Я переродилась в романе ужасов

Мой младший брат пропал.

— Чхо Ён, тётя обязательно найдёт Чхо Хэ.

Тётя говорила именно так, но лицо у неё было непривычно мрачным. Уголки губ, которые она изо всех сил пыталась приподнять, дрожали, как и рука, обнимавшая меня за плечи.

— А ты должна сосредоточиться на учёбе и ждать. Не тревожься слишком сильно, хорошо?

Наверное, она беспокоилась обо мне, ведь я как раз готовилась к вступительным экзаменам.

— …Хорошо.

Я с трудом кивнула, и тётя крепко притянула меня к себе.

Она гладила меня по спине, снова и снова повторяя, какая я хорошая, но успокоиться от этих слов совершенно не получалось.

«Чхо Хэ может исчезнуть навсегда, и я больше никогда его не увижу, так как же мне не волноваться!»

Попрощавшись с тётей, я поспешила обратно в общежитие. Соседка, похоже, ещё не вернулась, потому что в комнате было темно.

С самого детства родители часто уезжали в зарубежные командировки, и мы с братом нередко оставались вдвоём, поэтому очень сильно полагались друг на друга.

«Когда мамы нет рядом, Чхо Ён должна защищать Чхо Хэ».

Мне часто говорили, что я старшая дочь, а значит, должна хорошо заботиться о младшем брате.

Пока родители находились за пределами Кореи, тётя становилась нашим опекуном, но, поскольку мы всё время учились в школах с общежитием, настоящая роль защитника фактически легла на меня.

Чхо Хэ, мой младший брат-близнец, родившийся всего на одну минуту позже, был светлым, открытым мальчиком и послушно следовал за мной, признавая во мне старшую сестру даже при такой ничтожной разнице в возрасте.

Я должна была защитить Чхо Хэ, но в итоге случилось вот это.

Я волновалась за безопасность брата и одновременно чувствовала вину за то, что разочаровала родителей.

«Что же мне теперь делать…»

Когда я тревожно закусила губу, во рту появился солоноватый привкус крови. Сдерживать дрожь в ногах было почти невозможно.

Тревога из-за исчезновения младшего брата была вполне естественной.

Но я прекрасно понимала, что в мире, где повсюду установлены камеры наблюдения, мои переживания могут показаться чрезмерными.

Причина, по которой я так сильно тревожилась, заключалась в другом.

«Ведь это мир внутри романа ужасов».

Этот мир был романом ужасов, который я читала в прошлой жизни, «Введение в выживание среди городских легенд».

Я жила в мире, где на каждом шагу встречались городские легенды и призраки. Поскольку я находилась здесь почти с самого раннего детства, я так до конца и не поняла, было ли это вселением в чужое тело или перерождением.

Я осознала, что это не просто мир страшных историй, а именно мир внутри романа, когда увидела в новостях сообщение об «инциденте с ранением айдола Кёсу Хён».

Имя этого айдола звучало как «повешение», и он стал известен благодаря абсурдному факту, от которого хотелось спросить, в своём ли уме его агентство: это оказалось не сценическим псевдонимом, а настоящим именем. Поэтому даже я, не будучи его поклонницей, знала, кто он такой.

Однако тогда я решила, что это простое совпадение. И только после того, как он, как и в оригинале, ушёл из жизни в полном соответствии со своим именем, я поняла тайну этого мира.

Если описывать всё таким образом, оригинал может показаться немного странным, но в нём удачно смешались городские легенды, бодрое развитие событий и стратегическое мышление главного героя, поэтому история получила довольно большую популярность.

Настолько большую, что даже такой человек, как я, совершенно не интересующийся хоррорами, хотя бы раз взялся за чтение.

Роман оказался настолько увлекательным, что даже я, не любившая страшные истории, погрузилась в него с головой, но это вовсе не означало, что я хотела стать жителем этого мира!

Единственным утешением было то, что я прочитала не так уж много романов подобного типа, поэтому довольно быстро поняла, где именно оказалась.

«В оригинале ведь точно был эпизод с исчезновением людей, верно?»

Точнее, это был эпизод с «призраком-торговцем людьми». Он занимал довольно значимое место в сюжете вплоть до второй половины истории, поэтому даже я, бросившая роман где-то на середине, смутно о нём слышала.

«Родителей главного героя тоже утащил призрак-торговец людьми».

Исчезновение младшего брата в мире городских легенд, где существует призрак, похищающий людей. Разве это не оно самое с вероятностью почти в сто процентов?

Я до крови закусила губу.

— Что же мне делать?

В довершение всех бед Чхо Хэ в последний раз видели в районе Эден.

Это был соседний район, о котором ходили упорные слухи, будто там часто появляются призраки. К тому же именно это место было главной сценой оригинала.

«Проклятье, всё слишком плохо».

Я крепко зажмурилась. Нельзя было просто сложить руки и оставить всё тёте или полиции.

Инстинктивное предупреждение звенело в голове всё громче.

«Я должна как можно скорее найти Чхо Хэ, чего бы мне это ни стоило».

Тревожно расхаживая по комнате, я наконец резко села за стол. Открыв ноутбук, я вывела поисковую строку и ввела запрос.

Это был сайт, о котором главный герой случайно узнал после того, как оказался втянут в городские легенды.

Если бы не этот сайт, меня, человека, совершенно не интересующегося оккультизмом, возможно, уже давно вытеснило бы из этого мира.

Я пролистала разделы с оккультной информацией и рассказами очевидцев, после чего нажала на «свободный форум».

Остальные разделы были настолько пугающими, что я не хотела даже случайно их задеть.

Особенно всякие разделы вроде «поделиться подтверждениями», созданные непонятно кем.

Ведь там с высокой вероятностью могли быть выложены фотографии призраков.

(+3)

(+1)

(+44)

(+9)

На свободном форуме были выложены самые разные записи. Я пробежала их глазами и сглотнула.

«Я не думала, что мне действительно придётся это сделать».

У этого на первый взгляд обычного сайта на самом деле была скрытая тайна.

Я зарегистрировалась, привязав свой идентификатор из Какао, и написала пост.

Это была всего одна довольно небрежная строка, означавшая, что заголовок и есть содержание, но моё лицо, пока я смотрела на неё, оставалось совершенно серьёзным.

Через минуту я обновила страницу, и появились два комментария.

└МастерЧумы: Никак не найдёшь, удачи.

└МогильщикСемьиПак: Тут тоже Эден? Мурашки по коже.

«Это не они».

Я некоторое время сверлила комментарии взглядом, а затем глубоко вдохнула.

Скрытая тайна заключалась в том, что, если оставить на форуме пост, связанный с определённой темой, иногда на него отвечал призрак.

«Шанс невелик, но…»

На самом деле распознать комментарий призрака было проще, чем казалось.

Он мог написать то, чего обычный человек знать не должен, предложить странный до жути способ решения проблемы или же предложить решить всё за непонятную плату.

«Сейчас не время выбирать, холодный рис или горячий. Чем дольше длится исчезновение, тем опаснее становится».

Поэтому мне не оставалось ничего, кроме как воспользоваться преимуществом знания оригинала.

«Главный герой, кажется, разочаровался, когда увидел только странные комментарии, и попытался насильно выключить компьютер, верно?»

Но как раз в тот момент на мониторе отразилось улыбающееся лицо незнакомой женщины. Именно так это было описано.

«А, чтоб тебя».

Мне правда не хотелось этого делать. Я понимала, что нельзя думать подобным образом, вспоминая о младшем брате, но всё равно осторожно замялась, поставив ногу на кнопку сетевого фильтра, в который был включён адаптер компьютера.

«И всё-таки… один раз увидеть лицо призрака лучше, чем позволить Чхо Хэ исчезнуть».

Сердце ведь не остановится от страха.

Я надавила большим пальцем ноги и выключила питание.

И в тот же миг…

— Да чтоб тебя.

На чёрном экране возник облик неопрятной женщины. Это было моё лицо, измученное нервозностью и тревогой.

— Значит, повторить всё точь-в-точь, как в оригинале, не получится.

Я с сожалением тяжело вздохнула, затем снова включила компьютер и по привычке положила руку на мышь.

Но ощущение было каким-то странным. Вместо привычной мыши под пальцами чувствовалось нечто более плоское, с неровными выступами.

«Ну да, например… как человеческие пальцы?»

В тот миг, когда от жуткого чувства я уже собиралась перевести взгляд на правую руку, монитор внезапно ярко вспыхнул.

— …!

На экране снова открылся прежний сайт, а именно мой пост, комментарии к которому я только что непрерывно обновляла.

«Бе… безумие».

Невероятно, но за это время комментариев стало на один больше.

└tkffuwntpdy*: Чат.

tkffuwntpdy — это не обычный ник, а корейское 살려주세요, набранное на английской раскладке. То есть буквально получается «Спасите меня».

Краткое сообщение по делу.

С дрожащим сердцем я нажала обновление.

└Комментарий удалён.

«Это правда!»

Всё происходило точно так же, как и с главным героем.

С трудом успокоив бешено колотившееся сердце, я перешла в окно чата.

«Как же… страшно».

Почему здесь было так много запретов?

И всё же, если содержание оригинала было верным, это был единственный способ найти младшего брата.

Медлить было нельзя. Я торопливо выскочила из комнаты общежития.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

После того как Чхо Ён вышла, на включённом мониторе появилось новое сообщение.

Это было сообщение, которое так никто и не увидел.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

Я мельком посмотрела на волос, завязанный вокруг запястья.

Поскольку зажигалки у меня не было, пришлось одолжить её у прохожего. Когда я осторожно поднесла волос к огню, владелец зажигалки странно на меня посмотрел, и мне пришлось сказать, что среди нынешних старшеклассников, готовящихся к экзаменам, популярно такое суеверие.

К счастью, волос лишь слегка обуглился на кончике, но так и не загорелся.

«Как только найду Чхо Хэ, сразу выйду на большую улицу, где много людей».

Ведь обычно с призраками сталкиваются именно тогда, когда остаются в одиночестве.

Я шла быстрым шагом, и вскоре впереди показалась старая детская площадка. Эден был уже совсем рядом.

Я напряжённо оглядывалась по сторонам, когда вдруг во что-то врезалась.

— Простите-е.

Опустив взгляд, я увидела ребёнка в красном комбинезоне на подтяжках, который вежливо склонил голову.

— Ничего… ох.

Из-за детского голоса я машинально ответила. Ещё ведь… не Эден, правда?

Я кивнула ребёнку, давая понять, что всё в порядке, и двинулась дальше.

Это была граница Эдена, так что будем считать, что я всё-таки спаслась.

«Но откуда мне услышать место?»

В этот момент мимо меня прошёл прохожий, разговаривающий по телефону, и произнёс:

— Да говорю же, буду ждать в кафе, которое увидишь, если пойдёшь прямо от виллы «Эден» и выйдешь из переулка. Да, вилла «Эден».

Вот оно.

В чате ясно сказали обращать внимание на голос и жесты «человека». Наверное, сюда входило и то, что было сказано не мне напрямую.

«Вилла «Эден»».

При мысли о том, что там может быть мой младший брат, я торопливо открыла приложение с картой.

Это было не так уж далеко. Я поспешно побежала. Даже несмотря на то, что поверх школьной формы на мне была толстовка, внизу было холодно, и я уже успела пожалеть, что оделась слишком легко, когда наконец добралась до виллы «Эден».

Это была старая вилла в самом конце узкого переулка, куда почти не заходили прохожие.

Переводя дыхание, я посмотрела на главный вход виллы. Там уже был кто-то до меня.

— Что это ещё такое?

Парень в форме моей школы, видимо почувствовав чьё-то присутствие, обернулся.

Он был высоким, словно жердь, и довольно крупным, из-за чего производил давящее впечатление. В глаза сразу бросались глубокие тёмные круги, будто его выжала усталость, бескровно-бледная кожа и ярко-красные губы.

А ещё мрачное лицо, из-за которого было трудно поверить, что он мой ровесник.

— Как ты узнала об этом месте?

Я не ответила.

Он был тем самым «существом», которое заговорило первым. Иначе говоря, существовала очень высокая вероятность, что он не человек.

«Я сейчас сойду с ума. Мне хочется просто осесть на землю!»

И почему эта штука, совершенно не чувствуя момента, стоит именно перед тем местом, куда мне нужно войти!

Школьная форма того парня была насквозь мокрой.

«Но сегодня ведь даже дождя не было…»

Брюки, перепачканные мутной грязной водой, выглядели так, словно он только что долго бежал под проливным дождём. Я лишь мельком опустила взгляд на его белые кроссовки, тоже покрытые грязью, и сразу же отвела глаза.

«Для начала… лучше вообще на него не смотреть».

Судя по росту и телосложению, он был как минимум старшеклассником.

Может, это призрак ученика, погибшего в дождливый день? Неужели он станет придираться к живой младшекласснице только потому, что она не поздоровалась?

— Ты…

Сделав вид, будто вовсе не замечаю парня, который снова попытался заговорить со мной, я решительно направилась к входу.

За прозрачной стеклянной дверью виднелась тёмная лестница без единого включённого светильника, а чуть дальше угадывался лифт.

«Неужели Чхо Хэ действительно может быть в таком месте?»

Он, конечно, не был трусом, но при этом всегда оставался достаточно осторожным, чтобы без причины не заходить в незнакомые здания.

«…Раз уж я дошла сюда, пути назад уже нет. Сначала нужно войти».

Если брата действительно удерживало что-то, будь то призрак, человек или любое другое существо, медлить я больше не могла. Да и обратиться в полицию всё равно было невозможно, ведь мне строго запретили рассказывать об этом обычным людям.

— Фух…

Я глубоко вдохнула, словно подбадривая себя перед боем, и взялась за красную дверную ручку.

Тук!

В ту же секунду парень схватил меня за запястье.

Его прикосновение оказалось ледяным и при этом до жути мягким, отчего вызывало ещё большее отвращение. Большая ладонь крепко стиснула мою руку, словно голова змеи, вцепившейся в добычу.

Кхм!

Именно на этом запястье был завязан волос, поэтому я невольно вздрогнула. Ещё немного, и я бы не выдержала, спросив, что он вообще творит.

— Ты вообще видишь здесь ручку?

Похоже, современные призраки умели придираться очень изобретательно.

«У-у-ух… пожалуйста, будь ты хоть призраком, хоть человеком, просто исчезни отсюда…»

От одной только его руки, продолжавшей сжимать моё запястье, по коже бежали мурашки, и я уже была готова сойти с ума. Но всё равно не смела никак реагировать, опасаясь случайно спровоцировать призрака.

Я украдкой взглянула ему в лицо.

Он оказался вовсе не таким жутким, как я ожидала.

Если не считать мрачной ауры вокруг него, внешность у него была очень красивой. Будь он обычным человеком, я, наверное, даже засмотрелась бы.

«Ой… Даже если он призрак, так откровенно пялиться всё равно невежливо».

Поймав себя на том, что слишком долго смотрю на него, я поспешно отвела взгляд.

С трудом успокоив бешено колотящееся сердце, я открыла дверь.Даже тогда парень лишь на мгновение застыл, но моего запястья так и не отпустил.

Скри-и-ип.

Металлический скрежет ржавых петель прокатился по тихому коридору.

Несмотря на дневное время, первый этаж оставался погружённым во тьму, а свет так и не загорелся, хотя внутрь уже вошёл человек.

Я потёрла руки, убеждая себя, что этот неприятный холод был всего лишь плодом моего воображения.

— И правда открылась…

Лицо у него выглядело совершенно обычным, зато сам призрак явно слишком любил разговаривать сам с собой. Я мысленно окрестила его Болтливым Призраком и внимательно осмотрелась.

Кроме старого трёхколёсного велосипеда, стоявшего в углу возле входа, ничего необычного здесь не было.

Возле лестницы, уходившей вниз, виднелась железная решётчатая дверь, словно за ней располагался какой-то склад. На двери висел тяжёлый замок, а за решёткой прямо на полу громоздились коробки.

«Что это?..»

Почему-то мне казалось, будто именно оттуда, из-за железной решётки, тянуло ледяным холодом, заставлявшим всё тело дрожать.

Хотя… возможно, мне просто показалось.

— Эй.

Я всё-таки добралась сюда, но теперь совершенно не понимала, как искать брата.

— Эй, ты.

С самого начала это место совсем не походило на здание, где вообще могли жить люди.

— …Ты что, оглохла?

Он оказался грубым не только в поступках, но и в речи.

Настолько грубым, что мне всерьёз захотелось как следует щёлкнуть его по этой красивой переносице.

— Арахисинка, сейчас же уходи отсюда.

Сомнений не оставалось.

Это наглое обращение предназначалось именно мне.

«Может, всё-таки ударить его? На призраков ведь, наверное, закон о насилии не распространяется…»

Стоило этой мысли всерьёз возникнуть у меня в голове, как Болтливый Призрак поднял моё запястье, которое всё ещё продолжал держать.

— Не знаю, где ты услышала об этой мерзости и зачем решила повторить…

Он бросил мрачный взгляд на волос с обугленным кончиком и продолжил:

— Но тот тип, видимо, не сказал тебе, что в этом районе нельзя отвечать существу, которое первым заговорило с тобой?

Откуда он это знает?..

Оцепенев от ужаса, я посмотрела на Болтливого Призрака, но он уже не сводил взгляда с улицы, поэтому я машинально проследила за тем, куда он смотрит, и в следующую секунду застыла на месте.

За стеклянной дверью, в переулке напротив, кто-то стоял, и его одежда показалась мне до боли знакомой.

«Неужели?..»

Это был маленький ребёнок лет пяти в красном комбинезоне на подтяжках, тот самый ребёнок, который столкнулся со мной и попросил прощения.

«Я уже нарушила предупреждение…»

— Чёрт…

— Наконец-то заговорила.

Осторожнее нужно было быть с тем ребёнком. Тогда я не заметила, но теперь, присмотревшись внимательнее, увидела синюшные губы и слишком огромные зрачки.

Ребёнок, явно не похожий на человека, просто пугающе пристально смотрел в нашу сторону. От одной мысли, что я даже не заметила, как он шёл за мной до самого этого места, становилось жутко.

«А если бы я, ничего не зная, вернулась домой или в общежитие?»

Он наверняка последовал бы за мной и туда.

По телу разом расползлись мурашки, и только тогда я посмотрела на парня рядом.

— Теперь у тебя появилось настроение разговаривать? Судя по всему, ты приняла меня за призрака.

Он оказался прав, поэтому мне было нечего сказать. И лишь сейчас я заметила, что ладонь, которую я прежде воспринимала как холодную и пугающую, уже не казалась такой, потому что в ней, в отличие от первого мгновения, ощущалось тепло.

— Уходи сейчас же. Волос сожги на улице, где много людей. Эта тварь идёт за запахом гари.

Кем вообще был этот парень, если знал такие вещи?

— И двигайся как можно естественнее. Не беги. Тогда он не сможет легко найти тебя среди людей.

Хотя он произнёс это с бесстрастным лицом, в его словах всё равно чувствовалась тревога. Я нерешительно заговорила:

— Но… я пришла сюда искать младшего брата.

— Младшего брата?

— Он пропал в районе Эден, и мне сказали, что он будет здесь.

— Тот тип, который подсказал тебе это?

Когда он указал на моё запястье, я осторожно кивнула.

— Ха, тогда это не совсем ложная информация.

Пробормотав это словно самому себе, парень нахмурился. Его манера говорить совсем не походила на речь мальчишек нашего возраста.

Немного подумав, он открыл рот.

— Скажи имя брата и уходи. Я его найду.

— Что?

— Тебе опасно оставаться здесь, поэтому скорее возвращайся.

— Н-но!

— Даже если ты останешься, всё равно ничего не сможешь сделать. Это место не обычное…

[Пятый этаж.]

В тихом здании внезапно прозвучал голос, объявляющий прибытие лифта.

«Он сломался?»

Красная цифра показывала первый этаж.

— Нельзя…

Пока я, широко раскрыв глаза, растерянно смотрела на лифт, раздался голос парня. Я перевела взгляд на него и заметила, что его лицо стало особенно бледным.

— Ты! Если всё ещё видишь ручку, быстро открывай дверь! Нам нужно немедленно выбраться отсюда!

Когда человек, который явно что-то знает, начинает нервничать, становится только страшнее.

Я поспешно повернулась к двери, чтобы открыть её, но красной ручки не было и следа.

— …Я не вижу… ручку.

— Чёрт!

В тот же миг парень всем телом ударился о стеклянную дверь, однако она даже не дрогнула.

Ручка, которая точно существовала, исчезла, а дверь не колыхнулась, хотя в неё врезался крупный парень.

Вся ситуация была неправильной.

«Почему вообще?»

[Четвёртый этаж.]

Я оглянулась. На табло лифта по-прежнему горела единица, но кое-что всё же изменилось: двери слегка приоткрылись.

— …Безумие.

Из этой узкой щели высунулась бледная рука с совершенно чёрными ногтями.

— Эй, что это такое? Ру… рука… Ты тоже её видишь?

Пока я в ужасе спрашивала, парень стиснул зубы и ответил:

— Я решил понаблюдать, потому что в этот раз всё было иначе, но, чёрт… Знал бы, что так выйдет, не позволил бы тебе войти!

— О чём ты говоришь?

— С самого начала сюда нельзя заходить без какой-либо подготовки.

Он говорил так, будто заранее предполагал, что может произойти нечто подобное.

«Что вообще здесь происходит?»

[Третий этаж.]

Цифра всё ещё указывала на единицу, а двери лифта открылись ещё немного.

Бах!

В тот же миг изнутри наружу начали протискиваться сразу несколько рук, будто они пытались раздвинуть двери.

Бледные руки высунулись уже до предплечий.

Увидев суставы, выворачивающиеся под неестественными углами, я, как и парень, всем телом ударилась о дверь.

— Пожалуйста! Если снаружи кто-нибудь есть, откройте дверь!!

Маленький призрак, стоявший в переулке, сделал шаг ближе.

Нет, нет. Чокнутый призрак, только не ты!

— Бесполезно.

Парень перестал биться о дверь и заговорил. Почему-то его лицо выглядело так, словно он уже смирился с происходящим.

Почему?

«Он явно что-то знает…»

По крайней мере, я понимала одно: если это непонятное существо выберется наружу, нам обоим будет грозить опасность. И, судя по всему, это случится именно тогда, когда прозвучит объявление о прибытии лифта на первый этаж.

«Через входную дверь выйти невозможно… Тогда, может быть, нужно бежать наверх?»

[Второй этаж.]

Я не сводила глаз с лифта.

Хотя двери раскрылись ещё шире, существо по-прежнему не выходило наружу, зато рук, высовывающихся из кабины, становилось всё больше.

Единственным утешением оставалось то, что с каждым новым объявлением промежутки между ними становились длиннее.

— Эй. Ты ведь сказал, что сюда нельзя заходить без подготовки?

— Что?

— Какая именно подготовка нужна?

Парень растерянно несколько раз открыл и закрыл рот, после чего наконец ответил:

— Нужно что-то, что сможет отвлечь его внимание. Например, предмет, который произведёт громкий шум или будет долго греметь, чтобы эта штука переключилась на него.

— Понятно…

Я подняла трёхколёсный велосипед, стоявший в углу.

— Ты что собираешься…

Не став ничего объяснять, я схватила парня за запястье и со всех ног бросилась вверх по лестнице.

Быстрый топот наших шагов эхом разнёсся по безмолвному зданию.

— Даже если ты поднимешься наверх, всё равно не сможешь отсюда выбраться!

— Если собираешься только жаловаться и ничего не делать, тогда лучше помолчи!

Из-за быстрого бега мне и без того уже не хватало воздуха.

— Я не знаю, что это за место, но, пока не найду брата, так просто умирать не собираюсь!

Я не видела, какое выражение появилось на лице парня после этих слов.

Тяжело дыша, мы добежали до третьего этажа.

[Первый этаж.]

Голос объявления, звучавший где-то внизу, всё ещё был слышен даже здесь, пусть и приглушённо.

Я резко остановилась и посмотрела вниз, в пространство между лестничными пролётами, а в следующую секунду наши взгляды встретились, и я инстинктивно задержала дыхание.

Топ.

Наши шаги замерли, но кто-то продолжал подниматься по лестнице.

Бум.

Не теряя ни секунды, я столкнула трёхколёсный велосипед в лестничный пролёт.

Бум!

Велосипед с грохотом ударился о перила, и по всему зданию раскатился такой громкий шум, что он без труда заглушил наше тяжёлое дыхание.

Та-дак…!

В то же мгновение шаги, медленно поднимавшиеся вверх, остановились.

Однако грохот не прекращался.

Бум! Бум! Др-р-р-р…!

Вспомогательные колёса отломились и, дребезжа, покатились вниз, а сам велосипед продолжал ударяться о перила и стены, всё глубже падая к первому этажу.

Хруст!

Наконец раздался особенно громкий треск.

Трёхколёсный велосипед долетел до первого этажа и с силой разбился.

«Получилось?..»

Я сглотнула, пытаясь смочить пересохшее горло.

Парень, похоже, всё же был не лишён сообразительности, потому что всё это время тоже задерживал дыхание. Когда наши взгляды встретились, я сразу поняла, что он и сам прекрасно осознаёт: это всего лишь временная мера.

«Он ведь тоже понимает, что так долго не продержаться».

Я молча указала подбородком наверх. Тогда он посмотрел на меня с явным вопросом во взгляде, и по этому взгляду стало ясно, что у него, похоже, есть ещё какая-то информация.

«Похоже, он знает больше, чем говорит».

Проблема была в том, что мы уже использовали даже велосипед, единственный предмет, который находился внутри, и теперь у нас не осталось ничего, чем можно было бы отвлечь внимание той твари.

Для начала нужно было отойти от неё как можно дальше.

— …

— …

Когда я снова кивком указала наверх, парень, кажется, наконец понял и без лишних движений тихо пошёл вперёд. Я тоже последовала за ним, стараясь не издавать ни единого звука.

«Что теперь делать?».

Может быть, нужно продолжать сбрасывать на первый этаж вещи, которые были при мне? Но все они были гораздо меньше велосипеда, поэтому могли упасть не на первый этаж, а где-нибудь на третьем или втором, и тогда всё, наоборот, обернулось бы катастрофой. Непонятная тварь могла услышать звук и подняться выше.

«А ведь Чхо Хэ тоже нужно найти как можно скорее».

Я в тревоге только кусала губы, и именно в этот момент парень тихо коснулся моего плеча.

Тук-тук.

Он показал мне экран телефона, на котором яркость была убрана почти до минимума, а поверх было набрано это предложение. Похоже, телефон у него был переведён в беззвучный режим, потому что даже при наборе текста не раздавалось ни звука.

Сколько же этот парень вообще знает?

«До утра? Он хочет, чтобы я продержалась в такой ситуации до утра?!»

Что за ужас он пытается завернуть в такое милое слово, как прятки? У этого человека явно совсем неправильное состояние психики.

«И где, собственно, нам прятаться?»

Сейчас мы находились в коридоре четвёртого этажа. Звук разбившегося велосипеда был оглушительным, но ни один человек так и не вышел посмотреть, что случилось.

Я уставилась в тихий коридор.

С самого начала, разве в вилле, где обитает нечто подобное, вообще могут жить люди? А если Чхо Хэ тоже утащила эта тварь?

«Если это действительно так, то как мне вернуть Чхо Хэ?»

Впрочем, сейчас я даже не была уверена, что смогу благополучно вернуться в общежитие.

Когда от обиды и страха глаза уже начали становиться горячими, передо мной снова оказался телефон.

Это была безжалостная фраза, будто даже плакать в такой ситуации было непозволительной роскошью. Холодный мерзавец.

Но благодаря этому я всё же немного пришла в себя.

Парень снова показал телефон.

«Вдвоём?»

Значит ли это, что он уже заходил сюда раньше? Судя по тому, как необычно хорошо он всё знал, такое вполне могло быть.

«Я думала, что с подобными странностями сталкивается только главный герой оригинала».

Я снова внимательно всмотрелась в лицо парня. Его профиль, сосредоточенный на том, что он снова что-то набирал на телефоне, был…

«И всё-таки он красивый».

Главный герой оригинала тоже по описанию был красивым. К тому же он был школьником. Правда, он не был таким мрачным и измученным человеком, как этот парень передо мной.

«Скорее, он был раздражительным и даже немного боялся призраков, верно?»

Этот парень мог ощущать угрозу для жизни, но совсем не выглядел так, будто не знает, куда деваться от страха.

«Значит, он не главный герой, а кто-то из второстепенных персонажей? Если услышу имя, узнаю?»

Хотя, по правде говоря, я прочитала роман только примерно до середины, поэтому не была уверена. Я бросила его, потому что один из эпизодов в середине оказался слишком жестоким.

Почему он говорит так, будто сам не умрёт?

«Или он хочет сказать, что сам меня убьёт, если я не послушаюсь?»

Я уже не понимала, кого мне следует бояться сильнее, призрака с нижнего этажа или человека рядом.

С трудом успокоив дрожащее тело, я кивнула.

«Но действительно ли можно ему верить и идти за ним?»

Существует ли вообще способ найти пустую квартиру, когда нельзя издавать звуки? Раз он говорит, что её нужно найти, значит, сам тоже не знает, где она находится?

Когда я коснулась плеча парня, он посмотрел на меня с явным раздражением, словно спрашивал, чего мне ещё нужно.

Тук-тук.

«Вот же. Я сейчас, конечно, в зависимом положении, но взгляд у него и правда отвратительный».

Я уже собиралась ответить ему таким же гнилым взглядом, но вместо этого глубоко вдохнула. Указав на телефон, я показала, что хочу его взять, и парень с недовольным лицом всё же протянул его мне.

Я быстро набрала текст.

Парень забрал телефон. Некоторое время он неподвижно смотрел на экран, а затем беззвучно вздохнул.

Что такое? Я ведь тоже имею право знать. Меня и так до смерти пугает, что за мной гонится призрак.

Каждый раз?

Я пристально посмотрела на парня.

Он даже не дал мне возможности разобраться в происходящем. Ситуация, конечно, была срочной, но от его самовольного поведения раздражение во мне поднималось всё сильнее. И всё же сейчас… нужно терпеть, Ма Чхо Ён.

А.

Я тайком подсматривала, как он набирает сообщение, и вдруг парень замер. Затем он удалил предложение, которое только что написал.

А что будет, если я начну мешать? Впрочем, кажется, я на самом деле не хотела этого знать.

В итоге всё сводилось к тому, что он с самого начала собирался делать всё сам, а я должна была лишь сидеть спокойно.

Я только кивнула.

«Интернет-призрак оказался лжецом».

Он написал так, будто стоило только прийти сюда, и я сразу найду брата, а в итоге я встретила призраков и теперь была вынуждена держаться рядом с парнем с отвратительным характером.

Пока парень с максимальной осторожностью поворачивал дверные ручки, я прислонилась к стене, откуда была видна лестница, и присела на корточки.

На самом деле, даже если я замечу, что призрак поднимается, у меня всё равно не будет способа сообщить об этом парню. Но это, наверное, было лучше, чем совсем ничего не делать.

Стоило мне просто сидеть неподвижно, как в голову начали лезть самые разные мысли.

«Я хочу увидеть Чхо Хэ…»

Мне хотелось поскорее встретиться с ним, убедиться, что он в безопасности, обнять его и спросить, не было ли ему страшно всё это время.

Именно в тот момент, когда слёзы снова почти выступили на глазах, раздался звук.

Скри-и-ип.

Это был совсем тихий звук. Я повернула голову и увидела дверь квартиры, ближайшей к стене, к которой я прислонилась.

«А?»

Дверь, которая точно была закрыта, теперь оказалась открытой.

И в щели между дверью и косяком виднелось знакомое лицо.

«Бе… безумие».

Маленький ребёнок в красном комбинезоне на подтяжках.

Этот детский призрак, как и я, сидел на корточках и смотрел на меня снизу вверх через дверную щель. Вид у него был настолько жуткий, что от ужаса хотелось заорать.

«Когда он успел войти? Нет, с самого начала, почему он вообще выходит отсюда?»

Но на этом проблема не закончилась.

Парень тоже остановился на полпути, открывая дверь, и смотрел в нашу сторону с потрясённым лицом. Это означало, что он услышал звук только что открывшейся двери.

В такой тишине он, конечно же, должен был его услышать.

«А это значит…»

Топ!

«Что внизу его тоже, скорее всего, услышали!»

Я резко вскочила с места, потому что снизу донёсся звук, будто что-то бежит вверх по лестнице.

Топ-топ. Топ-топ-топ!

И это было даже не одно существо и не два.

— Быстро иди сюда!

— Ты сейчас вообще что…

Я отчаянно замахала рукой парню, который находился недалеко от меня. Его лицо выражало сильное замешательство из-за неожиданного поворота.

— Ты ведь сказал, что достаточно войти в пустую квартиру, где нет людей?!

— Это так, но что ты собираешься делать?!

Парень ответил почти сердито, но, к счастью, всё же подошёл ко мне. Я тут же схватила его за запястье, потому что у меня уже не было времени объяснять подробно.

— Если подумать здраво, в квартире, где есть призрак, людей быть не может!

Я крепко зажмурилась и рывком распахнула дверь соседней квартиры, которая была слегка приоткрыта. В процессе я буквально втолкнула внутрь парня, которого потянула за собой, и при этом, кажется, обо что-то споткнулась.

«Надеюсь, это не то, о чём я подумала».

Неужели призрак, совсем не чувствуя обстановки, продолжал сидеть на месте?

Бум.

Звук захлопнувшейся двери громко прокатился по коридору.

— Ха-а… ха-а…

За закрытой дверью, в безмолвной квартире, были слышны только наши сбившиеся дыхания. И даже эти звуки прорывались лишь потому, что мы пытались задержать дыхание.

— Ты, глупая арахисинка…

Парень обратился ко мне таким тоном, будто уже потерял остатки терпения.

— Я сказал спрятаться в пустой квартире, но какой в этом смысл, если ты прямо перед ними покажешь, где мы спрятались?

Бах!

Бах-бах!

Одновременно со словами парня что-то начало бешено колотить в дверь. Казалось, будто на неё разом набросились несколько десятков человек.

— Н-но ведь…!

Мы уже были обнаружены, так где у нас было время открывать двери одну за другой и проверять, пустая квартира или нет?

Я открыла рот, чувствуя себя несправедливо обвинённой, но парень не дал мне времени возразить.

— И я не имел в виду, что квартира с призраком безопасна.

Казалось, на этом он собирается замолчать, но затем всё же коротко вздохнул и добавил ещё одну фразу:

— Ты из тех, кому скажешь слово, и они понимают только буквально.

Вот же он, серьёзно. Даже поможешь ему, а он всё равно недоволен.

Я вспыхнула от раздражения, но если бы сейчас огрызнулась, он наверняка ответил бы так, что я получила бы в десять раз больше, поэтому я отказалась от разговора и посмотрела в сторону прихожей.

Там находился детский призрак в красном комбинезоне на подтяжках.

«…Это слишком длинно, поэтому буду называть его Красненьким».

Красненький валялся на полу.

Выглядело это так, будто его кто-то пнул.

«Подожди. Значит, то, о что я споткнулась, когда входила?»

Я с выражением лица, будто надеялась, что это всё-таки не так, посмотрела на парня. В отличие от меня, закрывшей глаза, он был единственным, кто всё время смотрел.

Однако парень, похоже, совершенно не интересовался тем, кто довёл Красненького до такого состояния. Он просто поднялся с места и начал осматривать квартиру.

— Эм, ну, это…

Благодаря этому в прихожей остались только я и Красненький.

Слишком долго делать вид, будто я ничего не замечаю, было невозможно, потому что Красненький уже какое-то время лежал в одной и той же позе, нарочито неподвижный, и его присутствие давило слишком сильно.

— Мне было срочно, поэтому… если я толкнула тебя, когда входила, прости.

Похоже, он обиделся. Ответа не было. Или, может быть, он просто не мог говорить человеческими словами, потому что был призраком?

И тогда Красненький зашевелился и, поднимаясь, потёр маленькой рукой лоб, которым, видимо, ударился.

[Ты меня ударила…]

Ох, значит, он всё-таки умеет говорить.

Сам этот факт был удивительным, но ещё сильнее меня поразило содержание его слов, поэтому я перепугалась и поспешила оправдаться.

— Я не ударила тебя, а случайно столкнулась!

[Сестрёнка меня ударила…]

— А-а, я же говорю, это правда вышло случайно! Прости!

А если он теперь меня проклянёт?

Испугавшись, я поспешно опустилась на колени перед Красненьким.

— Что ты делаешь?

Парень, видимо уже осмотревший квартиру, вернулся к прихожей и посмотрел на меня так, будто перед ним было нечто безнадёжное.

— Не занимайся ерундой и сиди тихо. Если начнёшь подыгрывать призраку, он к тебе прицепится.

— Ах…

Как можно говорить такие жуткие вещи, даже глазом не моргнув?

Осмотрев все комнаты и убедившись, что людей внутри нет, парень сел на диван. Он скрестил руки на груди и выглядел так, будто напряжённо размышлял о чём-то.

Я украдкой покосилась на Красненького, потом подошла к неизвестному и тихо спросила:

— Может, чем-нибудь загородить дверь?

— Думаешь, на призраков такое подействует?

Его насмешливый тон, словно он спрашивал, неужели у меня нет даже такого простого здравого смысла, немного меня задел. Откуда обычному человеку вообще знать, что действует на призраков? Да и с самого начала он вёл себя ужасно раздражающе.

— Но ведь они пока не могут войти внутрь.

Конечно, поскольку вина была на мне, я выкрикнула это только про себя.

— Я тоже впервые сталкиваюсь с таким случаем.

Он ненадолго замолчал, а потом снова поднялся.

— На всякий случай спрячемся и внутри квартиры.

— Внутри квартиры?

— Чтобы, даже если они войдут, нас не смогли найти.

Оглядывая комнаты, парень перечислил места, которые, похоже, заранее приметил.

— Выбирай. Шкаф, стиральная машина, обувной шкаф.

Почему стиральная машина вообще оказалась среди вариантов?

— Кстати, обувной шкаф я не советую. Он близко к прихожей, так что там тебя могут быстро найти.

Тогда выбор оставался только один.

— Тогда я спрячусь в шкафу… А ты куда собираешься?

— Я сам разберусь. В большой комнате есть гардеробная, так что иди туда.

— Подожди… М-мне страшно оставаться одной, нельзя спрятаться вместе?

Парень посмотрел на меня с выражением полного недоумения.

— Не говори как ребёнок.

После этого он без всяких сожалений повернулся ко мне спиной.

«Это скорее ты странный, раз в такой ситуации остаёшься настолько спокойным!»

Я впервые в жизни видела призраков, так разве не могла испугаться? К тому же, если нас найдут, мы можем умереть.

Я уже с поникшими плечами направлялась к большой комнате, когда он внезапно подошёл сзади и спросил:

— Как тебя зовут?

— Ты меня напугал! Ма… Ма Чхо Ён, а что?

— Ничего, просто захотел узнать.

Как внезапно.

Когда он, решив, что дело закончено, снова собирался отвернуться, я схватила его за запястье.

— А почему ты своё имя не говоришь?

По его лицу было видно, будто он спрашивал, и что ты собираешься делать, если узнаешь?

Сам ведь спросил только потому, что ему стало интересно.

— …Дан Со Хёк.

Хотя лицо у него было такое, будто ему неприятно, он всё же послушно ответил, и я уже успела чуть-чуть обрадоваться, но лишь на мгновение.

«Дан Со Хёк?»

Мой рот медленно приоткрылся.

«Тот самый Дан Со Хёк?!»

Ведь это же главный герой «Введения в выживание среди городских легенд», романа, в который я попала.

«И надо же было связаться именно с главным героем!»

В отличие от главных героев других романов, этот парень постоянно погибает от рук призраков.

Конечно, как и положено главному герою, Дан Со Хёк обладает способностью «возвращения», поэтому, даже умирая, он не умирает окончательно.

«Проблема в людях вокруг него».

Те, кто умирал вместе с Дан Со Хёком, не обладали особыми способностями вроде возвращения. Если они умирали, то просто умирали.

— Что с тобой?

Дан Со Хёк спросил с озадаченным лицом. Наверное, моё лицо побелело как полотно.

Я не могла сказать, что всё это из-за него, и только беззвучно открывала рот, когда Красненький, незаметно подошедший ближе, легонько постучал меня по ноге.

[Сестрёнка.]

[Они скоро войдут.]

Я поспешно посмотрела на прихожую.

[Не оттуда.]

Но Красненький указал в противоположную от прихожей сторону.

Там находился балкон.

[С той стороны.]

Мы с Дан Со Хёком медленно повернули головы.

К балконному окну, облепив его десятками, приползали бледные руки, от которых сохранилась только часть до локтя.

«А-а-а, что это такое!»

На грубых срезах предплечий, которые выглядели так, будто их много раз били тупым лезвием, виднелись кости и сосуды. И даже в таком состоянии из них продолжала течь кровь, словно это были руки живых людей.

Издалека они казались огромными личинками. На стекле, по которому они ползали, оставались следы липкой крови, похожей на слизь насекомых.

— Ч-что это…

[Нужно спрятаться.]

Стоило Красненькому произнести это, как Дан Со Хёк поспешно схватил меня за руку и потянул в большую комнату, но тут же замер.

В большой комнате тоже был балкон, и снаружи к окнам уже прилепились эти руки.

— …Спрятаться внутри квартиры уже не получится.

В этот момент одна из рук согнула пальцы.

Тук.

Затем она постучала по стеклу выступающими костяшками, и после этого остальные руки тоже сжались, словно подбирая собственные тела.

Тук. Тук…

Тук-тук… Тук-тук…

Тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук-тук!

Со всех сторон разнёсся звук, будто они безумно колотили по стёклам, требуя открыть.

— Чёрт!

Дан Со Хёк грубо огляделся, но, наверное, уже и сам понял, что эти твари заняли все места, где были окна.

Они были и в ванной, и в прачечной. Почему в этой квартире вообще было так много окон?

«Нужно выйти наружу».

Я посмотрела на Красненького, который сообщил нам об их появлении. Его ненормально огромные глаза неподвижно смотрели на меня снизу вверх.

«На что я вообще надеюсь? Как можно доверять призраку?»

В этот раз мы обязательно должны были спрятаться так, чтобы эти твари не увидели, куда мы идём. Но как?

В той части, которую я читала, Дан Со Хёк никогда не приходил на виллу «Эден».

«Но ведь он знает это место?»

Если это уже поздняя часть сюжета, неужели он успел вернуться после смерти?

— Арахисинка.

Даже посреди этого хаоса Дан Со Хёк назвал меня раздражающим прозвищем, и я недовольно покосилась на него.

— …Я выиграю время, а ты за это время спустишься на третий этаж и найдёшь пустую квартиру.

— Что ты сейчас такое говоришь?

По лицу Дан Со Хёка нельзя было прочитать ни мыслей, ни эмоций.

— Продержись только до утра. Тогда ты сможешь выжить.

Но его спокойный тон, наоборот, делал его похожим на человека, который уже приготовился к смерти. Даже если нынешний Дан Со Хёк уже переживал возвращение.

«Это ведь не значит, что он не боится смерти».

Это можно было назвать невозмутимостью, а может, выражением человека, который уже отказался от всего.

«И как мне уйти, оставив человека с таким лицом?»

Мне тоже было страшно, действительно страшно, но я не была настолько трусливой, чтобы бросить человека с таким выражением лица.

Решив пока отложить мысли о возвращении Дан Со Хёка, я схватила его за руку. Другой рукой я достала из кармана толстовки свой телефон и начала быстро им управлять.

— Эй, у тебя, оказывается, тоже есть телефон, хотя…

Дан Со Хёк, судя по голосу, собирался сказать что-то в полном недоумении, но вместо оправдания, что я просто забыла о телефоне из-за всей этой суматохи, я решительно перебила его.

— Выходим.

— Что?

— Ты ведь сам сказал, что здесь всё равно негде прятаться. Значит, нужно искать другое место.

— Как мы будем двигаться вдвоём, если эти твари смотрят за нами?

— Дан Со Хёк, ты сам сказал.

Как раз в этот момент мне удалось выкрутить громкость телефона на максимум.

Я открыла приложение с музыкой, нажала кнопку воспроизведения, одновременно распахнула входную дверь и с силой пустила телефон скользить по коридору к самому дальнему концу.

— Нам нужно только продержаться до утра.

Телефон удалялся под бодрую музыку популярной группы, совершенно не подходящую к происходящему.

— Для нас ещё ничего не закончилось.

Я схватила Дан Со Хёка за руку, и мы начали спускаться по лестнице как можно быстрее, но при этом беззвучно.

Телефон остановится, если упрётся в стену или препятствие, и я не знала, насколько долго призраки будут интересоваться предметом, который лежит на месте и только издаёт звук. Поэтому нам нужно было двигаться как можно быстрее.

Времени открывать двери одну за другой у нас не было.

«…Одно место с открытой дверью всё-таки есть. И там точно нет людей».

Я направилась к лифту на первом этаже.

По крайней мере, это не жилое пространство, значит, людей там точно не было. Но вероятность, что те призраки вернутся туда, тоже была высокой, поэтому этот выбор был безумной ставкой, почти равной самоубийству.

«К счастью, похоже, оставшихся призраков там нет».

На лестнице, ведущей к первому этажу, я мельком взглянула на лифт. Внизу, среди тишины и темноты, виднелась кабина с наполовину открытыми дверями, похожая на чудовище, разинувшее пасть.

Тук-тук.

Дан Со Хёк, который до этого молча шёл за мной, похоже, понял, что именно я задумала, и коснулся моего плеча.

«Ты с ума сошла?»

Его побелевшее лицо будто говорило именно это.

Всё-таки это немного слишком, да?

Я кивнула в знак того, что и сама прекрасно это понимаю, и тогда лицо Дан Со Хёка стало ещё бледнее, словно моё молчаливое согласие только окончательно подтвердило его худшие подозрения.

Я же говорю, я и сама всё понимаю.

«Сначала надо спуститься».

Я даже не успела заметить, как оказалась в положении, где Дан Со Хёк уже держал меня за руку, но всё равно без колебаний шагнула вперёд. Точнее, собиралась это сделать, если бы он вдруг не застыл на месте и не перестал двигаться.

«Туда нельзя».

Именно это говорило выражение лица Дан Со Хёка.

Я кивком спросила, не был ли он там раньше, и он на мгновение замялся. Похоже, сам он ещё не успел попробовать этот вариант.

Тогда можно идти.

Я потащила вниз тяжёлый груз по имени Дан Со Хёк.

Сначала этот груз вроде бы попытался сопротивляться, но, видимо, решил, что сейчас важнее не издавать звуков, и в итоге послушно пошёл за мной.

К огромному счастью, внутри лифта ничего не было, и потолок тоже оказался чистым, без чего-либо свисающего.

«Правда, какое облегчение. Если бы там что-то оказалось, я бы точно расплакалась».

Нет, возможно, ещё до этого пришедший в бешенство Дан Со Хёк просто не оставил бы меня в покое.

Правда, пол лифта был усыпан жуткими твёрдыми обломками, похожими на ногти, а на дверях виднелось множество кровавых следов, будто их яростно скребли.

«По сравнению с тем, что было раньше, здесь намного уютнее. Можно сказать, настоящий рай».

Мы устроились по разные стороны, прислонившись к внутренним сторонам дверей. К счастью, там оставалось пространство, где можно было скрыть тело.

Измученное напряжением тело просило отдыха. Мы не могли разговаривать, потому что нельзя было шуметь, но я почувствовала, что Дан Со Хёк тоже немного перевёл дух.

С верхних этажей всё ещё слабо доносилась музыка. Когда я в последний раз проверяла заряд батареи, его было достаточно, так что телефон должен был продержаться довольно долго.

«Хорошо бы до утра больше ничего не случилось».

Может быть, я совсем немного успокоилась, а может, тело, потрясённое внезапными событиями, наконец начало жаловаться на усталость.

Глаза то и дело начинали закрываться.

«Хочу спать».

Можно ли мне хотя бы ненадолго сомкнуть глаза?

Я обняла колени и потёрла веки, когда почувствовала на себе взгляд Дан Со Хёка.

Некоторое время он пристально смотрел на меня, а потом отвернулся, будто решил сделать вид, что ничего не видел.

Мне показалось, словно он разрешил мне задремать, и я закрыла глаза.

Лучше бы всё это оказалось сном. И то, что я пришла на виллу «Эден», и то, что мой младший брат исчез.

«Чхо Хэ…»

Я лишь надеялась, что ему не пришлось пережить все эти страшные события.

— Эй.

Сколько времени я успела проспать?

— Просыпайся.

Из-за чьего-то торопящего голоса я медленно открыла глаза и, всё ещё находясь в сонной дымке, растерянно моргнула.

— …Сейчас уже рассвело.

Голос спокойно сообщил мне о ситуации.

Осознав, что означают эти слова, я широко раскрыла глаза.

— Уже?

От такой новости сон с меня слетел мгновенно.

— Мы правда продержались до утра?

— Да, мы всё-таки продержались.

— Здесь, в лифте? После этого больше ничего не приходило?!

— Ничего не приходило. И телефон я принёс.

Телефон, который Дан Со Хёк протянул мне, был полностью разряжен. Маленький бедолага, ты отлично потрудился, мой драгоценный телефон.

— Утренняя вилла «Эден» становится безопасным местом?

— Она стала безопасной, потому что мы продержались один день. Если выйти и зайти снова или если наступит вечер, всё вернётся к тому состоянию, что было вчера.

Понятно. Что ж, это совсем не радостная информация.

— Впервые получилось продержаться таким способом…

— Что ты сказал?

— Тебе не обязательно это знать.

Нет, если мне не обязательно знать, тогда можно было бы и не бормотать себе под нос.

Пол лифта выглядел чистым, словно ничего и не было, будто всё произошедшее оказалось всего лишь сном.

— Ах, точно! Мне же нужно найти младшего брата!

— Это я тоже уже проверил, пока ты не проснулась.

Я резко поднялась и уже собиралась выйти из лифта, но слова Дан Со Хёка остановили меня.

Он уже всё проверил?

— …Но ты ведь сейчас один.

— Наверху никого не было.

— Не ври! Как ты думаешь, ради чего я терпела весь этот ужас и дошла сюда?

Я посмотрела на волос, завязанный вокруг запястья. Я поверила даже словам призрака, от которых меня передёргивало, бросилась в такое место и сдерживала весь тот страх прошлой ночью только ради того, чтобы найти Чхо Хэ.

И теперь он говорит, что моего брата там не было?

— Неужели меня обманули?

— Этого я не знаю.

— Я сама поднимусь и проверю.

— Эй!

Дан Со Хёк схватил меня за запястье, когда я попыталась подняться по лестнице. Я раздражённо вырвала руку.

— Почему ты меня останавливаешь! Это мой младший брат! Я сама хочу его найти, так почему ты мешаешь!

— Успокойся.

— Как мне успокоиться? Если мой брат, как и я вчера, пережил что-то страшное, но рядом не оказалось никого, кто мог бы помочь, и не было способа спастись, так что с ним теперь… что мне тогда делать?

Слёзы, которые я изо всех сил сдерживала, наконец вырвались наружу.

— Когда родителей нет рядом, я должна защищать Чхо Хэ…

Умом я прекрасно понимала, что такое эмоциональное поведение совсем не помогает решить проблему. Но что мне было делать, если слёзы всё равно текли?

— Ты уходи первым. Я останусь и сама поищу. Мне необязательно, чтобы ты помогал.

Пробормотав это, я махнула рукой, показывая, чтобы он скорее уходил.

Дан Со Хёк долго пристально смотрел на меня, а затем выдохнул.

— Мои родители тоже пропали.

Я вздрогнула и остановила руку, услышав историю, которую уже знала.

— И это было не простое исчезновение.

Дан Со Хёк своими глазами видел, как родители исчезли прямо перед ним. Я читала об этой ситуации в романе.

— Поэтому я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Я не осматривал всё спустя рукава.

Я крепко сомкнула губы. В романе также было написано, насколько тяжело Дан Со Хёк переживал потерю родителей.

«Даже когда позже у него появились товарищи, он рассказал о родителях только спустя довольно долгое время».

Может быть, он сказал мне это потому, что мы оказались в похожем положении?

Дан Со Хёк протянул руку.

— Если ты останешься одна, это будет опасно. Мы не знаем, какие ещё могут возникнуть переменные.

Я не смогла проигнорировать его руку.

«Мы были вместе совсем недолго, но, пока шли рядом, он, несмотря на свой грубый язык, всё время защищал меня».

Более того, в опасной ситуации он даже собирался пожертвовать собой вместо меня. Ради меня, которую увидел впервые.

— …Хорошо.

В конце концов мне не оставалось ничего, кроме как кивнуть.

Голова, ещё недавно кипевшая от эмоций, постепенно успокоилась.

Дан Со Хёк был прав. Сейчас прежде всего нужно выбраться отсюда и заново найти следы, которые приведут к Чхо Хэ.

Ручка входной двери снова стала видна, и, в отличие от первого раза, мы смогли открыть дверь и выйти совершенно обычным образом.

Когда мы оказались снаружи, нас коснулся прохладный и чистый воздух раннего утра.

«Ах… А ведь я всего лишь подала заявление на выход из общежития».

За самовольную ночёвку вне общежития меня наверняка очень сильно отругают.

— Ты ведь сразу вернёшься домой?

— Я живу в общежитии, так что мне нужно идти в школу.

Я ответила, теребя волос, завязанный на запястье.

— И ещё нужно разобраться с этим способом, о котором ты мне рассказал.

[Сестрёнка.]

В наш разговор внезапно вмешался незваный гость, и мы с Дан Со Хёком одновременно посмотрели вниз. Между нами стоял Красненький, а я даже не заметила, когда он успел появиться.

[Пока ещё всё в порядке.]

— …Что?

Что это значит? Почему именно «пока ещё»?

[Не развязывай это.]

[Потому что потом мне нужно будет прийти искать сестрёнку.]

От таких слов мне, наоборот, захотелось развязать волос ещё сильнее. Красненький указал на меня и с пугающей лёгкостью произнёс нечто жуткое.

«И всё же он не похож на какого-то опасного призрака. Пусть и страшный».

Пока я недолго колебалась, Дан Со Хёк посмотрел на меня с недовольным выражением, словно спрашивал, неужели я снова собираюсь его слушать. Но как можно прямо сказать ребёнку… нет, призраку с таким невинным выражением лица что-то вроде: «Я не хочу тебя слушать»?

[Сестрёнка.]

[Я помогу сестрёнке.]

[Поэтому и сестрёнка помоги мне.]

— …Помочь тебе? В чём?

Судя по обстоятельствам, Красненький говорил, что поможет мне найти брата, но разве у призрака может быть дело, в котором ему нужна помощь человека?

Я уже начала тревожиться, не потребует ли он чего-то опасного, когда Красненький со всхлипом произнёс:

[Найди мою маму.]

[Я хочу увидеть маму.]

Он говорил так жалобно, будто действительно был потерявшимся ребёнком, и на мгновение мне стало так жаль его, что я едва не обняла.

— Не поддавайся.

Дан Со Хёк тихо предупредил меня. Умом я это понимала, но…

[Я исполню то, чего хочет сестрёнка! Я могу это сделать!]

— Ты хочешь сказать, что сможешь найти моего младшего брата?

[Да! Ведь у тех, кто исчезает в этих местах, есть причина.]

Красненький торопливо заговорил, словно боялся, что я откажусь выполнить его просьбу.

[Дядя из страшной истории про торговлю людьми.]

Призрак из оригинала, о котором я думала с тревожным подозрением, появился именно здесь.

[В последнее время он действует где-то поблизости.]

Я так надеялась, что мой брат не оказался с ним связан.

— Ты уверен?

От слов Красненького Дан Со Хёк нахмурился, а ответ вернулся не сразу. Может быть, он сомневался в источнике информации именно потому, что появился тот самый призрак, которого он сам считал связанным с исчезновением родителей.

— Не говори бездумно о том, в чём даже не уверен.

[Но то, что этот дядя в последнее время действует в районе Эден, правда!]

Красненький произнёс это обиженно, но под холодным взглядом Дан Со Хёка быстро сник. Он был хоть и маленьким, но всё-таки призраком, а Дан Со Хёк сумел подавить его одним лишь напором. Всё-таки главный герой действительно чем-то отличался от остальных.

— Вы ведь понятия не имеете, насколько сильно ваши легкомысленно брошенные слова сбивают жертв с пути.

Дан Со Хёк будто говорил одновременно ради меня и о собственных чувствах. Он выглядел так, словно вот-вот начнёт ссориться с призраком, поэтому я поспешно загородила его рукой.

— Эй, успокойся.

— Что значит «успокойся»?

— Правда это или нет, мы можем проверить хотя бы ради поисков.

Когда его лицо стало ещё суровее, я поспешно добавила:

— К тому же помощь, о которой он просит, сводится только к поиску мамы…

Пока я говорила, мне самой показалось, что я слишком лезу не в своё дело, и конец фразы смазался.

— Ты…

Дан Со Хёк нахмурился.

— Насколько же ты глупая?

Нет, как вообще можно говорить такое человеку прямо в лицо?

— Ты забыла, через что прошла, пока добралась сюда?

Дан Со Хёк поочерёдно указал на моё запястье и на виллу «Эден».

— И после всего этого ты снова собираешься довериться призраку?

Теперь он уже не просто хмурился, а смотрел на меня с выражением презрения.

— Это даже не глупость. Ты просто ненормальная.

Резко же ты выражаешься, сволочь.

— Я понимаю, что мои слова звучат странно.

Я постаралась не поддаваться эмоциям и, приложив руку ко лбу, ответила. В обычной ситуации я бы уже взорвалась от злости.

— Но именно потому, что я пережила вчерашнее, я и думаю об этом серьёзнее.

Это было связано с моим младшим братом, поэтому я не могла просто отступить.

— Я на собственной шкуре поняла, что призраки действительно существуют. Тогда почему не может существовать призрак-торговец людьми? В последнее время участились исчезновения, и очень многих так и не нашли. Значит, вполне возможно, что моего брата похитил именно этот призрак.

— …

— Я поняла, что призраки не те существа, которым можно доверять. Но если в нынешней ситуации я не поверю даже этому ребёнку, тогда что мне теперь делать?

На этот раз уже я, посерьёзнев, продолжила:

— Полиция всё решит? Взрослые всё решат? Если я скажу, что его похитил призрак, мне вообще кто-нибудь поверит?

— Ма Чхо Ён.

— Ты ведь сказал, что твои родители тоже пропали. Разве это не может быть связано с ним?

Дан Со Хёк сжал кулак.

— Если до сих пор нет никаких новостей, ты ведь тоже наверняка подозревал, что их похитил призрак-торговец людьми.

— Да. Я понял, поэтому хватит говорить.

— Поэтому ты и ходишь по таким виллам, где, говорят, появляются призраки.

Я не собиралась заходить так далеко.

Когда он крепко зажмурился, на его лице проступила боль. Мне показалось, что я задела его рану, и чувство вины тут же накрыло меня, но всё же я хотела, чтобы он хотя бы немного понял моё отчаяние.

Я ведь тоже не принимала это решение так легко.

— Если я отступлю только потому, что мне страшно и я не могу доверять призраку, как мне в такой ситуации найти брата?

— Он может под предлогом поиска матери заставить тебя сделать что-то опасное.

— Я знаю.

Я посмотрела на своё запястье. Волос, который я так и не развязала, всё ещё был там.

— …К такому я была готова с самого начала.

Даже когда шла на виллу «Эден».

Дан Со Хёк, похоже, понял смысл, хотя я не произнесла его вслух, и крепко сомкнул губы.

На несколько мгновений повисла тишина, и я увидела, как Красненький вытянул обе руки вверх и начал подпрыгивать на месте.

Похоже, когда атмосфера между нами стала слишком серьёзной, он попытался привлечь к себе внимание.

Правда, ни у Дан Со Хёка, ни у меня уже не оставалось душевных сил, чтобы обращать внимание ещё и на Красненького.

Вскоре Дан Со Хёк раздражённо цокнул языком.

— Делай как хочешь.

Хотя я и так уже делала как хотела.

И всё же я понимала, что в конце концов он говорил это потому, что волновался за меня, поэтому внутри стало немного благодарно.

«Впрочем, его столько раз обжигали призраки, что ему, наверное, намного труднее им доверять».

Информация была отчаянно нужна не только мне, но и Дан Со Хёку.

Призрак-торговец людьми был огромной городской легендой, с которой я не смогла бы так легко справиться в одиночку, поэтому нужно было собрать как можно больше сведений.

Я протянула ему телефон. В ответ на меня тут же метнулся раздражённый взгляд, словно он спрашивал, что ещё мне от него нужно.

— Введи свой номер.

— Зачем?

— Тебе ведь тоже нужна информация. Если у меня появится хоть какая-то зацепка, я поделюсь.

Дан Со Хёк отвернул голову. Похоже, это был отказ, и я уже собиралась без сожалений убрать телефон, когда его неожиданно большая рука быстро, почти воровато, забрала его у меня.

— Отправь на этот номер имя младшего брата.

Он набрал номер, затем сразу сбросил звонок на телефон, который, похоже, принадлежал ему, и добавил:

— …Если я тоже что-нибудь выясню, то сообщу тебе.

Хм, значит, теперь я вроде как входила в число кандидатов на место товарища Дан Со Хёка.

«Хотя, как ни крути, в оригинале меня не было, так что я, наверное, просто что-то вроде информатора номер один».

Я кивнула и сохранила номер, оставшийся в журнале звонков, под именем «Дан Со Хёк». Потом, вспомнив кое-что, подняла голову.

— Кстати, если мы учимся в одной школе, почему мы раньше ни разу не сталкивались?

Это был простой вопрос. Не то чтобы мне хотелось произносить это вслух, но с такой внешностью его вряд ли оставили бы без внимания. Да и фамилия у него была необычная, поэтому казалось странным, что я не слышала о нём даже слухов.

— Я туда не хожу.

Разве Дан Со Хёк бросал старшую школу? В оригинале я такого упоминания не видела.

— И у меня нет желания туда ходить.

Значит, в итоге он не ходит в школу просто так.

— Ты совсем с ума сошёл?

Даже если ему нужно искать родителей.

— Школу нужно закончить!

— Разве сейчас это важно?

— А что ты потом скажешь, когда встретишь своих родителей? Что не смог закончить школу, потому что искал их? Думаешь, они похвалят тебя и скажут, какой ты молодец?

Я сильно ударила Дан Со Хёка по спине. Кто бы мог подумать, что приём, которым я обычно наказывала младшего брата за безрассудные поступки, придётся применить и к главному герою?

Дан Со Хёк, получивший удар без предупреждения, посмотрел на меня широко раскрытыми глазами.

— Ну? Думаешь, они правда так скажут? Твои родители ведь тоже не хотели бы такого.

— Ай!

Шлёп!

— Искать семью важно, но нельзя отказываться ради этого от всей своей жизни!

— Это не тебе говорить… Ай! Хватит меня бить!

Шлёп!

Прежде чем Дан Со Хёк успел возразить, я нанесла последний карающий удар.

— Я и в школу ходить буду, и, пусть готовиться к вступительным экзаменам будет трудно, но всё равно сделаю так, чтобы с выпуском не было проблем.

Я не знала, как именно закончился оригинал, но теперь, когда Дан Со Хёк стоял передо мной, это стало моей реальностью.

Значит, мне нужно было показать этому мальчишке, как смотреть на действительность прямо. Наверное, для человека, переживающего возвращение после смерти, этот путь будет ещё труднее.

А пока для начала нужно закончить старшую школу.

— В школе тебя и накормят, а если есть общежитие, то ещё и спать дадут. Ты лучше честно скажи, где ты сейчас живёшь и чем питаешься?

— Это…!

Я проигнорировала вспыхнувшего Дан Со Хёка и продолжила:

— Кроме того, если у тебя есть официальная принадлежность к школе, ты можешь получить хоть какую-то защиту. Ты, может быть, думаешь, что способен справиться со всем в одиночку, но ты всё ещё ребёнок, которому нужны помощь и защита. И я тоже.

Судя по его смятённому лицу, он, кажется, всё же что-то понял.

[Я… я против насилия…]

Слабая попытка Красненького вмешаться разнеслась по переулку.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

Дан Со Хёк, окончательно измученный моим нескончаемым ворчанием, раздражённо заявил, чтобы я не лезла куда не просят, и ушёл.

Красненький, который всё это время закрывал уши и переводил взгляд с меня на Дан Со Хёка и обратно, тоже сказал, что снова придёт искать меня, а потом исчез.

«Я слишком разошлась».

Мне было немного стыдно, но всё же я сказала Дан Со Хёку именно то, что ему было необходимо услышать.

Перед глазами всплыл его неуклюжий силуэт, когда он отступал мелкими шагами, хотя лицо у него оставалось сердитым.

«Дан Со Хёк только выглядит взрослым, а думает всё равно как ребёнок».

Реальность ведь невероятно холодна. Грубо говоря, если ему не удастся найти родителей и придётся жить одному, кто станет входить в его положение?

«Я не смог окончить школу, потому что искал родителей? Такие объяснения здесь никого не убедят».

Я говорила так, будто прекрасно всё знаю, хотя на самом деле мой жизненный опыт ограничивался всего несколькими годами работы после начала взрослой жизни в прошлой жизни. Если бы не это, возможно, я была бы не так уж сильно отлична от Дан Со Хёка.

Коротко вздохнув, я вернулась в общежитие.

Дежурная учительница ужасно отчитала меня за то, что я, подав только заявление на выход, самовольно провела ночь вне общежития и вернулась под утро.

— Как же я устала.

Даже после выговора лечь на кровать было прекрасно.

Хотя в лифте я всё же немного поспала, там было неудобно, поэтому теперь казалось, будто тело тает под одеялом.

Нужно помыться, думала я, но глаза снова закрывались сами собой. Если бы Дан Со Хёк был рядом, он, наверное, пришёл бы в ужас и сказал, что это отвратительно.

«Когда я читала роман, мне казалось, что он очень опрятный, собранный, но при этом холодный и бесчувственный».

Дан Со Хёк, с которым я столкнулась в реальности, оказался совсем другим. Он часто злился и, похоже, срывался куда быстрее, чем я ожидала.

И хотя у него был страшный язык, который легко мог привести к недоразумениям, важнее всего было то, что в нём всё же имелась добрая душа, способная думать о других.

И всё равно характер у него отвратительный.

Я зевнула и закрыла глаза.

«До начала занятий ещё есть немного времени».

Решив поспать совсем чуть-чуть, я поставила будильник и сомкнула веки.

Сон был таким глубоким, что больше походил на обморок.

2. Подозрительная бесплатная раздача

Чан Хён У, ученик третьего года старшей школы Тонсан, как обычно, занимался чем угодно, только не учёбой во время самоподготовки.

Игры уже надоели, комиксов, которые хотелось бы читать, тоже не осталось.

Он без особого интереса нажимал на приложения в телефоне одно за другим, пока его большой палец не коснулся значка приложения для торговли подержанными вещами. Никакого предмета, который хотелось бы купить или продать, у него не было.

«Хорошо бы кто-нибудь бесплатно отдал купон на кофе».

С равнодушным лицом он быстро пролистывал список пальцем, когда вдруг в глаза ему бросился один особенно заметный заголовок.

— Что это?

«Тысячу вон? Тогда уж можно было просто бесплатно отдать».

Судя по всему, автор поста сначала хотел отдать вещь бесплатно, но потом передумал.

Чан Хён У неодобрительно цокнул языком, но всё равно открыл запись.

«Интересно, что он там отдаёт, раз решил взять деньги?»

Началось всё с обычного любопытства.

Содержание: Это кукла-брелок, которую я вытащила в автомате с игрушками у нас в районе. Сначала хотела отдать бесплатно, но мне написал странный человек, поэтому беру тысячу вон.>

Фотография была самой обычной. На ладони довольно худой девушки лежала кукла, похожая на комок чёрного меха.

Даже по фотографии было видно, как гладко поблёскивает мех куклы в форме ёжика. Правда, из-за своей округлости она напоминала очень сытого ёжика.

«Что это?»

От этой куклы почему-то было трудно отвести взгляд. Чан Хён У, словно заворожённый, продолжал смотреть на фотографию и подумал:

«Похоже, какой-то странный тип пристал к ней после того, как увидел фото».

Может быть, из-за женской руки привязался какой-нибудь извращенец. Вечно из-за нескольких странных типов ругают всех мужчин подряд.

«Хотя, даже если она возьмёт тысячу вон, странный тип всё равно может прицепиться».

Чан Хён У потёр подбородок. Ему было скучно, и заодно можно было бы совершить добрый поступок.

«Если смотреть на эту куклу дольше, она даже кажется милой».

Сейчас брелоки в моде, так что он тоже будет носить такой с собой, вот и всё.

└Вы уже отдали вещь?

Раз уж он решил, то действовал быстро. Стоило Чан Хён У оставить комментарий, как от автора поста вскоре пришло личное сообщение.

«Жительница района Эден?»

Чан Хён У на некоторое время положил пальцы на клавиатуру и замер.

«Говорят, в последнее время здесь часто пропадают люди».

Неужели это похищение под видом бесплатной раздачи?

Кажется, раньше в новостях он слышал о случаях, когда бесплатную раздачу использовали именно таким образом.

«Да нет, не может быть. Разве такое действительно случится? Да и человек, кажется, девушка, так что всё должно быть нормально».

Это была пустая фантазия. Чан Хён У весело усмехнулся и ответил:

Зачем она спрашивает про пол? Хочет отдать только девушке?

«А мне хочется получить эту куклу».

Он сам не заметил, как начал нервно кусать ногти, и тут пришёл ответ.

— О, вот это удача.

Значит, он зря всё это себе напридумывал.

Чан Хён У широко улыбнулся.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

— Чхо Ён!

Даже несмотря на то что мне удалось немного сомкнуть глаза, усталость никуда не исчезла.

Когда я, тихо простонав от изнеможения, вошла в класс, кто-то окликнул меня.

— Ма Чхо Ён!

Будто я собиралась убегать, раз меня нужно было звать так настойчиво, один раз за другим.

— Что случилось?

— Ты…!

Ко мне с обеспокоенным выражением подошла девушка с короткими волосами и круглыми очками, выглядевшая как образцовая отличница.

Её звали Ю Чхэ Сон. Она была знакома и со мной, и с моим братом.

— …Тебе случайно не удалось связаться с Ма Чхо Хэ?

Неужели слух о пропаже Чхо Хэ уже разошёлся по школе?

Только тогда я разлепила глаза, которые от сонливости почти не фокусировались, и осмотрелась. Вокруг оказалось немало взглядов, которые незаметно, но явно были направлены в мою сторону.

— Нет. Тётя сказала, что уже заявила в полицию и его ищут. Но… остальные тоже знают?

— Вы же близнецы, поэтому к вам невольно больше внимания.

Ма Чхо Ён и Ма Чхо Хэ.

Мы были единственными близнецами в школе, так что ровесники вполне могли нами интересоваться. К тому же с точки зрения Ю Чхэ Сон пропал не просто чей-то брат, а младший брат её подруги, поэтому она, конечно, переживала ещё сильнее.

— Я очень надеюсь, что он в порядке… Почему в последнее время происходит столько тревожных вещей?

— Ты говоришь об исчезновениях в районе Эден, верно?

— Да, и о них тоже. Ты новости видела? Инцидент с айдолом Кёсу Хён. Такое чувство, будто мир окончательно сошёл с ума.

Точнее, это оригинал окончательно сошёл с ума.

«Как жаль, что я не могу ей этого сказать…»

Я дошла до своего места, опустила сумку и тихо вздохнула. Не знаю, как именно Ю Чхэ Сон истолковала мой вид, но её лицо стало совсем жалобным.

— Не волнуйся слишком сильно. Чхо Хэ обязательно скоро найдут.

— Да, так и должно быть.

Правда, если его действительно утащил призрак-торговец людьми, даже полиции будет трудно его найти.

— Ты выглядишь очень уставшей.

— Я вчера ненадолго выходила, но вернулась поздно.

Если точнее, это было даже не поздно, а уже под утро.

Я собиралась добавить это, но зевок подступил к горлу, и мне удалось с трудом проглотить его вместе со словами. Зевок я сдержала, но с невольно проступившими слезами ничего не могла поделать, поэтому быстро заморгала.

Если бы я зевнула прямо посреди разговора, это выглядело бы слишком невежливо, а мне не хотелось так грубо обходиться с Ю Чхэ Сон, которая искренне переживала за меня и Чхо Хэ.

«Ах, похоже, на уроках мне всё-таки придётся немного поспать».

Я посмотрела на Ю Чхэ Сон, едва удерживая тяжёлые веки открытыми, но выражение её лица вдруг стало совсем необычным.

— Только не говори, что ты вчера искала младшего брата…!

— Что?

— Я тоже попробую поискать. Поэтому не взваливай всё на себя одну!

Похоже, она увидела, как у меня выступили слёзы. К счастью, кажется, зевок она не заметила. Я скрыла лёгкую неловкость.

И всё же мне было благодарно, что она хотела помочь, хотя сама тоже была выпускницей и должна была быть занята подготовкой к экзаменам.

— Спасибо. Но район Эден опасен, поэтому туда не ходи.

Я выразила благодарность и осторожно предупредила её, но Ю Чхэ Сон снова посмотрела так, словно вот-вот расплачется.

— Ты даже в такой момент беспокоишься обо мне!

Нет, там появляются призраки, так что это действительно опасно.

— Ох. Сначала не переусердствуй, а если будешь слишком уставшей, скажи мне. Я скажу учителям, что тебе плохо, так что отдохни в медпункте.

— Хорошо. Но где остальные?

Я наклонила голову, глядя на класс, который сегодня казался непривычно пустым. До урока оставалось совсем немного времени, и было непонятно, куда все ушли.

Ю Чхэ Сон села за парту позади меня и ответила так, будто не видела в этом ничего особенного.

— Похоже, ученик, который прогуливал без разрешения, давно впервые пришёл в школу. Все ребята пошли в учительскую посмотреть на него.

Прогуливал без разрешения?

— Я слышала, он наш ровесник… И вроде бы он связан с самым первым случаем исчезновения из тех, что произошли в районе Эден.

Эта история казалась мне слишком знакомой.

— …Если связан, значит, у него пропал кто-то из семьи?

— Да, говорят, у него исчезли родители.

Неужели это о Дан Со Хёке?

— К тому же пошёл слух, что он красивый, поэтому все и сбежались туда толпой.

Теперь я была уверена. Тот самый ровесник из слухов точно был Дан Со Хёк.

«Я не думала, что он правда придёт в школу только потому, что я так сказала».

Ощущение было странным.

Я чувствовала и гордость, и трогательное волнение. Было приятно думать, что я, возможно, повлияла на него в хорошем смысле.

— Вот же, ему самому наверняка тяжело, а ребята совсем не думают головой.

Ю Чхэ Сон недовольно пробормотала это. Услышав её слова, я невольно смутилась и уже не могла спокойно пойти к Дан Со Хёку, будто мы знакомы.

Я только подумала, что нужно будет найти его позже, когда рядом раздался скрежет отодвигаемого стула.

Мы с Ю Чхэ Сон одновременно повернули головы.

— Что такое, Чан Хён У? Почему ты выглядишь так ужасно?

Это был Чан Хён У, хозяин соседнего места. Мы оба были низкого роста и уже несколько месяцев оставались постоянными обитателями передних парт.

Но что это с ним было? Будто он где-то жестоко покатался по земле, руки были покрыты ранами, а школьная форма выглядела потрёпанной. На щеке тоже было прилеплено несколько пластырей.

«Он, конечно, любит шалить, но никогда не был из тех, кто играет так грубо, что получает подобные травмы».

Я искренне растерялась и медленно моргнула, а Чан Хён У неловко почесал затылок и сказал:

— Я вчера немного упал.

— Насколько же грандиозно нужно было упасть, чтобы так выглядеть?

— Это не моя вина! Я нормально переходил дорогу на зелёный, а машина вдруг влезла сбоку, и я попытался увернуться, но в итоге…

Чан Хён У раздражённо ответил. Похоже, он злился не на меня, а на ситуацию, которую снова вспомнил.

— И после этого водитель даже не извинился, просто уехал дальше! А если бы он меня машиной задел, что тогда?

— И это раны от того, что ты упал, уворачиваясь от машины? Слишком уж серьёзно.

— А… Потом, когда я как раз поднялся после падения, в меня врезался человек, который меня не заметил и куда-то бежал, так что я ещё и вперёд рухнул.

Показывая содранные ладони, он заговорил уже несколько усталым голосом.

— А после этого ещё и на лестнице оступился и упал.

— На твоём месте я бы уже решила, что меня прокляли.

Я спросила это обеспокоенно, но Чан Хён У, словно не придавая происходящему особого значения, почесал затылок и ответил:

— Какое ещё проклятие. Просто вчера мне особенно не везло.

— Хорошо ещё, что ты отделался только такими травмами.

— Вот именно. Я же говорю, всё нормально. А ещё…

На слова Ю Чхэ Сон он кивнул и с гордым выражением лица поднял сумку.

— Посмотрите на это. Мне ведь идёт?

Чан Хён У положил сумку на парту. На белой ткани болталось что-то особенно чёрное.

«Кукла?»

Круглая кукла, выглядевшая так, будто всё её тело покрывала вздувшаяся чёрная шерсть. К сумке был прикреплён брелок размером меньше кулака.

«Странно. Чан Хён У совсем не похож на человека, которому нравятся такие милые мелочи».

— На самом деле я вчера ходил в район Эден, чтобы забрать это по бесплатной раздаче. Кажется, я просто отлично нашёл вещь.

Он указал именно на брелок, на который я смотрела, будто это было случайностью.

Нет, прежде всего, что он сказал?

Район Эден?

— Ты с ума сошёл?!

— Ай, Ма Чхо Ён, ты орёшь ужасно громко!

— Кто в такое время ходит в опасный район Эден!

— Эй, эй. Ты сейчас провоцируешь конфликт между районами, вообще-то. Там, конечно, много происшествий, но днём всё нормально!

И говорит это человек, который ничего не знает.

«Вчера на вилле «Эден» творился тот ужас, а Чан Хён У тоже туда ходил?»

Если бы он случайно оказался рядом, то мог бы вместе с нами столкнуться с опасностью. Даже если не брать саму виллу, раз Красненький ходил снаружи, вероятность существования других призраков тоже была высокой.

— Я же говорю, ничего не случилось. Ах, правда.

Чан Хён У посмотрел на моё лицо и поспешно продолжил:

— Человек, который отдавал эту вещь, сказал кое-что странное.

— Что именно?

— Сказал, что она исполняет желания, но вместе с этим приносит несчастье.

— Что за ерунда. В наши дни даже младшеклассники в такое не поверят.

Ю Чхэ Сон фыркнула. В её голосе слышался оттенок вопроса, неужели он испугался из-за того, что поранился.

Чан Хён У, конечно, начал бурно возмущаться, что дело вовсе не в этом.

«Исполняет желания?»

Если при этих словах я вспоминала вчерашнюю ситуацию, когда спросила в «Сообществе городских легенд», как найти пропавшего, последовала ответу и сама едва не стала пропавшей, то это было слишком натянутой догадкой?

«С ума сойти».

Какая ещё натянутая догадка.

Это был типичный сценарий, который любому показался бы связанным с призраком.

Даже когда одноклассники вернулись на места и начался урок, я беззвучно, но старательно продолжала действовать.

С интервалом в минуту я бросала Чан Хён У записки и настойчиво требовала избавиться от брелока.

Сначала он отвечал, что мне не стоит волноваться, но со временем, видимо, начал раздражаться, потому что вместо ответа смял очередную записку и уставился на меня.

Впрочем, если в человека постоянно бросают записки и тычут пальцем в предплечье, его раздражение вполне можно понять.

— Я же сказал, хватит.

Чан Хён У прошептал это тихим голосом.

— Если я сам говорю, что всё нормально, почему ты поднимаешь шум?

— Потому что я за тебя переживаю.

— Я же говорю, раны появились просто из-за невезения.

— Это уже давно вышло за пределы обычного невезения. Тебе разве не неприятно думать, что эта штука приносит несчастье?

— Несчастье, по её словам, приходит только в том случае, если она исполнит желание.

Чан Хён У фыркнул.

— И если бы такая ерунда действительно исполняла желания, все люди в мире уже жили бы спокойно и счастливо.

— Какое желание ты загадал?

Мне казалось, что сила несчастья может зависеть от того, насколько сложным было желание.

— Такое, которое точно не исполнится.

После слов Чан Хён У я забеспокоилась ещё сильнее. Насколько же невероятную чушь он загадал?

— Вы двое, не собираетесь сосредоточиться на уроке?

Наши голоса, видимо, оказались слишком громкими.

Учительница, незаметно подошедшая ближе, сильно ударила меня и Чан Хён У по макушкам уголком учебника.

— Ай!

— Ах, учительница! Это Ма Чхо Ён всё время со мной разговаривает!

— С моей точки зрения, ты тоже очень старательно ей отвечал.

— Ай, ну это правда несправедливо!

— Что за «ай» в разговоре с учителем?

Чан Хён У, получивший ещё один удар по макушке, посмотрел так, будто вот-вот расплачется.

Так как первой действительно заговорила я, мне стало немного, совсем немного жаль. Но потом…

— Считай, что я отпускаю тебя так легко только потому, что в этот раз оценки Хён У сильно поднялись.

— Что? Мои оценки?

— Да. На этом пробном экзамене у тебя по английскому оказалось больше баллов, чем у Чхэ Сон.

Вокруг тут же послышались удивлённые возгласы, а глаза Чан Хён У широко раскрылись. То же самое произошло со мной и Ю Чхэ Сон.

«У него больше баллов, чем у Чхэ Сон?»

Ю Чхэ Сон была образцовой ученицей и даже в общешкольном рейтинге занимала высокие места. А Чан Хён У, наоборот, относился к типу людей, которым футбольный мяч и школьный двор были куда ближе, чем учебник.

Иначе говоря, у него не было даже базовой подготовки, чтобы баллы вдруг могли настолько резко подскочить.

— …

Чан Хён У беззвучно открывал и закрывал рот, глядя на меня. Лицо у него было таким, будто он хотел сказать очень многое, но не мог произнести это вслух.

Вот же этот…

«Говорил ведь, что загадал желание, которое точно не исполнится».

Повышение оценок.

Это было именно то желание, которое мог загадать выпускник Чан Хён У, который учиться не хотел, но очень хотел поднять баллы. Ситуация выглядела слишком подозрительно ещё и потому, что сам Чан Хён У, которого всё это непосредственно касалось, смотрел потрясённо, тогда как лица учительницы и одноклассников оставались совершенно спокойными, будто в этом резком скачке оценок не было ничего странного.

Я естественно перевела взгляд туда, где находился брелок, и тут же вздрогнула от неожиданности.

«Ч-что это?»

На боковой стороне парты висела уже не сумка Чан Хён У. На мгновение мне показалось, будто это было лицо, и от мертвенно-бледного, безжизненного облика по коже пробежал холод.

— …

Когда я снова моргнула, всё выглядело как обычно. Только мурашки, всё ещё оставшиеся на руках, доказывали, что мгновение назад я действительно видела нечто похожее на галлюцинацию.

«Было ли что-то подобное в оригинале?»

Нет. По крайней мере, в той части, которую я читала, ничего такого не было, ведь Дан Со Хёк из оригинала не вёл школьную жизнь и всё время скитался где-то снаружи. Можно было считать, что эпизодов с ровесниками-учениками там почти не существовало.

«Ч-чёрт. Если в этой вещи правда сидит призрак, как мне с этим разобраться?»

В таких делах я была совершенно бесполезна, поэтому только вцепилась пальцами в ни в чём не повинные волосы.

«Может, спросить у Дан Со Хёка?»

Пережил он возвращение или нет, но информации у него явно было больше, чем у меня, поэтому, возможно, мы могли бы хотя бы подумать вместе. Решив найти его на следующей перемене, я повернула голову в сторону соседнего места.

Чан Хён У всё ещё смотрел вперёд с ошеломлённым лицом.

«Он ведь и сам не думал, что желание правда исполнится».

Его выражение скорее напоминало человека, которому кажется, будто он видит сон, чем человека, охваченного ужасом. Может, стоило радоваться уже тому, что он хотя бы не испугался.

Я тихо вздохнула и в этот момент почувствовала взгляд сзади. В отличие от прежнего, теперь Ю Чхэ Сон смотрела на спину Чан Хён У без всякого выражения.

«Ей стало неприятно из-за того, что у Хён У оценка оказалась выше?»

С точки зрения Ю Чхэ Сон, которая усердно училась, это было вполне понятно. Она была хорошим человеком, но к оценкам относилась чувствительно, к тому же сейчас мы были в третьем выпускном классе, когда подобные вещи воспринимались особенно остро.

«Ох. Теперь даже мне неловко».

Решив вести себя осторожнее, чтобы случайно не задеть Ю Чхэ Сон, я стала ждать перемены. Вскоре прозвенел звонок, и, как только учительница вышла за дверь, я резко поднялась со своего места.

— Ма Чхо Ён, ты куда?!

— У меня ненадолго дело! Если не срочно, поговорим потом!

Я обошла Чан Хён У, пытавшегося меня остановить, и поспешно вышла из класса. Было очевидно, что он всё равно начнёт говорить что-нибудь бесполезное вроде того, что не думал, будто желание и правда исполнится, и что, может быть, дело всё-таки в брелоке.

«В каком классе Дан Со Хёк?»

Я достала телефон и позвонила Дан Со Хёку. После нескольких гудков послышался знакомый голос.

— Алло.

— Дан Со Хёк. Ты ведь пришёл в школу? В каком ты классе?

— Ты внезапно звонишь и что за чушь спрашиваешь?

Как холодно. И по голосу слышно, что ему ужасно лень.

«Ты слишком жесток. Мы ведь всё-таки вместе преодолели угрозу для жизни!»

Я с трудом убрала в сторону чувство обиды и перешла к сути.

— Есть кое-что, что я хочу обсудить.

— …Ты уже что-то выяснила?

— Не то, о чём ты подумал.

Наверное, он спрашивал, не получила ли я информацию о призраке-торговце людьми. Но это ведь тоже призрак, так что…

— Хотя похоже.

Я решила немного наглеть, потому что, если бы я сказала, что это не то, Дан Со Хёк, скорее всего, просто отключился бы из-за раздражения.

— Первый класс.

Связь оборвалась.

Дан Со Хёк, сказав только самое необходимое, отключил звонок. Я ошеломлённо посмотрела на телефон с прерванным вызовом и невольно усмехнулась.

«Зря я вчера так нехарактерно для себя играла во взрослую…»

Тебе нужно не в старшую школу, а снова в начальную! Сначала научись вежливости!

Продолжая ворчать, я всё же быстро направилась к первому классу. Вскоре впереди появилась табличка нужного класса, находившегося не так уж далеко.

У окна со стороны коридора в этом классе стоял Дан Со Хёк.

Дан Со Хёк, которого я увидела посреди дневной школы, снова производил совершенно другое впечатление. Лицо у него всё ещё выглядело усталым, но, когда он стоял среди ровесников, он, кажется, и сам выглядел на свой возраст. Атмосфера гнетущей мрачности, окружавшая его в тёмной вилле, теперь ощущалась уже не так сильно.

«Или, наоборот, именно из-за этой атмосферы он выделяется ещё больше?»

Может быть, дело было во внешности Дан Со Хёка.

На глаза невольно попадали и его рост, на целую голову превышающий рост остальных парней, и посадка школьной формы, подчёркивающая широкую линию плеч.

«Подумать только, вчера я ударила по этой широкой спине… Вчерашняя я была удивительно храброй».

Я была совсем немного благодарна Дан Со Хёку за то, что он, пусть и ворча, всё же покорно позволил себя ударить.

— Раз пришла, могла бы сказать.

Он всё это время смотрел только в телефон, но почему-то сразу понял, что я подошла. Дан Со Хёк, даже не взглянув в мою сторону, ещё немного повозился с телефоном, затем убрал его в карман и равнодушно спросил:

— Так что там за похожее дело, которое ты хотела обсудить?

— Разве здесь об этом говорить удобно?

— Перемена всё равно не такая длинная.

С этим было трудно спорить.

Дан Со Хёк повернул голову и медленно огляделся вокруг. В нашу сторону были направлены любопытные взгляды, но, похоже, он решил, что расстояние достаточно большое и разговор никто не услышит.

— Говори.

— В общем, мой сосед по парте получил от незнакомого человека брелок по бесплатной раздаче.

Дан Со Хёк кивнул. Когда я наклонилась ближе, он тоже с серьёзным лицом немного склонился, сосредоточенно слушая.

— Но знаешь, что тот человек сказал, когда отдавал его?

— Что именно?

— Сказал, что этот брелок исполнит желание, но взамен принесёт несчастье.

— …?

