Если коротко, этот мир — романтическая комедия.

Есть главный герой. Есть несколько героинь, которым он нравится.

А ещё есть второй мужской персонаж, который добавляет напряжения в их любовные отношения… Нет, не так.

Есть злодей.

Он влюблён в героиню, которой нравится главный герой, и мешает их отношениям, пытаясь завоевать её сердце.

Хотя… злодеем его называют, но действительно ли он злодей? Тут я бы поспорил.

Если ты никому не причиняешь вреда и не нарушаешь закон, разве плохо стараться понравиться человеку?

Пытаться понять чувства друг друга, искренне говорить о своих.

Разве можно винить человека за то, что он делает всё возможное, чтобы потом ни о чём не жалеть?

…

…Да.

Если бы этот мир был нормальным.

— Слушай. Кажется, мне всё-таки нравится Чинхёк.

Но этот мир нормальным не был.

— …Правда?

— Угу.

Этот мир был романтической комедией.

Точнее, миром внутри романа, где всё крутилось вокруг любви главного героя и героинь.

И что это означало?

— Поэтому… ты меня поддержишь?

Любой, кто пытался вмешаться в их любовную историю, неизбежно становился злодеем.

Другими словами, неудачником, которому заранее суждено так и не дождаться взаимности.

Конечно, от поражения здесь не умирали. Это всё-таки романтическая комедия, а не фэнтези или история об апокалипсисе.

Если бы люди умирали из-за неудач в любви, это был бы уже триллер или ужастик.

Но…

— …Соджун?

Одно дело знать о предрешённом поражении. И совсем другое — идти к нему, убедившись, что даже все твои старания ничего не меняют.

Девушка, которую я любил, стояла передо мной и говорила, что ей нравится другой. И просила её поддержать.

Читать об этом в романе и пережить самому — совсем разные вещи. Оказалось, это очень больно.

Меня мутило. Хотелось немедленно уйти. Казалось, будто весь мир оставил меня одного.

— Соджун? Тук-тук! Ты меня слышишь?

Как ни старайся, мои чувства до неё не доходили.

Больше десяти лет я прожил в этом мире рядом с подругой детства. И в конце концов она выбрала другого.

Потому что я всего лишь злодей. Второстепенный персонаж.

Не главный герой и не героиня.

Этот мир существовал ради них.

Я знал это с самого начала, но лишь сейчас по-настоящему понял, что это значит.

Поэтому…

— Чхэын.

— Да?

— Давай…

.

.

.

.

— Давай отдалимся друг от друга.

Я решил отпустить эти отношения.

◆ ◆ ◆

«Всё-таки сказал».

Вернувшись домой, я без сил растянулся на кровати. В голове снова и снова прокручивался недавний разговор.

— Давай отдалимся друг от друга.

— …Ты чего вдруг?

— Ты ведь сказала, что тебе нравится Чинхёк.

— И что?

— Ты замечательная, Чхэын. Думаю, у вас с Чинхёком скоро всё получится. Поэтому.

— И при чём тут «давай отдалимся»?

— Ни одному парню не понравится, если у его девушки будет очень близкий друг. Думаю, если я хочу тебя поддержать, мне стоит немного отойти в сторону.

Ты такая замечательная, что я в тебя влюбился. Уверен, ты сможешь быть с тем, кто тебе нравится. А я рядом с тобой буду ему только мешать.

Я прикрыл собственные чувства такими оправданиями.

И, похоже, Чхэын приняла мои слова совершенно спокойно, не придав им особого значения.

— Спасибо, Соджун. Но тебе не нужно ради меня так стараться. Мы же самые близкие «друзья», знакомы уже десять лет. Уверена, Чинхёк поймёт!

— …Да?

— Конечно. Так что не говори больше просто так, что хочешь отдалиться.

Уже десять лет прошло с тех пор, как я оказался в мире одного не особенно популярного романтического романа.

И в итоге мои чувства так и остались без ответа. Как и всегда.

У девушки, которую я безответно любил, появился тот, кто ей нравится. Для меня места больше не осталось. Всё кончилось.

Я ведь знал.

Она — главная героиня. А я — всего лишь второй мужской персонаж, злодей, который мешает её истории с главным героем. Так было в оригинале. Так получилось и в реальности.

И всё-таки я влюбился в подругу детства. Так старался… А теперь всё это потеряло смысл.

— …Тяжело.

Я закрыл глаза ладонью.

Когда я сказал, что хочу отдалиться от неё, то говорил серьёзно.

Правда, настоящая причина немного отличалась от той, которую я назвал.

Ей я наговорил, что поддерживаю её любовь и всё такое.

— …Просто тяжело.

А на самом деле мне просто было тяжело.

Слишком тяжело продолжать пытаться донести до неё свои чувства. Смотреть, как она сияет, думая о другом парне.

Слишком тяжело носить в себе любовь, которая всё равно до неё не дойдёт.

Поэтому, когда она призналась, что ей нравится другой, я наконец решил сдаться.

Подумал: может, тогда станет легче.

…

— И как мне завтра идти в школу?

Тихий вопрос прозвучал в пустой комнате.

Сегодня был выходной. Мы с Чхэын, как обычно, встретились и гуляли. Тогда-то она и призналась, что влюбилась в другого.

А это означало, что завтра снова в школу.

— Мы же обязательно встретимся.

Повторюсь: я действительно хотел отдалиться.

Но она была слишком близко. Даже в школе мы учились в одном классе, а значит, виделись каждый день.

Хотя, если проводить время с другими друзьями, общаться с Чхэын я стану гораздо меньше.

Проблема была в другом… Стыдно признавать, но из-за того, что я постоянно был рядом с ней, людей, которых я мог бы назвать друзьями, у меня не было.

Я всё время проводил с Чхэын, поэтому с другими парнями так и не подружился. А о подругах и говорить нечего.

«…Получается, у меня и правда ничего нет?»

В любви ничего не вышло.

Друзей нет.

И чем я вообще всё это время занимался?

В груди стало пусто.

Я не представлял, что теперь делать, и от этого совсем терялся.

Но…

— …Надо справиться.

Нельзя же вечно так лежать.

В конце концов, я любил Чхэын, хотя и понимал, что, скорее всего, у нас ничего не получится.

Я сделал всё, что мог, и получил ответ. Разве теперь не пора двигаться дальше?

Конечно, это не значит, что я тут же побегу искать другую девушку.

«Я же не перескакиваю от одной к другой».

Мои чувства не были настолько поверхностными.

Просто время, которое раньше я тратил на Чхэын, теперь буду тратить на себя.

Можно найти увлечение. Или съездить куда-нибудь одному.

Иногда приезжать к родителям, проводить с ними время, учиться тому, что должен знать наследник. А раз близких друзей нет, можно постараться их завести.

Если просто жить дальше, то когда-нибудь я обязательно встречу другого человека. У нас будут хорошие отношения, потом свадьба и счастливая жизнь вместе.

Я в это верил.

Я не настолько слабый человек, чтобы после неудачи в любви неделями или месяцами не вставать с постели.

Не настолько слабый.

Просто…

— …

Разве нельзя погрустить хотя бы один день?

Завтра я снова возьмусь за жизнь. А сегодня можно просто ничего не делать и полежать.

С этой мыслью я уснул.

.

.

.

.

.

На следующее утро…

За окном щебетали птицы.

Пи-пи-пи! Пи-пи-пи!

Как обычно, меня разбудил будильник. Посмотрел на время — семь часов.

Как раз успею умыться, одеться и дойти до школы.

Я привычно собрался. Сейчас выйду, встречусь с Чхэын, и мы вместе пойдём…

— …А.

У двери я остановился.

Если выйду сейчас, отправлюсь в школу ровно в то же время, что и всегда.

А значит, в привычном месте и в привычный час встречу Чхэын. Она поздоровается, как обычно, и мы вместе пойдём в школу.

…Я же только вчера решил отдалиться. Так дело не пойдёт.

Конечно, я не собирался полностью обрывать общение. Просто хотел держаться немного дальше.

— …Но вместе ходить в школу всё равно не стоит.

Если она постоянно будет рядом, я могу передумать.

И тогда снова придётся мучиться от безответной любви и смотреть, как она тянется к другому.

Я отошёл от двери.

Заодно решил, что теперь буду выходить в другое время.

«Чтобы не выдумывать постоянно отговорки… Может, лучше сменить квартиру? Или вообще ездить в школу из родительского дома».

Раз-другой можно сказать Чхэын, что проспал, и прийти отдельно.

Но если это будет повторяться, она наверняка заметит неладное. А мне этого не хотелось.

Значит, чтобы постепенно отдалиться, нужно съехать с этой квартиры рядом с её домом и найти другую.

— Сегодня после школы сразу и перееду.

С деньгами проблем нет, вещей тоже немного.

Я засел за объявления о жилье поблизости и только спустя довольно долгое время отправился в школу.

— Соджун, почему ты сегодня так поздно?

Я опоздал.

Я опоздал, потому что засиделся за поисками студии или квартиры, в которой можно было бы жить одному.

В класс я влетел буквально перед началом первого урока. Кое-как высидел его, и вот наступила десятиминутная перемена.

— Соджун, почему ты сегодня так поздно?

К моей парте подошла девушка с длинными каштановыми волосами и нежными, красивыми чертами лица.

— Да просто проспал немного.

— Проспал?

— Угу.

Я кивнул, и Чхэын тихо повторила: «Проспал…» — тоже кивнув.

Мы всегда ходили в школу вместе, поэтому почти никогда не случалось, чтобы кто-то из нас опоздал отдельно.

Да и обычно опаздывала Чхэын, а не я. Я всегда её ждал.

С самого детства, когда мы только познакомились, и потом, когда я в неё влюбился.

Неудивительно, что она удивилась, увидев, как я едва успел к первому уроку.

— Не думала, что ты можешь проспать. Что-то случилось?

Обычно я подробно рассказал бы, что произошло и почему.

— Просто поздно лёг. Так получилось.

— …Да?

Но в этот раз — нет.

Я решил держаться от неё подальше и не хотел поддерживать слишком тёплый разговор.

От моего непривычно сухого ответа, словно обозначавшего границу, Чхэын чуть нахмурилась. Она будто чувствовала, что что-то не так, но не понимала, что именно.

Впрочем, ненадолго.

Видимо, решив, что ничего особенного не произошло, она перестала об этом думать, улыбнулась и протянула руку.

— Я есть хочу. Сходим вместе в буфет?

Я посмотрел на её тонкую ладонь.

Раньше сразу бы взял её за руку.

Придумывал бы любые поводы, лишь бы подержаться чуть дольше.

Сейчас мне этого не хотелось.

— Извини.

Похоже, отказа она не ожидала: на лице отразилось удивление.

— А? Не пойдёшь со мной?

— Нет. Что-то живот прихватило. Наверное, не смогу.

— Живот? А почему?

— Видимо, потому что бежал до школы.

Разумеется, я соврал.

От такой короткой пробежки ничего бы со мной не случилось. Просто нужен был предлог, чтобы не идти с ней вдвоём.

— Тогда давай я провожу тебя в медкабинет? Обычно ты меня провожаешь, а сегодня я тебя!

— Не надо. Посижу немного, отдохну — и пройдёт. В медкабинет не нужно.

— Точно? Ты справишься?

— Да. Не переживай за меня, сходи в буфет.

— Ну ладно.

Она медленно кивнула и неловко почесала голову.

Но вдруг посмотрела куда-то в сторону и вся просияла.

Я тоже повернулся, пытаясь понять, что она увидела.

— Чинхёк!

