во все группы подряд, помогая громить боссов. Мы все им восхищались.

Но Рю пробивал себе путь честным трудом и потом. А этот первокурсник собирается просто закидать вожаков гоблинов дорогими бомбами? Да, после четырех взрывов его тело окрепнет от поглощенной энергии монстров, но боевого опыта он не получит вообще. В лабиринт нужно идти, чтобы превозмогать и становиться сильнее, а не сорить родительскими деньгами.

Если ты хочешь стать настоящим мастером, никто не должен проходить этот путь за тебя. Тот, кто привык побеждать с помощью кошелька, быстро упрется в тупик. Хуже того, такие изнеженные юнцы часто ломаются психологически и со своими боевыми навыками уходят в криминал. А искатель подземелий даже в обычном мире сильнее рядового человека примерно в полтора раза. Бойцы-преступники — это огромная головная боль для общества.

— Родительская слепая любовь еще никому не шла на пользу, — вздохнула я, качая головой.

— Это точно... — тихо отозвалась Хикари.

В её голосе внезапно промелькнула странная, глухая тоска.

Но мы были знакомы едва ли десять дней, и я не решилась лезть к ней в душу с расспросами.

9 апреля 2020 года по календарю Феникса, чтвег. Государственная академия при университете Йомоцу, 1-й «А» класс

Прошлой ночью мне снился кошмар. В нем та самая девчонка с косами, весело покачивая ими в такт шагам, шла под руку с Акихиро, и они вместе покидали класс. Каждый раз после этого я просыпалась в холодном поту. Чтобы хоть как-то успокоить расшатавшиеся нервы, я открывала свою любимую новеллу «Любовь в академии подземелий», читала пару страниц и снова пыталась уснуть. Из-за этих ночных кошмаров сегодня я чувствую себя совершенно разбитой.

Впрочем, сегодня по плану должно быть представление учеников. Вот там-то и выяснится, кто она такая. А если господин Саэба решит отменить знакомство, я сделаю так, что его возненавидят все девочки в классе.

Хотя, если честно, мне хочется думать вовсе не о чужих косах. Я хочу думать об Акихиро, хочу наблюдать за ним. Но стоит мне представить его образ, как к его руке тут же намертво приклеивается этот проклятый чужой силуэт. Неужели я, Момока Хирасака, окончательно лишилась рассудка?

Придя в академию, я целенаправленно зашла через переднюю дверь кабинета. И в ту же секунду мир снова обрел краски: Акихиро сидел за своей партой и спокойно читал. К его рукам никто не прижимался — я лично проверила и левую, и правую сторону. Какое же это облегчение! Из моей головы навязчивый кошмар тоже испарился. Хи-хи.

Но увы, я не могу эгоистично мешать ему наслаждаться книгой. Придется пока оставить мысль заговорить с ним. И дело вовсе не в том, что мне не хватает смелости, просто... у меня банально нет подходящего повода. Дежурное «давно не виделись» я ведь уже использовала вчера.

Акихиро не выпускал книгу из рук ни на одной перемене. Ну конечно, в этом весь он. В начальной школе все было точно так же, как я могла об этом забыть? Раз уж я дала себе слово не беспокоить его во время чтения, подойти к нему не было никакой возможности. Но что еще хуже — во время большого обеденного перерыва и сразу после уроков он пулей вылетал из класса и куда-то исчезал. Я даже не успевала придумать тему для разговора.

Что ж, посчитаем за успех хотя бы то, что мне удалось раскрыть личность той незнакомки.

Девчонку с косами звали Марин Ситара, и она оказалась лучшей среди тех, кто поступил по рекомендации. Сверив схему рассадки у входа с местом, которое она заняла, я мгновенно сопоставила факты. Однако это никак не объясняло, что именно связывает её с моим Акихиро.

Ответ пришел во время первого урока, когда эта Ситара объявила, что окончила местную школу Хирасака-Кита. Пазл в моей голове сложился. Они ведь земляки и учились в одном месте! А значит, их близкие отношения — сугубо в определенных, разумных пределах, ведь большего я просто не допущу — были чистой условностью. С этим можно смириться.

В академии, куда съезжаются подростки со всей страны, встретить земляка в одном классе — огромная редкость. А уж когда один становится лидером общего конкурса, а вторая возглавляет список рекомендованных — это и вовсе уникальный случай.

И все же!

Встреча двух выпускников одной начальной школы, которые волею судеб оказались в элитном классе в статусе абсолютного лидера и лучшей ученицы внутреннего потока — это куда более редкое и ценное чудо! Школа Хирасака-Кита собирает детей из трех разных районов. А значит, наше с Акихиро совпадение — это один шанс на миллион, настоящая магия! И в этом вопросе я не уступлю ни единого пункта.

Собрав достаточно информации, к концу учебного дня я выстроила в голове вполне логичную теорию вчерашних событий.

Раз они окончили одну школу и вместе вышли из кабинета, то и домой они наверняка пошли вместе. Ну конечно. Школа Кита — обычная, муниципальная, у неё есть чёткие границы жилого района. Им точно было по пути.

Когда эта мысль, словно финальный элемент мозаики, со щелчком встала на свое место, меня осенило.

Если они жили в одном районе и ходили одной дорогой, то мы с Акихиро, как выпускники одной начальной школы, жили еще ближе друг к другу! Более того, я прекрасно знаю, где находится его дом, а значит, у меня есть все шансы проводить с ним гораздо больше времени, чем у этой заносчивой мечницы.

Это было похоже на озарение свыше. Какая блестящая идея! Достаточно просто предложить ему пойти домой вместе — и я получу идеальную возможность изучать его с самого близкого расстояния. Кто же знал, что совместная учеба открывает такие перспективы?

Но стоило мне решиться и сделать шаг, как Акихиро снова испарился из кабинета. К счастью, на его парте осталась сумка. А значит, если я просто подожду его здесь, у меня появится шикарный шанс отыграться.

— Эй, народ! Раз уж мы теперь один класс, надо бы сплотить коллектив. Как насчет караоке? Вчера в общежитиях были вечеринки, но парни и девчонки гуляли порознь. Ну что, отличная же идея?

Автором этого предложения оказался Юсаку Кашима, парень из нашего внутреннего потока. Он неплохой человек, но тайминг у него просто отвратительный. Почему нельзя было открыть рот до того, как Акихиро ушел?

Не обращая внимания на мои мысленные проклятия, к нему тут же подключились Кумико Сотомура и Рейджи Цукиширо, быстро заразив идеей остальную толпу.

Помимо Акихиро, в классе уже не было лучницы Химено и еще пары человек. Мне очень хотелось сказать, что без них идти не имеет смысла, но это разрушило бы мою маску дружелюбной и милой девушки.

— Кашима, некоторых ребят сейчас нет. Оставь им записку на доске, — как бы невзначай подсказала я. Мне отчаянно хотелось, чтобы вернувшийся Акихиро увидел послание и присоединился к нам позже.

— Точно!

— Момока, ты голова!

Кашима и Сотомура тут же побежали выводить мелом приглашение.

Если бы Акихиро пришел, мы бы наверняка возвращались домой вдвоем...

Какая же это была глупость. О чем я вообще думала? Как я могла забыть, что он терпеть не может подобные сборища? Человек, который из кожи вон лезет, лишь бы сократить любой диалог до пары слов, ни за что не стал бы петь в шумной компании. В этом был весь он.

В итоге я не только не пошла домой с Акихиро, но и попала в максимально нелепую ситуацию. Прямо сейчас я шагаю по улице плечом к плечу с той самой обладательницей длинных кос. Как вообще до этого дошло?

Впрочем, логика в этом была. Мы вместе повеселились в караоке, а поскольку мы обе не жили в общежитии, после вечеринки нам пришлось отделиться от остальной группы. А так как моя начальная школа находилась на территории жилого района её средней школы, нам предсказуемо оказалось по пути.

Мы только что изображали лучших подруг на классной вечеринке, так что теперь идти в гробовом молчании было бы верхом грубости. К счастью, моя публичная маска всегда безупречна.

Я привычно примерила на себя образ типичной дружелюбной старшеклассницы. В такие моменты я словно становлюсь другим человеком, и это даже приносит мне какое-то удовольствие. За основу я взяла Кои Данджо, верную подругу главной героини из моей любимой новеллы.

С другой стороны, если подумать, это ведь отличный шанс! Я могу выудить у неё кучу историй об Акихиро времен средней школы, которых я не знаю. О да, это время можно провести с огромной пользой.

— Слушай, Марин, расскажи мне про вашу школу Кита.

— А? Про Кита?

— Ну да. Если бы я не пошла на внутренний поток, то училась бы там же. Мне всегда было интересно, как там у вас все устроено.

Особенно то, что связано с ним. И, конечно, моя главная цель — узнать, какого черта она утащила его вчера из класса.

Мы долго обменивались школьными историями, но в рассказах Марин имя Акихиро не прозвучало ни разу. Либо она искусно защищала свою территорию и скрывала информацию, либо их связь в средней школе действительно была призрачной. Дилемма, над которой мне еще предстоит поломать голову.

Но самая большая неприятность заключалась в другом.

Эта случайная прогулка положила начало ужасной традиции: теперь мы с Марин возвращались домой вместе каждый день. Сама по себе она оказалась вполне приятной девушкой, так что открытой неприязни я не испытывала. Но когда вы учитесь в одном классе и живете в одной стороне, ты не можешь просто сказать: «Знаешь, давай ходить поодиночке».

В результате моя заветная мечта — идти в сумерках рядом с Акихиро, неторопливо беседовать и изучать его профиль — разбилась вдребезги. Я ведь не могу заявить Ситаре: «Я пойду с Сузуки, а ты проваливай».

Поэтому сейчас в моей душе зреет лишь одна глубокая, темная мысль.

Кашима, я тебе этого не прощу. Придет день, и я закопаю тебя за школой.

Основные термины:

DW (Dungeons World) — Аббревиатура оригинального названия игры, которую Сузуки использует в своих мыслях как маркер прошлой геймерской жизни.

10 апреля 2020 года по календарю Феникса, пятница. Государственная академия при университете Йомоцу. Седьмое тренировочное подземелье Хирасаки, первый ярус

Сегодня просто потрясающий день. А все потому, что это мой первый спуск!

Девять лет. Ровно девять лет прошло с того момента, как я в первом классе начальной школы осознал, что попал в мир DW. И вот этот долгожданный миг настал. Вместо нудных лекций вся вторая половина дня отведена под нашу первую боевую практику в лабиринте!

Правда, если называть вещи своими именами, официальная цель этого занятия звучит смехотворно: одолеть одного-единственного гоблина. Всего одного.

Но главное — после этого зачета тренировочное подземелье, принадлежащее академии, станет доступно для почти свободного посещения. Конечно, прогуливать ради него уроки никто не разрешит, но в личное время путь открыт.

С этими радостными мыслями я прилежно отсидел все утренние занятия. На переменах я привычно сидел в гордом одиночестве, уткнувшись в книгу, и считал минуты до полудня.

Почему я снова оказался один? О, это отдельная и весьма поучительная история.

Вчера, на второй день старшей школы, наш первый урок начался с классного часа и традиционного знакомства. По воле случая моя парта стояла у самой двери, так что выступать мне пришлось самым первым.

Я поднялся и сухо отчеканил:

— Акихиро Сузуки. Надеюсь на плодотворное сотрудничество.

И в классе повисла гробовая тишина. Ни одного хлопка. Ну неужели так трудно просто поаплодировать из вежливости? Наш куратор, господин Саэба, кашлянул:

— Э-э... Сузуки?

— Да?

— И это все?

— Да.

— Ну, может, расскажешь о своих увлечениях, какую школу окончил? Поделишься планами на будущее?

— Нет, ничего особенного.

— Ч-что ж, ладно... Извини. Ураками, будь добра, покажи нам пример, как надо.

Химено поднялась со своего места, изящно наклонила голову и одарила класс безупречной, ослепительной улыбкой. Красивая девушка, ничего не скажешь.

— Вчера мне выпала огромная честь выступать от лица всех первокурсников на церемонии открытия, — заговорила она певучим, приятным голосом. — Меня зовут Химено Ураками, я приехала из префектуры Фукуи, где окончила среднюю школу Терадо. Там я серьезно занималась стрельбой из лука. В нашей академии я планирую развивать навыки дальнего боя и занять позицию снайпера в команде. Надеюсь, мы станем хорошими друзьями за эти три года.

Она отвесила идеальный, благородный поклон. Какая разительная перемена по сравнению с той холодной фурией, что шипела на меня в первый день! Её манеры были безупречны.

Желая поддержать соплеменницу, я изо всех сил захлопал в ладоши. Мой порыв тут же подхватил весь класс, и кабинет захлебнулся в бурных аплодисментах. Совсем не то, что было на моем выступлении. Вот это я понимаю — сплочение коллектива!

Я искренне радовался, что помог разрядить обстановку, как вдруг Химено, выпрямившись, наградила меня таким испепеляющим взглядом, будто я только что оскорбил её до глубины души. Да за что опять-то?

Впрочем, после неё дело пошло на лад: каждого следующего ученика класс встречал дружными хлопками. Что ж, по крайней мере, я принял весь удар на себя, и остальные не пострадали.