— И он действительно весь оказался в ранах. А желание, которое он загадал, тоже исполнилось!

Дан Со Хёк поднял голову и посмотрел на меня.

— И что ты хочешь сказать?

— Это ведь точно вещь, связанная с призраком? Ты знаешь, как такое решать?

— Ты позвала меня только ради этого?

Только?

Чан Хён У пострадал, а оценки доброй отличницы Ю Чхэ Сон пострадали ещё сильнее.

Похоже, Дан Со Хёк прочитал всю серьёзность на моём лице, потому что сам, наоборот, посмотрел на меня с полным недоумением. Выпрямившись, он окинул меня взглядом сверху вниз.

— Глупо было с моей стороны чего-то ожидать.

— Но если владелец брелока загадает другое желание или если в это окажется втянут кто-то ещё, всё может стать опасно!

— Это не моё дело.

— Если тебе лень, тогда хотя бы скажи, как это решить! Я сама как-нибудь попробую.

— Арахисинка.

— Ай!

Дан Со Хёк поднял руку и щёлкнул меня по лбу. Было ужасно больно.

— Это называется лезть не в своё дело.

— Эй!

— Нам с тобой нужно заботиться не об этом.

— Но ведь…

— Если тебе так хочется помочь, займись хотя бы тем, что у тебя получается.

Тем, что у меня получается?

Когда я широко раскрыла глаза, Дан Со Хёк ухмыльнулся и указал на моё запястье, на то место, где поверх завязанного волоса была надета резинка, скрывавшая его от чужих глаз.

Он предлагал снова спросить интернет-призрака?

— Или попробуй вызвать через Пунсинсаба.*

*Пунсинсаба — это корейская спиритическая игра / ритуал вызова духа, примерно как доска Уиджи, только обычно с бумагой и ручкой.

Дан Со Хёк язвительно усмехнулся и в его голосе было полно насмешки.

Он явно сильно обиделся, потому что я не слушала его, хотя он говорил мне не делать опасных вещей и не доверять призракам настолько легко.

«Интернет-призрак мне и самой уже давно хотелось выбросить».

Может, Пунсинсаба всё же окажется полезнее?

И всё-таки на этот раз он подсказал довольно неплохой метод. Хотя, если я правда скажу, что собираюсь это сделать, Дан Со Хёк, наверное, придёт в ужас.

Разумеется, я только подумала об этом и не стала сразу переходить к действиям, просто оставив такую возможность открытой.

«Надо подумать».

Перемена подходила к концу, и мы с Дан Со Хёком разошлись без особого результата.

Вернувшись в класс, я начала серьёзно думать, как поступить дальше. В любом случае, если я собиралась продолжать поиски брата, мне нужно было придумать другие способы.

Просто верить Красненькому и ждать было нельзя, потому что неизвестно, когда он появится, а если я буду бродить одна, большого результата, скорее всего, тоже не будет.

«Использовать призрака, чтобы найти человека, похищенного призраком».

Если бы я знала, что мне придётся жить в этом мире, я бы дочитала роман до конца и выяснила, каким образом Дан Со Хёк нашёл родителей.

Цокнув языком, я села на место и заметила, что соседняя парта всё ещё пустует.

Урок скоро начнётся, куда он делся?

— Где Чан Хён У?

Увидев, что учительница входит в класс, я тихо спросила Ю Чхэ Сон, сидевшую позади. Она читала учебник и лишь ненадолго подняла голову.

— Я не знаю.

Нос Ю Чхэ Сон был заткнут салфеткой, словно у неё пошла кровь.

— Ой, Чхэ Сон, у тебя кровь из носа?

— Нет, ничего страшного. Всё нормально.

В отличие от меня, которая сразу растерялась, Ю Чхэ Сон ответила спокойно и снова уткнулась лицом в учебник, поэтому я так и не смогла продолжить разговор.

«А Чан Хён У… наверное, скоро вернётся».

Мне было немного неприятно, но я решила не придавать этому значения. Может быть, он просто ушёл в туалет.

На пустом месте Чан Хён У одиноко осталась только сумка с прикреплённым брелоком-ёжиком.

Почему от этой куклы всякий раз становилось как-то неприятно? Если судить только по внешнему виду, она вроде бы даже казалась милой.

— Это.

Я продолжала смотреть на брелок, когда сзади раздался голос.

— Не трогай.

Ю Чхэ Сон, которая неизвестно когда снова подняла голову, смотрела прямо на меня. В отличие от обычного, глаза у неё казались какими-то пустыми.

— Это ведь вещь Хён У.

Верно. Нельзя трогать чужие вещи без разрешения. Но почему её слова прозвучали так, будто она запрещала мне трогать свою собственную вещь?

— А… хорошо.

Наверное, мне показалось.

Даже отвечая, я от неприятного чувства почесала затылок.

И именно в этот момент в моё поле зрения, случайно направленное за окно, попала человеческая фигура, стремительно падающая вниз.

— А-а-а-а!

Видимо, это увидел и другой ученик, потому что следом раздался чей-то крик, а учительница поспешно закричала, чтобы никто не смотрел наружу.

Сердце тяжело заколотилось.

«Не может быть».

Человеком, который упал, был Чан Хён У.

В одно мгновение школа превратилась в настоящий хаос.

Упал ученик. Разумеется, поднялась суматоха, ведь независимо от того, спрыгнул он сам или это был несчастный случай, произошло нечто серьёзное. Приехала скорая, учителя начали сдерживать учеников, которые пытались посмотреть, что случилось, а между столпившимися людьми и медиками я мельком увидела бледное лицо Чан Хён У, когда его на носилках переносили в машину скорой помощи.

«Он не умер. Если бы умер… ему, наверное, накрыли бы лицо белой тканью».

Я попыталась хоть как-то успокоиться, но руки всё равно дрожали.

«Почему вообще?»

Чан Хён У не спрыгнул сам.

Потому что, пусть это длилось лишь одно мгновение, когда во время падения наши взгляды встретились, лицо Чан Хён У было до ужаса перепуганным, словно он умолял меня спасти его.

«Тогда его кто-то столкнул?»

Этого я не знала. Над этажом, где находились классы третьего года, была только крыша, но я не могла видеть, что именно там произошло, поэтому мне оставалось лишь надеяться, что Чан Хён У не получил слишком тяжёлых травм.

Разумеется, после такого нормальные уроки уже не могли продолжаться.

— Все тихо. Не болтайте лишнего и занимайтесь самостоятельно!

В конце концов учителя отказались от обычных занятий и теперь были заняты только тем, что пытались успокоить перепуганных учеников.

Прошло какое-то время.

Дверь класса открылась, и внутрь вошёл классный руководитель. Тяжело вздохнув, он направился ко мне.

Точнее, к парте Чан Хён У.

— Это ведь сумка Хён У?

— Да, это она.

Белая сумка, на которой висел чёрный брелок.

Когда учитель поднял её, Ю Чхэ Сон спросила:

— Почему Вы её забираете?

— Я собираюсь отвезти её в больницу, где лежит Хён У. Говорят, ему чудом удалось отделаться только переломом ноги, и его жизни ничего не угрожает.

— Какое облегчение!

— Фух…

— Всё-таки этот Чан Хён У настоящий мастер пугать людей до смерти!

Вокруг послышались голоса одноклассников, которые волновались вместе со всеми и теперь каждый по-своему выражали облегчение.

Я тоже мысленно выдохнула и повернулась к Ю Чхэ Сон.

— Правда, какое облегчение, ведь…

Нас троих можно было назвать довольно близкими с Чан Хён У, поэтому мне хотелось разделить с ней эту радость.

— Учитель, а можно я отнесу ему эту сумку?

Взгляд Ю Чхэ Сон по-прежнему был прикован к сумке, которую держал учитель.

— Я тоже переживаю, поэтому хотела бы заодно навестить его и увидеть лицо.

Она говорила спокойно, но я поняла.

«Этот взгляд… вовсе не выражает беспокойства».

На её лице не было и следа тревоги за Чан Хён У. В нём чувствовались скорее беспокойное нетерпение и нервозность, а пустые глаза выглядели так, будто она даже не смотрела толком на учителя.

От этого по коже пробежал холод. Обычная Ю Чхэ Сон, услышав, что жизни Чан Хён У ничего не угрожает, обрадовалась бы и почувствовала облегчение сильнее всех.

Тогда почему сейчас она вела себя так странно? Словно в неё что-то вселилось.

— Сегодня посещения, кроме семьи, невозможны, поэтому ты, Чхэ Сон, сразу иди домой.

— Но!

— Когда Хён У станет лучше, я обязательно передам ему, что ты волновалась.

Учитель добавил, что сумку тоже передаст семье, и на этом закончил разговор, после чего ушёл. Ю Чхэ Сон, надувшись, так и опустилась на парту, а потом оставалась в том же положении и на уроках, и на переменах.

— Чхэ Сон, пойдём обедать.

— Я не хочу есть.

Она пропустила и обед, продолжая лежать на парте, совершенно не двигаясь.

Не зная, из-за чего она так расстроилась, я некоторое время колебалась, глядя на неё, отвечавшую, даже не поднимая головы, а потом медленно вышла из класса.

«Странно».

Образ Ю Чхэ Сон, будто одержимой сумкой Чан Хён У, а особенно брелоком, никак не выходил у меня из головы.

Как ни думай, это выглядело подозрительно. Мне нужно было снова поговорить с Ю Чхэ Сон.

Все, кроме меня и Ю Чхэ Сон, уже давно ушли в столовую, поэтому, если я сейчас вернусь, в классе будет только она. Для спокойного разговора это был бы самый подходящий момент.

Я посмотрела на непривычно тихий пустой коридор и как раз снова повернула голову в сторону класса.

«Бе… безумие. Что это такое?»

Я испугалась так сильно, что едва не потеряла сознание.

Кто-то держал за ноги Ю Чхэ Сон, лежавшую на парте.

Нет, если точнее, это нечто пряталось у передней парты, скорчившись под местом Чан Хён У.

Длинные волосы спадали вниз и полностью закрывали лицо, а чёрные руки и ноги были покрыты множеством шрамов. Чёрная кожа на первый взгляд казалась то ли обгоревшей, то ли выкрашенной в чёрный цвет.

«Я должна позвать Чхэ Сон».

Может быть, именно из-за этого она всё это время не могла подняться с места.

Сердце бешено заколотилось. Если я сейчас войду, сделаю вид, будто ничего не знаю и ничего не вижу, смогу ли вывести Ю Чхэ Сон оттуда?

Рука призрака переместилась с щиколотки Ю Чхэ Сон на икру. Это движение было таким зловещим, что я уже собиралась открыть рот.

— Чхэ Сон…!

— Тс-с.

Чья-то большая ладонь закрыла мне глаза.

— Иди так, будто ничего не видела.

Это был голос Дан Со Хёка.

Почему он, который должен был находиться в первом классе, оказался здесь?

Я дрожащими руками попыталась убрать ладонь, закрывшую мне глаза, но он не позволил мне этого сделать.

— Не отвечай и двигайся. Эта тварь пытается тебя распознать.

Тогда скажи и то, что будет, если она меня распознает. Неужели с этого момента начнёт преследовать уже меня?

Если честно, мне было страшно. Я хотела помочь Ю Чхэ Сон, но при одной только мысли о том, что эта жуткая штука может схватить и меня, ужас сковывал всё тело.

— Всё будет нормально.

Дан Со Хёк произнёс это твёрдо, и его голос почему-то подарил странное чувство уверенности.

Я медленно пошла туда, куда вёл меня Дан Со Хёк. Хотя перед глазами ничего не было видно, тревога постепенно ослабла, потому что у меня появилось ощущение, что он действительно проведёт меня безопасной дорогой.

— Здесь лестница, осторожно.

Пока мы дошли до лестницы, затем снова шли по коридору и спускались ещё ниже, Дан Со Хёк второй рукой, той, которой не закрывал мне глаза, совсем слегка придерживал меня за плечо, и это прикосновение казалось удивительно надёжным.

Сколько мы так шли?

Лишь когда впереди начали слышаться разговоры других учеников, Дан Со Хёк наконец убрал ладонь с моих глаз.

Когда зрение вернулось, я первым делом осмотрелась вокруг. Мы были на первом этаже.

— Почему ты всё время ввязываешься в ненужные дела?

От голоса Дан Со Хёка у меня внезапно подступили слёзы.

Не потому, что меня задели такие грубые слова.

Я была потрясена, напугана и до боли волновалась за Ю Чхэ Сон, которая осталась там наедине с призраком.

— Дан Со Хёк, что теперь делать?

— То, что было там, и есть то, о чём ты говорила?

— Нет… Эта тварь появилась внезапно.

Я начала видеть её после несчастного случая с Чан Хён У. Может быть, она как-то связана с этим происшествием?

Когда я рассказала о своих подозрениях, Дан Со Хёк спокойным голосом произнёс:

— Возможно, это призрак, который был привязан к брелоку.

Из-за того, что глаза некоторое время были закрыты, зрение всё ещё оставалось мутным. Я посмотрела туда, откуда доносился его голос, и Дан Со Хёк продолжил спрашивать:

— Тогда что было с той девчонкой в классе?

— Не знаю. Но она странно заинтересовалась брелоком… А потом всё утро просто лежала на парте. Я не думала, что её удерживает нечто подобное.

— Цель сменилась, что ли.

Дан Со Хёк тихо пробормотал это.

Тем временем мутность в глазах прошла, и когда я посмотрела за плечо Дан Со Хёка…

— Хы-ы…!

Я обеими руками зажала рот, из которого едва не вырвался крик.

На лестнице, ведущей на второй этаж, сверху на меня смотрел тот самый призрак, который держал Ю Чхэ Сон за ноги.

Он лежал плашмя на полу, но голова была поднята, и теперь я увидела лицо, которого не смогла разглядеть в классе.

Встретившись со мной глазами, эта тварь широко ухмыльнулась. Кожа на лице тоже была чёрной, но вовсе не потому, что обгорела.

Она казалась чёрной из-за того, что была плотно исписана неизвестными буквами.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

Похоже, после этого я потеряла сознание.

Последним, что я увидела перед тем, как взгляд снова потемнел, было лицо Дан Со Хёка, который с испуганным выражением протянул ко мне руки.

«Что стало с призраком?»

Именно об этом я подумала, едва придя в себя.

Ладони были влажными от холодного пота. Я вытерла их об одежду и тревожно осмотрелась по сторонам, потому что шокирующий вид призрака, увиденного последним, напугал меня до такой степени, что страх всё ещё не отпускал.

«Страшно».

Он был совершенно иным, чем Красненький, в котором из-за поведения и внешнего вида всё же оставалось что-то детское и даже милое. Он отличался и от описаний, которые я встречала только в романе, и от извивающихся рук, которые видела на вилле «Эден».

Призраки виллы «Эден» скорее создавали угрозу жизни, ощущение, будто, если они поймают, ты можешь умереть.

Но призрак, вселившийся в куклу, был другим.

«Это было не столько чувство угрозы… сколько отвращение и страх от самого факта связи с ним».

Всё в нём было чёрным. Даже то место, где у человека должна быть белая часть глаз, было чёрным, и от этого по коже шёл мороз.

«Зрачки были мутно-серыми…»

На первый взгляд они напоминали глаза человека, потерявшего зрение, но в них чувствовалось нечто жуткое совершенно другого рода. На концах разорванных уголков рта виднелись следы, словно их неумело скрепили степлером.

Но больше всего я не могла забыть выражение его лица после того, как наши взгляды встретились. Он выглядел искренне довольным, будто заметил мой страх и насладился им.

Эта злоба была леденящей.

— Ты в порядке?

Пытаясь понять, где нахожусь, я зашевелилась и огляделась. Я лежала на кровати, а вокруг были задвинуты шторы, так что, похоже, это был медпункт.

Дан Со Хёк, будто почувствовав движение, отодвинул штору и появился передо мной.

— Ты тоже здесь был.

Подумать только, мне стало спокойнее от вида знакомого лица, пусть даже это был он.

Дан Со Хёк подтянул вспомогательный стул и сел рядом со мной, после чего спросил:

— Ты что-то увидела?

— Да. Оно было… за твоей спиной, и я слишком сильно испугалась.

— Значит, в итоге оно всё-таки осознало, что ты его видишь.

Дан Со Хёк вздохнул.

— Когда призрак замечает человека, который будто бы его видит, он из любопытства липнет к нему ещё сильнее. В следующий раз, если такое случится, нужно естественно отвести взгляд.

— Я не знала…

— Естественно, что не знала. Это не твоя вина.

Это было сухое утешение, и потому оно оказалось немного неожиданным. Я думала, что он и в этот раз назовёт меня дурой.

— Во всяком случае, сейчас у него, похоже, есть другая цель, поэтому тебя он не трогает.

Он говорил о Ю Чхэ Сон?

Я сухо провела ладонями по лицу. То ли из-за сильного стресса последних дней, но и руки, и лицо стали шершавыми.

— А когда он достигнет своей цели, следующей станешь ты.

— …

Неужели он не видит, что мне и так тревожно?

От этого мне стало тяжело уже в другом смысле.

— Почему… Я ведь никакого желания не загадывала!

— Даже если ты не загадывала его сама, ты могла оказаться связана с чужим желанием, как в первом случае.

— В первом случае… ты говоришь о Чан Хён У?

— Да.

Для человека, который упоминал падение одноклассника с высоты, его голос звучал слишком спокойно. Дан Со Хёк невозмутимо кивнул и продолжил:

— Не думаю, что из-за одного только желания повысить оценки дело дошло бы до падения с высоты. Ты ведь сказала, что из-за него пострадала другая ученица?

— А, это была та девочка, которую ты видел раньше. Вообще-то она первая в нашем классе, но учительница сказала, что в этот раз по английскому у Хён У баллы выше, чем у неё.

— Значит, она преступница?

Дан Со Хёк сказал это так, будто действительно подозревал Ю Чхэ Сон, но какой бы чувствительной она ни была к оценкам, я никак не могла поверить, что она способна навредить другому человеку.

Когда я упрямо покачала головой, Дан Со Хёк скрестил руки на груди и снова спросил:

— С ней не было ничего необычного? Первый парень ведь пострадал.

— С Чхэ Сон всё было нормально! У неё нигде не было ран, она просто лежала на парте. Конечно, кровь из носа у неё всё-таки шла… но.

Неужели это и было «несчастье», полученное в качестве платы?

Я резко почувствовала тревогу и посмотрела на Дан Со Хёка снизу вверх, но он только пожал плечами.

— Пока мы не спросим их самих, всё равно не узнаем, поэтому сейчас оставим это в стороне.

— Это? Значит, есть ещё какой-то способ?

— Обычно, когда кто-то оказывается связан с предметом, в котором поселился злой дух, чёткого решения нет.

Дан Со Хёк говорил спокойно, словно перечислял что-то давно известное.

— Кто-то говорил, что сжёг предмет или оставил его в том месте, где он был изначально, а кто-то утверждал, что всё стало нормально после того, как он спихнул его другому человеку.

— Последнее решение в итоге вообще не решение.

— «Лишь бы не я». Так обычно думает человек, загнанный на край обрыва.

Голос Дан Со Хёка внезапно стал холодным, и я невольно подумала, что главный герой, который говорит такие вещи, совсем не похож на привычный образ спасителя.

Я думала, он добрее, чем в оригинале, но, судя по всему, он уже не раз переживал возвращение, и после всего, через что прошёл, недоверие к людям въелось в него до костей. И всё же, раз он снова пришёл меня искать, значит, в конце концов он обо мне беспокоился.

Не желая говорить неприятные вещи человеку, который пришёл мне помочь, я с трудом проглотила слова, уже почти поднявшиеся к горлу.

— Давай выясним, как вернуть его туда, где он был изначально.

Вот видишь. В нём ещё осталась любовь к человечеству.

Поскольку это было именно то направление, которого я хотела, я поспешно кивнула и спросила:

— Как именно?

— Нужно спросить самого участника. Заодно посмотрю на тот самый брелок, поэтому собираюсь съездить в больницу.

— Но учитель сказал, что сейчас посещения невозможны для всех, кроме семьи.

— С этим я сам разберусь. А ты пока отдохни.

Сказав это, Дан Со Хёк поднялся с места, и я сама не заметила, как схватилась за край его школьного пиджака.

Хвать.

На меня тут же обернулся вопросительный взгляд.

— Что?

Бес… бессердечный тип.

Я медленно, очень медленно отпустила ткань и сказала:

— Ничего.

Как я могла признаться, что мне страшно оставаться одной, если сама вела себя так, будто ради поиска младшего брата готова сделать что угодно?

Дан Со Хёк пристально посмотрел на меня, но в конце концов ничего особенного не сказал и вышел из медпункта.

В медпункте, где я осталась одна, повисла полная тишина. От непонятного зябкого ощущения я невольно съёжилась и провела руками по плечам.

— Как можно просто убедиться, что человек очнулся, и сразу уйти…

Хотя, если судить по обстоятельствам, именно Дан Со Хёк принёс меня в медпункт, а значит, и в этот раз я снова получила от него помощь.

«Я даже нормально не поблагодарила его. Нет, это он ушёл слишком быстро и не дал мне этого сделать».

Я попыталась прогнать страх раздражёнными мыслями, но это не помогло. Меня пугало не только то, что тот страшный призрак мог прицепиться и ко мне. Я ещё и волновалась, всё ли будет в порядке с Ю Чхэ Сон.

«Может, мне всё-таки стоило пойти с ним?»

Хотя я не пошла именно потому, что боялась снова увидеть того жуткого призрака, прилипшего к брелоку.

«С такими делами я даже вызов духа Пунсинсаба толком использовать не смогу. Почему в этом мире так много страшных вещей!»

Лучше бы всё было наполнено только милыми и красивыми вещами.

Я раздражённо пробормотала:

— Пунсинсаба, Пунсинсаба. Проклятый господин призрак, пожалуйста, сделайте так, чтобы я была в безопасности.

В моей руке не было ни красной ручки, ни тетради, вокруг которой её можно было бы крутить. Это было всего лишь ворчание, вырвавшееся из-за расстроенных чувств.

Но…

Вспых!

Я никак не ожидала, что после этих слов в медпункте внезапно погаснет свет.

— А-а-а!

От испуга я завернулась в одеяло и осмотрелась вокруг.

«Н-неужели призрак брелока пришёл сюда? С Чхэ Сон уже что-то случилось?»

Дрожа, я огляделась по сторонам. Хотя свет погас, снаружи был день, поэтому в комнате не стало совсем темно.

Как раз когда я размышляла, стоит ли немедленно выбежать из медпункта, на белой стене напротив начали появляться кроваво-красные буквы.

[Помочь?]

Предложение, будто обращённое ко мне, выглядело так, словно его написали вязкой кровью, и от настолько очевидно ненормального явления я была готова снова потерять сознание.

«Но это, кажется, другой призрак, не тот, которого я видела раньше».

Почему-то вместо леденящего ужаса я ощущала лишь нечто странное и незнакомое.

Впрочем, это не означало, что мне не было страшно, поэтому я крепко сжала губы и только сверлила стену взглядом. Тогда прежние буквы исчезли, и на их месте появились новые.

[Плата не нужна.]

Это тоже уловка, чтобы заставить меня поверить?

Я прищурилась.

«Даже Красненький просил помочь найти маму, если я хотела получить сведения о Чхо Хэ».

Но незнакомый призрак, никак со мной не связанный, вдруг собирается помочь мне без какой-либо платы?

Тут и без предупреждений Дан Со Хёка было понятно, что это странно. Если бы он, наоборот, назвал плату, я бы ещё могла воспринять это как нечто ожидаемое.

— Н-не нужно.

Конечно, на самом деле я была в таком состоянии, что готова была вцепиться даже в штанину призрака. Мне хотелось попросить его рассказать, где мой брат, в безопасности ли он, и можно ли хоть как-то отогнать призрака, который прицепился к Ю Чхэ Сон.

Просто я никак не могла заставить себя произнести это вслух.

Видимо, из-за моего отказа надпись на стене долго никак не реагировала. Я уже начала надеяться, что она так и исчезнет, но вскоре на белой поверхности снова проступили новые слова.

[Не возвращай на место.]

Это было жуткое сообщение, будто призрак знал, что Дан Со Хёк собирается вернуть брелок-куклу туда, где она была прежде.

[Не сжигай.]

— Тогда что ты вообще хочешь, чтобы я делала…

Если нельзя ни сжечь, ни вернуть, значит, мне остаётся просто стоять на месте и позволить призраку сделать с нами всё что угодно?

У меня вырвался бессильный смешок.

Конечно. Призраки не станут рассказывать людям ничего полезного.

Я крепко прижала пальцы к глазам, которые начали становиться горячими, и именно в этот момент надпись на стене исчезла.

Погасшие лампы мигнули, и свет вернулся.

Тук.

Перед кроватью, на которой я лежала, что-то упало.

— …Клинок?

Это был кинжал, который выглядел старым, но при этом имел вполне добротные ножны. Я рефлекторно подняла его и вытащила лезвие наружу.

Показалась чистая сталь, на которой не было ни следов крови, ни ржавчины.

«Почему это вдруг…»

Судя по обстоятельствам, его дал мне призрак, который говорил через стену.

Я стала рассматривать кинжал в руке с разных сторон. От него не исходило ничего особенно странного или пугающего, но…

«Ах, стой! Я ведь только что видела нечто вроде призрака брелока, а сама, не подумав, взяла это в руки».

Я огляделась, проверяя, не появится ли что-нибудь, а потом осторожно снова положила кинжал на кровать.

К таким предметам нельзя прикасаться бездумно. Ещё немного, и ко мне мог прицепиться новый призрак.

Надеясь, что школьная медсестра обнаружит его и как-нибудь уберёт, я поспешно поднялась с кровати.

«Я ничего не видела!»

Когда я вышла из медпункта, перед глазами оказался тихий коридор, потому что, видимо, сейчас шёл урок. На улице всё ещё было светло, ведь время оставалось послеобеденным.

Спортивная площадка тоже пустовала. Мне не хотелось возвращаться в класс, поэтому я медлила у окна и смотрела на площадку через стекло.

И в этот миг в стекле что-то отразилось.

«А?..»

Это был не призрак брелока.

Фигура, отражавшаяся в окне и стоявшая у меня за спиной, была такой крупной, словно принадлежала взрослому мужчине. Кажется, он был даже выше Дан Со Хёка.

К тому же на нём была странная форма, какую могли носить солдаты давних времён, и при нём висел длинный меч, так что во многих смыслах это был совсем не тот облик, который можно встретить в школе. Разве что в иностранном фильме или на костюмированном фестивале.

Из-за военной фуражки и низко опущенной головы лица не было видно, но под головным убором виднелись аккуратно уложенные светлые волосы и плотно сомкнутые губы.

Даже по этому было ясно, что лицо у него довольно красивое.

— К-кто Вы…?

Я рефлекторно попыталась заговорить с существом, которое с первого взгляда не казалось человеком, хотя от напряжения всё тело застыло как доска.

Но от этого призрака я не чувствовала той жути, которая исходила от призрака брелока.

«Почему при виде этого призрака у меня нет ощущения страха?»

Это было странное чувство. Призрак, от которого я напрягалась, но не испытывала настоящего ужаса.

Мужчина медленно поднял руку и указал на меня.

Точнее, на окно, в которое я смотрела.

[Возьми.]

После этих слов мужчина, который мог быть призраком, скрылся из виду.

Когда я обернулась, на полу коридора лежал кинжал, который я оставила в медпункте.

«В итоге я всё-таки взяла его с собой.»

Я тревожно теребила кинжал, лежавший в кармане толстовки.

«Но если бы я оставила его там, тот призрак мог бы снова появиться.»

Оставалось непонятным, зачем неизвестный призрак так настойчиво пытался передать мне этот кинжал. Вдруг он тоже был проклятым предметом, как тот брелок? От одной этой мысли меня мгновенно охватил страх, хотя кинжал всё же не вызывал того неприятного ощущения, которое появлялось всякий раз, когда я смотрела на брелок Чан Хён У.

«Но если учителя или ребята увидят у меня такую опасную вещь, как нож, случится настоящая катастрофа!»

Я поспешно вернулась в класс, крепко прижимая сумку к груди. Мне хотелось незаметно дойти до туалета и уже там переложить кинжал в сумку, чтобы никто случайно его не увидел.

— Чхо Ён.

Именно в этот момент меня окликнула Ю Чхэ Сон.

— А?

«Почему она решила заговорить именно сейчас?»

День уже клонился к вечеру, поэтому в классе находилось много учеников. К счастью, ни под партой Чан Хён У, ни возле места Ю Чхэ Сон призрака не было, однако я боялась случайно встретиться с ним взглядом и потому старалась по возможности никуда не смотреть. И всё же именно Ю Чхэ Сон решила первой со мной заговорить.

«Конечно, сама Чхэ Сон ни в чём не виновата!»

Дрожа от тревоги, я повернулась к ней, одновременно представляя, что буду делать, если за её спиной внезапно появится призрак.

— Ты собираешься уйти раньше? Тебе плохо?

К счастью, позади Ю Чхэ Сон никого не оказалось.

— Нет, я просто ненадолго схожу в туалет.

— А почему берёшь с собой сумку?

— Из-за прокладок… Я забыла переложить их в косметичку.

— А-а.

Ю Чхэ Сон понимающе кивнула, а затем начала медленно подниматься со своего места.

— П-почему ты встаёшь?

— …Я тоже собиралась в туалет.

Она посмотрела на меня так, словно не понимала, почему я спрашиваю о настолько очевидной вещи. Разумеется, обычно мы действительно часто ходили в туалет вместе.

«Но сейчас рядом с тобой слишком страшно!»

Точнее, меня пугала не сама Ю Чхэ Сон, а призрак, который мог появиться возле неё в любой момент.

— Давай сходим быстрее, перемена скоро закончится.

— Угу.

— Я написала Хён У и спросила, всё ли с ним в порядке, но он до сих пор не прочитал сообщение. Хотя говорили, что у него всего лишь перелом ноги.

«Всего лишь?»

Услышав явное недовольство в её голосе, я украдкой взглянула на выражение лица Ю Чхэ Сон, однако так и не смогла понять, с каким намерением она произнесла эти слова.

— Думаю, сегодня схожу его навестить.

— Но учитель же сказал, что сейчас нельзя?

— Я пойду не после уроков, а ночью.

Она действительно собиралась глубокой ночью прийти в больницу, к тому же с призраком за спиной?!

Добравшись до туалета, я поспешно открыла дверь и с облегчением заметила, что внутри находились другие ученицы. Искренне радуясь тому, что мне не придётся оставаться с ней наедине, я мысленно перевела дыхание.

— Возле палаты ведь стоит не телохранитель, так какая разница?

— Но Хён У может уже спать.

— Тогда я просто ненадолго посмотрю на его лицо и уйду.

С каких пор они успели стать настолько близки?

Я не решилась спросить об этом вслух и вошла в туалет, а Ю Чхэ Сон последовала за мной.

«Неужели она собирается украсть брелок?»

Если сейчас Ю Чхэ Сон действительно находилась под влиянием призрака, связанного с брелоком, она вполне могла решиться на подобное. Скорее всего, именно поэтому она всё время смотрела на сумку Чан Хён У, которую забирал учитель.

«Что мне делать? Может быть, потом рассказать Дан Со Хёку о том, что происходит?»

— Ты тоже пойдёшь со мной?

Я уже открыла дверь свободной кабинки, но от её вопроса невольно остановилась, так и не решившись обернуться.

— А? Куда?

Я переспросила, притворившись, будто не поняла, о чём она говорит.

— Навестить Хён У.

Это был вовсе не обычный визит в больницу, а настоящая ночная прогулка в компании призрака!

Я поспешно вошла в кабинку, заперла дверь и ответила, намеренно изображая, будто мне срочно понадобилось заняться своими делами.

— Я не пойду, потому что сегодня ужасно устала и хочу лечь спать пораньше.

— Правда? Тогда ничего не поделаешь.

Слушая голос Ю Чхэ Сон снаружи, я открыла сумку, достала кинжал из кармана толстовки и спрятала его на самом дне. Затем тщательно прикрыла оружие другими вещами, чтобы оно не бросилось в глаза, даже если кто-нибудь без разрешения откроет мою сумку.

— Жаль.

Снаружи снова раздался голос Ю Чхэ Сон, и, судя по всему, наш недавний разговор ещё не закончился.

Почему она до сих пор не вошла в кабинку, хотя сама утверждала, что собирается в туалет? Закрывая сумку, я озадаченно наклонила голову.

— Было бы хорошо, если бы мы пошли вместе.

В её голосе словно прозвучало нечто чужое.

«Что это было? Будто какой-то металлический скрежет…»

Теперь этот голос совсем не походил на голос Ю Чхэ Сон, которую я знала.

Лампы в туалете начали тревожно мигать, словно свет мог в любой момент окончательно погаснуть.

«Да это же то самое явление, которое в фильмах ужасов обычно происходит прямо перед нападением призрака!»

И всё же, цепляясь за последнюю надежду, я спросила:

— В туалете случайно больше никого нет?

— Почему ты спрашиваешь?

— У меня вдруг разболелся живот… Если здесь есть другие люди, мне будет неловко!

— А-а, не волнуйся.

Ю Чхэ Сон тихо рассмеялась и ответила:

[Здесь только мы вдвоём.]

Вот теперь всё и началось.

Надев сумку спереди, я поспешно пнула дверь кабинки ногой.

Бах!

Когда дверь с грохотом распахнулась и я буквально вылетела наружу, Ю Чхэ Сон удивлённо посмотрела на меня.

— Почему ты так резко вышла?

— Я разбирала сумку, подняла крышку унитаза, а там кто-то не смыл!

— А…

— Похоже, унитаз ещё и засорился. Вода совсем не уходит.

Я нарочно состроила преувеличенно несчастное лицо, а потом осторожно опустила крышку одним указательным пальцем, будто мне пришлось прикоснуться к чему-то особенно грязному.

— Ах, как же мерзко! Ну и никакого уважения к другим.

Для пущей убедительности я ещё и сильно сморщилась, словно изо всех сил сдерживала подступающий отвращением запах.

— Ты, наверное, сильно испугалась. Может, зайдёшь в соседнюю кабинку?

— Угу… Нет, не надо. Думаю, я просто вернусь в класс.

«Я хочу как можно скорее выбраться из этой ситуации, пока мы с тобой остались здесь наедине!»

Изображая странную походку, при которой руки и ноги двигались почти одновременно, я поспешила к двери. Ручка подалась легче, чем я ожидала, и от этого у меня даже мелькнуло облегчение, потому что до последнего я боялась, что призрак что-нибудь сделает и запрёт меня внутри туалета.

И ровно в тот миг, когда дверь распахнулась, передо мной открылся светлый коридор, а вместе с ним показался и Дан Со Хёк, который как раз проходил мимо с недовольным выражением лица и сразу встретился со мной взглядом.

— …

— …

Некоторое время ни один из нас не мог сказать ни слова.

— Чхо Ён, ты же должна помыть руки перед тем, как выйти!

Слова Ю Чхэ Сон прозвучали как нельзя вовремя, и взгляд Дан Со Хёка медленно опустился на мою руку, всё ещё лежавшую на дверной ручке.

«Нет, если ты так скажешь, он же всё неправильно поймёт! Да, я и правда трогала крышку унитаза, но всё равно!»

Я не могла при Ю Чхэ Сон объяснить, что просто пыталась как можно скорее выбраться из опасной ситуации, но и спокойно стерпеть, что Дан Со Хёк заподозрит меня в полном отсутствии элементарной гигиены, тоже было обидно.

«Вот чёрт!»

Я невольно спрятала руку за спину.

— Ты ведь говорил, что собираешься пойти в больницу…

Смутившись, я поспешно попыталась перевести разговор в другое русло, однако Дан Со Хёк нахмурился так, будто услышал вопрос о чём-то совершенно очевидном.

— Пойду после уроков.

Надо же, человек, который совсем недавно без разрешения прогуливал занятия, теперь вдруг говорил такие здравые вещи.

— Мне нужно кое-что тебе сказать, так что помой руки и выходи.

Я ожидала, что он ограничится осуждающим взглядом и уйдёт, но вместо этого Дан Со Хёк неожиданно прислонился к окну и остался ждать.

Перемена ведь вот-вот закончится, так почему он ведёт себя так? Я ничего не понимала, но всё же поспешно вымыла руки, оттирая их до скрипа, почти до блеска.

— Я пойду в класс первой.

Ю Чхэ Сон уступила нам место так, будто предлагала спокойно поговорить без помех.

С гордым видом я подняла чистые руки и подошла к Дан Со Хёку, но в ответ он посмотрел на меня так, словно перед ним стояло нечто совершенно безнадёжное.

Вот же гад.

— Ты дура?

— Теперь ещё что? Я же помыла руки. И вообще, причина, по которой я тогда не помыла их сразу…

— Я не об этом.

Взгляд Дан Со Хёка был устремлён на спину Ю Чхэ Сон, которая уже шла обратно в класс.

— Даже не думай снова оставаться с ней наедине.

— Но как я могла помешать человеку пойти в туалет? Я же не арендовала его целиком.

— Можно было придумать какой-нибудь другой предлог.

— Мне ничего не пришло в голову, к тому же я сама растерялась.

— Ма Чхо Ён.

Дан Со Хёк с бесстрастным лицом слегка наклонил голову в сторону, и я невольно повторила это движение вслед за ним. Из-за разницы в росте мне пришлось сильно задрать подбородок, но даже на этом непроницаемом лице слишком ясно читалось недовольство.

— Не создавай ситуаций, в которых тебе потом придётся передо мной оправдываться.

Почему у меня было такое чувство, будто меня отчитывает кто-то из родителей или учитель?

«Он ведь вообще-то мой ровесник!»

Это было не просто неприятно, а до невозможности раздражало, однако Дан Со Хёк был прав, и возразить ему мне действительно было нечего.

«Если бы я одна столкнулась с тем призраком в туалете, у меня, возможно, случился бы сердечный приступ.»

Особенно если бы он начал медленно заползать под дверь кабинки или внезапно посмотрел на меня сверху!

Даже представить подобное было жутко, поэтому я побледнела и неохотно кивнула, после чего Дан Со Хёк наконец выпрямил наклонённую голову.

— После уроков приходи в первый класс.

— Зачем?

— Вместе пойдём в больницу, потому что мне неспокойно оставлять тебя одну.

Если бы подобные слова произнёс кто-нибудь другой, они наверняка прозвучали бы довольно волнующе, однако из уст Дан Со Хёка почему-то вызывали лишь раздражение.

Может быть, всё дело заключалось в его отвратительном характере, который невозможно было простить даже за настолько красивое лицо?

— Всё равно Чхэ Сон сказала, что ночью тайком пойдёт туда. Она не звала тебя с собой?

— …Звала.

— Какая была атмосфера?

Неужели этот тип всё время стоял снаружи и подслушивал наш разговор?

— …Возникло какое-то неприятное чувство.

— Тогда ночью она придёт за тобой, чтобы вы пошли вместе.

— А-а! Как ты можешь настолько спокойно говорить такие жуткие вещи?!

— Не шуми.

В этот момент прозвенел звонок, объявляя об окончании перемены, и Дан Со Хёк, до этого сидевший возле окна, поднялся на ноги.

Я недовольно проводила его взглядом, когда он без малейшего сожаления направился к своему классу, а затем медленно подняла палец.

«Отвратительный тип, хоть бы ты по дороге споткнулся!»

Точнее, подняла я только средний палец.

— Ма Чхо Ён.

Разумеется, я никак не ожидала, что именно в этот момент Дан Со Хёк обернётся и всё заметит.

— Ты ведь уже не младшеклассница.

Он даже не попытался скрыть выражение глубокого разочарования.

— Впредь обязательно мой руки после туалета.

Моё лицо мгновенно вспыхнуло так, будто его охватило пламя.

— Эй, Дан Со Хёк! Жить надоело?! Я же сказала, всё было совсем не так!

Высказав всё, что хотел, он невозмутимо ушёл, а я, глядя ему вслед, почувствовала почти непреодолимое желание вцепиться себе в волосы.

Больница «Эден» находилась именно там, где лежал Чан Хён У.

— …Почему больница обязательно должна располагаться именно в районе Эден?

Конечно, уже хорошо, что мне не пришлось идти туда одной, хотя моим спутником оказался Дан Со Хёк, с которым мы всю дорогу до больницы препирались так, будто вот-вот вцепимся друг другу в глотки.

— Потому что это самая большая больница рядом с нашей школой.

— …Я вообще не это имела в виду…!

Впрочем, точнее будет сказать, что Дан Со Хёк с бесстрастным лицом время от времени бросал колкие замечания, а я тут же набрасывалась на него с лаем, словно разъярённая чихуахуа.

Вот и сейчас на моё недовольное бормотание он ответил совершенно пустой и бездушной фразой, которая ничего не объясняла и нисколько не помогала.

«Я имела в виду, что мне неприятно от одной мысли о том, что он лежит в больнице района, где так часто появляются призраки!»

К этому моменту у меня уже возникли серьёзные подозрения, что Дан Со Хёк попросту лишён способности сопереживать другим.

Услышав его безразличный тон, я в полном недоумении тяжело вздохнула, однако он, не обращая на это никакого внимания, уже направлялся внутрь.

— Ты вообще знаешь, где находится палата Хён У?

— Не знаю.

— Тогда почему ты так уверенно идёшь вперёд?

Ответа я так и не дождалась. Когда Дан Со Хёк остановился перед стойкой информации, полностью заслонив её своим крупным телом, сидевшая там сотрудница подняла голову и посмотрела на него.

— Извините.

Его голос прозвучал настолько вежливо, что мне даже стало трудно поверить, будто передо мной стоял тот же самый человек, который ещё совсем недавно разговаривал со мной сухо и грубо.

— Наш одноклассник попал в больницу, и мы пришли его навестить, но не знаем, в какой палате он лежит.

К тому же я впервые увидела на его лице улыбку.

В отличие от меня, смотревшей на него с откровенным изумлением, сотрудница стойки информации, заметив лицо Дан Со Хёка, лишь слегка удивилась.

Да, этот парень был невыносимо грубым, однако внешность у него и правда выдающаяся, и, как бы меня это ни раздражало, даже мне приходилось это признавать.

— А в какую палату вы направляетесь?

— Кажется, я слышал, что он находится на третьем этаже… Если вы не слишком заняты, не могли бы помочь нам проверить?

— Да, назовите имя пациента.

— Его госпитализировали сегодня, зовут Чан Хён У.

— Сегодня?

Сотрудница мельком посмотрела на школьную форму Дан Со Хёка.

— А, наверное, это тот ученик, которого привезли утром.

Вероятно, случаи, когда ученика с самого утра увозили в больницу на скорой помощи, происходили не так уж часто, поэтому сотрудница, похоже, запомнила его.

Она застучала по клавиатуре, разыскивая нужную информацию, а затем снова подняла голову.

— Палата 303.

— Спасибо, что подсказали. Хорошей вам работы.

Кто бы мог подумать, что его аккуратный благодарственный поклон будет выглядеть настолько непривычно?

Закончив обмениваться любезностями, Дан Со Хёк повернулся ко мне.

— Идём.

Его лицо снова стало холодным и бесстрастным, будто ещё мгновение назад он вовсе не улыбался.

«Ух ты, вот же хам! Какая потрясающая разница в отношении!»

Разумеется, произнести это вслух перед сотрудницей было бы невежливо, поэтому я изо всех сил сдержалась.

Сказав всё необходимое, Дан Со Хёк широкими шагами направился дальше, а я тоже поспешно поклонилась сотруднице.

Она с улыбкой помахала мне рукой, совсем как взрослая, которой кажутся милыми школьники, и от этого мне стало немного неловко.

Впрочем, что поделать, если я и правда довольно очаровательная?

— Арахисинка.

Пока я в одиночестве тихонько улыбалась собственным мыслям, Дан Со Хёк окликнул меня.

— Соберись, мы вообще-то пришли сюда по твоей просьбе.

— Ч-что я такого сделала, чтобы ты разговаривал со мной таким тоном? Мне вообще-то обидно это слушать.

— Меня не волнует, обидно тебе или нет.

Дан Со Хёк даже не посмотрел в сторону лифта и сразу направился к лестнице. Его длинные ноги легко преодолевали ступень за ступенью, тогда как моим коротким ногам приходилось суетливо поспевать следом.

— Я имел в виду, что раз уж ты заставила человека тратить своё время, то хотя бы постарайся сосредоточиться.

Он действительно был беспощадным, и я невольно задумалась, имелись ли у этого парня вообще хоть какие-нибудь друзья.

«В оригинале он тоже грубо обращался с ровесником, который оказался связан с городскими легендами.»

Правда, тот персонаж увлекался хоррорами и задавал слишком много вопросов, поэтому Дан Со Хёк, которого это раздражало, обращался с ним ещё резче.

Но я-то в чём успела провиниться?!

— Дан Со Хёк, ты плохой человек.

— Хочешь, чтобы я ушёл домой?

Дан Со Хёк резко остановился, и, увидев, что он уже собирается развернуться и без малейшего сожаления уйти, я поспешно вцепилась в край его рукава.

— Нет, нет!

Вот же гад! Раз уж мужчина вытащил нож, пусть хотя бы редьку нарежет!

— Самый красивый и добрый господин Дан Со Хёк на свете, прошу Вас, забудьте необдуманные слова этой девушки.

— Не дурачься и запомни, что сначала нужно думать, а уже потом говорить.

Я со скрежетом стиснула зубы, однако ответила как можно послушнее:

— Да, я всё поняла!

Только после этого Дан Со Хёк снова двинулся вперёд. Когда я украдкой посмотрела на его лицо, на губах у него как раз мелькнула и тут же исчезла лёгкая улыбка.

«Мерзавец. Ему действительно так весело издеваться над людьми?»

Но если этот парень сможет отогнать призрака, который в любой момент может ко мне прицепиться, разве имеет значение, что он немного надо мной издевается?

Если он прогонит того ужасного призрака, связанного с брелоком, я, пожалуй, даже соглашусь лаять по-собачьи и подняться по этой лестнице на четвереньках.

Разумеется, вслух я ни за что подобного не скажу, потому что Дан Со Хёк вполне способен действительно заставить меня это сделать!

— Пришли.

Он произнёс это так, словно заметил, что мои мысли уже успели унестись куда-то далеко.

Подняв голову, я увидела палату 303, возле которой рядом с именем другого пациента было написано имя Чан Хён У. Дверь оставалась открытой, поэтому, убедившись, что учителя внутри нет, мы вошли.

— Извините.

— О, Ма Чхо Ён! Пришла меня навестить?

Почувствовав чьё-то присутствие, Чан Хён У радостно поприветствовал меня. Под взглядами пациентов, повернувшихся в нашу сторону, я вежливо поклонилась и направилась к кровати, стоявшей в самом дальнем углу.

Нам говорили, что он отделался переломом, и действительно, Чан Хён У совсем не выглядел человеком, который упал с крыши, поскольку загипсована у него была только одна нога.

— Ты нормально себя чувствуешь?

— Да. На всякий случай мне провели и другие обследования, но сказали, что всё в порядке, поэтому мама снова ушла на работу.

Чан Хён У весело улыбнулся.

— Кажется, спина, по которой меня отлупила мама, болит даже сильнее!

— Эй, сейчас не время говорить о таком с улыбкой. Как это вообще произошло?

— М-м…

Чан Хён У мельком посмотрел на Дан Со Хёка. Кажется, я поняла значение этого взгляда и поспешно объяснила:

— Он мой друг, который помешан на подобных вещах, поэтому я привела его с собой. В последнее время в районе Эден стало немного… страшно, сам понимаешь.

Разумеется, сделала я это не без небольшой личной выгоды.

Я почувствовала, как чей-то взгляд буквально буравит мне затылок, однако старательно его проигнорировала.

— Правда? Тогда давайте сначала выйдем и поговорим снаружи.

Хотя Чан Хён У обращался ко мне, его взгляд так и не отрывался от Дан Со Хёка.

«Почему он так на него смотрит?»

Задавшись этим вопросом, я вскоре поняла причину. Дан Со Хёк почти не поприветствовал Чан Хён У и теперь лишь пристально разглядывал сумку, лежавшую в углу палаты.

«А, брелок.»

Я прекрасно понимала, почему Дан Со Хёка заинтересовал брелок, но не могла разобраться, отчего Чан Хён У так реагирует на его поведение, ведь настороженным он вроде бы не выглядел.

— Подай мне костыли, они стоят там.

Возможно, он почувствовал мой взгляд, потому что повернул голову и указал на костыли.

— Тебе можно двигаться?

— У меня же не обе ноги пострадали, поэтому ничего страшного не случится.

Получив костыли, Чан Хён У повёл нас в комнату отдыха, расположенную в конце коридора третьего этажа.

— На самом деле я даже не помню, как оказался на крыше.

В комнате отдыха тоже находились люди, однако там было гораздо шумнее, чем в палате, и никто не прислушивался к нашему разговору.

Сев рядом с Чан Хён У, я взглядом предложила Дан Со Хёку тоже занять место.

«Что он делает, даже не отвечая?»

Человек рассказывал о серьёзных вещах, а Дан Со Хёк продолжал стоять у стены с хмурым лицом, даже не глядя в его сторону.

«Ох, разве я могу понять, что творится у него в голове? Лучше не буду обращать внимания.»

Я снова сосредоточилась на разговоре с Чан Хён У.

— Когда тебя не было на месте, Ю Чхэ Сон спросила, правда ли ты загадал брелоку желание улучшить оценки.

— И ты ответил, что да?

— Да. Тогда она сказала, что это удивительно, и попросила тоже дать ей посмотреть. После этого у меня ненадолго всё расплылось перед глазами, а когда я пришёл в себя… я уже падал.

Чан Хён У рассказал, что мама плакала и била его по спине, снова и снова спрашивая, зачем он это сделал, а ему было нечего ей ответить.

Он говорил об этом с улыбкой, однако я всё равно заметила, как тревожно дрожат его глаза.

— Но пока я падал, то ведь встретился взглядом с вами, сидевшими в классе.

Я медленно моргнула, потому что сразу вспомнила лицо Чан Хён У в тот момент, искажённое неподдельным ужасом.

— Что значит «с вами»?

— С тобой и Ю Чхэ Сон. У тебя тогда было ужасно потрясённое лицо.

— Конечно!

— Да, разумеется, это естественно. Но ты знаешь, как в тот момент выглядела Ю Чхэ Сон?

Улыбка медленно исчезла с лица Чан Хён У.

— Она улыбалась.

— …Что? Т-ты, наверное, неправильно увидел. Чхэ Сон тоже волновалась за тебя.

— Я и сам хочу думать, что ошибся, но почему-то в тот момент всё было видно до нелепости отчётливо.

— И всё же тогда вокруг царила такая суматоха, что ты вполне мог что-нибудь перепутать…

— Кажется, она хочет заполучить мой брелок.

От слов Чан Хён У я невольно вздрогнула.

Впрочем, ничего странного в этом не было, ведь если даже я, совершенно посторонний человек, заметила её одержимость этой вещью, то Чан Хён У, которому принадлежал брелок, тем более должен был почувствовать неладное.

Он слабо усмехнулся.

— Но и она смешная, будто знает, что скрывается внутри этого брелока.

— …Что значит «что-то скрывается»?

— В нём находится призрак.

Я широко раскрыла глаза и украдкой посмотрела на Дан Со Хёка, однако тот по-прежнему глядел куда-то в сторону.

— Призрак?

— Сначала я думал, что мне просто показалось, но после того, как подобрал брелок, всякий раз, когда происходила какая-нибудь авария, я видел странную женщину, целиком чёрную с головы до ног.

Немного помолчав, Чан Хён У пробормотал:

— То, что после падения с крыши я отделался только этим, тоже произошло потому, что та женщина поймала меня внизу.

— Она… спасла тебя?

— Спасла?

Чан Хён У с пустым выражением лица повторил мои слова.

— Это, по-твоему, называется спасением? Она поймала меня, улыбаясь так широко, что рот был разорван до самых ушей.

Похоже, осознав, что говорит, он немного пришёл в себя и бессильно добавил:

— Может быть, желание, которое я загадал, ещё не было настолько серьёзным, чтобы за него пришлось умереть. А вот Ю Чхэ Сон, наверное, загадала именно такое.

— Чхэ Сон не могла…

— В любом случае моё желание оказалось слабым, поэтому, похоже, она лишь иногда показывалась или устраивала небольшие несчастья.

Он говорил всё тише, словно уже обращался не к нам, а к самому себе.

— Хорошо, что я не загадал ничего странного. Хотя нет, лучше бы я вообще ничего не загадывал и с самого начала не ходил за этим брелоком.

Чан Хён У выглядел так, словно оказался чем-то одержим.

— Я больше не хочу её видеть, но она продолжает появляться. Теперь она не причиняет мне вреда, а только всё время смотрит и улыбается.

— Н-но сейчас день, поэтому всё должно быть нормально. К тому же мы ведь рядом с тобой!

Я поспешно произнесла это, пытаясь успокоить встревоженного Чан Хён У, однако он внезапно перестал бормотать.

Медленно опустив голову, Чан Хён У заговорил словно зачарованный, и его голос приобрёл тот же пугающий металлический скрежет, который я уже слышала в туалете.

— Она и сейчас здесь.

[Прямо рядом с твоей ногой.]

Когда я рефлекторно попыталась посмотреть вниз, Дан Со Хёк резко схватил меня за подбородок.

— Ни в коем случае не опускай взгляд.

У меня мгновенно перехватило дыхание.

— …Ты знал об этом с самого начала?

Дан Со Хёк ничего не ответил, и только теперь я поняла, почему он не просто игнорировал мои слова, а всё это время особенно упорно смотрел куда-то в сторону.

«Чёрт, стоило мне это осознать, как внизу сразу стало ещё холоднее».

Проклятье, мне ужасно хотелось в туалет, но я боялась, что эта тварь снова последует за мной, стоит только остаться одной. Придётся терпеть, даже если в итоге я заработаю воспаление мочевого пузыря.

Широко раскрыв глаза, я отчаянно смотрела только на Дан Со Хёка, однако он ответил мне взглядом, полным недоумения.

— И на меня тоже не смотри, потому что это напрягает.

Что же мне тогда оставалось делать?

Можно ли вообще ругаться перед призраком? Наверное, он скитается по этому миру гораздо дольше меня, но я всё же надеялась, что за такую наглость он не проклянёт меня ещё сильнее.

— Ах…

Чан Хён У внезапно схватился за голову, и мы с Дан Со Хёком одновременно повернулись к нему.

— Прости, у меня почему-то сами собой вырываются странные слова.

Вероятно, это происходило под влиянием призрака. Изо всех сил стараясь не думать о том, что находилось рядом с моей ногой, я продолжила разговор.

— Ничего страшного, но разве тебе не станет хуже, если постоянно держать этот брелок при себе?

— Я и сам пытался его выбросить.

Чан Хён У закатал рукав больничной одежды, и я невольно вскрикнула, увидев на обнажённой руке синие следы от пальцев. Казалось, будто кто-то с чудовищной силой сжал его за руку, оставив после себя глубокие синяки.

Заметив моё потрясённое лицо, Чан Хён У бессильно произнёс:

— Она мне помешала.

— Но человек, который передал тебе брелок, всё-таки смог от него избавиться! Разве он отдал его тебе не потому, что ему никто не помешал?

— Потому что он спихнул его на другого.

Дан Со Хёк неожиданно вмешался в разговор, затем на мгновение замолчал, словно обдумывая возможное решение, и добавил:

— Тогда лучше всего вернуть брелок прежнему владельцу.

Вернуть его прежнему владельцу?

— Этого нельзя делать.

— Почему?

— Это…

Дан Со Хёк спросил о причине, однако я так и не смогла заставить себя ответить.

«Если я расскажу, что в его отсутствие появился какой-то призрак в военной форме и запретил возвращать или сжигать брелок, он наверняка снова что-нибудь скажет».

Он посмотрит на меня тем самым взглядом, словно перед ним находится безнадёжный человек, и спросит, неужели я опять поверила словам призрака.

«Но он совершенно точно сказал, что брелок нельзя возвращать и сжигать».

Конечно, это было всего лишь предупреждение призрака, однако мне почему-то не удавалось просто его проигнорировать.

«Тот призрак был каким-то другим».

От него не исходило ни страха, ни отвращения, а самое главное заключалось в том, что, несмотря на свою природу, он был красивым.

Ах, стоит мне произнести это вслух, и Дан Со Хёк точно меня обругает.

Когда я оборвала фразу на середине, он недовольно нахмурился.

— Вернуть брелок прежнему владельцу всё равно не получится.

Чан Хён У ответил с мрачным выражением лица.

— Я уже отправлял ему сообщение, чтобы спросить, почему всё это происходит, но он меня заблокировал.

Получается, теперь любая возможность связаться с тем человеком была полностью перекрыта.

— Ты говорил, что нашёл его через сайт подержанных вещей?

— Да, но ещё во время встречи всё показалось мне немного странным.

Отвечая на вопрос Дан Со Хёка, Чан Хён У медленно повёл глазами, словно пытался в подробностях вспомнить тот момент.

— Это была женщина, настолько худая, что к ней идеально подходило выражение «кожа, натянутая на кости». Но на обеих руках, которыми она передавала мне куклу, не было больших пальцев.

— На обеих руках не было больших пальцев?

— Да. Разве это не странно? Даже если она потеряла их в результате несчастного случая, разве часто бывает, чтобы человек лишился больших пальцев сразу на обеих руках?

Чан Хён У демонстративно пошевелил собственными большими пальцами и, словно заворожённый, уставился на свои руки.

— Кроме того, она сказала одну очень странную вещь.

Странную вещь? Возможно, мне вообще не стоило это слушать.

— Она сказала: «Хорошо, что всё закончилось пальцами. По крайней мере, я не пропаду».

«И зачем ты вообще взял настолько зловещую вещь?!»

Я с трудом проглотила слова, уже поднявшиеся к горлу, потому что видела тревогу на лице Чан Хён У. Вероятно, он тоже оказался под влиянием призрака и не мог полностью контролировать собственные поступки, поэтому теперь не было никакого смысла обвинять его.

«Кстати, она сказала, что не пропадёт?»

Оказалось, что не только я болезненно отреагировала на это слово.

— Что значит «пропадёшь»? Объясни подробнее.

Впервые с того момента, как мы вошли в комнату отдыха, взгляд Дан Со Хёка остановился на Чан Хён У.

Раз этот человек уже был связан с призраком, а теперь ещё и заговорил об исчезновении, мы не могли не насторожиться. Неужели призрак, связанный с брелоком, и был тем самым призраком-торговцем людьми?

«Если вспомнить её жуткое лицо, она вполне подходит на роль финального босса».

Я снова начала слишком отчётливо ощущать пространство рядом с ногой, где, по словам Чан Хён У, находился призрак.

— Я и сам ничего не знаю, а расспрашивать её было слишком неприятно.

— …

Неприятное предчувствие никак не проходило.

По словам Чан Хён У, женщина, передавшая ему брелок, ушла почти бегом, а затем намеренно заблокировала его имя пользователя, полностью лишив возможности связаться с ней.

— Я… я тоже пропаду? Или, если я тоже спихну брелок кому-нибудь… Да, Ю Чхэ Сон! Когда она придёт?

— Что? Ты собираешься передать брелок Чхэ Сон?

— Если я тоже спихну его на кого-то, как прежняя владелица, то, возможно, смогу выжить!

Чан Хён У протянул руку и с такой силой сжал моё плечо, что я невольно поморщилась от боли.

— Его должен взять тот, кому он нужен! Разве не так?!

— Больно! Сначала отпусти меня и успокойся!

— Я… я не хочу пропадать! Если честно, моё желание ведь не было настолько опасным. Нет, лучше возьми его ты. Если заберёшь брелок и не станешь загадывать никаких желаний, возможно, всё будет нормально.

— Чан Хён У!

— Хватит.

Дан Со Хёк остановил меня прежде, чем я успела продолжить.

— А-а… пожалуйста…

Я не знала, с какого именно момента всё началось, однако теперь в чёрных зрачках Чан Хён У отражалась не только я. Рядом со мной стояла женщина, улыбавшаяся так широко, словно её рот был разорван до самых ушей, и, судя по застывшему взгляду Чан Хён У, он смотрел прямо в это жуткое лицо.

— Чхо Ён… спаси меня, прошу…!

Мы с Дан Со Хёком молчали, а рядом с моим лицом тем временем вытянулась чёрная рука, которая медленно обхватила лицо Чан Хён У. Мой взгляд невольно зацепился за буквы, покрывавшие её кожу так плотно, что из-за них она казалась совершенно чёрной.

Спаситеспаситеспаситеспаситеспаситеспаситеспаситеспаситескороспаситеспаситеспаситеспаситетвояочередьспаситеспаситеспаситеспасите

На коже снова и снова повторялась одна и та же фраза: «Спасите».

«Но действительно ли там было написано только это?»

Я нахмурилась и попыталась сосредоточиться на других буквах, которые лишь на мгновение промелькнули перед глазами.

— А-а-а!

Глаза Чан Хён У закатились, после чего он с глухим звуком повалился назад.

— А-а-а!

Вокруг тут же поднялись громкие крики, а следом послышался торопливый топот людей, спешивших ему на помощь, поэтому мы с Дан Со Хёком невольно отступили на шаг.

— Пациент! Пациент, вы меня слышите?

Чан Хён У так и не пришёл в себя. Я беспомощно смотрела, как медики срочно уносят его прочь, когда мне вдруг показалось, будто рядом скользнули длинные чёрные волосы, а затем что-то большое и тёплое закрыло мне глаза.

«Дан Со Хёк.»

Это была его рука.

[Скоро.]

Совсем рядом раздался голос, похожий на шёпот, и в нём вновь послышался тот самый металлический скрежет, который прежде звучал из уст Ю Чхэ Сон и Чан Хён У.

Я задержала дыхание.

«Рядом?»

Что-то щекотало обе мои щеки, и от внезапной догадки всё внутри похолодело.

«А что, если призрак сейчас шепчет не сбоку, а стоит вплотную прямо передо мной?»

[Твоя очередь.]

Теперь я наконец поняла, что скрывалось среди бесконечно повторявшихся слов «Спасите».

Это было предупреждение, обращённое именно ко мне.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

«Оно действительно исполнилось».

Ю Чхэ Сон сидела за столом в своей тёмной комнате с выключенным светом, подперев подбородок рукой, а перед её глазами всё ещё отчётливо стоял Чан Хён У, падающий с крыши.

«Желание исполняется, если попросить куклу».

Поначалу она смеялась над подобной нелепостью и спрашивала себя, где вообще бывает что-то подобное, однако случившееся с Чан Хён У заставило её усомниться.

«Он не из тех, кто тайком занимается учёбой».

К тому же было совершенно невозможно поверить, что он вдруг немного взялся за ум, позанимался и сразу же обогнал её по оценкам, поэтому из любопытства Ю Чхэ Сон взяла брелок и загадала желание.

«Накажи человека, который нечестным способом испортил мои оценки».

Она и представить не могла, что после этого Чан Хён У действительно упадёт с крыши. Произошедшее потрясло её, однако в тот миг она всё равно улыбнулась, потому что радость оказалась сильнее испуга.

«Значит, желания и правда исполняются?»

К тому же Чан Хён У не умер, его жизни ничего не угрожало, а сам он отделался лишь лёгким переломом, поэтому случившееся действительно можно было назвать именно «наказанием».

Платой за это желание для Ю Чхэ Сон стала всего лишь небольшая кровь из носа.

— Потрясающе.

Ю Чхэ Сон тихо пробормотала это слово, но почти сразу спохватилась.

«Нет, как можно говорить “потрясающе”, если Хён У всё-таки пострадал?»

Она резко исказила лицо и посмотрела в настольное зеркало, стоявшее перед ней, где увидела собственное бледное отражение и чужую руку, лежавшую у неё на плече.

— …

Кожа этой руки казалась совершенно чёрной, потому что была без единого просвета покрыта буквами. Ю Чхэ Сон неподвижно смотрела на неё, и постепенно её взгляд начал терять фокус.

«…Но он ведь не умер?»

Раз на самом деле Чан Хён У пострадал не настолько сильно, разве это не означало, что всё было в порядке?

Лежавшая на плече рука медленно скользнула вверх по шее Ю Чхэ Сон и добралась до её щеки. Она почувствовала потрескавшуюся кожу, которая на ощупь напоминала сухое дерево, давно лишившееся последней капли влаги.

Уголки губ Ю Чхэ Сон начали подниматься всё выше, пока её улыбка не стала неестественной и гротескной.

«Верно, если последствия ограничиваются только этим, мне не стоит придавать им особого значения, достаточно лишь использовать брелок в разумных пределах».

Что, если не полагаться на него полностью, а обращаться к его силе только затем, чтобы немного облегчить учёбу?

«Желание Хён У не было невозможным».

Просто для Чан Хён У, который всегда держался от учёбы подальше, внезапное исполнение подобной просьбы оказалось слишком серьёзным.

«Учительница и ребята удивились, но ведь никто не выглядел так, будто всерьёз заподозрил неладное из-за резкого улучшения его оценок?»

Ю Чхэ Сон вспомнила необычно многочисленные раны на теле Чан Хён У.

«…Может быть, Хён У пострадал настолько сильно именно потому, что желание должно было повлиять ещё и на мысли окружающих?»

Тогда, если сузить область его воздействия и просить только о том, что действительно можно исполнить, вероятность риска тоже должна стать ниже.

Это следовало проверить, ведь ей выпала настолько хорошая возможность, а разрушать собственную жизнь каким-нибудь безрассудным желанием она не собиралась.

Ю Чхэ Сон посмотрела на кровать, в углу которой, свернувшись, сидело существо, встретившееся ей в классе.

Когда оно вообще успело туда перебраться?

Она пристально смотрела на него, а оно, не моргая, глядело в ответ.

«Сначала я испугалась, но если оно помогает мне, то какая разница?»

Перед ней находился женский призрак с длинными растрёпанными волосами и телом, с головы до ног покрытым непонятными буквами.

Он ни разу не заговорил с ней, однако в классе даже схватил её за ногу.

«Не думала, что призраки действительно существуют».

Сказать, что ей совсем не было страшно, было бы ложью. Существо выглядело гораздо отвратительнее, чем люди обычно описывали подобных созданий, поэтому приближаться к нему совершенно не хотелось.

Взгляд Ю Чхэ Сон переместился на предмет, который призрак держал в руках. Это была сумка Чан Хён У, разумеется, вместе с брелоком.

«Я собиралась тайком забрать её ночью».

Когда Ю Чхэ Сон вернулась домой и открыла дверцу шкафа, то сильно испугалась, увидев там эту сумку, однако страх почти сразу сменился восторгом.

Она не понимала намерений призрака и допускала, что он мог сам явиться к ней, чтобы мучить за то, что она, подобно Чан Хён У, загадала желание, не зная своего места.

«Как бы там ни было, мне остаётся только поблагодарить его за то, что он сам принёс сумку. Теперь меня не заснимут камеры наблюдения при входе в больницу, и не придётся бояться обвинений в краже».

Ю Чхэ Сон медленно поднялась и направилась к призраку, отсоединила брелок от сумки в его руках, а затем снова вернулась к столу.

Родители, обеспокоенные чрезмерным употреблением кофеина, запретили ей пить кофе и энергетические напитки, поэтому она как раз размышляла, каким образом теперь сможет заниматься всю ночь.

Взяв брелок, Ю Чхэ Сон загадала новое желание.

«Сделай так, чтобы даже после бессонной ночи моё состояние осталось обычным».

«Я действительно совсем не хочу спать. Разве это не лучшее из возможных желаний, которое никому не вредит и помогает моей учёбе?»

Платой за него стало то, что даже сейчас ногти на её ногах один за другим отваливались, а пол уже был залит кровью.

С осунувшимся лицом Ю Чхэ Сон тихо напевала себе под нос.

Только после того, как Чан Хён У потерял сознание и в больницу приехали его опекуны, мы с Дан Со Хёком смогли выйти наружу.

— С Хён У ведь всё будет в порядке?

— Дыхание у него не остановилось.

Перед глазами всё ещё отчётливо стояли лица родителей Чан Хён У, которые, получив срочный вызов, вбежали в палату. Может быть, нам вообще не стоило приходить?

На душе было тяжело и неспокойно, поэтому я глубоко вздохнула.

— Кажется, сейчас ты не в том положении, чтобы беспокоиться о других.

— Ты о словах, что скоро настанет моя очередь?

— Да. Ты спокойнее, чем я ожидал.

— Не совсем, просто сейчас я больше волнуюсь за Хён У.

Что же теперь делать?

«Сжигать брелок нельзя, возвращать его тоже нельзя, ведь так?»

Если тот призрак передал мне кинжал, неужели им нужно кого-то ударить? Может быть, если во всём разобраться, окажется, что это священное оружие, предназначенное для изгнания злых духов!

— Давай найдём прежнюю владелицу.

Пока я погружалась в собственные фантазии, до меня донёсся спокойный голос Дан Со Хёка.

— Что? Но единственный человек, который знает прежнюю владелицу, это Хён У, а он сказал, что она его заблокировала. Как мы её найдём?

— Нужно воспользоваться тем сайтом подержанных вещей, через который он с ней связался.

— То есть как… Постой, ты вообще собираешься и дальше помогать?

Дан Со Хёк посмотрел на меня так, словно совершенно не понимал, о чём я говорю.

— Нет, просто, если честно, я не ожидала, что ты станешь помогать настолько активно.

Так было и раньше.

«Зачем ты закрыл мне глаза, если призрак мог заметить и тебя?»

Благодаря ему мне не пришлось пережить зрелище, от которого сердце едва не остановилось бы, но всё равно…

«Странный он».

То равнодушный, то внезапно заботливый, совершенно непредсказуемый человек.

— Судя по рассказу Хён У, из-за этого призрака могли пропасть и другие люди.

— Думаешь, он может быть связан с тем призраком, который похитил твоих родителей и моего младшего брата?

— Я решил, что такая вероятность существует.

Значит, именно поэтому он действовал так активно.

«Вполне в духе Дан Со Хёка».

Когда я поняла, что у него была вполне объяснимая причина, неприятное чувство почему-то сразу исчезло.

— Хорошо. У меня установлено это приложение, так что будем делать?

Мы сели рядом на скамейку в парке неподалёку от больницы. Я помахала телефоном, и Дан Со Хёк сразу забрал его у меня.

— Я сам.

Сообщение, которое написал Дан Со Хёк, выглядело так:

Автор: Мачо-король

Содержание: Я член семьи ученика, которому бесплатно отдали брелок. После того как он получил эту вещь, с моим младшим братом начали происходить странные события, поэтому я хочу попросить совета.

Свяжитесь со мной, иначе я сам найду Вас способом, который Вам не понравится.>

Это была самая настоящая угроза.

— Способом, который ей не понравится… То есть ты намекаешь, что ей лучше добровольно выйти на связь, пока мы не загадали призраку желание найти её?

— Верно. Остальные люди не поймут, о чём идёт речь, но прежняя владелица сразу всё поймёт, стоит ей увидеть этот пост.

— Но она ведь может больше не заходить на сайт подержанных вещей.

— Может.

Дан Со Хёк снова протянул мне телефон.

— Но думаешь, после такого можно просто вернуться к обычной жизни?

Это и правда было почти как проклятие.

«Хотя на её месте я бы, наверное, тоже тревожилась и постоянно проверяла сайт».

Действительно ли всё закончилось после того, как она передала брелок Чан Хён У? Сможет ли он выдержать или в итоге тоже попытается избавиться от этой вещи через сделку на сайте? А может быть, станет разыскивать прежнюю владелицу, чтобы отомстить ей, как и говорилось в сообщении Дан Со Хёка?

— Но ведь неизвестно, когда она свяжется с нами, поэтому просто ждать, полагаясь только на это, немного…

Дзинь.

Раздался звук уведомления с сайта подержанных вещей.

— …Она уже ответила?

Словно сообщение доставили ракетой.

Я поспешно открыла входящие, а Дан Со Хёк наклонил голову и тоже посмотрел на экран.

Тук.

В этот момент наши головы слегка столкнулись, однако сейчас это было совершенно неважно.

— Это она?

— Спроси.

— С ума сойти! Она действительно написала!

— Дай телефон.

От мысли, что всё это тоже могло оказаться проделкой призрака, по моей коже побежали мурашки. Похоже, Дан Со Хёка раздражало, что я не продолжаю переписку, поэтому он забрал у меня телефон.

Его длинные и крупные пальцы быстро застучали по экрану.

— Эй, если говорить с ней настолько жёстко, она ведь может снова сбежать?

Если она заблокирует и моё имя пользователя, у нас больше не останется никакого способа связаться с ней. Конечно, я запомнила её ник и при необходимости могла написать с другого аккаунта, но всё равно ситуация становилась неприятной.

Наверняка она поняла, что это произошло не по его воле, однако ответа долго не было, и я, не выдержав тревожного ожидания, обратилась к Дан Со Хёку:

— Может быть, она испугалась и теперь решила умыть руки?

— Если она действительно знает, что в этой вещи заключён призрак, то не станет так поступать. Она наверняка понимает, что мы можем занять позицию: «Если умрёт он, то умрёшь и ты».

— Действительно, тогда для неё всё станет ещё опаснее.

От волнения я принялась грызть ногти, но большая рука легко обхватила моё запястье и опустила его вниз.

— Раздражает.

Но я ведь грызла собственные ногти!

Я невольно усмехнулась от нелепости его замечания, однако Дан Со Хёк нахмурился, потому что, похоже, пришёл новый ответ.

— Какое счастье?

Разве такое вообще говорят семье человека, который пострадал?

Значит, дело было не только в том, чтобы не загадывать желания?

Мы с Дан Со Хёком одновременно встретились взглядами, потому что, судя по всему, кукла восприняла произнесённые вслух слова как настоящее желание.

Даже без подлежащего было понятно, о ком именно она говорила.

«Но неужели платой за желание убить человека стала всего лишь потеря двух больших пальцев?»

Чан Хён У, пожелавший лишь улучшить оценки, пострадал гораздо сильнее. Конечно, потеря пальцев была необратимой травмой, но всё же это казалось несоразмерным.

Я невольно вздрогнула.

«Значит, пальцы она потеряла именно из-за этого желания?»

Но тогда какой же была плата за смерть бывшего парня?

«Что?»

Её слова полностью расходились с предупреждением призрака, который передал мне кинжал.

В это мне было трудно поверить.

Передать куклу другому человеку тоже в каком-то смысле означало избавиться от неё, переложив проклятие на кого-то ещё, однако этот способ явно не сработал.

К тому же сама женщина не сожгла куклу, а просто отдала её другому человеку, так на каком основании теперь советовала поступить именно так?

Или всё-таки стоило ей поверить?

«Если рассуждать здраво, словам живого человека следует доверять больше, чем предупреждению призрака».

Почему же тогда всё это вызывало настолько неприятное предчувствие?

— Что собираешься делать?

— Я не намерен плясать под дудку слов, которым нельзя доверять.

Как и ожидалось, Дан Со Хёк относился ко всему одинаково холодно. К тому же, если даже я заметила подозрительные несоответствия, он наверняка понял их ещё раньше.

Он снова начал печатать сообщение.

Я невольно вздрогнула.

«Её тон внезапно изменился».

На сайте подержанных вещей пользователей-женщин отмечали розовым кружком, а мужчин синим.

«Раз мы пишем с моего аккаунта, она, конечно, считает, что разговаривает с девушкой».

Но зачем ей понадобилось специально уточнять пол?

Дан Со Хёк солгал совершенно спокойно.

— Ты действительно собираешься идти прямо сейчас?

— Пока мы будем тянуть, неизвестно, что она успеет сделать, поэтому нужно действовать быстро.

В его словах был смысл, хотя он снова всё решил, даже не посоветовавшись со мной.

Конечно, рядом с Дан Со Хёком мне было не так страшно. Если противницей окажется не призрак, а живая женщина, то даже в случае угрозы ей вряд ли удастся легко справиться с таким крупным парнем.

— …Мне это кажется подозрительным. Существуют ведь городские легенды, в которых для похищения используют старушку или ребёнка, выглядящих так, будто им нужна помощь. Может быть, здесь происходит нечто подобное?

Разве не поэтому она сначала спросила, женщина ли я, а теперь уточняла, приду ли одна?

Когда я с тревогой озвучила свои подозрения, Дан Со Хёк поднялся со скамейки.

— Я пойду один.

— Нет, пойдём вместе. Как ты и сказал, это действительно может быть связано с исчезновением Чхо Хэ.

Больница тоже находилась в районе Эден, поэтому кафе, которое назвала женщина, располагалось не так далеко.

Даже по дороге туда я продолжала хмуриться, не в силах избавиться от неприятного предчувствия.

«Какую цену эта женщина заплатила за смерть бывшего парня? А что, если всё это действительно приманка торговцев людьми?»

Торговля людьми изначально была страшным преступлением, которое совершали вовсе не призраки, а обычные люди.

Осторожность нам точно не помешала бы, однако, похоже, Дан Со Хёк почти ничего не знал именно о городских легендах.

«Хотя он, как и я, относится к тем, кто старается избегать хорроров».

В оригинале к Дан Со Хёку, совершенно не разбиравшемуся в подобных вещах, приставили напарника, увлекавшегося оккультизмом, чтобы тот компенсировал этот недостаток.

«Скоро мы наверняка столкнёмся и с призраками из оригинала, поэтому оставлять всё как есть нельзя».

Похоже, когда нынешняя история закончится, мне придётся разыскать того самого напарника.

Кафе «Пхиорым» оказалось именно тем местом, о котором говорила женщина, а рядом с ним тянулся узкий переулок, посреди которого неподвижно стояла высокая незнакомка.

«Как и говорил Хён У, она невероятно худая».

Женщина была настолько истощена, что скулы резко выступали на лице, а по тому, как свободно болтались на ней брюки, нетрудно было понять, что руки и ноги у неё тоже были пугающе тонкими.

«Сравнение с кожей, натянутой на кости, подходит ей идеально».

Её кожа казалась настолько бледной, что невольно возникал вопрос, видит ли она вообще солнечный свет, а вязаная шапка, натянутая так низко, что из-под неё не выбивалось ни единого волоска, выглядела особенно подозрительно.

«Сейчас ведь даже не настолько холодно…»

Впрочем, больше всего настораживало именно лицо под этой шапкой. Редкие, почти исчезнувшие брови, плотно облегавшая голову ткань, под которой словно вовсе не оставалось места для волос, и ни единой заметной пряди создавали странное впечатление.

«Говорят, лекарства во время рака или опухоли настолько сильные, что волосы могут полностью выпасть… Может быть, она и исхудала из-за болезни?»

Если женщина действительно была больна, тогда и её бесстрастное выражение можно было понять, ведь при плохом самочувствии сил на то, чтобы выдавливать из себя улыбку, обычно не остаётся.

Однако отторжение, которое я чувствовала рядом с ней, явно объяснялось не только этим.

— Вы «Мачо-король»?

Взгляд женщины остановился на мне, что с её стороны было совершенно естественно, а Дан Со Хёк посмотрел так, будто ожидал, что я каким-нибудь образом подтвержу это.

— Да, Вы та, с кем мы разговаривали в чате?

Я спросила, стараясь улыбнуться как можно естественнее, но подходить ближе не стала и осталась рядом с Дан Со Хёком.

«Страшно».

От женщины исходило почти то же ощущение, которое появлялось при взгляде на призрака, поселившегося в брелоке, и это неприятное инстинктивное отторжение невозможно было игнорировать.

Но почему я чувствовала его, если передо мной находилась живая женщина с нормальным цветом лица, а вовсе не призрак?

— Да, но… Вы пришли не одна?

Только теперь её беспокойный взгляд переместился на Дан Со Хёка.

— Это друг моего младшего брата, и я попросила его пойти со мной.

Густые брови Дан Со Хёка слегка дрогнули.

— Верно?

— …Да.

Его брови дёрнулись ещё раз, но мне было совершенно всё равно.

— Понятно. А брелок Вы принесли с собой?

— Нет, он остался у моего младшего брата, поэтому я и хотела спросить, как с ним лучше поступить. Брат говорит, что начал видеть что-то странное.

— Значит, он загадал желание. Вы знаете, какое именно?

— Он хвастался, что у него внезапно улучшились оценки, но было ли это именно желанием, я точно не…

— Если это и было желание, плата не должна оказаться большой.

От её беззастенчивого ответа у меня даже макушка зачесалась.

Можно было и не смотреть, чтобы понять, что этот гад Дан Со Хёк сейчас наверняка наблюдает за мной с неожиданным удивлением, хотя для меня такая игра не представляла никакой сложности.

— Больше не загадывайте желаний и сожгите брелок.

— А если после этого на нас падёт проклятие? Похоже ведь, что в этой вещи поселился призрак…

— Да что Вы, даже в фильмах предметы, в которых обосновался злой дух, обычно сжигают и уничтожают.

— Тогда почему Вы сами этого не сделали?

— Я не могу, даже если захочу.

Что это должно было означать?

Когда я с недоумением посмотрела на неё, женщина шагнула ко мне, и я испуганно отступила, а Дан Со Хёк тут же заслонил меня собой.

— Я не собираюсь причинять Вам вред, просто хотела кое-что показать.

Женщина слегка приподняла свободную кофту, в которую была плотно закутана, и там, где я ожидала увидеть впалый живот, оказалось нечто совсем иное.

— Ах!

Под одеждой виднелись густые чёрные волосы, похожие на звериную шерсть, и их было так много, что кожа под ними совершенно не просматривалась.

«Что это такое?»

Если присмотреться внимательнее, этот пушистый чёрный комок напоминал ту самую куклу-брелок.

«А эта липкая засохшая жидкость… Неужели кровь?»

Часть волос была пропитана чем-то вязким и слиплась, а стоило женщине поднять одежду, как в нос ударил запах крови, который, похоже, исходил именно оттуда.

Я изо всех сил сдержала подступившую тошноту, а женщина горько пробормотала:

— Если Вы уже сейчас так удивляетесь, дальше мне будет трудно продолжать.

Рука без больших пальцев осторожно раздвинула волосы.

— …!

Даже Дан Со Хёк, которого, казалось, почти невозможно было чем-либо потрясти, отступил назад, увидев то, что скрывалось под ними.

— …Это мой бывший парень.

К животу женщины было прилеплено мертвенно-бледное лицо, и подобрать для этого зрелища более подходящее слово, чем «чудовищное», было невозможно.

«Меня сейчас вывернет».

Словно показав всё, что собиралась, женщина снова прикрыла волосы и опустила одежду, после чего вновь стала выглядеть почти как обычный человек.

Может быть, именно это и вызвало во мне отторжение в тот миг, когда я впервые её увидела?

— Это появилось после того, как я загадала желание, чтобы мой бывший парень умер. Когда я засыпаю, оно просыпается, начинает кричать и ругать меня.

Женщина побледнела ещё сильнее и схватилась за голову.

— Мама начала что-то подозревать, потому что из моей комнаты постоянно доносился мужской голос, а соседи стали жаловаться на шум. Я думала, что сойду с ума, потому что оно без остановки рассказывало обо всём подряд, о наших отношениях, о постели и о секретах, совершенно ничего не скрывая.

После этого женщина призналась, что больше не может спать и чувствует, как её нервы окончательно истощаются, а вместо еды пьёт только кофе, потому что после сытной пищи её может начать клонить в сон.

Только тогда стало ясно, почему её тело было настолько истощено.

— Я тоже думала, что, если сожгу куклу, всё исчезнет, и даже пыталась это сделать, однако всякий раз, когда я хотя бы немного повреждала её, мой бывший парень просыпался и начинал ругаться.

Это было проклятие в самом буквальном смысле, просто его природа оказалась настолько невероятной, что я даже представить подобное не могла и теперь чувствовала себя совершенно сбитой с толку.

Пока я не находила слов, Дан Со Хёк, который пришёл в себя быстрее, задал следующий вопрос:

— Исчезновение прежней владелицы тоже было делом призрака?

— Я не знаю, потому что мне неизвестно даже то, какое желание она загадала. Мне лишь рассказывали, что камеры наблюдения отключились именно в тот момент, когда она исчезла.

— Значит, её до сих пор не нашли?

— Да, и жива ли она, тоже никто не знает…

— Тогда задам другой вопрос. Почему Вы уточняли, женщина ли Ваш собеседник и придёт ли она одна?

— А… Поскольку я сама женщина, мне всё-таки страшно встречаться с незнакомым мужчиной.

Отвечая, женщина втянула плечи, и её испуганный вид совсем не казался притворством.

Похоже, Дан Со Хёку больше нечего было спрашивать.

«Изначально он действовал настолько активно потому, что хотел узнать, связано ли это исчезновение с его родителями».

Однако сведений оказалось слишком мало, и я невольно задумалась, не разочарован ли он сейчас, хотя и не показывает этого. Почему-то мне стало неловко, словно я напрасно заставила его надеяться.

«В итоге эта женщина всё равно предлагает сжечь куклу, будто это единственный выход».

Действительно ли стоило поступить так, как она советовала?

Я пристально смотрела на женщину, не в силах избавиться от неприятного предчувствия, когда внезапно вспомнила ещё об одном странном моменте.

— Но почему Вы сказали, что кукле нельзя давать имя и с ней нельзя разговаривать?

— …Я разве такое говорила?

Женщина широко раскрыла глаза, будто впервые слышала об этом.

Неужели она забыла сообщение, которое сама же отправила? Впрочем, сейчас этот вопрос, похоже, никак не помогал решить нашу проблему, поэтому я лишь покачала головой.

— Для начала мы ещё немного подумаем, а потом решим, как поступить.

Продолжать разговор больше не хотелось, и я посмотрела на Дан Со Хёка, давая понять, что хочу как можно скорее выбраться из этой неприятной ситуации.

Он коротко кивнул, а женщина без лишних слов позволила нам уйти.

Обратно мы вернулись без происшествий, однако тревожное ощущение, затаившееся в глубине души, так и не исчезло.

— Как ты думаешь?

— Не думаю, что сжечь куклу действительно поможет.

В голосе Дан Со Хёка звучала твёрдая уверенность.

Я повернула голову и посмотрела на него снизу вверх, пытаясь понять, на чём основан такой вывод, однако он, даже не взглянув в мою сторону, продолжал смотреть прямо перед собой.

— Если бы она настолько отчаянно хотела избавиться от куклы, то могла бы попросить семью или знакомых. Если достаточно, чтобы кто-то другой просто сжёг её, на этом всё давно закончилось бы.

Раз женщина не сделала этого, значит, уничтожение куклы не было решением или существовала высокая вероятность, что человек, решившийся на подобное, тоже пострадает.

— К тому же она совсем не выглядела так, будто отчаянно просит помощи у людей, которые знают о происходящем.

— Это правда.

— Она явно что-то скрывает. Может быть, имя действительно имеет значение?

Подумать только, его насторожил тот же самый момент, что и меня.

По лицу Дан Со Хёка было видно, что подозрения у него уже появились, однако без достаточных оснований он не мог прийти к определённому выводу, и это заметно его раздражало.

«Может быть, спросить в Сообществе городских легенд?»

Там собрались люди, которые разбирались в хоррорах, поэтому какую-то информацию получить наверняка удалось бы, однако оставался вопрос, насколько она окажется достоверной и точной.

«Или выбрать другой способ…»

Можно было найти надёжного информатора.

Когда я внезапно остановилась, Дан Со Хёк тоже замер следом.

— Давай спросим у эксперта.

— Собираешься пойти к шаманке?

— Нет, не туда.

Я бодро ответила:

— Старшая школа Тонсан, третий год, первый класс!

— Это же наш класс.

Дан Со Хёк поморщился.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

В произведениях жанра ужасов часто встречается персонаж, увлечённый оккультизмом, который глубоко интересуется всем, что связано со сверхъестественным. Обычно он помогает главному герою, постоянно оказывающемуся втянутым в городские легенды и необъяснимые явления, а впоследствии становится его близким другом.

«Вообще-то в оригинале их знакомство началось после того, как он оказался связан с другим происшествием».

Поскольку оригинальный Дан Со Хёк почти не посещал школу, их встреча произошла довольно поздно.

«Кажется, он появился в эпизоде с городской легендой о быстрой доставке?»

Я не знала, когда именно должно было произойти то событие, однако оригинальная история всё равно уже отклонилась от прежнего хода, поэтому теперь оставалось лишь постепенно собирать союзников, привлекая хотя бы по одному.

— Ты действительно думаешь, что здесь есть какой-то эксперт?

Дан Со Хёк с явным недоверием заглянул через окно в первый класс.

Вчера, расставшись с той женщиной, я с большим трудом остановила его, когда он собрался немедленно отправиться в школу, убедила, что в такое время все ученики наверняка уже разошлись по домам, и кое-как заставила вернуться домой. Однако на следующий день, едва я появилась в школе, Дан Со Хёк тут же поймал меня и привёл к первому классу.

— Да.

— Что-то не верится.