По коридору шёл Ян Чинхёк — парень, в которого она влюбилась.

Чхэын тут же выбежала из класса. Наверное, теперь пойдёт в буфет с ним вместо меня.

…От того, как она бросилась к нему без малейших колебаний, в груди заныло.

Всё-таки видеть это своими глазами больнее.

Я вздохнул и опустил голову. Какое-то время просто сидел, ни о чём толком не думая.

Кто-то похлопал меня по плечу.

— …?

Я повернулся. На меня смотрела соседка по парте — девушка с серыми волосами, подстриженными в удлинённое каре.

— Ты с Ким Чхэын поссорился?

— …С чего вдруг?

Почему она вообще об этом спрашивает?

«Мы же не настолько близки, чтобы обсуждать подобное».

Просто оказались соседями по парте и пару раз разговаривали. Вот и всё.

А, имя её я тоже знал.

Ким Хевон.

В любом случае такой прямой вопрос от человека, с которым я почти не общался, застал меня врасплох.

— Я же рядом с тобой сижу, Пэк Соджун. Видела, как вы с Ким Чхэын общаетесь. Думала, вы встречаетесь. А сегодня что-то странное.

— Обычно мы выглядели как пара?

— А? Тебя именно это заинтересовало?

Она склонила голову набок.

— …

— Ну… да, выглядели. Вечно вместе ходите. Даже в школу приходите вдвоём. Думаю, кое-кто в классе уверен, что вы встречаетесь.

— …Вот как.

— А разве нет?

— Нет. Мы не встречались.

К сожалению.

Парой мы не были.

И, скорее всего, никогда не станем.

— Понятно.

Медленно кивнув, Хевон отвернулась.

Она напоминала кошку, которой наскучила игрушка.

…И зачем тогда вообще спрашивала?

«…Странная девушка».

Ким Хевон.

Мы почти не разговаривали, но, насколько я помнил, из-за своей внешности она пользовалась популярностью у парней.

В оригинальном романе она тоже нравилась некоторым читателям, хотя героиней любовной линии не была.

Больше я о ней толком ничего не знал.

Разве что она обычно неразговорчивая?

Конечно, я сам держался подальше от девушек, потому что любил Чхэын. Но даже с учётом этого мы с Хевон обменялись всего парой коротких разговоров, хотя сидели рядом. Это о многом говорило.

Больше в тот день она ко мне не обращалась.

Так я и просидел один на уроках, пока не настало время идти домой.

Я складывал вещи в сумку, когда передо мной появилась девушка, в которую я до недавнего времени безответно влюблялся. Её сумка уже висела на плече.

— Соджун, пойдём сегодня в караоке?

Иногда такое случалось.

Мы с Чхэын без всяких планов куда-нибудь шли после школы.

«Поэтому все и думают, что мы встречаемся».

Хотя на самом деле — нет.

И никогда не смогли бы, как бы мне ни хотелось.

…

Я выдавил улыбку и посмотрел на неё.

— Извини. Сегодня, кажется, не смогу. Сходишь без меня?

— …А? Почему?

— Дела появились.

— Дела…?

Она наклонила голову. Во взгляде читалось ожидание объяснений.

Раньше я бы рассказал всё в подробностях…

— Прости, Чхэын. Я тороплюсь. Можно я пойду?

Но сейчас не мог честно сказать: я собираюсь искать квартиру, потому что не уверен, что выдержу рядом с тобой.

Хотелось просто постепенно отдалиться и остаться людьми, которые иногда разговаривают.

Чтобы потом, вспоминая друг друга, мы думали: когда-то у меня был близкий друг — или близкая подруга.

— А? Д-да, конечно. Хорошо. Иди, Соджун.

— Спасибо.

Она отпустила меня, так и не поняв, что происходит.

◆ ◆ ◆

Выйдя из школы, я сразу позвонил родителям.

— Что случилось, сынок?

— Мам, я хочу переехать в другую квартиру. Можно?

— Хочешь сменить квартиру?

— Да.

На другом конце ненадолго замолчали.

— Хорошо.

К моему удивлению, мама согласилась без возражений.

— Даже не спросишь почему?

— Если мой единственный сын хочет переехать, надо ему помочь. Разве нужна причина?

— …Спасибо.

— Да ну, за что? Ты уже решил куда? Есть что-нибудь на примете?

— Я нашёл один вариант. Прислать?

— Присылай.

Я ненадолго прервал разговор и отправил ей выбранное объявление.

Посмотрев его и немного подумав, мама снова заговорила:

— Тебе там будет удобно? По-моему, слишком тесно.

— Я же один буду жить. Думаю, нормально.

— М-м… Нет. Мой сын должен жить в хорошем месте. Подожди немного.

— А?

Теперь уже мама взяла паузу.

Вскоре телефон завибрировал: от неё пришло сообщение.

В нём был адрес какой-то квартиры.

— Мам, а это что?

— Сынок, может, переедешь сюда?

— Что? Сюда?

— Да. Я и фотографии прислала. Как тебе?

— Если спрашиваешь, как мне… Хорошая квартира.

И правда очень хорошая. Конечно, с родительским особняком не сравнить, но по меркам моей прошлой жизни — отличное жильё.

— Правда? Понравилась?

— Да. Мне кажется, для одного даже слишком хорошая.

— Вот и прекрасно. Значит, сыну понравилось.

Очень понравилось, мам.

И тут она спросила:

— Тогда переедешь прямо сегодня?

— Что? Сегодня?

Сегодня?

— А договор и всё остальное? Разве это можно за день оформить?

— Ничего оформлять не нужно. Можешь хоть сейчас переезжать. Потому что…

Потому что это её квартира, добавила мама.

— …?

— Вообще-то я купила её после ссоры с твоим отцом. Тогда видеть его не могла и решила пожить отдельно.

— …Что?

Так, стоп. Что?

— С тех пор всё никак не продам. Если хочешь, можешь въехать прямо сейчас.

— Э-э… Я-то только за, но папа об этом знает?

— Конечно знает.

Вот это новости.

В голове всё перепуталось.

«Хотя… раз отец в курсе, значит, всё нормально».

Мне это только на руку: нашлось жильё, куда можно переехать уже сегодня.

Вещей у меня и так немного. Компьютер, посуда, повседневная одежда, одеяло и подушка — вот, считай, и весь переезд.

— Код от дверного замка пришлю сообщением. Захочешь въехать сегодня — въезжай.

— Хорошо. Спасибо, мам.

Мы закончили разговор.

Не откладывая, я вызвал людей и в тот же день начал переезд.

— У-у-у-у-у!

…А возле нового дома обнаружил плачущего сероволосого малыша.

Всё началось после переезда, когда я ненадолго заглянул в магазинчик поблизости.

Купил мороженое и уже возвращался в новую квартиру, как увидел у дороги плачущего малыша.

— У-у-у-у-у!

— …?

Сероволосый мальчик. Ещё совсем маленький, но уже с очень симпатичным лицом.

Лет семь, наверное?

Сначала я думал пройти мимо, но ребёнок плакал всё громче.

Людей вокруг было мало, и те, кто проходил мимо, явно надеялись, что поможет кто-нибудь другой.

Наверное, мне показалось, что бросить его здесь было бы совсем уж по-свински. Не успел опомниться, как уже направился к нему.

Даже когда я подошёл, малыш продолжал плакать.

Я присел, чтобы оказаться с ним на одном уровне.

— Эй, малыш.

— У-у-у… хлюп…?

Кажется, подействовало. Он ненадолго перестал реветь и, всхлипывая, посмотрел на меня.

Наши взгляды встретились, и у меня возникло странное ощущение.

«На кого-то он похож».

…Хм.

На кого же?

Определённо похож, но вспомнить не могу. Впрочем, сейчас не время над этим ломать голову.

Я приветливо улыбнулся.

Лицо у меня довольно суровое, но человек я не плохой. Надеюсь, малыш не испугается.

— Почему плачешь? Тебе помочь?

— Помо… поможешь?

— Да, помогу.

— Плавда…?

Его лицо посветлело.

— Правда. Расскажешь, почему ты плакал?

— Шмыг… Ну… Я сестлёнку потелял… Она сказала, что ненадолго в магазин, а потом плопала…

От собственных слов он, видимо, снова расстроился и разревелся.

— А-а-а-а-а!

Я растерялся.

Скажу честно: опыта с детьми у меня не было. Впервые в жизни я пытался помочь ребёнку, который плакал посреди улицы.

Для начала надо было его успокоить. Я торопливо развернул мороженое, купленное в магазине, и протянул ему.

— Вот. Поешь и не плачь, хорошо?

— …Шмыг.

Удивительно, но он взял мороженое и замолчал.

Дал вкусненького — и слёзы закончились. Всё-таки дети удивительно просты.

Хотя за эту простоту сейчас стоило сказать спасибо.

Пока малыш ел и успокаивался, я продолжил расспрашивать.

Звали его Ким Хесон. Я думал, ему около семи, но оказалось, что всего шесть.

— Хесон, ты знаешь телефон мамы, папы или сестры?

Он помотал головой.

— Не знаешь. А где ты живёшь?

Не переставая есть мороженое, Хесон показал пальцем.

В сторону жилого комплекса, куда я сегодня переехал.

— В тех домах?

Кивок.

— А корпус и номер квартиры помнишь?

— Шмыг… Не знаю…

— Не знаешь?

— Угу…

Не знает, значит.

Сначала я удивился, как можно этого не знать, но тут вспомнил: ему всего шесть.

В шесть лет вполне можно и не помнить.

Но что же тогда делать? Может, отвести его на пост охраны?

Вдруг там найдётся кто-нибудь, кто его знает.

Однако, если мы уйдём, а его сестра вернётся сюда и никого не найдёт, неприятностей не оберёшься.

«Не хотелось бы, чтобы меня приняли за похитителя».

Пока Хесон продолжал есть, я ломал голову и вдруг кое-что заметил.

На шее у него что-то висело.

«Это что?..»

Присмотрелся: подвеска с телефоном кого-то из взрослых, отвечающих за ребёнка.

Номеров было два. Я выбрал один и сразу позвонил.

— Алло?

Ответила молодая девушка. Голос почему-то показался знакомым, но разбираться сейчас было некогда.

— Кто это?

— Вы случайно не родственница мальчика по имени Ким Хесон?

— …Что?

— Я нашёл на улице плачущего ребёнка. Он сейчас со мной. Это ведь номер для связи с его семьёй?

— А…! Я сестра Хесона!

— Сестра? Можете подойти к магазину «Сикс-Илевен» возле жилого комплекса «00»?

— Да…! Сейчас буду!

Она положила трубку.

— Хесон, сестра скоро придёт.

— Плавда?

— Да. Подождём ещё немного?

— Ага!

Мы болтали с ним, пока ждали. Вскоре я заметил бегущую к нам девушку.

Она остановилась перед нами, тяжело дыша.

Но…

— Ким Хевон?

Ты-то что здесь делаешь?

◆ ◆ ◆

Не уследила.

Она совершенно точно сама не уследила.

Ким Хевон сильно прикусила губу.

Как обычно, после школы она забрала Хесона из детского сада. Кто бы мог подумать, что она потеряет его, ненадолго зайдя в магазин?

Когда Хевон поняла, что брат пропал, в голове всё опустело.

У Хесона ещё нет телефона. Позвонить ему невозможно.

Он немного рассеянный и сам домой пока не доберётся.

А если его кто-нибудь похитит?

«Нет…!»

По спине пробежал холодок. Этого нельзя допустить. Нужно немедленно найти младшего брата, Ким Хесона.