Затем куратор долго объяснял нам правила безопасности. Рассказывал про странный лимит на пять боевых контактов в день для новичков — в этом мире, похоже, были свои жесткие ограничения, завязанные на ментальную выносливость. Но стоило ему упомянуть, что школьный тренировочный зал открыт для всех желающих в обед и после уроков, как у меня внутри все запело от восторга.

Помня о том, как опасно оставаться в кабинете после звонка (в первый же день меня там едва не разорвали на части три девицы), я пулей вылетел из-за парты и помчался к тренажерам. Зажав в правой руке короткий меч, а в левой — тяжелую булаву, я до седьмого пота отрабатывал удары по воздуху.

Я махал оружием до самых сумерек. Когда я вернулся в опустевший класс за сумкой, на доске уже красовалась размашистая надпись: «Народ, празднуем поступление в караоке "Ты и Я"! Старт в 17:00! Кто потеряется — звоните Кашиме!»

Часы над доской показывали без тринадцати семь вечера. Разумеется, в кабинете не было ни души.

Тащиться туда к шапочному разбору не имело никакого смысла. Да и в караоке я в жизни не бывал, петь совершенно не умел, а тратить честно заработанные деньги на сомнительное веселье душила жаба. К тому же, приличному замкнутому парню не пристало ходить по таким заведениям. Совершенно верное решение. С чистой совестью я тогда отправился спать.

И вот результат: сегодня с самого утра класс гудел, как встревоженный улей. Все разбились на группки, бурно обсуждали вчерашнее веселье и вели себя так, будто знакомы сто лет. Из всеобщего праздника жизни выбивались лишь несколько человек: я, лучница Химено и еще пара ребят, которые тихо читали учебники у окон. Но Химено даже в одиночестве выглядела как королева на троне, а я — как обычный всеми забытый моб.

Я понятия не имел, кто в итоге ходил на эту вечеринку, и мне было искренне страшно спросить, один ли я остался за бортом. Да и спрашивать было не у кого. Поэтому я решил полностью переключить мысли на предстоящий спуск в лабиринт.

В обед я снова удрал на тренировочную площадку, на ходу уничтожая мамин гигантский онигири, заряженный родительской любовью. До последней секунды я прокручивал в голове боевые комбинации, а затем быстро закрепил снаряжение и поспешил к площади перед Малым лабиринтом.

Ох. Оказывается, все уже были в сборе. Я пришел самым последним. Время еще оставалось, так что формально я ничего не нарушил, но ощущение было паршивое. Это и есть та самая горькая доля одиночки? Когда о тебе просто забывают, а ты стоишь в стороне, как чужой на празднике жизни?

Отгоняя глупые мысли, я молча пристроился в самый конец нашей шеренги.

— Так, все в сборе, — объявил куратор курса, заметив мое появление. — Начнем чуть раньше графика. Внимание!

Толпа мгновенно притихла.

— Как я уже говорил вчера, сегодня каждый из вас обязан лично уничтожить одного гоблина. Для тех, кто не оканчивал боевые средние классы, это будет первый настоящий бой в жизни. Но паниковать не нужно! Вы пойдете не одни. Опытные ребята из внутреннего потока выступят в роли защитников — они прикроют вас щитами, а ваша задача — просто нанести решающий удар.

Выпускники средних классов академии действительно были уже тертыми калачами и не раз бывали в подземельях. А значит, нам, обычным первокурсникам и ребятам с гражданских направлений, выделили персональных нянек.

— Как только добудете магический камень, сразу выходите на площадь. Но помните о безопасности: двое новичков с трофеями дожидаются, пока их защитник уничтожит своего монстра, и только после этого вы возвращаетесь на поверхность группой из трех человек. Никакой самодеятельности! Старшие товарищи отвечают за вашу безопасность до самого конца.

Что ж, разумный подход. Охрана труда здесь на высоте.

— И еще одна приятная деталь, — улыбнулся куратор. — Ювелиры за теми столиками готовы бесплатно превратить ваш самый первый в жизни магический камень в памятное кольцо. Ветераны внутреннего потока наверняка помнят эту традицию. Как выйдете наружу, сразу подходите к ним.

Двое мужчин в строгих костюмах у края площади вежливо поклонились. Какая трогательная забота о подрастающем поколении! Сделать сувенир из первого трофея — отличная идея. Все равно за ядро обычного гоблина на первом ярусе в Гильдии дают от силы сто иен, так что материальной ценности в нем никакой.

— Первая группа, на вход! По двое, за мной, — скомандовал учитель.

В нашем потоке было четыре класса по тридцать пять человек — внушительная толпа. Я стоял в самом конце шеренги. А поскольку идти нужно было парами, мне, как тридцать пятому, пары не досталось. Ну конечно. И здесь я остался один. Впрочем, мне не привыкать.

Впереди меня шагали две девчонки, перед ними — парень с девушкой. Все они весело болтали и смеялись. Мне вовсе не было грустно, честно.

Вход в лабиринт перекрывали массивные терминалы, похожие на усиленные турникеты в метро. Их было всего два, поэтому мы и шли в две шеренги.

Я приложил свою карту искателя к сенсору, створки с тяжелым щелчком разошлись. Сделав пару шагов вперед, я словно прошел сквозь невидимую, осязаемую стену из густого, липкого воздуха. Это и была граница между нашим миром и изнанкой.

В оригинальной игре DW этот переход ощущался как легкое сопротивление, но в реальности тело словно обволокло влажной, тяжелой слизью. Так вот ты какое, настоящее подземелье...

По спине пробежала легкая дрожь. Боевой азарт, не иначе! Страха не было ни в одном глазу.

Сделав глубокий вдох, я незаметно для окружающих начертил левой ногой на земле простую руну ветра, а правой — руну огня. И едва слышно, самым кончиком языка, прошептал название способности:

— Аксель...

По телу тут же разлилась приятная, бодрящая волна тепла, а сердце застучало чаще. Вместе с активацией магии пришло пьянящее, восхитительное чувство абсолютного контроля над телом.

Работает! Настоящий боевой навык! Это просто невероятно!

Навык первого ранга под названием «Аксель» увеличил мою скорость в одну целую и две десятых раза.

Вот она — магия DW в реальном мире! Боже, как же это круто! С моими знаниями игры я здесь всех перережу!

С трудом сдерживая победную ухмылку, я быстро нагнал впереди идущих девчонок, которые так увлеклись разговором, что даже не заметили моего маневра. Мы прошли около двадцати метров, когда коридор разделился. Наша группа свернула направо.

Я старался дышать как можно глубже и ровнее, полностью сосредоточившись на окружающих звуках. Болтающие впереди одноклассники создавали кучу шума, но искатель обязан слышать то, что скрыто за этим шумом. В лабиринте минутная расслабленность стоит жизни.

— Слушай, а ты за кого? За Кашиму?

— Ой, да брось, Цукиширо же намного круче! Без вариантов.

— Ну не знаю, у него какой-то взгляд пугающий...

— Да тебе кажется!

Боже, какую же чушь они обсуждают в смертельно опасной зоне...

Наша замыкающая группа как раз поравнялась с тем самым темным поворотом, когда до моего слуха донесся едва различимый звук.

Шорх...

Тихий, почти невесомый шорох из левого ответвления.

Мое тело сработало быстрее мыслей. На баффе скорости я одним мощным прыжком обошел шедших впереди девчонок и приземлился прямо перед ними.

— Берегись! — звонко вскрикнула какая-то девушка из глубины отряда.

Но было уже поздно. Из темноты выскочила зеленая тварь ростом мне по пояс, занося над головой грубую деревянную дубину. Гоблин.

Я встретил этот удар, скрестив булаву и короткий меч буквой «Х». Металл с глухим стуком принял на себя всю силу вражеского замаха. В ту же секунду я провернул левое запястье, уводя булаву в сторону и сбивая траекторию дубины, а правым мечом скользнул по дереву, увлекая оружие монстра вниз и намертво прижимая его к каменному полу. Одновременно с этим я резко выкинул вперед левую руку, с размаху всадив тяжелое навершие булавы гоблину точно в правое колено.

Есть! Идеально, прямо как на тренировках!

Тварь с диким визгом потеряла равновесие и выронила оружие, покатившись по земле.

Девочка, на которую изначально целился этот коротышка, стояла бледная как полотно, не в силах пошевелиться. Прямо перед ней успел выскочить какой-то парень из передних рядов, широко раскинув руки в попытке защитить её своим телом. Благородный порыв, но если бы не мой выпад, он бы точно опоздал.

Выроненная дубина гоблина с сухим стуком замерла у моих ног.

А сам виновник торжества катался по полу, прижимая лапы к раздробленной коленной чашечке. Зрелище было малоприятным и ни разу не милым. Ему было чертовски больно.

Я огляделся. Все четверо стоявших рядом одноклассников застыли с глупыми, потрясенными лицами. Та девчонка, что кричала «берегись», так и замерла с открытым ртом.

— Эм... Народ. Можно я его добью? — нарушил я тишину.

Девчонка несколько раз моргнула, приходя в себя, и выдавила:

— Да... Пожалуйста.

— Да, давай, — кивнул парень-защитник.

Я без лишних слов занес булаву и с силой опустил её на голову бьющейся в конвульсиях твари.

— Ох... — тихо выдохнула спасенная ученица, зажмурившись.

Получив сокрушительный удар, гоблин замер, его тело несколько раз дернулось, а затем начало стремительно таять в воздухе, забирая с собой и лежащую на полу дубину. Это особенность лабиринтов — после смерти монстры растворяются без следа.

Но на месте, где только что лежал зеленый коротышка, остались две вещи: крошечный, зеленоватый кристалл с молочными разводами и... абсолютно новая, целая дубина.

Ого! Вот это удача! Редкий трофей с первого же боя!

В Малом лабиринте в качестве дополнительного лута обычно выпадает именно оружие. Базовый шанс в игре составлял всего пять процентов. Но если перед смертью заставить монстра выронить свое оружие (оформить так называемый «разоружающий прием»), шанс дропа взлетает до двадцати пяти процентов. Я, конечно, целился в эту механику, но получить вещь с первого раза — это действительно круто. Отличное начало спидрана.

Правда, на дубине много не заработаешь. В Гильдии её принимают всего за тысячу иен, а продают новичкам за пять. К тому же такое оружие выдают бесплатно в прокате, и оно не пользуется популярностью. Но тысяча иен на дороге не валяется, сдам её на оценку.

Я быстро подобрал магический камень и трофейное оружие.

— Что здесь произошло?! Почему стоим?! — из головы колонны к нам уже на полной скорости мчался наш куратор.

— Ну... — протянул я.

— Сузуки?! — учитель резко затормозил и уставился на меня. — Опять ты? Что ты уже успел натворить?

В смысле — «опять натворить»? Что за предвзятое отношение? Я вообще-то жизнь людям спас! Я проглотил обиду, но вся моя вселенская скорбь наверняка отразилась на лице. Заметив мою кислую мину, та самая девчонка, что кричала про опасность, поспешила на помощь. Она быстро объяснила ситуацию:

— Господин учитель, из левого коридора выскочил гоблин и попытался напасть на нас из засады. Но Сузуки среагировал мгновенно и уничтожил его!

— Что?! — вытаращился куратор.

— Да, и с монстра упал не только магический кристалл, но и оружие, — добавила она, указывая на дубину в моих руках.

— Как это?..

— И если бы не его молниеносный выпад, Юкимура или Митсушима точно бы пострадали. Сузуки спас их, он ни в чем не виноват!

Какая золотая девушка! Спасибо тебе, незнакомка.

— Ах... Вот оно как. Понятно, — куратор явно смутился. — Извини, Сузуки, я поспешил с выводами. Молодец, Сотомура, спасибо за доклад. Итак... Сузуки.

Мне показалось, или перед моей фамилией учитель сделал слишком долгую, подозрительную паузу? Эй, шеф, держи себя в руках. Ты взрослый человек, веди себя профессионально. А девушку, кстати, зовут Сотомура. Надо обязательно запомнить.

— Хорошо, раз уж ты выполнил норматив, подожди, пока кто-нибудь еще добудет камень, и вы втроем под присмотром старшего...

— Господин учитель, — бесцеремонно перебил его я, ломая все инструкции. Я просто поднял руку и указал пальцем в сторону выхода. — До выхода отсюда прямая дорога. Гоблинов на этом участке больше нет.

— ...

— Учитель?

— ...

— Эй?

— А... Да, конечно. Думаю, проблем не возникнет. Раз уж ты в одиночку уложил тварь из засады, обратную дорогу точно осилишь. Свободен, возвращайся на площадь.

— Благодарю.

Я развернулся и зашагал к выходу, но у самого поворота вспомнил об одной важной детали. Я остановился, обернулся и посмотрел на спасенную парочку.

— Излишняя болтовня привлекает монстров. Может, сделаете выводы и замолчите? — бросил я.

После чего резко повернулся на каблуках и пошел прочь. На лица девчонок я старался не смотреть. Наверняка этой дурацкой репликой я окончательно испортил о себе впечатление. Будут теперь думать: «Что за высокомерный придурок?» От таких мыслей моя и без того хрупкая интровертная душа могла не выдержать.