— Думаю, я знаю это лучше тебя, ведь ты только недавно снова начал ходить в школу.

— Если вспомнить, сколько неприятностей ты уже успела устроить, это утверждение звучит сомнительно.

Вот ведь не способен ни разу промолчать!

Даже когда я сердито уставилась на него, холодный взгляд, опустившийся сверху вниз, словно без слов спрашивал, что именно я собираюсь ему сделать.

И зачем только он вырос таким высоким?

«Игнорируй его, просто игнорируй, иначе от этих споров у тебя только давление поднимется».

Приняв твёрдое решение не обращать на него внимания, я вошла в первый класс. Я чувствовала, как ученики украдкой разглядывают появившуюся незнакомку, однако старательно игнорировала их любопытные взгляды. Впрочем, красивое лицо Дан Со Хёка, оставшегося стоять возле двери, наверняка привлекало куда больше внимания.

Поскольку я заранее знала, куда направляюсь, то уверенно пошла прямо к своей цели.

В оригинале персонаж, увлекавшийся оккультизмом, однажды сказал Дан Со Хёку:

{Пусть из-за маленького роста я и сижу прямо перед учительским столом, зато в груди у меня бьётся сердце храброго мужчины!}

Я остановилась возле парты, стоявшей прямо перед учительским столом.

— М?

Хозяин парты поднял голову, явно не ожидая, что я подойду именно к нему.

Круглые очки в толстой оправе, стрижка под горшок и щуплое телосложение, из-за которого он казался ниже даже меня, не оставляли никаких сомнений.

Передо мной сидел первый союзник Дан Со Хёка, Так Ён Хо.

«Что это, вживую он и правда такой милый?»

Поскольку в оригинале всё описывалось с точки зрения Дан Со Хёка, внешность этого парня почти не упоминалась, поэтому я совершенно не представляла, как он выглядит.

У него была светлая кожа и пухлые щёки, на которых ещё сохранялась детская мягкость, из-за чего его вполне можно было принять не за старшеклассника, а за ученика средней школы. С точки зрения Дан Со Хёка он описывался исключительно как «шумный», «надоедливый» и «парень, у которого видна одна макушка», поэтому я даже не подозревала, что в действительности он окажется настолько милым.

Под круглыми очками скрывались большие глаза, обрамлённые ресницами, которым могли бы позавидовать даже девушки его возраста. Похоже, из-за замкнутого характера он обычно ходил, опустив голову и пряча взгляд за чёлкой, поэтому окружающие просто не замечали этой особенности.

Для меня это стало довольно неожиданным потрясением.

«Кажется, он даже немного похож на айдола, который нравился Чхэ Сон?»

Если снять с него очки и немного привести внешность в порядок, разве он не смог бы претендовать на роль самого младшего участника какой-нибудь айдол-группы?

И такого милого ребёнка оригинальный Дан Со Хёк совсем не ценил… Впрочем, делить людей по внешности тоже было бы неправильно.

— Э-эм… у тебя ко мне какое-то дело?

— А.

Я слишком долго рассматривала его, потому что он напоминал маленького зверька, и, судя по всему, успела напугать. Его глаза округлились ещё сильнее, но даже это выглядело мило и почему-то напомнило мне Чхо Хэ в детстве.

— Я хотела кое-что спросить. У тебя найдётся немного времени?

— …Я тебя не знаю.

— Ма Чхо Ён.

— Нет, я не имя спрашивал…

Так он всё-таки собирался уделить мне время или нет?

Если начать торопить его, он, похоже, испугается ещё сильнее, поэтому я просто продолжила пристально смотреть и терпеливо ждать. Так Ён Хо вздрогнул, а затем поспешно поднялся из-за парты, и я, решив, что таким образом он согласился пойти со мной, довольно улыбнулась.

— Зачем ты угрожаешь ребёнку?

Когда мы подошли к задней двери, наблюдавший за нами Дан Со Хёк бросил это замечание.

Угрожаю?!

— Я всего лишь вежливо предложила ему поговорить.

— По твоему виду казалось, будто ты собираешься его сожрать.

— Сожрать? Ты вообще за кого меня принимаешь?

— Вот и сейчас посмотри на себя. Настоящий хищник, нацелившийся на добычу.

Вот же гад.

Я возмущённо фыркнула и уставилась на него, однако шедший следом Так Ён Хо нерешительно пробормотал:

— …Я не такой уж маленький.

Если посмотреть на него стоя, то, несмотря на привычку сутулиться, после того как он выпрямится, его глаза, кажется, окажутся примерно на уровне моих или даже немного выше. И всё же для парня он оставался довольно низким, поэтому я решила ничего не отвечать.

В этот момент Дан Со Хёк спросил:

— Это и есть эксперт?

— Да. Насколько я знаю, о нём ходили слухи как о фанате оккультизма.

— О-обо мне? Я никому в школе такого не говорил, откуда ты знаешь?

Так Ён Хо сильно испугался и задрожал, а его округлившиеся глаза быстро заморгали.

— Не волнуйся, эти слухи ходят только у меня.

На меня тут же устремились два одинаково недоумевающих взгляда. Да, даже они прекрасно понимали, насколько нелепо прозвучали мои слова.

Я неловко кашлянула и поспешила продолжить:

— Шучу. Недавно я случайно заметила, как ты читал энциклопедию городских легенд, сменив на ней обложку.

— Ах!

В оригинале Так Ён Хо мимоходом рассказывал Дан Со Хёку об этом своём увлечении.

— Тебе стоит быть осторожнее. Ты ведь читал её тайком именно потому, что хотел всё скрыть?

На самом деле до сегодняшнего дня я даже не знала, как выглядит Так Ён Хо, однако его лицо, которое я впервые увидела лишь сегодня, на глазах побледнело.

Похоже, он действительно поверил моим словам, а значит, у меня, возможно, и правда имелся талант к бесстыдной игре.

— Да, пожалуй… С-спасибо, что предупредила. Впредь буду осторожнее.

Ага, и тебе спасибо за то, что поверил, хотя я всё придумала…

«Обманывать такого простодушного ребёнка немного совестно».

Тем более после определённого события он и без того должен был стать нашим товарищем, а я из-за собственной необходимости втянула его в происходящее раньше положенного времени.

«Но какая разница? Он ведь всё равно не может прочитать историю у меня в голове».

Решив не усложнять, я отбросила лишние сомнения.

Так Ён Хо странно посмотрел на моё лицо, на котором одно выражение сменялось другим, а затем осторожно спросил:

— Так ты хотела поговорить именно об этом? О призраках? Инопланетянах? Сверхъестественных явлениях? Что именно тебя интересует?

Поначалу он говорил медленно и тихо, однако к концу слова посыпались так быстро, что он почти запыхался. Кажется, его глаза при этом сияли немного сильнее, чем следовало.

— А ты случайно разбираешься ещё и в городских легендах?

— Немного интересуюсь!

Для человека, который назвал свой интерес незначительным, ответ прозвучал чересчур уверенно.

Впервые услышав от него настолько твёрдый голос, Дан Со Хёк тоже посмотрел на нас с удивлением.

— Я хочу узнать о городской легенде, связанной с торговлей людьми.

— А, это из-за недавних исчезновений в районе Эден?

— Верно. Мой младший брат пропал, а полиция до сих пор не смогла его найти.

Мой взгляд невольно попытался переместиться к Дан Со Хёку, но Так Ён Хо пристально смотрел только на меня, поэтому я сразу же выпрямила голову.

«Он что, не знает, что родители Дан Со Хёка стали первыми жертвами исчезновений в районе Эден?»

— А… прости. Ты, наверное, очень переживаешь…

Так Ён Хо с искренним сожалением произнёс слова утешения, однако было заметно, что скрыть любопытство, горевшее в его глазах, он всё равно не мог.

Из-за этого я слегка нахмурилась, стараясь не показать своего недовольства слишком явно. В конце концов, именно я попросила его о помощи, поэтому реагировать настолько остро не стоило.

— Я подумала, что если узнаю хотя бы что-нибудь о подобных городских легендах, это может помочь мне найти брата.

— Хм, понимаю. Я слышал слухи, что в районе Эден происходит много необъяснимого.

Так Ён Хо серьёзно кивнул, словно прекрасно понимал чувства человека, готового ухватиться даже за последнюю соломинку.

— Городских легенд о торговле людьми существует много, причём они различаются не только в зависимости от страны, но даже внутри Кореи встречаются разные варианты.

Указательным пальцем Так Ён Хо поправил очки в толстой оправе.

— Если речь идёт именно о районе Эден, то, скорее всего, это будет городская легенда корейского типа. Чаще всего встречаются истории о том, как человека похищают, а затем продают.

— То есть его затаскивают в микроавтобус и увозят?

— Верно. Например, есть легенда, в которой рядом с человеком, идущим по тротуару, медленно движется микроавтобус, а затем прохожего внезапно хватают и затаскивают внутрь.

Так Ён Хо поднял один палец и продолжил:

— Ещё существует история о человеке, который выпивает напиток или съедает конфету, полученную от незнакомца на улице, теряет сознание, а приходит в себя уже в месте, где торгуют людьми.

Следом поднялся второй палец.

— Или история, в которой старушка или ребёнок притворяются, будто им нужна помощь, а затем заманивают человека в безлюдное место. Пожалуй, именно эти варианты считаются самыми известными.

Закончив рассказывать о третьем случае, Так Ён Хо с серьёзным выражением лица продолжил:

— Однажды я тоже пытался расследовать исчезновения в районе Эден, потому что мне стало любопытно.

— Ты встречался с семьями пропавших?

— Нет. Возможно, вы не знаете, но существует «Сообщество городских легенд», где собираются такие же люди, как я, интересующиеся подобными историями.

Я слишком хорошо знала об этом сообществе, и именно в этом заключалась проблема.

«Стоит только вспомнить, сколько я натерпелась на вилле “Эден” из-за этого сайта!»

Кстати, Красненький говорил, что позднее снова придёт, но, может быть, из-за того, что он был ребёнком, теперь где-то блуждал и потому с тех пор ни разу не появился.

Я мысленно тяжело вздохнула.

— Среди посетителей сообщества, кажется, был человек, который действительно едва не пропал.

— Что именно с ним произошло?

— Конечно, тот пост мог оказаться выдумкой, однако всё было описано довольно подробно. Автор утверждал, что едва не пострадал, когда воспользовался сайтом подержанных вещей.

Мы с Дан Со Хёком одновременно встретились взглядами.

Сайт подержанных вещей?

— Каким образом? Что он собирался обменять?

— Знаешь консервные наборы, которые обычно дарят на праздники? Кто-то разместил объявление, что у него скопилось слишком много таких наборов и он готов отдать их бесплатно, поэтому автор поста связался с ним.

После праздников на сайтах подержанных вещей действительно часто появлялись подобные объявления, хотя обычно такие наборы всё же продавали за небольшую сумму.

— Но тот человек начал задавать странные вопросы.

От этих слов мне сразу стало тревожно.

— Он спрашивал, точно ли автор придёт один и действительно ли он женщина.

— …И поэтому тот человек решил не идти?

— Нет, конечно, он всё равно пошёл. У людей, которые, как и я, интересуются городскими легендами, обычно слишком сильное любопытство.

Так Ён Хо ответил на удивление спокойно.

— Они договорились встретиться в одном из переулков района Эден. Кажется, продавец сказал, что это место находится рядом с его домом, а поскольку у него есть ребёнок, далеко уходить он не может.

Район Эден и узкий переулок слишком хорошо совпадали с тем, что произошло с нами.

— На всякий случай автор взял с собой перцовый баллончик, однако на месте его встретила старушка. Разве это не странно?

— …Что именно?

— Он ведь только что объяснил.

Вместо Так Ён Хо ответил Дан Со Хёк, лицо которого стало пугающе напряжённым.

— Продавец говорил, что не может далеко отойти из-за ребёнка.

— А…

По рукам словно пробежали мурашки, однако я всё равно попыталась найти возможное объяснение.

— Может быть, речь шла о внучке?

— Именно это предположил и автор, поэтому спросил старушку напрямую. Она ответила, что родители бросили ребёнка и теперь ей приходится растить его одной, но разве это не делает ситуацию ещё подозрительнее?

Так Ён Хо поправил очки, а его блестящий взгляд, устремлённый на меня, казался немного безумным.

— Если старушка в одиночку растит ребёнка, то наверняка испытывает финансовые трудности. Зачем в таком случае бесплатно отдавать консервные наборы?

Если задуматься, это действительно выглядело странно, ведь раз родители бросили ребёнка, вряд ли они продолжали заботиться о бабушке.

«Обычно она либо оставила бы эти наборы себе, либо, если ей нужны деньги, попыталась бы их продать».

— Кроме того, само решение бесплатно раздавать вещи через торговый сайт тоже вызывает вопросы. Когда пожилые люди хотят от чего-то избавиться, они обычно сначала предлагают это соседям по дому или знакомым из своего района, разве нет?

И это замечание звучало вполне разумно.

Даже если сделать огромную уступку и предположить, что старушка прекрасно разбиралась в интернете и приложениях для торговли подержанными вещами, всё равно оставалось непонятно, зачем ей понадобилось уточнять, придёт ли человек один и будет ли это женщина.

— Услышав всё это, автор бросился бежать, даже не оглянувшись.

— Ситуация действительно неприятная, но нельзя же с уверенностью утверждать, что его собирались похитить. Почему он пришёл именно к такому выводу?

— Через несколько дней неподалёку от того переулка действительно пропал человек, а сразу после этого все объявления о бесплатной раздаче, которые до тех пор появлялись регулярно, были удалены.

Пробормотав, что от одной этой истории становится жутко, Так Ён Хо обеими руками начал растирать предплечья.

Может быть, человеком, размещавшим те объявления, и была та самая женщина, которая спихнула куклу-брелок Чан Хён У?

«Но она ведь совсем не старушка».

И всё же совпадений оказалось слишком много, чтобы их можно было просто проигнорировать.

Я нахмурилась от подозрения и растерянности, а Так Ён Хо поспешно замахал руками.

— Это всего лишь сообщение в сообществе, поэтому достоверной информацией его назвать нельзя. Возможно, человек просто сбежал из дома, и его скоро найдут.

— Хотелось бы, чтобы всё оказалось именно так…

— Говорят, среди недавно пропавших было много несовершеннолетних, а двое взрослых одновременно исчезли только в самом первом случае.

Неужели всё действительно обстояло именно так?

До исчезновения Ма Чхо Хэ я слышала лишь смутные разговоры о большом количестве пропавших и потому не знала таких подробностей.

«Если речь идёт о первых исчезнувших, он, наверное, имеет в виду родителей Дан Со Хёка».

Так Ён Хо, судя по всему, этого не знал и потому продолжал говорить совершенно спокойно, однако мне внезапно стало не по себе.

Я уже собиралась открыть рот и сменить тему, когда он продолжил:

— Поэтому существует предположение, что первые пропавшие на самом деле сами были торговцами людьми, которые…

Его слова оборвались сдавленным звуком, после чего раздался глухой удар.

Так Ён Хо, схваченный за ворот, с силой впечатался в стену.

«Б-безумие… Оскорблять родителей особенно запрещено, если речь идёт о главном герое!»

Лицо Дан Со Хёка застыло и стало страшнее, чем когда-либо прежде.

— С-спаси… ух!

— Эй, Дан Со Хёк! Сначала отпусти его, а уже потом разговаривай! Он сказал это лишь потому, что ничего не знал!

Лицо Так Ён Хо, которому почти перекрыли дыхание, стало ярко-красным, поэтому я поспешно схватила Дан Со Хёка за руку. Однако даже когда я повисла на нём, обхватив его руку обеими ладонями, он не сдвинулся ни на йоту.

«Да сколько же в нём силы?».

Я ошиблась, когда легкомысленно решила, что он всего лишь старшеклассник, привыкший иметь дело исключительно с призраками, хотя должна была догадаться о его силе ещё тогда, когда увидела, насколько он крупнее остальных ровесников.

«Так он сначала человека прикончит, а уже потом до призраков доберётся!».

Главный герой никак не мог стать убийцей, к тому же парень, которого он сейчас держал за ворот, в будущем должен был стать его товарищем.

— Эй, Так Ён Хо! Быстрее извинись! Те самые первые пропавшие были родителями Дан Со Хёка!

Но ведь этот парень учился с ним в одном классе, неужели он действительно не слышал даже слухов? У него что, совсем не было друзей?

Впрочем, в оригинале их у него тоже не имелось, и мне даже приходило в голову, что именно поэтому впоследствии он повсюду бегал за Дан Со Хёком.

«Но всё равно, как можно было не слышать даже перешёптываний одноклассников?».

После моих слов глаза Так Ён Хо широко раскрылись, а на лице появилось такое потрясение, словно он даже представить не мог ничего подобного.

Ну конечно.

— П-прости! Хык… я… я правда не з-знал!

Хотя ему не хватало воздуха, а слова путались, Так Ён Хо, к счастью, сразу поспешил извиниться. Похоже, даже он понимал, насколько грубо прозвучало его предположение, поэтому раскаяние было совершенно искренним.

Дан Со Хёк довольно долго молчал, пытаясь успокоить дыхание, однако пальцы, сжимавшие ворот Так Ён Хо, постепенно ослабли, и к лицу того понемногу начал возвращаться нормальный цвет.

«Он всё ещё злится?».

Я осторожно покосилась на Дан Со Хёка, беспокойно переводя взгляд с одного его глаза на другой, но по бесстрастному лицу было невозможно понять, о чём он думает. По крайней мере, та пугающая жестокость, которая мелькнула в нём мгновение назад, уже исчезла, и это немного успокаивало.

— Дан Со Хёк.

Когда я осторожно позвала его по имени, чёрные глаза медленно повернулись ко мне.

— …Ты в порядке?

Я не собиралась упрекать его за чрезмерно резкую реакцию, потому что, каким бы грубым ни был его поступок, я всё равно понимала его чувства.

«Если бы кто-нибудь так сказал о Чхо Хэ, я бы тоже пришла в ярость».

Тем более сейчас, когда было неизвестно даже то, живы ли его родители.

Дан Со Хёк ничего не ответил и лишь бессильно разжал пальцы, окончательно отпуская ворот Так Ён Хо.

— Ух… я… я уже думал, что умру. П-прости, я правда виноват. Даже если я ничего не знал, мне всё равно не следовало говорить настолько необдуманно.

Так Ён Хо произнёс это с почти плачущим лицом, и я мысленно перевела дыхание.

Хорошо, что сам по себе он оказался добрым ребёнком.

— …Отпусти.

— Что?

— Я сказал, отпусти мою руку.

Лишь после этих слов я вспомнила, что, пытаясь остановить Дан Со Хёка, до сих пор крепко обнимала его руку.

«Вот чёрт!».

Я поспешно отпрянула с таким лицом, будто прикоснулась к чему-то неприятному, и быстро вытерла ладони об одежду, а Дан Со Хёк, заметив это, насмешливо усмехнулся.

— Вообще-то это мне должно быть неприятно.

— Неприятно? Не слишком ли грубо сказано?

— То есть тебе можно вытирать руки так, словно я грязный, а мне нельзя даже возмутиться?

— Ребята… Я виноват, поэтому, пожалуйста, только не ссорьтесь здесь…

Так Ён Хо произнёс это подавленным голосом, заметив, что вокруг становилось всё шумнее, а со всех сторон в нас впивались колючие взгляды.

Ученики начали собираться в коридоре перед первым классом ещё в тот момент, когда Дан Со Хёк схватил его за ворот.

«Хорошо хоть всё закончилось прежде, чем кто-нибудь успел привести учителя».

Я не собиралась добавлять новый скандал к уже устроенному переполоху, поэтому подавила раздражение, хотя стоило мне заговорить с Дан Со Хёком, как мы неизменно начинали препираться.

Когда он наконец немного успокоился, Так Ён Хо вытер холодный пот и продолжил:

— Значит, вы хотели спросить меня о городских легендах, связанных с районом Эден?

— Не только об этом, потому что мы сами столкнулись с кое-чем неприятным.

Я вкратце объяснила, что произошло после того, как Чан Хён У получил брелок через сайт подержанных вещей.

— Похоже, это предмет, в котором поселился призрак.

К счастью, Так Ён Хо уже слышал новость о том, что Чан Хён У упал с крыши.

— Судя по твоему рассказу, речь идёт не об обычном призраке, а о злом духе.

Выражение его лица стало серьёзным.

— Я нередко слышал о случаях, когда призрак заставлял человека ошибиться, из-за чего происходил несчастный случай, но если он вмешивается настолько открыто, то это уже совсем другое дело.

— Мы поговорили с прежней владелицей брелока, и она посоветовала сжечь или выбросить его. Как думаешь, такой способ действительно поможет?

— Думаю, что нет.

Когда Так Ён Хо с серьёзным видом покачал головой, исчезла даже та слабая надежда, которая у меня ещё оставалась.

— Если это настолько сильный злой дух, после такой попытки он, скорее всего, вцепится в человека ещё крепче.

— Тогда что нам делать? Если больше не загадывать желаний, он сам отстанет?

— Думаю, призрак сделает так, чтобы желание всё равно пришлось загадать. Например, предложит помочь найти пропавшего человека.

Он был прав.

Если призрак сам предложит такую помощь, человек вполне может поддаться искушению и загадать желание, а даже если этого не произойдёт, я всё равно могла бы сорваться, лишь бы убедиться, что Ма Чхо Хэ находится в безопасности.

— Она говорила, что кукле нельзя давать имя и разговаривать с ней. Что это означает?

Из мрачных размышлений меня вывел вопрос Дан Со Хёка.

— А, это связано с городской легендой, в которой кукла начинает считать себя живой, после чего в неё вселяется призрак.

— Значит, ничего особенного.

Похоже, слова прежней владелицы из чата насторожили и его, хотя сама женщина даже толком не помнила, что именно писала.

— В любом случае в этой истории слишком много подозрительного, поэтому лучше не доверять той женщине. Я тоже попробую поискать информацию на сайте, а вы пока понаблюдайте за изменениями в поведении Чхэ Сон.

— Понаблюдаем?

— Да. Если просто сказать ей, чтобы она перестала интересоваться брелоком, это всё равно не поможет, а ты сама можешь оказаться в опасности.

— Наверное, ты прав.

— Обязательно найдётся способ безопасно отделить твою подругу от брелока, поэтому постарайся не переживать слишком сильно!

Ещё недавно он смотрел на происходящее с таким интересом, будто вся эта история его искренне увлекала.

«Но когда он узнал обстоятельства, то всё-таки начал за нас волноваться».

Хотя мы были почти незнакомы, Так Ён Хо оказался добрым человеком, и, наверное, именно поэтому в оригинале Дан Со Хёк не смог холодно оттолкнуть его и в итоге повсюду таскал с собой.

Он был милым, а после его слов на душе стало немного легче, поэтому я невольно улыбнулась.

— Спасибо.

— Угу? А… да, это совсем пустяк!

Неужели он начал заикаться только потому, что я немного ему улыбнулась?

Я смотрела, как Так Ён Хо неловко улыбается и возвращается в класс, а затем почувствовала на себе чей-то взгляд и повернула голову.

Что это был за дерзкий, хулиганский и раздражённый взгляд?

— Просто.

Что значит «просто»?

— Вы оба такие мелкие, а выкрутасов на двоих хватает.

Я так и не поняла, что именно он имел в виду, а Дан Со Хёк, пробормотав эту странную фразу, уже двинул длинными ногами и исчез в классе.

— …Мелкие?

«Разве это уже не переход на личности?»

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

Как и советовал Так Ён Хо, я старательно наблюдала за Ю Чхэ Сон, хотя, поскольку она сидела позади, мне оставалось лишь время от времени украдкой оглядываться через плечо.

«Брелока нигде не видно».

Однако исходившее от неё ощущение явно отличалось от прежнего.

«Даже на переменах, когда я пытаюсь с ней заговорить, она безжалостно обрывает разговор, ссылаясь на то, что ей нужно учиться».

Ю Чхэ Сон выглядела так, словно за ней что-то гналось. Под глазами у неё залегли тёмные круги, а лицо побледнело настолько сильно, что даже учительница спросила, хорошо ли она себя чувствует.

Неужели сама Ю Чхэ Сон действительно ничего не замечала?

— Чхэ Сон.

— Да.

Стараясь не попасться на глаза учительнице, усердно объяснявшей материал у доски, я тихо позвала её по имени, и Ю Чхэ Сон ответила, даже не отрывая взгляда от доски.

На переменах она теперь вообще меня игнорировала, поэтому я решила изменить подход. Если разговор станет мешать ей заниматься, разве она не ответит быстрее, чтобы поскорее от меня избавиться?

— Ты выглядишь очень уставшей. С тобой всё нормально?

— Да.

К счастью, моё предположение, похоже, оказалось не совсем ошибочным, и, обрадовавшись тому, что она хотя бы отвечает, я продолжила негромко щебетать.

Хотя мой голос становился всё заметнее, ни учительница, ни сидевшие рядом ученики даже не взглянули в мою сторону, и я решила считать это удачей.

— Но у тебя появились тёмные круги под глазами, а занимаешься ты так, словно чем-то одержима, поэтому я волнуюсь.

Только после этих слов взгляд Ю Чхэ Сон наконец повернулся ко мне.

Когда она наклонила голову, будто собиралась прошептать что-то на ухо, я обрадованно подалась ей навстречу.

[Я же сказала, что всё нормально!]

Чья-то сильная хватка внезапно стиснула моё лицо, а затем на меня обрушился окрик, резкий, словно удар молнии.

Сердце тяжело ухнуло вниз, и, когда я испуганно распахнула глаза, рядом со мной стояла учительница, недовольно цокавшая языком.

— Чхо Ён, как можно спать на уроке, когда ты выпускница и готовишься к экзаменам?

«Я спала?»

В полном смятении я осмотрелась и поняла, что действительно лежала на парте, а затем резко вскочила.

Но когда я успела уснуть, если только что разговаривала с Ю Чхэ Сон?

— Ты ведь не заболела? Почему ты так сильно вспотела?

Когда я попыталась обернуться назад, учительница протянула ко мне руку. Решив, что она собирается вытереть пот с моего лба, я замерла, однако прикосновение показалось каким-то неправильным.

[Ты в порядке?]

Она ведь должна была касаться меня ладонью, но почему снова и снова казалось, будто по коже проводят чем-то неровным и твёрдым, похожим на суставы пальцев, выступающие кости фаланг или ногти?

Подняв голову, я увидела стоявшую передо мной учительницу, которая с обеспокоенным выражением лица вытирала мой лоб рукой, вывернутой в обратную сторону.

Но была ли это вообще учительница?

— Ты в порядке?

— Ты в порядке?

— Ты в порядке?

Может быть, я всё ещё спала?

Я повернула голову к месту, где должна была сидеть Ю Чхэ Сон, однако вместо неё там находился лишь призрак, широко улыбавшийся ртом, разорванным почти до самых ушей.

Скобы степлера, кое-как вбитые в уголки губ, будто ими пытались стянуть разорванную плоть, болтались при каждом движении.

«Это тот призрак, которого я видела, когда навещала Чан Хён У!»

Её тело по-прежнему было покрыто чёрными буквами, а на языке, показывавшемся всякий раз, когда она широко улыбалась, тоже теснились непонятные письмена. Их оказалось настолько много, что красный язык казался почти чёрным, и от этого зрелища становилось ещё страшнее.

По всему классу разнёсся звонкий смех, и в какой-то момент я поняла, что в опустевшем помещении остались лишь я, призрак и нечто, притворявшееся учительницей.

[Эй.]

Призрак произнёс это почти шёпотом.

[Твоя подруга сказала не вмешиваться.]

Теперь я уже не понимала, было ли всё происходящее сном или видением, а затем перед глазами окончательно потемнело.

— Эй, Ма Чхо Ён!

До меня донёсся чей-то голос, звавший по имени, а когда я снова открыла глаза, урок уже успел закончиться. Я медленно моргнула с пустым выражением лица, и перед глазами тут же замелькала чья-то рука.

— Ты совсем не просыпалась, хотя учительница всё это время пыталась тебя разбудить.

Это оказалась одноклассница, сидевшая через проход сбоку.

«Значит, это она меня звала».

Оставалось лишь надеяться, что передо мной снова не призрак.

Я не решалась сразу заговорить и продолжала медлить, поэтому одноклассница посмотрела на меня с явным недоумением.

— Чхо Ён, тебе плохо?

Разве призрак стал бы так беспокоиться о человеке?

«Нет, в прошлый раз та учительница или кем она там была тоже переживала из-за того, что я покрылась холодным потом, но в итоге всё равно оказалась призраком».

Меня замутило, и из-за подкатывающей к горлу тошноты я плотно сжала губы. Мне было жаль одноклассницу, которая, так и не дождавшись ответа, неловко отошла, однако ничего поделать с собой я не могла.

«Сон или реальность? Что из этого вообще было настоящим?»

Я медленно моргнула, а затем за спиной раздался звук отодвигаемого стула. Вздрогнув, я обернулась и увидела Ю Чхэ Сон, которая пристально смотрела прямо на меня.

— …

Возможно, всё дело было в том, что я уже видела, как Ю Чхэ Сон всего за одно мгновение превращается в призрака, поэтому под взглядом её чёрных глаз невольно сжалась. Я уже собиралась отвернуться, однако Ю Чхэ Сон заговорила первой.

— Чхо Ён.

— Да?

— Теперь тебе кажется, что со мной всё в порядке?

Что это вообще должно было означать?

«Какой ещё смысл искать в её словах, если ты и без того уже всё знаешь?»

Призрак сказал, что подруга велела мне не вмешиваться, а значит, Ю Чхэ Сон действительно что-то сделала, чтобы оттолкнуть меня, потому что моё беспокойство ей надоедало. Я не знала лишь того, загадала ли она ради этого желание.

— От твоего беспокойства всё равно ничего не изменится.

— Сейчас… ты правда та Чхэ Сон, которую я знаю?

Ответа не последовало, однако на её лице не было насмешки, поэтому, немного помедлив, я всё же решилась продолжить.

— Можно я побеспокою тебя в последний раз?

— Что такое?

— Я за тебя волнуюсь.

Чан Хён У упал с крыши, а прежняя владелица брелока не только лишилась больших пальцев, но и превратилась во что-то ужасное. Пусть Ю Чхэ Сон не была моей подругой детства или самым близким человеком, она всё равно оставалась важной и дорогой мне приятельницей.

«Она ведь искренне переживала, когда пропал Чхо Хэ».

Даже если теперь эта подруга, оказавшаяся под влиянием призрака, обращалась со мной холодно, как я могла просто отвернуться от неё?

— Я хочу тебе помочь, Чхэ Сон…

Мне хотелось произнести это спокойно, однако в голосе всё равно прорвалась дрожь, похожая на сдерживаемый всхлип, причём случилось это совсем не вовремя.

— …

— Можно я буду помогать тебе тайком и одна, чтобы не мешать твоей учёбе?

— Я же сказала, что со мной всё в порядке.

— Это со мной не всё в порядке.

На мгновение дрожь в голосе исчезла.

— Я совершенно не хочу видеть, как ты пострадаешь, как Хён У.

Но уже в следующую секунду она снова вырвалась наружу.

Я шмыгнула носом, опасаясь, что даже это может её раздражать, и почувствовала на своей макушке тяжёлый взгляд Ю Чхэ Сон. Не знаю, сколько времени мы так простояли, однако в конце концов она ничего не ответила, лишь развернулась и вышла из класса.

«Кажется, ей трудно ходить».

По тому, как она прихрамывала, было понятно, что Ю Чхэ Сон определённо ранена, хотя кожа, видневшаяся над короткими носками, оставалась совершенно чистой.

Неужели это снова сделал призрак?

«Как можно показывать мне такое и одновременно требовать, чтобы я не обращала внимания?»

Мне было страшно, а тот сон оказался по-настоящему ужасным, но даже после всего этого я всё равно не могла оставить Чхэ Сон одну.

«Нужно что-нибудь предпринять».

Я поспешно собрала сумку и резко поднялась со своего места.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

— Фух… Не думала, что мне снова придётся прибегнуть к этому способу.

Сейчас я находилась в комнате общежития, а если точнее, сидела перед компьютером совершенно одна.

Я собиралась вновь воспользоваться тем же методом, к которому уже прибегала во время поисков младшего брата, тем самым проклятым способом, благодаря которому мне посоветовали отправиться на виллу «Эден».

Иными словами, я собиралась спросить у призрака.

«Я до сих пор не проверила, насколько достоверной была информация, которую мне тогда дали».

Однако в оригинале, несмотря на всю опасность, этот способ определённо помогал Дан Со Хёку. К тому же, если вспомнить, что на месте я встретила Красненького и самого Дан Со Хёка, нельзя было утверждать, что полученная мной подсказка оказалась совершенно неверной.

Красненький тоже рассказал мне о городской легенде, связанной с торговлей людьми, а Дан Со Хёк, как бы мне это ни не нравилось, всё-таки был главным героем и потому не относился к существам, способным причинить мне вред.

«Нужно использовать всю информацию, которой я располагаю».

Всё равно после Ю Чхэ Сон следующей в опасности окажусь именно я, так какая разница, попаду я в беду позднее или столкнусь с угрозой уже сейчас, воспользовавшись способом, который узнаю через это сообщество?

«…Или разница всё-таки есть? Если призраков станет вдвое больше, разве не будет ещё страшнее?»

Пальцы, управлявшие мышью, на мгновение замерли.

(+2)

(+5)

(+2)

(+44)

(+9)

Похоже, после того случая новых сообщений, связанных с исчезновениями в районе Эден, больше не появлялось, и я невольно задумалась.

«Если Дан Со Хёк узнает об этом, он точно не оставит меня в покое».

Но он просто проявлял чрезмерную осторожность, тогда как я придерживалась мнения, что нужно попытаться сделать хотя бы что-нибудь.

Ха, кем он мне приходится, опекуном?

Фыркнув, я положила руки на клавиатуру. Раз уж зашла настолько далеко, продолжать колебаться было бессмысленно.

Прошлый чат исчез, поэтому мне ничего не оставалось, кроме как создать новую публикацию.

Заинтересуется ли он мной и на этот раз, тот самый призрак из оригинала?

(+0)

(+2)

(+5)

(+2)

(+44)

(+9)

Быстрее же, обрати на меня внимание, жуткий призрак, решающий чужие проблемы!

Я нажала кнопку обновления.

(+0)

По всей видимости, и люди, и призраки были заняты собственными делами, потому что никто так и не оставил комментария.

Я снова обновила страницу.

(+1)

Увидев единицу рядом с публикацией, я сразу оживилась.

«Неужели это тот призрак, который отвечал мне в прошлый раз?»

└ОченьИзвиняюсь: Почему тебе неспокойно?

— А-а-а!

Это же имя пользователя прежней владелицы брелока! Почему именно эта женщина оставила комментарий?

«Неужели она призрак? Нет, почему она написала так, будто всё это время только и ждала моего сообщения?»

Нужно было просто не обращать внимания и продолжать всё игнорировать, хотя рука, сжимавшая мышь, заметно дрожала.

«Просто исчезните, пожалуйста».

Я снова нажала кнопку обновления.

(+2)

Количество комментариев увеличилось, однако вместо нового сообщения на экране появилась лишь надпись:

└Комментарий удалён.

Нет, простите, но я ведь даже не успела его прочитать!

В полном недоумении уставившись на экран, я на всякий случай снова обновила страницу.

└tkffuwntpdy: Чат.

└tkffuwntpdy: Быстро.

Он что, каким-то образом услышал мои мысли?

└Комментарий удалён.

└Комментарий удалён.

Стоило мне прочитать сообщения и обновить страницу, как они тут же исчезли.

— …

Что это вообще такое? Почему происходящее казалось не столько страшным, сколько нелепым?

Раз мне велели войти в чат, я решила для начала послушно последовать указанию, после чего перед глазами появился уже знакомый экран.

— Кинжалом…?

Я медленно убрала руку с мыши.

Неужели речь шла о том самом кинжале, который призрак-блондин велел мне забрать?

На мгновение я затаила дыхание.

«Откуда ты об этом знаешь?»

Этот вопрос я так и не смогла произнести вслух.

Неужели призраки следят за всем, что со мной происходит, и если да, то зачем?

«Я ведь не Дан Со Хёк».

Будь на моём месте Дан Со Хёк, это ещё можно было бы понять, ведь он являлся главным героем оригинала и постоянно оказывался связан с призраками.

В чате появилось новое сообщение, требовавшее от меня ответа, однако что я могла написать, если сама ничего не понимала?

Ответ прозвучал довольно бесстыдно.

Разве не именно эти слова я больше всего хотела услышать?

Я протянула руку к сумке, стоявшей на полу, потому что хотела ещё раз внимательно рассмотреть кинжал.

В тот же миг из приоткрытой сумки что-то резко выскочило.

— А-а-а!

Ко мне тянулась бледная рука.

Она целилась в глаза, собираясь вырвать их, или тянулась к шее, чтобы задушить?

Всё произошло настолько стремительно, что я не успела ни уклониться, ни закрыть глаза, и уже застыла на месте, когда рядом раздался чужой голос.

[Это будет затруднительно.]

Большая рука легла мне на плечо.

[Потому что хозяйка кинжала — эта подруга.]

Запрокинув голову, я увидела за своей спиной того самого светловолосого призрака, который передал мне кинжал.

Это был тот самый светловолосый призрак в военной форме, чьё отражение я видела в окне, неизвестное существо, которое передало мне кинжал и дало совет.

«Даже когда была видна только нижняя часть его лица, я думала, что он, наверное, красивый».

Теперь я наконец смогла рассмотреть лицо, прежде скрытое под козырьком фуражки. Его мужественность совершенно отличалась от красоты Дан Со Хёка: чёткие черты и плотно сомкнутые губы создавали впечатление не холодности, а сдержанности и строгого достоинства.

Может быть, на нём была иностранная военная форма? В отличие от обмундирования корейских военных, она плотнее облегала тело и выглядела гораздо официальнее.

С такой внешностью и в этой одежде он обладал настолько сильной аурой, что без особой причины смотреть на него прямо было почти невозможно. Если Дан Со Хёк относился к красавцам восточного типа, то этот призрак выглядел как классический западный красавец, чья красота могла составить угрозу даже главному герою.

Разве подобный призрак появлялся в оригинале?

«Кажется, до того места, которое я успела прочитать, его не было».

Если бы в истории встречался настолько красивый призрак, я бы его точно запомнила, а значит, возможно, он должен был появиться лишь во второй половине.

«А может быть, он вовсе не призрак, а дух-хранитель?»

Однако для этого его лицо было слишком бледным, а рука, лежавшая у меня на плече, оказалась чересчур холодной.

«Даже если призрак не собирается причинять вред, он всё равно способен касаться человеческого тела?»

Я всегда считала, что привидения могут дотрагиваться до людей лишь тогда, когда намереваются непосредственно навредить им, к тому же глаза, смотревшие на меня сверху вниз, были слишком красными.

Стоило оказаться рядом с ним, как по телу пробежал озноб, поэтому он всё-таки, вероятно, был призраком.

«Но ведь сейчас он мне помог?»

Бледная рука, тянувшаяся ко мне, остановилась сразу после появления светловолосого призрака, и смысл его вмешательства казался очевидным — он защитил меня.

Но почему?

Прежде чем я успела найти ответ, чужая рука начала извиваться и медленно заползать обратно в сумку. Её движения напоминали змею, и от этого зрелища по спине пробежал неприятный холодок.

— …

Когда рука окончательно скрылась, в комнате повисла тишина.

Он даже из чата успел сбежать с поразительной быстротой.

«Неужели этот светловолосый призрак настолько опасен?»

Я нервно сглотнула, чувствуя, как напряжение резко усиливается. То, что он однажды помог мне, ещё не означало, что передо мной находился добрый призрак.

[Ты можешь сама ударить куклу кинжалом.]

Чужая рука уже исчезла, поэтому мне хотелось попросить, чтобы и он ушёл, но вместо этого я лишь украдкой следила за его реакцией, пока светловолосый призрак продолжал говорить.

[Однако человек, находящийся под влиянием призрака, будет тебе мешать.]

Человек, находящийся под влиянием призрака?

— Вы говорите о Чхэ Сон?

Ответа не последовало.

Неужели он снова собирался исчезнуть, больше ничего не объяснив?

Испугавшись, что упущу его, я поспешно протянула руку и схватила светловолосого призрака за запястье.

«Я боялась, что моя рука просто пройдёт сквозь него».

Возможно, прикоснуться к нему удалось потому, что прежде он сам коснулся меня, хотя истинной причины я не знала. Однако ощущение оказалось неожиданно отчётливым и странным.

— Послушайте.

От необходимости постоянно смотреть вверх у меня уже заболела шея, потому что, кажется, этот призрак был даже выше Дан Со Хёка.

— Вы добрый призрак?

Я и сама понимала, насколько глупо прозвучал этот вопрос, ведь даже если он ответит утвердительно, верить его словам всё равно будет нельзя.

И всё же…

«Я чувствовала это ещё в прошлый раз: рядом с этим призраком мне совсем не страшно».

Светловолосый призрак опустил взгляд на мою руку, всё ещё сжимавшую его запястье.

[…]

Он не пытался освободиться и лишь молча смотрел на меня, отчего происходящее казалось ещё более странным.

[Не верь никому, кроме самой себя.]

Он произнёс это с бесстрастным лицом, по которому невозможно было понять, о чём он думает.

— Тогда почему Вы мне помогли?

[Я не помогал тебе.]

— Но Вы появились именно тогда, когда тот странный призрак попытался на меня наброситься, а в прошлый раз ещё и дали мне это!

Я поспешно достала кинжал из сумки и подняла его перед собой.

— Раз тот призрак хотел его забрать, значит, в этом кинжале скрывается что-то особенное?

[Кто знает.]

— Неправда. Если он способен уничтожить даже призрака, вселившегося в куклу, значит, это невероятно сильное оружие.

Вертя кинжал в руках, я пробормотала это почти обиженным голосом.

— Вы говорите, чтобы я Вам не верила, но при этом сами себе противоречите.

[Дитя.]

Светловолосый призрак решительно отнял руку, которую я продолжала держать.

[Если будешь придумывать причины, чтобы кому-то поверить, в итоге пострадаешь сама.]

Он высвободил запястье и произнёс эти слова так, словно наставлял меня, а затем положил большую ладонь мне на голову. Он не погладил меня, а лишь равнодушно коснулся волос, после чего исчез, не сказав больше ни слова.

Я с пустым выражением смотрела на место, где ещё мгновение назад стоял светловолосый призрак.

— Какой призрак вообще станет беспокоиться о том, что человека могут ранить?

Моё недовольство ещё ненадолго задержалось в опустевшей комнате.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

После уроков я встретилась с Дан Со Хёком и Так Ён Хо на школьном стадионе, где Дан Со Хёк устроился рядом со мной на ступеньках у площадки.

— Ребята, я как раз собирался спросить о способе в сообществе.

Так Ён Хо, сидевший на ступеньку ниже, повернулся к нам.

— Но там нашёлся человек с точно такой же проблемой, как у нас! Может быть, он тоже стал жертвой той куклы!

Я достала телефон из кармана и сразу почувствовала на себе взгляд Дан Со Хёка.

— Под публикацией было несколько удалённых комментариев, поэтому, похоже, кто-то всё-таки рассказал, как решить проблему. Я написал автору и попросил поделиться способом, так что, как только он ответит, сразу вам сообщу!

Я протянула телефон Так Ён Хо, который оживлённо обо всём рассказывал.

Сообщения пришли на имя пользователя Мачо-король, а судя по тому, как лицо Так Ён Хо постепенно заливалось краской, написал их именно он.

— Могу поделиться, Доктор Тактук по легендам.

— А-а, прости, что я самовольно назвал тебя своей подругой!

Так вот что его смущало?

То, как он закрыл покрасневшее лицо обеими руками, выглядело настолько мило, что у меня невольно появилась довольная улыбка. Он и правда был очаровательным и даже больше походил на младшего брата, чем Ма Чхо Хэ.

— Что тебе ответили?

Дан Со Хёк внезапно наклонился вперёд, хотя я и без того собиралась всё ему показать, но этот тип, как всегда, проявлял нетерпение.

— Смотрите вместе.

Я заранее сделала снимок переписки в чате, а когда открыла его в галерее и показала ребятам, они одновременно принялись читать, после чего вдруг замерли.

«Почему они так отреагировали?»

— Здесь же написано, что об этом нельзя рассказывать другим людям.

— Ах!

— Т-ты уверена, что всё будет в порядке?

Вслед за Дан Со Хёком заволновался и Так Ён Хо, а я лишь медленно моргнула.

— …Наверное, ничего не случится.

В конце концов, это был тот самый призрак, который однажды уже испугался светловолосого призрака и поспешно сбежал, а в сумке, которую я носила с собой и сейчас, по-прежнему лежал кинжал.

— Непонятно, бесстрашная ты или просто не понимаешь, чего следует бояться.

Дан Со Хёк тихо пробормотал это и забрал у меня телефон, вероятно желая перечитать всё внимательнее. Поскольку он опустил глаза, длинные ресницы стали особенно заметны.

«Неужели у него ресницы длиннее моих? И профиль красивый, что ещё сильнее раздражает».

Я недовольно смотрела на Дан Со Хёка в упор, когда внезапно почувствовала на себе чужой взгляд. Повернув голову, я встретилась глазами с Так Ён Хо.

«Что такое?»

— П-прости.

Я подумала, что он хочет что-то сказать, но Так Ён Хо вдруг испугался и резко отвернулся.

«Со стороны ещё можно подумать, будто это я его обижаю!»

Я немного обиделась и нахмурилась, а Дан Со Хёк тем временем заговорил:

— Что значит «живое существо, которое способно умереть в ближайшее время даже без искусственного убийства»?

— Может быть, речь идёт о чём-то вроде растения? Если оставить его без ухода, оно завянет и умрёт.

— Но намеренно оставить его без ухода тоже означает попытаться убить, разве нет?

— Если рассуждать таким образом, то, наверное, да.

— Думаю, смысл в том, что при искусственном убийстве призрак может перейти в выбранную жертву.

Дан Со Хёк скрестил руки на груди и нахмурился, сосредоточенно размышляя.

— Тогда для начала можно купить хотя бы один цветок.

Я согласно кивнула.

— Когда вы собираетесь это попробовать? Для меня всё это тоже впервые, ведь я ещё ни разу не видел настоящий предмет с призраком, поэтому мне нужно хотя бы морально подготовиться.

— Сегодня.

— Так быстро?!

Услышав ответ Дан Со Хёка, Так Ён Хо подпрыгнул так резко, словно вот-вот взлетит.

— Разве это не слишком поспешно?

— Лучше действовать сейчас, чем тянуть время и ждать появления новой жертвы. Оттого, что пройдёт больше времени, решение само собой не появится.

В его словах был смысл, ведь если Ю Чхэ Сон необдуманно загадает ещё одно желание, она может попасть в серьёзную беду.

— Но у кого сейчас находится брелок? У того друга, который лежит в больнице?

После вопроса Так Ён Хо Дан Со Хёк посмотрел на меня.

— Хм, думаю, он у Чхэ Сон.

Стоило вспомнить о том, что произошло в классе, как глаза Дан Со Хёка заметно сузились, а его взгляд словно безмолвно допрашивал меня, не случилось ли за это время чего-нибудь ещё.

Я сделала вид, будто ничего не заметила, и сразу изложила план, который успела придумать. Прежде всего нужно было создать ситуацию, в которой Чхэ Сон окажется отдельно от брелока, а затем встретиться с ней наедине.

— Но если я её позову, она точно не выйдет.

— Со мной, скорее всего, произойдёт то же самое. Призрак наверняка уже запомнил и моё лицо.

Я кивнула, соглашаясь с Дан Со Хёком. Даже если сама Ю Чхэ Сон не знала его в лицо, находившийся рядом с ней призрак вполне мог предупредить её.

Наши взгляды естественным образом обратились к Так Ён Хо.

— Я? Но я ведь почти не знаком с Ю Чхэ Сон.

— Зато если её позовёшь ты, она выйдет без подозрений и лишнего напряжения!

— …Что это должно означать?

— Это означает, что наш Доктор Тракук по легендам выглядит очень добропорядочным!

— Доктор Тактук по легендам.

Дан Со Хёк тихо поправил меня, однако сейчас это было совершенно неважно. Не можешь поддержать, так хотя бы не мешай!

— Но у меня совсем нет повода её позвать.

Так Ён Хо выглядел так, будто вот-вот расплачется, и, поскольку между ними не было даже общих интересов, его растерянность была вполне понятна.

Тогда Дан Со Хёк предложил:

— А если позвать её под предлогом признания?

— Что?! Кто в наше время лично вызывает человека только ради того, чтобы признаться?!

Так Ён Хо подпрыгнул от ужаса, тогда как Дан Со Хёк лишь слегка наклонил голову, будто искренне не понимал, что именно в этом предложении показалось ему настолько странным.

— Многие.

Дан Со Хёк медленно моргнул, и в его взгляде словно читался вопрос, неужели с Так Ён Хо ни разу не случалось ничего подобного.

«Это раздражает ещё сильнее, потому что, кажется, у него действительно нет никакого злого умысла».

Так Ён Хо уже почти плакал, поэтому я сочувственно похлопала его по плечу.

— Чхо Ён…!

— Я дам тебе её номер, так что попробуешь написать прямо сейчас?

Конечно, я похлопала его по плечу, однако это вовсе не означало, что собиралась отказаться от намерения заставить его выполнить нужную задачу, и от этого лицо Так Ён Хо стало ещё несчастнее.

Мы не собирались тянуть время, потому что для меня это было делом, от которого зависела безопасность друзей, а Дан Со Хёк, похоже, хотел как можно скорее покончить со всем происходящим и снова сосредоточиться на деле своих родителей.

Так Ён Хо, которого мы буквально подтолкнули вперёд, в конце концов кое-как решился действовать. Он стоял перед детской площадкой, даже не успев переодеться из школьной формы, и выглядел так, словно его вот-вот прорвёт от переполнявшей обиды.

— Вы ведь заговорили со мной потому, что вам понадобилась информация о городских легендах? Т-тогда почему я должен делать ещё и такое?

Несмотря на явное возмущение, из-за втянутых плеч он всё равно совершенно не выглядел угрожающе, однако показывать, что я так думаю, не стоило, иначе Так Ён Хо наверняка расстроился бы ещё сильнее.

— Благодаря тебе мы сможем испробовать более безопасный способ, и ты даже не представляешь, насколько важная роль тебе досталась!

— Но лучше бы я увидел призрака, потому что подобное для меня гораздо тяжелее. Я… я ведь почти совсем не умею нормально разговаривать с девочками.

Получается, я, которая сейчас стояла перед ним и разговаривала с ним, в представлении Так Ён Хо девочкой вообще не считалась?

Когда выражение моего лица стало странным, Дан Со Хёк слегка приподнял один уголок губ. Я примерно представляла, какая наглая мысль сейчас промелькнула у него в голове, поэтому сердито уставилась на него, но он, похоже, даже не собирался обращать на это внимание.

«Сначала нужно успокоить ребёнка, поэтому я даже возмутиться как следует не могу, и это ужасно бесит».

— Я понимаю, что прошу тебя о чём-то сложном.

Вопреки моим мыслям, к Так Ён Хо обратился спокойный голос.

— Но всё равно искренне благодарна тебе за то, что ты согласился. Хорошо, что у меня есть такой друг, как ты.

В отличие от Дан Со Хёка, Так Ён Хо был примерно одного со мной роста, поэтому я смотрела на него проникновенным взглядом почти на одном уровне, и его растерянное лицо постепенно залилось румянцем.

— П-правда?

— Конечно! Раз Чхэ Сон согласилась выйти, тебе остаётся лишь задержать её как можно дольше!

Момент был подходящим, поэтому, пока Так Ён Хо окончательно поддался на уговоры, я поспешно схватила Дан Со Хёка за рукав и, словно спасаясь бегством, свернула вместе с ним за угол дома.

— Ты откровенно играешь этим ребёнком.

— Что ты несёшь? Я действительно благодарна Ён Хо.

— Если так, тогда хорошо.

И сколько же всего дурного этот гад обо мне думает?

Недовольно пробормотав что-то в ответ на слова Дан Со Хёка, я всё же осторожно выглянула из-за угла. На детской площадке перед домом виднелся Так Ён Хо, который стоял там скованно и неловко.

— Даже если ещё раз всё обдумать, этот план кажется слишком безрассудным.

— Ты о том, что, пока Ён Хо тянет время, мы тайком войдём к ней домой и заберём брелок?

— Именно об этом.

— Но стоит хотя бы упомянуть брелок, и она наверняка вообще не выйдет.

— Если нас поймают, на нас заявят за незаконное проникновение в чужое жилище.

В этом Дан Со Хёк был совершенно прав, и его беспокойство имело все основания. Подумать только, я действительно собиралась проникнуть внутрь, воспользовавшись кодом от электронного замка, который случайно заметила, когда раньше приходила к Ю Чхэ Сон в гости.

Это было преступлением, причём совершенно очевидным.

«Но другого способа я просто не могу придумать».

Когда я приходила к ней в прошлый раз, было примерно такое же время, и тогда Ю Чхэ Сон объяснила, что её родители поздно возвращаются с работы, поэтому в этот час она обычно остаётся дома одна.

В сумке, которую я надела спереди, лежали цветок, купленный по дороге, и кинжал.

— Останься снаружи и подай мне знак, если Чхэ Сон или кто-нибудь ещё появится. Я постараюсь сделать так, чтобы тебе ничего не угрожало.

— Сейчас проблема совсем не в этом… Впрочем, ладно.

— А почему ты обрываешь фразу на середине…!

— Она вышла.

Услышав слова Дан Со Хёка, я поспешно закрыла рот и посмотрела в сторону подъезда.

Ю Чхэ Сон, словно собиравшаяся в большой спешке, появилась не в школьной форме, а в аккуратном платье.

«Странно, ведь обычно она носила только брюки».

Если присмотреться внимательнее, на её лице можно было заметить даже лёгкий макияж.

Вот как?

— Уводит её.

Так Ён Хо неловко указал куда-то в сторону, после чего Ю Чхэ Сон слегка кивнула и пошла вслед за ним.

Когда они отошли достаточно далеко и окончательно скрылись из виду, мы с Дан Со Хёком бесшумно направились к старому дому, в котором жила Ю Чхэ Сон.

Войдя внутрь, мы поднялись в лифте и нажали кнопку пятого этажа, а я всё это время повторяла про себя:

«Если что-нибудь случится, я сразу ударю куклу кинжалом».

Напряжение уже сковывало всё тело, и я крепко сжимала сумку холодными руками.

Динь.

Когда лифт достиг пятого этажа, двери медленно разъехались. Мы прошли по коридору, в дальнем конце которого даже не загорался свет, и остановились перед дверью квартиры Ю Чхэ Сон.

«Фух… Пока Дан Со Хёк будет стоять на страже, я быстро войду внутрь и всё осмотрю».

— Что ты делаешь? Почему не вводишь код?

— …!?

Почему тот, кто должен был стоять на страже, находился рядом со мной?

— Ты же сказал, что будешь сторожить…!

— Я не говорил, что буду.

— Но ты и не говорил, что не будешь!

— Не повышай голос и заходи быстрее.

Он был прав, потому что нам нельзя было ни шуметь, привлекая внимание соседей, ни терять драгоценное время на бессмысленный спор.

Этот человек всё равно всегда делал только то, что хотел.

Мысленно продолжая ворчать, я ввела код, а затем осторожно открыла дверь, за которой показалась погружённая в тишину квартира.

«Здесь гораздо холоднее, чем в прошлый раз».

Я нервно сглотнула, чувствуя, как напряжение усиливается от одной мысли о том, что призрак может внезапно появиться откуда угодно.

Неужели он набросится на меня сразу после того, как я открою дверь в комнату Ю Чхэ Сон?

Несмотря на страх, я всё же сняла обувь и вошла внутрь, а Дан Со Хёк тем временем внимательно огляделся, словно проверяя, действительно ли дома никого нет.

— Здесь никого нет.

— Угу, но на всякий случай лучше закончить всё как можно быстрее и сразу уйти.

— Это её комната?

Дан Со Хёк посмотрел на плотно закрытую дверь, и я, коротко кивнув, глубоко вдохнула, готовясь её открыть.

Однако в следующее мгновение он резко распахнул дверь и первым шагнул внутрь.

— Ты…!

— Если уж придумала настолько безрассудный план, сначала вырасти себе хоть немного храбрости.

Как будто это было так легко!

— Нашёл.

Дан Со Хёк кивком указал на стоявшую возле стола чёрную сумку и прикреплённый к ней брелок того же цвета.

«Он почти сливается с сумкой и совсем не бросается в глаза, а у Дан Со Хёка действительно хорошая наблюдательность».

Я достала из своей сумки купленный по дороге цветок и осторожно положила его рядом с вещами Ю Чхэ Сон. Домашних животных она не держала, а в комнате не было ничего, хотя бы отдалённо напоминавшего растение.

«Теперь нужно дать ему имя».

Поскольку в эту вещь должен был вселиться призрак, мне совсем не хотелось называть её каким-нибудь значимым именем.

Пожалуйста, пусть к ней не прицепится слишком страшный дух.

— Привет, Черныш.

Несмотря на страх, главной причиной, по которой я хотела прийти сюда одна и оставить Дан Со Хёка снаружи, было именно это.

«В моём возрасте мне приходится давать кукле имя и разговаривать с ней!»

От смущения лицо вспыхнуло, однако я упрямо заставила себя продолжить:

— Я пришла, потому что хочу с тобой подружиться, а это мой подарок.

Я указала на цветок, который должен был стать новым вместилищем для духа, обитавшего в брелоке.

«Когда я читала этот способ в чате, он казался довольно убедительным, но действительно ли всё сработает?»

Если задуматься, многие люди давали куклам имена и разговаривали с ними, но призраки ведь не вселялись в игрушки каждый раз.

«Может быть, я просто занимаюсь какой-то ерундой».

Увидев, что брелок никак не реагирует, я нерешительно сунула руку в сумку и нащупала пальцами кинжал.

«Может, всё-таки лучше сразу ударить куклу?»

Пока я колебалась, рядом прозвучал голос Дан Со Хёка:

— Что у тебя в сумке?

— А? На самом деле там…

Я хотела хотя бы вкратце всё объяснить, чтобы он не испугался, если я неожиданно вытащу клинок, но в следующий миг ладонь Дан Со Хёка закрыла мне рот.

Что это вообще за намерение у человека, который сам задал вопрос, а потом не позволил ответить?

Я недоумённо обернулась, и Дан Со Хёк с застывшим лицом тихо произнёс:

— Это был не я.

Что?

[Жаль.]

Снова раздался голос, почти неотличимый от голоса Дан Со Хёка, и по моей коже мгновенно пробежал ледяной озноб.

Я отвела взгляд от него и посмотрела на брелок, однако тот оставался неподвижным и выглядел точно так же, как несколько мгновений назад.

Зато молния на сумке Ю Чхэ Сон была открыта, хотя ещё совсем недавно я точно видела, что она была застёгнута.

[Что у тебя в той сумке?]

Что-то, подражавшее голосу Дан Со Хёка, прошептало изнутри.

[Скажи.]

[Ты ведь сейчас собираешься этим мне навредить.]

Интернет-призрак знал о кинжале, и этот дух тоже каким-то образом всё понимал, но откуда им вообще было это известно?

«Может быть, нельзя было верить словам светловолосого призрака?»

Нет, дело было совсем не в этом, ведь дух брелока только что сам признал, что я собиралась воспользоваться чем-то, способным ему навредить.

«Значит, кинжал действительно действует».

Дрожащей рукой я крепче стиснула рукоять, а сумка в этот момент тихо зашуршала.

[Чхо Ён.]

На этот раз изнутри прозвучал голос Ю Чхэ Сон.

[Я должна умереть, чтобы ты рассказала?]

Руки задрожали ещё сильнее.

[Или я?]

Теперь это был голос Чан Хён У.

[Я ведь говорила Вам сжечь его.]

Последним послышался голос прежней владелицы брелока.

«Он знает даже о том, что мы встречались с ней?»

Тогда существовала большая вероятность, что призрак понимал и то, зачем я проникла в этот дом.

Страх снова занял своё законное место, а сумка продолжала шуршать, выпуская из раскрытой молнии длинные чёрные волосы.

«Нужно бежать».

Но что будет, если я сейчас отступлю, и представится ли нам ещё один такой шанс?

Призрак уже понял, что я собиралась что-то предпринять, а значит, если я сейчас сбегу, то больше не смогу отвечать ни за безопасность Чхэ Сон, ни за безопасность Ён Хо.

Лицо Дан Со Хёка он тоже наверняка запомнил, поэтому это был наш последний шанс, после которого всё могло закончиться окончательно.

«Я должна это сделать».

Дан Со Хёк убрал ладонь от моего рта и осторожно положил её мне на плечо, а отчётливое тепло, передавшееся через прикосновение, словно немного успокоило меня.

Вскоре из сумки начало подниматься нечто, похожее на человеческую макушку, и, едва оно показалось наружу, Дан Со Хёк мгновенно протянул руку.

— Ма Чхо Ён!

Наверное, он инстинктивно понял, что нельзя позволять призраку выбраться полностью, поэтому поспешно попытался застегнуть молнию, однако из оставшейся щели резко высунулась бледная рука и сомкнулась на его шее.

— Быстрее!

Ты ведь даже не знаешь, что именно я собираюсь сделать, так почему же не убегаешь?

Я вытащила кинжал из сумки и сняла ножны, после чего по лезвию едва заметно пробежало голубоватое сияние.

«Не убегай».

Если я отступлю из-за этого страха, то никогда не смогу найти Ма Чхо Хэ.

[Я прокляну тебя.]

«Бояться можно, но убегать нельзя, Ма Чхо Ён!»

Я снова и снова повторяла это про себя, словно пытаясь убедить саму себя, а затем изо всех сил подняла клинок.

[Я прокляну тебя, твою семью и твоих друзей, а потом убью вас всех!!!!!]

Металлический голос сорвался на пронзительный вопль, и на мгновение всё моё тело оцепенело.

[Дитя.]

В этот момент поверх моей руки, сжимавшей кинжал, легла большая ладонь.

[Поверь мне.]

А ведь раньше он сам говорил, что нельзя никому верить.

Я стиснула зубы и вонзила кинжал в брелок.

[Я же просила спасти меня!!!!]

Похожий на истошный вопль крик словно ударил прямо в голову, причём голос звучал то по-женски, то по-мужски, то совсем как детский.

— А-а-а!

Клинок всё ещё оставался воткнутым в брелок, а я схватилась за голову, потому что разрывавший её изнутри крик был совершенно невыносимым.

«Как же больно!»

Теперь в голове звучали не только вопли, но и слова, перемешанные с проклятиями.

[Я обязательно убью тебя.]

[Я прокляну даже твоих потомков.]

[Твои родители будут проклинать тебя и скоро умрут.]

[Несчастье настигнет всё, что связано с тобой!]

«Хватит, прекрати!»

От отвращения меня мутило, а слёзы бесконечно текли по лицу. Когда же всё это закончится?

«Если вытащить клинок из куклы, станет ли легче?»

В тот самый миг, когда эта мысль промелькнула у меня в голове, кто-то крепко меня обнял.

— …!

Я отчётливо почувствовала живое тепло.

Кроме меня, в этой комнате находился лишь один человек, обладавший и температурой тела, и настоящей живой плотью.

Дан Со Хёк.

«Ты тоже слышишь этот голос?»

У меня не было сил даже спросить об этом, поэтому я, словно подчинившись инстинкту, сама прижалась к его груди. Стоило почувствовать рядом чужое тепло, как страх немного отступил.

Тук-тук.

Я слышала чьё-то сердцебиение, но не могла понять, кому именно оно принадлежало. Когда я сосредоточилась на этом звуке, голос призрака начал постепенно отдаляться.

«Всё хорошо».

Я ведь была не одна.

У меня появилась уверенность, что, каким бы несносным ни был Дан Со Хёк, если что-нибудь случится, он всё равно меня не бросит.

Так было и на вилле «Эден», и теперь, поэтому, возможно, это доверие возникло после того, как мы уже не раз вместе проходили через подобные ситуации.

[Я обязательно…]

Жуткий металлический голос постепенно отдалялся.

[…вернусь, чтобы убить тебя.]

Вскоре в голове стало непривычно тихо, и тогда я услышала голос Дан Со Хёка.

— Эй.

Он позвал меня снова:

— Арахисинка.

Я медленно моргнула глазами, пересохшими от слёз, и в этот момент Дан Со Хёк схватил меня за подбородок.

Из-за того, что он насильно заставил меня поднять голову, мы оказались лицом к лицу на очень близком расстоянии.

— Если ты в порядке, доложи, что в порядке.

— …Ты мне не начальник, чтобы я тебе докладывала.

И ещё хмурится с таким серьёзным лицом.

— Если уж волнуешься, мог бы сказать немного мягче.

— Волнуюсь?

Пока мы разговаривали, казалось, что наши дыхания вот-вот коснутся друг друга, поэтому я обеими руками толкнула его в грудь. Разумеется, отодвинулось назад именно моё тело.

Дан Со Хёк спокойно отпустил мой подбородок.

— Я волновался не за тебя, а за последствия твоих действий.

— А ты откуда знаешь, что я собиралась сделать?

— Из-за крика, который звучал у тебя в голове, ты хотела снова вытащить клинок, верно?

— …

Вот же, зря он настолько хорошо всё понимает.

— Не знаю, что это за клинок, но вытаскивать его было нельзя.

Наверное, так и было.

Я резко отвела взгляд в сторону, но тут же снова почувствовала твёрдые пальцы на подбородке.

«Да что с ним такое? Почему он всё время хватает меня за подбородок и заставляет смотреть ему в глаза? Я ему что, непослушная собака, которую нужно воспитывать?!»

— Ответ.

— Я тоже ничего не могла…

— Ответ.

— …Прости. Но я правда сделала это бессознательно.

«Если бы ты меня не удержал, я бы действительно вытащила клинок».

Однако вслух я этого не сказала, потому что почему-то стало неловко.

— Знаю. Молодец.

Дан Со Хёк отпустил мой подбородок и той же рукой несколько раз легко постучал меня по макушке.

«Он действительно обращается со мной как с собакой…»

Мне стало одновременно нелепо и неловко, поэтому я оттолкнула его руку и спросила:

— Так ты в итоге просто хотел услышать, что я виновата?

— Не совсем, но привычка постоянно оправдываться вредна.

— Ты мне что, отец…

Не дослушав, Дан Со Хёк отцепил брелок от сумки, а затем принялся тщательно осматривать её содержимое, отчего я невольно нахмурилась.

«Ему что, совсем не страшно? Призрак, который только что его душил, вылез именно оттуда…»

— Ах!

— Теперь ещё что?

— А твоя шея? С шеей всё в порядке?!

Я быстро приблизилась к Дан Со Хёку, который как раз вытаскивал клинок из брелока. Он удивлённо вздрогнул и поспешно спрятал клинок за спину.

— Всё в порядке, поэтому отойди.

— Что значит «в порядке»? Тот призрак только что душил тебя со страшной силой!

Хорошо, что Дан Со Хёк наклонился, чтобы отцепить брелок, потому что проверить его шею было бы гораздо сложнее, если бы этот долговязый тип стоял во весь рост.

Я взяла его за плечи и повернула к себе.

На шее, где под кожей отчётливо проступали сосуды, действительно оставались слабые следы пальцев, однако до синяков дело не дошло.

Когда я тихо вздохнула с облегчением, совсем рядом прозвучал низкий голос:

— Теперь довольна?

«Мы всё это время стояли так близко?»

Расстояние между нами оказалось настолько маленьким, что щёки почти соприкасались. Дан Со Хёк, похоже, совершенно не смущался и лишь пристально смотрел на меня.

Чёрные глаза, видневшиеся между длинными ресницами, и влажные красные губы…

«С ума сошла!»

Почему я вообще так внимательно разглядываю его внешность? Кто-нибудь со стороны ещё решит, будто мне нравится Дан Со Хёк!

«Нравится? Неужели мне может нравиться этот тип?»

От внезапно возникшего неприятного чувства я резко нахмурилась.

— Ах, мои глаза!!

— Какая нелепость.

Я нарочно преувеличенно оттолкнула Дан Со Хёка и зажмурилась, а он лишь усмехнулся.

— Держи.

Дан Со Хёк протянул мне клинок, развернув его ножнами в мою сторону.

— Об этом клинке я расспрошу тебя немного позже.

Значит, он всё-таки заметил, что с клинком что-то не так.

«А светловолосого призрака он тогда не видел?»

Раз Дан Со Хёк сам о нём не упомянул, похоже, так и было.

Я вложила клинок в ножны, а Дан Со Хёк тем временем сунул брелок себе в карман.

— Эй! Зачем ты забираешь такую вещь?

— Теперь, кажется, всё нормально.

— Но она всё равно неприятная.

— Тогда ты хочешь оставить эту неприятную вещь в доме своей подруги?

Конечно же, не хочу!

«Даже когда о нём беспокоишься, он всё равно умудряется говорить так раздражающе».

Поскольку возразить мне было нечего, я плотно сомкнула губы. Дан Со Хёк взглядом дал понять, что сначала нам следует выйти отсюда и лишь потом продолжить разговор, а я в ответ слегка кивнула.

Мы всё-таки незаконно проникли в чужой дом, поэтому спокойно задерживаться здесь надолго было не лучшей идеей.

Мы одновременно поднялись с места.

— Незаконное проникновение?

— А-а-а!!

Услышав голос третьего человека, словно прочитавшего мои мысли, я громко закричала. Дан Со Хёк, кажется, испугался уже моего вопля и схватился за одежду на груди.

— Ч-Чхэ Сон!

Перед дверью, хотя я совершенно не представляла, когда она успела там появиться, стояла не кто иная, как Ю Чхэ Сон.

— Простите, ребята…

Рядом с ней осторожно выглядывал Так Ён Хо, явно пытавшийся понять, что здесь происходит.

— Чхэ Сон вдруг пошатнулась, у неё пошла кровь из носа, а потом она сказала, что ей срочно нужно вернуться домой.

— И ты не смог её остановить, поэтому просто пошёл следом?

— В тот момент у неё появилась сила настоящего богатыря, будто в неё призрак вселился!

На вопрос Дан Со Хёка Так Ён Хо ответил почти оправдывающимся тоном.

Мы с Дан Со Хёком одновременно перевели взгляды сначала на Ю Чхэ Сон, а затем на руки Так Ён Хо.

«Я знала, что Чхэ Сон усердно занимается спортом, потому что считает, будто для учёбы тоже нужна выносливость, но… разве она не выглядит крепче Так Ён Хо?»

Наверное, всё объяснялось тем, что Так Ён Хо был худее большинства ровесников и потому казался ещё более щуплым. Наверное… иначе его становилось совсем жалко.

— Чхо Ён, это ты сама ввела пароль и вошла?

Под носом Ю Чхэ Сон действительно оставались следы крови, которую она, по всей видимости, торопливо вытерла, однако в её ясных глазах не было ни малейших признаков одержимости.

«Она возвращалась, чтобы остановить нас как раз перед тем, как я ударила клинком?»

Светловолосый призрак тоже говорил, что человек, находящийся под непосредственным влиянием куклы, может помешать.

«Если бы Чхэ Сон успела нас остановить, избавиться от призрака, скрывавшегося в брелоке, оказалось бы гораздо сложнее».

Если бы Ю Чхэ Сон схватила меня, а призрак, выскочивший из сумки, тем временем удерживал Дан Со Хёка… От одной этой мысли становилось дурно.

— Чхо Ён.

Я слишком глубоко задумалась и не сразу ответила.

Поспешно сложив руки перед собой, я придала лицу виноватое выражение.

— Прости, Чхэ Сон. Я знаю, что это преступление, но не могла оставить тебя в таком состоянии.

— …

— Ты ведь и сама, наверное, смутно понимала, что в брелоке, который был у тебя, сидел злой дух. Хён У тоже пострадал из-за него.

— Я же сказала, что тебе не нужно обращать на это внимание.

— Как я могла не обращать внимания?!

Я невольно сорвалась на крик, и удивлённая Ю Чхэ Сон моргнула, пристально посмотрев на меня.

— Я ведь знала, что этот призрак опасен! Мне казалось, что и ты окажешься в беде.

— Ма Чхо Ён.

— Даже если ты назовёшь это навязчивой заботой, я всё равно не могла оставить тебя одну. Если бы и с тобой что-нибудь случилось…!

Чан Хён У уже пострадал из-за призрака, а Ма Чхо Хэ, скорее всего, тоже пропал по его вине.

Если бы теперь ещё и Ю Чхэ Сон оказалась в опасности…

Я изо всех сил сдерживала всхлипы и пыталась закончить фразу, но вдруг услышала тяжёлый вздох.

«Она сейчас разозлится? Или скажет, что больше не хочет иметь со мной ничего общего, а потом заявит на нас?»

— …Спасибо.

Однако ответ Ю Чхэ Сон оказался совершенно неожиданным.

— Что?

— Я тоже понимала, что это опасная вещь, но, кажется, из-за Хён У, у которого внезапно улучшились оценки, окончательно потеряла голову.

Лицо Ю Чхэ Сон оставалось спокойным.

— Я обязательно должна добиться успеха и хорошо зарабатывать, а сейчас учёба для меня является лучшим способом этого достичь.

Её взгляд медленно обвёл старую комнату.

— Мне казалось, будто я чем-то одержима… но при этом я не чувствовала особой необходимости сопротивляться. Наверное, именно в этом и заключалась проблема.

— Чхэ Сон…!

— Если честно, я бы солгала, если бы сказала, что мне совсем не жаль.

Ю Чхэ Сон снова посмотрела на меня.

— Но всё равно нельзя было полагаться на такую вещь. К тому же я даже не подумала о том, как сильно ты будешь беспокоиться, и повела себя эгоистично.

Она приняла случившееся настолько быстро, что совсем не походила на человека, который только что столкнулся с чем-то совершенно нереальным, словно уже давно смутно предвидела подобный исход.

— Прости меня. И спасибо, что до самого конца продолжала думать обо мне как о подруге, Чхо Ён.

Услышав её спокойное и искреннее признание, я шмыгнула носом. Человек, в жизнь которого я ворвалась со своей глупой навязчивой заботой, действительно меня поблагодарил.

Выходило, что все мои усилия, ради которых я как могла собиралась с духом, всё-таки не пропали напрасно.

— Это я должна благодарить тебя гораздо больше.

— Почему ты опять собираешься плакать?

Ю Чхэ Сон тихо рассмеялась, словно из неё выпустили воздух, а затем ласково похлопала меня по спине.

«Какое облегчение».

Лишь почувствовав это мягкое утешение, я наконец поняла, что моя подруга Ю Чхэ Сон действительно вернулась.

3. Игра из воспоминаний: побег из комнаты

В четыре часа сорок четыре минуты утра в пустом переулке нервно переминалась женщина.

— Пожалуйста… пожалуйста…

Некоторое время она тихо бормотала что-то себе под нос, сложив руки перед грудью.

Вж-ж-ж.

По безлюдной дороге разнёсся звук мотора.

Женщина резко подняла голову, прислушиваясь к тому, как он становится всё ближе, и вскоре перед ней остановился мотоцикл.

[…]

Приехавший на нём курьер в розовом шлеме и кожаной куртке молча спешился.

— …

Женщина по-прежнему стояла со сложенными руками и, затаив дыхание, ждала.

Курьер поднял сиденье позади себя и достал чёрный пакет, который оказался настолько тяжёлым, что его ручки, казалось, вот-вот порвутся.

— Боже мой!

Получив пакет, женщина заглянула внутрь и тут же бессильно опустилась на землю.

— А-а-а-а…!

Даже падая, она крепко прижимала пакет к груди, словно боялась, что лежавшее внутри может пострадать от удара.

[Вы проверили товар?]

Курьер задал вопрос ровным голосом, и женщина, безумно закивав, ответила сквозь слёзы, заливавшие лицо:

— Спасибо… Огромное вам спасибо!

Только после этого курьер, ничего больше не сказав, снова сел на мотоцикл и уехал.

Оставшись одна, женщина ещё долго рыдала, прижимая к груди часть тела своей дочери, которую жестоко убил случайный преступник и которую долгое время не удавалось найти.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

После исчезновения Ма Чхо Хэ это было одно из тех редких утр, когда я проснулась с совершенно ясной головой.

«Наверное, потому что одной тревогой стало меньше».

Лёжа в кровати, я медленно моргнула, лениво потянулась, приподнялась и сонно посмотрела на окно, в которое с силой бил холодный ветер.

— Похоже, уже по-настоящему похолодало.

Зима неумолимо приближалась, и, когда я поднялась с кровати и начала собираться в школу, лишь свободная жёлтая толстовка, надетая поверх рубашки, помогла мне наконец почувствовать, что холод немного отступил.

«Пусть одна проблема и решилась, но Чхо Хэ тоже нужно поскорее найти».

В зеркале моё лицо, резко контрастировавшее с яркой одеждой, выглядело мрачным. Взяв сумку, я вышла из комнаты общежития, продолжая размышлять о призраке из Сообщества городских легенд.

Пусть на вилле «Эден» мне так и не удалось найти Ма Чхо Хэ, совет, который интернет-призрак дал для уничтожения духа, скрывавшегося в брелоке, оказался правдой. Значит, возможно, и то, что в ответ на вопрос о поисках Ма Чхо Хэ он направил меня к вилле «Эден», тоже имело определённый смысл.

«А может быть, он просто помог мне встретить Дан Со Хёка, который должен стать ключом к поискам Чхо Хэ».

Вопрос, который я задала интернет-призраку, звучал так: «Как найти человека, пропавшего в районе Эден?»

Я ведь не спрашивала напрямую, где находится Ма Чхо Хэ.

Дан Со Хёк был главным героем оригинала и родственником пропавших, поэтому, возможно, указать мне именно на него, как на человека, располагавшего большим количеством информации, и было настоящим ответом.

«Нужно снова обратиться к интернет-призраку. Может быть, именно на этот раз мне удастся найти младшего брата».

От этой маленькой, но постепенно становившейся всё более отчётливой надежды рука, сжимавшая сумку, невольно напряглась.

Когда я пришла в класс раньше обычного, Ю Чхэ Сон уже сидела за партой и занималась, сосредоточенно глядя в учебник.

— Доброе утро.

Услышав мои шаги, она подняла голову и поздоровалась. В отличие от вчерашнего дня, когда под её глазами залегли тёмные круги, сегодня цвет лица выглядел гораздо лучше.

— Привет. Ты вчера хорошо спала?

— Да. После того как я впервые за долгое время выспалась, утром учиться стало намного легче.

Она тихо рассмеялась и пробормотала, что прежде зря занималась ночами напролёт.

На парте Ю Чхэ Сон лежали пластыри, и я уже собиралась спросить, не поранилась ли она, однако в этот момент послышался звук открывающейся двери.

«Кто это?»

Повернув голову, я увидела, что переднюю дверь открыл Так Ён Хо, а позади него стоял Дан Со Хёк.

«Почему они оба с самого утра пришли в чужой класс?»

— Чхо Ён сегодня очень рано пришла.

— Это вы почему с самого утра заявились в чужой класс?

— А, я волновался за Чхэ Сон…

Так Ён Хо неловко улыбнулся, а изотонический напиток, который он держал в руках, совершенно естественно оказался на парте Ю Чхэ Сон.

— Я пришёл на всякий случай, но увидел, что ты уже занимаешься, и решил купить тебе что-нибудь попить.

— С каких пор вы стали такими близкими?

«Ой».

Слова сами вырвались наружу, прежде чем я успела их обдумать.

«Неужели я сказала это слишком задиристо? Но мне ведь и правда стало интересно…»

Однако ещё до того, как я успела оправдаться, Так Ён Хо уже заметно поник.

«А-а-а, что теперь делать?»

— П-прости…!

— Нет, ты права. Просто я сам по себе переживал, вот и всё.

Его голос прозвучал настолько безжизненно, что это заметил бы кто угодно.

«У меня ведь не было никакого дурного намерения!»

Я окончательно растерялась, однако меня спасла Ю Чхэ Сон, которая взяла бутылку изотоника, застенчиво улыбнулась и произнесла:

— Спасибо, я обязательно выпью его, Ён Хо. И за пластыри тоже спасибо.

Только после этих слов Так Ён Хо расплылся в улыбке, а я с облегчением провела рукой по груди.

«Впредь нужно внимательнее следить за своими словами».

Оказывается, нельзя обращаться со всеми мальчишками так, словно они Дан Со Хёк или Чан Хён У. Ма Чхо Хэ тоже не относился к людям, которые обижались на прямолинейную манеру общения, поэтому я совершенно упустила это из виду.

Я уже собиралась искренне извиниться, однако Дан Со Хёк вмешался сухим голосом:

— Объясни, что это был за клинок, который мы видели вчера.

— А, точно.

Я знала, что этот вопрос рано или поздно возникнет, и невольно мельком посмотрела на Ю Чхэ Сон.

— Тогда давайте выйдем и поговорим. Чхэ Сон нужно заниматься.

— Ничего страшного, можете говорить здесь.

Ю Чхэ Сон оглядела класс, где, к счастью, кроме нас, пока не было ни одного ученика.

— Я тоже немного замешана во всём этом, поэтому мне интересно, чем всё закончилось.

В её словах был смысл.

«Наверное, я могу рассказать?»

Господин светловолосый призрак ведь не говорил, что мне нельзя упоминать о нём.

Немного помедлив, я рассказала обо всём, начиная с медпункта: о предупреждении, появившемся на стене, о возникшем кинжале и о самом светловолосом призраке.

Все трое слушали меня с серьёзными лицами, а когда я упомянула, что он появился и в тот момент, когда я ударила брелок, Дан Со Хёк нахмурился.

— Я его не видел.

— Необязательно, чтобы одного призрака видели все люди. Может быть, он чем-то вроде духа-хранителя Чхо Ён?

Так Ён Хо серьёзно скрестил руки на груди и задумался.

— Судя по светлым волосам, на предка он не похож. Чхо Ён, ты случайно не смешанного происхождения?

— Думаю, нет. По крайней мере, родители никогда мне ничего такого не рассказывали.

— Тогда кто же он? На обычного призрака совсем не похож.

— Призрак не стал бы помогать человеку.

Дан Со Хёк нахмурился ещё сильнее, словно вот-вот собирался сказать о светловолосом призраке что-нибудь плохое, поэтому я поспешно открыла рот:

— Но факт остаётся фактом: он мне помог! Клинок тоже оказался полезным, а все его советы были правдивыми.

— Он может намеренно заставлять тебя поверить ему, чтобы потом провернуть что-нибудь другое.

— А может быть, это добрый призрак, который действительно хочет мне помочь!

— На чём вообще основано твоё доверие?

— Это…!

— Арахисинка.

Дан Со Хёк шагнул ко мне и посмотрел сверху вниз так, словно собирался задавить одним своим ростом, отчего я невольно сжалась.

— Я говорил тебе не доверять призракам или нет?

— Говорил, но…!

— Вот опять тянешь слова.

«Почему он снова начал тянуть меня за щёки?!»

Перед Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо мне стало ужасно стыдно, словно меня отчитывали как маленького ребёнка, а чем сильнее я пыталась вырваться, тем больше, казалось, растягивались мои щёки.

— Не делай так, придурок!

— Ребята, для начала успокойтесь. Это тоже важно, но сейчас есть кое-что ещё более существенное.

Пока мы шумели, Так Ён Хо поспешил нас остановить.

Что же могло быть важнее?

— Я говорю о призраке, который рассказал вам способ в Сообществе городских легенд.

Ю Чхэ Сон, до этого внимательно слушавшая разговор, осторожно заговорила:

— Раз этот способ в итоге оказался правдой…

Она перевела взгляд на нас.

— Может быть, он поможет найти Чхо Хэ?

Ю Чхэ Сон пришла к тому же выводу, что и я.

Поскольку этим утром я размышляла ровно о том же, то сразу кивнула в знак согласия.

— Я и сама собиралась попробовать ещё раз. В первый раз я спросила только о том, как найти человека, пропавшего в районе Эден.

— И после этого ты встретила Со Хёка, верно?

— Да. Я не нашла Чхо Хэ, но, возможно, ответ заключался в том, что рядом с Дан Со Хёком можно обнаружить какую-нибудь зацепку.

Они не знали, что Дан Со Хёк был главным героем хоррор-романа и рано или поздно должен был встретиться с призраком, торговавшим людьми.

— Поэтому на этот раз я хочу спросить о способе найти именно моего младшего брата.

— Раз уж мы заговорили об этом, может быть, попробуешь прямо сейчас?

Услышав предложение Ю Чхэ Сон, я медленно моргнула, совершенно его не ожидав, однако Дан Со Хёк сразу кивнул.

— Это всё равно лучше, чем оставить её одну, а потом ждать очередной катастрофы.

«Нет, что это вообще значит? Почему вы оба так уверенно киваете?»

— Ну… мне-то всё равно.

И всё же происходящее почему-то начало развиваться совсем не так, как я ожидала.

Не скрывая недовольства на лице, я достала телефон, после чего все трое тут же столпились рядом со мной.

Зайдя в Сообщество городских легенд, я привычно написала новый пост.

— То есть ты просто публикуешь такой пост, а удалённый комментарий, который появляется после этого, с высокой вероятностью принадлежит призраку?

В ответ на вопрос Дан Со Хёка я кивнула.

«Я всего лишь повторила то, что в оригинале делал ты сам».

Судя по серьёзному выражению его лица, нынешний Дан Со Хёк об этом способе не знал. Возможно, позднее он и сам воспользуется им, чтобы попытаться найти родителей.

Конечно, в романе существовали различные сюжетные препятствия, не позволявшие главному герою так легко их отыскать, поэтому особых результатов он не добьётся.

Когда я думала об этом, мне становилось его жаль. Для Дан Со Хёка этот разговор, вероятно, был редкой возможностью обрести надежду, поэтому я не могла сказать ему, что всё это, скорее всего, окажется бесполезным.

— О, удалённый комментарий и правда появился!

— И сообщение сразу пришло.

Отвлёкшись на собственные мысли, я поспешно нажала на чат, рядом с которым загорелся красный значок.

Поскольку я уже несколько раз проделывала это прежде, почти никакого страха не осталось.

Так продолжалось до тех пор, пока я не увидела первое сообщение.

Все трое, кроме Дан Со Хёка, одновременно закричали беззвучным криком.

Так Ён Хо накрыл рукой мой рот, из которого вот-вот должен был вырваться крик, а Ю Чхэ Сон в тот же миг закрыла ладонью рот уже ему самому.

— …!!

Я не могла даже выпустить телефон из рук, поэтому продолжала тревожно сжимать его дрожащими пальцами, пока Дан Со Хёк наконец не забрал устройство у меня.

Сразу после этого на экране появилось новое сообщение.

«А-а-а, почему он так со мной поступает?!»

«Откуда он вообще наблюдает?»

Мы с Так Ён Хо одновременно принялись оглядываться по сторонам, однако вокруг, разумеется, не было совершенно ничего, и именно это пугало ещё сильнее.

— Что будешь делать, Чхо Ён?

Ю Чхэ Сон, которая пришла в себя раньше нас, первой обратилась ко мне.

— Похоже, он ответит только в том случае, если на экран будешь смотреть ты одна.

Это было правдой, но всё равно…

Я крепко зажмурилась.

До сих пор я вела себя так, словно готова была на что угодно ради поисков Ма Чхо Хэ, поэтому теперь не могла испугаться и отступить.

«Я ведь не вижу призрака напрямую, это всего лишь чат!»

«С п-п-призраком тоже можно было немного поговорить!»

Дрожащей рукой я снова подняла телефон, а все трое одновременно отвели взгляды от экрана и стали смотреть исключительно на моё лицо.

«А если бы я не была послушной, какое наказание получила бы…?»

Этот вопрос я так и не решилась задать, потому что слишком боялась услышать ответ.

Интернет-призрак, словно только этого и ждал, начал один за другим отправлять в чат подробные указания.

«Курьерскую службу?»

Я ожидала, что мне снова велят куда-нибудь пойти, как это было с виллой «Эден», поэтому такой ответ оказался совершенно неожиданным.

«Если я попрошу доставить Чхо Хэ, его действительно найдут?»

Если это правда, способ был почти идеальным, потому что обещал точный и быстрый результат.

Однако то, что в качестве платы требовалась лишь благодарность, казалось подозрительным. Вряд ли кто-нибудь стал бы исполнять любые просьбы, не получая взамен ничего, кроме этих слов.

— Что случилось?

— Он велел тебе сделать что-то опасное?

Друзья смотрели на меня с обеспокоенными лицами.

Я уже собиралась рассказать им о курьерской службе, но тут же плотно сомкнула губы.

То же самое сообщение снова появилось в чате, словно интернет-призрак намеренно напоминал мне о запрете.

По спине потёк холодный пот.

