Мир Суматры: краткий обзор

Суматра — это континент, расположенный в так называемой вселенной-песочнице. Все материки этой вселенной лежат на одной плоскости и разделены между собой серым песком. Этот песок способен поглощать всё, что угодно, и неуклонно разрастаться. Однако у континентов есть средства защиты от его экспансии.

Сами континенты здесь полуживые: они рождаются после гибели мистических трансцендентов.

---

Система рангов

Выделяют четыре основных ранга силы:

1. Железный

2. Серебряный

3. Золотой

4. Мистический

Каждый ранг делится на три подранга (по возрастанию): новичок, продвинутый, эксперт. Золотой и мистический ранги имеют по дополнительному подрангу: у золотого — божество, у мистического — небесный.

Статус трансцендента способен обрести лишь зверь мистического ранга, достигший пика своего развития.

---

Особенности людей

Люди физически относятся к серебряному рангу, но обладают иной системой сил. Они способны сливаться с минералами (которые также имеют ранги) и создавать дополнительные тела. Когда таких тел накапливается десять, у человека появляется шанс достичь трансценденции.

Трансценденция достигается путём бомбардировки испытуемого разрядами трансценденции. Если он выживает — становится трансцендентом; если погибает — превращается в сокровище.

Смерть от разрядов трансценденции существ золотого или мистического ранга (как людей, так и зверей) порождает великое сокровище, за которым охотятся космические существа и другие континенты. Гибель существ ниже золотого ранга даёт малые сокровища — они менее ценны.

---

Энергия и способности

Основная энергия во вселенной — прана, результат слияния энергии тела, разума и души.

У каждого существа есть три слота для способностей. Как правило, все рождаются с одним (исключение — люди). Если существу удаётся заполучить три природы (способности), и они дополняют друг друга, возникает так называемое состояние гармонии — новая, более мощная способность. При соблюдении дополнительных условий возможно достичь состояния единства — ультимативной способности.

---

Временной контекст

События книги разворачиваются примерно через сто лет после окончания истории «Surpass the MC» — вскоре после того, как на Суматру напали другие континенты.

Глава 1: Регрессирующий Реинкарнатор

— Что? Ты создал семерых Героев, чтобы сразиться с Непомерно Могущественным Злодеем? — В тусклом сером мире, под небом, испещрённым трещинами, на вершине холма рядом со стариком сидел меховой комочек и удивлённо восклицал: — Да разве ж это похоже на нормальный сюжет?

— Именно таков сюжет и был, — усмехнулся старик. — Хотя, называть их Героями, пожалуй, не совсем правильно. Они были, знаешь ли…

— Главными Героями.

— А? — меховой комочек озадаченно заворчал. — Разве в истории не должен быть только один Главный Герой? Наверное, ты путаешь важных второстепенных персонажей с ГГ.

— Правда?.. Ну, хм-м… — Старик на несколько секунд задумался над его словами, а затем задал вопрос: — Почему бы тебе не описать, кто такой Главный Герой?

— Это просто, — уверенно фыркнул комочек. — Это тот, вокруг кого вертится вся история.

— Вот именно, — старик ухмыльнулся, будто ответ идеально подходил для его доводов. — В этой истории она вертелась вокруг семерых.

— У-э-э? — потрясённо выдал комочек. — Насколько же сломанным был тот злодей, что для его победы понадобилось семь Главных Героев?

— Он не был злодеем, — на лице старика появилась игривая улыбка, когда он увидел раздражение собеседника от его слов.

— Ладно, тогда Антагонистом, — проворчал комочек.

— Нет, — старик посмотрел на горизонт, на несколько секунд замолчал, а затем театрально сделал глубокий вдох и торжественно произнёс: — Он был Сюжетом.

— Да как угодно! — вскричал комочек и отвернулся. — Мне не интересна твоя причудливая сказка.

— Думаю, ты заинтересуешься, когда услышишь вот что, — без капли высокомерия произнёс старик. — Каждый из ГГ выковал свой собственный путь к силе, и в конце концов они загнали Сюжет в угол.

— О? — комочек заинтересованно приподнял бровь, хотя никакой брови у него и не было. — И что было потом? История на этом закончилась?

— Нет, вот тут-то всё и закрутилось по-настоящему, — рассмеялся старик. — Загнанный в угол Сюжет обзавёлся частью Доспеха. И на этом всё. Баланс игры был нарушен. Сверхсильный Сюжет стал поломанной аномалией.

— Сломанные персонажи — это не круто, — комочек изобразил рвотный позыв. — После такого история стала бы чертовски скучной.

— Так бы оно и было, если бы только… — старик посмотрел на комочек с загадочным видом. — Если бы тебе пришлось, как бы ты стал противостоять существу, ломающему баланс? С намерением победить, разумеется.

— Либо я стал бы ещё более сломанным… — начал анализ комочек.

— Как? — спросил старик. — Такого варианта не существует.

— Либо я напросился бы к нему в ученики и ждал возможности нанести удар… — комочек на мгновение замолк, а затем в знак протеста принялся кататься по земле. — Да скажи ты мне все чёртовы правила, прежде чем спрашивать решение, р-р-р!

— Просто выдумай какую-нибудь чушь, чтобы победить! Это же твоя история! — фыркнул комочек и обиженно плюхнулся на землю. Но в итоге любопытство всё же взяло верх. Он повернулся и посмотрел на старика, чтобы спросить: — Ты выкрутился с помощью чуши?

— Нет, — ответил старик.

— И решение следовало правилам? — спросил комочек.

— Очевидно, — беззаботно насвистывая, ответил тот.

— Что же это было тогда? — комочек подкатился к его бедру и состроил милую мордашку.

— Рад, что ты спросил, — старик улыбнулся и указал на своё сердце. — ГГ пришли к выводу, что даже самые простые удары от тех, кто тебе дорог, ранят больнее всего.

— Будь то друзья, семья, любовь, гордость, амбиции, страх, — подытожил старик. — В зависимости от того, как ими жонглировать, они могут либо вознести тебя до зенита, либо обратить в ничто.

— При должном подходе, — глаза старика блеснули, словно у змея, провернувшего бесчисленное множество ужасных интриг, — всё может стать хорошо отполированной слабостью.

— Если что-то существует — используй это, — старик ударил кулаком воздух. — В противном случае просто создай новое.

— Итак, ГГ заставили Сюжет заботиться о самых разных вещах, от повседневных, вроде еды и сна, до глубоко эмоциональных, вроде гордости за свою силу, семьи и тому подобного. А затем… — старик присвистнул. — Они отыгрались на этом по полной, систематически обращая всё против него, пока сам Сюжет не пронзил защищающий его Доспех. А уж когда Доспех исчез, они отделали его без всякого труда.

— Вот так и была одержана победа.

— Звучит и правда интересно. Любопытно, как они этого добились? — комочек покачал головой. — Однако история кажется слишком уж нереалистичной.

Он в замешательстве уставился на старика:

— Кто вообще просит создать такую историю?

— И главное, ЗАЧЕМ ты вообще создал эту историю?

— Была потребность — и её создали, — старик протянул руку и погладил комочек, криво улыбаясь. — И это был ты.

— Что? — нахмурился комочек.

— Ты создал эту историю, — заключил старик.

— Чушь собачья! — прорычал комочек. — Я не помню, чтобы делал что-то подобное!

— Более того, это не в моём стиле!

— Всё шло по плану, — с ностальгией произнёс старик. — Ты достиг предела своего роста. Но чтобы продвинуться дальше, ты создал семь Главных Героев и отправил их в душераздирающее путешествие.

— Их достижения во время этого путешествия превратились в твою силу, подпитывая твой рост за гранью возможного, — с гордостью провозгласил старик. — А когда история закончилась, ты достиг ужасающего уровня могущества, уровня, который сделал тебя сильнейшим из нас.

— Могущество? Сильнейший? Я? — комочек оглядел себя. — Я даже твою задницу почесать не в силах, а ты называешь меня сильнейшим?

— Если бы не одно происшествие, ты бы так и остался всемогущим, — вздохнул старик. — Помнишь тот момент, когда Сюжет нарушил баланс игры?

— Это стало искрой нашей гибели, — он медленно поднял палец и указал на небо, которое в ответ потемнело, ибо нечто колоссальное, казалось, накрыло его снаружи. — Оно призвало в наш мир существо с безграничным потенциалом роста, нашего врага, которого боится вся Вселенная, носящего ужасающую приставку:

— Небесный!

— Теперь Небесный намерен поглотить наш мир, — пока старик говорил, в небе образовался вихрь, засасывающий облака, после чего появился глаз, на фоне которого их мир казался ничтожно маленьким. Старик повернул голову и посмотрел на дрожащего комочка. — Похоже, даже несмотря на то, что тебя избили до такой степени, что ты потерял не только силы, но и воспоминания и самоощущение, травма от сокрушительного поражения всё ещё даёт о себе знать.

— Уф… у-у-у… ар-р-р!.. — комочек кряхтел и стонал от боли, но всё без толку. — Я вспоминаю… я теперь помню тот факт, что я всё забыл!

— Это… — из глаз комочка хлынули слёзы, когда он беспомощно наблюдал, как небо пожирают. — Неужели мы ничего не можем сделать, чтобы защитить себя… защитить… наш мир?

— Можем, — старик выразил свою решимость и протянул руку комочку. — И для этого мне нужна твоя сила.

— Это последний кусочек мозаики, над которой я трудился всю свою жизнь.

— Что бы тебе ни понадобилось от меня, — без малейших колебаний ответил комочек и прыгнул старику на колени. — Забирай!