На обратном пути мне, естественно, никто не встретился. Я снова прошел сквозь липкий барьер лабиринта, где мой бафф «Аксель» тут же развеялся, приложил карту к единственному работающему на выход турникету и оказался на свежем воздухе. Почему на вход два турникета, а на выход один — загадка природы. Впрочем, плевать.

Стоило мне выйти на площадь, как навстречу двинулась колонна второго класса под предводительством своего куратора.

— Опа? А ты чего тут делаешь, боец? Живот прихватило, в туалет приспичило? — громогласно хохотнул учитель второго класса.

Сам ты в туалет хочешь!

— Нет. Я выполнил задание и вернулся, — сухо ответил я.

— Чего?!

В этой школе учителя вообще умеют разговаривать без этих вечных «чего» и «как»?

— Ты слишком быстро вернулся! А где твоя группа? Где защитник?

— Там, в лабиринте. Я уничтожил гоблина прямо у входа, куратор Саэба оценил обстановку и разрешил мне вернуться одному.

Мужчина захлопал глазами, пытаясь переварить информацию. Наверное, это слишком сложно для его педагогического ума.

Но что было хуже всего — на меня уставился весь поток второго класса. Тридцать пять пар глаз сверлили меня с неподдельным интересом. Какая же дикая стыдоба...

— Погоди... Как твоя фамилия, парень?

— Сузуки.

— Так вот ты какой, Сузуки... — протянул он с каким-то странным выражением лица.

Да что они все вкладывают в мою фамилию? Самая обычная, массовая фамилия!

— Я пойду, — буркнул я.

— А... Ну иди.

Я проигнорировал учителя и быстрым шагом пошел мимо застывших учеников второго класса, стараясь ни с кем не встречаться взглядом. Из рядов донесся приглушенный шепот:

— Эй, смотри, это же тот парень...

— Который на открытии отличился?

— Да не, это тот самый, которого в первый день какая-то девчонка за руку по коридорам таскала!

Да откуда у этих слухов ноги растут?! Ну да, факт имел место быть, отрицать глупо. Но я-то тут при чем? Это все Ситара и её безумные порывы!

Я прибавил ходу. Жаль, магия развеялась на выходе, сейчас бы мне очень пригодился бафф на скорость, чтобы сбежать от этого позора.

Пока я шел к административным палаткам, ученики третьего и четвертого классов, сидевшие на лавках в ожидании своей очереди, один за другим замолкали при моем приближении. В итоге на площади воцарилась звенящая, мертвая тишина. Все просто молча провожали меня взглядами. Господи, ну почему я всегда оказываюсь в центре внимания? Мне было одновременно и безумно стыдно, и дико страшно.

Сам главный куратор курса стоял с разинутым ртом, глядя на мое приближение. Я целеустремленно шагал мимо него к столику ювелиров, молясь про себя, чтобы начальник промолчал. Но вселенная, как обычно, решила подложить мне свинью.

— ...Ты ведь Сузуки из первого «А»? — разнесся над притихшей площадью его зычный голос. — Какого черта ты здесь делаешь?

Мои молитвы не были услышаны. Теперь весь поток знает мое имя, спасибо большое, шеф!

— Я принес магический камень, — как можно спокойнее ответил я.

— Чего?! — выдал он дежурное гильдейское восклицание.

Да у них тут вспышка вируса непонимания, что ли? Меня уже тошнит от этой реплики!

Среди учеников на лавках мгновенно поднялся гул. Началось бурное обсуждение. Ну все, прощай, моя спокойная жизнь статиста...

Я решил проигнорировать куратора, подошел к столику и аккуратно выложил перед мастером зеленоватый кристалл.

— Здравствуйте. Я бы хотел заказать памятное кольцо из моего первого трофея.

— А... Да, конечно! — ювелир суетливо поправил очки. — Разумеется, юноша. Какую категорию оправы выберете?

— В смысле?

— У нас есть пять вариантов исполнения: за тысячу иен, за две, за пять, за десять и премиум за двадцать тысяч.

— ...Так это платно, что ли? — вырвалось у меня.

— Простите?

— Нет-нет, ничего. Все в порядке.

Тоже мне, «школьная традиция»! Нашли бесплатный сыр! Интересно, какой идиот выложит двадцать косарей за оправу для копеечного камня?

Эх, а я ведь уже сдуру ляпнул «хочу заказать». Язык мой — враг мой. Придется раскошеливаться. Ладно, у меня как раз есть трофейная дубина, сдам её в Гильдию за тысячу иен, как раз покрою расходы. Но все равно жаба душит.

— Давайте за тысячу.

— Отличный выбор. Запишите здесь ваше имя и приложите карту искателя для оплаты.

Раздался короткий электронный писк, и с моего счета списалась тысяча иен. Эх, а ведь мог бы просто оставить камень себе на память абсолютно бесплатно. Какой же я дурак.

Я быстро черкнул имя на бланке и поспешил отойти от стола. Первокурсники на лавках продолжали шушукаться, то и дело бросая на меня косые взгляды. Чувствовать себя белой вороной — сомнительное удовольствие. Я вернулся к главному куратору, стараясь смотреть строго перед собой.

— Господин учитель, раз уж я выполнил задание, а до конца практики еще полно времени, могу я отлучиться в филиал Гильдии?

Мне отчаянно хотелось сбежать с этой площади, да и дубину нужно было продать как можно скорее, чтобы вернуть утерянную тысячу.

— Э-э... Ну, в принципе, запрета на это нет... Погоди, а где двое твоих товарищей? Где группа?

— Я уничтожил гоблина в самом начале коридора и вернулся в одиночку по прямой трассе. Куратор Саэба лично дал мне разрешение на выход.

— Но это же безумие... Ты хоть понимаешь, что это абсолютный исторический рекорд нашего заведения? Прошлый рекорд был почти месяц!

— Так мне можно идти? Мне нужно сдать трофейное оружие на склад.

— А... Да, иди. Но помни: до официального окончания практики ты обязан вернуться на площадь. Общий сбор и роспуск потока будут здесь.

— Спасибо.

Я отвесил короткий, вежливый поклон и быстрым шагом направился к зданию Гильдии.

— Так вот какой он, наш абсолютный лидер общего конкурса... — донесся со спины задумчивый шепот куратора.

Да, теперь я окончательно убедился, что набрал больше всех баллов на экзамене. Приятно, конечно, но цена за этот статус — выжженная пустыня на месте моей конфиденциальности.

Чувствуя, как сотни глаз буквально прожигают мне лопатки, я прибавил ходу. Оглядываться я не стал. Если обернусь — точно умру со стыда. Главное — смотреть только вперед.

Основные термины:

Монстр-трейн — Опасный тактический прием, при котором искатель намеренно агрит на себя целую толпу чудовищ и ведет их за собой, не вступая в открытый бой.

Безопасная зона — Локация внутри лабиринта (или определенные условия среды), где появление новых врагов невозможно, что позволяет искателям перевести дух.

10 апреля 2020 года по календарю Феникса, пятница. Седьмое тренировочное подземелье Хирасаки, первый ярус

Стоило мне добраться до Гильдии, как принимавшая трофеи девушка при виде меня испуганно вздрогнула. Да что со всеми не так-то?

— Извините... — начал я.

— А, да! Чем могу помочь? — выпалила она.

— Хочу сдать... вот, дубину.

— Обычное гоблинское оружие... Погоди, что?! Гоблинское? Ты первокурсник?! Но ведь первая практика началась только сегодня! Вы должны были одолеть по одному монстру на группу! Парень, как ты умудрился вернуться так быстро?

— Ну, я особо не задумывался, просто так получилось...

— Ну да... Ты же новичок... Откуда тебе знать, — нервно хихикнула она. — Погоди-ка.

Девушка уставилась на меня пронзительным, изучающим взглядом.

— Точно... Ты же тот самый парень...

— В каком смысле?

— А, нет, забудь. Ничего особенного. Итак, оценка трофея. Приложи карту к терминалу, а оружие клади сюда.

Электронный терминал звякнул, подтверждая зачисление денег на мой счет. И хотя её загадочная реплика оставила легкое недоумение, сама процедура заняла от силы полминуты.

— Послушай, — вдруг тихо произнесла сотрудница.

— Да?

— На самом деле я тоже окончила эту академию. Несколько лет назад.

— О, вот как. Понятно.

Ничего себе, так она моя старшая коллега по учебе? Но к чему эта внезапная откровенность?

— Я это к тому... Если тебе станет тяжело, если запутаешься или столкнешься с трудностями, ты всегда можешь прийти ко мне. Я помогу, чем смогу, — она смущенно отвела взгляд.

О, а вот это был мой золотой шанс! Я не стал скромничать и засыпал бывалую выпускницу вопросами. Я спрашивал обо всем: о повадках монстров, о скрытых правилах академии, о тонкостях обмена. Мой бешеный энтузиазм, кажется, даже немного напугал бедную девушку, но сбор информации — это ключ к выживанию. Раз уж с одноклассниками у меня нормального контакта не вышло, придется добирать знания на стороне. Благодаря этой беседе я умудрился с огромной пользой убить кучу времени, прежде чем вернуться на площадь.

Когда я подошел к месту сбора, большая часть нашего класса, половина второго и несколько человек из третьего уже были на поверхности. Четвертый класс все еще в полном составе пропадал в лабиринте.

В этот самый момент из терминалов вышла последняя группа первого «А» — та самая спасенная мной парочка, Кумико Сотомура и еще одна незнакомая девчонка. Настоящий цветник, где парень явно чувствовал себя лишним, а всем заправляла Сотомура. Похоже, она действительно была из внутреннего потока боевой средней школы.

Они дружной гурьбой направились к столику ювелиров. Девочки весело щебетали, выбирая оправы для колец. Наверное, такие сентиментальные сувениры действительно созданы для прекрасной половины человечества.

Затем они двинулись к лавкам нашего класса. Я ожидал, что они займут свободные места впереди, но Сотомура мягко подтолкнула спасенную мной ученицу, и та нерешительно шагнула ко мне.

— При... привет. Спасибо тебе большое... Ну, за то, что спас меня там, в коридоре, — робко выдавила она, пряча глаза.

— Да ладно, пустяки, — буркнул я.

И между нами повисла звенящая, неловкая пауза. О чем мне с ней говорить? Я ведь и так сдуру наговорил им резкостей перед выходом, и теперь она явно меня побаивалась. Давай же, девочка, ты сама подошла, скажи хоть что-нибудь! На ювелирном стенде ты ведь щебетала без умолку.

— Ты был просто супер, Сузуки! — на выручку своей подруге пришла Сотомура, бесцеремонно вклиниваясь в наш молчаливый дуэт. — Скорость нереальная, мы даже сообразить ничего не успели. Настоящий профи!

— Ну... я просто тренируюсь, — уклончиво ответил я. Эта девушка определенно умела сглаживать углы. Отличный человек, надо запомнить её имя.

— Сразу видно, что тело у тебя подготовлено. Каким спортом в средней школе занимался? — Сотомура ловко усадила подругу рядом и сама устроилась напротив, переводя разговор в легкое русло. Вот это я понимаю — коммуникативные навыки.

— Легкой атлетикой.

— О-о, спринтер! Ну теперь все встало на свои места. Скорость у тебя оттуда. Скажи же?

— Да, точно... — робко поддакнула её спутница.

— Но как ты умудрился так ловко сработать мечом и булавой? Да еще и в две руки сразу? Бег тут точно ни при чем.

— Я просто усердно отрабатывал удары на тренировочной площадке.

— Погоди, ты уже вовсю осваиваешь школьный спортзал? Когда только успеваешь? Ну ты даешь, Сузуки!

— Это правда... Ты был очень сильным, — добавила спасенная.

— Ага, перехватить удар дубины на лету — это мощно. Из тебя выйдет отличный универсал: сможешь и под удар встать, и сам врага на куски порезать. Ты, кстати, к какому боевому профилю больше склоняешься — к защите или нападению?

— Да мне как-то без разницы.

— Ну не скажи! Защита — это благородно, но после того, как ты в одно мгновение расправился с той тварью, позиция штурмовика тебе подходит идеально. Правда ведь?

— Ну... наверное.

Наблюдать за Сотомурой было одно удовольствие. Она вела беседу как опытный интервьюер на групповом собеседовании, умудряясь вовлекать всех и не давая разговору заглохнуть. Но неужели она не устает от такой вечной активности? Даже как-то не по себе за неё становится. Впрочем, её вины тут нет — это я в качестве собеседника был бревном, из которого слова приходилось вытягивать клещами.

— Нам ребята постарше говорили, что как только практика закончится, Малый лабиринт откроют для всех. Так что суббота и воскресенье будут решающими. Главное — выдать мощный старт на выходных, — продолжала делиться знаниями Сотомура.

— Старшие товарищи?

— Ну да, я же из внутреннего потока, у меня полно знакомых на старших курсах.

— Ох, везет... Завидую белой завистью. Тоже надо было в свое время поднажать на экзаменах, — вздохнула третья девчонка из их компании.

