[[image:/storage/reader-images/556e891efaf3d9f914eea3749d63cdaca2f54604.png]]

[[image:/storage/reader-images/2c20e9cbce143f55ca53bb216cf1314315036e98.png]]

[[image:/storage/reader-images/4788ff8a756cd3028bdb8f870f515d0de0b1e496.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/2ae0530ce64d8809223a847a33650dade5b80800.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/fabaf1ceeae8c0b4e39dc79a7c473e257e026c0d.png]]

— Ещё пожалеешь об этом! Только потом не прибегай ко мне со слезами!

— Да плевать мне, даже если пожалею!

Это происходило по дороге домой после того, как мы подали заявление о разводе через ночное окно приёма документов.

Мы шли вдоль дороги, продолжая ожесточённо ссориться с моей теперь уже бывшей женой, Юдзуханой.

Решение развестись было принято внезапно, после какой-то пустяковой ссоры. Однако, если говорить откровенно, наши отношения уже давно охладели. Даже если бы в этот раз мы сдержались, это лишь отсрочило бы неизбежное.

— Надо было развестись с тобой гораздо раньше! Наконец-то я свободен!

— А?! Не смеши меня! Да ты, помешанный на своей работе, даже не знаешь, что такое свобода!

— Для меня уже свобода, избавиться от твоего вечного ворчания!

— Когда это я тебе ворчала?!

— Ты постоянно заваливаешь меня сообщениями, пока я на работе!

— Потому что ты слишком долго отвечаешь! Я вообще-то готовлю тебе ужин, так что мог бы хотя бы ответить!

— В отличие от тебя, я занят настоящей работой! Мне некогда отвечать на каждое сообщение!

— Хватит вести себя так, будто ты один работаешь!

— У тебя даже переработок нет!

— Даже без переработок я устаю! А когда возвращаюсь домой, мне ещё приходится иметь дело с главным источником моего стресса!

— Это ты главный источник моего стресса!

Когда мы с Юдзуханой только начали встречаться, я считал себя самым счастливым человеком на свете. Когда мы поженились, я искренне верил, что наше счастье продлится вечно.

И вот теперь, всего четыре года спустя, в двадцать семь лет моя семейная жизнь подошла к концу. Если бы я мог вернуться в прошлое, то обязательно предупредил бы себя прежнего.

"Ни за что не женись на этой женщине!"

— Если тебе настолько противно находиться рядом со мной, тогда перестань за мной таскаться!

— Я просто иду домой!

— Это мой дом!

— И мой тоже!

— Вот и переночуй в интернет-кафе! Тебе ведь не привыкать?

— Я ночевал там только потому, что не успевал на последний поезд! Тебе-то хорошо, с работы так рано уходишь!

— Не срывай на мне злость! Ты сам решил устроиться в эту чёрную компанию!

— Да не хотел я там работать! Моя предыдущая компания обанкротилась, а я не мог позволить себе сидеть без работы! Вот и пришлось срочно искать новое место, и в итоге я угодил в компанию, где из сотрудников все соки выжимают!

[[image:/storage/reader-images/8430f33cc3c3255b22f74ac4566fced4daed084b.jpg]]

— Я же говорила тебе хорошенько подумать, прежде чем выбирать работу! Ты совершенно не умеешь разбираться в компаниях!

— А ещё я совершенно не умею разбираться в женщинах!

— Это моя реплика! Если бы мне дали возможность прожить жизнь заново, я бы ни за что снова за тебя не вышла!

— С языка сняла! Если бы я мог вернуться в прошлое, то сделал бы всё, чтобы вообще никогда с тобой не связываться!

Говорят, брак — это могила жизни. Если так, то я только что выбрался из собственной могилы.

Иными словами, сегодня день моего воскрешения.

Отныне я начну вторую жизнь, в которой больше не будет Юдзуханы. Забуду о ней и наконец-то заживу в своё удовольствие.

Но для этого мне нужно как можно скорее от неё отделаться.

Конечно, уступить сейчас — всё равно что признать поражение, но лучше уж переночевать в интернет-кафе, чем продолжать терпеть эту неприятную ситуацию.

У светофора я остановился.

— Ну, раз идёшь, так иди.

— И не вздумай за мной идти.

— Ещё чего! Лучше проследи, чтобы к завтрашнему дню собрал все свои вещи и съехал!

— Да без проблем. Всё равно оставаться в квартире, где до сих пор всё пропитано твоим присутствием, просто невыносимо.

Повернувшись ко мне спиной, Юдзухана ступила на пешеходный переход.

Вот и всё. Я видел её в последний раз.

С этого момента наши жизненные пути больше никогда не пересекутся.

По крайней мере именно так я тогда думал.

Внезапно, воспоминания о времени, проведённом вместе с Юдзуханой, промелькнули перед глазами, словно кадры старой киноплёнки.

И где-то глубоко внутри на мгновение шевельнулось едва уловимое сожаление. Всего на одно короткое мгновение.

Разумеется, я ни за что не предложил бы начать всё сначала. Даже если бы мы снова сошлись, всё наверняка закончилось бы очередным разводом, сделав нас обоих ещё несчастнее.

— ...Ну, бывай.

Я тихо пробормотал эти слова, и Юдзухана обернулась. Из-за сломанного уличного фонаря переход был плохо освещён, поэтому я не мог как следует разглядеть её лицо.

Но мне показалось, будто она чего-то ждёт.

— ...Ты ведь что-то сказал?

— Нет, ничего.

— Да точно сказал! Если хочешь что-то сказать, так говори.

— Я же сказал, ничего! Давай уже иди домо...

Именно в этот момент всё произошло. Краем глаза я заметил какой-то чёрный объект.

Он стремительно приближался, ни на секунду не сбавляя скорости, а в следующее мгновение всё моё тело пронзил сокрушительный удар...

— А-А-А-А-А-А! БО-О-ОЛЬНО-О-О?!

Я резко подскочил на кровати. Левая щека горела!

Она ужасно болела и пульсировала!

— Ну наконец-то проснулся!

Надо мной склонилась девушка с юным, почти детским личиком. На ней была школьная форма в матросском стиле, а чёрные волосы были собраны в хвост.

Она выглядела точь-в-точь как моя младшая сестра Сана в школьные годы...

Но почему Сана здесь? Может, она пришла навестить меня после того, как меня сбила машина? Но если так, зачем было давать мне пощёчину? И вообще... Разве это больничная палата?

Больше похоже на мою комнату. Стоп. Почему я нахожусь в родительском доме?

— Чего уставился в одну точку?

— В смысле?.. Э-э... Ты ведь Сана, верно?

— Конечно, я Сана! Хватит изображать сонную муху, вставай уже.

— Вставать? Но ведь...

Я хотел сказать: "Меня только что сбила машина! Я вообще-то серьёзно пострадал!"

Однако, кроме щеки, у меня больше ничего не болело.

Неужели каким-то чудом я отделался без единой царапины? Если так, тогда...

— С-слушай! А что с Юдзуханой?! Она в порядке?! С ней ничего не случилось?!

— Юдзухана? Это ещё кто?

[[image:/storage/reader-images/164f0a1d18ac30b9ade489a282663b2312f07d7d.jpg]]

— Кто? Моя жена... Нет, уже бывшая жена.

— Ты сейчас про какую-то игру говоришь?

— Да про реальную жизнь я говорю! У неё каштановые волосы, острый взгляд и... Ну, ты же знаешь!

— Похоже, ты так заигрался, что уже перестал отличать реальность от собственных фантазий.

— Не смотри на меня с такой жалостью! Я прекрасно понимаю разницу! Например, в реальности девушки далеко не такие добрые, как в играх!

— Не переживай, мир большой! Наверняка где-нибудь найдётся хотя бы одна девушка, кроме меня, которая будет хорошо к тебе относиться!

— Одна на весь огромный мир, значит...

— Одной вполне достаточно! Надеюсь, ты найдёшь себе хорошую пару!

С этими словами Сана бодро хлопнула меня по спине, словно пытаясь зарядить энергией, и вышла из комнаты. В итоге я так и не понял, что случилось с Юдзуханой и почему Сана была одета в школьную форму.

Совершенно сбитый с толку, я выбрался из кровати... И вдруг почувствовал, что что-то не так.

— ...Подождите-ка.

Это моя комната. Но одновременно и не моя.

Книжные полки стояли совсем иначе, на стенах висели старые, до боли знакомые плакаты, а аниме-товары, которые я когда-то забрал с собой при переезде, по-прежнему находились здесь.

Неужели Юдзухана отправила все мои вещи обратно к родителям?

Но даже если так, кое-что всё равно не сходилось. В таком случае Сана наверняка что-нибудь об этом сказала бы.

Однако она вела себя так, словно вообще не знала Юдзухану. И это было особенно странно, ведь они настолько хорошо ладили, что иногда проводили время вместе даже без меня.

Зачем ей притворяться, будто она не знает мою бывшую жену?

Не в силах разобраться в происходящем, я спустился на первый этаж. В столовой собралась вся моя семья.

Увидев их, я буквально потерял дар речи.

— Что такое, Кохэй? Чего застыл как вкопанный?

— Э-это я должен спрашивать, что происходит! Мам, почему ты выглядишь такой молодой?!

— Ой, просто сегодня макияж особенно удачно лёг.

— Да дело не в макияже! Ты серьёзно выглядишь намного моложе!

— Ох, ну и льстец же ты!

— Да не льщу я тебе! И папа! У тебя волосы такие... густые!

— Видимо, средство для роста волос хорошо подействовало.

— Да никакое средство не способно на такое!

— Эй, братик! Братик!

— Чего?!

— А мне комплимент не полагается?

— Ладно, школьная форма тебе очень идёт!

— Ура-а! Братик сделал мне комплиме-ент!

— Как замечательно, Сана-тян!

— Похоже, Кохэй сегодня настроен раздавать комплименты направо и налево. Что ж, тогда и я присоединюсь. Дорогая, завтрак, как всегда, просто великолепен!

— А сосиски пожарены идеально!

— Хватит уже обмениваться комплиментами! Лучше объясните, что здесь происходит! Мам, почему ты такая молодая?! Пап, откуда у тебя столько волос?! Сана, почему ты в школьной форме?!

— Потому что сегодня учебный день.

— А ты иди умойся и приведи волосы в порядок. Посмотри, что у тебя на голове! Сегодня ведь важный день.

— ...Важный день?

Я всё ещё пребывал в полном недоумении, когда мама обрушила на меня очередную ошеломляющую новость.

— Сегодня у тебя церемония поступления в старшую школу.

Под мрачным, затянутым тучами небом я шёл по знакомой дороге в школу, всё ещё не в силах скрыть своего изумления.

— Никогда бы не подумал, что снова пройду по этой дороге...

Ещё вчера я был двадцатисемилетним работающим взрослым. Однако, проснувшись сегодня утром, обнаружил, что снова стал первокурсником старшей школы.

Я понятия не имею, сон это или реальность, но очень надеюсь, что второе. Ведь если всё происходящее лишь сон, значит, настоящий я, скорее всего, сейчас лежит при смерти после того, как меня сбила машина.

К тому же, если мне действительно выпал шанс заново прожить школьные годы, я смогу вообще избежать женитьбы.

На этот раз я обязательно устроюсь на хорошую работу и буду наслаждаться беззаботной холостяцкой жизнью!

Приняв такое решение, я прошёл через школьные ворота и направился к шкафчикам для обуви.

Взглянув на вывешенный над ними список распределения учеников, я убедился, что попал именно туда, куда и ожидал, — в класс 1-А.

И, как я прекрасно помнил, сразу под именем "Куросэ Кохэй" значилось "Койкава Юдзухана".

Впрочем, даже несмотря на то, что наши места в классе располагались довольно близко друг к другу, избегать Юдзухану будет проще простого.

В конце концов, хотя мы три года подряд учились в одном классе, впервые по-настоящему заговорили друг с другом только после выпуска.

Мы поступили в один и тот же университет, находившийся довольно далеко от дома, и совершенно случайно записались на одну лекцию. Так получилось, что мы сели рядом, и именно с этого всё началось.

Поэтому, если я выберу другой университет или хотя бы не буду посещать те же лекции, что и она, мне вообще не придётся общаться с Юдзуханой.

А значит, я благополучно избегу маршрута, ведущего к женитьбе. Переобувшись в сменную обувь, я направился в класс 1-А.

Большинство одноклассников уже собрались на местах. Среди них была и Юдзухана.

Её светлые, окрашенные в каштановый цвет волосы, уверенное выражение лица, острый, пронзительный взгляд и... Как бы мне ни хотелось это признавать, она была настоящей красавицей с великолепной фигурой.

Прежний я буквально таял каждый раз, когда смотрел на фотографию Юдзуханы, установленную на обоях телефона. Я даже целовал экран столько раз, что и не сосчитать.

Однажды она застала меня за этим занятием, но вместо того, чтобы назвать меня извращенцем, с озорной улыбкой произнесла: "Вообще-то оригинал прямо перед тобой. Ну и что собираешься делать?"

В результате мы слились в незабываемом страстном поцелуе. Прошлое, которое мне хотелось бы стереть из памяти.

Конечно, изменить уже случившееся невозможно, но теперь у меня появился шанс начать всё заново. И если так, мне остаётся сделать лишь одно.

Я сел за парту, даже не взглянув в сторону Юдзуханы, и притворился спящим, чтобы избежать любого общения. Хотя она всё равно вряд ли стала бы со мной разговаривать.

...И всё же я никак не мог расслабиться.

Человек, сидящий позади меня, — вовсе не моя бывшая жена. Она просто одноклассница.

Разумом я это прекрасно понимал, но тревога никуда не исчезала. Вскоре по классу разнёсся до боли знакомый школьный звонок.

Динь-дон, динь-дон...

В кабинет вошла учительница. Это была женщина с добрым лицом. Если я правильно помню, её звали Савасиро-сэнсэй.

В те времена она казалась мне такой взрослой и зрелой, но сейчас я фактически старше неё. Довольно странное ощущение — осознавать, что твоя учительница, по сути, младше тебя.

Тепло улыбнувшись и поздравив нас с поступлением, Савасиро-сэнсэй объяснила расписание на сегодняшний день.

После чего весело объявила:

— Итак! Прежде чем мы отправимся в актовый зал, я хочу, чтобы каждый из вас немного рассказал о себе. Пожалуйста, выходите к кафедре по порядку, согласно списку класса.

Один за другим звучали знакомые имена: Аоки-кун, Иноуэ-сан, Это-сан, Оиси-кун...

Меня накрыла волна ностальгии. Когда я вновь увидел эти лица, осознание того, что я действительно вернулся в прошлое, стало ещё сильнее.

Удивительно, как много я помнил о людях, с которыми в школьные годы почти не общался. Наконец настала моя очередь.

Стараясь не смотреть в сторону Юдзуханы, я вышел к кафедре и произнёс самое обычное, ничем не примечательное представление.

— Меня зовут Куросэ Кохэй, я окончил среднюю школу Ботан. Моё хобби — посещать книжные магазины. Ещё я люблю кино и стараюсь хотя бы раз в месяц ходить в кинотеатр. Надеюсь, мы хорошо поладим!

Под вежливые аплодисменты я вернулся за парту. Следующей была Юдзухана. Встав перед классом, она окинула всех присутствующих уверенным взглядом.

В её поведении чувствовалось спокойствие человека, которому в своё время удалось получить предложения о работе сразу от нескольких компаний.

Однако внешность бывает обманчива. Я-то прекрасно знал, что Юдзухана ужасно боится публичных выступлений. Когда она нервничала, её речь становилась скованной, а слова начинали путаться.

Когда-то я потратил немало дней, помогая ей готовиться к собеседованиям. Благодаря нашим совместным усилиям она научилась говорить чётко, уверенно и убедительно.

В отличие от меня, она даже ни разу не получила письма с отказом в трудоустройстве. Однако в этой временной линии у Юдзуханы вполне могут возникнуть трудности с поиском работы.

Мне было её немного жаль, но...

Учитывая, каким оказался наш брак, возможно, несколько отказов при трудоустройстве — далеко не худшее, что могло бы с ней случиться.

Пока я размышлял об этом, по классу разнёсся звонкий голос Юдзуханы.

— Меня зовут Куросэ Юдзухана, я окончила среднюю школу Кирисима.

...А? Мне не послышалось? Она ведь только что представилась моей фамилией, верно?

И при этом говорила совершенно спокойно, без малейшего намёка на волнение. Её голос звучал чётко и уверенно.

Юдзухана продолжила представляться, но Савасиро-сэнсэй неожиданно перебила её:

— Эм... Ты сказала Куросэ?

— Да, Куросэ... Нет! То есть Койкава! Койкава!

Растерявшись, Юдзухана принялась беспокойно оглядываться по сторонам, то и дело украдкой поглядывая в мою сторону.

— П-простите... Просто в моей семье кое-что произошло, и я до сих пор не могу прийти в себя...

— Ах, вот оно что... Всё хорошо, тебе не за что извиняться, — с пониманием и сочувствием ответила Савасиро-сэнсэй.

Услышав объяснение о "семейных обстоятельствах", остальные ученики, похоже, решили, что фамилия Юдзуханы изменилась из-за развода родителей.

Однако... Ведь это именно то, о чём я думаю, верно? Это ведь может означать только одно, да?

— Спасибо, Койкава-сан. Хорошо, следующий, пожалуйста.

Закончив своё представление, Юдзухана бросила на меня короткий взгляд и, всё ещё немного растерянная, вернулась за парту.

Мне каким-то чудом удалось сохранить невозмутимое выражение лица. Однако сердце колотилось как бешеное. Я не мог заговорить с ней здесь.

Но и поднимать эту тему наедине тоже было слишком рискованно. Поэтому мне оставалось лишь мысленно заорать во всё горло:

— ТЫ ТОЖЕ ВЕРНУЛАСЬ В ПРОШЛОЕ?!

Когда церемония поступления закончилась, моё сердце всё ещё колотилось как барабан.

Одна только мысль о том, что прямо за моей спиной сидит Юдзухана — моя бывшая жена, с которой мы постоянно ругались, — не позволяла мне успокоиться.

К счастью, Юдзухана пока не знала о моём возвращении в прошлое. Если я не совершу какую-нибудь идиотскую ошибку, то смогу пережить эти три года, так и не раскрыв ей правду.

Но стоило представить, что произойдёт, если она обо всём узнает... Три года провести в тесном классе вместе с бывшей женой, постоянно испытывая неловкость?

От одной мысли становилось трудно дышать.

Интересно, именно так чувствуют себя люди, которые расстались после служебного романа?

Как бы там ни было, раз уж всё так сложилось, у меня не оставалось другого выбора, кроме как вести себя точно так же, как в прошлый раз!

Мы с Юдзуханой начали общаться только после окончания школы, поэтому вряд ли она заметит какие-то незначительные несоответствия. И всё же мне следовало быть осторожным, чтобы не слишком сильно отклоняться от своего прежнего поведения.

Пока я укреплялся в этом решении, классный час подошёл к концу, и я пулей вылетел из кабинета. Через три дня, после выходных, официально начнётся моя школьная жизнь бок о бок с бывшей женой.

Но пока я могу вздохнуть спокойно.

Может, стоит поиграть во что-нибудь, чтобы успокоить нервы? Давненько я этим не занимался.

Приняв решение, я направился прямиком домой... Но тут вспомнил кое-что важное.

Ах да. Кнопочные телефоны.

В эту эпоху смартфоны уже существовали, однако свой первый мобильный телефон я получил только при поступлении в старшую школу.

Рынок мобильных игр начнёт активно развиваться лишь через несколько лет, поэтому, даже если я куплю себе смартфон, играть на нём пока будет особо не во что.

В итоге я достал старую консоль двух поколений давности, смахнул с неё пыль и запустил игру, в которую когда-то играл буквально до одержимости.

В ней нужно было управлять военачальником эпохи феодальных войн, уничтожая целые толпы вражеских солдат.

— ......

Когда-то я восхищался тем, насколько реалистично всё выглядело. Но сейчас графика казалась довольно примитивной.

При использовании специальных приёмов частота кадров заметно проседала, и даже эти небольшие задержки почему-то ужасно раздражали.

Минут через десять мне наскучило. Я начал одну за другой запускать старые игры, вызывавшие ностальгию, но так и не смог по-настоящему увлечься ни одной из них.

— Может, схожу в книжный магазин?

Я решил купить какую-нибудь ранобэ, чтобы скоротать время. Однако, когда я уже переодевался в повседневную одежду и собирался выйти из комнаты, мне вдруг вспомнилось кое-что.

Сегодня ведь годовщина смерти моего компьютера. Я не видел случившегося собственными глазами, но тогда кто-то рассказывал, что молния ударила в расположенный неподалёку парк.

Из-за этого мой компьютер сгорел, и какое-то время мне пришлось отказаться от новых игр.

— Похоже, на этот раз мне повезло.

Чтобы защитить компьютер от удара молнии, я выдернул вилку из розетки, взял зонтик и вышел из дома.

Примерно через пятнадцать минут я добрался до ближайшего книжного магазина, где продавались не только манга и книги, но также игры и компакт-диски.

И там...

— Угх...

Я увидел её.

Юдзухану.

Она всё ещё была в школьной форме, так что, видимо, пришла сюда сразу после занятий. Я-то думал, что до понедельника буду в безопасности, а мы столкнулись уже сейчас...

Ну и ладно. Она меня пока не заметила. Просто пережду в отделе видеоигр.

— ...А.

Пока я рассматривал игры, появилась Юдзухана. Стоило ей увидеть моё лицо, как её выражение болезненно исказилось.

Что, настолько неприятно меня видеть? Знаешь что? Я тоже не горю желанием смотреть на твою физиономию!

Естественно, я не стал с ней здороваться. Обычно игнорировать одноклассницу сразу после начала учебного года было бы довольно невежливо.

Однако сегодня наш первый день. Нет ничего странного в том, что я якобы не запомнил чьё-то лицо.

— Ты ведь... Куросэ-кун?

Зачем ты со мной разговариваешь?! Я же специально делаю вид, что не замечаю тебя!

Я понятия не имел, зачем она вообще решила заговорить с человеком, которого якобы терпеть не может. Но раз уж она сама ко мне обратилась, продолжать игнорировать её было невозможно.

Чтобы не вызвать подозрений относительно своего возвращения в прошлое, мне следовало вести себя как обычный первокурсник Куросэ Кохэй.

— Эм... А ты кто?

— Я сижу позади тебя... Ну, та девушка, которая сегодня странно представилась. Койкава.

— А, извини. Я всю ночь играл, поэтому во время представлений был полусонным.

— Вот как? А в какие игры ты играешь, Куросэ-кун?

— А? Почему спрашиваешь?

— Я тоже люблю видеоигры, вот и подумала, может, ты посоветуешь что-нибудь интересное.

Почему ты спрашиваешь именно меня?! Да, временная линия изменилась, но я всё ещё тот же Куросэ Кохэй, которого ты терпеть не можешь!

Если тебе настолько интересно, почему бы не полистать игровой журнал прямо здесь, в магазине?

...Конечно, произнести подобное вслух было бы ошибкой. Если я начну открыто проявлять враждебность, она наверняка что-нибудь заподозрит.

Не знаю, чего добивается Юдзухана, но сейчас главное — сохранять спокойствие.

— ...Ну, если ты увлекаешься играми, то наверняка уже в них играла. Но я бы посоветовал Monster Hunt и Dynasty Warriors.

— Ты тоже в них играешь?! Обожаю эти игры!

Она просияла ослепительной улыбкой. Давненько я не видел, чтобы Юдзухана так улыбалась. И, чёрт возьми, от этого у меня невольно ёкнуло сердце.

Я поспешил прогнать это чувство, вспомнив её язвительные слова из прошлого: "Да я лучше буду жить с клопом-вонючкой, чем с тобой!"

Ага, как же. А я лучше буду делить комнату с тараканом, чем с тобой!

— Monster Hunt мне нравится, но в Dynasty Warriors я провела больше ста часов. Прокачала характеристики всех персонажей до максимума и выучила расположение каждого предмета на всех картах.

— Ого. Койкава-сан, да ты, оказывается, настоящий фанат видеоигр.

— Удивлён?

— Ну, немного.

— Потому что я похожа на хулиганку? Знаешь, вообще-то я совсем не страшная.

Ещё какая страшная. Обычно с ней всё было нормально, но стоило нам поссориться, как градус напряжения взлетал до небес.

Разъярённая красавица выглядит как минимум на пятьдесят процентов страшнее обычной.

— Я ведь сейчас не смотрю на тебя злобно, правда? Просто у меня плохое зрение, поэтому иногда кажется, будто я на всех смотрю исподлобья.

— А, понятно.

Да знаю я.

Семья Юдзуханы жила в сельской местности, но сама она переехала в город и начала жить отдельно. Когда-то она была воплощением скромной и неприметной девушки: чёрные волосы, очки и самая обычная внешность.

Однако, чтобы над ней не насмехались как над деревенщиной, перед поступлением в старшую школу она решила полностью изменить свой образ.

Покрасила волосы, отказалась от очков и сменила стиль одежды. При этом контактные линзы она так и не носила.

Слишком боялась засовывать что-либо себе в глаза. Помню, когда она впервые рассказала мне об этом, я подумал, что это ужасно мило.

Но теперь мне хотелось сказать лишь одно: Да надень ты уже свои чёртовы очки!

— ......

— ......

Между нами повисло неловкое молчание. Похоже, Юдзухана не выдержала напряжения и решила первой нарушить тишину.

— Кстати...

— М-м?

— Куросэ-кун, ты единственный ребёнок в семье?

— Нет, у меня есть младшая сестра...

— Правда?!

Лицо Юдзуханы мгновенно озарилось радостью.

...А, вот оно что.

Значит, она разговаривает со мной только потому, что хочет сблизиться с Саной.

Эти двое всегда настолько хорошо ладили, что нередко проводили время вместе даже без меня, полностью оставляя меня за бортом.

— А как её зовут?

— Сана.

— Сана-тян? Какое милое имя! А какая она? У тебя есть её фотография?

— Нет, нету.

— Ох, жалко. Хотелось бы когда-нибудь с ней познакомиться!

Будь я каким-нибудь отчаявшимся парнем, который изо всех сил пытается сблизиться с Юдзуханой, то наверняка пригласил бы её к себе домой, чтобы познакомить с Саной.

Но в моём восприятии с момента нашего развода прошло всего полдня. Я вообще не собирался больше поддерживать никаких отношений с Юдзуханой.

Поэтому пригласить её домой было бы непростительной ошибкой.

— Извини, моя сестра занимается в баскетбольном клубе. Если хочешь познакомиться с Саной, можешь прийти поболеть за неё на каком-нибудь матче. Ладно, я пойду посмотрю мангу!

Я оборвал разговор и отошёл. Юдзухана не последовала за мной.

А когда я снова обратил на неё внимание, оказалось, что она вообще уже покинула магазин. Выйдя из книжного магазина, я обнаружил, что начался дождь.

Судя по всему, он пошёл совсем недавно, однако вскоре заметно усилился. Вода проникала в обувь, отчего ноги неприятно промокли.

Я торопливо шагал вперёд, хлюпая ботинками на каждом шагу, когда над головой послышались низкие раскаты грома. Помня о предстоящем ударе молнии, я невольно замешкался перед парком.

Однако мой дом находился прямо напротив него, поэтому избежать этой дороги было практически невозможно.

Пожалуйста, только не сейчас. Не бей пока!

От тревоги сердце забилось быстрее. Я ускорил шаг, почти бегом направившись через парк.

И вдруг...

— ......

Краем глаза я заметил человеческую фигуру. За оградой, увитой растениями, в небольшой крытой беседке сидела Юдзухана.

Она сгорбилась, сжалась в комочек и крепко прижимала ладони к ушам.

Какого чёрта она здесь делает?..

Её квартира находилась в соседнем жилом комплексе. От книжного магазина туда можно было добраться несколькими дорогами, но путь через парк был самым коротким.

Я понимаю, почему она решила срезать, если хотела поскорее добраться домой.

Но зачем сидеть здесь? Она до ужаса боится молний...

Когда мы ещё были счастливы в браке, во время каждой грозы Юдзухана непременно прижималась ко мне.

Даже когда мы ссорились, я из соображений такта уходил спать на диван, но она всё равно приходила и просила лечь рядом с ней на кровати, потому что боялась.

Если ей настолько страшно, почему бы просто не побежать домой, вместо того чтобы сидеть здесь?

Внезапная вспышка молнии осветила тёмные тучи, а следом раздался оглушительный раскат грома. Даже закрыв уши руками, Юдзухана наверняка услышала его.

Она сжалась ещё сильнее. Сквозь грохот грома я различил её тихий испуганный писк. И моя решимость пошатнулась.

...Я ведь поклялся больше никогда с ней не связываться.

Если бы она сама ко мне обратилась, избежать общения было бы непросто. Но я твёрдо решил никогда не делать первый шаг.

И всё же...

Если она продолжает сидеть здесь, значит, ничего не знает о предстоящем ударе молнии. Я ненавижу Юдзухану.

Надеюсь, каждый раз, когда она будет участвовать в лотерее, ей станет доставаться самый дешёвый приз. Надеюсь, ей будут отказывать при каждой попытке получить билет на концерт любимого аниме-исполнителя.

Но... Я не хочу, чтобы она пострадала.

— Чёрт возьми...

Тяжело вздохнув, я вошёл в парк и окликнул её со спины.

— ...Койкава-сан?

— ......

— Койкава-сан.

— ......

— Ко-й-ка-ва-са-а-ан!

Я схватил её за плечо.

— Хья?!

Юдзухана вздрогнула и испуганно вскрикнула. Настороженно обернувшись, она увидела меня и облегчённо выдохнула.

— А, это всего лишь ты, Куросэ-кун... Что ты здесь делаешь?

— Я живу неподалёку. Случайно тебя заметил и решил проверить, всё ли в порядке.

— Вот как... Прости, что заставила волноваться.

Я-я вовсе не волновался! Просто мне было не по себе оттого, что ты находишься так близко к моему дому!

— Прячешься здесь от дождя? А складного зонтика у тебя нет?

Она ведь из тех людей, которые всегда носят с собой складной зонтик. И во время наших свиданий мы не раз и не два укрывались под одним зонтом, когда начинался дождь.

Тогда я был по-настоящему счастлив и даже мечтал, чтобы дождь никогда не заканчивался.

Помню, как самодовольно она выглядела каждый раз, когда доставала зонтик.

"Тебе тоже стоит носить такой с собой! Очень удобно!"

Или: "Если бы не я, ты бы сейчас весь промок!"

Когда вспоминаю это сейчас, меня прямо раздражение берёт.

Между прочим, я специально "забывал" свой зонтик дома, потому что знал, как ей нравится ходить со мной под одним!

Дурочка!

— Вообще-то был, но я его отдала.

— ...Отдала?

— Ага. Тут от дождя прятались дети, вот я и отдала им свой зонтик. Их мама должна была скоро за ними приехать, но я ведь не могла просто оставить их мокнуть.

— Понятно.

Вся Юдзухана в этом. Её доброе сердце никогда не позволяло ей пройти мимо человека, оказавшегося в беде.

Даже после всего случившегося эта её черта ничуть не изменилась. Эта девушка слишком добрая.

Я прекрасно это помню.

Ещё до того, как мы начали встречаться, она однажды уступила место в переполненном поезде человеку, который даже не был пожилым.

А когда в незнакомом районе к ней обратилась заблудившаяся бабушка с просьбой подсказать дорогу, Юдзухана не просто объяснила маршрут, а лично проводила её до места назначения.

В те времена я придерживался довольно странного убеждения, будто красивые девушки обязательно обладают отвратительным характером.

Поэтому знакомство с Юдзуханой стало для меня настоящим потрясением. Я и представить не мог, что на свете существует настолько добрая красавица.

...Хотя в итоге оказалось, что я жестоко ошибался.

Я ещё никогда не встречал женщины с таким ужасным характером, как у неё. Если подумать, именно из-за её чрезмерной доброты мне постоянно приходилось попадать в неприятные ситуации.

Она уступала кому-то место в поезде, и в итоге мне тоже приходилось вставать, чтобы уступить место ей.

Она предлагала кому-то помощь, но сама совершенно не знала дороги, поэтому мне приходилось доставать телефон и прокладывать маршрут.

А из-за этого у меня однажды разрядился телефон, и я не смог сделать фотографии во время долгожданного паломничества по местам из любимого аниме.

Нет уж. Никогда больше я не стану дружить с Юдзуханой.

Если честно, одно только осознание того, что мне больше не придётся исправлять последствия её поступков, приносит облегчение.

...Но что мне теперь делать? Нужно придумать естественный предлог, чтобы вытащить её отсюда.

Если я прямо скажу, что сейчас сюда ударит молния, она может что-нибудь заподозрить и догадаться, что я вернулся в прошлое.

Но оставаться здесь ещё дольше опасно. Попасть под машину, а затем получить удар молнией в течение каких-то двенадцати часов...

Это было бы уже чересчур.

Ничего не поделаешь...

— Хочешь зайти ко мне домой? Я одолжу тебе зонтик.

Несмотря на то, что она меня ненавидит, Юдзухана явно пытается сблизиться с Саной. Поэтому, скорее всего, согласится без особых возражений.

— К тебе домой?.. А я точно не помешаю?

— Да нет. В любом случае это лучше, чем стоять здесь и болтать под дождём.

— Спасибо. Тогда я воспользуюсь твоим предложением.

— Отлично, пошли. ...Чего стоишь? Бери уже зонтик.

Когда я протянул ей зонтик, Юдзухана удивлённо заморгала.

— Эм... Ты хочешь, чтобы я шла под ним одна?

— Я ведь сказал, что одолжу тебе зонтик, разве нет?

— Но разве в таких ситуациях не принято идти под одним зонтом вдвоём?

[[image:/storage/reader-images/d358dee87c4af8f9af77b20a8ab7e9f2ff89d3cc.jpg]]

— Тогда мы оба промокнем наполовину! Я потом смогу переодеться, а ты, если хочешь, можешь просто забрать зонтик и одна побежать домой! Правда, тогда мне придётся забирать его обратно в школе, а таскать его туда-сюда — лишняя морока! ...Ты чего смеёшься?

— Просто подумала, как же быстро ты говоришь.

— И-и что с того?! Ну и пусть быстро!

— С такой скоростью ты ведь можешь язык прикусить.

— Ничего я не прикушу! Я привык быстро разговаривать!

Юдзухана тихонько рассмеялась.

— Ты просто стесняешься идти под одним зонтом с девушкой, да? Поэтому пытаешься скрыть смущение, изображая из себя крутого парня?

— Ничего я не стесняюсь!

Я произнёс это довольно громко, но Юдзухана лишь прищурилась и самодовольно улыбнулась. Она выглядела словно старшая сестра, которая забавляется, поддразнивая младшего братишку.

Сколько бы я ни отрицал, Юдзухана прекрасно знала обо мне всё ещё со школьных времён. Она знала, что большую часть времени я был одиночкой и что до неё у меня вообще не было никакого опыта общения с девушками.

Да у тебя самой, кроме меня, никого не было!

Мне ужасно хотелось ответить именно так, но это выдало бы факт моего возвращения в прошлое. Если она узнает правду, мы снова начнём ссориться при каждой встрече.

Признавать поражение было неприятно, но ради спокойной школьной жизни мне придётся потерпеть. Опасаясь, что наш разговор затянется до тех пор, пока молния действительно не ударит, я собрался с духом.

— Д-давай уже быстрее домой.

Когда мы вышли из укрытия и я раскрыл зонтик, Юдзухана подошла поближе и тихо произнесла:

— Спасибо. Прости за беспокойство.

Но едва мы зашагали быстрым шагом, она вцепилась в мою руку.

— Т-ты чего делаешь?!

— П-прости. Просто ты так быстро идёшь...

— ...А так нормально?

— Спасибо. И прости, что тебе приходится подстраиваться под меня.

— Да ничего страшного. Правда...

Юдзухана, которая настолько искренне извиняется...

Что с ней вообще такое?

Она совершенно выбивала меня из равновесия. Рядом со мной находилась моя бывшая жена, с которой я поклялся больше никогда не иметь ничего общего.

Как тут оставаться спокойным?

Всю дорогу до дома мои мысли пребывали в полном беспорядке.

Но именно в тот момент, когда мы почти добрались...

— Кья-а-а!

В воздухе прогремел оглушительный раскат грома. Юдзухана испуганно прижалась ко мне.

— О-она ведь только что ударила, да?! Совсем рядом, правда?! Как думаешь, куда попала?!

— Понятия не имею, но... Может, отпустишь меня?

— А, прости... Ты в порядке? Я не сделала тебе больно?

— Да нет.

Я постарался ответить как можно равнодушнее, однако сердце колотилось как сумасшедшее.

Собственная бывшая жена обнимает тебя, испугавшись удара молнии...

Моё сердце такого просто не выдержит. Впрочем, теперь всё должно быть в порядке. Остаётся лишь отдать ей зонтик и отправить домой.

По крайней мере, таков был мой план...

— Эм, слушай... А можно мне немного побыть у тебя дома?

— У меня дома?.. Зачем?

— Потому что... я боюсь грома. Н-можно?..

— ...Ну, если только подождать, пока закончится дождь, наверное, ничего страшного.

Я не смог отказать Юдзухане, которая смотрела на меня глазами, полными слёз. Поэтому, убедившись, что дома никого нет, я нехотя впустил её внутрь.

Меня совершенно не радовала перспектива приглашать бывшую жену в собственную комнату, но если моя семья нас обнаружит, неприятностей будет ещё больше.

Сана сейчас на тренировке, а мама вернётся с работы только через два часа. Однако на всякий случай я всё равно попросил Юдзухану убрать свои туфли в обувной шкафчик.

— ......

Когда я проводил её в свою комнату, она заметно напряглась. Но вовсе не потому, что смущалась, оказавшись в комнате парня.

Всё её внимание было приковано к большой фигурке девушки с двумя хвостиками, выставленной на видном месте на моей полке.

Это была самая первая фигурка, которую я когда-либо приобрёл. Однажды я заметил её в игровом центре и решил просто ради развлечения попытаться выиграть в автомате с клешнёй.

Однако одна тысячеиеновая купюра сменялась другой. Когда я наконец осознал, что уже не могу остановиться, оказалось, что потратил почти пять тысяч иен.

Когда мне всё-таки удалось её выиграть, чувство удовлетворения было просто невероятным. Но столь же сильным оказалось и огорчение, когда она сломалась.

Во время одной из наших супружеских ссор Юдзухана швырнула фигурку в стену, из-за чего оба хвостика отломились.

Тогда я пришёл в настоящую ярость. И даже сейчас один только вид фигурки пробуждал неприятные воспоминания.

— Хочешь поиграть во что-нибудь? — предложил я, решив сменить тему.

— А можно?

— Всё равно скучно просто сидеть и ничего не делать, пока дождь не закончится. Какие игры предпочитаешь, соревновательные или кооперативные?

— Кооперативные. А ты, Куросэ-кун?

— Я тоже.

Мне было довольно сложно представить, как мы будем действовать сообща, но если выбрать соревновательную игру, всё вполне может закончиться очередной ссорой.

Поэтому я остановился на кооперативном экшене, в котором нужно было уничтожать огромные толпы врагов.

Мы сразу же начали играть. Когда на экране появился вступительный ролик, лицо Юдзуханы просияло от восторга.

— Ух ты! Какая ностальгия!

— Правда? Разве эта игра не вышла только на весенних каникулах?

— А-а, точно. Наверное, я перепутала её с какой-то другой игрой. Значит, персонажи ещё не прокачаны?

— У нескольких моих любимых персонажей характеристики уже на максимуме.

— Дай посмотрю... Ого, и правда. Причём все они девушки.

— И-и что с того?! За женских персонажей просто интереснее играть!

— Разве у мужчин не более крутые приёмы?

— Зато у женских персонажей лучше актрисы озвучки.

— А кто твоя любимая?

— Вот эта.

— А-а, актриса озвучки, выступающая ещё и как айдол. Смотри, не слишком к ней привязывайся. А то, если она выйдет замуж, ты ещё от шока на несколько дней сляжешь.

Она была права.