«Если он знает, что я смотрю чат не одна… тогда ему ведь известно и то, что прошлые способы я тоже обсуждала с ними?»

Почему же тогда до сих пор не прозвучало ни одной угрозы?

От тревоги я начала грызть ноготь.

Может быть, всё же рассказать ребятам? В прошлый раз ничего не случилось, поэтому, возможно, и теперь всё обойдётся.

«Но на этот раз он специально повторил запрет ещё раз».

Немного помедлив, я посмотрела на друзей, которые терпеливо ждали моего ответа, и одним взглядом попросила их ещё немного подождать.

Значит ли это, что говорить всё-таки можно? Тогда зачем он написал, что делиться сведениями «ни в коем случае» нельзя?

— Чхо Ён, ты ведь не попала под влияние призрака?

Так Ён Хо осторожно задал этот вопрос, и я покачала головой.

— Нет, я просто хочу кое-что уточнить. Простите, можете ещё немного подождать?

— Угу. С нами всё в порядке, поэтому не торопись!

Я кивнула, немного поколебалась и снова написала в чат.

Возможно, на меня всё же повлияли слова Дан Со Хёка о том, что призракам нельзя доверять, которые он повторял почти как внушение, поэтому я решила задать этот подозрительный вопрос.

«Пока ведь ни с Дан Со Хёком, ни с Ён Хо ничего не случилось».

К тому моменту, когда ладонь уже стала влажной от холодного пота, наконец пришёл ответ.

«Что?»

У меня возникло ощущение, будто все волосы на теле одновременно встали дыбом.

Я поспешно выключила экран телефона и сунула его в карман.

— Что случилось?

Дан Со Хёк спросил об этом так, словно сразу заметил, как дрогнул мой взгляд.

«Неужели с ними действительно скоро что-то произойдёт?»

Все трое смотрели на меня с одинаково обеспокоенными лицами.

— А, ничего особенного.

«Если это беспокойство однажды превратится в обвинение…»

— Он сказал снова пойти на виллу «Эден».

— Тогда почему ты так испугалась?

— Конечно, я испугалась, раз мне предложили снова пережить тот ужас!

Дан Со Хёк продолжал смотреть на меня с явным подозрением. Наверняка по тому, как я отвечала, упорно отводя взгляд, он уже понял, что я лгу, ведь этот тип всегда был слишком догадливым.

— Вилла «Эден» настолько страшное место?

— Я сама там не была, но, похоже, там действительно появляются призраки.

Ничего не подозревавшие Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо начали тихо переговариваться между собой. Видимо, Так Ён Хо решил, что я просто испугалась, потому что тут же предложил:

— Я пойду с тобой! Может быть, сходим вместе после уроков?

— Сегодня у меня есть дела, но, если вам подойдёт завтра, я тоже смогу пойти.

Следом вызвалась и Ю Чхэ Сон. Она наверняка была занята учёбой, но всё равно решила сопровождать меня, потому что волновалась.

Из-за чувства вины я уже собиралась сказать, что пойду одна, однако Дан Со Хёк продолжал сверлить меня пронзительным взглядом, и, чтобы не усилить его подозрения, пришлось ответить иначе.

— Спасибо, я как раз боялась идти туда одна.

Курьерскую службу нужно было вызвать в четыре часа утра. Если сегодня мы отправимся на виллу «Эден» и снова окажемся там заперты, всё может пойти наперекосяк.

— Тогда давайте пойдём завтра, когда Чхэ Сон тоже сможет. Если нас будет четверо, наверное, окажется не так страшно.

— Хорошо.

— Тогда сегодня я тоже поищу, есть ли какие-нибудь слухи, связанные с виллой «Эден»!

Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо охотно согласились.

Пока мы договаривались встретиться после завтрашних уроков, в классе постепенно становилось всё оживлённее, потому что ученики один за другим начали занимать свои места.

— Нам тоже пора возвращаться в класс?

— …

— Со Хёк?

Дан Со Хёк продолжал пристально смотреть на меня, а я изо всех сил делала вид, что ничего не замечаю, и упрямо отворачивалась.

Так Ён Хо переводил взгляд с него на меня, а затем внезапно прикрыл рот ладонью, словно пришёл к какому-то выводу.

«Не знаю, что именно ты там себе придумал, но всё совсем не так…»

— Ха…

Дан Со Хёк не сказал ничего особенного, а лишь коротко выдохнул и отвернулся.

От этого на душе почему-то стало тяжело, однако я всё равно крепко сжала губы.

Когда Дан Со Хёк и Так Ён Хо ушли, я вернулась на своё место. Чан Хён У всё ещё не выписался, поэтому соседняя парта оставалась совершенно пустой.

— Чхо Ён.

— Да?

Услышав голос Ю Чхэ Сон, позвавшей меня с заднего места, я слегка повернула голову.

— Так же, как ты беспокоилась обо мне, я и остальные ребята тоже беспокоимся о тебе.

Её голос звучал мягко.

Если бы она давила на меня так же, как Дан Со Хёк, я бы мучительно пыталась придумать, как солгать или уклониться от ответа. Однако голос Ю Чхэ Сон был таким нежным, словно она уже понимала всё, что происходило у меня на душе.

— Я понимаю, что ты не хочешь заставлять нас волноваться, но всё же постарайся иногда на нас полагаться.

Ю Чхэ Сон слабо улыбнулась, и, увидев её лицо, я сразу всё поняла.

«Чхэ Сон тоже заметила, что я солгала».

И всё же она делала вид, будто ничего не знает, и просто ждала. Если у меня действительно была причина, по которой я не могла рассказать правду прямо сейчас, она собиралась дождаться того момента, когда я сама буду готова заговорить.

Перед таким взрослым и терпеливым отношением подруги мне оставалось лишь кивнуть.

— Кстати, Ён Хо дал тебе пластыри? Ты где-то поранилась?

— А…

Поскольку никаких ран на ней не было видно, я вопросительно наклонила голову. Ю Чхэ Сон несколько раз беззвучно открыла и закрыла рот, затем её глаза забегали из стороны в сторону, а на губах появилась застенчивая улыбка.

— Ён Хо оказался довольно наблюдательным.

— …Он?

Судя по тому, как недавно он смотрел на нас с Дан Со Хёком и явно что-то себе надумал, мне так совсем не казалось.

— Вчера он заметил, как я хожу, и спросил, что случилось, поэтому я сказала, что немного поранилась.

Ю Чхэ Сон подтянула к себе ногу, которую до этого выставила из-за парты, и продолжила:

— Но ничего серьёзного не произошло, поэтому не волнуйся.

— Тогда хорошо. Но после того, как ты загадала желание брелоку, ты точно больше нигде не пострадала?

— Да. Я всего лишь попросила немного помочь мне продержаться всю ночь, поэтому у меня только пошла кровь из носа. Головокружение тоже прошло после того, как на следующий день я как следует выспалась.

В её спокойном ответе не чувствовалось ни малейшей лжи.

«Значит, Хён У так сильно пострадал потому, что внезапно попросил слишком многого».

К счастью, с Ю Чхэ Сон всё оказалось не настолько серьёзно.

Вскоре в класс вошла учительница, и я снова повернулась вперёд, после чего провела ручкой по чистой странице тетради и написала в углу цифру четыре.

«Четыре часа утра».

Четыре часа сорок четыре минуты.

«Смогу ли я сегодня в это время найти своего драгоценного младшего брата?..»

Во время обеденного перерыва Так Ён Хо осторожно позвал Дан Со Хёка:

— Слушай, Со Хёк.

После того как утром он так расстался с Ма Чхо Ён, его лицо всё это время сохраняло недовольное выражение.

Остальные, вероятно, приняли бы это за обычную бесстрастность, однако Так Ён Хо уже мог понять, что Дан Со Хёк сейчас не в настроении.

— С тобой всё в порядке?

Поскольку на предложение пойти в столовую он послушно согласился, Так Ён Хё осторожно задал этот вопрос.

Только тогда красивое лицо повернулось к нему. Из-за того, что Дан Со Хёк был выше даже многих учеников и взрослых вокруг, Так Ён Хо невольно немного втянул плечи.

«Говорят, если смотреть на лицо снизу вверх, оно выглядит некрасивым, но почему же этот парень даже с такого ракурса остаётся привлекательным?..»

Так Ён Хо не понимал и того, почему человек, отвергавший предложения остальных ребят, согласился поесть именно с ним.

Другие ученики украдкой поглядывали в их сторону с такими лицами, словно никак не могли понять, что происходит, и Так Ён Хо испытывал скорее не гордость, а растерянность.

Хотя именно он первым предложил поесть вместе, к столь пристальному вниманию окружающих Так Ён Хо не привык, поэтому оно заметно давило на него.

— Что именно должно быть не в порядке?

На вопрос о том, всё ли с ним хорошо, Дан Со Хёк ответил именно так. С Ма Чхо Ён он разговаривал точно таким же образом, поэтому, видимо, мягко отвечать было просто не в его характере.

— Ты ведь с самого утра переживаешь за Чхо Ён?

— …Она слишком очевидно солгала, вот и всё.

Теперь на его лице действительно проступило недовольство.

Другие считали Так Ён Хо туповатым и медлительным, однако он был гораздо наблюдательнее, чем казался, поэтому сразу уловил раздражение в едва заметно изменившемся выражении Дан Со Хёка.

«Похоже, Со Хёку действительно нравится Чхо Ён».

Так Ён Хо пока не понимал, была ли эта симпатия романтической или дружеской, однако чувствовалось, что к Ма Чхо Ён Дан Со Хёк относился иначе, чем к остальным.

— Наверное, она что-то скрывает, потому что не хочет нас тревожить. Давай позже ещё раз её спросим.

— До этого она наверняка успеет сделать что-нибудь опасное.

— Чхо Ён ведь пугливая, разве она станет действовать в одиночку?

— Ты просто её не знаешь.

Теперь у Дан Со Хёка было лицо человека, достигшего просветления.

— Она пугливая, но при этом никогда не знаешь, куда её занесёт, и именно поэтому с ней ещё больше головной боли.

— Ха-ха. Ты очень заботишься о Чхо Ён, да?

— Что ты несёшь?

Велев не говорить ерунды, Дан Со Хёк начал накладывать еду на поднос. Так Ён Хо тоже взял себе еды, после чего они отошли к месту немного в стороне.

Так Ён Хо замечал это и раньше, но Дан Со Хёк, похоже, не особенно любил общаться с другими людьми.

«Из-за красивой внешности к нему, наверное, постоянно пытаются подойти. Может быть, именно поэтому люди утомляют его ещё сильнее?»

Возможно, даже с ним Дан Со Хёк разговаривал лишь потому, что теперь они делили одну тайну.

Едва сев за стол, Так Ён Хо достал телефон. Когда он осторожно придвинул экран так, чтобы Дан Со Хёк мог его видеть, тот бесстрастно посмотрел на него, словно спрашивая, что это такое.

— Я усердно рылся в Сообществе городских легенд, потому что подумал, что это может помочь тебе найти семью. В последнее время там часто упоминают одну легенду.

— Какую именно?

— Городскую легенду о курьерской доставке.

По выражению лица Дан Со Хёка было ясно, что он не понимает, о чём идёт речь.

Некоторое время он изучал экран телефона, а затем спросил:

— Она находит нужные вещи или людей?

— Верно. Но, похоже, успех приходит не ко всем.

Так Ён Хо снова забрал телефон.

— Судя по рассказам, результат зависит от обстоятельств.

Затем он открыл другой экран, где заранее всё систематизировал, и показал его Дан Со Хёку.

— Здесь есть отзывы людей, у которых всё получилось. Один мужчина написал, что хотел увидеть своего умершего сына, и курьер велел ему сесть на мотоцикл. В итоге они прибыли в провинцию Канвондо, но…

Так Ён Хо, продолжавший читать отзыв, сначала пробежал глазами следующую часть, а затем поёжился от пробежавших по коже мурашек.

— Он выехал из Тэгу, но, когда сошёл с мотоцикла в Канвондо, прошло всего несколько минут. Всё-таки призрак есть призрак.

Мужчина прибыл к одной начальной школе в родном для него месте в Канвондо, куда когда-то ходил его умерший сын.

После того как мальчик погиб в дорожной аварии, отец не смог оставаться в районе, где всё напоминало о нём, и уехал в Тэгу, где жили его родители.

— Во дворе начальной школы росло большое дерево. Курьер молча остановился под ним, а когда мужчина подошёл ближе, ему под ноги попалось что-то твёрдое.

Когда мужчина наклонился и принялся раскапывать землю, то вскоре обнаружил небольшую коробку.

Внутри лежали разные мелочи, словно несколько детей решили сделать подобие капсулы времени и спрятали в ней дорогие им вещи: игровые фишки, недоеденную сладость, любимые шарики и другие предметы.

Среди них особенно выделялся небольшой лист, вырванный из альбома для рисования. По аккуратным сгибам было видно, что старую бумагу складывали очень старательно.

Так мужчина нашёл письмо, которое погибший сын оставил своему единственному родному человеку — отцу.

Я стану супелгелоем, как папа! И я тоже победю самого бальшово пса на свете!!!

Папа, я тибя люблю!!!!!!>

Это было драгоценное письмо, которое отец из-за смерти сына мог так никогда и не найти. И пусть встретиться с погибшим ребёнком ему не удалось, эта трогательная история была почти равнозначна настоящей встрече.

Так Ён Хо шмыгнул носом и признался, что впервые едва не расплакался, читая городскую легенду.

— Но пропавшего человека здесь ведь так и не нашли.

Разумеется, его собеседник оказался непростым противником.

Дан Со Хёк произнёс это прямо, и на его лице не отразилось ни единой эмоции. Кажется, Так Ён Хо начал понимать, почему Ма Чхо Ён особенно часто злилась именно на него.

— Но, может быть, всё-таки получится получить какую-нибудь подсказку? Судя по отзывам, это место не выглядит настолько опасным.

— Хм.

— Конечно, точно сказать нельзя, поэтому для начала я свяжусь с тем человеком и всё у него спрошу!

— Хорошо.

Дан Со Хёк начал есть, а затем добавил:

— Не знаю только, будет ли Ма Чхо Ён смирно ждать до тех пор.

— Да ладно, разве прямо сегодня может что-нибудь случиться?

— Неизвестно.

Дан Со Хёк криво приподнял один уголок губ.

— Она может взорвать очередную бомбу прямо сегодня.

Так Ён Хо рассмеялся, искренне считая, что ничего подобного произойти не может. За то недолгое время, что он знал Ма Чхо Ён, она показалась ему оживлённой, но при этом пугливой девушкой.

Насколько неожиданно вообще могла поступить красивая школьница с немного надменным лицом, которая была даже чуть ниже него?

Разумеется, это было лишь заблуждением Так Ён Хо, который ещё не успел как следует узнать Ма Чхо Ён.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

— Фу-у-ух…

Я лежала на кровати и, глядя в потолок, то и дело тяжело вздыхала. После уроков я собиралась хотя бы немного вздремнуть, однако сон совершенно не шёл, поэтому в конце концов оформила разрешение на ночёвку вне общежития, сказав, что поеду домой, а сама направилась в круглосуточное кафе.

«Если меня подробно спросят о том, кого именно нужно найти, я должна суметь ответить, верно?»

За окнами кафе уже давно стемнело, а лежавшая передо мной на столе тетрадь была плотно исписана личными данными Ма Чхо Хэ: идентификационным номером, временем рождения, ростом, весом и особенностями внешности. На всякий случай я даже распечатала его фотографию и приклеила на одну из страниц.

Время тянулось особенно медленно, возможно, из-за мысли о том, что сегодня мне наконец удастся найти младшего брата.

«Ожидание? Нет, можно ли вообще назвать это ожиданием?»

Если и на этот раз мне не удастся найти Чхо Хэ, разочарование окажется невыносимым, и, возможно, именно поэтому я дрожала вовсе не от надежды, а от страха перед тем, насколько болезненным оно будет.

Глубоко вздохнув, я несколько раз коснулась экрана телефона, и на загоревшемся дисплее появилось время: три часа пятьдесят минут.

Подняв голову, я посмотрела на улицу, где почти не осталось прохожих, а затем оглядела кафе, внутри которого тоже царила полная тишина.

«Наверное, пора понемногу выходить».

Я не знала, какие именно вопросы задаст призрак, однако, если разговор примет странный оборот, окружающие могут начать подозрительно на меня смотреть. Натянув шапку поглубже, я поднялась с места и увидела в оконном стекле собственное отражение: жёлтая толстовка, в которой я ходила ещё утром, и обычные джинсы.

«Нужно безлюдное место».

Одно подходящее место я заранее приметила неподалёку от кафе. Это был переулок, откуда при необходимости можно было сразу выбежать на большую дорогу и скрыться.

На часах было три часа пятьдесят три минуты.

Когда я вышла из кафе, колокольчик над дверью тихо звякнул, а вслед за этим почти сразу раздался ещё один, более торопливый звон, заставивший меня машинально обернуться.

«Что это?»

Какой-то мужчина входил в кафе, ведя за собой другого мужчину. Неужели у них был настолько важный разговор, что ради него они пришли сюда в такое время?

«Этот человек тоже невероятно крупный. Совсем как один мой знакомый…»

Дойдя в мыслях до этого места, я поспешно покачала головой. Он не должен был находиться здесь, да и сейчас было совсем не время думать о подобных вещах. Пока я отвлекалась, часы уже показывали почти три часа пятьдесят пять минут, поэтому я поспешно побежала в выбранный переулок.

«Номер курьерской службы».

Едва оказавшись там, я достала телефон и медленно ввела номер.

444-4444.

На часах было три часа пятьдесят девять минут.

Я глубоко вдохнула, медленно выдохнула и ровно в четыре часа нажала кнопку вызова.

Пошли гудки.

Я не знала, сколько времени прошло, потому что в тот момент даже одна секунда казалась такой же длинной, как целая минута.

Щёлк.

[Курьерская служба «Четыре-четыре-четыре».]

Раздался голос мужчины средних лет.

[Что Вам доставить?]

В этом необычайно низком голосе не чувствовалось никаких эмоций, как не было в нём и привычной доброжелательности человека, обслуживающего клиента.

Я сглотнула и медленно ответила:

— Я хочу найти человека. Это возможно?

[Назовите имя и вашу связь.]

— Ма Чхо Хэ. Он мой младший брат

Немного помедлив, я вспомнила лицо Ма Чхо Хэ, и голос против воли мелко задрожал.

— …Он недавно пропал, и мы так и не смогли его найти.

[Идёт проверка.]

Молчание затянулось, и, хотя я посмотрела на экран, звонок всё ещё не был завершён.

«Что будет, если мне сейчас откажут?»

От тревоги я принялась грызть ногти, которые и без того находились в ужасном состоянии, потому что в последнее время я постоянно их мучила.

[Сообщаю ответ.]

«Наконец-то…!»

[Невозможно.]

«…!»

В этот миг я забыла, как дышать.

«Почему? Почему так?»

Я никак не могла заставить себя задать этот вопрос, потому что боялась услышать ответ, что Ма Чхо Хэ нельзя привезти лишь потому, что он уже умер.

Как мне тогда жить дальше?

Не находя нужных слов, я беззвучно открывала и закрывала рот, пока драгоценное время продолжало уходить впустую.

[…]

К счастью, звонок не прервался, хотя, судя по ощущениям, с начала молчания прошло уже не меньше пяти минут.

— …Можно задать другой вопрос?

[Да.]

Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, пытаясь успокоиться.

— Если привезти его нельзя, возможно ли сделать наоборот?

[Приведите пример.]

— Меня.

От напряжения губы мгновенно пересохли.

— Вы можете отвезти меня туда, где находится мой младший брат?

Курьерская служба ведь могла не только привозить вещи, но и отправлять их, поэтому, если она была способна доставить человека, значит, наверняка могла отвезти и меня.

«Значит, и меня она тоже сможет доставить».

Мне было страшно, потому что я совершенно не представляла, куда именно попаду.

На всякий случай я взяла с собой кинжал и положила его в небольшую сумку через плечо. Подействует ли он на других призраков, я не знала, однако для меня эта вещь уже успела стать чем-то вроде оберега.

[Идёт проверка.]

Снова прозвучал ровный голос, лишённый всяких эмоций.

«Пожалуйста».

Если и на этот раз ответ окажется отрицательным, сможет ли он хотя бы сказать, жив ли мой младший брат?

[Проверка завершена.]

Я вся напряглась, ожидая ответа.

[Возможно.]

Сердце тяжело ударило в груди, а затем заколотилось так быстро, что мне стало трудно дышать.

«Неужели я действительно смогу встретить Чхо Хэ?»

[Воспользуетесь курьерской службой?]

— Да, да!

Я ответила настолько поспешно, что язык заплёлся, а затем, испугавшись, что меня могли не расслышать, повторила ещё раз:

— Воспользуюсь!

[Спасибо за обращение.]

Звонок завершился, хотя мне так и не сказали ни о плате, которую придётся внести, ни о том, куда именно за мной приедут.

На часах было уже четыре часа тридцать три минуты.

Неужели прошло столько времени?

Сам разговор длился совсем недолго, но, возможно, причиной были затянувшиеся паузы между ответами.

«Он приедет за мной к четырём часам сорока четырём минутам?»

Услышь об этом кто-нибудь другой, он наверняка решил бы, что я окончательно сошла с ума, и спросил бы, откуда я знаю, что ждёт меня в конце, раз собираюсь последовать за чем-то совершенно непонятным.

Сердце продолжало тяжело стучать, а я по-прежнему не была уверена, правильно ли поступаю.

Открыв сумку через плечо, я осторожно сжала рукоять клинка.

«Он так и не появляется».

Мне хотелось хотя бы спросить светловолосого призрака, если тот вдруг покажется, однако призрак ведь не обязан был приходить каждый раз, когда я этого хотела.

Пока я нервно ждала, в переулке раздались шаги.

«Неужели курьерская служба уже приехала?»

Я резко подняла голову, однако в конце переулка не было ни мотоцикла, ни машины, а стоял лишь какой-то мужчина.

«Кто это?»

Из-за густой тени я не могла рассмотреть его лицо, но по силуэту поняла, что он был крупным, и невольно сжалась.

Что, если это какой-нибудь странный человек, преступник или извращенец?

Охваченная страхом совсем иного рода, чем тот, который внушали призраки, я отступила назад, и тогда мужчина заговорил знакомым голосом:

— Чем это ты собираешься воспользоваться?

— …Неужели это ты, Дан Со Хёк?

— Сама не видишь?

— Почему ты здесь?!

Я повысила голос, однако, услышав, как он эхом разнёсся по пустому переулку, поспешно заговорила тише, ведь, чтобы призрак появился, место должно было оставаться безлюдным, поэтому привлекать внимание посторонних было нельзя.

— У тебя такое лицо, словно ты увидела то, чего видеть не должна была.

Дан Со Хёк медленно приблизился и добавил:

— Будто призрака встретила.

Он ведь нарочно надо мной издевался?

Я резко скривилась, когда поняла, что тот крупный мужчина, которого я заметила в кафе, и был этим гадом.

— Ты следил за мной?

— Кто поверит настолько очевидной лжи?

— Даже для тебя это уже…!

— Тебе угрожали, что, если расскажешь другим, с ними что-нибудь сделают?

Я вздрогнула, потому что его слова попали точно в цель, а тело само собой дёрнулось, так что этим движением я фактически во всём призналась.

Дан Со Хёк посмотрел на меня и тяжело вздохнул.

— Ха… Эй, арахисинка.

— Я просто испугалась, что вы окажетесь в опасности. Можешь не смотреть на меня так, будто я безнадёжна?

— Независимо от того, осторожничаешь ты или нет…

Дан Со Хёк поднял руку, а я молча проследила за её движением, пока его длинный указательный палец несколько раз легко не коснулся моего лба.

— Как бы ты ни крутила этой маленькой головой, призраки хитрее, чем ты думаешь, и постараются использовать всё, до чего смогут дотянуться.

— Но осторожность ведь не повредит… Он сказал, что, если я расскажу, вы окажетесь в опасности.

— Тогда не рассказывай.

— Что?

— Я сам буду ходить за тобой и разбираться.

Дан Со Хёк убрал руку, скрестил руки на груди и посмотрел на меня сверху вниз.

— Если за тобой немного понаблюдать, всё равно сразу становится понятно, что ты собираешься сделать, потому что у тебя всё написано на лице.

«Это сейчас была забота или очередная придирка?»

Я от возмущения беззвучно открывала и закрывала рот, а Дан Со Хёк тем временем снова посмотрел в сторону входа в переулок.

— Судя по тому, что ты попросила отвезти тебя к младшему брату, речь идёт о чём-то вроде такси или общественного транспорта, которым управляет призрак.

— Это…!

— Ты вообще знаешь, куда тебя повезут? Судя по всему, тебе даже не страшно.

Как я и думала, это была не забота, а обычная придирка.

Со скрежетом стиснув зубы, я уставилась на Дан Со Хёка, совершенно не понимая, зачем он не спит в такое позднее время, крадётся за мной и ещё ведёт себя так, словно виновата во всём именно я.

Конечно, я понимала, что этот несносный человек, совершенно не умевший быть честным, именно так и выражал своё беспокойство. Точнее, мне просто приходилось думать именно так, иначе грудь могла разорваться от злости.

Раздуваясь от раздражения, я ответила Дан Со Хёку:

— Это не такси и не автобус.

— Тогда что?

— Сам увидишь, раз уж собираешься ходить за мной по пятам!

Вж-ж-ж.

В этот момент неподалёку послышался звук мотора.

Дан Со Хёк нахмурился и пробормотал:

— Мотоцикл?

Я боялась, что курьер не появится, раз я пришла не одна.

[…]

Остановившийся у входа в переулок курьер на мотоцикле молча смотрел в нашу сторону.

Пока мы с Дан Со Хёком неотрывно следили за ним, снова послышался звук мотора, колёса пришли в движение, и мотоцикл въехал в переулок, остановившись прямо передо мной.

[Вы вызывали курьерскую службу?]

В чёрном забрале розового шлема, совершенно неуместного в такой ситуации, отразилось моё лицо, а маленький брелок в виде четырёхлистного клевера, привязанный к ручке мотоцикла, раскачивался на ветру.

— Да, верно!

Голос курьера в точности совпадал с тем, который я слышала во время звонка.

На часах было четыре часа сорок четыре минуты, и он появился именно в то время, которое назвал интернет-призрак, так что всё совпало до последней минуты.

«Это и есть призрак курьерской службы».

Из-за чёрного забрала невозможно было рассмотреть скрывавшееся под шлемом лицо, хотя я даже не была уверена, что внутри вообще находилась голова.

Пока я нерешительно медлила, курьер произнёс:

[Садитесь.]

Позади него находилось место, рассчитанное примерно на одного человека.

Я убрала телефон в карман толстовки, ещё раз проверила висевшую через плечо сумку и уже собиралась сделать шаг вперёд, когда Дан Со Хёк схватил меня за запястье.

— Эй. Ты вообще в своём уме? С чего ты решила, что этому можно доверять?

— Он сказал, что отвезёт меня туда, где находится Чхо Хэ.

— Вот я и спрашиваю, как ты можешь ему верить. Неужели именно этот способ тебе рассказал интернет-призрак?

Лицо Дан Со Хёка резко исказилось.

— Немедленно откажись.

— Что?

— Откажись от просьбы отвезти тебя.

— Не хочу. Когда я попросила привезти Чхо Хэ, он ответил, что это невозможно.

Я крепче сжала ремешок сумки, перекинутой через плечо.

— Я хочу понять, что это значит.

Что могло случиться с Ма Чхо Хэ, если его невозможно было привезти? Возможно, он оказался в какой-то опасной ситуации или существовала другая причина.

Я не знала, какой из вариантов был верным, однако Чхо Хэ привезти было невозможно, тогда как меня доставить к нему курьер соглашался.

— Я отвечаю за Чхо Хэ.

По крайней мере, мне было известно, что мы находимся внутри хоррор-романа, но насколько страшно окажется Ма Чхо Хэ, если он, ничего не подозревая, столкнётся с призраком?

Он ведь и без того терпеть не мог всё, что было связано с потусторонним.

— Ты и дальше собираешься действовать настолько бездумно?

— Можно подумать, ты сам всегда хорошо думаешь, прежде чем что-то сделать.

— Ма Чхо Ён.

— Перестань постоянно придираться к моим поступкам и называть их безрассудными или бездумными.

Я с силой вывернула удерживаемое им запястье и вырвала руку. Всё это время сидевший на мотоцикле курьер продолжал спокойно ждать, молча наблюдая за нами.

— Мы оба одинаково волнуемся за свою семью, просто каждый сам выбирает, какие усилия готов приложить.

В человеческих поступках не существовало единственного правильного ответа.

Если благодаря этому мне удастся найти и спасти Ма Чхо Хэ, значит, мой выбор окажется верным. А если заранее невозможно узнать, к чему всё приведёт, разве не нужно хотя бы попытаться что-нибудь сделать?

— Я из тех людей, которые сначала действуют, а уже потом жалеют.

Опасаясь, что Дан Со Хёк снова попытается меня остановить, я пристально посмотрела на него и села на мотоцикл. Чтобы не упасть, я ухватилась за край одежды курьера, а затем снова перевела взгляд на Дан Со Хёка.

— А ты действуй своим способом.

По крайней мере, я никогда не называла его поступки глупыми.

После этих слов мотоцикл плавно тронулся с места. Скорость была высокой, однако никакой тряски я почти не чувствовала, а под гул мотора ошеломлённое и застывшее лицо Дан Со Хёка начало стремительно отдаляться.

— Не делай ничего лишнего и жди! Я всё равно каким-нибудь образом последую за тобой…!!

Его крик смутно донёсся мне вслед.

«Он что, опять меня ругает?»

Я плохо расслышала слова, однако, скорее всего, Дан Со Хёк злился из-за того, что я поступила по-своему, несмотря на его беспокойство.

«Я и сама понимаю, что поступаю безрассудно».

Я знала это и понимала слишком хорошо. Кроме того, я прекрасно осознавала, насколько сильно Дан Со Хёк помогал мне всё это время, и искренне испытывала к нему благодарность.

[Проверяю безопасность перевозимого груза.]

Перед глазами внезапно всё затуманилось. Я удивлённо моргнула и почувствовала на голове что-то постороннее.

На мне оказался шлем, хотя я совершенно точно его не надевала.

Курьер, управлявший мотоциклом, обернулся, удовлетворённо кивнул и снова посмотрел вперёд.

[Начинаю доставку.]

И всё же, если бы подобная ситуация повторилась, я наверняка снова приняла бы то же самое решение.

«Чхо Хэ, пожалуйста, будь в безопасности».

Потому что для меня не существовало ничего важнее безопасности моей семьи.

«Совсем не трясёт?»

Я не знала, сколько времени уже прошло, но, когда огляделась по сторонам, увидела, как здания одно за другим проносятся мимо с огромной скоростью.

«Кажется, мы едем даже быстрее автомобиля».

Однако дело было не только в скорости, и я невольно сглотнула.

Мы неслись настолько быстро, что я не успевала различать даже цвета зданий и не могла понять, сколько людей находилось у дороги, но при этом мотоцикл совершенно не трясло.

Ещё менее правдоподобным казалось то, что окружающие нисколько не удивлялись, хотя мы проносились мимо с такой невероятной скоростью.

«Значит, другие люди нас не видят».

Напомнив себе, что передо мной находилось существо, рядом с которым нельзя было терять бдительность, я крепче сжала край его одежды.

В этот момент курьер, до сих пор хранивший молчание, заговорил:

[Можете не беспокоиться.]

— Что Вы имеете в виду?

[Заказанный предмет будет доставлен без повреждений и в полной безопасности.]

Заказанный предмет.

В нынешней ситуации под этим, вероятно, подразумевалась я.

«Он что, пытается меня успокоить?»

Неужели призрак заметил, что я испугалась, и решил сказать мне это?

Такого просто не могло быть. Не зная, что ответить, я лишь беззвучно приоткрыла рот, а затем снова плотно сомкнула губы.

Несмотря на скорость, шума ветра почти не было, поэтому голос курьера звучал совершенно отчётливо, словно мы разговаривали в тихом закрытом помещении.

Пока я смотрела на стремительно проносившийся мимо пейзаж, меня начало мутить, поэтому пришлось отвести взгляд.

«А?»

Мне на глаза попался брелок в виде четырёхлистного клевера, прикреплённый к ручке мотоцикла.

«Он любит милые вещи?»

Впрочем, брелоки и должны быть милыми. Вспомнив другой брелок, из-за которого совсем недавно произошли жуткие события, я покачала головой и принялась медленно рассматривать остальные детали.

На зеркале заднего вида была наклеена крошечная наклейка с улыбающимся лицом, а на шлеме, как я только теперь заметила, неловко нарисовали цветок, будто кто-то вывел его фломастером.

— …У Вас случайно есть ребёнок?

Немного помедлив, я всё же решилась спросить. Если дело было не просто в любви к милым вещам, то рисунок на шлеме явно напоминал работу детской руки.

Я задумалась, могут ли у призраков быть семьи, хотя это вполне мог быть и след, сохранившийся от прежней жизни.

«Не сказала ли я чего-нибудь лишнего?»

Сразу после вопроса я пожалела, что задала его. Лучше бы заговорила о чём-нибудь нейтральном, например о спорте.

[Почему Вы так подумали?]

— Ну… из-за наклейки на зеркале и рисунка на шлеме.

Кроме того, розовый цвет шлема тоже почему-то не казался его личным выбором.

— Это принцесса?

Отвечавший мне голос не звучал жутко, поэтому я набралась смелости и задала ещё один вопрос. Курьер некоторое время молчал, а затем медленно ответил:

[Да.]

[Очень любимая принцесса.]

На этот раз его голос прозвучал иначе. Хотя курьер говорил всё так же спокойно, в самом конце фразы всё равно промелькнула тоска, которую ему не удалось скрыть до конца.

— Если Вам можно об этом говорить, расскажете мне о своей дочери? Я тоже… очень скучаю по младшему брату. Если этот вопрос невежливый, можете не отвечать.

Наступила короткая тишина, однако атмосфера не стала неловкой, и вскоре курьер продолжил:

[Пока я работал, дочь всегда ждала дома одна.]

[Она хорошо поёт и очень любит петь.]

Теперь его голос снова стал сухим и бесцветным, без заметных эмоций, однако, в отличие от прежних коротких ответов, он говорил мягко и связно, произнося одну фразу за другой.

[Она любит розовый цвет и просила купить ей микрофон на день рождения.]

— Когда у неё день рождения?

[Весной.]

[До тех пор нужно усердно заработать денег.]

Сейчас приближалась зима.

«Сможет ли курьер следующей весной вернуться к своей дочери?»

«Она тоже умерла вместе с ним? Или умер только он, а дочь уже давно выросла?»

Говорили, что призрак курьерской службы не берёт никакой платы, кроме благодарности, поэтому, возможно, этот подарок на день рождения был всего лишь воспоминанием о жизни, по которой он продолжал тосковать.

Я вспомнила лица родителей, которые всегда улыбались, глядя на нас с Чхо Хэ в детстве.

— Вашей дочери, наверное, нравилось петь…

Они всегда улыбались.

— …Но, может быть, ещё больше ей нравилось видеть лицо отца, который улыбался, когда она пела.

[…]

— Конечно, это только моё предположение. Мой младший брат занимался тхэквондо, и всякий раз, когда мама улыбалась, глядя на его старания, он говорил, что обязательно станет тхэквондистом.

[Вот как.]

[У Вас милый младший брат.]

— Да. Мы с ним близнецы, но он всегда меня слушался, поэтому мы почти никогда не ссорились. Он очень хороший младший брат.

И сейчас я ехала на встречу именно с таким братом.

Стоило заговорить о Ма Чхо Хэ, как настроение снова стало мрачным. Заметив, что мой голос немного осел, я неловко кашлянула, а скорость мотоцикла тем временем начала постепенно снижаться, пока вскоре он полностью не остановился.

[Мы прибыли.]

Передо мной оказалась крыша высокого здания.

— Прибыли… сюда?

Неужели именно сюда?

[Да.]

Курьер был непреклонен. Он больше не двигался и лишь пристально смотрел на меня, словно молча требовал слезть с мотоцикла.

Немного помедлив, я осторожно спустилась на крышу.

«Где здесь Чхо Хэ?»

Холодный предрассветный ветер налетел на меня и растрепал волосы. Я огляделась по сторонам, однако вокруг была лишь совершенно пустая крыша.

Курьер ещё не уехал, поэтому я осторожно спросила:

— Где именно находится мой младший брат?

[Доставка завершена.]

[Состояние товара хорошее.]

— Нет, подождите! Я ведь просила отвезти меня к младшему брату!

Как ни посмотри, здесь не было ни одного человека и ничего, что могло бы быть связано с Ма Чхо Хэ.

Возможно, это означало, что он находился внутри здания, однако в таком случае курьер хотя бы указал бы вниз.

Я нахмурилась, совершенно ничего не понимая, а курьер тем временем медленно приблизился ко мне и протянул руку в чёрной кожаной перчатке.

[…Будьте осторожны.]

— Что Вы сказали?

Толк.

В одно мгновение верхняя половина моего тела перевалилась через перила крыши, потому что курьер на мотоцикле неожиданно толкнул меня в спину, и, прежде чем я успела хотя бы закричать, тело уже сорвалось вниз.

«Он сказал мне быть осторожнее?»

Курьер некоторое время смотрел вниз, а затем развернулся и исчез, оставив после себя лишь это странное предупреждение.

«Неужели я сейчас умру?»

Нет, если бы он просто хотел меня убить, ему не было бы никакого смысла привозить меня именно сюда. К тому же он предупредил меня соблюдать осторожность, а значит, после падения должно было произойти что-то ещё.

«Неужели встретить Чхо Хэ можно только в том случае, если я упаду отсюда?»

Чан Хён У однажды рассказывал, что, когда против своей воли падал с крыши школы, всё вокруг словно замедлилось. По его словам, он даже успел рассмотреть выражения на лицах у меня и Ю Чхэ Сон, и теперь происходившее со мной в точности совпадало с его описанием.

«Внутри этого здания происходит что-то странное».

Хотя я стремительно проносилась мимо этажей, пространство за окнами почему-то оставалось удивительно отчётливым.

Внутри здания царила полная темнота, и, хотя свет нигде не горел, помещения были заполнены тенями, которые беспокойно суетились, словно занимались каким-то делом.

Одна из теней неожиданно повернулась к окну, после чего перед моими глазами промелькнул этаж, расположенный ниже.

Заметившая меня фигура приблизилась к стеклу, а все тени, находившиеся позади неё, одновременно повернули головы в ту же сторону.

Затем показался следующий этаж, где стоявшие в глубине помещения тени поднялись и тоже двинулись к окну, словно собирались повторить за первой чёрной фигурой, уже настолько плотно прижавшейся к стеклу, что разглядеть её лицо стало невозможно.

Пока я продолжала падать, этажи сменяли друг друга, и вместе с ними менялось всё, что происходило внутри здания.

Теней, припадавших к окнам, становилось всё больше, поэтому вскоре уже невозможно было понять, какая из них первой заметила меня.

— Подождите…!

За мгновение до того, как моя голова должна была удариться о землю, сознание погасло.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

Когда я снова открыла глаза, то обнаружила, что нахожусь в совершенно незнакомом месте.

«Где я оказалась?»

Придерживая голову, раскалывавшуюся от боли, я медленно приподнялась и осмотрелась.

Комната была погружена во мрак, а внутри находились лишь кровать, письменный стол и большое круглое зеркало, висевшее на одной из стен.

— Что это вообще за место…?

Именно в этот момент за пределами комнаты я почувствовала присутствие чего-то, двигавшегося с невероятной скоростью.

Окон здесь не было, поэтому проверить происходящее я не могла, однако по ощущениям это нечто только что промчалось мимо двери.

«Что это сейчас было?»

От необъяснимого присутствия мне стало не по себе, и по спине пробежал холодок.

[Уважаемый посетитель, здравствуйте!]

Неожиданно по всей комнате разнёсся незнакомый голос, заставивший меня вздрогнуть и торопливо оглядеться.

Рядом с зеркалом стоял старый радиоприёмник, какой в наше время уже почти невозможно было увидеть, и именно из него доносился чрезмерно бодрый женский голос.

«Она говорит так, словно работает в парке развлечений и встречает посетителей с совершенно безумным уровнем энергии».

Казалось, один только её голос уже высасывал из меня все силы.

[Добро пожаловать в наше тематическое здание воспоминаний!]

Тема воспоминаний и старый радиоприёмник сразу вызвали у меня нехорошее предчувствие.

[Вы ищете какую-нибудь вещь?]

[В подвале нашего здания проводится аукцион, на котором продаётся абсолютно всё! Там выставляют самые разнообразные редкие предметы, и среди них, возможно, найдётся именно то, что требуется посетителю!]

[А может быть, Вы ищете человека?]

Я знала это здание, потому что именно с ним был связан эпизод, из-за которого Дан Со Хёк в самом начале истории пережил немало мучений.

[Не беспокойтесь, потому что мы торгуем и людьми! Правда, окажутся ли они живы и в каком состоянии будут находиться, нам неизвестно. Ху-ху.]

[С этого момента, пожалуйста, пройдите игру воспоминаний, предложенную на данном этаже.]

[Каждый раз, когда посетитель успешно завершит игру, он будет становиться всё ближе к аукциону!]

[Сейчас посетитель находится в теме «Найди отличия».]

Это был полезный эпизод, в котором Дан Со Хёк наконец получил точные сведения о том, живы ли его родители, но одновременно именно здесь он успел умереть целых два раза.

Предложенная игра из воспоминаний представляла собой побег из комнаты.

[Пожалуйста, найдите и назовите отличия между комнатой, отражённой в зеркале, и комнатой, которую Вы видите в реальности!]

[Если ответ окажется верным, дверь откроется автоматически, после чего Вас проводят на нижний этаж.]

[Желаем удачи и искренне надеемся, что Вы приятно проведёте время!]

На первый взгляд всё это напоминало обычное кафе с квестами, однако данное место, разумеется, не имело ничего общего с безопасным и приятным развлечением.

Моё лицо, отражавшееся в зеркале, прямо на глазах побелело как полотно, потому что под кроватью в отражённой комнате лежал незнакомец, сжимавший в руке кухонный нож.

Передо мной была не обычная головоломка, а настоящая игра на выживание.

Дан Со Хёк обладал способностью возвращаться после смерти, однако завидовать ему было особенно нечему, поскольку в момент смерти он всё равно испытывал настоящую боль и возвращался лишь после того, как действительно умирал.

«А я после смерти вернуться не смогу».

В отличие от Дан Со Хёка, если я погибну здесь, на этом всё закончится, и от одной этой мысли всё моё тело невольно напряглось.

Единственным обстоятельством, которое можно было назвать удачным, оставалось то, что я уже сталкивалась с этой городской легендой на страницах романа. Знание того, что происходило на этажах, пройденных Дан Со Хёком, должно было оказать мне серьёзную помощь.

Кроме того, в этой городской легенде можно было получить кое-что ещё.

После прохождения игры на каждом этаже посетителю позволяли узнать одну истину.

«Если задать вопрос перед спуском, ответ появится после прибытия на нижний этаж».

При этом ответить на него могли исключительно «да» или «нет».

«Именно здесь Дан Со Хёк выяснил, живы ли его родители, а также убедился, что их нет в этом здании».

Он попытался спросить и о том, где именно они находятся, однако этот вопрос невозможно было сформулировать так, чтобы получить в ответ только «да» или «нет», поэтому его просто пропустили.

Иными словами, Дан Со Хёк впустую потратил одну драгоценную возможность.

«Если я буду формулировать вопросы достаточно конкретно, то смогу найти Чхо Хэ».

Разумеется, для этого мне сначала предстояло выбраться отсюда живой, поэтому сейчас нужно было отбросить всё лишнее и сосредоточиться.

.

Смысл игры полностью соответствовал её названию: требовалось сравнить комнату в зеркальном отражении с настоящей и отыскать различия между ними.

Под кроватью, отражённой в зеркале, прятался мужчина с кухонным ножом.

«Дан Со Хёк погиб в тот момент, когда наклонился, чтобы проверить, находится ли этот человек под кроватью в реальности».

Следовательно, мне нужно было исходить из того, что мужчина действительно там прячется, и искать другое отличие. Когда после возвращения Дан Со Хёк притворился, будто не знает о человеке под кроватью, и продолжил осматривать комнату, тот даже не пошевелился.

Я перевела взгляд на дверь, хотя и без проверки знала, что открыть её не получится.

«Когда Дан Со Хёк попытался распахнуть дверь силой, мужчина выбрался из-под кровати и начал ему угрожать».

Значит, от этой попытки тоже следовало сразу отказаться.

Я медленно огляделась вокруг, точнее, лишь сделала вид, будто внимательно изучаю комнату.

— Цвет часов совпадает, покрывало на кровати тоже одинаковое, и даже пейзаж, отражающийся в окне, ничем не отличается.

Правильный ответ на эту игру был мне уже известен, однако произносить его сразу не стоило, иначе призраки могли заподозрить неладное, поэтому мне пришлось немного подыграть.

— Я готова назвать ответ.

[Да, пожалуйста, назовите его!]

[Сколько мест отличается?]

— Ответ заключается в том, что между зеркальным отражением и настоящей комнатой нет никаких отличий.

На самом деле ответа, которого от меня якобы требовала эта игра, изначально не существовало.

[Что это значит? Тема данного этапа — «Найди отличия»!]

[Если отличий нет, это противоречит самой теме игры!]

[Я предоставлю Вам ещё одну возможность.]

[Это крайне редкий шанс. Если Вы проиграете, то станете товаром, выставленным на аукцион!]

[Хотя, разумеется, оказаться там весьма почётно. Ху-ху. Но мне хотелось бы ещё немного понаблюдать за посетителем.]

— Мой ответ не изменится.

Сколько бы голос ни уговаривал меня передумать, менять решение я не собиралась. Если бы содержание романа не было мне известно, я, вероятно, испугалась бы этих слов и отказалась от первоначального ответа.

[Вот как.]

Голос из радиоприёмника прозвучал так, словно ему было искренне жаль, причём сожаление он изображал настолько убедительно, что на мгновение ему почти можно было поверить.

[Этот посетитель оказался весьма решительным и говорит так уверенно, словно заранее знает правильный ответ.]

[Но ведь подобное невозможно, не правда ли?]

Я едва не ахнула от неожиданности.

«Веди себя естественно».

Даже если здесь не было призрака, способного читать мысли, вполне мог оказаться тот, кто заметит моё странное поведение.

Из радиоприёмника донёсся звуковой эффект, напоминавший удары по большому барабану, и с каждым новым ударом напряжение становилось всё сильнее.

Вскоре призрак по ту сторону радиоприёмника объявил:

[Верно!]

[Это самый быстрый побег среди всех наших посетителей! Вот это да, установлен новый рекорд!]

К счастью, выбраться удалось тем же способом, которым ранее воспользовался Дан Со Хёк.

Щёлк.

Я с облегчением выдохнула, и в тот же момент послышался звук открывающейся двери.

[Открыв дверь, Вы увидите лестницу!]

[Перед спуском посетителю предлагается небольшая дополнительная игра, которая называется игрой правды!]

Продолжая слушать объяснения, я смотрела на узкую щель приоткрывшейся двери, за которой пока виднелась лишь непроглядная темнота.

[На левой стене возле лестницы Вы увидите заранее подготовленную белую доску. Пожалуйста, напишите на ней свой вопрос.]

[Учтите, что получить можно только один из двух ответов: «да» или «нет».]

[Однако, как и полагается в игре правды, каждый данный Вам ответ будет истинным. Мы искренне надеемся, что это станет для посетителя приятным воспоминанием!]

Скрип.

Дверь распахнулась шире, словно всё это время ждала, пока голос закончит объяснение, и одновременно коридор за ней осветился, будто там внезапно включили свет.

Я чувствовала, как кто-то смотрит мне в спину, однако ни разу не обернулась. Стараясь не обращать внимания на этот взгляд, я медленно вышла из комнаты.

Щёлк.

Как только я переступила порог, деревянная дверь закрылась сама собой. Я ненадолго оглянулась на неё, а затем осмотрела коридор, по обеим сторонам которого находилось ещё несколько закрытых дверей.

«В романе ничего не говорилось о том, что Дан Со Хёк пытался силой проникнуть в другие комнаты».

Насколько я знала и по роману, и по собственному опыту, Дан Со Хёк был достаточно осторожным человеком, поэтому вряд ли стал бы намеренно открывать незнакомые двери, особенно после того, как в самом начале успел погибнуть здесь целых два раза.

Я двинулась дальше по коридору, а когда подошла к лестнице, увидела на левой стене небольшую белую доску.

На белом фоне выделялась рамка, украшенная милыми рисунками: сердечками, звёздами и даже забавным черепом с крестиками вместо глаз.

«С ума сойти».

Кто бы мог подумать, что ловушку спрячут прямо среди таких безобидных рисунков?

Я поспешно покачала головой, отгоняя ненужные мысли, и взяла лежавший рядом чёрный маркер.

Вопрос был выбран заранее.

— Мой младший брат находится в этом здании?

Написанные чёрным маркером слова мгновенно исчезли, словно белая поверхность доски впитала их в себя.

— Фух…

Коротко выдохнув, я начала медленно спускаться по лестнице, однако на всём пути не почувствовала ничего, что могло бы представлять непосредственную опасность.

Когда я ступила на последнюю ступень, на стене, где уже не было никакой доски, начали медленно проступать буквы.

Следы выглядели так, словно надпись процарапали чем-то острым, например гвоздём или ножом.

Ма Чхо Хэ действительно находился в этом здании.

«Значит, информация, которую дал призрак, не была ложью!»

Если я спущусь дальше, следующим шагом нужно будет выяснить, на каком именно этаже находится Ма Чхо Хэ. Проблема заключалась в том, что в игре правды нельзя было задать вопрос, требующий назвать конкретный номер этажа.

«Для начала нужно пройти игру на этом этаже, и только после этого у меня появится возможность задать новый вопрос».

Едва я закончила спуск, передо мной появилась широко распахнутая дверь, словно приглашавшая войти внутрь.

Сильно сжав кулак, я решительно шагнула вперёд.

[Добро пожаловать, посетитель!]

[Мне очень интересно, сможете ли Вы и на этот раз пройти игру за минимальное время!]

Я медленно осмотрела помещение, а как только переступила порог, дверь за моей спиной автоматически закрылась.

На этот раз комната выглядела как обычный школьный класс.

Внутри стояли десять парт, за которыми сидели ученики в школьной форме, однако видеть их я могла лишь со спины.

Парт было десять, а учеников всего девять.

Среднее место в последнем ряду оставалось пустым, словно специально предназначалось для меня, и от одного этого зрелища по спине едва не потёк холодный пот.

«Чёрт. В этой игре даже знание оригинала мне ничем не поможет».

Дан Со Хёк прошёл её с первой попытки.

[Игра, в которую мы сыграем на этот раз, называется «Игра на чувство момента»!]

[Поскольку среди вас могут оказаться те, кто не знаком с этой игрой, я сначала объясню правила!]

[Для начала всем участникам следует занять свои места!]

Игра на чувство момента.

И надо же было мне попасть именно на ту игру, в которой приходилось почти полностью полагаться на удачу.

Я медленно отодвинула стул и села. В центре передней части класса стояла учительская кафедра, а на ней находился тот самый радиоприёмник, который я уже видела раньше.

Голос доносился именно из него.

[Всего десять участников начинают игру без заранее установленного порядка.]

[Тот, кто решит начать первым, должен встать со своего места и громко выкрикнуть: «Один!»]

[После этого остальные участники, ориентируясь по ситуации, должны по очереди вставать и называть следующие числа по возрастанию. Однако, если Вы подниметесь одновременно с кем-то другим, все вставшие участники выбывают!]

[Игра будет продолжаться до тех пор, пока не останется последний участник!]

В этот момент кто-то медленно поднял одну руку.

Поднятая ладонь была обращена назад, а сама рука оказалась неестественно вывернута, однако никто из присутствующих не обратил на это внимания.

— Что произойдёт с участником, если он выбывает?

Голос прозвучал гораздо спокойнее, чем я ожидала, и настолько естественно, что его легко можно было принять за голос обычного человека.

[Ху-ху, хороший вопрос!]

[Ради большего веселья я покажу это уже во время игры!]

В тот же момент кто-то резко вскочил со своего места и громко выкрикнул:

— Один!

[О, я ещё не успела объявить о начале игры, однако это тоже можно считать особой прелестью игры на чувство момента.]

Значит, даже такое здесь разрешалось.

Следом остальные ученики начали по очереди подниматься со своих мест.

— Два!

— Три.

Пусть в игре на чувство момента многое зависело от удачи, всё же существовал способ значительно повысить вероятность победы.

— Четыре!

— Четыре!

Нужно было назвать своё число как можно позже.

«Правда, если я ошибусь с моментом, то могу остаться последней».

Однако обычно ещё до этого находился какой-нибудь нетерпеливый участник, который открывал рот раньше остальных и попадался в ловушку.

Как произошло и сейчас.

[Ай-ай.]

[Похоже, у нас уже появились первые проигравшие!]

Единственное отличие от обычной игры на чувство момента состояло в том, что здесь всем управлял призрак.

[Я и не думала, что так скоро смогу продемонстрировать наказание, предназначенное для выбывших.]

[Сюрприз!]

— А-а-а!

— А-а-а!

Головы учеников, одновременно выкрикнувших одно и то же число, начали раздуваться, словно огромные воздушные шары.

Даже если они не были людьми, происходящее выглядело настолько ужасно, что смотреть на это было почти невозможно.

Хлоп!

В тот самый миг, когда раздался громкий звук, я рефлекторно крепко зажмурилась.

«Чёрт…»

[Когда поздравляешь выживших участников игры на чувство момента, без праздничных хлопушек никак не обойтись.]

[Что ж, не пора ли начать следующий раунд?]

Когда я снова открыла глаза, весь класс был усыпан разноцветными блестящими лентами и конфетти.

На первый взгляд помещение теперь напоминало место проведения весёлой вечеринки, однако две парты уже опустели, потому что сидевшие за ними ученики только что лишились голов.

— У-у-ух…

На этот раз я всё-таки не выдержала и подавилась подкатившей к горлу тошнотой. Я уже читала роман и примерно представляла, во что превратится эта ситуация, однако от этого происходящее ничуть не становилось легче.

«Наоборот, от того, что я знаю, чем всё это является на самом деле, становится только страшнее!»

[Один!]

В этот момент кто-то торопливо начал новый раунд, однако почти сразу ему не повезло.

[Один…!]

[Вот как.]

[Пусть немного позже, но Вы всё равно выкрикнули то же самое число.]

Когда в игре появлялись выбывшие, среди остальных обязательно находились те, кто из-за спешки пытался первым вырваться вперёд.

Двое участников, почти одновременно выкрикнувших «один», получили наказание.

[Ха-ха-ха-ха-ха!]

Один за другим раздались тяжёлые глухие удары.

Ученица безумно смеялась и раз за разом билась головой о парту, словно таким образом хлопала в ладоши.

[Простите! Простите!]

Другой ученик встал на голову прямо на парте и начал снова и снова ударяться макушкой о столешницу.

Глухой стук повторялся без остановки, а из-за веса всего тела каждый удар звучал ещё тяжелее предыдущего.

«Почему он делает это, глядя именно в мою сторону?»

Пожалуйста, смотри куда угодно, только не на меня!

[После хлопушек победителей непременно следует одарить аплодисментами!]

[Итак, каким же великолепным способом следующие проигравшие порадуют наших победителей?]

Из десяти участников уже выбыло четверо, поэтому в игре оставалось шестеро, и выбраться из этой комнаты я могла лишь в том случае, если останусь последней.

«Смогу ли я продержаться до самого конца, вообще не открывая рта?»

Именно так в своё время выжил Дан Со Хёк, хотя перед самым последним моментом даже он серьёзно сомневался, не стоит ли назвать число первым.

[Один.]

Кто-то резко поднялся со своего места, однако остальные продолжали молчать, и в классе повисла напряжённая тишина.

[Два!]

Следующий участник вскочил очень быстро, причём им оказалось существо, сидевшее прямо рядом со мной.

Когда я украдкой посмотрела на его ноги, то заметила, что носки ступней были развёрнуты назад, к спине.

«Значит, существа, находящиеся здесь, действительно не люди».

Они носили школьную форму и притворялись обычными учениками, однако людьми никогда не являлись.

Можно ли было считать удачей то, что жестокие наказания получали не настоящие люди, или же следовало ещё сильнее бояться того, что меня со всех сторон окружали призраки?

[Три.]

«Если среди них сейчас никто не выбывает…»

В таком случае проиграет тот, кто до самого конца просидит молча, так и не назвав своего числа.

По моей щеке медленно потёк холодный пот.

«Пожалуйста, пусть кто-нибудь поднимется раньше меня».

Или всё-таки нужно было выкрикнуть число самой?

Я колебалась и уже собиралась напрячь ноги, чтобы вскочить, когда что-то с силой надавило мне на плечо.

Большая ладонь, лежавшая там, казалась удивительно знакомой.

«Что? Кто это…»

Я уже почти рефлекторно обернулась, но в тот же момент сразу несколько голосов разорвали тишину.

[Четыре!]

[Четыре!!]

[Четыре.]

Трое участников, не считая меня, одновременно выкрикнули одно и то же число.

— Ах… ха…

Я невольно выпустила воздух, который всё это время задерживала.

«Если бы не эта рука, сейчас всё могло бы закончиться катастрофой».

Мне удалось избежать поражения буквально в последний момент.

[Ай-ай, какая жалость.]

«Что именно ей жаль?»

[Оставалось совсем немного…]

«До чего именно оставалось немного?»

[Что же лучше всего подойдёт после хлопушек и аплодисментов? Ху-ху.]

[Конечно же, без праздничного выступления тоже никак нельзя!]

[Пожалуйста, украсьте сцену так, чтобы мы могли наслаждаться игрой до самого конца!]

Трое выбывших, одновременно выкрикнувших «четыре», поднялись со своих мест.

Один из них наклонился к внутренней части учительской кафедры, а когда снова выпрямился, в его руке уже находился кухонный нож.

[Подготовленное праздничное выступление — танец с ножами! Если практики было недостаточно, можно слегка пораниться! Ху-ху.]

[А если Вы тренировались достаточно долго, то сможете продемонстрировать поистине великолепное мастерство!]

Когда первые проигравшие изображали праздничные «хлопушки», а вторые выбывшие отбивали своими телами «аплодисменты», всё происходило точно так же, как сейчас.

Все присутствующие были сосредоточены исключительно на голосе из радиоприёмника.

— Один!!!!!

Я резко вскочила со своего места и выкрикнула число.

Стул с громким грохотом отлетел по полу и опрокинулся, потому что я поднялась слишком резко, однако обращать на это внимание уже не было времени.

Двое оставшихся участников и трое выбывших, собиравшихся начать праздничное представление, одновременно повернулись ко мне.

В классе повисла пугающая тишина.

[…Вот как.]

Первым её нарушил голос, донёсшийся из радиоприёмника.

[Это было превосходное начало нового раунда игры на чувство момента!]

Голос попытался насильно вернуть себе прежнюю бодрость, однако его манера речи стала настолько неестественной, что перемену невозможно было не заметить.

[Подумать только, Вы сумели опередить всех именно в тот момент, когда готовилось праздничное выступление!]

[Очень находчивое начало. Конечно, настроение немного сбилось, однако в игре на чувство момента подобную степень неожиданности тоже следует учитывать!]

От слов о том, что настроение было испорчено, по моей спине пробежал холод, но первый участник этого испытания тоже начал игру ещё до окончания объяснений.

Следовательно, теперь ведущей будет трудно придраться к моему поступку.

[Два.]

Участник в очках, который в самом начале спрашивал, что происходит с выбывшими, тем временем спокойно назвал следующее число.

Последний оставшийся ученик, потерявший бдительность, растерялся и беспомощно замахал руками.

[Ай-ай.]

[В игре на чувство момента выбывают те, кто одновременно выкрикивает одно и то же число.]

[Однако участник, который останется до самого конца, так и не назвав своего числа, тоже считается проигравшим.]

[У-у-угх!]

Тело ученика насильно поднялось вверх, хотя это движение даже нельзя было назвать обычным подъёмом.

Словно нечто невидимое схватило его за воротник и потянуло к потолку, его ноги постепенно оторвались от пола, а голова почти коснулась верхней части комнаты.

Ученик ещё долго беспомощно болтался в воздухе, после чего его руки и ноги безжизненно повисли.

[Без праздничного украшения тоже никак нельзя.]

[Ху-ху.]

[К сожалению, праздничное выступление так и не успело начаться… Поэтому, может быть, оставим его для последнего победителя?]

Теперь в игре оставалось только двое участников: я и существо в облике ученика в очках, которое в самом начале задало вопрос о наказании.

«Второй раз воспользоваться тем же способом уже не получится».

И трое учеников, чьё праздничное выступление сорвалось, и участник в очках продолжали молча смотреть на меня.

Если я первой назову число и оно совпадёт с его ответом, я умру, но если он лишит меня возможности назвать число раньше него, результат окажется тем же.

Мои кулаки, лежавшие на бёдрах, начали мелко дрожать.

И в этот момент участник в очках неожиданно заговорил:

[Я сдаюсь.]

[Почему?]

Ученик в очках поднял руку и объявил, что сдаётся, после чего голос из радиоприёмника сразу же выразил сомнение.

От прежней чрезмерной бодрости не осталось и следа, а на смену ей пришёл сухой и жёсткий тон.

[Потому что те, кто подготовил другие игры, наверняка ждут.]

Он говорил о призраках, находившихся на нижних этажах?

[А-а…]

[Вот как, вот как.]

Голос из радиоприёмника снова оживился и вернулся к прежней неестественной жизнерадостности.

[Какой внимательный участник!]

[В самом деле, отпускать посетителя уже сейчас было бы обидно, правда? Ведь впереди ещё столько игр!]

Почему он уступил мне победу именно по такой причине?

«В романе он ведь убил Дан Со Хёка целых два раза».

Пусть это произошло не здесь, а на верхнем этаже, однако поспешно радоваться доброжелательности призрака я всё равно не могла.

[Поздравляю, посетитель!]

[Вы стали окончательным победителем игры на чувство момента!]

Щёлк.

Входная дверь, через которую я попала в класс, снова открылась, ясно давая понять, что теперь мне следует выйти самостоятельно. Я медленно пошевелила затёкшим телом, так и не успевшим снова опуститься на стул.

Пока я поднимала опрокинутый стул и возвращала его на прежнее место, ученик-призрак, уступивший мне победу, ни разу не обернулся.

Он не получил никакого наказания и не был втянут в праздничное представление.

«С ним ведь всё будет в порядке?»

Он был не человеком, а призраком, поэтому, скорее всего, с ним действительно ничего не случится.

Я уже собиралась набраться решимости и выйти из класса, когда за окном промелькнуло нечто странное.

«Что это было?»

Что-то с невероятной скоростью рухнуло вниз, и всё произошло настолько быстро, что я успела осознать лишь сам факт падения.

Однако звука удара о землю так и не последовало, поэтому я, словно зачарованная, направилась к окну, собираясь проверить, что именно упало.

[Там нет двери, посетитель.]

Голос из радиоприёмника остановил меня прежде, чем я успела подойти ближе.

[Выход находится там.]

Дверь, через которую я вошла, распахнулась ещё шире, а в тёмном коридоре за ней внезапно вспыхнул яркий свет, словно меня пытались успокоить и настойчиво предлагали идти именно туда.

Я слегка кивнула и медленно направилась к выходу. Проходя за спиной ученика-призрака, уступившего мне победу, я немного помедлила, а затем едва слышно прошептала:

— Спасибо.

— …

Разумеется, никакого ответа не последовало.

Я вышла из класса и, едва оказавшись в коридоре, с шумным выдохом бессильно опустилась на пол.

— Ха-а…

Холодный пот лился настолько сильно, что одежда промокла насквозь.

Я действительно думала, что умру.

Рука, которой я опиралась о холодный пол коридора, жалко дрожала. Я пыталась успокоиться, делая глубокие и медленные вдохи, однако дрожь никак не проходила.

И всё же задерживаться здесь надолго я не могла.

Стиснув зубы, я опёрлась ладонью о стену и заставила себя подняться. Когда я наконец добралась до лестницы, то снова увидела небольшую белую доску.

— Мой младший брат находится на надземных этажах?

Именно этот вопрос я подготовила заранее.

На подкашивающихся ногах я медленно начала спускаться по лестнице.

«Пусть я и не смогу выяснить, до какого именно этажа здесь считаются надземные этажи…»

В любом случае, чтобы выбраться из здания, мне предстояло пройти игры на всех надземных этажах.

После того как Дан Со Хёк успешно завершил все испытания, его спросили, желает ли он воспользоваться аукционом или сразу покинуть здание, и он выбрал выход.

Иными словами, в романе не было никакой информации о том, что находилось на подземном аукционе.

«Я совершенно не знаю, насколько опасно это место и что там может произойти».

Судя по объяснениям, звучавшим из радиоприёмника, подземный аукцион точно не был обычным и безопасным местом.

Наконец я добралась до нижнего этажа и увидела на стене короткий ответ.

Это был именно тот ответ, который я меньше всего хотела получить.

«Чёрт».

Я крепко зажмурилась.

«В итоге мне всё равно придётся участвовать в аукционе».

Чтобы перейти к следующей игре, я решительно шагнула вперёд.

[Мы ждали Вас, посетитель.]

[Ответ в игре правды Вас удовлетворил?]

Вопрос прозвучал так, словно ведущая намеренно пыталась меня задеть и откуда-то наблюдала за выражением моего лица.

Крепко сжав губы, я осмотрелась. В пустом помещении тесной группой стояли люди, которые наверняка снова были призраками, изображавшими людей, однако среди них встречались мужчины, женщины, старики и дети.

[Игра, в которую мы сыграем на этот раз! Барабанная дробь.]

[Их будет целых две. Ху-ху.]

Я знала, что эта игра будет немного сложной.

Вдоль одной из стен появился чёрный стол, а затем над ним возникло нечто, напоминавшее ширму. В результате образовались отдельные места, похожие на кабинки для тайного голосования.

[На этот раз мы сыграем в «Ролевую игру» и «Загибание пальцев»!]

[Никому нельзя сообщать свою роль. Вы получите её, войдя в показанное тайное пространство.]

[Итак, для начала посмотрим, какие роли достались участникам.]

Все вошли в находившиеся перед ними кабинки, и я тоже направилась к ближайшей.

На чёрном столе лежал чистый лист бумаги.

[Если перевернуть бумагу внутри, Вы узнаете свою роль!]

[Это тайна, поэтому даже после просмотра ни в коем случае нельзя говорить о ней другим!]

В романе Дан Со Хёку досталась роль «папы».

«Если есть роль папы, значит, это что-то вроде игры в семью. Интересно, что может достаться мне».

В оригинале Дан Со Хёк быстро прошёл эту игру, поэтому информации о других ролях почти не было.

Я перевернула лист.

Вот уж роль, от которой можно было сойти с ума. Похоже, это была игра в семью без мечтаний и надежд.

[Итак, если все проверили свои роли, можете выходить!]

[Я объясню правила игры!]

Под оживлённый голос я вышла наружу, и, словно только этого и ждали, кабинки начали исчезать.

[Все проверили свои роли, верно? Теперь начнётся игра, в которой нельзя позволить соперникам раскрыть Вашу роль, но при этом нужно выяснить роли других людей.]

[Как именно узнать роль другого человека, спросите Вы? Вот здесь и появляется игра с пальцами!]

Моё тело начало двигаться само собой.

Оказавшись среди людей, сидевших кругом, я против собственной воли раскрыла ладонь и подняла руку. С остальными происходило то же самое.

[Например, если участник скажет: «У кого есть опыт брака, загибайте палец», роли бабушки, дедушки, папы и мамы, состоящие в супружеских отношениях, должны будут загнуть палец, верно?]

[Так, вычисляя роли других, Вы сможете сказать: «Ответ! Этот человек — папа!», когда поймёте правильный ответ.]

[Тот, кто угадает верно, сразу считается прошедшим игру и может выйти.]

[Однако напрямую называть роль, например: «Папа, загни палец. Мама, загни палец», невозможно!]

Получалось, что это была усложнённая психологическая игра.

«Хорошо хотя бы то, что роль любовницы не самая обычная, поэтому догадаться о ней будет трудно».

С другой стороны, из-за необычности этой роли меня тоже могли раскрыть первой при помощи общего вопроса.

Например, если кто-нибудь спросит: «У кого нет собственной семьи, загибайте палец», мне уже будет некуда деваться.

[Лгать тоже нельзя. Мы знаем все роли, поэтому, если вопрос будет относиться к Вам, мы насильно загнём Ваш палец. Ху-ху.]

[Однако есть ровно одно исключение!]

[Ведь любимого человека хочется защитить, верно? Если Вы считаете другого участника важным партнёром и хотите помочь ему, мысленно выкрикните: «Чёрный рыцарь»!]

[Тогда один из загнутых пальцев партнёра восстановится.]

[Конечно, никто не знает, кого захочет защитить человек с ролью папы: жену, сына или бабушку.]

Дан Со Хёк этим правилом не пользовался.

Для него, исполнявшего роль «папы», воспользоваться им означало бы повысить риск раскрытия собственной роли, а помогать призракам у него не было никакой необходимости.

Разумеется.

[Тем, кто плохо понял, быстрее будет освоиться прямо в ходе игры, верно?]

[Игра начинается!]

Из радиоприёмника полилась весёлая музыка с быстрым ритмом, под которую словно нужно было танцевать.

[Ход идёт по часовой стрелке. Первой начинает женщина в платье!]

Она сидела напротив меня, поэтому до моей очереди оставалось ещё немного времени.

Всего участников было десять, и никто не знал, кому какая роль досталась. Поскольку Дан Со Хёк быстрее всех угадал чужую роль и вышел первым, можно было считать, что никакой полезной информации об этой игре у меня почти не было.

Женщина в платье произнесла:

— У кого есть дети, загибайте палец.

Пальцы некоторых участников начали медленно загибаться…

— А-а-а!

— А-а-а!

На самом деле они не загибались, а отрезались. Я знала об этом и старалась лишний раз не задумываться, однако, когда увидела всё собственными глазами, происходящее показалось ещё ужаснее.

[Ху-ху. Может быть, стоило назвать игру не «Загибание пальцев», а «Отрезание пальцев»?]

Как бы мило ни смеялась ведущая, сама игра от этого милее не становилась.

«Будто можно было забыть, что этой игрой управляет призрак».

Из десяти участников пальцы «загнулись» у шестерых.

«Шестерых?»

Их оказалось больше, чем я ожидала. Кто ещё мог входить в это число, помимо бабушки, дедушки, папы и мамы? Дети в таком случае ведь должны были исключаться.

Я украдкой посмотрела на свои пальцы и с облегчением убедилась, что они остались целыми.

«Любовница тоже не попала».

Впрочем, если бы у любовницы ещё и был ребёнок, это стало бы уже полной катастрофой.

[Следующий спрашивающий, пожалуйста, говорите!]

Ведущая явно наслаждалась происходящим и развлекалась вовсю. Неужели ей, самой являвшейся призраком, действительно было приятно смотреть, как другие призраки изображают страдания?

— У к-кого есть опыт брака, загибайте палец!

Мужчина, потерявший палец после предыдущего вопроса, выкрикнул это дрожащим голосом.

На этот раз мой палец тоже не загнулся.

[О, Вы использовали тот самый пример, который я приводила?]

[Ай-ай. Творчества не хватает, но это не запрещено, поэтому пропустим!]

Те, кто лишился пальцев после первого вопроса, снова потеряли по одному, и со всех сторон раздались крики.

«А?»

Однако что-то всё же казалось странным: у второго спрашивающего палец не отрезался.

После первого вопроса он лишился пальца, поскольку у него был ребёнок, но при этом никогда не состоял в браке?

«Можно предположить, что ребёнок родился до брака или что речь идёт о приёмной семье… но игра, в которой существует роль любовницы, вряд ли предусматривала бы настолько здравое объяснение. Тогда, может быть, это любовник, у которого есть ребёнок?»

Пока я размышляла, остальные участники продолжали исправно задавать вопросы.

— Те, кто был беременным, загибайте палец.

— Те, кто служил в армии, загибайте палец.

Среди них встречались и вопросы, с помощью которых можно было определить пол и возраст участников.

«Наверное, именно так Дан Со Хёк вычислил участника с ролью мамы».

Умный, да ещё и удача оказалась на его стороне, что ужасно раздражало.

«Но сейчас не время об этом думать».

Ревновать к Дан Со Хёку было некогда, потому что очередь уже почти дошла до человека, сидевшего рядом со мной.

За всё это время мой палец так ни разу и не загнулся.

«Уже прозвучало почти десять вопросов, но ни один из них меня не затронул?»

Я уже начала надеяться, что, возможно, сумею выбраться и из этой игры без единой раны, однако сидевший рядом человек внезапно произнёс:

— Те, кто совершал убийство, загибайте палец.

«Что он сейчас сказал?»

У одного из участников отрезало палец, и мой сосед спокойно указал на него.

— Ответ. Этот человек исполняет роль «убийцы».

— А-а-а-а! Больно, больно! Мой палец!!!

[Вот как, кто-то уже раскрыл чужую роль!]

Почему среди ролей существовала даже такая?

Участник, чью роль раскрыли, сжался, обхватив руку, по которой текла кровь.

Дверь открылась, и в помещение вошли двое крепких мужчин в испачканных чем-то фартуках, похожих на те, которые носят работники бойни или рыбного рынка.

— Н-нет! Пожалуйста! Спасите!!

Они схватили сопротивлявшегося выбывшего и поволокли его прочь. Тот изо всех сил скрёб пол, пытаясь хоть как-нибудь удержаться, однако все его попытки оказались бесполезными.

Следом за ними спокойно вышел участник, угадавший правильный ответ, и при этом беззаботно напевал себе под нос.

«Кстати, игра ведь называлась ролевой, а не игрой в семью».

Услышав название роли, которая досталась Дан Со Хёку, я просто слишком поспешно сделала вывод. А что, если помимо семейных здесь существовали и самые разные другие роли?

То же самое относилось и к любовнице, однако в таком случае количество возможных вариантов становилось слишком большим.

[Сейчас очередь участницы.]

Пока я продолжала молчать, хотя очередь уже дошла до меня, расслабленный голос ведущей поторопил меня.

— …Те, у кого есть тайна, которую нельзя рассказать семье, загибайте палец.

Сердце громко стучало. Если тот, кого я подозревала в роли любовника, сейчас загнёт палец, я смогу назвать ответ и выйти.

Пальцы начали медленно загибаться, однако это произошло сразу у двоих участников.

«Какая тайна может быть у них, кроме измены?..»

После того как среди ролей уже обнаружился убийца, мне стало тревожно.

У одного из участников не было опыта брака, однако при этом был ребёнок, а ещё двое хранили тайну, о которой не могли рассказать своей семье.

«Было бы гораздо проще вычислять роли, если бы их заранее перечислили, как в игре в мафию».

Но что мне теперь вообще делать со всей этой информацией?

«Какую роль можно определить наверняка? Пожалуй, единственная роль, которую я, возможно, сумею угадать, — это роль папы».

Моя очередь закончилась, и ход перешёл к участнику, сидевшему рядом со мной.

— Те, кто ходит в школу, загибайте палец.

Поскольку прежде уже выяснилось, что среди участников существует роль ребёнка, этот вопрос оказался довольно точным и мог помочь вычислить того самого «ребёнка».

Как и ожидалось, один из участников побледнел, а затем лишился пальца. Задавший вопрос человек, словно только этого и ждал, ухмыльнулся и сразу открыл рот.

— Ответ!

[Да, участник! Пожалуйста, назовите ответ!]

— Человек, у которого только что загнулся палец, играет роль «ребёнка»!

[О.]

[Какой расплывчатый ответ.]

— Что?

[Необходимо назвать, чьим именно ребёнком он является и какого он пола.]

[Люди с ролями «папы» и «мамы» тоже являются чьими-то детьми, не так ли?]

Именно так здесь издевались над участниками.

Похоже, задававший вопрос совершенно не ожидал подобного ответа, потому что теперь лишь растерянно открывал и закрывал рот, явно не зная, что сказать.

— Тогда это сын, ребёнок родителей?

Наверное, он сделал такой вывод потому, что участник, ходивший в школу, выглядел парнем.

Поскольку я, получившая роль «любовницы», тоже была того же пола, что и моя роль, такое предположение по-своему казалось разумным.

[Неверно!]

Похоже, всё оказалось гораздо сложнее.

«Если ошибиться, отрежут хотя бы один палец?»

Может быть, даже ценой пальца стоило придумать вопрос, который позволил бы приблизиться к правильному ответу?

Однако, словно насмехаясь над моими мыслями, голос из радиоприёмника продолжил:

[Участник, назвавший неверный ответ, выбывает! Какая жалость!]

[Поскольку участник с ролью «дядя» выбыл, его проводят в аукционный зал.]

— Подождите! Вы ведь не говорили, что после одной ошибки участник сразу выбывает!

Дверь открылась, и в комнату вошли те самые здоровяки, чьи фартуки теперь были испачканы ещё сильнее, чем прежде.

Пока выбывшего тащили за ноги, ему в одно мгновение отрезали все пальцы, и они один за другим посыпались на пол. Когда один из них докатился прямо до моих ног, меня едва не вырвало.

[Ху-ху. Но мы ведь заранее не говорили, что попыток будет несколько!]

[Очень жаль, однако пусть оставшиеся участники продолжат весело играть между собой!]

[Эта игра основана на логических выводах, поэтому угадывать наобум нельзя!]

Ситуация становилась всё сложнее, и, когда я посмотрела на участника, который ходил в школу, остальные почти одновременно сделали то же самое. Под множеством мгновенно устремившихся на него взглядов лицо участника, сжимавшего окровавленную руку, побледнело ещё сильнее.

«Если это не сын, то, скорее всего, дочь».

Однако я не могла поспешно назвать ответ, потому что не было никакой уверенности в том, что речь действительно шла о ребёнке родителей. Раз среди ролей существовал дядя, этот участник вполне мог оказаться и внучкой, одной из детей бабушки и дедушки.

«Тогда правильный ответ — внучка?»

Но и в этом нельзя было быть уверенной, ведь только что на моих глазах одного из участников утащили на аукцион из-за неверного ответа, поэтому бездумно выступать я не могла.

«Аукционный зал… Значит, именно туда утаскивали всех выбывших. Но неужели даже призраки боятся попасть на аукцион?»

Чем дольше продолжалась игра, тем сильнее я путалась. Эти существа явно не были людьми, однако при этом всё равно боялись смерти, хотя сейчас не стоило отвлекаться на лишние мысли, потому что главным было выбраться из этой комнаты живой.

Следующий участник задал вопрос, и после того, как двоих утащили, а один вышел сам, в игре оставалось семеро.

— Те, кто живёт в одном доме, загибайте палец.

Произошло именно то, чего я опасалась. Наверное, участник задал этот вопрос, чтобы выяснить роль того, кого считал дочерью.

Пальцы загнулись у части присутствующих, точнее, у всех, кроме двоих, и одной из этих двоих была я. Другим оказался участник, потерявший палец после вопроса о тайне, которую нельзя рассказать семье, поэтому взгляды остальных тут же обратились к нам.

«Значит, похоже, бабушка и дедушка тоже живут вместе с родителями».

Участников, подходивших под условие «живёт в одном доме», оказалось больше, чем я предполагала, поэтому одного этого вопроса было недостаточно, чтобы определить правильный ответ.

[Ого, эта участница всё ещё ни разу не попалась?]

Я оставалась единственной, у кого все десять пальцев были целы, поэтому эти слова явно относились ко мне.

— Мне повезло.

[Повезло!]

[В игре удача тоже считается навыком! Вы и первую, и вторую игру прошли с великолепным мастерством.]

[Интересно, до какого момента Вы сможете выжить…]

[Нет, интересно, до какого момента Вы сможете побеждать!]

Кажется, посреди фразы ведущая случайно проговорилась о своих настоящих мыслях, и после её слов все участники снова посмотрели на меня, точнее, на мои целые пальцы.

«Интересно, теперь они выберут меня своей целью или, наоборот, исключат из числа подозреваемых, потому что обо мне вообще не было никаких зацепок?»

Если случится второе, я буду искренне благодарна.

«Шевелить мозгами — совсем не моя стихия».

Но всё же мне нужно было разобраться, потому что для выживания следовало действовать так же, как Дан Со Хёк.

Свои выводы Дан Со Хёк в основном строил вокруг участников, у которых загибалось много пальцев или которые реагировали на необычные вопросы.

Больше всего пальцев потерял первый участник, у которого их исчезло целых пять.

«Брак, дети, армия, тайна от семьи и проживание в одном доме».

Пункт об армии подтверждал, что это мужчина, а сведения о браке, детях и проживании в одном доме позволяли ещё сильнее сузить круг возможных ролей.

«Если среди ролей нет такой, которую я вообще не способна предугадать, то это либо дедушка, либо папа».

Однако при этом у него была тайна, которую он не мог раскрыть семье.

«С высокой вероятностью это роль папы, у которого есть любовница».

Но до тех пор, пока я не буду полностью уверена, следовало просто запомнить этот вариант.

Второй и третий участники привлекли моё внимание тем, что отреагировали на необычные вопросы.

У второго был ребёнок, хотя в браке он не состоял, и при этом он жил в одном доме с остальными. На данный момент я предполагала, что ему досталась роль любовника.

У третьего участника, если не считать меня, было отрезано меньше всего пальцев. У него имелась тайна, которую нельзя было рассказать семье, однако его роль я вообще не могла представить.

«Чёрт, мне стоит сосредоточиться на первом и втором».

Пришла очередь задавать следующий вопрос.

[Итак, не будем тянуть и продолжим в хорошем темпе!]

— Те, чьего имени нет в свидетельстве о семейных отношениях, загибайте палец.

«Чёрт!»

Тут даже не требовалось размышлять, потому что этот вопрос относился ко мне.

Я испуганно опустила взгляд на руку и увидела, как на мизинце начала стремительно расходиться рана, словно его рассекло чем-то острым, после чего наружу хлынула кровь.

— А-а-а!!!

Однако всё было ещё хуже: я отчётливо чувствовала, как невидимое лезвие медленно проходит сквозь палец, из-за чего боль становилась только сильнее.

В тот же момент я поняла, что эта невидимая сила наслаждалась самим жестоким процессом.

Из-за чудовищной боли я инстинктивно попыталась отдёрнуть руку, однако она не двигалась, словно кто-то крепко удерживал её на месте.

[Ху-ху.]

Голос из радиоприёмника рассмеялся с явным удовольствием, а у меня от боли закружилась голова.

— …

Я уже не могла даже кричать и лишь согнулась, прижимая ладонь к месту, где ещё недавно находился мизинец.

[Ай-ай, как жаль!]

[Если бы Вы добрались до выхода, так и не загнув ни одного пальца, это было бы поистине впечатляюще!]

Она говорила, что ей жаль, таким радостным голосом?

Сильно прикусив губу, я заставила себя поднять голову.

«Кому ещё отрезало палец?»

До следующего вопроса мне нужно было понять разницу, и именно потому, что палец невыносимо болел, следовало как можно скорее прийти в себя.

Я хотела выбраться отсюда как можно быстрее.

— Ух…

Я нашла нужного участника, и им оказался второй.

«У него есть ребёнок, нет брака и отсутствует имя в документах. Значит, вероятность того, что у него роль любовника, становится ещё выше?»

Однако неожиданность заключалась в другом: третьему участнику палец не отрезало. Я точно знала, что он не жил в одном доме с остальными, и потому не понимала, почему его имя значилось в документах.

«Может быть, это сбежавший из дома ребёнок? Да какие вообще рамки существуют у этой проклятой ролевой игры?»

[Следующий участник, Вы уже достаточно подумали над вопросом?]

[Теперь все участники загнули как минимум по одному пальцу!]

[Те, кто быстро соображает, выкрикивайте ответ!]

В помещении повисла тишина, потому что никто из участников так и не решился назвать ответ.

[Жаль. Интересно, когда появится второй участник, сумевший выбраться?]

[Но и эта волнующая ситуация тоже забавна, правда? Следующий вопрос, пожалуйста!]

Участник, чья очередь подошла, шевельнул губами. Это был тот самый человек, которого я предположительно считала «папой» и который уже потерял пять пальцев.

Он смотрел прямо на меня.

— Те, у кого есть тайна от человека с ролью «мама», загибайте палец.

«Нельзя. Только не это».

По спине пробежал холод.

Если человек не жил вместе с семьёй и не являлся её членом по документам, но при этом скрывал что-то от участника с ролью «мама», догадаться о роли любовницы становилось гораздо легче.

— А-а-а!!

Мне отрезало палец, и на этот раз это был мизинец на другой руке.

Отделившийся палец сразу упал на пол и покатился в сторону.

«Д-другие участники?»

Боль была безумной, однако прежде всего мне нужно было найти тех, к кому тоже относился этот вопрос.

Положив отрезанный палец в карман, я поспешно огляделась.

«Пусть найдётся хотя бы ещё один человек, который поможет скрыть мою роль!»

— Ха…

Такой человек действительно был, но, как назло, им оказался третий участник.

— Что он вообще такое…?

Я была готова отчаянно согласиться с тихо пробормотанным кем-то вопросом.

Третий участник не жил вместе с семьёй, но являлся её членом по документам, скрывал что-то от роли «мама» и одновременно имел тайну, которую не мог раскрыть всей семье.

Эти условия не подходили простому «сбежавшему из дома ребёнку».

— Фух…

Несмотря на то что сознание плыло, я попыталась привести дыхание в порядок.

Сдаваться было ещё слишком рано.

— Лица мужского пола, загибайте палец.

После этого вопроса пальцы отрезало у многих участников, включая первого и третьего, однако второй, которого я подозревала в роли любовника, в их число не вошёл.

Затем настала моя очередь, и я произнесла заранее подготовленный вопрос:

— Те, кто по своей роли не является человеком, загибайте палец.

У большинства участников, включая первого, пальцы остались целыми, а отрезало их только у двоих — второго и третьего.

«Если они не люди, значит, это либо животные, либо призраки».

У второго был ребёнок, и он жил вместе с остальными, поэтому существовала высокая вероятность, что ему досталась роль домашнего питомца. Домашний питомец не являлся членом семьи по документам.

Тогда третий, у которого имелась тайна, которую нельзя было раскрыть семье, мог оказаться призраком.

«В таком случае неудивительно, что его имя есть в свидетельстве о семейных отношениях».

Ведь имена умерших тоже указывались в документах.

Общее направление я уже примерно уловила, однако выкрикивать ответ, не имея твёрдой уверенности, всё равно было нельзя.

«Если кто-нибудь спросит, что это за животное, сказать наугад будет слишком трудно».

В таком случае круг возможных вариантов сразу становился слишком широким.

Роль второго участника пока лучше было отложить, поэтому оставалось подумать о третьем.

«Я знаю, что он мужчина, но не понимаю, кем именно он был: умершим сыном или братом матери».

Значит, и с ним пока придётся повременить.

И всё же потраченное время нельзя было назвать бесполезным, поскольку приблизительные догадки у меня всё-таки появились.

[Ого, какие любопытные вопросы здесь звучат.]

[Но правильный ответ пока никто не выкрикивает, верно? Тогда я добавлю новое правило!]

Мне сразу стало тревожно.

[До сих пор победить и выйти мог только тот, кто угадывал роль другого участника, верно? Тогда я добавлю ещё один способ побега!]

[Вы ведь знаете, что участник автоматически выбывает, когда у него загибаются все пальцы? Участнику, который загнёт последний палец выбывшего, я дам возможность выйти.]

На словах это звучало так, будто ведущая заботилась об участниках, однако на деле она просто хотела заставить нас выбрать цель и убить её, ещё сильнее раздувая напряжение между оставшимися.

Сильнее всех побледнел первый участник, у которого осталось всего четыре пальца.

Участница, которую я предположительно считала «дочерью», и я сама были затронуты новым правилом меньше остальных, поскольку у нас отрезали меньше всего пальцев.

— Те, кого родила «мама», загибайте палец.

Следующий участник задал вопрос, который оказался полезным и для меня.

— А-а-а!

«Как я и думала».

На этот вопрос одновременно лишились пальцев участник, которого я подозревала в роли «дочери», и третий, которому, по моему предположению, досталась роль «умершего сына».

В этот момент кто-то резко заговорил, почти выкрикнув:

— Ответ!

[Да, пожалуйста, назовите ответ!]

— Роль этого участника — «дочь».

Лицо указанного участника побледнело, а остальные выглядели так, будто только теперь поняли, что их успели опередить.

[Верно!]

[Участник с ролью «домашний пёс» может выйти!]