Пока они болтали о прелестях ранней боевой подготовки, я мысленно улыбнулся: у меня теперь тоже появился свой человек в Гильдии. Правда, девчонки почему-то устроились прямо передо мной, хотя могли бы спокойно сесть в круг со своими друзьями.

— Кстати, Сузуки, а это правда, что вы со Святой из одной начальной школы? — внезапно сменила тему Сотомура.

При упоминании Момоки к нашему скромному кружку тут же приковалось внимание парня-защитника и еще одной сидевшей неподалеку девчонки. Последняя даже подползла поближе, вытягивая шею.

— Со Святой? Это кто? — не понял я.

— Ну как кто! Момока Хирасака. Красавица с первого ряда, у неё еще каре и идеально прямые черные волосы. Главная звезда нашего курса!

— А, понял. Да, знаю её.

— Так какие у вас отношения? Колись!

— В смысле — отношения?

— Ну, в первый день она к тебе самой первой подошла. Момока обычно держится со всеми очень строго, а тут такое внимание.

— Да никаких. Просто учились в одном месте.

— Ой, да ладно тебе! — разочарованно протянула любопытная девчонка. — Выпускники одной школы встретились в элитном классе академии подземелий? Да тут пахнет настоящим романом со школьной скамьи! У меня уже фантазия на полную мощность работает!

Что за странная особа? У неё в голове одна романтика и девичьи грезы. Между мной и Хирасакой никогда ничего подобного не было и быть не могло.

— Вы хоть в одном классе учились? — не унималась она.

— Дважды, кажется... В третьем и пятом.

— И это все? Как-то скучно... — надулась любительница сплетен. — Я-то думала, там драма, чувства...

Слава богу, её пыл угас, и в разговор снова вернулась рассудительная Сотомура.

— Слушай, а какой Момока была в детстве?

— Да точно такой же, как сейчас... наверное.

— Почему опять сомнения? Одно дело — начальные классы, другое — старшая школа. Люди же меняются!

— Я не так близко её знал, чтобы судить о переменах.

— Эх, никакой пользы от тебя... — вздохнула сплетница. — Момока в средней школе от парней отбоя не знала, но всех безжалостно отшивала. Мы-то думали, в старших классах у неё наконец начнется бурный роман, а тут такой облом.

Девчонки окончательно перешли на приглушенный шепот, обсуждая свои девичьи секреты, и я с облегчением начал мысленно стирать свое присутствие из этой локации. Но не тут-то было.

— Скажи... — робко подала голос спасенная мной ученица.

— Да?

— Как думаешь, какое оружие мне больше подойдет — короткий меч или булава? Ты ведь так круто управлялся обоими. Что из этого эффективнее?

— И то, и другое хорошо.

— Понятно... — она смущенно накрутила локон на палец. — А лично мне что лучше выбрать?

Откуда мне знать, если я вижу её первый раз в жизни? К любому оружию нужно привыкать, часами отрабатывая удары на площадке, а не выбирать его как туфли в магазине. Но вслух я этого, конечно, говорить не стал.

— Бери то, к чему душа лежит.

— Думаешь? Тогда, наверное, попробую булаву. Когда ты раздробил колено тому гоблину, это выглядело... очень круто и мужественно...

«А когда я размозжил ему голову, ты зажмурилась и чуть в обморок не упала», — мысленно хмыкнул я.

Больше вопросов у неё не нашлось, и над нами снова воцарилось молчание. Правда, она то и дело бросала на меня короткие, робкие взгляды.

Пока мы коротали время в этой странной атмосфере, из лабиринта наконец выбралась последняя группа четвертого класса. Практика была официально завершена.

— Внимание всем! Построиться в колонны! — раздалась зычная команда главного куратора.

Ученики нехотя начали подниматься, отряхивая форму от пыли и песка. Пользуясь поднявшейся суматохой, я бесшумно, стараясь не привлекать внимания, сделал несколько шагов назад, отдаляясь от строя.

— Сегодня все вы успешно выполнили норматив и одолели своего первого монстра, — подвел итог начальник курса. — С этого момента Седьмое тренировочное подземелье открыто для вас. Но запомните раз и навсегда: свобода — это прежде всего личная ответственность. Это не значит, что можно творить все, что вздумается. Ваша главная задача — выжить. Следите за запасом сил, не превышайте лимиты боевых контактов и всегда сохраняйте бдительность. Практика окончена, все свободны!

Стоило прозвучать заветной команде о роспуске, как я тенью скользнул к массивному входу в лабиринт. Пока народ шумно радовался окончанию учебного дня и обсуждал планы на выходные, я тихо растворился в полумраке подземелья. Академия дала нам добро, и терять драгоценное время я не собирался.

Оказавшись внутри, я тут же активировал на ногах рунные знаки и запустил навык «Аксель».

Прибавив ходу, я побежал по коридорам в темпе хорошего кросса на полторы тысячи метров. Мой маршрут был просчитан заранее: лево, лево, право, лево, лево, право, и далее строго по схеме.

— Ого, скорость возрождения монстров тут и правда бешеная... — пробормотал я, заметив впереди зеленый силуэт.

Приблизившись к гоблину, я не стал атаковать. Я легко уклонился от двух его размашистых ударов дубиной, проскользнул за спину и дождался, пока тварь с яростным визгом развернется ко мне. Стоило монстру снова замахнуться, как я разорвал дистанцию и помчался дальше. Разозленный гоблин с криками бросился в погоню. Обычным искателям за такие трюки оторвали бы голову, но для моего плана это было необходимо.

Я сознательно избегал боя, чтобы сберечь очки выносливости. Учителя на лекциях твердили, что новичкам нельзя проводить больше пяти боев в день, иначе ментальное истощение просто сожжет резервы организма. В реальном мире DW, где нельзя открыть меню и посмотреть полоску характеристик, такие меры безопасности были оправданы. Но моя геймерская стратегия требовала совершенно иного подхода. Ученики на первом ярусе обычно топчутся неделями, пока не наберут сотню убийств для перехода ниже, но я не собирался играть по их правилам.

Я бежал вперед, собирая за собой хвост из зеленых коротышек. Тварей становилось все больше.

Это был классический «монстр-трейн» — смертельно опасный и запрещенный прием, который в реальной жизни мог закончиться катастрофой. Но я четко контролировал дистанцию и скорость, не позволяя преследователям приблизиться на расстояние удара.

Миновав финальный поворот, я на бегу выхватил из своего магического подсумка прочный трос с тяжелым стальным крюком и устремил взгляд на пол в поисках ярко-желтой флуоресцентной разметки. Вот она — скрытая ловушка, плита-переключатель глубокого колодца.

Мой план был прост до гениальности. Я собирался заманить всю эту зеленую ораву прямиком в эту глубокую яму, а сам в последний момент должен был повиснуть на тросе. Плюс такой стратегии был очевиден: падая с огромной высоты, гоблины гарантированно выпускали из рук оружие, что автоматически поднимало шанс выпадения ценных трофеев до двадцати пяти процентов, а главное — мне не приходилось тратить драгоценную выносливость на затяжной бой. Твари разбивались сами. Мне оставалось лишь спуститься и собрать добычу.

Я легким движением забросил крюк-кошку в расщелину на скальном выступе, проверил натяжение троса и замер у самого края замаскированной плиты. Сзади, брызжа слюной и яростно вереща, уже летела толпа монстров. Стоило первым трем гоблинам замахнуться своими ржавыми ножами и дубинами, как я всем весом прыгнул на скрытый механизм.

Каменные плиты с грохотом разошлись в стороны. Авангард гоблинов с разбегу рухнул в разверзшуюся пасть колодца, следующие за ними твари по инерции посыпались следом, забавно размахивая лапами, а те немногие, кто успел затормозить у самого края, были безжалостно сброшены вниз напирающей сзади толпой.

Я крепко сжал канат, гася инерцию падения, резко оттолкнулся ногами от стены и ловко перемахнул на противоположный край ловушки, где не было врагов.

— Фух... А это оказалось куда страшнее, чем на экране монитора... — выдохнул я, пытаясь унять дрожь в коленях. Ладони горели от трения о веревку. Реальность сильно отличалась от виртуальной симуляции.

Взглянув на мой край, я насчитал пять уцелевших гоблинов, которые потрясенно замерли, глядя на меня.

— Хм, пятеро выжили, значит...

Я отступил назад на пять хороших шагов, перевел дух и резко пошел на разгон. Оттолкнувшись у самого края бездны, я прыгнул по диагонали, оттолкнулся одной ногой от боковой стены коридора и в полете наотмашь врезал тяжелой булавой ближайшей твари. Зеленый коротышка, потеряв равновесие, с визгом улетел в темноту колодца.

Второй гоблин попытался достать меня своей дубиной, но я хладнокровно принял удар на плоскую сторону короткого меча, резким движением увел его оружие в сторону и всадил булаву ему точно между лопаток, отправляя вслед за товарищем.

Оставшаяся троица, растеряв весь боевой задор, бросилась в рассыпную. Одного я успел достать мечом по незащищенному сухожилию и закрепил успех мощным ударом булавы, но двое последних все-таки успели скрыться в темноте коридора.

— Эх, упустил двоих, — разочаровался я.

Раненого гоблина, который отчаянно пытался отползти, я прижал ботинком за лапу, заставив выронить оружие, и точным пинком отправил на дно колодца. Механика сработала — дубина растворилась в воздухе, значит, падение нанесло твари смертельный урон.

Что ж, пора спускаться за добычей.

Я снова закрепил трос, ухватился за него руками и плавно скользнул вниз, регулируя скорость спуска силой сжатия ладоней. Колодец оказался глубоким — метров шесть или семь. На дне копошились умирающие монстры, подняться на ноги никто из них уже не мог.

Я методично добил всех выживших тварей и приступил к сбору трофеев. Мой улов оказался весьма приличным: тринадцать магических кристаллов, одна целая дубина и один неплохой охотничий нож. Учитывая двадцатипроцентный бонус от разоружения, я втайне надеялся на еще одно оружие, но и так грех жаловаться. Кристаллы с первого яруса стоят копейки, а вот за нож можно выручить неплохую сумму.

— Отлично, теперь я точно знаю, что геймерские фишки DW работают и в этом мире... — довольно улыбнулся я.

Я подошел к дальней стене колодца, внимательно осмотрел каменную кладку и нажал на едва заметный выступ. Часть стены с глухим скрежетом ушла в сторону, являя миру ровный прямоугольный проход.

— Скрытая дверь на месте. Все строго по канону.

Внутри все пело от восторга.

— На сегодня времени уже не осталось, так что исследование этой секретной зоны я оставлю на субботу. Это будет отличный выходной.

Пока я находился на дне колодца, скрытый механизм блокировал плиты, оставляя ловушку открытой. Ни один гоблин, какими бы глупыми они ни были, не станет прыгать в открытую яму по своей воле. А значит, прямо сейчас я находился в абсолютной безопасной зоне. Я спокойно присел на камень, перевел дух и достал из подсумка тяжелый мяч со странными красно-черными разводами. Покрутив его в руках, я убрал артефакт обратно.

— Теперь я точно знаю, что мои читерские знания работают в этом мире. А значит, я полностью готов к завтрашнему бою. Я обязан победить, и тогда мой спидран в этом мире ускорится в сотни раз

Я поднялся, хорошенько размял затекшие плечи и локти, ухватился за канат и уверенно полез наверх, навстречу выходу.

На Boosty главы выходят быстрее, искать в шапке профиля или закрепленном комментарии:)

10 апреля 2020 года по календарю Феникса, пятница. Седьмое тренировочное подземелье Хирасаки

Вторая половина дня была отведена под боевую практику в лабиринте. Для большинства это был первый в жизни спуск, но только не для нас, выпускников средней школы боевого профиля.

От старших товарищей я знала, что после первой практики мы на какое-то время станем наставниками для новичков. Такова традиция. А раз так, это был мой идеальный шанс получить власть над Акихиро, чтобы на законных основаниях изучать его с самого близкого расстояния. Все вокруг вечно капризничают, так почему бы и мне, Момоке Хирасаке, не позволить себе маленькую эгоистичную прихоть?

С этой твердой решимостью я и направилась к площади перед Малым лабиринтом.

Однако, к моему полнейшему разочарованию, Акихиро на площади не оказалоcь. Странно. Он ведь самым первым пулей вылетел из кабинета, как только объявили обеденный перерыв. Куда он делся?

Из-за своего чрезмерного энтузиазма я пришла раньше всех. Следом за мной подтянулись Химено, занявшая вторую строчку в общем конкурсе, и Марин, возглавившая список рекомендованных за боевые заслуги. На лицах обеих читалась крайняя сосредоточенность.

— О, привет, Момока! — весело помахала мне Марин.

— Привет. Удачи нам сегодня, — отозвалась я. — И тебе, Химено.

— Угу... — едва слышно буркнула лучница.

Они явно нервничали. Как ни крути, для них это был первый настоящий спуск в лабиринт в жизни.

Похоже, мне суждено стать наставницей именно для этой парочки. За последние три дня я начала замечать пугающую закономерность: стоило мне составить идеальный план, как вмешаться в жизнь Акихиро, всё шло наперекосяк и оборачивалось против меня.