С того момента она носилась повсюду.

Ближайший парк, магазин, переулки.

Проверяла каждый уголок.

Даже не помнила, когда в последний раз столько бегала.

Но…

— Ха… ха… Где же ты…!

Хесона нигде не было.

Когда Хевон уже начало казаться, что случилось что-то действительно страшное, ей позвонили.

— Вы случайно не родственница мальчика по имени Ким Хесон?

Собеседник сказал, что находится с Хесоном у магазина возле жилого комплекса, и попросил прийти за ним.

Голос показался почему-то знакомым, но сейчас ей было не до этого. Она тут же побежала туда, где находился брат.

И…

— Ким Хевон?

Увидела высокого, за сто восемьдесят, парня с красивым, но суровым лицом. Своего соседа по парте, с которым едва ли разговаривала несколько раз.

— …Пэк Соджун?

Она успела лишь удивиться, что он здесь делает, прежде чем Соджун показал ей Хесона. Мальчик ел неизвестно откуда взявшееся мороженое.

— Так ты его сестра?

— …!

И правда Хесон.

Слава богу, нашёлся. Она тут же обняла брата.

Её накрыло облегчением.

Когда первая радость встречи немного улеглась, Хевон повернулась к Соджуну.

— …Спасибо.

Поблагодарила сдержанно, но вполне искренне.

— Да ничего. Ребёнок один плачет на улице. Не мог же я его оставить.

— …Понятно.

Как он и говорил, это казалось естественным.

Но Хевон знала, сколько на свете взрослых, которые даже этого не сделают. Поэтому была очень благодарна.

— Ну что, теперь каждый по своим делам?

— …Да. Хорошо. Спасибо, что помог. Я тебя потом отблагодарю.

— Да не нужно.

Он слегка улыбнулся и замахал руками.

— Нет. Я обязательно тебя отблагодарю.

Она поклонилась, а он неловко почесал голову.

Похоже, ему было неудобно принимать благодарность за то, что он считал само собой разумеющимся.

Глядя на него, Хевон подумала, что он добрый. Если честно, ни по его лицу, ни по слухам о его семье она бы такого не предположила.

Будто обнаружила неожиданную сторону почти незнакомого соседа по парте.

Тут он первым помахал рукой.

— Тогда я пойду. Увидимся завтра в школе.

— Угу. Спасибо, Пэк Соджун.

— Пока-пока!

Они разошлись каждый по своим делам.

Вот только…

Когда шли к жилому комплексу.

Когда заходили в подъезд.

Даже когда вошли в лифт и выбрали этаж.

— …?

— ??

Они всё ещё были вместе.

◆ ◆ ◆

«Что происходит?»

Я был озадачен.

Благодаря Ким Хесону я уже знал, что Ким Хевон живёт в том же комплексе, куда я переехал.

Но чтобы совпало настолько… Разве так бывает?

Тот же дом и тот же этаж?

На нашем этаже квартиры располагались друг напротив друга, а не вдоль длинного коридора. Выходит, Хевон жила прямо напротив.

Соседка по парте… ещё и соседка по дому?

Видимо, она подумала о том же и осторожно заговорила. Хесон снизу смотрел на меня с любопытством.

— …Пэк Соджун, ты здесь живёшь?

— …Да.

— Правда?.. Странно. Я до сих пор ни разу не видела, чтобы из соседней квартиры кто-то выходил…

— Потому что я только сегодня переехал.

— Переехал?

Она наклонила голову.

— Угу. Раньше жил в другой квартире, но кое-что случилось, и с сегодняшнего дня я здесь.

— Понятно…

— Ты тепель наш сосед?

— Ага. Похоже, теперь я живу рядом с тобой, Хесон.

— Ух ты…

Ким Хесон восхищённо протянул что-то невнятное.

А я, в отличие от него, чувствовал себя неловко.

Думал, даже в одном комплексе мы будем жить далеко друг от друга. А оказалось — ближе некуда.

Наше прощание у магазина теперь выглядело довольно глупо.

Впрочем, вскоре Хевон первой попрощалась снова:

— Мы пойдём домой. Увидимся чуть позже, Пэк Соджун.

— А?

Чуть позже?

Я даже не успел уточнить, что она имела в виду. Ким Хевон увела брата в квартиру.

Я тоже почесал голову и зашёл к себе.

Решил, что просто ослышался и она сказала: «До завтра».

Но…

Телефон завибрировал.

«Открой дверь».

Я отдыхал дома, когда пришло это сообщение. Одновременно раздался звонок в дверь.

Я поспешил посмотреть, кто там.

— …?

За дверью ждала Ким Хевон. Теперь уже в домашней одежде.

…Причём довольно открытой.

— …Что происходит?

Я протёр глаза.

Но сколько ни смотрел, за дверью действительно стояла Ким Хевон.

Проверил телефон: сообщение пришло с того самого номера, по которому я недавно звонил родным Ким Хесона. С номера Хевон.

«Открой дверь».

Открыть дверь?

Зачем…?

Пока я пытался понять причину, Хевон на экране домофона склонила голову набок и снова нажала на звонок.

Больше стоять и размышлять было нельзя.

Невежливо заставлять человека ждать перед дверью.

В итоге я открыл, так ничего и не поняв.

[[image:/storage/reader-images/01c0576a84163477532ca255d3ba2c7520ac771e.png]]

— Привет.

Она слегка помахала рукой.

Наверное, всё дело было в её одежде, но я не знал, куда смотреть.

Облегающая белая футболка с короткими рукавами и открытым вырезом, очень короткие спортивные шорты.

Я невольно задержал взгляд на её открытых ногах.

Хевон чуть наклонила голову. Я спросил:

— Зачем пришла?

И тут же пожалел: не слишком ли сухо прозвучало?

К счастью, она не обратила внимания.

Протянула руку, которую до этого держала за спиной.

В руке был небольшой контейнер с едой.

— Вот. Тебе принесла.

— …Это?

— Угу.

…Зачем?

— В благодарность за то, что сегодня помог найти брата.

— Вот это?

— …Не хочешь?

— Да нет же.

Я замахал руками.

Не то чтобы я не хотел. Наоборот, за домашнюю еду был очень благодарен.

Просто…

— Не думаю, что сделал столько, чтобы мне ещё и подарки приносили.

— Всё равно возьми. Я рассказала маме, что случилось. Она очень благодарна и попросила отнести тебе.

— Твоя мама?

— Да. И ещё передать, что рада новому соседу. Говорит, ты, похоже, хороший, ответственный парень. Надеется, что будем ладить.

Кажется, у родителей Ким Хевон, которых я даже не видел, уже сложилось мнение, что я хороший и ответственный.

— Хороший, ответственный парень…

— Что?

— Ничего. Спасибо, тогда возьму. Передашь маме, что я благодарен?

— Да.

Я забрал контейнер.

Однако…

Она продолжала пристально смотреть.

— …

— …?

«…Почему не уходит?»

Хевон и не думала возвращаться домой. Еду я получил, теперь можно было разойтись по квартирам, но она почему-то стояла на месте.

Судя по взгляду, заглядывала ко мне в прихожую.

— Слушай.

И тут она спросила:

— Можно зайти посмотреть?

— …А? Сюда?

— Да.

Она показала на мою квартиру.

Стояла в своей открытой домашней одежде с совершенно невозмутимым лицом. Не поймёшь, о чём думает.

— …Наверное, не стоит? Я здесь один живу. Не очень-то удобно девушке заходить домой к парню, который живёт один.

Конечно, в прежнюю квартиру Чхэын иногда приходила.

Но мы с ней были очень близки с детства. А просто так приглашать домой девушку, с которой почти не знаком, разве нормально?

Видимо, Ким Хевон считала иначе.

Она снова наклонила голову и неторопливо спросила:

— Ты собираешься ко мне приставать?

— ?

??

— …Что?

— Ты же не потому меня не пускаешь, что можешь начать приставать?

Нет, конечно.

— Нет, конечно.

— Тогда хочу зайти.

— …А зачем?

— М-м…

Она на секунду закрыла глаза.

И ответила:

— Просто хочется посмотреть, как живёт друг?

Особой причины не было. Просто хотела зайти, и всё. Обычно я бы отказал.

Обычно отказал бы, но…

— …Ладно. Тогда зайдёшь ненадолго, посмотришь?

Я решил на этот раз поступить иначе.

Почему-то захотелось.

◆ ◆ ◆

В прихожей она сняла свои шлёпанцы.

И уже собиралась пройти дальше, когда я её остановил:

— А, погоди.

Хевон вопросительно посмотрела на меня. Я распаковал пару домашних тапочек и протянул ей. Как раз оставалась лишняя.

— Вещей мало, но убраться я ещё не успел. Лучше надень на всякий случай.

— Хорошо.

Она обулась и прошла в квартиру.

Стала с любопытством осматриваться. Я не удержался от вопроса:

— У тебя разве не такая же планировка? Что тут интересного?

— А мне интересно.

— Что именно?

— Что квартира такая пустая.

— Ну…

Тут ничего не поделаешь.

Я один живу в квартире, рассчитанной на целую семью.

К тому же у парней обычно меньше вещей, чем у девушек. Конечно, бывает и наоборот, но это не про меня.

Мне для жизни достаточно одеяла, подушки, кровати, компьютера, холодильника и посуды.

Я объяснил, и Хевон медленно кивнула.

— Понятно… Значит, у парней мало вещей.

— Ну, примерно так.

— Мой брат тоже таким вырастет?

— Брат… Хесон, с которым мы встретились?

— Да.

— Хесон, значит…

Хм.

— Не знаю. Мне кажется, он будет другим.

— Почему?

— Говорят, парни со старшими сёстрами обычно внимательнее к мелочам. Так что, даже если Хесон потом будет жить отдельно, у него, наверное, всё будет не так, как у меня.

— А-а.

«Хотя я и сам просто где-то это слышал».

Впрочем, мы же не вели серьёзную дискуссию, так что ничего страшного.

Осматривая квартиру, она вдруг остановилась перед одной из дверей.

— Пэк Соджун, это твоя комната?

— Да.

— Здесь тоже можно посмотреть?

— В комнате?

Зачем ей заходить в комнату парня?

— Я уже в квартире этого парня.

— Это да, но… Там ничего интересного. Я сегодня только переехал, толком ещё не разобрался.

— Значит, можно зайти.

Разве из моих слов это следовало?

«Никак её не поймёшь».

И днём в школе, когда она вдруг спросила, не поссорились ли мы с Чхэын, и сейчас.

Не только со мной — я вообще почти не видел, чтобы она непринуждённо болтала с одноклассниками. Поэтому и не представлял, что она такая.

Чем-то похожа на любопытную кошку.

Не обращая внимания на мои размышления, Хевон открыла дверь и вошла.

— И правда ничего особенного.

— Я же говорил.

— Угу.

Почему-то она выглядела слегка разочарованной.

Чего она вообще ожидала?

— Посидишь здесь? Принесу что-нибудь попить.

— Да, хорошо.

Обычно в таких случаях вроде бы отказываются из вежливости, подумал я и вышел в гостиную за напитками, купленными в магазине.

Но когда вернулся…

— …?

Вместо того чтобы сидеть на кровати, Хевон стояла у стола и рассматривала фотографию.

«Это же…»

…Наш детский снимок с Чхэын.

«Надо было перевернуть».

При переезде я просто взял его с собой, но стоило сразу перевернуть рамку. Нет, лучше вообще убрать куда-нибудь.

Немного посмотрев на снимок, Хевон повернулась ко мне.