Тогда я действительно слёг на несколько дней. Причём Юдзухана даже ухаживала за мной, хотя, когда я объяснил причину своего состояния, она лишь закатила глаза.

Впрочем, мне бы хотелось, чтобы она перестала упоминать слово "брак".

Сейчас для меня это довольно болезненная тема.

— Какую сложность выберем?

— Разумеется, самую высокую. Давай встретимся после того, как каждый победит двух генералов.

— Договорились.

Каждый из нас взял под управление своего военачальника, и мы принялись уничтожать вражеские войска. На максимальном уровне сложности противники были весьма сильными, но когда-то я играл в эту игру буквально каждый день.

Обладая подавляющим превосходством в навыках, я прорубил себе путь сквозь вражеские ряды и встретился с Юдзуханой. После этого мы стали действовать сообща, по очереди выручая друг друга и переламывая ход сражения в нашу пользу.

Графика по-прежнему выглядела устаревшей, но совместная игра оказалась на удивление увлекательной. Подобные моменты напоминали мне о счастливых временах нашей супружеской жизни.

Когда в нашем браке ещё царили тепло и взаимопонимание, мы с Юдзуханой почти каждый вечер играли вместе до глубокой ночи. Но со временем все изменилось.

После того как прежняя компания обанкротилась из-за ошибки некомпетентного генерального директора, у меня больше не осталось возможности спокойно наслаждаться играми.

Трещина в наших отношениях постепенно разрасталась. Мы всё сильнее отдалялись друг от друга, а я начал искать спасения от действительности в мобильных играх.

Я совершенно не собираюсь снова сходиться с Юдзуханой. Однако на этот раз обязательно устроюсь в другую компанию.

— Пройдено! Я победила пятерых генералов. А ты?

— Столько же.

— Значит, я победила.

— А? С какой это стати?

— Мой персонаж ведь ещё не полностью прокачан.

— У твоего персонажа изначально характеристики выше. Даже на нынешнем уровне он примерно такой же сильный, как мой.

Наша перепалка вовсе не была ссорой. Скорее, это было то самое дружеское подтрунивание друг над другом, которым мы когда-то постоянно занимались.

Подобные споры означали, что игра становилась всё интереснее. Когда же наш брак начал разваливаться, всё наше общение сводилось к молчаливому недовольству и редким раздражённым вздохам.

— В следующем раунде я тебя точно превзойду, Куросэ-кун.

— А я в этот раз одолею вообще всех генералов.

Крепко сжимая вспотевшими ладонями контроллеры, мы продолжили вместе проходить один этап за другим.

И так продолжалось до тех пор, пока...

— Брати-и-ик!

Ух ты! Сана вернулась!

Я взглянул на часы и обнаружил, что незаметно пролетело целых два часа.

Не могу поверить, что настолько потерял счёт времени, играя с Юдзуханой...

Но сейчас проблема была не в этом.

Мне нужно срочно её спрятать! Мы вообще-то развелись, чёрт возьми!

Не заставляй меня теперь разгребать последствия твоего появления здесь, Юдзухана!

— К-Койкава-сан, спрячься!

— А? П-подожди, зачем?

— Если сестра тебя обнаружит, потом хлопот не оберёшься!

Юдзухана и Сана всегда ладили чересчур хорошо. Им не понадобится много времени, чтобы стать близкими подругами.

А потом, прежде чем я успею что-либо предпринять, Сана начнёт приглашать Юдзухану к нам домой без моего разрешения, и вся семья снова станет воспринимать нас как официальную пару.

Я и без того сблизился с Юдзуханой гораздо сильнее, чем собирался. Если всё зайдёт ещё дальше, это станет настоящей катастрофой.

— Беда, беда, брати-и-ик!

Сана ворвалась в комнату в тот самый момент, когда Юдзухана нырнула под мою кровать.

— Что случилось?! И вообще, сначала стучись, прежде чем входить!

— Я постучала. Мысленно.

— Это не считается! Так что там за беда?

— Смотри!

Буквально подпрыгивая от возбуждения, Сана сунула телефон прямо мне под нос. На экране отображалась фотография полностью разрушенной парковой беседки.

— В беседку в парке ударила молния! Мне Миттян только что сообщение прислала!

— Ага.

— И это всё, что ты можешь сказать?! Ну же, братик, отреагируй хоть как-нибудь!

— Я устал после игр, ясно?

— Ладно, но давай сходим посмотрим!

— Я же сказал, что устал. Схожу, когда дождь закончится, а теперь выйди.

— Обещаешь?!

С присущей ей неуёмной энергией Сана покинула комнату. Как только она ушла, Юдзухана выглянула из-под кровати и тепло улыбнулась.

— Твоя младшая сестра тебя очень любит.

— Ага. И это ужасно утомляет.

— Правда? А мне кажется, от общения с ней, наоборот, заряжаешься энергией.

Благодаря общительному характеру Саны и её привычке без малейших колебаний преодолевать любые преграды в общении, она наверняка казалась глотком свежего воздуха человеку вроде Юдзуханы, которой зачастую было трудно сближаться с людьми.

Во всяком случае, я испытал огромное облегчение от того, что они так и не встретились. Лишние неприятности мне совершенно ни к чему.

— Так что мне теперь делать?

— Обычно, когда Сана возвращается с тренировки, она сразу идёт в душ. Пока она там, ты сможешь...

Дверь внезапно распахнулась.

— А, точно, братик! Я тут хотела воспользоваться освежителем воздуха, но когда открыла обувной шкафчик, увидела какие-то женские туфли и... Братик, ты привёл девушку домой! Как подозрительно!

— Ничего подозрительного здесь нет! И стучись, прежде чем входить!

— Я стучала!

— Мысленно, да?!

— Ну раз ты услышал, то в чём проблема?

— Да ничего я не слышал! Просто уходи уже! И маме об этом ни слова...

— Кохэй! В обувном шкафчике какие-то женские туфли. Ты что, девушку домой привёл? Познакомь меня с ней!

Мне хотелось свернуться калачиком и исчезнуть с лица земли. Пойманные с поличным, мы были вынуждены переместиться в столовую.

Теперь я неловко сидел за столом и наблюдал, как мама и Сана весело беседуют с Юдзуханой за чашкой чая.

Вид собственной матери и младшей сестры, непринуждённо общающихся с моей бывшей женой, был для меня настоящей пыткой.

И почему Юдзухана чувствует себя настолько комфортно? Это вообще-то мой дом.

Дом семьи Куросэ, которую ты вроде бы так ненавидела... Хотя нет, погодите.

Она ведь ненавидела только меня. А вот мою семью всегда обожала. Возможно, даже сильнее, чем собственную.

Она всегда была ближе к моим родственникам, чем я — к её родителям.

Если бы родители Юдзуханы были больше похожи на мою семью, возможно, наш брак продержался бы дольше.

— Койкава-сан, а где ты познакомилась с моим братом?

— В школе, разумеется.

— А кто первым заговорил?

— Я заговорила с ним в книжном магазине, а потом, когда мы прятались от дождя в парке, он одолжил мне зонтик.

— Ого! Как смело с его стороны — вот так подкатывать к девушке!

— Он вовсе не подкатывал. Это была обычная доброта.

— А потом ты сразу отправилась к нему в комнату! И всё это в первый же день старшей школы! Мой братик вдруг с головой окунулся в романтику юности... Как сестра, я очень за него рада, но в то же время мне немножко грустно!

Сана произнесла это с широкой улыбкой, на которой не было и намёка на печаль. Она училась во втором классе средней школы и просто обожала романтические истории.

Неудивительно, что внезапно развернувшаяся любовная история собственного брата привела её в настоящий восторг.

— Но всё-таки, братик, если уж ты пригласил девушку домой, зачем было играть в видеоигры? Могли бы заняться чем-нибудь более романтичным.

— А что в этом плохого? К тому же Койкава-сан, похоже, тоже интересуется играми.

— Правда?

— Ага, мне нравятся видеоигры, — подтвердила Юдзухана.

— Да вы просто идеальная пара!

— Не слишком ли рано делать такие выводы? Мы ведь познакомились только сегодня.

Когда-то я тоже считал, что идеально подхожу одному человеку. Однако, если бы это действительно было так, мы бы не развелись.

— Кстати, Койкава-сан, а что ты думаешь о моём брате? Он ведь тебе хоть немножечко нравится, правда?

— Эй, не задавай ей такие неудобные вопросы. Я потом как следует тебя отчитаю, так что лучше уходи, пока не спросила чего-нибудь ещё более странного.

— Нет, всё нормально. У меня довольно пугающая внешность, поэтому я даже рада, когда кто-то вроде Саны-тян настолько открыто со мной общается.

— Эй, братик, слышал?! Она говорит, что ей нравятся такие девушки, как я! Она слишком хороша для тебя!

— У него немного сложный характер, но в глубине души он хороший парень, поэтому, пожалуйста, продолжай дружить с Кохэем, хорошо? — добавила мама.

— Конечно, если сам Куросэ-кун не против...

Она так говорит, но я совершенно уверен, что на самом деле не хочет со мной дружить.

Просто в присутствии моей семьи она ведь не может прямо заявить: "Я не хочу с ним дружить".

— Конечно, он не против!

Сана радостно вмешалась в разговор, хотя я совершенно не собирался заводить с Юдзуханой дружеские отношения.

Разумеется, сказать об этом вслух я тоже не мог. Иначе они тут же начнут допытываться, почему я так настроен против неё.

А рассказывать о путешествии во времени нельзя ни при каких обстоятельствах.

— А, точно! Койкава-сан, а как тебя зовут?

— Юдзухана.

Сана озадаченно склонила голову набок.

— ...Юдзухана?

— Что, странное имя?

— Нет, очень милое! Просто... Мне кажется, я уже где-то слышала имя "Юдзухана"... А, вспомнила! Это же жена моего братика!

ОТКУДА ОНА ОБ ЭТОМ ЗНАЕТ?!

Стоп. Неужели Сана тоже проживает вторую жизнь?

Может, она тоже вернулась из той временной линии, где мы с Юдзуханой развелись?!

Пока я изо всех сил старался сохранить невозмутимое лицо, сидевшая рядом Юдзухана растерянно заморгала.

— Э-эм... Что ты имеешь в виду под "женой"?

— Не обращай внимания! Она просто шутит!

— Ничего я не шучу! Ты же сам сегодня утром об этом говорил, разве нет? Что-то вроде: "С Юдзуханой всё в порядке?" и "Моя жена" или "бывшая жена". Ты сказал, что познакомился с ней только сегодня, но на самом деле вы ведь знакомы ещё с объявления результатов вступительных экзаменов, правда?

— Я же стояла прямо рядом с тобой, когда мы ходили смотреть результаты! А ведь ничего даже не заметила!

— Теперь понятно, почему ты сегодня утром никак не мог проснуться. Наверняка видел какой-нибудь невероятно счастливый сон, да?

Сана и мама весело улыбались, явно находя ситуацию забавной. Однако Юдзухана выглядела ужасно неловко.

Её щёки нервно подрагивали, а сама она то и дело бросала на меня беспокойные взгляды.

Плохо дело! Если так продолжится, наш секрет о возвращении в прошлое может раскрыться!

— Да я просто спросонья нёс всякую чушь! Лучше вот что! Я ужасно проголодался! Я ведь сегодня ещё даже не обедал!

— Койкава-тян, а ты уже поела?

— Н-нет, ещё нет...

— Тогда давайте закажем суши! Суши!

— Отличная идея! Сегодня особенный день! Кохэй впервые привёл домой девушку, такое событие обязательно нужно отпраздновать!

— А, нет, вообще-то я уже собиралась возвращаться домой...

— Да не стесняйся!

— Чувствуй себя как дома!

Под напором этих двоих Юдзухане оставалось лишь натянуто улыбаться.

Было очевидно, что она хочет поскорее уйти, но не может заставить себя прямо отвергнуть доброжелательность Саны и мамы.

Мне было неприятно помогать ей, однако на этот раз наши интересы совпадали. Поэтому я решил бросить ей спасательный круг.

— Эй, Койкава-сан, разве ты не говорила, что у тебя сегодня ещё какие-то дела?

— Д-да, точно! Совсем забыла! У меня ведь планы!

— Ох, как жаль. А я хотела ещё с тобой поболтать. Койкава-сан, ты живёшь неподалёку?

— Да, в соседнем жилом комплексе...

— Тогда почему бы тебе не проводить её домой, братик?

— П-почему именно мне?.. Койкава-сан наверняка предпочла бы вернуться одна.

— Нет, вообще-то мне было бы спокойнее, если бы ты меня проводил.

Почему-то Юдзухана проявила необычайную настойчивость. Мама и Сана тут же прищурились, расплывшись в многозначительных улыбках.

— Не переживай, если немного задержишься, — совершенно ненужным замечанием добавила мама, провожая нас понимающей улыбкой.

Под мелким моросящим дождём мы молча шли бок о бок, каждый со своим зонтом. Наконец Юдзухана, не выдержав неловкой тишины, первой заговорила.

— С-слушай, Куросэ-кун?

Раз она всё ещё называет меня «Куросэ-кун», значит, пока не до конца уверена, верно? В таком случае мне остаётся лишь продолжать притворяться!

— Д-да? Что такое?

— Ну... То, о чём раньше говорила Сана-тян... Это правда?

— А-а, ты об этом. Ну, понимаешь, вчера я всю ночь играл в симулятор свиданий. Так уж получилось, что я проходил маршрут героини по имени Юдзухана, а потом мне приснилось, будто я женился на ней. Вот и всё. К тебе, Койкава-сан, это не имеет никакого отношения.

— ...Love Minus, — тихо пробормотала Юдзухана.

— Love Minus?..

— Это симулятор романтических отношений, который вышел этой весной.

— Я знаю эту игру, но почему ты вдруг о ней заговорила? Подожди, Койкава-сан, тебя интересует Love Minus?

— Нет. Просто мне когда-то давно один человек рассказал, что это за игра. Там можно познакомиться со старшеклассницей, одноклассницей или младшеклассницей, признаться ей в чувствах, начать встречаться, ходить на свидания... Причём настоящая история начинается только после того, как вы официально становитесь парой.

— А ты довольно много о ней знаешь.

— Да, знаю. И ещё я знаю, что в этой игре нет героини по имени Юдзухана.

— Ну да, в Love Minus такой героини нет, но вчера я играл вообще в другую игру.

— А разве ты сам однажды не говорил, что единственная романтическая игра, в которую ты когда-либо играл, — это Love Minus?

— Кто тебе такое сказал?

— Ты!

— А? Койкава-сан, что с тобой? Ты ведёшь себя совершенно как другой человек.

— Хватит прикидываться дурачком! Ты ведь тоже это сделал, правда?! Вернулся в прошлое!

Она крепко схватила меня за руку, не оставляя возможности сбежать, и закричала.

...Похоже, она окончательно во всём разобралась. На данном этапе, наверное, лучше просто признаться.

Если я расскажу правду, возможно, наконец-то смогу раз и навсегда разорвать с ней все связи.

— Ну и что, если так?

Я сдался и признал правду.

Юдзухана тут же впилась в меня яростным взглядом. Она буквально дрожала от злости, а её лицо покраснело от возмущения и смущения.

— Какой же ты мерзавец! Знал обо всём и молчал! Наверняка всё это время втайне смеялся надо мной, наблюдая, как я отчаянно пытаюсь изображать обычную старшеклассницу!

— Я не настолько жестокий! Меня это возвращение в прошлое ошарашило ничуть не меньше, чем тебя! У меня вообще не было времени размышлять о твоей школьной форме и прочих мелочах! И вообще, разве ты сама не собиралась больше никогда со мной связываться?! Тогда почему сейчас лезешь в мои дела?!

— Это ты первым начал со мной связываться! Почему сразу не признался?!

— Я ждал подходящего момента! Думаешь, мне самому было легко?! Ты хоть представляешь, какой стресс я испытал, пытаясь вести себя нормально после того, как ты представилась Куросэ Юдзуханой?! Мне стоило огромных усилий не выдать себя!

— Значит, ты всё-таки слышал моё представление! А как же твои слова о том, что ты якобы не выспался?!

— Да я действительно не высыпался! Я каждый день работал сверхурочно! Не всем же так везёт, как тебе, возвращаться домой засветло!

— Опять ты за своё! Если бы сразу устроился на нормальную работу, у тебя бы не было таких проблем!

— В следующий раз я обязательно найду нормальную работу! И буду наслаждаться холостяцкой жизнью на полную катушку!

— А я больше никогда не выйду замуж! Особенно за тебя!

— Разумеется! Если увидишь меня в книжном магазине, даже не вздумай со мной разговаривать!

— А ты даже не смей заговаривать со мной, если встретишь меня в парке!

— Да я бы вообще к тебе не подошёл, если бы не знал, что в парк должна ударить молния!

— Ч-что ты пытаешься этим сказать?! Что ты меня спас, что ли?!

— Именно это я и говорю! Могла бы хоть немного благодарности проявить!

— ...Если я тебе настолько не нравлюсь, зачем ты вообще меня спасал?

— Дело было вовсе не в тебе! Просто мне не хотелось, чтобы парк рядом с моим домом превратился в проклятое место! Ты никак не хотела уходить, и я чуть было не погиб вместе с тобой! Молнии, стресс... Такое ощущение, будто тебе нравится сокращать продолжительность моей жизни!

— Если тебе настолько тяжело, тогда просто навсегда исчезни из моей жизни!

— Не переживай, так и сделаю! Это наш последний разговор! И даже не думай заговаривать со мной только потому, что у тебя нет друзей!

— А ты не вздумай фамильярничать со мной только потому, что совершенно не пользуешься популярностью у девушек!

Мы продолжали осыпать друг друга колкостями, словно между нами летели искры, a затем одновременно отвернулись и разошлись в противоположные стороны.

Каждый своей дорогой.

От лица Кохэя Куросэ:Первый учебный день после церемонии поступления

Наступил первый учебный день после церемонии поступления в старшую школу. Когда я поднялся с постели раньше обычного, мама удивлённо посмотрела на меня.

— Надо же! Не каждый день увидишь, чтобы Кохэй проснулся раньше Саны! Что это с тобой?

— Решил, что теперь, когда я старшеклассник, буду вставать пораньше.

— Или, может, ты договорился идти в школу вместе с Койкавой?

— Да ни за что! Ничего подобного!

На самом деле я специально проснулся пораньше, чтобы не встретиться с ней.

В средней школе мы с Юдзуханой каждый день прибегали на занятия буквально в последнюю минуту. Позже я узнал, что она постоянно опаздывала из-за домашних дел: по утрам ей приходилось готовить, стирать и убираться. К тому времени, когда она заканчивала, до начала уроков оставались считаные минуты.

Поэтому, если я стану приходить в школу раньше, смогу избежать встречи с ней у шкафчиков для обуви. Конечно, я предпочёл бы поспать лишние полчаса, но мысль о том, чтобы первым делом с утра увидеть её лицо… Нет уж, спасибо.

Наверняка она тоже не хочет видеть меня по утрам. Какой же я всё-таки заботливый бывший муж! Ей стоило бы поблагодарить меня. Хотя никакой благодарности от неё мне не нужно — меня от этого настолько передёрнет, что, пожалуй, даже стошнит.

Быстро позавтракав и собравшись, я отправился в школу по почти пустой дороге и вошёл на территорию.

Первый пришедший ученик должен был открыть класс. Естественно, я рассчитывал оказаться первым, поэтому заглянул в учительскую, однако ключа от класса 1-А там уже не было.

Кто-то пришёл ещё раньше меня? Вот это усердие! Искренне впечатлённый, я вошёл в кабинет и обнаружил…

— …О нет.

— …А?

Первым учеником оказалась Юдзухана.

Я поставил сумку на парту, нарочно избегая встречаться с ней взглядом, и тут в пустом классе раздалось громкое цоканье языком.

— Чего это ты так рано? Обычно ты приходишь перед самым звонком, а то и опаздываешь.

— Я не опаздывал, а едва успевал, а ты сама чего? Решила сегодня схалтурить с домашними делами?

— Раньше мне было тяжело, но благодаря кое-кому, кто свалил на меня всю работу по дому, я уже привыкла.

— Я тоже помогал тебе! Не делай вид, будто ты не заставляла меня выносить мусор!

— Потому что ты сам говорил: "Всю тяжёлую работу оставь мне!" И нечего так гордиться тем, что выносил мусор!

— А почему мне не гордиться?! Я ведь помогал тебе! Ты даже каждый раз благодарила меня поцелуем!

— З-заткнись! Я целовала тебя только потому, что иначе ты начинал дуться, если не получал награду!

— Ничего я не дулся! Даже без поцелуев я всегда отлично справлялся с уборкой! В отличие от тебя! Ты всё делала кое-как! Помнишь, сколько волос оставалось на липком ролике?!

— Так это всё твои волосы выпадали!

— Даже если допустить, что они были моими, то выпадали наверняка от стресса! А стресс у меня был из-за тебя!

— Если я для тебя такой источник стресса, тогда перестань со мной общаться!

— Так это ты первая заговорила!

— Сам виноват, что сегодня не опоздал!

— Тогда почему бы тебе самой не опоздать?

— Если опоздаю, все решат, что я хулиганка! Меня и так сторонятся, потому что я выгляжу страшно…

Внезапно весь боевой задор Юдзуханы куда-то исчез.

Люди действительно старались держаться от неё подальше, но вовсе не потому, что она выглядела пугающе. Просто она была настолько ослепительно красивой, что казалась недоступной. Если бы она немного смягчила свой броский образ, наверняка производила бы более дружелюбное впечатление.

— Раз тебе так не нравится твоя внешность, почему бы не вернуться к прежнему скромному образу?

— Ни за что. Если я вдруг резко изменю стиль, все подумают, что мой дебют в старшей школе провалился. Это будет ужасно стыдно.

— Стыдно? Но в прошлый раз ты уже провалилась, пытаясь изображать эффектную хулиганку. Может, стоило извлечь из этого урок?

— Я и извлекла! Поэтому сегодня и пришла пораньше. Подумала, что если буду вести себя как примерная ученица, то со мной, возможно, кто-нибудь заговорит…

Мне невольно показалось, что она выбрала какой-то уж слишком окольный путь, но в целом я понимал её чувства.

В отличие от прошлого раза, теперь мы оба намного старше своих одноклассников. Неловко первыми заводить разговор с людьми, которые младше нас больше чем на десять лет. Да и за нынешними школьными отношениями я вряд ли смогу угнаться.

К тому же Юдзухана выросла в деревне. В основном её окружали пожилые люди, поэтому она от природы стесняется общаться с молодёжью и ровесниками. Вот почему бронирование столиков и разговоры с работниками магазинов всегда ложились на мои плечи.

Тогда я гордился тем, что она полагается на меня. Теперь же мне кажется, что она просто перекладывала на меня все хлопоты.

— Если тебе так хочется завести друзей, просто наберись смелости и заговори с кем-нибудь.

— Не могу. Я так нервничаю, что начинаю запинаться и говорить невпопад. Если бывшая хулиганка вдруг начнёт мямлить, люди только сильнее испугаются. Даже ты растерялся, когда я впервые с тобой заговорила.

— Я не испугался. Просто тогда не привык общаться с девушками, поэтому немного смутился.

— Потому что у тебя совсем не было популярности.

— Ладно, признаю, в прошлый раз я не пользовался успехом у девушек. Но это не значит, что и сейчас будет так же! Я, между прочим, научился стильно одеваться!

— Чего это ты так зазнался? Кто, по-твоему, научил тебя разбираться в моде? Если бы не я, ты даже взрослым продолжал бы одеваться так же, как в средней школе!

— Ты ведь даже не знаешь, как я одевался в средней школе.

— Ещё как знаю. Твоя мама показывала мне фотографии.

— Я же просил её никому их не показывать…!

— Где ты вообще раздобыл те перчатки без пальцев?

— З-заткнись! Неважно где!

— Ч-чего ты так кричишь?!

— Потому что ты меня позоришь!

— Ты же ещё и ухмылялась, разглядывая мои школьные фотографии?!

— Потому что считала тебя милым, а не потому, что смеялась над тобой!

— Т-тогда надо было сказать мне об этом ещё в прошлый раз!

— Если бы я похвалила твои старые наряды, ты бы надулся! Помнишь, как я сказала, что мне нравятся аниме-персонажи с чёрными волосами, а ты сразу обиделся и спросил: "Значит, вот какие тебе нравятся?"

— Н-ничего не мог с собой поделать! Я ведь тогда тебя любил! Но теперь всё иначе! Можешь сколько угодно любить персонажей с чёрными волосами или в очках!

— Поздно! Благодаря тебе мне теперь нравятся исключительно персонажи с крашеными волосами и скверным характером! Кстати, ты только что сказала: "Можешь сколько угодно любить персонажей с чёрными волосами или в очках", верно?

— Сказала. И что?

— Почему ты ограничиваешь меня двуxмерными персонажами?!

— Потому что не думаю, что ты способен встречаться с кем-нибудь в реальной жизни!

— Дело не в том, способен я или нет! Просто романтические отношения меня не интересуют! Хотя… возможно, мы бы поладили с Хагакурэ.

Бровь Юдзуханы слегка дёрнулась.

— Хагакурэ? С той тихоней?

— Ага. В прошлый раз, на первом курсе, мы вместе состояли в библиотечном комитете. Она скрытая отаку, так что, думаю, мы бы нашли общий язык.

Юдзухана недовольно скривилась.

Какое ей вообще дело до того, с кем я могу поладить? Почему она так раздражена?

Неужели… ревнует? …Да нет, быть такого не может. Она ведь давно ко мне остыла.

— Ты собираешься приударить за старшеклассницей? Знаешь, вообще-то это преступление.

А, так вот в чём дело. Наверное, даже ненавидя меня, она не хочет, чтобы её бывший муж стал преступником.

— Сейчас мы с ней одного возраста, так что никаких проблем!

— Но внутри ты всё равно старый мужик!

— Ну, если на то пошло, тогда ты просто старуха, которая косплеит старшеклассницу!

— Не говори так! Я и без тебя из-за этого комплексую! Я прекрасно понимаю, что школьная форма мне не идёт… Необязательно лишний раз напоминать!

— Я не говорил, что она тебе не идёт! Раз уж так стесняешься, почему бы не изменить длину юбки? Что, если кто-нибудь увидит твоё бельё?

— А-а тебе какое дело, кто увидит моё бельё?! Или ты хочешь, чтобы воспоминания о моём нижнем белье остались исключительно у тебя?

— Н-ничего я не хочу присваивать! Просто будет странно, если моя бывшая жена вдруг начнёт вести себя как эксгибиционистка! Поняла? С завтрашнего дня носи длинную юбку!

— С моей внешностью длинная юбка сделает меня похожей на хулиганку. Лучше бы ты сам разобрался со своей формой. У тебя и верх, и низ мешковатые! Зачем ты купил настолько большой размер?

— Заткнись! Я думал, что ещё вырасту!

— Не повезло тебе. До ста семидесяти сантиметров ты уже никогда не дорастёшь.

— Вот увидишь! Я буду каждый день пить молоко и наконец преодолею отметку в сто шестьдесят девять сантиметров!

— Удачи. Ах да, и ещё, уходи из библиотечного комитета. На этот раз я хочу туда вступить.

— С какой стати?! Вступай в тот же комитет, что и раньше!

— Я больше не хочу в спортивный комитет. В прошлый раз никто не вызвался добровольцем, поэтому мне пришлось быть группой поддержки на спортивном фестивале. Это было так стыдно, кричать во весь голос…

Спортивный фестиваль проводится сразу после летних каникул. Для такой застенчивой девушки, как Юдзухана, выступать в группе поддержки наверняка было настоящей пыткой. Наверное, она все летние каникулы провела в ужасе от предстоящего мероприятия.

— Вообще-то я и в прошлый раз собиралась вступить в библиотечный комитет! Просто проиграла в "камень, ножницы, бумага". Но на этот раз обязательно выиграю! Я до сих пор прекрасно помню, как проиграла, показав ножницы!

— Не надо стараться выиграть! Если не хочешь иметь со мной дела, выбери другой комитет!

— Если ты не хочешь иметь со мной дела, тогда…

В этот момент в класс вошла одноклассница, и мы оба замолчали. Это была Хагакурэ с её неизменными косичками и очками в чёрной оправе.

Похоже, нашу ссору было слышно даже в коридоре. Когда Хагакурэ вошла в внезапно затихший класс, она огляделась с таким лицом, будто думала: "А? Мне что, послышалось?"

Усевшись за парту, она нервно поглядывала на стены и потолок, словно размышляя: "Неужели только я слышу голоса призраков?", а затем попыталась успокоиться за чтением книги.

После этого мы с Юдзуханой не обменялись ни словом до начала классного часа. На первом уроке нам предстояло распределиться по школьным комитетам.

Судя по всему, Юдзухана и не думала уступать. Она выдвинула свою кандидатуру в библиотечный комитет, а затем победила Хагакурэ в "камень, ножницы, бумага". Так мы с Юдзуханой стали членами библиотечного комитета.

Не могу поверить, что она действительно вызвалась работать в одном комитете со мной. Конечно, для любительницы книг это идеальное место, но ведь ей придётся работать вместе с бывшим мужем! Разве ей самой не будет неловко?

А может, она просто хотела помешать нам с Хагакурэ сблизиться? Я ведь сказал, что мы могли бы поладить, хотя на самом деле даже не собирался за ней ухаживать.

К тому же Хагакурэ — отаку. Точнее, фудзёси, любительница историй о романтических отношениях между парнями.

В отличие от Юдзуханы, с которой наши вкусы каким-то чудом идеально совпадали, с Хагакурэ мне вряд ли удалось бы общаться настолько же непринуждённо.

Позже, на пятом уроке. Всех первокурсников собрали в спортивном зале для знакомства со школьными клубами.

В прошлой жизни я состоял исключительно в "клубе возвращения домой" и проводил свободное время за видеоиграми. Но когда я играл один, это почти не приносило мне удовольствия.

…Скрепя сердце признаю, что играть вместе с Юдзуханой было весело.

Если бы она принялась умолять: "Пожалуйста, господин Кохэй! Позвольте мне поиграть с вами!" — я, возможно, даже снизошёл бы до её просьбы.

Правда, представить, как она склоняет передо мной голову, совершенно невозможно. Поэтому на этот раз я решил попробовать себя в клубной деятельности.

— Сейчас мы начнём представление школьных клубов, которое проведут старшекурсники.

Первыми выступили спортивные клубы: лёгкой атлетики, баскетбола, волейбола, тенниса, бейсбола, настольного тенниса, кэндо, футбола, дзюдо и бадминтона.

Затем настала очередь творческих клубов: каллиграфии, изобразительного искусства, духового оркестра, театрального искусства, игры на гитаре и компьютерного клуба.

К концу презентаций я уже определился с несколькими вариантами.

— На этом представление клубов завершено. В школе также существуют кружки по интересам, которые сегодня не представляли. Если вам любопытно, ознакомьтесь с объявлениями на доске первого этажа, — объявил председатель ученического совета.

После заключительной речи мы все вернулись в классы.

Одноклассники оживлённо обсуждали увиденное:

— Может, потом заглянем в теннисный клуб?

— А после него в бадминтонный?

— Духовой оркестр был просто потрясающий!

— Пойдём посмотрим?

А я дожидался учителя Савасиро. Когда классный час закончился, я быстро заскочил в туалет, а затем направился в кабинет изобразительного искусства на третьем этаже.

По правде говоря, ещё в университете я немного увлекался рисованием.

Я тренировался, изучая работы любимых мангак, поэтому мой стиль, возможно, несколько отличался от привычного для школьного художественного клуба.

И всё же я был уверен, что мои рисунки произведут впечатление на старшекурсников. Если повезёт, меня даже встретят словами: "О, какой многообещающий новичок!"

Представляя, как незнакомые мне старшекурсники будут восхищаться моим талантом, я бодро взбежал по лестнице и…

— …Не может быть.

Прямо перед кабинетом рисования я застыл как вкопанный. У двери, положив руку на ручку, стояла Юдзухана.

Какого чёрта она здесь делает?! Разве она не собиралась вступить в "клуб возвращения домой"?!

Я чуть было не окликнул её, но вовремя прикусил язык. В конце концов, я уже решил больше с ней не связываться.

Однако, словно почувствовав моё молчаливое негодование, Юдзухана оглянулась. Она самодовольно ухмыльнулась, приподняв уголок губ.

— Ну что, опоздал, да?

— Что ты задумала, Юдзухана?!

— Разве не очевидно? Я вступаю в художественный клуб.

— Могла бы уступить его мне!

— Если хочешь, чтобы я уступила, прояви хотя бы немного смирения.

— Ещё чего! Не собираюсь перед тобой унижаться!

— Тогда стой здесь и смотри, как я вхожу в кабинет. Полюбуйся на моё великолепное появление!

Наше мысленное противостояние разгорелось с новой силой. Никто не собирался уступать. Возможно, я лишь воображал её реплики, но наверняка угадал почти слово в слово. По её выражению лица всё было понятно.

И мне оставалось только молча смотреть, как Юдзухана входит в кабинет рисования.

Чёрт возьми! Сначала библиотечный комитет, теперь художественный клуб! Она полностью рушит мои планы!

Старшекурсники, не знающие о нашем прошлом, наверняка приняли бы меня с распростёртыми объятиями. Но я не собирался проводить школьные годы бок о бок с Юдзуханой.

Раз она выбрала художественный клуб, мне придётся искать другое место.

— И всё-таки…

Компьютерный клуб тоже звучал заманчиво, но, похоже, там занимались не видеоиграми. Вероятнее всего, ребята изучали полезные навыки, которые пригодятся им в будущем.

Значит, вся моя надежда оставалась на кружки по интересам.

Насколько я помнил, главное отличие кружка от официального клуба заключалось в количестве участников. Когда кружок набирал необходимое число членов, он мог получить статус клуба, а вместе с ним финансирование и дополнительные возможности.

А значит, кружки наверняка с радостью примут новичков. Я спустился на первый этаж и направился к доске объявлений.

Просматривая расклеенные листовки с приглашениями…

— А!

Мой взгляд зацепился за одно объявление. Кружок исследования манги. Идеальное место для человека, который обожает мангу и увлекается рисованием.

Руководителем значилась Акабанэ Тидзуру, ученица третьего года обучения, первого класса.

На листовке красовалась иллюстрация персонажа, олицетворяющего нашу школу. Стиль был поразительно похож на мой, а качество рисунка — практически профессиональным.

Проводить послеобеденное время со старшекурсницей, чьи художественные вкусы настолько близки моим? Да это же настоящее везение!

Я посмотрел, где располагается кружок, и снова поднялся на третий этаж.

Кабинет кружка исследования манги находился через три двери от художественного кабинета. Когда я добрался туда, дверь оказалась заперта, поэтому пришлось немного подождать.

Вскоре ко мне подошла девушка с длинными чёрными волосами и в очках.

— О? А ты кто такой?

— Я Куросэ из класса 1-А. Вы Акабанэ-сэмпай?

— Именно, я Акабанэ. Значит, Куросэ-кун… Ты хочешь вступить в наш кружок?

— Да! Очень хочу!

— Ах, как замечательно! Тогда заходи, заходи!

Слегка подтолкнув меня в спину, она пригласила меня внутрь.

В помещении стояли полки, заставленные мангой и справочными материалами, а на столе были разбросаны альбомы для набросков и, кажется, фотографии для образцов.

— Ух ты, сколько здесь манги! Сэмпай, это всё ваше?

— Половина моя, остальное оставили прежние участники. Если что-нибудь заинтересует, можешь заходить читать после уроков или даже по выходным.

— Подождите… А другие участники есть?

— Они уже выпустились, — с лёгким смешком ответила Акабанэ-сэмпай.

Как оказалось, кружок основал старшекурсник, окончивший школу два года назад. Тогда здесь состояли четыре человека, и какое-то время кружок даже имел официальный статус клуба.

— Хотя особой разницы нет. Главное отличие клуба от кружка в том, получаем мы финансирование или нет. Сами занятия остаются такими же.

— А чем именно вы занимаетесь?

— В основном делаем наброски, — объяснила она. — Один из основателей считал, что умение рисовать с натуры, освоенное ещё в школе, окажется чрезвычайно полезным. Кроме того, каждый год мы выпускаем собственный журнал к школьному культурному фестивалю.

— Погодите, значит, мы сможем рисовать мангу?!

— Именно. Конечно, сразу создать полноценную мангу будет непросто. Можешь начать с чего-нибудь попроще, например с четырёхкадровых комиксов или даже отдельных иллюстраций. Самое главное, получать удовольствие от творчества. Можно сказать, это девиз нашего кружка.

— Потрясающе! Звучит просто замечательно!

Представив, как провожу послеобеденное время за набросками и рисованием манги вместе с этой взрослой, дружелюбной старшекурсницей, я понял, что лучшего школьного клуба и пожелать нельзя.

Вот оно — идеальное воплощение яркой и творческой школьной юности!

— Я решил! Вступаю в кружок исследования манги…

И тут появилась Юдзухана. Увидев меня, она скривилась так, словно только что надкусила что-то невероятно кислое.

— Фу. Ты что здесь делаешь?

— Я должен тебя об этом спросить! Разве ты не собиралась вступить в художественный клуб?

— Мне там было неуютно. Все участники, парни, и они оказались чересчур приветливыми. Даже начали спорить, кто купит мне напиток. Я почувствовала, что вот-вот устрою в клубе настоящий раскол. Поэтому великодушно уступаю художественный клуб тебе.

— Не решай всё за меня! Я уже выбрал кружок манги.

— Ну а мне кажется, что мне здесь тоже понравится.

— Ты ведь даже не знаешь, чем они занимаются!

— Если тебе это нравится, то, скорее всего, понравится и мне!

— Значит, вы оба хотите вступить? — спросила Акабанэ-сэмпай.

— Нет, вступаю только я! — заявил я.

— Нет, вступаю я! — тут же возразила Юдзухана.

— Я гораздо больше подхожу этому кружку! Между прочим, я уже публиковал собственный додзинси! — гордо выпятил я грудь.

— Ого! Для твоего возраста это впечатляет. К нам пришёл по-настоящему многообещающий новичок! — заметила Акабанэ-сэмпай.

Вот именно эти слова я и хотел услышать! Теперь мне захотелось вступить ещё сильнее.

— Минуточку! Не присваивай все заслуги! Я тоже помогала тебе с тем додзинси! Мы несколько дней подряд не спали ночами! — возмутилась Юдзухана.

— Я ведь как следует отблагодарил тебя! Даже свозил на горячие источники! Три ночи подряд в гостинице по пятнадцать тысяч иен за ночь!

— Ты ведь тоже прекрасно провёл время! И свою долю я оплачивала сама!

— Потому что сама настояла! К тому же я угостил тебя обедом, разве нет?! За две с половиной тысячи иен!

— Не могу поверить, что ты помнишь каждую такую мелочь! Какой же ты мелочный!

— Помню, потому что нам было весело! Тебе ведь тоже понравились горячие источники?

— Ничего не могла с собой поделать! Мы ведь уже столько времени никуда вместе не ездили… Постой, а вы что делаете?

— Включаю диктофон. Ссоры влюблённых, превосходный источник вдохновения для творчества, невозмутимо ответила Акабанэ-сэмпай.

— Мы не влюблённые и не ссоримся! — одновременно выкрикнули мы.

— Но вы ведь встречаетесь?

— Мы не встречаемся! — снова идеально синхронно рявкнули мы.

— Какое удивительное единодушие, — со смешком заметила она.

Сэмпай тепло улыбнулась.

— Как бы то ни было, я была бы очень рада, если бы вы оба вступили.

— Ни за что! Только если она первой откажется вступать! — огрызнулся я.

— И я тоже! Не вступлю, пока он не пообещает держаться подальше! — парировала Юдзухана.

Мы одновременно отвернулись друг от друга и направились к выходу.

— Подождите минутку, — остановила нас Акабанэ-сэмпай.

Она достала с полки небольшую книжечку.

— Это наш сборник, выпущенный к прошлогоднему культурному фестивалю. Даже если не вступите, можете заглядывать к нам в любое время, если вам интересно.

Какая же она всё-таки добрая старшекурсница. И от этого мне становилось ещё обиднее, что у нас с Юдзуханой настолько похожие вкусы.