Площадь стремительно заполнялась первокурсниками. Народ подтягивался не то что за пять, а за хороших десять минут до назначенного времени. По воле случая я оказалась во главе шеренги первого «А» класса, что давало мне идеальный обзор. Я обыскала глазами всю толпу, но Акихиро словно сквозь землю провалился.

Кстати, вчера господин Саэба неожиданно назначил меня старостой класса. Я пыталась предложить Акихиро на роль своего заместителя, но куратор от этой идеи сразу открестился. В итоге моим помощником стал Рейджи Цукиширо — по правилам академии, старосты должны быть разного пола. То, что яркая Химено, выступавшая на сцене, не получила эту должность, логично: на данном этапе руководство доверяли тем из нас, кто отучился в местных средних классах и прекрасно знал всю подноготную академии.

«Постойте! — осенило меня. — Раз уж я теперь староста, то могу официально пойти искать отсутствующего ученика!»

Но не успела я сделать и шага, как Акихиро наконец соизволил явиться. До общего сбора оставалось от силы минуты две. Какая жалость.

Формально он ничего не нарушил, но поскольку все остальные примчались задолго до звонка, его появление выглядело так, будто он злостный нарушитель дисциплины. Парень без лишних слов поплелся в самый конец шеренги. Очевидно, взять его под крыло у меня сегодня не получится.

Чуть раньше намеченного времени куратор курса, господин Савара, дал команду к началу. Наш класс под предводительством господина Саэбы первым двинулся к терминалам лабиринта.

— Ох, ну и гадость... — поморщилась Марин, едва переступив черту.

— Какое мерзкое ощущение... — содрогнулась Химено.

Для новичков это липкое, обволакивающее марево на входе всегда становилось шоком.

— Идем тихо, не растягиваться, — скомандовал куратор, увлекая отряд вперед. Для ветеранов вроде меня этот лабиринт гоблинов после летних лагерей в средней школе был как родной дом. Никакого страха. А вот Марин и Химено испуганно крутили головами, озираясь по сторонам.

— Тут довольно светло, — шепнула Марин.

— Да, я думала, в подземельях царит вечный мрак, — согласилась лучница.

Этот лабиринт обладал уникальной особенностью — его стены сами излучали мягкий свет. Скорость возрождения монстров тут тоже была аномальной, поэтому академия и заграбастала его себе в качестве идеального тренировочного полигона.

— На первом перекрестке берем правее, — скомандовал господин Саэба.

Мы послушно свернули за учителем. Но стоило нам пройти пару десятков метров, как в хвосте колонны поднялся жуткий переполох.

— Берегись! — раздался пронзительный девичий крик. Этот голос я бы узнала из тысячи. Кумико Сотомура.

— Хирасака, Цукиширо, стоять на месте! Контролируйте коридор впереди. Я проверю, что там в тылу, — мгновенно среагировал куратор.

— Есть! — ответила я.

— Понял, — кивнул Рейджи.

— Черт, я же лично зачищал этот сектор перед практикой... — пробормотал учитель и бросился назад.

— Надо же, Момока, а учитель тебе доверяет, — шепнула стоявшая сзади Марин.

— Не мне одной, Цукиширо тоже, — сухо ответила я, не оборачиваясь и продолжая всматриваться в темноту впереди.

— И что там стряслось? — хмуро буркнул Рейджи.

— Какая разница? Наше дело — держать фронт, — отрезала я.

Спереди никто не появился, и буквально через пять минут куратор вернулся к отряду.

— Все нормально, продолжаем движение.

— Господин учитель, так что там произошло? — настойчиво спросил Рейджи, заметив, что Саэба недовольно хмурится. Учитель явно не горел желанием распространяться о случившемся, но любопытство Цукиширо было вполне оправданным. Мне и самой до безумия хотелось знать подробности.

— Эх... На первом перекрестке из левого тупика выскочил гоблин. Классическая засада. Тварь целилась в Эйру Юкимуру.

Мы продолжали идти, пока учитель вполголоса делился деталями. Я ловила каждое его слово. Юкимура перевелась с обычного гражданского направления, так что для неё это был первый боевой контакт. Против внезапной атаки из засады у новичка не было ни единого шанса. Она могла получить тяжелейшие увечья. И тут, по логике, должна была наступить минута славы для меня и моей исцеляющей магии! Разве не так?

— Закричала Сотомура, она первая заметила тварь. На её крик среагировал Райга Митсушима и попытался закрыть Юкимуру собой, — продолжал куратор.

Сотомура умница, боевая подготовка средней школы не прошла даром. Но если Митсушима — парень с седьмого места общего конкурса — полез под удар дубины без щита, он должен был пострадать сильнее всех. «Неужели мой выход?» — забилось в голове. Райга, конечно, знатно раздражал меня в классе, вечно маяча между мной и Акихиро, но ради приличия я бы так и быть подлатала его раны.

«Постойте! — дикая, коварная мысль обожгла мой разум. — Если Митсушима загремит на больничную койку с тяжелыми переломами, его парта опустеет! И тогда между мной и Акихиро больше не будет никаких преград! О да! Райга! Умоляю, пусть твои травмы окажутся посерьезнее, чтобы отлежаться в госпитале пару-тройку недель!»

— Учитель, насколько сильно ранен Митсушима? — с тревогой в голосе спросил Рейджи. Даже этот высокомерный Цукиширо разволновался за товарища.

О боже... О чем я только что думала? На мгновение я превратилась в какого-то аморального монстра. Желать однокласснику тяжелых увечий ради того, чтобы лучше разглядеть парня? Я опустилась ниже этого гордеца Рейджи. Нельзя превращаться в чудовище. Ладно, Райга, договоримся на три дня. Пусть травма будет легкой, чисто на три дня домашнего режима. Посидишь дома — и мне откроется прекрасный обзор на Акихиро.

— В том-то и фокус, что он цел и невредим, — вздохнул господин Саэба. — Почти одновременно с криком Сотомуры из самого конца колонны выскочил Сузуки. Он на лету перехватил дубину, играючи перенаправил удар в пол, а вторым оружием точным, выверенным движением раздробил гоблину колено. Тварь даже пикнуть не успела. Очевидно, Сузуки заметил засаду еще до того, как Сотомура открыла рот. Наш абсолютный лидер общего конкурса... Впрочем, неважно.

— Но Сузуки ведь впервые в лабиринте! — пораженно воскликнул Рейджи. — Как такое возможно? Уничтожить монстра в одиночку при первом же контакте? Это же бред!

Никакой это не бред. Я едва сдерживала торжествующую улыбку. Ведь это же мой Акихиро! Чему тут удивляться? Он гений! Хвала небесам, я знала, что он особенный. Ах, как бы мне хотелось увидеть этот триумф своими глазами! Ну и... слава богу, что ты цел, Райга. Какая жалость.

— Сотомура лично видела весь бой и описала мне детали. Она парня буквально превозносила до небес, — добавил учитель.

— Сузуки, значит... — раздался тихий, напряженный голос Химено.

Куратор едва заметно, раздраженно цыкнул. Похоже, он не хотел, чтобы лучница, которая и так видела в Акихиро личного врага, услышала о его успехе. Теперь Химено наверняка расшибется в лепешку, требуя позволить ей тоже выйти на одиночную охоту.

— Надо же... Вечно сидит с книжкой, носа не поднимает, а тут такое... — пробормотал Рейджи.

Кажется, даже этот высокомерный парень занервничал. Акихиро со своим вечным чтением уже стал местной достопримечательностью, в первом классе о его странностях знали абсолютно все.

«Постойте! Это же мой шанс! — внутри меня вспыхнуло озарение. — Обратно на поверхность мы должны возвращаться тройками. Если я быстренько помогу Марин или Химено выполнить их норматив, а потом зачищу своего монстра, то мы сможем объединиться в одну группу с Акихиро и вместе выйти на площадь!»

Настроение взлетело до небес. Пора показать, на что я способна. Я устремила на господина Саэбу решительный, пылающий взгляд, без слов заявляя: «Я буду первой!»

— ...Не смотри на меня так, Хирасака. Ты пойдешь первой, я понял, — вздохнул куратор, пасуя под моим напором. — Ну и денек, одни монстры вокруг. Раз уж ты у нас староста, то распределение новичков после практики тоже на твоей совести. Сделай все грамотно.

Есть! Победа! Скоро я буду идти плечом к плечу с Акихиро... Вот только грядущее распределение команд грозило превратиться в жуткую головную боль.

...Разумеется, вместе мы не вернулись. Ну почему всё вечно идет наперекосяк?! Прямо сейчас со мной на площадь возвращались Марин и Химено. Всё случилось ровно так, как я предсказывала в самом начале.

— ...Внешне такой тихий, а в бою — сущий демон, — нарушила молчание Химено, задумчиво глядя под ноги.

— Ха-ха, в лабиринте на лицо никто не смотрит, там главное — реакция! — весело отозвалась Марин.

— Значит, чтобы выжить, нужно быть как минимум не хуже него... — процедила лучница.

— Момока, ты была просто великолепна! — повернулась ко мне Ситара.

— Спасибо, Марин. Но ты тоже показала класс. Я такого еще не видела, — искренне ответила я.

И это была чистая правда. Когда я заблокировала удар гоблина своим маленьким круглым щитом и только открыла рот, чтобы скомандовать «Бей!», Марин среагировала мгновенно. Слог «бе» еще даже не сорвался с моих губ, а она уже сделала молниеносный выпад и одним точным ударом короткого меча рассекла голову монстра надвое, словно спелый арбуз.

Один удар — и цель уничтожена. Мне для этого потребовалось дважды приложить тварь булавой. Впрочем, спишем это на разницу в классах оружия и боевых стилях.

А вот Химено возилась со своим гоблином долго — ей понадобилось четыре выпада, чтобы добить раненую тварь. Зато после того, как она увидела Марин в деле, её высокомерие как ветром сдуло. Она стала вести себя куда скромнее. Сразу видно — пустышка с маленьким сердцем, раз судит о людях только по их силе.

Но даже присмирев, Химено продолжала пожирать Марин соперничающим взглядом. Стоило ей признать в ком-то равного, как в ней просыпался азарт. Прямо как у Кэна Мидо, лидера рейтинга из моей любимой новеллы. Из-за этой забавной черты лучница мне даже немного понравилась. Пусть она и проигнорировала вчерашнее приглашение в караоке.

Впрочем, истинное призвание Химено — это лук, так что на первой практике в ближнем бою она просто не могла показать свой максимум. Её время еще придет.

Марин тем временем продолжала ворчать, рассматривая свой клинок:

— Короткий меч намного легче бамбукового меча для кэндо, да и рукоять у него маленькая, в две руки не перехватить. Чертовски неудобно!

«И при этом уложила тварь с одного удара, веснушчатая ты бестия», — подумала я, но вслух, конечно, ничего не сказала. Ситара действительно оправдывала статус лучшей среди рекомендованных.

— Настоящие мечи стоят безумных денег, первокурсникам они не по карману. Самый паршивый клинок в лавке — и тот под триста тысяч, — вздохнула Марин. — Эх, мне бы что-нибудь подлиннее, чтобы можно было держать обеими руками.

— Тогда тебе стоит потратиться на полуторный меч, — подсказала я.

— Полуторный?

— Ну да. Его можно держать как одной, так и двумя руками, и он гораздо длиннее твоего короткого меча.

— Полуторный меч... — глаза Марин загорелись.

— ...Хирасака, ты так много знаешь. Твои советы действительно бесценны, — подала голос Химено, глядя на меня с уважением.

Отношение лучницы ко мне тоже кардинально изменилось. Когда она начала капризничать и требовать одиночного боя, куратор велел мне выйти вперед и показать класс. Посмотрев на мою работу в качестве защитника, Химено мигом прикусила язык и беспрекословно согласилась работать в паре. Похоже, такие люди признают только авторитет силы. Что ж, упрямых и гордых я даже уважаю.

— Ой, да ладно вам, девчонки, пустяки! — отмахнулась я с милой улыбкой.

— Решено! Я коплю на полуторный меч! — провозгласила Марин. — Правда, в бесплатном прокате я его не видела...

— Его нет в аренде. В магазине Гильдии он стоит... кажется, около восьмидесяти тысяч иен, — вспомнила я.

— Восемьдесят тысяч... Черт. Но я не отступлю! Накоплю во что бы то ни стало!

— Ничего себе цены на оружие, — покачала головой Химено.

— Для лабиринта это еще сущие копейки, самый низший ранг, — улыбнулась я.

— Да уж...

Впрочем, сейчас мне было абсолютно плевать на их мечи. Я сохраняла бдительность, но все мои мысли были об одном: скорее вернуться на площадь, перехватить Акихиро и болтать с ним каждую секунду, пока четвертый класс не выберется наружу!

...Но и эта мечта разбилась вдребезги.

Когда наша тройка вышла на площадь, там стояли только двое мужчин-ювелиров и главный куратор курса, господин Савара. Трое. Акихиро снова испарился. Куда он, черт возьми, вечно пропадает?!

Постепенно площадь заполнялась учениками нашего класса, подтягивались ребята с параллельных потоков, но его силуэта нигде не было видно. На обратном пути в коридорах лабиринта мы с ним тоже не разминулись. Это было выше моего понимания.