— Это вы с Ким Чхэын?

— …Да.

— Значит, вы с детства дружите.

— Да.

Похоже, в школе мало кто об этом знал, но мы с Ким Чхэын, которую все считали моей девушкой, были друзьями детства. Вместе ещё с садика.

— Понятно. Тогда это ты влюблён в Чхэын?

…

— …Что?

Сегодня меня, кажется, только и делают, что ставят в тупик.

Что она сейчас сказала?

— Спрашиваю: ты, Пэк Соджун, влюблён в Чхэын?

Она пристально смотрела на меня. Из-за её привычно невозмутимого лица казалось, будто она требует немедленно ответить.

Но я не обязан был отвечать. Да, сегодня мы разговаривали, но всё же не настолько близки, чтобы обсуждать подобные вещи.

Мы вообще впервые за всё время нормально поговорили только сегодня.

Надо было отделаться чем-нибудь неопределённым или перевести тему… Но вместо этого я машинально ответил честно.

Уже второй раз за день поступил не так, как обычно.

— Был влюблён.

Я перевернул фотографию. Больше Хевон на неё не смотрела.

— То есть сейчас уже нет?

— Нет. И сейчас люблю.

Был влюблён.

И всё ещё люблю.

От этих противоречивых ответов она непонимающе склонила голову.

— …В смысле?

— В смысле, я сдался.

Устал от безответной любви.

Понял, что мои чувства до неё так и не дойдут.

Я всё ещё любил, но решил постараться разлюбить.

Отдалиться и отказаться от надежд.

Только и всего.

— Почему?

— Потому что я её люблю, а она меня — нет.

Наоборот, ей нравится другой.

Пока говорил, сам удивлялся.

Мы почти не знакомы. Она ведь может рассказать обо всём другим. Почему же я так откровенен?

Почему?

Я натянуто улыбнулся и посмотрел на неё.

— Зачем ты об этом спрашиваешь?

— Просто ты мне сегодня очень помог. Я тоже хочу помочь.

— …Помочь? С чем?

— С твоей любовью.

— …С моей любовью?

Она хочет помочь?

Зачем?

Нет.

Не то.

— Как?

Она придвинулась вплотную к моему лицу. Я почувствовал её приятный запах.

Волосы слегка коснулись щеки, а взгляд невольно скользнул к вырезу футболки.

И тут она сказала:

— Если мы притворимся парой, может, Ким Чхэын обратит на тебя внимание?

Ким Хевон.

Совершенно непредсказуемая девушка.

И предложение у неё было под стать — я совершенно его не понимал.

Как человек реагирует, услышав что-то совершенно неожиданное?

Бурно злится?

Наоборот, радуется?

Смотрит растерянными глазами?

У всех по-разному. У меня же просто не осталось ни одной мысли.

Я будто даже не мог осмыслить услышанное.

«Я правильно всё понял?»

То есть мне нужно притвориться, что я встречаюсь с Хевон, чтобы привлечь внимание Чхэын?

Она считает, что Чхэын заметит перемены и посмотрит на меня иначе?

— Ну как?

— …

Честно говоря, чувства были смешанные.

С одной стороны, я задумался: вдруг её предложение и правда поможет мне сблизиться с Чхэын? С другой — не хотел заходить так далеко.

Противоречивые чувства запутались в один клубок.

Но…

— …Нет.

Я отказался.

— Спасибо, что хочешь помочь, но я не хочу так поступать.

— Почему? Я тебе не нравлюсь?

— Не знаю, почему ты сделала такой вывод, но дело не в тебе. Скорее во мне.

— В тебе?

— Да. Если ради чьего-то внимания приходится заводить ненастоящую девушку, значит, всё уже пошло не так.

Я сдавался, потому что надежды больше не осталось.

Можно, конечно, попытаться её оживить… Может, Чхэын и правда обратила бы на меня внимание. Но сил у меня уже не было.

Внутри всё развалилось, а собирать обратно было нечем.

К тому же разве это нормальное начало отношений?

Допустим, всё получится и Чхэын посмотрит на меня иначе. А Хевон?

Что будет с Хевон, которая притворялась моей девушкой? С её собственными чувствами? Что станут говорить окружающие?

Для неё ничего хорошего.

— …Понятно.

Выслушав мои объяснения, она медленно кивнула и отодвинулась.

Я продолжил:

— Ким Хевон.

— Да.

— Спасибо и за предложение, и за желание отблагодарить. Но больше такого никому не предлагай, пожалуйста.

— …Я сделала что-то не так?

Я покачал головой.

Если и сделала, то совсем не то, о чём сейчас подумала.

— Скорее… Мне просто хочется, чтобы ты берегла себя.

— …А?

Она удивлённо раскрыла глаза.

Я неловко почесал голову.

— Если бы такая красивая девушка, как ты, предложила это кому-нибудь другому, он бы наверняка сразу согласился.

Я говорил серьёзно.

Мы с Ким Хевон почти не знали друг друга, и даже друзьями нас пока трудно было назвать. Но в одном я не сомневался: она красивая.

И лицо, и фигура.

В её внешности было всё, что обычно нравится парням.

А если бы она обратилась с таким предложением к другому? И если бы этот другой оказался не очень хорошим человеком?

Вполне могло случиться что-нибудь неприятное.

Когда говорят об отношениях по договорённости, обычно представляют какого-нибудь северного герцога или наследного принца из романтического фэнтези. Только в реальности таких герцогов и принцев нет.

Да и вообще… Хевон заслуживала парня получше меня.

Может, я и лез не в своё дело, но хотел, чтобы у неё была настоящая любовь. Не безответная и не построенная на притворстве.

— Договорились?

— …

Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, а потом осторожно кивнула.

Похоже, поняла, о чём я.

Опустила голову и стала перебирать пальцами, словно смутилась.

Я слегка улыбнулся и протянул ей напиток, который принёс раньше. Она рассеянно взяла банку.

— Попей, отдохни немного и пойдёшь.

— …Угу.

Хевон снова присела на край кровати.

Между нами повисло неловкое молчание. И из-за недавнего разговора, и просто потому, что мы пока были едва знакомы и говорить особо не о чем.

И тут она начала:

— Слушай.

— Да?

— Пэк Соджун, ты со многими встречался?

— …Нет?

— Правда?

— Да. Не со многими.

А это к чему?

— Просто ты как будто привык общаться с девушками.

— …Я?

— Угу.

Хм.

Вообще-то нет.

Ни в прошлой жизни, ни в нынешней у меня не было большого опыта отношений.

А в нынешней особенно: всё время рядом была Чхэын.

Хевон пошевелила пальцами, обхватывавшими банку.

— Ты так по-доброму говоришь. Я вдруг выдала такое предложение, а ты ответил спокойно, по-взрослому.

— …Думаешь? Я просто сказал, что думаю.

— Вот это и было по-доброму.

Мне стало неловко.

Я действительно лишь сказал, что думал, поэтому выслушивать такое было непривычно.

Я поспешил сменить тему.

— А почему ты вообще это предложила? Понимаю, хотела отблагодарить, но вряд ли только поэтому решила притворяться моей девушкой.

Однако…

— …Секрет.

Похоже, сменить тему не удалось.

— Секрет…?

Хевон одним махом допила напиток.

Затем поднялась с кровати и посмотрела на меня.

— Я пойду. Увидимся завтра утром.

◆ ◆ ◆

От начала и до конца это было спонтанное решение.

Она хотела отблагодарить человека, который помог избежать страшного: её брат едва не пропал. К тому же Пэк Соджун так грустно выглядел, когда рассказывал о безответной любви.

И ещё ей хотелось использовать его как щит от других парней, которые назойливо к ней лезли.

Поэтому она и предложила притвориться парой. Сказала, что будет изображать его девушку.

Но…

«Скорее… Мне просто хочется, чтобы ты берегла себя».

Он отказал совсем не так, как она ожидала. Мягко и по-взрослому.

Кажется, в тот момент её бросило в жар.

Береги себя.

Обычные слова. Даже банальные. Но ей впервые кто-то сказал такое лично.

И когда она услышала их сама, они показались невероятно тёплыми. Так, что ей стало стыдно.

Захотелось взять назад своё необдуманное предложение притвориться его девушкой.

Почему-то эта одна фраза её задела.

«…Он меня очаровал?»

Кажется, на какое-то мгновение она действительно попала под обаяние Пэк Соджуна — красивого парня с грустным лицом.

Совсем на неё не похоже.

Совсем не похоже на Ким Хевон, которая привыкла отгораживаться от парней.

Она ведь даже разговаривала с ними редко. А тут такое неловкое поведение.

Но…

«Если бы такая красивая девушка, как ты, предложила это кому-нибудь другому, он бы наверняка сразу согласился».

…Неприятно ей не было.

Почему-то хотелось дождаться завтра. И казалось, что наконец появился человек, которого можно назвать другом.

Когда она вернулась домой, мама спросила:

— Отнесла ему еду?

— Да, отнесла.

— Хорошо. Молодец.

Хевон направилась к себе, но мама её окликнула:

— Хевон.

— Что?

— Ты немного покраснела. Что-то случилось?

— …А?

Покраснела?

Она поспешно прижала ладони к щекам. И правда горячие.

Её снова бросило в жар.

Неожиданно стало так стыдно, что она почти убежала в свою комнату.

◆ ◆ ◆

На следующее утро после истории с ненастоящей девушкой…

Ким Хевон: Пэк Соджун, ты уже ушёл в школу?

Пока я собирался, телефон подал сигнал. Посмотрел — написала Ким Хевон.

Ким Хевон: Тогда собираешься?

Я как раз вышел из душа.

Осталось высушить волосы и надеть форму.

Ким Хевон: Сколько тебе ещё нужно?

Я: Минут десять?

Я: А что?

…

Ким Хевон: Давай пойдём вместе.

— Хм.

Вместе в школу, значит.

— После вчерашнего ей нормально?

Мне-то нормально. Мы вроде бы всё спокойно обсудили, неловкости не осталось.

Но девушки чувствительны к подобным вещам. Может, на следующий день ей было бы трудно со мной встретиться…

Ким Хевон: Через десять минут буду ждать у двери.

— Видимо, всё-таки нормально.

Ким Хевон, похоже, другая.

Отправив короткий ответ, я сразу принялся сушить волосы.

И вдруг задумался.

Почему Чхэын, с которой мы почти всегда ходили вместе, ничего мне не пишет? Вчера ещё ладно, но сегодня-то могла бы спросить, почему меня нет.

Конечно, я не ждал её сообщения. Просто стало любопытно.

Здесь два варианта.

Либо ей изначально всё равно, идём мы вместе или нет.

Либо ей сейчас не до этого.

А не до этого ей, скорее всего, потому что…

«…Идёт в школу с другим».

С тем парнем, который ей недавно понравился.

Как в оригинале.

Внутри всё скрутило.

Конечно, это были двойные стандарты.

Я сам ей не пишу. Почему Ким Чхэын обязана писать первой?

У нас ведь даже отношения не такие.

Просто…

— …Эх.

Было горько, что десять лет дружбы и пять лет безответной любви привели к такому.

Но винить некого, кроме себя, поэтому оставалось только проглотить эту горечь.

— …Хватит уже себя жалеть. Пора в школу, Пэк Соджун.

Я слегка похлопал себя по щекам и надел форму.

А когда открыл дверь и вышел…

— Привет.

Ким Хевон, как вчера, слегка помахала рукой.

Когда я в последний раз шёл в школу с кем-то, кроме Чхэын?

Даже не помню.

В начальной школе?

