«На лице отобразилась злость, нож оказался в руке, и, не управляя своими эмоциями, он сделал надрез. Кровь струйкой потекла, в глазах потемнело, он потерял сознание. Последнее, о чём он успел подумать, — его любовь.»

— Мм... — я прикрыл ноутбук и отложил его в сторону. Время перевалило за три ночи, мои глаза были лишь полуоткрыты.

В последнее время на меня навалилось огромное количество работы: редактор ждал от меня новый материал книги. Совсем недавно мне поступило заманчивое предложение — написать роман за большие деньги. Издательство сообщило, что хотят продвигать начинающих авторов, а я именно таким и являлся.

Приняв ванну, я улёгся на кровать. По правде говоря, я страдал от недосыпа. Моя постель никогда не пустовала, всегда находился тот, кто составил бы мне компанию. Но судьба непредсказуема — все мои партнёры ушли, не оставив ни следа.

Наконец я почувствовал, как погружаюсь в сон.

Звон будильника раздался по всей комнате, я вскочил с кровати. Начался новый день, а это значит, что снова придётся идти на работу, а после — в издательство, чтобы передать написанное мной за пару недель.

Главная идея моего романа — показать, насколько жизнь непредсказуема. Главный герой — житель Северной Каролины, бедный студент, у которого нет ни семьи, ни денег. Вдруг он встречает парня, который вытащит его словно со дна.

В реальной жизни такого, конечно, быть не может. Людям нравится читать подобные истории, уходя из реальности, ища идеальных людей там, в книгах.

Банально, но главное — за это платят...

Я стоял у окна, наблюдая, как прохожие внизу торопливо идут по своим делам. Мир вокруг меня крутился, пока я стоял на месте.

Чашка кофе давно остыла, а я всё ещё держал её в руке, будто боялся отпустить её на мгновение, словно в этой чашке была надежда на стабильность моей жизни.

На экране телефона замигали входящие сообщения от редактора:

«Жду черновик сегодня. Не подведи.»

Я вздохнул и прикрыл глаза.

— Конечно... будто я когда-то подводил, ещё и за такие деньги...

Эти слова испарились так же быстро, как и появились. Я поставил кружку с холодным кофе на стол.

Мой ноутбук был открыт, где не было написано даже половины главы, а всего лишь пару слов.

Я замер, смотря в пустоту.

Главный герой моего романа — тот, кто должен жить, чувствовать, любить.

Но теперь я не мог понять, кто он? Или, может, кто я сам?

Внезапно раздался звонок на телефоне:

— Алло? — мой голос звучал неуверенно.

На другом конце провода была лишь тяжёлая тишина, мне казалось, что она поглощает меня изнутри.

Был слышен лишь еле уловимый писк. После долгого молчания я решил произнести снова:

— Алло?..

На другом конце послышался тихий, едва слышный голос:

— ...Твой финал уже написан.

Связь оборвалась.

Я стоял в ступоре, не понимал, кто это и что он имел в виду под этой фразой.

Сердце бешено колотилось, я нерешительно встал и подошёл к входной двери, проверяя, заперта ли она, словно боялся, что за мной следят.

После я вернулся к ноутбуку и не поверил глазам — текст на экране изменился.

Те слова из пролога... под ними была добавлена новая строчка:

«Он проснётся. Но не там, где уснул.»

Я встал и медленно отошёл от стола, мне казалось, что за мной наблюдают. Я судорожно бежал ко всем окнам, прикрывая их шторами, но чувство страха не покидало меня.

...Всё было как в тумане.

Я сел на диван, голова шла кругом, перед глазами всё плывёт. Я начал задыхаться от паники.

Глаза постепенно закрылись, будто я не спал больше суток. Я ощутил, как мир растворяется, будто кто-то выталкивает меня из реальности…

Последнее, что я услышал, — чей-то тихий шёпот, который гласил:

«Это только начало.»

Моё лицо изображало пустоту.

Я потерял счёт времени, время длилось вечность. Сегодня я снова выхожу на работу, значит, отпуск закончен.

...

— Эй, офицер Ханс! Здравствуйте, здравствуйте!! Давно не виделись. Это вы... с отпуска вернулись?