Вместо Акихиро ко мне со своими проблемами привязался Рейджи Цукиширо. А мне сейчас меньше всего хотелось слушать его заносчивый голос.

— Хирасака, ты ведь как староста будешь утверждать списки команд на завтра? У меня к тебе дело.

— Ой, Цукиширо, давай без этого. Терпеть не могу лишнюю суету.

— Пожалуйста, выслушай. Я хочу идти в лабиринт соло. Мне нужно раздвинуть личные лимиты.

— Что? Выпускник боевого отделения хочет бродить в одиночку? Ты понимаешь, что из-за твоего эгоизма пострадает баланс остальных групп? О чем ты вообще думаешь, Рейджи?

— ...Я тоже хочу пойти в соло, — внезапно подала голос стоявшая рядом Химено.

Честно говоря, от затей Ураками у меня уже дергался глаз. Она же сама на классном часу кричала, что её профиль — снайпер-лучник! Лучник в соло-рейде — это же верх идиотизма. Если ты не уложишь тварь с одного выстрела, начнется ближний бой, а стрелки к этому не приспособлены. Оставлять Химено без прикрытия было чистым безумием. Против гоблинов её физических данных, конечно, хватит, чтобы не умереть в первую секунду, но это глупо. Вот Марин со своим стилем кэндо еще могла бы потянуть одиночный рейд — боевой потенциал в ближнем бою у неё был колоссальный. Совершенно другой уровень.

К тому же, в классе тридцать пять человек. Если двое уходят в соло, то ломается вся сетка: придется либо искать третьего одиночку, либо лепить кривые тройки. Идеальный баланс — это восемь полноценных четверок и одна тройка. И если нужно, я была готова лично возглавить эту тройку.

Я уже провела предварительные переговоры. Четверо парней из пригласительного отбора вовсю строили иллюзии, мечтая создать «сильнейший отряд мечников». Что ж, раз они такие самоуверенные, пусть идут своей бандой. Будет полезно посмотреть, как они взвоют без поддержки магов из внутреннего потока.

Ведь у нас, выпускников средней школы академии, лимит боевых контактов уже давно перешагнул базовую пятерку. Большинство ребят могли проводить по десять боев в день, а мы с Рейджи и Кумико — все двадцать. Наш потенциал развития был несоизмеримо выше.

Рекомендованные парни сильны физически, но из-за жесткого лимита новичков они смогут убивать от силы по двадцать гоблинов в день на всю ораву. Думать, что при таком черепашьем темпе можно быстро вырасти — наивная глупость. Одиночный порыв Химено страдал той же болезнью: даже если она уложит гоблина в соло, норму по камням она будет сдавать до второго пришествия.

К тому же все выходцы из внутренних классов еще в средней школе сдали норматив в сто магических ядер и получили свой первый боевой навык первого ранга. Моим навыком было «Малое исцеление».

Наличие в отряде человека с активной магией — это колоссальное, решающее преимущество.

Марин была мне симпатична, особенно после нашей совместной прогулки, и подставлять её мне не хотелось. Но план созрел мгновенно: пусть Марин станет третьей в списке одиночек, а эти капризные эгоисты Рейджи и Химено периодически берут её с собой в качестве усиления.

То, что Ситара осталась единственной девочкой среди рекомендованных и парни из её потока сплотились в мужском лагере общежития, было идеальным предлогом оставить её одну. К тому же сегодня на глазах у куратора Марин доказала, что способна в одиночку снести голову монстру. Господин Саэба слова против не скажет.

В таком случае у меня оставалось ровно семь идеальных четверок. Свою же группу я технически оставляла тройкой, чтобы в самый последний момент подойти к пустующему на площади Акихиро и с милой улыбкой сказать: «Ой, Сузуки, у нас как раз не хватает одного человека, пошли с нами!» Гениальный ход. Главное — правильно подготовить почву и сделать так, чтобы Марин гарантированно осталась без команды.

Пока я крутила эти интриги, общее построение подошло к концу. Из лабиринта наконец выбрался Акихиро, заняв свое привычное место в самом конце строя.

Стоило куратору объявить о роспуске, как я легкой тенью бросилась сквозь толпу к хвосту колонны. Вокруг все шумно обсуждали планы на выходные, предвкушая субботний спуск.

Благодаря моим манипуляциям Цукиширо и Ураками получили свое соло. Остальные классы были разбиты на идеальные четверки. Моя группа оставалась тройкой. Цель была близка.

Но когда я пробилась сквозь живую стену учеников к заветному месту, передо мной стоял вовсе не Акихиро. Там стояла Марин. Да как так-то?! Она же только что была в начале строя! А где Сузуки?!

— Марин, а ты чего здесь стоишь? — выдавила я, пытаясь сохранить самообладание.

— А, привет, Момока! Да понимаешь, все уже разбились по командам, я чуть одна не осталась. Вот, пришла к Сузуки, хотела предложить ему пойти в лабиринт парой. Мы ведь из одного прошлого прибыли, думала, он не откажет.

Эта веснушчатая девица... Какая коварная интриганка! Задумать парный рейд с моим Акихиро за моей спиной?! Неслыханная дерзость! А самое ужасное — статус земляков действительно делал её предложение слишком заманчивым для него. От этой мысли меня едва не перекосило.

«Постойте! — вдруг осенило меня. — Какая же я дура! Зачем я выталкивала Марин в соло? Если бы я сама прикинулась одиночкой, то на правах выпускников одной начальной школы могла бы легко провернуть точно такой же трюк и забрать Акихиро себе! Почему эта гениальная мысль пришла мне в голову только сейчас?! Всё потеряно... Хотя нет, рано сдаваться. Не в этот раз, так в следующий!»

— ...И где же наш объект внимания? — спросила я, озираясь по сторонам. На площади его не было. Мое желание видеть его было вечным, но сейчас его отсутствие играло мне на руку. Я костьми лягу, но их парного рейда не допущу.

— Исчез куда-то... — растерянно протянула Марин, тоже оглядывая толпу. Идеально.

Но ситуация требовала решений. Идти тройкой с двумя абсолютными новичками, чьи боевые навыки были на нуле (не считая рекорда Акихиро), было можно, но нагрузка на меня как на защитника возрастала в разы. И тут мне в голову пришла мысль:

— ...Марин. В моей группе как раз три человека. Есть одно свободное место. Пойдешь к нам?

— Ой, правда можно?! Спасибо огромное, Момока! Ты меня просто спасла! — Ситара расплылась в такой искренней, счастливой улыбке, что мне даже стало немного стыдно.

Хотя радоваться было рано. Я попала в собственную ловушку. Взять в команду нелюдимого Акихиро, прикрываясь заботой о слабом однокласснике — это благородный поступок старосты. Но затащить к себе лучшую ученицу рекомендательного потока, которую я сама же перед этим технически изолировала от класса — это выглядело как изощренный, расчетливый заговор коварной стервы! Даже если я этого не планировала, со стороны всё выглядело именно так. Сама себя переиграла.

Ну почему?! Почему каждая попытка приблизиться к Акихиро превращается в какой-то фарс?! Неужели на мне лежит фамильное проклятие Хирасаки?!

— ...Тогда завтра сбор здесь, в девять утра, — вздохнула я.

— Э? Так поздно? — удивилась Марин.

— В смысле — поздно?

— Ну, нам на собрании говорили, что ворота академии открывают в семь утра. Я думала, мы к открытию пойдем.

— Марин, в такую рань в лабиринт никто не ходит, — улыбнулась я.

— Да? Странно. У нас в клубе кэндо перед соревнованиями сбор в пять утра был нормой.

— Пять утра... Ничего себе у вас порядки в спорте.

Сбор в пять утра... О чем вообще думали в этих обычных школах? Чтобы ребенок успел к пяти, вся семья должна была вставать в четыре утра! Если для Марин это норма, то наши девять часов действительно казались ей глубоким обедом.

Но в академии завтрак в столовой общежития накрывали с половины восьмого до восьми пятнадцати. Идти на бой на голодный желудок никто не станет. Самые ранние группы подтягивались к половине девятого, сразу после сборов. А ветераны и вовсе сначала шли в тренировочный зал отрабатывать связки. Так что девять утра — это золотой стандарт.

Этого Ситара, конечно, не знала, ведь из-за жестких рамок боевого отделения искателям запрещалось участвовать в обычных школьных клубах.

К тому же, какой смысл торчать в лабиринте на рассвете, если из-за лимита контактов ты выполнишь норму за полчаса, а потом весь день будешь плевать в потолок? Старшекурсники вообще предпочитали в выходные отсыпаться, спокойно обедать в кафе с друзьями и спускаться в подземелья только к полудню.

— С учетом завтрака в общежитии и сборов, девять часов — самое идеальное время, — пояснила я.

— Ладно, поняла. Тогда до завтра, в девять! — кивнула Марин.

В этот момент к нам подошла Кумико Сотомура в сопровождении какой-то заплаканной девочки из четвертого класса.

— Момока-а-а...

— Кумико? Что случилось?

— Тут девчонки из четвертого класса просят твоей помощи как старосты потока.

— Помощи? С чем?

— Вопрос касается одной ученицы из резервного списка...

— Ах, это той, что... — поняла я.

— Да, прости, Момока, что вешаю на тебя проблемы чужого класса, — вздохнула Кумико.

— Ничего, всё в порядке. Рассказывай.

— В общем, девочка попала к нам по добору, с самым низшим баллом. В первый же день после линейки она грохнулась в обморок, пропустила все приветственные вечера в общежитии и вчера весь день пролежала с температурой. В классе её никто не знает. Сегодня, когда все начали судорожно сбиваться в команды, она просто растерялась, испугалась и тихо сбежала. А так как она последняя в рейтинге, никто особо и не стремится звать её к себе...

— Понятно. Никто не хочет брать обузу в отряд, — вздохнула я. — Тяжелый случай. Придется разбираться.

Мне пришлось переключиться на проблемы четвертого класса. Такова доля лучшей ученицы и старосты потока. В будущем эта ноша должна была лечь на плечи Акихиро... Хотя нет, представить его в роли заботливого лидера класса решительно невозможно. Этот парень скорее использует окружающих ради личной выгоды, чем станет тратить время на чужие сопли.

Наверное, эти унылые обязанности свалились на меня в наказание за мои коварные планы против Марин.

Я ведь просто хочу каждую секунду смотреть на него. Мое любопытство сильнее меня.

Но почему же судьба так жестоко издевается надо мной?..

P.S

8 глава скрытый полигон уже вышла на бусти..

11 апреля 2020 года по календарю Феникса, суббота. Седьмое тренировочное подземелье Хирасаки, третий ярус, секретная комната

Сегодня мой первый официальный выходной в академии Йомоцу. Но вместо отдыха я снова пришел к школьным терминалам лабиринта. Впрочем, я сам этого хотел, так что никаких претензий.

Поскольку ворота академии открываются ровно в семь утра, я ворвался на территорию одновременно со щелчком замка, и уже через минуту моя карта искателя пикнула на турникете Малого лабиринта. Признаться, я ожидал увидеть здесь толпу желающих, но площадь перед входом была абсолютно пуста. У остальных первокурсников вообще есть мотивация? На вчерашней практике мне казалось, что у народа глаза горят, но реальность оказалась плачевнее.

Оказавшись внутри, я сразу запустил навигационный навык «Аксель» и, действуя по вчерашней схеме, собрал за собой приличный трейн из зеленых тварей. Я привел их к заветной плите-переключателю и красиво сбросил в бездну колодца. Правда, двое пронырливых гоблинов в последний момент все-таки умудрились удрать в боковой коридор. Эх, не всё безупречно. Есть над чем работать.

Я плавно спустился на дно ямы, хладнокровно добил выживших чудовищ и принялся собирать лут. Мой улов составил четырнадцать магических кристаллов, две неплохие стальные затычки и одна дубина. Что ж, разоружающая тактика падения действительно творит чудеса с вероятностью дропа, хотя мой общий баланс расходов пока все еще оставался глубоко в минусе.

Но ничего, сейчас начнется самое интересное. Время погрузиться на самое дно читерских геймерских знаний DW.

Для начала я достал из подсумка один эликсир бодрости. Выпивать этот напиток приходится буквально до последней капли. На вкус он напоминает ядреный аптечный энергетик, только без газов. И почему же я пью его с таким благоговением? Да потому, что один такой флакончик стоит ровно десять тысяч иен! Когда ты отдаешь за глоток месячный бюджет, волей-неволей начнешь ценить вкус.

Пусть трюк с колодцем и сберег мои силы, на добивание раненых тварей запас выносливости все равно ушел, так что перед главным делом нужно восстановить резервы организма.

На самом деле дно этого глубокого колодца технически является частью финального, третьего яруса лабиринта. А скрытая каменная дверь за моей спиной — поворотная, и открыть её с внешней стороны коридора невозможно. За ней скрывается секретная комната. На верхних ярусах тоже есть пара подобных ям-ловушек, но они ведут на обычные проходные развилки.