Тогда к нам иногда присоединялись другие ребята, но потом такого, кажется, уже не было.

Либо Ким Чхэын просыпала и я шёл один, либо мы шли вместе.

Всегда один из двух вариантов.

Так что идти в школу с совершенно другим человеком было… очень непривычно.

— …

— …

Настолько непривычно, что по дороге мы не обменялись ни словом.

«Она всегда такая?»

Сегодня Ким Хевон снова была совсем не такой, как вчера.

Вчера — неразговорчивая девушка, от которой не знаешь, чего ждать. Сегодня — просто неразговорчивая.

Хотя, вообще-то, именно такой я её и привык видеть.

Да, со вчерашнего дня мы вдруг стали больше разговаривать и теперь даже шли вместе в школу. Но до этого почти не общались.

Да и в школе редко увидишь, чтобы она с кем-то разговаривала.

Я даже слышал краем уха, как её называли «ледяной принцессой» или «красивой хамкой».

В общем…

Может, дело было в этом?

Мне сейчас было ужасно неловко идти рядом с ней.

Не знаю, как самой Хевон, но, наверное, ей тоже.

«…Или нет?»

Судя по её спокойному лицу, она вообще ни о чём таком не думала.

Хм.

И тут…

— Мяу.

Из переулка появилась рыжая кошка.

Заметив её, Ким Хевон оживилась и подошла ближе.

— …?

— Как поживаешь?

Хевон присела и протянула руку. Кошка привычно потёрлась о ладонь.

Уголки губ девушки приподнялись.

Глядя на неё, я снова подумал, какая она всё-таки красивая. Когда молчит, выглядит холодной и неприступной.

А сейчас Ким Хевон слегка улыбалась маленькому зверьку… На такую сцену приятно было смотреть.

Я молча стоял позади, пока она не обернулась.

— Пэк Соджун, иди сюда.

— Я?

— Да.

Я подошёл и присел рядом.

«Вблизи ещё милее».

Шерсть была такой чистой, что я даже засомневался: точно уличная?

Может, домашняя кошка вышла погулять? Но ни колокольчика, ни адресника на шее не было. Не похоже, что у неё есть хозяева.

— Я встречаю её каждое утро по дороге в школу. Зовут Наби.

— Наби?

— Да. Кошек же обычно зовут Наби.

— …Понятно.

Распространённая кличка, но ей подходит.

Пока я размышлял, Хевон приподняла Наби. Кошка вытянулась вниз всем телом.

— Любишь кошек?

— М-м… Да, люблю.

Если выбирать между кошками и собаками, я скорее за кошек.

Так что да, можно сказать, люблю.

— Годишься.

Куда я гожусь?

— Тогда погладь. Я разрешаю.

Убедившись, что я люблю кошек, Хевон тут же протянула мне вытянувшуюся рыжую бродяжку по кличке Наби.

— …Взять её?

— Да. Возьми, как я держала.

— Хм.

Под её выжидающим взглядом я всё-таки осторожно взял Наби.

Боялся, что при передаче она начнёт вырываться и поцарапает меня, но…

— …Спокойная.

— Правда?

К счастью, ничего такого не произошло.

Наби смирно сидела у меня на руках.

На ощупь кошка оказалась… очень мягкой и тёплой. И будто немного пружинила под ладонью.

Я привык считать кошек довольно своенравными, поэтому особенно удивился, что уличная такая спокойная.

— Она очень умная.

В голосе Ким Хевон прозвучала гордость.

— А теперь возвращай.

— Хорошо.

Но стоило мне передать ей Наби…

— …А?

Кошка выскользнула из рук Хевон и прыгнула мне на плечо.

Раз — и уже там.

— …?

Устроившись на плече, Наби лизнула меня в лицо и потёрлась о воротник.

Весила она довольно прилично.

— Н-Наби?

Ким Хевон застыла.

Так смотрят на человека, которому доверяли и который предал… Нет.

На кошку, которой доверяли.

— Мяу.

— …

Хевон переводила взгляд с тихо мяукнувшей Наби на моё лицо и обратно.

Почему-то смотреть ей в глаза было трудно.

Будто я враг, который увёл её любимую кошку. Или всё-таки нет?

От напряжения становилось тяжело дышать.

Вскоре Наби сама спрыгнула с моего плеча. Надменно покосилась на меня и ушла обратно в переулок.

На Ким Хевон так ни разу и не посмотрела.

Та растерянно уставилась вслед.

— Наби… Ты тоже на мужскую внешность западаешь, потому что девочка?..

Я решил сделать вид, что не расслышал.

— Э-э, Хевон?

— …

— Может, пойдём дальше?

…

— …Да.

Вот такая неловкая вышла дорога в школу.

◆ ◆ ◆

Мы добрались до школы.

Когда вошли в класс вместе с Ким Хевон, я почувствовал на себе несколько взглядов.

Было восемь двадцать.

Позже, чем я обычно приходил.

Мы направились к своим местам, но путь нам преградила Чхэын, которая пришла раньше.

— Сегодня ты опять поздно, Соджун?

Что ответить?

Я ещё не успел заговорить, а она уже посмотрела на стоявшую рядом Ким Хевон.

— И с тобой… Вы вместе пришли?

— Да.

Ким Хевон ответила раньше меня.

Чхэын чуть расширила глаза: явно не ожидала ответа от неё.

Заодно во взгляде промелькнуло недоумение.

Она ведь никогда не видела, чтобы я приходил с кем-то другим. Тем более с Ким Хевон, которая ни с кем в классе особо не дружила.

— А как так вышло?

— Просто встретились по дороге.

Снова ответила Хевон.

Чхэын спрашивала меня, а отвечала всё время она. В конце концов Чхэын уже не смогла скрыть удивления и посмотрела прямо на Хевон.

— Вы что, дружите?

По тону слышалось: этого быть не может. Такая уверенность, будто ей обо мне, Пэк Соджуне, известно всё.

Вообще-то в какой-то степени так и было.

Но…

— Да. Дружим.

Теперь, когда я решил изменить наши отношения, всё стало иначе.

Хевон не ограничилась ответом и взяла меня под руку.

Чхэын удивлённо раскрыла глаза.

Потом посмотрела на меня, словно спрашивая: что происходит?

Я и сам растерялся. Такого не ожидал даже я.

Но показывать это было нельзя.

Я постарался сохранить спокойное лицо. Ничего по нему не поняв, Чхэын осторожно спросила:

— …И давно вы подружились? Я не знала.

— Недавно.

— Правда? Хорошо, что ты подружилась с нашим Соджуном. Продолжай с ним дружить, ладно?

Она говорила так, будто давала на это разрешение.

Наверное, эта манера объяснялась уверенностью, что уж своего друга детства она знает лучше всех.

Но…

— Да. Спасибо.

— …

Хевон ответила совершенно спокойно. Повисло холодное молчание.

Чхэын чуть прищурилась, а по невозмутимому лицу Хевон было невозможно понять, о чём она думает.

Ничего не понимаю.

Но вокруг уже зашептались. Не хотелось привлекать ещё больше внимания, поэтому я решил поговорить с Хевон позже и перевёл тему.

— Чхэын, а ты сегодня одна пришла?

Она вдруг смутилась.

Холодная атмосфера исчезла, словно её и не было. Чхэын неловко почесала голову.

— Я… с другим другом пришла.

С другим другом.

Вот как.

И с таким лицом об этом говорит? Для обычного друга она слишком смущена.

Со мной у неё никогда не было такого выражения лица.

Ни разу.

«Всё-таки с Ян Чинхёком».

Я сразу понял, что этот «друг» для неё совсем не просто друг.

Но…

— Понятно. Тогда можно нам сесть?

— А? Д-да. Я совсем вам дорогу загородила. Прости, Соджун.

— Ничего.

Я никак не выдал своих чувств.

В отличие от неё, пропустил услышанное совершенно спокойно.

Нет.

По крайней мере сделал вид, что спокойно. Какой смысл сейчас спрашивать, с Ян Чинхёком ли она пришла?

Просто каждому нужно идти своей дорогой.

Ким Чхэын выйдет за пределы дружбы детства и пойдёт навстречу любви. А я отпущу надежды на взаимность и займусь собственной жизнью.

Хевон немного посмотрела на меня и села за соседнюю парту.

Вскоре прозвенел звонок, вошёл учитель и начался урок.

.

.

.

.

.

Четыре урока пролетели довольно быстро.

Едва прозвенел звонок, многие ученики побежали в столовую.

Обычно я обедал с Чхэын. Так повелось ещё с начальной школы.

Но теперь я решил отдалиться и не понимал, как быть… Ответ нашёлся сам.

К нашему классу подошёл Ян Чинхёк — тот, кто нравился Чхэын.

Увидев его, она заметно просияла.

Потом повернулась ко мне.

— Соджун, ты не против, если Чинхёк пообедает с нами?

— …Нет, не против.

— Правда? Спасибо!

Глядя на её радость, я почувствовал горечь. Лучше бы она так радовалась мне, а не другому.

— Но, Чхэын, за меня не переживай. Поешьте вдвоём, без меня.

— А? Почему?

— Так будет лучше. Ты же хочешь с ним встречаться?

От этих слов Чхэын покраснела.

В груди заныло, но я всё равно улыбнулся.

— Я с Чинхёком даже не разговаривал толком. Если пойду с вами, будет только неловко. И тебе тоже. Так что поешьте вдвоём.

— Но…

— Иди уже, Чхэын. А то Чинхёк уйдёт.

— Д-да…!

В итоге она ушла к нему.

Даже не обернувшись.

Я проглотил горечь и уже подумывал сходить один в буфет, когда ко мне подошла Ким Хевон, которая ещё не вышла из класса.

— Пойдём обедать?

— …Вместе?

— Да. Мы же только вдвоём остались.

Это правда.

В классе и правда остались только мы, но…

— …Ты разве обычно не обедаешь с подругами?

Если мне не изменяла память, в нашем классе близких подруг у неё не было, зато обедала она с двумя девушками из другого.

Как я и думал, Хевон кивнула.

— Обедаю.

— Мне можно с вами?

— Нет.

Она покачала головой.

— Давай поедим только вдвоём.

— А?

*На Бусти залил все главы до онгоинга, ссылка в комментарии

В школьной столовой было шумно: ученики собрались на обед.

А я посреди этой суеты…

— Куда сядем?

С подносом в руках искал место для нас с Ким Хевон.

— М-м…

Мы пришли немного позже остальных, и многие места уже заняли.

Свободных хватало, но таких, где удобно было бы сесть вдвоём, — не особо.

Я ещё осматривался, когда Хевон куда-то направилась.

— Давай туда.

Пошёл за ней. Место для двоих там действительно было.

Было, но…

— Пэк Соджун?

Я уставился в одну точку. Хевон посмотрела на меня с недоумением, затем проследила за взглядом и тихо выдохнула, всё поняв.

Там вместе обедали Ким Чхэын и Ян Чинхёк. Причём на тех местах, которые мы с Чхэын обычно занимали и уже почти считали своими.

Возникло странное чувство, будто Ян Чинхёк просто заменил меня.

…Нет.

Не заменил.

Она ведь и раньше меня не любила. Так что говорить о замене неправильно.

«…Выглядит счастливой».

Я крепче стиснул поднос.

Пусть я решил сдаться, от чувств так просто не избавишься.

Но…

— Пэк Соджун.

До меня донёсся твёрдый голос Ким Хевон.

— Давай уже садиться и есть.

Я огляделся. Несколько учеников недоумённо на нас смотрели.

Кажется, на мгновение я встретился взглядом и с Чхэын.