«Домашний пёс? У него ведь загнулся палец на вопросе о тех, у кого есть дети».

«То есть щенки тоже считаются детьми? И как это вообще можно вывести с помощью обычной логики?»

«Выходит, на том, что мужскому участнику дали роль “дочери”, всё не закончилось».

[Все хлопаем!]

Руки участников начали двигаться против их воли, и мои тоже не стали исключением.

Участники хлопали окровавленными ладонями, и это зрелище выглядело по-настоящему жутко.

Второй участник с глазами, полными слёз, почти выбежал за дверь, словно спасаясь бегством, а человека, исполнявшего роль «дочери», в это время уже утаскивали прочь.

[Теперь игра снова пошла как следует!]

[Итак, чтобы ещё сильнее ускорить темп, сообщаю внезапную новость!]

«Что ещё?»

К этому моменту каждое предложение, доносившееся из радио, уже само по себе вызывало тревогу.

[Когда этот круг завершится и очередь снова дойдёт до первого спрашивающего.]

[Я сообщу вам, какие роли ещё остались.]

[Если роли будут известны, выводить ответы станет проще, правда? Ху-ху.]

[Это будет очень кровавая борьба! А если кровь и вправду брызнет, будет ещё лучше… Ой-ой.]

[Я опять слишком увлеклась разговорами, верно? Пожалуйста, задавайте следующий вопрос!]

«Нельзя».

«Если роли станут известны, мне конец».

Нет, всё было даже хуже, чем просто опасность. Разница заключалась лишь в том, кого успеют назвать первым, потому что стоило озвучить оставшиеся роли, как нас с третьим участником сразу же раскрыли бы.

Наши роли были слишком необычными.

«Необычная роль даёт преимущество лишь до тех пор, пока её невозможно заранее предугадать!»

Ведущая решала всё по собственному усмотрению, даже не спрашивая согласия участников. Проклятье.

«Я должна выбраться именно на этом круге».

Мне следовало сосредоточиться, потому что я не могла позволить себе вот так бессмысленно умереть здесь.

Мне нужно было не только найти Ма Чхо Хэ, но и вернуться к Дан Со Хёку так, чтобы он собственными глазами увидел моё возвращение.

К счастью, после ещё одного участника очередь задавать вопрос переходила ко мне.

— Ответ.

Однако ещё до того, как спрашивающий успел открыть рот, кто-то резко поднял руку. Его взгляд был направлен на меня и на третьего участника, отчего по моей спине потёк холодный пот.

— Роль этого участника…

Поднятый палец начал медленно опускаться, и его кончик указал на третьего участника.

— «Умерший сын».

Это был правильный ответ.

[Верно!!!]

[Ого, это была одна из самых трудных ролей для угадывания, великолепно!]

[Участник с ролью «бабушка» может выйти. А участник, исполнявший роль «умершего сына», отправляется в аукционный зал…!]

Голос из радио внезапно запнулся.

Участник с ролью «бабушки», уже собиравшийся выйти, остановился и обернулся.

[Ой-ой, подождите. Возникла очень интересная ситуация.]

[«Чёрный рыцарь».]

«Что?»

— Вы же сказали, что «чёрный рыцарь» восстанавливает только один палец другого участника! Роль «умершего сына» уже раскрыта, значит, никакой «чёрный рыцарь» здесь вообще не должен иметь значения!

Участник с ролью «бабушки» вспыхнул и закричал, и в его словах действительно был смысл.

Однако если голос из радио, который наверняка и сам прекрасно это понимал, всё равно намеренно привлёк внимание и заговорил об этом…

[Я ведь сказала, что ситуация очень интересная.]

Значит, она просто хотела создать исключение.

[Участник, попросивший стать «чёрным рыцарем», пожелал отказаться от всех своих пальцев и спасти этого выбывшего!]

Я огляделась и увидела, что участница, которую предположительно считала «мамой», плачет навзрыд.

«Неужели…»

[Ху-ху. Ничтожная семейная любовь выглядит весьма занятно!]

— …Что? Т-тогда что будет со мной?

Участник с ролью «бабушки» задал вопрос, однако ответа так и не получил.

Вместо этого тело участницы с ролью «мамы» с глухим звуком рухнуло на пол, после чего вновь послышались приближающиеся тяжёлые шаги. В комнату снова вошёл здоровяк и поволок наружу обмякшую «маму».

[Хм, поскольку роль «умершего сына» уже раскрыта и продолжать игру ему будет трудно, в порядке особого случая я позволю ему выйти.]

[Вместо этого участник с ролью «бабушки», которому не удалось никого убить, выбывает!]

[Разве это не очень трогательное завершение? Похоже, участник чрезвычайно глубоко вжился в роль! Все хлопаем!]

— Да блять! Где вообще видана такая ёбаная херня?! Я ведь угадал! Ты сама притащила людей, заставила играть в эту бредовую игру, а теперь ещё что-то несёшь!

«Что?»

«Что происходит? Для призрака эта реакция слишком бурная».

Слёзы участницы с ролью «мамы» тоже выглядели странно, поэтому здесь явно было что-то не так.

Все взгляды сосредоточились на участнике с ролью «бабушки», который бушевал с багровым лицом.

[…]

Радио молчало, и от этого становилось ещё страшнее.

[Бредовую игру?]

По коже пробежал ледяной холод.

За одно мгновение комнату наполнило жуткое ощущение, отчётливо отличавшееся от всего, что я чувствовала до сих пор, и тела участников, включая моё, начали дрожать.

Это был инстинктивный страх.

[Бредовую игру?]

[Бредовую игру?]

[Бредовую игру?]

[Бредовую игру?]

— Я… я не это имел в виду…!

Из радио донёсся холодный голос, которого я прежде ни разу не слышала.

[Мы тоже не любим участников, которые отказываются сотрудничать с игрой.]

[Тем более участников, которые оскорбляют игру, к которой разработчики относились с особой любовью.]

[Похоже, вы даже не заслуживаете права попасть на аукцион.]

Слишком жёсткая манера речи напоминала робота, словно машина просто воспроизводила заранее заложенный предупреждающий текст.

[Вы подлежите изгнанию.]

«Изгнанию? Это отличается от выбывания?»

Под ногами участника с ролью «бабушки» возникла чёрная дыра, достаточно большая, чтобы в неё свободно провалился человек, и он тут же рухнул вниз.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Крик постепенно отдалялся, и невозможно было понять, насколько глубоко он падал.

— А-а-а-а-а-а-а-а!

— Спасите меня!

— Пожалуйста, выпустите меня отсюда!

— Больно… больно… больно!

Из глубины дыры поднимались самые разные крики, наполненные отчаянием, мольбой и невыносимой болью.

«Что вообще находится там, внизу? Кто там заперт и сколько их?»

[Итак!]

Дыра исчезла так, словно всё уже было закончено, а вместе с ней резко оборвались и крики.

Внезапно наступившая тишина казалась ещё более жуткой.

[Прошу прощения за беспорядок! Теперь продолжим оставшуюся игру?]

[Оставшиеся участники ведь добросовестно присоединятся к нашей «весёлой» игре, правда?]

[Пожалуйста, ответьте.]

Теперь это уже ничем не отличалось от принуждения.

— Да, разумеется!

— Р-разумеется.

— Для меня ч-честь быть приглашённым в эту игру.

Теперь, включая меня, осталось пятеро.

[А участница?]

У радио не было ни глаз, ни рук, однако я понимала, что эти слова обращены именно ко мне.

— Я тоже буду усердно участвовать в игре.

Произносить то, чего я на самом деле не чувствовала, было отвратительно.

«Да, мне придётся усердно играть, чтобы выбраться, а весёлая эта игра или нет, я даже знать не хочу».

[Хм.]

[Хорошо, тогда теперь задайте вопрос.]

Похоже, мой ответ ей не слишком понравился, однако, наверное, уже стоило считать удачей то, что она не наказала меня за него.

Следующей спрашивающей была я.

«Здесь нужно всё закончить, потому что только так я смогу выбраться живой».

«Среди оставшихся на вопрос о мужчинах отреагировали двое».

Оба загнули пальцы на все пять вопросов, и единственное различие между ними заключалось в том, что у первого была тайна, о которой он не мог рассказать семье.

Однако выкрикивать ответ, основываясь лишь на этом, было слишком страшно, поэтому требовался вопрос, который позволил бы обрести немного более твёрдую уверенность.

Теперь мне предстояло пойти на риск, от которого зависело всё.

— …Те, кто может стать «чёрным рыцарем» для женщины, не являющейся женой, загибайте палец.

Если оставшиеся роли раскроют, этот вопрос почти наверняка приведёт меня к смерти.

Либо всё, либо ничего.

…

…

Никакой реакции не последовало, и холодный пот начал пропитывать всё тело.

Я подождала ещё немного, после чего большой палец первого участника начал медленно отрезаться, словно это происходило специально для того, чтобы я успела заметить.

— Ответ.

Я подняла руку, и перепачканная засохшей кровью ладонь жалко дрожала.

— Этот участник играет роль «папы».

[…]

Радио не реагировало. До сих пор ведущая всегда отвечала почти мгновенно, однако сейчас почему-то молчала.

[Вот ведь.]

[Неплохо.]

Тихое бормотание почему-то донеслось до меня особенно отчётливо, и я резко посмотрела на радио, решив, что, возможно, ослышалась.

[Верно!]

[Участница с ролью Ма… нет, с ролью «любовницы» может выйти!]

Кажется, она только что собиралась назвать меня по имени и произнести «Ма Чхо Ён».

Задняя дверь открылась, после чего внутрь вошёл здоровяк и направился к человеку с ролью «папы».

Я поднялась и с невозмутимым видом пошла к задней двери, пока оставшиеся участники и здоровяк, приближавшийся к «папе», пристально смотрели на меня.

От этих взглядов становилось мерзко.

— А-а…

Едва выбравшись из комнаты, я тут же обхватила руками предплечья. Стоило мне покинуть помещение, как чудовищное напряжение, до этого сковывавшее всё тело, исчезло в одно мгновение, и боль, которую я до сих пор сдерживала одним лишь усилием воли, нахлынула с новой силой.

Она была настолько невыносимой, что терпеть её дальше я уже не могла.

Слёзы безостановочно текли по моим щекам.

«Мама, папа…!»

Сейчас мне больше всего хотелось увидеть именно их. В опасную минуту они безоговорочно встали бы на мою сторону и защитили меня, что бы ни случилось.

Однако я не могла позволить родителям оказаться в таком опасном месте.

Стиснув зубы, я медленно поднялась на ноги.

Я сама выбрала этот путь, потому что хотела найти Ма Чхо Хэ. Кроме того, этот эпизод был известен мне ещё до начала игры, поэтому я заранее понимала, с чем могу столкнуться, и старалась к этому подготовиться.

«Пока ещё ничего страшного не произошло, поэтому я всё ещё могу продолжать».

Настоящая проблема заключалась в следующей игре.

Перед тем как спуститься по лестнице, я заметила тетрадь, которую на этот раз, по всей видимости, оставили вместо белой доски.

Некоторое время я молча смотрела на неё, а затем вырвала один лист, написала на нём несколько слов и спрятала его в карман.

После этого я сделала запись уже в самой тетради.

— Мой младший брат находится в подземном аукционном зале?

У меня не было никаких сведений о подземных этажах. Помимо аукционного зала, там могли находиться и другие помещения, поэтому я решила сформулировать вопрос именно таким образом.

Закончив, я медленно начала спускаться по лестнице.

Когда я сошла с последней ступени, на стене появился ответ, который на этот раз выглядел так, словно его написали белым мелом.

[Да?]

[Нет?]

Что это ещё значит?

«Когда Дан Со Хёк задавал свои вопросы, подобных ответов не появлялось».

Меловая линия металась между словами «да» и «нет», словно кто-то проводил Пунсинсабу, а в конце концов остановилась точно посередине.

«Значит, ответ одновременно и положительный, и отрицательный?»

Это было слишком неопределённо, однако мне по крайней мере не сообщили однозначно, что Ма Чхо Хэ там нет.

Следовательно, у меня появилась причина добраться до аукционного зала.

[Если Вы уже закончили игру правды, может быть, войдёте внутрь? Ху-ху.]

Изнутри донёсся голос ведущей, и я окончательно убедилась, что она каким-то образом следит за каждым моим движением.

Дверь перед лестницей с грохотом отъехала в сторону, и изнутри хлынул яркий свет, словно меня приглашали войти, уверяя, что бояться нечего.

Я медленно переступила порог.

«Здесь нужно быть ещё осторожнее».

Причина, по которой в этой игре следовало проявлять особую осторожность, была совершенно ясна.

Во время эпизода с побегом из комнаты Дан Со Хёк умер дважды.

В первый раз это произошло во время игры «Найди отличия», где он погиб, потому что действовал вслепую, ничего не зная. Второй причиной его смерти стала другая игра.

И этой игрой была…

[Итак, следующая игра, в которую Вам предстоит сыграть, называется «Поиск сокровищ»!]

Это была именно игра «Поиск сокровищ».

«Хотя обычным поиском сокровищ это, разумеется, не назовёшь».

Каждый участник должен был спрятать нечто драгоценное для себя, то есть собственное сокровище.

Если другой участник находил его, сокровище отнимали, а тот, кто его лишился, должен был выставить новое.

При этом под сокровищем подразумевалось следующее.

[Каждый участник должен достать своё сокровище и спрятать его!]

[Если сокровище обнаружат, Вам придётся предложить новое. Вы продолжите участвовать в игре до тех пор, пока больше не сможете предоставить очередное сокровище. Ху-ху. Но ведь хорошо, что Вы не выбываете сразу, правда?]

[А теперь угадайте, что именно является сокровищем. Небольшая подсказка: это нечто по-настоящему драгоценное, принадлежащее самим участникам!]

Из радио донеслась напряжённая барабанная дробь, намеренно усиливавшая ожидание.

[Сокровищами станут части тел участников!]

Мне отчаянно захотелось разразиться руганью.

[Вы можете выбрать внутренний орган или любую часть тела, например ухо либо ногу! Однако обратите внимание: то, чему легко найти замену, как в случае с волосами, сокровищем не признаётся.]

[Даже после назначения частью «сокровища» она не будет считаться потерянной, пока её не обнаружат, а никакой боли Вы в это время не почувствуете, поэтому можете выбирать свободно! Раз уж представилась такая возможность, почему бы не назначить сокровищем то, что всегда находилось внутри тела и чего Вы никогда не видели своими глазами?]

[Если участник не успеет выбрать сокровище за отведённое время, мы определим его случайным образом.]

Почему она сказала «мы»?

«Меня уже некоторое время это беспокоит. Почему ведущая постоянно говорит о себе во множественном числе?»

Это вызывало неприятное предчувствие, однако сейчас важнее было другое.

«Мне нужно выбрать часть тела, которую я выставлю в качестве сокровища».

В романе Дан Со Хёк растерялся и слишком долго, с чрезмерной осторожностью обдумывал выбор, в результате чего не уложился в отведённое время.

«Тогда случайным образом у него забрали сердце».

Когда другой участник находил сокровище, его владелец действительно лишался выбранной части. Иными словами, она на самом деле исчезала из тела того, кто её предоставил.

Поэтому Дан Со Хёк, лишившийся сердца, неизбежно должен был умереть.

[Пожалуйста, выберите своё сокровище!]

[Прошепчите его название в коробку, которую Вам протянут. После этого мы заберём его!]

Передо мной появился ребёнок, лицо которого полностью скрывала чёрная ткань.

Оглядевшись, я увидела, что рядом с остальными участниками тоже стояли дети в похожем виде. Внешне они ничем не отличались друг от друга, если не считать цвета ткани, закрывавшей их лица.

За исключением этой ткани, они почти ничем не отличались от обычных людей, поэтому особенно страшными не казались.

Каждый ребёнок держал коробку того же цвета, что и ткань на его лице, а мне досталась чёрная коробочка.

[…]

Не произнёсший ни слова ребёнок встряхнул коробку, словно требуя, чтобы я поторопилась. Некоторое время я смотрела на его пухлую руку, а затем медленно приняла протянутую мне коробку.

[Другие участники не услышат Вашего шёпота, поэтому можете спокойно назвать сокровище!]

Мне предстояло выбрать часть тела, которую я отдам.

Я опустила взгляд на руки, державшие коробку, после чего поднесла её к губам и тихо произнесла:

— Правый мизинец.

Закончив, я отстранила коробку от лица.

Внутри лежал мизинец, который до этого находился у меня в кармане.

[М-м?]

Ребёнок склонил голову набок, а затем посмотрел на стоявшее на полу радио, словно спрашивая разрешения продолжить игру с таким сокровищем.

[Ху-ху.]

[Среди участников нашёлся человек, придумавший совершенно неожиданный способ.]

[Что ж, это действительно часть тела, поэтому, пожалуй, мы разрешим такой выбор. Другой равноценной замены у этого сокровища и правда нет.]

Какое облегчение. Значит, я не зря сохранила отрезанный мизинец.

Я вспомнила о мизинце левой руки, который всё ещё лежал в кармане, поскольку на всякий случай я тоже забрала его с собой.

Если первое сокровище обнаружат, я смогу предложить вместо него оставшийся мизинец.

[Ах, но есть ещё кое-что!]

[Второй возможности не будет.]

[Вы меня поняли, участница?]

Неужели она действительно не умела читать мои мысли?

«Похоже, ведущая видела, как я забрала с собой оба мизинца».

Получалось, если это сокровище найдут, в следующий раз мне придётся отдать уже другую часть тела.

Я медленно моргнула, показывая, что всё поняла, после чего явно удовлетворённая ведущая продолжила объяснение.

[Итак, все участники уже передали свои сокровища?]

Я медленно огляделась по сторонам.

На этот раз участников собралось довольно много.

«Подождите, этот призрак…»

Среди них оказалось одно знакомое лицо. Это был ученик в очках, который уступил мне победу в игре на чувство момента.

Похоже, он тоже заметил меня, потому что неотрывно смотрел в мою сторону. Рядом с ним стоял ребёнок с синей тканью на лице, державший в руках синюю коробку.

«Почему он кажется мне знакомым?»

Я ведь впервые увидела это лицо именно здесь, так почему же меня никак не покидало ощущение, будто я уже где-то его встречала?

[Теперь Вам нужно решить, где именно спрятать сокровище.]

Мы молча смотрели друг на друга, однако, услышав продолжение объяснения, я поспешно повернулась к радио.

[Каждый участник отправится прятать сокровище по очереди. Выбрать можно любое место, кроме этой комнаты! На поиски подходящего места Вам даётся десять минут!]

[Пока один участник прячет сокровище, все остальные должны ждать здесь!]

Десять минут.

Именно этим временем я могла воспользоваться.

Вспомнив действия Дан Со Хёка в романе, можно было прийти к определённому выводу.

«Пока участник в течение десяти минут прячет сокровище, ни один призрак не имеет права ему мешать».

Иными словами, это был промежуток, во время которого я могла действовать свободнее всего и почти не опасаться нападения. К тому же ведущая прямо сказала, что сокровище разрешается спрятать в любом месте, кроме этой комнаты.

Следовательно, я могла отправиться куда угодно.

[Кто желает начать первым?]

Я сразу подняла руку.

[О!]

[Мне очень нравится такая активность!]

[Ху-ху. В качестве особой услуги я добавлю Вам ещё пять минут!]

[У Вас будет целых пятнадцать минут, поэтому тщательно осмотрите все укромные уголки и хорошенько спрячьте своё сокровище!]

[А остальные участники пусть спокойно и дружно подождут здесь, хорошо?]

Я направилась к двери. Когда я попыталась открыть её, ребёнок с чёрной тканью на лице засеменил следом за мной.

[Этот друг будет сообщать, сколько времени у Вас осталось! Не забывайте внимательно следить за тем, сколько минут уже прошло!]

[Он никому не расскажет, где Вы спрятали сокровище, поэтому можете об этом не беспокоиться.]

[У наших маленьких друзей нет языков, а потому они всё равно не способны говорить! Ху-ху-ху!]

Неужели она действительно считала забавным произносить подобные мерзости с таким смехом?

Я не стала отвечать, потому что подобные слова не заслуживали никакой реакции.

[Итак, тогда начинаем!]

Дверь распахнулась, открывая тёмный коридор.

[Начали!]

Я стремительно выбежала наружу. Едва дверь закрылась за моей спиной, я мельком оглянулась и тут же сунула руку в карман.

Оттуда я достала часть листа, вырванного из тетради перед спуском с верхнего этажа.

[М-м?]

Ребёнок с чёрной тканью на лице вопросительно склонил голову.

Не обращая на него внимания, я бросила листок в стену, прежде чем начать спускаться по лестнице.

«Не знаю, сработает ли этот способ».

Бумага медленно впиталась в стену.

В романе Дан Со Хёк, разумеется, решил, что обязан спрятать сокровище на том же этаже, где проходила игра. Однако он оступился и скатился по лестнице на этаж ниже.

Когда за этим не последовало никакого наказания и его никто не остановил, он понял одну важную вещь.

В течение десяти минут, отведённых на сокрытие сокровища, участнику действительно разрешалось передвигаться куда угодно без каких-либо ограничений.

«Даже спустившись на нижний этаж, он не обязан участвовать в проходящей там игре».

Всё потому, что в тот момент он уже считался участником игры «Поиск сокровищ».

Именно поэтому я заранее кое-что подготовила, хотя до последнего не была уверена, что это действительно сработает.

Я стремительно сбегала по лестнице, двигаясь так быстро, что в любой момент могла оступиться.

Наконец я наступила на последнюю ступень и посмотрела на стену.

[Да.]

— …!

Я получила ответ на вопрос из игры правды!

На вырванном листке я заранее написала:

— Мой младший брат жив?

Ма Чхо Хэ жив!

Именно этот вопрос волновал меня сильнее всего, но одновременно я боялась задать его больше любого другого. Напрягая дрожащие ноги, я стиснула зубы и продолжила бежать вниз.

Я не знала, сколько всего этажей находилось в этом здании.

Моей целью был подземный аукционный зал.

Причина, по которой я направлялась к аукционному залу, была довольно проста.

Чтобы выяснить, где находится Ма Чхо Хэ? Нет, я прекрасно понимала, что за какие-то пятнадцать минут найти его не получится.

«Я даже не рассчитываю на такое».

В романе ничего не говорилось о том, какие опасности могли поджидать в аукционном зале. Поэтому я хотела воспользоваться этими пятнадцатью минутами, в течение которых мне ничто не могло угрожать, и заранее осмотреться.

Если мне удастся узнать, что там находится, то я смогу хотя бы подготовиться.

Достаточно было вспомнить хотя бы эту городскую легенду. Не прочитай я роман, в котором появился Дан Со Хёк, то уже давно была бы мертва.

«Чёрт, если бы я знала, что сама окажусь втянута во всё это, то дочитала бы роман до самого конца!»

Как бы я сейчас ни сокрушалась, изменить уже ничего было нельзя, и всё же мне было до ужаса обидно!

«Нет, пока нужно смотреть только вперёд!»

Я уже не понимала, сколько этажей успела спуститься.

Игрой правды я изначально не собиралась злоупотреблять и планировала воспользоваться ею лишь один раз, поэтому продолжала без остановки сбегать по лестнице.

Пот лился с меня ручьями.

[Хм?]

Ребёнок босиком бежал следом и, склонив голову набок, указывал на зажатую в моей руке чёрную коробку.

Вероятно, он спрашивал, когда я собираюсь спрятать сокровище.

У меня не было сил ему отвечать.

«Сколько времени уже прошло?»

Словно прочитав мои мысли, ребёнок сообщил:

[Прошло восемь минут.]

Он действительно произнёс это вслух?

Точнее, у меня возникло ощущение, будто голос прозвучал прямо в голове.

«Ведущая говорила, что у них нет языков».

Возможно, именно поэтому ребёнок общался таким образом. Впрочем, сейчас мне было не до этого.

[Куда?]

Ребёнок снова задал вопрос, и его голос опять отозвался прямо в моей голове. Я не стала отвечать.

[На подземный этаж?]

[В аукционный зал?]

[Хм.]

[Не получится.]

Сколько ещё нужно было спускаться?

У меня уже перехватывало дыхание.

— Ха… ха…

Всякий раз, когда я пробегала очередной этаж, двери слегка приоткрывались, а из образовавшихся щелей на меня смотрели жуткие существа.

Я не встречалась с ними взглядами, однако и без того понимала, что это были призраки, готовившие следующие игры.

Наверное, они с нетерпением ждали, каким способом смогут поиграть со мной дальше.

[Не получится.]

Ребёнок повторил это ещё раз.

[До аукционного зала не добраться.]

[До подземного этажа не добраться.]

Он хотел сказать, что за пятнадцать минут туда невозможно попасть?

Я стиснула зубы, обернулась и уже собиралась сердито посмотреть на ребёнка.

[Ай-ай.]

[Я же сказала, что не получится.]

Передо мной появился ребёнок, державший в руках радио.

Всё вокруг стремительно заволокло белым светом.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

Когда я вновь открыла глаза, то обнаружила, что уже лежу в комнате.

[Похоже, участники находят сокровища быстрее, чем я ожидала!]

В помещении стоял оживлённый шум, а я всё ещё лежала на полу и, не понимая, что произошло, медленно оглядывалась по сторонам.

Некоторые участники, возбуждённо переговаривавшиеся в толпе, выглядели особенно довольными и держали в руках красную, розовую, жёлтую и чёрную коробки.

Чёрная коробка?

Я невольно замерла, потому что она находилась в руках ученика в очках, и, когда наши взгляды встретились, мне показалось, будто он наблюдал за мной ещё до того, как я пришла в себя.

«Но я ведь даже не помню, чтобы успела её спрятать».

[Итак, теперь откройте крышки найденных сокровищ!]

Воодушевлённые участники подняли крышки, под которыми лежали разные части тела: ухо, большой палец ноги, мизинец и… небольшой кусок кожи, на котором росло несколько волосков.

«…Что это такое?»

Я никак не могла понять, с какой части тела его срезали, но в этот момент одна из женщин схватилась за глаз и застонала от боли.

— А-а… моё веко…! Я ведь просто назвала что-нибудь незначительное!

Значит, это было веко, а росшие на нём волоски оказались ресницами. Участница, выставившая веко в качестве сокровища, с криком отняла руку от лица.

«Ужас!»

Глаз, полностью лишившийся века и потому широко обнажившийся, выглядел жутко.

Говорят, Бодхидхарма на старинных изображениях выглядит таким глазастым потому, что во время духовной практики отрезал веки, мешавшие ему медитировать, однако лицо этой участницы теперь выглядело страшнее, чем у самого Бодхидхармы.

— Свет режет глаза… мне больно! А-а-а!

[Ай-ай.]

[У Вас уже отняли сокровище. Небольшая боль помогает ещё сильнее наслаждаться игрой, поэтому теперь всем стало веселее, верно?]

Жизнерадостный голос ведущей разнёсся по комнате, и почти сразу после этого послышался глухой удар.

Участница, закрывавшая глаз рукой и вслепую бродившая по комнате, врезалась в стену, после чего покатилась по полу.

[Ха-ха! Когда Вы ползаете по полу, то больше напоминаете сороконожку, чем человека!]

[О, сороконожку?]

[Неплохой идеей будет добавить товары с нашего аукциона и собрать человеческую сороконожку. Благодаря участнице мне пришла в голову прекрасная мысль! Большое спасибо!]

Среди всего происходящего только голос ведущей оставался настолько бодрым, что из-за этого всё казалось ещё более нереальным.

«На это тяжело смотреть».

Каждый раз, когда участница, лишившаяся века, хотя бы на мгновение убирала руку, становился виден её огромный покрасневший глаз, поэтому некоторые участники отворачивались, и я тоже не стала смотреть.

«Кожу точно нельзя выставлять в качестве сокровища».

Пока я с горечью давала себе это обещание, ко мне кто-то подошёл.

— Эта коробка валялась перед дверью.

Передо мной стоял участник в очках, державший чёрную коробку.

«Почему этот призрак вообще со мной разговаривает?»

Даже не пытаясь скрыть настороженность, я пристально посмотрела на него, а он некоторое время молча выдерживал мой взгляд, после чего протянул мне чёрную коробку.

«Говорит, она лежала перед дверью?»

Раз этот ученик обнаружил её, значит ли это, что моё сокровище уже считается найденным и потерянным?

Возможно, это было предупреждением за попытку без разрешения приблизиться к аукционному залу.

Я повернула голову и сердито посмотрела на ребёнка с чёрной тканью на лице, однако тот поспешно замотал головой.

— Может, в следующий раз спрячешь её как следует?

— Я сама разберусь.

— Какая колючая.

Ученик протянул руку и несколько раз легко похлопал меня по плечу.

— А ведь я всё-таки спас тебе жизнь.

«Спас жизнь?»

В игре на чувство момента он действительно помог мне, но…

«Неужели призраки вообще способны говорить подобное?»

Чем дольше я размышляла об этом, тем сильнее чувствовала, что здесь что-то было не так.

— Ты… как вообще оказался в этом месте?

Я не могла прямо спросить, живой ли он человек, поэтому попыталась зайти издалека, поскольку мне пришло в голову, что его, как и меня, могли насильно втянуть в эти игры.

Ученик некоторое время молча смотрел на меня, а затем медленно ответил:

— Не знаю.

— В каком смысле?

— Я вообще ничего не помню.

Он оглядел остальных участников и продолжил:

— Мне кажется, находящиеся здесь участники не являются обычными людьми. Возможно, среди них есть и другие, кто, как и я, потерял память.

— Что ты имеешь в виду? Ты хочешь сказать, что тоже являешься человеком?

— Когда я открыл глаза, то уже находился здесь. Я понимаю, что происходящее ненормально, но одновременно воспринимаю его так, будто всё именно так и должно быть.

Неважно, каким образом люди получают ранения или умирают.

Ученик опустил взгляд на собственную руку, ладонь и тыльная сторона которой поменялись местами, словно запястье было вывернуто, поэтому такой вид никак не соответствовал обычному человеку.

— Например, как это.

— …Я всё равно не понимаю, о чём ты говоришь.

— Тебе и не обязательно понимать, потому что мы и сами ничего не знаем.

— Тогда почему ты мне помог?

— Кто знает? Этого я тоже не понимаю.

Ученик склонил голову набок, а затем добавил:

— Просто захотелось.

Это был странный ответ, и, поскольку в его взгляде не было ни сочувствия, ни тревоги, я никак не могла понять, что именно им двигало.

— На этот раз спрячь сокровище как следует и выставь что-нибудь подходящее.

Его взгляд переместился на мою левую руку.

«…И правда. Какая разница, потеряю я один палец или два? Это всё равно лучше, чем лишиться другой части тела».

[Поздравляем участников, нашедших сокровища!]

[Победители могут либо выйти, либо остаться и продолжить наслаждаться зрелищем!]

[А участники, чьи сокровища были обнаружены, должны прошептать в коробку название следующего сокровища.]

Я прошептала в коробку:

— Указательный палец левой руки.

В этот момент кто-то резко поднял руку. Это была участница, лишившаяся века.

[Да, участница, какой у Вас вопрос?]

— Можно ли вместо части моего тела предложить часть тела кого-нибудь из моей семьи?

[О.]

[Весьма оригинальный вопрос.]

[Но поскольку речь идёт не о Вашем собственном теле, одной части будет недостаточно. Думаю, можно принять два внутренних органа.]

[Вас это устраивает? Ху-ху.]

— Да, конечно!

Что именно её устраивает?

«Неужели это существо действительно не человек?»

Прижимая рукой выпученный глаз, участница что-то прошептала в коробку, однако её голос совершенно не был слышен, да я и сама вовсе не хотела знать, что именно она сказала.

Неужели она собиралась пожертвовать членами собственной семьи, чтобы спасти себя, причём отдать сразу два внутренних органа?

«Это призрак. Такое существо просто не может быть человеком».

Я крепко зажмурилась, не желая больше смотреть на неё.

Когда все участники закончили выбирать новые сокровища, снова настало время по очереди их прятать.

— Желаю удачи, — тихо прошептал ученик, незаметно приблизившись ко мне.

Ребёнок с чёрной тканью на лице вопросительно смотрел на нас, склонив голову набок.

— Наверное, ты потеряла сознание потому, что пыталась отправиться туда, куда ходить нельзя.

Он имел в виду подземный аукционный зал, хотя мне казалось, что я придумала неплохой способ.

— Я дам тебе одну подсказку.

— Подсказку…?

— Победители, которые нашли сокровище, могут либо выйти, либо остаться и наблюдать за игрой.

Тем временем другой участник отправился прятать своё сокровище.

— А наблюдение включает в себя и возможность последовать за участником, который пошёл прятать сокровище.

Теперь всё стало понятно.

«Пусть я и не смогу сама выбирать направление, зато получу возможность осмотреть окрестности более безопасным способом».

Другие участники вряд ли станут спускаться до подземного этажа, однако даже при таком условии этот способ был неплох, особенно для человека вроде меня, который пытался выжить в этом месте.

— Почему ты рассказываешь это именно мне?

Я покосилась на ребёнка с чёрной тканью, который смотрел на нас снизу вверх и явно слышал весь разговор.

— …Из-за этого ты сам можешь оказаться в опасности.

— Разве мы здесь не находимся в опасности постоянно?

Ученик легко пожал плечами.

— Главное, чтобы меня не утащили в неизвестное место.

Он говорил о чём-то вроде той дыры, куда провалился участник с ролью «бабушки» во время игры с пальцами?

Когда я спросила, что там находится, ученик покачал головой, показывая, что не знает.

— Впрочем, пока ты не проявляешь неуважения к играм, всё должно быть нормально.

Сказав всё, что хотел, он отошёл в угол и спокойно улёгся на пол.

«Он совершенно никого не слушает и живёт как ему вздумается».

Почему-то он напомнил мне Ма Чхо Хэ, хотя ни телосложением, ни лицом они совершенно не походили друг на друга.

[Следующему участнику пора прятать сокровище!]

[На этот раз Вы ведь спрячете его как следует? Ху-ху.]

[И больше не отправитесь в странные места.]

Это уже было совершенно прямое предупреждение, поэтому я тихо вздохнула и вышла из комнаты вместе с ребёнком, чьё лицо скрывала чёрная ткань.

«Куда же его спрятать?»

Я пристально всматривалась в тёмный коридор, понимая, что, даже если спрятать сокровище в одной из других комнат, его всё равно, скорее всего, обнаружит кто-нибудь из участников.

«К тому же я понятия не имею, что находится внутри, поэтому заходить туда совсем не хочется».

Остановившись перед лестницей, я невольно посмотрела на стену, где оставляли вопросы для игры правды.

«Мой младший брат жив?»

На стене всё ещё виднелся вопрос, который мне удалось задать с помощью хитрости, а огромные чёрные буквы выглядели так, словно их с силой нацарапали карандашом.

[Невозможно.]

— Ты хочешь сказать, что я уже задала вопрос и больше не могу воспользоваться этим местом?

Ребёнок с чёрной тканью на лице кивнул, подтверждая мою догадку.

Я спустилась по лестнице, глубоко вдохнула и открыла находившуюся передо мной дверь, за которой стояли пять стульев.

«Кажется, следующей должна быть игра „цепочка трёхсложных слов“?»

Сама по себе эта игра была довольно обычной, однако скорость постепенно увеличивалась, из-за чего участники неизбежно начинали ошибаться.

Стоило кому-нибудь допустить ошибку, как сверху опускалась петля, мгновенно затягивалась у него на шее и уносила проигравшего, поэтому в оригинале Дан Со Хёку пришлось продолжать игру среди уже погибших участников.

«Кажется, я начинаю понимать, почему Дан Со Хёк со временем стал таким бесстрашным».

Хотя мне совершенно этого не хотелось, похоже, я и сама постепенно шла тем же путём, и от этой мысли у меня вырвалась невесёлая усмешка.

После того как я выберусь отсюда, наверное, смогу без единого вздрагивания смотреть практически любые триллеры и фильмы ужасов.

Тяжело вздохнув, я вошла внутрь.

Четыре из пяти стульев уже были заняты, а пришедшие раньше участники неотрывно и пугающе смотрели на меня, однако я молча встретила их взгляды.

«Они не трогают меня, потому что я всё ещё участвую в другой игре».

Сделав вид, будто совсем не замечаю направленных на меня взглядов, я прошла к окну и увидела занавеску, за которой и спрятала чёрную коробку.

— Если спрячешь её там, её сразу найдут.

Один из сидевших участников неожиданно заговорил со мной насмешливым тоном, а тот, кто находился рядом с ним, тихо захихикал.

Когда они улыбались, становилось видно, что во рту у обоих совершенно нет зубов, однако за последнее время мне довелось увидеть столько ужасов, что подобная мелочь уже даже не пугала.

Мне скорее хотелось купить им вставные челюсти.

[Хм!]

Ребёнок, следовавший за мной, упёр руки в бока и сердито выпучил глаза, очевидно предупреждая участников, чтобы те не вмешивались, пока я продолжаю игру в поиск сокровищ.

Участник, заговоривший со мной, презрительно бросил в его сторону:

— Тьфу. Жалкая тварь, которая даже разговаривать не может, потому что у неё нет языка!

Разве человек, у которого нет зубов, имеет право называть тварью ребёнка без языка?

На мгновение мне действительно стало интересно, однако я решила, что лучше не связываться с ними, поэтому вышла обратно в коридор и начала подниматься по лестнице, пока следом за мной раздавались тихие и бессильные шлепки босых ног.

[Хм…]

Неужели его всё-таки задели те слова?

— Не расстраивайся.

Немного помедлив, я осторожно заговорила с ним, хотя и сама не понимала, зачем это делаю.

— У них самих зубов нет… Да и какая польза от языка, если с него срываются только такие мерзкие слова?

Пусть он и был призраком, мне всё равно стало неприятно видеть, как ребёнок уныло опустил голову.

[Хм!]

[Хм-хм!!]

Он тут же начал подпрыгивать на месте, словно мгновенно воспрянул духом.

[Вы вернулись.]

[Итак, может быть, теперь другой участник отправится прятать сокровище? Просьба помочь нам продвигать игру быстрее! Ху-ху.]

Вернувшись в комнату, я устроилась в углу, поскольку до начала игры это было единственное время, когда можно было хоть немного перевести дух.

«В действительности прошло, наверное, всего несколько часов, но я уже страшно устала».

Впрочем, ничего удивительного в этом не было, ведь ради выживания мне всё это время приходилось стискивать зубы и сохранять предельную сосредоточенность.

После того как я сбегала до подземных этажей и обратно, ноги продолжали мелко дрожать, поэтому оставалось только радоваться, что следующей игрой оказались не салки.

— Эй.

Почему он снова ко мне подошёл?

Ребёнок, сидевший рядом со мной на корточках, тоже поднял голову, а ученик, оказавшись под нашими одновременными взглядами, нахмурился.

— Покажи руку.

Руку?

— Почему ты до сих пор не остановила кровь?

Проследив за его взглядом, я посмотрела на левую руку и увидела, что кровь всё ещё продолжает течь, уже настолько пропитав джинсы, что ткань стала совершенно мокрой.

«Удивительно, что я до сих пор не потеряла сознание от кровопотери».

Хотя голова у меня и правда кружилась.

Может быть, призраки не позволяли мне потерять сознание, потому что игра должна была продолжаться?

Я отрешённо смотрела на изуродованную руку, погрузившись в мысли, когда рядом послышался вздох.

— Ты совсем не в себе.

До такой степени дело ещё не дошло, однако он был недалёк от правды.

— Те, кто попадает сюда, какое-то время держатся так же, как ты, а потом всё равно либо умирают, либо сходят с ума.

— Разве ты не говорил, что ничего не знаешь?

— Я отвечал на твой вопрос о том, люди ли те существа, которые находятся здесь.

Ученик тоже присел рядом со мной, а затем, осмотревшись в поисках чего-нибудь подходящего, развязал школьный галстук.

Пробормотав, что, возможно, этого хватит, он начал обматывать мою израненную руку тёмно-синей тканью, и подобная забота с его стороны казалась непривычной.

— Чёрт, галстук слишком толстый и совсем не держится. Это потому, что ты ребёнок и у тебя такая маленькая рука?

— Ты сам ещё ребёнок.

— Что ты несёшь, если сама младше меня?

На нём была школьная форма, но, возможно, на самом деле он вовсе не был учеником?

Он посмотрел на меня настолько серьёзно и недовольно, что я сразу закрыла рот, а судя по тому, насколько чувствительно он относился к возрастному старшинству, он, наверное, был человеком или призраком из довольно давних времён.

[Хм!]

Ребёнок резко поднял руку, а затем с треском оторвал нижнюю часть чёрной ткани, закрывавшей его лицо.

[Хм?]

Он помахал оторванным лоскутом, словно предлагая воспользоваться им вместо галстука.

Неужели я правильно поняла его намерение?

— О, а ты оказался полезнее, чем выглядишь.

Похоже, я действительно поняла всё правильно.

Ученик невозмутимо забрал ткань из руки ребёнка и принялся перевязывать мне пальцы, стараясь остановить кровотечение.

— Я понимаю, что в такой ситуации этот совет звучит смешно, но ты всё-таки постарайся беречь себя.

— Этот совет и правда звучит очень смешно…

— Вот же неблагодарная, я о ней беспокоюсь, а она ещё огрызается.

У него был довольно резкий язык, из-за чего я снова невольно вспомнила Ма Чхо Хэ.

«Может быть, всё дело в том, что они примерно одного возраста?»

Поначалу этот ученик казался мне исключительно жутким, однако теперь моё впечатление о нём постепенно менялось. Рядом с ним напряжение понемногу ослабевало, хотя я прекрасно понимала, что не должна терять бдительность.

— Как давно ты находишься здесь?

— Я ведь уже сказал тебе, что не знаю.

— Тогда когда ты собираешься отсюда выбраться?

Я чувствовала на себе его взгляд, но не поднимала головы и продолжала смотреть на руку, обмотанную чёрной тканью.

— Ты совсем не выглядишь взволнованным.

Наверное, именно поэтому он и уступил мне победу в игре на чувство момента.

«Но ведь в той игре выжить мог только последний оставшийся участник, так почему же с ним ничего не произошло?»

Это тоже казалось странным. Возможно, он вовсе не был человеком, а являлся призраком, который лишь притворялся доброжелательным, чтобы усыпить мою бдительность, а затем что-нибудь со мной сделать.

Я медленно подняла голову и увидела, что ученик смотрит на меня, недоумённо нахмурившись.

— Я не могу отсюда выйти.

— Почему ты не можешь?

— Ты права в том, что я не чувствую тревоги, но дело в том, что мне вообще не хочется уходить.

Что это могло означать? Неужели его каким-то образом загипнотизировали?

— Поднимайся, скоро начнётся поиск сокровищ.

Участник, который уходил прятать своё сокровище, уже возвращался. Похоже, пока мы разговаривали, все остальные тоже успели спрятать свои коробки.

Ученик поднялся и явно собирался покинуть комнату, поэтому я поспешно схватила его за край одежды.

— А ты куда собираешься?

— Мне нужно кое-куда пойти.

— Куда именно? Разве не безопаснее подождать здесь? Давай и в следующую игру пойдём вместе, ведь я…

[Хм!]

Я уже собиралась сказать, что знаю правила следующей игры, но ребёнок поднял руку, словно предупреждая меня, после чего указал на радио, очевидно советуя внимательнее следить за своими словами.

— Не знаю, что именно ты собиралась сказать.

Ученик покосился на ребёнка, а затем убрал мою руку со своей одежды.

Мне неожиданно стало до странного жаль, что он уходит.

— Но у меня ведь нет причин ходить вместе с тобой.

— …Да, ты прав.

Наверное, я так отреагировала потому, что в этой жестокой обстановке наконец встретила кого-то, с кем могла нормально разговаривать.

Даже мне самой моё предложение казалось нелепым. Как я не могла полностью доверять ему, так и он не обязан был безоговорочно доверять мне и повсюду следовать за мной.

— Что ж, может быть, мы ещё увидимся, если представится такая возможность.

Я уже направлялась к двери, чтобы приступить к поиску сокровищ, когда ученик широким шагом догнал меня и тихо произнёс:

— Почему-то мне кажется, что мы обязательно встретимся снова.

Я не понимала, имел ли он в виду следующую игру или встречу снаружи после того, как нам удастся отсюда выбраться.

— Мне тоже кажется, что мы обязательно встретимся снова.

По непонятной причине я и сама была в этом уверена. Ученик некоторое время пристально смотрел на меня, после чего широко улыбнулся.

«Он похож на Чхо Хэ».

Не внешностью, а тем ощущением, которое вызывал.

Ученик легко вышел из комнаты, первым завершив игру.

«Нужно прийти в себя. Я просто скучаю по Чхо Хэ, поэтому не должна придумывать нелепое сходство там, где его нет».

Я сильно хлопнула себя ладонями по обеим щекам и широко раскрыла глаза. Тело по-прежнему оставалось измученным, однако мне показалось, что ко мне вернулось хотя бы немного сил.

[Итак, начнём поиск сокровищ?]

[Найдите самое прекрасное сокровище на свете!]

Теперь настало время отправиться на поиски самого жуткого сокровища на свете.

Дан Со Хёк растерянно смотрел вслед мотоциклу, который с невероятной скоростью исчез из виду.

«О чём она вообще думает, когда совершает такие безрассудные поступки?»

Неужели она не понимает, насколько жуткими и опасными могут быть призраки, ведь до сих пор ей удавалось оставаться невредимой лишь благодаря удаче.

— Да чтоб тебя!

Раздражённый Дан Со Хёк вытащил телефон и позвонил одному человеку.

«В этот раз» он ещё не обрёл свою способность, поэтому самостоятельно догнать мотоцикл не мог, и ему оставалось лишь попросить о помощи того, кто неизменно выручал его в подобных ситуациях.

— Алло?

Собеседник ответил на звонок. Это был Так Ён Хо, и из-за раннего часа его голос звучал сонно и невнятно.

— Прости, что звоню так поздно, но мне нужно кое-что спросить.

— Всё нормально, не беспокойся. Что случилось?

— Ты знаешь, как вызвать призрака курьерской службы, о котором мы говорили сегодня за обедом?

— Курьерской службы? А-а, того самого, который отвёз мужчину к умершему сыну… Неужели Чхо Ён исчезла?!

Так Ён Хо выглядел простодушным, но соображал неожиданно быстро, и именно поэтому Дан Со Хёк держал его рядом.

— Точнее, она села на тот мотоцикл и исчезла прямо у меня на глазах.

— Господи!

Судя по тому, что голос Так Ён Хо сразу стал гораздо яснее, он окончательно проснулся.

— Неужели интернет-призрак из Сообщества городских легенд рассказал ей именно о способе вызвать призрака курьерской службы? Хотя сейчас важнее другое, поэтому подожди немного!

Он, как всегда, поднял суету и, похоже, поспешно вскочил с постели, чтобы включить компьютер.

Ожидая, пока Так Ён Хо найдёт нужную информацию, Дан Со Хёк прислонился к стене.

Так Ён Хо был суетливым, но обладал обширными знаниями о призраках и городских легендах, поэтому всегда оказывался полезен, а Дан Со Хёк и в этой жизни собирался рано или поздно с ним познакомиться.

Однако откуда Ма Чхо Ён знала Так Ён Хо?

«Она солгала, когда сказала, что познакомилась с ним случайно».

Ма Чхо Ён не слишком хорошо умела лгать. Она могла говорить с непринуждённой улыбкой, но при этом незаметно избегала взгляда собеседника.

Это беспокоило его с самого начала, поскольку казалось, будто она что-то знает, однако намеренно скрывает свои знания.

«Во время предыдущих возвращений я ни разу не встречал Ма Чхо Ён».

Дан Со Хёк возвращался в прошлое всякий раз, когда погибал, независимо от того, становился ли причиной смерти призрак или обычный несчастный случай.

Поначалу он мучился, считая эту способность проклятием, ведь к страху смерти и сопровождавшей её боли невозможно было привыкнуть.

«Хотя после нескольких повторений я даже пытаться перестал».

Момент возвращения каждый раз менялся, поэтому предсказать его было невозможно. В этот раз он утонул в водохранилище из-за водяного призрака, а очнулся уже на вилле «Эден».

Вилла «Эден».

После того как однажды он с трудом нашёл пустую квартиру, продержался там сутки и выбрался живым, Дан Со Хёк больше никогда туда не возвращался.

«Я был уверен, что спрятаться можно только в пустой квартире».

Он даже представить не мог, что кто-то сумеет таким образом отвлечь призраков, а затем спрятаться в лифте.

Дан Со Хёк молчал, погрузившись в размышления.

Ма Чхо Ён была странной и совершенно непредсказуемой.

После возвращения события не всегда повторялись в точности, однако именно Ма Чхо Ён впервые внесла в привычный ход происходящего настолько необычные перемены.

Способ выбраться с виллы «Эден» был лишь одним из примеров, ведь даже после того, как призраки угрожали её жизни, она не отказалась от поисков младшего брата.

Когда Дан Со Хёк впервые вернулся в прошлое после жестокой смерти от рук призраков, он отказался от родителей.

«Потому что не хотел снова стать игрушкой призраков и погибнуть после долгих мучений».

Даже теперь при одном воспоминании об этом ему казалось, будто руки начинают дрожать. Призраки причиняли ему боль, сравнимую с пытками, и смеялись, наблюдая за его страданиями, а мучения были настолько невыносимыми, что он мечтал лишь о том, чтобы поскорее умереть.

Дан Со Хёк крепко зажмурился. Впрочем, сколько бы он ни пытался избегать призраков, в конце концов они всё равно появлялись в его жизни, и он снова оказывался в подобных ситуациях.

«Но как Ма Чхо Ён удаётся ни разу не сдаться?»

К этому моменту она уже столкнулась с четырьмя призраками. Судя по тому, насколько растерянно она порой себя вела, раньше ей вряд ли приходилось видеть нечто подобное, и всё же неужели ей совсем не было страшно?

Она сказала, что теперь, когда родителей рядом нет, именно она отвечает за младшего брата. Может быть, она так сильно беспокоится о нём потому, что он намного младше?

Или же родители умерли, а они остались вдвоём и могли рассчитывать лишь друг на друга? Дан Со Хёк не спрашивал, но в таком случае её отчаяние становилось гораздо понятнее.

Как бы то ни было, отрицать её силу было невозможно.

«Она ведь даже не сможет вернуться после смерти, как я».

Безрассудная.

Дан Со Хёк вспомнил, как совсем недавно Ма Чхо Ён широко раскрыла глаза и сердито посмотрела на него снизу вверх.

«Мы одинаково волнуемся за свою семью, просто каждый сам решает, каким способом действовать!»

«Я предпочитаю сначала сделать, а уже потом жалеть».

Она была намного ниже и слабее его, однако в тот миг казалась необычайно сильной.

«Сначала сделать, а потом жалеть…»

Это и правда было гораздо лучше, чем потом сожалеть о том, что даже не попытался, хотя людей, способных действительно жить по такому принципу, существовало совсем немного.

Дан Со Хёк по-прежнему считал Ма Чхо Ён нелепой и безрассудной, но вместе с тем не мог не восхищаться ею.

«Наверное, поэтому она так меня и беспокоит».

Её способ покинуть виллу «Эден» оказался неожиданным и изобретательным, поэтому, возможно, в будущем она сумеет показать Дан Со Хёку новый путь.

Возможно, на этот раз он действительно сможет найти родителей.

«И ещё тот призрак, который помог Ма Чхо Ён».

Что это вообще за существо? Дан Со Хёк до сих пор не встречал добрых призраков, а после того, как они несколько раз убивали его, стал особенно сильно им не доверять.

Однако простодушная Ма Чхо Ён, похоже, уже начала понемногу верить этому призраку, поэтому хотя бы Дан Со Хёк должен был оставаться настороже, раз она была настолько беспечна.

«Тц».

— Нашёл! Я записывал это в заметках на компьютере.

Пока Дан Со Хёк размышлял, из телефона снова донёсся голос Так Ён Хо, о котором он успел забыть.

— Прости, что заставил ждать, хотя дело срочное.

Дан Со Хёк услышал, как тот тихо пробормотал, что нужно было заранее перенести записи в телефон. До глупости добрый человек, который никогда не менялся.

— Только звонить нужно в определённое время, поэтому я не уверен, получится ли сейчас. Сначала отправлю тебе всё сообщением!

— Хорошо, отправляй.

Так Ён Хо даже не подозревал, что Дан Со Хёк намеренно разыскал его исключительно потому, что тот был ему полезен.

В некоторых жизнях Так Ён Хо погибал от рук призраков лишь потому, что оказался связан с Дан Со Хёком.

В этой жизни ему уже пришлось выманить Ю Чхэ Сон, находившуюся под влиянием призрака.

Если задуматься, он чем-то напоминал Ма Чхо Ён. Они оба испытывали страх, но при этом оставались до нелепости добрыми и без малейших колебаний помогали окружающим.

— …Спасибо тебе.

Наверное, за все прожитые жизни Дан Со Хёк впервые произнёс эти слова.

— За что благодарить? Если у тебя появятся ещё вопросы или понадобится помощь, звони в любое время! На всякий случай я поищу и другие способы вызова!

После этого звонок завершился, а вскоре Дан Со Хёк получил сообщение от Так Ён Хо.

«Значит, звонить нужно в четыре часа утра».

Это время уже давно прошло, и теперь становилось понятно, почему Ма Чхо Ён не спала и до самого рассвета сидела в кафе.

Дан Со Хёк нахмурился, вспомнив незнакомого мужчину, который собирался незаметно последовать за Ма Чхо Ён, когда она вышла из кафе, поэтому ему пришлось сразу обезвредить этого человека.

Призраки представляли серьёзную проблему, однако Ма Чхо Ён совершенно не понимала, что опасаться следует ещё и людей.

Не особенно рассчитывая на успех, он набрал номер 444-4444 и позвонил.

[Соединение невозможно, Вы будете перенаправлены на голосовую почту.]

Дан Со Хёк позвонил ещё раз.

[Такого номера не существует. Пожалуйста, проверьте правильность набора.]

Он снова набрал тот же номер.

[Абонент разговаривает по другой линии. Пожалуйста, подождите.]

С каждым новым звонком автоматическое сообщение менялось.

Сколько попыток он уже сделал?

Наконец в трубке раздались длинные гудки.

[Курьерская служба «Четыре-четыре-четыре».]

Соединение установилось.

[Рабочее время завершено. Пожалуйста, перезвоните завтра.]

— Подождите.

К счастью, звонок не прервался.

— Во время доставки пропустили один предмет, поэтому я хочу заказать дополнительную отправку.

[Предмет был пропущен?]

[Все заказанные предметы были доставлены без каких-либо нарушений.]

Значит, Ма Чхо Ён уже отвезли в неизвестное место.

Охваченный тревогой Дан Со Хёк прикусил губу.

— Вы хотите сказать, что дополнительная доставка невозможна?

[Она не представляет сложности.]

[Необходимо доставить предмет клиенту, который воспользовался услугой незадолго до Вас?]

[Назовите предмет, предназначенный для доставки.]

— Дан Со Хёк.

Он повернул голову и посмотрел в конец переулка, где уже стоял мотоцикл, хотя Дан Со Хёк даже не заметил, когда именно тот появился.

— Доставьте меня туда, где находится Ма Чхо Ён.

[Назовите характер Ваших отношений с клиентом.]

Отношения?

Ма Чхо Ён была непонятным инородным элементом, который по какой-то причине не давал Дан Со Хёку покоя, а в дальнейшем, возможно, могла оказаться полезной.

Кроме того, она казалась ребёнком, который непременно попадёт в беду, стоит лишь ненадолго отвернуться.

Как можно было определить отношения с подобным человеком?

— …Можно сказать, что я вроде её опекуна.

Он вспомнил маленькую девушку, которая, разыскивая брата, уверенно заявила, что несёт за него ответственность.

Раз Дан Со Хёк никак не мог отвести взгляд от этой девушки, постоянно заставлявшей его беспокоиться, возможно, он и сам стал для неё кем-то похожим.

[Принято.]

[Мы доставим Вас в полной безопасности.]

К счастью, курьерскую службу устроил ответ, не связанный с кровным родством.

Мотоцикл медленно приблизился и остановился перед Дан Со Хёком. Когда он сел, окружающий пейзаж начал проноситься мимо с невероятной скоростью, в точности как рассказывал Так Ён Хо, пересказывая найденный отзыв.

Понять, куда именно они направляются, было невозможно.

«Он движется так быстро, но меня даже не укачивает».

Казалось, даже если ненадолго отпустить руки, упасть всё равно не получится. Правда, на Дан Со Хёке не было шлема, поэтому настоящее падение наверняка закончилось бы мгновенной смертью.

[Мы не несём ответственности за повреждение доставляемого предмета вследствие падения.]

Услышав слова курьера, Дан Со Хёк снова крепко ухватился за край его одежды.

Вскоре они прибыли на кладбище.

[Доставка завершена.]

[Состояние товара можно считать сравнительно удовлетворительным.]

Неужели Ма Чхо Ён находилась в таком месте?

После того как призрак курьерской службы уехал, Дан Со Хёк внимательно осмотрел безмолвное кладбище и заметил один надгробный камень, который, в отличие от остальных ровно стоявших памятников, лежал на земле.

Подойдя к нему, Дан Со Хёк увидел под нижним краем небольшую щель. Когда он медленно отодвинул надгробие в сторону, под ним открылась лестница, ведущая вниз.

«Здесь есть подземное помещение?»

Не раздумывая ни секунды, Дан Со Хёк начал спускаться по лестнице.

Сколько времени он уже спускался по этой лестнице?

«Неужели всё это и правда находится под кладбищем?»

В самом конце лестницы, уходившей вниз настолько далеко, что её начало уже казалось бесконечно далёким, стояла огромная железная дверь, а рядом с ней располагалось устройство распознавания.

Взгляд Дан Со Хёка остановился на предупреждении.

Что ж, по крайней мере, теперь не оставалось никаких сомнений в том, что под «обитателями» подразумевались призраки.

Неужели призраки навечно запомнят его?

Он и без того постоянно оказывался связан с ними, даже когда ничего для этого не делал, поэтому вряд ли теперь что-нибудь изменится лишь из-за того, что они запомнят ещё и его лицо.

Дан Со Хёк встал прямо перед устройством, после чего из него вырвался красный луч и начал сканировать его лицо сверху вниз, словно считывая штрихкод.

[Распознавание завершено.]

[Вход разрешён.]

Раздался металлический лязг, и огромная железная дверь медленно начала открываться, а за ней показался длинный белый коридор, лишённый каких-либо узоров и украшений.

[Добро пожаловать, посетитель!]

Дан Со Хёк поднял голову, услышав бодрый женский голос, доносившийся из динамика, прикреплённого к потолку.

Этот проклятый голос был ему до боли знаком.

[Хотя правильнее будет назвать Вас вернувшимся посетителем, верно? Ху-ху.]

«Почему этот голос звучит здесь?»

Забыть его было невозможно, даже если очень постараться.

Это была ведущая того здания, где его заставляли проходить игры на побег из комнаты, называя происходящее развлечениями из воспоминаний, хотя её лица Дан Со Хёк так ни разу и не увидел.

Во время тех игр он умер дважды.

По неизвестной причине некоторые призраки, встречавшиеся ему в предыдущих жизнях, продолжали помнить Дан Со Хёка даже после его возвращения.

К несчастью, чаще всего это оказывались именно те призраки, которые причиняли ему больше всего мучений.

Вероятно, ведущая с этим голосом тоже входила в их число.

«Но тогда всё происходило в высоком здании».

Сейчас он находился не в здании, а в подземном пространстве под кладбищем, поэтому не понимал, почему её голос звучал и здесь.

[Если задуматься, подземный этаж Вы посещаете впервые, верно?]

Подземный этаж.

Теперь всё стало понятно, ведь это было то самое подземелье, куда Дан Со Хёк в прошлый раз даже не пытался попасть.

«Аукционный зал, куда силой утаскивали проигравших, находился под землёй?»

Тогда он не видел никакой необходимости посещать аукцион и сразу вышел из здания.

«…Если бы я знал, что всё обернётся таким образом, возможно, стоило хотя бы спуститься и посмотреть».

Даже если в этот раз он умрёт, способность снова вернёт его в прошлое, однако не существовало никакой гарантии, что после возвращения он вновь встретит Ма Чхо Ён.

[Ху-ху. Не нужно так бояться.]

[В отличие от нашей прошлой встречи, здесь жизни вернувшегося посетителя ничто не угрожает.]

[Это изысканное место, предназначенное для созерцания прекрасных экспонатов.]

Именно эта сущность предлагала участникам выставлять в качестве сокровищ части собственного тела, поэтому под прекрасными экспонатами она наверняка подразумевала человеческие органы и конечности.

[Может быть, предложить Вам приветственный напиток?]

— В этом нет необходимости.

Дан Со Хёк сделал шаг вперёд, и на стене рядом с ним сразу начали проступать мутные пятна.

[Ху-ху. Очень жаль, ведь для Вас приготовили холодный напиток из глазных яблок.]

Покрывавшаяся пятнами стена постепенно стала прозрачной, и за ней открылось пространство, находившееся по ту сторону.

Это был аукционный зал.

[Разве он не прекрасен?]

Стены, потолок и пол вокруг Дан Со Хёка один за другим становились прозрачными, из-за чего возникало ощущение, будто он оказался внутри огромного океанариума.

Разница заключалась лишь в том, что снаружи плавали не рыбы, а люди.

Лишённые конечностей и всякого выражения лица, они изгибали туловища и медленно перемещались в воде.

Из-за прозрачности воды это зрелище, как ни противоестественно, даже казалось в некоторой степени красивым.

Безумная мысль, однако в этом месте с ним постоянно происходило нечто подобное.

Во время игр он тоже против собственной воли аплодировал или ловил себя на мыслях, которые в обычной ситуации никогда не пришли бы ему в голову, словно постепенно уподоблялся призракам.

[Так мы сохраняем свежесть товаров. Чем свежее товар, тем сильнее он нравится покупателям.]

[Люди ведь тоже утверждают, что качество мяса зависит от условий выращивания, и назначают ему разную цену, верно?]

[Здесь действует тот же принцип! Ху-ху.]

[Мы просто позаимствовали человеческую мудрость.]

О какой ещё мудрости вообще могла идти речь?

Дан Со Хёк заметил мужское туловище, проплывавшее прямо у него под ногами. Пустые глаза, встретившиеся с его взглядом, словно беззвучно умоляли о спасении.

«Спаси меня. Пожалуйста, вытащи меня отсюда».

Дан Со Хёк заставил себя отвернуться.

[Жаль, что Ваша реакция оказалась такой сдержанной. Мы приложили немало усилий, готовя это место к Вашему визиту.]

В самом конце этого отвратительного пространства, напоминавшего извращённый океанариум, висел чёрный занавес.

[После того как войдёте внутрь, Вам придётся соблюдать тишину.]

[Там нужно наслаждаться не только зрелищем, но и звуками.]

[Поскольку Вы вернулись к нам после столь долгого отсутствия, я специально отправлю Вам проводника.]

Проводника?

Неужели она имела в виду мерзкого маленького призрака, которого Дан Со Хёк встретил во время игры в поиск сокровищ?

Он отдёрнул занавес и увидел за ним совершенно незнакомое существо.

— А.

Похоже, оно тоже заметило Дан Со Хёка, потому что они одновременно оглядели друг друга с головы до ног.

«…Человек?»

Характерного для призраков неприятного ощущения от него не исходило, однако вывернутые задом наперёд кисти ясно давали понять, что человеком он, скорее всего, не являлся.

Перед Дан Со Хёком стоял старшеклассник в такой же школьной форме, как у него самого.

Он был высоким, с длинными прямыми руками и ногами, словно модель, а его тёмно-каштановые волосы вились, будто после завивки.

Объективно его можно было назвать красивым, однако из-за узких глаз выражение лица казалось раздражительным и недружелюбным. Впрочем, Дан Со Хёк лишь равнодушно разглядывал его, пытаясь понять, кто именно стоит перед ним.

— Добро пожаловать, вернувшийся посетитель?

Он без особого интереса повторил слова ведущей, прозвучавшие из радио, а на его лице читалось явное недовольство, словно ему не хотелось даже произносить эту фразу.

То, как все чувства мгновенно отражались на его лице, напомнило Дан Со Хёку одного человека.

«Но как ни посмотри, это всё равно призрак».

Дан Со Хёк ничего не ответил, однако незнакомец, похоже, и не ожидал от него никакой реакции.

К школьной форме была прикреплена табличка с именем, но из-за множества царапин прочитать надпись было невозможно.

— Следуйте за мной.

Дан Со Хёк пошёл за ним, наблюдая, как тот небрежно шагает впереди.

«Где находится Ма Чхо Ён?»

Она могла оказаться в аукционном зале или, как когда-то и он сам, проходить игры на побег из комнаты на надземных этажах.

Где бы она ни находилась, это место представляло для неё огромную опасность. В отличие от Дан Со Хёка, она оставалась обычным человеком и не могла вернуться после смерти.

— Я покажу только основные места, а дальше осматривайтесь сами. Мне нужно провести Вас здесь и снова подняться наверх.

Объяснение прозвучало совершенно безразлично, однако голос из радио почему-то не сделал ему замечания.

— Наверх попасть нельзя?

— Подняться, наверное, можно, но зачем? Вы ведь уже бывали здесь.

В его тоне слышалось осуждение, словно он спрашивал, зачем Дан Со Хёк собирается возвращаться туда, если и без того прекрасно знает, что находится наверху.

Он наверняка был призраком, но откуда у него взялись такая манера речи и это выражение лица, словно он смотрит на Дан Со Хёка как на безнадёжного идиота?

— Я ищу человека.

— Ты уверен, что он всё ещё человек? Возможно, он уже умер.

— Он прибыл сюда совсем недавно.

— Вот как? Тогда ты видел океанариум по дороге? Возможно, он уже плавает там.

Дан Со Хёк резко нахмурился.

— Я не настроен выслушивать подобные шутки.

— А я не настроен относиться к тебе серьёзно.

Старшеклассник остановился, встал вполоборота и посмотрел на Дан Со Хёка.

— Меня самого кое-что беспокоит наверху, поэтому я хочу поскорее вернуться.

— Значит, нашёл игрушку, которую хочется убить?

— Что ты несёшь? У тебя образ мыслей больше подходит призраку, чем у меня.

Дан Со Хёк промолчал.

— Наверху находится ребёнок, который попал сюда, ничего не зная.

— На нём такая же школьная форма, как у нас?

Дан Со Хёк задал этот вопрос, подумав, что речь может идти о Ма Чхо Ён. В его голосе прозвучала заметная спешка, хотя сам он этого даже не осознал.

— Школьная форма? Не уверен.

Старшеклассник нахмурился.

— Я не могу нормально различать лица и внешность других существ, включая тебя. Со зрением у меня всё в порядке, просто мой разум не способен правильно вас воспринимать.

Он протянул руку и несколько раз провёл ею в воздухе возле шеи Дан Со Хёка.

— Твой рост примерно такой?

— Я выше.

— Понятно. Значит, даже телосложение я вижу неправильно. То, что характер у тебя отвратительный, я уже понял, а пол какой?

Неужели он не был способен определить даже это?

Дан Со Хёк коротко ответил, что он мужчина, а затем продолжил расспрашивать:

— Если ты не можешь различать внешность, откуда знаешь, что тот, о ком ты беспокоишься, ребёнок?

— Ростом он был примерно до моей талии. К тому же, даже если это не совсем ребёнок, человек, который так дрожит и отчаянно пытается выбраться из игр, наверняка довольно молод.

До талии? В таком случае это была не Ма Чхо Ён?

Однако полностью доверять словам существа, которое даже рост самого Дан Со Хёка воспринимало неправильно, было невозможно.

«Непростая ситуация. Призрак курьерской службы должен был привезти меня сюда не просто так».

Он не знал, находится ли Ма Чхо Ён под землёй или на верхних этажах.

— Судя по тому, что ты сказал о нашей одинаковой форме, ты тоже ученик. Из какой школы?

Зачем он вообще об этом спрашивает?

— Как я не могу правильно воспринимать остальных, так и они не видят моего настоящего облика.

Старшеклассник указал на собственное лицо.

— Похоже, каждый видит меня по-своему. Кто-то говорит, что я ношу очки, а кому-то я кажусь стариком.

Почему?

Словно истинную личность этого старшеклассника нельзя было раскрывать.

— Старшая школа Тонсан.

— Старшая школа Тонсан… Интересно, действительно ли я там учился.

— Ты не помнишь свою жизнь?

— Совсем не помню.

— …А братьев или сестёр тоже?

Такой рослый парень никак не мог оказаться младшим братом, которого разыскивала Ма Чхо Ён, однако Дан Со Хёк подумал, что его настоящий облик мог принадлежать подростку из средней школы, поэтому всё же решил спросить.

Старшеклассник покачал головой.

— Этого я тоже не помню. Но если меня так беспокоит тот ребёнок наверху, возможно, когда-то у меня был младший брат или сестра.

Значит, он не был братом Ма Чхо Ён?

— Для начала иди за мной. После игры на чувство момента и поиска сокровищ меня неожиданно вызвали сюда, и теперь я понимаю, что они, похоже, заранее знали о твоём прибытии.

Дан Со Хёк последовал за старшеклассником.

— Если повезёт, возможно, здесь ты и найдёшь то, что ищешь.

Если повезёт? Скорее уж наоборот.

Что ему делать, если Ма Чхо Ён действительно окажется среди товаров аукционного зала?

«…Смогу ли я найти её после следующего возвращения?»

Если Ма Чхо Ён уже погибла, а Дан Со Хёк не сможет выбраться отсюда, то в конце концов умрёт и он.

Он не знал, в какой момент окажется после возвращения, но, если это снова произойдёт, ему, вероятно, придётся попытаться разыскать Ма Чхо Ён.

Хотя, как и прежде, никто из встреченных людей не будет помнить самого Дан Со Хёка.

«Если мы встретимся после возвращения, я должен буду гораздо строже запретить ей пользоваться такими городскими легендами».

Ма Чхо Ён, которая не помнила бы Дан Со Хёка, уже сейчас почему-то казалась ему непривычной.

«Как Дан Со Хёк в оригинале находил сокровища других участников?»

Я долго перебирала в памяти события, а когда наконец вспомнила нужную сцену, невольно усмехнулась от бессилия, потому что он ведь вовсе ничего не находил.

«Точно, он отбирал сокровища у участников, которые возвращались после поисков…»

Во многих отношениях Дан Со Хёк был поразительным человеком. Порой он казался предельно осторожным, однако временами совершал настолько дерзкие и безрассудные поступки, что оставалось лишь удивляться.

«По-моему, он не в том положении, чтобы упрекать меня за безрассудство».

Откуда он мог знать, с каким именно призраком связывается, когда решался на подобное?

Как бы то ни было, повторять за ним казалось слишком рискованным, ведь я и без того уже попала в поле зрения ведущей после того, как попыталась без разрешения пробраться в подземный аукционный зал.

Для начала стоило попробовать найти сокровище обычным способом.

Участники старательно открывали двери вдоль коридора и обыскивали комнаты.

«Неужели все действительно спрятали сокровища только в комнатах?»

Я остановилась и начала наблюдать за ними.

До встречи с учеником в очках я была уверена, что все участники, кроме меня, являются призраками, однако после разговора с ним мне пришло в голову, что среди них могут быть и другие люди.

Если это не призраки, а люди, разве они не станут невольно следить за тем местом, где спрятали собственное сокровище?

Например, как тот участник, который открывал одну дверь за другой, но при этом постоянно поглядывал в сторону лестницы.

Я молча присмотрелась к нему внимательнее.

«Сокровище спрятано наверху или внизу, и в какую сторону мне следует идти?»

Проследив за моим взглядом, ребёнок с чёрной тканью на лице тоже посмотрел на лестницу.

В комнатах вдоль коридора искало слишком много участников, а значит, конкуренция там была высокой, поэтому я решила направиться к лестнице.

Участник, всё это время посматривавший туда, заметно вздрогнул.

[Хм?]

Когда я собиралась спуститься, ребёнок, следовавший позади, вопросительно склонил голову.

Стоило мне изменить направление и начать подниматься, как он радостно запрыгал на месте, а нижний край ткани, закрывавшей его лицо, заколыхался, на мгновение приоткрывая круглый подбородок.

[Хм-хм!]

«Значит, сокровище спрятано наверху».

Я начала подниматься по лестнице, и позади сразу послышались поспешные шаги участника, бросившегося следом за мной.

Если подумать, едва ли можно было найти место безопаснее комнаты, в которой игра уже завершилась.

Когда я вошла в помещение, где проходила игра с отрезанием пальцев, то увидела двух огромных мужчин, которые держали швабры и старательно отмывали испачканный пол.

Они вопросительно посмотрели на меня, а я поспешно произнесла:

— Простите за вторжение. Я только ненадолго осмотрюсь и не стану Вам мешать.

Пока я участвовала в другой игре, они всё равно не могли причинить мне вред, однако я прекрасно помнила крики людей, которых эти здоровяки утаскивали прочь.

«Если разозлить их, ничем хорошим это точно не закончится».

Мне следовало вести себя предельно осторожно.

Во время игры все сидели кругом прямо на полу, поэтому подходящих мест для сокровища здесь почти не было, а если и существовали хоть какие-то варианты, то только за занавеской или под учительской кафедрой, куда спряталась бы и я сама.

[Трём и скребём.]

[Как весело убираться~!!]

Из радио донёсся напевающий женский голос, после чего огромные мужчины снова принялись водить швабрами в такт песенке.

Сначала я заглянула под кафедру.

«…Неужели она даже не попыталась спрятать его получше?»

Там стояла розовая коробка.

Разве розовая коробка не принадлежала той участнице, которую, как и меня, поймали в прошлый раз?

— П-пожалуйста.

Позади послышался голос, принадлежавший участнице, которая поднялась за мной на верхний этаж.

Судя по одежде, она работала в офисе: на ней был изорванный деловой костюм, а вместо обуви на ногах остались лишь чулки. Косметика размазалась и потекла по заплаканному лицу, а из-под длинных волос струилась кровь, насквозь пропитавшая левое плечо.

Женщина начала умолять:

— П-пожалуйста, Вы не могли бы хотя бы один раз сделать вид, что ничего не заметили?

Я приподняла розовую коробку, пытаясь понять, действительно ли она говорит именно о ней.

— Да, да! Пожалуйста, умоляю Вас. На этот раз я поставила на кон ноготь на ноге, и если его вырвут, я, возможно, уже не смогу нормально ходить!

Я слегка встряхнула розовую коробку.

Иными словами, она просила меня притвориться, будто я её не заметила?

«Она вообще в своём уме?»

Речь ведь даже не шла о каком-нибудь жизненно важном органе вроде сердца. Разве в подобной игре вырванный ноготь можно считать настолько серьёзной потерей?

Тем более эту часть тела она выбрала сама, а если ей настолько не хотелось терять ноготь, то могла бы, как я, поставить на кон палец.

Словно прочитав мои мысли, женщина покосилась на мои руки и разрыдалась ещё сильнее.

— Н-но если отрезать палец, это же ужасно больно…! Как вообще можно вытерпеть такую боль?

[Хм…]

Похоже, даже ребёнок счёл её совершенно безнадёжной.

— Я пришла сюда искать пропавшую п-племянницу, но совершенно не знала, что попаду в такое место.

Руки женщины неудержимо дрожали.

— Если бы я знала, чем всё закончится, мне не следовало бы переживать о том, погибнет моя племянница после исчезновения или нет. Надо было позволить сестре падать в обмороки и лежать в больнице, а самой спокойно продолжать жить своей жизнью.

Женщина начала говорить совершенно бессвязно.

«Пропавшая племянница?»

Неужели она, как и я, пришла сюда искать родственника?

Однако даже в таком случае я не могла просто отказаться от найденного сокровища. Мне было жаль её, но я тоже должна была найти младшего брата.

Я попыталась обойти женщину и выйти, однако она преградила мне дорогу. Несмотря на худобу, она была выше меня, поэтому сейчас выглядела довольно угрожающе.

— Почему, почему Вы не хотите выполнить мою просьбу?

Что-то с ней было не так.

— Вы можете хоть умереть, но я умирать не должна. Мне даже болеть нельзя.

— Н-но Вы ведь можете найти другое сокровище.

— Я не могу туда идти. Участники, заходящие в другие комнаты, кричат, а я больше не хочу испытывать боль.

Слёзы продолжали крупными каплями стекать по её лицу, хотя после столь долгого плача они уже давно должны были иссякнуть. Разговаривать с ней было невозможно, а главное, эти пустые глаза совершенно не походили на человеческие.

«Я не понимаю, призрак ли это, подражающий человеку, или человек, который изменился под воздействием этого места».

Если верно второе, значит, и мне угрожает то же самое?

В этот момент я внезапно вспомнила собственные мысли, возникшие, пока слушала её мольбы.

Я размышляла о том, что потеря ногтя не имеет особого значения, и не испытывала ни капли сочувствия к женщине, оказавшейся почти в той же ситуации, что и я…

Похоже, это место уже начало менять и меня.

«Нужно выбраться отсюда как можно скорее».

Крепко сжав коробочку, я всем телом оттолкнула женщину и выбежала наружу.

Пока я стремительно спускалась по лестнице, позади раздался крик:

— Эй!!!

[Хм-хм!]

Я увидела, как ребёнок указывает маленькой рукой назад и отчаянно машет ею, предупреждая меня об опасности, отчего я забеспокоилась ещё сильнее.

Шаги преследовавшей меня женщины приближались с пугающей скоростью.

Мне нужно было как можно скорее вернуться в комнату на нижнем этаже и сдать найденное сокровище.

— Верни моё сокровище!!!

Это существо уже нельзя было назвать человеком.

— Ха… ха…

Ноги, и без того изнурённые долгим спуском на подземные этажи, двигались гораздо медленнее обычного, поэтому я сразу поняла, что не успею добраться до комнаты прежде, чем преследовательница настигнет меня.

В этот момент на лестнице нижнего этажа появилось ещё одно существо.

— Больно… мне так больно…

Это была участница, лишившаяся века, та самая женщина, которая вместо себя выставила на кон внутренние органы членов своей семьи.

Услышав шум, она подняла голову, а я невольно стиснула зубы, потому что именно сейчас оказалась зажатой между ними, когда пути вперёд и назад были полностью перекрыты.

«Это опасно».

Чем ближе подходила женщина без века, тем сильнее становилось ощущение, что мне необходимо немедленно избавиться от коробки, словно интуиция настойчиво предупреждала о грозящей опасности.

Я бросила розовую коробку вниз по лестнице, и та с лёгким стуком упала на ступени.

— К-к-к-к-к-коробка?

Участница уставилась огромными глазами на оказавшуюся перед ней коробку, а когда протянула руку, собираясь её поднять, преследовавшая меня женщина промчалась мимо, даже не снизив скорости.

При этом она неестественно вывернула шею и продолжала смотреть прямо на меня.

— Отдай, верни моё сокровище!!

К счастью, сокровище уже находилось не у меня.

Не сбавляя прежней скорости, женщина врезалась в участницу без века, отчего та выронила коробку и рухнула на пол.

Нападавшая тут же оседлала её, вытянула обе руки и крепко обхватила голову.

«Неужели она собирается…»

— Никому не сметь его трогать!!!

На предплечьях женщины начали неестественно вздуваться вены, а затем она стиснула голову участницы без века с такой силой, словно собиралась раздавить её.

Послышался хруст ломающихся костей, после чего шея участницы начала поворачиваться, выгибаясь под совершенно невозможным углом.

— А… а… а…

Из её горла вырывались болезненные стоны, пока лицо не совершило полный оборот и снова не оказалось обращено вперёд.

Раздался громкий треск, после которого тело участницы безжизненно обмякло, а женщина отбросила его в сторону, словно ненужный мусор, и поднялась на ноги.

— Моё… это моё драгоценное сокровище.

Бормоча эти слова, она подняла с пола розовую коробку.

Мы молча посмотрели друг на друга.

Прижав сокровище к груди, женщина некоторое время косилась на меня, однако, к счастью, вскоре ушла, и я так и не поняла, собиралась ли она снова спрятать его или отправилась искать чужое сокровище.

«Я едва не погибла».

Но где теперь искать другую коробку, если участники уже один за другим возвращались в комнату с найденными сокровищами?

В каких местах они могли спрятать их, считая наиболее безопасными?

Я уже собиралась пройти мимо погибшей участницы, когда заметила, что во время падения длинная футболка, прежде прикрывавшая ягодицы, задралась вверх, а из заднего кармана брюк странно выпирал какой-то предмет.

Я осторожно осмотрелась по сторонам.

«Похоже, никто пока ничего не заметил».

К счастью, комната, где проходил поиск сокровищ, находилась совсем рядом, поэтому я медленно наклонилась и вытащила из заднего кармана коробку.

Это была жёлтая коробка, вся испачканная кровью.

С облегчением выдохнув, я уже собиралась направиться к комнате, однако внезапно кто-то схватил меня за лодыжку.

— Ты собираешься убить мою маму?

За лодыжку меня схватила участница без века, хотя она уже должна была умереть, и я никак не могла понять, как такое вообще возможно.

«Если подумать, внутри этой коробки находятся…»

Внутри лежали сразу два внутренних органа её родственника, и от одной мысли о том, что произойдёт с человеком, если он одновременно лишится их обоих, моё сердце забилось с неистовой силой.

Участница без века захихикала, словно была совершенно уверена, что я не смогу забрать коробку.

«Ради Чхо Хэ я должна двигаться дальше».

Однако ноги не слушались, ведь одно дело, если погибнут находящиеся здесь участники, и совсем другое, если из-за меня умрёт человек во внешнем мире.

«Стану ли я убийцей? Неужели я убью невиновного человека, который ничего не знает и лишь тоскует по пропавшей дочери? Я, неужели я…»

[Дитя.]

Невидимая рука слегка толкнула меня вперёд, и державшие мою лодыжку пальцы бессильно разжались, а уже в следующее мгновение я оказалась внутри комнаты.

[Поздравляем!! Вы нашли сокровище, участница!]

Я оглянулась, однако позади никого не оказалось, и на полу лежал лишь труп с широко распахнутыми глазами, которые уже невозможно было закрыть.

«Тот голос».

Теперь сомнений не оставалось, поскольку и во время игры на чувство момента, и сейчас мне помог именно светловолосый призрак.

[Когда Вы вступили в схватку с другой участницей, я так за Вас переживала.]

[Ху-ху. Но благодаря Вашей находчивости мне удалось увидеть настоящее акробатическое представление, поэтому было очень весело!]

Судя по всему, ни ведущая, говорившая через радио, ни ребёнок, стоявший рядом со мной, ничего не заметили.

Но почему это произошло?

Неужели светловолосый призрак был настолько могущественным существом, что другие не могли его обнаружить, или он действительно являлся не злым духом, а кем-то вроде моего хранителя?

«Всё слишком сложно».

Я не понимала, кем он был и чего хотел, однако после истории с брелоком стало ясно, что он намеренно пытается мне помогать.

Возможно, как Красненький, он тоже чего-то от меня ждал, но сейчас мне оставалось лишь испытывать благодарность.

Стоявший рядом ребёнок протянул руку, очевидно требуя, чтобы я отдала ему жёлтую коробку, и некоторое время я молча смотрела на него, понимая, что, раз уж успела войти в комнату, изменить принятое решение всё равно невозможно.

Я передала коробку ребёнку и увидела, как тот засеменил прочь на своих коротких ногах, в то время как остальные дети тоже понесли найденные участниками предметы к стоявшей в центре комнаты кафедре, на которой находилось радио.

[Поздравляю всех участников, сумевших найти сокровища!! Мне было очень приятно наблюдать за тем, как усердно Вы старались. Ху-ху.]

[Теперь можете перейти в следующую комнату или остаться и посмотреть, чем закончится игра остальных.]

[Что ж, оставшиеся участники, продолжим нашу игру?]

Едва ведущая договорила, как со всех сторон раздались крики, и, судя по всему, части тела, найденные в качестве сокровищ, действительно начали изымать.

«…Простите меня».

Я мысленно и совершенно искренне попросила прощения у человека, которому принадлежали органы в жёлтой коробке, потому что мне было стыдно за то, что из-за моего эгоизма ему пришлось страдать.

Развернувшись, я покинула комнату, прошла мимо тела участницы без века и начала спускаться ниже.

[Участница, Вы спустились без малейших колебаний! Мне очень нравится такая увлечённость.]

[Похоже, Вы по-настоящему погрузились в игру. Ху-ху.]

Открыв дверь, я увидела те же пять стульев, на четырёх из которых сидели встречавшиеся мне прежде участники, скалившиеся и обнажавшие беззубые дёсны.

«Неужели на этот раз среди них действительно были только призраки?»

Из радио, стоявшего на кафедре, донёсся захлёбывавшийся от восторга голос ведущей.

[На этот раз мы будем играть в «цепочку трёхсложных слов»!]

[Садитесь на свободное место, и я объясню правила.]

Я опустилась на пустой стул посередине, и стоило мне сесть, как накопившаяся усталость разом навалилась на всё тело.

«Ещё нельзя сдаваться, поэтому продержись хотя бы немного».

[Правила совсем несложные! Вам предстоит играть в слова, используя только слова из трёх слогов.]

[Например, если предыдущий участник произнесёт имя «Ма Чхо Ён»…]

«Что?»

[Тогда следующий должен назвать трёхсложное слово, начинающееся со слога «Ён», верно?]

«Она только что совершенно непринуждённо назвала моё имя? Значит, она всё это время действительно знала, как меня зовут!»

Инстинкты отчаянно предупреждали меня о грозящей опасности, поэтому я попыталась подняться, однако сидевшие по обе стороны призраки схватили меня за запястья, широко раскрыв свои жуткие беззубые рты.

— Ты отсюда уже не выйдешь.

— Чхо Ён, оставайся и поиграй вместе с нами.

Лица смотревших на меня с неприятными улыбками участников постепенно начали меняться, и призраки, сидевшие по краям, приняли облик Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо, тогда как те двое, которые удерживали меня с обеих сторон, превратились в Дан Со Хёка и ещё одного до боли знакомого человека.

— Сестрёнка.

Лицо, смотревшее на меня сверху вниз, обрамляли такие же тёмно-каштановые волосы, как у меня, а ростом этот человек был почти с Дан Со Хёка, причём в нём одновременно угадывалось сходство со мной и заметное отличие.

Впрочем, чаще всего нас называли похожими лишь в детстве, однако одинаково острые уголки глаз никуда не исчезли.

— …Чхо Хэ?

Передо мной было лицо Ма Чхо Хэ, младшего брата, которого я так отчаянно искала.

Когда я дрожащей рукой потянулась к нему, он без сопротивления отпустил моё запястье, а стоило мне коснуться его щеки, как «Ма Чхо Хэ» послушно прижался лицом к моей ладони.

Несмотря на резкие черты, мой брат всегда был мягким, добрым и больше всего заботился о своей старшей сестре.

— Это действительно ты, Чхо Хэ?

Я понимала, что такого быть не может, ведь лицо сидевшего рядом человека изменилось прямо у меня на глазах, и всё же ладонь, касавшаяся его щеки, неудержимо дрожала, потому что ощущение было слишком настоящим.

— Конечно, это я.

Он даже улыбнулся, слегка изогнув одну бровь, точь-в-точь как Чхо Хэ.

Из груди вырвался тихий вздох.

— Прости, что из-за меня тебе пришлось столько пережить.

— Какие ещё переживания? Ты ведь не ранен? С тобой не случилось ничего опасного или страшного?

— Со мной всё хорошо.

Рука Ма Чхо Хэ медленно потянулась ко мне, и большая ладонь легла на плечо.

— Ведь теперь сестрёнка останется рядом со мной.

Затем рука поползла выше и постепенно обхватила мою шею.

[Ай-ай.]

[Иногда участники не просто принимают чужой облик, а начинают верить, будто действительно стали этим человеком.]

[Похоже, хозяином этого лица был младший брат, который очень любил свою сестру. Ху-ху.]

Неужели Чхо Хэ хотел, чтобы я оставалась рядом? Наверное, ему было настолько страшно, что он больше не желал меня отпускать.

Пальцы на шее начали сжиматься, и дышать становилось всё труднее.

«Я нужна ему».

Так же сильно, как Ма Чхо Хэ нужен мне.

Мы были вместе с самого рождения, поэтому разве кто-то из нас способен жить в мире, где нет другого?

Я медленно закрыла глаза. По правде говоря, тело уже давно было измучено настолько, что сил сопротивляться почти не оставалось.

«Ведь Чхо Хэ действительно находится в этом здании».

Даже если стоявший передо мной призрак не был Ма Чхо Хэ, возможно, после смерти я сама стану призраком и всё-таки смогу встретить брата?

— Кх… кх…

Послышался предсмертный хрип. Возможно, этот звук вырывался из моего горла, но я уже не могла понять.