Попасть в эту скрытую зону третьего яруса можно исключительно через этот колодец. Выход из тайника тоже оборудован поворотной плитой, которая открывается уже прямиком в финальный коридор. По сути, это отличная срезка пути к боссу, но ценность комнаты в другом: это официальная зона сокровищ, где гарантированно появляется сундук под охраной специального монстра. И этот страж по своим характеристикам является точной копией финального босса лабиринта.

Для одиночки вроде меня это самый лакомый кусок опыта в этой локации. А главное — скорость его возрождения составляет всего пять минут. В этом и заключается главная прелесть Малого лабиринта. В других подземельях возрождения стражей приходится ждать по часу, а то и по шесть часов, теряя драгоценное время.

Здесь нас ждет вожак гоблинов. И это не какая-то урезанная тренировочная копия, а полноценный элитный мечник. Он вооружен полуторным мечом, круглым щитом и по размерам значительно крупнее обычных зеленых коротышек, хотя все еще ниже среднестатистического старшеклассника. Естественно, как босс, он является сильнейшей тварью во всем лабиринте. Но не стоит забывать, что сам Малый лабиринт — нижайшая ступень в местной классификации, так что при общем сравнении этот «грозный» вожак — обычный слабак.

Вот только для меня, застрявшего на первом уровне без нормальных характеристик, этот слабак — гарантированная путевка на тот свет с одного удара. Поэтому я приготовил тяжелую артиллерию.

Я запустил руку в подсумок и извлек тяжелый, расписанный красно-черными разводами шар размером с мяч для софтбола. Моя взрывная сфера. Стоимость — пятьдесят тысяч иен. Пятьдесят тысяч, карл! Сколько бы я ни копил деньги в прошлой жизни, в день покупки этого арсенала моя интровертная душа рыдала горючими слезами.

Самое обидное, что за убийство вожака гоблинов на оценке в Гильдии дают всего две тысячи иен за кристалл. Быстрое возрождение немного сглаживает углы, но низкая ценность ядра бьет по карману.

Да, сфера разнесет элитника в щепки с одного попадания, но если с него упадет только копеечный кристалл, мой чистый убыток составит сорок восемь тысяч с одного захода. От такой математики выть хочется.

Если бы вместе с ядром выпал полуторный меч, я бы сразу отбил тридцать тысяч. А если упадет круглый щит — еще пятнадцать тысяч сверху. В самом идеальном и фантастическом случае, если выпадут сразу все трофеи, мой убыток составил бы всего три тысячи иен. Но в оригинальной игре DW такой щедрый дроп случался раз на миллион. Так что надеяться на удачу бессмысленно.

Поэтому моя цель при трате четырех сфер общей стоимостью в двести тысяч иен — вовсе не шмотки, а чистый опыт. Достаточно уничтожить четырех вожаков бомбами, чтобы поднять уровень, а дальше возросшая сила позволит мне шинковать их уже вручную... По крайней мере, таков был мой план, но у этой комнаты был еще один скрытый баг.

Пока искатель не откроет наградной сундук, убитый страж будет упрямо возрождаться каждые пять минут. И в момент, когда его магический силуэт полностью соткался из воздуха, а глаза впервые вспыхнули алым светом, у босса есть ровно пять секунд ступора, когда его программный код заблокирован. Игроки в DW называли это «окном уязвимости». И уязвимым в эти секунды был именно монстр, а не человек. Пять секунд, во время которых можно безнаказанно избивать неподвижную тушу еще до официального начала боя — с таким козырем в рукаве победа у меня в кармане.

Что ж, подготовка завершена, читерский спидран объявляется открытым.

Я прижался спиной к каменной плите, навалился на левый край, и стена плавно развернулась, впуская меня в скрытую комнату.

Прямо по центру застыл массивный вожак гоблинов, а за его спиной маняще поблескивал кованый сундук.

В этот миг я окончательно понял: в этом мире я буду на вершине.

— Лови, приятель, — процедил я.

Я с силой вдавил пусковую чеку на сфере и точным броском снизу отправил снаряд точно в цель. Движение вышло до боли похожим на подачу в софтболе.

Красно-черный шар плавно полетел в сторону монстра, и для меня это мгновение словно растянулось в замедленной съемке.

— Гх-ы-ы-а-а-а-о-о-у-у-у!! — лабиринт содрогнулся от оглушительного рева. Вожак активировал свой коронный навык устрашения, накладывающий на противника ментальный статус паники.

Мое тело тут же сковал ледяной ужас, руки налились свинцом, отказываясь подчиняться.

Но в ту же секунду...

БА-А-АХ!

Взрывная сфера детонировала, заполнив комнату ослепительной вспышкой и клубами яростного пламени.

Обгорелая туша вожака с погасшими глазами рухнула на камни. Окутавшись шлейфом искрящихся пикселей, монстр растворился, оставив после себя плотный кристалл размером с мячик для пинг-понга. Цвет ядра был таким же, как у рядовых тварей.

Я судорожно, преодолевая дрожь в пальцах, вытащил из подсумка обычный кухонный таймер. Выставил три минуты тридцать секунд и нажал «старт».

Буквально через десять секунд эффект паники окончательно рассеялся, и контроль над телом вернулся.

Я мазнул взглядом по часам: 07:21:17. Моя первая победа над элитником в мире DW официально состоялась. Пусть технически это и было использованием бреши в самих законах этого мира

— ...Хотя, если честно, если бы эта тварь успела врубить свое устрашение до того, как сфера коснулась её шкуры, я бы там и остался, — прошептал я, и вдоль позвоночника пополз запоздалый липкий страх.

Мне стало по-настоящему жутко.

— Так, стоп, отставить панику. Не смей об этом думать. Только вперед. Думай о хорошем, у тебя все получается. Ты справишься. Всё под контролем. Ты сильный, ты прорвешься.

Когда человеку страшно, он подсознательно пытается заглушить этот ужас потоком бессмысленных слов, и я это прекрасно понимал. Продолжая бубнить под нос всякие ободряющие глупости, я аккуратно поставил таймер на пол, подобрал магическое ядро и убрал его в подсумок. Сундук я трогать не стал — вместо этого я уселся на него, как на табуретку, переводя дух.

— Я справлюсь. У меня всё получится. Я выживу в этой обновленной реальности и дойду до самого финала. Я не сдохну в первой же канаве. Я обязан победить. Победить во что бы то ни стало... — упрямо шептал я, пытаясь вытеснить остатки страха.

Казалось, будто миновавший статус паники всё еще удерживал мою душу в своих цепких лапах.

Следующие три захода прошли как по маслу. По писку таймера я послушно отходил к стене и наблюдал за процессом возрождения. В отличие от игры, где монстры возникали из ниоткуда, здесь на полу сначала вспыхивала причудливая сияющая пентаграмма, затем закручивался небольшой смерч из черного тумана, внутри которого постепенно формировались очертания вожака. Я, не моргая, следил за этим процессом и в ту самую секунду, когда его глаза вспыхивали алым, швырял сферу. Монстр погибал в свое пятисекундное окно уязвимости, даже не успев осознать, что снова жив.

Увы, лут меня не радовал — падали исключительно кристаллы.

— ...Были бы у меня деньги. Тонны денег. Я бы просто скупил весь склад этих сфер и закидал этого босса до потери пульса, — в сердцах проворчал я. — Ну почему я переродился в обычной среднестатистической семье, а не в клане какого-нибудь олигарха? Черт, может, надо было как-то агрессивнее монетизировать свои знания в школе? Брать за шпаргалки к тестам не по пятьсот иен, а по тысяче? Хотя тогда часть клиентов могла отвалиться, и общая прибыль бы упала. Да уж, выжал максимум из ситуации. Мой текущий бюджет — это потолок возможностей. Будем работать с тем, что есть.

Благодаря трем первым заменам я уже до автоматизма выучил тайминг возрождения и без всяких приборов чувствовал нужный момент. Я перенастроил кухонный таймер ровно на пять секунд, решив во что бы то ни стало вбить это окно уязвимости в мышечную память своего тела.

— ...Черт, секунды на слух ловить неудобно. Как же синхронизировать движения? Думай, голова, думай!

Когда над тобой нависает смертельная угроза, мозг начинает работать на повышенных оборотах. И в этот момент меня осенило.

— Нужно просто использовать речевой маркер! Посчитать, сколько боевых движений я успеваю сделать за эти пять секунд. Пока звучит фраза — я наношу удары в окно уязвимости, как только она заканчивается — мгновенно разрываю дистанцию и ухожу в защиту.

Идея была отличной, но требовала практической проверки.

— Точно! Надо просто проверить, сколько раз я смогу рубануть мечом и булавой за эти пять секунд!

Я вскочил и сделал несколько пробных взмахов. Результат заставил меня замереть на месте.

— Погодите... Что за чертовщина?..

И короткий меч, и тяжелая булава двигались в воздухе неестественно легко. Исчезло привычное сопротивление веса, оружие порхало в руках, словно деревянные палочки.

— Значит, полоски опыта я не вижу, но уровни в этом мире действительно растут, как я и рассчитывал...

Филиальская сотрудница вчера намекала мне на это, но теперь я лично убедился в её словах. Я быстро сделал несколько отжиманий, прыгнул на месте, прислушиваясь к новым ощущениям своего обновленного тела.

— О да, теперь мы повоюем...

Страх окончательно отступил, уступив место холодному геймерскому расчету. На полу снова замерцала магическая пентаграмма, а черные клубы дыма начали лепить силуэт вожака. Я бесшумно скользнул к его правому флангу, вытянул вперед оружие, мысленно намечая точки для будущих ударов.

— Сюда, сюда и вот сюда...

Я замер, не моргая, и уставился на его голову.

Тудум... Тудум-тудум... Время словно замедлилось. Есть! Началось!

Алые глаза вожака вспыхнули ярким пламенем, и я в ту же секунду обрушил на него всю свою ярость.

— Получай, тварь! На, на, на, на, на, на, получа-а-ай! — бешено рычал я про себя.

За пять секунд я успел нанести ровно семь сокрушительных ударов: коротким мечом я методично кромсал его правое запястье, лишая возможности удержать клинок, а булавой со всей силы вколачивал в правый висок. Стоило моему внутреннему счетчику отсчитать финальную долю, как я мощным прыжком назад разорвал дистанцию.

Вожак гоблинов медленно развернулся в мою сторону, его глаза горели неподдельной яростью. Я скрестил меч и булаву перед грудью, намертво сжал челюсти и уставился на него в ответ.

— Гх-ы-ы-а-а-а-о-о-у-у-у!! — лабиринт снова захлебнулся его фирменным ревом устрашения.

Ну давай, попробуй сломать меня!

Я приготовился к худшему, но тело лишь слегка вздрогнуло. Статус паники сковал мышцы всего на долю секунды.

Ха! Выкусил?!

— Движения в норме! Я могу сражаться!

Вожак рванулся вперед, занося свой тяжелый полуторный меч для вертикального удара. Я встретил этот выпад в крестообразный замок своего оружия, коротко крутанул кистями, гася силу удара, и резко ушел вбок.

— Ого. Вторая волна страха оказалась куда слабее первой. Мое ментальное сопротивление растет вместе с уровнем. Отличные новости.

Я сделал глубокий выдох, поднял булаву повыше, а меч занес над плечом, принимая классическую атакующую стойку.

Присмотревшись к боссу, я довольно хмыкнул: те зоны, которые я методично обрабатывал в окно уязвимости, превратились в сплошное кровавое месиво. Мои удары наносили колоссальный урон. Победа была близка.

— Ну давай, иди сюда, недоносок. Пора заканчивать этот цирк.

Монстр словно понял мою издевку, взревел и сделал мощный выпад вперед.

Я принял его тяжелый клинок на обух булавы, увел удар в сторону и быстрым скользящим шагом зашел ему за спину, целясь мечом точно по пальцам правой руки.

— Гх-ы-ы?! — взвизгнул вожак.

От дикой боли его пальцы разжались, и тяжелый полуторный меч со звоном улетел на камни. Оформил разоружение!

— ...Черт. В следующий раз в окно уязвимости надо целиться не в запястье, а сразу ломать пальцы. Так будет быстрее.

Мой аналитический ум уже вовсю фиксировал новые тактические фишки для будущих заходов.

Несмотря на статус элитника, этот босс оставался обычным тупым гоблином. Вместо того чтобы уйти в глухую защиту щитом, он глупо наклонился и потянулся к выроненному клинку.

— Куда голову подставляешь, придурок?! — рявкнул я.

И со всей дури опустил булаву ему точно в затылок. Раздался глухой, сочный треск успешного критического попадания, и вожак рухнул на колени.

— Мой выход!

Я наступил левым ботинком на его тянущуюся к мечу лапу, намертво прижимая её к полу, а руками начал методично, как безумный барабанщик, вколачивать удары: меч — булава, меч — булава! Начиная с пятого выпада тварь все-таки умудрилась поднять свой круглый щит, блокируя часть моих атак, но я даже не подумал снижать темп. Мечом я продолжал яростно молотить по металлу оправы, отвлекая внимание, а булавой методично превращал его изувеченный правый висок в кашу. Наконец левая лапа вожака бессильно опустилась, и элитный монстр рухнул лицом в пыль.

Секунда — и его туша растаяла, оставив после себя искрящееся облако пикселей.