Только тогда понял, что совсем задумался, и поспешно сел.

— Прости.

— Ничего.

Хевон понимающе кивнула.

— Подробностей я не знаю, но слышала, что ты к ней чувствуешь. Так что понимаю.

Вчера я не рассказывал ей всё в деталях.

Только сказал, что безответно люблю Чхэын, а она меня — нет.

Что ей нравится другой, я не упоминал.

Но сегодня Хевон почти всё время была рядом со мной. По дороге в школу, на уроках, а теперь ещё и за обедом.

Тут любой догадался бы.

Дело не просто в том, что мне не отвечают взаимностью. Чхэын влюблена в другого.

◆ ◆ ◆

Пообедали мы быстро.

Сначала собирались вернуться в класс, но делать там всё равно было нечего. Поэтому заглянули в буфет и поднялись на школьную крышу.

Мы сидели рядом и ели мороженое. Хевон немного посмотрела на меня и вдруг спросила:

— Слушай, мне кое-что интересно.

— Что?

— Про ваши отношения с Ким Чхэын.

— …С Чхэын?

— Да.

Она кивнула.

Что же ей интересно?

— …А что именно?

— Можно спросить?

— М-м… Попробуй.

На большинство вопросов я был готов ответить.

Сейчас, когда я пытался вычеркнуть Ким Чхэын из сердца, единственным человеком, которого можно было назвать другом, оставалась Хевон.

И она спросила:

— Я сегодня смотрела на вас… Ты ведь отказался от Чхэын потому, что ей нравится тот парень, Ян Чинхёк?

Значит, всё-таки догадалась.

— …Да. Давно поняла?

— Сегодня утром.

— Утром?

— Да. Ты спросил, одна ли она пришла. Тогда я и почувствовала, что что-то не так.

— Почувствовала…

Это и называют женской интуицией?

Я думал, что она догадалась по моему поведению в столовой. Не ожидал, что ещё с утра.

— А окончательно убедилась за обедом. Я впервые увидела её с другим парнем, а не с тобой.

— …

— Давно это началось?

— …Не знаю. Я и сам не в курсе.

Когда именно Чхэын полюбила Ян Чинхёка?

Этого я действительно не знал.

Пока она сама не сказала, что он ей, кажется, нравится, я ничего не подозревал.

Раньше мы почти не расставались и делились практически всем. Выходит, с какого-то момента в жизни Чхэын стало появляться то, о чём я уже не знал.

И если она сама не расскажет, я не смогу понять, когда всё началось.

— Понятно.

Хевон медленно кивнула. Я уже решил, что она удовлетворила любопытство, но расслабился рано: последовал ещё один вопрос.

— Мне ещё кое-что интересно.

— Что?

— Вы с Ким Чхэын давно дружите, с детства.

— Да.

— Значит, много времени вместе провели. Почему тебе так и не удалось ей понравиться?

На этот раз вопрос оказался довольно болезненным.

Я даже замешкался с ответом.

Если честно, это было слишком личное, и отвечать я не обязан.

Но…

— …

Мне хотелось, чтобы кто-нибудь выслушал всё, что копилось столько времени. Хотелось наконец выговориться.

И я заговорил, будто сам собой:

— Кажется, мы с Чхэын познакомились ещё в садике.

Впервые встретились в детском саду.

А сейчас нам восемнадцать, мы во втором классе старшей школы.

Действительно целых десять лет дружбы.

— А влюбился я в неё, наверное, пять лет назад.

— Почему?

— Просто в какой-то момент стал замечать, какая Чхэын красивая. Начал видеть в ней девушку.

Особенной причины не было.

Просто мы долго были рядом, я к ней привязался и постепенно стал смотреть иначе.

Так и влюбился.

— Сначала я пытался это скрывать.

— Почему?

— Мы же старые друзья.

Я боялся, что, если потороплюсь с признанием, всё между нами разрушится.

— Если потеряем дружбу, привычной жизни вместе тоже не станет. Наверное, я боялся всё это потерять.

Поэтому скрывал.

— Но оказалось, что скрывать тоже тяжело.

— Правда?

— Да. Ким Хевон, ты когда-нибудь влюблялась?

— …Нет.

Она покачала головой.

Впрочем, трудно было представить, чтобы эта невозмутимая девушка была в кого-то влюблена.

— Тогда тебе, наверное, трудно понять. Когда любишь, это не так просто спрятать. Если полностью не избавиться от чувств, рано или поздно они всё равно себя выдадут.

— Значит, она заметила?

— Нет.

Не заметила.

— Я не хотел, чтобы она узнала раньше, чем я буду готов. Поэтому решил сам понемногу показывать свои чувства.

— Что она тебе нравится?

— Да.

Я постепенно начал вести себя так, чтобы она могла догадаться.

— Старался быть добрее, веселее. При случае ненавязчиво прикасался к ней, почти всё время проводил рядом. Мы часто куда-нибудь ходили, словно на свидания.

— Тогда она поняла?

— Нет.

Она всё равно не поняла.

— Может, я не так выражал чувства. Она стала считать меня ещё более весёлым и надёжным другом. Не парнем, который ей нравится, а просто тем, на кого можно положиться.

— …

— И я понял: так дальше нельзя.

Я хотел быть рядом с ней как её парень, а не как друг, который о ней заботится.

— Поэтому решил признаться.

— Признаться?

— Да. Если сказать прямо, что люблю, она хотя бы поймёт.

Я боялся потерять нашу дружбу, но всё же признался.

Однако…

— А?.. Я тебе нравлюсь?..

— Да. Я люблю тебя, Чхэын.

…

— Прости. Мы с тобой слишком близки, поэтому я, кажется, не могу видеть в тебе парня. Давай останемся друзьями?

Она отказала.

В общем-то, я допускал такой исход.

Просто хотел дать ей хоть какой-то повод посмотреть на меня иначе.

— Но даже это не помогло.

После признания Чхэын всё равно не стала воспринимать меня как возможного парня.

Скорее отнеслась к этому почти как к шутке — будто подросток на минуту увлёкся и решил признаться.

— Наверное, она решила, что я выговорился и отпустил чувства. Стала вести себя ещё ближе.

Я хотел, чтобы она поняла: рядом с ней парень, который может признаться ей в любви.

Парень, который её любит. А она, наоборот, решила, что признанием я поставил в этой любви точку.

— С тех пор всё совсем пошло не так.

— И ты больше не смог ничего сделать?

— Не смог. Если я опять пытался показать чувства, она начинала смущаться. Не в хорошем смысле — ей становилось неловко.

Из-за этой неловкости я отступал.

— Тогда и понял. Ей нужен «друг Пэк Соджун». А «парень Пэк Соджун» совсем не нужен.

И что мне оставалось?

Продолжать флиртовать?

Регулярно покупать цветы и снова признаваться?

Может, так она хотя бы поняла бы, что это всерьёз, а не мимолётное увлечение.

Но…

— Я видел, что сначала разрушатся наши отношения.

Дружба начала бы распадаться быстрее, чем она смогла бы посмотреть на меня иначе.

Конечно, если она начнёт видеть во мне парня, отношения неизбежно изменятся. Но мне не хотелось потерять их раньше времени.

В итоге я ничего не мог сделать.

А когда Чхэын сказала, что ей нравится Ян Чинхёк, я решил просто сдаться.

— Она совсем не видела во мне парня.

Сказать человеку, который признался тебе в любви, что любишь другого… Для меня это было окончательным доказательством.

Я слабо улыбнулся и посмотрел на Ким Хевон. Теперь-то она получила ответы на свои вопросы?

Но…

— Не думаю.

Она сказала что-то непонятное.

— Что?

— Не думаю, что она совсем не видит в тебе парня.

Ким Хевон думала, что в истории безответной любви Пэк Соджуна что-то не сходится.

Нет.

Точнее, странной ей казалась Ким Чхэын из его рассказа.

— Это… в смысле?

— Дело не в том, что Ким Чхэын не видит в тебе парня.

— …?

Соджун смотрел с недоумением. Явно ждал объяснений.

Ещё бы. Насколько он понимал, Чхэын отказала ему именно потому, что не воспринимала как парня. И после признания сблизиться с ней так и не удалось.

Поэтому слова Хевон, которая сама того разговора не слышала, не могли не показаться странными.

— Это просто моё ощущение. Хочешь, расскажу?

Прежде чем объяснять, она спросила разрешения.

Пусть иногда Хевон и поддавалась порыву, говоря или делая что-нибудь неожиданное, границы она всё же понимала.

И…

— …Да.

К счастью, Соджун не разозлился и согласился её выслушать.

— Ты сказал, что она не видит в тебе парня.

— Да.

— И ещё ей нравится парень по имени Ян Чинхёк.

Мало того, она сообщила об этом человеку, который, как ей известно, безответно в неё влюблён. Довольно жестоко.

— Всё верно?

— Верно.

— Но я так не думаю.

— …Насчёт чего именно?

— И того, и другого.

Что Ким Чхэын совсем не воспринимает сидящего перед ней Соджуна как парня.

И что ей нравится Ян Чинхёк.

Хевон сомневалась в обоих утверждениях.

Причина была простой.

Да, раньше они с Соджуном почти не разговаривали, но, сидя рядом, она кое-что замечала.

Как держались он и Чхэын, как разговаривали. Любой решил бы, что они встречаются.

Со стороны это явно выглядело как общение парня и девушки.

— …Но разве близкие друзья не могут так себя вести? Тем более я до сих пор любил Чхэын.

— Могут.

Хевон нравилось наблюдать за чем-нибудь интересным.

Поэтому, когда ей становилось любопытно, она часто прямо задавала вопросы.

Она много наблюдала за людьми. И граница между дружбой и чем-то большим у Соджуна с Чхэын была уж слишком размытой.

Конечно, как он и говорил, всё могло объясняться только его безответной любовью. Он сам выдавал чувства, а Хевон из-за этого сделала неправильный вывод.

Но…

— Утром у неё был странный взгляд.

— …У Чхэын?

— Да.

Доказательств у Хевон не было, но подозрения оказались сильнее, чем она ожидала.

— Вспомни. Мы утром вошли в класс вместе. Какая была атмосфера, когда она с нами разговаривала?

Соджун немного помедлил.

— …Довольно холодная?

— Вот именно.

Но почему?

— …Ну, если не усложнять, потому что рядом с её лучшим другом оказалась девушка, с которой она сама почти не общается?

— Нет.

Для такого объяснения атмосфера была слишком холодной.

В подобной ситуации обычно неловко, а не холодно.

— Помнишь, она спросила, дружим ли мы? Я сказала, что да, и взяла тебя под руку.

— Помню.

— Ты видел, как она тогда посмотрела?

— Ну… удивилась, кажется.

— Да.

Ким Чхэын действительно растерялась.

Но…

— Не только удивилась.

Кроме растерянности, во взгляде было ещё кое-что.

А именно…

— Насторожилась.

Посмотрела на Хевон с явной настороженностью.

— Когда я взяла тебя под руку, она стала меня опасаться.

Соджун мог этого и не заметить. Но не Хевон.

Из-за своей внешности она с детства сталкивалась с чужой завистью и ревностью. Такой взгляд был ей хорошо знаком.

— Зачем ей меня опасаться?

Как уже говорилось, если друг детства общается с человеком, которого ты почти не знаешь, можно почувствовать неловкость.

Но откуда настороженность?

Будто к её парню пристала другая девушка и ей это не понравилось.

— …Может, она просто решила, что к другу детства прицепилась какая-то странная девчонка?

…А, может быть?