Когда мы только познакомились, она совершенно не интересовалась мангой, аниме или видеоиграми. Но прежде чем я успел заметить, она превратилась в такую же отаку, как и я.

Для такого одиночки, как я, возможность проводить время с подругой-отаку была настоящим счастьем. Всё пошло наперекосяк, когда я начал испытывать к ней романтические чувства.

Если бы я не влюбился в Юдзухану, мы никогда бы не поженились. Не испортили бы отношения настолько сильно. Вместо этого мы могли бы остаться лучшими друзьями и продолжать наслаждаться теми беззаботными, счастливыми днями.

Симпатичная девушка-отаку стала моей девушкой, а затем и женой. В те времена я совершенно искренне думал: "Я самый счастливый человек на свете!"

А теперь мне хочется как следует врезать тому, прежнему себе.

Если бы только мы не поженились. Если бы только не начали встречаться. Если бы только я не влюбился.

Тогда мы и сейчас могли бы беззаботно проводить время вместе. Но сожалеть уже поздно. Теперь мы не муж и жена, не влюблённые, и между нами не осталось даже следа романтических чувств.

А поскольку мы терпеть друг друга не можем, то не способны быть даже друзьями. Вернуться к тем счастливым дням уже невозможно.

Ни в этой жизни, ни в следующей.

Засунув клубный сборник в сумку, мы с Юдзуханой вышли из кабинета, едва ли не соревнуясь, кто первым окажется за дверью.

Была суббота, немного за полдень.

Закончив обедать, я вышел из дома.

Моей целью было интернет-кафе в торговом квартале. В последнее время я пользовался подобными заведениями лишь как местом, где можно переночевать после работы, но теперь собирался в полной мере насладиться мангой, аниме и бесплатными напитками.

С такими мыслями я направлялся к станции под тёплым весенним солнцем, когда вдруг…

— …Какого чёрта ты здесь делаешь?

— Я должна тебя об этом спросить.

На платформе я столкнулся с Юдзуханой.

На ней было платье и кардиган. Наряд выглядел мило, чего нельзя было сказать о том, каким острым, пронзительным взглядом она на меня смотрела. Казалось, она готова в любую секунду наброситься на меня.

— Ты что, преследуешь меня?

— Это я должна тебя спросить! Может, ты читаешь мои мысли и специально пытаешься меня опередить?

— Спасибо, но сверхспособностей у меня нет. Зато я прекрасно понимаю, о чём ты думаешь. Сейчас ты наверняка думаешь: "Этот наряд ей совершенно не идёт".

— Ну, по крайней мере, теперь я точно убедился, что мысли ты читать не умеешь.

— О, значит, я угадала, верно?

— Нет.

— Тогда что ты думаешь о моём наряде?

— Милый. Сам наряд.

— Комплименты от человека, который совершенно не разбирается в моде, меня не радуют.

— И что, чёрт возьми, я должен был ответить?!

— Правильным ответом было бы уйти со станции.

— К твоему несчастью, уходить я не собираюсь.

— Тогда пересядь в другой вагон.

— Не обязан я оказывать тебе такую любезность.

Пока между нами продолжали летать искры, Юдзухана вдруг что-то вспомнила и заговорила:

— Кстати, я ведь каждый год дарила тебе шоколад на День святого Валентина. Ты должен вернуть мне этот долг. Прямо здесь и сейчас.

— Я уже отвечал тебе подарками на Белый день, так что мы квиты.

— Что, прости?! Мой шоколад был приготовлен собственными руками и наполнен любовью!

— А я потратил кучу времени, подбирая идеальный ответный подарок. Кстати, ты ещё должна мне за тот случай, когда посреди ночи тебе вдруг приспичило куда-нибудь съездить, а я повёз тебя кататься на машине.

— Я отблагодарила тебя массажем, так что мы квиты! Кстати, помнишь, как ты вздыхал и говорил: "Девушки в белом платье и соломенной шляпе существуют только в аниме…"?

— И что с того?

— Я ради тебя отправилась на подсолнечное поле именно в таком наряде. Так что этот долг тоже погашен.

— Это перекрывается ожерельем с подсолнухом, которое я подарил тебе, потому что видел, как сильно ты его хотела. И давай не забывать о твоём тогдашнем увлечении рисунками на латте.

— Ах да, помню. Тогда это было очень популярно в соцсетях. Я даже купила фотоальбом.

— А я сводил тебя в кафе, где рисовали на латте, и сам научился делать такие рисунки, чтобы ты могла наслаждаться ими когда захочешь. Два аргумента. Твой ход.

— Ладно, мой ход. Однажды ты вдруг сказал: "Интересно, какие ощущения испытывает человек, когда к нему применяют кабэ-дон?" И я устроила тебе кабэ-дон. Это покрывает один долг.

— Слабо. Совершенно неубедительно.

— Но ты ведь был в восторге! Даже сказал: "Оказывается, от этого сердце и правда начинает колотиться".

— Это неважно. К тому же ты должна привести два примера.

— Почему два?

— Потому что я привёл два. Сводил тебя в кафе и научился сам рисовать на латте. Видишь? Два. Всё честно.

— Считай это одним!

— Не-а. Либо два примера, либо я победил.

— Уф, какой же ты мелочный! Ладно, как хочешь. У меня всё равно полно воспоминаний!

Мы продолжали обстреливать друг друга воспоминаниями, словно пулями. Но прежде чем определился победитель, прибыл поезд, и мы оба поспешили внутрь.

Там оставалось одно свободное двухместное сиденье, и мы наперегонки бросились к нему. Мне удалось первым занять место у окна, но Юдзухана тут же плюхнулась рядом.

— Почему ты села здесь? — спросил я.

— Потому что больше негде.

— Там и тут есть ещё несколько свободных мест.

— Я нервничаю, когда сижу рядом с незнакомыми людьми. Ясно?!

А вот рядом с бывшим мужем, значит, не нервничаешь? Хотя спокойствия это ей, наверное, тоже не прибавляет.

— Здесь тесно. Подвинься немного.

— …Эгоист.

— Ты сейчас назвала меня эгоистом?

— Нет. И перестань разговаривать. Ты мешаешь другим пассажирам.

Для Юдзуханы, которая очень заботилась о том, какое впечатление производит на окружающих, фраза "Ты мешаешь другим" сработала безотказно. Она замолчала, хотя по её лицу было видно, что ей ужасно хочется высказать всё накопившееся недовольство.

— Тогда дай мне свой телефон, — пробормотала она.

— Зачем?

— Просто дай.

— …Ладно. Только не сломай.

Я протянул ей свой раскладной телефон. Она немного понажимала кнопки и вернула его мне. Затем достала собственный телефон и что-то напечатала.

[Ты ведь назвал меня эгоисткой, правда?]

Пришло письмо с незнакомого адреса. Мне даже не понадобилось проверять, чтобы понять, от кого оно. Раз нельзя разговаривать в поезде, Юдзухана решила продолжить допрос по электронной почте.

Она не только помнит каждую мелочь из прошлого, но и способна бесконечно долго держать обиду. С трудом управившись с неудобным интерфейсом старого раскладного телефона, я набрал ответ.

[Пожалуйста, прекратите рассылать спам. Я пожалуюсь на вас.]

Шлёп!

Она легонько ударила меня по бедру.

[Никакого насилия!]

[Ты ведь точно назвал меня эгоисткой?!]

Как всегда, невероятно настойчивая…

Чтобы сменить тему, я отправил ей смешную фотографию Саны, которая скорчила забавную рожицу.

Юдзухана тихонько фыркнула от смеха.

И тут же…

Шлёп!

[Не смеши меня! Окружающие подумают, что я какая-то странная.]

[Если тебя это беспокоит, почему бы тебе самой не попробовать меня рассмешить?]

[Ладно. Отвернись.]

Я повернулся к окну, и через мгновение послышался тихий щелчок затвора камеры. Пришло письмо с прикреплённой фотографией.

Открыв её, я увидел лицо Юдзуханы.

[Почему ты сложила губы так, будто собираешься целоваться?]

[Это я надулась! Неужели, когда мы целовались, я выглядела вот так?!]

[Это известно только мне.]

[Скажи честно! Я не разозлюсь!]

[Не скажу. Ты всегда так говоришь перед тем, как разозлиться.]

[Я же сказала, что не разозлюсь!]

[Вот видишь, ты уже злишься.]

[Я не злюсь!]

[Всё ещё злишься.]

Она испепелила меня взглядом как раз в тот момент, когда поезд прибыл на нужную станцию. Стоило мне собраться подняться, как Юдзухана тоже встала.

В этом не было ничего удивительного. Если выбираешься куда-нибудь на выходных, то обычно направляешься либо в торговый центр, либо в торговый квартал, а эта станция была ближайшей к обоим местам.

Не сказав друг другу ни слова, мы вместе покинули станцию. Мои шаги от природы были длиннее, но Юдзухана быстро семенила рядом, словно соревнуясь со мной.

— Перестань за мной ходить, — заявила она.

— Это ты за мной ходишь. И вообще, зачем ты со мной разговариваешь? — парировал я.

— Разговаривать на улице никому не мешает.

— Мы ведь договорились не связываться друг с другом.

— Ты сам первый начал ко мне приставать.

Продолжая препираться, мы шли вперёд, пока не добрались до торгового квартала. И почти одновременно остановились.

— Ты тоже идёшь в интернет-кафе?!

— Ты собираешься в интернет-кафе?!

Осознав, что направляемся в одно и то же место, мы наперегонки бросились внутрь.

Заведение было небольшим, и по выходным свободные места здесь часто заканчивались. Я ни за что не собирался позволить ей занять последнее место и уязвить мою гордость.

Мы одновременно добрались до стойки, где нас приветливо встретил сотрудник.

— Добро пожаловать! Столик на двоих?

— Нет, на одного! — хором ответили мы.

Сотрудник на мгновение замешкался, а затем извиняющимся тоном произнёс:

— Мне очень жаль, но сегодня у нас довольно много посетителей. Сейчас осталось только одно свободное место.

— Уступи его мне, — сказал я.

— Это ты должен уступить! У тебя дома и так полно манги!

— А я сегодня настроился провести целый день в интернет-кафе.

— Я с самого утра думала о манге, которую хочу здесь прочитать!

— Почему ты не носишь очки постоянно? У тебя ведь и так плохое зрение, — спросил я, устроившись на сиденье с юмористической мангой в руках.

Юдзухана поправила очки и сердито посмотрела на меня.

— Что за непрошеные советы? Я не люблю носить их без необходимости.

— Это не совет, а здравый смысл. Если будешь всё время щуриться, зрение станет ещё хуже.

— Спасибо, но мне не нужно, чтобы ты беспокоился о моих глазах. Я надеваю очки только когда читаю. К тому же…

Она слегка надула губы.

— Мне кажется, они мне не идут.

Я тихонько хмыкнул.

— Да нормально тебе идут очки.

— …Что?

— Я сказал, что они тебе идут. Теперь довольна?

Её губы дрогнули. Казалось, она пыталась сдержать улыбку и одновременно не знала, что ответить.

— Как хочешь. Наверняка ты говоришь это только для того, чтобы я замолчала.

— Думай что угодно.

Я отвернулся к манге и открыл первую страницу.

Краем глаза я заметил, как Юдзухана теребит дужку очков. Было очевидно, что комплимент её немного обрадовал, хотя она старалась этого не показывать.

— Хватит сидеть и глазеть, — сказал я, переворачивая страницу. — Разве не ты с самого утра рвалась что-нибудь почитать? Вот и читай.

— Не твоё дело, — пробормотала она, взяв лежавшую неподалёку романтическую мангу и принялась читать.

Некоторое время между нами раздавался лишь шелест переворачиваемых страниц. Несмотря на то что мы сидели так близко друг к другу, атмосфера оказалась вовсе не такой тяжёлой, как я ожидал.

Наоборот, всё казалось почти… обычным.

Словно мы снова вернулись в те времена, когда могли проводить время вместе без постоянного напряжения. Но эта мысль недолго задержалась в голове.

Всё это лишь временно. Наши планы случайно совпали, вот и всё. И всё же, взглянув на Юдзухану, полностью поглощённую книгой, с очками, слегка сползшими на переносицу, я невольно подумал…

Может быть, это не так уж и плохо.

— Не хочу. Мне будет стыдно, если я вдруг начну постоянно носить очки.

— Ты слишком много об этом думаешь. Никто не обращает на тебя столько внимания.

— Дело скорее в моих собственных ощущениях… Ты уверен, что я не выгляжу странно?

— Какая же ты настойчивая. Я уже сказал, что они тебе идут.

— Но ты ведь на самом деле не сказал, что они мне идут…

Юдзухана опустила лицо, сама оборвала разговор и вернулась к чтению. Я, сидя рядом с ней, тоже погрузился в свою мангу.

Поначалу присутствие Юдзуханы отвлекало меня, но вскоре я настолько увлёкся историей, что…

— …Пф-ф!

— …Что смешного?

— Ничего. Просто засмеялся.

— Понятно.

Она ответила сухо, однако ей явно стало любопытно, что я читаю, и она то и дело украдкой заглядывала в мою мангу.

Это отвлекало.

— …Хочешь узнать?

— Конечно хочу. Что ты читаешь?

— Вот это.

Я показал ей страницу, на которой не удержался от смеха. Юдзухана взглянула на неё и тихонько хихикнула.

— А, эта манга. Разве по ней ещё не сделали аниме?

— Сделают. Через пять лет. Видимо, время наконец-то до неё доберётся. Надо отдать должное человеку, который одобрит экранизацию. У него отличный вкус.

— Согласна. Я слышала, что мангу чуть не закрыли в самом начале, но ведь она действительно хороша, правда?

— Ага. Какое-то время я даже думал, что у меня какое-то странное чувство юмора, раз она не пользовалась популярностью. Но когда увидел, как ты тогда над ней хохотала, мне стало легче.

— Я тогда думала, что живот от смеха надорвётся.

— Ты даже во сне вдруг начинала смеяться.

— А уж как тяжело было удержаться от смеха во время лекций!

— Ты ещё просила меня ущипнуть тебя за руку, чтобы не засмеяться. Совершенно нелепая просьба.

— Ничего нелепого.

— Ещё какая нелепая. Как будто я действительно мог тебя ущипнуть.

— Ничего страшного. Даже если бы ущипнул, мне бы не было больно.

— Тогда какой смысл тебя щипать?

— Да не в этом дело! Просто оставь мне мангу, когда дочитаешь. Я тоже хочу её прочесть.

— Ладно, ладно.

Это избавляло меня от необходимости возвращать томик на полку, поэтому я был не против передать его Юдзухане.

И всё же мне почему-то не хотелось заканчивать разговор о манге. Было действительно приятно спустя столько времени снова обсуждать любимые истории.

Хотя выбирать для подобных разговоров бывшую жену, конечно, не самая лучшая идея… Ну да ладно. Всё равно мы застряли здесь до вечера.

Лучше наслаждаться непринуждённой атмосферой, чем сидеть в неловком молчании и не получить удовольствия от интернет-кафе.

— …А ты что читаешь?

Возможно, ей тоже хотелось продолжить разговор о манге, потому что она без малейшего раздражения показала мне обложку.

— Вот это.

— А, тебе всегда нравился этот автор.

— Особенно его третья серия. Там всё оборвалось на самом интересном месте, когда главного героя отправили в прошлое. Не могу дождаться продолжения!

— Да и результаты голосования за популярность персонажей тоже важны.

— Вот именно! Их должны были объявить в следующем месяце, а теперь придётся ждать ещё год или два. Хотя и так понятно, что первое место займёт Антони.

— Что?! Да ни за что! Первой обязательно будет Анж!

— Это же сёнэн-манга. Разумеется, первое место достанется главному герою.

— Даже так героиня вполне может победить. Анж ведь невероятно милая.

— Анж, без сомнения, самая милая, но голоса разделятся между ней и Хлоей, поэтому она, скорее всего, окажется где-нибудь на четвёртом месте.

— А, да, верно подмечено. Но помнишь ту большую главу, посвящённую Анж, прямо перед окончанием голосования? После такого выступления любой захотел бы за неё проголосовать.

— Согласен, та глава была настоящим шедевром.

Пока наше обсуждение манги становилось всё оживлённее, Юдзухана вдруг потянулась за пультом кондиционера.

— Жарко. Включу кондиционер.

— Да не жарко.

— Жарко.

— Нет. Если тебе жарко, просто сними кардиган.

— Извращенец.

— Никакой я не извращенец.

— Неважно. Всё равно включу.

— Ладно, только сосредоточься на чтении.

Она включила кондиционер и вернулась к манге. Меня обдало прохладным воздухом, и я невольно слегка поёжился.

— …Какой же ты мерзляк.

— Это ты ненормально хорошо переносишь жару. Можно я уже выключу кондиционер?

— Ни за что. Если у меня вспотеют руки, я испачкаю страницы манги.

Значит, манга для неё важнее меня. Впрочем, ничего другого я и не ожидал.

Сегодня мы ни разу по-настоящему не поссорились. Наверное, потому, что окружение из любимой манги успокаивало её вспыльчивый характер.

Но это не меняло того факта, что она меня терпеть не может. И уж точно такая девушка не станет специально заботиться обо мне…

— Ладно, одолжу тебе свой кардиган, — вздохнула Юдзухана.

— …А? Твой кардиган?

Я не поверил собственным ушам.

Неужели редкое проявление заботы с её стороны?

— Мне трудно сосредоточиться на чтении, когда ты сидишь рядом и дрожишь от холода.

— Тогда почему ты не сняла его до того, как включила кондиционер?

— Уф, хватит придираться! Я тут пытаюсь сделать доброе дело, так что просто возьми, ладно? Не то чтобы ты обязан его надевать, но не жалуйся потом, если простудишься.

— Ладно. Но только не начинай потом возмущаться, что он пропах мной. И предупреждаю заранее: за химчистку я платить не собираюсь.

— Неужели я кажусь тебе настолько мелочной? В отличие от некоторых, у меня щедрая душа.

Вообще-то я замёрз именно потому, что она включила кондиционер, а уж насчёт её якобы щедрой души мне нашлось бы что сказать.

Но устраивать очередной скандал не имело смысла. Я только создал бы себе лишние проблемы. Поэтому, подавив желание возразить, я молча принял кардиган.

[[image:/storage/reader-images/d3662b433edc56ff543d48947fd18fc38b1b9a38.jpg]]

— …Спасибо.

— …Пожалуйста. Давай надевай быстрее, пока действительно не простудился.

— Да-да.

Стоило мне надеть его, как меня окутал мягкий, сладковатый аромат. Окружённый запахом Юдзуханы, я вернулся к чтению.

Время от времени мы обменивались впечатлениями от манги, которую читали, и увлечённо обсуждали отдельные моменты.

Часы проходили спокойно, без каких-либо происшествий, и прежде чем мы заметили, солнце уже село. Мы в полной мере насладились уютным уединением интернет-кафе.

Никогда бы не подумал, что смогу спокойно провести время с бывшей женой, сидя с ней на одном диванчике для парочек. Но каким-то образом этот день оказался на удивление приятным.

Не то чтобы я добровольно предложил ей ещё раз сходить вместе в интернет-кафе…

И всё же постоянное чувство неловкости, которое я испытывал рядом с ней, кажется, немного ослабло. А может, мне просто показалось.

От лица Юдзуханы Койкавы:Какой же это был ужасный просчёт с моей стороны!

Подумать только, я действительно получила удовольствие от дня, проведённого в интернет-кафе вместе с бывшим мужем…!

Нет, нет! Всё дело исключительно в том, что манга была слишком интересной!

Конечно, спустя столько времени снова обсуждать мангу было весело, но если бы его там не было, я совершенно уверена, что чувствовала бы себя гораздо комфортнее.

Придя к такому выводу, я решила, что сегодня буду избегать Кохэя.

В конце концов, без него всегда намного приятнее. Да и избегать его не так уж сложно — сегодня ведь воскресенье.

Если останусь в своей квартире, то точно с ним не столкнусь. Но сегодня выходной, и просидеть весь день дома было бы настоящей расточительностью.

— Может, сходить сегодня в игровой зал?

Поблизости есть два игровых зала: один в торговом центре, другой в торговом квартале. И вот тут начинается самое сложное.

У нас с Кохэем почти пугающе много общего: от увлечений и предпочтений до самого образа мышления.

Когда мы встречались, я нередко отправлялась куда-нибудь одна, но случайно сталкивалась с ним. И такие встречи неизменно превращались в незапланированные свидания.

Тогда я думала: "Нас связывает красная нить судьбы!"

Но теперь, оглядываясь назад, невольно задаюсь вопросом: "Может, он просто меня преследовал?"

Учитывая нашу невероятную совместимость (хотя мне очень хотелось бы, чтобы это было не так), если я отправлюсь куда-нибудь без определённого плана, велика вероятность, что сегодня снова столкнусь с ним.

Но на этот раз я его перехитрю! Поскольку мне хочется сходить в торговый центр, я поступлю наоборот и отправлюсь в игровой зал торгового квартала!

Пообедав пораньше, я направилась на станцию, села в поезд, в котором, к счастью, не было Кохэя, и добралась до торгового квартала.

Пробравшись через оживлённые торговые улицы, я наконец оказалась перед игровым залом.

У входа стояли автоматы с капсульными игрушками, явно рассчитанные на детей, а через открытые двери можно было разглядеть внутреннее помещение.

— …Его здесь нет.

Убедившись, что бывшего мужа поблизости не наблюдается, я вошла внутрь.

Хе-хе! Перехитрила его! Этот раунд за мной!

Наслаждаясь своей маленькой победой, я бродила между автоматами, пока мой взгляд не остановился на одном из них — автомате с игрушками, которые нужно доставать специальным захватом.

— Это же…

Внутри лежали плюшевые игрушки из невероятно популярной игры "Капсульные монстры".

Среди призов был Няндарт — мой любимец. Он выглядел точь-в-точь как тот, которым я когда-то так дорожила.

Впервые я познакомилась с Няндартом в мае, когда училась на первом курсе университета. В тот день я отправилась в торговый центр с кинотеатром.

Посмотрев трогательный фильм о животных и выйдя из зала под сильным впечатлением, я случайно столкнулась с Кохэем. Тогда мы уже были больше чем просто знакомыми, но ещё не стали настоящими друзьями, поэтому общаться было немного неловко.

Однако Кохэй заметил, что по билету из кинотеатра можно бесплатно один раз сыграть в автомат с игрушками.

Так мы и оказались вместе в игровом зале. И именно тогда я увидела его — Няндарта.

Это была любовь с первого взгляда.

Разумеется, я попыталась выиграть его. И, разумеется, потерпела неудачу. Такие автоматы не настолько добры, чтобы позволить новичку выиграть приз с первой попытки.

И тогда за дело взялся Кохэй. Он выиграл Няндарта для меня. Когда ему удалось достать игрушку с первой же попытки, я невольно подумала, какой же он крутой.

А когда он протянул мне приз, моё мнение о нём взлетело до небес. Конечно, даже вручая игрушку, он не удержался и смущённо пробормотал что-то вроде:

— Няндарт выглядит ловким, но на самом деле ужасно медленный, а защита у него практически бумажная. Ни за что не взял бы такого в свою команду.

Он выпалил всё на одном дыхании, явно чувствуя себя неловко. Тогда я совершенно не понимала, о чём он говорит. Но теперь понимаю.

Каждый раз, когда я выпускала Няндарта в бой, Кохэй безжалостно побеждал его одним ударом…

Этот парень совершенно не знает, что значит сдерживаться. Хотя если бы он специально поддавался, это было бы по-своему унизительно.

Но сейчас не об этом. Встретить Няндарта здесь — наверняка сама судьба. Пусть с ним и связаны воспоминания о первом подарке, который я получила от Кохэя…

И пусть всякий раз, когда смотрю на него, перед глазами возникает смущённое лицо бывшего мужа…

Но раз уж я нашла этого Няндарта, то просто обязана выиграть его и забрать домой!

Вот только…

— Гр-р-р…

Никак не получается! Вообще не получается! И такое чувство, что никогда не получится!

Просто невероятно, что даже я, отаку с девятилетним стажем, никак не могу справиться с этим автоматом!

Хотя, если подумать, после того как мы с Кохэем сблизились, именно он всегда выигрывал для меня подобные игрушки.

Получается, сама я ещё ни разу ничего не выигрывала.

Но Кохэй всегда делал это с такой лёгкостью! Моя гордость не позволит мне проиграть ему! На этот раз я обязательно добьюсь успеха!

Вот так я и угодила в ловушку. Одна купюра в тысячу иен исчезала за другой, деньги стремительно заканчивались, и мне пришлось принять непростое решение.

Как же меня бесит сама мысль о том, чтобы обращаться к нему за помощью… Но если я действительно хочу получить Няндарта, придётся проглотить свою гордость.

[Расскажи какие-нибудь хитрости для автоматов с игрушками. Друг спрашивает.]

[Что ещё за "друг"?]

Стоило мне отправить письмо Кохэю, как он сразу ответил.

Вот если бы он с такой же скоростью отвечал мне в те времена, когда я писала ему на работу!

Я понимаю, он был занят. И, возможно, тогда я немного по-детски обижалась на него… Но неужели он не мог хотя бы притвориться, что идёт в туалет, и быстренько мне ответить?

Всякий раз, когда я говорила ему об этом, он возражал: "У меня даже в туалет сходить времени нет!"

Если всё было настолько плохо, ему следовало просто уволиться из той компании. Работа там наверняка рано или поздно разрушила бы его здоровье.

Он часто говорил что-то вроде: "Быть безработным — не самое лучшее положение".

Но я ведь вышла за Кохэя не потому, что у него была работа. Я предпочла бы, чтобы он остался безработным, чем доводил себя до полного истощения.

Тогда мы могли бы проводить вместе каждый день и, наверное, не отдалились бы друг от друга настолько сильно…

[Какая разница, кто это?]

[Если смиренно попросишь: "Пожалуйста, научи меня", то, возможно, я поделюсь своей мудростью.]

Ну вот, опять! Его высокомерное отношение!

У Кохэя есть привычка постоянно пытаться занять главенствующее положение. По отдельности такие замечания ещё можно вытерпеть, но когда они накапливаются, мне хочется на него накричать.

На этот раз я пропущу это мимо ушей, поскольку формально именно я прошу о помощи.

[Ты серьёзно думаешь, что я унижусь до того, чтобы просить тебя о помощи?]

[Думаю.]

[Откуда у тебя вообще такая уверенность?!]

[Посмотри на вход.]

…У входа стоял Кохэй. Самодовольно ухмыляясь, он направился ко мне.

А-а-а-а-а-а-а!

А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Какой ужас! Это просто кошмар!

Он полностью меня переиграл!

— Я-я вообще-то ещё минуту назад была здесь с подругой!

— Слабая отговорка. Я всё это время за тобой наблюдал.

— Если наблюдал, мог бы хотя бы что-нибудь сказать!

— Надо было просто признаться, что хочешь узнать секрет.

— И если бы я призналась… ты бы мне рассказал?

— Ага, рассказал бы.

— П-почему?!

— Потому что смотреть, как ты здесь паникуешь, было невероятно весело.

Какой же он ужасный!

— Ну и какую игрушку хочешь?

— Вон ту.

— А, Няндарта. Он тебе всегда нравился, да? Ты ведь постоянно держала его в своей команде.

— Ага. А ты постоянно его вырубал.

— Ты до сих пор об этом переживаешь? Ты ведь сама говорила, что не простишь мне, если я стану поддаваться.

— Но это же не значит, что его обязательно нужно было побеждать одним ударом… Так ты знаешь секрет или нет?

— Знаю. Хотя вон того выиграть гораздо проще. Тебе ведь Нястар тоже нравился?

— Я хочу Няндарта. Хочу поставить его у себя в комнате, как раньше.

— Разве не я тогда выиграл его для тебя?

— Ты достал его с первой попытки. Вот я и подумала, что тоже смогу…

— Сколько ты уже потратила?

— Пять тысяч иен.

— Ну ты и попалась…

— Это потому, что ты раньше не подошёл и ничего не сказал!

— Если бы подошёл, ты бы только разозлилась.

— Это…

До сегодняшнего дня я, наверное, действительно разозлилась бы. В конце концов, он мой бывший муж — человек, с которым мы развелись после бесчисленных ссор.

Но, как ни странно, сегодня я совершенно не раздражаюсь. Наверное, потому, что вчера мне было так приятно и спокойно.

Совсем как в старые добрые времена. И всё же, если бы кто-нибудь спросил, хочу ли я общаться с ним каждый день, я бы не знала, что ответить.

Даже если бы мне действительно этого хотелось, я всё равно не смогла бы признаться. Ведь мы разведены.

— Я бы не разозлилась только из-за того, что ты со мной заговорил.

По правде говоря, моя неприязнь к Кохэю почти исчезла. Настолько, что обычное общение с ним больше не причиняет мне неудобств.

Но я всё равно ни за что не позволю ему увидеть мою улыбку!

Не хочу, чтобы он решил, будто я какая-то легкодоступная женщина.

— Так в чём секрет?

— Для начала позови сотрудника.

— А потом?

— Попроси передвинуть приз в более удобное место.

— …И это, по-твоему, секрет?

— Самый надёжный способ. Ты ведь уже потратила пять тысяч иен, так что они наверняка пойдут навстречу.

— Тогда ты и попроси.

— Почему я?

— Потому что я стесняюсь, очевидно же! Давай, пошли.

Я схватила его за свободный рукав мешковатой рубашки, потянула в сторону сотрудника и решительно хлопнула по спине.

— Да понял я, понял, — пробормотал он, поворачиваясь к работнику.

— Извините, я уже потратил больше пяти тысяч иен, но так и не смог выиграть приз. Не могли бы вы немного передвинуть его, чтобы было проще достать?

— Конечно. Какой автомат?

Кохэй подвёл сотрудника к автомату, и тот переместил игрушку поближе к отверстию для выдачи призов.

— Ну что теперь? Хочешь, я выиграю её за тебя?

— Нет, я сама. Раз уж зашла так далеко, доведу дело до конца.

Я опустила монету, предельно сосредоточилась, аккуратно направила захват и…

Получилось!

— Выиграла! Я выиграла! Вот на что я способна!

— Вообще-то я тебе немного помог.

— Знаю. В благодарность угощу тебя напитком.

Моя гордость не позволяла оставить долг неоплаченным.

Поскольку внутри игрового зала работал кондиционер и было прохладно, а Кохэй плохо переносит холод, я решила купить напитки в автомате на улице.

Перед автоматом стояла маленькая девочка, на вид лет четырёх, и плакала.

— Эй, что случилось?

— Думаешь, потерялась?

— Очевидно же. Я пытаюсь понять, почему она плачет. Вдруг у неё, например, живот болит?

— Не похоже, чтобы ей было больно.

— То, что не похоже, ещё не значит, что ничего не болит. И вообще, я с ней разговариваю, так что не вмешивайся.

— Я не вмешиваюсь. Просто тоже за неё переживаю.

— Тогда оставь это мне.

— Я вмешался только потому, что ты стесняешься незнакомых людей.

Он прав. Я действительно стесняюсь незнакомцев.

Когда раньше мне приходилось справляться со всем самостоятельно, из-за этого возникало множество проблем. Например, я не могла заставить себя спросить цену товара без ценника и в итоге покупала что-нибудь гораздо дороже, чем рассчитывала.

Или часами блуждала по огромным железнодорожным станциям, напоминающим лабиринты, потому что стеснялась спросить дорогу. Но после того как мы с Кохэем сблизились, подобные проблемы исчезли.

Когда бы я ни попадала в затруднительное положение, он всегда приходил на помощь и улаживал всё за меня. Сначала я каждый раз испытывала искреннюю благодарность.

Но в какой-то момент начала воспринимать его помощь как должное. И сама того не замечая, наверное, всё сильнее и сильнее раздражала его.

Если бы я каждый раз благодарила его, сложились бы наши отношения иначе?

…Не знаю.

И теперь уже нет никакого способа это выяснить. Наши отношения закончились. Но…

Если мы снова начнём проводить время вместе, пусть даже просто как друзья, мне хотя бы следует научиться чаще говорить "спасибо".

…Ну, в зависимости от того, как Кохэй будет себя вести.

— Эй, чего ты вдруг замолчала? Только не говори, что теперь даже меня стесняешься?

— Уж с тобой-то я точно не церемонюсь.

— Да уж, заметил. Лично испытал на себе, каким острым бывает твой язык. Серьёзно, как тебе вообще удаётся придумывать такие ужасные вещи?

— Сам бы помолчал! Ты тоже наговорил немало гадостей…

— В-вы оба страшные…

— П-прости! Не бойся, этот старший братик совсем не страшный!

— И старшая сестрёнка тоже не страшная, хорошо?

— Но… вы ругались…

— Н-нет, мы не ругались! Совсем!

— Вообще-то мы очень хорошие друзья!

Кохэй внезапно схватил меня за руку и принялся энергично раскачивать наши сцепленные руки из стороны в сторону.

Если уж собираешься брать меня за руку, мог бы хотя бы предупредить! Я просто испугалась от неожиданности!

Ничего подобного смущению тут не было! …Хотя сколько он собирается держать мою руку?

Если не отпустит в ближайшее время, у меня начнут потеть ладони. Но придётся потерпеть. Обычно я немедленно вырвала бы руку, однако сейчас нам нужно показать девочке, что мы дружим, чтобы она успокоилась.

Глядя на то, как мы с Кохэем "хорошо ладим", девочка постепенно расслабилась. Когда недоразумение было устранено, Кохэй наконец отпустил мою руку.

…Правда, слишком поздно. Ладонь у меня уже вспотела.

Но, похоже, ему было всё равно. Он даже не стал вытирать свою руку об одежду.

Хмф! Повезло ему.

Если бы он принялся вытирать руку, словно прикосновение ко мне было чем-то неприятным, я бы наступила ему на ногу!

Впрочем, сейчас нужно как можно скорее найти маму девочки.

— Для начала скажи старшей сестрёнке, как тебя зовут.

— …Миу.

— Миу-тян, ты ходила за покупками вместе с мамой?

— Угу. Но… Миу смотрела на игрушки, а потом… мама исчезла…

— Вот оно что. Миу-тян, значит, тебе нравятся мягкие игрушки?

— Угу. Мне Няндарт тоже нравится.

— Няндарт ведь очень милый, правда? Тогда как насчёт того, чтобы я подарила тебе вот этого?

— Правда?!

— Конечно, теперь он твой. Так что больше не плачь, хорошо? Давай вместе с Няндартом поищем твою маму.

— Хорошо!

Миу-тян радостно закивала.

— Я пойду её искать. А ты оставайся здесь с Миу-тян, — сказал Кохэй.

— Разве не лучше будет искать всем вместе?

— А если мы разминёмся? Миу-тян совсем недавно была здесь, так что её мама, скорее всего, где-то поблизости. Если я громко позову её, она услышит и подойдёт.

— Тебе не будет стыдно так кричать?

— Конечно будет. Но мы ведь не можем бросить потерявшегося ребёнка, правда?

— Видишь, Миу-тян? Старший братик сейчас найдёт твою маму.

— Удачи, братик!

— Спасибо.

— И тебе тоже, сестрёнка!

Что?! Мне тоже?! Это ведь ужасно стыдно…

Но раз уж Кохэй готов забыть о смущении, чтобы помочь девочке, наверное, мне тоже придётся постараться.

— …У-удачи!

— Э… спасибо, — ответил он, и его щёки слегка покраснели.

Кохэй подошёл к краю оживлённой улицы, глубоко вдохнул и громко закричал:

— Мама Миу-тян! Миу-тян здесь!

Прохожие с любопытством оглядывались на него. И вдруг к нам поспешила какая-то женщина.

— Вы мама Миу-тян?

— Д-да! А где Миу…?

— Вон там.

Кохэй указал в нашу сторону. Женщина бросилась ко мне, а лицо Миу озарилось широкой улыбкой.

— Ах, слава богу…! Ты так внезапно исчезла! Я повсюду тебя искала!

— Миу смотрела на игрушки! А потом старшая сестрёнка подарила мне вот это!

— Огромное вам спасибо! Пожалуйста, позвольте мне заплатить за игрушку…

— Нет, не нужно. Просто пообещайте, что будете хорошо о ней заботиться, ладно?

— Конечно! Миу будет беречь её всегда!

Миу крепко обняла Няндарта, взяла маму за руку, и они ушли, широко улыбаясь.

По правде говоря, мне совсем не хотелось расставаться с этой игрушкой…

Но я уверена, что Миу-тян будет беречь её.

— …Если очень хочешь, я могу выиграть для тебя ещё одного Няндарта, — сказал Кохэй.

— А? Почему?

— Какая разница почему? Вопрос в том, хочешь ты этого или нет.

— Ну… Если ты действительно не против, тогда да, я бы хотела, но…

— Но что? Думаешь, не сможешь полюбить Няндарта, которого я для тебя выиграю?

— Н-нет! Дело вовсе не в этом! Я не это имела в виду…

Я просто никак не могла понять намерений Кохэя.

Почему он так добр ко мне, хотя якобы терпеть меня не может? Это просто внезапный порыв?

Или после вчерашнего дня он тоже стал относиться ко мне немного лучше?

— Если не хочешь, то ладно.

— Я не говорила, что не хочу! Меня раздражает сама мысль получить подарок от тебя, Кохэй, но… если это Няндарт, я уверена, что смогу его полюбить.

— Чего и следовало ожидать от человека, который всё это время упорно пользовался таким медленным и хрупким Няндартом.

— Заткнись! У него, между прочим, высокая сила атаки!

— Правда, воспользоваться ею ему никогда не удавалось.

— Тебе обязательно всегда вставлять свои замечания?!

Ну да ладно. Раз уж он собирается выиграть мне Няндарта, на этот раз я его прощу.

— Но разве тебе не придётся потратить ещё тысяч пять иен, чтобы попросить сотрудника передвинуть игрушку?

— Нет, не придётся. Я смогу выиграть её меньше чем за тысячу.

— Почему бы тебе просто не сказать, что выиграешь с первой попытки?

— Я давно не играл на подобных автоматах, так что достать приз с первой попытки будет сложновато. Ну что, договорились?

— …Может, мне отблагодарить тебя десятью банками сока?

— Ты хочешь угробить мне желудок? Одной банки вполне достаточно.

— Тогда ладно… Полагаюсь на тебя.

Я некоторое время стояла позади Кохэя, который с серьёзным выражением лица управлял захватом.

Захват опустился, но Няндарт выскользнул и задел лежавшего рядом Нястара.

Нястар покатился и выпал из автомата.

— О! Ещё тысяча иен! Ещё тысяча — и я смогу его достать!

— Всё хорошо, правда.

— Моя гордость не позволит мне оставить всё как есть!

— Я же сказала, всё нормально. Ты ведь выиграл для меня Нястара, правда?

— Но… но ведь ты хотела Няндарта, разве нет?

На лице Кохэя появилось отчаянное выражение. Он выглядел так, словно изо всех сил пытался сдержать данное мне обещание.

Я не знала, старается он ради моего счастья или просто хочет защитить собственную гордость, но…

— Нет, Нястар меня вполне устраивает.

Мне было приятно уже от того, что он так старательно пытался выиграть для меня игрушку.

— Если ты уверена… Тогда береги его, хорошо?

— Не нужно мне этого говорить. …Спасибо, что выиграл его для меня.

— Ага. …Кстати, ты ведь не забыла о нашем уговоре?

— Конечно не забыла. Выбирай любой напиток, какой захочешь.

— Но они ведь все стоят одинаково…

Мы вышли из игрового зала. Пока мы стояли перед зданием и пили сок, с неба начали падать первые капли дождя.

— Уф. Да ты шутишь… Я не взял зонтик.

— Ты разве не смотрел прогноз погоды? Там говорили, что вероятность дождя после полудня составляет тридцать процентов.

— Тридцать процентов обычно означает, что дождя не будет. Ладно, просто посижу в игровом зале, пока он не закончится. А ты?

— Я собираюсь домой. Мне ещё нужно сделать домашнее задание по математике.

— Чёрт! Совсем забыл…

Наш учитель математики выглядит так, словно мог бы преподавать физкультуру. И характер у него вполне соответствует внешности.

