Колизей: Одиннадцать раундов.

Пролог.

Он не помнил, как его сюда привезли.

Только вспышки, голоса и холод на шее. Теперь — тишина, нарушаемая дыханием сотен людей.

Они стояли в тесном помещении. Разные лица. Разные страны. Разная одежда. Но у всех на шее был одинаковый ошейник. Кто-то плакал, кто-то молился, а кто-то уже смотрел на остальных так, будто выбирал, кого убить первым.

— Значит так, отребье, слушаем сюда!

Голос охранника ударил по залу.

— Сейчас вас выведут на арену. До сигнала стоите смирно. Дёрнетесь раньше времени — ваши бошки взорвутся.

Он обвёл толпу взглядом.

— Пока ведущий говорит — молчите. Начнёте умничать — бошки взорвутся.

Несколько человек нервно переглянулись.

— И последнее. Эти ошейники не трогать ни при каких обстоятельствах.

Он ткнул пальцем в ближайшего паренька.

— А иначе что?

— Н-н-наши б-бошки взорвутся?

— Правильно. Схватываешь на лету.

За перегородкой раздались голоса:

— Сколько на этот раз?

— Сотня с лишним. Первая партия.

— И сколько доживёт?

Пауза.

— Да кто ж его знает.

— Ставки уже открыты?

— Ещё до погрузки.

Короткий смешок.

— Тогда пусть шоу будет хорошим.

Где-то впереди со скрипом открылись решётки. Где-то над ареной заговорил кто-то слишком довольный происходящим:

— Это первый раунд!

Толпа ответила криком.

Он не кричал. Он смотрел. И пытался понять одну вещь:

«Если это только первый раунд…»

«Сколько их всего?»

Металл под ногами дрогнул. Где-то глубоко в конструкции помещения раздался глухой механический щелчок. Как будто что-то огромное пришло в движение.

Один из охранников лениво выдохнул:

— Выгружаем.

И в тот же момент свет резко сменился.

Холодный белый коридор превратился в открытое пространство.

Воздух ударил в лицо.

И впервые он услышал рев.

Глава 1. «Естественный отбор»

Колизей был огромен.

Каменная арена - словно монстр, вырезанный посреди пустоши. Под открытым потолком ревели десятки тысяч людей.

В самом её центре возвышался металлический столб. На его вершине, раскинув руки, стоял мужчина в кричаще-фиолетовом костюме. Жёлтая рубашка выпирала из-под пиджака, круглые очки поблёскивали под светом прожекторов, а уложенные назад волосы с помпадуром делали его похожим на дешёвого фокусника.

Но стоило ему улыбнуться — трибуны взорвались.

— КОЛИЗЕЙ! Встречайте-е-е… КЛААААУСА!!!

Прожекторы одновременно ударили в центр площадки.

— Ну здравствуй, Колизей!

Мужчина широко развёл руки.

— Добро пожаловать… на кварРртальное побоище!

Гул трибун стал только громче. Крики, свист, смех. Люди жаждали крови ещё до начала бойни.

— Знаю, знаю. Я великолепен.

Клаус поправил очки.

— Но знаете, кто ещё прекраснее?

Он театрально прижал руку к груди.

— Великий хозяин этой арены… ЦЕ-Е-Е-ЗАРЬ!

Все прожекторы осветили открытый центр трибун. Там, среди VIP-ложи, на золотом троне сидел человек в стальной маске. Он молча приподнял ладонь. Толпа заревела так, будто услышала имя бога.

Внизу, на будущем поле боя, сотня гладиаторов стояла плотными рядами. Лохмотья вместо одежды. Металлические ошейники на шеях. Измождённые лица. Под ногами — влажная земля, смешанная с песком и засохшей кровью. Над трибунами висел огромный восьмиугольный экран, транслирующий происходящее на поле боя со всех ракурсов.

Клаус щёлкнул пальцами.

— Итак… правила!

По краям Колизея начали медленно открываться решётки.

Слева — груды оружия. Справа — щиты и броня.

— Первый раунд у нас разминочный. Мы собрали эту сотню красавцев со всего мира. Убийцы, террористы, революционеры, психопаты… даже те, кто пытался свергнуть государства.

Он усмехнулся.

— Но, знаете… вас многовато.

Публика захохотала.

— Поэтому задача простая. К концу раунда вас должно остаться ровно пятьдесят.

Улыбка Клауса стала шире.

— Не больше. И не меньше.

Несколько человек в строю побледнели.

— Наверное, вы задаётесь вопросом… почему оружие отдельно от брони?

Он постучал пальцем по собственному ошейнику.

— Специальная разработка Колизея. Блок-ошейники полностью подавляют способности носителя. Любая попытка снять его, взломать или повредить…

Клаус развёл руками.

— БУМ.

Он показал пальцами взрыв.

— И головы больше нет.

Рев стадиона восторженно загудел.

— Так что сегодня вас ждёт старое доброе мясо. Без магии и чудес. Только сталь, кровь, кости и КИШКИ-И-И!

По трибунам прокатился тяжёлый металлический лязг.

Решётки полностью открылись.

— У вас два выбора.

Клаус вытянул руку в сторону оружия.

— Взять клинок… и рвать друг друга на части.

Затем — в сторону брони.

— Или попытаться выжить за щитом.

Он усмехнулся.

— Хотя это мало кому поможет.

Несколько гладиаторов уже напряжённо переглядывались.

— И напоследок…

Клаус поднял палец вверх.

— Напоминаю, за что вы сражаетесь.

На экранах вспыхнула цифра:

300 000 000 DR.

Трибуны снова взревели.

— Тот, кто переживёт все одиннадцать раундов… получит свободу, полную неприкосновенность и ... триста миллионов дрангаров!

Он сделал короткую паузу. Улыбка исчезла.

— Правда… за последние десять лет никто ещё не дошёл до конца.

Тишина продержалась меньше секунды.

— НО МОЖЕТ БЫТЬ СЕГОДНЯ МЫ УВИДИМ ЧУДО?!

Сирена ударила по ушам.

— ДА НАЧНЁТСЯ… ЕСТЕСТВЕННЫЫЫЙ ОТБОООР!!!

Сирена взорвала тишину, и толпа моментально сорвалась.

Большинство — к оружию. Мечи, топоры, копья. Люди давили друг друга ещё до того, как добрались до стоек.

«Как и ожидалось.»

Я не бросился вместе со всеми — слишком опасно. Это был выбор без выбора. Просто направление, где шанс умереть чуть меньше. Я задержался на мгновение и ушел к броне. Если впереди лежит оружие — люди всегда побегут именно туда. Паника делает людей предсказуемыми. А мне сейчас меньше всего хотелось оказаться внутри стада обезумевших идиотов. Те, кто направился к доспехам, выглядели иначе — осторожные, хладнокровные, или трусы. Либо люди, которые уже умеют считать. С меньшим количеством противников мои шансы выжить были выше.

Позади раздался первый крик. Затем ещё один.

А потом —

- ХРЯСЬ!

Что-то тяжёлое врезалось в кость.

Колокол эхом прокатился по арене.

— FIRST BLOOD!!!

Тысячи голосов взревели.

Я обернулся.

Возле оружейных стоек уже началась бойня. Люди сбивали друг друга с ног, хватали за одежду, вцеплялись в лодыжки пробегающих мимо. Кто-то умер ещё до того, как успел поднять оружие.

Здоровенный мужик с безумной улыбкой первым добрался до двуручного меча. Он даже не остановился. Разворот. Тяжёлое лезвие с влажным хрустом прошло через грудь бегущего навстречу человека. Кровь брызнула на песок.

Зрители ликовали.

Всё смешалось в один сплошной кошмар: металл, крики, хруст костей.

Парень впереди поскользнулся на чьих-то внутренностях и рухнул лицом вниз.

— С-стойте—

Секира расколола его пополам раньше, чем он успел закончить.

Люди дрались уже не как люди. А как загнанные звери.

Я заметил чернокожего парня, сидящего верхом на толстом мужчине. Тот визжал и дёргался, пока большие пальцы медленно вдавливались ему в глазницы. Изо рта парня текла слюна, а из глаз — слёзы. Но его руки не останавливались. Воздух пропитался запахом крови и железа. А ведь это только начало.

Я машинально поднял взгляд на стены Колизея.

«Высокие.»

Слишком высокие. Чтобы перелезть, понадобилось бы человек шесть, вставших друг другу на плечи.

— Боятся за свои шкуры…

«Ублюдки.»

Некоторые пытались прятаться среди трупов. Другие наоборот — методично добивали лежачих, тыкая копьями в каждое тело подряд. Кого-то просто затоптала толпа. Но зрителей это только раззадоривало. Люди орали, требовали крови, делали ставки, спорили о фаворитах. Будто происходящее внизу не имело к ним никакого отношения. Будто умирающие на арене были не людьми. А просто частью шоу.

Через какое-то время на стороне оружия осталось около пятидесяти человек. Выжившие начали сбиваться в группы. Кто-то заключал временные союзы. Кто-то держался особняком. Но сильнее остальных выделялись две крупные группы примерно по пятнадцать человек. И их лидеры.

Поле боя не стихло полностью — но рёв толпы стал далёким, словно металлический гул за стеной.

Два лидера вошли в пустое пространство без слов.

Один — с дредами и тяжёлым двуручным мечом на плече. Его шаги были неровными, почти насмешливыми.

Другой — собранный, прямой. Полуторный меч он держал двумя руками, остриё смотрело строго вперёд. Ни лишнего движения.

Толпа вокруг будто отступила на шаг, оставив им круг. Они остановились.

Мгновение тишины.

И безумец пошёл первым.

Двуручный клинок рухнул сверху вниз — грубо, без техники, как кусок металла, брошенный через плечо. Удар был таким, что песок под ногой противника продавился, колено чуть не ушло в землю.

— Да ты вообще человек?!

Его противник прорычал это сквозь стиснутые зубы, но не отступил.

Встретил его жёстко: клинок поперёк, обе руки в напряжении. Сталь столкнулась со звоном. Он не удерживал силу — он её уводил. Резкое движение в сторону, и тяжёлый меч на мгновение потерял направление.

Этого хватило. Мечник тут же вошёл в контратаку — прямой укол в голову.

Боец с дредами успел дёрнуться в сторону в последний момент. Недостаточно. Лезвие лишь задело щёку, оставив тонкую линию крови. Он замер на долю секунды, пальцы коснулись раны.

А затем губы растянулись в оскале.

— Да… Вот такой махач мне нравится!

Он не отступил. Наоборот — шаг вперёд, и новый удар сверху, затем диагональ, затем ещё один рубящий, каждый тяжелее предыдущего. Воин ушёл в защиту.

«Почему он всё ещё держится?..»

Безумец оскалился ещё шире. Сталь звенела раз за разом, отдаваясь в руках вибрацией. Второй не отвечал сразу — выжидал, вылавливал ритм в хаосе ударов.

«Он давит темпом…»

И всё же нашёл момент. Когда очередной удар чуть ушёл в сторону, мужчина опустил клинок вниз, перехватывая атаку, и скользнул вдоль чужого лезвия вверх. Движение было плавным, почти непрерывным. В верхней точке он резко довернул кисть и нанёс контрудар. Меч прошёл рядом с шеей противника.

Громила выгнулся назад буквально на грани. И тут же ударил снизу — коротко, резко, неожиданно. Лезвие вошло в бедро. На долю секунды оба остановились. Даже шум арены будто провалился вниз.

— Агх!

Лицо спокойного мечника исказилось. Нога дрогнула, а идеальная стойка сломалась на секунду. Этого хватило, чтобы его отбросило назад на шаг, и он зацепился за тело под ногами, теряя равновесие.

Безумец рвано вдохнул.

— Уже лучше… но мало.

Руки дрожали от напряжения, но он всё равно сжал рукоять крепче и шагнул вперёд для добивающего выпада.

И в этот момент песок ударил ему в лицо.

— Грязно играешь!

Громила со смешком стряхнул песок с глаз.

— А сам только что пытался добить лежачего.

Мечник тяжело поднялся на ноги. Дыхание уже сбилось. Рана пульсировала с каждым движением. Идеальной стойки больше не будет.

«Нужно это заканчивать, и быстро.»

Он впервые не смог прочитать противника. И это раздражало больше, чем рана.

Они замерли.

Оба тяжело дышали. Никто не спешил лезть первым. Слишком хорошо понимали цену ошибки. Один был почти на пределе выносливости. Другой держался лишь на упрямстве.

Два шага пространства.

Оба понимали: следующий обмен будет последним, если попадёт хотя бы один. Один ухмылялся. Второй смотрел исподлобья, крепче сжимая оружие. А затем —

С боевым кличем они одновременно рванули друг на друга.

Свист.

Из темноты в них влетело по метательному ножу. Металл столкнулся с металлом. Оба машинально отбили лезвия ещё в полёте и резко остановились. Взгляды бойцов одновременно сместились вперед.

Между ними стояла воительница. Длинные тёмные волосы были собраны в тугой пучок. Тонкая фигура. Два ножа в руках. Абсолютно спокойный взгляд.

— Остановитесь. Вы двое.

Трое воинов тут же сорвались с мест, атакуя ее с разных сторон. Женщина шагнула вперед.

Первый рубанул саблей сверху. Она встретила клинок левым кинжалом, увела его в сторону — и одновременно второй рукой полоснула ножом поперек горла. Хлынула кровь. Воин захрипел, падая на колени и зажимая разорванную сонную артерию.

Второй почти добрался до нее.

Свист.

Нож вонзился ему в ногу, намертво прибивая к земле. Мужчина закричал и рухнул. Незнакомка уже была рядом. Обратным хватом она вогнала клинок ему в затылок. Никаких колебаний.

Третий воин подбежал почти вплотную. Слишком поздно. Она выдернула оба ножа из тела и метнула их один за другим. Первый ударил в грудь. Второй вошел точно в глазницу. Тело рухнуло на камень.

Все произошло за несколько секунд.

Толпа замолчала. Кто-то оценивающе кивнул. Кто-то нахмурился. Но больше никто не перебивал ее. Она заслужила право быть услышанной. Несколько человек все еще дрались у дальних стоек. Кто-то продолжал орать. Но ближний круг все же затих.

Женщина медленно обвела поле боя взглядом.

— Мы почти набрали нужное число участников.

Она указала ножом в дальнюю часть Колизея.

— Но некоторые решили отсидеться в стороне.

На другой стороне действительно стояла группа людей, державшаяся подальше от основной бойни.

— Пока вы проливаете кровь друг друга… эти крысы ждут, когда вы сделаете всю работу за них.

Толпа загудела. Кто-то недовольно сплюнул. Несколько бойцов переглянулись.

— Думаешь, пару фокусов с ножами делают тебя главной?

Четверо вооруженных мужчин шагнули вперед.

— Иди сюда! Я сам тебя прирежу!

Она даже не посмотрела на них.

— Вас устраивает, что они хотят пройти дальше за наш счет?

На мгновение повисла тишина. А затем арену разорвал рев бойцов.

— НЕТ!!!

— Они хотят пройти за нашими спинами, — холодно произнесла она.

Воин с двумя топорами поднял оружие вверх.

— ХА! Так вот где крысы прячутся!

Толпа взревела в ответ. Люди начали разворачиваться в сторону укрывшихся бойцов.

Тем временем двое гладиаторов, сражавшихся друг с другом всего минуту назад, продолжали молча смотреть друг другу в глаза. Безумец ухмыльнулся. Довольный. Словно наконец нашел достойного противника. Он направил меч вперед.

— Эй. Я с тобой еще не закончил.

Второй медленно отвел его клинок в сторону своим оружием. Короткий кивок.

— В другой раз.

После чего развернулся и пошел вслед за бойцами.

— Эй, хотя бы назови себя!

— Сяо Чже Шун.

Не оборачиваясь, ответил спокойный мечник.

— Ну а я Эллайджа Григгс. Помни, ты — моя добыча!

Тем временем, на стороне «защиты».

С момента звучания сирены я рванул в противоположную сторону, прямо против волны. Вместе со мной побежало еще человек десять. Никто не оглядывался и не пытался оценить потенциальных противников.

«Сейчас главное — скорость.»

Небольшая группа почти одновременно добралась до стоек с броней. Люди подбегали с разных сторон, нервно косясь друг на друга, будто ожидая удара в спину в любой момент. И не без причины. По другую сторону уже вовсю резали друг друга.

Двое среди нас держались рядом с самого начала.

«Знакомые? Или просто успели договориться.»

Все судорожно хватали то, что первым попадалось под руку. Металл гремел о камень. Кто-то уронил шлем. Кто-то выругался, пытаясь натянуть наруч. Слышно, как из трясущихся рук упало что-то металлическое и громоздкое. Даже отсюда доносились вопли с атакующей стороны.

«Нет времени отвлекаться. Нужно быстро понять, что именно брать. Если переборщу со снаряжением — буду перекатываться по арене как мешок с дерьмом.»

Пара секунд на размышление — и в голове наконец сложился примерный план.

«Одни щиты и броня… значит будет близкий контакт.»

Первым делом я взялся за перчатки. Одна пара оказалась слишком большой. Другая так сдавила пальцы, будто хотела их сломать. Только третья подошла как надо. Черные стальные наручи закрывали руки от пальцев до локтя. На костяшках выступали заостренные выпуклости.

Следом — наголенники. Стальные сабатоны. Наплечники, частично прикрывающие грудь. И наконец шлем.

«Теперь щиты…»

Их здесь было слишком много. Круглые. Треугольные. Узкие. Тяжелые. Ростовые.

Я навесил на себя столько, сколько вообще смог унести. Один закрепил за спиной. Еще пару пристроил поверх основного щита. Со стороны, наверное, выгляжу нелепо, как торговец, которому вместо сдачи выдали груду металлолома.

Пока все ковырялись в броне, один из мужчин вдруг заговорил:

— Я так понимаю, все мы здесь хотим выжить. Верно?

Люди переглянулись.

Кто-то молча кивнул.

— Тогда надеюсь, у нас хватит мозгов не перебить друг друга раньше времени.

Он даже не отвлекался от ремней доспеха, продолжая спокойно затягивать крепления.

— Наш враг сейчас вон там.

Мужчина кивнул в сторону противоположной части Колизея.

— И поверьте мне, отсидеться не получится. Когда там останутся только самые опасные отморозки — они придут сюда.

Он резко поднялся на ноги.

Высокий. Широкоплечий. Короткая седина. Взгляд человека, слишком долго прожившего рядом со смертью.

«В деле, где умирают молодые, больше всего опасайся стариков.»

— Так что либо держимся вместе… либо нас тут перебьют еще до первого раунда.

Группа зашепталась, несколько секунд никто не отвечал. Но в итоге согласились все.

— Вот и ладненько. Раз предложил — значит командовать тоже буду я.

Он отряхнул ладони и оглядел нас.

— Зовите Капитаном.

«В его словах есть смысл…»

«Но можно ли доверять ему спину?»

— В пары. Быстро. Будете медлить — сдохнем.

Голос у него был жесткий, поставленный. Военный.

— Нас одиннадцать. Мне нужны двое рядом со мной. Те, кто умеет держать ближний бой.

Его взгляд остановился на мне.

— Ты. Давай сюда. Раз шаришь в железе — не сдохнешь сразу.

«Все равно лучше, чем биться со всеми в одиночку.»

Мы пожали друг другу предплечья, как это делают служивые.

— Нужен еще од…

— Я.

Вперед шагнула девушка. Стройная, атлетичная, темные волосы собраны в высокий хвост. Ни капли лишнего движения.

Он смерил ее взглядом.

— Драться умеешь?

Она мгновенно вскинула руку к виску.

— Капрал первого разведполка Дунарской армии.

Военный прищурился.

— Первый разведполк?..

— Специализация — копье, метательное и дальнобойное оружие. Владею ближним боем.

Несколько человек рядом заметно напряглись. Даже среди гражданских название разведполка звучало весомо.

Мужчина тихо присвистнул.

— Слыхал я о вас. Вы вроде даже в плен не сдаетесь.

Девушка промолчала.

— Годится. Встанешь слева от меня.

Он усмехнулся.

— Вместе поведем этот сброд.

Мы с девушкой на секунду встретились взглядами.

После этого Капитан быстро раздал оставшимся позиции и заставил всех взять по большому прямоугольному щиту.

— Держите строй. И прикрывайте друг друга.

Только закончив, он вдруг замолчал. Его взгляд ушел куда-то вперед.

Я тоже обернулся. Крики на другой стороне прекратились. Звон сражений стих. Только огромная волна пыли быстро неслась в нашу сторону.

Нас заметили.

— Вот же чертовы ублюдки…

Он медленно поднял щит.

— Всем приготовиться.

— И да поможет нам Бог.

Мы выстроились полукругом. Ростовые щиты встали почти вплотную друг к другу, превращаясь в грубую железную стену. Впереди быстро приближалось облако пыли. Никто больше не разговаривал. Слышно было только тяжелое дыхание и скрип ремней. Каждый понимал, что через несколько секунд кто-то из нас умрет.

«Нет ничего хуже ожидания перед боем.»

Чтобы хоть как-то отвлечься, я наконец начал рассматривать людей рядом.

Те двое, что держались вместе с самого начала, действительно оказались похожи. Брат и сестра. Парень закован почти в полный тяжелый доспех. В каждой руке по треугольному щиту с заостренными краями. Сестра наоборот выбрала легкую броню и кольчугу, явно делая ставку на подвижность.

«Скорее всего работают в связке.»

Чуть дальше стоял совсем юный парнишка. Даже отсюда было слышно, как дрожат его доспехи. Рядом — мужчина уже почти преклонного возраста. И почему-то именно старик выглядел спокойнее.

«Даже не знаю, у кого из них больше шансов пережить эту мясорубку.»

— Донован.

Капитан вдруг нарушил тишину.

— Это мое имя. Но для всех я Капитан, уяснили?

Он обвел нас взглядом.

— Не хочется сдохнуть вот так, среди незнакомцев.

Девушка рядом усмехнулась.

— А у меня вообще-то есть цель. Так что помирать я пока не собираюсь.

— Поживем — увидим.

Я ответил скорее автоматически, просто чтобы не стоять молча.

Донован раздраженно цыкнул.

— Эй, так вы имена мне свои назовете или нет?

— София.

— Гэбриэл.

«Я должен выжить, чтобы узнать правду.»

И почти сразу после этого из пыльной завесы впереди начали появляться первые силуэты.

Пыль над ареной двигалась широкой полосой. Сначала — просто мутное облако. Далее внутри начали проступать силуэты.

Первая волна.

Самые быстрые. Самые жадные до крови. Остальные не спешили. Кто-то шел шагом, кто-то вообще остановился поодаль, наблюдая, как «мясо» проверит оборону за них.

Наш отряд стоял полукругом. Плотно. Щит к щиту.

— А вот и то, чего мы так ждали!

Голос Клауса прокатился над ареной.

— Противостояние двух сторон! Ну наконец-то!

Он наклонился к экрану перед собой, будто собирался сообщить нечто великое.

— Да будет… РЕЗНЯ!

Трибуны взревели.

Я крепче сжал рукоять щита, потом еще раз разжал. Ладонь вспотела так сильно, что кожа скользила по металлу.

«Чего они так долго…»

Несколько секунд тянулись слишком медленно. Сердце колотилось где-то в горле. С высоты арена, наверное, казалась меньше. Но здесь, внизу, она выглядела чудовищно огромной. Слишком много открытого пространства, далеко бежать. Негде спрятаться.

— Что, нервничаешь?

Капитан даже головы не повернул.

— Да.

Я сглотнул.

— Каждый раз как в первый.

Он коротко ухмыльнулся.

— И у меня так.

После чего добавил:

— Хотя бы больше не блюю как перепуганная девка.

В строю тихо хохотнули. Напряжение немного отпустило.

— Вижу первую волну, — спокойно сказала София.

Она щурилась куда-то вперед поверх металлического края.

— Двенадцать человек. Трое слева. Двое обходят справа. Остальные прямо на нас.

— Глазастая, зараза, — буркнул капитан.

Он поднял щит выше.

— Не ссыте. Держим строй.

Я повторил за ним почти машинально. И в этот момент кто-то выбежал вперед. Тощий парень в слишком больших доспехах.

— А-аай, к черту все это!

Железная пластина выпала у него из рук. Парень пятился назад, размахивая руками.

— Я-я сдаюсь! Слышите?! Я вообще здесь случайно!

Толпа недовольно загудела. Над рядами один за другим начали подниматься большие пальцы вниз.

— Быстро в строй! — рявкнул капитан.

— Да пошли вы! Я передумал! Вытащите меня отсюда!

Парень лихорадочно оглядывал трибуны.

— И вообще… эти ошейники… это же просто пугалка, да?

— Эй. Не советую… — донесся голос Клауса.

Но парень уже схватился за металл на шее.

— Да ничего не будет если—

Бум.

Тело без головы рухнуло на песок. Из обрубка шеи хлестнула кровь. Кто-то в строю вздрогнул. Кто-то выругался. Толпа, наоборот, взревела от восторга.

— А я ведь, предупреждал, — почти обиженно протянул Клаус.

Свист.

Стрела ударила в укрытие рядом со мной.

Еще одна.

— Щиты!

Мы пригнулись почти одновременно. Где-то впереди остановились двое лучников. Остальные продолжали сближаться. В щиты застучали камни. Что-то металлическое со звоном пролетело над головой.

— Три шага вперед! — скомандовал капитан.

Мы двинулись разом. И почти сразу стало ясно — трёх шагов было мало. Песок захрустел под ногами. Моё прикрытие тянуло руку вниз. Слишком тяжёлое.

«Надо было облегчить…»

Дикий рев перекрыл шум арены.

Они побежали.

И за пару ударов сердца строй перестал существовать. Человек прямо передо мной — молодой, худой, с перекошенным лицом. Он нёсся прямо на меня, выставив оружие вперед.

Рефлекторно толкнул щит навстречу.

Удар.

Парня отбросило назад. Он рухнул в песок, выронив оружие. Попытался подняться. Я уже навалился сверху всем весом, вжимая край щита ему в ногу.

Хруст.

Крик.

Меня передёрнуло. На секунду. Только на секунду.

Далее строй развалился. Все смешалось. Крики толпы, металлический звон, груды песка, разлетающиеся во все стороны. Люди сталкивались, падали, цеплялись друг за друга.

Кто-то орал от боли.

Кто-то просто орал.

Шаг назад. Дышать стало тяжелее. Передо мной уже оказался копейщик. Он ткнул копьем почти без замаха.

Быстро.

Щит в сторону. Наконечник скользнул совсем рядом с лицом. Еще чуть-чуть — и пробил бы шею. Я врезался в него плечом. Мы оба пошатнулись. Древко зажало между нами. Он тянул копье назад, пытаясь освободить оружие. Я, наоборот, навалился всем весом, вцепившись в древко одной рукой. Лица оказались почти вплотную.

Резко пнул сабатоном ему по голени. Ткань и кожа лопнули под сталью. Копейщик вскрикнул, нога подломилась. Хватка на копье ослабла. Древко дёрнуло вниз — оружие вылетело из пальцев. Щитовая кромка врезалась в песок рядом, подняв облако пыли. Слишком тесно для нормального замаха.

Кулак пошел в лицо. Поздно. Перчатка встретила его раньше — сталь в кость, резкий разворот головы. За ворот. Ткань рвётся в кулаке.

Первый удар. Второй — уже без размаха, короткий, грязный. Кровь полоснула по щеке.

Свист.

Что-то попало копейщику в спину. Он дёрнулся всем телом. Стрела. Мужик захрипел, но еще стоял.

Еще один свист.