— Благодарю, — бесформенная энергия вылетела из мехового комочка и вошла в старика, отчего тот начал молодеть, превращаясь в мужчину средних лет, затем в молодого человека и, наконец, в юношу. Медленно проведя рукой над иссохшим комочком, он услышал, как тот, хрипя, задал вопрос:

— Каков… план?

— Откат, — юноша, — прокомментировал старик, ставший теперь юношей, прижимая комочек к себе и замечая недовольство на его мордашке, пока в его разуме проносились слабые искры воспоминаний. — Да, простого отката будет недостаточно против нашего врага. Умерь своё разочарование, ибо…

— Я планирую откатить временную шкалу и перевоплотиться в ключевой переломный момент семь разных раз. И в каждом цикле я спасу одного из наших тяжеловесов, павших от руки Небесного.

— Нет, даже вместе взятых их будет недостаточно, Торк! — комочек, казалось, обрёл второе дыхание, благодаря чему смог говорить с силой. Нет, более того, теперь он, похоже, осознал своё прошлое, выказывая беспокойство. — Похоже, моё предсмертное состояние вернуло мне большую часть воспоминаний… довольно об этом. Возвращаясь к сути. Каждый из наших тяжеловесов равен мне по силе. И этого…

— Этого ни в малейшей степени недостаточно, не против НЕБЕСНОГО!

— Вот именно, — усмехнулся Торк. — Именно поэтому я и потратил всю свою жизнь на завершение этой головоломки — загадки одновременного отката и реинкарнации.

— Всё во вселенной подчиняется закону сохранения энергии, включая откат и реинкарнацию! — Небо было полностью поглощено. И теперь, когда начала исчезать земля, Торк поднялся на ноги и во всю глотку проревел: — Я пронесу эффект бабочки от своих действий сквозь все свои откаты. И в своём седьмом, финальном откате…

— Я высвобожу их все! И что самое прекрасное, — он насмешливо указал на сущность за пределами неба, — каждый раз, когда я совершаю откат, тот, кто его питает, — не кто иной, как сам Небесный!

— Ха… ха-ха-ха! — меховой комочек разразился хохотом в ответ на заявления Торка.

Он намеренно вторил собственному смеху, пока разъярённый коготь не пронзил небеса и не разорвал их мир на куски. — Это значит… к седьмому откату даже могучий Небесный будет ослаблен до такой степени, что мы сможем хотя бы помыслить о битве с ним!

— О! Я буду ждать с предвкушением! — слова комочка потонули в гуле, пока мир безжалостно крушили. В пространственно-временном континууме наступила пауза.

А затем Торк начал свой откат.

--------------

Короче говоря это продолжение Surpass the mc

На либе кажется нету перевода,но в целом можно разобраться и без первой книги

Глава 2: Сердечная улыбка

— Отвечай! — Стоя на возвышении, в ярости выкрикивал лысый мужчина средних лет, изящно выгнув указательный палец, когда указывал на коленопреклонённого мальчишку перед собой. — Признаёшь ли ты себя виновным?

Вжух!

Раздался резкий, раздирающий слух хлёсткий звук, оставивший красноватый след с проступающей кровью на спине ученика. Ему было четырнадцать, он был лыс, ступни и голени скованы, прикованы к полу.

Руки, связанные за спиной, были вытянуты как можно дальше вперёд, точно рычаг, прижимая его лицом к полу. Затем запястья приковали к полу, выгибая спину к небу. И на неё дождём сыпались удары хлыста, порождая резкое эхо.

— Гр-р-р-а! — лишь такие вопли мог издавать ученик в ответ на удары. И с каждым ударом он чувствовал, как его энергия утекает, навсегда понижая его силу, сводя на нет месяцы изнурительных тренировок.

— Признай вину! — снова гневно выругался лысый мужчина, в то время как очередной удар хлыста обрушился на спину ученика. Он хлестал, хлестал и продолжал хлестать, пока на спине ученика не проступили очертания позвонков.

Лишь тогда он остановился, ибо не собирался доводить до смерти ученика. Нет, он бы с радостью прикончил этого ученика, будь на то его воля. Большинство, если не все в Академии Накопления, тоже хотели этого. Однако Устав Клана диктовал иное.

Хлобысь!

Хлыст, созданный из чистой воды, прочертил в воздухе прекрасную дугу, в последний раз хлестнув ученика, на сей раз по лицу, потому что бить по спине дальше означало убить его. Затем он рассеялся туманом, облаком подлетел к лысому мужчине и втянулся во флакон, висевший у того на поясе. Флакон выглядел причудливо: кристальная текстура в сочетании с металлическим блеском.

— Если сделаешь это снова… нет, сделай это снова, и я выпорю тебя столько раз, сколько смогу. — Лысый мужчина развернулся, сплюнул ещё раз, метко послав плевок прямо в глаз ученику, и ушёл прочь, похлопывая по облачку, собравшемуся у его флакона.

Облако было кроваво-красным, вобрав в себя каждую каплю крови, что пролилась со спины ученика. Медленно приподняв голову, ученик проследил взглядом за удаляющейся спиной лысого мужчины, заметив, как последний фрагмент кровавого облака скрывается в причудливом кристальном флаконе.

Он стоял на коленях на серовато-голубой гранитной поверхности, грубой и твёрдой. Её текстура покалывала колени, причиняя бесконечную пронзающую боль. Ученик скосил глаза в сторону, осознав, что находится внутри чего-то, напоминающего стадион полукруглой формы.

Повсюду были сидячие трибуны, представлявшие собой ряды ступеней из красновато-коричневого гранита. Небольшими группами на трибунах расположились ученики, собравшиеся исключительно для того, чтобы с презрением взирать на наказываемого.

Лысая девушка залпом осушила какую-то жидкость и выругалась себе под нос, уставившись на коленопреклонённого ученика. Она поднялась и ушла, продолжая бубнить череду неразборчивых проклятий.

Другая группа парней делала пренебрежительные замечания, показывая пальцами на коленопреклонённого, и удалилась, как только наказание закончилось. Здесь неизменными оставались две вещи, будь то парень, девушка, учитель или ученик: первое — это их презрение к коленопреклонённому.

Второе — их лысость. Они были лысыми, все до единого.

Глядя на солнечный свет, отражающийся от лысых голов на трибунах, коленопреклонённый ученик не мог не разразиться смехом: — Лысые, они все ЛЫСЫЕ!

— Итак, — его глаза увлажнились от осознания, — Откат удался.

— И, — он оглядел своё коленопреклонённое тело, — я успешно перевоплотился в первой точке назначения.

— Тогда, думаю, стоит начать. — Он закрыл глаза и самопроизвольно активировал свою технику культивации, принимая дремлющие воспоминания того индивида, в которого перевоплотился. Несколько минут спустя, с лёгкой головной болью, ученик открыл глаза. — …что это за охренеть?

Индивид, в которого он перевоплотился, носил имя Бойбой, что на местном языке означало…

«Зачем этот Грязекрут был рождён?»

Грязекрут был существом, уникальным для этого региона, знаменитым тем, что питался исключительно дерьмом.

Клан нарёк его Бойбоем лишь потому, что не смог найти более уничижительного термина. Он был столь же желанен в этом месте, как кусок дерьма, покинувший прямую кишку. Причина была неразрывно связана с основой поклонения, на которой держалось это место.

Более того, его действия тоже не играли ему на руку. Бо был маньяком с зудящими пальцами, который просто не мог удержаться от сдирания кожи с лиц. Его буквально только что выпороли за то, что часом ранее он содрал кожу с лица одного ученика. «И это происходит не впервые».

Тихий стон сорвался с губ Торка, когда он смирился со своим положением. «С этим бардаком я разберусь позже. А сейчас…»

Он оценил свои раны, заметив, что кровотечение в основном остановилось, а плоть подаёт признаки регенерации. В этом мире каждый мог регенерировать, и скорость регенерации была прямо пропорциональна их силе.

Прана!

Это была энергия, образованная слиянием энергий тела, разума и души. Эта энергия неустанно занималась исцелением. С того самого мига, как первый удар обрушился на Бойбоя, его Прана принялась за работу над ранами.

И в ответ лысый мужчина хлестал его ровно до того предела, пока оставшегося в теле количества Праны хватало, чтобы тот не истёк кровью и не умер от ран. «Они и правда хотят наказывать меня как можно дольше, да?»

На первый взгляд, перевоплотиться в тело столь ненавидимого всеми индивида казалось безнадёжным. Однако, несмотря на весь ужас ситуации, всё, что сделал Торк, — это усмехнулся: — Ха! Ха-ха… ха-ха!

«Судя по воспоминаниям, я прибыл ровно через час после того, как Место было Занято. Идеально!» Тот факт, что он точно рассчитал время отката, означал, что ему не придётся беспокоиться о том, что его последующие откаты нарушат временную шкалу событий. В конце концов, в каждом откате он будет перевоплощаться в ключевых точках хаоса и важности.

Его реинкарнация фокусировалась на индивидах, которые мало чего достигли бы в жизни, но были тесно связаны с тем, кто станет центром грядущих событий. И случай Бойбоя не был исключением.

Ц-ц!

— Наказания — не повод для радости! Грёбаный психопат! — вмешался ехидный голос, звучавший весьма похоже на голос самого Бойбоя. С каждым его шагом пол, казалось, на мгновение обращался в пыль, прежде чем восстановить изначальную текстуру, полностью заглушая звук шагов.

В тишине, держа в руках тот самый причудливый кристальный флакон, которым только что пользовался лысый мужчина, приближался худой лысый парень. Мир, казалось, кружился вокруг него, словно он был способен доминировать в любом месте, куда бы ни ступил. С глазами, кипящими ненавистью, он с презрением уставился на Бойбоя.

«А вот и он». Торк поднял голову, чтобы тут же получить коленом в лицо. «Существо, которому поклоняются в этом регионе».