Он очень строгий, и любого ученика, который забывает домашнее задание, ждёт долгая и суровая лекция.

— Ты тоже собираешься домой?

— Ага.

— А как же зонтик?

— Придётся купить в ближайшем круглосуточном магазине.

Пока мы разговаривали, дождь становился всё сильнее.

— С таким дождём ты успеешь промокнуть до нитки, пока добежишь до магазина…

— …Если уж настаиваешь, я могу разрешить тебе пойти под моим зонтом.

Кохэй удивлённо посмотрел на меня. Я и сама удивилась не меньше. Никогда бы не подумала, что такие слова сорвутся с моих губ.

Что я действительно предложу Кохэю идти вместе под одним зонтом.

Может, всё дело в том, что я была так счастлива получить от него Нястара?

Возможно, благодаря этому мне захотелось проявить к нему немного больше доброты.

— …Сколько банок сока?

— Ни одной. В отличие от тебя, у меня щедрое сердце. …Ну так что, пойдёшь?

— Тогда… воспользуюсь твоим предложением.

— Только сегодня я сделаю исключение и позволю тебе идти под моим зонтом. Если бы не я, ты промок бы до нитки. Тебе невероятно повезло, что я здесь, знаешь?

— …Ладно, сегодня пусть будет так.

— Что ты сказал?

— Ничего.

Шум дождя заглушил его слова.

Мне показалось, что он что-то пробормотал, но… Ну и ладно.

Я раскрыла свой складной зонт. Кохэй нерешительно шагнул под него.

Зонт и без того был маленьким, а теперь, когда под ним оказались двое, места стало невероятно мало. Наши плечи соприкоснулись.

И всё же… Почему-то я совсем не чувствовала себя неуютно.

От лица Кохэя Куросэ:Была суббота, середина апреля.

Я направлялся в кинотеатр. Фильм, который я собирался посмотреть, назывался "КимиУта".

Его полное название — "Я хочу донести до тебя свою песню".

История рассказывала об айдолах, отобранных из различных космических флотов, которые с микрофонами в руках пересекали поля сражений, пытаясь положить конец затянувшейся межгалактической войне. Я уже собрал все песни персонажей.

Хотя в последнее время мой энтузиазм немного угас, вчера я увидел рекламу фильма и решил впервые за долгое время пересмотреть его. К тому же на этой неделе зрителям в качестве бонуса выдавали кадры из киноплёнки.

"На этот раз мне обязательно попадётся ещё одна легендарная сцена!" — воодушевлённо думал я.

С таким настроением я добрался до кинотеатра… и столкнулся с Юдзуханой.

— Ты тоже здесь? Что собираешься смотреть? "КимиУту"?

— Ага. А ты?

— То же самое. Захотелось пересмотреть спустя столько времени.

— А я впервые буду смотреть его в кинотеатре.

— Точно, тогда ты ведь ещё не увлекалась подобными вещами.

— Ага. И именно поэтому ты постоянно говорил что-нибудь вроде: "Киноверсия "КимиУты" просто невероятная!" Меня это ужасно раздражало.

— Раздражало? Я ведь просто делился впечатлениями, а не хвастался.

— А для меня это выглядело именно как хвастовство. Ты ещё постоянно хвалился особым кадром из киноплёнки, который тебе достался. Но на этот раз я получу сцену получше твоей и заставлю тебя забрать свои слова обратно.

— Ни за что тебе не попадётся сцена лучше моей.

Судьба не меняется так просто. Если в прошлый раз мне достался поистине легендарный кадр, то я был уверен, что и в этот раз произойдёт то же самое.

Мы разошлись к разным билетным автоматам. Как и следовало ожидать от "КимиУты", около семидесяти процентов мест уже были заняты.

Я задумался, какое место выбрать.

Может, ради разнообразия попробовать самый первый ряд?

Обычно я избегаю сидеть настолько близко к экрану, но поскольку уже множество раз смотрел этот фильм, возможно, такой опыт окажется довольно интересным.

Мы купили билеты почти одновременно, наперегонки поспешили к входу в зал и получили подарки для зрителей.

— Я открою свой после фильма, aпока давай заглянем в магазинчик с сувенирами.

Когда мы подошли к стойке с товарами по мотивам фильмов, оказалось, что всё, связанное с "КимиУтой", уже полностью раскупили.

Юдзухана разочарованно опустила голову.

— Все товары подчистую смели…

— Ну, прокат уже подходит к концу. Хотя я-то всё успел купить.

— Когда?!

— Год или два назад, наверное. Кажется, я пришёл в день премьеры и купил брелоки со всеми персонажами и механические карандаши.

— Вот из-за таких людей, как ты, всё и раскупают…!

— Нечего меня обвинять. Собрать полную коллекцию, основной принцип коллекционера. К тому же разве ты сама не скупала товары по "АниПара"? Это ведь серия для детей, а ты совершенно не думала о них.

— И что с того?! Я специально покупала их в магазине, куда дети вряд ли стали бы ходить! …Кстати, а ты вообще пользуешься теми механическими карандашами?

— Они лежат у меня в ящике стола. …Хочешь один?

— Ч-что это вдруг с тобой? Снова пытаешься показать своё превосходство?

— Ничего подобного. Я просто подумал, что если хочешь, могу подарить тебе один.

Прежний я ни за что не сделал бы такого предложения, как бы меня ни упрашивали.

Но в последнее время моя неприязнь к Юдзухане начала постепенно исчезать. Подобные разговоры с ней уже не раздражали меня так сильно.

Не то чтобы я собирался снова ладить с ней так же хорошо, как в прошлом. По крайней мере, пока она не произнесёт со всей искренностью и раскаянием: "Простите меня, господин Кохэй! Во всём виновата я!"

Но теперь мы хотя бы могли нормально разговаривать.

Если я подарю ей один из карандашей, возможно, она станет относиться ко мне немного лучше. Может, будет вести себя мягче и наши постоянные перепалки наконец станут реже.

— ……

— Почему ты вдруг замолчала?

— Когда кто-то внезапно начинает вести себя по-доброму, становится как-то не по себе.

— Эй, я тут специально проявляю доброту, а тебе от этого не по себе…

— Я-я имела в виду в хорошем смысле! Раз предлагаешь, я возьму. …Спасибо.

Её прямолинейная благодарность застала меня врасплох.

С каких это пор она начала говорить "спасибо"?

Раньше она всегда вела себя так, словно ей все что-то должны. Не то чтобы я жаловался. Просто удивительно.

Хотя, признаться, слышать от неё благодарность было приятно.

— ……

— А теперь ты почему молчишь?

— Когда меня так искренне благодарят, мне тоже становится как-то не по себе. …В хорошем смысле.

Она нахмурила брови, поэтому я поспешно добавил последнее уточнение. Юдзухана расслабилась и слегка улыбнулась.

— Ну, тогда ладно.

Расставшись с Юдзуханой, я немного побродил по кинотеатру, рассматривая постеры, купил напиток и направился в зал.

И там, в самом первом ряду, снова встретил её.

— Почему ты выбрала именно это место?

— Я уже столько раз смотрел этот фильм, что решил: если сяду куда-нибудь необычно, впечатления будут более свежими. А ты почему?

— Подумала, что впереди будет сильнее ощущаться погружение в происходящее.

— Логично.

Я наполовину ожидал услышать от неё что-нибудь вроде: "Специально выбрала это место, чтобы не сидеть рядом с тобой".

Но, возможно, обещание подарить карандаш возымело действие, потому что она не стала затевать ссору. В итоге мы сели рядом.

Немного подождав, пока закончатся бесконечные рекламные ролики, мы наконец дождались начала "КимиУты".

Фильм открылся сценой живого концерта, и мой восторг мгновенно взлетел до небес. Воспоминания о том, как сильно я когда-то увлекался этой историей, нахлынули с новой силой.

Казалось, я снова вернулся в школьные годы. Я уже размышлял, не взять ли по дороге домой напрокат весь сериал.

Полностью погрузившись в эти мысли, я насладился "КимиУтой" от начала до конца и вышел из зала всё ещё переполненный впечатлениями.

— Теперь я просто обязан попасть на живой концерт!

— Разумеется! В прошлый раз я не смогла туда попасть, но на этот обязательно пройду!

— Только не прибегай ко мне со слезами, если билет по лотерее достанется одному мне.

— А ты не вздумай просить меня уступить тебе место! Как в тот раз, когда я показала тебе свой легендарный кадр из киноплёнки.

— Больше такого не будет. Ведь на этот раз именно мне достанется легендарная сцена.

— Раз ты настолько уверен в себе, давай устроим соревнование.

— С удовольствием!

Мы уселись на скамейку возле туалета, готовясь к торжественному вскрытию подарков.

— …Это ещё что за чёрт?

— Дай посмотреть. …Пф-ф! Да там сплошная чернота!

— Ну почему из всего фильма мне достался именно космос?! Серьёзно?! А у тебя что?

— Сцена с концерта!

— Не может быть! Только не говори, что это концерт из самого начала фильма! …Постой, а это ещё что?

— Я же сказала, сцена с концерта.

— Да это просто кадр с массовкой среди зрителей!

— Концерт есть концерт! В этом раунде я победила!

— Мой кадр хотя бы смешной. А твой просто скучный.

— Значит, ты не против, если я буду поддразнивать тебя этим до конца жизни?

— Нет уж, спасибо…

— Тогда победа за мной, — непреклонно объявила Юдзухана.

Какая же она всё-таки упрямая женщина!

Хотя, если подумать, именно поэтому наши поединки в файтингах раньше получались такими ожесточёнными. Она никогда не позволяла мне просто наслаждаться победой, постоянно требовала реванша и с каждым разом становилась всё лучше.

Играть с ней было настолько весело, что мы совершенно забывали о времени.

— Ладно. Ты победила.

— Ого, вот это неожиданно. Ты действительно впервые за долгое время признал поражение. …У тебя ведь нет никаких скрытых намерений?

— Разумеется, нет. Просто решил повести себя по-взрослому. Так что наслаждайся своим безымянным зрителем из массовки.

— У тебя настоящий талант добавлять совершенно лишние замечания, — усмехнулась она, поднимаясь со скамейки.

Я тоже встал. В те времена, когда мы хорошо ладили, мы могли обсуждать впечатления от фильма вплоть до захода солнца.

Но теперь мы были всего лишь знакомыми. Поэтому мы ограничились коротким "Увидимся" и лёгким кивком, после чего разошлись в разные стороны.

— Я так и знал, что ты здесь появишься.

— А я так и знала, что ты будешь здесь.

Пообедав в ближайшей бургерной, я отправился в видеопрокат, чтобы пересмотреть "КимиУту" с самого первого сезона.

И именно там, в отделе аниме, я снова столкнулся с Юдзуханой. Судя по пустой корзинке, она только что пришла.

Магазин был довольно большим, поэтому, наверное, она ещё не успела разобраться, где находится нужное ей аниме.

— Ищешь "КимиУту"?

— Разумеется. Собираюсь за выходные залпом посмотреть оба сезона.

— Слаба твоя любовь к "КимиУте". Вот я бы не ложился спать всю ночь и посмотрел всё за один раз.

— Нет, это твоя любовь к "КимиУте" слаба. Если как следует выспаться, можно наслаждаться просмотром с ясной головой.

— Любовь? Слаба?! Я настолько люблю "КимиУту", что во время просмотра совершенно забываю о сне!

— А у меня зато полно товаров по "КимиУте".

— Опять хвастаешься…!

— Это ты первая сказала, что моя любовь недостаточно сильна. Если твоя любовь настолько велика, почему ты до сих пор не нашла диски с "КимиУтой"?

— Я ведь только что пришла! Найду их раньше тебя и докажу, что моя любовь сильнее!

— Это я должен тебе сказать!

Мы одновременно бросились на поиски, разделившись и начав осматривать разные полки. В конце концов мы оказались лицом к лицу перед одним из стеллажей.

— Нашёл!

— Нашла!

Мы одновременно заметили DVD с "КимиУтой".

От каждого тома оставалось всего по одному экземпляру. Мы оба одновременно протянули руки, но Юдзухана стояла ближе к первому диску и успела схватить его.

Зато мне удалось завладеть вторым.

— Эй! Отдай!

— Он не твой!

— Если у меня не будет этого диска, я не смогу посмотреть третью и четвёртую серии! А они невероятно важны для сюжетной линии дружбы Мийнэ и Тиффани!

— Тогда отдай мне первый! Без него я не смогу посмотреть самое первое концертное выступление!

Впрочем, я прекрасно понимал, что просто так она ничего не отдаст.

Скорее наоборот — это было лишь начало хаотичной борьбы за диски, в ходе которой каждый из нас пытался получить преимущество в будущих переговорах.

— Эй! Не хватай шестой диск! Без него первый сезон будет неполным!

— Ты ведь захватила первый! Без него невозможно нормально начать просмотр ни первого, ни второго сезона!

— Тогда отдай мне весь первый сезон! Взамен я уступлю тебе второй!

— Нет, дай мне посмотреть первый сезон! А я отдам тебе второй!

Конечно, в глубине души я прекрасно понимал, что подобные переговоры ни к чему не приведут. Мы оба хотели посмотреть каждую серию от начала до конца.

И я уже знал, каким способом можно решить эту проблему так, чтобы мы оба остались довольны.

Догадаться было совсем нетрудно. Но вот произнести это вслух…

Совсем другое дело.

Похоже, Юдзухана думала о том же самом. По её лицу было видно, что она хочет что-то сказать, но сдерживается.

— У меня есть предложение.

— У меня есть предложение.

В итоге мы произнесли это одновременно.

— …Посмотрим вместе. Именно это ты собиралась предложить, верно?

— Ага. Другого выхода нет. Осталось только решить, где.

— Разумеется, у меня дома.

— Почему именно у тебя?

— Потому что мой телевизор больше твоего.

Я понятия не имел, как сейчас выглядит её квартира и какой у неё телевизор, поэтому возразить было нечего. Для такого просмотра большой экран определённо подходил лучше, так что я не возражал против того, чтобы отправиться к ней.

Но…

— Ты действительно не против пустить меня к себе домой?

— Ага, конечно. Но закуски за твой счёт.

Мы договорились разделить стоимость проката пополам, а расходы на закуски, которыми будем утолять голод во время просмотра, возложить на меня.

Дополнительные траты меня не особенно радовали, но перспектива посмотреть любимое аниме на большом экране была слишком заманчивой.

К тому же, если бы я привёл Юдзухану к себе домой, моя семья наверняка без конца подшучивала бы надо мной. Поэтому, хоть и неохотно, я согласился на её условия.

Юдзухана жила в квартире многоквартирного дома с автоматической системой запирания входных дверей. По её словам, арендная плата за квартиру была сопоставима с суммой денег, которую я получал в подарок на Новый год за два года.

Для школьницы, живущей самостоятельно, это было довольно дорого. Но я понимал логику её родителей.

Когда девушка живёт одна, подобные меры безопасности вполне оправданны. По ним сразу было видно, насколько сильно родители о ней заботятся.

Родной город Юдзуханы находился в сельской местности, где выбор старших школ был довольно ограниченным. Поэтому после окончания средней школы она переехала сюда.

Похоже, решение о переезде сопровождалось многочисленными семейными спорами, но в конце концов её отец поддержал идею самостоятельной жизни дочери.

Возможно, он всё-таки не такой уж плохой человек. Мы поднялись на лифте на пятый этаж, вышли и направились к её угловой квартире.

Коридор был безупречно чистым, а за входной дверью нас встретила аккуратная и уютная гостиная. В большом кресле сидел Нястар — плюшевая игрушка, которую я недавно ей подарил.

Судя по тому, где она находилась, Юдзухана, скорее всего, обнимала её во время просмотра телевизора. Это зрелище вызвало у меня странное чувство.

Раньше подобное показалось бы мне неприятным, но теперь всё изменилось. Наши отношения с Юдзуханой восстановились настолько, что я даже смог прийти к ней домой.

Конечно, было немного неловко, но мысль о том, что она по-прежнему дорожит моим подарком, больше не вызывала у меня отрицательных эмоций.

Юдзухана подняла Нястара с кресла и поставила на ковёр.

— Сейчас принесу стаканы. Подожди здесь, — сказала она и скрылась на кухне.

Я поставил пакет из круглосуточного магазина на стол и уселся на ковёр, скрестив ноги. Даже с ковром подо мной, если просидеть на полу слишком долго, задница наверняка начнёт болеть.

Может, попросить её заодно принести подушку?

— Почему ты сидишь на полу? — спросила она, вернувшись со стаканами.

— А что, предлагаешь мне смотреть стоя?

— Конечно нет. Вон же диван.

— Но он ведь одноместный?

— На нём могут поместиться двое.

Конечно, и я, и Юдзухана были довольно худощавыми, так что вдвоём мы вполне могли разместиться на диване, но…

— Ты серьёзно не против, чтобы я сидел рядом с тобой?

— Если будешь сидеть на полу, твоя голова будет постоянно попадать мне в поле зрения. Я не хочу, чтобы во время просмотра "КимиУты" твоя макушка возвращала меня к реальности и портила впечатления.

Она взвесила необходимость сидеть рядом со мной и свою любовь к "КимиУте" и сделала выбор.

Решиться сидеть рядом с бывшим мужем…

Да уж, любовь этой девушки к "КимиУте" действительно невероятна. Впрочем, жаловаться я не собирался.

Сидеть на полу мне тоже не особенно хотелось, поэтому я принял её предложение и устроился на диване. Подготовив DVD к просмотру, Юдзухана плюхнулась рядом со мной.

Наверное, благодаря тому дождливому дню, когда мы шли под одним зонтом, я уже немного привык находиться так близко к ней. Раздражения я не испытывал — лишь небольшую неловкость.

Но стоило "КимиУте" начаться, и я наверняка забыл бы об этом. Я протянул руку к пакету из магазина и достал напитки и закуски.

— Если подумать, все закуски, которые ты выбрал, обычно едят под алкоголь.

— Я просто по привычке их взял, ясно? И не делай вид, будто сама не обожаешь каки-пи и вяленую говядину.

— Это мои любимые закуски, конечно, но, глядя на такой набор, мне прямо хочется выпить пива.

— Уже не можешь дождаться, когда достигнешь совершеннолетия? Хотя, если подумать, тебе вообще лучше держаться подальше от алкоголя. Когда напиваешься, превращаешься в настоящую катастрофу.

— Ничего подобного.

— Ещё как! Только не говори, что забыла, как мы отмечали окончание твоей дипломной работы.

— …После третьего бара я почти ничего не помню.

— Вот именно. Ты тогда совершенно напилась и начала приставать к одному человеку.

— Я… к кому-то приставала?

— Ты без остановки приставала ко мне! Была в стельку пьяная и выкрикивала что-то вроде: "Эй, Юдзухана! Да здесь же настоящая богиня красоты!" или "Ты девушка моей мечты!", а ещё "Нам просто суждено пожениться!"

— Это не приставания! Ты просто восхищался мной!

— Ну да, но это было ужасно стыдно! Ты ведь орал на весь бар!

— Уж кто бы говорил! Не забывай, что произошло на празднике любования сакурой, когда мы учились на последнем курсе!

— …Я этого не помню.

— Ещё бы ты помнила! В тот вечер творился настоящий кошмар! Ты так напилась, что говорила: "Я никуда не сдвинусь, пока Кохэй меня не поцелует!", "Смотри на меня, а не на сакуру!" и "Хватит с меня поисков работы! Я хочу всю жизнь работать на Кохэя!"

— Я-я никогда такого не говорила! Хватит выдумывать!

— Ничего я не выдумываю! Как думаешь, сколько раз мы тогда поцеловались?!

— Сколько раз?!

— Больше пятидесяти!

— Так вот почему у меня на следующий день губы болели! Это всё из-за тебя!

— Вообще-то, если уж быть точным, это была твоя вина! Кстати, когда мы наконец начнём смотреть аниме?

— Это ты всё время болтал о том, как хочется выпить пива! Я и без твоих указаний собиралась начать просмотр!

Юдзухана схватила пульт и включила "КимиУту".

После нашей перепалки мне поначалу было трудно сосредоточиться, но постепенно я всё глубже погружался в мир любимого аниме.

Закончилось первое концертное выступление, затем прошли серии о дружбе персонажей, за ними последовали серьёзные сюжетные эпизоды, невероятно впечатляющие моменты, и наконец начались повседневные серии.

Время уже приближалось к ужину. Я как раз подумывал, не отправиться ли домой, поскольку сейчас был подходящий момент сделать перерыв, когда вдруг…

Тук.

Юдзухана прислонилась плечом к моему плечу и мирно засопела.

[[image:/storage/reader-images/ce1f087f12bec395b3e1719d8bdd6af75f619720.jpg]]

Эй, а как же вся эта любовь к "КимиУте"? Разве она не говорила, что настолько увлечена аниме, что совершенно забывает о сне?

Да уж, с этой девушкой никогда не соскучишься. Даже когда мы ездили на то ночное свидание на машине, она сама пригласила меня, а потом уснула на полпути.

Хотя тогда я не особенно возражал. В конце концов, это означало, что рядом со мной она чувствовала себя в безопасности.

Если бы подобное случилось раньше, я бы наверняка закричал: "Просыпайся, хватит валять дурака!"

Но, глядя на то, как мирно она спит, я совершенно не мог заставить себя рассердиться. Я переключил телевизор на новостную программу и уменьшил громкость.

Время медленно шло, и постепенно сонливость начала одолевать и меня…

— …Прости меня, Кохэй… Прости…

Тихий голос мгновенно прогнал мою дремоту. Возможно, ей снится одна из наших ссор, которые происходили, когда мы были супругами.

На лице Юдзуханы читалось глубокое сожаление, а с её губ срывались слова извинения. За что именно она сейчас извиняется, знает только сама Юдзухана.

Может, за то, что без спроса съела пудинг, который я оставил в холодильнике. Или за то, что перезаписала мои сохранения в игре.

А может, она извиняется за нашу ссору.

Если так, то мне тоже есть что сказать.

— …Всё хорошо. Я тоже прошу прощения.

Я не собираюсь утверждать, что все причины, приведшие к нашему разводу, были исключительно моей виной. Но и перекладывать всю ответственность на Юдзухану тоже не стану.

Я не помню в точности всего, что заставляло её раздражаться на меня, но, возможно, она была права, когда говорила, что я неосознанно заставлял её чувствовать себя хуже меня.

Поскольку я увлекался аниме и всем, что связано с отаку, гораздо дольше неё, то мог, сам того не замечая, начать хвастаться своими знаниями.

И наверняка было немало случаев, когда я говорил то, чего говорить не следовало, заставляя её раздражаться снова и снова. Но и у Юдзуханы есть свои недостатки.

Она склонна принижать окружающих и нередко произносит вещи, в которых совершенно нет необходимости.

Причины нашего развода кроются в нас обоих. Мы оба были виноваты.

Если Юдзухана извиняется, то я тоже извинюсь. Мне хочется оставить прошлое позади.

Отпустить его и начать всё сначала, выстраивая наши отношения с нуля. На этот раз не как супруги или влюблённые, а как друзья.

Наш брак закончился неудачей.

Но тот факт, что когда-то мы были лучшими друзьями и чувствовали себя счастливыми и непринуждёнными рядом друг с другом, невозможно отрицать.

От лица Юдзуханы Койкавы:Когда я проснулась после небольшого сна, за окном уже было темно. Кохэй, который рассеянно смотрел какую-то рекламу по телевизору, повернулся ко мне.

— Наконец-то проснулась.

— …Который час?

— Почти десять вечера.

— Я настолько долго спала? Нужно было разбудить меня…

— Не смог заставить себя это сделать. Ты так спокойно спала.

Кохэй иногда бывает таким. Однажды, когда он повёз меня кататься ночью на машине, он даже выключил радио, чтобы не разбудить меня, когда я уснула.

Он вполне мог накричать на меня что-нибудь вроде: "Ты ведь сама предложила поехать!"

Но вместо этого проявил доброту и заботу. Когда мы плохо ладили, я считала его эгоистичным парнем, который думает исключительно о собственном удобстве.

Но даже у Кохэя есть хорошие стороны.

— До какой серии "КимиУты" ты досмотрел?

— До восьмой серии первого сезона.

— То есть всё время, пока я спала, ты просто смотрел телевизор?

— Мы ведь обещали смотреть вместе. Но и будить тебя мне не хотелось.

— Тогда мог бы просто уйти и оставить меня спать.

— Не мог. У меня нет ключа. Я же не мог уйти, оставив дверь настежь открытой.

— Ничего страшного. Здесь автоматический замок.

— Даже так это не значит, что здесь абсолютно безопасно. Иногда посторонние проникают в подобные дома вместе с жильцами. Тебе стоит быть немного осторожнее.

Его слова прозвучали слегка снисходительно, но я совершенно не разозлилась. Я прекрасно чувствовала, что он беспокоится обо мне.

Наши отношения улучшились настолько, что он снова начал вот так заботиться обо мне.

Это вовсе не значит, что я хочу вернуться к тому, что было раньше…

Снова стать с ним парой. Но всё же…

— …Когда ты придёшь снова?

— Пока что я утолил свою жажду "КимиУты", так что можешь досмотреть остальное сама.

— Больше не хочешь смотреть?

— Не то чтобы не хочу, но…

Кохэй замялся. Я прекрасно понимала, что он пытается сказать.

Прийти ко мне домой, чтобы вместе смотреть аниме…

Такие отношения уже нельзя назвать просто знакомством.

Подобное делают друзья. В последнее время у нас практически не было настоящих ссор.

Да, мы по-прежнему иногда не соглашались друг с другом, но это уже совсем не походило на то, что происходило в последние месяцы нашего брака.

Если мы можем проводить время вместе, не испытывая сильного дискомфорта, значит, вполне соответствуем тому, что принято называть друзьями.

Но ведь мы развелись.

Возможно, нет ничего необычного в том, что парень и девушка после расставания становятся друзьями.

Но чтобы бывшие супруги превратились в друзей…

Такое происходит нечасто. В конце концов, развод — не то, к чему можно относиться легкомысленно.

— …Тебя действительно не смущает, что я здесь? Моё присутствие тебе не мешает?

После развода между нами всё ещё оставалась неловкость. И что гораздо важнее, мы должны были проявлять осторожность, чтобы не повторить прежних ошибок.

Поэтому Кохэй задал этот вопрос очень осторожно, словно пытаясь прощупать почву.

— Не то чтобы меня совсем ничего не смущало, но… Конечно, иногда ты меня раздражаешь, а порой я не могу чувствовать себя совершенно спокойно.

— У меня то же самое.

— Я так и думала. Но… в отличие от последних дней нашего брака, сейчас всё это находится в пределах того, что я могу спокойно вытерпеть. Думаю, даже обычные друзья порой испытывают нечто подобное. Поэтому…

Я не была уверена, что слова, которые собиралась произнести, окажутся правильными.

Но мне захотелось их сказать. Возможно, позже я пожалею об этом.

Однако время, которое мы с Кохэем проводили вместе в последнее время, было настолько приятным, что мне хватило смелости сделать шаг вперёд.

Поэтому…

— Пожалуй, я могла бы стать твоим другом.

И вот я сделала этот шаг.

Возможно, Кохэй уже ожидал услышать нечто подобное, поскольку особого удивления на его лице не появилось.

— …Ты действительно хочешь снова хорошо со мной ладить?

— Я бы не стала лгать о подобных вещах. …Или тебе неприятна сама мысль об этом?

— …Нет, ничего неприятного в ней нет. После просмотра "КимиУты" я и сам подумал, что было бы здорово снова болтать с тобой до глубокой ночи, как раньше. …Но мы ведь бывшие супруги, понимаешь? Как думаешь, у нас действительно получится ладить друг с другом?

— Ну, пока не попробуем общаться как друзья, не узнаем. Но одно я могу сказать точно: именно брак разрушил наши отношения, a до этого мы ведь прекрасно ладили, правда?

— Ага, ну… Думаю, не будет преувеличением назвать то время самым весёлым в моей жизни.

— Вот именно! Кохэй, ты был лучшим другом из всех, кто у меня когда-либо был. Но ты не стал для меня лучшим мужем. И я тоже не была для тебя лучшей женой.

Даже произнося эти слова, я не хотела до конца принимать их. Ведь нельзя сказать, что абсолютно всё в нашей супружеской жизни было ужасным.

У нас было множество счастливых воспоминаний. Множество моментов, которые приносили мне настоящую радость.

Но после настолько печального конца я уже не могла с уверенностью утверждать, что решение выйти за него замуж было правильным.

И всё же…

То, что мы с Кохэем когда-то были лучшими друзьями, оставалось неоспоримым фактом.

Проблема заключалась в другом…

— Проблема в том, что Юдзухана может снова в меня влюбиться.

…Прошу прощения?

— Ты всё неправильно понял. Проблема в том, что это ты снова влюбишься в меня, Кохэй.

— Нет-нет, это ведь ты первой в меня влюбилась.

— Но это ты первым признался мне в любви и сделал предложение!

— А ты сразу согласилась! К тому же, даже если признался первым я, кто может с уверенностью сказать, кто из нас влюбился раньше?

— И что ты этим хочешь сказать? Ты вообще не хочешь со мной дружить?

— Я не это говорю! Если поклянёшься, что больше никогда в меня не влюбишься, тогда я соглашусь стать твоим другом!

— Тебя это тоже касается! Если поклянёшься, что не влюбишься в меня, тогда я подумаю над тем, чтобы стать твоим другом!

Во время нашей перепалки между нами снова начали летать искры. Но в конечном счёте мы всё-таки снова стали друзьями.

Говорят, что дружбы между мужчиной и женщиной не существует. Однако мы уже однажды потерпели неудачу, поэтому, возможно, на этот раз нам удастся остаться в пределах простой дружбы.

— Ладно, увидимся завтра.

— Ага, до завтра.

Пообещав друг другу продолжить совместный просмотр "КимиУты", мы расстались.

В пятницу после уроков мы с Юдзуханой отправились в семейный ресторан.

Мы собирались немного перекусить и поиграть в Monster Hunter, но…

— Идиот…

Юдзухана тяжело вздохнула.

— Не называй меня идиотом.

— А как ещё тебя называть? Что это такое?

— Листок с результатами контрольной.

— Ты ведь понимаешь, что я спрашиваю не об этом? Или у тебя настолько низкий интеллект, что ты даже этого не понимаешь? Спрошу ещё раз. Что это?

— …Моя оценка.

— А сколько баллов?

— …Два.

— Молодец, хороший мальчик. А теперь посмотри на мой результат.

Она самодовольно достала из сумки свой листок и продемонстрировала идеальные десять баллов.

— Идиотка…

— Это ещё почему я идиотка?! Только не говори, что ты подумал, будто максимальный балл - сто!

— Просто завидно стало, когда увидел твой идеальный результат.

— Как по-детски…

— И что плохого в том, чтобы вести себя по-детски? В пятнадцать лет мы ещё дети. К тому же можешь сколько угодно называть меня идиотом, но в итоге мы ведь оба поступим в один университет, верно? Значит, мы на одном уровне.

— И всё же прямо сейчас мои оценки несравнимо лучше твоих! А потому преклонись передо мной и поклоняйся мне!

— Да-да. Какая же ты у нас умница.

— …Ты ведь сейчас издеваешься.

— Вовсе нет.

— Издеваешься! Ты только что говорил со мной как с маленьким ребёнком! Это просто нелепо, так что прекрати!

— А разве ты сама так не делала? Помнишь, как я однажды вернулся домой совершенно измученным после сверхурочной работы, а ты сказала: "Кто это у нас сегодня так хорошо поработал?"

— Э-это я просто пыталась подбодрить тебя милым голосом! Если уж ты об этом заговорил, то сам ведь говорил: "Давай поспим вместе, ладно~!"

— Э-это я пытался тебя успокоить, потому что ты боялась грома!

— Если уж собираешься меня успокаивать, мог бы придумать что-нибудь покруче!

— Я просто хотел разрядить обстановку, потому что ты испугалась! Людям ведь становится легче, когда они видят младенца, правда?

— Не сравнивай лепет новорождённого с сюсюканьем взрослого мужчины! И вообще, ты пытаешься сменить тему, но понимаешь, насколько всё серьёзно?

— Да уж… Особенно учитывая, что это была контрольная по математике.

На этот раз мне удалось избежать наказания, однако если я провалю промежуточный экзамен в конце следующего месяца, дополнительных занятий после уроков не избежать.

А если завалю итоговый экзамен в конце июня, то и вовсе лишусь летних каникул.

Одна только мысль о том, что мне придётся проводить лето в компании нашего строгого учителя математики, приводила меня в ужас.

— Вот именно. Мы ведь пришли сюда, чтобы спокойно поиграть, а ты, оказывается, скрывал такую бомбу.

— Вообще-то это ты сама подняла эту тему, Юдзухана.

— Я собиралась похвастаться своей оценкой. А теперь даже хвастаться расхотелось.

— Но ты уже похвасталась… Причём весьма основательно.

— Ой, правда?

— Какая же у тебя удобная избирательная память. В любом случае, разве тебя должно волновать, останусь я на дополнительные занятия или лишусь летних каникул?

— Конечно, должно. Если тебя оставят после уроков, мне будет не с кем развлекаться.

— Не волнуйся. Меня не оставят. В прошлый раз я тоже еле-еле избежал дополнительных занятий.

— То, что тебе удалось выкрутиться в прошлый раз, ещё не означает, что повезёт и теперь. А с такими оценками я даже не смогу спокойно приглашать тебя куда-нибудь.

Юдзухана хлопнула в ладоши и объявила:

— Чтобы мы могли спокойно веселиться, я помогу тебе с учёбой! Для начала наша цель - получить максимальный балл на следующей контрольной. Понятно?

— Учёба, значит…

— Не делай такое лицо. Я буду учить тебя ласково и терпеливо.

Насчёт "ласково и терпеливо" у меня имелись серьёзные сомнения.

Однако если мои оценки упадут ещё сильнее, родители сократят мне карманные деньги.

А ведь я и сам собирался проводить летние каникулы вместе с Юдзуханой. Остаться без денег на развлечения было бы настоящей катастрофой.

— Кстати, как мне тебя отблагодарить?

— Ничего не нужно… Хотя можешь оплатить сегодняшний счёт.

— Дёшево отделался.

— Вот закажу сейчас тортик - и уже не так дёшево получится.

— Тогда закажи и мне что-нибудь. А я пока схожу в туалет.

— Какой торт хочешь?

— Любой подойдёт.

— Сколько раз я тебе говорила, что ответ «любой» мне совершенно не помогает… Ну ладно. Выберу то, что тебе наверняка понравится.

— Спасибо.

Юдзухана проводила меня взглядом, когда я поднялся из-за стола. Закончив свои дела и возвращаясь обратно, я заметил, что с ней разговаривает какой-то незнакомый парень.

Он сидел на моём месте и оживлённо с ней беседовал.

На нём была такая же школьная форма, как и на мне. Даже издалека было видно, что он довольно красив.

— Эм… Вообще-то это моё место.

— Ой, извини. Тогда увидимся в школе, Коикава-сан. Буду ждать положительного ответа.

С приятной улыбкой он поднялся и направился к столику в углу, где его ждала компания парней в такой же форме.

— …Ты знакома с этим парнем?

— Это Ямада-кун. Он состоит в футбольном клубе.

— Ямада… А, точно. Вспомнил.

Я припомнил День святого Валентина, когда он получал шоколадки не только от одноклассниц, но даже от младшеклассниц.

Не спорю, среди девушек он пользовался популярностью. Но я совершенно не помнил, чтобы он был близок с Юдзуханой.

— Вы давно общаетесь?

— Конечно нет. Ты же знаешь, у меня почти нет друзей. Впервые я поговорила с Ямадой-куном совсем недавно. Я уже собиралась домой, когда в мою сторону прилетел футбольный мяч, и он спросил: "Ты не ушиблась?"

— Вот как. И о чём вы сейчас разговаривали?

— Он спросил, не хочу ли я стать менеджером футбольной команды, раз уж ещё не вступила ни в какой клуб.

— Менеджером?.. То есть он хотел пригласить тебя в команду?

— Да, именно. Согласись, у него хороший глаз на людей, раз он не испугался моего грозного взгляда и решился меня пригласить. Я-то думала, что ты единственный, кто меня не боится, Кохэй.

Юдзухана смущённо и одновременно самодовольно улыбнулась. Она всегда комплексовала из-за своего острого взгляда.

Могу понять, почему ей было приятно, когда кто-то похвалил то, что она сама считала недостатком.

Но…

Мне почему-то было неприятно видеть, как она радуется комплименту другого парня. И чем больше я вспоминал её слова о том, что Ямада умеет разбираться в людях, тем сильнее раздражался.

— Значит… теперь мы больше не сможем проводить время вместе?

Юдзухана ведь ни за что не предпочтёт мне какого-то другого парня. Разумеется, она выберет проводить время со мной, а не работать менеджером футбольного клуба.

Мне просто хотелось услышать это непосредственно от неё.

"Я лучше буду с Кохэем, чем с Ямадой-куном".

Пока она этого не скажет, неприятное чувство никуда не исчезнет.

— С чего бы это?

— Ну, ты же собираешься стать менеджером футбольной команды?

— Ещё чего. Я слишком стеснительная для такого.

— Значит, если бы ты не была стеснительной, согласилась бы?

— Я такого не говорила. Кохэй, а ты случайно не раздражён чем-то?

— Нет.

Мне стало неловко от мысли, что она догадается о моей ревности к Ямаде, поэтому мой голос прозвучал резче, чем я хотел.

— Ещё как раздражён. Ты что, ревнуешь? Потому что я похвалила Ямаду-куна? Ха-ха, оказывается, у тебя есть неожиданно милая сторона.

Юдзухана прищурилась и озорно ухмыльнулась. Смущение смешалось с раздражением, и я ответил куда грубее, чем следовало:

— С чего бы мне ревновать из-за такой ерунды? В отличие от тебя, я не из тех, кто постоянно цепляется к другому человеку. Мне совершенно всё равно, с кем ты общаешься.

Улыбка исчезла с лица Юдзуханы.

— …А? Что это за отношение? Не надо срывать на мне своё раздражение.

— Я ни на ком ничего не срываю.

— Ещё как срываешь. Ты дуешься только потому, что я поговорила с другим парнем. Насколько же сильно ты ревнуешь?

— Да говорю же, что не ревную!

— Тогда почему ты так злишься?

— Потому что ты весело болтала с другим парнем, хотя пришла сюда со мной! Ты ведь сама злишься, когда я сижу в телефоне во время еды!

— Конечно, злюсь, когда человек, с которым я ем, уделяет телефону больше внимания, чем мне!

— Тогда и ты должна уделять внимание тому, с кем проводишь время! Как же ловко ты закрываешь глаза на собственные недостатки!

— Но тебя в тот момент вообще не было за столом! И вообще, запрещать мне разговаривать с другими парнями - это уже собственничество! Если кто-то здесь не замечает своих недостатков, так это ты!

С сердитым выражением лица Юдзухана выкрикнула последние слова, схватила сумку и поднялась.

Даже не оглянувшись, она вышла из ресторана. Я заметил, что несколько парней из футбольного клуба слышали нашу ссору и теперь смотрели в мою сторону.

Это вызвало новую волну раздражения.

Лучше просто пойти домой.

Но едва я собрался встать, как подошёл официант с двумя тарелками торта.

Клубничный бисквит и чизкейк. Как раз тот, который я люблю.

Представив, как Юдзухана выбирала для нас эти десерты, я почувствовал тупую боль в груди.

— С возвращением…

— А! Старший братик, с возвращением!

Стоило мне прийти домой, как Сана радостно выбежала из столовой. Она буквально сияла от счастья. Наверняка произошло что-то хорошее.

Контраст между её настроением и моим был просто поразительным.

— У меня сегодня для тебя подарок!

— Подарок?

— Именно! Подарок! Та-дам!

Сана показала листок бумаги, который до этого прятала за спиной. Это оказался билет в зоопарк с изображениями жирафа и слона.

— Мама мне его дала! Сказала, что кто-то с работы ей подарил!

— А… Понятно.

Теперь, когда она упомянула об этом, я смутно припомнил подобный случай.

Это произошло год или два назад, но воспоминания были довольно расплывчатыми. Не помню, чтобы тогда я ходил в зоопарк и весело проводил время.