Вторая стрела вошла ниже первой. Лучники обстреливали уже не боясь задеть «своих». Быстро пригнулся за телом копейщика, почти рефлекторно прикрываясь им как щитом, и поволок его обратно к своему большому щиту. Копейщик хрипел. Дёргался. Пытался что-то сказать. Секунда — и он уже не успел закончить. Еще две стрелы попали в спину. Стоны прекратились. Я отпустил мертвеца и тяжело дышал. Вся арена уже превратилась в свалку. Никакого строя. Никакого порядка. Только отдельные драки среди песка, тел и криков.

Кто-то заорал.

Справа Капитан уже дрался сразу с двумя. Одним щитом принимал удары, вторым бил в ответ, не давая подойти вплотную. София тоже исчезла где-то в общей мясорубке.

Я сорвал из-под большого щита баклеры. Один обычный, с заточенным краем. Второй тяжелее — с шипами по ободу.

Именно тогда ко мне двинулись двое. Лысый мужик с двуручным мечом. И второй — длинноволосый, с двумя топорами. Они начали расходиться в стороны. Хотели зажать.

Топорник рванул первым. Широкий замах справа. Лезвие топора просвистело перед самым лицом. Следом второй взмах. С другой руки.

Быстро.

Слишком быстро для такого здорового ублюдка. Десять секунд — и я уже перестал считать удары. Продолжал пятиться, ловя ритм его действий. Ждал подходящего момента.

Еще один.

И только когда после очередного замаха его корпус раскрылся очень широко, сократил дистанцию. Режущий край баклера полоснул его по боку. Неглубоко, но мужик заорал и инстинктивно отшатнулся. Именно тогда что-то тяжелое врезалось мне в спину. Воздух выбило из легких. Я рухнул в песок.

«Двуручник…»

Звон стоял в ушах.

Перевернулся почти вслепую. Меч уже опустился сверху. Вскинул левый баклер. Выпад оказался таким тяжелым, что руку прострелило болью до плеча. Но клинок все же ушел в сторону. Атака баклером ему в бедро. Шипы вошли глубоко. Мужик заорал. Я вскочил на ноги, пошатываясь.

Топорник уже в ответ бежал ко мне. Сердце колотилось как бешеное. Шлем немного болтался, мешал обзору. Сорвал его с головы. Мир будто стал шире. Противник нёсся прямо на меня, занеся оба топора над головой как дикий зверь.

Я не двигался. Последние две секунды растянулись почти до пустоты.

Ждал.

Ближе.

Еще чуть-чуть.

«Сейчас!»

Шлем сорвался с руки и полетел ему навстречу.

Бам.

Железо глухо врезалось ему в лицо. Мужик пошатнулся и рухнул коленом на землю. Песок брызнул из-под сапог. Но сбоку уже шел меч. Я едва успел дернуть баклер навстречу. Удар чуть не вырвал руку из плеча. Меня развернуло.

Второй взмах прошел совсем рядом с лицом. Почувствовал, как лезвие чиркнуло по щеке.

Горячо.

«Не успеваю…»

Назад — шаг, второй. Дыхание рвётся. И только тогда приходит мысль: второй.

«Тот двуручник! Опять он мешает.»

Тот стоял в нескольких шагах впереди, тяжело опираясь на меч. Кровь стекала по ноге из пробитого бедра. Но уходить он не собирался. Наоборот, смотрел прямо на меня. Спокойно, почти зло. Затем он сделал шаг. И еще один. Волоча раненую ногу по песку.

Я отпустил руки и несколько секунд просто стоял, пытаясь отдышаться. В ушах гудело. Ноги готовы были подкоситься от усталости в любую минуту.

Вокруг продолжалась резня.

Где-то слева мелькнула косичка Софии. Через секунду чей-то крик оборвался. Капитан, в отличие от меня, держался заметно увереннее. Одновременно с несколькими противниками.

Лысый мужик резко шагнул вперед и обрушил широкий замах сверху. Дистанция между нами увеличилась. Клинок с хрустом вошёл в песок. Почти без паузы новый взмах, по диагонали. Вновь ушел назад, чувствуя, как острие проходит перед самым лицом. Он держал дистанцию. Не лез слишком близко. Понимал, что вблизи я быстрее.

«Соображает… падла».

Руки уже немели от постоянных блоков и рывков. Я пятился, почти не разбирая дороги. И вдруг врезался спиной в кого-то. Резко дёрнулся в сторону. Здоровый меч прошел мимо меня и с влажным хрустом врубился в другого бойца. От ключицы до груди. Клинок застрял в теле.

Всего мгновение, но этого хватило.

Между нами осталось полшага. Режущий баклер пошел по его рукам. Мужик успел разжать пальцы прежде, чем лезвие достало кисти. Он рухнул задом в песок и быстро пополз назад.

— Погоди… погоди, парень…

Голос вдруг стал совсем другим. Испуганным.

— Не надо… прошу… У меня дочь… семья…

Я замер.

Всего на секунду.

Этого хватило.

Комок песка и мелкий камень попали мне в висок. Перед глазами все вспыхнуло. Раненый уже пытался подняться, хромая к валявшемуся рядом топору. Я рванулся следом и с размаху ударил его плоской стороной баклера в лицо. Он рухнул обратно.

Оба баклера обрушились лежачему на голову почти одновременно. После руки начали слабеть. Но я продолжал бить кулаками.

Снова.

И снова.

Удары стали беспорядочными. Я уже почти ничего не видел перед собой. Только кровь, хрип, и треск металла о кость. В какой-то миг тело подо мной перестало двигаться. А я все продолжал его бить. Пока наконец не остановился сам. Дрожь пробрала все тело. Дыхание рвалось из груди. Я застыл над телом.

На его шее болтался обрывок детского шнурка.

Лицо превратилось в кровавое месиво. Но голос никуда не делся.

“У меня дочь…”

“У меня семья…”

“У меня дочь…”

Меня резко затошнило.

«Я это сделал… снова…»

Что-то внутри надломилось.

Дрожь не унималась.

«Вставай. Двигайся. Давай!»

Чуть левее, поодаль от нас, брат с сестрой разбирались с психом, у которого была тройная коса.

Топорник уже пришел в себя. Теперь он стоял в нескольких шагах от меня и больше не спешил бросаться вперед. Тяжело дышал. Смотрел насторожено. По лицу стекала кровь от броска шлемом. В руке остался всего один топор. Второй валялся где-то в песке.

Попытался поднять баклеры, руки едва слушались. Нога за что-то зацепилась. Под сапогом лежал меч двуручника. Тот самый. Я машинально наклонился и схватил его свободной рукой.

«Тяжелый.»

Слишком тяжелый для одной руки. Плечо тут же отозвалось тупой болью. Перехватил меч двумя руками. Немного присел. Острие смотрело прямо вперед. Левая ладонь легла ближе к середине рукояти, помогая удержать вес.

Противник внимательно следил за мной. Затем медленно поднял топор над головой. И с криком понёсся вперед.

Я закричал в ответ.

Не из храбрости. Скорее чтобы заглушить страх и усталость. Он разгонялся все сильнее. Песок разлетался из-под сапог. А я стоял не сдвинувшись с места.

«Сейчас»

Я резко шагнул вперед и вложил остатки сил в бросок. Меч вылетел из рук словно копье. И в ту же секунду глаза расширились.

Он сделал то же самое. Топор уже летел мне навстречу.

«Вот же сука…»

Я даже не успел закрыться. Топор с железным звоном врезался в плечо и сбил меня с ног. Мир перевернулся. Воздух выбило из груди.

Тяжелый двуручный меч с глухим ударом вошел топорнику в грудь. Мужик замер на месте. Посмотрел вниз. Кашлянул кровью. А вслед за тем медленно рухнул на колени.

Несколько секунд я просто лежал, не понимая, что произошло. Плечо горело огнем. Рука почти онемела. Наплечник смягчил удар, но даже через металл чувствовалось, насколько сильно вмяло броню. Без него топор бы, наверное, отрубил руку целиком. С трудом поднялся на локте. Топор валялся рядом. Меч все еще торчал из груди нападающего. Тело уже не двигалось.

Только сейчас до меня начал доходить шум арены. Крики. Лязг металла. Чей-то предсмертный вопль. Бой продолжался.

Медленно поднялся на ноги и подобрал топор. Потом подошёл к мертвецу. Упёрся сапогом ему в грудь и обеими руками выдернул меч обратно. Клинок вышел с сухим хрустом. Я тяжело закинул его за спину. Руки в ответ задрожали. Вмятый наплечник выкинул — ненужный больше инструмент.

Где-то справа опять закричали.

Над ареной раскрылась бойня и она еще не закончилась. Но тишины между ударами стало меньше. Намного меньше. Песок вокруг уже был месивом из тел, оружия и тёмных пятен.

Капитан всё ещё держался где-то в стороне, но его силуэт уже терялся в общей свалке. Софию я больше не видел.

Движение, вспышки стали, крики, которые моментально обрывались.

Пальцы сжали рукоять меча за спиной сильнее. Руки дрожали, но уже не только от усталости. Что-то внутри не успевало за тем, что происходило. Как будто тело ещё продолжало бой, а голова уже начинала отставать.

И это была только первая волна.

Медленно выпрямился. Секунду просто стоял, ловя дыхание. Плечо горело. Руки не слушались. Но стоять было проще чем падать. Я поднял взгляд выше. На край арены.

И тогда увидел их.

Сначала — как линию. Плотную, ровную, не бегущую. Идущую шаг в шаг. Без суеты и криков.

Это была не толпа. Это был строй.

И он двигался сюда.

От лица Софии:

После команды Капитана наш строй развалился. Никакого порядка, хотя, чего ещё можно было ожидать от собранной наспех кучки людей. Не успели мы оправиться от первой волны, как за ней уже шла вторая. Две колонны шли неровно в нашу сторону.

Я оглянулась по сторонам: тот паренек уже ушел шагов на пятьдесят вперед — почти к самому центру арены. Сражается одновременно с топорником и мечником, но, думаю, он справится. А если нет — значит, не оправдал моих ожиданий.

За Капитана можно не переживать, он остановился ближе к левому краю арены.

Справа четверо наших стояли по парам, спина к спине. Их уже окружали. Надо помочь.

Тем временем Эллайджа и остальные ключевые фигуры почти подошли к середине арены.

— Копьё мне. И потяжелее.

Он протянул руку. Ему дали большое цельностальное копьё. Обычный человек с трудом смог бы таким размахивать. Безумец набрал воздуха и начал разгоняться, занеся оружие одной рукой над головой.

Эллайджа одним движением метнул копьё.

Оно взмыло высоко над трибунами, описало широкую дугу и рухнуло туда, где стояли четверо мужчин с щитами. Одного из них пробило насквозь и припечатало к земле. Раздался глухой скрежет металла.

Некоторые зрители вскочили со своих мест и хватались за головы, не веря происходящему.

— Йеху! Прямо в яблочко!

Эллайджа подпрыгнул от радости.

В VIP-зоне:

— А этот дикарь мне нравится. Сколько сейчас дают за него?

Мужчина в жёлтой маске указал на гладиатора.

— Который?

— Горилла с дредами.

— Три к одному, сэр. Желаете сделать ставку?

— Миллион.

— Благодарю вас, ставка принята.

Мужчину проткнуло копьём прямо передо мной.

«Откуда оно? Кто вообще может поразить цель так точно и с такого расстояния?»

Второго человека уже зажимали с трех сторон. Я рванула к тому, что заходил со спины.

Подсекла противника. Воин потерял опору и рухнул на землю. Я ударила краем щита ему в кадык раньше, чем он успел подняться. Тот захрипел, пару раз дернулся — и затих. Подхватив его меч, я на развороте пошла ко второму.

Третий по-прежнему теснил воина в доспехах, но другой уже переключился на меня. В руках у него была алебарда.¹ Между нами — всего пара метров. Все мои попытки сократить дистанцию заканчивались одинаково — алебарда встречала меня раньше, чем я успевала подойти.

«Придется рискнуть».

Я сорвалась с места, и алебарда рухнула сверху. Деревянный треск ударил по ушам — я намеренно закрылась щитом, но лезвие пробило его и врезалось в ключицу. Тупая боль прошла по всему телу.

— Агх!

Тяжелое лезвие вдавило меня в песок, заставив опуститься на колено. Доспех и кольчуга спасли от глубокого ранения, но плечо будто онемело. Алебарда застряла между стальными вставками щита. Я вскинула сломанный щит, удерживая древко. Воин отчаянно дернул оружие несколько раз, потом понял, что уже поздно. Бросил алебарду и побежал. Не стала его догонять.

В следующий миг — два ножа, один за другим, вонзились ему в спину, прежде чем он упал на землю.

Я обернулась.

Сердце на секунду остановилось. Крики трибун, звон оружия, чужие шаги — всё отступило куда-то на второй план. Передо мной стояла женщина с тёмными волосами, собранными в тугой пучок. Она выглядела старше, чем я помнила. На поясе и ремнях свисали десятки метательных ножей.

«Катарина?.. Нет. Нет, это не могла быть она».

— Ну здравствуй, младшенькая.

В голосе Катарины слышалась странная грусть.

— Кэт?.. Как ты нашла меня?

— Оставим подробности, Софи. Ты знаешь, зачем я здесь.

— Если ты думаешь, что я туда вернусь, то этому… — пока я говорила, рука уже тянулась к алебарде.

Что-то со свистом рассекло воздух. Кинжал вонзился в песок возле моей руки — быстрее, чем я успела коснуться алебарды.

— Неа. Уж я-то знаю, на что ты способна с копьём. И нет, я здесь не для того, чтобы вернуть тебя обратно в армию.

— Тогда зачем?

— Трибунал вынес свой вердикт — смертная казнь дезертирам. Я твой палач, Софи…

Я только рассмеялась.

— Палач? Да меня и так тут могут прикончить в любой момент. А теперь и ты оказалась со мной в этой клетке.

— Ты же знаешь: приказ — есть приказ… Хотя нет. Как раз ты этого никогда не понимала, дурочка.

Последние слова прозвучали почти устало.

— Ну так давай. Покончим с этим! Только знай — просто так я тебе не дамся.

Как только я произнесла последнюю фразу — вытащила кинжал и метнула его в Катарину. Пока она отбивала бросок, я успела подхватить алебарду.

Катарина отбила бросок и метнула нож в ответ. По арене разнеслись звон металла и едва слышный свист летящих клинков.

Я убрала меч за пояс и отбила следующий кинжал острием алебарды.

Те двое — брат и сестра — в это время сражались чуть правее, дальше от центра арены. Казалось, они заранее знали каждое движение друг друга.

Брат принял удар щитом и навалился корпусом. Противник потерял равновесие.

Сестра, не давая врагу подняться, выскользнула из-за его спины. Острые края её щитов несколько раз полоснули врага по лицу.

Первый упал сразу. Второй продержался немного дольше. Разобравшись с ними, они наконец остановились перевести дыхание.

Сестра впервые за всё это время улыбнулась брату.

Щелчок арбалета.

Он заметил, как за её спиной другой гладиатор уже спустил тетиву.

Не раздумывая ни секунды, брат закрыл сестру собой. Болт оказался слишком большим и тяжелым. Он пробил кольчугу там, где сходились пластины доспеха.

— Гха…

Глухой, сдавленный вскрик вырвался из его груди.

Капитан успешно закончил с двумя своими противниками и тяжело выдохнул.

На его пути уже стоял хромой мечник.

— Сяо, станцуем?

Мечник указал на себя и чуть приподнял голову.

— … Капитан, — отдышавшись, проронил Кэп.

— А это не будет проблемой?

Он взглядом указал на повязку на бедре мечника.

— Нет. Это не будет проблемой.

— Что ж, тогда давай станцуем.

Кэп отбросил оба щита и поднял широкий меч, который недавно выбил у одного из противников. Против такого врага щиты только мешали. Обе руки должны держать клинок.

Сяо молча держал его в поле зрения.

Они встали в стойки.

Меч Сяо был поднят у головы, острием в сторону противника.

Клинок Капитана был направлен острием вверх — почти классическая стойка мечника.

На несколько секунд хаос вокруг словно исчез. Среди криков, лязга металла и рева трибун эти двое стояли неподвижно, будто уже прокручивали будущий бой у себя в голове. Вокруг них всё так же сражались другие гладиаторы, но в радиусе нескольких шагов никто не решался приблизиться.

В VIP-зоне:

— Мистер «желтый», посмотрите туда, две красавицы сейчас поубивают друг друга.

— А, не интересно. У меня сейчас свой любимец.

Мужчина отмахнулся, не отрываясь от бинокля.

— Вы про того дикаря?

— Именно.

— Не могу сказать, что разделяю ваши вкусы. Эти две хотя бы симпатичные. А что же ваш дикарь?

— Мой хотя бы старается развлечь публику. Каждому своё, мистер «синий».

— Полностью согласен.

На другом конце поля София уже провела серию выпадов, от которых Катарина спокойно уворачивалась. Та отступала назад, одновременно метая ножи. Ни одна из их атак не могла достать другую.

Из-за спины женщины с двух сторон на Софию бросились двое воинов. Она отбила первые выпады клинка, а затем, после парирования, сразу сместилась. Широкий горизонтальный взмах алебарды снес одному из противников голову. Лезвие описало широкую дугу вокруг Софии и вернулось в исходную стойку.

Второй даже не добежал. Катарина ударом ноги сбила его на колени.

— Не вмешивайся, насекомое.

Одним движением она перерезала ему горло.

— Он же был за тебя, — заметила София.

— Он был помехой. Я лично должна тебя казнить.

— Ты всегда была такой. Слишком буквально понимаешь приказы и слепо им следуешь.

— Старшие должны подавать пример. Очень жаль, что ты этого не усвоила.

— Я просто думаю своей головой.

— Хватит болтать!

Катарина подцепила ногой оружие, которое выронил лежавший рядом боец. Глефа.² Длинное изогнутое лезвие блеснуло в воздухе, прежде чем она поймала древко.

Катарина довольно хмыкнула.

«Теперь условия равные».

Обе застыли напротив друг друга. Ветер гонял песок между ними. Где-то рядом всё ещё кричали и умирали люди, но здесь арена будто сузилась только до двух фигур. Затем обе одновременно подняли оружие и встали в похожие стойки, направив древковое оружие друг на друга. Острия медленно покачивались между ними.

София первой обрушила удар сверху, одновременно с восходящим движением Катарины. Лезвия столкнулись, издав короткий металлический треск, и обе разошлись в стороны, не задерживая оружие. Отдача неприятно пробежала по кистям.

Катарина перестроила хват на ходу. Оружие описало короткую дугу вокруг корпуса и сорвалось в длинный рубящий замах сверху. София в последний миг отпустила древко одной рукой. Сталь прошла вплотную перед лицом и со звоном врезалась в камень арены.

Поймав момент, София тут же обрушила серию уколов, заставляя Катарину отступить на полшага. Острие металось к корпусу и рукам, однако та сбивала их древком глефы, постоянно двигаясь вбок и сохраняя пространство для маневра.

Шаг вперед. Смещение. Укол. Ответный выпад.

Обе, не отступая, кружили по арене, ища брешь в защите и постепенно наращивая темп. Несколько быстрых обменов не дали преимущества ни одной из них.

Катарина раздраженно выдохнула и в один шаг сократила расстояние. Она провернула глефу через плечо и нанесла широкий диагональный удар. София встретила атаку блоком у самого края лезвия. Обе одновременно навалились на оружие, пытаясь продавить защиту.

В короткой паузе после блока София неожиданно отпустила сопротивление. Вес Катарины по инерции потянуло вперед. София воспользовалась инерцией и, развернув алебарду рубящей стороной по дуге слева направо, нанесла удар, целясь сестре в голову. На рефлексах Катарина уперла древко в песок и оттолкнулась назад. Лезвие прошло рядом, едва не задев ее лицо.

— Хоо, неужели действительно собралась меня убить? — с улыбкой спросила Катарина.

— Моя жизнь против твоей. Так что не жалуйся потом.

Катарина хмыкнула и продолжала теснить Софию назад. Её клинок сорвался почти без замаха. София ушла в бок, и лезвие глефы со свистом прошло возле ее шеи. Она ответила коротким выпадом в корпус, но Катарина лишь повернула древко, сбивая выпад, и сократила дистанцию вплотную. Удар локтем пришелся в грудь. Доспех смягчил попадание, но дыхание всё равно сбилось.

София невольно отступила на полшага — и этого хватило.

Катарина продолжала давить без остановки. Изогнутая сталь вынуждала Софию постоянно смещать оружие в сторону, а острый наконечник то и дело лез в лицо, не давая вернуть дистанцию. Катарина шаг за шагом теснила Софию назад.

Хромой мечник сдвинул ногу немного вперед.

Капитан едва развернул корпус.

Они следили за малейшими смещениями друг друга. Любой сдвиг клинка вынуждал второго менять стойку.

Сяо первым без замаха нанёс короткий укол.

Капитан успел сбить траекторию. Металл лязгнул.

Ни один из них не продолжил атаку. Между ними вновь возникла дистанция. На фоне грохота арены их поединок казался почти неподвижным. Словно оба прощупывали друг друга.

Глефа двигалась коротко и точно, будто продолжение её рук, и не давала Софии ни дистанции, ни ритма. София блокировала выпады, отступала, ловила лезвие на край древка алебарды, но её теснили всё сильнее. Раненое плечо напомнило о себе. То самое место, куда раньше пришелся удар через щит. Пальцы на древке невольно ослабли. Рука начала тяжелеть, будто чужая.

Замедление оказалось слишком долгим — Катарина заметила заминку и рубанула снизу.

София успела закрыться лишь частично. Лезвие скользнуло по бедру, прорезав ткань и задев защиту. Она едва удержалась на ногах, когда колено коснулось песка.

Шум арены вдруг стал оглушающим — рев толпы, тяжелое дыхание, звон металла вокруг.

Катарина остановилась в полушаге.

Острие глефы зависло у горла Софии.

Никто не двигался.

София слышала только собственное дыхание и тяжелый гул трибун где-то далеко наверху.

Еще секунда —

ГОНГ.

Катарина раздраженно цокнула языком и медленно отвела оружие.

«Еще бы чуть-чуть…»

Капитан и Сяо тоже остановились. Их поединок так и остался без победителя. Слишком осторожный, слишком напряженный. Оба молча опустили оружие и коротко кивнули друг другу.

От лица Гэбриэла. Незадолго до гонга:

Едва поле битвы начало стихать, как новый строй уже подошёл вплотную к центру арены. Люди по-прежнему сражались, и мало кто вообще обратил на это внимание. Звон клинков вперемешку с криками разносился по всей арене. Толпа ревела от восторга, жадно наблюдая за происходящим.

Я быстро проверил снаряжение. Двуручник³ за спиной, один варварский топор, два баклера⁴ за поясом. Больше ничего.

Оглянул новоприбывших. У каждого своё оружие, одно опаснее другого. Но один среди них выделялся даже на общем фоне. Только что я видел, как этот ненормальный метнул копьё метров на двести и попал точно в цель.

«Черт…»

Наши взгляды пересеклись.

Теперь он шел прямо ко мне, медленно сокращая расстояние через разбросанные по песку тела. Между нами держались еще двое наших, стоя спиной к спине. Их уже окружили, пытаясь достать копьями одновременно с нескольких сторон. Оба были ранены. Безумец прошел через них так, будто даже не заметил.

Два быстрых взмаха меча.

Оба рухнули на песок.

— Э-эй ты! А ну-ка, лови подарок!

Гладиатор с безумными глазами и широким оскалом метнул в меня трезубец. Я рассчитал, отошел на пару шагов, и оружие со свистом пролетело мимо. Между нами метров сто, а он всё равно чуть не попал.

— Уклонился! Молодец-молодец!

Почти радостно прокричал он.

«Против этого монстра пригодится всё, что окажется под рукой. Теперь этот трезубец мой.»

Пока я убирал топор на пояс, безумец уже сорвался с места. Его огромный двуручный меч странной формы волочился по земле, высекая искры из камней.

«Может, снова бросить?»

«Нет… второй раз это не сработает. Не с таким противником».

Я тоже пошел навстречу, постепенно переходя на бег.

С диким криком он взмахнул мечом снизу вверх, пытаясь разрубить меня на месте. Трезубец с силой воткнулся в землю и заблокировал клинок. Он, воспользовавшись остановкой, вырвал оружие назад и разорвал дистанцию.

Я попытался выдернуть трезубец.

«Застрял».

Времени уже не было. Пришлось отпустить. Я вытащил двуручный меч из-за спины и опустился в низкую стойку, придерживая клинок рукой.

Безумец будто изучал меня.

А потом обрушился шквал атак. Удары сыпались один за другим — сверху, справа, слева, снова слева. Я едва успевал блокировать и уклоняться, всё сильнее сдавая позицию. Мечи уперлись друг в друга, дрожа от нагрузки. Здоровяк навалился всей своей массой, а его оскал становился только шире.

«Плечо… Черт, плечо еще не отошло после прошлого раза».

Я попытался пнуть его сабатоном⁵ по ноге. На мгновение он отвлекся и убрал ногу.

Этого хватило.

Я увёл меч и ударил его рукоятью в челюсть. Он отшатнулся, придерживая лицо рукой. Я, продолжая смещение, пошел на добивание — диагональный взмах снизу вверх. Безумец заблокировал его и вдруг нервно рассмеялся.

В следующую секунду тяжелый пинок врезался мне в живот. Меч вылетел из рук, а меня отбросило назад — воздух будто вышибло из легких. Именно там доспеха на мне не было.

— Слышь, паца-ан, тебя как звать-то?

Неожиданно спросил этот ублюдок.

— Не вижу смысла говорить имя мертвецу, — нервно ответил я.

— Ха! И в самом деле! Но пусть «мертвец» хоть узнает, кто его прикончит. Имя мне — Эллайджа Ужасный!

Он занёс меч над головой, готовясь добить меня.

Лезвие рухнуло сверху.

Лёжа на песке, левой рукой я увёл клинок в сторону, а правой уже рубанул топором снизу. Эллайджа среагировал мгновенно. Голой рукой перехватил лезвие топора, и кровь хлынула из ладони.

«Как? Что за нечеловеческая реакция?»

Я ударил левой рукой ему в лицо — и это он тоже остановил. Наши руки сцепились, и Эллайджа навис надо мной, словно живая гора. Руки уже дрожали от напряжения, сил почти не осталось.

— Паца-ан… пока что ты тут самый лучший! — прорычал Эллайджа и с размаху ударил меня головой.

Мир качнулся.

Песок перед глазами расплывался, а шум арены превратился в глухой гул, будто я оказался под водой. Сквозь мутную пелену я увидел, как огромный силуэт заносит что-то тяжелое и острое над головой.

«Черт… Эллайджа…»

ГОНГ.

Звонкий сигнал прокатился по всей арене, заставив всех замереть.

— И-и-и СТОП! Всем стоять на местах и не двигаться! — раздался голос Клауса.

Трибуны постепенно затихли. Взгляды гладиаторов поднялись к ведущему.

— Ага, щас! Как будто мне этого хватит! — рявкнул Эллайджа, вновь занося меч.

Электрическая цепь с треском ударила его прямо в тело. Меч выпал из рук. Сам Эллайджа рухнул в песок и забился в конвульсиях, пытаясь подняться даже под током.

— Хм-м… какой живучий, — спокойно произнес Клаус и нажал на другую кнопку на микрофоне.

Тело Эллайджи резко дернулось еще раз. После этого он наконец обмяк и потерял сознание.

— На этом объявляю первый раунд закрытым! Аплодисменты нашим храбрым гладиаторам!