Пока его голова моталась из стороны в сторону, одурманенная ударом колена в лицо, его губы растянулись до ушей, обнажив все зубы. Это стало возможным, потому что он растянул их настолько широко, что щёки лопнули, складываясь в буйную улыбку:

— Здравствуй,

— Мой несчастный Брат.

Глава 3: Твой Благословенный Взывает

— Здравствуй, мой несчастный брат. — Его щёки разорвались, явив полный набор зубов, когда Торк посмотрел на своего брата-близнеца.

Того же возраста, четырнадцати лет, с поджарым телосложением, увенчанным блестящей лысой головой, перед ним стоял Рантрал.

Место, куда перевоплотился Торк, было континентом под названием Суматра. В регионе континента, именуемом Цлохским Морем, обитала одна из двух Божественных Рас, почитаемых по всему Континенту.

Эмпирейский Кусака!

То было величественное создание, чья непревзойдённая мощь ставила его на вершину пищевой цепи. А Кланом, служащим этим величественным созданиям, был Клан Кутер. Их отличительной чертой была лысость.

Благодаря генетике, члены Клана Кутер рождались безволосыми. На их теле не росло ни единого волоска. Если бы у кого-то из них и обнаружились волосы, это означало бы, что их генетика столь ущербна, что их прикончили бы сразу при рождении.

Рантрал был Эмпирейским Кусакой, ещё младенцем, потому и имел человеческую форму. Как только он достаточно подрастёт, он сбросит свою смертную оболочку и примет свой величественный, всеведущий облик истинного Божества. И вот в чём была загвоздка.

При рождении, когда он инстинктивно применил свою фирменную способность Эмпирейского Кусаки, она оказалась… слабой. Настолько слабой, что все высшие чины Клана Кутер были озадачены причиной. Затем они пришли к ответу, увидев Бойбоя, родившегося на несколько минут позже и обладавшего бесподобным талантом.

Бойбой родился, украв таланты Рантрала как Божества. Таков был консенсус Клана.

— Ты думаешь… — Торк смотрел на Рантрала, пьющего кровь, его кровь, из причудливого флакона, — что испив моей крови, улучшишь свои жалкие способности?

Бам!

Удар ногой пришёлся прямо в скулу, мотнув голову Торка. Кровь сочилась, пока его зрение кружилось в тумане, отчего казалось, будто Рантрал размножился. Это было следствием того, что мозг дезориентировался от удара и породил галлюцинацию.

Но затем размытые фигуры, казалось, стали реальными, когда подошли ещё четверо, окружая Торка. Они были частью клики Рантрала.

Один из них пнул Торка в спину, целясь в обнажённые позвонки. «Этот ублюдок что, всерьёз намерен меня убить?»

«Сейчас, из всех возможных моментов?» Торк на мгновение смутился, ведь как бы далеко он ни заходил, его лишь наказывали соразмерно. Правила Клана даровали каждому ребёнку иммунитет от смерти до пятнадцати лет. Правила эти были абсолютны, ибо, по мнению Клана Кутер, стоило им создать одно исключение, и они всегда будут находить оправдания для новых исключений в будущем.

То было признаком гниения, слабостью, которая в итоге привела бы к их уничтожению. Ибо Суматранский Континент следовал закону выживания сильнейшего.

Вот почему Бойбоя не убили, несмотря на то что высшие чины Клана заключили, что он украл таланты их Божества.

И хотя Рантрал всегда перегибал палку, пытаясь навредить Бойбою, он всё же соблюдал правила. «К тому же, правила Клана и так позволяют убить меня через месяц».

Так что происходящее не имело смысла. «Нет, мне не нужно ломать голову, пытаясь найти причину. В сущности, он намерен убить меня сейчас. Это всё, что мне нужно знать».

— Не мог подождать ещё месяц, чтобы разобраться со мной, да? — хмыкнул Торк, когда ладонь вцепилась в его лицо, ухватив за разорванный участок щеки, намереваясь сорвать кожу с лица.

— Провоцируй меня сколько хочешь, Бойбой. — фыркнул Рантрал, глядя, как его подчинённый медленно сдирает кожу с лица Торка. — Я решил убить тебя сегодня.

— Думаешь, ты выше правил Клана? — презрительно усмехнулся Торк, прекрасно зная, сколь ортодоксален Клан Кутер, особенно их Божества.

— Меня за это строго накажут. Однако, — Рантрал встал на колени перед Торком и сорвал остатки кожи с его лица, — Клан меня не убьёт.

— Ц-ц! — пробурчал он, увидев, как кровь покрыла его ладони. — Как ты вообще можешь предаваться такому отвратительному хобби, Бойбой?

Он спрятал содранную кожу в карман и велел четырём подчинённым отойти в сторону: — Клан убьёт вас, если вы примете участие в этом убийстве. Проваливайте.

— Спасибо, что подумал о нас, Босс. — Один из подчинённых радостно улыбнулся и оттащил остальных на несколько метров. Теперь перед Торком стоял только Рантрал.

— Последние слова, Бойбой? — Спрашивая это, Рантрал высоко занёс ногу, расположив её прямо над головой Торка. — Тебе лучше молить красиво, пока я не раздавил тебе голову.

— Ответь мне вот на что, — в его эмоциях промелькнуло волнение, прежде чем интерес овладел лицом, и Торк приподнял своё лишённое кожи лицо и посмотрел на Рантрала кровавыми глазами. — Из всех миров, какие существуют, какой, по-твоему, самый прекрасный?

— Ты должен был лишь молить, как червь… — Рантрал был озадачен вопросом. Он поразмыслил над ним пару секунд, а затем презрительно фыркнул: — Это твои последние слова?

«В радиусе ста восьмидесяти метров от меня…» Пока Рантрал потратил пару секунд на раздумья, глаза Торка метнулись к краям глазниц, оглядывая окружение. «Только Рантрал и четверо его прихвостней. Тогда проблем нет».

— Суматра, — он выгнул спину, пока лоб не коснулся пола, в глубочайшем почтении, и его преданные слова разнеслись всеведуще: — твой благословенный взывает…

В радиусе ста восьмидесяти метров вокруг Торка пространство стало монохромным, обратившись в абсолютную неподвижность. Прана запузырилась к краям монохромного пространства, начиная конденсироваться в серебристого гуманоида. Сформировалась лишь пара глаз, а четверо подчинённых уже схватились за лица, охваченные безумием.

Слёзы струились из их глаз. Если бы кто-то попробовал эти слёзы на вкус, он заметил бы в них яркие следы Праны.

В сердце каждого живого существа на Суматре находилась полуматериальная сущность, способная обрабатывать Прану и вмещающая уникальные способности, используемые различными расами. Она звалась Контейнером Духа.

Контейнеры Духа этих четверых разрушались, заставляя Прану сочиться из их тел в виде слёз.

— П-Прекрати! — ахнул в шоке Рантрал и попятился. Инстинктивно он бросился к краю, намереваясь выбежать, но лишь врезался в бесформенный барьер. — Прочь… ПРОЧЬ!

Земля вспучилась, формируя лезвие, которое ударило в барьер, но всё было тщетно. Казалось, монохромное пространство пленило его внутри без всякой возможности выхода. Отчаяние поползло по его лицу, и медленно он повернулся, чтобы уставиться на Торка: — Ч-Что ты сделал, Бойбой?

Ответа не последовало. Вместо этого Торк лишь растянул свою жуткую улыбку ещё шире. Следом раздались крики Рантрала: — Прекрати! Прекрати это, ублюдок!

— Прекрати… пожалуйста, прекрати. — Он опустился на колени, видя, как конденсируется всё больше тела серебристого гуманоида. А затем зрительный контакт с глазами этой сущности заставил даже его Контейнер Духа содрогнуться и покрыться трещиной.

Это решило дело, и Рантрал полностью простёрся на полу: — Я… я сдаюсь, Бойбой. Пожалуйста, пощади меня.

— Разве ты не рад, что я строго блюду правила, мой несчастный брат? — При этих словах Торка Рантрал поднял голову и заметил, что монохромное пространство исчезло. Серебристого гуманоида тоже больше не было.

Теперь он слышал слабый ропот людей на трибунах, гадающих, почему Рантрал стоит на коленях. — Это…

«Что, чёрт возьми, это было?» Рантрал был ошеломлён, не имея ответа на произошедшее. Всё, что встретило его вопрошающее лицо, было лишённое кожи лицо его младшего брата.

— Всё ещё в настроении убить меня? — снова насмехался Торк. Пока он говорил, в воздухе образовался ручей, созданный из собранных слёз четырёх лысых учеников, лежащих рядом. Используя фирменную технику культивации Клана Кутер, Торк очистил обильные следы Праны, присутствующие в слезах, и создал лекарство.

А затем ручей потёк ему в рот. Он слегка поморщился от вкуса, но проигнорировал это, ибо как только лекарство попало в желудок и подверглось действию желудочных соков, поток Праны вошёл в его Контейнер Духа.

Оттуда она была направлена к его ранам, заставляя их медленно исцеляться.

— Это… это ещё не конец! — Рантрал развернулся и убежал, но через несколько секунд остановился, услышав насмешку Торка.

— Бросаешь своих подчинённых? — хмыкнул Торк, видя, как земля вокруг него задрожала, формируя платформу, которая унесла четверых подчинённых прочь. В считанные секунды Рантрал скрылся из виду. — Для черепахи он бегает на удивление быстро.

— Ну, а теперь, — он выплюнул немного слюны и сконденсировал её в каплю, после чего закрутил её, пока она не стала напоминать пилу. Как только он поднёс жидкую пилу к цепям, приковывавшим его к полу, вдалеке произошло волнение.