Скорее всего, билет просто просрочился, потому что мне было не с кем пойти, а одному не хотелось.

— Хочешь сходить со мной?

— Если тебе больше нечем заняться, то можно! Но у меня тренировки в клубе, поэтому я пас!

— Даже одного выходного нет?

— Я будущий капитан и звезда баскетбольной команды! Без меня клуб просто не сможет существовать!

Пока она ещё не была ни капитаном, ни лучшим игроком. Но я знал, что благодаря своей целеустремлённости она обязательно добьётся этого.

Я до сих пор отчётливо помнил, как она радовалась в день своего назначения капитаном.

Поэтому заставлять её идти в зоопарк против воли мне не хотелось.

— Я тоже не особо интересуюсь зоопарками, так что, пожалуй, откажусь. Лучше отдай билеты кому-нибудь из друзей.

— Посмотри внимательнее, братик! Здесь два билета!

— Да с чего бы мне идти туда дважды, если я даже один раз не хочу?

— Я не об этом! Сходи туда со своей девушкой!

— С девушкой?.. Юдзухана мне просто подруга.

Хотя после нашей сегодняшней ссоры было ещё неизвестно, сумеем ли мы вообще остаться друзьями.

— Ого! Вы уже на той стадии, когда называете друг друга по имени! Какая молодость!

— Хватит дразнить старшего брата. Называть друга по имени совершенно нормально.

— В любом случае, раз вы так близки, пригласи её! Вот, держи билеты! Срок действия скоро закончится, так что зови поскорее!

— Даже если я приглашу её, у неё могут быть другие планы.

— Пока не спросишь, не узнаешь! И если из этого что-нибудь получится, обязательно скажи на свадьбе: «Именно Сана свела нас вместе!»

— Я не собираюсь жениться!

— Классический случай, когда человек скрывает смущение! Ах, молодость!

Широко улыбаясь, Сана проводила меня до комнаты. Я решил почитать мангу до ужина, однако билеты не выходили у меня из головы.

Даже если я не стану никого приглашать, можно хотя бы узнать, что это за зоопарк. Я включил компьютер и поискал информацию в интернете.

— …Они сотрудничают с "АниПара"?

Оказалось, сейчас в зоопарке проходило совместное мероприятие с "Звериным раем" — детским аниме, которому этой весной исполнился год.

В разных уголках зоопарка установили стенды с персонажами, а ещё проводилась игра по сбору печатей. Если собрать печати возле всех животных, можно получить памятный значок.

Я несколько раз видел это короткое аниме, которое показывали по утрам, но особого интереса оно у меня не вызвало.

Зато Юдзухана постоянно рассказывала, насколько оно доброе, милое и успокаивающее.

…Что же делать?

Мы только что поссорились, поэтому приглашать её было неловко.

Обычно я бы просто подождал, пока всё само собой уляжется, но…

— На этот раз так нельзя.

Ведь неправ был именно я. Надеяться, что время всё исправит, — не решение проблемы.

Я должен сам всё уладить.

Иначе, даже если внешне мы помиримся, где-то в глубине души может остаться обида. Одна маленькая неприятность наложится на другую, недовольство накопится и однажды взорвётся.

Тогда наши отношения могут разрушиться окончательно. В прошлый раз именно такой подход привёл нас к разводу.

Сейчас я вовсе не собираюсь жениться, но повторять ту же ошибку нельзя. Я хотел оставаться близким с Юдзуханой всю жизнь.

Решившись, я взял телефон и набрал её номер.

После нескольких гудков раздался напряжённый голос:

— …Тебе что-то нужно?

Да уж, она всё ещё злится…

Приготовившись к отказу, я всё-таки спросил:

— Эм… Ты завтра свободна?

— А что?

— Ну, необязательно завтра. Можно послезавтра или ещё через день. Я тут подумал сходить в зоопарк… Мне дома билеты дали.

— Хм, понятно.

Особого интереса в её голосе не прозвучало, однако тон стал немного мягче.

— Ты ведь любишь зоопарки? Вот я и подумал, что, может, ты захочешь сходить со мной…

— Зоопарки я люблю, но… почему именно со мной? Разве не можешь сходить один?

— Одному как-то не хочется. Я ведь не особо интересуюсь зоопарками.

— Не интересуешься, но всё равно хочешь пойти?

— Ну… В одиночку мне вряд ли было бы весело, а вот с тобой, думаю, я бы хорошо провёл время.

— Хм-м.

На этот раз её голос прозвучал заметно веселее.

— …Ты настолько сильно хочешь пойти в зоопарк именно со мной?

— Да. Я хочу пойти с тобой. …Составишь мне компанию?

— Ладно, так уж и быть, схожу с тобой.

Она ответила слегка высокомерным тоном, однако по голосу было слышно, что настроение у неё улучшилось. И это искренне меня обрадовало.

— Тогда завтра в полдень у станции?

— Лучше утром.

— Я не против, но у тебя разве есть какие-то планы на вторую половину дня?

— Нет. Просто если пойдём утром, сможем дольше там погулять, верно? А ты утром чем-то занят, Кохэй?

— Нет, я свободен. Тогда давай встретимся в девять перед станцией. Я посмотрю расписание поездов и напишу тебе. …И ещё насчёт сегодняшнего…

— Ты про Ямаду? Сразу скажу: Ямада мне не нравится.

— …Ты говоришь это ради меня?

Другого объяснения я не находил. В конце концов, Ямада красивый.

Судя по всему, он хорошо ладит с людьми и наверняка смог бы взять инициативу в свои руки, если бы встречался с такой застенчивой девушкой, как Юдзухана.

— Вовсе нет. Этим летом Ямада будет изменять сразу двум девушкам, a потом, уже во взрослой жизни, разведётся из-за измены.

— …Серьёзно?

— Серьёзно. Я узнала об этом на прошлогодней встрече выпускников.

Кстати, меня на ту встречу даже не пригласили.

Юдзухана тогда сказала: "Наверное, просто забыли с тобой связаться. Давай пойдём вместе".

Но я обиделся и отказался: "Нет, не нужно. Меня ведь всё равно не пригласили".

— В общем, между мной и Ямадой совершенно точно ничего не будет, так что можешь успокоиться. …Мы сегодня поссорились, но давай считать, что уже помирились?

— Нет, ещё нет. Я ведь до сих пор не извинился. …Ты ничего плохого не сделала, а я просто сорвал на тебе раздражение. Прости меня.

— Да ладно, всё уже прошло. К тому же ты так редко извиняешься, Кохэй. Завтра что, снег пойдёт?

Услышав её шутливый тон, я невольно улыбнулся.

— Не смейся надо мной, когда я извиняюсь. И не волнуйся, завтра будет солнечно.

— Надеюсь. В любом случае я уже жду не дождусь. Тогда до завтра! Пока-пока!

— До завтра.

Мы благополучно помирились, и я завершил звонок с лёгкостью и облегчением на душе. На следующее утро, когда я укладывал волосы перед зеркалом в ванной, туда забрела сонная Сана, протирая глаза.

Она зевнула, но стоило ей увидеть моё отражение, как глаза широко распахнулись.

— Ого! Старший братик наконец-то открыл для себя моду?!

— Подожди здесь!

Выкрикнув это, она помчалась наверх.

Вернулась Сана уже с телефоном в руках, явно намереваясь меня сфотографировать.

— Эй, прекрати фотографировать!

— Да ладно тебе! Это же на память! Давай, прими крутую позу!

— Не собираюсь я позировать.

— А-а, так ты хочешь сказать, что твоя естественная крутизна не нуждается в позировании! Братик, какой же ты красавчик~!

— Ничего подобного. Укладывать волосы - совершенно нормальное дело для старшеклассника.

— Но сегодня ведь выходной! А ты встал так рано, нарядился и…

Сана внезапно замерла. На её лице появилось выражение человека, который наконец-то всё понял.

Затем губы растянулись в хитрой улыбке, а голос буквально зазвенел от возбуждения.

— Ты ведь идёшь на свидание в зоопарк?!

— Ты идёшь на свидание?!

Прекрасно. Теперь ещё и мама прибежала из кухни, услышав крик Саны.

— Вы идёте в зоопарк? Подожди здесь, я дам тебе денег!

— …Сколько?

— Десять тысяч иен!

— Ты мне столько дашь?!

— Угости Коикаву-тян чем-нибудь вкусненьким!

Если я приму деньги, это будет почти равносильно признанию, что мы с Юдзуханой идём на свидание.

Но…

Перед соблазном получить десять тысяч иен я устоять не смог. В итоге деньги оказались у меня в руках.

— Спасибо. Но на всякий случай уточню: это не свидание.

Твёрдо заявив об этом, я позавтракал и вышел из дома. Провожать меня собралась вся семья, включая отца, который тоже присоединился к остальным.

Все они улыбались так, словно прекрасно понимали, что происходит.

— …Чёрт побери.

Из-за поддразниваний Саны и остальных я начал слишком много об этом думать. Разумеется, если парень и девушка вместе идут в зоопарк, окружающие вполне могут принять это за свидание.

Но мы ведь просто друзья.

Мы всего лишь собираемся погулять, и сама Юдзухана наверняка тоже не считает это свиданием, а если она заметит, что я начал задумываться о подобном, между нами может возникнуть неловкость.

Это не свидание. Это не свидание.

Это не свидание. Это не свидание.

Повторяя про себя эту мантру, я добрался до станции.

Хотя я пришёл на пять минут раньше, Юдзухана уже сидела на скамейке возле входа.

— Привет. Ты рано.

— Я только что пришла! И посмотри, какая сегодня прекрасная погода! Идеальный день для зоопарка!

— Д-да уж. Ты прямо вся светишься от радости. Не знал, что ты настолько любишь зоопарки.

— Я всегда любила животных! А когда посмотрела информацию, узнала, что там проходит совместное мероприятие с "АниПара"!

А-а, так вот почему она настолько взволнована.

— Там ещё печати можно собирать.

— И стенды с персонажами поставили! Я обязательно должна с ними сфотографироваться! Ой, кстати, держи.

Она протянула мне совершенно новый цифровой фотоаппарат.

У Юдзуханы довольно сильно дрожат руки, поэтому во время наших совместных прогулок фотографиями обычно занимался я.

…Не то чтобы сегодня у нас свидание.

— Выглядит совсем новым. Специально ради сегодняшнего дня купила?

— Я купила его ещё перед поступлением в школу. Хотела фотографировать памятные моменты с друзьями. В прошлой временной линии он просто лежал в углу моей комнаты и собирал пыль. Надо поблагодарить маму за то, что теперь появился повод им пользоваться! Позже зайду к ней и скажу спасибо!

— Не нужно её ни за что благодарить. Если придёшь, меня снова начнут дразнить.

В прошлой жизни я мог уверенно отрицать любые подобные намёки. Но теперь я осознал, что испытываю чувства к Юдзухане.

Разумеется, исключительно дружеские. Никакой романтики здесь и близко нет. И всё же я не уверен, что смогу скрыть смущение, если родные начнут поддразнивать меня прямо при ней.

Если я хочу сохранить нашу дружбу, то не должен краснеть и теряться в присутствии Юдзуханы.

— Почему бы просто не представить меня своей подругой?

— Даже тогда родные начнут подшучивать: "Ой, молодец, какую милую подружку себе нашёл!"

— Хорошая у тебя семья. Радуются счастью сына. Совсем не то что моя.

— Давай не будем об этом. Стоит мне вспомнить тот день, как старые раны снова начинают болеть.

— Какие ещё старые раны? Ты ведь даже с моим отцом пока не подрался…

С усталым выражением лица Юдзухана достала из сумки пластырь.

Она наклеила мне на щёку пластырь с изображениями животных — такой, который наверняка понравился бы маленькой девочке.

Её пальцы коснулись моей щеки, и сердце невольно пропустило удар.

— Но у меня ведь ничего не болит…

В прошлой жизни её отец ударил меня в день нашего первого знакомства.

Должно быть, он очень дорожил Юдзуханой, потому что стоило мне представиться, как он схватил меня за воротник и закричал: "Не отдам тебе свою дочь!"

В итоге всё переросло в настоящую драку.

— Ты сам заговорил о старых ранах, вот я и наклеила тебе пластырь. Будь благодарен.

— Могла бы хотя бы обычный пластырь взять? С таким рисунком мне неловко ходить.

— Не привередничай. Между прочим, этот пластырь дорого стоил. И вообще, ты тут о старых ранах говоришь, но ведь я тоже пострадала!

— Юдзухана, ты тогда не получила никаких травм.

— А ты представляешь, какой шок я испытала, когда мой парень при первой встрече с отцом устроил с ним грандиозную драку?! Это нанесло глубокую рану моему сердцу!

— И что ты предлагаешь мне с этим делать?

— Сделай так, чтобы сегодня я как следует повеселилась. Тогда моя рана заживёт.

— Если так, я постараюсь изо всех сил.

— Спасибо. Рассчитываю на тебя.

— Ага.

Мы отправились на платформу. Как раз когда мы подошли, прибыл поезд, и мы сели в вагон.

Устроившись рядом на двухместном сиденье, Юдзухана достала из сумки толстенную книгу.

— Вот, держи.

— Что это?

— Как видишь, фанбук по "АниПара".

— Ты специально для меня его принесла?

— Конечно, для тебя, Кохэй. Ведь гораздо интереснее, когда разбираешься во всех подробностях, правда?

— Ну да, но… Он же невероятно толстый.

— Это лишь означает, что персонажи очень хорошо проработаны. До зоопарка ехать около двух часов, так что обязательно прочитай его внимательно. Если ты будешь плохо разбираться в персонажах, мы не сможем как следует… Фва-а-а…

Юдзухана зевнула. Присмотревшись, я заметил тёмные круги у неё под глазами.

— Ты не выспалась?

— Угу. После нашего вчерашнего разговора я взяла "АниПара" напрокат и пересмотрела. Хоть серии и короткие, времени ушло довольно много.

— Ты пересмотрела всё аниме? Вот это преданность делу.

— Ну, я ведь хотела получить максимум удовольствия от мероприятия с "АниПара".

— Тогда поспи, пока мы едем. Если будешь сонной, не сможешь нормально повеселиться.

— Но если я усну, тебе ведь станет скучно?

— Не волнуйся. Помнишь, когда я возил тебя на горячие источники, чтобы отблагодарить за помощь с моей додзинси? Ты тогда не поспала в машине и в итоге уснула прямо в горячем источнике. Если бы меня не было рядом, могла бы утонуть.

— Я не виновата. Вода была такой приятной…

— Рад, что тебе понравилось, но всё-таки тебе нужно нормально отдыхать.

— Просто мне хотелось насладиться ещё и нашим свиданием во время поездки на машине… Не ругайся.

— Я не ругаюсь, а беспокоюсь о тебе.

— Тогда, если беспокоишься, говори помягче. И вообще, ты говоришь обо мне, но ведь сам тогда поранился на горячих источниках. Я за тебя гораздо сильнее переживала!

— Это была не моя вина. Там было скользко.

— Поскользнуться может каждый, но ты ведь не послушал меня, когда я сказала, что нужно поехать в больницу!

— Ты преувеличивала. Мы столько времени добирались до горячих источников, и было бы жалко тратить его на больницу.

— Это не пустая трата времени! Ты для меня гораздо важнее каких-то горячих источников! Поэтому, если тебя в зоопарке укусит лев, пообещай, что обязательно поедешь в больницу!

— Если меня укусит лев, конечно же, поеду… А теперь уже спи.

— Ладно, буду…

Наверное, плавное покачивание поезда действовало успокаивающе, потому что совсем скоро дыхание Юдзуханы стало тихим и ровным.

Она положила голову мне на плечо. Пока Юдзухана спала, на её лице застыло счастливое и умиротворённое выражение.

…Ну, ничего не поделаешь.

Раз уж она приложила столько усилий, чтобы как следует повеселиться сегодня, пожалуй, мне тоже стоит внимательно изучить фанбук.

Ощущая тепло её тела и слушая тихое дыхание, я не мог не смущаться. Но всё же погрузился в изучение мира "АниПара".

Когда мы вышли из поезда, Юдзухана всё ещё выглядела немного сонной. Однако стоило ей увидеть зоопарк, как от сонливости не осталось и следа.

Её слегка острые глаза засияли, и она указала в сторону входа.

— Кохэй! Сфотографируй это!

— Ладно-ладно. А потом сфотографирую тебя на фоне ворот. Встань вон там.

— Спасибо! Рассчитываю на тебя!

Я сфотографировал Юдзухану, которая показывала знак победы на фоне входных ворот, а затем передал наши билеты сотруднику.

Мы получили брошюру и лист для сбора печатей, после чего прошли внутрь. Возле входа нас встретила статуя льва.

Юдзухана тут же подбежала к ней, снова показала знак победы и жестом велела мне фотографировать.

— Кохэй! Снимай!

— Да-да. Всё, готово.

— Хорошо получилось?

— Идеально.

— Отлично! А теперь сфотографируй меня так, будто я испугалась!

Она приняла позу человека, на которого напал лев, и изобразила на лице преувеличенный ужас.

Да уж, энергии у неё хоть отбавляй…

Я-то к такому привык, но если бы кто-нибудь из школы увидел её сейчас, наверняка решил бы, что перед ним совершенно другой человек.

От мысли, что только мне довелось узнать эту сторону Юдзуханы, я ощутил лёгкое чувство превосходства.

— …Эй, давай быстрее фотографируй. Мне уже тяжело удерживать такое выражение лица.

— А, извини, виноват.

Когда я сделал снимок, Юдзухана тут же подбежала ко мне. Она наклонилась совсем близко, чтобы посмотреть на фотографию.

Ощутив окружающий её лёгкий сладковатый аромат, я показал ей экран фотоаппарата.

— Отлично получилось. Тебе стоит задуматься о карьере фотографа.

— Я не настолько хорошо снимаю. Да и понятия не имею, как им стать.

— Я тоже… Но помнишь календарь, который мы получили в туристическом агентстве?

— Тот, который я повесил в ванной?

— Именно. — Она кивнула. — Для него используют фотографии, которые присылают обычные люди. Если твою работу выберут, разве это не будет достижением, которое можно указать в портфолио?

— Но в основном я фотографирую фигурки. Вряд ли такие снимки подойдут для календаря туристического агентства.

— Тогда отправь фотографии, которые ты только что сделал. Если действительно хочешь стать фотографом, я дам тебе особое разрешение.

— Не нужно. Я не уверен, что смогу зарабатывать фотографией на жизнь. Я уже решил, что буду жить так, чтобы работа не приносила мне страданий.

Работа нужна для того, чтобы жить.

Однако в прошлой жизни я, наоборот, жил ради работы. Стресс постепенно накапливался, и в итоге я начал срывать раздражение на Юдзухане.

Я больше никогда не хочу становиться тем человеком.

— Ну, тогда ладно. Я ведь тоже не хочу, чтобы ты страдал из-за работы. В таком случае теперь давай я тебя сфотографирую.

— Фотографии, на которых только я один, неинтересные.

— Ничего подобного. Давай сюда фотоаппарат.

— Не хочу. Я всё равно плохо получаюсь на фотографиях.

— Ты серьёзно переживаешь из-за того, насколько фотогеничен?

— Конечно! Во время школьной поездки почти на всех фотографиях у меня были полузакрытые глаза. Знаешь, каково это, когда девчонки смеются и говорят: "Куросэ-кун похож на тибетскую лисицу"?

— Тибетские лисицы милые. И вообще, в отличие от фотографий со школьной поездки, эти буду видеть только я, так что ничего страшного.

— Даже если их увидишь только ты, я не хочу выглядеть как тибетская лисица. Мне хочется выглядеть круто.

— Если тебе настолько не нравятся полузакрытые глаза, можем по дороге обратно заглянуть в фотобудку. Там сделаешь себе глаза такими большими, как захочешь.

— Если увеличить глаза, я буду выглядеть милым. А я хочу выглядеть крутым, а не милым.

— Ишь чего захотел! Лучше уж выглядеть милым. Ты представляешь, каково мне, когда фильтры красоты делают моё лицо ещё более пугающим?

— Не очень понимаю, но выглядеть как ястреб довольно круто. Вообще, ты всегда слишком переживала из-за таких вещей. У тебя ведь красивые глаза, а ты постоянно к ним придираешься.

— Только ты и хвалишь мои глаза. Совсем у тебя нет вкуса.

Несмотря на эти слова, Юдзухана выглядела почему-то очень довольной. Кажется, сейчас она радовалась даже сильнее, чем когда рассказывала, что Ямада-кун умеет хорошо разбираться в людях.

Глядя на её счастливое лицо, я тоже почувствовал себя счастливым.

— Так что будем делать с фотографией? Если не хочешь сниматься один, я не против сфотографироваться вместе с тобой.

— Раз уж мы здесь, давай сделаем совместное фото.

— Решено. Тогда дай мне фотоаппарат.

Я передал ей камеру, и Юдзухана, схватив меня за рукав, потянула к статуе. Затем она внезапно приблизилась ко мне.

Подожди, её лицо слишком близко!

Щёлк!

— Хорошо получилось?

— П-подожди! Дай мне сначала проверить!

— Почему?

— Почему, спрашиваешь?..

Потому что на снимке я наверняка смотрю прямо на тебя!

Если она увидит моё очевидно смущённое выражение, возникнет неловкость. Не то чтобы я специально смотрел на неё из-за каких-то чувств.

Просто она застала меня врасплох.

— Вдруг я плохо получился? Хочу проверить. Если фотография неудачная, удалю её.

— Ни за что. Даже если получилось плохо, это всё равно воспоминание, которое стоит сохранить.

— Только если оно не позорное. Не хочу, чтобы оно преследовало меня всю жизнь.

— Здесь нечего стесняться. Ты вообще представляешь, сколько раз я видела твоё лицо?

Не обращая на меня внимания, Юдзухана посмотрела на экран фотоаппарата.

Она увидела…

— …Не годится. Всё размыто.

— Серьёзно?.. О, и правда.

Я взглянул на экран. Снимок оказался совершенно нечётким.

Какое счастье, что Юдзухана плохо фотографирует.

— В следующий раз, когда захотим сфотографироваться вместе, давай попросим кого-нибудь поблизости.

— Наверное, так будет лучше… Тогда оставляю это тебе?

— Ага, договорились.

— Спасибо.

— Не за что.

Фух, начало получилось довольно нервным, но пора собраться и наслаждаться зоопарком. Я раскрыл брошюру, и Юдзухана наклонилась сбоку, чтобы тоже посмотреть.

Из-за такой близости моё сердце на мгновение забилось быстрее. Хотя я вовсе не возражал.

— А где твоя?

— Убрала в сумку. Одной брошюры на двоих ведь достаточно, не думаешь?

— Согласен. Так куда пойдём сначала?

— Мне всё равно, но я хочу покормить животных. А ещё обязательно сфотографироваться с Ринрин-тян.

— Тогда для начала отправимся к жирафам.

— О? Как ты догадался, что она жираф?

— Я внимательно прочитал фанбук.

— А кто твой любимый персонаж?

— Сунакичи.

Юдзухана тихонько рассмеялась.

— Значит, тебе тоже нравится тибетская лисица.

— И что такого? У него настолько безнадёжное выражение морды, будто он окончательно разочаровался в жизни. Просто невозможно оторваться.

— Вот именно! Ты отлично меня понимаешь! Кстати, на твоё лицо тоже можно смотреть бесконечно. Мне бы никогда не надоело. Может, распечатать твою фотографию в большом формате и повесить на стену?

— Не надо. Когда я приду к тебе в гости, мне будет ужасно неловко…

— Тогда повесь мою фотографию у себя в комнате.

— Её увидит Сана, и станет ещё хуже… Ладно, давай уже пойдём смотреть на Ринрин-тян.

— Точно, пошли!

Мы неспешно шли по оживлённому зоопарку, где было полно семей с детьми, пока наконец не добрались до вольера с жирафами.

Жирафы вытягивали длинные шеи за ограждение и с удовольствием жевали морковь, которую им протягивали дети.

Так, где тут можно купить корм?..

Пока я осматривался, Юдзухана схватила меня за плечо и принялась трясти.

— Кохэй! Кохэй! Смотри, там стенд с Ринрин-тян!

— О, здорово. Выглядит внушительнее, чем я ожидал.

Ринрин-тян представляла собой антропоморфного жирафа в матросской школьной форме, который стоял на задних ногах.

В её облике чувствовался стиль гяру, а пятна на теле были оформлены так, что напоминали макияж гангуро.

— Кохэй, смотри! Какие у Ринрин-тян ресницы! Такие длинные и красивые!

— Да, красивые.

— И ножки у неё такие стройные и изящные!

— А ещё здорово придумали с шарфом, который она носит круглый год.

— Она ведь носит его, потому что стесняется своей длинной шеи, правда? Я её понимаю. Сама комплексую из-за своих глаз, поэтому могу представить чувства Ринрин-тян…

— Вот поэтому я и говорю тебе, чтобы ты перестала переживать. Мне ведь нравятся твои глаза.

— Спасибо. Хотелось бы, чтобы и у Ринрин-тян нашёлся кто-нибудь, кто сказал бы ей то же самое, что ты говоришь мне.

— Я возлагаю надежды на Сунакичи. Судя по описанию персонажа, он, возможно, испытывает чувства к Ринрин-тян. Хотя, кажется, за всё аниме они так ни разу и не поговорили.

— Сунакичи слишком стеснительный и только молча выглядывает из своего уголка. Поэтому ты должен утешить Ринрин-тян вместо него.

— Я? Это довольно неловко… Эм, шея у Ринрин-тян не такая длинная, как ей кажется.

— Так твои чувства до неё не дойдут. Ты же искренне хвалил мои глаза? Вот и её нужно хвалить с такой же искренностью. Например, так: "Я просто обожаю шею Ринрин-тян!"

Юдзухана громко расхваливала стенд, привлекая взгляды находившихся поблизости детей.

Честное слово, ужасно неловко.

Я ведь достаточно хорошо изучил "АниПара", но мне трудно проявлять такой же энтузиазм, как настоящему поклоннику…

Разумеется, это не значит, что мне здесь не нравится. Одного вида веселящейся Юдзуханы уже достаточно, чтобы получать удовольствие от прогулки.

— Смотри, Кохэй! Ринрин-тян улыбнулась!

— Она с самого начала улыбалась.

— А мне кажется, теперь она улыбается ещё шире! Давай сфотографируемся! Быстрее попроси кого-нибудь!

Я обратился к одному из посетителей, и он любезно согласился нас сфотографировать. Мы поблагодарили его и посмотрели снимок.

…Отлично. На этот раз она нормально смотрит в камеру.

— Ну что, теперь покормим жирафов.

Мы нашли автомат и купили несколько морковных палочек. Когда Юдзухана осторожно поднесла морковь поближе, жираф высунул язык.

С помощью своего длинного языка он ловко подхватил морковь и отправил её в рот.

— Смотри! Как же аппетитно он ест! Кохэй, тебе стоит у него поучиться!

— И чему именно я должен научиться?

— Ты ведь всегда ешь морковь с таким лицом, будто она ужасно горькая.

— Я не люблю морковь… Но ведь никогда не оставляю её на тарелке.

— Не оставляешь, это правда. Но ты хоть раз говорил, что она вкусная? И дело не только в моркови. Ты вообще перестал хвалить мою стряпню.

— Разве я тебя не хвалил? Ты забыла мою реакцию, когда я впервые попробовал твою еду?

— Как я могу такое забыть? Ты постоянно повторял: "Вкусно! Как же вкусно!", брал добавку раз за разом, а ещё говорил всякие смущающие вещи вроде: "Я хочу включить это блюдо в главное меню своей жизни!" или "Если положишь такую еду на мою могилу, я даже воскресну!". Ты настолько меня расхваливал, что я вся покраснела.

— Вот видишь? Я ведь тебя хвалил.

— Но только поначалу. Потом ты вообще перестал говорить комплименты. Я даже начала экспериментировать с разными приправами, думая, что твои вкусы изменились.

— Ну… Я считал, что ты и без постоянных слов всё понимаешь.

— Если не говорить вслух, я не смогу понять… Ты осознал свою ошибку?

— Осознал. Очень даже осознал.

Поэтому, пожалуйста, давай уже закончим этот разговор. Я больше не хочу ссориться с Юдзуханой.

— Вот как. Тогда…

Юдзухана заёрзала, смущённо потирая ноги друг о друга.

Затем робко приподняла сумку и спросила:

— А ты… хочешь поесть то, что я приготовила?

— Подожди… Ты сделала для меня бэнто?

— Сегодня ведь выходной, и я подумала, что в ресторанах может быть много людей… Если не хочешь, можем пойти в ресторан…

— Я-я вовсе не говорил, что не хочу!

— П-правда? Тогда хорошо!

Мы сверились с брошюрой и отправились к площади. По дороге нам попался пони.

Похоже, здесь посетителям предлагали покататься верхом.

— Хочешь потом попробовать?

— Если уж кататься, то лучше до еды. От тряски может затошнить.

— Да не так уж сильно там трясёт.

— Ещё как сильно. Помнишь, я ведь однажды упал с лошади.

— А, точно, было такое. Может, попробуешь взять реванш?

— Ни за что. Я ещё тогда поклялся, что если когда-нибудь попаду в эпоху Сэнгоку, то соглашусь быть обычным пехотинцем.

Юдзухана тихонько рассмеялась, словно вспомнила тот случай.

— Ты действительно так говорил. Хотя тогда я и представить не могла, что ты на самом деле совершишь путешествие во времени.

— Вот именно. В любом случае, если хочешь покататься, давай. Я останусь здесь и буду тебя фотографировать.

— Хорошо, тогда рассчитываю на тебя.

Я взял её сумку, подошёл к ограждению, приготовил фотоаппарат и начал снимать Юдзухану, когда она села на пони. Похоже, трясло действительно довольно сильно.

Она крепко держалась за поводья и напряжённо смотрела прямо перед собой, стараясь не свалиться. Однако к середине маршрута Юдзухана, кажется, освоилась.

Она ловко отпустила поводья одной рукой и помахала мне. Я быстро сделал снимок.

Удовлетворившись этим, Юдзухана снова ухватилась за поводья.

— ……

Сам не заметил, как в моей руке оказался телефон. Я сделал ещё одну фотографию, уже на телефон, и тут Юдзухана повернула голову в мою сторону.

Зрение у неё и так было не особенно хорошим, поэтому с такого расстояния она могла не заметить телефон.

Но полной уверенности не было.

Если она увидела, то наверняка спросит, зачем я фотографировал её на телефон. Не то чтобы я собирался потом любоваться этими снимками с глупой улыбкой или ставить их на обои экрана.

Мне просто захотелось сохранить на телефоне фотографию счастливой Юдзуханы.

Вот и всё. Никаких скрытых намерений у меня не было.

Но если я начну ей это объяснять, она наверняка поймёт всё неправильно…

Пока я мучился подобными мыслями, Юдзухана закончила круг и вернулась.

— У цифрового фотоаппарата села батарея?

— П-почему ты спрашиваешь?

[[image:/storage/reader-images/89adc45694b3c1981b57d19414b339842a4b2299.jpg]]

— Ты ведь фотографировал на телефон? …Хм? Но батарея фотоаппарата ещё не разрядилась.

— Н-ну да. Просто, понимаешь… Эм… А, точно! Мама дала мне десять тысяч иен.

— Она дала тебе столько денег?

— Ага. Сказала: "Хорошенько повеселись в зоопарке". Вот я и решил сделать несколько фотографий в доказательство того, что мы здесь побывали.

— Не думаю, что она стала бы сомневаться даже без доказательств. Но раз уж собирался фотографировать, лучше бы предупредил, чтобы я приняла красивую позу. Я ведь не строила никаких странных гримас?

— Я снимал издалека, поэтому лицо получилось не слишком отчётливо.

— Понятно. Тогда ладно. Ну что, теперь пойдём на площадь?

— Да, пошли.

Каким-то образом мне удалось выкрутиться. С облегчением выдохнув, я сел на скамейку на площади.

И, не теряя времени, откусил сэндвич из бэнто, которое Юдзухана приготовила сама.

— …Ну как?

— Вкусно.

— Насколько вкусно?

— …Настолько, что я бы с удовольствием съел это ещё раз.

— А как часто?

— Как часто?.. Хоть каждый день.

— Каждый день получилось бы только в том случае, если бы мы жили вместе.

— Я знаю. Просто хотел сказать, что это настолько вкусно, что я мог бы есть такое ежедневно.

— …И тебе бы не надоело?

— Не надоело бы.

Каждый раз, когда я хвалил её стряпню, выражение лица Юдзуханы становилось всё довольнее.

— Ну ладно. Тогда в следующий раз, когда куда-нибудь пойдём, я снова приготовлю тебе бэнто.

— Спасибо. Буду ждать с нетерпением.

— Конечно. Кстати, есть какие-нибудь пожелания?

— Мне всё подходит.

— Опять ты за своё. Я ведь уже говорила, что ответ "мне всё подходит" совершенно не помогает. Даже если тебе лень выбирать, мог бы хотя бы нормально сказать, чего хочешь.

— Дело не в том, что мне лень выбирать. Я действительно так считаю. Мне нравится всё, что ты готовишь, Юдзухана.

— А-а, вот как? Ну, если так, то ладно… Но мог бы сразу это сказать. Вечно говоришь кучу ненужных вещей, а самое важное не произносишь…

Покраснев, Юдзухана пробормотала эти слова и откусила свой сэндвич.

— Куда пойдём после еды?

— Куда угодно. Мы ведь всё равно собираемся осмотреть здесь всё.

— Похоже, это займёт целую вечность.

— Тебя это беспокоит?

— Совсем нет. Мне ведь весело.

Провести целый день с Юдзуханой в зоопарке, неспешно гуляя и наслаждаясь приготовленным ею бэнто, не беспокоясь о времени…

С тех пор как работа стала занимать слишком много времени, у нас не было возможности так проводить дни. И теперь, когда это наконец происходило, я чувствовал себя по-настоящему счастливым.

…Нет, это ведь вовсе не свидание.

Приближался май.

В тот день после уроков, когда я уже выходил за школьные ворота, меня догнала Юдзухана.

— Что сегодня собираешься делать?

Хотя мы с Юдзуханой стали друзьями, в школе старались не разговаривать друг с другом, за исключением обязанностей в комитете. Учебный год только начался, и мальчики с девочками пока редко общались настолько близко.

Если одноклассники начнут сплетничать, будто мы встречаемся, может возникнуть неловкость. Ради сохранения нашей дружбы нам хотелось избегать любых намёков на романтические отношения.

Поэтому мы, даже не обсуждая это вслух, молчаливо договорились вести себя в школе как обычные одноклассники.

— Думаю пойти домой и почитать мангу.

На самом деле я собирался отправиться по магазинам.

Скоро у Юдзуханы день рождения.

Однажды я уже забыл об этой дате и дорого за это поплатился — она тогда очень сильно разозлилась.

Конечно, на следующий день я купил ей торт и пообещал отвезти куда угодно, но потребовалось несколько дней, прежде чем она перестала на меня обижаться.

Это не было главной причиной охлаждения нашего «брака», но определённо внесло свой вклад.

Хотя сейчас мы, разумеется, не женаты.

Я не думаю, что обычная подруга настолько расстроилась бы из-за забытого дня рождения. Но раз уж я прекрасно помню эту дату, было бы неправильно её игнорировать.

Пусть вручать ей подарок немного неловко, это всё равно лучше, чем расстраивать её. Однако если сейчас рассказать правду, она наверняка начнёт чего-то ожидать.

Поэтому я решил сохранить всё в тайне до самого дня рождения, чтобы не завышать её ожидания.

— Тогда давай позанимаемся, — предложила Юдзухана.

— Не особо хочется…

— Что ещё значит "не особо хочется"? Только не говори, что собираешься прогулять занятия. Если не возьмёшься за ум, лишишься летних каникул.

Разумеется, терять летние каникулы мне не хотелось. Но её день рождения уже совсем скоро, и прямо сейчас учёба не была главным приоритетом.

Однако отговорка про мангу явно не сработает…

— Вообще-то я тут подумал, что лучше схожу в торговый центр.

— Ты настолько не хочешь заниматься?

— Не буду врать, что хочу.

— Ну, по крайней мере, честно… Ладно, сегодня пойдём в торговый центр. Но потом обязательно нормально позанимаешься, понял? Если тебя отправят на дополнительные занятия, мне не с кем будет гулять.

— Понимаю. Когда придёт время заниматься, ты ведь будешь моим учителем?

— Конечно! Положись на меня!

— …Кстати, Юдзухана, ты тоже собираешься со мной?

— Естественно. А что, есть какая-то причина, по которой мне нельзя?

Она выглядела слегка обеспокоенной, поэтому я покачал головой. Ведь смысл похода по магазинам заключался в том, чтобы выбрать подарок, который сделает Юдзухану счастливой.

Расстраивать её сейчас было бы совершенно бессмысленно.

Разумеется, чтобы она не слишком многого ожидала, я не собирался упоминать её день рождения до наступления самой даты.

— Отлично! Тогда пошли!

Как только мы решили отправиться вместе, настроение Юдзуханы мгновенно улучшилось. При виде того, как она радуется одной только возможности провести со мной время, моё сердце на мгновение дрогнуло.

Не то чтобы я собирался влюбляться в неё только из-за этого. Но ведь именно её улыбка когда-то заставила меня влюбиться.

Даже тогда я уже испытывал к ней чувства, близкие к любви, однако её невероятно очаровательная улыбка окончательно обезоружила меня.

Теперь, когда мы "развелись", у меня появилась своеобразная броня, защищающая от таких вещей.

Но всё равно нужно быть осторожным, чтобы снова не поддаться её очарованию. Болтая об аниме, мы дошли до станции и сели в поезд.

Выйдя на ближайшей к торговому центру станции, мы наконец добрались до места назначения.

— Ну что, есть что-нибудь, что ты хочешь купить?

— Не особо. Я просто хотел побродить по магазинам.

— Понятно. Тогда почему бы тебе не составить мне компанию, пока я буду выбирать покупки?

— Давай.

Если буду ходить рядом с ней, возможно, удастся понять, чего она хочет. Мы прогуливались по прохладному торговому центру и в итоге оказались в мебельном отделе.

Как же ностальгично… Напоминает о том времени, когда мы переезжали в новую квартиру.

Тогда мы вместе выбирали полки, столы и прочую мебель. Обсуждали, достаточно ли симпатичный дизайн и подойдёт ли размер, если к нам придут гости.

То были по-настоящему счастливые дни. Я думал, что наше счастье продлится вечно. Но…

Работа постепенно захватила всю нашу жизнь, и времени друг на друга становилось всё меньше. Из-за нехватки совместного отдыха накапливался стресс, который приводил ко всё новым ссорам.

В конце концов мы дошли до того, что уже не могли выносить друг друга.

И развелись.

Юдзухана уставала на работе ничуть не меньше моего.

Если бы я тогда не говорил ей холодных вещей вроде: "Тебе-то хорошо, ты хотя бы вечером домой возвращаешься"…

Если бы я предложил ей вместе съездить на горячие источники и расслабиться, избавившись от стресса…

Возможно, наш брак не разрушился бы. Но теперь сожалеть об этом бессмысленно.

На этот раз я не собираюсь жениться на Юдзухане. И намерен прожить жизнь, не мучаясь из-за работы.

Пусть между нами иногда и будут возникать мелкие ссоры, они никогда не перерастут в такие холодные и отчуждённые отношения, как в прошлый раз.

Когда мы состаримся и поседеем, то сможем сидеть на веранде, пить чай, смеяться и болтать обо всём на свете, словно это самая естественная вещь в мире.

Именно такие отношения нам суждено сохранить.

Но сейчас…

Дарить ей мебель совершенно не вариант. С моими карманными деньгами старшеклассника я просто не могу позволить себе подобные покупки.

Мне хотелось подарить ей то, что она действительно любит.

Но не могла бы она выбрать что-нибудь… немного дешевле?

Не подозревая о моих душевных терзаниях, Юдзухана плюхнулась на диван.

Т-ты чего?! Этот диван стоит сорок тысяч иен!

— Садись рядом со мной.

— Хорошо, но…

Мысленно решив, что этот диван совершенно точно не подходит в качестве подарка, я сел рядом.