Толпа восторженно взревела.

Крики, свист, восторг — трибуны буквально сходили с ума.

А мы стояли посреди арены, среди крови, тел и песка.

Никто не праздновал победу.

Мы просто пережили первый раунд.

____________________________________________

¹ Алебарда — древковое оружие, сочетающее копейное острие, рубящее лезвие и крюк для стягивания всадников или пробивания доспехов. Древко: длинная деревянная рукоять.

² Глефа — древковое оружие с длинным односторонним клинком, предназначенное главным образом для рубящих ударов.

³ Двуручный меч — крупный меч, требующий хвата обеими руками и рассчитанный на мощные рубящие и колющие атаки.

⁴ Баклер — небольшой кулачный щит, применявшийся для активного парирования ударов и защиты кисти.

⁵ Сабатон — металлическая часть рыцарского доспеха, защищающая стопу.

Гонг раскатился по арене, перекрывая крики раненых.

— На этом объявляю первый раунд закрытым! Аплодисменты нашим храбрым гладиаторам!

Трибуны ликовали, а мы ещё не успели перевести дух, как Клаус снова заговорил:

— … Хотел бы я так сказать. Однако! Это ещё не всё!

Я отчаянно перевёл взгляд наверх.

«Да что ещё?!»

Клаус довольно ухмыльнулся, наслаждаясь интригой.

— Сейчас мы все вместе сосчитаем до трёх. За эти три секунды каждый из вас должен найти себе пару. Достаточно коснуться любого живого участника.

Он демонстративно обнял самого себя.

— Тот, кто останется без пары, получит наказание!

Мне совсем не хотелось узнавать, каким оно будет. Вряд ли что-то хорошее.

Но три секунды.

За это время нужно коснуться человека, которого только что пытался убить.

«Чёрт возьми, вечно все через одно место!»

Я раздражённо ударил кулаком по земле.

«Всего три секунды. Может, кто-то из наших рядом?»

Кэп — далеко.

Софи — тоже.

Одни чужие лица.

И этот…

— Итак, начинаем отсчёт! ОДИН!… ДВА!…

Клаус выкрикивал цифры в микрофон, а трибуны дружно повторяли за ним.

Я покосился на Эллайджу. Ещё минуту назад мы были готовы перегрызть друг другу глотки.

— Чёрт…

Я коснулся его плеча.

— ТРИ!

Подсчёт закончился. По трибунам прокатился вой сирен.

— Ну вот теперь — точно всё! Благодарю всех за участие! Следующий раунд состоится уже завтра. Ждём вас в это же время, в этом же месте! С вами был ваш покорный слуга — Клаус Фон Штук!

Экран погас.

На арене воцарилась тяжёлая тишина. Все трибуны закрылись металлическими пластинами. На арене остались только мы.

Несколько секунд никто не двигался. Один парень всё ещё тряс за плечи мёртвую девушку, будто всё ещё надеялся её разбудить. Некоторые молились. Другие не отрывали взгляда от пола. Один мужчина нервно смеялся без всякой причины.

Слева с тяжёлым лязгом распахнулась массивная дверь. Оттуда вышли люди в форме. У каждого в руках — массивный арбалет. Нас в считанные секунды окружили.

«Примерно по одному охраннику на каждого».

Вперёд вышел один из них.

— Ну что, засранцы, поздравляю тех, чьи бошки ещё не взорвались!

Он громко расхохотался.

«Точно. Это тот самый, что рассказывал нам про ошейники».

Невысокий толстяк с огромным пивным животом, распиравшим форму. Пышные усы торчали в стороны так, будто заходили в помещение раньше хозяина. Маленькие глазки при этом постоянно бегали по толпе, выискивая повод поиздеваться.

— Бросайте оружие. Всем встать по своим парам и шагать внутрь. И чтоб без фокусов. А то сами знаете что будет.

Он постучал указательным пальцем по своему виску.

Гладиаторы начали почти тут же сбиваться в пары. Через некоторое время выстроилась длинная колонна по двое. Позади каждой пары встали по два охранника.

Я приподнял руку.

Толстяк раздражённо обернулся.

— Ну что ещё?

— Этот в отключке, но он жив. Это же считается?

Я указал на лежавшего рядом Эллайджу.

— …Считается.

Он махнул рукой.

— Эй, вы двое. Тащите это тело внутрь.

Двое охранников без лишних слов подняли Эллайджу. Мы влились в общую колонну.

Напоследок я переглянулся с Капитаном и Софией.

Они шли немного впереди. София была в паре с какой-то женщиной. Даже издалека они казались мне чем-то похожими. Напарник Капитана выглядел спокойным и собранным. До своих Кэп тоже не успевал добежать. Значит, ему, как и мне, пришлось довериться совершенно незнакомому человеку.

Внутри Колизей выглядел гораздо чище, чем я ожидал. Каждый шаг отдавался эхом от серых каменных стен. На полу не было ни капли крови. Будто здесь никогда никого не убивали. Воздух пах машинным маслом, сыростью и чем-то, похожим на медицинский спирт. Где-то в глубине размеренно работали механизмы. Повсюду возвышались массивные металлические двери. Почти на каждом перекрёстке дежурила вооружённая охрана. Длинный коридор плавно уходил по дуге.

«Неужели весь Колизей построен кольцом?»

Пока мы шли вперёд, усатый толстяк, представившийся Карлсоном, объяснял правила жизни за кулисами арены.

Я опять осмотрелся по сторонам. На стенах ни одной свежей выбоины. Ни кровавых разводов. Ни следов успешной уборки.

«Интересно, сколько людей прошло по этому коридору до нас?»

Карлсон толкнул тяжёлую дверь.

— Слушайте сюда засранцы. Это тренировочная. Здесь можете готовиться к выходу на арену, отрабатывать навыки, примерять снаряжение и пользоваться способностями… если у вас вообще есть к ним доступ.

Здесь картина уже отличалась. На стенах виднелись старые следы ударов. По углам валялись разбитые манекены. Посреди помещения располагался небольшой ринг.

Кто-то в колонне начал толкаться.

Карлсон остановился.

Медленно повернул голову и несколько секунд молча смотрел назад. После этого невозмутимо продолжил идти.

— Так… О чём это я. А, вспомнил. Все свои разногласия решаете здесь. Это там, вы гладиаторы. А здесь — всего лишь заключённые.

Он ткнул большим пальцем себе за спину, будто показывал÷ на арену.

— Мне вообще плевать, если кто-то из вас, мразей, сдохнет. Но…

Он указал пальцем наверх.

— Там считают иначе.

Карлсон ухмыльнулся.

— Для них вы, засранцы, ценный актив данного заведения. Поэтому любые попытки убийства будут строго наказываться.

— Начальник… А жрать-то дадут?

Кто-то из толпы перебил его.

Карлсон расплылся в довольной улыбке.

— Коне-е-ечно, конечно. Кто это сказал? Шаг в сторону.

«Сейчас что-то будет».

Из строя тут же вышел мужчина. Похоже, он действительно ожидал чего-то хорошего.

Карлсон подошёл почти вплотную, улыбка не сходила с его лица.

Резкий удар под дых.

Мужик согнулся пополам.

Карлсон схватил его за волосы.

— Разве была команда «Голос»? А, пёс?

Тот попытался что-то ответить. Ещё один короткий удар в живот. Воздух со свистом вырвался из его лёгких. Карлсон даже не изменился в лице.

— Что такое, тебе плохо?

Он лениво скользнул взглядом на охранников.

— Эй. Сломайте ему ведущую руку.

Двое охранников шагнули вперёд так спокойно, будто их попросили передвинуть мебель. Один прижал мужчину коленом к полу. Второй взял его за кисть. Только теперь до него дошло, что сейчас произойдёт.

— Что… Нет!.. Не надо!.. Я же просто…

Сухой хруст.

Коридор наполнился криком.

Никто уже не реагировал. Даже те, кто отвернулся, всё ещё слышали его вопли.

«Он не шутил. Здесь будут ломать любого, кто забудет своё место».

Карлсон явно наслаждался происходящим.

— Запомни. Следующий вопрос будет стоить ноги.

— Люблю, когда заключённые быстро учатся. Я ведь сказал лишь, что нельзя убивать друг друга.

Он хлопнул в ладоши.

— Так, засранцы, идём дальше.

Следующей оказалась столовая.

— Здесь кухня. Продукты, посуда, даже алкоголь — можете использовать всё, что найдёте. Готовить будете сами. Обслуги тут нет.

Он сделал короткую паузу.

— Но есть одна проблема.

Уголки его губ поползли вверх.

— Продукты ограничены.

По колонне мгновенно прошёл приглушённый ропот. Голод только что стал ещё одним участником игры. Некоторые уже принялись оценивать полки, будто мысленно делили запасы. Следом нас провели ещё через несколько помещений: библиотеку, душевые и медпункт. После сломанной руки вопросов больше не возникало.

— Раненые и больные — лечитесь сколько влезет. Но правила те же. Бери, что хочешь, пока оно не закончилось. Любые действия, угрожающие жизни, запрещены. Если хочется кому-то набить морду — идите на ринг.

Несколько тяжелораненых не сводили глаз с двери медпункта.

— А вот и ваш новый дом.

Он указал на длинный ряд одинаковых металлических дверей. Домом это место язык не поворачивался назвать.

— По одной двухместной камере на каждую пару.

«Чёрт… Мне теперь с этим психом жить?»

— У вас шесть часов. Поешьте, подлатайте себя и отдыхайте. Потом — отбой. Завтра выпустят за час до начала следующего раунда.

Карлсон развернулся.

— Адьёс, неудачники.

Последние охранники скрылись и ушли вслед за ним.

Кто-то сразу бросился к медпункту, прижимая ладонь к кровоточащему боку. Двое молча тащили под руки раненного, который уже не мог идти сам.

Одна за другой начали захлопываться тяжёлые металлические двери. Их грохот ещё долго гулял по пустому коридору.

До следующего раунда оставалось меньше суток.

Пара минут общего замешательства — и волна почти из пятидесяти человек хлынула на кухню. Участники толкались, кричали, открывали все шкафы с едой и пытались заграбастать себе как можно больше. Кто-то уже разводил огонь под огромной кастрюлей. Девушка с перебинтованной рукой пыталась открыть банку ножом. Парень с рассечённой щекой молча набивал карманы сухарями. Это чём-то напомнило мне начало первого раунда. В стороне стоял старик, который спокойно складывал в карман соль.

Шкаф с алкоголем почти никто не тронул. Я подошёл и взял себе бутылку крепкого.

Булка хлеба прикатилась мне прямо под ноги.

«О. А вот и закуска».

Я отряхнул хлеб и отошёл усаживаться подальше от этого бедлама.

— Забавное представление, не думаешь?

Я резко обернулся.

— Софи! Не заметил, как ты подошла.

После боя её тёмный хвост окончательно распался. Волосы рассыпались чуть ниже плеч, а стройная фигура совсем не казалась хрупкой — под одеждой угадывались мышцы.

— Я этим на хлеб зарабатывала. Можно присоединиться?

Не дожидаясь ответа, она уже придвигала стул.

— Места всем хватит. У меня тут бутылка рома, тебе налить?

Она выхватила бутылку из руки и начала пить прямо из горла. Отпила почти одну треть бутылки залпом.

— …Моё почтение, — произнёс я, демонстрируя поклон.

— Один из бесполезных навыков, полученных в армии.

Какой-то мужчина схватился за кухонный нож, держа другой рукой большие куски мяса. Он хотел пырнуть своего оппонента и уже ринулся в атаку.

Бззз.

Мужчину выгнуло дугой, и он рухнул без сознания. Несколько людей отшатнулись, затем продолжили борьбу. Ещё несколько электрических вспышек возникали то тут, то там.

— Значит, твой партнёр, тот безумец?

За спиной кто-то застонал.

— Эллайджа, ага, «повезло» мне с напарником. Ещё как назло никого рядом не оказалось.

Девушка хихикнула.

За соседним столом кто-то осторожно перевязывал незнакомцу руку.

— А у тебя? Я видел девушку рядом, когда нас собирали вместе.

— Да… Катарина — так она себя теперь называет.

— Старые знакомые?

— Хуже, сёстры.

С минуту София молчала, глядя в пустоту.

— Ты не рада?

— Была бы рада, если бы это была старшая сестрица Кэтрин, которую я знала в приюте. А теперь это «палач» Катарина.

Обида и досада чувствовалась в её голосе. Она поджала колени на стул и обняла их.

Взгляд сам собой скользнул к Катарине. Со стороны они с Софией действительно были похожи. Такая же стройная фигура, длинные тёмные волосы, только глаза казались заметно темнее и холоднее. Волосы спадали почти до поясницы.

Я откинулся на спинку стула. Подобрать слова оказалось неожиданно трудно.

— … Хреново.

— Ага.

— Но теперь ты не одна. Есть я. Есть Кэп. Думаю, он не будет против. Как-нибудь разберёмся.

— Хах… спасибо, Гэбриэл.

— Кстати, рад, что ты выжила.

Именно сейчас я впервые смог без спешки посмотреть ей в лицо. Изумрудно-зелёные глаза с жёлтыми крапинками внимательно изучали меня.

«Красиво».

— Я тоже рада…

Громкий вдох от пробуждения.

— Чёрт, моя башка. Эй, че я пропустил?

«А вот и монстр проснулся».

Он оказался ещё крупнее, чем выглядел на арене. Высокий, широкоплечий, с массивной мускулатурой. По плечам спадали длинные дреды, а смуглая кожа напоминала уроженца жарких стран.

— Очнулся наконец, Эллайджа?

Он упёрся одной рукой об пол и сделал выпад ногой в мою сторону. Я вскочил и схватил стул.

— Эй ты! Бой закончился, идиот.

София с интересом наблюдала за происходящим.

— Пацан, какого хрена здесь происходит?

Я вкратце пересказал ему последние события, он слушал, не перебивал.

— … Понятно. Короче слабаки решили, что могут творить что хотят.

Он встал и двинулся в сторону кухни. Взял черпак и бил им по кастрюле, до тех пор пока все не обратили на него внимания. Эллайджа запрыгнул на стол и, не торопясь, оглядел собравшихся. Лишь убедившись, что на него смотрят все, заговорил.

— Слушать сюда ублюдки!

Он схватил буханку и откусил кусок.

— Вся еда здесь принадлежит мне, понятно? Только мне решать, кто её достоин. А если есть претензии — я выслушаю каждого на ринге, хоть все разом наваливайтесь.

«А вот и первый самопровозглашенный король».

Остальные притихли — никто не забыл, как несколько минут назад он в одиночку перебил половину своего участка. Но некоторые всё равно не прекращали складывать еду, делая вид, что не услышали его.

— Слышь мужик, да срать я хотел на какого-то хера с горы. Пойдём выйдем!

Неизвестный парень выступил вперёд и направился в сторону ринга. Почти все последовали за ними.

— Как бьёмся?

— На кулаках! — восторженно объявил Эллайджа.

Худощавый парень с криком бросился на него. Провёл серию атак ногами, все они бились только о воздух. Боец с дредами равнодушно уклонялся от всех атак.

Гладиаторы болели и кричали.

Удар ногой в голову, Эллайджа схватил его за ногу, потянул назад, чтобы тот растянулся в шпагате.

Хлёсткий удар локтем по колену.

Вопли боли раздались по всему залу. Кость торчала с обратной стороны ноги. Из раны текла кровь. Несколько человек почти сразу отвернулись. Две девушки прикрыли рот рукой, а один довольно прищурился. Он всё ещё лежал возле ринга, пока двое пытались остановить кровь.

Тишина.

Эллайджа развернулся с напыщенным видом.

— Ну чё, пацан? Я ведь не убил его?

Он явно обращался ко мне.

Я только приподнял стакан с алкоголем вверх, давая знать что заметил его.

— Ну чё там, кто ещё хочет добавки?

Безумец развёл руками и оглядывал остальных.

— Я не согласен с тобой.

Капитан невозмутимо вышел на ринг. Даже стоя неподвижно, он казался огромным. Широкие плечи, коротко остриженные волосы, которых уже коснулась седина, и тяжёлый взгляд из-под вертикального шрама на правом глазу.

— И я пожалуй тоже.

Рядом с ним поднялся худощавый азиат с узким лицом. Волосы были собраны в аккуратный пучок, а старый шрам пересекал левую щёку.

— О-о, Сяо… как тебя там, да короче будешь просто Сяо. И, новое лицо.

— Для всех я Капитан. Но ты можешь звать меня «мой господин». Ублюдок. — Кэп закончил и сплюнул.

— А кишка у тебя не тонка, Ка-пи-тан. Ну давайте, нападайте вдвоём.

Эллайджа встал в стойку.

Сяо и Кэп переглянулись и ответили тем же.

«Может вмешаться? Нет. Только если дела пойдут совсем плохо».

Эллайджа сорвался с места первым. Прямой удар правой рукой рассёк воздух.

Сяо вышел навстречу. Одним движением увёл руку противника в сторону и тут же хлёстко пробил ногой сначала по бедру, затем по корпусу. Из-за его спины сразу вышел Капитан. Правый прямой пришёлся Эллайдже в лицо. Второй удар тот успел частично заблокировать, но всё равно был вынужден сделать несколько шагов назад.

— Забавно… Значит, уже успели спеться.

Он поднял руки в защитную стойку, и больше никто не бросался вперёд бездумно. Они медленно закружили по рингу.

«Теперь уже никто не лезет напролом».

Первым дистанцию вновь сократил Сяо. Его ладони мелькали одна за другой, короткими хлёсткими ударами целясь в суставы. Эллайджа уклонялся и принимал часть ударов на блок, но противники постоянно меняли углы атаки. Стоило ему отбиться от одного, как второй уже наносил новый удар. Каждую попытку контратаки азиат мягко уводил в сторону, не позволяя ей достичь цели.

В какой-то момент Сяо резко вскинул ногу для удара. Эллайджа будто только этого и ждал. Он молниеносно сократил дистанцию, поймал мечника за штанину ещё до того, как удар достиг цели, и с силой швырнул его на пол. Пыль взметнулась вверх. Сяо глухо ударился спиной и скорчился от боли.

Ветеран мгновенно вмешался. Мощный удар в бок заставил Эллайджу развернуться. Следом последовала короткая серия по корпусу и голове. Некоторые удары проходили через блок, но и Эллайджа отвечал не менее свирепо. Один тяжёлый хук пришёлся Капитану точно в висок. Тот пошатнулся и был вынужден отступить на шаг, пытаясь вернуть равновесие.

Этого времени Сяо хватило, чтобы подняться. После этого они атаковали вдвоём. Под постоянным давлением Эллайджа постепенно отходил назад, внимательно выискивая ошибку.

И дождался.

Уклонившись от очередного удара Сяо, он резко перехватил его руку, развернулся всем корпусом и рухнул вместе с ним на пол, тут же фиксируя болевой приём.

— Попался!

Мужчина замер. Если ударить сейчас, можно задеть Сяо. Капитан принялся медленно обходить противников по дуге.

Безумец не выпускал руку, внимательно следя за каждым его шагом.

Худощавый боец тоже понял, что силой уже не вырвется. Вместо этого он намеренно начал выворачивать корпус. Эллайдже пришлось сместиться, чтобы сохранить захват.

Этого мгновения оказалось достаточно.

Капитан молниеносно оказался у него за спиной и сомкнул предплечье на шее. Эллайджа зарычал, но болевой не отпустил.

На какой-то миг бой застыл.

Если Эллайджа сломает руку Сяо, Капитан успеет лишить его сознания.

Если Капитан усилит удушающий, Эллайджа может успеть покалечить Сяо.

Первым заговорил Эллайджа.

— Отпусти… или твой узкоглазый дружок останется без руки.

— Не успеешь. Через несколько секунд ты отключишься.

— Нам нельзя убивать.

— А я и не собираюсь.

Здоровяк захрипел. Лицо быстро наливалось багровым, дыхание становилось всё тяжелее.

— Вот же суки…

Захват ослаб. Пальцы медленно разжались.

— Ладно… поговорим.

Капитан не спешил отпускать захват. Лишь убедившись, что Сяо свободен, он немного ослабил давление. Тот несколько раз кашлянул, глубоко вдохнул и рассмеялся.

— Наконец-то хоть кто-то догадался работать головой, а не кулаками.

Никто больше не проронил ни слова. Несколько человек сами подошли ближе к Капитану.

— Так… еду теперь можно брать? — осторожно спросил женский голос из толпы.

И все смотрят уже не на Эллайджу, а на Капитана. Все тяжело дышали. Первым молчание нарушил Эллайджа.

— Ладно. Жрать будем все. Но если хоть один решит тащить больше остальных — переломаем.

Капитан кивнул.

— Всё будем делить поровну. Лекарства получат те, кто в этом больше всего нуждается. Если кто-нибудь разбирается в медицине, помогите им.

Напряжение не исчезло — просто каждый понял, что драка сейчас никому не выгодна. Один молча положил обратно две банки консервов. Другой предложил вести учёт продуктов. Третий — распределить дежурства. За весь день после окончания раунда собравшиеся стали походить не на стадо испуганных людей, а на группу, которая пытается выжить вместе. Пока часть людей разбирала продукты, остальные начали растаскивать раненых по медпункту.

Позже Кэп взглядом показал нам с Софи, что надо отойти в сторону и переговорить.

По пути София спросила у меня:

— Что думаешь?

— Эллайджа псих.

— Не думаю. Он опасен. Это разные вещи.

Те самые две девушки теперь сидели отдельно ото всех и тихо переговаривались между собой.

Мы устроились на лежащих у стены ящиках.

Кэп потер кривоватый переломанный нос, и заговорил:

— Вы сами всё видели. Вместе мы можем с ним справиться. Он не лидер. Просто хочет быть главным.

Рядом Сяо скрестил длинные худощавые руки и вступил в разговор:

— Думаю, он понимает только язык силы. Стоит показать слабость — и он тебя сожрёт живьём. А сильных он уважает.

— Значит, пока что мы ему интересны.

Я сделал вывод.

— Это только пока, — поправила София.

— Предлагаю, как и раньше, держаться вместе. Так будет больше шансов выжить, все согласны? — рассудительно спросил Кэп.

Все согласились.

— Пока что нас пятеро, — сказал Кэп.

— …

— Не пятеро.

Сяо увёл взгляд туда, где Эллайджа спорил с кем-то возле кухни.

— Пока четверо.

Он выдержал короткую паузу.

— И один хищник.

Мы невольно перевели взгляд в сторону Эллайджи.

— Но сейчас он не против нас, — заметил я.

Несколько минут мы ещё обсуждали, кто займётся ранеными, кто проверит запасы еды и где лучше собираться дальше. Разговор закончился, и каждый разошёлся по своим делам. Остальные тоже постепенно разбились на небольшие группы.

Моё плечо ещё побаливало, но не настолько, чтобы первым делом бежать в медпункт. Сначала нужно поесть. И выпить.

Хорошо, что рядом с доспехами лежала обычная одежда: штаны, рубаха и простые тапки. Наконец-то можно снять этот железный хлам.

Народ постепенно расходился. Одни направились в медпункт. Другие сразу заняли тренажёры. Кто-то просто сел у стены, уставившись в одну точку.

Я обратил внимание на круглые печати, разбросанные по углам и на стенах. Они были повсюду. Символы мне не знакомы, но казалось, именно с их помощью за нами наблюдают.

«Пока не знаю, как именно это работает, но они должны как-то следить за нами. Иначе как они предотвращают попытки убийства? Надо будет обсудить это с остальными».

Люди постепенно расходились по помещениям. Из кухни уже доносился запах жареного мяса и кипящей воды. Желудок тут же напомнил, что за весь день я почти ничего не ел.

Я направился туда.

Беспорядок, конечно, остался, но того хаоса, что бушевал здесь десять минут назад, словно и не было. Это радует. Хотя бы тут теперь станет поспокойнее.

Мимо снова прошёл тот самый старик. Он так же спокойно достал из кармана щепотку соли и молча бросил её в свою кастрюлю.

«Надо бы приготовить нечто сытное и в большом объёме. Точно, приготовлю тот суп, что мой старик делал дома по выходным. Незамысловато, сытно и быстро готовится».

«Странно. Впервые за весь день я подумал не о смерти».

Пока вода закипала, спор за соседним столом через мгновение едва не перерос в драку. Мужчина со сломанной рукой сидел в углу и безуспешно пытался удержать ложку здоровой рукой.

В кастрюлю отправилось всё, что удалось урвать: несколько картофелин, луковицу, кусок мяса и горсть крупы. На автомате нарезал всё почти ровными кусками. Старался экономить специи, ведь, возможно, их больше не будет. Запах горячей еды постепенно вытеснил из помещения запах крови и пота. Наконец-то вокруг стало относительно тихо.

— Вкусно пахнет, помощь нужна?

София наклонилась к кастрюле, поправляя распущенные длинные чёрные волосы за ухо.

— Сам справлюсь. Я люблю готовить. Тут хватит на несколько человек. Как ты?

Я указал взглядом на её перебинтованное плечо.

— Пустяки, бывало и хуже.

— Эй, эй! Чем это здесь так вкусно пахнет?

Эллайджа выскочил между нами и обхватил за плечи обоих.

Я раздражённо стряхнул плечо.

— Это не для тебя.

— Ну зачем же ты так, сосед? Даже Боженька молвил «Делись с ближним своим».

Он широко оскалился.

— Давай оставим прошлые обиды. Всё равно сейчас мне тебя не убить.

— Только сейчас?

— Ну кто знает, что нам скажут делать завтра.

— И всё это… ради миски супа?

— Пацан, ты не представляешь, на что люди готовы ради еды. Ну так что, мир?

Он слегка толкнул меня и протянул руку для рукопожатия. Я мельком взглянул на Софи, глазами прося о помощи. Она только подняла руки вверх и помотала головой.

Я поджал губы и закатил глаза.

— … Мир, пока мы по эту сторону арены, и пока ты не пытаешься меня прикончить — мир.

Мы пожали друг другу руки. Я машинально приготовился, что он сейчас сожмёт ладонь до хруста. Но нет. Обычное рукопожатие. Ладонь у него оказалась неожиданно спокойной. Почему-то именно это пугало сильнее всего.

— Другое дело пацан! Ладно, пойду поброжу ещё.

Я начал накрывать на стол. Через несколько минут начали подтягиваться остальные. София нарезала простой салат. Потом к нам присоединились Капитан и Сяо. Они придвинули ещё один стол, чтобы места всем хватило. Капитан принёс жареное мясо и хлеб. Сяо взял с собой напитки.

— Вино для дамы, а для мужчин бенгальский эль!

— К чёрту вино, мне тоже эля, пожалуйста, — возразила София.

— А вот и мы. Что, уже готово?

В дверях появился Эллайджа. За его спиной молча стояла женщина, лет на пять старше Софии. Подтянутая, крепкого телосложения, с тёмными волосами, собранными в хвост.

— Я тут по пути ещё кое-кого прихватил.

София встретилась взглядом с сестрой.

— Кэт… Я почему-то даже не удивлена.

— А вот для меня это был сюрприз, Софи. Ты… да ещё и в окружении едва знакомой компании. Правду говорят — тюрьма меняет людей.

— О-о… Так вы знакомы? Теперь ещё интереснее, — довольно протянул Эллайджа.

Никто больше не говорил.

Я шумно поставил кастрюлю на стол.

— Кхм… Сегодня и так был тяжёлый день. Не знаю как вы, а я жутко голоден. Поэтому будьте добры — заткнитесь и ешьте.