Знакомый голос выбил меня из мыслей.

Мой старый друг — Кристиан, был помощником офицера, был моим помощником. Вместе мы расследовали дело мистера Джона Кеннеди, молодого парня, который пропал без вести в соседнем мелком городке.

Это дело не удалось раскрыть, тело Джона было найдено на дне озера в парке, не было ни одного следа от убийства.

В протокол пришлось записать... «самоубийство».

Дойдя до участка, я бросил пиджак на кожаный диванчик.

Пауль, Йенс и Гуго — полицейские, были рады видеть меня. Рядом с ними, конечно, я чувствовал себя не в своей тарелке, но всё же — это моя работа.

— Ханс, дружище. Ну что, как отдохнул? — Йенс похлопал меня по плечу и выдавил улыбку.

— Всё по-старому. Спасибо. — Желания общаться не было, я попытался как можно быстрее отвязаться от разговора с ним.

— М-м... Скажи честно, с телкой развлекался, да? Или может... — продолжал лепетать Йенс.

— Замолчи. Приступай к работе, меньше слов.

Раздражение наполняло меня с каждой минутой всё больше и больше.

Выйдя на перекур, я достал сигарету и нервно поджёг её.

«Блять. Скоро я уволюсь с этой чёртовой работы», — думал я.

...

Ко мне подбежала женщина средних лет. Она выглядела растерянной.

— Хэй! В-вы офицер, да? Там возле мусорного бака... парень лежит. Наркоман, похоже. Я так испугалась, не стала подходить к нему, а то вдруг набросится! ... А я женщина слабая!!!

— Мэм, успокойтесь. Сейчас схожу туда и отведу парня в участок.

Я уверил женщину, что с парнем всё будет нормально. Бывают разные ситуации, виновата может быть не только наркота.

Она отвела меня к скоплению мешков мусора. Рядом с ними действительно лежал парень.

Он не выглядел так, словно употреблял, его волосы были спутаны, очки с небольшой чёрной оправой разбиты. На лице виднелись небольшие царапины, словно от когтей животного.

Я присел рядом и хлопнул его по лицу, на щеке остался красный след.

— АЙ!.. Что... где я? — парень оглянулся и, заметив, что находится в окружении мусора, вскочил.

— Давай честно. Употреблял? Как твоё имя?

— Что?! Кого блядь, употреблял?! За кого вы меня принимаете?...Что я тут делаю?

— Мне не до разборок сейчас. Либо вы говорите своё имя, и я посмотрю в учёт наркозависимых лиц, либо мы едем в участок.

— Моё имя Алан.

— Моё имя Алан. — Я открыл рот, слова вырвались быстрее, чем я хотел.

Сердце бешено стучало от ужаса, я не был уверен, правда ли это был я. Голова раскалывалась, что-то во мне словно сломалось, запах мусора и остатков был противен до тошноты. Мои мысли прервал офицер:— Ну что-ж, Алан значит... Он выдохнул дым от сигареты прямо мне в лицо, прежде чем посмотреть на мои грязные и порванные вещи.— Пойдём, приведешь себя в порядок в участке.

— Я не...Я хотел возразить, сам не знал, как попал сюда. Всё вокруг ощущалось так, словно кто-то размазал кистью все краски по холсту, создавая грязь, казалось, что я... проснулся, но не в том мире? Руки дрожали, я не мог сказать и слова. Я пошёл с офицером в машину, сидя там я пытался понять, а самое главное — вспомнить прошлую ночь. В голове только и крутились слова: книга, строки, экран, ноутбук, тот странный шёпот, та фраза — он проснётся, но не там, где уснул.Офицер смотрел на меня подозрительно, пока мы стояли на светофоре, он посмотрел на меня через небольшое зеркальце. — Ты в порядке? — спросил он с настороженностью.— Я... не знаю, где я... — Я смотрел на него. Мой голос дрожал, я был в растерянности, но продолжал говорить:— Я был дома. Я... писал книгу.Офицер фыркнул и отвернулся. — Писатель, значит? Ну-ну.— Нет... — Я замолчал. Как мне объяснить ему, что я уснул в своём мире, а проснулся в другом?! Он посчитает меня психом! Офицер припарковался, и мы направлялись в участок. Мои руки были в наручниках, а он посмотрел на меня. — Слушай, Алан. Если ты чего-то испугался, то говори. Город маленький, всякое бывает... Тебя кто-то тронул? Долги? Наркотик?— Нет! — Я выдохнул и посмотрел на него. — Я просто... не должен быть здесь.Слова сорвались раньше, чем я понял их смысл. И тут всё внутри похолодело, потому что я понял одно:Это не фигура речи, а жуткий факт.Офицер прищурился. — Не должен? Это как понимать? Ты точно ничего не принимал?— Н-нет! Я уверен в этом! — По мне стекал холодный пот.Из моего рта вылетели слова, которые я не хотел говорить.