— Ну как?

— Он настолько дорогой, что я даже расслабиться не могу.

— Не обращай внимания на цену. Как тебе на нём сидится?

— Признаю, очень удобно. Сразу чувствуется качество.

— А по размеру он подойдёт?

— Вполне подойдёт, но…

— Тогда включу его в список кандидатов.

— Кандидатов? Ты что, собираешься покупать диван? У тебя ведь уже есть вполне хороший.

— Он слишком тесный для двоих.

А-а. Так вот в чём дело.

Она выбирает диван с расчётом на нас двоих.

— Да, на нём немного тесновато, но не настолько, чтобы ради этого покупать новый.

— …Тебе разве не было неприятно сидеть так близко ко мне на том диване?

Если бы она спросила меня об этом раньше, я бы ответил совершенно иначе. В прошлой жизни сидеть с ней на одном диване порой казалось хуже, чем на табурете, утыканном шипами.

Но сейчас всё по-другому.

Теперь мне совершенно не неприятно находиться рядом с Юдзуханой.

Более того, даже просто сидеть вот так рядом с ней почему-то делает меня удивительно счастливым.

— Совсем не плохо. Не такой уж он и тесный, как ты говоришь. К тому же сейчас ты довольно стройная, Юдзухана.

— А? Ты так сказал, будто в будущем я растолстею!

— Ничего подобного я не говорил.

— Ты сказал почти то же самое! Да, я немного прибавила в весе, но только потому, что выросла! В отличие от тебя, мой период роста ещё не закончился!

— А? Ты так сказала, будто в будущем я уже не стану выше!

— Именно это я и имела в виду.

— На этот раз я вырасту как следует! А потом буду смотреть на тебя сверху вниз в буквальном смысле!

— Когда это произойдёт, я начну носить каблуки!

— Каблуки - это жульничество!

— Каблуки - это мода! …Ты что делаешь?

— Изображаю тебя на свидании в туфлях на каблуках.

— Я-я вовсе не так шаталась!

— Именно так! Я прекрасно помню, как за тебя переживал! Если не умеешь ходить на каблуках, не заставляй себя!

— Замолчи! Я думала, что смогу очаровать тебя, если надену каблуки!

— Ну, глаз я с тебя действительно не сводил! Только потому, что не знал, когда ты упадёшь! Серьёзно, мода - это хорошо, но безопасность важнее!

— Кто бы говорил! Ты сам однажды явился на свидание в рваных джинсах! А сверху надел красную футболку, словно забрызганную краской! Я подумала, что тебя машина сбила!

— А мне казалось, что это стильно!

— Что в этом стильного?! Просто ужасное сочетание! Не надо своим нарядом предвещать, что тебя собьёт машина!

— Ничего я не предвещал! И говори потише, мы всё-таки в магазине.

— Сам виноват! Не надо было говорить, что я в будущем растолстею!

— Я совсем не это имел в виду. Скорее наоборот, сейчас ты даже слишком худая. Обязательно нормально питайся, чтобы не страдать от летней жары, хорошо?

— Ты тоже.

— Ага. …Так что насчёт дивана?

— Не буду покупать.

— Понятно. А ещё что-нибудь хочешь?

— Если подумать, я бы хотела посмотреть одежду.

— Одежду, значит…

— Почему у тебя такой недовольный вид?

— Просто подумал, что это займёт много времени. Каждый раз, когда мы вместе идём в магазин одежды, домой возвращаемся очень поздно.

— Не так уж это и долго. Самое большее два часа.

— Это и есть долго. Брала бы пример с меня. Я справляюсь буквально за несколько минут.

— Ты слишком быстро всё выбираешь. Если не хочешь ходить со мной по магазинам, почему бы не погулять отдельно? Мог бы сходить в игровой зал или книжный магазин.

— Если мы разойдёмся, тогда какой смысл был приходить вместе?.. К тому же будет неприятно, если к тебе начнут приставать парни.

Юдзухана, которая до этого немного дулась, смягчилась. С кривоватой улыбкой она сказала:

— Вряд ли ко мне кто-то станет приставать в отделе женской одежды. А даже если начнёт, ты сможешь меня защитить своими тонкими ручками?

— Если выложусь на полную, то кое-как справлюсь.

Юдзухана слабо улыбнулась.

— Ты готов выложиться на полную ради меня?.. Тогда защитишь меня и сегодня, если кто-нибудь начнёт приставать?

— Видимо, у меня нет другого выбора, кроме как защитить тебя. Этими своими жалкими ручонками.

— Да-да. Пусть будет так.

И в итоге я отправился вместе с Юдзуханой в отдел женской одежды.

…Как и ожидалось, это обещает быть долгим испытанием.

Она не торопясь рассматривала вещи, совершенно не беспокоясь обо мне. И даже спустя почти час не было похоже, что она собирается заканчивать.

— Ну так что ты решила купить?

— Эм… Ничего особенно не понравилось. Теперь твоя очередь, Кохэй.

— Мне ничего не нужно.

— Ни за что. Тебе необходимо научиться нормально одеваться. Ты ведь в зоопарк пришёл в той странной футболке с английской надписью?

— Не называй её странной. Она была крутая.

— Если ты так считаешь, попробуй перевести надпись. Тебе станет настолько стыдно, что больше никогда её не наденешь.

— …А что там было написано?

— Если сам переведёшь, будет полезнее для учёбы.

Юдзухана озорно ухмылялась, будто надпись на моей футболке была чем-то совершенно нелепым.

Когда она так на меня смотрела, мне даже страшно было пытаться её переводить…

— Раз уж мы всё равно пришли за покупками, давай я подберу тебе что-нибудь.

— Не нужно, не беспокойся. У меня закончились деньги на развлечения.

— Разве у тебя не осталось денег после поездки в зоопарк?

— Я потратил их на мангу.

— Тебе стоит научиться лучше распоряжаться деньгами…

На самом деле немного денег у меня ещё оставалось. Но они предназначались для подарка Юдзухане.

Покупка одежды может подождать. В итоге мы закончили прогулку по магазинам, так и не выбрав подарок.

Вернувшись домой и поужинав, я принялся просматривать интернет-магазины. Но ничего, что могло бы по-настоящему обрадовать Юдзухану, мне так и не попадалось.

Когда я уже собирался идти в ванную, от неё пришло сообщение.

Юдзухана: [Не посоветуешь какую-нибудь смешную романтическую комедию в формате аниме?]

Кохэй: [Из того, что ты, скорее всего, ещё не видела, советую „LoveKano“]

Юдзухана: [Спасибо! Пойду возьму напрокат!]

Кохэй: [Уже темно, так что будь осторожна.]

Юдзухана: [Спасибо!]

Уже второй раз подряд. Юдзухана действительно обожает аниме.

Поначалу она совершенно ими не интересовалась, но под моим влиянием постепенно превратилась в настоящую отаку…

— …Придумал!

Внезапно меня осенила замечательная идея. Я снова открыл интернет-магазин и нашёл многообещающий подарок.

— Пять тысяч иен, значит…

Для старшеклассника такой подарок обычной подруге может показаться дороговатым.

Но…

Когда я представил счастливое лицо Юдзуханы, все сомнения исчезли. Я без колебаний оформил заказ.

Наступил её день рождения.

Когда я только вернулся в прошлое, то специально приходил в школу пораньше, чтобы не сталкиваться с Юдзуханой.

Но теперь в этом не было необходимости. В последнее время я вставал всё позже, поэтому к моменту моего прихода в класс примерно девяносто процентов мест уже были заняты.

Юдзухана тоже сидела за своей партой. Но мы не разговаривали.

Ведь у нас существовало негласное правило — в школе вести себя как обычные одноклассники.

"Ты опаздываешь."

"Это ты слишком рано приходишь."

"Если так продолжится, однажды действительно опоздаешь."

"Если станет совсем плохо, Сана меня разбудит, так что ничего страшного."

"Может, хочешь, я буду звонить тебе по утрам и будить?"

"Не нужно. У тебя ведь и так каждое утро полно домашних дел."

Как обычно, мы обменялись взглядами, молча передав друг другу эти мысли, и уселись за свои парты.

Я достал телефон и отправил Юдзухане сообщение.

Кохэй: [Ты сегодня свободна после школы?]

Юдзухана: [Совершенно свободна!]

Кохэй: [Тогда давай сходим в мейд-кафе.]

— В МЕЙД-КАФЕ?!

Ух! Напугала!

Причём удивился не только я.

Весь класс мгновенно погрузился в мёртвую тишину. Все взгляды обратились к Юдзухане.

Казалось, она вот-вот сгорит от стыда. С пылающим лицом она опустила голову и принялась торопливо печатать ответ.

Через несколько мгновений мой телефон завибрировал.

Юдзухана: [Теперь из-за тебя все считают меня какой-то странной!]

Кохэй: [Я здесь ни при чём.]

Юдзухана: [Это ведь ты предложил пойти в мейд-кафе!]

Я не ожидал, что она разозлится. Ведь я уже приглашал Юдзухану в подобное заведение раньше.

Во время учёбы в университете мне было слишком неловко идти в мейд-кафе одному, поэтому я пригласил её. Так мы вместе впервые побывали в таком месте.

В итоге мы прекрасно провели время, и Юдзухане тоже, кажется, очень понравилось. Поэтому я и выбрал мейд-кафе для празднования её дня рождения.

Я уже забронировал столик и договорился о специальном праздничном торте.

Зная её характер, я думал, что она с радостью согласится, но…

Кохэй: [Тебе не нравятся мейд-кафе?]

Юдзухана: [Очень нравятся! И мейд-кафе, и костюмы горничных!]

Кохэй: [Кстати, вспомнил. Мы ведь однажды вместе ходили покупать тебе костюм горничной. Ты тогда так придиралась: дешёвые костюмы для косплея не подходили, и ты обязательно хотела длинную юбку.]

Юдзухана: [Я не придиралась. Просто не хотела соглашаться на что попало. И разве ты сам не говорил: „Я буду ходить с тобой, пока ты не найдёшь то, что тебе понравится“?]

Кохэй: [Я просто не ожидал, что в итоге нам придётся ехать в другой регион, в специализированный магазин костюмов горничных.]

Юдзухана: [Прости, что заставила тебя так далеко ехать.]

Кохэй: [Не переживай. Было весело, словно мы отправились в небольшое путешествие.]

Юдзухана: [Правда? Ты не злишься?]

Кохэй: [Совсем нет. Давай как-нибудь ещё так съездим!]

Юдзухана: [Ты просто хочешь снова увидеть меня в костюме горничной, да?]

Кохэй: [Он тебе шёл, и тебе самой нравилось его носить. Ты ведь даже какое-то время занималась в нём домашними делами.]

Юдзухана: [На удивление, в нём очень удобно заниматься уборкой и прочими делами.]

Кохэй: [Кстати, о костюмах горничных. Помнишь кошачьи ушки, которые я тебе подарил? Ты надела их всего один раз.]

Юдзухана: [Мне было ужасно стыдно! Но ведь я разрешила тебе меня сфотографировать, правда?]

Кохэй: [Да. И какое-то время эта фотография даже стояла у меня на обоях телефона.]

Юдзухана: [Что?! Как же стыдно! Надеюсь, никто её не видел?!]

Кохэй: [Не волнуйся. Я удержался от желания всем её показать.]

Юдзухана: [А почему тебе вообще захотелось её показывать?]

Кохэй: [Забыл.]

Я отшутился, но на самом деле прекрасно помнил причину.

Мне хотелось похвастаться перед коллегами: "Вот моя жена. Разве она не прелесть?"

Кохэй: [Так что, пойдём в мейд-кафе или нет?]

Юдзухана: [Пойдём, но… почему именно сегодня?]

…А, вот оно что.

Сегодня день рождения Юдзуханы. Она не сказала об этом прямо, но наверняка ждёт, что я её поздравлю.

А вместо этого я просто предложил сходить в мейд-кафе. Наверное, со стороны это выглядело так, будто мне интереснее посмотреть на горничных, чем отпраздновать её особенный день.

Неудивительно, что она расстроилась.

Поймав себя на мысли, что Юдзухана ужасно милая, когда ревнует из-за такой мелочи, я поспешно покачал головой.

Чёрт, нельзя об этом думать.

Чтобы сохранить равновесие нашей дружбы, я не должен допускать даже намёка на романтическое влечение к ней.

Кохэй: [Сегодня ведь твой день рождения? Вот я и хотел отпраздновать его в каком-нибудь особенном месте.]

Подарок должен остаться сюрпризом, но скрывать само празднование совершенно необязательно. Конечно, если бы я молчал до последнего момента, неожиданность получилась бы сильнее.

Но заставлять Юдзухану нервничать только ради сюрприза было бы неправильно.

Юдзухана: [Мог бы сразу сказать! Я уже начала переживать, что ты забыл мой день рождения!]

Кохэй: [Прости-прости. В следующем году предупрежу заранее.]

Юдзухана: [Ты и в следующем году собираешься его отмечать?]

Кохэй: [Конечно. Мы ведь друзья, правда?]

Юдзухана: [Спасибо! Кстати, разве поблизости вообще есть мейд-кафе?]

Кохэй: [В трёх станциях отсюда.]

Юдзухана: [А что это за место?]

Кохэй: [Судя по тому, что я нашёл, оно похоже на то кафе, в которое мы ходили на свидании раньше.]

Юдзухана: [Ты там ещё не был?]

Кохэй: [В прошлый раз мне было слишком неловко идти одному. А когда мы сблизились, то старое кафе уже закрылось.]

Юдзухана: [Тогда мы просто обязаны поддержать их выручку!]

Даже через сообщения было заметно, насколько она взволнована. И от этого я ещё сильнее начал ждать окончания уроков.

Когда занятия закончились, мы сразу направились в мейд-кафе.

— С возвращением домой, господин и госпожа!

Нас приветливо встретила горничная в стиле Акихабары и проводила к столику. В будний день, да ещё и в такое необычное время, посетителей почти не было.

Точнее, мы оказались единственными гостями. Создавалось впечатление, будто мы арендовали всё кафе.

Для спокойного празднования дня рождения Юдзуханы это было просто идеально.

— Когда будете готовы сделать заказ, пожалуйста, позвоните в колокольчик на столе.

— А, извините. Меня зовут Куросэ. Но, эм… Здесь не очень удобно об этом говорить. Можем ненадолго отойти?

Я старался выражаться расплывчато, чтобы Юдзухана ничего не заподозрила. Горничная, похоже, сразу всё поняла и широко улыбнулась.

— Разумеется. Прошу за мной.

Она проводила меня в сторону кухни.

— Извините за беспокойство, но я хотел уточнить: моё сообщение насчёт торта получили?

— Конечно! Для нас большая честь, что вы выбрали наше кафе для такого особенного события!

Слава богу.

Похоже, все приготовления ко дню рождения были завершены.

— Можете вынести торт после того, как мы закончим есть?

— Разумеется. Ах да, если хотите, мы можем помочь сделать этот день ещё более запоминающимся для вашей девушки.

— Помочь? Каким образом?

— Мы можем подстроить соревнование в "камень, ножницы, бумага", чтобы вы победили.

Ах да.

Если посетитель трижды подряд победит горничных в "камень, ножницы, бумага", то получит памятную фотографию и особый напиток за счёт заведения.

Фотография стала бы хорошим воспоминанием, да и бесплатный напиток лишним не будет.

Но…

— Нет, я бы предпочёл победить честно. Не хочу обманывать подругу. Мне было бы неприятно.

— Понимаю. И, признаться, я с вами согласна. Так будет гораздо искреннее. Что ж, желаю вам приятно провести время!

— Спасибо. И, кстати, она не моя девушка.

И всё же от того, что нас приняли за пару, я слегка занервничал. Чтобы прийти в себя, я легонько похлопал себя по щекам и вернулся к столику.

Юдзухана встретила меня надутыми губами.

— С возвращением. О чём вы разговаривали?

— Ни о чём важном.

— Значит, есть что-то, чего ты не можешь мне рассказать? Только не говори, что флиртовал с ней.

— С чего бы мне флиртовать с кем-то в твой день рождения, Юдзухана?

— Значит, если бы сегодня был не мой день рождения, ты бы флиртовал? Только не говори, что пришёл сюда искать себе девушку.

— Да говорю же, нет. Я пришёл исключительно ради празднования твоего дня рождения. Ты вообще думаешь, что я способен с кем-нибудь флиртовать?

— Не думаю, что способен, но… Та горничная была милой. Если бы у тебя хватило смелости, возможно, стоило бы попробовать.

Какая же Юдзухана настойчивая.

Прежний я наверняка ответил бы: "А тебе какое дело, с кем я встречаюсь?"

Но…

Сейчас, видя, как Юдзухана ревнует, я почему-то нахожу её немного милой.

Чёрт побери. Прекрати думать, что она милая! Ты хочешь разрушить нашу дружбу?

Не воспринимай её как девушку!

— У меня нет такой смелости. Даже когда мы впервые заговорили, ведь именно ты подошла ко мне, помнишь? Я знал, что ты моя бывшая одноклассница и сидишь рядом, но собирался просто сделать вид, что тебя не замечаю. Мне страшно разговаривать с девушками.

— Я тоже поначалу не собиралась с тобой разговаривать. Но мне не хотелось проводить все университетские годы в полном одиночестве… К тому же, понимаешь, прямо перед началом занятия ты читал роман.

— А, точно. Обычно я не читаю обычную художественную литературу, но обложку той книги нарисовал мангака, который мне нравится.

— Тогда я ещё не знала, что ты купил её только ради обложки. Просто это оказался роман одного из моих любимых авторов, и я подумала, что мы, возможно, сумеем поладить. Я постоянно переживала: "Неужели моим первым другом в университете станет парень?" или "Если не заведу друзей сейчас, то навсегда останусь одна". Я мучилась такими мыслями до самого конца лекции, а потом наконец набралась смелости и заговорила с тобой.

— Ты тогда была ужасно неловкой, Юдзухана.

— Я ведь нервничала! И вообще, сколько раз ты ещё собираешься об этом напоминать? Мне стыдно, так что забудь уже!

— Ни за что не забуду. Это важное воспоминание - наш первый разговор.

Юдзухана очень застенчива. И несмотря на свою застенчивость, именно она первой со мной заговорила.

Наверняка ей потребовалось невероятно много смелости. Разумеется, когда она неожиданно обратилась ко мне, я тоже растерялся.

Но…

Мне хочется похвалить себя из прошлого за то, что тогда я всё-таки постарался установить с ней связь. Ведь благодаря этому я смог прожить столько счастливых дней.

…Хотя именно я впоследствии и разрушил это счастье.

— Я тогда очень обрадовался, что ты заговорила со мной. Я ведь тоже боялся остаться одиночкой. Благодаря тебе мои университетские годы получились весёлыми. Спасибо тебе, Юдзухана.

Возможно, говорить об этом теперь немного поздно. Но во время прогулки по зоопарку Юдзухана сказала мне, что важно произносить вслух действительно значимые вещи.

Не знаю, считает ли она это важным, но для меня это определённо так.

Я искренне ей благодарен.

— Не нужно меня благодарить. Мне ведь тоже было очень весело проводить с тобой время… В общем, я проголодалась. Давай уже что-нибудь закажем.

Словно пытаясь спрятать лицо, Юдзухана раскрыла меню. Наверное, действительно сильно проголодалась.

— Сегодня я угощаю, так что заказывай всё, что захочешь.

— Спасибо. Тогда воспользуюсь твоим предложением. Хм… Пожалуй, возьму омурайсу.

— Думаю, я тоже.

Я позвонил в колокольчик и передал заказ горничной. Пока мы обсуждали впечатления Юдзуханы от аниме, которое я посоветовал ей на днях, принесли омурайсу.

Горничная взяла бутылочку кетчупа и спросила:

— Есть какие-нибудь пожелания?

Я попросил её написать на наших порциях "Кохэй" и "Юдзухана", после чего мы приступили к еде.

— Как же вкусно!

Лицо Юдзуханы расслабилось, и она улыбнулась.

А вот я, наоборот, невольно напрягся.

В моей школьной сумке лежал подарок ко дню рождения Юдзуханы.

Я был уверен, что он ей понравится, но…

Теперь, когда момент вручения приближался, мне начало казаться, что я, возможно, немного перестарался.

Ведь мы всего лишь друзья.

А я привёл её в мейд-кафе, подготовил торт и ещё собираюсь подарить подарок за пять тысяч иен. Если бы мы поменялись ролями, я определённо решил бы, что она испытывает ко мне романтические чувства.

Но и внезапно заявлять что-нибудь вроде: "Ты мне совсем не нравишься, так что ничего себе не воображай!" тоже было бы неправильно.

Более того, если я скажу подобное Юдзухане, которая теперь стала отаку, она наверняка решит, что я веду себя как цундэрэ.

— Слушай… Юдзухана, а как ты относишься к цундэрэ?

— А? С чего вдруг такой вопрос?

— Просто стало интересно.

— Они милые. Но, если позволишь добавить, меня ужасно раздражают главные герои, которые воспринимают их слова буквально. Например, когда цундэрэ говорит: "Только не подумай ничего такого!", а главный герой действительно ничего такого не думает. Вот я бы на его месте точно всё поняла иначе.

Не годится!

План с фразой "Только не подумай ничего такого!" отменяется!

Похоже, остаётся лишь придерживаться первоначального плана и перестать всё усложнять…

— Время испытания!

Когда мы закончили есть и посуду убрали, к нашему столику подошла горничная и с энтузиазмом объявила начало соревнования.

Она объяснила правила, после чего я вызвался участвовать.

И результат? Три победы подряд!

Причём совершенно честные, без всяких уловок!

— Ого, какой ты молодец!

— Ага! У меня настоящий талант к игре в "камень, ножницы, бумага"!

— Давай лучше скажем, что сегодня тебе просто повезло!

Мы сделали памятную фотографию, встав по обе стороны от горничной.

Она написала на снимке: "С днём рождения, Юдзухана-тян!"

Юдзухана выглядела невероятно довольной.

— Сейчас мы принесём особый напиток. Вы не против?

Горничная взглянула на меня, словно безмолвно спрашивая, пора ли выносить торт.

Я кивнул, и она скрылась на кухне.

— С днём рождения, госпожа Юдзухана!

— А? Торт? Но я ведь его не заказывала…

— Это я попросил приготовить его, когда бронировал столик.

— Ты даже ради этого постарался?

— Конечно. Ведь сегодня день рождения самого важного для меня человека. С днём рождения!

Мы с горничными захлопали в ладоши, a Юдзухана сидела с широко раскрытыми от удивления глазами.

Она всё-таки задула свечи, но, похоже, до сих пор не могла до конца осознать происходящее.

Выражение её лица оставалось довольно сдержанным. Особой радости она пока не показывала.

Что ж, тогда вот это точно вызовет бурю эмоций. Я достал из сумки толстую книгу.

— Та-дам! Вот твой подарок!

— Это… артбук по "КимиУта"…

— Именно! Помнишь? Ты ведь давно его хотела.

Юдзухана влюбилась в "КимиУта" лишь через несколько лет после выхода произведения.

К тому времени артбук уже превратился в редкий коллекционный предмет, который почти невозможно было найти в продаже.

Если бы он у меня был, я с удовольствием отдал бы его ей. Но, к сожалению, у меня самого тогда не оказалось экземпляра.

А купить его я просто не мог себе позволить.

[[image:/storage/reader-images/df090237f365bcd80b7b8fceea63f9a946c8357b.jpg]]

Юдзухана обожает аниме, а "КимиУта" она посмотрела совсем недавно.

Такой подарок совершенно точно должен привести её в восторг!

По крайней мере, я так думал.

Но…

Юдзухана не улыбалась.

Её брови опустились, глаза заблестели от слёз, а выражение лица стало таким сложным, что я не мог понять, что именно она чувствует.

Растерянность, потрясение, счастье, неуверенность…

Казалось, всё это смешалось воедино.

— …Тебе не понравилось?

— Нет, совсем не в этом дело. Просто… Я даже представить не могла, что ты устроишь для меня такое празднование. Я не могу всё это осознать… Даже не знаю, как мне реагировать.

— Да просто порадуйся.

— Конечно, я рада! Очень рада, но…

Юдзухана опустила взгляд и выглядела подавленной.

Рада, но что?

Не останавливайся на полуслове, я ведь начинаю нервничать. Я терпеливо ждал продолжения.

Наконец Юдзухана подняла голову. Не знаю, удалось ли ей разобраться в своих чувствах, но теперь на её лице проступала тихая радость.

Взгляд смягчился, а губы растянулись в счастливой улыбке.

— Спасибо. Я правда… правда очень счастлива.

— ──!

Эта невероятно прекрасная улыбка в сочетании с её тихими, искренними словами заставила моё сердце подпрыгнуть.

Из глубины груди разлилось приятное тепло, которое постепенно поднялось к лицу.

Я опустил голову, пытаясь скрыть покрасневшие щёки. Но сердце никак не желало успокаиваться.

— …Что с тобой?

— Н-ничего! Мне просто нужно ненадолго в туалет!

Я быстро поднялся и помчался в уборную. Взглянув в зеркало, я увидел совершенно красное лицо.

И выражение у меня было просто ужасное. Я даже не мог понять, улыбаюсь я или паникую.

На лице застыла какая-то невероятная смесь эмоций. Я похлопал себя по щекам, глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, и вернулся к столику.

Мы болтали об аниме, ели торт и пили особые напитки. К тому времени, когда мы покинули кафе, бешеное сердцебиение наконец улеглось.

…По крайней мере, я так думал.

— Эй, что с тобой такое? Ты уже какое-то время строишь странные рожицы.

— Н-ничего подобного! Это ты раньше строила странные рожицы, Юдзухана.

— Как грубо! Никаких странных рожиц я не строила!

Она отвернулась, по-детски надув губы.

И этот жест был настолько очаровательным, что…

Её голос. Её манера говорить.

Выражения лица. Каждое малейшее движение.

Абсолютно всё в ней казалось мне невероятно милым и дорогим.

Даже после того, как мы попрощались возле парка и разошлись по домам, вновь пробудившиеся чувства никак не желали исчезать.

…Разумеется, я ни за что не могу позволить себе признать эти чувства.

На следующий день после школы.

— Во что сегодня поиграем?

Стоило мне выйти за школьные ворота, как Юдзухана, как обычно, подбежала ко мне.

Но сегодня я был сам не свой. От одного звука её голоса сердце начинало бешено колотиться, лицо заливалось жаром, а посмотреть ей в глаза я просто не мог.

Если сейчас заговорю с ней, моё странное поведение может выдать меня, и она догадается, что творится у меня на душе.

С другой стороны, если я продолжу её игнорировать, Юдзухана может обидеться… А я больше не хочу причинять ей боль.

— Я сегодня собирался почитать мангу.

Отвечая, я отвернул лицо.

— Почему ты разговариваешь со мной, глядя куда-то в сторону?

— Разминаю шею.

— Зачем?

— Для здоровья.

— Следить за здоровьем, конечно, хорошо, но если так сильно выворачивать шею, можно потянуть мышцы. К тому же разминать её нужно равномерно - вверх, вниз, вправо и влево.

— Знаю я! Сейчас повернусь к тебе лицом, только не обходи меня кругом!

— Почему ты на меня кричишь?! Я просто перешла туда, где тебе удобнее со мной разговаривать!

— Я-я не кричал! Просто испугался и невольно повысил голос… Прости, пожалуйста.

— Ладно, но… почему ты закатываешь глаза?

— Тренирую смешные рожицы.

— Зачем?

— Собираюсь отправить Сане дурацкую фотографию. Вот и репетирую.

— Прохожие подумают, что ты идиот. Занимайся такими вещами у себя в комнате.

Чёрт, ведь она права!

— Понял… А так лучше?

— …Почему теперь у тебя глаза бегают?

— Делаю зарядку для глаз.

— …А почему голос срывается?

— Тренирую фальцет.

— Ты ведёшь себя подозрительно. Что-то от меня скрываешь?

— Ничего я не скрываю!

Разумеется, скрываю.

После того как я увидел её сияющую улыбку на дне рождения, во мне начали пробуждаться романтические чувства к ней. Не сказать, что я уже влюбился по уши, но Юдзухана снова начала мне нравиться.

Мы поклялись поддерживать дружбу на равных, а я тут снова смотрю на неё как на девушку. Она ни в коем случае не должна об этом узнать.

Иначе нашей дружбе конец.

А ведь мы собирались дружить вечно. Чтобы остаться лучшими друзьями, я должен избавиться от этих чувств.

— Да ладно. Раз собираешься читать мангу, значит, сегодня свободен?

Если мы продолжим проводить время вместе, я наверняка влюблюсь в неё ещё сильнее. Хочу немного побыть один, пока не выработаю иммунитет к её миловидности. Но Юдзухана явно настроена провести время со мной…

Нужно придумать, как отказать ей, не обидев.

— Нет, не совсем свободен…

— У тебя какие-то дела?

— Не то чтобы дела… Просто неважно себя чувствую.

— Плохо себя чувствуешь?

Юдзухана обеспокоенно наклонилась ко мне, и её милое личико оказалось настолько близко, что я почувствовал, как всё тело начинает гореть.

— …И правда, лицо у тебя немного красное. Простудился?

— Не знаю, простуда это или нет… В общем, сегодня я лучше отдохну.

— Правильно. Хорошенько отдохни и поскорее выздоравливай. А то проведёшь Золотую неделю скучно.

Завтра начиналась Золотая неделя.

Я с нетерпением ждал этих длинных выходных, собираясь как можно больше времени проводить за играми с Юдзуханой. Но… рядом с ней я настолько нервничаю, что мне необходимо время разобраться в собственных чувствах. Поэтому часть каникул я решил провести в одиночестве.

Поскольку домой нам было по пути, мы всё равно шли вместе до парка.

Юдзухана увлечённо рассказывала о каком-то художественном альбоме. Моё сердце продолжало бешено колотиться, но я сумел сохранить невозмутимое выражение лица до самого дома.

Какое облегчение.

— …Чёрт.

Вернувшись домой и выпив молока, чтобы утолить жажду, я вспомнил, что кое-что забыл.

Если бы это был учебник, я бы не стал возвращаться. Но я оставил спортивную форму. Если не забрать её, она ещё плесенью покроется.

Неохота, конечно, но придётся вернуться. Приняв решение, я снова отправился в школу под ясным голубым небом.

— О, Куросэ! Что, забыл что-то?

У школьных ворот я встретил старшеклассницу Акабанэ.

— Спортивную форму забыл… А, кстати, я прочитал вашу мангу! Ту, которую вы выпустили на прошлогоднем школьном фестивале. Она потрясающая!

— Рада, что тебе понравилось. У меня ещё сохранился выпуск позапрошлого года. Хочешь почитать?

— С удовольствием!

Я последовал за сэмпай в клубную комнату, где она дала мне свою мангу. Как и предыдущая, это была история в жанре экшен.

Поскольку она нарисовала её годом раньше, рисунок был не настолько отточенным, как в прошлогоднем выпуске. Однако динамичные композиции выдавали её врождённый талант. Несмотря на небольшое количество страниц, сюжет был полон неожиданных поворотов, а финал настолько захватил меня, что я даже забыл дышать.

Она гений…

— Сэмпай, а вы случайно уже не профессиональная мангака?

— Да нет. Я всего лишь обычная старшеклассница.

— Да какая же вы обычная?! Вы невероятно талантливая мангака! Не думали отправить свою работу в издательство?

— Вообще-то, собираюсь сделать это на летних каникулах.

— Потрясающе! Подумать только, в нашей школе может появиться профессиональная мангака! Я так горжусь!

— Хех, ты преувеличиваешь. Меня ещё даже ни одно издательство не приняло.

— Обязательно примут! Ваша манга настолько хороша! Я уверен, что вы дебютируете! Уже пора задумываться над псевдонимом!

— Я подумываю сократить своё настоящее имя, Акабанэ Тидзуру, до "Акацуру".

— …А? Акацуру?

— Странно звучит?

Сэмпай слегка обеспокоилась моей реакцией.

Нет, "Акацуру" вовсе не странно. Вполне логичный псевдоним, но…

— П-погодите… Вы серьёзно? Акацуру?

— Почему ты так удивился?

— П-просто звучит круто!

Это действительно крутое имя. Но причина моего удивления была совсем другой.

Я знаю Акацуру-сэнсэя.

Во время подготовки к экзаменам я читал мангу Акацуру-сэнсэя и настолько погрузился в её мир, что чуть не остался на второй год.

Обложку художественного романа, из-за которого Юдзухана впервые заговорила со мной, тоже нарисовал Акацуру-сэнсэй. А когда я одолжил Юдзухане несколько томов его манги, она тоже увлеклась этим миром.

Она стала просить новые рекомендации. Пока я знакомил её с другими произведениями, мы оба окончательно превратились в отаку и быстро сблизились.

Так что Акацуру-сэнсэй в некотором смысле был Купидоном нашей любви. Неудивительно, что её стиль рисования показался мне таким знакомым. Ведь я сам пытался ему подражать.

Подумать только, Акацуру-сэнсэй, которым я так восхищаюсь, учился в той же школе, что и я…

Не знай я будущего, наверняка прослезился бы от счастья.

Но я пришёл из будущего.

Я знаю, что произойдёт с Акацуру-сэнсэем, поэтому не мог радоваться.

— Почему ты вдруг помрачнел?

— Я… Я просто немного проголодался!

Ужасная отговорка. Мысли путались.

Через десять лет Акацуру-сэнсэй внезапно умрёт.

— Хочешь зайти в магазин? Куплю тебе булочку в благодарность за похвалу моей манги.

— А, нет… То есть…

Что мне делать? Как поступить? Может, рассказать ей то, что я знаю?

Сможет ли это предотвратить её смерть?

Но если я скажу: "Через десять лет вы внезапно умрёте", она мне не поверит. Только расстроится.

Тогда… Придумал!

— Скажите, вы случайно не собираетесь в ближайшее время куда-нибудь поехать?

— Как хорошо ты меня знаешь. У нашего клуба манги есть традиция устраивать творческий выезд во время Золотой недели. Конечно, ехать одной немного странно, но нарушать традицию не хочется.

Причиной смерти Акацуру-сэнсэя официально назвали анафилактический шок от укуса шершня.

Однажды я читал интервью с ней. Там был вопрос:

"Герои ваших произведений неоднократно сталкиваются с опасностью. А какой случай был самым страшным в вашей жизни, Акацуру-сэнсэй?"

Она ответила: "Когда на последнем году старшей школы во время творческого выезда меня ужалил шершень, и я чуть не умерла".

Я не слишком хорошо разбираюсь в анафилактическом шоке, но в первый раз она выжила.

Если во время поездки я защищу её от шершней, тогда "первый раз" произойдёт только через десять лет.

Возможно, я сам подвергнусь опасности, но зато смогу изменить её судьбу и предотвратить смерть!

— Я тоже хочу поехать!

Только я знаю, что должно произойти.

Чтобы защитить любимого автора — сэмпай, которая сыграла роль Купидона в моей личной жизни, — я обязан уберечь её от шершней!

— Тогда пригласи и Коикаву-сан.

— П-почему Юдзухану?

— Мы ведь остаёмся на ночь. Если я буду одна с парнем, это может вызвать… некоторые вопросы, не находишь?

И правда, если парень и девушка отправятся в поездку с ночёвкой вдвоём, могут возникнуть недоразумения.

Не хочу брать Юдзухану в опасное место, но если она будет держаться подальше от опасности, всё должно быть нормально.

— Понял. Сейчас ей позвоню.

Я вышел из клубной комнаты, чтобы сэмпай не подслушала разговор, и набрал номер Юдзуханы.

Раньше сердце колотилось от одного общения с ней, но теперь, когда на кону стояла жизнь сэмпай, было не до этого.

— Алло? Что случилось?

— Мне нужно поговорить с тобой кое о чём важном.

— А? Почему такой серьёзный голос? Что произошло?

Я рассказал ей всё как есть. О том, как забыл вещи и вернулся в школу.

Как встретил Акабанэ-сэмпай и понял, что она и есть Акацуру-сэнсэй.

И о том, что хочу защитить её от шершней, чтобы изменить её судьбу.

— Я тоже поеду! Нельзя позволить Акацуру-сэнсэю умереть!

Как и следовало ожидать от настоящей поклонницы. Юдзухана не колебалась ни секунды.

Но…

— Шершнями займусь я, а ты, Юдзухана, спрячься где-нибудь в безопасном месте.

— Ни за что.

— Пожалуйста, очень тебя прошу. Не делай ничего опасного… Если с тобой что-нибудь случится, я этого не переживу.

— А если что-нибудь случится с тобой, Кохэй, я тоже этого не переживу. Поэтому мы будем действовать вместе! Прикроем друг другу спины и защитим Акацуру-сэнсэя!

Похоже, переубедить её не получится.

Не хочу подвергать Юдзухану опасности, заставляя её противостоять шершням, но… она права: вместе защищать всех будет проще.

Я разработаю план борьбы с шершнями и во что бы то ни стало обеспечу безопасность обеих!

Закончив разговор, я вернулся в клубную комнату и сообщил сэмпай, что Юдзухана тоже поедет. Она дала мне свои контакты, пообещав позже прислать подробности.

Настал день поездки с ночёвкой.

Пообедав в семейном ресторане возле станции, мы направились к океанариуму, где договорились встретиться.

Ещё недавно Юдзухана была полна решимости и заявляла: "Жизнь сэмпай в наших руках… Нельзя терять бдительность ни на секунду!"

Однако…

— О, привет! Рада, что вы добрались.

— И-и-и-и! С-спасибо, что пригласили нас сегодня!

Как только мы встретили Акабанэ-сэмпай, Юдзухана буквально окаменела.

Впрочем, понимаю её. Не каждый день тебе улыбается легендарная мангака.

— Без проблем нашли дорогу?

— Ага! Пока я с Кохэем, всё будет хорошо!

— Эй, не говори так, будто я сам обязательно заблужусь.

Я ведь тоже огромный поклонник Акацуру-сэнсэя. Не выставляй меня в дурном свете перед ней.

— Ты же однажды заблудился, помнишь? Так уверенно сказал: "Нам сюда!" - и повёл нас совершенно не в ту сторону.

— Это потому, что, пока я смотрел карту, ты молчала и ничего не подсказывала!

— Я молчала, потому что не хотела отвлекать тебя, пока ты сосредоточенно изучал карту!

— А я пытался оживить разговор ради тебя!

— Не нужно было так стараться! Мне и без разговоров хорошо!

— Что значит "не нужно"?! Я пыталась сделать наше свидание весёлым!

— Мне и молча приятно быть рядом с тобой! Или тебе со мной не так?

— Нет, мне тоже приятно, но разговаривать веселее! И ты ведь на станции тоже заблудился, помнишь? Уверенно сказал: "Я уже здесь бывал, предоставь всё мне!" А потом мы целый час искали выход!

— Да потому что та станция как настоящий лабиринт! Прости, что заблудился, ладно?!

— Я вовсе не сердилась! Было весело, словно мы проходили подземелье в игре! …А вы что делаете?

— Записываю. Настоящие любовные ссоры - отличный материал для творчества.

— Это не любовная ссора! — одновременно воскликнули мы.

— Как всегда, идеально синхронно, — усмехнулась сэмпай, убирая диктофон в карман.

— Ну что, пойдём осматривать океанариум?

— Да! Я буду тихонько наблюдать в сторонке, чтобы не мешать вам делать фотографии для работы!

Нет, смысл вовсе не в том, чтобы тихо стоять в сторонке! Мы ведь приехали защищать её от шершней, помнишь?!

Я тоже не хотел мешать работе сэмпай, но…

Целью посещения океанариума был сбор материалов для дебютной одночастной манги Акацуру-сэнсэя — "Король бездны".

Изначально её опубликовали в журнале, но впервые я прочитал "Короля бездны" в сборнике. История была включена в конец первого серийного произведения Акацуру-сэнсэя. Прочитав её, я настолько впечатлился, что всей душой пожелал увидеть полноценное продолжение.

Хотя "Король бездны" так и не получил продолжения в виде серии, первое и второе произведения, вышедшие после него, оказались ещё великолепнее.

Первое я люблю за невероятно напряжённые отношения главного героя и его соперника — история стремительно неслась к финалу, не тратя ни мгновения впустую.