Слова вышли грубее, чем я рассчитывал. К моему удивлению, все действительно замолчали и, не произнеся ни слова, расселись за столом. Никто не желал друг другу приятного аппетита.

Катарина села рядом с Эллайджей, но так, чтобы прямо напротив неё оказалась София. Напряжение между сёстрами ощущалось почти физически.

Да и вся наша компания выглядела странно. Две сестры, одна из которых явно готова убить другую. Бывший военный. Иностранный мечник. Безумно сильный психопат. И я.

«Надо что-то с этим делать».

Какое-то время слышался только звон ложек.

— Ну… какие у нас вообще шансы? — наконец спросил я.

Капитан ответил первым.

— Пока сложно сказать. Ясно одно — каждый следующий раунд будет тяжелее предыдущего.

— Зато теперь нас больше, — ровным голосом добавил Сяо. — Чем крепче союз, тем выше вероятность пережить следующий день.

Катарина усмехнулась.

— Союз?

Она отложила ложку.

— А если завтра вас поставят друг против друга и прикажут убить напарника? Что тогда? Любые союзы здесь временные. Нет никаких гарантий, что вчерашний союзник не станет сегодняшним врагом.

Разговор оборвался.

Она права. Не хотелось это признавать, но мысль уже засела в голове.

«Что, если завтра действительно заставят убить Софию? Или Кэпа?»

— Брехня это всё.

Эллайджа продолжал размеренно есть, будто речь шла о погоде.

— Вчера — прошло. Завтра — будет. Есть только сегодня. Меня вообще мало что колышет, если надо будет — всех перебью.

Он без слов зачерпнул ещё ложку супа.

— Но пока не понадобилось.

Я подлил Сяо ещё супа.

— К слову… Что это был за стиль? Ты почти не бил. Только уводил атаки.

Сяо кивнул.

— Восточная школа. Не сталкивайся с силой, а используй её.

Эллайджа громко фыркнул.

— Короче, дерётся как тряпка.

— Зато эта «тряпка» едва тебя не усыпила, — сухо заметил Капитан.

— Не едва. Почти.

— Разница есть?

— Конечно. Если бы я не захотел поговорить, ты бы сейчас валялся без сознания.

Капитан хмыкнул.

— Очень удобная версия событий.

София тихо засмеялась.

— Вы оба ужасно не любите проигрывать.

— Кто сказал, что я проиграл? — в один голос ответили Капитан и Эллайджа.

Они одновременно хлопнули ладонями по столу и уставились на Софию. На секунду оба замерли, затем переглянулись и тут же отвели взгляды.

За столом опять повисла пауза.

Потом София не выдержала и рассмеялась уже в голос.

Даже я невольно улыбнулся.

— Кстати… — я повернулся к Эллайдже. — Почему отпустил Сяо?

— Потому что понял: если продолжу ломать ему руку — сам вырублюсь раньше. Не люблю проигрывать.

— Да и вообще… Если бы хотел вас прикончить, сделал бы это позже. Нам ещё жить под одной крышей.

— Очень успокаивает.

— Не перебивай.

Он снова зачерпнул суп.

— Вы первые, кто не полез геройствовать поодиночке. Головой пользоваться умеете. Таких интересно проверять.

— Проверять? — нахмурилась София.

— Ну да. Узнать, сколько проживёте.

— Иногда мне кажется, что ты псих.

Эллайджа посмотрел на неё с искренним удивлением.

— Иногда?

Даже уголки губ Катарины едва заметно дрогнули.

Разговор постепенно распался на несколько отдельных бесед. Капитан с Софией обсуждали бой на другом участке арены. Я расспрашивал Сяо о его школе рукопашного боя. Эллайджа как ни в чём не бывало продолжал безуспешно цеплять Катарину, а та каждый раз отвечала ему настолько холодно, что даже он начинал понимать намёки. За весь день это был первый спокойный момент, когда разговоры звучали почти по-домашнему. Будто мы сидели не в тюрьме, а просто собрались после тяжёлой смены. И именно это казалось самым неправильным. Ещё утром половина этих людей была готова поубивать друг друга.

Вскоре всё вновь пришло в движение. Девушки отправились в душ. Мы с Сяо занялись посудой, а Капитан ушёл помогать раненым в медпункт.

Дзынь.

Когда прозвучал звонок, мы повернулись к настенным часам. Время отбоя. Все стали расходиться по двухместным камерам. Перед нами со скрежетом открылась тяжёлая металлическая дверь.

«Странный сплав… такого я ещё не видел».

Не успел я зайти внутрь, как увидел, что Эллайджа уже сидел на своей койке.

— Чур, я сверху.

— Как хочешь.

Мне уже было всё равно. Комната была простой. Двухъярусная кровать, умывальник, туалет, крошечный источник света под потолком. Никакого уюта.

Улёгся на свою нижнюю кровать.

— Неплохо вы меня сегодня прижали.

— …

— Особенно тот узкоглазый.

— …

— Люблю таких.

Он отвернулся к стене и просто лёг спать.

«Вообще не понимаю, что он за человек».

В коридоре выключился последний свет.

Я закрыл глаза.

Весь день я пытался выжить. На страх просто не оставалось времени. Лишь теперь, в темноте, стало по-настоящему страшно.

Я впервые понял, что уже перестал видеть в них незнакомцев.

От лица Клауса фон Штука:

Громкий хлопок в ладони перекрыл шум работающих механизмов.

— Так, мои милые. За работу. До начала — два часа.

Я любил этот шум: скрип шестерён, лязг цепей, треск сварки, выкрики рабочих — музыка хорошо отлаженного механизма. Пока оперативный центр работал, словно сердце Колизея, я был совершенно спокоен. Значит, арена жива.

Я шагал между длинными рабочими столами. Стоило мне задержать внимание на ком-нибудь из работников, как движения сразу становились быстрее.

— Бренда, проверь магниты. Особенно третий сектор — в прошлый раз барахлил.

В дальнем углу лязгнул подъёмный механизм, сверху дождём посыпались искры.

— Лиам, проверь животных. И не вздумай их кормить. Сегодня они должны быть особенно голодными.

— Всё должно быть и-де-аль-но.

— Оливия…

— Да, господин Клаус?

— Кофе. Чёрный. Покрепче.

По залу прокатилась едва заметная волна понимающих взглядов. Где-то за спиной Бренда уже возилась с магнитами, а Лиам что-то кричал рабочим у клеток.

— Кто видел Буна?

— В наблюдательной комнате.

Я поднялся наверх.

— Тук-тук, дорогой Бун, как у нас дела?

— А, это вы, господин Клаус.

Бун обернулся через плечо и приподнял шляпу.

Вся стена была заставлена экранами: одни показывали камеры заключённых, другие — коридоры, кухни, склады и клетки с чудовищами.

— За ночь — три инцидента. Один серьёзный, два незначительных. Около трети заключённых уже проснулись.

— Остальные?

— Спят.

— Ну да, они ведь не могут узнать, сколько сейчас времени. Пусть так и остаётся, — хихикнул я.

— Докладывай. Начни с серьёзного.

— Старший надзиратель Карлсон…

Бун сделал короткую паузу, словно заранее знал мою реакцию.

— …Во время инструктажа сломал одному заключённому руку.

— Специально?

— Да.

Я тяжело выдохнул.

— Идиот… Рано или поздно он всё-таки забьёт кого-нибудь насмерть ещё до игры.

— Вероятность высокая.

— Дальше.

— На кухне была драка.

— Из-за еды?

— Да.

— Отлично. Голод начинает делать своё дело.

— Несколько заключённых быстро взяли ситуацию под контроль.

— Лидеры?

— Похоже.

— Проследи за ними. Такие люди либо облегчают работу… либо серьёзно её усложняют.

— Думаю, мы сможем обернуть это в свою пользу.

— Да, господин.

— И ещё, я хочу, чтобы ты особенно присмотрелся к…

В комнату кто-то зашёл.

— Господин Клаус? Ваш кофе.

— Оливия, детка…

— Да?

— Стучаться надо.

— П-простите…

— Что-то ещё?

— Ах да… ВИПы хотели вас видеть, господин.

Я устало потер переносицу.

«Вот ведь…»

Бун молча сделал вид, что очень внимательно изучает мониторы.

— О таком докладывают немедленно.

— Я… кофе сначала принесла…

— К чёрту кофе! Иди к Лиаму. Проверь, не нужна ли ему помощь.

— Но там же монстры…

Я молча уставился на неё.

— Уже бегу!

«Что ж, за всё надо платить. Пора за работу.»

Я поправил пиджак и толкнул тяжёлую дверь.

В лицо сразу вспыхнул тёплый золотистый свет. После серых коридоров оперативного центра роскошь казалась почти оскорбительной.

Огромный зал больше напоминал дворец. Белый мрамор отражал свет сотен ламп, позолота блестела на колоннах, тяжёлые бархатные шторы скрывали стены. Между диванами располагались неглубокие бассейны с горячей водой, где некоторые гости продолжали пьянствовать, а вдоль стен тянулись столы, ломившиеся от дорогих вин, редких фруктов и блюд, которыми можно было прокормить небольшую деревню.

Самое показательное — здесь не было отдельных комнат: никаких дверей, никаких укромных уголков. Гости должны были видеть всё и совершенно не смущаться чужих взглядов.

По залу бесшумно скользили слуги. Девушки-рабыни наливали вино, подавали еду, массировали плечи хозяевам. Одни привычно терпели чужие прикосновения, другие прятали страх за выученными улыбками.

«Мерзость.»

У входа неподвижно стояла вооруженная охрана. Единственное место во всем комплексе, где проверяли даже своих.

— О, мистер Клаус! А мы вас уже заждались.

Я растянулся в широкой улыбке и демонстративно поклонился.

— Господа, надеюсь, вам тут не дают заскучать?

— Всё великолепно. Нам даже разрешили замучить рабынь до смерти, — расхохотался голый пузатый мужчина в фиолетовой маске.

«Ублюдок.»

— Конечно. Ваше желание — закон.

— Это всё хорошо, но когда следующая игра? Моя ставка сгорела. Чертов мусор посмел умереть. Хочу отыграться.

— Да чё ты с ним такой вежливый? Слышь, клоун. Пошурши побыстрее, пока я ещё в хорошем настроении.

Мужик в красной маске развалился в кресле, пока две рабыни ублажали его.

— Непременно. Ждать осталось совсем немного. Вас пригласят в вип-ложу до начала игр!

«Улыбайся, продолжай улыбаться.»

— Ну, раз на этом всё. Позвольте удалиться, господа.

До выхода оставался один шаг.

— И ещё кое-что…

— Да-да?

— Новых девок пригони, эти мне уже надоели.

«Когда-нибудь вы все сдохнете.»

Я улыбнулся шире.

— Непременно.

Одобрительно показал ему большой палец вверх.

Только когда дверь закрылась, я позволил улыбке исчезнуть.

От лица Гэбриэла:

Меня разбудил гул голосов из соседних камер.

Первое, что я увидел, — провисшее дно верхней койки. Эллайджа продолжал спать так, словно находился дома, а не в камере смертников.

«Всё-таки это был не сон. А жаль.»

Ни окон, ни часов. Только сырость, бетон и тяжелая железная дверь.

«Сегодня придётся выбирать снаряжение с умом. Слишком много — стану медленнее. Слишком мало — могу не дожить до вечера.»

Надо размяться.

Я спрыгнул с кровати. Несколько приседаний, растяжка — затем вышел в стойку на руках.

Стоя на руках, глянул в сторону своего соседа.

«И как он может спать с таким беззаботным лицом?»

— Эй. Подъём.

— …

«Не реагируешь, да? Ну а если вот так.»

Стоя в стойке на руках, я резко выбросил ногу ему в лицо. До цели оставалось всего несколько сантиметров, когда Эллайджа распахнул глаза и перехватил мою лодыжку.

— Уа-ах, пацан, что за шуточки?

— Просыпайся, здоровяк. Вот-вот откроют двери. Надо готовиться к бою.

— …Не, я лучше ещё посплю.

Он накрылся одеялом и отвернулся к стене.

«Да как он…»

— Слушай сюда. Хочешь ты этого или нет, нас определили в пару. Не знаю, что они задумали, но сегодня это наверняка сыграет роль.

— Неинтересно, — зевая промямлил этот бугай.

«Может, ну его нахрен? Просто оставить в покое… Нет. Если мои опасения сбудутся, моё выживание будет зависеть от его боеспособности.»

Терпение закончилось.

Я со всей силы пнул по днищу верхней койки. Железная рама гулко загрохотала. Эллайджу подбросило вверх, и он с глухим стуком впечатался лицом в низкий потолок.

— Ах ты…

Он одним движением соскочил вниз.

— Ну всё, шкет. Теперь тебе конец!

Он приземлился и тут же ударил ногой. Я ушёл в сторону, перехватил голень и дёрнул на себя. Эллайджа потерял равновесие и с грохотом врезался в стену.

— Агх…

— Вот теперь проснулся.

Эллайджа ответил подсечкой. Я отскочил и тут же пробил справа.

— Вот и отлично. Теперь поговорим. Ты вообще откуда?

Он без труда принял удар на предплечье.

— Чего? Тебе какая разница?

Я теснил его серией ударов.

— Просто интересно, где они нашли такого бугая.

Эллайджа ответил прямым, а следом едва не снёс мне голову ударом ноги с разворота.

— В Суннаре был. Приехал посмотреть на подпольную арену. Там меня и взяли.

— Тебя? Так легко?

— Конечно нет. Я успел положить два взвода стражи. Пока не явились святоши.

Он стремительно сократил дистанцию, схватил меня за одежду и одним движением перебросил через бедро. Я ударился спиной о бетон. Следующий удар ноги едва не пришёлся в голову — я успел перекатиться.

— Святоши? Ты про церковь?

Два быстрых джеба заставили его снова закрыться.

— Ага. Как-то так они себя и называли.

Эллайджа дождался, пока я подойду ближе, и резко шагнул вперёд. Плечо толкнуло меня в грудь, и его вес тут же прижал меня к стене так, что стало трудно вдохнуть.

— Слушай, пацан… — усмехнулся он. — Сегодня ты какой-то странный. То имени своего не говоришь, теперь расспрашиваешь обо всякой ерунде.

Я попытался вывернуться, но безуспешно.

— Если нам сегодня придётся драться плечом к плечу, я хотя бы хочу знать, что ты за человек. Есть шанс, что моя жизнь будет зависеть от тебя.

Он ухмыльнулся ещё шире.

— Точно так же, как и твоя — от меня, — продолжил я.

Улыбка медленно исчезла с его лица.

— Пф. Не смеши. Что бы нас ни ждало…

Он замахнулся свободной рукой.

В этот момент по коридорам разнёсся оглушительный сигнал. Двери камер одновременно распахнулись.

— Повезло тебе, — буркнул Эллайджа.

— Отлично, мы размялись. Теперь можно и поесть.

Я плавно выскользнул из его захвата и первым вышел в коридор. За спиной ощущался его взгляд. Уже не снисходительный. Оценивающий.

Коридор уже заполняли заключённые. Поток быстро потянулся в сторону столовой.

После вчерашней бойни люди стали заметно тише. Никто больше не толкался без причины и не пытался доказать своё превосходство. Над залом по-прежнему висел гул десятков голосов, но теперь он больше напоминал обычный разговор, чем готовую вспыхнуть драку.

На кухне уже горели печи. Огромные котлы медленно кипели, наполняя помещение запахом мяса, свежего хлеба и пряностей.

«Похоже, вчерашнее представление всё-таки пошло им на пользу.»

Я не стал терять время и, немного покопавшись среди продуктов, собрал себе тарелку из всего самого вкусного, что удалось найти.

«Завтрак последнего дня.»

Именно так я мысленно назвал эту тарелку. Оставалось найти где сесть. Я окинул взглядом длинные столы.

— Нашёл.

Капитан и Сяо уже сидели вместе у самого края. О чём-то размеренно переговаривались, словно находились не в тюрьме смертников, а в обычной таверне.

Я остановился рядом.

— Кэп… Сяо… Не возражаете?

Сяо сразу указал рукой на пустой стул.

— Конечно. Присаживайся.

Я сел напротив и с облегчением откинулся на спинку.

Капитан усмехнулся.

— Вид у тебя так себе. Тяжёлая ночка?

— Скорее утро.

— Эллайджа?

Я кивнул.

— Решил, что можно ещё поспать.

Сяо негромко рассмеялся.

— А ты, разумеется, решил его разбудить.

— Попытался.

— Судя по лицу, весьма своеобразным способом.

Я невольно улыбнулся.

— Есть немного.

Кэп покачал головой.

— И как?

— Мы… познакомились.

Сяо вопросительно приподнял бровь.

— Подрались?

— Немного.

— И кто победил?

— Нас прервал сигнал.

Кэп тихо хмыкнул.

— Значит, ничья.

Я пожал плечами.

— Если честно, завидую вам.

— Нам?

— По вчерашнему бою было видно, что вы уже понимаете друг друга без слов. А мне достался…

Я посмотрел через плечо.

— …Этот.

Капитан отрезал кусок мяса.

— Зато он очень сильный.

— Да. Только сила это ещё не всё.

Сяо согласно кивнул.

— Работа в паре всегда сложнее, чем кажется.

Я тяжело вздохнул.

— Вот именно.

Наконец я взялся за вилку. Первый кусок мяса оказался настолько вкусным, что на некоторое время я вообще забыл, где нахожусь. Именно в этот момент возле нашего стола остановились двое.

— Прошу простить за беспокойство…

Перед нами стоял высокий худощавый старик с короткой седой бородой. За ним робко переминался парень лет пятнадцати.

— Не окажете ли нам честь разделить с вами трапезу?

Мы переглянулись, Капитан ответил первым.

— Для людей с добрыми намерениями место найдётся.

— Благодарю вас.

Они заняли свободные места рядом с Сяо.

Я уже собирался вернуться к разговору, когда краем глаза заметил ещё двоих. Парень и девушка. Настолько похожие друг на друга, что ошибиться было невозможно. Те самые брат и сестра. Парень выглядел уверенно, держался прямо, внимательно наблюдая за Капитаном. Девушка же почему-то смотрела исключительно на меня.

«Что?»

Я спокойно встретил её взгляд. Она не отвела глаза.

«Странная.»

— Мы наблюдали за вашим боем вчера. То, как вы организовали оборону, заслуживает уважения. Мы с сестрой хотели бы объединиться с вами.

Девушка молча кивнула.

— Благодаря вам защитники вообще смогли выстоять. Мы считаем, что обязаны вам жизнью.

Капитан перевёл взгляд сначала на них, затем на нас с Сяо. Получив почти одновременный кивок, он указал рукой на места.

— Тогда присаживайтесь.

— Благодарим.

Они сели через один стул от меня.

«Дистанцию держат? Или просто совпадение?»

Я уже несколько раз замечал, как девушка украдкой поглядывает в мою сторону. Стоило поднять глаза — она тут же делала вид, будто рассматривает что угодно, только не меня.

«Да что ей от меня нужно?»

«Почти все собрались. Только Софии не хватает.»

— Всем привет.

Знакомый голос раздался у меня за спиной. София без церемоний плюхнулась на свободный стул рядом со мной. Привычным движением убрала тёмную прядь волос за ухо, взяла кусок мяса и только потом оглянулась.

«Опять не заметил, как она подошла.»

Все по очереди поприветствовали её.

— Мне кажется, или наша странная компания становится всё больше?

Она слегка толкнула меня локтем.

— Ну? Что я пропустила?

Я коротко пересказал ей всё, что произошло за последние несколько минут. Она внимательно выслушала, после чего перевела взгляд на мою тарелку.

— Не жалко так тратить продукты?

Я пожал плечами.

— Если завтра для меня может не наступить, то сегодня хочу взять от жизни всё, что успею.

Капитан понимающе кивнул.

— В этом есть логика.

Сяо тоже был с этим согласен.

— Иногда жить сегодняшним днём — единственное, что остаётся.

София задумчиво накрутила прядь волос на палец.

— Пожалуй… в этом есть смысл.

— Да вы издеваетесь!

Громкий голос перебил разговор.

— Вас тут что, уже целая армия?

Все одновременно повернули головы. К столу приближался Эллайджа. Огромный, загорелый, с огромной тарелкой, доверху нагруженной мясом.

Эллайджа обвёл сидящих тяжёлым взглядом.

— Да расслабьтесь вы.

Он фыркнул.

— Всё равно половина из вас сдохнет уже сегодня. Мне вообще без разницы, сколько здесь народу.

Он бесцеремонно поставил тарелку перед собой и уселся прямо в центре стола, с другой стороны от меня. Не успел он воткнуть вилку в мясо, как к нам приблизились ещё двое заключённых.

— Эй вы, мы с моим напарником тоже хотим присоеди…

Эллайджа даже не дал ему закончить.

— Лавочка закрыта.

Парень растерянно моргнул.

— Но вы только что приняли других…

Эллайджа медленно поднялся. Без единого слова приблизился вплотную. Высокий заключённый сразу стал ниже почти на голову. На пару секунд Эллайджа просто смотрел ему в глаза.

— Ненавижу слабаков.

— П-простите…

Оба исчезли быстрее, чем успели прийти. Эллайджа сел обратно и как ни в чём не бывало продолжил есть.

Новички за нашим столом почти одновременно облегчённо выдохнули. Похоже, они только сейчас поняли, что успели занять места буквально в последний момент.

— Ты же сказал, что тебе всё равно, — ровно заметил Сяо.

Эллайджа пожал плечами, продолжая жевать.

— Всё равно.

Он проглотил кусок мяса.

— Но не настолько же.

Он ткнул вилкой туда, куда только что убежали двое заключённых.

— Вы их вообще видели? От них даже силой не пахло.

Один из близнецов сдержанно смотрел на него.

— А от нас, получается, пахнет?

Эллайджа впервые внимательно оглядел обоих с головы до ног. Потом медленно ухмыльнулся.

— Это мы ещё посмотрим.

Он снова принялся есть.

— Но раз вояка вас принял… может, от вас и правда будет какой-то толк.

Капитан отложил приборы, тщательно вытер руки салфеткой и сцепил пальцы перед собой.

— Раз уж все собрались, предлагаю поговорить о следующем испытании.

— Не все.

Сяо покачал головой.

— Не хватает ещё мисс Катарины.

— Я здесь.

Безмятежный женский голос прозвучал совсем рядом.

Я машинально обернулся. Катарина уже сидела на самом краю стола — между Эллайджей и юным парнем. Когда именно она появилась, не заметил никто. Парень, сидевший рядом с ней, вздрогнул так сильно, что едва не выронил ложку. По лицам остальных тоже было видно удивление, только София устало закатила глаза.

— Опять…

Катарина лишь слегка улыбнулась.

Капитан негромко кашлянул. Он перевёл взгляд на каждого из нас.

— Думаю, нам пора познакомиться нормально. Если собираемся выживать вместе, обращаться друг к другу «эй, ты» будет неудобно.

Мы представились. Большинство имён я сразу забыл, запомнив лишь тех, с кем предстояло выйти на арену.

— Первый раунд закончился. И если они хоть немного умеют учиться, второй не будет похож на первый.

Все молча слушали.

— Нас не просто так заставили разбиться на пары. Думаю, следующим испытанием они захотят проверить именно это.

— Работу в паре? — спросил я.

— Скорее всего.

Он кивнул.

— Вчера проверяли, как мы ведём себя в большой группе. Сегодня, скорее всего, проверят, способны ли мы доверить жизнь одному человеку.

«Именно этого я и боялся.»

Я невольно покосился на Эллайджу. Тот в этот момент доедал уже вторую тарелку.

«Весёлый будет денёк…»

Один из близнецов поднял руку.

— Если дело действительно сведётся к парам, для нас это не проблема.

Он кивнул в сторону сестры.

— Мы всю жизнь работали вместе.

Девушка коротко улыбнулась.

— Нам даже не приходится разговаривать, чтобы понимать друг друга.

— Хорошая привычка.

Кэп одобрительно кивнул.

— Значит, вам будет легче остальных.

Катарина лениво оглянулась на Софию.

— Что скажешь, крошка Софи?

Она улыбнулась уголком губ.

— Может… вспомним былые деньки?

София даже не подняла головы от тарелки.

— Кто старое помянет — тому глаз вон.

— А кто забудет…

Катарина выдержала небольшую паузу.

— …тому оба.

Несколько человек невольно усмехнулись. София лишь тяжело вздохнула.

— Эй, пацан.

Эллайджа ткнул в меня вилкой.

— Главное — не путайся под ногами.

Он широко ухмыльнулся.

— Если тебя запретят убивать, считай, уже выиграл этот раунд.

Я усмехнулся.

— Это ещё большой вопрос, кто кому будет мешать.

На пару секунд мы молча смотрели друг на друга. Эллайджа вдруг громко рассмеялся.

— Вот это уже лучше.

— А все уже заметили странные круги на стенах и потолке?

Вопрос Сяо заставил разговор сменить направление. Несколько человек недоумённо переглянулись.

— Какие круги? — спросил один из близнецов.

— Печати, — уточнил Сяо. — Они повсюду. В коридорах, камерах, столовой. Будто их специально старались сделать незаметными.

Я кивнул.

— Я тоже обратил на них внимание ещё вчера.

Все невольно подняли головы. Они покрывали стены, балки, потолок — почти весь комплекс. Просто раньше никто не обращал на них внимания.

— Думаю, именно через них за нами наблюдают, — сказал я.

— Почему ты так решил? — спросил Кэп.

— Потому что охраны почти нет.

— Вчера на кухне каждый, кто пытался кого-нибудь убить, почти мгновенно терял сознание. Никто из охраны даже не думал вмешиваться.

Несколько человек согласно кивнули.

— Значит, кто-то постоянно следит за происходящим. Другого объяснения я пока не вижу.

Я задержал взгляд на одной из печатей.

— Вопрос только в том… они нас просто видят или ещё и слышат?

Эллайджа продолжал поглощать одну тарелку за другой, совершенно не обращая внимания на тему разговора. Никто не спешил отвечать. Наконец старик медленно поднял руку, словно просил слова на деревенском собрании.

— Если позволите…

Все повернулись к нему.

— В нашей деревне жил один юноша. Совсем ещё мальчишка. У него был редкий дар.

— Он вырезал похожие знаки на деревьях, камнях, заборах. А потом… каким-то образом видел и слышал всё, что происходило рядом с ними.

Я почувствовал, как за столом стало тише. Даже Эллайджа перестал греметь ложкой.

— Благодаря этому он не раз спасал деревню. Предупреждал о разбойниках, волках… однажды даже заранее узнал о пожаре.

— И что с ним стало? — спросила София.

Лицо старика помрачнело.

— О его способности узнала церковь.

Он тяжело выдохнул.

— Однажды пришли рыцари. С ними был инквизитор. Они сказали, что такой дар должен служить высшему благу… и забрали мальчика.

Старик медленно покачал головой.

— Больше мы его никогда не видели.

Даже Катарина перестала играть с бокалом. Никто не нашёлся, что сказать.

Капитан нахмурился. В отличие от остальных, история явно не стала для него неожиданностью. Будто он уже слышал нечто подобное раньше.

— Значит, магия наблюдения существует, — тихо произнёс Сяо.

— Похоже на то, — согласился я.

— Значит, будем считать, что они видят и слышат нас постоянно. Извращенцы… — София подвела черту под разговором. — Как думаете, что нас ждёт во втором раунде? Капитан, есть мысли?

Кэп задумчиво почесал затылок.

— Кроме командной работы, в голову ничего не приходит. Слишком много вариантов, чтобы гадать. Но если хотите знать моё мнение…

Он обвёл взглядом сидящих за столом.