Перед глазами всё постепенно затуманивалось. Мне хотелось, чтобы всё произошедшее оказалось лишь сном.

Улыбающееся лицо Ма Чхо Хэ дрожало перед глазами, словно расплывчатый след. Слёзы текли по щекам независимо от моей воли.

«Чхо Хэ».

Когда я уже собиралась окончательно сдаться и закрыть глаза, раздался тихий вздох.

[Ха.]

[На это больше невозможно смотреть.]

Голос, звучавший так, словно его обладатель был поражён моей глупостью, постепенно приближался, и принадлежал он…

[Дитя.]

Светловолосому призраку.

Я медленно открыла глаза и посмотрела туда, откуда доносился голос. Позади призрака, принявшего облик Ма Чхо Хэ, стоял мужчина.

[Ты ведь и сама уже поняла.]

Передо мной находился светловолосый призрак в военной форме.

Он положил большую ладонь на голову существа, выглядевшего как Ма Чхо Хэ, а другой рукой закрыл мне глаза.

[Это не твой младший брат.]

Хлоп!

Что-то взорвалось совсем рядом со мной.

[Боже мой!]

[Что это за шум?]

Голос ведущей, раздававшийся из радио, засуетился так, словно она была искренне потрясена, а затем медленно и отчётливо произнесла:

[Незваный гость?]

Значит, другие призраки действительно не видели светловолосого мужчину.

Ладонь, закрывавшая мне глаза, исчезла, хотя я не знала, сделал ли он это из заботы обо мне.

Призрак, душивший меня, взорвался и бесследно исчез. Странным оставалось лишь то, что его останки разлетелись по всей комнате, не задев только меня.

Помещение мгновенно оказалось испачкано.

[Этот человек пришёл по приглашению посетительницы~?]

[Но я никого не приглашала, поэтому всё это очень странно! Неизвестный мне участник!]

[Через какой же проход ты сюда пробрался, раздражающее создание?]

Поскольку я уже не могла нормально стоять, светловолосый призрак поднял меня.

— Ух!

…Исправляюсь: точнее, он перекинул меня через широкое плечо, словно мешок, и понёс дальше, из-за чего со стороны, должно быть, казалось, будто я сама по себе плыву по воздуху.

— Подождите, пожалуйста!

[Закрой рот и ненадолго задержи дыхание.]

[Только так я смогу хотя бы на некоторое время скрыть твоё присутствие.]

«Скрыть моё присутствие?»

Я подняла голову и невольно вздрогнула, потому что из динамика радио медленно выползала чья-то рука.

«Ч-что это такое?»

Рука была неестественно длинной, и, если бы её опустили вниз, пальцы наверняка достали бы до пола под кафедрой, а потому я боялась даже представить, насколько огромным в таком случае должно было быть всё тело.

[Это создаёт затруднения, ху-ху.]

[Незваный гость, эту посетительницу пригласила именно я. Куда Вы собрались её уносить, когда игра ещё даже не закончилась?]

Для начала нужно было задержать дыхание.

Я резко вдохнула и перестала дышать.

Подробностей я не понимала, но следовать за светловолосым призраком казалось намного безопаснее, чем оставаться здесь.

Когда я задержала дыхание, его тело начало постепенно становиться прозрачным, и то же самое происходило со мной.

[Ах, нет, так нельзя! Не смейте!]

[Моя драгоценная участница!]

[Я ведь приготовила для неё ещё столько игр!]

Из второго динамика показалась ещё одна рука. На концах двух бледных рук виднелись длинные острые ногти, похожие на настоящее оружие.

Вскоре между ними начали изливаться длинные чёрные волосы, напоминавшие водопад, и всё происходящее выглядело как сцена из фильма ужасов.

[Мои игры…]

[Не смей портить мои игры.]

Раз появились волосы, следом должна была показаться голова, а затем и лицо…

Я смотрела словно зачарованная, но вовремя опомнилась и крепко зажмурилась.

«В прошлый раз призрак брелока тоже выбрал меня своей целью только потому, что я посмотрела ему в глаза. Нельзя встречаться с ней взглядом».

Возможно, она уже отметила меня, однако сейчас это было единственное, что я могла сделать.

[Нет, нет, нет!!]

Чем громче становился голос, тем сильнее содрогалось здание, словно началось землетрясение.

[Разве ты не хочешь увидеть младшего брата?]

Услышав единственные слова, которым я не могла сопротивляться, я всё-таки широко распахнула глаза и встретилась взглядом с огромным глазом, оказавшимся прямо перед моим лицом.

[Нашла.]

Красный глаз, превосходивший размером моё лицо, отражал меня целиком, и от потрясения я едва не выдохнула, однако уже в следующий миг моё отражение внезапно исчезло из его зрачка, а вокруг воцарилась непроглядная темнота.

«Но что же будет с Чхо Хэ?»

Мне хотелось попросить светловолосого призрака хотя бы об одном: пожалуйста, найди моего младшего брата, однако это желание всё равно не могло до него дойти.

— Ма Чхо Ён!

Кто это и кто зовёт меня по имени?

«Опять какой-то призрак?»

Наверное, так и есть, просто на этот раз он решил подражать голосу Дан Со Хёка.

— Приди в себя и открой глаза.

Судя по тому, насколько раздражающе звучал этот голос, подражание получилось довольно правдоподобным, и призрак явно умел хорошо играть свою роль.

«Сколько ещё они собираются мучить меня, принимая облик знакомых людей?»

Мне уже до смерти всё это надоело.

Пусть при виде Ма Чхо Хэ я и проявила слабость, однако облик Дан Со Хёка на меня совершенно не подействует!

Одних окриков призраку оказалось недостаточно, поэтому теперь он схватил меня за плечи и начал трясти. Вместо того чтобы открыть глаза, я повернула к нему голову и широко раскрыла рот.

Кем бы ты ни был, я заставлю тебя пожалеть о том, что ты решил подражать моим знакомым!

— Ай!

Послышался растерянный возглас, в котором смешались удивление и боль.

Вот как, ему больно? Неужели он думает, будто только призраки способны причинять людям вред, тогда как люди тоже могут навредить призракам?

— …Раз уж пришла в себя, может, всё-таки встанешь?

Почему его голос внезапно стал настолько холодным?

Неужели призрак теперь ещё и изображает разозлённого Дан Со Хёка?

«П-подождите, здесь что-то не так».

Я осторожно приоткрыла глаза.

Надо мной стоял Дан Со Хёк с привычно бесстрастным лицом, однако взгляд, которым он смотрел на меня сверху вниз, был необычайно холодным. Я неловко отстранилась и закрыла рот, после чего увидела отчётливые следы зубов, оставшиеся на его запястье.

— Дан Со Хёк?

Он ничего не ответил.

— Ты действительно Дан Со Хёк? Живой и по-прежнему невыносимый?

— Ха.

Эта реакция и правда была до боли на него похожа.

— П-прости, я решила, что ты призрак!

— Кто вообще кусает призраков? Ты ведь не собака.

Раз он уже начал язвить, передо мной совершенно точно находился настоящий Дан Со Хёк.

Я резко приподнялась и только тогда заметила пространство, окружавшее нас.

— …Где мы находимся?

— В аукционном зале.

В аукционном зале?

По углам огромного помещения стояли толстые прозрачные колонны, которые, впрочем, больше напоминали гигантские лабораторные сосуды, чем обычные опоры, потому что внутри находились люди с прикреплёнными к лицам дыхательными аппаратами.

Пол был прозрачным, словно дно огромного аквариума, и сквозь него можно было заглянуть внутрь, с той лишь разницей, что вместо рыб там плавали люди.

— Что это вообще такое…

Стулья, предназначенные, по всей видимости, для участников аукциона, сверкали так, будто были украшены драгоценными камнями.

Присмотревшись, я поняла, что вместо камней в них вставлены разноцветные человеческие глаза, и это явно были не искусственные протезы.

Вдалеке, перед рядами кресел, возвышалось нечто похожее на сцену, а на залитой красной жидкостью площадке стояла железная кровать.

Я даже не хотела представлять, что именно там происходило.

Стоило поднять голову, как становился виден потолок, с которого, словно детали люстры, свисали самые разные части человеческих тел. Они тоже переливались и сверкали, подобно «украшениям» на креслах.

Всё было устроено так, словно перед нами находились не настоящие человеческие останки, а редчайшие драгоценности.

— Хватит смотреть.

Дан Со Хёк закрыл мне глаза ладонью, и я растерянно кивнула, после чего осторожно спросила:

— Как ты вообще здесь оказался? И когда я успела попасть на подземный этаж?

— Я, как и ты, обратился к призраку курьерской службы, а тебя сюда принёс вон тот призрак.

«Призрак?»

Я повернула голову туда, куда указал Дан Со Хёк, и увидела светловолосого призрака, стоявшего перед огромной дверью.

— Ты его видишь?

— Теперь вижу. В прошлый раз его не было видно… Это ведь призрак со светлыми волосами в одежде, похожей на военную форму?

Я кивнула, ведь до сих пор его не могли увидеть ни обычные люди, ни даже другие призраки.

— Я не слышу его голоса, но, похоже, он ждал, пока ты очнёшься.

«Ждал меня?»

Я медленно поднялась, и, к счастью, голос ведущей из радио больше не звучал.

Возможно, она не предполагала, что мы сбежим в аукционный зал, или же в этом помещении просто не было наблюдения.

[Дитя.]

Когда я подошла ближе, раздался голос светловолосого призрака.

[Как ты себя чувствуешь?]

«Он действительно беспокоился обо мне?»

— Эм… Лучше, чем я ожидала.

Кровь из ран уже остановилась, а боль по какой-то причине почти исчезла, и, возможно, дело было в отдыхе, потому что ноги, которые прежде подкашивались, теперь ощущались удивительно лёгкими.

[Вот и хорошо.]

«Или, может быть, светловолосый призрак каким-то образом мне помог?»

Однако сейчас у меня не было времени спокойно расспрашивать его об этом, поэтому, немного поколебавшись, я всё же задала другой вопрос:

— Почему Вы принесли меня сюда? Нас ведь могут очень быстро обнаружить.

[Мне показалось, что ты не захочешь уходить, бросив человека, который пришёл тебя искать.]

«Он говорит о Дан Со Хёке?»

«Он действительно пришёл сюда ради меня, хотя совсем недавно ругал за безрассудство?»

Несмотря на то что мы уже были знакомы, я даже не представляла, что он решится прийти меня спасать.

«Получается, он всё-таки хотя бы немного считает меня другом?»

Я успела почувствовать лёгкую благодарность к Дан Со Хёку, однако тут же энергично покачала головой, потому что сейчас важным было совсем другое.

— Вы случайно не знаете, где находится мой младший брат?

[Младший брат?]

— Тот человек, облик которого принял уничтоженный Вами призрак! Он выглядел точь-в-точь как мой брат!

[А-а.]

«Неужели он что-то знал?»

Я с надеждой посмотрела на него, а светловолосый призрак положил ладонь на дверь и некоторое время молчал.

[Сейчас его здесь нет.]

— Т-тогда где он? Я пришла сюда именно для того, чтобы найти Чхо Хэ. Если его здесь нет, то ради чего я пережила все эти ужасные и отвратительные вещи…!

[Дитя.]

[Хозяйка городской легенды потеряла рассудок. Здание начало разрушаться, и находившиеся внутри существа разбежались.]

— Ма Чхо Хэ был среди них? Куда они убежали?

[Сейчас за ними невозможно последовать.]

[Даже если попытаться это сделать, будет слишком опасно.]

— Но я не могу оставить Чхо Хэ в настолько опасном месте!

— Эй, постарайся успокоиться.

— Как я могу успокоиться, когда вижу всё это?!

Если оставить Ма Чхо Хэ здесь, он тоже мог превратиться в один из экспонатов этого аукционного зала.

В тихом помещении раздавались лишь мои всхлипы, и казалось, что всё напряжение, накопившееся за это время, наконец прорвалось наружу вместе со слезами.

Я понимала, что сейчас не время плакать и что веду себя по-детски.

Наверное, я сорвалась потому, что рядом наконец появились те, на кого можно было опереться, или же потому, что устала настолько, что больше не могла терпеть.

[Пока с ним всё в порядке.]

Большая ладонь светловолосого призрака мягко легла мне на голову.

Дан Со Хёк угрожающе посмотрел на него, однако тот даже не подал вида, что заметил направленную на него враждебность.

[Сейчас гораздо важнее выбраться отсюда.]

[Если задержаться ещё немного, уйти будет намного труднее.]

Пока с ним всё в порядке.

В игре правды мне тоже ответили, что Ма Чхо Хэ жив.

«Прости меня, Чхо Хэ».

Я добралась до самого этого места, но снова была вынуждена уйти, так и не найдя тебя.

Я не могла продолжать рисковать, подвергая опасности Дан Со Хёка, который пришёл меня искать. К тому же совсем недавно я осознала, насколько беспомощна.

Даже если бы я самостоятельно прошла все игры и добралась до аукционного зала, всё равно не было никакой гарантии, что мне удалось бы найти младшего брата.

Сейчас нужно было выбраться отсюда, а уже потом придумать другой способ.

Я едва заметно кивнула.

[Хорошо.]

Светловолосый призрак снова положил руку на дверь, и вскоре вокруг его ладони вспыхнуло огромное чёрное пламя, разгоревшееся с громким треском.

Хотя я не чувствовала исходившего от него жара, чёрный огонь постепенно расплавлял дверь, открывая коридор, устроенный так же, как прозрачный пол аукционного зала: стеклянными здесь оказались не только пол, но и стены с обеих сторон, а также потолок.

Я старалась не смотреть на людей, которые извивались за прозрачными стенами.

— Смотри только вперёд.

Дан Со Хёк слегка подтолкнул меня в спину, давая понять, что нам нельзя задерживаться, поэтому я двинулась дальше, и вскоре в конце длинного коридора показалась лестница.

[Ха-ха-ха-ха-ха-ха.]

[Снова.]

Пока мы торопливо приближались к ступеням, из динамика на потолке вновь донёсся всё такой же оживлённый женский голос.

[Снова приходите к нам, посетительница.]

[Я обязательно приду за Вами.]

Все существа, плававшие в аквариуме, одновременно замерли и повернули головы в нашу сторону, поэтому я крепко зажмурилась и молча начала подниматься по лестнице, следуя за светловолосым призраком, в то время как Дан Со Хёк шёл позади меня.

Всё было хорошо, поэтому бояться не стоило.

«Сейчас я ведь не одна».

Когда мы поднялись до самого конца, я обнаружила, что стою посреди кладбища.

[Закройте вход.]

Дан Со Хёк недовольно нахмурился, однако всё равно послушно начал сдвигать надгробный камень, и вскоре тяжёлая плита со скрежетом протащилась по земле, полностью закрыв проход.

Давление, из-за которого мне всё это время было трудно дышать, исчезло почти мгновенно.

— …Я была уверена, что наверху должно находиться здание.

— Когда я пришёл, здесь уже было кладбище.

[Эти пространства соединены.]

Мы оба обратились к одному и тому же призраку курьерской службы, однако он привёз нас в разные места.

Если бы меня сразу доставили сюда, я смогла бы напрямую попасть в аукционный зал и, возможно, гораздо быстрее встретиться с младшим братом.

Почему же тогда призрак курьерской службы заставил меня спускаться с надземных этажей?

«Мне казалось, что он добрый призрак… Неужели я ошиблась?»

Пока я с горечью размышляла об этом, Дан Со Хёк заговорил:

— Ты.

Однако обращался он не ко мне, а к светловолосому призраку.

— Кто ты такой?

Не скрывая враждебности, Дан Со Хёк незаметно встал передо мной, словно намереваясь заслонить собой.

Он был призраком, поэтому настороженность Дан Со Хёка казалась вполне понятной, но…

«Разве можно обращаться с ним так после того, как он столько раз меня спасал?»

Почувствовав неловкость, я украдкой посмотрела на светловолосого призрака, надеясь, что он хотя бы объяснит, что не является злым духом.

Если я сама попытаюсь его защитить, Дан Со Хёк наверняка снова скажет, что меня одурачил призрак, и потребует прийти в себя.

[Кто я такой?]

Светловолосый призрак был намного выше Дан Со Хёка, и, возможно, дело заключалось в том, что при жизни он был иностранцем, поскольку его рост явно превышал метр девяносто.

[Даже если я отвечу, разве такой, как ты, способен это понять?]

«Вот это да».

Похоже, и этот призрак был далеко не простым, поскольку я впервые увидела, как лицо Дан Со Хёка исказилось настолько сильно.

— Для призрака Вы выражаетесь на удивление возвышенно.

Дан Со Хёк произнёс это с явной насмешкой, однако светловолосый призрак даже не моргнул.

[Я лишь сказал правду.]

Зато язык у него оказался чрезвычайно острым и разил без всякой пощады.

Хотя, пожалуй, после всей оказанной помощи называть его просто светловолосым призраком уже было неловко.

«Уважаемый призрак-спаситель, у Дан Со Хёка и без того отвратительный характер, поэтому, может быть, не стоит злить его ещё сильнее?»

— Что ты задумал, притворяясь, будто помогаешь Ма Чхо Ён?

Неужели он решил заговорить обо мне именно сейчас?

— Эта дурочка готова поверить, что призрак добрый, стоит ему проявить к ней немного заботы, но меня так легко не обмануть.

— Эй, Дан Со Хёк…!

Он внезапно перешёл все границы! Пока я, ошеломлённая такой наглостью, подбирала слова, чтобы возмутиться, светловолосый призрак спокойно ответил:

[…Именно это меня тоже беспокоит.]

«Даже Вы, уважаемый призрак-спаситель?!»

— Почему вы оба обсуждаете меня прямо у меня перед носом? И всё это ещё происходит посреди кладбища!

— А когда ещё нам это обсуждать?

Острый взгляд Дан Со Хёка переместился на меня.

— Стоит ему сейчас исчезнуть, и неизвестно, когда он в следующий раз появится перед тобой.

— Но без него я могла погибнуть во время тех игр! Он ведь спас мне жизнь и стал моим благоде…

— Кем именно он стал? Ты ведь не собиралась назвать призрака своим благодетелем?

До чего же у него отвратительно быстрая реакция!

Лицо Дан Со Хёка стало настолько свирепым, что теперь он выглядел страшнее большинства настоящих призраков.

— Послушай, мелочь.

С неприятным превосходством глядя на меня сверху вниз, Дан Со Хёк выставил палец и несколько раз ткнул меня в лоб.

— У тебя голова размером с горошину, поэтому и мысли такие же короткие? Ты никак не поймёшь, насколько опасными бывают призраки…

[Достаточно.]

Призрак-спаситель прикрыл мой лоб ладонью.

[Твоё поведение недостойно даже зверя.]

Он говорит об этом наглом пальце? Я полностью с ним согласна.

[У меня нет никакой особенной сущности или тайной цели.]

[Я обратил на неё внимание лишь потому, что она похожа на одного знакомого мне человека.]

С первого взгляда было ясно, что при жизни он был иностранцем, тогда как я была кореянкой. Неужели когда-то ему встречалась похожая на меня женщина из Кореи?

«Может быть, в прошлой жизни он встречался с кореянкой или дружил с ней?»

Как бы то ни было, теперь причина, по которой он продолжал мне помогать, стала немного понятнее.

Однако Дан Со Хёк по-прежнему выглядел недовольным и явно не поверил этому объяснению. Я постаралась не обращать на него внимания и снова повернулась к призраку-спасителю.

— Я хотела поблагодарить Вас за помощь и сейчас, и тогда, когда на нас напал призрак брелока.

Раз уж я была ему обязана, следовало хотя бы искренне выразить благодарность.

— И тебя тоже, Дан Со Хёк!

На этот раз я повернулась к нему. Видимо, он не ожидал услышать ничего подобного, потому что его привычно невыносимо бесстрастное выражение едва заметно дрогнуло.

По правде говоря, благодарить его было почему-то даже неловче, чем призрака.

— …Спасибо тебе за то, что пришёл меня искать, хотя перед этим я наговорила тебе неприятных вещей.

Похоже, он всё-таки беспокоился обо мне как о друге, поэтому теперь мне уже не удавалось видеть в нём исключительно раздражающего человека, хотя до сих пор я считала его лишь несчастным главным героем с отвратительным характером.

«Выходит, мы с Дан Со Хёком всё-таки стали друзьями».

Возможно, я была ему дороже, чем мне казалось, поэтому, пусть он всё ещё оставался невыносимым, впредь мне стоило внимательнее выбирать слова.

«Надо же, а ты всё-таки молодец и умеешь разбираться в людях!»

Однако вопреки моим чистым намерениям Дан Со Хёк посмотрел на меня так, словно увидел нечто омерзительное.

— Почему ты вдруг ведёшь себя настолько жутко?

«Может быть, мне просто забрать благодарность обратно?»

Как и ожидалось, он оставался неизменно невыносимым.

Кхм.

Закончив с благодарностями, я снова посмотрела на призрака-спасителя, желая вернуться к главному вопросу, и, к счастью, он ещё не исчез, а продолжал молча смотреть на меня сверху вниз.

— Раз Вы проявляете ко мне доброту из-за сходства с Вашей знакомой, не могли бы Вы ещё немного побыть рядом и помочь мне?

— Ты вообще слышишь, что сейчас говоришь?!

— Дан Со Хёк, пожалуйста, помолчи.

Призрак-спаситель ничего не ответил, но, наверное, это означало, что он по крайней мере готов меня выслушать.

— Мой младший брат пропал, и, судя по всему, к его исчезновению причастны призраки. Я всё равно не смогу отказаться от поисков и продолжу искать его, но… если говорить откровенно, моих сил недостаточно.

Проблема заключалась не только в страхе перед призраками, ведь за столь короткое время моя жизнь уже несколько раз оказывалась под угрозой.

Я посмотрела на свои израненные руки, и мне стало страшно даже от одной мысли о том, как потом придётся объяснять их состояние друзьям и родственникам.

— Мне нужна Ваша помощь.

Я сказала это прямо, потому что, даже если он откажет, мне всё равно следовало хотя бы попытаться.

— Я хочу найти брата безопаснее, быстрее и наверняка. А Дан Со Хёк разыскивает пропавших родителей.

Дан Со Хёк продолжал молчать.

— Возможно, я не смогу ничем отплатить… И я не могу обещать, что выполню любую Вашу просьбу, если она окажется опасной или поставит меня в затруднительное положение.

Чем дольше я говорила, тем сильнее ощущала собственную бесстыдность, поэтому незаметно отвела взгляд, избегая глаз призрака-спасителя. В этот момент я заметила цветы, лежавшие перед одной из соседних могил.

— Но я обязательно приду на Вашу могилу, принесу красивые цветы и ещё раз поблагодарю Вас.

Сразу после этих слов мне стало жарко от смущения, ведь я просила так много, а взамен предлагала всего лишь цветы.

[…]

Он, конечно же, откажет. Может быть, следовало, как в случае с Красненьким, предложить исполнить какое-нибудь желание?

[Милли.]

В этот момент призрак-спаситель неожиданно произнёс одно слово.

Милли?

— Что это означает?

[Можешь называть меня именно так.]

[Так меня называл человек, на которого ты похожа.]

«Значит, через меня он хотел вспоминать того человека?»

Меня это вполне устраивало, ведь, если моё присутствие помогало ему сохранить память о ком-то дорогом, я могла охотно его поддержать.

«Милли… Выходит, у призрака тоже было имя. Или так его звали при жизни?»

«Раз он назвал мне имя, значит, согласился выполнить мою просьбу?»

Во всяком случае, теперь уже не оставалось сомнений в том, что он относится ко мне благосклонно.

Я невольно улыбнулась и, даже не пытаясь скрыть радость, ответила:

— Хорошо, отныне я буду называть Вас Милли. Большое спасибо!

Милли некоторое время молча смотрел на меня, а затем его фигура начала медленно растворяться, пока вскоре на кладбище не остались только мы с Дан Со Хёком.

— Я не понимаю, на каком основании ты вообще доверяешь призраку… Уф.

— Но ты сам всё видел. Если бы не Милли, мы не смогли бы выбраться оттуда целыми и невредимыми.

— Возможно, он специально усыпляет нашу бдительность, чтобы позже загнать нас в ещё более опасную ситуацию.

— Тогда и будем разбираться, когда это произойдёт.

Если бы Милли захотел, он и без того мог бы с лёгкостью расправиться с нами, однако ничего подобного не сделал.

— Мы ведь не можем бесконечно бояться того, чего ещё даже не произошло.

— Это…

Дан Со Хёк тяжело вздохнул.

— Верно, ты всегда была именно такой.

«С каких пор он вообще знает меня достаточно хорошо, чтобы делать подобные выводы?»

— Ладно, забудь об этом, мелочь.

— Что тебе опять понадобилось?

— Лучше подумай, как теперь нам вернуться в школу.

— Почему именно я должна это придумывать?!

— А из-за кого я вообще оказался здесь?

— Н-никто не просил тебя следовать за мной! Ты сам настолько беспокоился, что едва не умер от тревоги, вот и отправился следом!

— С чего ты решила, что я едва не умер от беспокойства?

— Потому что это был ты, невыносимый Дан Со Хёк!

— Совсем недавно ты униженно благодарила меня, а теперь уже полностью изменила отношение?

— Когда это я перед тобой унижалась? Не преувеличивай…

Раздался громкий гудок, и мы с Дан Со Хёком одновременно повернули головы в сторону звука, недоумевая, откуда посреди кладбища на рассвете мог взяться автомобильный сигнал.

В стороне стоял мотоцикл, на котором сидел мужчина в знакомом розовом шлеме.

Снова прозвучали два протяжных гудка, когда призрак курьерской службы медленно нажал на сигнал, явно стараясь привлечь наше внимание.

— …Не понимаю, что мы вообще сейчас делаем.

— Постарайся смотреть на происходящее с хорошей стороны.

Я даже представить не могла, что призрак курьерской службы отвезёт нас прямо до школы, тем более что мы его даже не вызывали.

Судя по всему, во внешнем мире прошло гораздо меньше времени, чем я ожидала, потому что солнце только начинало подниматься.

Некоторое время я смотрела на небо, окрашивавшееся первыми солнечными лучами, а затем перевела взгляд на спину курьера.

Я обхватывала призрака за талию, а Дан Со Хёк едва удерживался на самом краю сиденья позади меня.

— Мы ведь не свалимся отсюда?

«Надо же, даже он способен беспокоиться о подобных вещах».

— Всё будет хорошо, потому что он обещал доставить нас в безопасности.

— Почему тогда призрак, который обещает безопасную доставку, дал шлем только тебе?

— Эм… Может быть, запасной шлем для пассажира у него всего один?

— Когда он вёз меня сюда, шлема мне тоже не предложили.

Мне даже не нужно было слышать продолжение, чтобы понять его невысказанную мысль: «А тебе, значит, дали».

Неловко улыбнувшись, я посмотрела в зеркало мотоцикла, однако лицо призрака курьерской службы по-прежнему полностью скрывал шлем.

— Спасибо, что приехали за нами. Когда Вы высадили меня в прошлый раз, я даже не успела поблагодарить, а теперь уже второй раз пользуюсь Вашей помощью.

[Моя обязанность заключается в том, чтобы нести ответственность за посылку и доставлять её в безопасности.]

— Но я всё равно Вам благодарна.

[Вам удалось встретиться с младшим братом?]

— …Нет, однако я получила точный ответ, что он жив.

По правде говоря, я была уверена, что на этот раз непременно найду его, но даже такая новость уже имела огромное значение.

— И всё это благодаря Вам, поэтому большое спасибо.

Призрак курьерской службы ничего не ответил, а вскоре мотоцикл остановился в том самом переулке, где я впервые его встретила.

К счастью, было ещё очень рано, поэтому поблизости никого не оказалось.

Сначала с мотоцикла слез Дан Со Хёк, а затем уже я, но в этот момент призрак курьерской службы протянул мне небольшую коробочку.

[Вам посылка.]

— Она предназначена мне?

[Да.]

— Кто её отправил?

«Ведь внутри не скрывалось ничего опасного?»

Я с подозрением посмотрела на коробку, однако курьер так и не ответил.

Осторожно приняв посылку, я открыла крышку и увидела собственные пальцы, те самые три пальца, которые потеряла во время игр.

[Доставка завершена.]

Вокруг пальцев вспыхнуло чёрное пламя, и такое же пламя появилось на местах, где они были отрезаны.

Я не чувствовала ни боли, ни жара, а когда Дан Со Хёк испуганно шагнул ко мне, молча остановила его взглядом.

Вскоре огонь погас.

[К счастью, состояние товара остаётся удовлетворительным.]

Отрезанные пальцы снова оказались на своих местах.

«И боли совсем нет».

Я несколько раз согнула и разогнула вернувшиеся на место пальцы, однако они ощущались совершенно нормально, а значит, произошедшее никак не могло быть иллюзией.

— С-спасибо Вам…

Как такое вообще было возможно? Я подняла руки и внимательно их осмотрела, но пальцы и в самом деле оказались безупречно присоединены обратно.

— Это сделал ты?

Наблюдавший за происходящим Дан Со Хёк подошёл ближе и обратился к призраку курьерской службы.

[Курьерская служба «Четыре-четыре-четыре» искренне благодарит Вас за использование наших услуг.]

Впрочем, его вопрос был откровенно проигнорирован.

Призрак курьерской службы продолжал пристально смотреть на меня. Я уже поблагодарила его, так чего же ещё он от меня ждал?

Не понимая его намерений, я молча всматривалась в тёмное забрало шлема, пока наконец не услышала:

[…Надеюсь, Вы воспользуетесь нашими услугами снова.]

После этого он слегка поклонился и направился к мотоциклу, а я тоже поклонилась ему вслед.

Раздался рёв двигателя, и уже в следующее мгновение мотоцикл исчез из виду, оставив в переулке лишь нас с Дан Со Хёком.

— Меня он совершенно откровенно проигнорировал.

— Да ладно тебе, он ведь хотя бы не причинил тебе вреда. Просто не обращай внимания!

— Поскольку к тебе он относится довольно благосклонно, ты теперь ещё и незаметно его защищаешь?

Дан Со Хёк недовольно нахмурился, однако на этот раз не стал говорить, что рядом с призраком я снова утратила бдительность. После всего пережитого он, вероятно, и сам понял, что призрак курьерской службы не представляет непосредственной угрозы.

— Пусть мне и пришлось пережить немало страшного, я не думаю, что он отвёз меня туда со злым умыслом.

Я демонстративно растопырила все десять пальцев, и Дан Со Хёк тяжело вздохнул, после чего его большая ладонь крепко обхватила мою руку.

— Верно, раньше было не до вопросов, но что ты вообще натворила, раз умудрилась лишиться пальцев? Играла с призраками в больницу?

Издевался он, конечно, с полной отдачей.

— Немного предавалась играм из прошлого. Всего лишь сыграла в игру с загибанием пальцев и поиск сокровищ.

— И в качестве сокровища ты выставила собственные пальцы…! Уф.

Надо же, он едва не закричал, но всё-таки сумел сдержаться.

Только почему?

«В обычной ситуации он бы сразу сорвался и начал раздражаться».

Не рассердившийся Дан Со Хёк казался настолько непривычным, что я настороженно посмотрела на него. Правда, моя рука всё ещё оставалась в его хватке, поэтому убежать в случае чего всё равно не получилось бы.

«До чего же у него огромная ладонь».

Мои руки и без того были меньше, чем у большинства ровесников, но я всё равно не ожидала, что он сможет настолько легко удержать их одной рукой.

«И вообще, с чего он обращается со мной так, будто я преступница? Почему до сих пор не отпускает?»

Пока я мысленно требовала, чтобы он наконец разжал пальцы, Дан Со Хёк произнёс:

— В следующий раз не принимай решения в одиночку, а сначала посоветуйся со мной.

— Зачем мне советоваться, если ты всё равно будешь возражать?

Он промолчал.

— И вообще, отпусти мою руку. Почему ты до сих пор так противно её держишь… Ай-ай-ай!

Руку, которую удерживал Дан Со Хёк, внезапно потянули вверх с такой силой, что мне пришлось подняться на носочки.

— Странно, голова вдруг зачесалась.

Почему он изображает, будто у него чешется голова, продолжая держать меня за руку? Он ведь даже не собирается её чесать!

— Ты своим ростом хвастаешься, псих ненормальный?!

— Почему ты называешь психом человека, который отправился следом, потому что беспокоился о тебе?

— Я уже поблагодарила тебя за это!

— Твоей благодарности даже на один день не хватило.

— Да прекрати уже!

Раздражённо пнув Дан Со Хёка по голени, я наконец заставила его отпустить мою руку, после чего поспешно отступила назад и сердито уставилась на него. Однако он продолжал стоять, слегка склонившись набок, и смотрел на меня сверху вниз так, словно удар совершенно не причинил ему боли.

Вот же наглец.

— Чего ты смотришь на меня сверху, будто сам ни в чём не виноват?

— А мне, по-твоему, нужно смотреть снизу вверх на то, что находится ниже меня?

Вообще-то в этом он был прав.

Дан Со Хёк широким шагом приблизился ко мне, и теперь направление его взгляда стало раздражать ещё сильнее.

— …В какой стране считается вежливым разговаривать, глядя человеку прямо в макушку?

— Я решил посмотреть ещё ниже, раз тебе так хотелось прочувствовать разницу.

Вот гад!

Я изо всех сил запрокинула голову, и то, что я всё-таки не поднялась на носочки, оставалось последней крупицей моего достоинства.

— Почему бог дал тебе только рост, но совершенно забыл про характер? Думаешь, я маленькая потому, что сама этого захотела?! Между прочим, мой рост вполне средний!

— Раз тебя это так беспокоит, нужно было попросить курьера доставить тебе не только пальцы, но и несколько лишних сантиметров.

Дан Со Хёк слегка прикрыл рот рукой, изображая искреннее сочувствие, однако я успела заметить, как перед этим уголок его губ едва заметно приподнялся.

— К тому же, по-моему, ты неправильно понимаешь значение слова «средний».

— Эй!!

— Мелочь.

— Что тебе ещё понадобилось?!

— Место, куда ты отправилась, действительно было чрезвычайно опасным.

Дан Со Хёк отступил на шаг, и только тогда мне наконец стало удобнее смотреть ему в глаза. Я потёрла затёкшую шею, а он совершенно серьёзно продолжил:

— Ты могла по-настоящему погибнуть. Ты хоть понимаешь, насколько тебе повезло отделаться одними пальцами?

— Я и сама это понимаю.

— Ничего ты не понимаешь, ведь для тебя смерть станет окончательным концом!

Я впервые услышала, как Дан Со Хёк кричит настолько громко, поэтому невольно сжалась всем телом и крепко зажмурилась. Когда же я осторожно приоткрыла глаза, он нахмурился так, словно лишь теперь осознал, что напугал меня.

— …Прости, что накричал.

Похоже, он решил, что я испугалась по-настоящему, хотя так оно и было.

«Ничего себе, когда такой здоровяк ведёт себя угрожающе, становится и правда страшно. Может быть, мне стоит хотя бы немного меньше его провоцировать?»

Впрочем, едва ли я сумею каждый раз себя контролировать.

Куда сильнее меня задели его слова о том, что для меня смерть станет окончательным концом. Я и прежде смутно подозревала, что Дан Со Хёк уже пережил возвращение в прошлое…

«Значит, он уже бывал в том здании раньше».

Если всё происходило так же, как в оригинальном романе, во время тех игр он уже дважды умирал, а ведь наверняка были и другие смерти.

«Мне было невыносимо страшно даже из-за отрезанных пальцев».

Я не хотела ни представлять, каким образом умирал Дан Со Хёк, ни тем более узнавать подробности.

Я открыла рот, собираясь что-то сказать, однако затем снова плотно сжала губы. На самом деле я прекрасно понимала, почему он отреагировал настолько остро. В отличие от него, я не обладала способностью возвращаться после смерти, но всё равно безрассудно бросалась навстречу опасности.

И, вероятно, он действительно за меня беспокоился.

«Я просто не думала, что у Дан Со Хёка есть такая сторона».

Если дело не касалось родителей, герой романа почти никого к себе не подпускал и редко проявлял интерес к другим людям.

«Но он не отвернулся от меня и всё-таки пришёл на помощь?»

Если говорить откровенно, смогла бы я на его месте поступить так же? Решилась бы добровольно войти в опасное место, не получая от этого никакой выгоды, даже после нескольких встреч с призраками?

«Наверное, не смогла бы».

Даже когда я пыталась спасти Ю Чхэ Сон, мне было настолько страшно, что хотелось немедленно сбежать. Если я испытывала подобное ради близкой подруги, смогла бы я сознательно подвергнуть себя опасности ради Дан Со Хёка? Скорее всего, я бы испугалась и сделала вид, будто ничего не заметила.

Я глубоко вздохнула. Дан Со Хёк больше ничего не говорил и, похоже, внимательно следил за моей реакцией.

— Я понимаю, насколько мне повезло отделаться только пальцами, потому что сама успела пожалеть о своём решении.

Немного помедлив, я наконец произнесла слова, которые до сих пор не позволяла мне сказать гордость, и опустила взгляд к носку обуви, которым легонько толкала лежавший на земле камешек.

— …Мне тоже было очень страшно.

— Ты…

— Я искренне благодарна тебе за то, что ты пришёл мне на помощь, хотя заранее понимал, насколько всё опасно. Однако есть одно «но»!

Я резко подняла голову и увидела, как Дан Со Хёк вздрогнул. Наверное, его удивило, что наши взгляды внезапно встретились.

— Если появится хотя бы малейшая возможность найти младшего брата, я ещё сколько угодно раз пойду на такое безрассудство!

— Что ты сказала?

— Я заранее предупреждаю, потому что не смогу пообещать, будто больше никогда так не поступлю!

— Вот как.

Дан Со Хёк провёл рукой по чёлке, отбрасывая волосы назад, после чего переулок надолго погрузился в молчание.

— Зачем ты мне это говоришь?

Через некоторое время Дан Со Хёк всё-таки задал этот вопрос.

— В каком смысле?

— Ты хочешь, чтобы я больше не вмешивался?

— Совсем нет! Твои родители тоже, скорее всего, пропали из-за призраков. Я лишь предлагаю каждому собирать сведения своим способом.

Неужели он именно так понял мои слова? Я торопливо продолжила, стараясь всё объяснить:

— Безрассудные поступки оставь мне, а ты собирай зацепки тем способом, который подходит тебе. Потом будем делиться всем найденным.

— Делиться сведениями?

— Именно, ведь в конечном счёте у нас одна цель.

— Найти семью.

Услышав ответ Дан Со Хёка, я медленно кивнула. Пусть наши характеры и способы действий совершенно различались, это ничего не меняло, потому что, если цель у нас одна, придётся объединить силы.

— Да, потому что я искренне хочу найти не только младшего брата, но и твоих родителей.

Даже к середине оригинального романа Дан Со Хёку так и не удалось получить ни одной настоящей зацепки об их местонахождении. Во время игр он лишь выяснил, живы ли они, но не более того.

Дан Со Хёк плотно сжал губы. Пока я осторожно наблюдала за ним, он наконец медленно заговорил:

— Больше не совершай безрассудных поступков в одиночку.

Он снова собирался читать мне нотации?

«А мне казалось, что я достаточно ясно объяснила свои чувства…»

Я уже начала мрачнеть, однако затем услышала продолжение:

— …Отныне будем действовать вместе, потому что тебе нельзя доверять, а оставлять тебя одну слишком тревожно.

Слова оказались настолько неожиданными, что на мгновение я решила, будто в него вселился призрак, однако покрасневшие уши Дан Со Хёка убеждали, что это всё-таки он.

— Эм… Ты сейчас действительно сказал, что беспокоишься обо мне? Как о человеке? Или как о напарнице? …А может быть, даже как о подруге?

Я спросила это с широкой ухмылкой, и Дан Со Хёк раздражённо развернулся всем телом, однако перед тем, как уйти, всё же бросил:

— Во всех трёх смыслах!

Я растерянно смотрела, как он широкими шагами направляется к выходу из переулка. К этому времени поднявшееся солнце уже залило светом тёмное пространство между домами.

«Он действительно признал, что мы друзья?»

В оригинальном романе этот своевольный герой очень долго не подпускал к себе других людей. Почему-то только теперь мне начало казаться, что я действительно вижу настоящего Дан Со Хёка, не главного героя романа, а друга, пережившего похожую боль.

— Эй, Дан Со Хёк! Ты ведь уходишь первым, потому что смутился?

— Не говори глупостей.

— Тогда почему у тебя даже уши покраснели?

— Пожалуйста, хоть немного помолчи, мелочь.

Как ни странно, именно сейчас мне было по-настоящему приятно проводить время вместе с Дан Со Хёком.

4. Сообщество городских легенд

— Чхо Ён! Скажи честно, у тебя действительно все руки и ноги целы?! Ты хоть представляешь, как сильно я испугался, когда Со Хёк позвонил мне среди ночи?

К тому времени, когда мы с Дан Со Хёком расстались, до начала занятий оставалось совсем немного, поэтому я торопливо приняла душ и, едва выйдя из общежития, сразу же столкнулась с этим переполохом.

Так Ён Хо, зачем ты с самого утра устроил такое представление перед женским общежитием…

Пока он держал меня за плечи и безжалостно тряс из стороны в сторону, я лишь повернула голову к стоявшей рядом Ю Чхэ Сон, на лице которой сохранялось полное спокойствие, и спросила:

— Это ты привела его сюда?

— Мне с трудом удалось отговорить его от того, чтобы попросить учителя хотя бы проверить, благополучно ли ты вернулась в свою комнату.

Вот оно что. А я ещё удивлялась, почему Ю Чхэ Сон вместо утренней подготовки к занятиям тоже торчит здесь, хотя с её характером она обычно повторяла одно и то же лишь однажды, а если человек не слушал, просто переставала обращать на него внимание.

Я с недоумением посмотрела на Ю Чхэ Сон, и наши взгляды тут же встретились. Оказалось, она и до этого наблюдала за мной, потому что сразу отвела глаза с таким выражением, словно её застали врасплох.

«Неужели Ю Чхэ Сон тоже обо мне беспокоилась?»

Разумеется, друзьям свойственно волноваться друг за друга, однако я не ожидала, что ради меня она даже изменит привычный распорядок подготовки к урокам. Она вполне могла просто позвонить или написать сообщение, но вместо этого решила потратить предназначенное для учёбы время и ждать меня рядом с Так Ён Хо.

«Кажется, здесь что-то подозрительное».

Даже я, несмотря на свою нечуткость в подобных вопросах, кое-что заметила, а уж Ю Чхэ Сон наверняка давно поняла, что миловидное лицо Так Ён Хо под очками идеально соответствует её вкусу и напоминает симпатичного юного исполнителя.

«Так вот почему она без особых возражений вышла к нему, когда была одержима призраком брелока? Она тогда даже платье надела».

Выходило, что она знала о Так Ён Хо ещё до того случая, поэтому позднее стоило как следует её допросить. Наблюдать за чужими романтическими делами всегда невероятно интересно, и я уже предвкушала предстоящее развлечение, когда Так Ён Хо с несчастным выражением лица произнёс:

— Чхо Ён, я сейчас совершенно серьёзен!

Судя по тому, как он шмыгал носом и едва не плакал, сомневаться в его искренности не приходилось. Проблема заключалась лишь в том, что он казался мне таким милым, почти как младший брат, поэтому постоянно хотелось его подразнить.

— Прости, что заставила тебя волноваться. Я всё гадала, откуда Дан Со Хёк узнал, куда я отправилась, а оказывается, это ты нашёл для него сведения?

— Значит, ты и правда воспользовалась городской легендой о курьерской службе?

— Да, именно так всё и было.

— А ранения у тебя есть? Он не отвёз тебя в какое-нибудь странное место? Тебе удалось найти младшего брата?

— Я не пострадала.

Я понимала, что он начнёт беспокоиться ещё сильнее, поэтому не стала говорить правду, и теперь особенно радовалась тому, что отрезанные пальцы удалось восстановить.

— Что касается странного места… Наверное, его нельзя назвать настолько уж странным.

— Ты только что солгала настолько неубедительно, что это сразу стало заметно.

Стоило вспомнить игры на побег из комнат, как сохранить невозмутимое выражение уже не получилось, поэтому после замечания Ю Чхэ Сон я неловко улыбнулась и поспешила сменить тему.

— Зато мне удалось узнать, жив ли мой брат, и ответ был положительным. Я пока не встретилась с ним лично, но всё равно вернулась не с пустыми руками.

— Это, конечно, хорошая новость, однако впредь, пожалуйста, не совершай таких безрассудных поступков. Когда Со Хёк позвонил среди ночи, я так переживал, что больше не смог уснуть.

Так Ён Хо говорил почти умоляюще, поэтому я торопливо закивала, опасаясь, что ещё немного, и он действительно расплачется.

— Теперь я тоже буду помогать тебе гораздо активнее, поэтому пообещай, что больше не станешь действовать в одиночку. Ты ведь поняла?

— Да поняла я, поняла.

Только услышав это обещание, он наконец отпустил мои плечи, и я смогла облегчённо выдохнуть. Впрочем, было приятно осознавать, что у меня появились друзья, которые настолько искренне обо мне беспокоятся.

«Кажется, теперь у меня есть надёжные союзники».

Глядя на Так Ён Хо и Ю Чхэ Сон, я невольно улыбнулась, потому что даже одной их заботы было достаточно, чтобы испытывать благодарность.

…Во всяком случае, именно так я тогда думала.

Ён Хо: Ребята! Я прочитал в Сообществе городских легенд, что в районе Эден снова пропал человек!

Чхэ Сон♡: Правда?

Ён Хо: Да, именно так!

Ён Хо: Говорят, нашёлся свидетель, поэтому несколько человек собираются лично осмотреть место исчезновения. Может, мы тоже сходим туда сегодня?

Я: Чхэ Сон нужно заниматься.

Чхэ Сон♡: Ничего подобного! Сегодня я могу немного отдохнуть, поэтому, если вы пойдёте, я тоже присоединюсь!

Ён Хо: Со Хёк, а ты как? Сможешь?

Дан Со Хёк: Да.

На перемене я с опустошённым видом смотрела на переписку в общем чате, совершенно не понимая, почему они отнеслись к этому настолько серьёзно. Я была благодарна за их желание помочь, однако теперь, когда они начали проявлять такую активность, мои чувства стали противоречивыми.

В оригинале Так Ён Хо, если только случайно не оказывался втянут в происходящее, исполнял главным образом роль ходячей справочной и снабжал остальных сведениями, тогда как Ю Чхэ Сон до середины романа вообще больше не упоминалась.

«Разве можно втягивать их в опасные городские легенды?»

Вспомнив виллу «Эден» и игры на побег из комнат, я мысленно застонала, потому что одна лишь мысль о будущем уже вызывала серьёзное беспокойство.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

Из самой дальней части подземного аукционного зала внезапно донёсся отчаянный крик:

— С-спасите меня…!

Из-за чёрного занавеса раздавались вопли, мольбы и звуки, похожие на то, как кто-то разрезает плоть, а спустя довольно долгое время ткань наконец отодвинулась, и наружу вышел огромный мужчина.

На тёмно-синем непромокаемом фартуке, какие обычно носят в мясных лавках, остались липкие пятна крови.

— Возьмите, пожалуйста.

Мужчина в чёрном костюме, словно заранее ожидавший его появления, протянул носовой платок, однако здоровяк прошёл мимо, даже не взглянув на него. Судя по всему, его собеседник давно привык к подобной реакции, поэтому невозмутимо последовал рядом.

— Разве нельзя сначала убивать находящихся внутри людей и только потом приступать к работе?

Огромный мужчина молча обернулся. Он не произнёс ни слова, однако одного лишь роста, превышавшего два метра, оказалось достаточно, чтобы его присутствие стало почти невыносимо давящим.

— Просто они слишком громко кричат и сильно сопротивляются, поэтому я подумал, что Вам, наверное, тяжело работать.

Несмотря на гнетущее присутствие собеседника, мужчина в костюме продолжал невозмутимо улыбаться. Здоровяк отрицательно покачал головой, показывая, что его всё устраивает.

— Раз проблем нет, тогда хорошо. Те, кто находится внутри, недавно проиграли в играх?

Здоровяк кивнул.

— Уже интересно, какими прекрасными украшениями пополнится аукционный зал.

Мужчина произнёс это весёлым голосом. Когда он только появился здесь, залу ещё многого не хватало, однако постепенно тот становился всё роскошнее, и если среди призраков действительно существовало разделение по положению, то это место со временем превращалось в известное заведение, которое посещали лишь представители высшего круга.

— В прошлый раз я заметил, что шарфы из человеческой кожи пользовались большой популярностью. Говорили, что они получаются мягкими и лёгкими.

Это было изделие огромного мужчины, и его собеседник хорошо помнил, сколько криков раздавалось во время изготовления. Похоже, похвала доставила здоровяку удовольствие, поскольку его плечи слегка расправились, хотя лицо по-прежнему оставалось бесстрастным.

— Думаю, стоило бы сделать ещё один. Среди новых проигравших есть кто-нибудь молодой?

В ответ снова последовал кивок, и мужчина осторожно продолжил расспрашивать:

— …А девушки в школьной форме, похожей на ту, что была на мне, среди них случайно не оказалось?

Взгляд здоровяка сразу переместился на него, и, поняв смысл этого взгляда, мужчина поспешно объяснил:

— Под школьной формой я подразумеваю не одежду, которая сейчас на мне, а ту, в которой я появился здесь изначально.

Пока он помогал проводить игры, с ним происходило столько всего, что испачканную школьную форму пришлось отправить в стирку.

Может показаться странным, что призраки вообще занимались стиркой, однако стирали здесь несколько необычные вещи. Поскольку внутрь помещали людей, даже стиральная машина была весьма большой.

Мужчина в чёрном костюме выглядел опрятно и обладал длинными руками и ногами, поэтому прекрасно вписывался в роскошную обстановку аукционного зала, однако некоторая неловкость в его движениях подсказывала, что до потери памяти ему, вероятно, никогда не приходилось носить такую одежду.

— Шко… льной формы… нет.

Здоровяк медленно заговорил, и каждый раз, когда он открывал рот, становилась видна внутренняя сторона губ, грубо сшитых нитками. Неровно обрубленный язык слегка напоминал змеиный.

Он хотел сказать, что школьной формы нет?

Из-за состояния рта и языка его речь всегда звучала смазанно, поэтому разобрать слова было трудно.

— Вы сказали, что школьной формы среди них нет?

Здоровяк утвердительно кивнул, и мужчина мысленно отметил, что хорошо уже то, что с ним хотя бы возможно простейшее общение.

— Очень жаль. Я слышал, что чем моложе материал, тем выше его качество, поэтому успел обрадоваться.

— Мо… ложе.

— Именно, чем моложе человек, тем мягче у него кожа. Простите, я слишком разговорился и помешал Вам отдыхать. Тогда зайду в другой раз.

Здоровяк кивнул, разрешая ему уйти. Несмотря на свою работу и устрашающую внешность, он не особенно заботился о том, приближались к нему другие или предпочитали держаться подальше, и именно поэтому мужчина в костюме первым заговаривал только с ним.

Отойдя на достаточное расстояние, он продолжил убирать аукционный зал и нахмурился.

«Значит, её и здесь нет. Тогда той малышке всё-таки удалось выбраться?»

Он не мог нормально воспринимать лица посетителей этого места, однако одна участница почему-то особенно его беспокоила.

В чём была причина?

В том, что она носила школьную форму и выглядела его ровесницей? В том, что из-за невысокого роста напоминала младшую сестру? Или ему было одновременно жаль и приятно видеть, как она, несмотря на сильный страх, всеми силами старалась сохранять хладнокровие?

«Ведь раньше я никогда не испытывал подобных чувств к другим участникам».

С того самого мгновения, когда мужчина открыл глаза, он работал в этом аукционном зале, совершенно ничего не помня о своём прошлом. Желания выбраться отсюда у него не возникало, как не появлялось и сочувствия к людям, которые умирали без всякой причины.

Почему же теперь всё оказалось иначе?

«Может быть, до потери памяти у меня действительно была младшая сестра».

Такое вполне могло быть.

Насколько он мог судить, среди всех существ, живших в этом месте, он один оставался человеком.

«Почему только ко мне относятся иначе?»

Судя по жалобам людей, попадавших в игры на побег из комнат или в аукционный зал, всех их похищали из внешнего мира, а следовательно, велика была вероятность, что и он оказался здесь подобным образом.

Однако с ним обращались совершенно иначе. Чем он отличался от остальных, если большинство попавших сюда людей бессмысленно убивали или продавали на аукционе?

Лишь немногих, по всей видимости, оставляли без сознания и хранили на складе.

Впрочем, сколько ни размышляй, ответа всё равно не найти, а сейчас мужчину гораздо сильнее интересовало, удалось ли той девочке выбраться.

«Надеюсь, она благополучно спаслась».

Когда во время поиска сокровищ он вышел из комнаты и заметил на полу чёрную коробочку, то даже не предполагал, что она принадлежит той школьнице, поэтому, узнав правду, сильно растерялся.

Если бы она назначила сокровищем какой-нибудь внутренний орган, исправить положение оказалось бы почти невозможно, однако, к счастью, девочка проявила находчивость и отдала палец, который ей отрезали во время предыдущей игры. Даже потеряв такое сокровище, она по крайней мере не умерла бы.

«Маленькая, а сообразительная».

Она заслуживала похвалы, но мужчина всё равно хотел, чтобы девочка больше никогда не оказывалась в подобных опасных местах.

Он направился в прачечную, чтобы развесить школьную форму. Сначала мужчина аккуратно разместил на сушилке начисто выстиранные человеческие шкуры, а в самом конце повесил форму.

На пол с лёгким стуком упала табличка.

— Ах, именная табличка.

Мужчина поднял её, некоторое время внимательно рассматривал, а затем прикрепил к своему чёрному костюму.

На табличке было написано имя «Ма Чхо Хэ».

— Чхэ Сон, можно тебя спросить?

— Ты что-то хотела?

Наши занятия закончились раньше, поэтому мы ждали мальчиков возле кабинета первого класса.

Ю Чхэ Сон, используя экран телефона вместо зеркала, поправляла чёлку, а я наблюдала за ней и наконец осторожно спросила:

— Ты ведь не идёшь с нами через силу только потому, что тебе неловко отказаться? Из-за нашей договорённости ты даже на переменах не отдыхала и всё время занималась.

— Ах, ты об этом.

Казалось, она старалась сберечь каждую секунду и потому непрерывно неслась вперёд, почти не позволяя себе даже перевести дыхание.

Поняв, что я беспокоюсь, Ю Чхэ Сон подняла голову и мягко улыбнулась.

— Всё в порядке, потому что я тоже переживаю за Чхо Хэ, да и от бесконечной ежедневной учёбы у меня начинает накапливаться стресс. Только не подумай, будто я присоединяюсь к вам исключительно ради развлечения и лёгкой смены обстановки!

— Разумеется, я так не думаю, просто немного за тебя беспокоюсь…

Внезапно осознав, что более подходящего случая может и не представиться, я придвинулась к Ю Чхэ Сон и тихо спросила:

— Кстати, ты случайно не заинтересовалась Так Ён Хо?

— С чего ты решила, что он мне интересен?

Ю Чхэ Сон заправила волосы за ухо, а затем снова выпустила прядь, словно проверяя, какой вариант подходит ей больше.

— Разумеется, ничего подобного быть не может.

А со стороны всё выглядело именно так.

«Подозрительно».

Однако, раз она всё отрицала, продолжать расспросы было бы невежливо, поэтому я уже собиралась сделать вид, будто поверила ей, когда Ю Чхэ Сон заговорила сама:

— Зато вы с Со Хёком в последнее время выглядите довольно близкими. Между вами что-то происходит?

— Что именно, по-твоему, может происходить? Надеюсь, ты не говоришь о таком кошмаре, как романтическая симпатия?

Меня невольно передёрнуло.

Похоже, отвращение слишком отчётливо отразилось на моём лице, потому что Ю Чхэ Сон посмотрела на меня с явным недоумением.

— Почему ты так реагируешь? Со Хёк ведь очень красивый.

— Для мужчины одной красивой внешности недостаточно, потому что он ещё должен быть добрым и заботливым!

— Наверное, со своей девушкой он будет вести себя хорошо. По-моему, мужчина, который одинаково ласков со всеми подряд, гораздо хуже.

— Я бы всё равно предпочла именно такого.

— Мне кажется, если столкнёшься с этим на практике, твоё мнение изменится.

Ю Чхэ Сон задумчиво склонила голову. Впрочем, у неё уже несколько раз были отношения, в отличие от меня, ни разу ни с кем не встречавшейся.

Но разве это вообще зависит от романтического опыта? Конечно же, мужчина, о котором все отзываются как о добром и вежливом человеке, должен быть лучше!

В этом отношении Дан Со Хёк совершенно не подходил, причём настолько, что более неудачный вариант было трудно даже представить.

«…Хотя с работниками больницы он разговаривал с улыбкой».

В тот момент он выглядел лишь немного взрослее и приветливее обычного.

Однако этим всё и ограничивалось. С Так Ён Хо, Ю Чхэ Сон и остальными одноклассниками он неизменно держался сухо и отстранённо.

А со мной обращался хуже всего!

— Он всего лишь мой друг, причём навсегда им и останется!

— Надо же, ты всё-таки признала его другом. Вы так часто препираетесь, что я не могла понять, хорошие у вас отношения или всё-таки нет.

— Наверное, наши характеры просто плохо сочетаются.

Но что теперь поделать, если я уже успела к нему привязаться, пусть даже эта привязанность и выросла из постоянного раздражения?

Ю Чхэ Сон тихо рассмеялась, словно и без дальнейших объяснений всё поняла.

— Когда смотришь на вас со стороны, вы оба кажетесь забавными и милыми.

— Раз Дан Со Хёк кажется тебе милым, тебе явно пора проверить зрение и начать носить очки.

— Я говорю не о внешности, а о том, как вы себя ведёте.

Вот именно этого я и не могла понять! Как можно было считать милыми его бесконечно наглые и невоспитанные выходки?

«Может быть, Ю Чхэ Сон нравится вовсе не Так Ён Хо, а Дан Со Хёк?»

Впрочем, она почти никогда не заговаривала с Дан Со Хёком и даже не смотрела в его сторону. Кроме того, он был полной противоположностью тому типу мужчин, который обычно нравился Ю Чхэ Сон.

Я окончательно запуталась и решила пока больше об этом не думать.

— Почему ученики первого класса так долго не выходят?

— И правда, учитель что-то слишком затянул.

Мы с Ю Чхэ Сон одновременно посмотрели в сторону кабинета. Осторожно заглянув внутрь, я увидела учителя, который с серьёзным выражением лица что-то объяснял ученикам.

Неужели он сообщал им нечто важное?

Пока мы ждали в коридоре и разговаривали, ученики наконец начали выходить.

— Простите, вы ведь давно нас ждёте?

Так Ён Хо подошёл к нам с усталым лицом, крепко сжимая лямку рюкзака, а следом за ним с привычно бесстрастным выражением лица шёл Дан Со Хёк.

Вот же невоспитанный тип, который даже из обычной вежливости не догадался извиниться!

— У вас что-то случилось?

Ю Чхэ Сон обратилась к Так Ён Хо совершенно спокойно, без смущения в голосе и застенчивого выражения на лице.

«Мне казалось, что он ей нравится, но, возможно, я ошиблась?»

Она разговаривала с ним точно так же, как со мной, а Так Ён Хо тоже выглядел расслабленным и, похоже, совершенно не воспринимал её как-то особенно.

«Всё-таки в романтических делах я совершенно ничего не понимаю. Среди нашей четвёрки определённо никогда не появится ни одной пары!»

Мы направились по коридору к выходу, продолжая разговаривать по дороге.

— Похоже, недавно пропавшая в районе Эден девушка была знакомой нашего учителя.

— Что? Ты говоришь о том исчезновении, о котором сегодня написал в общем чате?

— Да, именно о нём. Учитель рассказал нам, каким способом её похитили, и велел соблюдать осторожность. Наверное, вскоре об этом предупредят и остальные классы.

— Пропавшая была его подругой?

— Нет, она дочь близкого ему старшего товарища. Говорят, это школьница примерно нашего возраста.

После ответа Так Ён Хо у меня невольно вырвался горестный вздох. Вслед за Ма Чхо Хэ пропала ещё одна школьница.

«Кто вообще похищает этих людей?»

Был ли виновник человеком или призраком, ничего хорошего он явно не замышлял, поэтому даже представлять судьбу пропавших было страшно, особенно после того, что я увидела в подземном аукционном зале.

«Только не говорите, что все находившиеся там люди были недавно пропавшими».

Впрочем, для этого их было слишком много.

Я не знала ответа, а дальнейшие размышления лишь сильнее портили мне настроение.

— Учитель прямо назвал произошедшее похищением? Я слышала, что большинство пропавших в районе Эден просто бесследно исчезали, стоило им оказаться вне поля зрения камер наблюдения.

Похоже, моё подавленное настроение отразилось на лице. Ю Чхэ Сон мельком посмотрела на меня, а затем сама задала Так Ён Хо вопрос, продолжив разговор.

— На этот раз обстоятельства сразу заставили подозревать похищение, поэтому полиция, насколько я понял, тоже ведёт расследование именно в этом направлении.

Так Ён Хо тоже украдкой взглянул на меня, и я поспешила привести выражение лица в порядок. Мне не хотелось заставлять друзей постоянно следить за моим состоянием.

— Похоже, девушка вместе с подругой направлялась в караоке, когда к ним подошла незнакомая женщина и попросила показать дорогу.

К двум школьницам, собиравшимся в караоке, обратилась незнакомая женщина. Поскольку перед ними был не мужчина, а сама она всего лишь попросила помочь ей найти дорогу, девушки наверняка не увидели причин настораживаться.

По словам Так Ён Хо, нужное место находилось недалеко, поэтому они даже открыли карту на телефоне и охотно согласились проводить женщину.

— Женщина выглядела беременной, поэтому девушки отнеслись к ней ещё внимательнее и, вероятно, совсем не предполагали, что им может угрожать какая-либо опасность.

Однако проблемы начались немного позднее, когда незнакомка пожаловалась на головокружение и опустилась на землю. Одна из растерявшихся школьниц побежала в ближайший магазин за водой, а вторая осталась рядом, чтобы поддержать женщину.

Они находились не в переулке, а на дороге среди жилых домов, однако поблизости не было магазинов, да и прохожие там почти не появлялись. Когда подруга торопливо вернулась с водой, и незнакомка, и оставшаяся с ней школьница уже бесследно исчезли.

— Я слышал, что прежние пропавшие сначала попадали в слепые зоны камер наблюдения, а затем исчезали, поэтому расследование почти не продвигалось. Но на этот раз камера засняла, как школьницу силой затолкали в стоявший рядом фургон.

— В фургон? Значит, женщину специально использовали, чтобы заманить девушек в безлюдное место, а жалобами на головокружение она просто тянула время?

— Похоже, полиция тоже придерживается этой версии.

Теперь становилось понятно, почему расследование сразу начали вести как дело о похищении и почему учитель решил предупредить учеников.

— Я слышала слухи о том, что похитители используют стариков или детей, чтобы заманивать людей в ловушку.

Теперь к ним добавились ещё и беременные женщины, и Ю Чхэ Сон нахмурилась, явно испытывая отвращение. Страшная история, которую прежде можно было принять за очередную городскую легенду, теперь действительно произошла в реальности.

— Я не знаю, поможет ли это в поисках ваших родственников, потому что обстоятельства отличаются от предыдущих исчезновений…

— Всё равно сначала нужно съездить туда и осмотреться.

Пока мы не разобрались в ситуации, было слишком рано решать, связаны ли эти происшествия, и после моих слов Так Ён Хо и Ю Чхэ Сон без колебаний кивнули.

— Эй, мелочь.

До этого момента Дан Со Хёк молчал, однако теперь наконец заговорил.

— Что тебе понадобилось?

— Прежде чем мы туда отправимся, тебе следует услышать ещё кое-что.

— О чём именно ты говоришь?

— Об описании женщины, которое дала оставшаяся школьница.

Дан Со Хёк кратко перечислил её приметы: чрезмерно худое тело, шляпа, из-под которой не выбивалось ни единой пряди волос, и резко выступавший живот, из-за которого девушку приняли за беременную.

«…Подождите».

— Тебе тоже кто-то пришёл на ум?

Женщина, которая передала брелок Чан Хён У…

Похоже, Дан Со Хёк подумал о том же самом, а Так Ён Хо сразу встревожился и начал расспрашивать, знакома ли нам эта женщина. У неё была настолько необычная внешность, что забыть её оказалось бы трудно.

«К тому же живот выступал не из-за беременности, а потому, что проклятие поместило туда голову её погибшего возлюбленного».

Стоило вспомнить увиденное тогда чудовищное зрелище, как по телу пробежал холод. В этот момент Ю Чхэ Сон внезапно подняла руку, пытаясь привлечь всеобщее внимание.

— Подождите, мне нужно кое-что сказать.

Она выглядела явно растерянной, когда после короткой паузы произнесла:

— …Кажется, я знаю эту женщину.

Такого заявления никто из нас не ожидал.

— Ты видела эту женщину во сне?

— Да, именно так. Сон был настолько мерзким и неприятным, что я всё время недоумевала, зачем мне вообще показывают подобное.

Увидев мою потрясённую реакцию, Ю Чхэ Сон слегка растерялась, а затем принялась вспоминать подробности.

— Какая-то женщина стояла в комнате перед большим зеркалом и приподнимала одежду, обнажая живот… А на её животе находилось мужское лицо.

Всё полностью совпадало с тем, что видели мы с Дан Со Хёком.

— Женщина смотрела на мужчину с такой ненавистью, что становилось страшно, и осыпала его ругательствами. Она говорила, что даже после смерти он будет мучиться вечно, а потом начала изо всех сил бить себя кулаком по животу, словно совершенно не чувствовала боли.

Однако её слова полностью противоречили тому, что эта женщина рассказывала нам.

— Она обращалась с ним так, словно мужское лицо вообще не являлось частью её собственного тела… Мужчина умолял сохранить ему жизнь и повторял, что раскаивается. Мне было противно на это смотреть, но во сне я почему-то не могла отвести взгляд. А потом женщина принесла нож.

Так Ён Хо испуганно ахнул и прикрыл рот рукой, поскольку даже по этому описанию уже можно было представить, что произошло дальше.

— И после этого она начала вонзать нож в лицо мужчины?

Ю Чхэ Сон спокойно кивнула.

— Она продолжала наносить удары до тех пор, пока он уже не смог даже просить о помощи. При этом сама женщина, похоже, совершенно не пострадала. Наоборот, она улыбалась так, словно вид изуродованного лица доставлял ей огромное удовлетворение.

Что всё это вообще означало?

— Когда она говорила с нами, то выставляла всё так, будто погибший бывший парень продолжает её мучить. Она жаловалась, что он шумит по ночам и рассказывает посторонним о её личной жизни, из-за чего постоянно ставит её в неловкое положение.

— Я тоже не знаю, где правда, потому что это был всего лишь сон. Однако, судя по увиденному, именно женщина убила этого мужчину.

Ю Чхэ Сон тяжело вздохнула и продолжила:

— И, похоже, именно она загадала брелоку желание, чтобы запереть мужчину внутри собственного тела.

В подобное невозможно было поверить, и никакого здравого объяснения происходящему не находилось. Зачем ей понадобилось делать нечто подобное?

Если она настолько ненавидела бывшего парня, что желала ему смерти, значит, даже видеть его не хотела. Тогда зачем было намеренно оставлять его навечно соединённым с собой?

Пока мы следовали за Так Ён Хо, на улицах не встретилось ни одного прохожего. Спустя некоторое время после того, как мы отошли от школы, вдали показалась больница «Эден», где всё ещё находился Чан Хён У.

— Зачем, зачем она могла так поступить? По твоему рассказу кажется, что она невероятно сильно ненавидела того мужчину.

Так Ён Хо едва не плакал от полного непонимания, однако едва ли кто-нибудь из нас мог знать настоящую причину.

— Нам нужно пройти мимо кафе, и тогда мы окажемся на месте! Оно называется «Пхиорым»!

Кафе «Пхиорым».

Женщина, с которой мы встретились в прошлый раз, тоже направляла нас куда-то неподалёку отсюда.

— Неужели она чаще всего действует именно в этом районе?

— Похоже на то. Возможно, она даже живёт где-то поблизости.

Согласившись с предположением Дан Со Хёка, я огляделась. Многоквартирных домов вокруг не было, лишь улицы с частными домами, совсем недалеко от которых располагалось кафе «Пхиорым».

Я мельком заглянула внутрь и увидела молодого владельца в аккуратном коричневом фартуке, который неторопливо готовил кофе. Эта спокойная картина совершенно не вязалась с дурной славой района Эден.

[Дитя.]

Пока я рассеянно наблюдала за владельцем кафе, послышался голос Милли.

«Если я сейчас ему отвечу, Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо наверняка решат, что со мной что-то не так».

Я украдкой посмотрела на Дан Со Хёка, однако по его невозмутимому выражению было ясно, что он снова ничего не слышит.

[Не ходи туда.]

Куда именно он запрещает мне идти?

[Там опасно.]

Опасно.

Милли помог нам справиться с призраком брелока, спас меня во время игр на побег из комнат и даже вернул отрезанные пальцы, поэтому такое предупреждение от него нельзя было оставлять без внимания.

— Ребята, посмотрите! Вон та женщина впереди… Разве это не та самая, о которой мы только что говорили?!

Так Ён Хо указал куда-то вдаль, и удалявшаяся фигура действительно соответствовала услышанному описанию.

Когда женщина начала скрываться из виду, растерявшийся Так Ён Хо поспешно побежал следом, а Ю Чхэ Сон устремилась за ним. Увидев, что Дан Со Хёк тоже направился туда широкими шагами, я уже собиралась последовать за остальными, но в этот момент из переулка внезапно протянулась рука и крепко зажала мне рот.

Я отчаянно замахала руками, пытаясь привлечь внимание Дан Со Хёка, однако не смогла издать ни звука и оказалась совершенно беспомощна.

Неужели человек может обладать такой чудовищной силой?

Голос Милли больше не раздавался, а похититель прижал к моим носу и рту платок, который держал в руке. От ткани исходил слабый и странный запах.

«Проклятье».

Сознание начало стремительно мутнеть.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

«Вот же…»

Почему в последнее время я так часто теряю сознание? Подобное вообще не должно происходить настолько регулярно.

Я медленно моргнула и осторожно осмотрелась.

«Неужели я нахожусь в багажнике автомобиля?»

Теперь становилось понятно, почему мне было так тесно и душно. Впрочем, можно было считать удачей уже то, что после пробуждения я оказалась не в аукционном зале и не на операционном столе.

Между зубами у меня была зажата верёвка, служившая кляпом.

«Неужели это сделал человек?»

Призраку вряд ли понадобилось бы связывать меня обычным физическим способом, хотя полной уверенности в этом у меня всё равно не было.

«Милли, Вы здесь?»

Поскольку говорить я не могла, то мысленно позвала призрака-спасителя, надеясь, что он меня услышит.

[Я рядом.]

Ответ прозвучал сразу, словно Милли только и ждал моего обращения. В багажнике было слишком темно, поэтому увидеть его я не могла, однако он определённо находился поблизости, и одного этого оказалось достаточно, чтобы напряжение немного ослабло.

«Какой смысл предупреждать меня только словами „не ходи“? Нужно было сказать, что кто-то собирается напасть на меня из соседнего переулка!»

[До чего же ты бесстыдна.]

«Но ведь я говорю правду. Вы и на этот раз поможете мне выбраться отсюда?»

Ответа не последовало, и я невольно задумалась, неужели он действительно не собирался помогать. Возможно, Милли вмешивался только тогда, когда я сталкивалась с призраками во время поисков младшего брата, а сейчас бездействовал, потому что меня похитил человек.

«Никак не могу понять, добрый он призрак или всё-таки злой».

[Добрых призраков не существует.]

[Существа, которые из-за своих сожалений и привязанностей не способны покинуть мир живых, не могут быть по-настоящему добрыми.]

«Я ведь сейчас не обращалась к Вам, а просто подумала про себя…»

Возникло неловкое чувство, словно я высказала неприятные мысли прямо ему в лицо. Пока я мысленно вздыхала, снова послышался голос Милли.

[Определённые ограничения не позволяют мне помогать тебе каждый раз.]

«Что это за ограничения? Именно поэтому Вы не смогли сразу спасти меня во время игр на побег из комнат?»

[Тогда мне просто было интересно, как долго продержится твоя самонадеянная смелость.]

Он позволил отрезать мне пальцы исключительно из такого любопытства? Что у него вообще за характер… Вернее, как это называется у призраков?

Впрочем, я сама решила пойти туда ради поисков Ма Чхо Хэ и получила последствия собственного выбора, поэтому обвинять Милли всё равно не собиралась.

[Ограничения, которым я подчиняюсь, я раскрыть не могу.]

«Как много у Вас секретов, господин призрак-спаситель».

[Милли.]

«Хорошо, буду называть Вас Милли. Значит, сейчас Вы не сможете помочь мне выбраться?»

[Именно так.]

«Тогда Вы хотя бы можете посмотреть, кто находится в автомобиле и что происходит снаружи?»

[Как ты и предполагала, за рулём находится та самая женщина, и больше в машине никого нет.]

«Неужели она похитила меня совершенно одна? Но человек, который схватил меня, был невероятно сильным… А эта женщина выглядела настолько худой, что я, наверное, смогла бы одолеть её в драке. Здесь что-то не сходится».

Пусть я была меньше большинства ровесников, женщина, состоявшая почти из одних костей, всё равно не смогла бы без усилий поднять меня. Как такая худая женщина могла полностью обездвижить сопротивляющуюся школьницу?

[Потому что в неё вселился призрак.]

«Вы говорите о призраке, жившем в брелоке? Но разве мы не уничтожили его?»

Я всё ещё отчётливо помнила чудовищный крик, раздавшийся после того, как я пронзила брелок кинжалом Милли.

«Неужели призрак брелока всё ещё существует?»

После того случая Ю Чхэ Сон вернулась к обычному состоянию, а призрак больше не появлялся, поэтому я была уверена, что с ним покончено.

[Я обязательно вернусь, чтобы убить тебя.]

В памяти всплыли проклятые слова, от которых всё внутри выворачивало от отвращения.

«Значит, когда он говорил, что вернётся…»

Что произойдёт, если мы снова встретимся? Он наверняка захочет отомстить мне, ведь именно я нанесла ему непосредственный вред.

[Успокойся.]

Я вся задрожала и крепко зажмурилась, а в этот момент чья-то ладонь начала медленно и успокаивающе поглаживать меня по спине.

[Пока здесь нет никого, кто способен причинить тебе непосредственный вред.]

Неужели он хотел сказать, что по крайней мере не позволит мне погибнуть?

Я постепенно успокоила дыхание, но внезапно автомобиль остановился. Послышался звук открывшейся двери, после чего чьи-то шаги начали приближаться к багажнику.

«М-Милли, пожалуйста, спасите меня!»

[Пока тебе ещё никто не причиняет вреда.]

Но ведь этот человек приближался именно для того, чтобы его причинить!

Я не могла закричать и лишь широко распахнула глаза, наблюдая, как крышка багажника медленно поднимается.

— Мы ведь уже встречались, не так ли?

Прежняя владелица брелока приветливо улыбалась мне, словно была искренне рада новой встрече.

На ней по-прежнему была одежда, полностью скрывавшая тело, а шляпа была глубоко надвинута на лицо. Впрочем, теперь женщина укуталась ещё тщательнее, чем прежде, надев шарф и перчатки, совершенно не соответствовавшие погоде, из-за чего её облик казался ещё более зловещим.

— Я очень хотела снова тебя увидеть.

Однако сильнее всего потрясало её лицо, которое было сплошь покрыто надписями и выглядело совершенно чёрным, точь-в-точь как лицо призрака брелока.

— Вообще-то в прошлый раз я тоже ждала тебя, потому что ты обещала прийти одна, но вместо этого появилась вместе с каким-то странным мальчишкой.

С лёгким возгласом женщина без труда подхватила меня и подняла с земли.

«Ч-что это такое? Неужели обычный человек действительно способен обладать подобной силой?»

Даже взрослому мужчине было бы трудно с такой лёгкостью поднять меня, словно обычную куклу.

Кляп по-прежнему не позволял мне заговорить, поэтому я лишь тревожно смотрела на женщину.

«В прошлый раз её лицо выглядело совершенно иначе, так почему теперь оно стало таким? Неужели это произошло под влиянием призрака брелока?»

Возможно, именно поэтому она и старалась скрыть одеждой почти всё тело. Если её кожа и правда покрылась такими же густыми чёрными письменами, как у того призрака, зрелище должно было быть по-настоящему жутким.

— Ах, прости, я совсем забыла, что закрыла тебе рот. Просто мне было бы неудобно, если бы ты начала кричать.

Когда женщина усадила меня на пол, я почувствовала под собой шершавую землю. Пока она развязывала верёвки, я старательно осматривалась по сторонам, переводя взгляд с одного места на другое.

«Неужели это лес?»

Неужели за то время, пока я находилась без сознания, она успела так далеко уехать из города? Во всём происходящем ощущалось что-то неправильное.

— Теперь всё готово.

После этих слов женщина сняла верёвку, служившую кляпом. Потирая саднившие уголки губ, натёртые грубой верёвкой, я осторожно спросила:

— Почему Вы привезли меня сюда?

— Меня тоже попросили это сделать.

Её руки быстро сматывали верёвки, словно она собиралась как можно скорее покинуть это место.

Что всё это значило? Разве она привезла меня в безлюдный лес не для того, чтобы причинить мне вред? Невозможность предугадать её дальнейшие действия пугала ещё сильнее.

— Что значит «попросили»? Кто именно Вас попросил и зачем?

— Мне пообещали, что тогда надписи на моём лице снова удастся скрыть.

Женщина широко ухмыльнулась и указала на собственное лицо.

— Оно ведь выглядит отвратительно?

— Я…

— Ха-ха, похоже, ты совсем не умеешь лгать. Впрочем, если даже мне самой противно каждый раз смотреться в зеркало, то остальным и подавно.

Я так и не нашлась с ответом.

— Надписи постепенно распространяются по всему телу, точь-в-точь как у призрака, обитавшего в брелоке. Знаешь, почему это происходит?

— Почему с Вами происходит нечто подобное?

— Потому что убитый тобой призрак пытается возродиться, снова присосавшись к моему телу.

На одно мгновение поверх лица женщины проступил облик призрака брелока. Испугавшись, я резко отшатнулась и опёрлась руками о землю, а женщина громко расхохоталась, выглядя при этом совершенно безумной.

— И зачем ты вообще совершила такую ненужную глупость, создав мне столько неприятностей? Я ведь тоже совсем не хочу, чтобы он возвращался подобным образом.

— Вы разве не знаете, почему это происходит именно с Вами?

— Возможно, потому что я дольше всех находилась рядом с ним. А может быть, потому что постоянно подсовывала ему детей, которых можно было использовать в качестве живых жертв.

— Каких ещё живых жертв?

— Таких, как твой друг, который, кажется, оказался в больнице.

Она говорила о Чан Хён У.

— Какая досада. Если бы он немного чаще загадывал желания и сильнее полагался на брелок, то теперь в таком состоянии оказалась бы не я, а он.

— Как Вы вообще можете такое говорить?! Из-за Вас мой друг едва не погиб, упав с крыши!

— Неужели ты до сих пор не понимаешь, что лёгкая смерть была бы для него ещё большей удачей?

Собрав верёвки и бросив их в багажник, женщина беззаботно принялась напевать себе под нос. Когда она направилась к водительскому сиденью, меня охватила тревога.

— Куда Вы собираетесь? А что будет со мной? Это ведь Вы специально привезли меня сюда!

— Я уже сказала, что всего лишь выполнила чужую просьбу.

— Тогда чью именно просьбу Вы выполняли?

— Да что же такое.

Женщина, до этого говорившая почти легкомысленно, поставила ногу на порог автомобиля и обернулась. Теперь она смотрела на меня сверху вниз с пугающе бесстрастным лицом.

— Перестань ныть. С чего ты решила, что я обязана отвечать на каждый твой вопрос? Можешь спокойно умереть или в конце концов превратиться в нечто такое же, как я.

Какая нелепая наглость. Она сама похитила и привезла меня сюда, а теперь говорила так, словно я не имела права даже задавать вопросы.

— Впрочем, раз уж именно я тебя доставила, могу в качестве дополнительной услуги дать одну подсказку.

Женщина села в машину и опустила стекло, а на её лице снова появилась кривая усмешка.

— Вспомни место, где мы с тобой встретились.

Она говорила о переулке рядом с кафе «Пхиорым»?

Стекло снова поднялось, после чего автомобиль стремительно уехал и вскоре скрылся из виду, оставив меня в полной растерянности.

— Что вообще происходит…

Тихо пробормотав это, я тревожно огляделась. Я опасалась, что поблизости могут скрываться какие-нибудь странные люди, однако вокруг не ощущалось ничьего присутствия, и всё же на всякий случай я поднялась и осторожно двинулась вперёд.

К счастью, земля была мягкой, поэтому на ней сохранились следы автомобильных колёс.

«Если идти по ним, я наверняка выберусь на большую дорогу».

Там можно будет вызвать такси или встретить кого-нибудь и попросить о помощи.

Продолжая медленно идти, я достала телефон. Сеть здесь ловила, а значит, я находилась не за пределами зоны действия связи. В конце концов, в наше время всё не могло быть настолько безнадёжно!

Обрадовавшись, я поспешно набрала номер 112.

/Соединение установить не удалось. Вызов будет перенаправлен на голосовую почту./

«Что происходит?»

Тогда я набрала 119.

/Абонент разговаривает. После звукового сигнала оставьте голосовое сообщение./

«Почему звонок не проходит?»

С экстренными номерами такого происходить не должно, однако результат не изменился даже тогда, когда я попыталась позвонить родным, Дан Со Хёку и остальным друзьям.

«Получается, от телефона всё равно нет никакой пользы».

Может быть, хотя бы сообщение удастся отправить? Уцепившись за эту слабую надежду, я написала друзьям, однако на экране бесконечно оставалась лишь надпись о том, что сообщение всё ещё отправляется.

«Проклятье!»

Я раздражённо уставилась на телефон, а затем снова посмотрела под ноги.

«Подождите, куда исчезли следы?»

На земле больше не было отпечатков автомобильных колёс, поэтому я поспешно осмотрелась, недоумевая, неужели успела сбиться с пути за те несколько мгновений, пока смотрела на экран. Однако деревья росли настолько густо, что машине здесь просто негде было свернуть, а ширины прохода едва хватало, чтобы один автомобиль мог проехать прямо.

«Тогда почему следы исчезли?»

Я поспешно направилась обратно, чувствуя, что происходящее совершенно не соответствует здравому смыслу. Куда могли пропасть отпечатки колёс?

— Почему, почему они исчезли…?

Тяжело дыша, я добежала до места, где женщина высадила меня из машины. На земле по-прежнему оставались следы от того, как я сидела, а также отпечатки ладоней, которыми я опёрлась о почву, испуганно отшатнувшись назад, но следов автомобильных колёс, находившихся рядом, больше не было.

Именно тогда прямо у меня на глазах начали исчезать даже те следы, которые оставила я сама.

«Такого просто не может быть!»

Игры на побег из комнат изначально проходили в нереальном пространстве, поэтому любые странности там казались частью происходящего, однако что тогда случилось сейчас?

«Это ведь настоящий мир, так как здесь может происходить нечто подобное?»

Может быть, я незаметно для себя ещё раз потеряла сознание? Я сильно ущипнула себя за щёку и почувствовала отчётливую боль.

«Что же здесь на самом деле происходит?»

Я не знала дороги, а без следов автомобильных колёс могла так и не найти выхода к большой трассе, поэтому поспешно развернулась, собираясь пройти дальше в том направлении, откуда только что вернулась, однако сразу остановилась.

— Ха… ха-ха…

Тропа, по которой ещё недавно мог проехать автомобиль, исчезла, а теперь вокруг меня вплотную друг к другу росли густые деревья.

«Неужели призрак морочит мне голову?»

Возможно, именно так всё и было. Я посмотрела на телефон и, убедившись, что день ещё не закончился, поняла, что должна найти выход из леса до наступления темноты.

В этот момент рядом показались военные сапоги. Возможно, Милли решил появиться, увидев, что я окончательно растерялась, и я, словно только этого и ждала, сразу обратилась к нему:

— Милли, что мне теперь делать? Вы случайно не видите, в какую сторону нужно идти, чтобы выбраться из леса?

[Не вижу.]

— Не отвечайте так категорично, а лучше подумайте вместе со мной. Мы ведь не можем оставаться здесь бесконечно.

[Это верно.]

[Однако сначала тебе следует посмотреть туда.]

Туда?

Я подняла голову и посмотрела в указанную сторону. Вдалеке медленно брела какая-то женщина, двигаясь тяжёлыми и бессильными шагами. Сначала я вздрогнула, решив, что это призрак, однако цвет её кожи и тихий звук шагов подсказывали, что она всё ещё жива.

— Она человек?

Опасаясь, что женщина может услышать, я произнесла вопрос едва слышным шёпотом.

[Да, она человек.]

— Тогда, может быть, я смогу попросить её о помощи…

[Она находится в том же положении, что и ты.]

[Эта женщина тоже привязана к этому месту.]

[Только она провела здесь гораздо больше времени.]

Что это означало? Я нахмурилась, не понимая его слов, а тем временем женщина подошла к дереву, с ветви которого свисала привязанная верёвка.

Однако форма верёвки выглядела как-то странно…

Я едва успела зажать рот ладонью, не позволив крику вырваться наружу. На конце верёвки была затянута большая круглая петля, точно подходившая для человеческой головы, и женщина без малейших колебаний просунула в неё лицо.

После этого она начала отчаянно биться всем телом, не издав при этом ни единого крика. Я не знала, сколько времени прошло, но в конце концов её судороги внезапно прекратились, а руки и ноги бессильно обмякли.

«Неужели она действительно умерла?»

Наверное, я была слишком потрясена. Мне следовало подбежать и проверить, можно ли ещё помочь женщине, однако ноги не двигались, словно кто-то крепко удерживал их на месте.

Внезапно в памяти всплыла одна надпись, будто неизвестный намеренно подсказывал мне ответ. Это было название сообщения, которое я увидела, когда впервые зашла в , пытаясь найти младшего брата.

(+44)

«Если вспомнить, женщина, которая только что уехала, тоже велела мне кое-что не забывать».

Она сказала вспомнить место нашей первой встречи, и я решила, что речь шла о переулке, где мы действительно встретились лицом к лицу.

«Но что, если она имела в виду сам сайт?»

Тогда неужели повесившаяся женщина была автором того сообщения о повторяющемся сне?

Не зная, что предпринять, я, дрожа, отступила назад.

— Ах…

Что-то странное легонько коснулось моей щеки.

[Не смотри.]

Однако тело уже успело отреагировать раньше, чем Милли попытался меня остановить, и я невольно повернула голову, увидев человеческие ноги, неподвижно висевшие над землёй.

Мне нельзя было поднимать взгляд выше, ни в коем случае нельзя было смотреть наверх, потому что там должно было висеть тело женщины, которая только что умерла.

«М-мне страшно».

Это был совершенно иной страх, не похожий на тот, который я испытывала при столкновении с человеком, намеревавшимся причинить мне вред, или с призраком, одним своим видом внушавшим ужас. Сейчас я боялась увидеть перед собой настоящий человеческий труп.

«Участники, погибавшие во время игр на побег из комнат, были непонятными существами, о которых невозможно было сказать наверняка, люди они или призраки».

Однако Милли прямо подтвердил, что ноги, висевшие сейчас передо мной, принадлежали живому человеку, а пространство вокруг тем временем продолжало беспрестанно меняться.

Я торопливо опустила голову как можно ниже и дрожащим голосом обратилась к Милли:

— П-пожалуйста, помогите мне, Милли, потому что я хочу выбраться отсюда…

Мой голос дрожал настолько жалко, что мне было почти стыдно его слышать. На земле, в которую я неотрывно смотрела, начали постепенно проступать полупрозрачные военные сапоги.

Их обладатель повернулся и пошёл вперёд, словно велел мне следовать за ним.

Милли ничего не произнёс, поэтому я медленно двинулась следом, не отрывая взгляда от его сапог. С каждым шагом окружающий пейзаж резко менялся, расплываясь перед глазами неясными пятнами.

Позади зашелестела листва, а затем послышались шаги, словно кто-то следовал за нами.

[Что бы ни произошло, не оборачивайся.]

У меня и без того не хватило бы смелости посмотреть назад.

[Иди медленно и продолжай двигаться только вперёд.]

Я поспешно закивала, полностью полагаясь на слова Милли.

[Продолжай идти прямо.]

— Что это?..