Но больше всего мне нравится второе произведение, которое даже получило аниме-адаптацию. К сожалению, эта легендарная манга осталась незаконченной.

Чтобы однажды прочитать её продолжение, я просто обязан спасти Акабанэ-сэмпай от предначертанной смерти!

— Необязательно стоять где-то в углу.

— Но я не хочу вам мешать, Акабанэ-сэмпай…

— Я бы не считала это помехой. Впрочем, вы двое так хорошо ладите, что, наверное, вам будет веселее гулять вместе.

— Спасибо за заботу! Так и сделаем!

Нет, нельзя просто взять и уйти! Мы ведь приехали защищать Акабанэ-сэмпай!

— Тогда встретимся в сувенирном магазине в четыре часа?

Юдзухана кивнула, и сэмпай, взяв цифровую камеру, ушла.

Я смотрел ей вслед, пока её фигура не стала совсем маленькой, когда Юдзухана вдруг схватила меня за плечо и принялась трясти.

— К-Кохэй, что же мне делать?! Я только что разговаривала с легендарной мангакой…

— Меня больше волнует, что теперь делать мне… Зачем ты согласилась разделиться?! Мы же должны защищать её от шершней!

— В океанариуме нет шершней. Если ты уже сейчас будешь так нервничать, к тому моменту, когда мы окажемся в настоящей опасности, у тебя совсем не останется сил.

Позже мы должны были отправиться в гостиницу с горячими источниками, окружённую природой.

Юдзухана права. Если шершни и появятся, то скорее там, чем в океанариуме.

Хотя терять бдительность нельзя, возможно, лучше приберечь силы для настоящего испытания.

— Ладно, пока просто погуляем.

— Хорошо, пойдём осматриваться.

Мы вошли в океанариум, погрузившись в спокойный голубой мир.

Огромный аквариум, похожий на киноэкран, заливал помещение прохладным синим светом. Внутри неторопливо плавали рыбы самых разных форм и размеров.

Косяки рыб скользили по воде, словно единый организм. Мимо величественно проплывала акула, скаты изящно взмахивали плавниками, а вокруг сновали яркие разноцветные рыбки.

Зрелище завораживало, и я никак не мог им налюбоваться.

— …Кохэй, о чём ты сейчас думаешь?

— Думаю, когда вернёмся домой, поставить на рабочий стол компьютера обои с океанариумом.

— Как-то по-детски… Хотя, возможно, ты немного повзрослел?

— Повзрослел?

— Ага. Помнишь, когда мы встречались, то тоже ходили вместе в океанариум?

— А, точно, ходили.

— Помнишь, что ты тогда сказал?

— …Что-то вроде: "Как хорошо, что мы сюда пришли"?

— Ну, потом ты это действительно сказал, но нет. Сначала ты заявил: "Может, по дороге домой зайдём в суши-ресторан?"

— …Совсем испортил романтическую атмосферу, да?

— Именно! Я была в шоке. Ожидала чего-нибудь романтичного, а ты вдруг заговорил о суши.

— Прости. Похоже, тогда во мне было маловато романтики.

— Всё нормально. Если честно, с таким немного ребячливым Кохэем мне гораздо комфортнее, чем с каким-нибудь напыщенным тобой. Хотя… иногда всё-таки хочется, чтобы ты вёл себя чуточку романтичнее.

— Говоришь так, будто сама была идеальна. Ты ведь в том суши-ресторане съела целую гору еды. До сих пор помню, как остолбенел, увидев счёт.

— П-потому что было вкусно… Прости, что так много ем.

— Да всё нормально. Мне гораздо приятнее быть с человеком, который с удовольствием ест, чем с тем, кто притворяется хрупкой барышней. Хотя могла бы чуть больше ценить парня, который оплачивает счёт.

— Мы же тогда разделили счёт пополам?

— Правда? Что-то не припоминаю.

— Всякие мелочи помнишь, а важные подробности очень удобно забываешь… Ладно. Слушай, пойдём посмотрим, что там дальше.

— Давай.

Мы пошли по дорожке и оказались в полутёмном помещении.

Там находился огромный аквариум с мягкой подсветкой, наполненный множеством медуз, плавно парящих в воде.

Он напоминал живую световую инсталляцию. Наблюдая, как медузы медленно и почти сказочно дрейфуют, я чувствовал, как на душе становится спокойно.

Они почти не двигались, но обладали необъяснимым очарованием, из-за которого хотелось смотреть на них бесконечно.

Однако тут…

— Слушай, эм… Может, это прозвучит странно, но… хочешь взяться за руки?

Неожиданный вопрос Юдзуханы моментально разрушил моё сосредоточение на прекрасных медузах. Tеперь вместо их загадочного свечения я смотрел на Юдзухану, чьё лицо слегка покраснело от смущения.

Спокойствие, которое я обрёл после того, как узнал настоящую личность Акабанэ-сэмпай, и умиротворяющая атмосфера океанариума мгновенно исчезли. Сердце снова затрепетало.

— П-почему ты вдруг предлагаешь взяться за руки?!

— З-значит… не хочешь?

— Не то чтобы не хочу, просто не понимаю, зачем нам держаться за руки…

— Потому что… рядом с тобой я никак не могу успокоиться.

— …Знаешь, это немного обидно.

— Я не это имела в виду! Ах, не пойми неправильно… Ну, помнишь, как ты недавно устроил мне день рождения? После этого…

Юдзухана опустила взгляд, её щёки порозовели. Затем она робко посмотрела на меня.

— После этого ты начал мне немного нравиться.

…Стоп. Что?

— Ч-что значит "нравиться"?! Как друг, верно?

— Как друг ты мне нравился всегда. Это не изменилось. Но… теперь ты начал нравиться мне и в романтическом смысле.

— "Начал"… То есть теперь уже не нравлюсь?

— Да я до сих пор по уши в тебя влюблена!

— Ч-что это вообще такое?! Мы ведь обещали остаться друзьями!

— Знаю, но… ты ведь тоже хоть немножко думаешь обо мне в таком смысле, правда?

— Я-я… Ну… Может, немного…

— Ага! Так и знала! Ты же в последнее время странно себя ведёшь? Пытался держаться от меня подальше, чтобы не влюбиться, верно?

— Н-ну и что с того?! Я стараюсь соблюдать наш договор о дружбе, так что не проси меня держаться за руки!

— Но я ничего не могу с собой поделать! Рядом с тобой я так нервничаю, что не могу успокоиться… Поэтому нам и нужно взяться за руки!

— Где здесь вообще логика?!

— Когда нервничаешь рядом с человеком, это потому, что воспринимаешь его как возможного возлюбленного. Но если мы будем общаться как обычные друзья одного пола - например, как я общаюсь с Саной-тян, - то со временем привыкнем. Тогда я перестану так волноваться рядом с тобой, и мы сможем спокойно проводить время вместе.

Значит, она предлагает шоковую терапию.

Делать то, что обычно делают влюблённые, ещё до начала отношений, чтобы сразу перейти к спокойной и привычной стадии, минуя романтическое волнение.

Велика вероятность, что это даст обратный эффект, но… если сработает, мы сможем построить дружбу, выходящую за рамки различий между мужчиной и женщиной.

Возможно, стоит попробовать.

— Ну что? Если не хочешь, ничего страшного…

— Н-не то чтобы я не хотел.

— Правда? …Если тебе слишком тяжело, не нужно себя заставлять.

— Я же сказал, что не против. Конечно, немного приходится себя заставлять, но если мы не преодолеем это, наша дружба может развалиться.

Поначалу будет страшно волнующе, но если мы справимся, то сможем стать настоящими лучшими друзьями. Не желая вечно испытывать неловкость, я решил согласиться.

Когда я осторожно взял её за руку, ладонь Юдзуханы оказалась слегка влажной от пота.

— Ну… как тебе?

— У меня сердце так колотится, будто сейчас выскочит из груди… А у тебя, Кохэй?

— То же самое. Такое чувство, будто все нервы сосредоточились в ладони.

— Не обращай на неё столько внимания! У меня рука вся вспотела…

— Мне всё равно. Если честно, моя тоже… Кажется, я сейчас нервничаю даже сильнее, чем когда мы впервые взялись за руки.

— Странно… Раньше держаться за руки было для нас обычным делом, а теперь я так волнуюсь.

— Ага. Словно весь наш опыт отношений обнулился. …Кстати, а что вы обычно делаете с Саной?

[[image:/storage/reader-images/9fe8a2c39f86a89204719a59ce8992ba9b76f7a8.jpg]]

— Переплетаете пальцы, держитесь за руки, обнимаетесь, переодеваетесь вместе…

— П-погоди, мы тоже будем всё это делать?!

— Н-ни за что не получится сделать всё сразу! Мне уже от одного держания за руки едва хватает самообладания… Я начинаю волноваться от одной мысли, что могу обнять тебя, Кохэй.

— Я тоже… Но когда-нибудь мы до этого дойдём, правда?

— Только если ты не против…

— Я не против. Конечно, я нервничаю так сильно, что вот-вот потеряю сознание, но… если мы хотим преодолеть границу между парнем и девушкой, нужно постепенно привыкать к такой близости. Тем более времени у нас достаточно. Давай не торопиться и привыкать понемногу.

Хотя всё было так же неловко, как в самом начале наших отношений, держать Юдзухану за руку мне ничуть не было неприятно.

Крепко держась за руки, мы вдоволь насладились посещением океанариума.

После пересадки с поезда на автобус мы вышли на остановке, окружённой густой зеленью. Следуя за сэмпай, мы направились к месту назначения.

Это была традиционная японская гостиница, устроенная в отреставрированном старинном доме и тихо стоявшая на берегу реки.

Атмосфера здесь напоминала место, куда мог бы часто наведываться знаменитый писатель прошлого. Идеальные условия, чтобы вдохновиться на создание манги.

Я внимательно прислушивался, стараясь не пропустить жужжание шершней, пока сэмпай жестом приглашала нас следовать за ней.

— Добро пожаловать, Тидзуру-тян.

— Давненько не виделись! Как же ты выросла!

Когда мы вошли в гостиницу, нас тепло встретила добрая пожилая пара.

Оказалось, гостиницей управляли дедушка и бабушка сэмпай. Она выбрала это место для творческой поездки в том числе потому, что хотела их навестить.

— Я вернулась, дедушка, бабушка. Это мои младшие товарищи по школе - Куросэ-кун и Коикава-сан.

— Я Куросэ. Спасибо, что принимаете нас.

— Я так ждала возможности искупаться в горячих источниках!

— Добро пожаловать, добро пожаловать.

— У нас тут ничего особенного, но располагайтесь как у себя дома.

Они так радушно встретили нас, несмотря на то что мы присоединились к поездке в последний момент…

Чтобы не подвести этих добрых людей, я твёрдо решил защитить сэмпай во что бы то ни стало!

Преисполнившись новой решимости, я последовал за ней. Внутри гостиница была уютной, с деревянной отделкой.

Здание состояло из двух этажей. На верхнем находились личные комнаты дедушки и бабушки сэмпай, а гостей размещали на первом.

Поскольку гостиница принимала только одну группу гостей в день, для нас подготовили всего одну спальню.

— Вот наша комната.

Помещение оказалось просторным и уютным. В одной его части находился утопленный в полу котацу, а за раздвижными перегородками фусума располагалось спальное пространство.

Там уже были расстелены три футона.

— Эм… Я тоже буду спать здесь?

— Конечно, спать в одной комнате с тобой немного неловко, Куросэ-кун, но не могу же я заставить младшего товарища ночевать в коридоре.

— Всё нормально! Я присмотрю за Кохэем!

— Ты говоришь так, будто я какой-то опасный тип. Я ведь не собираюсь делать ничего странного.

Если уж на то пошло, присматривать нужно не за мной, а за нашей сэмпай. Я обязан сохранять бдительность на случай, если шершень появится в любую секунду.

— Не думаю, что Куросэ-кун способен на что-нибудь непристойное. Может, тогда мне самой лучше поспать в коридоре?

— Пожалуйста, не нужно так о нас заботиться!

— Сэмпай, оставайтесь здесь!

— Какие вы милые и невинные, — тепло улыбнулась сэмпай.

Ну конечно. Она же видела, как мы держались за руки в океанариуме. Даже если сейчас отрицать, что мы пара, она решит, будто мы просто стесняемся.

— Ну что ж, я собираюсь немного поработать над мангой. А вы чем займётесь? Если хотите, можете сходить вместе на горячие источники.

— Я хочу пойти с сэмпай! Хочу послушать рассказы о её манге!

Как нечестно! Я тоже хотел поговорить с сэмпай о манге!

Но пришлось проглотить ревность и промолчать. Горячие источники представляли собой купальни под открытым небом с видом на реку.

Посреди природы появление шершней было вполне вероятным. Мне хотелось находиться поблизости и следить за безопасностью, но если я начну отчаянно настаивать: "Я тоже хочу купаться вместе с сэмпай!", то только напугаю её, а добрая пожилая пара наверняка превратится в разъярённых демонов.

В итоге я искупался один, а Юдзухана и сэмпай отправились вместе. Мы решили посетить источники после ужина.

А пока, сидя возле утопленного котацу, сэмпай начала что-то набрасывать в блокноте.

Она упоминала, что собирается поработать над мангой во время летних каникул. Может, сейчас придумывает дизайн персонажей?

От одной мысли, что я, возможно, наблюдаю за созданием персонажей "Короля бездны", у меня как у поклонника захватывало дух.

Хотелось смотреть бесконечно, но слишком пристальный взгляд мог её отвлекать. Продолжая прислушиваться к возможному жужжанию шершней, мы читали мангу.

Когда я закончил принесённые с собой тома и собирался обменяться с Юдзуханой, внезапно раздалось громкое урчание.

Щёки Юдзуханы слегка порозовели.

— Потише. Помешаешь сэмпай сосредоточиться.

— Ничего не могу поделать. Я голодная!

Ур-р-р-р-р!

На этот раз к разговору присоединился мой желудок, громко отозвавшись на её жалобу. Юдзухана и сэмпай разразились смехом.

— П-простите! Я не хотел вам мешать…

— Не переживай. Всё равно уже пора ужинать. Давайте освободим стол, — мягко улыбнулась сэмпай.

В этот момент раздвинулась перегородка фусума. В комнату внесли разнообразные полезные блюда со свежими овощами.

Главным блюдом была жареная рыба, a благодаря ностальгической атмосфере старой гостиницы еда казалась ещё вкуснее.

— Итак, как насчёт горячих источников?

— Можно я пойду первым?

Мне хотелось убедиться, что поблизости нет шершней, прежде чем сэмпай и Юдзухана отправятся купаться. Если я обнаружу хотя бы одного, придётся придумать какой-нибудь предлог, чтобы заставить их отказаться от купания.

Преисполненный чувства долга, я схватил юкату и направился к купальне.

…Насколько я мог видеть, шершней не было.

Как ни напрягал слух, слышались только шелест листьев и журчание реки. Никакого жужжания. Похоже, Юдзухана и сэмпай могут спокойно наслаждаться горячими источниками.

К тому моменту, когда я наконец удовлетворился проверкой, мне уже стало почти дурно от жары.

Быстро выбравшись из воды, я вернулся в комнату.

— Хорошо искупался?

— Да, прекрасно освежился.

— Рада слышать. Ну что, пойдём, Юдзухана?

— Да!

Следующими отправились они.

Судя по тому, сколько времени прошло до их возвращения, они больше часа обсуждали мангу. Обе вернулись в юкатах, выглядя совершенно расслабленными.

Везёт же… Я тоже хотел побеседовать о манге с создательницей такого уровня.

Когда закончу эту операцию по наблюдению за шершнями, обязательно спрошу, о чём они разговаривали. Высушив чёрные волосы, сэмпай вернулась к наброскам, а мы с Юдзуханой тихонько читали мангу.

Когда часы пробили полночь, мы без происшествий приготовились ко сну.

Окна были плотно закрыты, а шершней в комнате не наблюдалось. Похоже, сегодня никто никого не ужалит.

Мы легли в ряд: сэмпай, Юдзухана и я, образовав иероглиф "川" — "река".

Хотя мы с Юдзуханой теперь остро осознавали присутствие друг друга, и мне казалось, что уснуть будет невозможно, дневная усталость быстро взяла верх над ней.

Вскоре я услышал её тихое, ровное дыхание.

Зная, что она находится так близко, я никак не мог расслабиться. Но постепенно сонливость всё-таки начала одолевать меня…

— М-м-м…

Шурх!

Юдзухана раздражённо отбросила одеяло.

Может, ей снилось, как она сражается с шершнями, потому что следующим движением она пнула футон.

Опасаясь, что следующая очередь дойдёт до меня, я приготовился…

— Так… холодно…

Она повернулась ко мне и обхватила мою руку. Ко мне прижалось что-то мягкое, слегка сдавливаясь при соприкосновении.

Ч-что это за ощущение?! Неужели то самое?! Да ведь это точно оно?!

Конечно, я был счастлив, но… для меня нынешнего это было слишком сильным испытанием!

Сердце бешено колотилось, пока Юдзухана снова не перевернулась на другой бок и мягкое ощущение не исчезло.

Теперь можно расслабиться.

Я решил вернуть отброшенное одеяло на Юдзухану, чтобы она не простудилась.

Но стоило мне приподняться, как я замер.

— …!

Её нижнее бельё! И виднеющаяся ложбинка между грудей!

Нельзя смотреть. Я прекрасно это понимал, но не мог отвести глаз.

Когда-то мы были женаты.

Тогда мы каждый день принимали ванну вместе, а видеть её в нижнем белье было для меня настолько привычным делом, что я перестал обращать на это внимание.

Но теперь мы развелись, стали просто друзьями, а я снова начал в неё влюбляться. Из-за этого даже самые незначительные вещи вновь заставляли меня нервничать.

И для меня нынешнего вид её нижнего белья оказался слишком волнующим.

Хотел ли я посмотреть? Разумеется, хотел.

Но если Юдзухана проснётся и обнаружит, что её юката распахнулась, то ужасно смутится.

Лучше поправить одежду, пока она спит.

Приняв решение, я протянул руку, чтобы привести её юкату в порядок, — и в этот самый момент её глаза внезапно распахнулись.

Она посмотрела сначала на моё лицо, потом на руку, а затем на свою растрепавшуюся юкату.

Её лицо мгновенно стало ярко-красным.

— П-почему?! Почему ты меня раздеваешь?!

— Н-нет! Я поправлял твою юкату!

— Н-надо было просто оставить всё как есть!

— Если бы я так сделал, ты могла бы простудиться! И не волнуйся, я не смотрел на твоё нижнее бельё!

— …Правда?

— …Вообще-то, возможно, немного подсмотрел.

Когда я честно признался, Юдзухана прищурилась. Её взгляд стал холодным и пронзительным.

— Извращенец.

— Н-не называй меня так! Сама виновата, что твоя юката распахнулась! И вообще, это ты первая ко мне прижалась!

— Ч-что?! Ничего подобного!

— Ещё как! Ты обняла меня во сне!

— Просто я беспокойно сплю! А вот ты специально ко мне прикасался!

— Я уже объяснил зачем! И вообще, что тут такого?! Если мы собираемся стать друзьями, для которых не существует различий между полами, такие вещи должны быть нормальными!

— Даже так, ещё слишком рано!

Вся пылая от смущения, она отвернулась, повернувшись ко мне спиной.

"Слишком рано", значит…

Получается, когда-нибудь станет можно?

— …Всё, я спать. Спокойной ночи.

— С-спокойной ночи…

— …И спасибо, что позаботился обо мне, чтобы я не замёрзла.

— А-а… Не за что…

Когда-нибудь этот день обязательно наступит…

От одной этой мысли я так разволновался, что заснуть стало совершенно невозможно.

На следующий день смущение после ночного происшествия полностью улеглось, и мы с Юдзуханой снова перешли в режим повышенной бдительности.

Когда сэмпай сказала, что хочет утром искупаться, Юдзухана отправилась вместе с ней, a когда та предложила немного прогуляться, чтобы нагулять аппетит, мы сопровождали её, вооружившись баллончиком инсектицида.

Однако ни одного шершня так и не появилось. Даже жужжания крыльев не было слышно.

Наконец настало время уезжать.

После сытного обеда мы, поглаживая животы, поблагодарили пожилую пару и направились к автобусной остановке.

До прибытия автобуса оставалось всего несколько минут. Но даже мгновенная потеря бдительности могла оказаться роковой.

Широко раскрыв глаза и крепко сжимая баллончик, я продолжал настороженно следить за окрестностями до самого конца.

…И всё-таки шершень так и не появился.

Наконец вдали показался автобус.

— Может, уже пора убрать баллончик в сумку? — предложила сэмпай.

— Н-но вдруг какое-нибудь насекомое появится?

— Если будешь держать его в руках, можешь напугать водителя. Коикава-сан, тебе тоже лучше убрать мухобойку.

— Ну, но…

— Всё будет хорошо. Если появится насекомое, я сама разберусь. К тому же смотрите — автобус уже подъезжает. Можете расслабиться.

Не зная, когда может появиться шершень, я чувствовал себя неуютно, убирая оружие. Но сэмпай была права. Если мы не уберём его, нас могут вообще отказаться пускать в автобус.

Последовав её совету, мы спрятали баллончик и мухобойку в сумки. И именно тогда это произошло.

БУ-У-У-УН!

Громкое жужжание смешалось с шумом двигателя, и прежде чем я успел что-либо понять, над головой сэмпай появился шершень.

— А-а-а!

Несмотря на недавние уверения, внезапное появление насекомого напугало сэмпай. Она инстинктивно подняла руку, собираясь отмахнуться от него.

В тот же миг в моей голове всплыли все знания о шершнях, которые я лихорадочно заучивал последние несколько дней.

— Не двигайтесь!

Сэмпай застыла на месте. Шершень покружил над её головой, а затем улетел в кусты.

Мы поспешили сесть в автобус, и сэмпай облегчённо выдохнула.

— Как же я испугалась…

— Я тоже…

— Но хорошо, что всё закончилось без происшествий.

— Ага. Если бы вы попытались его ударить, сэмпай, он мог бы вас ужалить!

Шершень находился в настороженном состоянии, пока лишь предупреждая о своём присутствии. Баллончик с инсектицидом и мухобойка предназначались для ответных действий, если насекомое действительно нападёт.

Другими словами, это был крайний случай.

Шершень всего лишь приблизился к нам. Пока он не проявлял агрессии, безопаснее всего было ничего не делать.

По крайней мере, именно так говорилось на сайте, который я изучал.

— Не знала этого. Я думала, что как старшая должна защищать вас, а в итоге меня саму спасли.

Она поблагодарила меня, и я почувствовал невероятное удовлетворение. Вот и всё. Нам удалось избежать первого укуса шершня.

А поскольку я уже рассказал сэмпай о мерах предосторожности, возможно, получится избежать и второго укуса.

По крайней мере, сейчас нам удалось избежать предначертанной смерти!

— Не за что! Пожалуйста, продолжайте рисовать замечательную мангу!

— Мы с нетерпением ждём вашего дебюта, сэмпай!

— Мне так приятно это слышать. Когда дебютирую, первым делом подарю вам двоим автографы!

Обрадовавшись самой лучшей награде, какую только можно было представить, мы от души улыбнулись и радостно хлопнули друг друга по ладоням.

Прошло несколько дней после окончания Золотой недели, но я всё ещё никак не мог избавиться от послепраздничной расслабленности.

В тот день я пришёл в школу буквально перед самым началом занятий. Я думал, что все остальные ученики уже на местах, но Юдзуханы нигде не было.

Проспала?

Для неё это необычно, но вполне возможно. Вчера мы весело играли в гоночную игру у Юдзуханы дома.

Я ушёл в девять вечера, но перед уходом она потребовала реванша, воскликнув: "Нечестно убегать после победы!"

На что я самодовольно ответил: "Тогда как следует потренируйся к следующему разу".

Если она от досады всю ночь тренировалась, неудивительно, что проспала. Однако даже когда прозвенел звонок, Юдзухана так и не появилась.

Вместо этого Савасиро-сэнсэй сообщил нам:

— Коикава-сан сегодня отсутствует из-за простуды.

А-а… Если подумать, вчера она прерывала игру, чтобы принять душ.

Возможно, простудилась потому, что после душа вернулась играть, так и не высушив волосы. Хотя в школе я не говорю об этом открыто, разница между днём, когда Юдзухана рядом, и днём, когда её нет, просто огромная.

Без неё день казался невероятно скучным, а из-за беспокойства о ней я никак не мог сосредоточиться на уроках. Не знаю, испытывает ли Юдзухана то же самое, но в последнее время мы проводим вместе очень много времени.

Наверняка ей тоже скучно одной. Может, стоит её навестить?

Поэтому после занятий, пока одноклассники складывали учебники в сумки, я решил отправить ей сообщение.

[Как дела? Как себя чувствуешь?]

Обычно она отвечает сразу, но прошло уже пять минут, а ответа всё не было.

Я уже поднялся, собираясь уходить, и решил дождаться ответа по дороге домой, когда телефон наконец завибрировал.

[Ужасно.]

[Хочешь, приду проведать тебя?]

[Нет. Не хочу тебя заразить.]

[Не переживай. Говорят же, что дураки не простужаются.]

[И правда. Тогда можешь приходить.]

…Она так легко согласилась?

Ну, если ради возможности позаботиться о ней мне придётся побыть дураком, пусть будет так.

Я сунул телефон в карман и поспешил из школы. По дороге зашёл в супермаркет и купил консервированные персики, бананы, йогурт и несколько спортивных напитков.

Не заходя домой, я сразу отправился к квартире Юдзуханы. У входа в здание набрал номер её квартиры на домофоне.

— Можешь заходить, — ответил гнусавый голос.

Услышав, как сильно она охрипла, я забеспокоился ещё больше и поспешил к её двери.

— Извини за вторжение… Юдзухана?

— …Я здесь.

Донёсся слабый голос. Заглянув в гостиную, я увидел Юдзухану, сидящую на диване.

Она была в спортивном костюме. Лицо раскраснелось, волосы растрепались — похоже, она только что проснулась.

От одного взгляда на её измученное состояние у меня сжалось сердце.

— Как себя чувствуешь?

— Всё ещё плохо… Ты точно не заразишься?

— Всё нормально. Я ведь дурак, помнишь?

— Это просто суеверие.

— Тогда почему согласилась с ним в сообщении?

— …Потому что мне было одиноко.

— Значит, хорошо, что я пришёл. Ты обедала?

— Нет. С самого утра спала.

— Прости, если разбудил своим сообщением.

— Не извиняйся. Я рада, что ты пришёл. Кстати, что ты принёс?

— Консервированные персики, бананы, йогурт и спортивный напиток.

— Спасибо. Я верну тебе деньги.

— Не нужно. Можно воспользоваться кухней?

— Конечно. Консервный нож в первом шкафчике.

— Понял.

Я выложил персики и бананы на тарелку, полил их йогуртом и принёс к столу.

Заметив, что Юдзухана подвинулась к краю дивана, я сел на освободившееся рядом с ней место.

— …Покормишь меня, как раньше?

— Конечно. Открывай рот.

— Ам… Вкусно.

— Рад слышать.

Хотя она по-прежнему выглядела вялой, аппетит у неё сохранился, и это меня успокоило.

Не спеша Юдзухана съела всё до конца. Я убрал посуду и вернулся на диван.

— Какая у тебя сейчас температура?

— Утром было… 37,6.

— Наверное, немного поднялась. Где градусник?

— На кровати… возле подушки.

— Понял.

— И только ничего не нюхай. Я вся вспотела.

— Я бы не стал делать то, что тебе неприятно… Но мне нравится твой запах, Юдзухана.

— Я… Ясно. Тогда ничего… Но возвращайся скорее, ладно?

Я быстро взял градусник из её комнаты и принёс ей. После этого Юдзухана сняла верхнюю часть спортивного костюма.

Её кожа блестела от пота — от ключиц до изгиба груди. Она была без бюстгальтера, поэтому сквозь нижнюю майку отчётливо проступали очертания груди.

Шлёп! Шлёп!

Я с силой хлопнул себя по щекам, прогоняя непристойные мысли.

— П-почему ты себя по лицу бьёшь?

— Молюсь, чтобы ты поскорее выздоровела, Юдзухана!

— Вообще-то, когда молятся, хлопают в ладоши… У тебя лицо всё красное, знаешь?

— Не краснее твоего. …Кстати, почему ты хлопаешь в ладоши?

— Я помолилась, чтобы лицо Кохэя поскорее стало нормальным.

— Ты так сказала, будто с моим лицом что-то не так…

— Мне нравится твоё лицо, Кохэй.

— А… Ну, раз так говоришь, ладно. В общем, давай уже измеряй температуру.

Она сунула градусник под мышку, и мы немного подождали.

Пи-пи-пи!

Градусник подал сигнал. Когда она показала результат, на дисплее высветилось 38,2 °C.

— Довольно высокая… Если понадобится ехать в больницу, я вызову такси.

— Не хочу. Хочу остаться дома.

— Тогда тебе нужно отдохнуть.

— …Побудешь со мной, пока я не усну?

Возможно, из-за простуды Юдзухана вела себя непривычно ласково и требовала больше внимания. Я совсем не возражал против того, чтобы она на меня полагалась, поэтому с радостью согласился и помог ей лечь в постель.

— Хорошенько отдохни сегодня и поскорее выздоравливай. Без тебя ужасно скучно.

— Хорошо. Я тоже скучаю, когда не вижу тебя. Спасибо, что пришёл сегодня.

— Не за что. Когда поправишься, давай куда-нибудь сходим развлечься. Есть места, куда тебе хотелось бы пойти?

Юдзухана задумчиво уставилась в потолок, размышляя, куда бы ей хотелось отправиться.

Потом, словно ей что-то пришло в голову, тихо пробормотала:

— В бар.

— В бар? Ты ведь понимаешь, что мы сейчас школьники? С каких пор тебя заинтересовали бары?

— Потому что ты водил меня туда…

— А, точно… Мы ведь однажды ходили.

Когда мы отмечали моё совершеннолетие, то решили попробовать что-нибудь непривычное и впервые выпили алкоголь в баре.

Изысканная атмосфера не слишком нам подходила, так что мы сходили туда всего один раз.

Но возможность отметить такой важный рубеж вместе с Юдзуханой сделала меня по-настоящему счастливым.

— Когда нам исполнится двадцать, давай попробуем ещё раз.

— Ага. Жду не дождусь, когда мне исполнится двадцать.

— Я тоже. А куда ещё хочешь сходить?

— Тогда… в парк.

— В парк?

Разница между баром и парком была настолько забавной, что мне захотелось рассмеяться.

Впрочем, я не возражал. Парков много.

Хотя очень надеюсь, что она не выберет тот, который находится возле моего дома. Если мы пойдём туда, моя семья может увидеть нас вместе.

— Ладно. Как только простуда пройдёт, сходим в парк.

— А потом хочу покататься на лодке, посмотреть фильм, сходить в боулинг, по магазинам и поесть торта.

— Какой-то совершенно случайный набор…

— Но было так весело. Очень-очень весело…

На лице Юдзуханы появилась мягкая, счастливая улыбка. Она выглядела совершенно довольной.

— Неужели тебе настолько понравилось?

— Потому что туда меня водил ты…

— …А, точно.

И тут я всё вспомнил.

Прогулка по парку, катание на лодке, кино, боулинг, поход по магазинам и торт в конце дня…

Это ведь было наше самое первое свидание.

Тогда я совершенно не представлял, что нужно делать на свиданиях, поэтому напихал в один день всё, что, по моему мнению, могло понравиться Юдзухане.

В итоге свидание растянулось на целый день.

С тех пор я научился устраивать свидания попроще, но раз она хочет снова посетить эти места, значит, ей действительно понравилось.

От мысли, сколько радости ей принесло то неуклюжее и перегруженное событиями свидание, сердце наполнилось нежностью.

— Если снова посетить все эти места, за один день не управимся.

— Ага… Я просто так сказала. Не обращай внимания.

Но, несмотря на свои слова, она выглядела разочарованной, словно ей действительно очень хотелось пойти.

Увидев такое лицо, я просто не мог отказать.

— Не делай поспешных выводов. Мы не сможем в точности повторить ту поездку, но я попробую найти поблизости место, где можно сделать всё перечисленное.

— Правда?

— Правда-правда. Поэтому сегодня хорошенько отдохни и сосредоточься на выздоровлении, ладно? Я побуду здесь с тобой.

— …А как на долго ты останешься?

Она смотрела на меня снизу вверх мягким, беззащитным взглядом — вероятно, из-за того, что простуда совершенно её измучила.

Я нежно улыбнулся в ответ.

— Столько, сколько тебе понадобится.

— …Спасибо.

Успокоившись, Юдзухана закрыла глаза. Её дыхание постепенно замедлилось, и вскоре она мирно уснула со счастливым выражением лица.

С того дня прошло десять дней. Наступило ясное воскресное утро.

Пока я проверял свой внешний вид перед зеркалом в ванной, туда, ещё наполовину сонная, забрела моя младшая сестра Сана.

Она посмотрела на моё отражение, моргнула и удивлённо распахнула глаза.

— Ого! Братик превратился в настоящего модника! Прямо опрятный и стильный старшеклассник!

— Я всегда опрятный.

— Обычно ты гораздо более неряшливый! Где взял такую стильную одежду?

— Купил на днях.

— Коикава-сан тебе подобрала?

— Нет, сам купил.

— Ты? Самостоятельно покупал одежду?

— За кого ты меня принимаешь? Конечно, я могу сам купить себе одежду.

— Обычно ты заказываешь всё в интернете, потому что не любишь разговаривать с продавцами.

— В этот раз я сам подошёл и спросил. Даже сказал: "Можно примерить?"

— Мой братик взрослеет, а я и не замечаю… Любовь действительно меняет людей, да?

— Я-я вовсе не влюблён!

— Конечно-конечно, как скажешь, — поддразнила Сана, продолжая самодовольно ухмыляться.

— Слушай, я, конечно, нарядился, но вовсе не потому, что хочу показаться Юдзухане крутым, ясно? В прошлый раз она смеялась над моей футболкой с английской надписью, вот я и решил попробовать что-нибудь другое.

— А что там было написано?

— Она сказала, чтобы я сам перевёл, но с моим английским ничего не получилось. Может, ты сможешь?

— Если даже ты не смог, то уж я точно не смогу!

Вся Сана в этом. Как и у меня, знания английского у неё были практически нулевыми.

В этом году ей снова придётся нелегко на экзаменах.

— Ладно, а во сколько у тебя свидание?

— Уже выхожу. И это не свидание. Пока.

— Хорошо, удачи!

— Ага-ага. Ты лучше своими клубными делами займись.

Под насмешливой ухмылкой Саны, провожавшей меня до самой двери, я наконец покинул дом.

Погода была идеальной: ясное небо и приятная температура — именно то, что нужно для нашего «воссоздания свидания».

По дороге я зашёл в круглосуточный магазин, купил напитки и направился к станции. Когда я пришёл, Юдзухана уже сидела на скамейке.

Увидев меня, она сразу поднялась. На ней были блузка, джинсовая куртка и мини-юбка.

Я совершенно не ожидал увидеть её в мини-юбке, поэтому сердце невольно пропустило удар.

— П-привет. Давно ждёшь?

— Только что пришла. …А у тебя всегда была такая одежда?

— Купил на днях в торговом районе.

— Правда? Мог бы и меня пригласить. Ты хоть нормально смог спросить: "Можно примерить?"

— За кого ты меня принимаешь?.. Конечно, смог. Вот, доказательство - сидит идеально, правда? Кстати, а ты где купила свой наряд, Юдзухана?

— Заказала в интернете. …Странно выгляжу?

— Тебе идёт. Просто ты редко носишь мини-юбки в повседневной жизни.

— Ну, на нашем первом свидании я тоже была в мини-юбке…

Значит, она воссоздаёт свой образ с первого свидания. Теперь всё стало понятно, но… от этого сердце забилось ещё сильнее.

Я не собирался воспринимать сегодняшний день как свидание, но теперь уже не мог перестать о нём думать именно так.

Взяв себя в руки, мы вошли на станцию и купили билеты.

— Далековато едем, да?

— Это единственное место поблизости, которое подходило по всем условиям. Пришлось постараться, чтобы его найти.

— Спасибо, что так потрудился.

— Не за что.

Прибыл поезд, и мы сели рядом на двухместное сиденье.

Обсуждая аниме, игры и предстоящие промежуточные экзамены, мы незаметно добрались до места назначения.

Под яркими солнечными лучами мы направились в парк. Там находился большой пруд, а вдоль прогулочных дорожек цвели разноцветные тюльпаны.

— Какое замечательное место!

— Правда? Летом здесь цветут подсолнухи. А вон там есть кафе, где можно перекусить, любуясь цветами.

— Мы и обедать там будем?

— Я так и планировал, но… если у тебя есть другие идеи, с удовольствием выслушаю.

— Не совсем идея, но я приготовила нам обед. Помнишь, на первое свидание я тоже брала еду с собой?

— Помню. Тогда был такой сильный ветер, что подстилку для пикника чуть не унесло.

— Ага. В тот раз мы так и не смогли спокойно поесть, зато сегодня, похоже, получится расслабиться.

— Да, ты права. Тогда поедим после катания на лодке.

— Я не против, но, может, сначала поедим? Потом ведь придётся грести. Без сил ты быстро устанешь.

— Значит, уже решено, что грести буду я? Между прочим, это довольно тяжело.

— Мы же воссоздаём прошлое, помнишь? В прошлый раз ты тоже грёб. А я буду поддерживать тебя словами: "Ты справишься!" - прямо как тогда.

— Похоже, выбора у меня нет. Ладно, в этот раз тоже постараюсь.

Мы направились к скамейке с видом на пруд, и Юдзухана достала коробку с обедом.

Внутри лежали сэндвичи.

— Ну как?

— Очень вкусно!

— Спасибо. Обязательно съешь всё, хорошо?

— Договорились.

Любуясь прудом, в котором отражалось голубое небо, мы съели сэндвичи, восстановили силы и направились к лодочной станции.

Во время первого свидания мы катались на лодке в форме лебедя, но на этот раз решили взять обычную вёсельную лодку. Заплатив пожилому мужчине у стойки проката, мы приготовились садиться.

— Ого, она довольно сильно качается. Осторожнее, когда будешь садиться.

Я протянул руку, и Юдзухана крепко схватилась за неё. Но стоило ей осторожно ступить в лодку, как та резко качнулась, и Юдзухана повалилась вперёд, прямо мне на грудь.

Тук!

Её голова ударила меня по подбородку.

— Угх?!

— П-прости! Ты в порядке?!

— Д-да, всё нормально.

— Но у тебя уже краснеет…

— Это пустяки. По сравнению с ударами, которые мне доставались во время ссор родителей, ничего страшного.

— Мне так жаль…

— Я же сказал, всё нормально. К тому же это мне следовало бы извиниться за то, что было раньше.

— За что именно?

— За всё. Я наговорил тебе много жестоких вещей.

— Теперь всё хорошо. Давай считать, что мы квиты, и оставим прошлое позади.

После того как мы извинились друг перед другом за прошлое и по-настоящему помирились, у обоих словно камень с души свалился.

Мы начали кататься.

Раздавался мягкий скрип вёсел, но лодка двигалась не настолько плавно, как мне хотелось.

— Всё нормально? Выглядит тяжело.

— Всё хорошо. Оставь тяжёлую работу мне. А ты, Юдзухана, просто наслаждайся пейзажем.

— Я не смогу им насладиться, если ты не будешь смотреть вместе со мной, Кохэй.

После таких слов у меня просто не осталось выбора. Я перестал грести и посмотрел на пруд из слегка покачивающейся лодки.

Но почему-то меня не покидало желание узнать, какое сейчас выражение лица у Юдзуханы.

Поэтому я украдкой взглянул на неё…

— …?!

Из-под её мини-юбки виднелось нижнее бельё!

Нежно-розовые трусики цвета цветущей сакуры, идеально подходящие весеннему сезону!

Нет! Отвернись! Не пялься!

Умом я всё понимал, но взгляд против воли притягивало обратно. А затем — к счастью или к сожалению — она сомкнула ноги.