— Нам стоит держаться вместе. Чем больше людей прикрывают друг другу спину, тем выше наши шансы пережить следующий раунд.

Большинство согласилось.

Катарина никак не отреагировала. За весь разговор она почти не произнесла ни слова, лишь молча наблюдала за остальными. Эллайджа тоже не проявлял интереса к обсуждению, полностью сосредоточившись на еде.

— Кстати, Капитан… — начал один из близнецов.

— Хватит «капитанить».

Он перебил его без раздражения, скорее с лёгкой усталостью.

— На поле боя — пожалуйста. Но здесь я такой же заключённый, как и вы. Зовите меня Донован.

— Хорошо, Дон, — первой отозвалась София.

Он бросил на неё короткий взгляд, но ничего не ответил.

— Эй! Капитан! — донёсся крик с другого конца столовой. — У нас тут вор!

Донован тяжело вздохнул.

— Ну вот… Пойду посмотрю, что ещё случилось.

Он поднялся из-за стола.

— Мы с вами, — тут же сказала София.

Она легко подхватила меня под руку, и мы направились следом.

У противоположной стены уже собралась небольшая толпа. В центре на коленях сидел связанный мужчина. Его руки были стянуты верёвкой за спиной. Чуть поодаль стоял ещё один связанный заключённый.

— Что произошло? — спросил Донован.

— Этот урод пытался утащить к себе в камеру целый ящик мяса, — зло ответил один из заключённых.

Дон перевёл взгляд на пленника.

— А второй?

— Его напарник. На всякий случай тоже связали. Вдруг были заодно.

Донован посмотрел на второго мужчину.

— Вы действовали вместе?

Тот испуганно замотал головой.

— Н-нет! Клянусь! Я вообще не знал, что он задумал. Пожалуйста… не калечьте меня. Я не хочу выйти на арену с переломанными костями.

Дон ненадолго задумался.

— Мда, ситуация, однако. Одному мне такое решение принимать нельзя.

Он оглянулся на собравшихся.

— Что скажете?

На некоторое время повисло молчание. Никто не спешил брать на себя ответственность. Я невольно посмотрел на связанного мужчину.

«Ситуация и правда непростая.»

С одной стороны, за подобное нужно наказывать. Если оставить всё как есть, остальные быстро поймут, что воровать можно без последствий.

«Но если сломать ему ногу…»

Я перевёл взгляд на его напарника.

«Пострадает не только вор. Его напарник тоже выйдет на следующий раунд с человеком, который станет для него бесполезной обузой.»

— Дон, он всё равно может погибнуть уже сегодня. Если переживёт второй раунд, тогда…

— Да че тут думать?!

Грубый голос прогремел над толпой.

Все обернулись. Эллайджа растолкал людей так, словно их вообще не существовало. Он направился к связанному, одной рукой схватил его за воротник и без малейшего усилия поднял с колен. Тот беспомощно задёргал ногами.

Эллайджа широко оскалился.

— Воруешь здесь…

Он слегка встряхнул пленника.

— Значит, воруешь у меня.

В следующее мгновение его пятка с хрустом впечаталась мужчине в колено. Раздался сухой треск.

Нога выгнулась в сторону, в которую человеческое колено сгибаться не должно. Столовую прорезал истошный крик. Некоторые заключённые инстинктивно отвернулись. Эллайджа же продолжал удерживать мужчину на весу.

— Смотрите внимательно.

Он медленно обвёл взглядом толпу.

— Так будет с каждым, кто решит, что он умнее остальных.

Он разжал пальцы. Изломанное тело тяжело свалилось на каменный пол. Никто не произнёс ни слова, даже стоны раненого теперь звучали как-то тише.

«Он был прав в одном: оставлять это безнаказанным нельзя.»

Я оглянулся на вывернутое колено.

«Но я собирался предложить дождаться окончания раунда. Если выживет — тогда наказать. А не лишать человека шанса ещё до начала испытания.»

В этот момент над комплексом прогремел звон колокола.

Тяжёлая металлическая дверь с протяжным скрежетом начала открываться. Из проёма один за другим вышли охранники. Следом, неторопливо поглаживая свои неприлично длинные усы, появился Карлсон.

Он широко ухмыльнулся.

— Гутен морген, засранцы!

Его голос эхом разнёсся по столовой.

— У вас десять минут, чтобы забрать снаряжение и пройти в следующую комнату.

Он похлопал в ладоши.

— Время пошло.

Столовая мгновенно ожила. Люди сорвались с мест и бросились к тренировочной зоне. Я ещё раз перевёл взгляд на мужчину с раздробленным коленом.

«Вот и началось.»

Толпа рванула к оружейной.

Металл загремел почти сразу. Перед бесконечными рядами оружия и доспехов я на мгновение замер. В прошлый раз выбор был куда скромнее.

Я медленно пошёл вдоль стеллажей. С тяжёлой бронёй даже не стал возиться. Начал собирать лёгкий комплект, усиливая лишь самые уязвимые места: грудь, плечи, предплечья и голени. Вскоре я заметил знакомые чёрные наручи.

Я подобрал их. На металле не осталось ни пятнышка крови.

«Даже отмыли…»

Наручи снова сели идеально, словно были выкованы специально под меня.

Шлем подходящего размера найти так и не удалось. Зато на одной из полок лежала пластинчатая маска. Я надел её. Подвижные сегменты мягко сомкнулись вокруг нижней части лица. Пару раз глубоко вдохнул и выдохнул. Не мешает.

Присел, подпрыгнул, сделал перекат. Ничего не гремело, ничего не цеплялось.

Люди вокруг жадно перебирали оружие. Кто-то сразу хватал самые большие мечи, кто-то примерял тяжёлые латы, будто одна только броня могла гарантировать жизнь. Оружия здесь хватило бы на небольшую армию.

Первым делом закрепил за спиной два небольших баклера.

«Если потеряю основной щит, останутся запасные.»

Затем подобрал несколько длинных ножей: два закрепил на предплечьях, ещё два — на голенях, пару убрал за пояс.

«Ножей много не бывает.»

Рядом лежали небольшие одноручные боевые молоты. То, что нужно. Я повесил их по бокам пояса и несколько раз качнулся с пятки на носок. Вес уже ощущался, но пока терпимо.

«Если все будут в броне, меч может подвести.»

Я провёл большим пальцем по бойку молота.

«А эта штука либо пробьёт металл… либо сомнёт его вместе с тем, кто внутри.»

Поверх всего накинул длинный серый плащ. Теперь со стороны почти невозможно было понять, сколько оружия я на себе таскаю.

Основным оружием выбрал привычный меч со щитом. Щит оказался классической треугольной формы — достаточно лёгкий, чтобы не мешать двигаться, ножны были внутри. Напоследок прихватил ещё и копьё.

«Если попадутся всадники… Хотя после всего, что мы уже видели, удивляться будет поздно.»

Я усмехнулся.

«Но метнуть его перед схваткой точно лишним не будет.»

Нашёл небольшую сумку через плечо и бросил внутрь моток верёвки, пару бурдюков с водой и всё, что хоть отдалённо походило на боевые расходники. Затянул ремень.

«Ко всему подготовиться невозможно. Но попытаться — никто не запрещал.»

— Народ, сюда.

Голос Донована перекрыл звон оружия. Мы быстро собрались вокруг него. Он успел облачиться в тяжёлые серебристые латы. На каменном полу перед ним стоял массивный боевой молот, на рукоять которого он невозмутимо опирался обеими руками.

София окинула его взглядом и усмехнулась.

— Кэп, да ты прям вылитый паладин.

Донован хмыкнул, но ничего не ответил.

Я перевёл взгляд на Эллайджу. Тот, наоборот, почти не изменился. Только чудовищных размеров двуручный меч покоился у него на плече.

— Кожаная куртка, ты серьёзно? — не выдержал я.

Эллайджа скривился так, будто вопрос показался ему глупым.

— Не люблю железки.

Он постучал себя кулаком по груди.

— Мне в них тесно.

«Боже… дай мне сил.»

Сяо посмотрел на Донована.

— Какой план?

Донован ненадолго задумался.

— Планов у меня нет.

Он честно развёл руками.

— Мы понятия не имеем, что нас ждёт за следующей дверью.

Несколько человек молча кивнули.

— Но кое-что могу посоветовать.

Он поднял копьё, прислонённое к стене.

— Возьмите копья.

Потом слегка постучал костяшками пальцев по своему щиту.

— И щиты.

Он пожал плечами.

— Если не пригодятся — выбросите.

По залу прокатилась пара смешков.

— Всё равно имущество казённое.

Даже напряжение вокруг будто немного спало. Донован оглядел каждого из нас. Его лицо опять стало серьёзным.

— А теперь…

Он выдержал короткую паузу.

— Давайте просто не умрём сегодня.

Мы направились дальше. София почти сразу поравнялась со мной.

— Ну как… страшно?

Я усмехнулся.

— Ещё бы.

Она удивлённо повернулась.

— Серьёзно?

— А что?

— Я думала, сейчас начнёшь изображать героя.

Я покачал головой.

— Храбрость — удел либо очень сильных, либо очень самоуверенных.

Я поправил ремень щита.

— Ни к тем, ни к другим я себя не отношу.

София несколько мгновений молча смотрела на меня и едва слышно пробормотала:

— А ты совсем не такой, каким хочешь казаться…

— Что?

Она тут же усмехнулась.

— Ничего.

И легко ткнула меня кулаком в плечо.

— Кстати…

Она кивнула на мои предплечья.

— Это те же самые наручи?

Я опустил взгляд. Чёрный металл всё так же плотно облегал руки.

— Те самые.

— Почему именно они?

Я пожал плечами.

— Наверное… я немного сентиментален.

Она понимающе улыбнулась.

— Запомню.

Некоторое время мы шли молча. Потом София протянула руку.

— Тогда не умри там.

Я коротко стукнул кулаком о её.

— Постараюсь.

Она улыбнулась.

— Я тоже.

Несколько тяжёлых дверей открывались одна за другой. Чем дальше мы шли, тем меньше становилось разговоров.

Новая комната ослепила белым светом. Снова куча охранников. Нас построили в две шеренги, каждого рядом со своей парой. Надзиратель Карлсон вышел вперёд.

— Сейчас на вас наденут браслеты: один на ногу, второй на руку. Стойте смирно.

Охранники принялись закреплять их прямо поверх доспехов. При скреплении браслеты плотно сжались, выпустив струйку пара.

Я согнул руку.

«Тяжеловато».

— Обратите внимание, засранцы. На ручном браслете есть цифра от одного до пятидесяти. Это ваш порядковый номер на эту игру. Отзывайтесь на него, если вас позовут.

Карлсон довольно погладил длинные усы.

— Номера сорок шесть, сорок семь, сорок восемь и сорок девять. Подойдите ко мне.

Названные люди растерянно переглянулись. Я помнил их: одному надзиратель сломал руку, а второй тряс умершую девушку после боя.

Я посмотрел на свой браслет.

«Тридцать третий, значит».

— В предыдущей игре эти четверо засранцев не выполнили последнее задание — найти пару. Здесь такого не прощают. Живо снимайте всё снаряжение. Оставьте только базовую одежду.

Некоторые нервно проверили свои номера.

— Нет, нет, прошу! Позвольте оставить хотя бы меч! — взмолился один из них.

Карлсон глубоко вздохнул.

— Послушай, я ведь дважды повторять не стану. Сделай по-хорошему. Или сломаю вторую.

Мужчина с переломом сглотнул и начал молча раздеваться.

— Сейчас ведущий объявит о вашем выходе, и двери откроются. Вы четверо — первые.

— Наших первых участников!

Где-то вдалеке раздался знакомый голос. Тяжёлые стальные двери начали открываться.

— Всё, вперёд. Пошли-пошли!

Их погнали арбалетами за спиной.

Напротив нас, на большой стене, четыре круглые печати образовали прямоугольник. Внутри него появилось изображение арены — такое же, какое висело над нами в первом раунде.

«Так вот как это работает.»

Карлсон довольно уселся на принесённый ему стул.

— Смотрите внимательно.

Колизей гудел. Десятки тысяч голосов сливались в один сплошной рёв. Толпа уже предвкушала новое зрелище.

Посреди арены всё так же возвышался стальной столб. На его вершине, на небольшой платформе, стоял человек в идеально выглаженном костюме.

Клаус.

Он широко расставил ноги и поднял одну руку над головой.

— Ну здравствуй… Колизей!

Трибуны буквально взорвались.

— Клаус! Клаус! Клаус!

— Приветствую вас на нашем ежеквартальном побоище!

Он театрально поклонился.

— И, как всегда…

Он снял цилиндр.

— Ваш покорный слуга — Кла-а-аус!

Новая волна ликования прокатилась по залу

Кто-то свистел.

Кто-то хлопал.

Кто-то выкрикивал его имя.

Клаус наслаждался каждым мгновением. Он поднял руку, и шум постепенно начал стихать.

— Сегодня нас ждёт второй раунд.

Он сделал небольшую паузу.

— Но прежде…

Его голос стал слаще.

— Позвольте представить наших особых гостей.

За его спиной медленно раскрылись огромные ворота.

— Наших первых участников!

Из тоннеля вышли четверо заключённых. Без оружия. Без брони. Только в простой сменной одежде. Они остановились почти в центре арены.

Клаус театрально вздохнул.

— Ах…

Он покачал головой.

— Какая печальная история.

На трибунах послышался недовольный гул.

— Эти бедолаги…

Он указал тростью на гладиаторов.

— Не сумели вовремя подобрать себе пару.

Клаус развёл руками.

— А значит…

Он выдержал паузу.

— Нарушили правила.

Несколько зрителей громко освистали их.

— Но мы ведь не дикари?

Он возмущённо прижал ладонь к груди.

— Мы не станем казнить их просто так.

Зрители одобрительно загудели.

— Мы дадим им шанс.

Он наклонился ближе к магическому экрану.

— Пять минут.

Поднял раскрытую ладонь.

— Продержитесь пять минут…

Потом медленно сжал пальцы в кулак.

— …и заслужите право жить.

— Звучит вполне честно, не так ли?

Трибуны взревели.

— Тогда…

Он вскинул обе руки.

— Поддержим наших героев!

Четверо заключённых молча стояли в центре арены. Лиц я не видел, но даже отсюда было понятно: они уже всё поняли.

С четырёх сторон одновременно открылись ворота. Из каждого тоннеля вылетел всадник. Все — верхом на тяжело бронированных лошадях. Все в полном латном доспехе. Только оружие отличалось.

У одного — длинный лук.

У второго — кавалерийское копьё.

Третий держал массивную булаву.

Четвёртый — широкую секиру.

Всадники сделали несколько кругов вокруг своей добычи. Не торопясь. Словно давая зрителям возможность рассмотреть происходящее. Потом одновременно пришпорили коней.

Четверо штрафников бросились в разные стороны. Без команды, инстинктивно.

Стрела настигла первого почти сразу. Она вошла точно в грудь. Человек сделал ещё два шага… и повалился лицом вниз.

Второго догнало копьё. Удар оказался настолько сильным, что древко буквально пригвоздило его к земле. Лошадь ещё несколько метров волокла тело за собой.

Третий даже не успел закричать. Булава обрушилась на голову. Череп исчез в кровавом облаке.

«Чёрт…»

Последний всё ещё бежал. Всадник легко догнал его, но…

Не ударил.

Он специально придержал коня. Позволил человеку снова подняться. Затем опять догнал.

«Он играет с ним…»

Толпа ревела от восторга.

Штрафник вновь побежал. Потом ещё раз упал. Лошадь с силой сбила его грудью и принялась топтать копытами. Только после этого всадник неторопливо спешился.

Он медленно поднял секиру. Но прежде чем ударить… развернулся к трибунам. Поднял свободную руку, ожидая решения.

И Колизей ответил.

— Смерть!

— Смерть!

— Смерть!

Десятки тысяч голосов слились в один. Даже Клаус скандировал вместе со всеми.

Штрафник всё ещё пытался ползти. Одной рукой. Вторая безжизненно волочилась следом.

Первый взмах отсёк ногу. Человек закричал так, что звук пробрал даже меня.

Вторая нога.

Потом руки. Только после этого секира наконец опустилась в последний раз.

Я отвернулся ещё после первого замаха. Смотреть дальше не хотелось.

«Это не казнь.»

Я сжал кулаки.

«Это урок. Для всех нас.»

Трибуны ещё не успели успокоиться после казни. Клаус вышел вперёд.

— Что ж…

Он театрально развёл руками.

— Они попытались. И они проиграли.

Несколько зрителей засмеялись.

— Но довольно о грустном!

Он хлопнул в ладоши.

— Пришло время настоящего представления!

Клаус широко улыбнулся.

— Выпускайте остальных!

Колизей вновь взорвался ликованием.

— Ну всё, засранцы.

Карлсон злорадно оскалился.

— Ваш выход.

Тяжёлые ворота перед нами медленно начали расходиться в стороны. Снаружи уже доносился оглушительный рёв трибун. Но никто не двигался. После увиденного ноги будто приросли к полу. Какое-то время все молча наблюдали за открывающимся проходом.

— Ну?

Карлсон приподнял бровь.

— Чего встали?

Мы уже собирались сделать первый шаг, когда он вдруг хлопнул себя ладонью по лбу.

— Ах да…

Он улыбнулся.

— Совсем забыл.

Карлсон лениво щёлкнул пальцами человеку в белом халате. Тот всё это время молча стоял у стены, склонившись над каким-то странным металлическим устройством. Не говоря ни слова, он повернул несколько рычагов.

Щёлк.

Что-то коротко ударило по запястью.

Я машинально опустил взгляд. Из браслета с тихим лязгом выскочил тонкий металлический трос. Точно такой же вылетел из браслета Эллайджи.

Щёлк.

Оба конца мгновенно соединились. Я застыл.

«Какого?…»

Инстинктивно сделал шаг назад. Трос натянулся. Эллайджа тоже дёрнулся. Мы одновременно посмотрели друг на друга. Некоторое время никто ничего не понимал.

Потом вокруг начали раздаваться такие же щелчки.

Щёлк. Щёлк. Щёлк.

Во всём строю заключённые мгновенно оборачивались к своим напарникам. Металлические тросы соединяли пару за парой.

— Что за херня?..

— Это ещё что такое?!

— Эй! Снимите это!

Кто-то сразу попытался вырвать браслет. Безрезультатно. София дёрнула рукой. Её трос натянулся. Катарина лишь удивлённо подняла бровь. Донован коротко выругался себе под нос. Где-то позади кто-то слишком резко рванулся в сторону. Послышался глухой удар. Человек грохнулся на пол, утянув за собой напарника.

Только сейчас до меня окончательно дошло.

«Нет…»

Я повторно рванул назад. Изо всех сил. Трос даже не дрогнул.

«Нет-нет-нет.»

Я попробовал ещё раз. Бесполезно.

«Они ведь не…»

«Твою мать.»

По спине пробежал холод.

«Так. Успокойся. Думай давай.»

Я судорожно пытался представить, как вообще можно вести бой, будучи привязанным к другому человеку. Эллайджа тоже молча дёрнул трос. Потом ещё раз. Он посмотрел сначала на браслет, потом на меня.

— Вот дерьмо…

Карлсон довольно наблюдал за происходящим. Будто именно такой реакции и ждал. На его лице медленно расползлась мерзкая улыбка.

— Ну вот. Теперь порядок.

Он указал на ворота.

— А теперь… пошевеливайтесь.

— Колизей!

Голос Клауса прокатился над ареной.

— Встречайте наших сегодняшних героев!

Под оглушительный рёв трибун мы сделали первый шаг наружу.

Трибуны ревели.

Почти полсотни человек неуклюже двигались к центру арены. Кто-то спотыкался и падал, утягивая за собой напарника; остальные переступали, будто заново учились ходить.

Я подстроился под широкий шаг Эллайджи. Он точно не станет подстраиваться под меня.

— А вот и они! Наши сегодняшние красавцы!

Клаус широко улыбнулся.

— Ой… а что же это их связывает?

Он театрально приобнял стойку с микрофоном и наклонился вперёд.

— Господа, перед вами ещё одна наша замечательная разработка — «Близкая связь».

По трибунам прокатился смех.

— Романтично, правда?

Он поднял палец.

— Эти тросы нельзя разрубить. Нельзя разорвать. Так что сегодня нашим гладиаторам придётся научиться работать вместе.

Клаус довольно развёл руками.

— А значит… нас ждёт великолепное зрелище!

Он вскинул ладонь.

— Начинаем! Открывайте ворота!

С восточной стороны арены медленно разошлись тяжёлые створки.

«Что теперь?..»

Из темноты выбежали три чёрные фигуры.

На первый взгляд — волки. Но лишь на первый. Каждый был почти вдвое крупнее обычного волка. Чёрная игольчатая шерсть блестела, словно покрытая смолой. Длинные лапы, узкие морды, жёлтые неподвижные глаза.

Позади кто-то усмехнулся.

— Ха… всего три?

Все трое одновременно завыли. Из открытых ворот хлынула новая волна. Десятки. Чёрные тела высыпали на арену и стремительно окружили нас.

Кто-то тут же отвесил шутнику подзатыльник.

— Накаркал, придурок!

— Всем держать круг! — рявкнул Донован. — Не пускайте их внутрь!

Я встал справа от Эллайджи. Щит в левой руке. Копьё — в правой. Сделал несколько шагов в сторону. Трос натянулся. Два метра.

«Вот и предел.»

— Эй! — крикнул я. — Максимум два метра! Дальше не отходите!

— Принял! — сразу откликнулся Донован.

Псы вновь завыли. И сорвались с места.

Слева кто-то закричал. Одна из пар не успела развернуться. Пёс повис на руке мужчины. Его напарник принялся рубить почти вслепую, едва не попав по своему.

Справа сразу двое повалились на песок. Один споткнулся, второй полетел следом — трос резко дёрнул его назад.

Я шагнул навстречу ближайшему зверю, но Эллайджа рванул вперёд. Трос натянулся и развернул меня боком. Каждый его широкий замах заставлял подстраиваться. Один неверный шаг — и либо трос собьёт меня с ног, либо его меч.

Повсюду звенел металл, люди кричали, матерились, звали напарников. Один из псов проскочил между двумя парами и вцепился человеку в бедро. Напарник рубанул сверху, но зверь отпрыгнул — лезвие с лязгом скользнуло по латной поноже.

— Смотри куда бьёшь, идиот!

Несмотря на хаос, люди постепенно брали верх. То тут, то там на песок падали чёрные туши. Один из псов врезался в щит Донована. Даже капитан сделал полшага назад. В ту же секунду Сяо оказался рядом и одним взмахом рассёк зверю шею.

Один за другим псов становилось всё меньше. За спиной снова кто-то грохнулся, утянув за собой напарника. В образовавшуюся брешь тут же прорвались три пса.

«Чёрт!»

Я рванулся к ним, но трос не дал развернуться через левое плечо — пришлось крутиться в другую сторону. Я метнул копьё. Острие с хрустом вошло в грудь ближайшего зверя и пригвоздило его к песку. Двое остальных даже не замедлились.

Я вскинул щит, но трос не позволил вытянуть руку до конца. Эллайджа, стоявший ко мне спиной, продолжал яростно рубить зверей перед собой, даже не замечая происходящего.

«Не успеваю.»

Правая рука сама потянулась к ножнам. Нож скользнул в ладонь — я тут же метнул его. Лезвие вошло точно между глаз второму псу. Тот жалобно взвизгнул и покатился по песку. Последний уже летел на меня.

«Поздно.»

Я лишь успел сделать шаг назад и поднять руки. Перед глазами что-то мелькнуло.

Топор.

С коротким хрустом он вонзился зверю в шею. Пёс мешком свалился прямо у моих ног. Я мгновенно обернулся. София уже вытаскивала второй топор из-за пояса. Заметив мой взгляд, она коротко подмигнула и бросилась обратно в бой.

«Потом поблагодарю.»

Мы медленно добивали остатки стаи. Через несколько минут последний пёс завалился на песок. Я тяжело выдохнул. Левая рука гудела от бесконечных ударов щитом.

Под ногами вперемешку лежали десятки чёрных туш. Песок превратился в вязкую кашу из крови и шерсти. Несколько человек опустились на колени. Другие помогали подняться напарникам, не выпуская оружия.

Я вложил меч обратно в щит и направился за копьём. Сделал шаг. Трос натянулся.

— Стоять!

Эллайджа раздражённо обернулся только через секунду.

— Чего?

Я молча указал на копьё. Он закатил глаза, подошёл и выдернул его из туши. Поймав древко, я сразу поднял взгляд.

— Кэп! Всё?

Донован ещё недолго осматривал арену. Потом направился к одному из раненых псов и без лишних слов добил его, вонзив копьё. Только после этого кивнул.

— Теперь всё.

По строю словно прошёл общий выдох. Мы огляделись. Никто не погиб. Несколько человек хромали, у других были укусы и смятые доспехи, но все оставались на ногах.

— А ведь не так уж страшно!

— Если дальше так пойдёт, мы все до финала дойдём!

По рядам прокатились смешки. Я посмотрел на ворота.

«Не верю.»

«Слишком легко.»

Будто услышав мои мысли, над ареной разнёсся голос Клауса.

Он неторопливо захлопал в ладоши.

— Великолепно!

Его улыбка стала ещё шире.

— Какой бой! Какая отвага!

Он выдержал паузу.

— Что ж…

Поднял руку.

— Не будем терять время.

— Выпускайте вторую волну!

Улыбки вокруг начали медленно исчезать.

«Так и думал.»

Металлический скрежет вновь прокатился по арене. На этот раз одновременно открылись двое ворот, друг напротив друга.

Из темноты выбежали массивные твари. Ростом они были ненамного выше человека, зато почти вчетверо шире. Их тела покрывала грубая серая кожа. На небольших головах торчало по три толстых рога. Всего десять.

От тяжёлого топота дрожала земля. Они уже неслись прямо на нас.

— Врассыпную! — рявкнул Донован.

Я рванул в сторону. Трос тут же дёрнул назад. Я обернулся, собираясь наорать на него.

— Ты что, не слышал?!

Эллайджа даже не шелохнулся. Он смотрел только вперёд. В его глазах горел какой-то детский восторг.

— Спокуха, пацан.

Он ухмыльнулся.

— Ща мы их всех завалим.

— Ты совсем идиот?

Я ткнул пальцем в трос между нами.

— Мы привязаны друг к другу!

Он пожал плечами.

— Ну и?

— Ты как уклоняться собираешься?!

— А кто сказал, что я собираюсь уклоняться? — с удивлением спросила эта безмозглая гора мышц.

Несколько секунд я просто смотрел на него.

«Безнадёжен.»

— Да твою ж…

— Ладно. Чёрт с тобой.

Я плюнул на всё и встал за его спиной. Всё равно мне сейчас его не переубедить.

По арене люди уже разбегались в разные стороны, едва не падая из-за тросов. А мы… остались посреди арены.

Два чудовища мчались прямо на нас. С разных сторон.

Я воткнул щит в песок, упёр древко копья в землю, перехватив его обеими руками. Эллайджа даже не изменил стойку. Его меч по-прежнему покоился на плече.

Монстры опустили головы. Рога смотрели прямо на нас.

«Сейчас.»

Первым удар принял мой противник. Копьё с хрустом вошло в глазницу и тут же треснуло. Чудовище даже не остановилось — лишь взревело и продолжило нестись вперёд.

Оставался метр. Я выдернул меч из щита и шагнул навстречу. Один широкий взмах. Клинок глубоко вошёл в горло. Тварь захрипела. Её туша по инерции пролетела ещё несколько шагов и свалилась совсем рядом. Я едва успел отскочить. Густая кровь окатила меня с головы до ног.