Однако ничего подобного я предугадать не могла.

Единственное существо, которому я могла доверять в сложившейся ситуации, привело меня к месту, где прямо перед глазами внезапно разверзлась пропасть.

— Милли, куда Вы меня привели?

Передо мной простирался настолько глубокий обрыв, что его дна невозможно было разглядеть, а само существование подобного места посреди леса казалось совершенно необъяснимым.

Ноги Милли зависли над пустотой. Я торопливо подняла голову и убедилась, что передо мной действительно стоял именно он.

На меня смотрело красивое и, как всегда, совершенно бесстрастное лицо.

[Продолжай идти вперёд.]

— Н-нет, я не пойду! Передо мной пропасть, так куда ещё Вы предлагаете двигаться?

Я стояла настолько близко к краю, что ещё один шаг неизбежно привёл бы к падению. Земля под ногами выглядела ненадёжной и словно могла осыпаться в любую секунду.

Я попыталась отступить, но Милли внезапно протянул руку.

— Подождите, что Вы делаете?!

Большая ладонь сомкнулась на моём запястье, после чего он одним движением потянул меня вниз с обрыва.

Я резко зажмурилась и судорожно втянула воздух, однако ни удара, ни ощущения падения так и не последовало. Под ногами по-прежнему находилась твёрдая земля, а пустота никуда меня не затягивала.

«Что произошло?»

Я осторожно открыла глаза.

«Здесь не было никакой пропасти?»

Вокруг снова стоял лес. Хотя прежние следы исчезли, я сразу поняла, что вернулась именно туда, где женщина высадила меня из машины.

— Милли, что только что произошло?

Мне хотелось прямо спросить, почему он столкнул меня с обрыва, однако я так и не решилась произнести эти слова и лишь молча смотрела на него.

Милли скрестил руки на груди и, ничего не объясняя, перевёл взгляд в сторону.

— Ах…

Там снова находилась та самая женщина, причём выглядела она точно так же, как при нашей первой встрече.

Она медленно брела вперёд с усталым и потухшим лицом. Если никто её не остановит, женщина, вероятно, вновь подойдёт к дереву и повесится.

— Когда Вы сказали, что она уже давно заперта здесь, то имели в виду именно это?

[Для этой женщины всё происходящее является сном.]

[Каждый день она повторяет в нём одни и те же действия, независимо от собственного желания.]

— Значит, она даже не осознаёт, что снова и снова делает с собой подобное?

[Именно так.]

Невыносимо было даже представить, что ей приходилось бесконечно видеть один и тот же мучительный сон против собственной воли.

Я всё ещё не знала наверняка, была ли эта женщина автором того сообщения.

«Но что, если моя догадка верна?»

Почему я оказалась внутри её сна и в какой момент вообще сюда попала?

«Прежняя владелица брелока говорила, что кто-то попросил привезти меня сюда».

Какая связь могла существовать между мной и сном незнакомой женщины?

Я посмотрела на Милли.

— Когда Вы потянули меня с обрыва, то на самом деле пытались помочь, верно?

Он не ответил, однако теперь я уже понимала, что его молчание означает согласие.

Тем временем женщина заметила ветку с привязанной к ней верёвкой, и, наблюдая за ней, я продолжила:

— Если она снова умрёт, всё, вероятно, повторится точно так же.

[Поступай так, как считаешь нужным.]

[Действуй так же, как действовала до сих пор.]

— Но я ведь даже не понимаю, что должна делать…

[Я всё равно не способен вмешаться напрямую.]

[Я могу оказать лишь незначительную помощь, когда возникает непосредственная угроза твоей жизни.]

Значит, Милли увёл меня к иллюзорной пропасти потому, что вид тела повешенной женщины мог каким-то образом меня убить.

Он велел поступать так, как я сама считаю правильным.

В подобной нереальной ситуации не существовало готового ответа, особенно если учесть, что в оригинальном романе такого эпизода вообще не было.

«Чтобы выжить, нужно думать и действовать».

Я уже оказалась втянута в происходящее, потому что увидела смерть женщины. Возможно, всё сложилось бы иначе, если бы я с самого начала её не заметила, однако именно Милли намеренно посоветовал мне посмотреть в ту сторону.

«Наверное, потому, что простое бегство от проблемы ничего не решит».

В таком случае следовало попробовать другой подход.

Сейчас самым разумным казалось помешать женщине умереть.

«Если к самоубийству её подталкивает призрак, он может попытаться остановить меня или причинить вред».

Мне было страшно, однако, если нечто действительно начнёт мне препятствовать, это подскажет направление дальнейших действий. С большой вероятностью именно то, чему противился призрак, мне и следовало сделать.

— Подождите, пожалуйста!!

Я громко закричала и замахала руками. Застывшие от страха ноги наконец начали двигаться, и я почти бегом устремилась к женщине.

— Вы слышите меня?!

Она продолжала идти, не обращая на мой голос никакого внимания. Увидев, как женщина протягивает руку к верёвке, я заставила себя бежать ещё быстрее.

— Пожалуйста, остановитесь!!

До чего же тяжело!

Мне казалось, что воздух уже не проникает в лёгкие. С трудом добравшись до женщины, я торопливо схватила её за руку и не позволила продолжить.

Я боялась, что повернувшееся ко мне лицо окажется чудовищным и обезображенным, однако женщина выглядела совершенно обычно.

Её лицо было усталым и подавленным, но черты оставались аккуратными и приятными. На вид ей можно было дать от тридцати пяти до сорока лет.

Встретившись со мной взглядом, она медленно моргнула. Рука, которую я удерживала, была тёплой.

— Вы слышите мой голос?

Я обратилась к ней как можно осторожнее.

— Ах…

В мутных и отрешённых глазах женщины постепенно появился проблеск сознания.

— Где я нахожусь?..

— Я и сама не знаю. Мне лишь показалось, что Вы собираетесь совершить нечто опасное, поэтому я решила Вас остановить.

— Совершить нечто опасное?

Женщина медленно перевела взгляд на верёвку, свисавшую с ветви.

— Почему это снова происходит?..

Увидев петлю, она задрожала всем телом, словно осиновый лист.

— Неужели я наконец попыталась покончить с собой уже в реальности?

Слово «наконец» прозвучало странно. Кроме того, раз женщина заговорила о реальности, она, по всей видимости, понимала, что обычно видит сон.

— Я не совсем понимаю, что Вы имеете в виду, но это место, скорее всего, не является реальностью…

— Неужели это снова сон?

Женщина внезапно схватила меня за руки.

— Это действительно сон? И Вы остановили меня, хотя всё происходит во сне?

Её лицо озарилось неподдельным восторгом. Я растерялась, не успевая следить за столь резкой переменой настроения, а женщина счастливо рассмеялась.

— Благодарю Вас, огромное Вам спасибо!

Её смех напоминал радость человека, окончательно утратившего рассудок.

— Спасибо за то, что забрали мой сон!

«Что она сказала?»

Всё произошло за одно мгновение: тело женщины рассыпалось в воздухе, словно мираж, а затем бесследно исчезло.

«Что это вообще означает?»

Я ошеломлённо открывала и закрывала рот, совершенно не понимая, что только что произошло, однако уже в следующий миг ноги начали двигаться сами по себе, направляя меня к той самой петле, к которой прежде шла женщина.

[Тебя обманули.]

Голос Милли постепенно отдалялся, а сознание мутнело, пока в нём не осталось ничего, кроме верёвки. Навязчивый приказ снова и снова звучал в голове, словно меня медленно лишали собственной воли.

«Немедленно просунь шею в эту петлю. Сама оборви собственное дыхание».

Неужели совсем недавно женщина находилась в таком же состоянии?

Тело больше мне не подчинялось, а верёвка медленно опускалась навстречу. Я не успела понять, удлиняется ли она сама или к земле склоняется ветка, и, не произнеся ни слова, просунула голову в круглую петлю.

В ту же секунду верёвка резко натянулась и рванула меня вверх, сдавив горло настолько сильно, что я не смогла даже закричать. Сквозь стремительно мутнеющее сознание я с трудом подняла голову и посмотрела перед собой.

«Что это?..»

На деревьях висело множество человеческих тел, и все они одновременно подняли головы, уставившись прямо на меня.

Я инстинктивно поняла, что теперь именно мне предстояло занять место женщины и бесконечно переживать одну и ту же смерть.

На лицах всех повешенных была я сама.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

Тем временем Дан Со Хёк смотрел вслед остальным, которые словно зачарованные бежали впереди.

Было довольно странно видеть, насколько естественно он начал проводить время в их компании.

«У меня ведь нет времени на подобные прогулки».

Он вспомнил дни, когда отчаянно метался из одного места в другое, пытаясь найти хотя бы малейшую зацепку о пропавших родителях.

По сравнению с тем временем сейчас всё складывалось чрезмерно спокойно. Ему не следовало тратить драгоценные часы на неспешное общение со сверстниками.

Так почему же он всё равно находился рядом с ними?

«Потому что невозможно предугадать, какие перемены принесёт присутствие Ма Чхо Ён».

Дан Со Хёк лишь решил, что эта непредсказуемая перемена может однажды привести его к сведениям о родителях.

Он уже несколько раз возвращался в прошлое, однако Ма Чхо Ён появилась в его жизни впервые, поэтому, возможно, на этот раз действительно стоило немного изменить привычный способ действий.

Если это не принесёт никакого результата, он всегда сможет снова продолжить поиски в одиночку.

«Подождите, куда она пропала?»

В какой-то момент Дан Со Хёк заметил, что шагов позади больше не слышно, и резко обернулся.

Ма Чхо Ён нигде не было.

— Ма Чхо Ён, ты где?

Ответа не последовало, однако Дан Со Хёк достаточно хорошо знал её характер и понимал, что такими вещами она никогда не стала бы шутить.

Он вернулся к тому месту неподалёку от кафе «Пхиорым», где видел её в последний раз, и заметил лежавшую в пустом переулке небольшую записку. Медленно наклонившись, Дан Со Хёк поднял её и развернул.

Он сразу понял, что означали эти слова.

«Во что она опять умудрилась ввязаться?»

Из груди вырвался искренний и тяжёлый вздох, однако ноги уже сами понесли его вперёд.

Сможет ли он действительно без сожаления оставить Ма Чхо Ён, если позднее выяснится, что её присутствие не принесло никаких полезных результатов?

Вероятнее всего, уже не сможет.

— Со Хёк, что-то случилось?

Заметив, что Дан Со Хёк больше не идёт следом, Так Ён Хо вернулся к нему и с беспокойством задал этот вопрос.

Когда Дан Со Хёк повернул голову, Ю Чхэ Сон, шедшая рядом с Так Ён Хо, сразу же пояснила:

— У той женщины совпали только внешние приметы.

Похоже, она решила предупредить его заранее, чтобы он не подумал, будто они вернулись, даже ничего не проверив. Мысленно отметив ясность и собранность Ю Чхэ Сон, Дан Со Хёк перевёл взгляд на них обоих.

— Ма Чхо Ён исчезла.

— Как это исчезла?! Вы ведь только что были вместе!

— Я опередил её всего на несколько шагов, чтобы догнать вас, но за это короткое время она успела пропасть.

— Но это же… Получается, она стала ещё одной из тех пропавших!

Так Ён Хо произнёс это, побледнев от ужаса, поскольку ситуация и правда напоминала обстоятельства, при которых в последний раз видели людей, исчезнувших в районе Эден.

От одной мысли о том, что его подруга тоже могла пропасть, Так Ён Хо начал заметно дрожать, однако взгляд Ю Чхэ Сон уже переместился на другой предмет.

— Что это у тебя в руке?

Несмотря на то что именно она была ближе всех к Ма Чхо Ён, Ю Чхэ Сон прежде всего попыталась спокойно разобраться в произошедшем.

Дан Со Хёк подумал, что из всей их четвёрки именно она, вероятно, больше остальных похожа на него, после чего протянул найденную записку.

Увидев надпись «Помоги мне», Ю Чхэ Сон заметно изменилась в лице.

— Это… почерк Чхо Ён.

— Что?! Значит, Чхо Ён успела оставить просьбу о помощи, а потом исчезла?

— Едва ли. Если бы у неё оставалось время написать записку, она могла бы закричать или хотя бы каким-нибудь шумом привлечь наше внимание.

— Да, в этом ты прав.

После холодного замечания Дан Со Хёка Так Ён Хо сразу согласно кивнул.

— Я тоже так думаю. Однако заранее приготовить такую записку она тоже не могла, поэтому ясно одно: произошло нечто совершенно ненормальное.

Ю Чхэ Сон нахмурилась и, вернув записку Дан Со Хёку, внимательно заглянула в переулок.

— Здесь нет камер наблюдения, поэтому даже обращение в полицию, скорее всего, мало чем поможет.

Дан Со Хёк придерживался того же мнения.

— Тем более с самого начала это совершил не человек.

— Ты хочешь сказать, что за этим стоит призрак?

Ю Чхэ Сон нахмурилась ещё сильнее.

— Я и сама уже пострадала от призрака, но мне всё равно трудно поверить, что даже вся эта череда похищений могла быть устроена потусторонним существом, ведь пропавших уже так много.

— До случившегося ты вообще не верила в существование призраков?

— Совершенно не верила. Если бы я не столкнулась с ними лично, то, вероятно, продолжала бы всё отрицать до самого конца.

Она медленно вздохнула и тихо пробормотала, что об учёбе на сегодня можно забыть, после чего повернула голову к Дан Со Хёку.

— Давайте найдём женщину, которая передала брелок Чан Хён У.

Достав телефон и открыв приложение с заметками, Ю Чхэ Сон принялась быстро вносить туда сведения, а Дан Со Хёк и Так Ён Хо непонимающе склонили головы.

— Во сне я находилась в самой обычной комнате, однако из окна тоже кое-что было видно.

Красные кирпичи, общественная баня и треснувшее окно.

— Из того места, где я стояла, окно попадало в поле зрения.

— Ты видела вывеску общественной бани?

— Да, хотя название закрывала стена. Однако я точно помню белую вывеску с красными буквами.

— Но найти нужное место, зная лишь то, что рядом находится общественная баня, будет слишком сложно.

После слов Так Ён Хо Ю Чхэ Сон без возражений кивнула, однако продолжала смотреть на Дан Со Хёка.

Понятно, она предлагала сопоставить все имевшиеся у них сведения.

— Мы связались с ней через Сообщество городских легенд, а затем встретились в этом переулке.

Дан Со Хёк указал на то самое место, где, предположительно, исчезла Ма Чхо Ён.

— Она сказала, что кафе «Пхиорым» находится недалеко от её дома, поэтому мы и пришли сюда.

Теперь все трое посмотрели на расположенное рядом с переулком кафе.

Кафе «Пхиорым».

— …Тогда велика вероятность, что общественная баня тоже находится где-то поблизости.

Пробормотав это, Ю Чхэ Сон убрала телефон в карман и без малейших колебаний вошла внутрь. Так Ён Хо удивлённо проводил её взглядом и тихо произнёс:

— Мне казалось, что Ю Чхэ Сон всегда действует очень осторожно, однако, похоже, иногда она сначала бросается вперёд и лишь потом начинает размышлять.

— В этом подруги похожи друг на друга.

— Ты говоришь о Чхо Ён?

Дан Со Хёк кивнул, а Так Ён Хо, не сумев с ним поспорить, лишь неловко улыбнулся, после чего они вдвоём последовали за Ю Чхэ Сон.

В тихом кафе не было ни одного посетителя. Увидев неожиданно вошедших школьников, работник удивился, однако всё равно приветливо поздоровался:

— Добро пожаловать в кафе «Пхиорым».

— Здравствуйте. Мы ненадолго зашли, потому что хотели кое о чём спросить.

Вежливо поздоровавшись, Ю Чхэ Сон уверенно подошла к стойке.

— Не подскажете, есть ли поблизости общественная баня из красного кирпича? А ещё нам хотелось бы узнать, не замечали ли Вы женщину, которая носит зимнюю шапку и пуховик, совершенно не соответствующие нынешней погоде.

— Насчёт женщины ничего сказать не могу, а общественная баня здесь действительно есть. Она находится недалеко, но уже давно закрыта, поэтому, может быть, порекомендовать вам другое место?

— В этом нет необходимости, потому что нам нужно попасть именно в тот район.

— В район возле закрытой бани?

На лице работника появилось явное недоумение.

— Но там совершенно ничего нет…

— Что Вы имеете в виду?

— Этот район готовят к реконструкции, поэтому все жители давно переехали, а вокруг остались лишь пустующие здания.

— Пожалуйста, всё равно объясните, как туда добраться. У нас есть свои причины.

Работник не сумел скрыть сомнений, однако всё же согласился и даже любезно нарисовал для них на листке подробную схему пути.

Пока Дан Со Хёк пристально наблюдал за происходящим, Так Ён Хо с любопытством спросил:

— Почему ты так смотришь? Тоже хочешь что-нибудь спросить?

— Нет, мне больше нечего уточнять.

Коротко ответив, Дан Со Хёк отвёл взгляд.

Вскоре Ю Чхэ Сон поблагодарила работника за схему, после чего все трое вышли из кафе.

— Чхэ Сон, ты потрясающая! Стоило тебе взяться за дело, и мы сразу начали продвигаться намного быстрее!

— До сих пор я плохо разбиралась в подобных вещах, поэтому могла лишь следовать за вами.

Ю Чхэ Сон добавила, что обычно не вмешивается, пока не убедится в собственных выводах, и продолжила идти, сверяясь с нарисованной схемой.

— Но сейчас важнее всего как можно скорее найти Чхо Ён.

— Вы с ней давно дружите?

— Нет, мы познакомились только в этом году, когда оказались в одном классе. После начала нового учебного года прошло довольно много времени, прежде чем мы сблизились.

— Неожиданно это слышать. Когда Чхо Ён так решительно бросилась тебе на помощь, я решил, что вы знакомы уже очень давно.

На искреннее удивление Так Ён Хо Ю Чхэ Сон ответила лёгкой улыбкой.

— Чхо Ён просто привыкла вмешиваться в чужие дела. Наверное, можно сказать, что именно поэтому мы и подружились, хотя был ещё один повод.

Она не стала рассказывать подробнее, однако в её голосе отчётливо ощущалась привязанность к Ма Чхо Ён.

Неужели люди, знакомые совсем недолго, действительно способны рисковать друг ради друга в настолько опасных обстоятельствах?

Так Ён Хо искренне восхищался их дружбой, тогда как Дан Со Хёк испытывал лишь недоумение.

«…Впрочем, мне самому не стоит рассуждать о чужих поступках».

Когда Ма Чхо Ён уехала вместе с призраком курьерской службы, он тоже не смог оставить её одну и последовал за ней. После очередного возвращения в прошлое она всё равно ничего бы о нём не вспомнила, поэтому какая разница, погибнет она или останется жива?

То же самое касалось и работника кафе «Пхиорым», который в одном из предыдущих циклов погиб, спасая совершенно незнакомого ему Дан Со Хёка.

«В конечном счёте и он, и Ма Чхо Ён после смерти ничего не вспомнят».

Поэтому не стоило слишком к ним привязываться. Лучше было пользоваться их помощью ровно настолько, насколько это необходимо, и не позволять чувствам становиться глубже.

— Посмотрите, разве это не то место?!

Все повернули головы туда, куда указывал Так Ён Хо.

Впереди виднелось старое здание из красного кирпича с белой вывеской, на которой было написано: «Баня „Эден“».

— Если ориентироваться на то, что я видела из окна во сне, нужное место должно находиться примерно здесь.

Медленно продвигаясь вперёд, Ю Чхэ Сон наконец остановилась перед старым жилым домом.

— …Это здание действительно выглядит так, будто из него в любую минуту может выйти призрак.

— Разве это не подтверждает, что мы нашли нужное место? Никто из нас и не думал, что всё это совершил обычный человек.

Из дома не доносилось ни единого звука, а окна второго этажа были плотно занавешены, поэтому разглядеть происходящее внутри не получалось.

«В этом месте я тоже никогда раньше не бывал».

Дан Со Хёк направился к входу и обнаружил, что металлическая дверь не заперта.

— Если я действительно видела вывеску из окна, значит, комната должна находиться на втором этаже.

Ю Чхэ Сон произнесла это, следуя за Дан Со Хёком, тогда как Так Ён Хо шёл позади и с любопытством оглядывался по сторонам.

«Я-то давно привык к подобному, но эти двое тоже почти не боятся».

Так Ён Хо любил истории о городских легендах, поэтому выглядел скорее заинтересованным, чем испуганным. Что же касается Ю Чхэ Сон, создавалось впечатление, что появление живого преступника напугало бы её сильнее любого призрака.

После постоянного общения с Ма Чхо Ён, которая всего боялась, но всё равно бросалась вперёд, появление осторожной и способной сотрудничать напарницы заметно облегчало дело.

Дверь с грохотом распахнулась, когда Дан Со Хёк без малейших колебаний открыл вход на второй этаж, однако изнутри ничего не выскочило.

— Комната, в которой я находилась во сне, кажется, расположена в глубине. Оттуда как раз должна быть видна баня.

Ю Чхэ Сон выглянула из-за его плеча и нетерпеливо посмотрела на него, словно спрашивая, почему он остановился. Похоже, бесстрашие сочеталось в ней с такой же нетерпеливостью, как у Ма Чхо Ён.

Дом уже давно остался без хозяев и был полностью запущен, поэтому никто не стал снимать обувь перед входом. Лишённое всякого тепла помещение оказалось не только холодным, но и разгромленным.

Пол покрывали мусор и бесчисленные следы обуви, а повсюду валялись остатки еды, которые никто не убирал, поэтому в воздухе стояла невыносимая вонь. Так Ён Хо едва не вырвало, и Ю Чхэ Сон мягко похлопала его по спине.

Не обращая на них внимания, Дан Со Хёк вошёл в комнату, которую описывала Ю Чхэ Сон.

— Так Ён Хо.

— Да? Со Хёк, ты меня позвал?

— Если тебя легко тошнит, лучше сюда не заходи.

На полу лежало орудие, подтверждавшее, что сон Ю Чхэ Сон отражал реальное событие, а стены и пол перед большим зеркалом были покрыты беспорядочными брызгами крови.

Однако хуже всего выглядела дальняя стена. Она была целиком заклеена бесчисленными фотографиями и оставалась самым чистым местом во всей комнате, но от этого казалась лишь ещё более отвратительной.

— Это тот мужчина, чьё лицо находилось на животе женщины.

Незаметно вошедшая следом Ю Чхэ Сон тихо произнесла эти слова.

На каждой фотографии, покрывавшей стену, было запечатлено мёртвое тело одного и того же мужчины.

Выходит, именно эта комната находилась в самом ужасном состоянии, хотя, возможно, ещё больший беспорядок царил в голове её хозяйки.

— Почему вы замолчали? Что находится внутри?

— Ничего такого, Ён Хо. Просто вся стена обклеена фотографиями трупа, поэтому я не уверена, что тебе стоит туда заходить.

— Если запах не станет сильнее, то я справлюсь.

После объяснения Ю Чхэ Сон Так Ён Хо решительно вошёл в комнату, но, увидев фотографии, заметно вздрогнул и тихо спросил:

— Неужели она действительно сама убила этого человека?

— Судя по тому, что я видела во сне, такая вероятность достаточно велика, потому что она действовала без малейших колебаний.

Ю Чхэ Сон медленно осмотрела комнату, после чего продолжила:

— Теперь, когда мы нашли это место, стало ясно, что события из моего сна действительно происходили в реальности.

— Если Чхо Ён похитила женщина, способная на такое, значит, сейчас она находится в огромной опасности. Что же нам делать?

— Можно спрятаться здесь и дождаться, пока хозяйка вернётся.

— Неплохое предложение.

Ю Чхэ Сон высказала довольно смелую мысль, и Дан Со Хёк сразу с ней согласился, тогда как Так Ён Хо пришёл в настоящий ужас.

— Ребята, но мы ведь собираемся лично встретиться с настоящей убийцей, поэтому хотя бы немного подумайте об опасности… Подождите, что происходит?

Старый компьютер, до этого полностью отключённый от питания, внезапно включился, и все трое одновременно посмотрели на озарившийся светом монитор.

— Как такое возможно?

Растерянная Ю Чхэ Сон несколько раз медленно моргнула.

Мышь лежала неподвижно, однако указатель на экране начал двигаться сам по себе. Открылся браузер, после чего в строке поиска стали постепенно появляться буквы, а клавиши одна за другой медленно нажимались без чьего-либо участия.

Некоторое время Так Ён Хо молча наблюдал за происходящим, а затем осторожно приблизился к столу, пытаясь разглядеть введённый запрос.

— Сообщество городских легенд?

Неожиданный поисковый запрос заставил его растеряться ещё сильнее.

На экране открылся знакомый сайт, после чего указатель снова уверенно двинулся вперёд, выбрал раздел свободного общения и только тогда остановился.

— Что всё это значит? Кто-то специально хотел показать нам этот раздел?

— По всей видимости, именно так.

Услышав осторожное предположение Так Ён Хо, Ю Чхэ Сон согласно кивнула.

Дан Со Хёк сел за стол и взялся за мышь. На странице свободного общения был виден список опубликованных пользователями записей.

(+1)

(+4)

(+3)

(+99)

(+11)

— Что такое?

— Ты что-то заметил?

— В прошлый раз, когда я искал сведения, то уже заходил в этот раздел.

Так Ён Хо вытянул палец и указал на одну из записей.

— Тогда у неё был другой заголовок, а количество комментариев внезапно увеличилось во много раз.

(+99)

Передать кому-то сон, в котором совершаешь самоубийство?

Дан Со Хёк нахмурился и открыл публикацию.

Автор: НеСпящий

Содержание: Теперь я наконец смогу спать спокойно, потому что та женщина остановила меня. Отныне именно ей будет сниться, как она снова и снова умирает!

Всё произойдёт точно так же, как со мной после того, как однажды во сне я не позволила погибнуть другому человеку!!>

▽▽▽

└ КлыкХаоса: Что за бессвязная чушь? И почему под такой записью вообще столько комментариев?

└ МирСчастьеРадость: Вот и я не понимаю…

└ МогильщикСемьиПак: Изначально запись выглядела совсем иначе. Содержание постоянно менялось, поэтому людям стало не по себе, и они продолжили следить за обновлениями.

└ КлыкХаоса: А что именно менялось?

└ МогильщикСемьиПак: Сейчас принесу пересказ, который раньше кто-то оставил. Подожди немного.

└ МогильщикСемьиПак: Для тех, кто видел только нынешнюю запись о переданном сне с самоубийством, оставляю здесь подробности. Нашёл чужой пересказ и скопировал его.

1. Автор увидела во сне чужое самоубийство, после чего сама погибла в том же сне.

2. Пытаясь изменить повторяющийся кошмар, она остановила человека, собиравшегося покончить с собой.

3. После этого погибать во сне начала уже она сама. Место и способ смерти каждый раз менялись, а после пробуждения сохранялась боль, испытанная в момент смерти.

4. Затем она начала встречать в реальности места, которые прежде видела только во сне.

5. После того как кошмар перешёл к ней, она впервые стала свидетельницей чужого самоубийства в действительности.

6. Этот человек действительно погиб в том же месте и тем же способом, что и во сне. Теперь автор постепенно сходит с ума от страха, что её собственные смерти тоже начнут происходить в реальности.

7. Судя по нынешнему содержанию записи, избавиться от кошмара можно, передав его тому, кто помешает тебе совершить самоубийство.

└ МогильщикСемьиПак: Полагаю, следующий сон продолжит видеть женщина, которая её остановила.

— Значит, события из сна начали происходить и в действительности?

Так Ён Хо с тревогой посмотрел на Ю Чхэ Сон, однако та покачала головой, показывая, что беспокоиться о ней не следует.

— Похоже, мой случай отличается от описанного.

— Хорошо, если так, однако теперь в опасности находится человек, которому передали этот кошмар. Невыносимо даже представить, что кому-то постоянно снится собственное самоубийство.

— Гораздо важнее понять, зачем нам вообще показывают эту запись. Какое сообщение нам пытаются передать?

Дан Со Хёк тоже хотел получить ответ на этот вопрос. Он не знал, какой именно призрак управляет компьютером, однако создавалось впечатление, что тот понимает, зачем они пришли в этот дом.

Несколько раз постучав пальцами по мыши, Дан Со Хёк вернулся к списку публикаций и тогда заметил, что на странице появилась новая запись.

— Что это такое?

Так Ён Хо тоже увидел обновление. Он с силой потёр глаза, словно сомневался в том, что зрение его не обманывает, а затем дрожащим голосом произнёс:

— Разве этот автор не Чхо Ён?!

Он не ошибся.

На странице действительно появилась новая публикация от пользователя по имени «Мачо-король».

Автор: Мачо-король

Содержание: Не знаю, сон это или что-то ещё, но после того, как я остановила незнакомую женщину, собиравшуюся покончить с собой, мне самой начало сниться, как я умираю.

Я уже успела повеситься на дереве, лечь на рельсы и попасть под поезд, броситься в реку и погибнуть ещё несколькими столь же неоригинальными способами. Похоже, за это время я умерла уже довольно много раз.

Судя по всему, всё закончится лишь тогда, когда кто-нибудь остановит уже меня, однако сколько мне придётся ждать появления такого человека?

И вообще, неужели кто-то действительно сможет мне помочь лишь потому, что я произношу всё это вслух? Такое чувство, будто я просто разговариваю с пустотой. Что, мне даже этого нельзя говорить?

В любом случае, если происходящего невозможно избежать, остаётся только получать удовольствие.

Кто-нибудь знает способ умереть без боли?>

▽▽▽

└ ПомяниТигра: Кто-нибудь, остановите её. Кажется, она выбрала совершенно неудачный образ, ха-ха.

└ ДлиннаяРакушка: Точно. Наверное, она просто решила привлечь внимание, потому что запись ниже стала популярной.

└ Пукопунс: А что это за нелепая игра, будто она разговаривает с призраком, который находится рядом? Смешно до невозможности, выглядит как настоящая неудачница.

└ БанановыйСуп: Будь всё это правдой, она не смогла бы писать настолько бодро. Даже человек с полностью разрушенной психикой не вёл бы себя подобным образом.

Некоторое время все трое молча смотрели на экран.

— Получается, Чхо Ён действительно находится в опасности?

На осторожный вопрос Так Ён Хо никто не ответил.

Дан Со Хёк тяжело вздохнул, чувствуя, как от напряжения начинает пульсировать голова.

— Как бы там ни было, похоже, Чхо Ён оказалась втянута в чужой сон и теперь не может оттуда выбраться. Вы тоже так думаете?

После вопроса Ю Чхэ Сон Дан Со Хёк утвердительно кивнул.

— Я не понимаю лишь одного: зачем она вообще без разрешения проникла в чужой сон и умудрилась там пострадать.

— Но если это действительно сон, разве мы можем как-то ей помочь? Судя по предыдущей записи, Чхо Ён сможет вернуться только после того, как передаст кошмар другому человеку.

Единственным утешением оставалось то, что в данный момент Ма Чхо Ён, по всей видимости, не грозили настоящие телесные повреждения. Судя по публикации, она скорее смирилась с происходящим, чем полностью утратила рассудок.

«Неужели в середине записи она обращалась к тому призраку, которого называла Милли?»

Дан Со Хёк не испытывал к нему доверия, однако присутствие этого существа рядом с Ма Чхо Ён всё же немного его успокаивало.

— Может быть, стоит оставить комментарий под записью или отправить ей личное сообщение?

Пока Дан Со Хёк и Ю Чхэ Сон пытались придумать способ помочь, Так Ён Хо осторожно высказал своё предложение.

Когда взгляды остальных обратились к нему, он на мгновение сжался, а затем указал на экран.

— Чхо Ён сама сказала: «Неужели кто-то сможет мне помочь лишь потому, что я произношу всё это вслух?» Возможно, кто-то велел ей говорить именно потому, что мы действительно способны её услышать и помочь.

Возможно, Так Ён Хо был прав, ведь подобная мысль Дан Со Хёку даже не приходила в голову.

«Не исключено, что именно Милли заставил нас обнаружить этот сайт».

Возможно, он намеренно создавал связь между Ма Чхо Ён и теми, кто находился снаружи.

Дан Со Хёк поспешно отправил личное сообщение пользователю с нелепым именем «Мачо-король».

Оставалось лишь понять, придёт ли ответ.

Дан Со Хёк не был до конца уверен, что за этой учётной записью действительно скрывается Ма Чхо Ён, поэтому намеренно не назвал её по имени.

Через некоторое время раздался сигнал нового сообщения.

Сомнений больше не оставалось, потому что это действительно была Ма Чхо Ён.

Так Ён Хо не удержался и тихо прыснул со смеху, однако, когда Дан Со Хёк повернул к нему голову, поспешно отвёл взгляд.

Неужели Ма Чхо Ён слышала отправленные сообщения как голос?

Бессовестный грубиян Дан Со Хёк написал ответ.

— Похоже, голос она слышит другим, однако смысл сообщений понимает совершенно точно. Удивительно, будто переписка для Чхо Ён действительно озвучивается вслух.

Ю Чхэ Сон с тихим восхищением продолжала смотреть на экран.

Она предлагала ему подраться?

Дан Со Хёк уже потянулся к кнопке выключения компьютера, однако Так Ён Хо поспешно перехватил его руку, причём в этот момент его движения оказались на удивление быстрыми.

— Почему он больше не отвечает?

Механический голос, доносившийся из пустоты, внезапно оборвался.

— Эй, Дан Со Хёк! Невоспитанный грубиян! Невыносимый тип!

Я недоумённо склонила голову. Что с ним случилось? Неужели он умудрился обидеться?

— Милли, похоже, связь прервалась.

[Кто знает.]

— Что значит «кто знает»? Вы ведь обещали предоставить мне возможность поговорить с теми, кто находится снаружи!

[Вместо этого тебе лучше сосредоточиться на том, что находится впереди.]

После слов Милли я тяжело вздохнула и посмотрела перед собой.

Там стоял охваченный пламенем жилой дом. Языки огня взметались едва ли не до самого неба, а клубившийся над зданием густой чёрный дым напоминал зрелище из преисподней. Даже на таком расстоянии до меня долетал обжигающий жар.

— Говорят, смерть в огне считается одной из самых мучительных.

Все силы покинули меня уже от одного взгляда на горящее здание, поскольку было совершенно очевидно, что на этот раз мне предстояло умереть именно там. Я издала долгий, полный обречённости вздох.

[Если продолжишь так вздыхать, земля под тобой провалится.]

— Лучше бы она и правда провалилась и я погибла под землёй, потому что это наверняка было бы легче, чем сгореть заживо.

[Быть погребённой заживо тоже мучительно.]

Получается, и такой вариант ничем не лучше.

Я уже сбилась со счёта, сколько раз успела умереть с тех пор, как оказалась заперта в этом месте. Каждый раз меня ожидали новое место и иной способ смерти, и всё же я могла разговаривать настолько спокойно только благодаря Милли.

— Вы ведь понимаете, что я до сих пор держусь исключительно благодаря Вам?

Когда после первой смерти я воскресла, ощущения последних мгновений были настолько отчётливыми, что меня сразу вырвало. Увидев, как я лежу на земле, не в состоянии нормально говорить и с трудом подавляя новые рвотные позывы, Милли кое-что сделал.

Он ослабил ощущения, которые я испытывала непосредственно перед смертью, оставив от них лишь самую малую часть.

«Он постоянно говорит о многочисленных ограничениях, но каким образом тогда сумел сделать нечто подобное?»

Я успела задуматься, не причиняет ли это вред самому Милли, но тут же поняла, что в моём нынешнем положении несколько странно беспокоиться о призраке. Оказанную мне помощь следовало просто принять с благодарностью.

Как бы то ни было, благодаря ему я пока ещё могла терпеть происходящее. Немедленно сбежать обратно в реальность всё равно не получалось, поэтому до тех пор, пока не найдётся выход, оставалось лишь смириться.

— На этот раз здесь тоже собралось много людей.

Я вспомнила железнодорожную станцию, на которой погибла в одном из предыдущих повторений. Людей там находилось множество, однако никто из них меня не замечал и, разумеется, даже не попытался остановить. Я уже начинала сомневаться, существует ли вообще способ выбраться из этого кошмара.

Ноги вновь сами собой двинулись вперёд.

«Опять начинается».

Даже когда мне хотелось как можно дольше оттянуть следующую смерть, тело переставало подчиняться и двигалось самостоятельно, словно этот сон насильно принуждал меня погибнуть.

Жар становился всё сильнее.

«До чего же горячо».

Когда я приблизилась к зданию, запах гари оказался настолько удушливым, что пришлось зажать нос. Вокруг дома рыдали люди, и, судя по всему, кто-то всё ещё не успел выбраться наружу.

— Боже мой, мой внук! Мой внук остался внутри, на третьем этаже! Пожалуйста, позвольте мне войти и спасти его!

— Бабушка, это слишком опасно! Здание может обрушиться, поэтому Вам ни в коем случае нельзя туда заходить! Наши пожарные сделают всё возможное, чтобы найти Вашего внука и вывести его наружу!

Пожарный продолжал успокаивать женщину, умоляя поверить им и подождать снаружи. Вокруг царил настоящий хаос.

«Когда видишь подобное, всё снова кажется совершенно реальным».

Я неторопливо прошла мимо них и направилась к зданию. Поскольку меня никто не видел, никто даже не попытался преградить мне путь.

Стоило приблизиться ко входу, как даже не пламя, а один лишь жар заставил кончики моих волос обуглиться и свернуться.

— Ай, горячо!

[Огонь, разумеется, должен быть горячим.]

«Милли, Вы случайно не состоите с Дан Со Хёком в родстве? Ваша манера говорить подозрительно напоминает этого невоспитанного типа».

— Я ведь тоже пришла сюда не по собственному желанию.

Продолжая недовольно ворчать, я осторожно вошла внутрь, уклоняясь от падавших с потолка обломков.

К счастью, тело снова подчинялось мне. По всей видимости, сон уже решил, что моя смерть неизбежна, поэтому перестал ограничивать движения. Я боялась, что он не позволит мне отклониться от заданного пути, но пока всё складывалось удачно.

[Куда ты направляешься?]

Вероятно, Милли удивился тому, что я не стала сразу искать способ покончить с собой, а вместо этого начала подниматься по лестнице.

— Просто хочу кое-что проверить.

Я неловко улыбнулась ему и ускорила шаг.

Передо мной находилась лестница на второй этаж. Перила наверняка раскалились, поэтому касаться их было нельзя.

Сверху раздался оглушительный грохот.

— Ай!

Я поспешно взбежала по ступеням, уклоняясь от обрушившейся части горящего потолка. Сердце колотилось так сильно, словно пыталось вырваться из груди.

На третьем этаже пламя бушевало не менее яростно.

— Кхе-кхе!

Я поспешно пригнулась к полу. Чтобы не сгореть заживо, следовало найти иной способ умереть прежде, чем огонь разгорится ещё сильнее, однако сначала мне нужно было выполнить одно дело, поэтому требовалось продержаться хотя бы немного дольше.

Хотя я прекрасно понимала всю бессмысленность собственных усилий, всё равно прикрыла рот рукавом и упрямо двинулась вперёд. Спасаясь в спешке, жильцы оставили почти все двери открытыми, и я прошла мимо них, остановившись перед единственной квартирой, дверь которой оставалась плотно закрытой.

«Если прикоснуться к ручке голой рукой, ожог почти неизбежен».

Пусть мне всё равно предстояло умереть, это ещё не означало, что можно бездумно калечить собственное тело.

— Милли, Вы можете открыть эту дверь или сломать её, чтобы я смогла попасть внутрь?

Он ничего не ответил, однако спустя несколько мгновений дверная ручка внезапно выпала, и через оставшееся после неё отверстие стало видно внутреннее помещение.

Дверь с протяжным скрипом медленно приоткрылась. Я осторожно толкнула её ногой и заметила возле прихожей маленького ребёнка, лежавшего без сознания.

Это был мальчик в белой пижаме, а кожа на его ногах покраснела от сильных ожогов. По всей видимости, именно поэтому он не успел самостоятельно выбраться наружу.

«Значит, это он».

Тот самый внук, которого с отчаянием звала оставшаяся снаружи пожилая женщина.

Я осторожно подняла ребёнка на руки и вышла из квартиры, но за это короткое время огонь успел распространиться ещё сильнее.

Кхе-кхе!

Из груди вырвался надсадный кашель.

[Ты занимаешься бессмысленным делом.]

[Как только ты умрёшь, всё это место всё равно исчезнет.]

Я прекрасно это понимала, однако всё равно не могла оставить ребёнка.

— Если даже мне настолько мучительно, то насколько же больно должно быть ему?

Пусть всё происходило во сне, взрослые всё равно должны защищать детей.

Дышать становилось всё труднее, а от нехватки воздуха кружилась голова. Я пыталась удержать равновесие, но во время спуска ослабевшая нога внезапно подогнулась, и тело повалилось вперёд.

«Только этого не хватало!»

Я уже собиралась развернуться так, чтобы при падении удариться спиной и закрыть ребёнка собой, когда чья-то крепкая рука поддержала меня.

[Дитя.]

[Ты, похоже, забыла, как именно я к тебе обращаюсь.]

В его голосе словно слышалось продолжение: «Кого ты сама называешь ребёнком?»

Я тихо рассмеялась, выпуская остатки воздуха, после чего снова начала медленно спускаться по лестнице.

Сверху раздался тревожный скрежет. До выхода оставалось совсем немного, однако потолок над дверью уже начал обрушиваться.

— М-м…

В этот момент мальчик открыл глаза. Несколько раз сухо кашлянув, он сонно моргнул и посмотрел на меня затуманенным взглядом.

Я не хотела пугать его ещё сильнее, поэтому постаралась улыбнуться.

— Ты уже очнулся?

— Сестрёнка, а ты кто…

Кхе-кхе!

— Не пытайся говорить, потому что у тебя наверняка сильно болит горло.

Я окончательно достигла предела. Ноги перестали держать, и я медленно опустилась на колени, стараясь не упасть.

К счастью, выход находился прямо перед нами, поэтому ребёнок мог выбраться наружу самостоятельно.

— Быстрее иди к выходу, потому что бабушка очень сильно тебя ждёт.

— А ты, сестрёнка?

— Я немного отдохну и тоже скоро выйду.

— Давай вместе, пожалуйста!

Мальчик ухватился за край моей одежды, и это заставило меня встревожиться. Я боялась, что сон расценит его действия как попытку предотвратить мою смерть.

Какими бы ужасными ни были бесконечные повторения, я не могла безответственно передать это проклятие ребёнку.

Я резко ударила его по руке, причём получилось гораздо грубее, чем требовалось. Увидев покрасневшую тыльную сторону детской ладони, я ощутила вину, однако всё равно твёрдо произнесла:

— Немедленно выходи наружу.

— Но ведь ты…

— Быстрее!

Немного поколебавшись, мальчик медленно направился к выходу, однако над ним уже окончательно обрушивался потолок.

Этого нельзя было допустить.

Не знаю, откуда взялись силы, но я оттолкнулась от пола, бросилась вперёд и вытолкнула ребёнка из здания.

С оглушительным грохотом обломки потолка рухнули прямо на меня.

Невыносимо горячо и чудовищно тяжело!

Казалось, кожа плавится от прикосновения раскалённых кусков бетона и горящих деревянных обломков. Я стиснула зубы, пытаясь терпеть, и услышала доносившийся снаружи крик мальчика:

— Сестрёнка!!

— Тагым, что с тобой происходит?! Куда ты снова пытаешься бежать, разве не видишь, насколько там опасно?!

— Но сестрёнка осталась внутри! Ей там больно!

Сквозь пламя я увидела, как бабушка и пожарные удерживают ребёнка, который снова пытался ворваться в горящее здание, хотя они совершенно не понимали причины его поведения.

По крайней мере, он благополучно вернулся к своей семье.

Было удивительно, что ребёнок ясно видел меня, хотя для всех остальных я оставалась невидимой. Возможно, причина заключалась в том, что именно я спасла ему жизнь.

Впрочем, всё происходило лишь во сне, поэтому больше мы никогда не встретимся.

«Я ведь просила хотя бы подсказать способ умереть не так мучительно».

Я закрыла глаза и, окончательно смирившись, стала ждать, в каком новом месте окажусь после следующего пробуждения.

Внезапно раздался отчётливый звон будильника.

Дилинь-дилинь.

«Что происходит?»

Я резко вскочила и ошеломлённо огляделась.

— Как такое возможно…

Вокруг находилась моя комната в общежитии.

До сих пор после каждой смерти я приходила в себя исключительно в незнакомых местах, так почему же теперь оказалась здесь?

«Неужели я наконец проснулась?»

Я ущипнула себя за щёку и почувствовала боль, однако во сне каждая смерть тоже сопровождалась настоящими мучениями, поэтому подобная проверка ничего не доказывала.

— Милли, Вы находитесь рядом?

[Да, я здесь.]

— Скажите, пожалуйста, это действительно реальность?

Наверняка такого быть не могло, ведь я не могла внезапно вырваться из кошмара без всякой причины.

[Это реальность.]

Что?

Надеюсь, это не какая-нибудь нелепая шутка?

— Неужели я действительно выбралась из сна настолько просто? Что это вообще такое? Призрак решил наградить меня за хороший поступок?

Я торопливо отбросила одеяло и попыталась подняться с кровати, однако сразу рухнула на пол, потому что ноги совершенно меня не держали.

[Я не говорил, что ты освободилась.]

Я опустила взгляд на ноги, почти не ощущая их.

Кожу на щиколотках, выступавшую из-под брюк, сплошь покрывали густые чёрные письмена.

— Что это такое?

Сколько я ни тёрла кожу ладонью, надписи не стирались и даже не размазывались, словно это была настоящая татуировка. От одного взгляда на них по телу пробегал настолько сильный холод, что волосы вставали дыбом.

— Почему эти надписи появились у меня на ногах? Я ведь совершенно ничего не почувствовала!

[Потому что ты слишком долго пробыла в том месте.]

[Сейчас непосредственной опасности нет.]

— Но всё равно…

От них исходило слишком тяжёлое и неприятное ощущение. Точно такими же надписями были покрыты устрашающий призрак брелока и женщина, которая меня похитила.

Страннее всего было то, что я никак не могла разобрать написанное.

«Кажется, это корейские слова, но почему сознание отказывается их воспринимать?»

Возникало чувство, словно мне пока не позволяли их прочесть. Продолжая тревожно хмуриться, я натянула штанины ниже и спрятала надписи под одеждой.

— Раз я не освободилась окончательно, значит, меня снова может затянуть в тот кошмар?

Милли кивнул, после чего указал на компьютер, экран которого уже включался сам по себе.

«Что он собирается мне показать?»

Милли медленно поднялся, сел перед компьютером и уверенно открыл браузер, ловко двигая мышью. Как ни посмотри, зрелище было довольно странным: иностранный военный, к тому же явно живший в давние времена, совершенно спокойно пользовался современным корейским компьютером.

Он дважды легко постучал пальцем по экрану.

(+12)

По всей видимости, Милли нашёл страницу, которую хотел мне показать.

— Подождите, почему здесь опубликована запись, которую я никогда не писала?.. Но ведь это именно те слова, которые я говорила Вам!

Поначалу я никак не могла понять, откуда взялась публикация, размещённая от имени «Мачо-короля», однако теперь всё наконец встало на свои места.

Комментарии под ней тоже оказались один нелепее другого, и мне оставалось лишь гадать, неужели всё, что я говорила, действительно появлялось на сайте именно в таком виде.

Затем моё внимание привлёк значок новых личных сообщений, настойчиво мигавший красным, и в тот же миг в голове возникла тревожная догадка.

Неужели это было именно то, о чём я подумала?

«Получается, тот механический голос в пустоте озвучивал сообщения из переписки. Но почему Дан Со Хёк пишет именно с этой учётной записи?»

Судя по его тону, прямо сейчас опасность ему не угрожала. Неужели они всё-таки нашли ту женщину?

Я невольно замерла.

Дан Со Хёк впервые назвал меня просто по имени, без фамилии, и от этого возникло непривычное ощущение. Впрочем, сообщение могли напечатать Так Ён Хо или Ю Чхэ Сон, которые наверняка находились рядом с ним.

Немного поколебавшись, я всё же ответила.

Ответ пришёл так быстро, словно его ждали, не отрывая взгляда от экрана.

Похоже, он печатал настолько торопливо, что даже ошибся.

Я на мгновение застыла, держа пальцы над клавиатурой, потому что его беспокойство ощущалось даже через эти несколько слов.

Что это за странное чувство?

Наверное, мне было просто непривычно, что этот невыносимый человек настолько серьёзно обо мне волнуется.

Ответа не последовало.

Этот мерзавец уже исчезал посреди разговора, а теперь снова куда-то пропал?

Я недовольно нахмурилась, но в этот момент зазвонил телефон, а в переписке одновременно появилось новое сообщение.

Звонил Дан Со Хёк.

Он действительно отправился за мной?

Мышцы лица словно перестали понимать, какое выражение принять. Уголки губ то пытались приподняться, то сами собой расслаблялись, и стоило сейчас посмотреть в зеркало, как там наверняка обнаружилось бы невероятно странное лицо.

Ответив Ю Чхэ Сон, я посмотрела на телефон.

Дан Со Хёк явно собирался звонить до тех пор, пока я не отвечу, потому что даже не думал сбрасывать вызов. Немного помедлив, я всё-таки приняла звонок и сразу услышала раздражённый голос:

/Эй, мелочь./

— Что тебе понадобилось?

/Что понадобилось? Ты заставила всех волноваться, а теперь только это и можешь сказать?/

— Я до сих пор не понимаю, действительно ли вернулась в реальность или всё ещё нахожусь во сне.

У меня и без того ноги стали странными, поэтому переживаний хватало и без его нападок!

— Ты ещё и ругаешь меня сразу после возвращения! Разве не следовало сначала спросить, всё ли со мной в порядке?

Он ведь видел публикацию и прекрасно знал, через что мне пришлось пройти!

/Если вернулась в реальность, нужно было сразу позвонить! …Я говорю это именно потому, что, разумеется, беспокоился./

В ту же секунду от Ю Чхэ Сон пришли новые сообщения.

От неожиданности я плотно сжала губы.

«Ну кто вообще выражает беспокойство подобным образом? Неужели так трудно сказать несколько нормальных и добрых слов?»

Мы ведь уже достаточно сблизились, чтобы разговаривать откровенно.

Поскольку я продолжала молчать, Дан Со Хёк, не понимавший причины, вероятно, решил, что обидел меня. Когда он заговорил снова, его голос звучал немного мягче.

/Ты нигде не пострадала?/

— Никаких ран у меня нет.

На ногах появились надписи, однако их всё-таки нельзя было назвать обычной травмой, поэтому формально я не лгала.

/Что с тобой происходило во сне? Ты ведь всего боишься./

Похоже, мне ещё долго придётся привыкать к своеобразному способу, которым Дан Со Хёк проявлял заботу.

Я мысленно вздохнула, однако раздражённо приподнятые брови всё равно постепенно опустились.

— Вначале боль во время смерти была настолько сильной, что после первого пробуждения меня вырвало и я расплакалась. Тогда я повесилась на дереве…

/Я тебя слушаю./

— Милли увидел моё состояние и с тех пор начал приглушать боль. Она не исчезала полностью, но становилась хотя бы терпимой.

Немного помедлив, я осторожно продолжила:

— Однако сколько бы раз я ни умирала, привыкнуть всё равно не получалось. Даже когда боль ослабевала, мне каждый раз было страшно.

Возможно, я обиделась на Дан Со Хёка лишь потому, что мне требовался человек, перед которым можно было пожаловаться и позволить себе хотя бы немного слабости.

Сейчас только он мог по-настоящему понять мои чувства.

И, наоборот, теперь лишь я могла хотя бы отчасти понять Дан Со Хёка, пережившего бесчисленные смерти во время возвращений в прошлое.

«Причём ему наверняка приходилось каждый раз ощущать предсмертную боль целиком».

Если даже мне оказалось настолько тяжело, то через какие мучения пришлось пройти ему?

Он не мог никому пожаловаться, потому что после очередного возвращения все забывали пережитое вместе с ним.

/Понимаю… Тебе пришлось нелегко./

После короткой паузы Дан Со Хёк добавил:

:…Наверное, это было действительно мучительно./

Его утешение словно предназначалось не только мне, но и ему самому.

— Поэтому я не хочу, чтобы ты или остальные когда-нибудь пережили нечто подобное.

/О чём ты говоришь? С тобой такого тоже не должно происходить. Ты окончательно выбралась из сна?/

— Пока ещё нет… Меня никто не спас и не остановил. В последнем сне я вытащила из пожара маленького мальчика, а потом погибла.

/Продолжай./

— Сразу после этого я очнулась здесь, но Милли сказал, что кошмар полностью не исчез.

/Понятно. Я прочитал запись прежней женщины, и там говорилось, что позднее она начала встречать в реальности места, в которых прежде умирала во сне./

/Вряд ли это означает что-нибудь хорошее, поэтому осторожность точно не повредит. Я уже почти пришёл, так что начинай собираться и выходи из общежития./

— Хорошо, скоро выйду.

Опасаясь, что надписи на щиколотках могут случайно показаться из-под одежды, я надела длинные носки и недовольно заговорила в телефон:

— И вообще, что это за манера приказывать подруге: «Выходи»? Ты ведь не командир. Давай повтори нормально и доброжелательно: «Не могла бы ты выйти?»

/Я у главного входа./

В трубке сразу раздались короткие гудки.

Вот же мерзавец!

Вместо того чтобы повторить за мной, он сказал лишь то, что хотел сам, и без предупреждения завершил звонок. Стоило нам немного сблизиться, как Дан Со Хёк обязательно совершал очередную раздражающую выходку.

«Он ведёт себя так из-за смущения или просто от природы настолько неприветливый?»

Ма Чхо Хэ тоже любил разговаривать ворчливо, однако всегда умел нормально благодарить и извиняться!

Выходит, Дан Со Хёк уступал даже моему младшему брату.

Перед выходом я отправила Ю Чхэ Сон последнее сообщение и поспешно выключила компьютер.

«И всё же я благодарна, что они специально пришли сюда ради меня».

Судя по тому, что Дан Со Хёк уже стоял у главного входа, он, возможно, бежал всю дорогу, и от этой мысли мне стало немного неловко.

«Похоже, после сближения он действительно начинает заботиться о тех, кого считает своими».

Я поспешно вышла из общежития и уже издалека заметила высокого юношу.

Обычно Дан Со Хёк равнодушно прислонялся к стене и смотрел в телефон, однако сейчас всё было иначе. Он неотрывно смотрел в мою сторону, а когда увидел меня, его напряжённые плечи очень медленно опустились, словно только теперь он окончательно убедился, что со мной всё в порядке.

«И что это ещё такое?»

Раз уж он решил быть невоспитанным, мог бы хотя бы оставаться таким последовательно.

Я недовольно выпятила губы, но всё равно поспешила навстречу Дан Со Хёку.

— Думаешь, если сейчас побежишь, то доберёшься быстрее?

Вот же невыносимый мерзавец! Я ведь специально бежала сюда, чтобы не заставлять его ждать!

Вспыхнув от возмущения, я уже собиралась пнуть Дан Со Хёка по голени, однако он тихо усмехнулся и с лёгкостью отступил назад, не позволив мне до него дотянуться.

— Надо же, неужели ты думаешь, что я второй раз попадусь на один и тот же трюк?

— Ты вроде бы так переживал за меня, а теперь, едва увидев, сразу начал раздражать!

— А ты, значит, благодаришь человека, который за тебя волновался, тем, что первым делом пытаешься его пнуть?

Длинный палец упёрся мне в лоб и принялся отталкивать голову назад, поэтому я вытянула руки, стараясь удержать равновесие, однако чем отчаяннее пыталась сопротивляться, тем отчётливее слышала насмешливый смех Дан Со Хёка.

— Такая мелкая, а ведёшь себя до невозможности нагло.

— Ты опять начинаешь про мой рост?! Я уже говорила, что у меня вполне средний рост!

— Тебе действительно стоит заново взяться за учёбу, если ты до сих пор не понимаешь, что означает слово «средний».

— Дан Со Хёк, прекрати уже!

— По крайней мере моё имя ты помнишь безошибочно.

Палец, до этого упиравшийся мне в лоб, на мгновение отстранился, однако почти сразу снова легко коснулся кожи, словно Дан Со Хёк намеренно продолжал меня дразнить.

До чего же он меня бесит!

— Иди впереди меня.

— С чего вдруг?

— Чтобы снова не исчезнуть без следа, как совсем недавно.

С этими словами Дан Со Хёк отступил на шаг, освобождая мне дорогу.

— Оставайся у меня перед глазами.

— Как я могу идти впереди, если даже не знаю дороги?

— Я буду подсказывать. Для начала иди прямо в сторону кафе «Пхиорым».

— Вот же командир нашёлся.

Продолжая недовольно ворчать, я всё-таки зашагала вперёд. Дорога была достаточно широкой, чтобы мы без всяких затруднений могли идти рядом, поэтому необходимость двигаться строго друг за другом вызывала у меня довольно странное ощущение.

С одной стороны, казалось, будто Дан Со Хёк меня охраняет, а с другой, всё это подозрительно напоминало прогулку с маленькой собачкой, за которой хозяин внимательно следит, чтобы она снова куда-нибудь не убежала.

«Как ни посмотри, ни один из вариантов особой радости не вызывает».

И всё же вместе с раздражением внутри сохранялась странная уверенность в том, что, пока я остаюсь у него на виду, Дан Со Хёк успеет вовремя отреагировать, если со мной снова что-нибудь произойдёт.

Пускай ему теперь всю дорогу приходится смотреть исключительно на мою макушку, какая, в конце концов, разница?

— После моего исчезновения прошло совсем немного времени, правда? Мне там казалось, будто я успела умереть уже множество раз.

— Да, здесь не прошло даже часа.

— Ничего себе, тогда мне даже немного обидно. Такое чувство, будто я одна прожила там целую вечность, а потом вернулась из будущего обратно в прошлое.

— И именно это кажется тебе обидным?

Дан Со Хёк тихо рассмеялся, явно забавляясь моими словами.

— Надо же, сколько у тебя поводов для недовольства.

— Конечно, мне может быть обидно! Никто ведь не знает, через что я там прошла, а люди, которых я встречала во сне, здесь даже не вспомнят обо мне.

Всё происходило точно так же, как с Дан Со Хёком после очередного возвращения в прошлое.

— Никто ничего не помнит, хотя я там старалась изо всех сил. Наверное, мне было бы гораздо легче, если бы хотя бы один человек знал, что со мной происходило.

После нашего разговора по телефону мне всё ещё было немного неловко настолько откровенно говорить о собственных чувствах, однако теперь я всё-таки могла позволить себе сказать ему нечто подобное.

На самом деле, произнося эти слова, я всё время думала о событиях оригинального романа.

Я по-прежнему не могла до конца понять, через какие страдания пришлось пройти Дан Со Хёку, однако теперь хотя бы приблизительно представляла, насколько тяжело ему должно было быть, и именно поэтому хотела сказать что-нибудь, способное хотя бы немного его утешить.

— Я знаю.

— Что ты сказал?

— Я знаю, что ты попала в этот опасный кошмар, потому что попыталась помочь незнакомой женщине, а потом даже там изо всех сил старалась спасти ребёнка, которого встретила во время пожара.

Я невольно остановилась и обернулась.

Дан Со Хёк смотрел на меня со своим привычным бесстрастным выражением лица, словно не говорил ничего особенного, а всего лишь напоминал о совершенно очевидном факте.

— Я ведь всё это знаю.

Я так и не смогла ничего ответить.

Вообще-то именно подобные слова я сама собиралась сказать ему, так почему же теперь он произносил их первым?

Дан Со Хёк никогда не рассказывал мне о своей способности возвращаться в прошлое и, скорее всего, не собирался делать этого впредь. Даже в оригинальном романе он не раскрывал эту тайну товарищам, и хотя я успела прочитать историю лишь до середины, вероятнее всего, он продолжал в одиночку нести на себе всё пережитое до самого конца.

«Наверное, и мне он никогда об этом не расскажет».

Я не могла прямо утешить его или поддержать, признавшись, что знаю, через что ему пришлось пройти, поэтому мне оставалось лишь попытаться передать свои чувства иначе.

— Спасибо. Тогда я тоже обязательно буду помнить, что ты всегда стараешься изо всех сил.

Мне оставалось только надеяться, что однажды, если Дан Со Хёку снова придётся вернуться в прошлое и в одиночестве нести память обо всём произошедшем, эти слова хотя бы немного его утешат.

— И что именно я, по-твоему, такого сделал? Если кто-нибудь тебя услышит, ещё решит, будто со мной случилось нечто похожее на твою историю.

— Необязательно переживать то же самое. Возможно, ты преодолел какие-то трудности, о которых я ничего не знаю, или до сих пор продолжаешь с ними бороться.

Дан Со Хёк промолчал, и я, немного помедлив, продолжила:

— Даже пока ты разыскиваешь родителей, ты всё равно не отворачиваешься, когда я оказываюсь в опасности, и каждый раз приходишь мне на помощь. Может быть, я просто научилась этому, глядя на тебя.

— Вот ведь…

Дан Со Хёк коротко усмехнулся и широким шагом приблизился ко мне, отчего я недоумённо подняла голову, ведь совсем недавно он сам велел мне идти впереди.

Однако Дан Со Хёк, продолжая смотреть прямо перед собой с недовольным выражением лица, словно ничего странного не произошло, спокойно произнёс:

— Если ты будешь идти рядом, я смогу быстрее отреагировать, чем если останусь позади.

Возможно, он действительно был прав, хотя для меня особой разницы между тем, шёл он сзади или рядом, всё равно не было.

Я уже собиралась осадить его, если после моей похвалы он вдруг начнёт самодовольно задирать нос, однако Дан Со Хёк отреагировал гораздо спокойнее, чем я ожидала. Мне стало немного неловко, но последовавшее за этим молчание почему-то совсем не тяготило.

Через некоторое время впереди показалось кафе «Пхиорым», после чего Дан Со Хёк указал в другую сторону и повёл меня дальше.

— Ю Чхэ Сон вспомнила некоторые детали своего сна, и благодаря им нам удалось определить, где находится дом той женщины.

— Разве во сне она видела не только саму комнату?

— Она запомнила пейзаж за окном, в том числе вывеску общественной бани на здании из красного кирпича.

— Ничего себе, я бы до такого ни за что не додумалась.

Всё-таки наша Ю Чхэ Сон невероятно умная! Похоже, люди с хорошей головой способны замечать даже такие детали, на которые другим и в голову не придёт обратить внимание.

Я довольно улыбнулась, испытывая почти настоящую гордость за подругу, а Дан Со Хёк посмотрел на меня так, словно совершенно не понимал причины подобной реакции.

— Мы пришли. Это тот самый дом.

Когда мы свернули в переулок, впереди показалась общественная баня, о которой говорил Дан Со Хёк, а рядом с ней стоял нужный нам жилой дом.

Именно в этот момент мне позвонила Ю Чхэ Сон.

— Да, Чхэ Сон!

Значит, они ждали нас на втором этаже!

Я радостно подняла голову к дому, однако уже в следующее мгновение сердце словно рухнуло куда-то вниз.

Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо радостно улыбались и махали мне из окна, но прямо за их спинами стояла ещё одна фигура.

— Чхэ Сон… Немедленно уходите оттуда.

— Я сказала, немедленно выходите из этой комнаты!

Позади них стояла та самая женщина, которая похитила меня и увезла в проклятый кошмар. Её лицо по-прежнему сплошь покрывали чёрные письмена, от одного вида которых по коже пробегал ледяной мороз.

Ю Чхэ Сон резко обернулась, а Так Ён Хо, вероятно, тоже услышав мой крик из телефона, инстинктивно притянул её к себе и заслонил собственным телом.

Мы опоздали.

Женщина широко ухмыльнулась, распахнула рот и бросилась на них, после чего уже в следующее мгновение все трое бесследно исчезли, оставив окно второго этажа совершенно пустым.

— Чхэ Сон! Ён Хо! Дан Со Хёк, скорее…!

Я торопливо повернулась к Дан Со Хёку, однако от представшего перед глазами зрелища у меня снова перехватило дыхание.

На том месте, где ещё мгновение назад стоял Дан Со Хёк, теперь находилась похитившая меня женщина.

Она по-прежнему держала голову запрокинутой, словно продолжала смотреть на дом, и лишь выкатила глаза вниз, направив взгляд прямо на меня.

— Надо же, тебе всё-таки удалось выбраться?

Я не могла даже открыть рот, потому что исходившее от неё сейчас давление совершенно не походило на то, что я ощущала во время похищения. Это был настоящий первобытный ужас, такой же всепоглощающий и леденящий, какой охватил меня при первой встрече с призраком брелока.

— Запомни мои слова.

Женщина растянула губы в широкой ухмылке, и даже её красный язык оказался совершенно чёрным из-за бесчисленных письмен, покрывавших всю его поверхность.

— Именно потому, что ты осталась жива, теперь умрут остальные.

Она смотрела прямо на меня и произносила эти слова так, словно накладывала настоящее проклятие.

Неужели всё это случилось лишь потому, что мне удалось вернуться оттуда живой?

Стоило мне моргнуть, как женщина исчезла, а вместе с ней пропали Дан Со Хёк, Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо. Почти инстинктивно я поняла, что теперь именно они вместо меня оказались заперты в том кошмаре.

Охваченная нахлынувшим бессилием, я опустила голову и увидела, что чёрные письмена уже покрывают не только ноги, но и запястья.

Мне удалось вырваться из сна, однако само проклятие лишь сильнее опутывало моё тело.

[Успокойся.]

Пока я оцепенело смотрела на покрытое надписями запястье, рядом раздался голос Милли.

[Пока ещё ничего непоправимого не произошло.]

— Но теперь из-за меня туда попали они…

[Ты сама уже знаешь, что в том месте человек не умирает по-настоящему.]

[Даже обычная женщина сумела выдержать этот кошмар, поэтому главное сейчас не затягивать слишком надолго.]

Слушая спокойный голос Милли, я попыталась привести мысли в порядок.

Он был прав. Внутри кошмара время текло гораздо быстрее, поэтому сейчас нужно было не поддаваться панике, а спокойно найти решение. Однако они, в отличие от меня, не смогут приглушить боль от собственных смертей, и стоило мне об этом подумать, как тревога вновь нахлынула с прежней силой, окончательно смешивая мысли.

[Сначала успокойся и подумай.]

Следуя его голосу, я глубоко вдохнула и кивнула, заставляя себя сосредоточиться. По крайней мере, способ выбраться нам уже был известен, и оставалась лишь одна проблема: кому передать этот кошмар дальше.

Передать его кому-то другому…

При этой мысли я внезапно замерла.

— Милли, у меня появился вопрос.

[Я слушаю.]

— А можно передать этот кошмар не человеку, а призраку?

Если удастся запереть внутри кошмара именно того призрака, который всё это время мучает нас, тогда обе проблемы можно будет решить одновременно!

[Теоретически это возможно.]

[Однако подобные существа изначально не станут пытаться спасти человека от смерти.]

— Тогда помогите мне, Милли! Я каким-нибудь образом создам подходящую ситуацию!

Даже если такого способа пока не существовало, мне всё равно придётся его придумать, потому что, если мы спасём друзей ценой жизни невинного человека, им самим потом будет слишком тяжело с этим жить.

Я чувствовала, как Милли молча и пристально смотрит на меня.

«Пока мы не разберёмся с призраком брелока, письмена на моём теле наверняка никуда не исчезнут, а та женщина продолжит преследовать нас или начнёт искать новых жертв».

Человеком её уже нельзя было назвать, а значит, нужно было найти способ запереть эту женщину внутри кошмара.

Я крепко прикусила губу, окончательно укрепившись в своём решении. С меня хватит того, что до сих пор я лишь принимала удары и пыталась выжить.

Ю Чхэ Сон медленно открыла глаза и почти сразу услышала протяжный шум набегающих на берег волн.

«Неужели это море?»

Она очнулась на песчаном берегу посреди безлунной, непроглядной ночи, а прямо перед ней до самого горизонта простиралось совершенно чёрное море.

«Что вообще произошло?»

Ощущение напоминало то, которое она испытывала рядом с призраком брелока: внутри всё неприятно переворачивалось от подступавшей дурноты.

«Я помню, как Чхо Ён крикнула, чтобы мы посмотрели назад».

В какой-то момент позади них появилась та мерзкая женщина, которую Ю Чхэ Сон прежде видела во сне. Она широко распахнула рот, словно собиралась разорвать его до самых ушей, и бросилась вперёд, а Так Ён Хо в тот же миг заслонил Ю Чхэ Сон собой.

«Ён Хо…!»

Только теперь она вспомнила о Так Ён Хо, который в тот момент встал перед ней, и, мгновенно побледнев, поспешно огляделась по сторонам, пока наконец не заметила его лежащим неподалёку.

Подойдя ближе, Ю Чхэ Сон с облегчением убедилась, что никаких ран на нём не видно, а дыхание остаётся ровным.

Она облегчённо выдохнула и снова осмотрелась вокруг.

«Неужели призрак забросил нас в какое-то странное место?»

Ни Ма Чхо Ён, ни Дан Со Хёка поблизости не оказалось. По крайней мере, эти двое, похоже, не были втянуты сюда вместе с ними, и среди всего произошедшего уже одно это можно было считать удачей.

— М-м…

— Ён Хо, ты пришёл в себя?

В этот момент Так Ён Хо тихо застонал, словно тоже начал постепенно приходить в сознание. Ю Чхэ Сон осторожно потрясла его за плечо, и он медленно открыл глаза, после чего сразу же приподнялся.

— Чхэ Сон! Ты нигде не пострадала?!

Первым делом он принялся убеждаться, что с ней всё в порядке.

Так Ён Хо серьёзно смотрел на неё из-за сползших очков, которые тут же поправил на переносице. Под этим искренне обеспокоенным взглядом напряжение Ю Чхэ Сон почему-то немного ослабло, и на её губах появилась едва заметная улыбка.

— Со мной всё хорошо. Но зачем ты вообще полез вперёд в такой ситуации? Тебя ведь могли убить.

— Я и сам не понял, как это получилось… Но хорошо, что ты не пострадала.

Он улыбнулся настолько светло и беззаботно, что пережитая совсем недавно опасность на мгновение показалась Ю Чхэ Сон почти сном.

Убедившись, что с ней действительно всё в порядке, Так Ён Хо поднялся на ноги и принялся внимательно осматриваться вокруг. Несмотря на юное лицо, при взгляде на которое скорее самому хотелось его защищать, он сразу же попытался разобраться в происходящем.

— Женщина, которую мы увидели перед тем, как оказаться здесь, была той самой, о которой рассказывала Чхо Ён, верно?

— Да, её лицо совпадало с тем, которое я видела во сне. Только тогда оно ещё не было целиком покрыто такими надписями.

— По-моему, теперь её вообще трудно считать человеком.

Так Ён Хо высказал своё впечатление прямо, даже не пытаясь смягчить слова.

— Ещё по вашим описаниям было понятно, что она далеко не обычный человек… Но теперь кажется, будто призрак уже полностью завладел и её телом, и сознанием.

— Если нас сюда отправил именно этот призрак, значит, с нами может произойти то же самое, что и с Чхо Ён?

Получается, им тоже предстояло снова и снова умирать самыми разными способами, совершенно независимо от собственной воли.

«Если бы я знала, что сама окажусь здесь, то обязательно спросила бы у Чхо Ён, как именно ей удалось вернуться в реальность».

Ю Чхэ Сон даже представить не могла, что вскоре сама попадёт в этот кошмар, поэтому теперь оставалось лишь сожалеть о том, что она не расспросила подругу обо всём заранее.

Она невольно вздохнула, и тогда Так Ён Хо медленно наклонился к ней, чтобы их глаза оказались на одном уровне. За линзами очков его взгляд был откровенно встревоженным, но одновременно оставался удивительно мягким.

— Не переживай, Чхэ Сон. Мы тоже обязательно скоро отсюда выберемся.

— Было бы хорошо, если бы всё оказалось настолько просто.

— А если ничего не получится, тогда ты первой попробуешь покончить с собой.

— Что?

Ю Чхэ Сон широко распахнула глаза, совершенно не ожидая услышать от него ничего подобного, однако Так Ён Хо спокойно продолжил:

— А я тебя остановлю.

Смысл его слов дошёл до неё почти сразу.

— Ты хочешь один остаться здесь и взять весь этот кошмар на себя?

Судя по записи на сайте, единственным надёжным способом выбраться из этого места было передать сон другому человеку, а точнее, тому, кто попытается помешать умереть человеку, которому в данный момент снится кошмар.

Так Ён Хо прекрасно это понимал, однако всё равно предложил поступить именно так, поскольку в таком случае вероятность того, что Ю Чхэ Сон сумеет выбраться отсюда, действительно становилась гораздо выше.

— Ён Хо, ты вообще понимаешь, что сейчас предлагаешь?!

— Подожди, я совсем не хотел сказать, что считаю тебя слабой, поэтому только не пойми меня неправильно!

Когда Ю Чхэ Сон по-настоящему рассердилась, Так Ён Хо сразу растерялся и поспешно принялся оправдываться.

— Я просто много интересовался такими историями, поэтому, возможно, у меня больше шансов найти какой-нибудь другой способ выбраться. К тому же я привык к подобным вещам и, наверное, испугаюсь меньше тебя.

— Даже если так, это ничего не меняет! Уф… И я вовсе не решила, будто ты смотришь на меня свысока.

— Правда?

— Просто послушай меня до конца.

— Хорошо, я слушаю.

— Даже если ты таким способом спасёшь меня, что мне потом делать, если сам отсюда не выберешься? Ты вообще подумал о друзьях и семье, которые будут переживать за тебя?

— Но я…

— Кто, по-твоему, обрадуется твоей жертве? Почему ты совсем не думаешь о людях, которым ты дорог?

Ю Чхэ Сон намеренно говорила жёстко, почти безжалостно, потому что иначе Так Ён Хо, подобно Ма Чхо Ён, вполне мог решить, что ради спасения другого человека допустимо добровольно бросаться в опасность.

Было бы гораздо проще, если бы они оставались обычными добрыми трусишками.

«Почему же оба совершенно перестают бояться, когда дело касается помощи другим?»

Именно это расстраивало её больше всего. Ю Чхэ Сон вовсе не собиралась осуждать их за доброту, однако и потерять кого-то из них из-за этой самой доброты тоже не хотела.

Похоже, Так Ён Хо действительно прежде об этом не задумывался, потому что на его лице наконец появилось запоздалое понимание.

— Прости меня, Чхэ Сон. Я действительно не подумал как следует.

— Раз понял, значит, этого достаточно.

— Хорошо. Я больше никогда не стану предлагать ничего подобного, поэтому, пожалуйста, не смотри на меня так, будто сейчас расплачешься.

Ю Чхэ Сон была уверена, что смотрела на него сердито, однако Так Ён Хо, похоже, увидел в её взгляде совсем другое. Почувствовав, будто её настоящие чувства неожиданно раскрыли, она больше ничего не сказала и отвернулась.

«Хватит спорить, потому что сейчас гораздо важнее было найти способ выбраться отсюда».

«Как Чхо Ён удалось вернуться в реальность?»

Если бы она случайно передала сон кому-то другому и благодаря этому освободилась, то с её характером никогда не смогла бы настолько радостно приветствовать друзей. Она наверняка мучилась бы от чувства вины и выглядела подавленной, а значит, должен был существовать какой-то другой способ вернуться.

«Может быть, количество смертей ограничено? Или можно каким-то образом исказить правила самого кошмара?»

В этот момент Так Ён Хо внезапно воскликнул:

— Чхэ Сон, посмотри туда! Разве в море не человек?!

Он указал на воду, и Ю Чхэ Сон увидела, что на поверхности особенно тёмного моря виднеется какое-то чёрное пятно, которое странным образом совершенно неподвижно держалось на плаву и больше всего напоминало человеческую макушку.

— Нужно скорее его спасти!

— Подожди, Ён Хо! Сейчас нельзя бездумно куда-то бросаться…

— Этот человек может погибнуть! Здесь опасно, поэтому ты оставайся на берегу.

Не слушая возражений Ю Чхэ Сон, Так Ён Хо поспешно снял очки и носки, после чего без малейших колебаний побежал к воде.

Почему он опять несётся вперёд, совершенно не думая о последствиях?

— Если рассуждать здраво, разве нормально, что у тонущего человека над водой совершенно неподвижно торчит одна макушка?!

Если бы человек был жив, он наверняка барахтался бы и звал на помощь, а если уже погиб, его тело плавало бы на поверхности целиком.

Так Ён Хо, уже собиравшийся войти в море, резко остановился.

— Живой человек не может просто стоять посреди моря совершенно неподвижно!

Если только перед ними не призрак.

Наверняка Так Ён Хо и сам понял продолжение, которое Ю Чхэ Сон не произнесла вслух.

Закончив говорить, она почувствовала неприятный холод и снова посмотрела на море, которое по-прежнему казалось непроглядно чёрным.

— Подожди, Чхэ Сон. Тебе не кажется, что с морем что-то не так?

Так Ён Хо снова надел очки, внимательно всмотрелся в воду и нервно сглотнул.

— То, как движется поверхность моря…

Теперь Ю Чхэ Сон поняла то, чего он так и не договорил, и причина, по которой море выглядело настолько чёрным, наконец стала очевидной.

«Там ведь всё заполнено трупами…»

Все эти чёрные пятна оказались человеческими макушками, которыми вода была забита до самого горизонта, словно бесчисленные мертвецы специально старались во что бы то ни стало попасться им на глаза.

Их было настолько много, что становилось непонятно, как Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо вообще могли не заметить этого сразу.

Ю Чхэ Сон, пошатнувшись, тоже поднялась на ноги.

«Нужно бежать».

Они одновременно развернулись и, словно заранее договорившись, бросились прочь, не разбирая дороги и даже не представляя, в каком направлении вообще можно искать спасение, хотя оба прекрасно понимали, что всё происходящее было лишь кошмарным сном.

«Но куда здесь вообще можно убежать?»

Ю Чхэ Сон мельком посмотрела на Так Ён Хо. Он уже тяжело дышал, однако и сама она находилась в ничуть не лучшем состоянии.

Они продолжали бежать до тех пор, пока лёгкие не начали гореть от мучительной нехватки воздуха, однако расстояние между ними и морем почему-то совсем не увеличивалось. Наоборот, с каждым мгновением казалось, будто берег становится только ближе, словно само это место предупреждало их, что сбежать отсюда невозможно.

В их сторону хлынула огромная волна, однако уже в следующее мгновение стало понятно, что это была вовсе не вода — к ним стремительно приближались бесчисленные мертвецы, заполнявшие море и одновременно протягивавшие к ним руки.

Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо закричали, когда мёртвые пальцы вцепились Ю Чхэ Сон в волосы, а другие руки обхватили шею Так Ён Хо, после чего обоих с силой потащили в море.

Плеск!

Их тела ушли под воду и начали погружаться всё глубже. Как Ю Чхэ Сон и предполагала, под поверхностью скрывались бесчисленные трупы, которые смотрели на них широко раскрытыми глазами.

Ледяная морская вода непрерывно проникала в горло, а ощущения были настолько пугающе реалистичными, что невозможно было заставить себя поверить в то, что всё происходящее являлось лишь сном. Трупы облепили их тела со всех сторон, не оставляя ни малейшей возможности выбраться.

«Как вообще отсюда спастись?»

Даже в этот момент Так Ён Хо отчаянно пытался отрывать мертвецов, цеплявшихся за Ю Чхэ Сон, однако вскоре её сознание начало постепенно меркнуть.

Когда она вновь открыла глаза, перед ней снова оказался тот самый песчаный берег. Хотя после смерти их должно было переносить в другое место, по какой-то причине они вновь вернулись именно сюда.

Ю Чхэ Сон не смогла сдержать хриплого смешка.

Неужели Ма Чхо Ён пришлось переживать это отвратительное ощущение множество раз?

— Ён Хо, можно я скажу тебе одну вещь?

— Конечно. Что такое?

— Эти призраки все до единого настоящие ублюдки, которые без всякой причины мучают людей, ничего им не сделавших.

С холодной усмешкой Ю Чхэ Сон отбросила чёлку назад.

— Поэтому давай не будем играть по их правилам.

От всего происходящего её уже по-настоящему тошнило. Искать правильные ответы, разбирая сложную задачу по частям, Ю Чхэ Сон умела лучше всего, равно как и проявлять упрямство и терпение там, где требовалось выдержать до самого конца.

Ещё посмотрим, кто кого сломает.

В её глазах вспыхнул настоящий азарт борьбы, и Так Ён Хо от неожиданности икнул, поспешно прикрыл рот ладонью и энергично закивал. Ему, до сих пор подавленному страхом перед смертью, Ю Чхэ Сон в этот момент казалась невероятно сильной и впечатляющей.

Хотя Милли так и не дал своего согласия, я всё равно поспешно вбежала в дом и первым делом направилась в комнату, где прежде находились Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо. Как и следовало ожидать, внутри царила полная тишина, а женщины нигде не было видно.

[Зачем ты сюда вернулась?]

— Я подумала, что здесь удастся найти хоть какую-нибудь зацепку.

Я принялась перебирать содержимое ящиков старого письменного стола, однако, похоже, при переезде отсюда забрали практически все вещи. Я надеялась отыскать хотя бы дневник или что-нибудь похожее, но ничего полезного так и не обнаружила.

Разочарованно цокнув языком, я уже задвинула ящик обратно, когда Милли вдруг указал куда-то вниз.

— Вы имеете в виду пространство под столом?

Он утвердительно кивнул, и я тут же наклонилась, заглянув туда, куда обычно задвигают стул, однако с первого взгляда ничего необычного не заметила.

Но Милли определённо не стал бы указывать туда без причины.

«Неужели там что-то спрятано?»

Я медленно повернула голову и посмотрела вверх, после чего заметила открытку, приклеенную скотчем к нижней стороне столешницы.

Осторожно отклеив её, я перевернула карточку.

«Хи Ын?»

Кроме первой строки, разобрать что-либо было практически невозможно, поскольку всё остальное кто-то исступлённо зачеркал множество раз.

Женщина обращалась с этим человеком так, словно проклинала его и больше никогда не желала видеть, поэтому я никак не могла понять, зачем она всё это время хранила открытку в таком месте.

Я повернула голову и медленно оглядела стену, сплошь покрытую чудовищными фотографиями погибшего мужчины.

— Милли, та женщина ведь привезла меня туда на машине, верно?

В углу стены висела фотография на документы, единственная, на которой мужчина выглядел совершенно нормально и даже улыбался.

— А места, где человек погибает в этом кошмаре, существуют и в реальности.

Сняв фотографию со стены, я продолжила:

— Если найти в настоящем мире то место, где сейчас находятся ребята, получится встретиться с ними?

[Вероятность довольно высокая.]

[Тому существу наверняка понадобится новая жертва.]

[Но каким образом ты собираешься найти нужное место?]

— Вот с этим как раз сложнее… Способ у меня есть, только я не уверена, получится ли воспользоваться им прямо сейчас.

Милли посмотрел на меня с явным недоумением, однако я и сама не знала, куда именно нам предстояло ехать. Зато мне было известно существо, способное доставить меня к тому, кого я хотела найти.

Достав телефон, я набрала знакомый номер.

444-4444.

Послышались длинные гудки, а вскоре на другом конце ответили.

[Здравствуйте. Курьерская служба «Четыре-четыре-четыре» слушает Вас.]

Вежливое приветствие прозвучало совершенно бесстрастно, и я, не ожидавшая, что мне ответят настолько быстро, невольно широко улыбнулась.

Курьерская служба «Четыре-четыре-четыре».

Именно благодаря этому призраку мне удалось убедиться, что Ма Чхо Хэ всё ещё жив, поэтому после Милли он оставался единственным призраком, которого я считала относительно безопасным.

А в нынешней ситуации именно он мог помочь мне надёжнее кого-либо другого.

— Надеюсь, у Вас всё хорошо. Я думала, Вы не ответите, потому что сейчас нерабочее время.

[Да, сейчас у меня перерыв.]

[По какому вопросу Вы звоните?]

— Простите, что беспокою во время отдыха, но возникло срочное дело, и мне очень нужна курьерская доставка.

[Вот как.]

Ой, его ответ прозвучал совсем не воодушевлённо.

Я ведь уже решила, что он относится ко мне благосклонно, раз сразу поднял трубку!

Хотя, конечно, трудно представить работника, который с радостью согласится трудиться во время собственного перерыва.

— Может быть, Вы сделаете для меня исключение всего один раз?

[Это несколько затруднительно.]

— Я случайно не разбудила Вас?

[Мне не требуется сон.]

Тогда чем же он был настолько занят, что не хотел принимать заказ? При этом впечатления, будто я просто раздражаю его своим звонком, почему-то не возникало.

— Если мой вопрос не покажется невежливым, можно узнать, чем Вы занимались?

На некоторое время в трубке воцарилось молчание.

[Я искал свою дочь.]

— Вашу дочь?

Получается, всё это время он так и не смог с ней встретиться. Что же произошло перед его смертью? Видимо, даже призрак не способен знать абсолютно всё.

«Если дочь проводит для него поминальные обряды, он вроде бы должен хотя бы знать, где она находится… Или всё устроено иначе?»

Сам курьер ничего больше не объяснил, а расспрашивать его о настолько личном мне показалось неуместным. Пока я размышляла, как всё-таки уговорить его помочь, призрак курьерской службы заговорил первым:

[Назовите груз, который требуется доставить, и место назначения.]

— Вы всё-таки согласитесь выполнить заказ?

[Если место доставки мне ещё не знакомо.]

[Тогда я смогу заодно поискать дочь и там.]

От его слов у меня едва не навернулись слёзы.

— Вы случайно не ангел?

[Нет.]

С другой стороны, настолько сухой и бесстрастный ответ всё-таки гораздо больше подходил призраку.

Я тихо кашлянула и, опасаясь, что он ещё успеет передумать, поспешила перейти к делу:

— Мои друзья Ю Чхэ Сон, Так Ён Хо и Дан Со Хёк оказались заперты внутри кошмара, а места из этого сна существуют и в реальном мире. Я хочу попасть туда, где сейчас находятся они. Вы сможете меня доставить?

[Доставляемый груз — Ма Чхо Ён, верно?]

— Да, совершенно верно!

[Проверяю место назначения.]

На несколько мгновений снова воцарилась тишина, после чего из трубки наконец донёсся бесстрастный голос призрака.

[Местонахождение установлено.]

[Доставка возможна.]

Значит, пока он искал свою дочь, ему ещё не доводилось бывать в этом месте, и от одного этого открытия я едва не подпрыгнула от радости, потому что его ответ по сути уже означал согласие выполнить мою просьбу.

— Тогда куда мне нужно подойти? Может быть, лучше ждать Вас в каком-нибудь безлюдном переулке поблизости?

[Я уже прибыл.]

Он уже приехал? Но куда именно?

Я растерянно принялась оглядывать комнату, пытаясь понять, где вообще мог находиться курьер вместе со своим мотоциклом, когда рядом послышался негромкий вздох.

[Он ведь не станет заезжать на мотоцикле прямо в комнату.]

После замечания Милли мне сразу стало неловко, хотя, можно подумать, человек вообще не имеет права растеряться в подобной ситуации.

Милли поднял руку и указал в сторону выхода, поэтому я поспешила покинуть комнату и, оказавшись снаружи, сразу увидела перед входной дверью второго этажа знакомый мотоцикл, рядом с которым стоял его владелец в неизменном розовом шлеме.

[Курьерская служба «Четыре-четыре-четыре».]

[Вы заказывали срочную доставку?]

Вот это да.

Сейчас его голос казался мне невероятно приятным, а скрытый за забралом взгляд почему-то ощущался почти доброжелательным, поэтому я торопливо закивала и с искренней благодарностью ответила:

— Да-да, именно я! Большое Вам спасибо, что приехали, хотя у Вас был перерыв.

Кажется, такими темпами я действительно могла однажды влюбиться в призрака.

«Если подумать, в отличие от остальных призраков он практически ничего не требует взамен».

Вся плата за его помощь сводилась к простой благодарности, а это уже вполне можно было считать почти добровольной помощью, пусть места, куда он меня доставлял, порой и оказывались совершенно жуткими.

[Только на этот раз я делаю исключение, клиентка.]

— Да, я всё поняла!

Мне стало немного жаль, однако постоянно обращаться к нему за помощью при каждой возникающей проблеме и правда было бы слишком бессовестно, поэтому я осторожно убрала найденные в комнате открытку и фотографию в карман и подошла к мотоциклу.

Стоило мне сесть на сиденье, как на голове, по обыкновению, сразу появился шлем.

[Отправляемся.]

Я кивнула, и мотоцикл мгновенно сорвался с места, набрав такую скорость, что окружающий пейзаж снова превратился в сплошное размытое пятно и рассмотреть что-либо вокруг стало невозможно.