— Как бы это странно ни звучало, но мне кажется, что нахожусь в другом мире...Он остановился, посмотрел на меня, будто я только что заявил, что вижу мёртвых.— Ладно, — сказал он устало. — Значит так: сейчас поедем, оформим тебя, вызовем врача. Пусть посмотрит, а там решим, что с тобой делать.Может, просто стресс или что-то типа того.Я хотел сказать ему, что это не стресс, что я не знаю, как попал сюда, но промолчал. Не хотел попасть в психиатрическую больницу.После мы шли в тишине, казалось, что мы никогда не дойдём до входа в участок. Когда мы уже заходили в здание, я услышал тот самый шёпот:... «Алан, не сопротивляйся. Это судьба, которую ты выбрал».Я сразу же обернулся, никого не было.После меня завели в камеру, где было два стула и стол по середине, были установлены камеры. Я подумал, что правда сойду с ума сейчас. Полицейские пытались провести допрос, всё было четко.Всё это время я думал, что пишу историю, но возможно, что всё это время истории писали меня.

Ханс.

— М-м... Алан, твоё состояние не похоже на наркотическое. Скорее всего, у тебя отшибло память, — я почесал свои неряшливые, кудрявые, золотистые волосы. — Откуда ты?

— Эм... сэр, я не помню, — он тупо посмотрел на меня.

— Что значит «не помню»? Мне некогда разбираться. Говори адрес, иначе останешься здесь.

Я был раздражён. Куча бумаг, которые нужно было разобрать, не давали мне покоя. Ещё и появился этот щенок.

— ...

Алан молчал.

— Пошли за мной, я отведу тебя в камеру. После окончания смены решим, как поступить с тобой.

Я отвёл парня в небольшую тёмную камеру, объяснив ему, что делать, и ушёл в кабинет разбирать бумаги.

«На Аляске пропал самолёт, на борту которого находились десять человек!!!»

«Десятки людей погибли, дети из лагеря пропали без вести: в США произошло сильное наводнение...»

Лавина разных дел обрушилась на меня.

Люди пропадают постоянно. Каждый день. Каждый час. Каждую минуту. Но находят не всех... К тому же, есть слишком странные истории пропаж.

Как я должен был реагировать на слова этого парня?

«О нет, ты попал в другой мир?! Конечно, я тебе поверю! Ты же не обычный студент, обкурившийся травкой.»

— Ха-а...

«Люди начали замечать странности в матрице! — сообщают журналисты Германии. — Совсем недавно житель Любека написал о своём перемещении между мирами. По его словам, он оказался в вымышленном мире. Но эта информация стала фейком: врачи зафиксировали шизофрению, теперь он под наблюдением специалистов...»

— К-ха!!! — я поперхнулся кофе. — Да ну, бывают же люди странные.

После смены я забыл, что в камере сидит Алан.

Когда дошёл до машины, увидел свет от тусклой лампочки в окне.

Вспомнив, что забыл про него, помчался обратно в участок.

— Эй! Ты тут?! — голос был грубым, звонким. Кроме меня и Алана никого не было.

Увидев спящего в углу парня, я сразу понял, что это он.

— Вставай, вставай! Пошли.

— А-а?.. Куда?

— Я отвезу тебя. — Я не имел понятия, куда ехать.

— Я не знаю, где живу. Точнее, не помню.

— Что ж с тобой делать... Поехали ко мне. Я раздражён и хочу спать.