А на камнях остался лежать очередной кристалл.

— ...Опять только ядро? Ладно, отставить уныние. Главное — стратегия работает. Я могу побеждать его вручную, а ментальный страх слабеет с каждым новым уровнем. Что у нас еще по списку?

Я привычно шлепнул по кнопке таймера, подобрал трофей и снова углубился в расчеты, прокручивая в голове новые комбинации.

«А если в окно уязвимости целиться сразу в челюсть, смогу я заблокировать его рев устрашения? Надо проверить. Или сделать ставку на гарантированное выбивание щита...»

С этого момента моя охота на вожака гоблинов превратилась в полноценное научное исследование. Страшный и смертоносный монстр, который еще утром вызывал у меня первобытный ужас, в моих глазах окончательно низвелся до уровня обычного подопытного материала.

Я провел в этой комнате весь день. На официальные школьные лимиты боевых контактов я забил огромный болт — у меня ведь был неприкосновенный запас эликсиров.

Каждый раз, когда мои часы подавали сигнал о завершении часа, я спокойно обновлял на ногах руны навыка «Аксель». В полдень я с аппетитом уничтожил гигантский мамин онигири. Стоило запасу сил подойти к критической отметке, я послушно вытаскивал очередной флакон эликсира бодрости и мелкими глотками выпивал его до дна, оправдывая каждую иену. Всего за день ушло шесть флаконов. В эти же паузы я оперативно менял изношенное прокатное оружие на свежие комплекты из подсумка. Я резал и глушил этого вожака снова, и снова, и снова.

К половине пятого вечера моя скорость выросла настолько, что я укладывал элитника строго за те самые стартовые пять секунд его ступора. Охота превратилась в рутинный конвейерный процесс.

В шесть вечера часы издали финальный сигнал. Я неторопливо выпил последний эликсир бодрости, обновил руны скорости и устроил хорошую, основательную растяжку. Достал из подсумка абсолютно новый комплект меча и булавы, сделал несколько пробных замахов, прислушиваясь к идеальному балансу оружия.

— Отлично. Я готов.

Я занял позицию строго напротив поворотной плиты входа. На полу в очередной раз вспыхнули магические знаки и закружился черный вихрь. Я спокойно вскинул оружие.

Силуэт монстра создался до последнего пикселя, алые глаза вспыхнули, и мой внутренний счетчик начал отсчет пяти секунд. Вожак гоблинов сделал первый шаг.

— Гх-ы-ы-а-а-а-о-о-у-у-у!! — разнесся над комнатой его коронный рев.

Вот только мое тело даже не дрогнуло. На этот раз ментальное давление полностью разбилось о мои возросшие характеристики.

— ...Вот и всё, приятель. Ты для меня теперь просто рядовой моб.

Я выставил на кухонном таймере ровно одну минуту, шлепнул по кнопке и бросил прибор на пол.

И еще до того, как стрелка успела сделать первый круг, вожак гоблинов снова превратился в искры.

— Обычный бой без всяких ухищрений занимает меньше минуты. Впрочем, после пятисекундных убийств это было очевидно.

Я подобрал магическое ядро, закинул его в подсумок, и в эту же секунду таймер издал победный писк.

— Потенциал для ускорения еще есть, но на сегодня с этой комнатой пора заканчивать.

Я собрал с пола таймер, упаковал использованное прокатное оружие и скопившиеся трофеи в подсумок и наконец подошел к манящему кованому сундуку.

— Ну здравствуй, сокровище. Надеюсь, ты меня не разочаруешь.

По правилам оригинальной игры DW, в этом сундуке мог оказаться один из трех мистических перстней — красный, зеленый или синий, либо редкий магический подсумок второго ранга.

Каждое из этих колец обладало пассивным эффектом регенерации: красное восстанавливало выносливость, зеленое — магическую энергию, а синее — здоровье. Эти артефакты можно было улучшать до четырех раз: базовый уровень восстанавливал единицу ресурса раз в час, а на максимальном уровне этот показатель вырастал до одной единицы в минуту. Правда, для улучшения требовались редчайшие материалы, так что это была задача на перспективу.

Магический подсумок второго ранга обладал вместимостью в три раза больше базовой модели. В магазине за такой просили три миллиона иен, а перекупщикам его можно было сдать за миллион.

Любой из этих предметов был невероятной удачей. Но поскольку базовый подсумок у меня уже имелся, мне до безумия хотелось вытащить именно перстень.

— Боги рандома, не подведите! — выдохнул я и решительно откинул тяжелую кованую крышку.

На самом дне огромного деревянного ящика одиноко тускнел крошечный ободок металла. Выглядело это довольно комично — огромный сундук ради одной маленькой безделушки.

Но мое сердце пропустило удар.

— Да ладно... Есть! Вытащил!

В центре оправы ярко горел рубиновый камушек. Красный перстень регенерации выносливости. Мой идеальный дроп.

— На базовом уровне эффект почти незаметен, но среди всех эликсиров восстановители выносливости — самые дорогие. Эта штука сбережет мне целое состояние в будущем.

Я без лишних раздумий натянул кольцо на мизинец левой руки. Металл тут же мягко сжался, идеально подстраиваясь под толщину пальца. Функция автоподгона в действии. По телу пробежала приятная, осязаемая волна магии — в реальности этот процесс ощущался куда круче, чем в виртуальной капсуле. Потрясающее чувство.

— Надо будет как-нибудь проверить, можно ли увешать магическими кольцами все десять пальцев.

В оригинальной игре DW стоял жесткий системный блок — на персонажа можно было надеть только два кольца одновременно, по одному на каждую руку. Но в этом реальном мире никаких ограничений интерфейса я не видел. Обязательно протестирую эту фишку, как только соберу коллекцию. Если, конечно, рандом будет ко мне благосклонен.

— Что ж, пора возвращаться короткой дорогой.

Я толкнул выходную поворотную плиту и оказался в финальном коридоре третьего яруса. Отсюда до официальной комнаты босса было рукой подать, так что за безопасность я не переживал. По пути мне попались двое гоблинов-фехтовальщиков и один лучник — я помножил их на ноль за пару секунд и уверенно переступил порог главного зала.

Здешним боссом был всё тот же вожак гоблинов, с которым я сегодня успел познакомиться больше сотни раз. Наш старый добрый приятель.

Разумеется, бой превратился в избиение младенца. Я разнес его за пару мгновений, подобрал упавший кристалл и тяжелый круглый щит. При первом официальном убийстве главного босса лабиринта система гарантированно выдавала либо его меч, либо щит. И мне, конечно же, выпал щит, который ценился на рынке в два раза дешевле клинка. Не повезло. Какая досада. Впрочем, грех жаловаться — в секретной комнате я успел нагрести целую гору этих полуторных мечей, так что переживать из-за одного щита я не стал.

— ...Похоже, всю свою удачу на сегодня я оставил у сундука с кольцом, — философски заметил я.

С этими словами я шагнул на вспыхнувшую по центру зала пентаграмму телепортации. Мир вокруг на мгновение качнулся, в ушах заложило от перепада давления, и я оказался на самом первом ярусе лабиринта, прямо у турникетов выхода.

— Срезка сработала идеально.

Я прошел сквозь липкое защитное марево, приложил карту искателя к терминалу и наконец выбрался на свежий воздух. Я с удовольствием раскинул руки в стороны, подставляя лицо прохладному вечернему ветру.

— Уф-ф-ф... Ну и денечек. Вымотался как собака. Пора домой.

Но это была приятная, правильная усталость. Чувство глубокого удовлетворения от идеально выполненной работы.

На площади перед лабиринтом, как и утром, не было ни души. Ворота академии давно закрылись на выход, вокруг царила тишина. И почему никто не тренируется? Неужели у современных подростков совсем нет амбиций? Ловлю себя на мысли, что за весь сегодняшний день я видел исключительно уродливые зеленые гоблинские морды. Похоже, моими единственными друзьями в этой новой жизни стали лабиринтные монстры... Какой кошмар.

Я неторопливо побрел в сторону своего дома.

Мой итоговый улов за субботний рейд выглядел монументально: четырнадцать обычных гоблинских ядер, два кристалла гоблинов-фехтовальщиков, одно ядро лучника и... ровно сто восемь ядер вожака гоблинов. Символичное число, прямо как количество земных страстей в буддизме. Похоже, я сегодня занимался очищением души через геноцид зеленой нечисти. Из шмота мне досталось: две затычки, одна дубина, шестнадцать отличных полуторных мечей и два круглых щита.

Я с самого начала делал ставку именно на полуторные мечи. Один экземпляр я, конечно же, припрятал для личного пользования, а остальные пятнадцать штук планировал сдать на оценку в Гильдию. Если завтра я повторю этот трюк и соберу еще столько же, то суммарно у меня выйдет тридцать клинков. При цене в тридцать тысяч за штуку это принесет мне целых девятьсот тысяч иен чистого дохода! Мой миллионный убыток испарится на глазах. Спасибо вам, дорогие полуторные мечи! Деньги возвращаются в семью!

— Завтра снова пойду за мечами! — весело буркнул я себе под нос, шагая по пустой улице.

Со стороны я, должно быть, выглядел как сумасшедший подросток, разговаривающий сам с собой. Дикая стыдоба, если подумать.

Дома меня ждал потрясающий, наполненный уютом вечер. На столе исходил паром горячий ужин, приготовленный мамой, а вокруг сидели мои родные. Самая лучшая семья на свете.

— Всем приятного аппетита, — улыбнулся я, беря палочки.

— Приятного, сынок, — отозвалась мама.

— Братик, ну расскажи! Как там в лабиринте? — не утерпела младшая сестра, Нацуми.

— Ну... в самом начале было немного жутко, но когда перебарываешь этот страх, начинается самое интересное, — честно ответил я. — Ты начинаешь просчитывать траектории ударов, думать, как эффективнее достать врага, как заставить его выронить оружие ради ценных трофеев, как сократить время боя до минимума. Выбор снаряжения, правильные эликсиры, использование особенностей рельефа, повадки монстров — тут столько нюансов! Мозг работает на полную мощность. Это безумно увлекательно. Я теперь окончательно убедился, что боевое направление — это мое. Лучший выбор в жизни.

— Ой, братик опять завел свои заумные странные речи, — прыснула сестра. — Но я так рада, что тебе нравится! Ты же об этих лабиринтах с детства грезил.

— И все же, Акихиро, будь осторожен, — серьезно произнес отец, откладывая газету. — Не перегибай палку.

— Да, сынок, отец прав, — поддержала его мама, и на её лицо набежала тень тревоги. — Поешь сначала, а потом послушай, что я скажу. Если честно, моё сердце до сих пор не на месте. Когда ты говоришь, что тебе было «жутко», у меня внутри всё сжимается от страха. К тому же ты у нас обычно молчун, слова не вытянешь, но стоит тебе разволноваться или загореться этими лабиринтами, как тебя буквально прорывает на разговоры. Если это ремесло так сильно влияет на твои эмоции, ты можешь в самый критический момент потерять хладнокровие и совершить роковую ошибку! А твоя сберегательная книжка? Потратить такую огромную сумму ради сомнительного снаряжения... Я спать спокойно не могу, всё думаю: ты ведь теперь полезешь в самые опасные дебри лабиринта, лишь бы вернуть эти деньги! Сынок, если бы ты только знал, как я за тебя боюсь... Я до сих пор мечтаю, чтобы ты перевелся в обычную гражданскую школу. Если дело в деньгах, я улажу этот вопрос! Устроюсь на вторую работу, на третью, возьму подработку, мы всё вернем, только не рискуй жизнью...

— Хи-хи, мама, кажется, тебя саму сейчас прорвало на разговоры, — хихикнула Нацуми.

— Да уж, — улыбнулся отец, качая головой. — В этом вы с матерью похожи как две капли воды.

Глядя на встревоженное лицо мамы, на добрую улыбку отца и сияющие глаза сестры, я почувствовал, как внутри разливается невероятное, щемящее тепло. Наш дом — это самая лучшая безопасная зона.

— Спасибо вам. Извини, мам, что заставляю тебя нервничать. Но обещаю: я буду предельно осторожен. Я добьюсь успеха, стану великим искателем и обязательно обеспечу вам достойную жизнь.

— Мне не нужны твои успехи и великие звания, — тихо ответила мама, и в её глазах блеснули слезы. — Просто возвращайся домой живым. Каждый раз. Большего мне не надо...

Черт... Соберись, Акихиро, не вздумай реветь!

От её слов мне к самому горлу подкатил ком.

Похоже, дневной марафон в лабиринте действительно расшатал мои нервы. Тот первобытный, леденящий ужас, который я испытал перед лицом вожака в секретной комнате, никуда не исчез — он просто затаился глубоко в подсознании, а сейчас рвался наружу от маминой искренней любви.

Чтобы окончательно не опозориться перед родными и не расплакаться прямо над тарелкой, я решил прикусить язык и молча уткнулся в еду.

P.S

На бусти вышло пока 15 глав, перевод активно ведется поралейно с еще двуми нашими тайтлами.

Там же вы можете ознакомиться с карточкой тайтла, информация сколько глав, статус перевода и т.д все активно обновляем..