Я не знала, сколько именно времени прошло в дороге, однако спустя некоторое время мотоцикл наконец остановился.

[Сначала мы прибыли к ближайшему из мест назначения.]

— Большое спасибо. А что касается… остальных двоих…

Наверное, просить его ещё и об этом было уже совершенно бессовестно, поэтому я замялась и так и не закончила фразу, однако призрак курьерской службы словно и без объяснений понял, о чём именно я хотела спросить.

[В этом месте находятся двое.]

Только спустившись с мотоцикла, я смогла как следует осмотреться и сразу почувствовала в воздухе влажную солёную прохладу, после чего увидела раскинувшееся прямо передо мной море.

— Значит, здесь заперты двое?

Тогда третий находился где-то в другом месте, и я уже начала размышлять, каким образом потом смогу добраться до него, когда кто-то легонько похлопал меня по плечу.

Обернувшись, я увидела призрака курьерской службы.

[Если Вы выполните одну мою просьбу, я приеду за Вами ещё раз.]

— Просьбу? Это случайно не что-нибудь опасное?

[Нет.]

— Мне не придётся причинять вред себе или кому-то другому?

[Нет.]

— А сейчас Вы не можете сказать, что именно потребуется сделать?

Призрак курьерской службы молча кивнул.

Наверное, потому что до сих пор он всегда относился ко мне достаточно хорошо, особой тревоги я не почувствовала, однако на всякий случай всё же украдкой посмотрела на Милли. Тот тоже никак не попытался меня остановить, а если даже он не видел причин вмешиваться, значит, просьба действительно не должна была оказаться опасной.

— Хорошо, я согласна. Но если впоследствии пойму, что это всё-таки опасно, мы сможем изменить условия?

[Да.]

— Тогда договорились! Когда закончу здесь, снова Вам позвоню. Большое спасибо, что привезли меня!

Голова в розовом шлеме слегка склонилась в ответ, после чего мотоцикл тронулся и практически мгновенно исчез из виду, оставив меня посреди совершенно безлюдного побережья.

— Значит, они находятся у моря.

Тогда способом самоубийства здесь, скорее всего, должно было стать утопление, потому что едва ли в подобном месте их заставят рыть яму на пляже, чтобы потом собственноручно закапывать себя заживо.

Я медленно направилась к воде, пока небо постепенно темнело, а за линией морского горизонта опускалось солнце, отчего совершенно не подходивший к происходящему пейзаж выглядел поразительно красивым.

Передо мной размеренно колыхалось синее море, и некоторое время я просто смотрела на его поверхность, не отводя глаз, пока постепенно не начала замечать странную перемену.

От самого горизонта синий цвет воды медленно наливался чернотой, а вслед за морем начало темнеть и закатное небо, словно невидимая тень постепенно поглощала весь окружающий мир.

Лишь когда почти всё вокруг окрасилось в чёрный цвет, я наконец поняла причину этой перемены.

«Так вот почему море казалось чёрным».

В воде, словно волны, покачивались бесчисленные человеческие макушки, заполнявшие море до самого горизонта, а некоторые из находившихся там существ высунули над поверхностью только глаза и теперь злобно смотрели прямо на меня.

Я нервно усмехнулась, пытаясь убедить себя, что одним свирепым взглядом меня уже не напугать, особенно после того, сколько куда более уродливых и отвратительных призраков мне довелось увидеть за последнее время.

[Дитя.]

[Перестань дрожать ногами, а то всё счастье распугаешь.]

С виду Вы вообще не похожи на корейца, так где успели нахвататься подобных присказок?..

После замечания Милли вся моя показная храбрость мгновенно рассыпалась, потому что, сколько бы призраков мне ни доводилось встречать, привыкнуть к ним всё равно не получалось, и я изо всех сил напрягла ноги, пытаясь хотя бы немного унять предательскую дрожь.

— Я не специально дрожу, мне просто страшно. Где мои друзья? Милли, Вы их видите?

[Они в море.]

— Среди всех этих призраков?

Гораздо сильнее меня встревожило само упоминание о том, что друзья находятся в воде.

Неужели они уже успели пережить первую смерть? От одной этой мысли я мгновенно занервничала, потому что после смерти человек просыпался уже в другом месте. Призрак курьерской службы специально привёз меня сюда, и я не могла позволить себе настолько нелепо упустить их.

Я уже собиралась броситься прямо в море, когда Милли внезапно схватил меня сзади за ворот.

— Ай!

[Они не там.]

— Тогда можно было сразу сказать, где именно они находятся, а не хватать меня без предупреждения! Вот если бы я хотя бы умела отличать людей от призраков, всё было бы гораздо проще, но у меня ведь нет никаких подобных способностей!

Если бы мне досталась хоть какая-нибудь особая способность, выживать в мире этого романа ужасов наверняка стало бы немного легче, и от искреннего возмущения мой голос прозвучал раздражённее, чем я собиралась.

«Кажется, в оригинале у Дан Со Хёка тоже была какая-то способность… Интересно, обладает ли он ею уже сейчас?»

С тех пор как я читала роман, прошло слишком много времени, поэтому вспомнить, что именно он умел, никак не получалось. В памяти сохранились в основном общий сюжет и особенно жестокие или пугающие эпизоды.

[Такую способность ты хотела получить?]

— Что Вы имеете в виду?

[Если хочешь, я могу дать её тебе.]

Я даже не успела понять смысл его слов, когда большая ладонь Милли протянулась вперёд и мягко накрыла мои глаза, отчего перед ними мгновенно стало темно.

[Духовное зрение.]

[Способность различать потусторонних существ, невидимых для обычного человеческого глаза.]

Послышался звук, напоминающий вспышку пламени, однако никакого жара я не почувствовала. Всё произошло за одно мгновение, и, когда Милли убрал руку, я медленно моргнула, постепенно привыкая к тому, как изменилось моё зрение.

Его фигура, прежде казавшаяся слегка полупрозрачной, теперь выглядела настолько отчётливо, словно передо мной стоял самый обычный живой человек.

— Что изменилось?

Почти сразу я заметила ещё одну особенность — вокруг Милли едва заметно колыхалась слабая зеленоватая дымка. Переведя взгляд на море, я увидела, что бесчисленные существа в воде тоже были окружены туманом, только уже бледно-жёлтым.

— Значит, существа, вокруг которых появляется дымка, являются призраками? Но почему у Вас она другого цвета?

[Зелёный означает безвредное или сравнительно безопасное существо, а жёлтый указывает на того, кто представляет небольшую опасность или способен доставить неприятности.]

[Однако эта оценка относительна, поэтому используй её прежде всего для того, чтобы отличать призраков от людей.]

Услышав невозмутимое объяснение Милли, я невольно расплылась в улыбке.

— Получается, Вы официально признаны безопасным призраком?

[…Не теряй бдительности.]

Ситуация оставалась слишком серьёзной, поэтому я решила подразнить его позднее и сразу вернулась к самому важному вопросу.

— Но как мне с помощью этого зрения найти друзей?

[Смотри внимательнее.]

Можно было ведь просто сразу показать нужное место.

Продолжая мысленно ворчать, я долго всматривалась в море. Жёлтый, жёлтый, снова жёлтый — вокруг всех существ виднелась одна и та же жёлтая дымка.

Жёлтый, жёлтый… и белый.

Белый?

— Они вон там?!

Я поспешно указала туда, где над водой поднимались два белых облачка, и Милли очень медленно кивнул.

Вот же, можно было сразу показать!

— Чхэ Сон! Ён Хо! Дан Со Хёк!

Я понятия не имела, кто именно из троих находился там вдвоём, однако им следовало как можно скорее прийти в себя. Не раздумывая ни секунды, я бросилась в море, потому что сами они вряд ли добровольно полезли бы в воду, а значит, призраки либо зачаровали их, либо затащили туда силой.

Однако на этот раз у меня был козырь.

Как я и ожидала, бесчисленные призраки тут же облепили меня со всех сторон — одни хватали за ноги и тянули вниз, другие обвивали руками шею или пытались вскарабкаться на спину.

«Ах вы мерзавцы!»

Я поспешно расстегнула сумку через плечо, внутри которой лежал кинжал, всё это время служивший мне почти защитным талисманом.

— А-а-а! Все прочь от меня!

Вытащив кинжал из ножен, я принялась размахивать им во все стороны, и даже от такой примитивной атаки призраки заметно дёрнулись и начали понемногу отступать.

«Так я и знала, он действует!»

Я решилась попробовать лишь потому, что этот клинок уже однажды оказался эффективен против призрака брелока. Как только вокруг освободилось немного пространства, я быстро поплыла к месту, откуда поднималась белая дымка, и чем ближе подбиралась, тем отчётливее слышала чей-то голос.

Это был Так Ён Хо.

— Чхэ Сон, прекрати! Ты же так сама погибнешь!

Неужели призрак выбрал своей целью именно Ю Чхэ Сон? Нужно было как можно скорее её спасать!

Я уже напряглась, собираясь вмешаться вместе с Так Ён Хо, когда услышала продолжение:

— Ты так самого призрака прикончишь!

— Как можно ещё раз убить того, кто уже и так мёртв?

— Почему ты так прицепилась именно к нему, если он уже пытается от тебя уплыть?!

— Потому что этот гад раньше схватил меня за волосы и утащил в море!

Это точно была та Ю Чхэ Сон, которую я знала?

Я ошеломлённо моргала, и, видимо, Так Ён Хо почувствовал мой взгляд, потому что повернулся в мою сторону. Увидев меня, он широко распахнул глаза, после чего несколько раз быстро похлопал Ю Чхэ Сон по плечу.

— Чхэ Сон, посмотри туда! Разве это не Чхо Ён? Или призрак принял её облик?

— Что?

После его слов Ю Чхэ Сон резко повернула голову.

Мокрые волосы облепили её лицо, словно размокшие в воде водоросли, а сама она с совершенно серьёзным выражением продолжала крепко держать призрака за волосы, отчего всё зрелище выглядело почти пугающе.

Неужели ей действительно совсем не страшно? Когда Ю Чхэ Сон пыталась использовать одержимость призраком брелока ради учёбы, я была уверена, что причиной являлось воздействие проклятия.

«Хотя она и раньше не верила ни в призраков, ни вообще во что-либо настолько нереальное».

Теперь мне стало даже немного неловко оттого, что я в панике бросилась в море, собираясь их спасать.

— Ма Чхо Ён?

— Да, это я. Я так беспокоилась о вас, что приехала сюда… Но чем вы вообще занимаетесь?

— Этот призрак постоянно пытался заставить меня утонуть.

Ю Чхэ Сон решительно дёрнула за волосы существо, которое всё это время удерживала, и над поверхностью воды показалось распухшее лицо утопленника, выглядевшее так, словно вот-вот лопнет.

Какая мерзость!

— Меня особенно разозлило, что он схватил меня за волосы, поэтому я решила, что, даже если снова умру, сначала выдеру ему всю шевелюру.

[И-и-и!]

Неужели этот испуганный звук только что издал сам призрак?

«Кажется, я впервые вижу, чтобы призрак настолько боялся человека».

Разумеется, призраки выглядели по-разному, и среди них встречались даже довольно милые, как Красненький или ребёнок, укрытый чёрной тканью, однако видеть, как призрак в настоящем ужасе шарахается от живого человека, мне ещё не доводилось.

— Для начала успокойся. Нам гораздо важнее выбраться из этого кошмара.

Я молча достала из кармана найденные открытку и фотографию и подняла их повыше, чтобы оба могли хорошо рассмотреть.

Увидев снимок, Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо заметно удивились, поскольку, похоже, сразу узнали в изображённом мужчине того самого человека, чей труп был запечатлён на фотографиях в комнате.

— Я ведь рассказывала вам, что тот, кто мешает мне умереть, сам начинает видеть этот кошмар вместо меня.

Изначально я собиралась попросить об этом Так Ён Хо, однако, посмотрев на них обоих, всё же изменила решение. Вместо побледневшего Так Ён Хо я протянула вещи Ю Чхэ Сон, которая даже после всего пережитого выглядела почти как обычно.

Она словно сразу поняла, что именно я задумала, и на её губах появилась лёгкая улыбка.

— Действительно, нигде ведь не сказано, что это обязательно должен быть человек.

То ли потому, что мы были подругами и уже достаточно хорошо понимали друг друга, то ли Ю Чхэ Сон просто всегда отличалась поразительной сообразительностью, однако объяснять ей ничего не пришлось. Она выпустила волосы призрака из руки и начала медленно погружаться всё глубже в море.

— Чхэ Сон!

Только Так Ён Хо, единственный не успевший понять наш замысел, растерялся и поспешно попытался последовать за ней. Я легонько похлопала его по плечу, давая понять, что всё в порядке, после чего тоже нырнула вслед за Ю Чхэ Сон.

Стоило мне открыть глаза под водой, как все находившиеся вокруг призраки одновременно повернули головы в мою сторону.

«Прямо косяк рыб в аквариуме».

Зрелище по-прежнему оставалось жутким, однако после всего, что мне уже довелось увидеть в аукционном зале, даже эта картина казалась не настолько страшной.

Я продолжила плыть, размахивая рукой с кинжалом, и призраки понемногу расступались передо мной, освобождая дорогу. Вдалеке виднелась Ю Чхэ Сон, которая продолжала опускаться всё глубже ко дну, а по мучительному выражению её лица уже становилось ясно, что воздуха ей начинает не хватать.

«Пожалуйста, потерпи ещё совсем немного, Чхэ Сон».

Даже если бы я сама хотела довести всё до конца, сейчас этот кошмар принадлежал Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо, а значит, именно кому-то из них предстояло совершить необходимое действие. Мне оставалось лишь молиться, чтобы всё получилось именно так, как мы рассчитывали.

И в этот момент прямо под водой отчётливо прозвучал голос:

— Отдай.

Он стремительно приближался.

— Это мой парень!

В следующую секунду вода сильно всколыхнулась, и в море рухнуло что-то тяжёлое.

Это была женщина в зимней одежде, та самая, которая передала проклятый брелок Чан Хён У, а позднее похитила меня.

Её лицо исказилось от такой ярости, словно она была готова убить любого, кто посмеет встать у неё на пути, и женщина стремительно поплыла прямо к Ю Чхэ Сон.

Тогда Ю Чхэ Сон открыла рот и засунула туда фотографию вместе с открыткой, заранее смирившись с тем, что после этого уже не сможет нормально дышать.

— Нет!!!

Женщина пришла в бешенство, мгновенно схватила Ю Чхэ Сон за ворот и резко потянула вверх, отчего её тело, до этого продолжавшее погружаться всё глубже, немного приподнялось.

Мы с Ю Чхэ Сон одновременно улыбнулись.

— Что?!

Мы не знали, какое именно действие кошмар признаёт «предотвращением самоубийства», однако, если для этого было достаточно самого вмешательства и попытки не позволить человеку умереть…

— Вы меня обманули?

Выходило, что женщина только что собственными руками не позволила Ю Чхэ Сон погибнуть. Судя по выражению её лица, она и сама почти сразу это осознала, однако было уже слишком поздно что-либо менять.

Море яростно вздыбилось, словно весь окружающий мир внезапно начал разрушаться. Ю Чхэ Сон выплюнула открытку и фотографию, и измятые предметы медленно поплыли вниз, постепенно исчезая в морской глубине, а женщина с отчаянием на лице тут же бросилась вслед за ними.

«Значит, она всё-таки не только ненавидела этого мужчину».

Возможно, открытку она спрятала именно потому, что до самого конца не хотела признавать собственные чувства.

Я подплыла к уже задыхавшейся Ю Чхэ Сон, обхватила её и помогла подняться к поверхности. Мы шумно вынырнули, судорожно хватая ртом воздух.

— Чхэ Сон, ты в порядке?

Передав её Так Ён Хо, я сразу же посмотрела туда, где находился Милли. Он медленно кивнул, и одного этого жеста мне оказалось достаточно, чтобы понять — наш план сработал.

Однако море продолжало бушевать с совершенно неестественной силой, словно даже после всего произошедшего кошмар ещё не собирался спокойно нас отпускать.

— Что происходит?

Послышался растерянный голос Так Ён Хо, а вдали уже поднималась огромная волна, настолько высокая, что могла целиком поглотить даже здание.

— Осторожно!

Так Ён Хо обнял нас с Ю Чхэ Сон, словно пытаясь заслонить обеих собственным телом. Оказавшись в его объятиях, я спокойно закрыла глаза, потому что теперь наконец пришло время проснуться от этого кошмара.

Едва придя в себя, я сразу закашлялась и выплюнула воду, которой успела наглотаться, сама того не заметив, а кто-то в это время осторожно похлопывал меня по спине, помогая восстановить дыхание.

«Где мы оказались?»

Я медленно подняла голову и увидела друзей, которые, судя по всему, тоже только что очнулись и теперь так же мучительно заходились кашлем.

— Тебе пришлось нелегко.

Мне и без того не требовалось оборачиваться, чтобы понять, кто единственный мог сейчас стоять рядом и так спокойно похлопывать меня по спине.

«Это Дан Со Хёк».

Однако разве он не оказался заперт в другом кошмаре? Каким образом ему удалось вернуться в реальность?

В голове один за другим возникали вопросы, и спросить хотелось о многом, однако горло саднило настолько сильно, что я могла лишь молча смотреть на него. Дан Со Хёк, словно без труда поняв причину моего молчания, заговорил первым:

— Вы передали кошмар другому существу, верно? Не знаю, связано ли это именно с этим, но меня тоже внезапно выбросило обратно.

В такие моменты его сообразительность действительно оказывалась невероятно полезной.

Я кивнула, подтверждая его догадку, а успевший немного отдышаться Так Ён Хо перевёл взгляд на остальных.

— Значит, мы действительно благополучно выбрались из того кошмара? Нас больше не затянет туда обратно?

Я медленно огляделась и поняла, что мы находились в той самой комнате женщины, где она проглотила Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо.

— Похоже на то. Но что именно вы сделали?

— Я тоже не знаю всех подробностей… Мы очнулись здесь сразу после того, как они оба одновременно оказались в море.

— Женщина, которую мы разыскивали, помешала мне покончить с собой.

Ю Чхэ Сон, всё ещё остававшаяся бледной после долгого пребывания под водой, совершенно спокойно объяснила произошедшее.

— Точнее, она пыталась забрать принадлежащие ей вещи, которые я держала во рту, но кошмар, похоже, воспринял её вмешательство как попытку спасти меня.

— Какие ещё вещи?

— Чхо Ён дала мне открытку и фотографию её бывшего парня на документы.

— Это лишь моя догадка, но мне кажется, что причиной всего произошедшего стала её искажённая любовь к нему, которая со временем переросла в болезненную одержимость.

Я перевела взгляд на фотографии трупа, которыми была сплошь покрыта стена. Тело мужчины на снимках было изуродовано многочисленными ранами, однако лицо почему-то оставалось совершенно нетронутым.

— Скорее всего, даже то, что его лицо оказалось на её животе, было исполнением её собственного желания. Если она дошла до такого, значит, одними ненавистью и обидой её чувства явно не ограничивались.

Именно поэтому я решила, что женщина не сможет безразлично смотреть, как исчезают вещи, которые можно было считать последней памятью об их отношениях.

— Хорошо, что Чхэ Сон поняла мой замысел без всяких объяснений и сразу сделала именно то, что было нужно.

Услышав моё тихое замечание, Ю Чхэ Сон озорно подмигнула мне, и я невольно улыбнулась ей в ответ.

Дан Со Хёк некоторое время молча смотрел на нас, а затем негромко произнёс, словно даже немного впечатлившись:

— Додуматься передать такой кошмар призраку… Даже не знаю, назвать вас смелыми или безрассудными.

Это сейчас была похвала или очередная насмешка?

— Она и без того уже вредила нам, поэтому сидеть сложа руки всё равно не имело никакого смысла.

— Согласна. Даже если бы наш план не сработал, я бы не пожалела, если бы нам удалось хотя бы немного досадить этому призраку.

Ю Чхэ Сон с совершенно невозмутимым видом поддержала меня.

— Вы обе впечатляете… хотя, признаться, одновременно немного пугаете.

Так Ён Хо произнёс это с явным восхищением, но посмотрел на нас так, словно окончательно убедился в нашей ненормальности.

— В любом случае хорошо, что всё закончилось благополучно. Давайте сначала уйдём отсюда, потому что оставаться в таком зловещем месте совершенно незачем.

— А разве не нужно сообщить в полицию? Эти фотографии, наверное, нельзя просто так оставлять.

— Лучше ничего не трогать. Если нас начнут расспрашивать, каким образом школьники вообще проникли в этот дом, неприятности возникнут уже у нас.

На обеспокоенный вопрос Так Ён Хо Дан Со Хёк ответил довольно категорично. Его слова звучали несколько бессердечно, однако спорить с подобными доводами было трудно.

Дан Со Хёк первым вышел из комнаты, а остальные один за другим последовали за ним.

«Что это?..»

Я шла последней и, случайно посмотрев на спину Дан Со Хёка, невольно широко раскрыла глаза.

От удивления я прикрыла рот ладонью и намеренно замедлила шаг.

— Милли.

Пока остальные уже спускались на первый этаж, я тихо позвала его, и Милли, до этого скрывавший своё присутствие, сразу проявился рядом со мной.

— Вы ведь говорили, что зелёный цвет означает сравнительно безопасное существо, а жёлтый предупреждает о небольшой опасности.

Я снова посмотрела на Дан Со Хёка.

Вокруг его высокой фигуры действительно колыхалась дымка, однако она совершенно не походила на белое свечение, окружавшее Ю Чхэ Сон и Так Ён Хо.

Она была ярко-красной, настолько насыщенной и тревожной, что один её вид заставлял внутренне напрячься.

— …Что означает красный цвет?

[Опасность и предупреждение.]

— Но Дан Со Хёк ведь человек.

Милли ничего не ответил.

Что всё это могло означать?

Не успела разрешиться одна проблема, как передо мной уже возникла следующая.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

В полицейском участке района Эден царила непривычная атмосфера. Из-за непрерывной череды происшествий полицейские в последнее время работали почти без сна, однако сегодня их лица впервые за долгое время выглядели немного светлее обычного, хотя даже они сами не были уверены, можно ли считать случившееся настоящим поводом для радости.

— Говорят, нашли тело мужчины, который числился пропавшим? Женщина, подавшая заявление о его исчезновении, потом тоже внезапно пропала, поэтому я уже думал, что исчезла вся парочка.

Мужчина, к которому обратился полицейский, улыбнулся и кивнул.

— Да, женщину пока найти не удалось, зато тело мужчины обнаружили. В полицию сообщил владелец кафе «Пхиорым».

— Он ведь говорил, что пошёл за своим котом в заброшенный дом и случайно наткнулся на тело? Мы тоже потом осматривали это место… До сих пор вспоминать жутко.

Полицейский покачал головой и сделал глоток растворимого кофе.

— Скажу только между нами, но мне кажется, что та женщина, которая заявила о его исчезновении, сама его и убила. Посмотрел я на фотографии, которыми была увешана стена, и сразу подумал, что она расправилась с ним, а потом сбежала.

— Может быть, они всё-таки не были парой?

— Знакомые подтвердили, что встречались. Только, по их словам, у женщины была сильная склонность к паранойе и нездоровой одержимости.

— Понятно.

— Жалко парня. Говорят, она была замкнутой и всё время ходила одна, поэтому он начал о ней заботиться, а потом они стали встречаться. Вряд ли он мог представить, что за добро ему однажды отплатят таким образом.

— Действительно печальная история.

— В мире хватает безумцев, которые считают любимого человека своей собственностью только потому, что любят его. Ты тоже будь осторожнее.

Мужчина тихо рассмеялся и согласно кивнул.

Предположение полицейского о том, что именно женщина могла оказаться убийцей, имело под собой серьёзные основания, поскольку стены комнаты были целиком покрыты фотографиями тела, а оставшиеся там следы крови, как выяснилось во время расследования, тоже принадлежали погибшему мужчине.

Улики складывались в настолько очевидную картину, что спорить с ней было практически невозможно.

— Вот бы и по остальным исчезновениям находилось хотя бы столько же доказательств…

Тогда полиция могла бы за что-нибудь зацепиться и продолжить поиски, однако сейчас люди словно буквально растворялись в воздухе, не оставляя после себя ни единого следа.

Полицейский устало простонал, а сидевший напротив мужчина спокойно заметил:

— Говорят, их даже камеры наблюдения не фиксируют, поэтому многие уже уверены, что за исчезновениями стоят призраки.

— Именно! Из-за этих слухов район Эден уже прозвали районом призраков! Я отсюда прямо слышу, как цены на жильё летят вниз!

— Ха-ха.

Хотя полицейский и говорил об этом шутливым тоном, мужчина прекрасно знал, что на самом деле тот искренне беспокоился о пропавших сильнее большинства людей.

Он поставил на стол напитки, которые принёс с собой.

— Не пейте один только кофе, лучше возьмите что-нибудь из этого.

— Спасибо. Кстати, ты всё ещё ищешь того человека?

— Да, продолжаю искать.

— Ты говорил, что в детстве она спасла тебе жизнь, верно? Но мы ведь проверили всё по тем сведениям, которые ты смог вспомнить, и не нашли вообще ничего.

Увидев обиженное выражение лица полицейского, мужчина согласно кивнул.

— Я знаю, сколько сил Вы потратили на поиски. Просто мне самому всё ещё трудно отказаться от этой надежды, поэтому не принимайте это близко к сердцу.

— Вот ведь… Хотелось бы всё-таки найти хотя бы какую-нибудь зацепку. Кстати, ты уверен, что та женщина вообще живёт в районе Эден?

— Этого я… не знаю.

Мужчина в рубашке и шортах до колен мягко улыбнулся.

— Недавно мне снова приснился один старый сон, и почему-то с тех пор меня постоянно тянет в район Эден. Странно, правда?

По привычке он опустил взгляд на ноги, где до сих пор отчётливо виднелись старые следы ожогов.

— Ну и ну.

Полицейский мельком посмотрел на его ноги, цокнул языком и пробормотал:

— Тут уже впору самому поверить в чертовщину. Как бы там ни было, говорить такое жителю района странно, но не ходи здесь один, потому что сейчас действительно опасно.

— Хорошо, я буду осторожен. Спасибо, что беспокоитесь.

— Ах ты хитрец. Пользуешься тем, что я старый друг твоей бабушки, и таскаешься в участок как к себе домой. Думаешь, здесь детская площадка?

— Но я ведь иногда приношу Вам обеды.

— С таким невинным лицом, а выкручиваешься лучше любого пройдохи.

— Спасибо за комплимент.

Полицейский недовольно поцокал языком, и почему-то даже кофе сегодня показался ему особенно горьким.

— В любом случае, Тагым, послушай меня.

Услышав собственное имя, мужчина, Хон Тагым, улыбнулся.

— Я сейчас не шучу, поэтому действительно будь осторожен. Возможно, ты уже не живёшь здесь и потому не чувствуешь всей серьёзности происходящего, но в последнее время начали бесследно исчезать даже взрослые.

— Хорошо, я обязательно буду осторожен.

Хон Тагым вспомнил, как после пожара, в котором он едва не погиб, бабушка окружила его почти удушающей заботой. Полицейский, бывший её давним другом, тогда постоянно ворчал, что она слишком опекает мальчика, хотя с точки зрения самого Хон Тагыма он мало чем от неё отличался.

Хон Тагым вырос, окружённый чрезмерной заботой и любовью этих двоих, однако даже этот пожилой полицейский не мог понять, почему он всё ещё пытался найти девушку, спасшую его в детстве из охваченного огнём здания.

«Сестрёнка осталась там! Ей там больно!»

Причина заключалась в том, что после того, как пожар потушили и разобрали обломки здания, никакого тела внутри так и не обнаружили.

Тогда взрослые говорили, что ребёнку помогли предки и произошедшее следует считать настоящим чудом, однако Хон Тагым никогда с этим не соглашался.

«Во сне я наконец увидел её лицо».

В детстве он был слишком мал, поэтому почти не запомнил её внешность, однако на этот раз сумел разглядеть девушку совершенно отчётливо.

Тогда она казалась ему очень большой, но теперь, став взрослым и вспоминая увиденное во сне, Хон Тагым понимал, что спасшая его девушка на самом деле была удивительно юной и совсем невысокой.

И всё же она изо всех сил стиснула зубы и продолжала двигаться вперёд, потому что хотела спасти ребёнка, который был ещё меньше неё.

В его памяти она навсегда осталась невероятно сильным человеком, достойным самого искреннего восхищения.

«Я хочу встретиться с ней».

Именно под впечатлением от её поступка Хон Тагым впоследствии решил стать пожарным и посвятить себя спасению других людей.

«Если мы когда-нибудь встретимся, я обязательно как следует её поблагодарю».

Ему хотелось не только выразить благодарность, но и узнать, какой стала женщина, которой он столько лет восхищался.

С улыбкой Хон Тагым вышел из полицейского участка, и почему-то именно сегодня ему особенно сильно казалось, что этот день принесёт с собой нечто хорошее.

5. Семейные узы

Поскольку у нас не было никакой возможности проверить, действительно ли женщина, передавшая проклятый брелок Чан Хён У, оказалась заперта внутри кошмара, мы решили пока разойтись по домам и немного отдохнуть.

Вернувшись в комнату общежития, я приняла душ, легла на кровать и некоторое время бездумно смотрела в потолок.

«Дан Со Хёк…»

Всё это было очень странно.

По дороге в общежитие мне встретилось множество людей, и каждого из них окружал белый дым. Вокруг призраков он напоминал туман, плотно обволакивавший тело, тогда как возле живых людей лёгкие клубы словно были наполнены жизнью и свободно колыхались в воздухе.

«Но почему тогда Дан Со Хёка окружал красный дым? Неужели потому, что он уже много раз погибал от рук призраков?»

Неужели причина действительно заключалась только в этом?

Я перевернулась на кровати, понимая, что даже если спрошу самого Дан Со Хёка, он наверняка ничего не сможет мне объяснить.

— Милли, если я спрошу, почему вокруг Дан Со Хёка был красный дым, Вы ведь всё равно не ответите?

Милли промолчал, и, как я и ожидала, на этот раз никакого ответа тоже не последовало.

Я тихо вздохнула и снова обратилась к нему:

— Вы не можете рассказать мне об этом из-за какого-то ограничения?

[Да.]

— Что это вообще за ограничения такие? Вам запрещено помогать людям?

Милли снова ничего не сказал.

— У Вас слишком много секретов.

Я недовольно проворчала это, однако, увидев совершенно бесстрастное лицо Милли, поспешила добавить:

— Но Вы ведь понимаете, что я всё равно благодарна Вам за то, что Вы постоянно мне помогаете?

Для убедительности я даже подняла большой палец, однако Милли по-прежнему молчал, а выражение откровенного недоумения на его лице я предпочла великодушно проигнорировать.

Пусть Милли нельзя было так же легко просить о помощи за символическую плату, как призрака курьерской службы, он уже почти превратился для меня в нечто вроде личного духа-хранителя. Он постоянно находился рядом, я успела привыкнуть полагаться на него, а теперь вдобавок получила от него ещё и полезную способность, поэтому мои слова вовсе не были ложью.

Оставалось лишь придумать, как использовать эту способность с максимальной пользой, и вот с этим всё оказалось куда сложнее.

Немного поразмыслив, я достала телефон. Раз уж наконец появилось немного свободного времени, стоило записать в заметки всё, что я ещё помнила из оригинального романа.

«До сих пор я была настолько сосредоточена на поисках Чхо Хэ, что почти не обращала внимания на события оригинала».

Раньше мне казалось, что это не имеет особого значения, однако теперь я понимала, насколько сильно ошибалась. После недавних игр на выживание стало окончательно ясно, что чем лучше я помню оригинальный сюжет, тем выше становятся мои шансы выжить, а чем ближе держусь к главному герою, тем выгоднее оказывается моё положение.

«Похоже, выбора больше нет. Придётся оставаться рядом с Дан Со Хёком».

По крайней мере до тех пор, пока один из нас не найдёт свою семью, нам придётся продолжать действовать вместе.

«А значит, нужно как можно точнее восстановить в памяти оригинальный сюжет».

Как говорится, знаешь врага и знаешь себя, не потерпишь поражения и в сотне сражений.

Я усердно напрягла память и принялась записывать всё, что удавалось вспомнить, решив для начала разобраться с персонажами. Первым, разумеется, был главный герой, Дан Со Хёк.

Ему было девятнадцать лет. После того как его родители исчезли из-за призрака-торговца людьми, он оказался втянут в мир потустороннего, а по неизвестной причине после смерти обрёл способность возвращаться в прошлое и начинать всё заново.

«Впрочем, для главного героя фэнтезийного романа такая способность не особенно редка».

Однако после того, как я познакомилась с Дан Со Хёком в реальности, эта сила уже не казалась мне впечатляющей и воспринималась скорее как исключительно жестокое проклятие.

Кроме того, у него была ещё одна способность.

«Что же это было?»

Задумчиво покачивая телефоном в руке, я попыталась вытащить из памяти нужное воспоминание.

В начале романа основной акцент делался именно на его возвращениях после смерти, к тому же Дан Со Хёк тогда в основном лишь страдал от призраков и почти не имел возможности пользоваться другими силами, поэтому вспомнить подробности оказалось не так просто.

Я долго напрягала память, пока наконец не вспомнила.

— Точно, !

Хотя главным жанром романа оставались ужасы, в нём всё же присутствовали элементы фэнтези, поэтому у основных персонажей, включая главного героя, имелись особые способности, связанные с потусторонним миром.

Кто-то обладал духовным зрением и, подобно мне теперь, мог отличать людей от призраков, кто-то слышал голоса потусторонних существ, а некоторым даже снились вещие сны.

Однако способность Дан Со Хёка заметно отличалась от остальных, возможно, именно потому, что он был главным героем.

Автор оригинала называл подобные сверхъестественные способности .

«То есть силой, позволяющей противостоять призракам и данной людям ради сохранения равновесия?»

Учитывая, что на призраков в этом романе не действовали обычные амулеты, заклинания и прочие традиционные средства, такое название казалось вполне уместным.

В самом начале оригинала, до того как Дан Со Хёк получил свою способность, почти не упоминался, однако, насколько я помнила из объяснения автора, буквально означало деловые отношения с призраком.

Если выполнить требование определённого призрака, в обмен можно было получить возможность пользоваться его силой.

«Если задуматься, способность почти жульническая».

Например, заключишь партнёрство с призраком, который спрашивает про красную и синюю туалетную бумагу, и получишь бесконечный запас туалетной бумаги в любом месте и в любое время.

Я замолчала.

«…Или это уже совсем не то?»

Словно прочитав мои мысли, Милли посмотрел на меня весьма странным взглядом, однако я сделала вид, будто ничего не заметила, и продолжила вспоминать сюжет.

«Способность, конечно, невероятно сильная, только назвать её хорошей всё равно нельзя».

Точно, как я вообще могла об этом забыть?

Требования существ, стремившихся причинять людям вред, никак не могли быть безобидными. Одни требовали кого-нибудь убить, другие просили отдать часть собственного тела или жизнь близкого человека, а некоторые каждую ночь насылали кошмары, не позволяя нормально спать, либо заставляли вместо себя слушать предсмертные вопли людей, которых когда-то убили.

Каждый призрак по-своему доводил Дан Со Хёка до полного истощения, поэтому даже сила, полученная на подобных условиях, наверняка приносила ему куда больше страданий, чем пользы.

Чем могущественнее был злой дух, тем тяжелее должно было оказаться его требование.

«Чем больше вспоминаю, тем сильнее его жалко».

Я тихо вздохнула.

Во всём остальном Дан Со Хёк из первых глав почти ничем не отличался от того человека, которого я знала сейчас.

Закончив с ним, я перешла ко второму персонажу.

Так Ён Хо был первым товарищем Дан Со Хёка. Он отличался вполне обычным и неконфликтным характером и собственного не имел, зато чрезвычайно интересовался городскими легендами и потусторонним, поэтому в начале истории снабжал Дан Со Хёка, совершенно не разбиравшегося в этой теме, множеством полезных сведений.

«Не знаю, как всё складывалось дальше, но в тех главах, которые я читала, Дан Со Хёк, кажется, так и не успел по-настоящему открыться Ён Хо».

До чего же он всё-таки недоверчивый человек.

Наверное, именно поэтому сведений о Так Ён Хо у меня тоже сохранилось немного, и можно было переходить дальше.

«Ни меня, ни Чхэ Сон в оригинале вообще не существовало, поэтому и вспоминать о нас нечего».

Следующей значимой героиней была известная актриса, с которой Дан Со Хёк знакомился во время истории, связанной с городской легендой о преследовании знаменитости. Некоторые читатели даже считали именно её главной героиней и активно болели за то, чтобы в итоге они с Дан Со Хёком оказались вместе.

Я не знала, сошлись ли они в финале, однако актриса была красивой, решительной и дерзкой, благодаря чему пользовалась большой популярностью среди читателей.

Кроме неё я могла вспомнить разве что красивого пожарного, который подозрительно часто появлялся в сюжете. Читатели тогда активно обсуждали, что настолько подробное описание его привлекательной внешности наверняка дано не просто так и впоследствии он, скорее всего, присоединится к главным героям.

«С персонажами, пожалуй, всё. Теперь самое важное — содержание отдельных эпизодов».

Первым событием, разумеется, было исчезновение родителей Дан Со Хёка. Он понял, что речь идёт не об обычном деле о пропавших людях, потому что собственными глазами увидел призрака-торговца людьми.

«Наверное, этот призрак и есть один из главных противников, почти финальный босс?»

В конце концов, именно он и сейчас заставлял исчезать столько людей, включая Ма Чхо Хэ.

Я стиснула зубы и попыталась как можно точнее вспомнить, как в оригинале описывался призрак-торговец людьми, которого видел Дан Со Хёк.

Это был маленький мальчик в белой больничной одежде, причём его волосы и брови тоже были совершенно белыми, словно покрытыми снегом. Наверное, именно поэтому описание так хорошо сохранилось в моей памяти, ведь по цветам он скорее напоминал ангела, чем призрака.

Во всём остальном его можно было принять за самого обычного ребёнка, и даже особой жути, как подчёркивалось в романе, от него не исходило. Он лишь выглядел неестественно белым и настолько чуждым окружающему миру, что создавалось впечатление, будто это существо вообще не принадлежит миру живых.

«Призрак-торговец людьми ведь сам сказал Дан Со Хёку, что, если тот хочет найти родителей, ему придётся разыскать его».

Мог бы хотя бы объяснить, где именно его искать.

Я вздохнула и принялась вкратце записывать последующие крупные эпизоды: игры на выживание, призрак Сообщества городских легенд, призрак игры в прятки, история о преследовании знаменитости, кошмарная вечеринка, происшествие в деревне Тонсан и другие.

В романе встречались и более мелкие городские легенды, однако среди той части, которую я успела прочитать, именно эти сюжетные линии казались наиболее значительными.

Причиной же, по которой я в итоге вообще бросила роман, не выдержав чрезмерной жестокости, стало именно «Происшествие в деревне Тонсан».

Стоило вспомнить одно только название, как к горлу уже начинала подступать тошнота, поэтому этот эпизод пока лучше было оставить в стороне.

«Главная проблема в том, что я понятия не имею, какое по счёту возвращение сейчас переживает Дан Со Хёк».

В начале оригинального романа истории с виллой «Эден» вообще не существовало. Возможно, она произошла где-то в середине, относилась к одной из предыдущих временных линий или просто осталась за пределами событий, показанных читателям.

«Особенно настораживает то, что Дан Со Хёк уже однажды выбирался из этого места».

Если происходящее сейчас относится к периоду ещё до начала оригинального сюжета, тогда выходит, что в ближайшем будущем Дан Со Хёк, скорее всего, должен погибнуть.

Если этот мир действительно подчиняется оригинальному роману, история каким-то образом должна будет вернуться к изначально заданному ходу событий.

После смерти Дан Со Хёк вернётся в прошлое, но что тогда произойдёт со мной? Мне придётся остаться в мире без него и продолжить поиски Ма Чхо Хэ в одиночку?

Или же мир, оставшийся без главного героя, вообще исчезнет?

«Даже если записывать всё, что удаётся вспомнить, ясности в голове от этого больше не становится».

Я посмотрела на заметки в телефоне и лишь теперь особенно отчётливо заметила, насколько хаотично они были составлены: события, персонажи и отдельные подробности располагались вперемешку, без малейшего соблюдения последовательности.

«…Хотя, кажется, я начинаю понимать, почему у меня от всего этого такая каша в голове».

Вот бы оригинальный сюжет помнила не я, а умница Ю Чхэ Сон.

«Хм, если исходить из устройства мира оригинального романа, выходит, теперь и у меня есть собственный ?»

Милли наделил меня духовным зрением, благодаря которому я могла отличать людей от призраков, а вдобавок теперь хотя бы приблизительно понимала, насколько опасным может оказаться то или иное потустороннее существо.

Если задуматься, способность мне досталась действительно потрясающая!

Правда, я по-прежнему совершенно не понимала, почему вокруг Дан Со Хёка клубился именно красный дым. Возможно, причина заключалась в том, что он уже пользовался и на нём сохранился след связи с каким-нибудь злым духом, однако с этим пока можно было не спешить и разобраться постепенно.

«В оригинале информацию о родителях он получал в двух эпизодах. Во время игр на выживание ему удалось выяснить, живы ли они, а призрак Сообщества городских легенд подсказал, как приблизиться к призраку-торговцу людьми».

Однако безоговорочно доверять этому призраку мне всё равно было не по себе.

«Хотя именно благодаря ему я узнала о таком хорошем призраке, как курьер из службы доставки».

И всё же по его наводке мне пришлось пройти через адские игры на выживание, поэтому невольно возникал вопрос, действительно ли советы этого призрака можно считать полезными. В конце концов, именно из-за него мы отправились на виллу «Эден» и вдобавок оказались связаны с прежней владелицей проклятого брелока.

«Может, он просто специализируется на том, чтобы направлять людей к самым опасным призракам?»

Я тяжело вздохнула, невольно задаваясь вопросом, неужели другого способа действительно не существовало.

История с преследованием знаменитости здесь не подходила, а о происшествии в деревне Тонсан я ничего толком не знала, потому что именно на этом месте бросила читать роман.

Оставалась городская легенда об игре в прятки.

«…Вот с этим призраком, пожалуй, можно познакомить Дан Со Хёка».

Сам эпизод я помнила лишь смутно, однако в нём Дан Со Хёк встречал призрака маленького ребёнка и играл с ним в прятки столько, сколько тот хотел, причём продолжалось это всю ночь до самого утра.

Впрочем, никто там не получал травм и не оказывался на грани смерти, поэтому по меркам этого романа эпизод действительно можно было считать сравнительно безобидным.

Причина же, по которой мне особенно хотелось отправить туда Дан Со Хёка, заключалась лишь в одном: среди всех призраков, с которыми он впоследствии заключал договор благодаря , именно у этого было самое простое требование.

Нужно было всего лишь провести с ним целый день, играя в прятки, а взамен Дан Со Хёк получал способность на одни сутки полностью скрывать своё присутствие так, чтобы его никто не смог обнаружить.

Причём эта способность действовала даже против призраков.

«При настолько простом условии сила просто невероятная».

Насколько я помнила, Дан Со Хёк довольно успешно пользовался ею ещё вплоть до середины романа.

Эх, Дан Со Хёк, знал бы ты, как эта старшая сестра о тебе заботится.

Что касается остальных ранних эпизодов, ничего особенно полезного для поисков пропавших людей там, кажется, не было, поэтому сначала стоило помочь Дан Со Хёку получить полезную способность, а уже потом искать какой-нибудь другой способ продвинуться в расследовании.

«Только что мне вообще сказать, чтобы заманить его туда?»

Да и где именно в оригинале находился призрак игры в прятки? Кажется, в подвале какого-то старого здания.

— Хм-м-м…

[Что тебя беспокоит?]

Услышав моё задумчивое мычание, Милли сам поинтересовался причиной и пристально посмотрел на заметки, которые я набирала в телефоне. Впрочем, ничего особенно подробного я там не записала, поэтому пусть смотрит сколько угодно.

Вот если бы речь шла о Дан Со Хёке, тогда другое дело.

[Призрак игры в прятки?]

[Ты говоришь о ребёнке из подвала виллы «Эден»?]

— Простите, из какой ещё виллы?

[Из виллы «Эден».]

Название показалось до боли знакомым, и я невольно задумалась, почему оно вновь всплыло именно сейчас.

[Ты ведь сама там уже бывала.]

— Откуда Вы вообще это знаете? Мы тогда ещё даже не встретились! Неужели Вы…

Я невольно потёрла покрывшиеся мурашками руки, задумавшись, с какого именно момента Милли вообще наблюдает за мной, и впервые увидела на его лице настолько отчётливое выражение недоумения.

[Я действительно наблюдал за тобой.]

[Но совсем не в том смысле, который ты сейчас себе придумала.]

Не в том смысле…

Ответ прозвучал несколько безжалостно.

— Ладно, тогда откуда Вы знаете, что там есть призрак игры в прятки?

[Когда ты приходила на виллу «Эден», я почувствовал его присутствие.]

— А-а, понятно. Кроме призрака лифта там ещё много других?

[Не особенно.]

[Если пойдёшь туда сейчас, то и сама сможешь хотя бы приблизительно это понять.]

Точно, ведь теперь у меня было духовное зрение. Если в море я могла отличать людей от призраков по цвету окружающей их дымки, значит, и внутри здания эта способность наверняка должна была работать.

Вилла «Эден».

«Как же мне не хочется туда возвращаться».

В прошлый раз от призрака лифта удалось спастись исключительно благодаря удаче, а если я снова столкнусь с ним, то каким образом, спрашивается, прикажете убегать на этот раз?

К тому же оставалась ещё одна проблема.

— Но в прошлый раз я не видела там лестницы, ведущей в подвал.

Там было помещение, похожее на склад и отгороженное металлической решёткой, однако никакого спуска вниз я совершенно точно не заметила. Я вопросительно склонила голову, и Милли совершенно спокойно ответил:

[Туда нужно спуститься на лифте.]

Мне?

Снова воспользоваться лифтом на вилле «Эден»?

Может быть, лучше вообще перестать вмешиваться и позволить Дан Со Хёку самому разбираться со своими способностями?..

«Он всё-таки главный герой, значит, должен хоть немного развиваться самостоятельно. Если всё время помогать ему со стороны, как он вообще станет сильнее?»

Вот именно, я просто слишком много на себя беру, ведь я ему не опекун и совершенно не обязана заходить настолько далеко. Дан Со Хёк и сам прекрасно справится.

Окончательно решив забыть об этой затее, я отбросила телефон и снова плюхнулась на кровать, однако мысли почти сразу сами собой вернулись к следующему эпизоду, который по сюжету должен был произойти с Дан Со Хёком.

Городская легенда о преследовании знаменитости.

Я вспомнила сцену, в которой призрак-сталкер, приревновав Дан Со Хёка к знаменитой актрисе, с которой тот разговаривал, тайком проник к нему домой. В руке у призрака был кухонный нож, а явился он туда именно затем, чтобы убить Дан Со Хёка.

И тогда Дан Со Хёк сумел спасти себе жизнь лишь благодаря способности призрака игры в прятки, полностью скрыв своё присутствие…

— Да чтоб тебя!

Я резко вскочила с кровати, отчего матрас подо мной сильно качнулся, и раздражённо выпалила:

— Из-за Дан Со Хёка я такими темпами сама до положенного срока не доживу!

[Мне кажется, он мог бы сказать о тебе то же самое.]

— Милли, пожалуйста, помолчите! Вы совершенно не понимаете моих чувств!

[А теперь ты уже совсем перестала со мной церемониться.]

Какая теперь разница?

Недовольно выпятив губы, я снова взяла телефон и решила позвонить Дан Со Хёку прямо сейчас, пока окончательно не передумала и не отказалась от собственной затеи.

После нескольких гудков он наконец ответил:

— Чем занимаешься?

До чего же лаконичный ответ.

Я тяжело вздохнула, а поскольку сама позвонила ему и тут же начала вздыхать в трубку, Дан Со Хёк вполне ожидаемо возмутился:

— Дан Со Хёк.

— Мне нужно кое-куда сходить. Не хочешь пойти со мной?

О боже, за что Вы вообще наделили Дан Со Хёка таким невероятным количеством невоспитанности?!

«Я ведь не каждый день прошу его о подобном! Неужели настолько трудно хотя бы спросить, куда именно мне понадобилось идти?»

Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, напоминая себе, что сейчас необходимо сохранять спокойствие, потому что побеждает тот, кто умеет терпеливо добиваться своего.

— Милли рассказал мне про виллу «Эден». Оказывается, в подвале там живёт призрак, который любит играть в прятки.

Едва я закончила говорить, как сразу почувствовала на затылке чей-то пристальный взгляд. Наверняка это был Милли, причём мне буквально физически казалось, будто он сверлит меня глазами.

Сделав всё возможное, чтобы не обращать на это внимания, я продолжила ждать ответа Дан Со Хёка.

После небольшой паузы он всё-таки задал вопрос, и я поспешно продолжила:

— Говорят, если поиграть с ним в прятки, можно получить какой-нибудь подарок. Как тебе такая идея? Может быть, он даже даст полезную информацию, которая поможет нам найти родных!

Даже самой было понятно, насколько отчаянно я сейчас пытаюсь его уговорить, а Милли тем временем смотрел на меня так, словно впервые в жизни слышал, что якобы рассказывал мне нечто подобное.

Простите, пожалуйста, но сделайте вид, что ничего не слышали.

— Эй! Милли хоть раз причинил нам какой-нибудь вред?

— Но он хороший призрак! У него зелёный цвет!

— Я серьёзно говорю! На самом деле мне просто страшно идти туда одной, поэтому сходи со мной, хорошо? Я ведь не могу позвать Чхэ Сон или Ён Хо.

— Потому что ты хотя бы уже бывал на вилле «Эден» и примерно знаешь, что там происходит… наверное?

До чего же трудно его уговаривать.

Может быть, потом стоит совершенно случайно провести Дан Со Хёка мимо виллы «Эден», а там каким-нибудь образом заманить или даже затолкать внутрь?

Я тяжело вздохнула и снова растянулась на кровати, решив, что для своего уровня и без того приложила достаточно усилий и больше мучиться ради него не собираюсь.

— Если не хочешь, тогда ничего не поделаешь.

Честно говоря, необходимость снова возвращаться на виллу «Эден», а затем ещё и спускаться в подвал на том самом лифте пугала меня не меньше, чем его, поэтому стоило отказаться от этой затеи, как на душе сразу стало заметно легче.

Я уже собиралась завершить звонок и действительно немного поспать, когда Дан Со Хёк неожиданно заговорил:

Почему он вдруг передумал?

— С чего это внезапно? Только что ведь категорически отказывался.

За кого он меня вообще принимает? С какой стати я стану делать настолько безумные вещи?

…Хотя после того, как я в одиночку полезла в те игры на выживание, возразить ему было особенно нечего.

— Можно подумать, ты мой опекун.

— До чего же ты невыносимый.

Лично для меня?

«Неужели он уже что-то знает? Может быть, в одном из предыдущих возвращений он уже получал эту способность».

Если так, выходило, что я зря устроила весь этот разговор и настолько отчаянно пыталась его уговорить, однако теперь уже было поздно внезапно менять решение.

Вот уж не люблю настолько напористых мужчин.

— Хорошо…

В итоге я сама вырыла себе яму и даже нормально отдохнуть не успела, хотя ещё совсем недавно была уверена, что наконец-то проведу остаток дня спокойно.

И зачем только мне понадобилось настолько заботиться о Дан Со Хёке, будто он действительно заслужил подобное отношение?

Тяжело вздыхая, я переоделась, выбрав удобные брюки и кроссовки, в которых при необходимости будет проще убегать от призраков, а одно лишь осознание того, что я уже начала подбирать одежду по принципу «удобно ли в ней спасаться от нечисти», заставило меня искренне пожалеть собственную судьбу.

Район Эден, вилла «Эден», вечер.

— Ха-а-а…

— Ты сама предложила сюда прийти, так почему теперь вздыхаешь так тяжело, будто земля под ногами вот-вот провалится?

Кто бы мог подумать, что мне снова придётся вернуться в это место.

Дан Со Хёк, пришедший вместе со мной, посмотрел на меня так, словно совершенно не понимал причины моего поведения.

— Вот именно. Зачем я вообще предложила сюда идти?

— И после этого ты ещё удивляешься.

Мы остановились перед дверью виллы «Эден», и, поскольку по прошлому опыту я прекрасно знала, что стоит нам войти внутрь, как возможности спокойно разговаривать уже не будет, всё необходимое следовало обсудить заранее.

— Нам нужно попасть в подвал, но как туда спуститься? Лестницы вниз здесь вроде бы нет.

На всякий случай я ещё раз внимательно осмотрелась, однако по-прежнему увидела лишь лестницу, ведущую наверх, а рядом с лифтом находилась только кнопка вызова для движения вверх, поэтому совершенно не представляла, каким образом нам прикажете добираться до подвала.

— Если хочешь попасть в подвал, придётся воспользоваться лифтом. Внутри есть кнопка спуска вниз.

— Ничего себе, ты уже успел побывать там раньше?

Дан Со Хёк молча и пристально посмотрел на меня сверху вниз, отчего я невольно напряглась, не понимая, почему он вдруг так насторожился.

— Я уже некоторое время хотел тебя кое о чём спросить.

— О чём именно?

— Ты говоришь всё это потому, что что-то знаешь?

Какой же он проницательный. Похоже, в этот раз я и правда выразилась слишком очевидно.

— Что значит «что-то»? Мне хотя бы нужно понять, о чём именно ты спрашиваешь, чтобы ответить.

— В прошлый раз я рассказывал, что сумел выбраться отсюда, потому что нашёл пустую квартиру и спрятался в ней.

— Да, ты именно так и говорил.

— Но сейчас ты совершенно спокойно спросила, не успел ли я «уже» спуститься в подвал. И из тех игр на выживание ты тоже выбралась с гораздо меньшими потерями, чем можно было ожидать.

Разумеется, я не могла признаться ему в том, что воспользовалась сведениями о тех мучениях, через которые он прошёл в оригинальном романе.

«И тем более нельзя говорить, что я знаю о его возвращениях после смерти».

Другое дело, если бы Дан Со Хёк сам однажды решил мне об этом рассказать, однако даже Так Ён Хо, своему первому товарищу, он в оригинале так и не открыл эту тайну, поэтому мне и вовсе не стоило рассчитывать на подобную откровенность. А раз он сам что-то скрывал, я тоже не обязана была первой раскрывать перед ним все свои секреты, тем более что он наверняка всё равно мне не поверил бы.

— Мне очень помогает Милли.

Я попыталась отделаться этим объяснением, и выражение лица Дан Со Хёка стало слегка странным. Наверное, ему и правда было трудно что-либо возразить насчёт призрака, которого он сам толком никогда не видел.

Чтобы он не успел зацепиться ещё за какую-нибудь неосторожную фразу, я поспешно сменила тему.

— Но разве лифтом вообще безопасно пользоваться? В прошлый раз оттуда ведь уже начинали вылезать какие-то руки.

— …Если вызвать лифт кнопкой и войти в него как «пассажир», он не нападёт. Но есть одно правило, которое нужно обязательно запомнить.

Что ещё за правило?

Из оригинального эпизода я помнила лишь то, что Дан Со Хёк целый день играл с призраком в прятки, поэтому непонимающе склонила голову. На мгновение мне даже захотелось упрекнуть ту прежнюю себя, которая читала этот эпизод и совершенно не старалась запоминать подробности.

«Да что страшного может быть в обычных прятках?»

— Как только войдёшь в лифт, задержи дыхание и не вдыхай до самого подвала. Ни в коем случае не дыши.

— А что случится, если вдохнуть?

— Кто знает.

С этими словами Дан Со Хёк открыл дверь виллы «Эден», и я невольно подумала, что он мог хотя бы нормально ответить на мой вопрос, прежде чем вот так просто заходить внутрь.

Кивком указав мне следовать за ним, Дан Со Хёк первым переступил порог, а я вошла следом в тёмный холл, где не горела ни одна лампа.

Когда я на всякий случай обернулась, то сразу убедилась, что дверная ручка уже исчезла, а тем временем Дан Со Хёк успел подойти к лифту и нажать кнопку вызова.

[Первый этаж.]

Он посмотрел на меня и едва заметно подал знак глазами, напоминая, что пора задержать дыхание.

«Подумаешь, ненадолго перестать дышать».

[Двери открываются.]

Створки лифта, ожидавшего на первом этаже, медленно разъехались, однако стоило мне увидеть, чем была заполнена кабина, как кровь словно застыла в жилах.

«Ч-что это вообще такое?»

Лифт был битком набит бесчисленными манекенами, среди которых одни были с волосами, другие оставались совершенно лысыми, а несколько оказались настолько тщательно накрашены, что издалека почти походили на живых людей. И всё же у каждого сохранялись одинаково бескровное лицо и неестественное тело с отчётливо выступающими шарнирами в суставах.

Дан Со Хёк без малейших колебаний вошёл внутрь, и я поспешила последовать за ним.

«Так, может быть, руки, которые я видела в прошлый раз, принадлежали не призраку, а этим манекенам?»

Хотя те руки всё-таки выглядели намного страшнее.

[Подвал.]

Когда Дан Со Хёк нажал кнопку, раздался голос системы. Как он и говорил, внутри действительно имелась кнопка спуска, потому что под обозначением первого этажа находилась ещё одна клавиша без номера, и, очевидно, именно её он только что нажал.

«А почему нигде не указано, какой это этаж?»

Кабина дёрнулась и начала опускаться всё ниже, постепенно уходя в такую глубину, что мне уже становилось не по себе.

«Сколько ещё нужно не дышать?»

Я ведь думала, что задержать дыхание придётся совсем ненадолго, однако время тянулось, а воздуха начинало всё сильнее не хватать. Когда терпеть стало совсем тяжело, я зажала рот рукой и краем глаза посмотрела на Дан Со Хёка, пытаясь понять, как с этим справляется он.

Именно тогда я заметила в зеркале манекенов, стоявших у меня за спиной, и поняла, что все они одновременно смотрят прямо на меня.

— Ах!

От неожиданности я машинально втянула воздух и тут же увидела, как Дан Со Хёк широко распахнул глаза.

«Вот чёрт. Мне действительно ужасно жаль, но я ведь не специально!»

В отражении один манекен за другим начал растягивать рот в довольной ухмылке, словно все они только и ждали, когда я совершу эту ошибку.

[Подвал.]

[Подвал.]

До этого объявление повторялось без изменений, однако внезапно вместо привычных слов прозвучало совсем другое:

[Лифт падает.]

В тот же миг кабина с безумной скоростью рванула вниз, и мне показалось, что при таком падении мы вот-вот врежемся в самое дно шахты. Однако лифт продолжал нестись всё глубже и глубже, словно никакого дна там вообще не существовало.

— Проклятье!

В конце концов Дан Со Хёк тоже не выдержал, резко вдохнул и с помрачневшим лицом выругался.

Уже в следующее мгновение раздался оглушительный удар, а от столкновения, настолько сильного, что, казалось, лифт должен был разлететься на части, я потеряла сознание.

◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇◆◇

— Эй, приди в себя.

Кто-то легонько похлопывал меня по щекам. Впрочем, следовало бы уточнить, что больно не было, однако от самого прикосновения становилось до ужаса неприятно.

— М-м…

Я тихо застонала и приоткрыла глаза, сразу же встретившись с чёрным взглядом. На мгновение мне показалось, что передо мной находится призрак, и я уже собиралась закричать, однако человек, склонившийся надо мной, тут же накрыл мой рот ладонью.

— Тише.

Это был Дан Со Хёк.

Узнав знакомое лицо, я наконец успокоилась и поспешно кивнула, после чего он убрал руку от моего рта. Затем Дан Со Хёк взглядом указал куда-то в сторону и тихо произнёс:

— Оно нас пока не заметило.

Я поспешно осмотрелась и увидела, что вокруг царит густой полумрак.

«Я помню, что лифт начал падать, но дальше всё оборвалось».

Неужели нас всё-таки выбросило в тот самый подвал, куда мы и собирались попасть? Или из-за того, что я нарушила правило и вдохнула, лифт доставил нас совсем в другое место?

Я украдкой посмотрела на Дан Со Хёка. Он держался настолько спокойно, что можно было предположить, будто мы всё же оказались именно там, где и должны были.

Правда, само это место совершенно не соответствовало моим представлениям о подвале. Услышав это слово, я ожидала увидеть что-нибудь вроде подземной парковки или обычного подвального помещения жилого дома, однако здесь всё гораздо больше напоминало заброшенные развалины.

Посреди помещения стояли старые колонны, поддерживавшие низкий потолок, а по углам высились целые горы мусора.

«Фу, какая вонь…»

Я поспешно прикрыла ладонью нос и рот, потому что, похоже, именно от этих куч всё это время исходил мерзкий запах.

Ещё более странным казалось то, что здесь имелись окна, хотя мы якобы находились глубоко под землёй. За ними виднелась непроглядная темнота, словно снаружи стояла глубокая ночь, однако внутрь не проникало даже слабого лунного света.

Почему подобное место вообще существует под землёй?

И тогда я наконец заметила существо, о котором рассказывал Дан Со Хёк.

[Братик, где ты?]

Маленькая девочка держала в одной руке что-то бледное, похожее на куклу, и вертела головой, словно кого-то разыскивала. Глаза ребёнка закрывала белая повязка, поэтому видеть того, кого она искала, девочка явно не могла, а в области глаз ткань насквозь пропиталась красным, словно из-под неё непрерывно стекали кровавые слёзы.

«Значит, это и есть призрак игры в прятки из оригинала».

Девочка босиком бродила по помещению, и каждый её шаг сопровождался тихим шлёпающим звуком. Розовое платье выглядело старым и потрёпанным, хотя когда-то наверняка было очень милым.

Дан Со Хёк молча протянул мне руку. Похоже, он хотел, чтобы я следовала за ним, поэтому я кивнула и вложила свою ладонь в его.

До этого мы прятались за огромной грудой мусора, а теперь осторожно двинулись дальше, стараясь не издать ни единого лишнего звука. Каждый раз, когда девочка двигалась, по полу что-то протяжно скребло и тяжело шаркало.

[Мы играем в прятки?]

Судя по тому, что она не услышала нашего шёпота, слух у неё тоже был не особенно хорошим.

«Она ведь тоже призрак… правда?»

Я нервно сглотнула.

«Но если она действительно тащит куклу, почему звук такой тяжёлый?»

Медленно наклонившись, я посмотрела на девочку сквозь узкий просвет между кучами мусора и только тогда поняла, что в её руке была вовсе не кукла.

Она держала человеческую голову, совершенно бескровную и белую, словно гипсовый слепок, причём тащила её за длинные волосы.

«Вот чёрт».

По шее словно скользнул ледяной холод, а вслед за ним появилось неприятное ощущение, что, если этот призрак нас найдёт, следующей в его руке окажется уже моя голова.

«Судя по тому, что она ищет Дан Со Хёка, она уже знает, что мы здесь. Или всё-таки нет?»

[Если мы играем в прятки…]

[…Значит, я буду искать?]

Девочка радостно запрыгала на месте.

[Прячь-тесь, прячь-тесь, хо-ро-шо.]

[Во-ло-сы вид-но.]

[Прячьтесь получше.]

[А то волосы видно.]

Она звонко хлопала в ладоши и напевала, отчего её голос разносился по всему подвалу. Размахивая руками и ногами и пританцовывая, издалека девочка вполне могла бы показаться обычным весёлым ребёнком на детском утреннике, если бы не человеческая голова, болтавшаяся у неё в руке.

[Прячьтесь получше! А то волосы видно!]

[Хи-хи-хи.]

[Братик, ты хорошо спрятался?]

Девочка весело размахивала тем, что мне всё ещё отчаянно хотелось считать обычной куклой.

Я с отвращением смотрела на это зрелище и уже собиралась продолжить движение вслед за Дан Со Хёком, когда внезапно услышала:

[А красивая сестрёнка тоже спряталась?]

От этих слов сердце резко ухнуло вниз.

Дан Со Хёк мрачно нахмурился, и по выражению его лица стало понятно, что даже он не ожидал, что призрак обнаружит не только его, но и меня.

«Хотя мы ведь изначально пришли сюда именно ради игры в прятки».

За окнами по-прежнему стояла непроглядная темнота, поэтому, судя по всему, нам предстояло продержаться здесь как минимум до рассвета, однако главная проблема заключалась в том, что подходящих мест, где можно было бы надёжно спрятаться, вокруг почти не было.

[Вы уже все спрятались?]

[Если ещё не успели, так и скажите!]

Девочка говорила настолько радостным голосом, что от одного этого отвечать ей становилось ещё страшнее.

«Как Дан Со Хёк прятался от неё в оригинале?»

[Я очень люблю прятки!]

[И искать тоже люблю!]

[Пока водящий не найдёт всех, никто отсюда не уйдёт!]

[А ещё водящий сам решает, сколько времени мы будем играть вместе!]

Точно, теперь я вспомнила.

В оригинале главным было то, что девочке настолько хотелось продолжать игру, что она нарочно делала вид, будто не замечает Дан Со Хёка, хотя на самом деле уже давно его обнаружила. А он, совершенно об этом не подозревая, всякий раз поспешно перебирался в новое укрытие, тогда как призрак наблюдал за его стараниями, радовался всё сильнее и довольно смеялся.

«Если посмотреть с одной стороны, это почти похоже на то, как взрослый развлекает ребёнка».

Однако стоило вспомнить, что следующей «куклой», которую девочка станет таскать за волосы, вполне могла оказаться моя собственная отрубленная голова, и смеяться над происходящим сразу расхотелось.

«Может, стоило с самого начала отправить сюда одного Дан Со Хёка».

Запоздалое сожаление нахлынуло с новой силой, и я огляделась в надежде, что Милли сможет каким-нибудь образом нас спрятать, однако его нигде не было.

Позвать его я тоже не решалась, потому что боялась, что мой голос сразу выдаст наше местоположение.

«Как обычно, появляется только тогда, когда самому захочется!»

Неужели настолько трудно догадаться прийти самостоятельно, когда и без объяснений видно, что я даже позвать его сейчас не могу?

Продолжая мысленно возмущаться и уже заранее собираясь высказать Милли всё при следующей встрече, я услышала радостный голос девочки:

[Раз теперь и сестрёнка здесь, может, начнём игру?]

Никакой сестрёнки здесь нет!

Если учитывать мою предыдущую жизнь, я тебе скорее тётя, поэтому совершенно точно не подхожу под обращение «сестрёнка», а значит, зовёшь ты кого-то другого…

По крайней мере, мне очень хотелось в это верить. Пожалуйста, просто вычеркни меня из числа участников.

«После всех игр на выживание мне уже хватило развлечений, возвращающих в детство».

Я с трудом подавила рвущийся наружу тяжёлый вздох, а в этот момент Дан Со Хёк указал пальцем куда-то в сторону.

«Что там?»

В глубине помещения виднелся знак, обозначавший лестницу к аварийному выходу.

Но ведь раньше никакой лестницы вниз здесь совершенно точно не было!

Воспользоваться лифтом мы всё равно не могли, а другого выхода поблизости не наблюдалось, поэтому становилось очевидно, что именно эта лестница сейчас была единственной возможностью выбраться.

Судя по тому, что Дан Со Хёк уже собирался бежать отсюда, он пока не знал, что именно в этом месте сможет получить новую способность, однако и убеждать его прямо сейчас остаться здесь на целые сутки и продолжать прятаться было невозможно.

«Что же делать?»

Я-то могла уйти, но Дан Со Хёку обязательно нужно было продержаться здесь хотя бы один день!

[Я начинаю считать до десяти!]

[Братик и сестрёнка должны спрятаться как следует!]

[Смотрите, чтобы волосы нигде не торчали!]

[А не то я отрежу вам головы!]

Пожалуйста, скажи, что ты хотела сказать именно «волосы»…

Несмотря на весёлый детский голос призрака, мне самой от происходящего хотелось только плакать.

Дан Со Хёк тем временем уже быстро направлялся к лестнице аварийного выхода, и если он сейчас просто сбежит, получится, что я совершенно зря тащила его сюда.

«Может, прямо сказать, что здесь можно получить , и попросить его потерпеть всего один день?»

Нет, тогда он сразу спросит, откуда мне вообще известно о его способности, а его и без того усилившиеся подозрения станут ещё серьёзнее. Свалить всё на Милли в этот раз тоже не получится, потому что такое объяснение прозвучит слишком неправдоподобно.

«До чего же всё сложно!»

[Десять!]

[Девять!]

[Восемь!]

Девочка с широкой улыбкой кружилась на месте, словно весело танцевала.

Кажется, кто-то говорил, что особенно опасны призраки, которые смеются или танцуют, а эта, между прочим, умудрялась делать и то и другое одновременно.

[Семь!]

[Шесть!]

Дан Со Хёк обернулся и беззвучно зашевелил губами, а по движению его руки я поняла, что он предлагает сорваться с места, как только появится подходящий момент.

«Нет, тебе как раз нельзя отсюда уходить!»

«В оригинале ведь нигде не говорилось, что этот призрак игры в прятки действительно угрожал Дан Со Хёку смертью?»

Да, сама обстановка выглядела жутко, однако в романе упоминалось, что девочка, вероятно, и правда всего лишь хотела с кем-нибудь поиграть.

Значит, если я оставлю Дан Со Хёка здесь одного, он ведь не умрёт?

[Пять!]

[Мгновенная смерть!]

[Три!]

По-моему, в середину счёта только что вклинилось что-то, совершенно не похожее на число.

«Так больше нельзя».

Раздумывала я долго, зато решение приняла мгновенно.

Заставив дрожащие ноги слушаться, я резко выскочила из укрытия и одновременно указала пальцем на Дан Со Хёка, который как раз ждал подходящего момента для побега.

— Братик сказал, что очень хочет с тобой поиграть!!

[Правда?]

Девочка резко вскинула голову, а белая повязка на её глазах начала всё сильнее пропитываться кровью, превращая и без того жуткого ребёнка в настоящий кошмар во плоти.

— Эй, ты совсем спятила?!

Кажется, Дан Со Хёк впервые в жизни так меня обругал, и получить подобную ругань от главного героя, даже не будучи злодейкой, наверное, было довольно редким опытом, который за деньги не купишь.

— Со Хёк, мне правда очень жаль!!

Я даже впервые обратилась к нему по имени с непривычной ласковостью и со всех ног бросилась к аварийному выходу.

Пожалуйста, оцени мою жертву, получи хорошую способность и возвращайся отсюда целым и невредимым!

С этой мыслью я неслась вперёд из последних сил, когда совсем рядом неожиданно раздались быстрые шлёпающие шаги, словно кто-то босиком бежал буквально в нескольких шагах от меня.

Что?

[А я хочу поиграть ещё и с сестрёнкой.]

Неизвестно когда успевшая оказаться рядом девочка крепче прижала к груди человеческую голову и широко ухмыльнулась. Среди её жёлтых кривых зубов особенно выделялись острые клыки, и мне мгновенно представилось, как они впиваются в мою плоть.

— Н-но ведь ты можешь поиграть с красивым братиком!

И заодно поделиться с ним своей способностью!

[М-м… Мне всё-таки больше нравится красивая сестрёнка.]

— Я совсем не красивая!

Я изо всех сил втянула подбородок, стараясь сделать себе как можно более заметный второй подбородок. Призрак игры в прятки смотрел на меня снизу вверх, поэтому теперь я наверняка выглядела ещё хуже.

[Как смешно! У сестрёнки лицо стало таким странным!]

[Мне хочется забрать его с собой!]

Каким образом? Так же, как голову, которую ты сейчас держишь в руках?

«А-а-а-а-а-а-а!!»

Беззвучно вопя про себя, я припустила ещё быстрее, отчаянно пытаясь оторваться от девочки.

Но почему, сколько бы я ни бежала, лестница аварийного выхода становилась только дальше? Мне уже начинало казаться, будто призрак намеренно играет со мной, хотя, возможно, это было всего лишь воображение.

Пожалуйста, пусть это действительно окажется только воображением.

— Ма Чхо Ён!

Сзади раздался голос Дан Со Хёка. Несколько мгновений он смотрел на меня с совершенно ошеломлённым выражением лица, а затем тоже бросился следом.

Вот уж не думала, что однажды мне придётся одновременно убегать и от призрака игры в прятки, и от главного героя оригинального романа!

— Да что вам обоим от меня нужно?!

— Ты первая меня предала!

— Это было не предательство, я сделала всё ради тебя!

— Надо же! Сделала из меня приманку исключительно ради моего блага?

Конечно, со стороны всё действительно выглядело именно так!

Да и если совсем уж откровенно, я действительно надеялась, что внимание призрака переключится на него!

[А разве мы играем не в прятки, а в догонялки?]

[Как интересно! Я и ловить умею очень хорошо!]

[Сестрёнка, я скоро тебя поймаю! А если поймаю, ты, может быть, умрёшь.]

Не говори такие вещи с улыбкой, от этого становится только страшнее!

Повязка на глазах призрака уже полностью окрасилась в ярко-красный цвет, а уголки рта поднимались всё выше и выше, пока губы буквально не начали разрываться.

Почему мне вдруг вспомнилась легенда о женщине с разрезанным ртом? В детстве я до ужаса боялась этой истории.

«После призрака брелока ещё и эта… Почему у всех призраков обязательно должен разрываться рот?!»

От несправедливости происходящего у меня едва не выступили слёзы.

[Я впервые играю в догонялки!]

[Если поймаю, можно будет делать с тобой всё, что захочу? Тогда сначала заберу красивое лицо сестрёнки, а потом…]

Вообще-то догонялки не настолько кровожадная игра!

«Так продолжаться не может».

Призрак игры в прятки, впервые попробовавший догонялки и теперь перевозбудившийся от восторга, становился слишком опасным, поэтому, если уж выбирать между двумя играми, лучше было как можно скорее вернуться к прежней.

— Давай играть в прятки!

Я прокричала это так громко, что голос эхом разнёсся по всему подвалу, после чего резко остановилась.

Призрак тоже мгновенно застыл рядом и пристально посмотрел на меня снизу вверх.

— Ты ещё что задумала?!

Только Дан Со Хёк не успел вовремя затормозить и врезался прямо в меня. Я пошатнулась, однако он рефлекторно успел подхватить меня, не позволив упасть.

Впрочем, сейчас это было совершенно неважно.

[В прятки?]

[Ты правда будешь со мной играть?]

Призрак игры в прятки шевельнул губами так, словно до конца не верил услышанному.

— Буду!

В догонялках победить призрака всё равно было невозможно, потому что, даже если бы мне удалось какое-то время убегать, сил на бесконечную погоню всё равно не хватило бы.

А вот прятки были совсем другим делом.

«Пусть место и не идеально, зато здесь полно колонн и огромных куч мусора, за которыми можно спрятаться».

По крайней мере, для пряток эта обстановка подходила куда лучше, чем для догонялок.

[Я так сильно люблю прятки.]

[Уже очень давно никто сам не предлагал поиграть со мной.]

Девочка смущённо перебирала пальцами и улыбалась так, словно была по-настоящему счастлива и даже немного стеснялась.

Я внимательно посмотрела на неё.

Ещё совсем недавно вокруг призрака клубилась мягкая жёлтая дымка, однако теперь она стала зелёной, лишь слегка отдавая желтизной.

«Так цвет действительно может меняться».

Значит, если правильно взаимодействовать с призраком, можно снизить исходящую от него опасность, а это было слишком важным открытием, чтобы его игнорировать.

Я широко улыбнулась девочке и ответила:

— Конечно, сестрёнка и братик поиграют с тобой. Как тебе идея, если до самого рассвета мы будем прятаться, а ты станешь нас искать?

[До самого рассвета?]

[Значит, вы останетесь со мной на всю ночь?]

[И даже когда глубокой ночью станет совсем темно, я не буду одна?]

Лицо призрака озарилось неподдельным счастьем, а повязка, ещё недавно насквозь пропитанная алой кровью, постепенно снова начала белеть.

Одновременно с этим вокруг девочки всё гуще клубился насыщенный зелёный дым.

— Именно так, мы останемся с тобой даже глубокой ночью. А если тебе не хочется быть водящей, тогда, может быть, сестрёнка сама будет искать?

[Н-нет, я хочу быть водящей!]

Призрак игры в прятки прижал к груди голову, которой ещё совсем недавно угрожающе размахивал, словно это была его любимая кукла.

— Хорошо. Тогда, раз ты такая быстрая, а мы бегаем гораздо медленнее, можешь сначала досчитать до ста и только потом начать нас искать?

Наверное, я решилась осторожно предложить такое лишь потому, что дым вокруг призрака игры в прятки теперь был зелёным. Дан Со Хёк посмотрел на меня так, словно без слов спрашивал, чем я вообще занимаюсь, однако, к счастью, девочка лишь радостно улыбнулась и согласно закивала.

[Да-да! Мне нравится!]

— И ещё мы собираемся играть много раз, поэтому, если найдёшь нас, нельзя убивать и оставлять от человека одну голову! Ранить нас тоже не стоит, иначе потом нам будет трудно быстро прятаться в следующий раз. Хорошо?

[Много раз…? Да, я поняла!]

Глаза призрака игры в прятки словно засияли от умиления, после чего девочка быстро закивала, а по выражению её лица было совершенно очевидно, с каким нетерпением она ждёт предстоящей игры.

Глядя на неё, я невольно улыбнулась.

«Если смотреть на неё сейчас, она кажется совершенно обычным, наивным ребёнком».

На девочке было розовое платье, которое она, наверное, носила ещё при жизни, и, несмотря на всю жуть происходящего, сама она оставалась настолько весёлой и открытой, что невольно возникала мысль — прежде она, скорее всего, росла в семье, где её любили и окружали заботой.

Жаль только, что после смерти она по какой-то причине оказалась заперта в этом месте и теперь причиняла вред людям.

«Но прямо сейчас я всё равно ничем не могу ей помочь».

Я глазами показала Дан Со Хёку, что нам пора прятаться, и после этого начались самые обычные прятки.

[Три.]

[Два.]

[Один.]

[Прячьтесь получше, а то волосы видно!]

Весёлый голос призрака игры в прятки разнёсся по всему подвалу.

Я спряталась немного в стороне от Дан Со Хёка и осторожно выглянула наружу. Поскольку я целиком забралась в большой мусорный пакет, найти меня должно было быть не так уж просто.

«А он почему спрятался настолько бездарно?»

Дан Со Хёк, в отличие от меня, просто присел за колонной.

Ну кто вообще так играет с ребёнком в прятки?

Наверное, он вёл себя настолько небрежно потому, что уже понял: прямо сейчас девочка не собиралась нас убивать. Сделать ему замечание вслух я не могла, иначе сразу выдала бы собственное местоположение, поэтому оставалось лишь мысленно вздыхать.

[Может быть, ты спрятался здесь?]

[Нет, здесь никого.]

[А может, ты тут?]

К счастью, призрак игры в прятки совершенно не хотел заканчивать забаву слишком быстро.

«Здесь всё действительно происходит как в оригинале».

Девочка прекрасно знала, что Дан Со Хёк сидит за колонной, однако намеренно продолжала бродить поблизости, делая вид, будто никак не может его найти. Конечно, обычный человек наверняка истолковал бы такое поведение совершенно иначе и лишь испугался ещё сильнее.

Я уже перестала понимать, сколько времени прошло, когда по подвалу наконец разнёсся радостный возглас:

[Братик, я тебя нашла!]

Обнаружив Дан Со Хёка, призрак игры в прятки с сияющей улыбкой принялась носиться по подвалу, раскинув руки в стороны так, словно изображала маленький летящий самолёт.

[А где же спряталась красивая сестрёнка?]

[Где же она может быть!]

То ли девочка была переполнена энергией, то ли просто обожала петь, потому что она снова принялась весело напевать себе под нос, а шлепки её босых ног постепенно становились всё ближе. Я затаила дыхание и замерла, стараясь не пошевелиться.

«Кажется, ушла?»

Однако стоило мне осторожно высунуть голову, чтобы проверить обстановку, как прямо перед моим лицом внезапно появилось лицо девочки.

[Сестрёнка, я тебя нашла!]

От неожиданности я едва не закричала, однако сумела издать лишь беззвучный вопль. Вдалеке Дан Со Хёк смотрел на меня с таким выражением, словно перед ним находился совершенно безнадёжный человек.

— Ха… ха-ха! Надо же, меня уже нашли!

[Да-да! Мы ещё будем играть в прятки? Ты ведь сказала, что много раз!]

[Солнышко ещё спит!]

— Конечно, будем играть дальше, ведь заканчивать нам ещё рано. Ты и одна прекрасно умеешь всех находить.

То, насколько счастливой выглядела девочка, почему-то не позволяло мне сразу отвести от неё взгляд. Немного поколебавшись, я медленно протянула руку и осторожно положила ладонь ей на голову, отчего призрак игры в прятки удивлённо подняла лицо.

[…Хи-хи.]

[Давай ещё раз! Мне очень весело!]

— Конечно, давай ещё раз.

Обещания ведь существуют для того, чтобы их выполнять, поэтому мы продолжали играть в прятки до глубокой ночи, а в какой-то момент даже Дан Со Хёк, похоже, окончательно смирился с происходящим и начал честно участвовать в игре.

Особенно неожиданно было увидеть, как он, подражая мне, тоже забрался в мусорный пакет и спрятался внутри. Похоже, призраку игры в прятки это понравилось особенно сильно, ведь прежде Дан Со Хёк прятался совершенно без старания, а теперь звонкий детский смех эхом разносился по всему подвалу.

[Красивая сестрёнка осталась последней!]

Я уже давно сбилась со счёта и совершенно не представляла, сколько раз мы успели сыграть. Постепенно в подвале становилось всё светлее, вероятно, потому, что сквозь маленькие окна начал проникать утренний солнечный свет, и я как раз размышляла, можно ли уже считать, что солнце встаёт и пора заканчивать игру, когда что-то неожиданно юркнуло прямо ко мне в объятия.

Это был призрак игры в прятки.

[Мне и в этот раз было очень весело играть.]

[Спасибо тебе, красивая сестрёнка.]

Она благодарит меня?

Никогда бы не подумала, что однажды услышу подобные слова от призрака. Призраку курьерской службы было достаточно самому получать благодарность, а теперь нашёлся другой призрак, который, наоборот, благодарил меня.

Девочка подняла лицо, всё ещё оставаясь у меня в объятиях. Повязка на её глазах теперь была совершенно белой, без единого кровавого пятна, а окружавший её дым приобрёл чистый зелёный оттенок.

[Ты первая из людей, кто действительно со мной играл.]

Она выглядела настолько счастливой, что я невольно снова положила ладонь ей на голову и осторожно погладила. Теперь мне вспомнилось, как раньше она спрашивала, останемся ли мы с ней даже глубокой ночью.

«Может быть, она просто боится темноты?»

Почему-то я всегда думала, что призраки вообще ничего не боятся.

«А вдруг она всего лишь маленький ребёнок, который даже не понимает, что умер?»

Я медленно присела, чтобы наши лица оказались на одном уровне, и внимательно посмотрела на девочку. К счастью, подошедший ближе Дан Со Хёк не стал вмешиваться и лишь молча остановился рядом, позволяя мне продолжить разговор.

— Давай в следующий раз снова поиграем вместе.

После моих слов девочка удивлённо приоткрыла рот, а через несколько мгновений быстро закивала, словно боялась, что я успею передумать.

[Я тоже хочу!]

[Я обязательно хочу снова поиграть с сестрёнкой.]

[А сестрёнка не может просто остаться здесь со мной навсегда…?]

— Ты…!

Дан Со Хёк уже собирался вмешаться, однако я поспешно остановила его жестом. Дым вокруг девочки беспокойно заколыхался, то окрашиваясь в зелёный, то вновь приобретая жёлтый оттенок, словно напрямую отражал её растерянность, и всякий раз, когда в нём проступала желтизна, по моей коже пробегал неприятный холод. Наверняка Дан Со Хёк тоже это почувствовал.

— Прости, но у сестрёнки есть дела снаружи, поэтому я не смогу остаться здесь навсегда.

[Дела?]

[Ты тоже играешь в прятки?]

— Да, можно сказать, что именно в прятки.

[С кем ты играешь?]

— С младшим братом, только он спрятался не потому, что сам этого захотел. Кто-то очень хорошо его спрятал, поэтому теперь сестрёнке обязательно нужно его найти.

[Какой плохой!]

[Нельзя заставлять кого-то играть в прятки против его воли!]

— Вот и я думаю, что это сделало очень плохое существо. Мой младший брат ждёт меня, поэтому я не могу всё время оставаться здесь…

[М-м, тогда ничего страшного.]

Дым вокруг призрака игры в прятки снова начал понемногу зеленеть, а девочка, словно окончательно приняв мои слова, спокойно продолжила:

[Сестрёнка ведь занята.]

[Мой папа тоже всегда был очень занят.]

[Поэтому я хорошо умею ждать.]

[Я всегда оставалась одна и научилась хорошо быть одна.]

— Папа был настолько занят, что редко мог играть с тобой в прятки?

[Да, но когда возвращался домой, он всегда крепко меня обнимал и говорил, что любит.]

[А на день рождения подарил мне огромную мягкую игрушку!]

В этот момент голова, которую призрак игры в прятки всё это время прижимала к груди, начала постепенно менять форму, пока наконец не превратилась в большого белого плюшевого медведя.

[Правда милый? Папа мне его купил!]

— Очень милый.

[В этот раз папа сильно задерживается, но он обещал обязательно принести мне подарок на день рождения!]

[Поэтому я всё равно останусь здесь и буду ждать, а сестрёнка сможет приходить играть в любое время!]

Подарок на день рождения?

В голове внезапно всплыло одно воспоминание, и, немного поколебавшись, я осторожно спросила:

— А ты помнишь, когда у тебя день рождения?

[Не знаю!]

[Это тот день, когда мы с папой едим торт! День, когда папа рано приходит с работы! День, когда он смотрит на меня и улыбается!]

[И ещё в тот день становится очень тепло!]

Понятно.

Я широко улыбнулась и пообещала, что обязательно приду снова. Обняв призрака игры в прятки, я на мгновение закрыла глаза, а когда вновь их открыла, каким-то образом уже стояла снаружи виллы «Эден», над которой как раз начинал заниматься рассвет.

— Ма Чхо Ён, ты вообще о чём думала, когда тогда…!

— Прости, Дан Со Хёк, но я только что вспомнила об одном срочном деле, поэтому пойду первой! Спасибо тебе за сегодняшние мучения!

— Что? Эй, подожди хотя бы…!

Оставив его голос позади, я поспешно убежала, а уже под утро того же дня одна стояла в безлюдном переулке с большим бумажным пакетом в руках. На улице заметно похолодало, и с каждым выдохом перед лицом клубился белый пар.

Вскоре поблизости раздался знакомый рокот мотоциклетного двигателя.

[Курьерская служба «Четыре-четыре-четыре».]

Я подошла к сидевшему на мотоцикле призраку, вокруг которого теперь отчётливо клубился зелёный дым, а он молча смотрел на меня из-под шлема.

— Я хотела попросить Вас доставить одну вещь в подвал виллы «Эден».

[Разумеется. Что именно требуется передать?]

Я протянула ему бумажный пакет, и призрак курьерской службы медленно принял его из моих рук. Внутри лежал игрушечный микрофон для караоке.

[…]

— Там живёт очень милая девочка в розовом платье, и, похоже, она очень любит петь.

[…]

— Ещё она обожает прятки и, кажется, боится темноты.

[…]

— Но при этом она очень храбрая маленькая принцесса, которая говорит, что умеет ждать совсем одна.

Призрак курьерской службы, до этого неотрывно смотревший на пакет, медленно поднял голову, однако всё это время не произнёс ни слова.

— Весна ещё не наступила, но…

Он ведь наверняка уже понял, зачем я всё это рассказываю.

— Может быть, в этом году ей подойдёт и тёплая зима?

[…Ах.]

— Это мой подарок ей заранее на день рождения, поэтому, пожалуйста, обязательно передайте. …Она очень скучает по своему папе.

Рука, сжимавшая бумажный пакет, едва заметно задрожала. Вскоре призрак курьерской службы, так и не произнеся больше ни слова, аккуратно убрал пакет и покинул переулок, а мотоцикл исчез с такой скоростью, что почти сразу скрылся из виду.

«Надеюсь, я не сделала ничего лишнего».

Возможно, мои догадки и были ошибочными, однако всё происходящее слишком настойчиво подсказывало обратное, наверное, потому, что в девочке с завязанными глазами мне невольно почудился кто-то очень знакомый.

Вернувшись в общежитие, я впервые за долгое время крепко заснула, поэтому так и не узнала, что произошло после этого.

Спасибо.>