— К вам?! Извините, я не могу ехать к незнакомому человеку домой, да и завтра у меня пары.

— Тогда оставайся тут, в участке.

Алан больше не говорил. Молча последовал за мной, когда я собирался ехать без него.

Сев в машину, я повёз его к себе в небольшую квартирку.

У меня был диван на случай гостей, я не собирался делить кровать с ним.

Когда мы доехали до приличного района, я вышел из машины и помог Алану выйти. Он выглядел растерянным. Скорее всего, у него действительно случилось что-то, что он не помнит.

Я хотел отвезти его в больницу, но решил дать шанс.

— Я принесу тебе чистое постельное бельё. Располагайся.

— Спасибо.

Алан.

Дверь за Хансом закрылась негромким щелчком, оставив меня одного в гостиной. Я считал, что это крайняя глупость — оставлять абсолютно чужого человека в своей квартире. Либо он мне доверял, либо же слишком устал, чтобы об этом думать.

В общем, это лучше, чем спать на улице.

Здесь было подозрительно тихо, пахло табаком и цветами, стоящими на столе. Правда, они уже завяли и падали на стол, лепесток за лепестком, но аромат при этом был приятный. Скорее всего, недавно у него было день рождения, так как неподалёку в углу был шар с поздравлением.

Я стоял посреди гостиной, не зная, куда себя деть. Будто гость в собственном сне.

На диване лежал сложенный плед, всё на своих местах. Здесь было слишком идеально для квартиры холостяка, да ещё и полицейского. Я опустил взгляд на свои руки — на них были царапины, и они дрожали.

Сердце колотилось, я не знал, что делать, как вернуться обратно и дописать ту чёртову книгу, чтобы обрести покой. Тревога начала понемногу утихать, руки хоть и медленно, но переставали трястись. Наверное, я сильно устал за этот день. Я сел на диван и начал пытаться вспомнить, как я сюда попал, снова вспоминая тот голос...

«Он проснётся не там, где уснёт.»

Я нервно сглотнул. Ничего не сходилось.

Небо за окном темнее, чем должно быть. Запах дождя, которого я не помнил. Холод совсем другой. Даже собственное имя резало слух, словно чужое. Всё настолько запутано, будто комок волос, который невозможно распутать.

— ...Эй!

Голос Ханса вернул меня в реальность. Он стоял в дверях со стопкой постельного белья, с усталым выражением лица.

— Готово. Переночуешь здесь, — сказал Ханс с усталостью и положил бельё на диван.

— Спасибо... — произнёс я тихо.

Он кивнул, будто это был рабочий процесс, а не приглашение незнакомца в дом.

— Завтра утром поговорим нормально. Без этого... стресса.

Я кивнул, хотя хотел сказать совсем другое.

Хотел сказать, что я не уверен, что проснувшись буду здесь, что всё происходящее — часть романа, которую я не писал, что мир неровный, будто держится на скотче.

Но всё же я решил промолчать.

Когда Ханс ушёл в свою спальню, я остался наедине с тишиной. Тишина будто наблюдала за мной.

Я разложил постель, стараясь не шуметь. Каждое движение казалось слишком громким. Каждый вздох — чужим.

— Мне это не нравится... — прошептал я в темноту.

Следом я услышал звук, тихий, будто кто-то провёл по стеклу пальцем. Я резко обернулся — окно было закрыто. За ним пустота ночного города.

И всё же... я услышал:

— Алан.

Тот самый шёпот, знакомый до мурашек. Я сел на диван, сердце билось быстрее.

Шёпот повторился, но намного ближе и ровнее, как будто кто-то стоял за спиной:

— Не бойся, пока ты будешь вести себя хорошо, я не сделаю тебе вреда.

Я обернулся — никого.

Только тишина и шуршащие ветки за окном.

Тело пробрал холод...

Я накрылся пледом, сжав зубы и руки на пледе.

Я хотел уснуть, чтобы всё исчезло, но понял одно:

Если усну, то возможно проснусь не здесь. И мысль эта резала сильнее, чем страх...

ХАНС

Я проснулся от жуткой тишины, от её неправильности.

Сначала было ощущение, что я оглох.