Из волн поднялось цунами, вызванное шеей, достигшей небес и закручивающей облака вокруг себя. Медленно, образуя многочисленные облачные кольца в небе, и вслед за этим гнетущее присутствие, заставившее полы треснуть, — глаз, защищённый нитями молний, уставился в его сторону.

— Вау! — рассмеялся Торк, глядя на колоссальную сущность, уставившуюся на него с расстояния более сотни километров, — настолько огромную, что её было видно издалека. — Думаю…

Его сердце заколотилось, когда он произнёс: — Я влюбился.

Эксперт Золотого Ранга среди Пранических Зверей — Эмпирейский Кусака!

Глава 4: Сдирать или не сдирать

Железо, Серебро и Золото — каждый Ранг являлся отражением экзистенциальной силы на Суматре. Сама разница между Рангами показывала, насколько выше в пищевой цепочке стоял Пранический Зверь высокого Ранга по сравнению с низшими Рангами. И Пранические Звери Золотого Ранга находились на вершине.

Проще говоря, это была черепаха. Панцирь на её спине занимал площадь в шестнадцать квадратных километров, и на этом панцире возвышалась гора, где жили, тренировались и обретали силу члены клана Кутер.

Шея вытягивалась на нелепую длину в десять километров, позволяя твари с высоты небес хлестать свою несчастную добычу и при столкновении буквально испарять её в ничто. Сам размер и величие её формы, не говоря уже о непревзойдённой силе, даровали ей статус Божества.

В конце концов, она была существом, олицетворявшим естественный предел рождения для сильнейшего возможного существа на Суматранском Континенте.

Эксперт Золотого Ранга среди Пранических Зверей — Эмпирейский Кусака!

С объёмом Праны в 8400 единиц и продолжительностью жизни в 2000 лет, Эмпирейский Кусака представлял собой потолок силы, которого можно было достичь естественным путём. Обычно Эмпирейский Кусака оставался погружённым под воду. Наружу выступала лишь горная часть на его спине, отчего он ничем не отличался от естественного рельефа.

Теперь же он явил себя, взмыв в небо на веренице облаков, закрутившихся вокруг его шеи. И со своей огромной высоты он уставился в направлении Академии Накопления, сосредоточившись на Торке.

Он не ощутил того, что произошло секундами ранее. Однако его экстраординарные чувства уловили возмущённое присутствие Рантрала, и потому он вознамерился исследовать причину.

Его шея замерла высоко в небе, приняв форму, подобную кобре перед броском. А затем, словно вспышка молнии, голова пришла в движение и теперь нависала прямо над Торком. Во время движения не возникло ни звука.

Небеса ничуть не всколыхнулись, не возникло ни ударных волн, ни даже лёгкого дуновения ветра. Голова Эмпирейского Кусаки двинулась скрытно, не вызывая возмущений в округе, и теперь нависала над Торком, наблюдая за ним.

«В-Вау!» — только и мог мысленно восхититься Торк, глазея на величественного зверя перед собой. Он ни в малейшей степени не беспокоился о том, что его раскроют, ибо его козырь был безупречен, «Иначе я бы не стал его использовать».

Вух!

Раздался лёгкий выдох Эмпирейского Кусаки. И по Академии Накопления пронеслись яростные ветры, почти подобные циклону. Но как бы ни свирепствовали ветра, ни один ученик не пострадал, включая Торка, оказавшегося в самом центре.

«Ну, — усмехнулся в возбуждении Торк, глядя, как штормовые вихри проносятся мимо, двигаясь идеально над самой его кожей, чтобы не причинить ему вреда, — Вот это Божество!»

Несколько секунд спустя шторм утих, и на Торка пролился солнечный свет. Эмпирейский Кусака исчез — так же скрытно, как и появился. Вокруг ничего не изменилось, но Торк знал иначе: «Он, должно быть, полностью проинспектировал округу, но не нашёл ничего, что стоило бы беспокойства».

«Он не мог увидеть мою способность в действии, ведь тот барьер предназначен отделять нас от остального мира за его пределами». — подумал Торк. — «Однако он, должно быть, почувствовал колебания в присутствии Рантрала. Именно это и побудило его к действию».

«А теперь, видя, что здесь нет ничего, что могло бы угрожать Рантралу, он удалился в замешательстве». Торк усмехнулся, заметив, что его кандалы ослабли: — Что ж, это сэкономило мне немного времени и усилий.

— Спасибо за помощь, — радостно помахал он рукой небу, хотя Эмпирейский Кусака уже вернулся в своё обиталище под водой.

Теперь, освободившись от оков, Торк мог передвигаться, как ему вздумается. Первым делом он похлопал по груди и закрыл глаза, оценивая состояние своего Контейнера Духа: «Он в основном расколот, из-за чего я потерял бóльшую часть своей культивации».

На Суматре культивация начиналась с Духовной Стадии, развивалась через Стадию Тела, а затем прогрессировала через Стадию Жизни. Достигнув пика Стадии Жизни, практик получал шанс вступить в Стадию Трансцендентности.

Прана естественным образом накапливалась в виде сгустков энергии, каждый из которых выражался как единица Праны. Каждое живое существо на Суматре обладало Праной, и количество, с которым они рождались, варьировалось в зависимости от таланта и других факторов.

Бойбой при рождении имел 52 единицы Праны, что делало его исключительно талантливым. Даже Рантрал при рождении имел только 8 единиц Праны. Это разительное отличие, в котором Бойбой превосходил их Клановое Божество, сделало его мишенью для травли.

Как энергия, образованная слиянием энергий тела, разума и души, Прана была чрезвычайно чувствительна к накоплению, особенно на Духовной Стадии. Ментальные и физические потрясения могли дестабилизировать Контейнер Духа и разрушить его часть.

Практик терял ёмкость Праны пропорционально урону, понесённому его Контейнером Духа. — Что ж, паршиво.

В данный момент Контейнер Духа Торка имел ёмкость всего в 18 единиц Праны. Если бы он достиг ёмкости в 100 единиц Праны, это означало бы, что он достиг пика Духовной Стадии. И тогда он смог бы попытаться вступить в Стадию Тела, что позволило бы ему выпуститься из Академии.

В возрасте одиннадцати лет Бойбой уже развил свой Контейнер Духа до ёмкости в 99 единиц Праны. Но затем произошёл первый инцидент, когда он содрал кожу с лица одного ученика.

Его хлестали безостановочно, настолько мучительно, что его Контейнер Духа начал разрушаться. Часть за частью он рушился, пока его ёмкость Праны не упала ниже 50 единиц. Это означало, что половина его Контейнера Духа была уничтожена.

«А до этой порки у меня было 87 единиц Праны». — с тихим стоном подумал Торк, глядя на свои руки: — Это станет проблемой.

— У меня меньше месяца, чтобы достичь Стадии Тела. — проворчал он. — Иначе меня убьют.

— Слишком мало времени.

— Что ж, именно это и делает жизнь такой интересной. — Ухмыльнувшись, Торк зашагал по Академии, пока кожа на его лице начала регенерировать. Левый глаз ещё не действовал, восстановилась лишь кожа на лбу.

Тонкий слой мышечных волокон покрывал его позвонки, а челюсти выглядели частично смещёнными. «Думаю, около 60 единиц Праны должно хватить для полного восстановления».

«Это займёт какое-то время, но пока я буду много есть, я выработаю достаточно Праны в своём теле». Размышляя так, Торк отфильтровал свои воспоминания и сосредоточился на местоположении Академической Столовой: «Это… далеко!»

— Ну, у больших пространств есть своё очарование. — Медленно он шёл к цели, как вдруг заметил, что у входа в Столовую собралась толпа. С первого взгляда было ясно: они намеревались преградить ему вход.

«Серьёзно? Они тратят своё драгоценное время только ради того, чтобы преградить мне путь?» Торк на мгновение пришёл в раздражение, ведь Устав Клана гласил, что любой, кто к моменту выпуска в возрасте 15 лет не достиг Стадии Тела, будет утилизирован — скормлен Праническому Зверю.

Так что такие мелочные действия, как блокировка столовой, вредили им самим же, что озадачило Торка: «Эти ученики не могут быть идиотами. Тогда почему…»

Он медленно окинул взглядом пол, раздумывая, не стоит ли ему всерьёз применить свой козырь — тот самый, что был выпущен на Рантрала, — против этой толпы и испарить их. Но затем он пригляделся к толпе и расхохотался: — Что за… они сменялись посменно?

Ученики, у которых были занятия, уходили из толпы, а те, у кого было свободное время, присоединялись. Они блокировали путь Торку только тогда, когда были свободны. «О, это нормально. Я люблю детские игры».

Он поднял руки и объявил, а его ладони делали хватательные движения: — Кажется, у меня опять просыпается желание сдирать…

А затем он ринулся на толпу.

Глава 5: Идеальное перевоплощение

— Я слышал, на этот раз его выпороли особенно жестоко, — заметил один ученик, смахивая пот со своей лысой головы.

— Так этому ублюдку и надо! — хлопнул в ладоши другой.

— Интересно, — задумалась девушка, проводившая почти всё своё свободное время за наблюдением за поркой Бойбоя, — сколько Праны он потерял на этот раз?

— Надеюсь, его резерв упадёт до однозначных чисел, — хмыкнул парень, лишь недавно поступивший в Академию. — Тогда через месяц мы увидим его казнь.

Группа учеников узнала о наказании Бойбоя, как только закончились их занятия. И поскольку раненому Бойбою требовалась Прана, получить которую можно было только переваривая пищу, они решили заблокировать вход в Академическую Столовую.

Никто из них не хотел давать Бойбою даже призрачного шанса, несмотря на то, что достичь пика Духовной Стадии с ёмкостью Праны в 18 единиц за месяц считалось практически невозможным.