В тот же миг справа глухо звякнул металл. Эллайджа встретил своего монстра в лоб. Двуручный меч вошёл в череп почти до середины. Раздался сухой треск. Чудовище сделало один шаг. Потом второй. И только после этого рухнуло, расколовшись почти надвое.

Я шумно выдохнул.

«Какого…»

Даже для него это выглядело ненормально.

Впервые за бой появилась секунда оглядеться. По всей арене десятки пар пытались справиться с такими же чудовищами. Кто-то в последний момент уходил из-под удара. Кого-то трос утаскивал вслед за напарником. Кто-то уже лежал на песке.

Справа мелькнули София и Катарина. Они натянули трос между собой и проскочили по разные стороны от него. Стальная нить захлестнула толстую шею. Чудовище рванулось вперёд, увлекая девушек за собой.

Несколько метров оно тащило их, словно дикий жеребец. По пути монстр снёс ещё двух таких же тварей. А потом обе почти одновременно вонзили клинки ему в затылок. Исполин рухнул, взорвав песок вокруг себя.

В другом конце арены Донован и Сяо действовали совсем иначе. Они не подпускали чудовищ вплотную: копья одно за другим вонзались в глаза и раскрытые пасти ещё до столкновения. Пока твари теряли скорость, Донован добивал их молотом, а Сяо уже выдёргивал следующее.

«Вот что значит опыт.»

Чуть дальше сражались близнецы. Брат в последний миг подставил щит под рога и увёл голову монстра в сторону. Сестра скользнула под брюхом. Один взмах — и живот вспоролся почти до задних лап. Исполин сделал ещё несколько шагов и повалился.

Но повезло не всем. Слева один из гладиаторов не успел увернуться. Рога с хрустом пробили нагрудник и вошли ему в бок. Удар оказался такой силы, что человека подбросило в воздух.

Эллайджа сорвался с места. Трос дёрнул меня следом.

— Да куда ты опять?!

Он лишь махнул рукой вперёд.

— Че пацан, уже выдохся? Вон ещё один!

Этого монстра уже окружили несколько человек.

— Его сейчас и без нас прикончат.

Эллайджа довольно ухмыльнулся.

— Последний трофей должен быть нашим.

Я лишь тяжело вздохнул.

— Для тебя это всё игра, да?

Он коротко рассмеялся.

— А иначе жить скучно.

Спорить было бесполезно.

Мы побежали.

К чудовищу успели одновременно с ещё несколькими парами. Монстр отчаянно отбивался, размахивая головой. Никто не решался подойти вплотную.

— Ну? — спросил я. — И что теперь?

Эллайджа ухмыльнулся.

— Просто не путайся под ногами.

Он внезапно ускорился. Мне оставалось только держаться рядом, чтобы трос не дёрнул его назад. Мы обошли чудовище сбоку, пока оно было занято другими бойцами. Эллайджа сделал ещё два шага — и прыгнул. Высоко. Подняв меч над головой, он на мгновение будто завис в воздухе. Потом клинок обрушился вниз.

Хруст.

Лезвие почти полностью прорубило шею. Голова удержалась лишь секунду. Когда туша начала заваливаться, она сорвалась и тяжело покатилась по песку.

На арене воцарилась короткая тишина. Даже те, кто только что добивал остальных чудовищ, невольно посмотрели в нашу сторону.

Эллайджа выдернул меч. Поднял его над головой.

— Да!

Он расхохотался.

— Я же говорил! Я круче всех!

По арене прокатился смех. После короткой паузы десятки бойцов уже вскинули оружие, встречая победу общим криком. Никто уже не обращал внимания на кровь, покрывавшую доспехи. Впервые за всё время люди действительно поверили, что смогут пережить этот день.

Я медленно обвёл взглядом арену. Десять туш. Ни одно чудовище больше не двигалось.

«Неужели…»

Мысль не успела закончиться. Над Колизеем опять раздался довольный голос Клауса.

— Браво!

Он медленно захлопал в ладоши.

— Вы только посмотрите! Какая отвага! Какая страсть! Какой… боевой дух!

Он широко улыбался, словно наблюдал не бой насмерть, а удачный театральный спектакль.

— Но настоящий финал ещё впереди!

Он выдержал короткую паузу и театрально вскинул руку.

— Встречайте! Третья и последняя волна!

«Ну да, всё не могло быть так просто.»

Трое массивных ворот начали медленно открываться.

Мы почти инстинктивно сбились в плотную группу. После двух волн никто уже не рвался вперёд. Что бы сейчас ни появилось — встречать это поодиночке было бы самоубийством.

Из темноты донёсся низкий протяжный рёв.

Из ворот почти одновременно вырвались три огромные ящерицы размером с небольшую хижину. Мощные задние лапы оттолкнулись от земли, перепончатые крылья раскрылись с глухим хлопком — чудовища взмыли в воздух. По песку прокатилась волна пыли.

Ящерицы медленно кружили высоко над ареной. Словно хищные птицы, выбирающие, кого схватить первым.

Никто больше не отдавал приказов. Все просто молча следили за ними.

Первая ящерица сложила крылья.

И камнем рухнула вниз.

Она врезалась в землю с такой силой, что нас отбросило в стороны. Несколько человек не удержались на ногах. Один гладиатор не успел поднять щит.

Чудовище сомкнуло челюсти прямо на нём.

Металл жалобно захрустел. Латы сминались под зубами, словно были сделаны из тонкой жести. Тварь отрывисто мотнула головой из стороны в сторону. Человек закричал.

— Закройте глаза! — заорал я, уже срывая с пояса ослепляющую бомбу.

Я швырнул её прямо под морду твари. Белая вспышка ударила почти мгновенно. Ящерица взревела. Замотала головой. Инстинктивно зажмурилась и выпустила добычу из пасти.

— Сейчас!

Мы сорвались с места одновременно. Со всех сторон. Мечи, копья, топоры. Клинки один за другим впивались в шею, грудь и крылья чудовища. Оно ещё пыталось отбиваться, судорожно размахивая лапами, но десятки ударов не оставляли ему ни единого шанса.

Через пару мгновений огромная туша тяжело обрушилась на песок. Только тогда мы отступили. Гладиатор ещё дышал, но по смятой броне было понятно: в бой он уже не вернётся.

Две оставшиеся ящерицы не спешили нападать. Они сделали ещё один широкий круг над ареной, словно оценивая происходящее внизу. Казалось, смерть одной из них ничуть их не встревожила. Наоборот. Теперь они стали осторожнее.

Я перевёл дыхание. Руки неприятно дрожали от напряжения. Меч и щит казались тяжелее, чем несколько минут назад.

Вокруг огромной туши быстро собирались наши бойцы. Кто-то помогал раненому отползти в сторону, кто-то просто пытался восстановить дыхание.

— Все живы? — крикнул Донован.

Послышалось несколько коротких голосов.

— Здесь!

— Жив!

Но пересчитывать людей времени уже не было. Обе ящерицы одновременно сложили крылья.

— Опять!

Они сорвались вниз почти отвесно.

Первая ударила в землю немного левее нас. Песок взметнулся столбом. Людей отбросило в стороны, словно кукол.

Вторая даже не коснулась земли. Она пронеслась над самой ареной, вытянув длинную шею вперёд. Её челюсти сомкнулись на гладиаторе в чёрных латах. Человек исчез в пасти целиком.

Не сбавляя скорости, чудовище взмыло вверх.

— Не-е-ет!

Его напарника потянуло следом в воздух.

Я невольно поднял голову. Монстр быстро набирал высоту. Человек всё ещё был жив. Он бил мечом по зубам чудовища, пытаясь вырваться, но для такой твари это было всё равно что комариный укус.

Вторая ящерица уже разворачивалась. Прямо на нас.

— Приготовиться! — успел крикнуть Донован.

Я рванул в сторону, собираясь уйти с траектории. Трос мгновенно натянулся.

Я обернулся. Эллайджа даже не думал отходить. Он смотрел на несущегося монстра так, будто дождался именно того, чего хотел. На его лице появилась знакомая ухмылка. Я не мог разобрать выражение на его лице. То ли это было что-то близкое к счастью, то ли безумие.

— Гляди, пацан.

Он крепче перехватил рукоять меча.

— Добыча сама летит к нам.

— Ты совсем рехну…

Но времени спорить уже не осталось. Ящерица неслась на нас. В последний момент она пронеслась прямо между нами. Её зубы с лязгом сомкнулись на металлическом тросе.

Меня резко дёрнуло вверх.

Земля исчезла из-под ног. Ветер ударил в лицо с такой силой, что стало трудно дышать. Мы с Эллайджей повисли по разные стороны от летящей твари, словно две гири на цепи.

— Твою…

Последнее слово унесло встречным потоком воздуха. Я вцепился в трос, пытаясь погасить раскачивание. Внизу стремительно уменьшалась арена. Люди превратились в маленькие тёмные фигуры.

Ящерица продолжала набирать высоту. В какой-то момент она с глухим ударом врезалась во что-то невидимое. По воздуху пробежала едва заметная рябь.

«Барьер…»

Чудовище не смогло подняться выше. Оно раздражённо взревело и вновь пошло вдоль невидимой границы Колизея.

— Пацан! — перекрывая ветер, заорал Эллайджа. — Давай!

Он перехватил меч двумя руками, качнулся всем телом и со всей силы вогнал клинок под основание крыла. Ящерица дико взвыла. Её полёт сразу стал рваным. Она заметалась из стороны в сторону, пытаясь стряхнуть неожиданную добычу. Эллайджа обеими руками повис на рукояти, чтобы меч вошёл ещё глубже.

Меня бросило вперёд. Я едва успел ухватиться за шею монстра. Внизу с бешеной скоростью проносился песок арены.

«Щит…»

Внизу остались щит и меч. Я выхватил один нож и воткнул в шею твари. Лезвие вошло всего на пару сантиметров и застряло. Слишком толстая шкура.

— Да че ты там ковыряешься? — крикнул Эллайджа. — Быстрее!

Я стиснул зубы.

«Ещё один нож погоды не сделает. Ни копья, ни меча…»

«Точно!»

Едва удерживаясь за шею ящерицы, я всадил под кожу ещё два ножа, выхватил молот и со всей силы пробил по первому ножу. Лезвие ушло в плоть по самую рукоять. Монстр взревел и повторно рванулся в сторону.

Второй удар.

И мы начали терять высоту.

Мы с Эллайджей тут же полезли вверх по шее, пытаясь не оказаться под брюхом при падении. Земля стремительно неслась навстречу. Мы переглянулись. Его рожа сверкала от восторга.

— Я же говорил, будет весело!

— Да пошёл ты!

Ящерица с грохотом врезалась в землю. Мы чудом удержались на её спине.

В ушах звенело, словно после взрыва. Всё вокруг плыло, и лишь когда осела пыль, я смог хоть что-то разглядеть. Попытался подняться, но ноги дрожали, а воздуха не хватало. Казалось, позвоночник переломился пополам. Лишь потом до меня дошло: я всё ещё жив.

Вокруг уже собирались гладиаторы.

— Эй! Они выжили!

К нам подбежали Донован, Сяо, София и Катарина и помогли подняться.

— Ну вы исполнили. Живучие сукины дети.

Капитан с улыбкой хлопнул меня по спине. Ответить было нечего. Я просто радовался, что мы все ещё живы.

Позже я узнал, что, пока мы болтались в воздухе, оставшийся ящер успел убить ещё двоих гладиаторов. Из пятидесяти нас осталось сорок два.

Несколько человек сняли шлемы и тяжело опустились на песок. Я упал на спину, раскинул руки и больше не шевелился.

Я ждал голоса ведущего. Секунды шли, а вокруг становилось только тише.

«Неужели… пережили?»

«Похоже, наконец всё закончилось.»

Над ареной повисла тяжёлая тишина.

От лица Клауса фон Штука:

Я наблюдал за ареной с обзорной площадки, когда ко мне подбежала Оливия.

— Господин Клаус! Господин Клаус!

Она остановилась, пытаясь перевести дыхание.

— Господин Клаус… ВИП-гости срочно требуют вас.

— Оу. Я ожидал чего-то подобного.

«Глупые старики. Не видят всей картины.»

— Будьте осторожны. Они в ярости.

Я лишь небрежно махнул рукой, не оборачиваясь.

— Через пять минут свари мне кофе.

«Что ж… глубокий вдох.»

Стоило переступить порог ложи, как на меня обрушился шквал криков.

— Многоуважаемые гости, вы хотели меня виде…

— Да чёрт возьми! Ты, клоун сраный, что это сейчас было?

— Мои деньги сгорели!

— Кто вообще выпускает настолько слабых монстров?!

Все заговорили одновременно, перебивая друг друга.

Я громко хлопнул в ладоши. Крики стихли.

— Господа… кто сказал, что второй раунд закончился?

Люди в дорогих масках недоумённо переглянулись.

Я улыбнулся.

— Проще показать. Просто наблюдайте… и наслаждайтесь зрелищем. Как и должно быть.

Не дожидаясь новых вопросов, я развернулся и направился обратно на свою сцену.

«Пора обрадовать наших бойцов.»

«Не терпится увидеть их лица.»

От лица Гэбриэла:

Наконец ведущий вышел в центр арены.

— Что ж! Давайте поздравим наших отважных гладиаторов! Они выжили!

Трибуны взорвались рёвом.

Большинство гладиаторов тут же опустились на песок.

«Неужели…»

— Да… они молодцы. Пережили… первый акт.

Радостные крики начали стихать.

«Стоп что? Он сказал: ПЕРВЫЙ акт?»

— Господи, неужели вы думали, что это всё?

Клаус выдержал паузу и театрально прикрыл глаза ладонью.

— Нет-нет, мои дорогие. Колизей не станет вас так разочаровывать.

«Твою же мать.»

Он наклонился к микрофону.

— Первый акт окончен. Добро пожаловать… во второй.

Дикий рев толпы разорвал арену на части.

— Слышь, пацан, похоже, веселье продолжается, а?

Я устало посмотрел на своего безумного напарника.

— Без паники! Главное, держаться вмес…

— А вот это вряд ли, — хладнокровно перебил Клаус.

Он нажал кнопку на микрофоне.

Щёлк.

Полсекунды ничего не происходило.

А потом нас внезапно дёрнуло назад.

Какая-то сила потащила браслеты к краю арены, волоча нас с Эллайджей по песку. Мы остановились лишь у стены. Только теперь я понял, что то же самое произошло со всеми. Каждая пара оказалась далеко от остальных.

Попробовал подняться. Никак. Браслет был словно прибит к земле.

— Итак, Колизей! Второй акт начинается прямо сейчас!

По всей арене вспыхнул огромный магический круг. Песок задрожал. Из-под земли одна за другой начали подниматься металлические стены.

— Капитан! София!

Сам не знаю, зачем, но я выкрикнул их имена.

— Гэбриэл!

Я успел увидеть Софию лишь на мгновение. Она исчезла за металлической конструкцией. Грохот наконец стих. Со всех сторон нас окружали металлические стены. Впереди оставался только один проход.

Я медленно повернулся к Эллайдже.

Теперь мы остались только вдвоём.

Мы с Эллайджей остались вдвоём в изолированной комнате с единственным проходом. Тусклые источники огня едва освещали помещение и уходящий в темноту коридор. Не было слышно ни единого звука.

— Так, ну и че это за херня?

— Тоже хотелось бы знать, — ответил я.

Я попытался подняться, но рука осталась по-прежнему прибитой к земле. Браслет намертво удерживал её на месте.

На стене напротив нас неожиданно появилось прямоугольное изображение. Ведущий Клаус уже готовился что-то сказать.

— И снова здравствуйте, мои дорогие. У вас наверняка много вопросов. Понимаю.

Он понимающе закивал.

— Но не стоит переживать! Сейчас дядюшка Клаус быстро вам всё объяснит.

Он достал красный камень.

— Каждому из вас нужно добыть вот такой камешек. Алый рубин. Это ваш пропуск наружу. Они разбросаны по всему лабиринту, в котором вы сейчас находитесь. Каждый камень охраняет один из минотавров Колизея.

Картинка изменилась. На ней показали двухметрового рогатого зверя. Четыре руки, в каждой — оружие. Серая шерсть покрывала всё тело, а глаза светились красным.

— Забавная зверушка… Чтобы завершить испытание, вам нужно раздобыть для себя рубин, не умереть от рук минотавра и найти выход из лабиринта с камнем в руках. Вроде ничего сложного, а?

Клаус хихикнул, прикрыв рот ладонью.

«Ну да, конечно. Сущий пустяк, чёрт возьми.»

— Итак, рубинов всего двадцать пять. Но не стоит так отчаиваться, друзья! Колизей справедлив. Поэтому для самых отважных мы оставили окно.

Он улыбнулся.

— Если вы убьёте минотавра, это тоже засчитывается за пропуск. Победа достаётся тому, кто нанесёт последний смертельный удар.

Клаус придвинулся к камере, будто собирался поделиться секретом.

— И ещё кое-что. Для самых внимательных и ловких. Ущербных и убогих. Вас мы тоже не оставили без внимания.

— Да давай уже быстрее! — раздражённо бросил Эллайджа.

Изображение вновь сменилось.

На стене появилась ящерица. На её спине мерцали кристаллы. Она резко повернула голову, сорвалась с места и внезапно стала невидимой.

«Так, этот вариант отметаем сразу.»

— Где-то в лабиринте прячутся три мерцающие ящерки. Если поймаете их и приведёте к выходу, это тоже считается! Учтите: ящерка должна быть живой. Иначе провал.

Клаус широко развёл руками.

— Подытожим: всего три пропуска — камень, убитый минотавр и ящерка. Без одного из этих трёх пропусков лабиринт вас не выпустит. Ну, вот и вроде бы всё!

Он восторженно поднял руки над головой.

— Удачи в поисках!

Проекция исчезла.

Вновь стало тихо. Затем сила, удерживающая браслеты, внезапно отпустила. После этого мы смогли подняться. Я медленно размял затёкшую руку. В запястье неприятно покалывало, будто кровь только сейчас начала нормально циркулировать.

Эллайджа тем временем уже смотрел в единственный проход. За ним начинался лабиринт. Узкий коридор уходил в темноту, стены были сложены из массивных серых плит. Где-то далеко мерцал тусклый свет.

Я быстро проверил своё снаряжение. Осталось три длинных ножа и шесть метательных по бокам. Сумка за спиной всё ещё была на месте.

— Ну как, ты готов?

Я оглянулся на своего напарника. Тот выглядел так беззаботно, словно мы отправлялись на прогулку. Отряхнулся, хрустнул шеей и подобрал свой здоровенный меч.

— А то! Давай за мной, пацан.

Эллайджа уверенно зашагал вперёд, потянув меня за собой. Из-за расположения браслетов мне приходилось всё время держаться справа от него.

Мы не успели сделать и пяти шагов, как меня смутил один из камней. Он слишком сильно выбивался из остального пола, выложенного каменными плитами.

— Стой!

Я дёрнул руку назад, но Эллайджа уже успел наступить на него.

Пол под его ногой располовинился. Изнутри тут же показались стальные колья.

Громила чудом удержался на одной ноге благодаря натянутому тросу.

Я заглянул вниз.

Между двумя половинами плиты торчали десятки стальных кольев. Их кончики были заточены до блеска. Один шаг — и они проткнули бы всё тело насквозь.

Эллайджа посмотрел вниз, потом на меня. Он весело присвистнул.

— Во дела! Ты погляди, ловушки!

— Ага, весело ему. Да если бы не я — ты уже сдох, придурок.

Я дёрнул сильнее, и здоровяк плюхнулся на задницу.

На стене коридора снова вспыхнул прямоугольник с Клаусом внутри.

— Ой-ёй, кажется, я всё-таки кое-что забыл.

Клаус скривил дурацкую рожу и почесал затылок.

— Ну естественно! Лабиринт сверху донизу наполнен разными ловушками! Уда-ачи!

Изображение исчезло.

«Чтоб этого клоуна…»

Мы продолжили идти, но вскоре Эллайджа опять активировал ловушки одну за другой.

Чем дальше мы заходили, тем меньше мне это место нравилось. Ловушки становились сложнее. Где-то из стены выстреливали короткие копья, где-то пол внезапно уходил вниз. Один раз сверху посыпались тяжёлые каменные блоки, и нам пришлось прижаться к стене, пока они с грохотом пронеслись мимо.

Эллайджа, кажется, вообще не собирался осторожничать. То наступит не на ту плиту, то обопрётся рукой о стену — повсюду срабатывали смертельные механизмы.

Последняя из попавшихся ловушек сработала прямо перед нами. Огромное лезвие с грохотом опустилось сверху. Эллайджа успел заблокировать удар мечом, но его впечатало в стену.

Несколько секунд я молча наблюдал за этим недоумком.

Сдерживая напор механизма, бугай прохрипел:

— Эй… пацан… может, сделаешь уже что-нибудь?

Я скрестил руки.

— А зачем? Ты всё равно меня не слушаешь. Пусть уже эта штука тебя располовинит. Мне же проще будет.

— Ах ты ублюдок! Ну подожди… ща я выберусь и тебе кранты…

— Давай-давай, я подожду, — сказал я, зевая и устраиваясь поудобнее на полу.

Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил:

— Ладно! Я понял!

— И что именно ты понял?

— Ты ведёшь… я… следом!

— И ты будешь делать то, что я скажу? И так, как я скажу?

— Да иди ты нахер!

Я лишь развёл руками.

— Ладно.

— …Ой да хер с тобой! Да-да! Ты за главного! Теперь доволен? Убери уже эту хрень!

Услышав желанные слова, я взобрался по огромному лезвию вверх. Сделал пару движений ножом, и механизм опустился.

Здоровяк тяжело рухнул на землю.

— Вот сразу бы та…

Он тут же схватил меня за горло и припечатал к другой стене. Его карие глаза бешено впились в моё лицо.

— Пацан. Ещё один такой выкрутас, и дальше я пойду гулять с твоей оторванной рукой. Уяснил?

— Кха… А надо было сразу меня слушать. — Я указал глазами вниз.

Эллайджа посмотрел туда. Нож в моей руке находился всего в паре сантиметров от его живота. Уголки его рта поползли вверх.

Он отпустил меня и громко захохотал.

— Вот что значит мой напарник! Ну, слово я держу. Так что вперёд. Теперь ты ведёшь. — Громила неслабо хлопнул меня по спине, подталкивая вперёд.

«Получилось не совсем так, как я хотел. Но главное — теперь он хотя бы слушает.»

Теперь, когда вёл уже я, мы продвигались значительно быстрее и без особых приключений. Не знаю почему, но я быстро определял, где находятся ловушки. Будто какое-то внутреннее чутьё подсказывало, куда наступать точно не стоит.

Я остановился перед очередной плитой. На вид она ничем не отличалась от остальных. Но внутри что-то неприятно кольнуло. Не страх. Скорее уверенность — не сюда.

Эллайджа не переставал спрашивать, почему я решил обойти именно её. Я подобрал камешек и бросил его в плиту. Раздался тихий щелчок. Длинный шип выскочил из неё. Мой неугомонный напарник поднял руки и наконец замолчал.

Я по-прежнему ничего не мог вспомнить о событиях до Колизея.

«Кем я был? Почему я всё это умею? Как я вообще попал сюда?»

Вопросов становилось только больше, пока мой мысленный монолог не прервал здоровяк, плетущийся позади.

— Эй… Эй пацан!

— Чего?

— Говорю, как ты это делаешь?

— Ты про что?

— Как определяешь, где будет ловушка?

— Сам не знаю.

Эллайджа закатил глаза.

— Вот смотрю я на тот чёрный камень впереди — и он мне не нравится. Не нравится и всё тут. Может, потому что этот камень чернее остальных? Или потому что он лежит как-то отдельно. Но через него я точно не шагну.

— Да ты прям стратег, — съязвил Эллайджа.

— Уж получше тебя буду. Пока что это работает, и ладно.

За спиной послышалось неразборчивое бурчание.

— Слышь, здоровяк, когда встретим минотавра, как поступим? Есть идеи?

— Да че думать. Замочим гада. Одному блестяшка, второму его башка. Оба в плюсе.

— Другого ответа я и не ожидал. Но ты не забыл?

Я подёргал за трос.

— Мы связаны. Если бы у тебя были свободны обе руки, ты бы наверняка смог его завалить. А так наши шансы резко падают вдвое.

Я осторожно обошёл следующий участок пола. Здоровяк старался повторять за мной, следуя моим указаниям, но в этот раз немного отступил в сторону.

— Эй! След в след, я сказал.

Он замер и только через секунду заговорил с напыщенным видом:

— Всё ровно, пацан. Может, уже я поведу?

— Ага, щас! Не хочу лишиться головы раньше времени.

— …Я вот о чём: если наткнёмся на минотавра, надо сначала понаблюдать за ним. Может, удастся его отвлечь и выкрасть камень. В правилах убийство не было обязательным.

— Ну так не интересно-о.

— Зато безопасно.

Мы продолжали наш спор ещё какое-то время. В конце концов остановились и решили всё самым мужицким образом — сыграли в камень-ножницы-бумагу.

Победа была за мной, а Эллайджа валялся на полу, переживая позор поражения.

Коридоры извивались самым разным образом. Запомнить карту в голове было практически нереально. Влево, вправо, вниз и вверх. Я уже раза два потерял внутреннее направление. Иногда коридор внезапно уходил под уклон, а через несколько десятков шагов снова поднимался. Где-то над головой слышалось глухое эхо, будто за стеной проходил другой отряд. Иногда оно удалялось, иногда приближалось. Мы не знали, сколько участников находилось вокруг нас. Мы шли практически вслепую, обходя ловушки, пока не наткнулись на развилку.

— Влево. Чую, нам влево, — уверенно заявил Эллайджа.

Не хотелось с ним соглашаться, но слева и правда кто-то шумел.

Я молча указал влево и направился туда.

— Ну, я же сразу сказал — влево…

С каждым шагом шум становился всё громче. Чем ближе мы подходили, тем отчётливее я слышал бой. Кто-то уже сражался.

Я осторожно выглянул из-за стены и увидел картину.

Какая-то пара уже билась с минотавром. Один принимал удары на широкий щит, вооружившись мечом. Второй стоял у него за плечом и стрелял из лука.

У минотавра щита не было. Зато в каждой руке он держал оружие: два меча снизу и две булавы сверху. За его спиной, на небольшом алтаре внутри стены, сверкал алый рубин.

Минотавр бил серией атак, не давая мечнику выйти из защиты. Стрелы, попавшие ему в плечо и грудь, только сильнее его раздражали, но далеко от камня он не отходил.

Я присмотрелся внимательнее.

Минотавр почти не обращал внимания на стрелка. Каждый раз, когда щитоносец пытался оттеснить его от алтаря, зверь тут же возвращался обратно. Он словно защищал не себя, а именно камень.

Я перевёл взгляд на проход за алтарём. Расстояние — несколько шагов. Если попасть в слепую зону, всё можно закончить, даже не вступая в бой.

— Вот он! Пошли замочим гада!

Эллайджа уже хотел рвануть вперёд, но я вовремя его остановил.

— Куда?! Ты что, забыл? Я победил, значит, делаем по-моему. Пока он занят этими двумя — хватаем камень и уходим.

Было видно, как Эллайджа сдерживается из последних сил, чтобы не возразить. Но проигрыш есть проигрыш.

— По моей команде… погнали!

Мы рванули из-за стены к камню, удачно попав в слепую зону минотавра.

Тем временем зверь поднял обе булавы над головой, готовясь обрушить их на человека.