Потолок надо мной незнакомый, он намного выше, чем обычно, будто это и вовсе не моя квартира. Линии трещин на штукатурке складывались в формы, которые я не узнавал, тем не менее они казались мне знакомыми...

Я сел, сердце билось слишком громко, тело пронзило холодным потом.

Я чувствовал спокойствие, смешанное с тревогой. Казалось, что все в норме, что все так и должно быть.

Когда я осмотрелся, комната показалась маленькой, узкой: кровать, старый письменный стол, лампа с треснувшим плафоном и открытый ноутбук.

Я нахмурился и встал, осматривая всё вокруг.

В комнате пахло дешёвым растворимым кофе, чем-то чужим — бумагой, пылью, усталостью. Не мой запах.

Не мой дом.

Я провёл рукой по лицу — кожа была тёплая, как и всегда, тело тоже, но было явно что-то не так, что-то не складывалось.

Пол под ногами заскрипел, раздался противный скрежет, так точно не скрипят лестничные пролёты полицейских участков, и так точно не звучали половицы моего дома.

Я подошёл к столу. Множество бумаг лежало рядом с ноутбуком — распечатанная рукопись, исписанная заметками.

Почерк не мой, всё казалось незнакомым. Я не понимал, где нахожусь.

Может... меня накачал тот парень наркотиками, когда я спал?

Но я точно знал, что встал бы от малейшего шороха, сон у меня чуткий.

Имя на исписанном листке ударило по глазам:

Алан

— Чёрт... — выдохнул я.

Экран моргнул, я резко перевёл взгляд на ноутбук, текст, написанный ещё недавно, был изменён.

«Он понял, что находится не дома, но ещё не осознал, что это и есть его ад.»

Я отшатнулся, почти упав на пол, но успев схватиться за лестничную перекладину.

— Это не смешно, — сказал я вслух, хотя в комнате никого не было.

...

— Что за чёрт? Кто это сделал?!

Ответ пришёл не голосом, ответ пришёл изнутри:

«Ты зашёл слишком далеко, Ханс».

Я сжал кулаки.

— Нет-нет... Это глупый розыгрыш.

Но реальность не спорила, она попросту была другой.

Я подошёл к окну — за ним был чужой город, чужие дома, чужие улицы и тёмное тусклое небо — всё то, что я не привык видеть. Я провёл пальцами по стеклу.

— Значит так... — вдохнул я. — Это тот мир, про который говорил Алан? Значит, он не врал? — тихо прошептал я себе под нос.

...Тишина. Я сходил с ума.

«Теперь ты не наблюдатель, а участник».

Я почувствовал, как что-то холодное проскальзывает вдоль позвоночника. Тогда я начал всё рассматривать детально.

Комната — словно сцена, каждый предмет был аккуратно поставлен, тени были идеальны, будто нарисованы.

Я не гость, я персонаж. Это чувство раздражало меня. Я не мог оказаться в другом мире.

Судорожно схватив книгу, я начал листать страницы и увидел себя, своё имя, свои действия, слова, которые я не говорил, и поступки, которые я не совершал..

«Ханс закурил, хотя пообещал себе, что бросит».

Я машинально протянул руку к карману, надеясь, что это просто бред. Но пачка сигарет оказалась там.

— Что за чертовщина? Блядь!!! Ты издеваешься?! Где ты? Кто ты? — прокричал я в полный голос.

Но ответа не было. На столе я увидел кое-что ещё — ручка. Чёрная, странно тяжёлая. На корпусе была едва заметна гравировка:

«Перо создателя».

Я замер. Не потому что испугался, а потому что понял: если это мир Алана, и я внутри его, тогда кто-то смог переписать его.

Я медленно взял ручку в руку, в тот же миг холод разошёлся по коже, как удар током. На экране появилась новая строчка:

«Он даже не подумал, какую цену нужно заплатить за перо».

Я стиснул зубы.

— Узнаю. Убью. — хриплым голосом прорычал я.

Впервые за долгое время я улыбнулся

АЛАН

Я вскочил, будто меня облили ведром ледяной воды. Грудь сжало, я не мог нормально вдохнуть.