Если подумать, такой вариант тоже имел право на существование.

…

— …Возможно. Я же не всегда права. Но хотя бы повод задуматься есть, разве нет?

— Ну… есть.

Соджун согласился: основания хотя бы задать вопрос у неё были.

Некоторые её слова действительно звучали убедительно.

— И в столовой то же самое. Ты заметил, что она ест с Ян Чинхёком, и ненадолго на неё посмотрел, да?

— Да.

— А знаешь, что потом она всё время поглядывала на нас?

— …На нас?

— Угу.

В основном — на спину Соджуна.

Но иногда и на Хевон, сидевшую перед ним.

И всякий раз её взгляд почему-то мрачнел.

— Конечно, без чтения мыслей не узнаешь, что у неё на самом деле в голове.

Но для человека, который совсем не видит в Соджуне парня, она вела себя странно.

А если дело действительно было только в давней дружбе… Тогда, по мнению Хевон, Чхэын оказалась бы не очень хорошим человеком.

Это означало бы, что она относится к другу детства как к своей вещи или украшению.

Если у друга появился другой друг, надо радоваться за него. Зачем смотреть почти с собственнической ревностью?

Впрочем, если Чхэын всё-таки воспринимала Соджуна как парня, это тоже создавало проблему.

«Видит в нём парня, но говорит, что ей нравится Ян Чинхёк?»

…Зачем намеренно делать больно другу детства, который тебя любит?

Конечно, объяснения, при которых всё сходилось, существовали.

Объяснения тому, почему она понимает чувства друга и воспринимает его как парня, но всё равно будто специально говорит, что любит другого.

Первое: она просто держит его про запас.

Второе: она искренне не понимает собственных чувств.

Хевон больше склонялась к первому варианту.

Как ни жаль Соджуна, людей, которые держат чужие чувства про запас, хватает.

Однако…

«А если второе?»

Это было бы даже хуже.

Девушка, которая не осознаёт собственных чувств и ошибочно считает, что любит другого.

«Тогда она причиняет боль совершенно искренне».

И от этого ничуть не лучше.

Настоящее невинное зло.

Выслушав всё, Соджун какое-то время не мог ничего сказать.

— …Теперь я совсем запутался.

— И что будешь делать?

Хевон сказала всё.

Да, это только предположения, но у каждого были основания.

Что Соджун решит теперь?

Будет и дальше тихо отдаляться, как собирался? Или попробует по-новому выстроить отношения с Ким Чхэын?

— …Я…

Он посмотрел на голубое небо и заговорил:

— …Моё решение не изменилось. Чтобы дальше цепляться за Чхэын, у меня уже слишком много всего внутри разбито.

Хевон стало его жаль.

Добрый парень попал в такую ситуацию и даже расстаться с человеком решил тихо, просто отойдя в сторону.

— Поэтому продолжу отдаляться.

И одновременно, услышав, что он всё-таки выбрал этот путь, она испытала странное облегчение.

А заметив собственное облегчение, мысленно удивилась.

«…Почему?»

Не понимала.

Почему ей стало легче?

◆ ◆ ◆

— Спасибо, что рассказала.

Я действительно был благодарен Хевон.

В любом случае её слова помогли мне окончательно определиться.

Когда думаю о Чхэын, сердце всё ещё бьётся чаще и мучительно тянет к ней. Но дальше меня ждёт только новая боль.

Значит, сейчас правильно будет тихо отдалиться.

Я посмотрел на Хевон и улыбнулся.

— Хватит о тяжёлом. Может, поговорим о чём-нибудь повеселее?

— О чём?

— М-м… Даже не знаю.

О чём обычно разговаривают друзья?

— А, может, об увлечениях?

— Увлечениях?

— Да.

Чем же увлекается Ким Хевон?

— Я люблю смотреть на кошек.

— На кошек? Как на ту Наби утром?

— Да. На ту Наби, которую ты у меня увёл.

Она посмотрела слегка обиженно.

Неужели её так потрясло, что кошка вырвалась из рук?

Я неловко усмехнулся.

Пожалуй, о кошках лучше дальше не говорить.

— После школы пойдём домой вместе?

На этот раз предложил я.

Утром она позвала идти вместе. Теперь моя очередь предложить дорогу обратно.

Но…

— Наверное, не получится.

— А?

Неожиданно она отказалась.

— Нужно забрать брата из садика.

— Хесона?

— Да. Не каждый день забираю, но иногда приходится. Сегодня как раз я.

— А-а.

Брата из садика, значит.

— Тогда я с тобой схожу.

— …Ты?

— Да.

— …Зачем?

Она, кажется, действительно не понимала.

Зачем идти с ней за чужим младшим братом?

Наверное, поэтому и спросила:

— Я тебе нравлюсь?

Похоже, Ким Хевон что-то не так поняла.

— Нет, дело не в этом.

— Не нравлюсь?

— Нет, не в таком смысле.

— Тогда зачем?

— Просто друзья могут так делать. Жили бы в разных концах города — ещё ладно. Но нам же в одно место.

Я просто хотел сделать что-то хорошее.

К тому же Хевон, можно сказать, стала моим первым новым другом.

— Ты не против?

— …Нет.

Обеденная перемена закончилась быстро.

Если честно, слишком уж она короткая. Мы вроде и поговорить толком не успели, а время уже вышло.

Может, оно пролетело так быстро из-за тяжёлой темы?

Или всё-таки из-за собеседницы?

Хевон действительно умела слушать.

И делилась своими мыслями тоже.

«Правда, разговор почти свёлся к обсуждению Чхэын за её спиной».

Раньше я бы сильно разозлился. Удивительно, что сейчас такого желания не возникло.

Когда услышал мнение Хевон о Чхэын, внутри словно всё резко остыло, будто меня облили холодной водой.

Не похоже, чтобы Хевон придумывала небылицы, лишь бы очернить её. Скорее просто говорила о том, что видела.

Да и, по-моему, в её словах был смысл.

Если, конечно, она действительно правильно поняла взгляды Чхэын.

Наверное, поэтому…

— …И оказалось, Чинхёк любит ттокпокки! Я ведь тоже люблю. Может, предложить ему сходить вместе поесть?

На следующей перемене, после обеда, Чхэын снова рассказывала мне о Ян Чинхёке. Сохранять улыбку становилось трудно.

— И увлечения у нас похожи! Я же люблю кино, и он тоже! Думаю, может, на выходных позвать его в кинотеатр?

Серьёзно.

Если подумать, возможно, Чхэын не такой уж хороший человек.

Она всё ещё красивая.

И у нас всё ещё столько общих воспоминаний.

— А, нет. Может, ты тоже с нами, Соджун? Было бы здорово, если бы вы с Чинхёком подружились.

«…Это и называют любовью вперемешку с ненавистью?»

Я ведь ясно сказал, что люблю тебя.

И после признания не перестал.

Зачем ты рассказываешь парню, который тебя любит, что тебе нравится другой? Зачем столько о нём говоришь?

Неужели я настолько для тебя неважен, что даже такой деликатности не заслужил?

Или ты считаешь меня настолько хорошим человеком, что я и это пойму и приму?

Зачем ты так поступаешь?

Почему?

Ну почему?

— …Соджун? Ты слушаешь?

Она помахала рукой перед моим лицом.

— Соджун?

— …Да.

Я с трудом выдавил ответ.

Улыбка вот-вот исчезнет.

Пожалуйста, пусть Чхэын сейчас просто уйдёт.

Мне хотелось, чтобы наши десять лет вместе остались слегка поблекшими, но всё-таки хорошими воспоминаниями. Пока они ещё не превратились в плохие.

Если так пойдёт дальше, из смеси любви и ненависти останется только что-то одно.

— Ты слышал, что я сказала?

— …Слышал.

— Что думаешь? Сходим куда-нибудь втроём на выходных?

— …Нет. Идите без меня.

— А? Почему?

— Почему…

Неужели это нужно объяснять?

Мне весело проводить время с девушкой, которую я люблю, и парнем, которого любит она?

Но я пока не мог сказать настолько резко.

Нет.

Не хотел.

Будто тогда перечеркнул бы всё наше прошлое.

На это у меня ещё не хватало смелости.

— …Лучше сходи вдвоём с Ян Чинхёком. Он ведь тебе нравится.

— Н-ну да, но вдвоём как-то стеснительно…

…

— …Сегодня за обедом всё было нормально. Вот так же и сходите.

— Угу…

При слове «обед» она на мгновение замерла и замялась.

Потом осторожно на меня посмотрела.

По опыту десяти лет я знал этот взгляд: хочет что-то сказать, но не решается.

Обычно я либо ждал, пока она заговорит, либо сам спрашивал. Но…

— А вы сегодня с Хевон вдвоём обе…

— Пэк Соджун.

Сегодня этого делать не понадобилось.

— Пойдём в буфет.

Потому что соседка по парте взяла меня за запястье и увела из класса.

Я чувствовал взгляд Чхэын в спину, но Хевон не обращала внимания и не отпускала мою руку, пока мы не вышли. Она явно привыкла поступать по-своему, не оглядываясь на чужие взгляды.

У буфета я похлопал её по плечу свободной рукой.

— …Э-э, а запястье когда отпустишь?

— …А.

Она тихонько разжала пальцы.

Пусть держала недолго, на коже осталось тепло.

Хевон слегка кашлянула и осторожно посмотрела на меня.

— Пэк Соджун, ты в порядке?

Я не стал спрашивать, о чём она.

И так ясно.

— …Да. В порядке.

— Не похоже.

— Нет, правда всё нормально.

— Правда?

Она вдруг протянула руки и взяла меня за лицо.

Оказалась совсем близко.

Наши носы едва не соприкасались.

— Ты плохо выглядишь.

В её глазах отражалось моё лицо.

И правда… довольно измученное.

Но…

— Правда всё хорошо, только… можешь сначала убрать руки?

— …?

— …На нас смотрят.

— …А.

И действительно смотрели.

Ученики, пришедшие в буфет на перемене, косились на нас и перешёптывались.

«Слишком уж она близко подходит…»

Кажется, она действительно просто хотела посмотреть, не плохо ли мне. И всё-таки стояла слишком близко. Рядом с ней представление о личном пространстве как будто сбивается.

Как бы сказать… она совсем не стесняется.

Ещё немного — и пойдут слухи, что мы встречаемся.

Будь на моём месте другой парень, он запросто мог бы не так её понять.

— Прости.

— Да ничего. Ты ведь переживала за меня?

— …Да.

— Тогда всё нормально.

Ну что поделать, если она просто беспокоилась.

Наоборот, от её заботы стало так приятно, что я почти забыл, как плохо мне было из-за Чхэын.

— Выбирай, я угощаю. Хочу отблагодарить за то, что вытащила меня от Чхэын.

— Правда? Угостишь?

— Да.

Хевон огляделась и без колебаний взяла банановое молоко.

— Одного хватит?

— …Можно ещё?

— Конечно.

— Тогда… вот это.

— Шоколадный батончик?

— Угу. Очень вкусный.

Она выбрала один из самых сладких. Такие обычно нравятся младшим школьникам и детсадовцам.

Может, из-за младшего брата, Ким Хесона?

— Любишь сладкое?

— Да.

— А-а. Значит, сладкое любишь.

Так и думал.

Я слегка улыбнулся. Наверное, она решила, что я дразнюсь, и прищурилась.

— Если что, вкусы у меня не детские.

— А я и не говорил, что детские.

— …

Замолчала. Всё у неё на лице написано.

Понимает ли, что этим уточнением сама себя выдала?

Верить ей или не верить?