— Глядите, он идёт, — произнёс один из учеников, заметив раненую фигуру Торка, приближающуюся к столовой. — Ведём себя естественно, а сами морим его голодом как можно дольше.

Группа единогласно приняла этот план. С напускной непринуждённостью они столпились перед входом, заполнив пространство как можно плотнее, чтобы даже случайно не оставить достаточно места, чтобы Торк мог проникнуть в Столовую.

Проанализировав ситуацию, Торк попросту поднял руки и радостно объявил:

— Кажется, у меня опять просыпается желание сдирать…

Он ринулся на учеников, на мгновение ошеломив группу.

— Гладкая, блестящая — чья же мордашка всех милей?

Со слегка безумным выражением лица Торк бросился к ближайшему ученику, выставив руки прямо к лицу оппонента.

— Я… — ученик ни на миг не замешкался, рявкнув и откатившись в сторону, — Я УРОДЛИВ!

Причинение вреда товарищам было наказуемым преступлением. Поэтому никто не хотел применять силу для самозащиты. Вместо этого они отдавали предпочтение уклонению по двум причинам: если им сдерут лицо, это будет глубокой травмой. Даже если они вступят в драку, их накажет Клан, что для Бойбоя было лишь очередным вторником.

*«Не хочу рисковать!»* — подумал один ученик и скользнул в сторону, укрывшись защитным слоем тумана. Если по случайности ему сдерут лицо, чистая травма от такого опыта может стоить ему как минимум нескольких единиц ёмкости Праны.

Это означало бы, что месяцы беспрерывных тренировок пошли псу под хвост. Именно поэтому никто из учеников не вступал в открытую конфронтацию. И посему, словно стадо овец, встретившее волка, ученики рассеялись в стороны.

*«Это просто. Вот почему взрослым никогда не стоит участвовать в детских играх».* Не останавливаясь ни на миг, Торк ринулся прямиком в Столовую, не желая дожидаться, пока ученики придумают очередной план, чтобы отсрочить его выздоровление.

Оказавшись внутри, он медленно поднёс руки к лицу и отковырнул засохшую козявку из ноздрей:

— Вот это я и хотел сковырнуть. Раздражает, когда засыхает, знаете ли.

— Этот ублюдок… — в ярости уставился на него один из учеников, только сейчас осознав, что Торк его разыграл. Но раз остановить Торка не удалось, у столовой ему больше делать было нечего. С тем толпа и разошлась.

Место это называлось Столовой, но на деле было построено как открытый театр. Клан Кутер любил держать всё под открытым небом, и потолков у них почти не было, если вообще были. Ветер и дождь никогда не были проблемой — наоборот, члены Клана их только приветствовали.

Фирменная техника культивации Клана Кутер — Искусство Мистического Тумана — позволяла им манипулировать любыми жидкостями с помощью психокинеза. Это означало, что регионы, богатые ветром и воздухом, становились домашней ареной, где члены Клана Кутер имели абсолютное преимущество над остальными.

В одном углу открытого театра располагалась большая сцена, на которой в громадных каменных чанах находились ингредиенты. Каждый чан напоминал небольшой бассейн, наполненный водой. В каждом чане был погружён один ингредиент.

Готовой еды здесь не было. Кулинария была искусством, преподававшимся в Академии Накопления, и к ней относились со всей серьёзностью. Поэтому учеников поощряли готовить себе еду самостоятельно.

Торк подошёл к первому попавшемуся чану и оглядел находившийся в нём овощ. Он небрежно выдернул один и захрустел им, спрыгнув со сцены.

*«Искусство Мистического Тумана лучше всего работает с жидкостями. Так что супы дают больше питательных веществ, чем твёрдая пища».*

В настоящий момент он ел твёрдую пищу лишь потому, что его запас Праны был на нуле. Как только он накопит хотя бы одну единицу, он сможет использовать Искусство Мистического Тумана, чтобы как следует готовить жидкую пищу и приумножать свои запасы.

Овощ напоминал редис с травянистыми коричневыми разводами у верхушки. У него был кислый, землистый вкус, ничуть не приятный при поедании сырым. Однако это был самый богатый питательными веществами ингредиент в Столовой, который можно было употребить сырым.

Похрустывая овощем, Торк шёл через открытый театр, ощущая ласковый холодный ветер, то и дело касавшийся его. Одежда его превратилась в лохмотья из-за недавней порки. Всё, что он сделал, — это завязал узлы на разорванных участках, чтобы хоть как-то прикрыть тело.

Насытившись овощем, он добрался до угла, привалился к стене и испустил лёгкий зевок. Пройдёт некоторое время, прежде чем его пищеварение закончится и выработает одну единицу Праны. Это было максимумом, что он мог получить из этого овоща.

А пока Торк намеревался отдохнуть, ибо в данный момент ему больше нечего было делать. Члены Клана Кутер сновали по Столовой туда-сюда, но в основном избегали его, потому что он лишь неподвижно сидел, точно статуя.

Это подобие покоя дало Торку возможность провести осмотр самого себя.

*«Я идеально рассчитал время отката. И теперь, думая о Бойбое, понимаю, что он действительно подходит для моей цели. И что самое главное…»*

*«Это моё влияние».* Торк на миг поморщился. *«Это моя сила повлияла на Бойбоя так, что он стал сдирать кожу с лиц».*

Это было не первое перевоплощение Торка на Суматре. Всякий раз, когда он намеревался перевоплотиться, сам Суматранский Континент подготавливал подходящий сосуд. И этот сосуд был полностью подвержен влиянию силы Торка, а потому до самого момента перевоплощения вёл себя точь-в-точь как сам Торк.

Даже Бойбой всё это время вёл себя ничуть не иначе, чем Торк. Вот почему никто не заметил ничего подозрительного после того, как Торк успешно перевоплотился. В глазах окружающих поведение Бойбоя не изменилось ни на йоту.

Что же касается сдирания лиц? Такого не было с сосудами в его прошлых перевоплощениях. Разница с нынешним случаем была проста. Он стал взрывообразно сильнее по сравнению с предыдущими реинкарнациями — настолько, что само влияние, которое он оказывал на свой сосуд, привело к тому, что Бойбой родился с некоторыми… сильными наклонностями.

*«Эти наклонности — не проблема, ведь в будущем мне и так придётся содрать немало лиц для активации моей способности».* Торк расслабился ещё больше. *«Как только восстановлю немного Праны, нужно будет использовать мою способность, чтобы пошпионить за моим несчастным братом».*

*«Он ведь стал свидетелем моего козыря, пусть и частично. Нужно убедиться, что он не расскажет о нём остальным».* Торк пожал плечами: — Что ж, спешить некуда, я пришёл подготовленным.

*«Вот что значит совершить идеальное перевоплощение».* Торк ухмыльнулся и провалился в сон.

Глава 6: Техника очищения лекарств

Спустя пару часов веки Торка распахнулись в тот самый миг, когда в его Контейнере Духа собралась единица Праны. Он тут же запечатал Прану в Контейнере Духа, подавив её естественную функцию исцеления его ран.

Он подходил к чанам один за другим и набрал дюжины овощей. Все они были набухшими, так как долго пропитывались водой. Последним в списке было яйцо Пранического Зверя.

Продвинутый Железный Ранг Пранического Зверя — Мелкарп!

С объёмом Праны в 880 единиц и продолжительностью жизни в 20 лет, Мелкарп был Праническим Зверем, прозябавшим на самом дне пищевой цепи. Однако он был незаменимой её частью.

Со временем созревания в четырнадцать месяцев от рождения, Мелкарпа было легко выращивать. А когда он спаривался, один сеанс давал около двух тысяч икринок. Величайшим достоинством икры Мелкарпа было то, что при вымётывании икринки представляли собой крохотные точки.

Но их оболочка была способна поглощать солнечный свет и питательные вещества из воды, за счёт чего они росли в размерах. Они были очень питательны, и их легко можно было разводить с минимальными усилиями.

Как только Клан Кутер обнаружил вид Мелкарпа, он тут же включил его в свой рацион. Яйца Мелкарпа были основной пищей, подаваемой ученикам Академии Накопления. И хотя они были богаты питательными веществами, в сыром виде они имели отвратительный вкус. Более того, яйца достигали пика своего роста за считанные часы.

А затем, когда они становились размером в три человеческих кулака, они вылуплялись. Клан Кутер собирал вылупившихся Мелкарпов и отправлял их на фермы, чтобы через четырнадцать месяцев они вывели новое поколение.

Миска, выданная Столовой, была вырезана из мягкого камня и весила около двух килограммов. После того как Торк добавил все ингредиенты, вес достиг внушительных восьми килограммов. В основном из-за воды, содержащейся в ингредиентах.

Слишком долго пропитываясь водой, большинство ингредиентов разбухло. Это делалось для того, чтобы помочь ученикам использовать Искусство Мистического Тумана для готовки.

— Уф, — издав лёгкий стон, Торк поднял миску и спустился со сцены. Он не стал уходить далеко и устроился прямо под сценой. Ученикам запрещалось есть только на сцене. Так что любое другое место было в порядке, тем более что их также учили убирать любые капли на полу в процессе готовки и еды.

Торк поднялся на сцену и вскоре вернулся со второй миской, предназначенной для отходов готовки. Сперва он сосредоточился на овоще, напоминающем редис, и коснулся его указательным пальцем.

— Фью-у-ух!

Техника Культивации — Искусство Мистического Тумана!

Капля Праны вытекла из его указательного пальца и вошла в овощ, питая его психокинез, с помощью которого он взял под контроль содержащуюся в овоще воду. Вода всколыхнулась в овоще на клеточном уровне, вбирая в себя большинство его питательных веществ.