Первое, что я почувствовал, — холод. Не обычный, а такой, который пробирается внутрь, прямо под кожу.

Я лежал на диване в квартире Ханса, я это знал. Знал как чужие мысли, как подсказки в голове. Всё было слишком неправильным, слишком идеальным. А тени будто... ждали. Я сел и сразу заметил: в комнате точно кто-то был. Нет, не «кто-то», а «что-то»

Запах изменился. Вчера тут пахло увядшими цветами, сейчас — лишь сыростью, как в подвале. Я чувствовал металлический запах.

Я сжал пальцы — на них всё ещё виднелись покрасневшие ранки. Значит, всё происходящее не сон.

— Не смотри-ии... — прошептал голос, поселившийся глубоко в голове.

Не рядом. Не за спиной. А именно в голове.

Я закрыл глаза, но было слишком поздно.

Тень в углу комнаты была толстой, она не повторяла форму мебели, она не двигалась, когда двигался я. Будто существовала отдельно от всего.

— Ты долго привыкал... но теперь ты почти готов.

— Кто ты? — прошептал я.

Мне не было страшно, в любом случае я не верил в происходящее.

Тень дрогнула и сделала шаг вперёд. Я дёрнулся и отошёл к тумбе, прижавшись к ней всем телом.

У тени не было лица, только контур, как у человека, но ощущения от неё были знакомые...

Я бы сказал даже слишком знакомые.

— Ты написал меня... потом забыл, — твёрдо сказал голос. — ТЫ ЗАБЫЛ МЕНЯ!

Внутри всё оборвалось, холодные капли пота постепенно расползались по всему телу, от кончиков пальцев до кончиков ног.

— Это невозможно, — сказал я уже с дрожью в голосе, смотря в пол.

Я не мог забыть про написанного мной героя, это бред, моё воображение. Я чувствовал, как схожу с ума, а разум медленно покидал.

— Ты устал, Алан, — мягко продолжила тень, будто переживала за меня, на минуту мне показалось, что она похожа на живого человека, со своими чувствами, с эмоциями.

— Ты хотел того, кто возьмёт твою боль и оживёт. Ты хотел, чтобы кто-то страдал вместо тебя.

Я сразу же вспомнил.

Строки. Шёпот. Ту самую фразу, от которой всё началось:

«Он проснётся, не там, где уснёт».

— Ала-аан... — она будто усмехнулась мне. — Он — ошибка. Он не должен был узнать. Он не должен был проснуться.

Мерзкое чувство холода сжало грудь.

— Что? Кто он? — голос дрожал, я говорил в пустоту, увидевший меня в этот момент Ханс, посчитал бы меня за сумасшедшего.

Пауза. Слишком длинная.

— ХА-ХА! Но он проснулся, Алан.

В этот момент воздух стал гуще, стены сдвинулись на пару сантиметров, давя на меня. Мой мир сжимался, всё превращалось в сплошную грязь.

Я судорожно выдохнул.

— Ты хочешь, чтобы я переписал книгу? Что ты, блядь, хочешь?

Тень приблизилась, теперь она почти задевала мои ноги.

— Я хочу, чтобы ты закончил её.

Я отвернулся и зажмурился, сжимая голову ладонями.

— Я не писал его таким... — прошептал я, дрожа, но продолжая. — Он должен был быть просто... историей, просто персонажем.

Я засмеялся. Коротко и сухо, словно нездоровый. Тень наклонилась, будто приблизила своё «лицо» к моему уху.

— Ты дал ему шанс стать настоящим, когда взял в руки перо.

Моё сердце пропустило удар. Я медленно открыл глаза. На столе, где вчера ничего не было, лежала чёрная ручка. Та самая — тяжёлая, холодная.

И рядом с ней — открытый ноутбук, которого вчера не было. А на экране... появилась новая строка:

«Он понял, что теперь он не автор. Теперь он — бог. Или же монстр?»

Мои пальцы задрожали, и тогда я услышал стук — чёткий, резкий.

Входная дверь. А за ней знакомый голос:

— Алан... открой.

Голос Ханса. Живого, злого, но главное настоящего. Я понял самое страшное: если я открою, кто-то из нас перестанет существовать.