Булавы рухнули вниз.

Щитоносец резко рванул вправо. Ему удалось избежать прямого попадания, но он не учёл одного: его напарник с луком находился прямо за ним и тоже дёрнулся вперёд и свалился лицом вниз.

— Н-нет!

Чёрное копыто размозжило его голову, резко оборвав предсмертный крик.

Увидев это, второй боец опешил. Он упал и попятился назад. Бежать не получалось — тело его напарника словно железный якорь медленно волочилось по земле.

И тут в его поле зрения попались мы.

До камня было уже рукой подать — всего каких-то два шага. Выживший боец завопил и указал пальцем в нашу сторону.

Я мысленно закрыл глаза.

«Твою же мать.»

Я поспешил забрать рубин.

Двухметровое чудовище развернулось в нашу сторону. Увидев нас, бегущих к камню, минотавр за три шага оказался возле меня.

Я успел схватить камень.

Мощный пинок копытом в живот. Меня отбросило на несколько метров, а натянутый трос потащил за мной Эллайджу.

Здоровяк сразу вскочил на ноги и принял стойку.

— Взял?

Я оглянулся. Рубина не было. Видимо, выпал из руки во время удара.

— Нет…

— Как знал, что надо было его сразу мочить. Вставай.

Я поднялся, занял место справа от своего напарника и достал длинные ножи.

— По-огнали! — скомандовал он и рванул с места.

Широкий горизонтальный замах. Минотавр без особых усилий остановил его удар двумя клинками. Несколько секунд они удерживали давление.

Я уже хотел обойти его сзади, но Эллайджа дёрнул меня на себя. Мы оба едва не столкнулись.

— Куда прёшь, пацан?!

Я оглянулся на трос. Два метра — максимум. Я уже знал это по прошлому испытанию.

«В одиночку мы могли бы разойтись по сторонам. Здесь же любое движение одного тянуло за собой второго.»

Две булавы обрушились сверху. Я рванул вправо, а Эллайджа — влево.

Трос натянулся между нами.

Удар пришёлся точно в центр. Нас потянуло вслед за тросом и швырнуло на землю. Ножи выскользнули из рук и разлетелись по каменному полу. Голова загудела. Картинка перед глазами начала расплываться.

Несколько секунд зверь стоял неподвижно, словно выбирая, какую добычу прикончить первой. Почему-то решил начать с меня. Он подошёл и замахнулся левой булавой.

Пока чудовище замахивалось, я успел прийти в себя. Короткий метательный нож воткнулся в основание копыта.

Минотавр взревел.

Я тут же перекатился влево, подобрал свои ножи и потащил за тело здоровяка. Громила ударился головой о булыжник. Его вырубило.

Пока тварь пыталась дотянуться до раненой ноги и вытащить нож, я оттащил Эллайджу чуть подальше.

— Очнись, кретин! Подъём!

Я тряс его за ворот, а потом влепил ему пощёчину. Он несколько секунд не реагировал, потом застонал.

— А? Пацан?

— Да-да, пацан. Вставай давай!

Пока я приводил его в чувство, минотавр куда-то исчез.

Я замер.

— Стоп. Где он?

След простыл. Словно его здесь никогда и не было.

Я подошёл к алтарю, возле которого выронил камень. Его тоже не было. Как и того выжившего рыцаря. Только обезглавленный труп его напарника по-прежнему лежал на месте — уже без руки с браслетом.

«Какого чёрта? Куда он подевался?»

«Видимо, второй отрубил руку вместе с браслетом, воспользовался суетой и прибрал к рукам камень. А когда рубин обрёл владельца, минотавр, возможно, исчез. Это только мои догадки, конечно, но… похоже на правду.»

— Алё… слышь, пацан?

— А? Ну чего тебе? Не видишь, я думаю.

— Пф, много будешь думать — думалка сломается.

Здоровяк присел на большой камень, опираясь на меч. Я провёл ладонью по животу. Там, куда пришёлся удар копытом, уже начинала разливаться тупая боль.

— Живой?

— Пока да. А ты?

— Тоже.

— Ни камня, ни рогатого упыря. Че делать будем?

— А что остаётся? Давай немного передохнем и…

Первый толчок был едва заметным.

Я даже не сразу понял, что произошло. Под ногами что-то глухо дрогнуло. С потолка посыпалась мелкая каменная крошка. Второй толчок оказался мощнее. Стены задребезжали, а где-то в глубине лабиринта раздался протяжный гул.

Эллайджа вскочил.

— Это нормально?

— Понятия не имею.

Очередная встряска заставила нас обоих отступить.

И тогда я понял: лабиринт двигался.

Мы мгновенно подняли оружие и встали плечом к плечу. Повсюду раздались звуки, будто стены и пол начали меняться местами. Грохот не прекращался несколько минут.

Где-то далеко с грохотом обрушился целый участок стены. Следом по лабиринту прошла низкая вибрация, будто под землёй двигался гигантский механизм. Каменные плиты под ногами медленно сдвигались, некоторые поднимались, другие проваливались.

Я невольно представил весь лабиринт целиком — десятки коридоров, залов и ловушек, которые прямо сейчас меняли своё положение. Мы больше не могли рассчитывать даже на тот путь, которым пришли сюда.

Затем всё стихло.

— Ну и че это было?

— Даже знать не хочу.

С двух сторон одновременно стены начали медленно опускаться, образуя два новых прохода. Из глубины каждого вышел минотавр. За ними сверкнуло что-то красное.

Мы тут же начали отступать.

— Пацан, есть план? — осторожно спросил Эллайджа.

— А что такое? — нервно усмехнулся я.

— Куда подевался весь твой боевой настрой? Ты же хотел зарубить их. Вот, пожалуйста, целых два.

Он недовольно цокнул.

— Если бы только не эти железки…

— Ага, конечно…

Внезапно по лабиринту раздался знакомый голос:

— Думаю, достаточно. Пора добавить новое правило.

Ошейники загудели.

Из небольших отверстий по краям моего ошейника вырвались струйки пара. Я рефлекторно прикоснулся к шее. Уже мысленно попрощался с головой, но один вопрос не давал мне покоя.

«За что?»

На передней части ошейника вертикальная зелёная полоса начала набирать яркость.

Я сделал глубокий вдох.

Тепло мгновенно разошлось от шеи вниз по груди. Следом энергия маны прокатилась по всему телу. Мне сразу стало легче. Словно высохшую землю накрыло водопадом.

Голос Клауса словно ответил на мой вопрос:

— Теперь будет ещё веселее.

После глубокого вдоха я заново начал чувствовать ману. Попрыгал на месте, перенёс вес с ноги на ногу — тело стало легче. Попробовал создать шар из маны. Не вышло.

«Видимо, сил хватает только на небольшое усиление тела.»

Эллайджа вообще не отреагировал.

— Эй, пацан, че это с тобой?

— А ты не почувствовал?

Бугай посмотрел на меня с самым вопросительным выражением лица.

«Он что, действительно как дикий зверь?»

— Проехали, объясню потом. А сейчас уходим.

Я уже развернулся, натягивая трос.

— Да давай их почикаем.

«Нет, по-нормальному этот громила точно не понимает.»

— Слышь, у тебя что, инстинкт самосохранения совсем отсутствует? Мы одного-то завалить не смогли. А тут их два!

Эллайджа молча сверлил меня взглядом. Времени не было.

— Камень. Ножницы. Бумага!

Я снова одержал победу.

— Есть. Уходим отсюда!

Здоровяк недовольно цыкнул и опустил меч.

Мы двинулись по длинному коридору назад, постепенно ускоряя шаг. В такой спешке трудно находить ловушки. Пришлось максимально напрячь восприятие, усиленное маной. Изредка я оглядывался, определяя расстояние. Один минотавр по-прежнему шёл за нами неторопливым шагом. Второй куда-то пропал.

«Может, остался сторожить камни?»

Внезапно позади нас раздался щелчок механизма.

Пронзительный крик монстра прокатился по длинному коридору.

Я обернулся.

Минотавр угодил в напольную ловушку. Из плиты выдвинулись три высоких шипа, пронзившие его ногу.

«А это мысль.»

— Эй, — я окликнул напарника, который без особого энтузиазма топал за мной, даже не оборачиваясь.

— Ну чего?

— Всё ещё хочешь зарубить его? — я кивнул в сторону хромающего монстра позади.

Глаза Эллайджи загорелись, и на его лице проступил довольный оскал.

— Ты ещё спрашиваешь!

— Тогда приготовься. Есть у меня одна мысль. Если выгорит — разживёмся и камнями, и очками за смерть монстров.

— Ах ты сукин сын! Я в деле!

Я показал Эллайдже место для боя. Ловушек там почти не было. Остальные я ему уже показал.

«Минотавр ранен — это наш шанс. Я думал, что для монстров из лабиринта ловушки не проблема. Но, видимо, ошибался. Значит, можно обернуть это в свою пользу.»

Рогатый монстр, прихрамывая, двигался к нам. В каждой руке он сжимал односторонний топор.

Я взял лук и пустил в него пару стрел. Целился в глаза — я уже видел, что его шкуре такое нипочём. Двумя взмахами топоров минотавр отбил стрелы от своей головы.

— Откуда у тебя лук?

— Подобрал с трупа, когда искал камень.

Эллайджа хмыкнул.

— Лук, он, значит, взял, а камень упустил.

— Заткнись. Лучше скажи, ты запомнил зону и где стоят ловушки? Смотри, не наступи.

— Да-да.

«Сейчас будет ещё одна ловушка перед минотавром, и он вступит в нашу зону.»

Я выпустил стрелу в кирпич стены рядом с монстром. Из неё тут же показалась труба, и на минотавра хлынуло пламя. Он вспыхнул и попятился, размахивая руками.

— Сейчас!

Мы сорвались с места. По моему плану Эллайджа инициирует атаку, а я пробиваюсь через блок. Нужно было держаться рядом, чтобы не повторить прошлую ошибку.

Эллайджа занёс огромный меч над головой и прыгнул.

Но врезался в потолок.

И повис.

«Вот же…»

— Учитывай местность перед тем, как размахивать своей дубиной! Кретин!

Минотавр уже оклемался от огня. Оказалось, что его шерсть не особо горит. Он понёсся на висячего Эллайджу, но тот не собирался отпускать свой меч.

Я метнулся вперёд и принялся поливать монстра стрелами, заставляя его остановиться и прикрываться руками.

— Давай живее, вытаскивай свой меч!

Эллайджа уже перевернулся и упёрся ногами в потолок, пытаясь выдернуть своё оружие.

Я выпускал одну стрелу за другой, пока не истратил все.

— Чёрт.

Поняв, что шквал прекратился, минотавр вновь ринулся в атаку.

— Эллайджа?

— Ща-ща!

«Может кинуть в него нож? Нет, такую шкуру точно не пробьёт. Вся ставка только на мощные удары Эллайджи.»

Я достал длинные ножи и принял стойку.

В последний момент Эллайджа напрягся, рванул ещё раз и выдернул меч из потолка. Его тело завертелось вперёд, словно колесо. Меч пошёл первым. Лезвие просвистело в паре сантиметров от меня и с хрустом разрубило две правые руки минотавра. Монстр взревел и попятился.

Я замер.

— Ты меня чуть не убил!

— Ну не убил же! — ответил здоровяк, выдергивая меч из пола.

«Чтоб тебя…»

Я убрал длинные ножи обратно за пояс и подобрал топоры из отрезанных рук.

— Что дальше, «гений»?

— Благодаря твоему безумному трюку слева теперь его слабая сторона. Бей туда, а я подхвачу.

— Кто добьёт?

— Давай ты — одной проблемой будет меньше.

— Идёт.

Мы сорвались с места. Эллайджа — слева, я — справа. Конструкция тросов не позволяла зайти с другой стороны, а мне ещё приходилось следить за ногами, чтобы не запутаться в нижних тросах.

Широкий взмах слева.

Минотавр развернул корпус, одной рукой отбил выпад безумца и замахнулся второй. Я сбил её левым топором и следом правым рубанул по его руке. Лезвие застряло на середине, в мышцах и плотной шерсти. Монстр пнул меня в живот, отбросив на шаг. Затем всем корпусом вжал Эллайджу в стену, придавив его меч двумя левыми топорами.

«Этот пинок был слабее предыдущего. Наверное, ослабел из-за ран. Но всё равно больно.»

Я вскочил и подобрал топоры.

— Пацан, давай!

Эллайджа отпустил меч и выскользнул вниз. Давление минотавра разом впечатало меч с топорами в стену. Пригнувшись, Эллайджа вынул из сапога нож и пырнул минотавра в живот, делая продольный разрез.

Я подскочил к нему. Минотавр дёрнулся к Эллайдже, но я успел резануть сухожилия на его ногах. Ноги подкосились, и он рухнул на колени.

Я занёс два топора с разных сторон и свёл их вместе.

Кровь брызнула мне на лицо.

Голова минотавра отделилась от тела.

Туша свалилась на Эллайджу и окатила его кровью. Несколько секунд мы молча не двигались.

Вскоре цифра тридцать три на моём браслете загорелась красным. Я спросил у здоровяка про его браслет, но тот остался без изменений.

— Может, так они помечают тех, кто добил монстра.

— Похоже на то… Эй, мы же собирались отдать его мне.

— Мда уж. Наверное, я просто поддался моменту. Извиняй. Найдём тебе другого, не переживай. На мой план это не повлияет.

— Да ладно. Момент и правда был зачётный.

Я плюхнулся на пол рядом с ним.

— Так… Сейчас переведём дух и пойдём обратно.

— Что, назад?

— Ага. Там сейчас два камня и один монстр-охранник. Я же говорил, что мы разживёмся и тем и другим.

— Ах ты хитрю-юга, — Эллайджа мягко пнул меня своим сапогом.

Мы слегка рассмеялись.

От лица Клауса фон Штука.

В центре колизея всё так же висели четыре больших экрана. Каждый был разделён на несколько изображений — по одному на каждую пару. Такая же копия была и у меня на смотровой площадке.

— Хмм… Кого бы выбрать…

На одном изображении двое пытались выбраться из зыбучих песков. Рядом гладиаторы изучали стены, прощупывая каждый сантиметр.

— О, вот это кажется интересным.

Я включил микрофон.

— Что ж, колизей! Вам, наверное, интересно, что же это сейчас произошло?

Я сделал небольшую паузу.

— Наши гладиаторы сейчас нас не слышат. А дело вот в чём. Вся хитрость лабиринта заключается в особой магии расширения пространства. Внутри он в разы больше самой арены.

— А теперь давайте взглянем на наших бойцов поближе.

Я указал на нужное изображение. Бун, сидевший рядом, увеличил его на всю ширину экрана.

— Вы только посмотрите! Номерам сорок один и тридцать четыре удалось выкрасть камень! И как же они будут его делить?

На экране двое что-то яростно обсуждали. В конце концов один из них всё же отдал камень напарнику. Они прошли всего несколько шагов. Тот, что шёл позади, внезапно вонзил меч в спину своего напарника. Затем отобрал камень и принялся отрубать ему кисть и стопу — прямо в местах крепления браслетов.

— Какой поворот событий! Интриги, предательства — тут возможно всё! Правилами абсолютно не запрещается отбирать камни и убивать своих напарников.

Я усмехнулся.

— Вот только, чтобы победить, нужно ещё найти выход.

Я переключился на другую проекцию. На одной из проекций пара в ужасе бежала от минотавра. На другой здоровяк в дредах размахивал своим огромным мечом.

«Хм, это же тот самый отличившийся. Видимо, эти решили не убегать.»

— О, Бун, давай вот эту.

— Что мы видим! Номера сорок два и пятьдесят вступили в перепалку с пятнадцатым и семнадцатым. Похоже, парни увидели лёгкую добычу в лице старика и молодого парнишки и решили устранить конкурентов.

Один из мужчин подошёл к старику слишком близко.

Замахнулся.

И тут же оказался на земле.

— Вот это старики у нас! Ха-ха! Тут не бывает безобидных овечек!

Ещё несколько смертей. Одни погибли при неудачной попытке украсть камень. Другие просто сражались друг с другом. Кто-то и вовсе не дошёл до монстра — ловушки, расставленные по всему лабиринту, прекрасно выполняли свою роль.

Я щёлкнул пальцами.

— Оливия.

— Да, господин Клаус, я здесь.

— Что говорят ВИПы? Эти старики изменили своё мнение?

— Да. Они очень довольны второй частью. Просили передать вам свою похвалу.

— То-то же. Эти толстосумы не могут распознать всё великолепие этого испытания.

— Вы ведь над ним столько старались.

— Так, всё, хватит.

Я показал ей два пальца вверх, затем указательный вниз.

— Кофе, двойной. Поняла.

— Что ж… Кажется, пора расшевелить эту кучку дикарей.

Я снова включил микрофон. Ухмылка сама проскользнула по моему лицу.

— А теперь, дамы и господа… Давайте проверим, как хорошо бегают наши гладиаторы.

Я активировал одну из печатей.

Земля на первой проекции задрожала. Затем на второй. Потом — на всех остальных. В центре лабиринта одна из стен раздвинулась в стороны. Из открывшегося прохода в разные стороны выбежала стая чёрных собак.

Трибуны взорвались криками восторга.

На одной из проекций уже несколько пар независимо друг от друга приближались к месту с двумя рубинами. Их почему-то охранял всего один минотавр.

— А это… любопытно.

От лица Гэбриэла.

— Чёрт бы побрал этих псин. И откуда их столько навалилось? Эй, здоровяк, ты как там?

— За себя лучше переживай, мелкий. Я ещё сотню таких переехать могу.

— Ага, заливай дальше.

Мне казалось, что обратный путь будет быстрее и безопаснее. Но в какой-то момент лабиринт опять задрожал, и из всех щелей на нас ринулись чёрные псы — те же, что были ещё в начале. У Эллайджи было прокусано бедро и расцарапана левая рука. Я отделался парой синяков благодаря доспехам.

Внезапно по всему лабиринту раздался до раздражения знакомый голос ведущего:

— Динь-дон, динь-дон! Спешу сообщить вам, дорогие гладиаторы, что из двадцати пяти камней без владельца осталось всего десять.

— Что, уже? Так быстро?

— У того, кто владеет камнем, номер на браслете будет светиться зелёным. У убившего минотавра — красным. Поторопитесь, мои дорогие.

Ведущий злорадно усмехнулся, и его голос затих.

Я перевёл взгляд на свой браслет.

«Так вот что это за свечение.»

— Чёрт. Эй, здоровяк, давай поторопимся.

— И без тебя уже понял, «умник».

Мы приближались к месту назначения — по крайней мере, я так думал. Узкого коридора с двумя комнатами уже не было. Вместо него уровнем ниже открылся большой круглый зал. В центре стояли два алтаря, а между ними нёс стражу минотавр. В каждой руке он сжимал по мечу.

Я притормозил, оценивая обстановку. Здоровяку позади уже не терпелось броситься в бой.

— О, смотри, пацан, вот он! Всё ещё стоит тут. Как ты и говорил.

Эллайджа хлопнул меня по спине так, что я аж придвинулся вперёд.

— Тихо. Мы здесь не одни.

С западной и восточной сторон две пары осторожно приближались к центру. Они крались, держась в тени, и явно не замечали друг друга. А я с высоты видел всю картину.

«Выходит, не один я до такого додумался. Стоило догадаться.»

— А тебе не всё ли равно? Спрыгнем на них и перебьём ушлёпков. Мы первыми нашли это место.

— Драться не обязательно. Нужно забрать хотя бы один камень — и мы в выигрыше. Подождём немного. Хочу посмотреть, что из этого выйдет.

Эллайджа громко фыркнул, закатил глаза и плюхнулся на землю.

— Ты совсем не умеешь веселиться.

— У тебя очень извращённое понятие веселья.

Пока мы спорили, одна из пар выдала себя. Сначала они бросили камень в сторону минотавра. Рогатое чудовище даже не сдвинулось с места. После этого, вооружившись двуручным мечом и трезубцем, они бросились в атаку.

Вторая пара спряталась за большим камнем и наблюдала за происходящим.

Боец слева сделал колющий выпад трезубцем. Минотавр встретил его двумя правыми руками. Клинки его мечей застряли между зубьями трезубца, остановив выпад. Второй боец одновременно ударил справа, размашисто занося двуручный меч. Две левые руки минотавра приняли атаку, остановив лезвие. Обе стороны замерли, сцепившись с чудовищем.

— Там! — крикнул боец с двуручным мечом, заметив двух воинов, крадущихся к восточному алтарю.

Минотавр повернул голову в их сторону и рванул двуручный меч на себя. Одной левой рукой он продолжал удерживать клинок, а второй занёс рукоять собственного меча и со всей силы ударил ею бойца по спине. Тот рухнул на землю. Теперь обе левые руки минотавра оказались свободны. Он развернул обе руки к копейщику, собираясь пронзить его двумя мечами. Тот вовремя отскочил.

Минотавр даже не стал его добивать. Развернувшись, он бросился в другую сторону. Три больших шага. Минотавр успел добраться до восточного алтаря и протаранить одного из воинов, врезавшись в его щит.

Никто не мог пробиться. Две пары. Два камня. И один минотавр в центре, способный мгновенно обороняться с любой стороны.

— Да сколько ещё можно ждать!

Мой напарник показал мне знакомый жест — наш уже привычный способ решать споры.

— Камень, ножницы, бумага.

— Еху! Наконец-то моя взяла!

«Вот именно сейчас ему надо было выиграть, да…»

— Готовься, неудачник! По моей команде спрыгиваем на них, как кара небесная!

Тем временем внизу уже завязался трёхсторонний бой. С одной стороны — копейщик с трезубцем и боец с двуручным мечом. С другой — щитовик с булавой и мечник с парными клинками. А в центре — четырёхрукий минотавр, сражавшийся со всеми сразу. Обе пары старались сосредоточиться только на монстре, избегая ударов друг по другу. Наверное, все единогласно решили сначала избавиться от самой большой опасности.

В этот момент мы с Эллайджей с криком спрыгнули с обрыва прямо на минотавра.

Увидев нас, обе пары разом отступили в сторону. Минотавр встретил выпад Эллайджи всеми четырьмя клинками. От ударной волны его ноги немного вдавило в землю. Я приземлился рядом, пока мой напарник продолжал давить на него.

Слева от меня трезубец вонзился монстру под рёбра. Я тут же выбил оружие своими топорами и не дал копейщику закончить начатое. По нашему новому плану мы должны были либо забрать один камень для Эллайджи, либо позволить ему добить монстра.

Минотавр быстро пришёл в себя и отогнал всех в разные стороны. Красная кровь сочилась из раны под рёбрами, но чудовище продолжало твёрдо стоять на ногах.

Клинки каждого были направлены друг на друга. Все против всех. На несколько секунд воздух будто застыл.

— Так. Давайте все немного успокоимся.

Я демонстративно приспустил топоры.

Остальные неспешно повторили за мной. Минотавр стоял возле двух алтарей и, кажется, с интересом наблюдал за происходящим.

Я показал браслет с красными цифрами.

— Здесь два камня и один монстр. Нам нужно только что-то одно из этого. А вам?

Парень с парными клинками показал свой браслет, горящий зелёным.

— Нам тоже.

Мы все посмотрели на другую пару.

— А у нас нихрена нет, понятно?! Так что всё, тупик, бля!

Воин с трезубцем поднял оружие вверх. Все остальные повторили за ним.

«Дело пахнет керосином.»

— Тихо-тихо. Я предлагаю: пусть каждая пара заберёт что-то одно — и все останутся в плюсе. Мы даже можем взять минотавра на себя. А? Как вам такое?

Мечник и щитовик уже будто готовы были согласиться, но другая пара возразила:

— Не пойдёт. Давайте мы заберём себе два камня, а вы подерётесь за монстра.

Эллайджа уже не выдержал:

— Слышь, хмырь. Да у тебя совсем инстинкт самоуничтожения отказал?

Я удивлённо взглянул на него.

«Уж кто бы говорил.»

Я пихнул его локтем.

— Самосохранения.

— Чего?

— Инстинкт самосохранения.

— Да пофиг. Давай уже прибьём тут всех!

Он поднял своё оружие над головой. Все остальные снова насторожились, встав в стойки.

«Надо уменьшить количество врагов.»

Я обратился к паре щитоносца и мечника:

— Народ, мы берём на себя минотавра, а вы — этих двоих. Добычу пополам. Договор? Можем поменяться противниками.

Они призадумались.

Копейщик, похоже, осознавал, в каком они положении. Он запаниковал.

— Да че вы его слушаете?! В атаку!

Он бросился вперёд и сделал выпад трезубцем.

Эллайджа будто только этого и ждал. Он отбил колющий выпад и пинком отправил копейщика в полёт. За ним следом кинулись щитовик и мечник.

— По рукам!

Эллайджа дёрнулся за ними, чтобы добить копейщика, но я едва успел его остановить.

— Эй, пусть они этим занимаются. У нас сейчас другой противник.

Эллайджа оскалился.

— Если просрут, всем тут бошки поотрываю.

— Да-да. А теперь за дело, как и планировали.

Мы встали в стойки.

Пока за спиной шёл бой два на два, перед нами застыл двухметровый рогатый монстр.

— Какой план, пацан?

Я вздохнул.

— Делай что хочешь. Заруби его уже.

Он довольно потёр ладони.

— Вот это по-нашему.

И бросился вперёд. Я следом за ним. За всё это время я уже привык подстраиваться под его темп.

Минотавр взревел и занёс клинки над головой.

На миг всё тело Эллайджи засветилось. Он набрал побольше воздуха и сделал мощный рывок. Боковой удар его гигантского меча встретился с блоком минотавра. На секунду оба остановились. А затем минотавр отлетел к стене.

— Ха! Пацан, ты это видел? Как я крут!

— Потом. Добиваем его, быстрее.

Мы уже собрались двинуться с места, как стены кругом задрожали. Пол заходил ходуном, а из-под земли вырастали новые стены. Путь к отброшенному минотавру быстро оказался перекрыт.

— Камни!

Мы подбежали к алтарям.

Но камней уже не было. Ни одного.

Лишь краем глаза я заметил, как мечник выбегает из комнаты. Поймав мой взгляд, он лишь невинно пожал плечами.

— Твою мать!

Я хотел последовать за ними, но огромный валун свалился с потолка и разбил алтарь в шаге от нас, преградив путь. Затем посыпались ещё.

— Уходим. Живо!

Мы пустились в противоположную сторону. Из этой комнаты было только два выхода. Избегая града камней, мы едва успели покинуть комнату.

Лишь через несколько минут мы с Эллайджей остановились перевести дыхание.

— Блядь! Гадство! Увижу — прибью уебков!

Эллайджа то пинал, то бил соседнюю стену от злости.

Я же сел на землю и смотрел вниз, прокручивая последние события в голове.

«Столько сил — и всё впустую.»

«Надо искать дальше. И в этот раз — никаких торгов.»

От лица Софии.

Мы молча шли по тёмному тоннелю. Единственным источником света был факел в руках Катарины. Казалось, этому коридору не будет конца.

Я остановила сестру.

Она сначала недоумённо посмотрела на меня, но быстро поняла, в чём дело. Я подобрала сломанную ветку и бросила её вперёд, прямо в едва заметную растяжку.

Последовал небольшой взрыв. Несколько камней разлетелись в стороны, а место, где сработала ловушка, почернело на расстоянии одного шага.

Я повернулась к сестре и положила руку ей на плечо.

— Теряешь хватку, Кэт.

— Не зови меня так… И я без тебя её видела, — возразила она, убирая мою руку.

Мы продолжили идти.