Несколько секунд спустя он извлёк струю воды, растворённую с эссенцией овоща. Она образовала небольшую волну перед ним, в то время как овощ теперь напоминал сухую шелуху. Небрежно выбросив его в мусорную миску, Торк погрузил воду в следующий овощ.

Через несколько секунд он извлёк её. Теперь вода содержала эссенцию двух овощей. Он повторял процесс, пока вода не превратилась в густой отвар. Наконец, вода сгустилась вокруг яйца, которое в ответ треснуло.

Мелкарп внутри яйца был почти полностью сформирован. Теперь он погиб, так как все жидкости из его тела были извлечены.

Внутри сферы отвара, парящей перед Торком, скопилось множество отходов. Используя Искусство Мистического Тумана, он начал методично отфильтровывать всё ненужное. Он не делал ничего революционного.

Бойбой уже имел соответствующий уровень навыков для этого. Торк лишь пользовался тем же самым, с той лишь разницей, что он знал множество рецептов Клана Кутер, большинство из которых не преподавались ученикам.

Лишь после выпуска, и только если член Клана Кутер вносил весомый вклад в Клан в области очищения лекарств, такие рецепты становились для него доступны.

Делая вид, будто это случайность, Торк всё время хмурился и время от времени цокал языком. И вдруг его ошибка не привела к провалу. Его процесс очищения увенчался успехом, превратив суп в лекарство.

Суп объёмом в литр после употребления дал бы от пяти до шести единиц Праны. Лекарство же, объёмом около пары сотен миллилитров, могло дать до десяти единиц Праны. Он извлёк из ингредиентов максимум.

Любой другой ученик, достигнув этого, просто употребил бы лекарство. Лекарство переварилось бы в течение часа благодаря их технике культивации. Это уже было значительно быстрее, чем потребление твёрдой пищи.

«Этого хватило бы, будь у меня больше времени». Он засунул указательный и средний палец в рот и вызвал рвотный позыв. Вскоре он исторг немного желчи и применил на неё Искусство Мистического Тумана, чтобы отфильтровать большую часть содержимого.

Он смешал полученный экстракт с лекарством и наблюдал, как жидкая субстанция в ответ меняет цвет: «Так-то лучше».

Используя психокинез, он вручную запустил процесс пищеварения в самом лекарстве. Поскольку оно находилось под его контролем, он мог выкрутить скорость до предела. И несколько минут спустя слегка мутная жидкость была отправлена в его глотку.

Как только жидкость попала в желудок, она сразу же направилась в кишечник, откуда всосалась в кровоток. Она уже была преобразована в форму, которую его тело могло усваивать почти без переваривания.

Меньше чем за десять минут Торк заметил, что его ёмкость Праны выросла на десять единиц. Более того, его желудок был практически пуст, так как он наполнил его только самым необходимым, отфильтровав всё, что его тело сочло бы отходами.

— Теперь я могу питаться так ещё несколько раз. — С лёгкой ухмылкой он снова принялся собирать ингредиенты. Академическая Столовая давала ученикам столько еды, сколько они хотели, без ограничений, при условии, что те ничего не тратили впустую.

Торк пользовался этим и продолжал делать лекарства. Одной единицы Праны хватало на процесс готовки, если он разумно расходовал свой психокинез и поддерживал процесс минимально эффективным.

Теперь, когда у него было десять единиц Праны, ему не нужно было слишком беспокоиться о расходе. Он отдал приоритет скорости, а не точности, и в итоге потратил две единицы Праны на приготовление пищи. Оставшиеся восемь единиц были использованы для исцеления его ран.

*Рыг!*

Чуть больше часа спустя он почувствовал вздутие в желудке. Теперь он не только завершил процесс восстановления, но и пополнил свою ёмкость Праны до восемнадцати единиц.

С большой миской, полной шелухи от ингредиентов, Торк подошёл к углу Столовой, который был зоной утилизации отходов. Там стоял наставник, с закрытыми глазами, казалось, медитируя. Его глаза распахнулись, как только он ощутил, что Торк не ушёл даже спустя минуту.

— Тебе что-то нужно? — спросил он, разлепляя веки, и его тон стал грубым в тот самый миг, когда он заметил, что это Бойбой. А затем вдруг заговорил почтительно, потирая ладони друг о друга:

— Я знал, что ты не разочаруешь меня в той заботе, что я проявлял к тебе все эти годы.

— Благодарю Божеств, что вы даровали мне честь отсечь твою грязную голову. — Он медленно повернулся в том направлении, где несколькими часами ранее из воды поднялся Эмпирейский Кусака, и отвесил радостный поклон.

«Вот же мудак», — цокнул языком Торк, — «Я же ещё даже говорить не начал !»

«В запасе ещё целый месяц. Не подписывай мне смертный приговор раньше времени».

Глава 7: Домашний Питомец

— Я здесь не за тем, чтобы умереть, — произнёс Торк, мысленно застонав, увидев, как лицо наставника заметно сникло, словно тот проиграл в лотерею всего из-за одного числа.

— Чего тебе? — вздохнул наставник, сетуя на несправедливость мира.

— Могу я избавиться от этого? — Торк указал на собранные отходы.

— Для тебя это слишком поздно, — наставник не стал утруждаться дальнейшими словами и небрежно махнул рукой. — Ладно, делай.

— Кредиты, которые ты получишь за это задание, ничуть не изменят твою судьбу.

— Я знаю, — Торк не обратил внимания на слова наставника. Вместо этого он посмотрел на отходы, которые были свалены в металлическую тележку три метра в длину, два в ширину и два в высоту. Она была довольно массивной, и в наполненном виде весила бы больше тонны.

Обычно от четырёх до шести добровольцев из числа учеников ежедневно опорожняли её содержимое. Сегодня они уже сделали это один раз, так что тележка была заполнена отходами едва на четверть.

Это было идеально для Торка и вполне ему по силам, потому он и вызвался.

— Уф-ф! — взявшись за рукоятку, прикреплённую рычагом к передней части тележки, Торк натужно крякнул, и его мышцы вздулись, когда тележка сдвинулась с места. Медленно он двинулся по специально отведённому пути, ведущему из Столовой.

Столовая Академии находилась на одном из углов острова почти круглой формы, радиусом в шестнадцать километров. Столовая делилась на две части. Первой была секция, где с корабля, причаливающего через равные промежутки времени, выгружали ингредиенты.

Это был своего рода мини-порт, предназначенный только для швартовки корабля с ингредиентами. Эта часть выходила к морю. Другая часть, обращённая вглубь острова, представляла собой открытый театр, где ученики выбирали ингредиенты и готовили себе еду.

Мост вился через портовую секцию и резко обрывался утёсом, возвышавшимся на четыре метра над поверхностью воды. Внизу находился пруд, искусственно отделённый от моря стеной. Он был овальной формы, расстояние между самыми дальними точками едва достигало тридцати метров, между ближними — восьми.

На краю утёса имелось устройство, куда можно было закрепить тележку. И нажатием рычага её содержимое сбрасывалось в пруд.

Торк зафиксировал тележку в предназначенном для неё месте на краю утёса. Но прежде чем потянуть за рычаг, он остановился и взглянул на отходы в тележке. В одном углу предусмотрительно лежали сморщенные тельца Мелкарпов из невылупившихся яиц, использованных им для готовки.

Торк коснулся одного из них и секунду спустя содрал кожу с лицевой части. Она снялась легко, доказывая опыт Бойбоя. *«Это и правда моё влияние заставило его вести себя так с самого рождения».*

— К счастью, это экономит мне уйму времени и сил, — произнёс он и взял содранную лицевую кожу в руку. Тихонько выдохнув, он влил в неё Прану. Эта волна Праны была плотной и не исходила от Бойбоя.

Она шла из глубины его существа, из настоящего тела Торка. В ответ на это лицевая кожа начала регенерировать, пока не превратилась в целую кожу Мелкарпа. Затем, словно надуваемый шар, она обрела объём, а потом и массу.

На Суматре существовало особое явление: Прана сущности взаимодействовала с её самой мощной, физически укоренившейся чертой и выражала её в осязаемой форме. Это называлось Природой, и она обитала в Контейнере Духа.

Как энергия, образованная слиянием трёх энергий тела, разума и души, Контейнер Духа обладал способностью вмещать в общей сложности три Природы, именуемые Основной, Вторичной и Третичной.

Пранические Звери рождались с Основной Природой, тогда как члены Кланов обретали её по достижении Стадии Тела.

Перевоплощение Торка было совершено таким образом, что его настоящее тело находилось внутри сосуда. Оно пребывало в нематериальном состоянии и стало бы материальным только в том случае, если бы сосуд — Бойбой — был уничтожен.

Однако это был наихудший из возможных сценариев, так как смерть сосуда означала бы, что Торк провалил свои задачи в текущей временной линии.

Пока же его настоящее тело благополучно покоилось внутри сосуда. И теперь он задействовал его силу.

Основная Природа — Домашний Питомец!

Она поглощала Прану, чтобы создать тело того существа, чью лицевую кожу он собрал, будь оно мёртвое или живое. И пока Прана вливалась в лицевую кожу Мелкарпа, всё его тело сформировалось за считанные секунды.

Мелкарп затрепыхался, словно был живым. Технически он и был живым, но как марионетка под его контролем. Торк закрыл глаза и сосредоточился, теперь способный разделять зрение Мелкарпа. Мелкарп не только был под его контролем, но и вся информация, которую он обрабатывал своими органами чувств, передавалась Торку в реальном времени.

Мелкарп плавал кругами вокруг него в воздухе. Торк использовал психокинез, чтобы удерживать его, что было возможно, поскольку Мелкарп считался его Духовным Оружием.