Когда я медленно поднял глаза, то увидел, что лицо Юдзуханы покраснело, а щёки горят от смущения.

Глядя на меня с укором и явным негодованием, она прошептала:

— Извращенец.

— Н-нет! Ты всё неправильно поняла!

— Что тут можно неправильно понять?! Ты же смотрел! Я просила тебя любоваться пейзажем, а не… заглядывать мне под юбку.

— К-когда ты так говоришь, я звучу каким-то жутким извращенцем! И вообще, я не виноват, ты сама мне всё показала!

— Чего?! Я же не специально тебе показывала!

— Может, и не специально, но сама виновата, что надела мини-юбку и не следишь за тем, как сидишь!

— Это потому, что мы здесь вдвоём, и я расслабилась! Только не говори, что ты специально выбрал вёсельную лодку, чтобы увидеть моё бельё?!

— Да стал бы я ради этого устраивать такие сложности!

— Значит, ты собирался просто попросить меня показать его?

— Конечно нет! И если тебя настолько смущает, когда кто-то видит твоё нижнее бельё, может, не стоит просить меня помогать со стиркой?!

Я имел в виду случай, когда ухаживал за ней во время болезни. Тогда она проснулась посреди ночи и попросила меня забрать высохшее бельё.

Я сложил её вещи и аккуратно убрал в ящик, чтобы они не помялись.

— Ну… ничего не могла поделать. У меня тогда была температура. Прости, что доставила тебе хлопоты.

— Д-да я вовсе не считал это хлопотами. Мне было приятно, что ты на меня положилась…

— …Ага. Ты тогда был очень надёжным, Кохэй. Спасибо, что заботился обо мне.

— Не за что.

Совершенно забыв о споре из-за нижнего белья, мы помирились и продолжили кататься.

Лодка покачивалась из стороны в сторону, пока я грёб, но нам всё-таки удалось насладиться прогулкой, прежде чем вернуться к причалу.

— Мне до сих пор кажется, будто всё качается…

— Ага… Ну как, понравилось кататься?

— Угу. Хочу ещё сюда приехать.

— Я тоже.

Из-за непривычной нагрузки на мышцы я совершенно вымотался. Но стоило увидеть счастливое лицо Юдзуханы, как вся усталость мгновенно исчезла.

— Теперь кино, верно? Пойдём скорее!

[[image:/storage/reader-images/0e58252dc01119455a1fce540245d95836eae8dd.jpg]]

— Ты точно не хочешь немного отдохнуть?

— Всё нормально. Когда я с тобой, Кохэй, вся усталость куда-то исчезает!

— У меня тоже. Ладно, тогда идём в кинотеатр.

— Ага! Уже знаешь, что будем смотреть?

— Думал, выберем, когда придём.

— Хорошо. Только пообещай, что никаких ужастиков.

— Без проблем… Но разве ты недавно не хвасталась, что перестала бояться фильмов ужасов?

— Это только потому, что ты был рядом. Если сейчас посмотрю ужастик, потом побоюсь спать одна. …Или ты предлагаешь остаться со мной до утра?

— Н-ни за что не могу.

— Но во время творческой поездки ты же оставался.

— Тогда с нами ещё была Акабанэ-сэмпай.

В то время мои чувства к Юдзухане ещё не были настолько сильными.

Конечно, я смущался, думая, что влюбился в неё, но, оглядываясь назад, понимаю, что это было лишь начало.

Теперь же всё совершенно иначе. Мне не просто "начинает нравиться" Юдзухана.

Я влюбился в неё по уши.

"Шоковая терапия", которую мы начали, должна была помочь мне справиться с этими чувствами. Но теперь-то я понимаю, насколько всё было очевидно с самого начала.

Если держаться за руки с любимой девушкой, разве это не заставит меня влюбиться ещё сильнее?

И всё же…

— Слушай, может, возьмёмся за руки? Как раньше, переплетём пальцы…

Похоже, наша "шоковая терапия" работает даже слишком хорошо, раз Юдзухана сама предлагает держаться за руки, словно влюблённые.

Если продолжать такую терапию, может, мои чувства со временем успокоятся? Сможем ли мы достичь состояния, когда будем просто близкими друзьями, без романтических сложностей?

Не знаю.

Но одно совершенно ясно: сколько бы времени ни прошло, даже если мы достигнем этой пресловутой "спокойной стадии", мои чувства к Юдзухане так просто не исчезнут.

— Ну что? Не будем?

Она спросила это милым, заискивающим голоском. Понимая, что ещё сильнее влюбляться в неё опасно, я решил выдвинуть встречное предложение.

— Прежде чем возьмёмся за руки, можешь оказать мне одну услугу?

— Услугу?

— Может, это прозвучит странно, но… можешь скорчить для меня смешную рожицу?

Когда я совершенно серьёзно произнёс это, она уставилась на меня с полным недоумением.

— …А? Смешную рожицу?

— Ага. Например, можешь закатить глаза и показать обеими руками знаки победы.

— П-постой! Хватит! Это же такая глупость! Прекрати со своими закатанными глазами и двойными знаками победы!

— Не называй это глупостью! Я просто привожу понятный пример! Давай, теперь твоя очередь, Юдзухана!

— Ни за что! С какой стати мне закатывать глаза и показывать два знака победы на свидании?!

— Это не свидание, а его воссоздание!

— И что тут общего с воссозданием?! На первом свидании ты ведь не закатывал глаза, показывая знаки победы!

— Конечно нет! Какой парень станет делать такое на первом свидании?! Мне даже просто показать тебе пример сейчас было невероятно стыдно!

— Тогда не заставляй меня делать такую стыдную вещь!

— Я и сам не хочу! Но ты виновата, что слишком милая!

— Чего?! Ты идиот?! Не кричи так громко о том, что я милая!

— Ничего не могу поделать! Ты милая, и это чистая правда! Поэтому мне нужно, чтобы ты скорчила смешную рожицу и всё обнулила! Чтобы избавиться от этого трепета в груди и полностью разрушить романтическую атмосферу! Чтобы вся любовь мгновенно остыла!

— Ни за что!

— Пожалуйста! Необязательно закатывать глаза и показывать два знака победы! Подойдёт любая очень странная рожица! Думаю, это поможет мне успокоиться! Я серьёзно уже схожу с ума от волнения!

— Ты уже сошёл с ума! Иначе не просил бы меня делать такое во время свидания!

— Именно! Представляешь, насколько у меня сейчас всё плохо?! Поэтому, пожалуйста, умоляю - скорчи смешную рожицу! Помоги сохранить хрупкое равновесие нашей дружбы…!

Услышав мои отчаянные мольбы, Юдзухана раздражённо вздохнула.

— …Только один раз, ясно?

— Спасибо! Я у тебя в долгу!

Слегка покраснев, Юдзухана наклонилась ко мне, чтобы я мог лучше разглядеть её лицо.

Моё сердце взволнованно забилось в ожидании, и тут…

Она вытянула губы трубочкой, словно собиралась поцеловать меня.

— Почему ты сделала лицо для поцелуя?!

— Я же сказала, это рыбьи губы! Ты ведь на днях говорил то же самое! Хочешь сказать, что когда я кого-то целовала, у меня была смешная рожица?!

— Во-первых, это даже не смешная рожица! Больше похоже на неудачную попытку пошутить, когда ведущий новостей пытается выглядеть забавно, но сам стесняется!

— Твои сравнения вообще бессмысленны!

— Смотри побольше развлекательных передач! Вот как на самом деле нужно делать рыбьи губы!

— Уж кто бы говорил о лицах для поцелуев!

— Погоди, неужели у меня именно такое лицо, когда я целуюсь?!

— Когда ты напиваешься и выпрашиваешь поцелуи, ты делаешь именно такое лицо!

— Не помню такого.

— Конечно не помнишь! Ты же тогда был совершенно пьян!

Юдзухана прокричала это с ярко-красным лицом и резко отвернулась. Затем искоса взглянула на меня и протянула руку.

— Как и обещал, возьми меня за руку.

— А следующая смешная рожица…

— Только одна! Мы так договорились. А теперь дай руку.

— Л-ладно…

Когда я коснулся её мягкой светлой ладони, её тонкие пальцы переплелись с моими. Сердце забилось настолько сильно, что ладонь нагрелась и вспотела.

Но Юдзухана не выказала ни малейшего неудовольствия и выглядела совершенно счастливой.

Увидев её "лицо для поцелуя" и взявшись с ней за руки, словно влюблённые, я только сильнее в неё влюбился.

Держаться за руку с любимой девушкой — казалось бы, что может быть счастливее?

Но вместо радости я испытывал тяжесть на сердце. И всё же мне нужно было терпеть. Я должен подавить эти чувства и сдерживать их вечно.

Я не мог избавиться от любви к ней, и осознание того, что эта любовь никогда не будет взаимной, причиняло боль.

Но таково моё наказание.

Наказание за тот глупый выбор, который я сделал тогда, — за решение развестись. Пока мы не влюблённая пара, пока мы не муж и жена, мы можем оставаться близкими людьми.

И одной лишь возможности находиться рядом с Юдзуханой должно быть достаточно для моего счастья.

Убеждая себя в этом, я продолжил наше "свидание" — точнее, его воссоздание.

К тому времени, как мы закончили воссоздавать наше первое свидание и добрались до станции, было уже больше десяти вечера.

Боже, каким же безумцем я был тогда, раз сумел запихнуть столько всего в наше первое свидание…

— Я так устала…

— Ага, тяжёлый был денёк…

С видом совершенно измученных офисных работников мы вместе вышли со станции.

В отличие от работы, всё это было просто развлечением. Провести время на "свидании" с любимой девушкой было весело, но это не значит, что я не устал.

Я был счастлив находиться рядом с Юдзуханой. Однако чем сильнее я наслаждался этим счастьем, тем тяжелее становилось потом.

Мучительное чувство оттого, что так сильно любишь человека, но никогда не сможешь признаться ему…

Это бремя, которое мне придётся нести всю оставшуюся жизнь. Одна только мысль об этом эмоционально изматывала.

Но сейчас мои любовные переживания могли подождать. Мне нужно было выяснить кое-что поважнее.

— Ну что, мы воссоздали первое свидание. Тебе понравилось?

Это был четырнадцатичасовой марафон — с восьми утра до десяти вечера.

Я бы не удивился, если бы она ответила что-нибудь вроде: "То первое свидание было приятным воспоминанием, но повторять его оказалось ужасно утомительно".

Однако Юдзухана, словно желая развеять мои опасения, улыбнулась с совершенно довольным видом.

— Мне было невероятно весело! Правда! Если бы не нравилось, я бы ушла ещё на полпути.

Эта улыбка лишь заставила меня полюбить её ещё сильнее.

— Рад это слышать. Ну ладно, пойдём домой.

— Ага, пойдём… Погоди, ты куда?

— К стоянке такси.

— Ни за что. Если ехать на такси, совсем не будет ощущения свидания.

— Но свидание ведь уже закончилось, когда мы поели торт.

— Нет, свидание не заканчивается, пока ты не проводишь меня домой. На первом свидании ты ведь проводил меня до самой квартиры?

— …Ладно. Доведу дело до конца.

— И, как тогда, ты должен как следует держать меня за руку, хорошо?

— Да-да, знаю.

Держась за руки, словно влюблённые, мы с Юдзуханой пошли по тихим ночным улицам.

В тот раз ночь тоже была тихой.

Юдзухана, возможно, из-за усталости почти не разговаривала, а я был настолько поглощён мыслями о том, чтобы её поцеловать, что не мог поддерживать беседу.

На протяжении всего свидания я снова и снова думал о поцелуе, но никак не мог набраться смелости. Однако в конечном итоге мне удалось не только провести первое свидание, но и впервые её поцеловать.

Когда мы уже собирались расстаться возле её квартиры, она крепко сжала мою руку и посмотрела на меня печальными, одинокими глазами.

Тогда я обнял её и поцеловал.

Ощущение того поцелуя до сих пор сохранилось на моих губах.

— ……

И вот теперь я думал о том же самом, что и во время нашего первого свидания.

Я хочу поцеловать Юдзухану.

Но не могу. Никак не могу.

В отличие от того времени, сейчас мы больше не пара. Мы поклялись сохранить дружбу и снова сблизились.

Даже если сейчас мы прекрасно ладим, стоит нам начать встречаться, как отношения могут вновь испортиться.

И тогда я потеряю счастье, которое с таким трудом вернул.

Чтобы не повторить прежнюю ошибку… Чтобы больше никогда не поссориться с Юдзуханой настолько серьёзно, я не могу позволить ей узнать о своих чувствах.

Умом я всё это прекрасно понимаю. Но сердце отказывается соглашаться.

Чем больше времени я провожу с ней, тем сильнее становятся мои чувства.

Если продолжу вот так держать её за руку и идти рядом, то, пожалуй, действительно признаюсь.

В таком случае мне остаётся лишь одно. Я остановился перед пешеходным переходом.

— Давай всё-таки поедем домой на такси.

— Хотя мы уже столько прошли?

— Ты ведь наверняка устала за сегодняшний день, Юдзухана.

— Возвращаться на станцию будет ещё утомительнее.

— Тогда я вызову такси прямо сюда.

— Я не против, но… Ну, если ты устал, Кохэй, тогда ладно.

— Нет, прости, но я пойду домой пешком один.

— Почему?

— Ну… Мне ещё нужно кое-куда зайти…

— В такое время? Хочешь взять напрокат какое-нибудь аниме? Если так, я пойду с тобой.

— Нет, не в прокат.

— Тогда куда ты собираешься?

— Это…

Не могу же я сказать, что рядом с Юдзуханой мне становится настолько трудно подавлять чувства, что я могу случайно признаться ей в любви.

Если скажу такое, это практически и будет признанием. И наша дружба разрушится.

Пока я молчал, Юдзухана посмотрела на меня печальными глазами.

— Тебе… не нравится проводить время со мной?

— Н-ничего подобного! Мне очень весело! Именно поэтому я каждый день провожу с тобой!

— Тогда почему пытаешься оттолкнуть меня?

Почувствовав, что я внезапно пытаюсь отдалиться, Юдзухана выглядела так, словно вот-вот расплачется.

Если скажу правду, причиню Юдзухане неприятности. Если продолжу лгать, сделаю ей больно.

Что бы я ни сделал, в итоге всё равно причиню ей боль.

Что же мне делать?

Как сделать Юдзухану счастливой?

Я не решался ответить, и между нами начало повисать неловкое молчание.

В тот момент, когда Юдзухана снова открыла рот…

— В общем, я просто хочу быть рядом с то…

— Тс-с! Тихо!

— А? Я ведь не так уж громко говорила…

— Просто помолчи!

Я заставил Юдзухану замолчать и напряг слух.

…Вдалеке слышалась сирена полицейской машины.

Звук постепенно приближался. Я схватил Юдзухану за руку.

— Нам нужно быстро отойти отсюда.

— П-почему?

— Просто подумай.

— О чём…?

— Ты ведь слышишь сирену? А вдруг полиция преследует машину, водитель которой пытается сбежать? Эта машина может вылететь на нашу дорогу, и нас собьют. Понимаешь?

— Ты слишком осторожничаешь.

— Конечно! Если бы тогда я был внимательнее… Если бы раньше заметил приближающуюся машину, то смог бы тебя защитить.

Услышав мои слова, Юдзухана широко раскрыла глаза. Постепенно её лицо озарилось радостью.

— …Я так и знала.

Её счастливый голос достиг моих ушей, и почти в то же мгновение я почувствовал, как она крепко меня обняла.

— Эй, Юдзухана?! Ты что…

— Ты действительно пытался меня защитить!

— Ч-что ты имеешь в виду?

— В тот день, когда нас сбила машина! Когда ты бросился на дорогу, я подумала, что, возможно… Но теперь точно знаю! Ты действительно пытался меня спасти!

— …Погоди, я бросился… на дорогу?

Пока я ошеломлённо стоял, Юдзухана озадаченно посмотрела на меня.

— Ты не помнишь…?

— Не то чтобы совсем не помню, просто… Тогда всё произошло настолько быстро, что я толком не помню, что делал. Я действительно бросился на дорогу?

— Да. У тебя было такое отчаянное выражение лица… Ты протягивал ко мне руку… Поэтому, как только я перенеслась в прошлое, сразу отправилась тебя искать. Я хотела отплатить тебе за то, что из-за меня ты попал под машину, Кохэй. Мне казалось, что если мы снова станем друзьями, это сделает тебя счастливым…

Так вот почему она сама подошла ко мне.

Не для того, чтобы сблизиться с Саной, а чтобы снова подружиться со мной…

— Но в итоге я ведь так и не смог тебя защитить?

— И всё-таки ты пытался. Ты говорил, что ненавидишь меня, но при этом рисковал собственной жизнью…

Глаза Юдзуханы наполнились слезами. Мне было неловко разрушать такой трогательный момент, но я не мог позволить ей поверить в ложь.

Если сейчас не расскажу правду, то буду чувствовать, будто обманываю её, и вина просто раздавит меня.

Даже если после этого она возненавидит меня, всё равно лучше сказать правду, чем продолжать лгать.

— …Нет, всё не так. Возможно, со стороны действительно выглядело, будто я пытался тебя защитить, Юдзухана, но на самом деле я не собирался этого делать. Моё тело просто само двинулось, совершенно бессознательно. В тот момент я действительно ненавидел тебя. Настолько сильно, что жалел о нашей свадьбе. Мне хотелось избить самого себя за то, что когда-то подал заявление о регистрации брака. …Но…

…Но что?

Что я пытаюсь сказать?

— …Но что?

Хотя я только что произнёс такие ужасные слова, Юдзухана вовсе не смотрела на меня со злостью. Вместо этого она глядела на меня с надеждой, словно чего-то ждала.

Я не мог отвести от неё взгляд. Я не должен говорить то, что собираюсь.

Прекрасно знаю, что не должен, но…

— …Но теперь мне хочется избить того себя, который подал документы на развод.

Я уже не мог остановить слова, вырывающиеся из груди.

— Значит… это значит, что я тебе нравлюсь?

— …Да. Я люблю тебя, Юдзухана. И дело не в том, что ты только начинаешь мне нравиться. Я полностью, без остатка в тебя влюблён. Мы ссорились, развелись, и не раз бывало, что я считал тебя совершенно невыносимой. Но даже несмотря на всё это, я люблю тебя. Люблю всем сердцем.

Именно поэтому я должен сказать следующее.

— Ради нас обоих сегодняшний день должен стать последним, когда мы общаемся.

— Почему?

— Потому что я больше не могу оставаться тебе просто другом. Я воспринимаю тебя как женщину, Юдзухана. А если мужчина с такими чувствами постоянно находится рядом, ты ведь не сможешь жить спокойно, верно?

Я люблю Юдзухану.

Хотя мы уже развелись, я всё равно инстинктивно стремлюсь её защитить.

Настолько сильно я её люблю. Что бы ни произошло дальше, эти чувства никуда не исчезнут.

Пока я рядом, Юдзухана не сможет спокойно жить. Если так, нам больше не следует общаться.

Находиться вдали от неё будет больно. Но причинить боль Юдзухане было бы куда хуже.

— Тогда… может, снова будем вместе?

………………………………А?

— Снова вместе?! П-погоди, ты сейчас предложила снова сойтись?!

— Да.

— Почему мы должны снова сходиться?!

— Потому что я поняла, что мы любим друг друга.

— Любим?! То есть ты тоже меня любишь?! Не просто "начинаешь испытывать чувства", а по-настоящему?!

— Я уже по уши в тебя влюблена. Серьёзно, как ты думаешь, стала бы я ходить на свидание с парнем, которого не люблю?

— Н-но сегодняшнее свидание было всего лишь воссозданием нашего первого свидания!

— Да, мы его воссоздавали, но то, что мы делали, всё равно было свиданием. Если честно, я так рада, что ты думал о том же, о чём и я. Мне было настолько тяжело от мысли, что придётся навсегда остаться в этом мучительном неопределённом положении.

Оказывается, Юдзухана тоже скрывала свою боль.

Она умеет сохранять невозмутимое выражение лица — прямо как я. А я даже не подозревал.

— Но знаешь… Если мы снова сойдёмся, то можем опять начать ссориться.

— Неважно, сойдёмся мы или нет, мы всё равно будем ссориться. Но каждый раз сможем мириться. Совсем как тогда, когда ты пригласил меня в зоопарк.

Затем Юдзухана улыбнулась и добавила:

— К тому же сейчас у нас вторая жизнь, верно? Мы уже знаем, с какими проблемами столкнёмся и что может охладить наши отношения. Если будем постепенно избегать этих проблем, всё получится. Например, Кохэй, ты ведь больше не собираешься работать в "чёрных компаниях"?

— Конечно. На этот раз я хочу вести такую жизнь, чтобы у меня было достаточно свободного времени.

— Вот, значит, одну проблему мы уже решили. Причина, по которой наш брак в прошлый раз охладел, заключалась в том, что у нас почти не оставалось времени друг на друга. Если будем проводить дни вот так, весело и вместе, то не отдалимся друг от друга.

Её сияющая улыбка и уверенный голос вдруг заставили меня почувствовать, что у нас действительно всё может получиться.

— …Ты права. Мы ещё столкнёмся с другими проблемами, но сможем их преодолеть, верно?

— Конечно! Ведь мы же спасли Акацуру-сэнсэя от её судьбы!

— Если мы смогли изменить чью-то судьбу, значит, сможем переписать и судьбу нашего развода!

— Обязательно! Мы преодолеем любые препятствия и на этот раз проживём счастливую жизнь вместе!

Юдзухана посмотрела на меня с решительным, воодушевлённым выражением лица.

Её щёки покраснели.

Она приблизилась настолько, что я почувствовал её дыхание…

— …Примешь меня обратно?

Ответ был очевиден. Он мог быть только положительным.

Но даже произносить его вслух казалось пустой тратой времени. Поэтому вместо слов я притянул Юдзухану к себе, крепко обнял и поцеловал.

И пусть этот поцелуй станет моим ответом.

[[image:/storage/reader-images/19a7e2f9d4b5b9fb9a43ec9fd98c8dcb646b9e6b.jpg]]

На следующее утро.

— Братик, ты сейчас вошёл так, будто танцуешь танец робота!

Когда я зашёл в столовую, Сана встретила меня этим странным сравнением.

Еле передвигаясь, я со скоростью улитки налил себе мисо-суп, так же медленно положил рис и, наконец усевшись за стол, ответил:

— Никакого танца робота я не танцевал.

— Ещё как танцевал! Ты что, собираешься выступить с танцем робота на школьном фестивале?

— Ещё чего!

— Но ты ведь в последнее время стал лучше одеваться.

— То, что я стал лучше одеваться, вовсе не значит, что внезапно начну танцевать на фестивале.

— Наверняка у Кохэя просто болят мышцы.

— О-о, точно! Как и ожидалось от мамы! Отличная догадка!

— Я как раз собирался сказать то же самое…

— А-а, папа, совсем чуть-чуть не успел!

…Вообще-то, мама была права. Мышцы действительно болели.

Из физических нагрузок у меня было разве что катание на вёсельной лодке, но вчерашнее свидание продолжалось целых четырнадцать часов практически без остановок.

Я столько ходил, что даже тазобедренные суставы ныли.

— Ты вчера довольно поздно вернулся. Я волновалась, ведь ты даже не позвонил.

— Значит, хорошо провёл время. Если тебе так больно, могу подвезти тебя до школы.

— Всё нормально. Я пойду пешком.

Я ведь пообещал встретиться с Юдзуханой в парке и вместе пойти в школу. Если поеду на машине, то нарушу обещание.

Наверняка у неё тоже болят мышцы, так что, если бы мы поехали вместе, формально обещание не было бы нарушено…

Но если мы приедем в одной машине, все начнут подозревать, что мы встречаемся. Не то чтобы они ошибались.

Просто я пока не был готов представить Юдзухану своей семье как девушку. Сана выглядела озадаченной — обычно я бы с радостью выбрал более лёгкий вариант.

Но я не стал ничего объяснять, закончил завтрак, умылся и отправился в свою комнату.

Как только я переоделся в школьную форму, раздался звонок в дверь.

— Иду-у! — услышал я голос Саны.

После этого послышались оживлённые голоса, приближающиеся шаги — и дверь моей комнаты резко распахнулась.

— Братик, братик! Коикава-сан пришла!

…А? Она пришла ко мне домой?!

Почему?!

Я схватил школьную сумку и в панике бросился вниз.

У входа стояла Юдзухана и улыбалась, пока мама делала ей комплимент:

— Как всегда, прекрасно выглядишь.

А папа тем временем представлялся:

— Я отец Кохэя.

Юдзухана сияла от счастья. И только я один никак не мог прийти в себя от происходящего.

Заметив моё замешательство, она помахала мне рукой.

— Доброе утро, Кохэй.

— А, д-доброе… Погоди, постой! Почему ты здесь?!

— Не смогла дождаться.

— Не смогла дождаться…? До назначенного времени встречи осталось всего пять минут!

Мы ведь договаривались встретиться в парке, а она вместо этого пришла прямо ко мне домой?!

Конечно, мне приятно, что она настолько рада возможности пойти со мной в школу, что не смогла потерпеть даже пять минут, но всё же…

— Надо же, так вы договорились вместе пойти в школу?

— Теперь понятно, почему он отказался ехать с папой на машине.

— Какие же вы близкие!

Но теперь об этом знает вся моя семья! Как же стыдно!

Конечно, я собирался когда-нибудь представить её как свою девушку, но делать это уже на следующий день после начала отношений — слишком рано!

Я совершенно не был к такому морально готов…

Пока Сана и остальные с весёлыми улыбками наблюдали за нами, Юдзухана слегка поклонилась.

— Позвольте представиться как следует. Меня зовут Юдзухана Коикава, и мы с Кохэем встречаемся.

— Тогда и я представлюсь как следует. Я отец Кохэя. Работаю в офисе.

— Позволь и мне представиться. Я мать Кохэя. Работаю библиотекарем.

— И я представлюсь! Я младшая сестра Кохэя. Состою в баскетбольном клубе. Ну же, братик, теперь твоя очередь.

— …Позвольте представиться. Я Кохэй Куросэ. И, эм… я парень Юдзуханы.

И для кого вообще было это представление?

Кажется, единственным человеком, который здесь страдал, был я…

— Так и знала, что вы встречаетесь! Как жестоко скрывать такое от своей милой младшей сестрёнки!

— Я ничего не скрывал. Просто собирался представить её позже. К тому же мы начали встречаться только вчера. В другой раз я познакомлю вас как следует, а пока нам пора в школу. Пойдём, Юдзухана.

— Я обязательно ещё приду поздороваться со всеми вами.

Под весёлыми улыбками моей семьи мы покинули дом. Когда мы отошли достаточно далеко и миновали парк, я повернулся к Юдзухане.

— Ты ведь не говорила, что собираешься прийти ко мне домой.

— А какая разница? Чем тянуть время, лучше просто прийти и представиться, правда? Так тебе не придётся ничего скрывать от семьи, и будет меньше поводов переживать.

— Ну… наверное, ты права. Но мне нужно было морально подготовиться. Как ты вообще смогла так спокойно прийти и представиться?

— А чего нервничать? Я знала, что твоя семья меня тепло примет.

Моя семья не имела никакого отношения к причинам, из-за которых когда-то произошёл разлад в её собственной семье. И от осознания того, что мои родные приняли нас с распростёртыми объятиями, я почему-то почувствовал гордость.

Пусть всё и произошло раньше, чем я планировал, мне всё равно следовало как следует представить Юдзухану своей семье.

Размышляя об этом, я продолжил идти.

— Ты довольно медленно идёшь.

— После вчерашней прогулки ноги болят. Сана даже сказала, что я похож на человека, который танцует танец робота.

— Хорошее сравнение.

Глядя, как Юдзухана весело посмеивается, я и сам почувствовал тепло на душе.

— А у тебя ничего не болит?

— Не особо. Раньше, когда я жила дома, мне постоянно приходилось проходить большие расстояния пешком.

— Понятно. Если будешь подстраиваться под мой темп, можешь опоздать. Так что, если хочешь, иди вперёд.

— Ни за что. Я не против даже опоздать - лучше насладиться утренней прогулкой вместе с тобой. Разве ты не чувствуешь того же?

— Конечно, чувствую. Я хочу быть рядом с тобой. Давай теперь каждый день вот так вместе ходить в школу.

— Угу! …Кстати, а ты не собираешься взять меня за руку?

— Конечно собираюсь.

Мы взялись за руки и продолжили идти по знакомой дороге в школу.

Хотя я проходил этим маршрутом бесчисленное количество раз, теперь, когда рядом была Юдзухана, всё вокруг выглядело совершенно иначе.

Одна только возможность идти вместе наполняла меня счастьем. И впервые в жизни мне захотелось, чтобы здание школы никогда не появлялось на горизонте.

Разумеется, кроме наших утренних прогулок, впереди нас ждало ещё множество приятных занятий.

— Кстати, чем займёмся после школы? Наконец устроим совместную подготовку к экзаменам?

— Сегодня мне хочется поиграть.

— Даже несмотря на то, что скоро промежуточные экзамены?

— Начну заниматься завтра.

— Ты ведь завтра скажешь то же самое.

— Обязательно буду заниматься, клянусь. Ты же станешь моим репетитором, правда?

— Конечно. Я прослежу, чтобы ты не отвлекался. А что хочешь делать после экзаменов?

— Хочу сходить в караоке и оторваться по полной.

— Звучит здорово! Я покажу тебе, насколько отличается наш уровень мастерства.

— Тогда давай ещё и в боулинг сходим. Вот там уже я покажу разницу в мастерстве.

— Наши результаты не так уж сильно отличаются.

— Победа есть победа.

Вчера наши отношения изменились. Из друзей мы превратились в возлюбленных.

Но то, чем мы занимались вместе, осталось прежним.

Играть в игры. Читать мангу.

Петь в караоке. Ходить в боулинг.

Единственная настоящая разница заключалась в том, что теперь всё это можно было называть свиданиями.

Но как бы там ни было…

— …Погоди, а ты сделал домашнее задание по математике?

— Чёрт. Совсем забыл! А ты?

— …Я тоже забыла. Похоже, нам обоим достанется от учителя.

— Ага… Хотя, знаешь, возможно, это даже будет весело.

— …Ты что, мазохист?

— Я не это имел в виду. Просто… если ты будешь рядом, всё будет не так уж плохо.

В отличие от моей прошлой школьной жизни, которая была скучной и одинокой, теперь у меня появилось то, чего я мог с нетерпением ждать каждый день.

Ведь моя бывшая жена, которая загадочным образом помолодела, теперь училась со мной в одном классе.

Приятно познакомиться. Меня зовут Нэкомата Нуко.

Большое спасибо, что приобрели книгу "В моём классе учится моя помолодевшая бывшая жена".

Это произведение — романтическая комедия о бывших супругах, которые однажды развелись.

Сразу после развода они переносятся во времени в день вступительной церемонии в старшей школе — и обнаруживают, что их бывшая жена (или бывший муж) учится с ними в одном классе…

В обычной ситуации люди, наверное, чувствовали бы себя настолько неловко, что старались бы игнорировать друг друга. Но эти двое начинают ссориться каждый раз, когда встречаются.

Со стороны их перепалки, в которых они припоминают друг другу события прошлого и обмениваются колкостями, могут даже показаться милой беседой супругов, с теплотой вспоминающих былые времена.

Мне захотелось написать добрую романтическую комедию, наполненную нежностью, и в результате появилась эта история о "вечно ссорящейся парочке".

Если эта история доставила вам хотя бы немного удовольствия, для меня не может быть большей радости.

Надеюсь, когда-нибудь и где-нибудь мы снова встретимся.

— В один из слегка прохладных дней 2022 года,

Первым, что показалось мне странным, был звук будильника. Вместо привычного электронного писка комнату наполнил пронзительный звон, похожий на колокольчик.

Почувствовав, что что-то не так, я протянула руку, выключила будильник и села на кровати.

Потирая глаза, я оглядела комнату…

— …А?

Сонливость мгновенно исчезла.

На стене не было постера "КимиУта". Нигде не стояли фигурки из "АниПара".

Не было видно ни одной плюшевой игрушки "Няндерс".

— Что?! Вор?! …Нет, не то.

Дело было не только в украшениях — сама комната была совершенно другой.

Погодите… Разве это не та комната, в которой я жила, когда училась в старшей школе?

— …Что вообще происходит?

Я ничего не понимала.

Ещё мгновение назад я шла по тёмной улице. Почему же теперь внезапно оказалась в своей старой комнате?

— Нет, сейчас гораздо важнее другое…

Я потянулась за телефоном. Там, на пешеходном переходе, он заметил, что меня вот-вот собьёт машина, и бросился на дорогу.

В конце концов он не успел. Последним, что я помнила, был удар автомобиля, сбившего его…

А потом я проснулась здесь. Я понятия не имела, что произошло, но одно было несомненно — я всё ещё жива.

Как бы мне ни хотелось разобраться в случившемся, сейчас было нечто гораздо более важное.

Мне нужно убедиться, что с ним всё в порядке.

— Надеюсь, он не получил серьёзных травм…

Я ненавидела этого парня. Желала, чтобы ему вечно не везло с гача-крутками, а последний приз у него прямо перед носом забирал кто-нибудь другой.

Но я ни разу не пожелала ему получить травму. А уж о его смерти и речи быть не могло.

— Серьёзно… Зачем он вообще бросился на дорогу?

Может, просто хотел меня обогнать, потому что не собирался оставаться в интернет-кафе?

Или… он действительно пытался меня спасти?

Если так, то он идиот.

Бросаться под машину ради бывшей жены, которую якобы ненавидишь, — иначе как глупостью это не назовёшь.

Попасть под машину ради меня — просто немыслимо.

Не может же человек быть настолько глупым!

Наверняка он просто выбежал на дорогу, не заметив автомобиля. А в последний момент увидел его и успел отскочить!

Цепляясь за эту надежду, я принялась искать телефон, но нигде не могла его найти. Вместо него мне попалась старая раскладушка, какой я пользовалась много лет назад.

И что ещё хуже…

— …А?

На экране отображалась дата двенадцатилетней давности. Я совершенно не понимала, что происходит.

Пока я стояла в оцепенении, экран телефона погас. И в его отражении я увидела ярко накрашенную девушку в стиле гяру, смотревшую прямо на меня.

От неожиданности я так испугалась, что инстинктивно отбросила телефон. С громким стуком он врезался в зеркало в полный рост.

— …Мне ведь просто показалось, правда?

С бешено колотящимся сердцем я осторожно подошла к зеркалу.

И увидела её.

Саму себя двенадцатилетней давности, застывшую с напряжённым выражением лица.

Не может быть…

— …Я что, перенеслась во времени?

Я ущипнула себя за щёку. Пронзила резкая боль.

Это был не сон. И не галлюцинация.

Я действительно переместилась во времени.

На двенадцать лет в прошлое — судя по дате, прямо в день вступительной церемонии в старшей школе!

— Т-тогда… Получается, мне дали второй шанс прожить жизнь?!

Осознав, что теперь могу вообще не выходить замуж за Кохэя, я почувствовала, как напряжение на лице сменяется радостью.

Но счастье продлилось лишь мгновение. Внутри поднялось чувство вины, и улыбка исчезла с моих губ.

Я получила возможность прожить жизнь заново… Но жизнь Кохэя, возможно, оборвалась там, в будущем.

— …Почему Кохэй бросился на дорогу?

Если он действительно пытался спасти меня, я больше не смогу его ненавидеть. Если он рискнул жизнью ради моей защиты, я должна хоть как-то отплатить ему за это.

— Хотя, если я вдруг ни с того ни с сего начну его благодарить, он наверняка вообще не поймёт, о чём я говорю.

Ведь Кохэй этого времени ещё не знает меня. Сегодня мы должны впервые встретиться.

Если я сразу подойду к нему и начну рассказывать о путешествии во времени, он решит, что я сумасшедшая, и постарается держаться подальше.

Впрочем, это даже не главное. Кохэй совершенно не умеет общаться с девушками. Если не подходить к нему осторожно, словно к пугливому зверьку, он наверняка убежит, стоит мне приблизиться.

Но…

Несмотря на это, однажды мне всё-таки удалось с ним поладить. Чем сильнее я увлекалась культурой отаку, тем ближе мы становились.

А сейчас я уже самая настоящая отаку!

Если заговорю с Кохэем об аниме или играх, мы наверняка сумеем поладить, как раньше. Он будет рад снова обрести подругу, разделяющую его увлечения.

Проблема лишь в том, когда начать с ним разговаривать. Если я вдруг подойду к нему без всякой причины, он насторожится.

Нужно ненавязчиво дать понять, что мне интересны аниме и игры.

— Ну, если я не отправлюсь в школу, ничего и не начнётся.

Переодевшись в школьную форму, я вышла из квартиры. Я без колебаний направилась в школу, прошла через главные ворота и сразу отправилась в вестибюль.

Посмотрев список классов, вывешенный возле шкафчиков для обуви, я увидела именно то, чего ожидала.

Класс 1-1.

И, как я помнила, имя Кохэя стояло прямо над моим.

Интересно, он уже пришёл?..

С бешено колотящимся сердцем я вошла в класс 1-1, но Кохэя нигде не увидела.

Ах, точно. Он ведь всегда приходит в последний момент, прямо перед звонком.

Я с волнением ждала, гадая, когда же он появится. И наконец он вошёл — буквально за мгновение до звонка.

Кохэй плюхнулся за парту передо мной и начал беспокойно ёрзать.

…Ох, ну серьёзно, что у него с волосами?!

Они торчат во все стороны после сна.

Сегодня ведь солнечно, мог бы хотя бы нормально причесаться!

Мне захотелось одолжить ему расчёску, но если какая-то яркая гяру внезапно заговорит с ним ни с того ни с сего, я наверняка только напугаю его…

Пока я колебалась, Кохэй положил голову на парту и задремал. Прозвенел звонок, и в класс вошла Савасиро-сэнсэй.

С тёплой улыбкой она поздравила нас с поступлением, объяснила расписание на сегодня, а затем предложила каждому представиться.

Ученики один за другим вставали и рассказывали о себе в порядке номеров в классном журнале.

Наконец очередь дошла до Кохэя.

— Я Кохэй Куросэ, окончил среднюю школу Ботан. Моё хобби - ходить по книжным магазинам. Ещё я люблю фильмы и стараюсь бывать в кинотеатре хотя бы раз в месяц. Надеюсь, мы поладим в этом году.

Безопасное, самое обычное представление.

Очень похоже на Кохэя. А теперь… моя очередь.

Я поднялась со своего места, вышла к кафедре и окинула взглядом класс.

В прошлый раз я ужасно нервничала.

Но сейчас?

Сейчас всё было в порядке. И всё благодаря Кохэю, который когда-то помогал мне готовиться к собеседованиям при устройстве на работу.

Именно благодаря ему мне удалось устроиться в компанию, в которой я хотела работать.

А вот самому Кохэю, в отличие от меня, постоянно отказывали…

И что ещё хуже, компания, в которую ему наконец удалось устроиться, впоследствии обанкротилась.

Не желая оставаться безработным, он поспешил найти другое место — и в результате оказался в "чёрной компании", где сотрудников беспощадно эксплуатировали.

Я больше никогда не хотела видеть на его лице то измученное, измождённое выражение. Если на этот раз меня не будет в его жизни, возможно, у него не возникнет причин так отчаянно спешить с поиском работы.

Может быть, тогда ему удастся вообще избежать той "чёрной компании"…

Но никто не гарантирует, что он не попадёт в другое, столь же ужасное место. Если мы станем друзьями, я хотя бы смогу дать ему несколько советов, когда мы повзрослеем.

А для этого мне нужно сблизиться с ним. Но если я начну слишком быстро сокращать дистанцию, он обязательно насторожится.

Сначала необходимо ослабить его защиту, показав, что у нас есть общие интересы.

Если упомяну, что люблю ходить по книжным магазинам и смотреть фильмы, возможно, он почувствует, что у нас есть что-то общее.

…По крайней мере, так я думала.

Но я настолько погрузилась в свои мысли, что, открыв рот, допустила совершенно нелепую оговорку.

— Я окончила среднюю школу Кирисима. Меня зовут Юдзухана Куросэ.