— Значит, и десерты любишь?

— …Не особо.

— Правда? А я хотел отвести тебя в хорошее место, если любишь.

— …Правда?

— Конечно.

— …Куда именно?

— В Манвондоне есть место, знаменитое кукурузным пинсу. Там очень вкусно.

Ким Хевон сглотнула.

Прямо слышно, как размышляет.

Значит, десерты она действительно любит.

— …Вообще-то я немножко люблю десерты.

— Немножко?

— …Немножко сильно.

Кажется, не немножко, а очень сильно… Но раз сама призналась, ладно.

Да и смущённая она была милой.

А смотреть на что-то милое полезно для душевного здоровья. Хотя сама Хевон, похоже, всё-таки немного заделась.

— …Я ещё один возьму.

— Вредничаешь?

— Нет.

— Жаль. Если бы вредничала, я бы ещё парочку купил.

Она замерла.

— …Вообще-то да. Вредничаю.

Быстро признавшись, Хевон набрала ещё батончиков.

…Я, конечно, сам обещал, но у неё зубы не испортятся, если всё это съест?

Не обращая внимания на мои мысли, она направилась к кассе с банановым молоком и целой охапкой шоколадок.

Я усмехнулся, увидев взгляд: мол, иди уже оплачивай.

Хотел ещё немного пошутить, но… просто подошёл и заплатил.

По дороге обратно в класс мы шли рядом. Хевон пила банановое молоко и вдруг покосилась на меня.

— …Извини. Я ведь собиралась тебя угостить, а получилось, что мы только мне купили.

Она действительно выглядела виноватой.

— Ничего. В следующий раз угостишь.

Главное — благодаря ей моё плохое настроение совсем исчезло.

По сравнению с этим купить ей несколько вкусностей — сущая мелочь.

— …Хорошо. В следующий раз точно я угощаю.

— Договорились.

Главное, договорились о следующем разе.

В класс я вернулся уже в хорошем настроении, совсем не в том, с каким выходил.

.

.

.

Наконец уроки закончились.

Все собирали вещи, чтобы идти домой. Хевон уже надела сумку и подошла ко мне.

— Пойдём.

— Хорошо. Дорогу покажешь?

— Да.

Я уже собирался выйти вместе с ней, когда…

— Соджун, погоди.

Чхэын преградила нам путь. Сцена казалась подозрительно знакомой. Она переводила взгляд с меня на Хевон.

— …А со мной ты не пойдёшь?

— …А.

Совсем забыл.

— Извини. Мы сегодня договорились с Ким Хевон, поэтому не смогу.

Вообще-то, даже если бы не договорились, после переезда мы с Чхэын больше не ходили бы домой вместе.

И в школу тоже.

Но я ещё не рассказал ей об этом, и теперь было немного неловко.

Рано или поздно придётся сказать.

— …А? С Хевон…?

— Да. Прости, Чхэын. Мы пойдём.

— …Хорошо.

Только не сегодня.

Когда-нибудь подходящий день наступит.

Пока мы уходили, я до самого конца чувствовал её взгляд в спину.

— До садика Хесона далеко?

— М-м… Минут пятнадцать пешком?

— Пятнадцать? Ближе, чем я думал.

Такое расстояние Хевон действительно могла пройти, чтобы забрать брата.

Даже с заходом в садик дорога домой вряд ли занимала много времени.

Но…

— Хорошо, недалеко. Но почему ты сама за ним ходишь? У них разве нет автобуса?

Мне было интересно, зачем ей забирать его лично.

Утром мы шли в школу вместе, значит, в садик она Хесона вроде бы не отводит.

Почему же только забирает?

— Автобус есть, но тогда Хесону придётся одному ждать возле дома.

— А?

— Автобус приезжает не тогда, когда мама возвращается с работы. И я тоже ещё не прихожу. А этот дурачок пока даже домой сам подняться толком не может. Одному во дворе ждать опасно.

Услышав, как она назвала брата дурачком, я неловко улыбнулся.

— Он просто маленький. Не будь к нему так строга.

— Думаешь?

— Скорее всего.

Маленькие дети иногда теряются даже возле собственного дома. Ничего непонятного тут нет.

Скорее из-за Хесона мне стало любопытно, какой в детстве была сама Хевон. Тоже часто терялась и плакала?

Представить, как эта невозмутимая Ким Хевон рыдает в голос…

Хм.

— Значит, если ты забираешь его после школы, по времени всё подходит?

— Да. Поэтому иногда хожу я. А иногда Хесон немного ждёт в садике, и мама забирает его после работы.

— Вчера, значит, твоя очередь была?

— Да. Я забрала его, зашла за продуктами и потеряла.

Понятно.

Тут у меня возник ещё один вопрос.

— А твой папа?

Об отце она ничего не говорила.

И…

— Папа умер.

— …Что?

Что она… сказала?

— Умер.

По спине потёк холодный пот.

Такого я совершенно не ожидал.

Сразу понял, что задал неудачный вопрос, и пожалел.

Если она не упоминала отца, на то была причина. Надо было промолчать.

Получается, невзначай задел друга за самое больное.

Причём друга, с которым только-только начал общаться.

От мысли, что случайно наступил на такую мину, стало дурно.

— Не нужно так пугаться. Папа давно умер, когда я ещё маленькой была. Я уже спокойно к этому отношусь.

— …Правда?

— Да. Поэтому Ким Хесон его совсем не помнит. Да и я почти не помню.

— …Понятно.

Мне стало стыдно.

Она говорила так, будто всё в порядке. Но разве такое действительно совсем не задевает?

Наверняка за эти годы ей хоть раз было больно оттого, что у неё только один родитель. А я сейчас как будто сам напомнил об этом.

Я уже собирался извиниться, когда…

Би-и-и-и-п!

— Осторожно!

Я резко потянул её за плечо. Перед ней на большой скорости пронеслась машина.

Подумав, что сейчас едва не случилась авария, я мысленно выругался.

Для пешеходов горел зелёный, значит, ему точно был красный! И он всё равно так гнал? Перед школой, где ходят ученики?

Он что, в телефон за рулём уставился?

— Ким Хевон, ты в порядке?

— …Да.

— Он вообще в своём уме? Прямо перед школой такое вытворять!

Я продолжал возмущаться случившимся.

Но…

— …

Хевон реагировала как-то странно.

— …Слушай.

— Что?

— …Слишком близко.

Близко?

— …?

— …Спасибо, что защитил, но…

Она не договорила и покосилась вниз.

Только тогда я понял, что обхватил её руками.

Прижатая ко мне вплотную, она отводила глаза и краснела.

— …Отпусти, пожалуйста.

◆ ◆ ◆

«Соджун какой-то странный».

К такому выводу пришла Чхэын, наблюдая за ним с самого утра.

Кем был для неё друг детства, Пэк Соджун?

Тем, с кем она вместе ест.

Вместе ходит в школу.

Вместе возвращается домой.

Всегда идёт гулять, куда бы ни собиралась.

Другом детства, которого больше нигде не найдёшь.

А что было сегодня?

«…Ничего из этого он со мной не делал».

Почему-то вместо неё рядом с ним всё время находилась Ким Хевон.

Утром.

За обедом.

И даже после уроков.

Девушка по имени Ким Хевон, с которой он непонятно когда успел подружиться. Вдобавок и говорил он как-то непривычно сухо.

«…Конечно, Соджун мне не принадлежит».

Она понимала.

Он отдельный человек. Если проводит день с кем-то другим, она не вправе возражать.

Они ведь даже не встречались. Были бы парой — другое дело.

И когда он когда-то признался, отказала ему именно она, Ким Чхэын. Тот разговор она до сих пор хорошо помнила.

Поэтому они с Пэк Соджуном — очень близкие друзья детства.

Более того, она считала, что после признания он окончательно разобрался с чувствами и их дружба только окрепла. Как говорится, после дождя земля становится твёрже.

Однако…

— …Сегодня всё как-то странно.

Почему-то настроение было совсем плохое.

Не просто упало — провалилось куда-то под землю.

«…Потому что иду домой одна?»

Соджун ушёл, сказав, что договорился с Хевон. Ян Чинхёк тоже ушёл с другой девушкой. Может, ей просто одиноко?

Но… ей и раньше приходилось ходить в школу и обратно одной. Тогда такого не было.

Значит, причина в другом…

«…Потому что Чинхёк ушёл с другой?»

Это казалось самым вероятным. Парень, который ей нравится, предпочёл пойти с другой девушкой.

Но…

— …Обидно, конечно. Но не так уж сильно меня это волнует.

Ей было обидно, однако не настолько, чтобы в сердце кололо, а настроение никак не поднималось.

Зато, стоило подумать о Пэк Соджуне, ушедшем с Ким Хевон, в груди кололо сильнее.

«…Почему?»

Она только начала задумываться об этом чувстве, когда увидела возле школы обнимающихся парня и девушку.

Сначала даже не поняла, кто это.

Подумала: смелая парочка — так крепко обниматься прямо перед школой. Когда-нибудь ей тоже хотелось бы так с Ян Чинхёком.

Но…

— …Соджун?

Парнем оказался Пэк Соджун. Тот самый, который должен был быть ей ближе всех.

А у девушки в его объятиях были… серые волосы.

Он закрывал её собой, и лица видно не было. Но догадаться нетрудно.

Из сероволосых рядом с Соджуном могла находиться только Ким Хевон.

Глядя на них, Чхэын задалась одним вопросом.

— …Почему?

Почему Пэк Соджун и Ким Хевон обнимаются?

При виде этого в сердце неожиданно сильно заныло.

◆ ◆ ◆

— …

— …

Молчание.

Между мной и Ким Хевон повисла странная тишина.

Я покосился на неё.

«…Не понимаю, о чём она думает».

Заметив, что невольно обнял её, я сразу отпустил.

С тех пор она не сказала ни слова.

«Теперь смущается рядом со мной?»

Ну да.

После таких объятий трудно не смутиться. Она ведь даже покраснела.

Я и сам то и дело вспоминал, как держал Хевон. Почему у неё должно быть иначе?

«…Я ведь очень крепко её прижал».

В памяти всплывали её близость и лёгкий сладковатый запах.

Судя по таким мыслям, подростковый возраст и правда даёт о себе знать.

Всего-то обнял — и уже думаю об этом. Конечно, это не значит, что у меня тут же появились романтические чувства.

Просто я всё-таки тоже парень.

— Пришли. Вот садик Ким Хесона.

— Кажется, нас уже ждут у входа.

— Да. Я часто прихожу, поэтому знают время и выходят с Хесоном заранее.

— А-а.

Значит, дело привычное.

Мы подошли к Хесону и стоявшей рядом воспитательнице. Заметив меня, мальчик широко раскрыл глаза.

— О! Тот класивый парень со вчела!

— Привет, Хесон.

— Пливет!

Какой энергичный.

И ведёт себя так дружелюбно, хотя видел меня вчера совсем недолго.

Похоже, Хесон из тех, кто легко со всеми сходится.

Рядом Хевон поздоровалась с воспитательницей.

— Здравствуйте. Я за Ким Хесоном.

— А, сестра пришла.

— Долго ждали?

— Нет. Мы вышли с Хесоном как раз к вашему приходу.

— Хорошо.

Хевон слегка кивнула.

Воспитательница тем временем покосилась на меня. Видимо, удивилась незнакомому спутнику.

Я собирался первым представиться, но…

— А этот молодой человек, который пришёл с вами, случайно не ваш парень?

— …Что?

— Что?

Не успел даже поздороваться, а меня уже приняли за парня Ким Хевон.