Прана обладала свойством взаимодействовать с разумом, порождая силу природы, называемую психокинезом. Эта сила психокинеза не была универсальной в применении, а зависела от способностей индивида.

Члены Клана Кутер, благодаря использованию Искусства Мистического Тумана, могли обращаться со всеми жидкостями как с Духовным Оружием. Сосуд Торка, Бойбой, обладал той же способностью — управлять жидкостями. Настоящее же тело Торка могло обращаться с продуктом своей Основной Природы — марионеткой Мелкарпом — как с Духовным Оружием.

Дальность психокинеза составляла 180 метров, что было универсально для всех видов. Эта дистанция отсчитывалась радиально от эпидермиса. Благодаря этому Торк без труда управлял Мелкарпом и переправил его через искусственный барьер.

*Плюх!*

Мелкарп опустился в морскую воду и начал быстро огибать остров. Как только он пересёк отметку в 180 метров, Торк больше не мог его контролировать или разделять его ощущения. Но поскольку он уже заложил в него команды, Мелкарп обязан был выполнить их безотказно или, по крайней мере, умереть, пытаясь.

Торк потянул рычаг и высыпал отходы в пруд, где они служили питательными веществами для произраставшей там морской флоры. Затем он отвёз тележку в Столовую, проигнорировав наставника, который, казалось, надеялся на шанс убить его.

— Пожалуйста, подождите месяц, господин, — сказал он наставнику.

— Ц-ц! — наставник с сожалением сплюнул на пол и проводил взглядом уходящего из Столовой Торка. Он тут же применил Искусство Мистического Тумана, чтобы стереть след плевка, и вернулся к своей работе, которая на данный момент заключалась в том, чтобы выглядеть крутым и внушительным.

Медленно шагая по Академии Накопления, Торк ориентировался по воспоминаниям Бойбоя и добрался до общежития. Первым делом он двинулся в самый дальний угол общежития, расположенный на одном из краёв острова, пока зона действия его Духовного Оружия не достигла моря.

Прощупав несколько минут, он ухмыльнулся: *«Он сумел проплыть так далеко, не будучи съеденным в море. Отлично».*

Под воздействием его психокинеза Мелкарп вылетел из морской воды и завис за окном комнаты одного конкретного человека. Это была комната Рантрала.

В данный момент тот писал письмо, и Мелкарп заглядывал внутрь через окно. *«Итак, является ли мой несчастный брат доносчиком?»*

Торк не хотел, чтобы его способности были раскрыты так рано в игре. И потому, как только он прошёл через общежитие, убедившись, что комната Рантрала находилась в пределах досягаемости его Духовного Оружия, он немедленно, с почтением, опустился на колени, готовый применить свой козырь. *«Если это письмо доносит о моих способностях...»*

*«Я убью его».*

Глава 8: Маниакальный Блуддер

Пергамент для письма был, судя по всему, из кожи. Такие вещи, как письма, на Суматре были по большей части излишни, ибо существовал удобный способ обмена информацией, именуемый Информационной Запиской.

Информационные Записки разнились от расы к расе. И среди Человеческой Расы материал, используемый как Информационная Записка, зависел от практикуемой техники культивации.

Члены Клана Кутер, практикующие Искусство Мистического Тумана, могли обращаться с жидкостями как с Информационной Запиской. Обычно для этой задачи они использовали воду.

Кутерец брал флакон, наполнял его водой и напитывал Праной. И пока он это делал, он записывал информацию. Это была серия импульсов, несущих его влияние, что-то вроде азбуки Морзе. Никто за пределами Клана даже не заподозрил бы, что содержимое этого флакона — Информационная Записка.

Им оно показалось бы обычной водой.

Но член Клана Кутер инстинктивно распознал бы в нём Информационную Записку.

Чтобы получить информацию, записанную в этой Информационной Записке, кутерец должен был выпить эту воду. Когда вода попадала ему в желудок, импульсы присутствия вели себя как пальцы, стучащие по печатной машинке.

Печатной машинкой здесь служила их техника культивации. Она записывала импульсы, используя себя как словарь. И как только импульсы были скомпилированы, записанная информация раскрывалась, которая могла быть в форме текста, изображения, видео и т.д. — сенсорные данные всех пяти чувств можно было записать в Информационную Записку.

Её секретность, а также колоссальный объём и удобство записи информации делали Информационную Записку самой удобной формой передачи данных. После того как кутерец проглатывал Информационную Записку, он мог просто скопировать содержимое в другой флакон с водой. Это занимало у них считанные секунды, чтобы записать информацию, на которую ушли часы.

То, что Рантрал писал письмо, означало, что адресат сообщения не принадлежал к Клану Кутер. Сидя на стуле, он просто смотрел на письмо, и содержимое само начертывалось на нём. Он писал с помощью психокинеза.

Причиной, по которой Эмпирейским Кусакам поклонялись как Божествам, была та запредельная способность, с которой они рождались, — способность, позволявшая им манипулировать окружающей местностью по своему усмотрению.

Основная Природа — Тонкое Господство Над Ландшафтом!

На Суматре в большинстве регионов жить было чрезвычайно опасно, за исключением аборигенов, которые провели миллионы лет, эволюционируя и приспосабливаясь к этим местам. Эмпирейские Кусаки были единственной расой, которую никогда не заботили опасности региона.

Нет, чем опаснее был регион, тем опаснее становился и сам Эмпирейский Кусака, ибо он мог непринуждённо обращать особенности ландшафта себе на пользу. *«А на своём пике они способны контролировать самую опасную субстанцию, покрывающую нашу вселенную».*

*«Однако»,* — всё, что сделал Торк, — это испустил жалостливый вздох, ибо глазами Мелкарпа он наблюдал, как Рантрал делает на бумаге убогую зарисовку. — *«В этом отношении он абсолютно разочаровывает».*

Рантрал пытался изобразить серебристого гуманоида, сконденсированного Торком ранее. Однако результат даже отдалённо не был близок к конечному продукту. *«Я так и не вывел его полностью. Но даже несмотря на это...»*

*«Да что за уровень исполнения, чёрт побери?»* — лёгкая волна отвращения подкатила к горлу. — *«И главное! Мой Мелкарп сидит в паре метров от него, прямо на подоконнике! Любой другой Эмпирейский Кусака, даже в момент рождения, мог бы почуять и уничтожить его в один миг!»*

Почему-то сильнее, чем сам факт возможного раскрытия его тайны, Торка выводила из себя некомпетентность его брата.

Пока Торк досадовал на некомпетентность Рантрала, последний закончил свой рисунок, каким бы корявым он ни был.

Затем Рантрал уколол указательный палец, капнув кровью на письмо. Спустя каплю рана уже затянулась. Он уколол ещё раз и выдавил вторую каплю. Его присутствие отчётливо веяло из капли, распространяясь в округе.

К тому моменту, как четвёртая капля упала на письмо, у окна появился посетитель.

*Ц-ц!*

Торк цокнул языком, заметив, что его Мелкарп убит. Поразмыслив мгновение, он двинулся к комнате Рантрала. *«Подумать только, эту тварь можно сделать подчинённым».*

*«Я и не знал, что такое возможно».*

На подоконник комнаты Рантрала вкатился свернувшийся шар около метра в диаметре. Он вытянулся в полузмеиное-получленистоногое существо, явив крохотную голову, напоминающую панголина.

Принюхавшись, он пододвинул свой крохотный нос к письму и быстро слизнул четыре капли крови с него. Затем, оглядев изображение на письме, он повернул голову к Рантралу.

[Что это, чёрт возьми, такое?]

— Я не знаю, — покачал головой Рантрал. — И именно это я и хочу, чтобы ты выяснил.

Существо в ответ заморгало своими глазами-бусинами в замешательстве. Затем оно загрохотало чешуёй на своём теле, выражая раздражение.

[Моё сердце однажды лопнет от ярости.]

Это существо не было местным. Его предшественник когда-то соседствовал с одной из прошлых ветвей Клана Кутер.

Мутировавший Продвинутый Серебряный Ранг Пранического Зверя — Маниакальный Блуддер!

Его предшественником был Пранический Зверь Железного Ранга, обитавший в регионе под названием Пещеры Гуна. Тот, что находился в комнате Рантрала, мутировал и стал Праническим Зверем Серебряного Ранга.

Пранические Звери Железного Ранга не обладали сознанием. Однако начиная с Серебряного Ранга их разум был наравне с человеческим. Звери Золотого Ранга превосходили людей по уровню интеллекта.

— Ты откажешься? — спросил Рантрал, поднимаясь со стула и высвобождая своё присутствие. Комната содрогнулась, а воздух заметно заплясал, когда вокруг забушевали потоки разного давления.

Он сосредоточил своё присутствие на Маниакальном Блуддере, чьё тело в ответ задрожало. Однако тот ни на дюйм не сдвинулся с места. Но в тот миг, когда присутствие на кончиках одной из его четырёх рук резко возросло, Рантрал отозвал своё присутствие и поднял защиту до предела.

[Я не смею делать Клан Кутер своим врагом, ведь ваш лидер — мой благодетель. Однако если ты хочешь воспользоваться моими услугами, объясни всё как следует.]

Повисла тишина, а присутствие Рантрала продолжало нарастать, готовясь к бою. Видя его взвинченное состояние, Маниакальный Блуддер убрал своё присутствие и поднял конечности, показывая, что не намерен обострять ситуацию.

[Слушай, просто скажи мне, кого избить, чтобы добыть нужную тебе информацию. Или хотя бы скажи, где мне искать. Если ты просто велишь мне искать вслепую, ты ничего не получишь, даже если я потрачу на это остаток своей жизни.]

— Спроси об этом моего Отца, — без колебаний сказал Рантрал. — Ты ведь сможешь, я рассчитываю на ответ через несколько дней?

[С твоим письмом как доказательством меня не остановят твои соплеменники. Дай мне четыре дня, и ты получишь ответ.]

— Меня это устраивает, — Рантрал махнул рукой, отпуская Маниакального Блуддера. *«Я не могу рисковать новой конфронтацией с Бойбоем, не понимая, чем была та сущность. Весь этот опыт был... ужасающим».*

На мгновение он содрогнулся.

[Кстати, я заметил Мелкарпа, сидевшего у тебя на подоконнике. Он выглядел подозрительно, так что я его убил.]

— Мелкарп? — нахмурился Рантрал, сосредоточившись на этом месте и заметив рассечённый труп. — Что он здесь делал?

[Хочешь, я выясню, откуда он взялся?]

— Не нужно, сосредоточься на текущей задаче. — Рантрал отпустил Маниакального Блуддера, когда тот схватил его письмо, и, после того как существо выпрыгнуло в окно, сосредоточился на трупе Мелкарпа. Он осмотрел труп несколько секунд, а затем почесал голову: *«Ничего подозрительного в нём нет».*

*Тук! Тук!*

— Кто там? — отозвался Рантрал на стук. Он положил труп Мелкарпа на стоящий рядом стол и подошёл к двери, открыв её спустя пару секунд.

— Сюрприз! — радостно воскликнул Торк и заключил Рантрала в объятия, прежде чем тот успел среагировать. А затем, словно это было совершенно естественно, его ладони потянулись к лицу оппонента.

Глава 9: Питомец Кусака

— Ты... ублюдок! — Рантрал в шоке схватился за лицо и отшатнулся на пару шагов. Его поразительная скорость восстановления уже регенерировала содранную кожу лица к тому моменту, как он осознал, что произошло.

С глазами, извергающими ненависть, он уставился на Торка, но тот в ответ лишь закрыл дверь:

— Пока, мой несчастный брат.

— Бойбой! — Стены всколыхнулись, точно вода, выдвигаясь вперёд подобно щупальцам, нацеленным на Торка, пока Рантрал рычал в ярости. — Я убью тебя!

— Ты УБЛЮ...

— Суматра, твой благословенный...

Стены вернулись в исходное состояние, а запыхавшийся Рантрал застыл в своей комнате, покрывшись холодным потом. Он спешно огляделся, тревожась, не стал ли мир вокруг него монохромным.

И лишь когда всё выглядело нормально, он с облегчением выдохнул, но через несколько секунд снова вскипел, увидев Торка, облокотившегося о дверной косяк и глядящего на него с широкой ухмылкой:

— Ах ты... чёрт...!

— Осторожней, брат. — Торк неторопливо вошёл в комнату, теперь полностью уверенный, что Рантрал, скованный страхом, какое-то время не станет делать глупостей. — Ты же не хочешь, чтобы я сделал это снова, правда?

— На этот раз я могу и полностью это выпустить.

— Что... что ты, чёрт возьми, такое? Ты и вправду Бойбой? — Рантрал хватался за соломинку, выкрикивая в паранойе.

— Эй-эй, полегче! — Торк поспешно замахал рукой. — Не вешай на меня всякую чушь из-за своего комплекса неполноценности, ладно?

— Я могу то, что могу, лишь потому, что достаточно для этого талантлив. — С лёгкой ухмылкой Торк небрежно отсалютовал и зашагал прочь. — Делай с этой информацией что хочешь. Слей её Клану или расследуй сам. Мне на это решительно плевать.

— Однако не вздумай мешать моей культивации, лады? — Торк закрыл за собой дверь. — Раз у меня остался всего месяц, я начинаю немного отчаиваться.

Га-а-ах!

Несколько секунд спустя Рантрал рухнул на пол, тяжело дыша от изнеможения, будто сражался много дней подряд. Глядя на свои дрожащие пальцы, он смог лишь жалобно всхлипнуть.

Затем он обуздал свои эмоции, прикусив язык в попытке с помощью боли унять дрожь, сотрясавшую его тело. «Я... я этого так не оставлю!»

— Ты... — он уставился на дверь. — Я убью тебя и верну свой украденный талант!

— А-а-аргх!

Спустя несколько минут ходьбы Торк добрался до своей комнаты в общежитии. Внутри двери находился пористый цилиндр с водой. Она была очищена и стала его Духовным Оружием. Поэтому, стоило Торку пропустить свою Прану сквозь поры к воде внутри, он мог её контролировать.

И двигая воду через систему каналов с помощью психокинеза, он мог открыть дверь.

Дверь была толщиной в двадцать сантиметров, слишком прочной, чтобы кто-то из учеников мог взломать её силой. Так что она создавала безопасное жилое пространство. Поскольку вода внутри двери была очищена в его Духовное Оружие, лишь Торк мог её открыть. Это было верно для каждого ученика в отношении его собственной комнаты.

«Рантрал — единственное исключение, ведь он может просто пройти сквозь дверь, будто она из рыхлого песка, — подумал Торк. — Даже на такое он способен».

Войдя в комнату, он захлопнул дверь:

— Истинное Божество способно двигаться так, что никто и не заметит его действий.

Он вспомнил Эмпирейского Кусаку, который бесшумно переместил свою десятикилометровую шею в мгновение ока, ничуть не потревожив округи:

— Лишь существо такого уровня достойно поклонения.

Комната в общежитии не была чем-то грандиозным, но оказалась достаточно просторной. Площадь пола составляла пять метров в длину и четыре в ширину, а в углу стояла отполированная гранитная плита, служившая для сна.

Из стены выступал стол, высеченный из камня, и стул был сделан так же. Хотя всё было из камня, изнутри их выдолбили, не нарушив прочности конструкции.

Более того, всё выглядело так, будто было отполировано бесконечными водными потоками на протяжении десятилетий или даже веков, словно камни на речном дне.

— Кутерцу, владеющему Искусством Мистического Тумана, нужно всего несколько минут, чтобы вырезать такую каменную мебель.

— Через месяц я тоже должен достичь такого уровня. — Он сел, чувствуя, что поверхность не только гладкая, но и излучает слабое тепло, свойственное лишь камню. От этого он ощутил умиротворение, которое творило чудеса при укреплении Контейнера Духа.

Потратив несколько минут, чтобы полюбоваться обстановкой, Торк выглянул в окно. В ответ на него смотрело лишь окно другой комнаты общежития. Ему выделили самое неудачное место в корпусе.

— А этот несчастный братец может любоваться морскими волнами в любое время.

Он поворчал несколько минут, чтобы удовлетворить своего внутреннего брюзгу, и затем принялся за дело, достав из рукава лицевую кожу Рантрала.

Основная Природа — Домашний Питомец!

Любой кусочек кожи цели подходил для дела. Лицевая кожа была лучше лишь тем, что экономила несколько единиц Праны при формировании тела Питомца. В идеале самым выгодным было бы содрать всю кожу целиком целиком.

Следующим по эффективности вариантом была лицевая кожа. И последним — любой другой клочок кожи, который удавалось добыть. Этот вариант тратил слишком много Праны при создании Питомца.

Питомец — так назывался продукт его Основной Природы, Домашнего Питомца. Его Основная Природа позволяла ему создавать одного Питомца в день. Раз сегодня он уже создал Питомца-Мелкарпа, придётся ждать день, чтобы создать ещё одного.

Однако это не означало, что он не мог заготавливать лицевую кожу заранее.

«Сегодня Рантрал сильнее всех выбит из колеи, ведь его прихвостни до сих пор в коме».

— Поэтому я смог нацелиться на него и уйти невредимым. — Торк ухмыльнулся. — Случись это в любое другое время, меня бы пороли целый день.

На Суматре, благодаря существованию Праны, действовало одно правило. Лишь существа, способные нести Прану, имели право жить. Это не давало микроорганизмам процветать на Континенте.

И как часть тела существа Золотого Ранга, лицевая кожа Рантрала не разлагалась бы даже спустя десятилетия. Конечно, для Пранических Зверей Железного Ранга она была сродни Эликсиру, и при первой возможности они набросились бы на неё, чтобы сожрать.

— Что ж, без моего разрешения сюда никто не войдёт. — Торк начал медитировать, сосредоточившись на Искусстве Мистического Тумана, чтобы начать восстанавливать свой Контейнер Духа.

На Духовной Стадии для каждой единицы Праны нужно было сформировать Контейнер Духа. Эти фрагменты Контейнеров Духа, числом в сто, сливались в единое целое, что служило признаком того, что человек достиг Стадии Тела.

На Стадии Тела Контейнеры Духа были устойчивее. Но на Духовной Стадии душевное потрясение легко их разрушало. К тому же, чем больше было Контейнеров Духа, тем сильнее была нагрузка на каждый из них.

Это означало, что на высших уровнях Духовной Стадии даже обычный гнев мог привести к разрушению одного-двух Контейнеров Духа.

Торку не нужно было сильно об этом волноваться, ведь он куда лучше контролировал свои эмоции. Даже если бы он впал в ярость, его Контейнеры Духа не слишком бы пострадали. С этой мыслью он начал выстраивать свои Контейнеры Духа.

«Сейчас у меня их 18. Нужно ещё 82 за 30 дней. Без Эликсира это невозможно».

— Что ж, — он посмотрел на лицевую кожу Рантрала и ухмыльнулся. — Поэтому это и есть мой чит.

— Даже если ты слабейший в своём роду, мой несчастный брат, — Торк поднялся, намереваясь вновь направиться в Столовую. — Ты всё равно Божество.

«Мне нужно много, очень много Праны, чтобы сделать Питомца из Эмпирейского Кусаки». — Он слегка застонал. — «Похоже, придётся курсировать между комнатой и Столовой каждые несколько часов».