— А что не так? Ты перестала быть моей сестрицей Кэтрин из приюта Святого Павла?

— …Той маленькой и беззащитной Кэтрин… больше нет.

— Хмпф. Всё равно «Катарина» мне нравится меньше.

— А тебе и не должно.

Коридор постепенно начал уводить влево.

— Чёрт бы побрал этих клоунов в костюмах. Расставили все эти детские ловушки и думают, что мы так просто на них попадёмся?

— Ну, для нас может, и бред… Но для неопытного человека вполне себе способ распрощаться с жизнью. Взять хотя бы ту растяжку. Такая не убьёт, но ногу покалечит точно. А с такой ногой далеко не убежишь.

— Да дело не только в них. Само испытание — дерьмо. А эти монстры с камнями? Ты же видела. Нам достаточно было загнать одного в узкий проход, где его размашистые атаки потеряли всякий смысл. Два копья, два ножа — и вот он уже свалился как мешок дерьма.

— Не знаю, как ты, а я просто рада, что нам не пришлось долго рыскать в поисках рубинов по всему лабиринту. Нашли и ладно.

Я разглядывала свой браслет с цифрой двадцать, светящийся зелёным.

— Давай уже поскорее найдём выход. Я есть хочу.

Катарина вдруг остановилась.

— Слышишь?

— Да.

Она погасила факел. Мы вынули оружие и пригнулись. Немного поодаль показался силуэт. Было слишком темно, чтобы разглядеть его как следует, но одно было ясно — он один.

Катарина жестами предложила внезапно атаковать цель.

Я возразила. Лучше пусть пройдёт мимо.

Со стороны это, наверное, выглядело как обычное махание руками в темноте.

— Кто здесь? Покажись! Или начну стрелять.

Звук натянутой тетивы разнёсся эхом по тёмному пространству.

— Чёрт… всё из-за тебя! — прошептала Катарина.

— Вот не надо меня сейчас во всём винить! — я шикнула в ответ.

Незнакомец опять заговорил:

— Дважды повторять не буду. Считаю до трёх…

Я решила ответить первой.

— Эй! Не стреляй. Ты друг или враг?

— Зависит от ваших камней. Они у вас есть?

— А у тебя?

— Скажем так, лишнего мне не надо.

— Нам тоже. Может, разойдёмся мирно?

— Покажите ваши браслеты.

Мы с сестрой переглянулись. Я настойчиво кивнула. Она была вынуждена согласиться. Мы показали свои браслеты, светящиеся красным и зелёным, не выходя из укрытия.

— Теперь верю. Можете выйти. Я не буду стрелять.

Я уже собиралась встать, но сестра схватила меня за одежду.

— А если он лжёт?

Я пожала плечами.

— Тогда просто убьём его. Он один, а нас двое.

— Ладно…

Мы поднялись и пошли навстречу. Катарина снова зажгла факел, и мы наконец смогли разглядеть человека перед собой.

Молодой воин с узким разрезом глаз, чёрными волосами и смуглой кожей. Он показал нам свой зелёный браслет.

— Я же сказал — мне лишнего не надо.

— Почему ты один? — спросила Катарина, указав на его руку и ногу.

Его браслеты были соединены ещё с одной парой, но та теперь была пуста. Лишь следы крови напоминали о том, кому они принадлежали.

— Это… долгая история.

— Хм. Хочешь, вместе поищем выход?

Катарина пихнула меня локтем.

— Давай-ка отойдём на минутку.

Мы сделали несколько шагов в сторону. Только убедившись, что воин нас не услышит, она заговорила:

— Совсем спятила? Неужели не поняла, что здесь никому доверять нельзя?

— А кто говорил про доверие? Дон правильно сказал — чем нас больше, тем лучше. Пусть идёт впереди.

— …Мне это всё равно не нравится.

Мы вернулись к воину и предложили ему временно объединить усилия.

Он охотно согласился.

Спустя некоторое время разговор зашёл о его напарнике. Они попытались выкрасть рубин у минотавра, но напарник допустил ошибку, и минотавр убил его первым. В это же время парень успел добраться до алтаря и схватить рубин. Смирившись с неминуемой участью, он обнаружил, что монстр исчез. Воин остался один — с камнем в руках и трупом напарника на привязи.

— Погоди, а как ты…

Она замолчала на полуслове, и её лицо заметно помрачнело.

Мне стало не по себе. Я автоматически потянулась к ножнам.

— Кэ-эт… ты чего?

— …

Катарина резко рванулась вперёд.

Я успела отшатнуться в сторону. Лезвие едва задело мои волосы. Вытащив кинжал, я сделала ответный выпад, и наши клинки сцепились.

— Совсем спятила?!

— Он жив, даже без напарника. Значит, я могу закончить свою миссию и исполнить приговор.

Катарина отпустила давление и тут же провела горизонтальный режущий взмах. Я пригнулась, пропуская лезвие над головой.

— Кэт, ты вообще слышишь, что говоришь?

— Более чем.

Она попыталась ударить снова. Я знала этот приём и успела подставить кинжал, после чего толкнула её в сторону. Катарина отступила всего на шаг и тут же вернулась в атаку.

Я блокировала один удар за другим, стараясь не отвечать слишком жёстко. Она была моей сестрой, и я всё ещё надеялась, что смогу остановить её без серьёзных травм.

— Давай просто поговорим!

— Нам не о чем говорить.

— Конечно, есть! Ты ведь сама понимаешь, что это безумие!

Катарина мгновенно изменила направление атаки. Я ожидала, что она пойдёт сверху, но она ударила сбоку и заставила меня отступить. Попыталась зайти с другой стороны, но Катарина уже была готова. Она встретила мой выпад своим клинком и толкнула меня плечом. Я отступила на несколько шагов.

— Ты никогда раньше так не дралась.

— Потому что раньше мне не приходилось сражаться с тобой.

Она вновь двинулась вперёд.

На этот раз я уже не пыталась просто защищаться. Наши клинки несколько раз столкнулись, и от каждого удара по тоннелю разносился звон металла. Я знала, как она двигается. Знала, какой ногой она обычно начинает атаку, как переносит вес перед выпадом и куда уходит после промаха. Но Катарина знала меня не хуже.

Сделала шаг вправо, собираясь обойти её, но она предугадала движение и резко пнула ногой. Я успела заблокировать пинок, но меня отбросило назад.

Трос натянулся.

Катарину потянуло за мной следом.

Я упала на спину, вытянула ноги вперёд и упёрлась ими в сестру, после чего перебросила через себя. Катарина рухнула на землю, но почти сразу вскочила. Я поднялась следом.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.

— Дура набитая! Разве ты не понимаешь? Ты для них ничто! Просто расходный материал! Тебя отправили в самую задницу мира, чтобы подчистить хвосты. Чёрт возьми, да мы даже не знаем, где мы сейчас!

— Заткнись… Ты не понимаешь…

— Чего именно?

Катарина крепче сжала рукояти ножей.

— Его приказы — абсолютны. Мы всего лишь солдаты.

— В первую очередь мы — люди!

— Эм… Девушки, может, не стоит?

Воин сделал шаг в нашу сторону.

Мы одновременно повернулись к нему.

— Не вмешивайся!

— Правильно, это только наше дело, — сказала Катарина.

Она приняла стойку, держа два волнистых ножа обратным хватом.

— Кэт… не делай этого.

— Прости, сестрёнка. У меня нет выбора.

Катарина бросилась вперёд.

Я встретила её атаку, но теперь уже не могла позволить себе только отступать. Она не собиралась останавливаться, а каждый её взмах становился всё жёстче. Я отбила один нож, второй прошёл рядом с боком. Перехватила её руку и попыталась сбить её с ног, но Катарина вывернулась и тут же ударила меня локтем. Я отшатнулась.

Мы опять сошлись. Металл столкнулся с металлом, высекая искры. Я отбила её правую руку, но вместо ожидаемого второго выпада Катарина резко сменила направление и попыталась достать меня левой. Я едва успела отвести голову.

До этого я старалась лишь выбить оружие из её рук. Теперь приходилось действовать иначе. Я перехватила её следующую атаку и толкнула Катарину назад.

— Он есть. Давай убежим! Пошли со мной.

Она замерла на мгновение.

— Я… я не могу.

Теперь уже я рванула вперёд, но Катарина уклонилась от удара сверху. Я попыталась ударить коленом, но она успела закрыться руками.

— Тогда хотя бы дождись финала! Там и решим всё.

Катарина смотрела на меня, не двигаясь. Я увидела сомнение в её глазах.

— Хоро…

Она не договорила.

Голос будто исчез. Лицо Катарины внезапно исказилось от боли. Она схватилась за горло и рухнула на колени. Ножи выпали из её рук.

— Кэт!

— Н-не могу… дышать…

Татуировка на её шее засветилась жёлтым. А следом загорелись глаза.

— Должна… исполнить…

Она нагнулась, подняла ножи и бросилась на меня. Я уже приготовилась принимать удар, но через секунду увидела, как наш новый спутник пустил стрелу ей в плечо.

Катарина откинулась назад.

Воин мгновенно оказался рядом.

— Прости!

Он схватил её и перебросил через себя, завершив приём удушающим захватом. Катарина недолго сопротивлялась, после чего обмякла. Жёлтое свечение татуировки погасло.

Лишь убедившись, что она полностью обезврежена, воин обратился ко мне:

— Ты уж извини, но твоя сестра явно не в себе.

— Она всегда была вспыльчивой. Но это… это что-то новенькое. Да и спасибо. Ты правда выручил.

— Там, откуда я родом, принято отвечать добром на добро. Ты решила помочь мне, а я тебе.

— Хорошо сказано.

Я перевела взгляд на Катарину.

— Так. А теперь давай приведём её в чувство. У меня очень много вопросов.

Воин кивнул.

— Но сначала свяжем?

— Естественно.

От лица Клауса фон Штука.

— Ах… Какая драма. Сестра против сестры.

Тело само приняло театрально-трагичную позу.

— Чем дальше, тем интереснее, дамы и господа!

Крики трибун разносились по арене.

Я выключил микрофон.

— Хм. Что-то не вижу больше ничего интересного.

— Оливия, детка. Не пора ли нам запустить «колесо»?

— Печать ещё не восстановилась, господин. Придётся подождать.

Я откинулся в кресле, запрокинув голову.

— Не люблю ждать. Бун, есть идеи?

— Как насчёт этих, господин?

Он указал на проекции с номерами два и девять.

— Рыцарь и самурай, да? Скучно, но выбирать особо не из чего. Врубай.

Бун увеличил изображение их пары.

Их движение было заметно медленнее, чем у предыдущей пары сестёр. Они основательно проверяли каждый шаг и пару раз даже были на волоске.

Вскоре они встретили минотавра. Этот охранял свой камень, вооружившись короткими копьями. Рядом с ним в землю были воткнуты ещё с десяток таких же.

Недолго посовещавшись, пара пошла в атаку. Тяжёлый рыцарь выставил щит во весь рост и ринулся вперёд, принимая на себя удары. Из-за того, что они бежали зигзагом, минотавру было тяжело попасть по цели. Из десятка с лишним брошенных копий в щит попали только два.

Приблизившись достаточно близко, рыцарь приподнял щит и протаранил минотавра нижним остриём. Следом массивный молот проломил ногу монстра, заставив его опуститься на колено.

В этот момент из-за его спины выскочил самурай. Одним взмахом меча он отсёк монстру голову.

От увиденного Бун присвистнул.

— Ну я же сказал. Скука смертная.

— Эти двое… Они же сидели за одним столом со всеми перед началом раунда. С теми сёстрами, — уточнил Бун.

— А-а. Те самые…

Я вновь включил микрофон.

— Вот это… профессионализм в чистом виде! Именно это я и имею в виду, когда говорю всем, что в нашем колизее — самые отборные бойцы со всего света!

Толпа пошумела. Но как будто слабее обычного.

«Ишь какие. Только крови им подавай.»

Я устало присел обратно.

— Оливия?

— Ещё десять минут, сэр.

Я сверлил её взглядом, затем показал указательным пальцем круговое движение вверх и опустил три пальца вниз.

— Виски. Три кубика льда. Сейчас будет!

От лица Гэбриэла.

— А я те говорю, пацан. Из-за этих железок ты как черепаха — едва поспевал за мной, — ответил Эллайджа, закончив мочиться за камнем.

— Я лучше побуду черепахой, но целой. В отличие от кое-кого.

— Это ты сейчас на что намекаешь?

Я указал на его перебинтованное бедро.

— Это что ли? Пф-ф. Пустяки.

— Не все такие толстокожие, как ты. И хватит называть меня пацаном. Я же уже назвал тебе своё имя — ГЭБРИЭЛ!

— …Не, слишком длинное. Пацан проще. Я так только тебя называю.

— Ты невыносим… Стоп, а «Эллайджа» хочешь сказать короткое имя?

— Мне можно.

— Хренасдва. Будешь теперь Элла.

Бугай прищурился.

— Звучит как-то по-бабски.

— Ну что ты. Когда-то, в какой-то стране, был такой король.

— Хм, король, говоришь?

— Ага.

— …Не, всё равно не нравится.

Я вздохнул.

— Тогда просто Эл.

— Чё? Ты сократил моё имя до одной буквы, офигел?

— Ага. Это тебе за «пацана».

Он снова подозрительно покосился в мою сторону.

— …Ла-адно… Один-один.

Вдруг лабиринт задрожал. Я уже заметил, что он меняется через определённые промежутки времени. Мы встали возле стены, осматриваясь по сторонам. Спустя несколько минут всё успокоилось.

Я решил поинтересоваться у своего напарника:

— Как думаешь, что на этот раз?

— Да хрен его знает.

Со стороны, откуда мы пришли, появился парящий мыльный пузырь. Затем ещё один. Постепенно они заполнили всё пространство, медленно приближаясь к нам.

Я уже хотел кинуть в них камень, чтобы проверить, что это такое, но мой напарник меня опередил. Подойдя поближе, он решил лопнуть один шарик остриём своего меча.

Бах!

Эллайджу отбросило назад. Небольшой взрыв спровоцировал цепочку из соседних пузырей, и те будто бы сразу ускорились.

— Тц. Вот надо было тебе лезть, а.

Я помог ему подняться.

— Мне просто стало интересно. Чёртов лабиринт. Куда ни плюнь — везде какая-то жопа.

— Валим отсюда.

По какой-то причине с каждым новым взрывом пузыри ускорялись всё сильнее. Сначала мы просто шли быстрее, затем перешли на бег. Взрывы один за другим раздавались всё ближе.

Мы завернули налево и упёрлись в тупик.

Пузыри уже заполняли коридор позади нас.

— Ну и куда ты нас завёл?

Я быстро осмотрелся по сторонам.

— Там! Давай наверх, подсади.

Эл встал у стены. Я разбежался и подпрыгнул, вогнав оба ножа в стену. Переставляя их один за другим, я быстро вскарабкался наверх, развернулся и протянул руку.

Пузыри уже заполнили большую часть пространства. Отступать было некуда.

Здоровяк разбежался и подпрыгнул. В момент прыжка его ноги на секунду засветились. Он ухватился за мою руку и забрался наверх.

Стена задрожала от взрывов. Пузыри уже поднимались следом за нами.

Мы побежали дальше. Вскоре впереди очередная развилка — на этот раз сразу три пути.

— Да погнали уже хоть куда-нибудь. Не хватало мне ещё откинуться от какого-то пузыря.

— Погоди, я что-то слышу.

Из двух боковых проходов выкатились новые пузыри. Помимо тех, что уже подступали сзади.

Нам не оставили выбора, и мы побежали прямо. За спиной раздалась целая очередь взрывов. Она стремительно приближалась.

Сбоку показалась комната с минотавром.

— О, смотри! Там монстр, — заметил Эллайджа.

— Да в жопу его.

Через несколько секунд мы остановились. Нас загнало на выступ. Обратный путь был только назад — в коридор, уже полностью заполненный взрывными пузырями. Они были совсем близко.

Я осторожно заглянул вниз.

Не было видно ровным счётом ничего.

— Прыгаем.

Я повернулся к Элу.

— Что, прости?

— У тебя есть идеи получше?

Ответить было нечего.

«С одной стороны — взорваться, с другой — разбиться в лепёшку. Выбор так себе.»

Но что-то не давало мне покоя. Нас будто специально загнали именно сюда.

«Взорваться будет всё же больнее.»

— Ладно, убедил.

Мы разбежались и прыгнули прямо в пропасть.

Эллайджа выкрикнул:

— Джеронимо!

Я ничего не видел. В свободном падении искал хоть что-нибудь, за что можно зацепиться. Воздух бил в лицо, а земля всё никак не приближалась.

Посмотрев на безмятежное лицо своего напарника, раскинувшего руки в стороны, я даже почувствовал какую-то неловкость.

«И как я до такого докатился?»

«Если бы я был один, я бы ни за что не совершил нечто безумное.»

«Всё из-за него. Да. Если умру — это будет вина Эллайджи.»

Я закрыл глаза. Напрягаться уже не было никакого смысла.

Прошло несколько секунд. Потом ещё. Я уже начал сомневаться, что у этой пропасти вообще есть дно.

И тут я во что-то врезался.

Это были какие-то лианы или ветки. Не знаю что, но они смягчили падение. Голова раскалывалась, всё тело ломило от боли.

— Гэбриэл?

«Знакомый голос.»

Я медленно открыл глаза. Блестящее остриё копья смотрело мне прямо в лицо.

— София! Так ты жива.

София увела копьё в сторону и протянула мне руку. Пока мы с Эллайджей приходили в себя, отряхивая с одежды пыль после падения, я заметил, что помимо Катарины с ними был ещё один человек — незнакомый мне.

Не успел Эллайджа до конца отряхнуться, как, завидев остальных, резко достал меч. До них было не больше метра. Незнакомец стоял чуть позади, и девушки вместе с ним тут же приготовились к бою.

— Эй-эй, остынь, здоровяк. Это же Софи и Катарина. Мы только этим утром делили один стол.

Эллайджа не отводил от них взгляда.

— Пацан, неужели ты до сих пор не понял?

— Ну и что же?

— Здесь нет никаких «мы». Есть только ты и я. Потому что мы действительно связаны этой хернёй. Каждый сам за себя. Никому нельзя верить.

— В этом я с дикарём полностью согласна, — ответила Катарина, так же держа лезвие наготове.

Ситуация становилась всё напряжённее.

«Я думал, что за всё это время уже довольно хорошо понял своего новоиспечённого напарника. Но, такого я точно не ожидал.»

София, судя по всему, тоже была в замешательстве и машинально подняла оружие. Затем убрала копьё и положила руку на плечо сестры.

— Кэт, брось. Мы же с ними заодно, помнишь? Чем нас больше, тем лучше.

— Ничего я убирать не собираюсь. Пока этот дикарь тычет клинком мне в лицо.

— Милая, я ведь и всечь могу. Даже не посмотрю, что ты красивая женщина.

— Это ваши друзья? Ну и компашка, конечно, — раздался голос позади девушек.

— А ты вообще кто, нахрен, такой? — здоровяк обратился к незнакомцу.

Я громко хлопнул в ладоши над головой.

Теперь, наконец, всё внимание было обращено на меня. Надо было как-то решать эту дилемму.

«Эх, вот бы Кэп сейчас был здесь.»

Я медленно опустил руки, показывая всем своим видом мирные намерения.

— Давайте, все успокоимся. И поговорим. Нормально. Как цивилизованные люди.

— …

— День был долгий, и он ещё не закончился. Все устали, я понимаю. Но я хочу, чтобы каждый из вас задал себе вопрос.

Я облокотился на большой валун и скрестил руки.

— Что вы хотите сильнее: подраться? Но тогда один из вас точно умрёт здесь. Оставит свои мечты, цели и надежду в этом богом забытом месте! — говоря всё это, я смотрел преимущественно на Катарину и Эллайджу.

Потом забрался на высокий камень.

— Или, вы всё же заткнётесь и научитесь работать вместе. А потом «МЫ» найдём чёртов выход из этого проклятого лабиринта. Как закончим с этим, потом делайте что хотите. Хоть поубивайте друг друга — мне всё равно. Идёт?

В воздухе повисла тишина.

Я и сам почувствовал себя немного неловко. Обычно я не говорю так много. Было видно, как остальные тоже удивились моей внезапной речи.

— Идёт. Если только вот этот дик… — Катарина запнулась, заметив на себе пристальный взгляд моего напарника. — Если вот этот, человек, усмирит свою враждебность. Я согласна.

— Я так изначально была за, — подняла руку София.

— Если девушки согласны — я с ними, — подтвердил незнакомец.

Я подошёл к здоровяку. Его ответ мог всё испортить.

— Эллайджа?

— …

— У нас ведь нет проблем, правильно?

— …Нет, пацан. Проблем нет.

Я положил руку на его клинок и несколько раз надавил, пытаясь опустить его.

— Может… тогда уже опустишь свой меч?

Только после этого он убрал его за спину.

— Ла-адно, убедил.

«Фух… не знаю как, но я справился. Теперь самое сложное позади.»

Постепенно оружие убрали и остальные. Мы расположились на земле, образовав круг. Я подобрал с земли свою сумку с припасами и только после этого присел вместе со всеми. Я решил наконец узнать, кто был этот человек вместе с сёстрами.

— Для начала я бы хотел познакомиться с новым человеком. Кто ты, воин?

— Моё имя Хучугэ-Даян Эрдэнэбаатар Ганболд Хасар.

— …

Он понимающе улыбнулся.

— Зови просто Зайсангом.

— Хорошо, это я точно смогу запомнить и произнести. Наши имена ты уже знаешь. Зайсанг, расскажешь, как вы встретились?

— Почти так же, как и с вами: сначала угрозы, потом недоверие и временный союз. Потом, правда, ещё кое-что произошло…

София слегка пнула его и перебила.

— Главное, что сейчас мы все вместе. Ну как, Гэбриэл, трудно было?

«Она явно что-то скрывает.»

— Ещё бы. Даже хуже, чем я представлял.

Она усмехнулась.

— Как знала, что ты так скажешь.

После этого каждый рассказал остальным всё, что успел узнать. Теперь картина стала чуть шире. Радовало то, что у каждого уже есть пропуск. Кроме Эллайджи.

Осталось раздобыть последний камень и найти выход.

— Хм… Пацан, это чё получается, я могу прям щас смахнуться с тобой?

Я сделал глоток воды из бурдюка и передал его дальше.

— Наверное. Но мы же не станем этого делать?

— …

Молчание Эллайджи вдруг добавило напряжения в разговор. Все ждали, что он ответит. Моя рука невольно опустилась к ножнам.

— …Не. С тобой мне сейчас веселее, чем обычно.

«Хвала богам».

Тут я понял ещё одну проблему: без Дона в роли лидера эта компашка становилась абсолютно неуправляемой.

— И ещё кое-что. Пока Кэпа нет с нами, нам нужен лидер. Хотя бы временный. Тот, за кем будет последнее слово в группе. Иначе мы перегрызёмся все снова.

Зайсанг высказался первым:

— Я здесь человек новый, поэтому не рискну брать на себя такую ответственность. Да и доверия мне пока мало.

— Я пас, — подняла руку Катарина.

— А я, если честно, тоже не особо хороша в таких делах, — неуверенно произнесла София.

Эллайджа поднялся и выпятил грудь вперёд.

— Я могу.

— НЕТ! — все ответили одновременно.

— Да почему?

— Ты неуправляем.

— Слишком вспыльчивый.

— Непредсказуемый.

— Ни разу не видела в тебе лидерских качеств.

Он приподнял ладони вверх и сел обратно.

— Ладно-ладно, я всё понял… Придурки.

— Да уж, беда… — сказал я вслух, а потом увидел, что все они почему-то смотрят на меня.

— Стоп… вы же не хотите сказать…

— Да, Гэбриэл! Ты идеально подходишь.

— Ты единственный, кто смог остановить резню.

— Кроме тебя больше некому.

— Пацан, за тебя уже всё решили. Просто смирись.

«Вот же попадалово.»

Я поднялся и почесал затылок.

— Ладно. Но только временно. Пока Кэп не вернётся, уяснили? Давайте уже выбираться отсюда. Если я всё правильно понял, скоро лабиринт вновь начнёт двигаться и выдаст очередной сюрприз.

Первым двинулся я. Остальные начали собирать свои вещи. Теперь нас было пятеро. И вместе мы отправились на поиски выхода из лабиринта.

— А-а-а!

Все пятеро упали в воду.

Вынырнув, мы поплыли к ближайшему берегу. Под коридором оказался целый затопленный тоннель.

Первым выбрался Эллайджа.

— Бха! И кто сказал, что путь чист?

Я выбрался следом.

— Да не было там ловушек!

— Да ну? А это тогда что сейчас было?

— Не знаю… Ни я, ни Софи ничего не заметили. Не было никакого механизма. Пол будто сам раздвоился.

— Согласна с Гэбриэлом. Уж нас-то в разведке научили как следует распознавать ловушки.

Мы с Софи помогли выбраться Зайсангу.

— А может, нас сюда специально сбросили.

Перед нами стояла огромная каменная дверь. Высотой метров пять, не меньше.

— Вот сейчас и узнаем.

Я поправил мокрую одежду и доспехи.

— Народ, проверьте своё снаряжение. Я уже устал от сюрпризов за сегодня.

Поправляя броню, Зайсанг поинтересовался:

— Обязательно ли нам заходить? Может, есть другой путь?

— Шутишь, что ли? Если есть проход — надо обязательно туда войти! Нас будто приглашают.

Эллайджа провёл рукой по волосам, предвкушая что-то интересное.

— Это мне и не нравится, — возразил Зайсанг.

Я осмотрелся по сторонам.

— Выбора у нас всё равно нет. Это единственное, что здесь есть. Можно, конечно, попробовать плыть дальше по тоннелю, но мы не знаем, куда он приведёт.

— Резонно… — согласился Зайсанг.

— Помните, нам нужен только один камень для Эллайджи и всё. Потом ищем выход.

— Камень я могу просрать. Лучше сначала завалим монстра.

Я недовольно взглянул на него.

— Ну или так. Все готовы?

Остальные собрались рядом и кивнули.

— Тогда заходим.

Мы с Эллайджей навалились на створки и отодвинули их в разные стороны. Сверху посыпались земля и мелкие камни. Перед нами открылась просторная пещера. Казалось, её вырыли огромные звери. Потолок был настолько высоким, что я даже не мог разглядеть его в темноте. В стене напротив стоял алтарь. Тусклый красный свет едва заметно поблёскивал в его центре.

— Пацан, смотри, там камень!

Эллайджа уже сделал несколько шагов в его сторону. Я не успел натянуть трос.

— Погоди!

Вспыхнул свет.

С обеих сторон от алтаря один за другим зажглись огни, освещая всю комнату.

Я развернулся. Единственная дверь за нами захлопнулась, а символы на ней загорелись жёлтым свечением. Перед алтарём из стены рухнула железная решётка.

«Как детей развели.»

Но больше ничего не происходило.

Мы замерли. Я по-прежнему удерживал трос, не давая Эллайдже подойти ближе.

Здоровяк нарушил молчание первым:

— Ну так чё, я иду?

— Погоди. Не может быть всё так просто. Всем быть начеку!

Мы достали клинки. Прошла ещё минута, но ничего не изменилось.

«От нас чего-то ждут.»

Я оглядел комнату.

«Раз за нами наблюдают, они хотят увидеть шоу.»

— Идём. Медленно. Остальные смотрите в оба.

Мы двинулись вперёд заранее оговорённым построением, которое я придумал наспех. Мы с Софией шли впереди благодаря усиленному восприятию. По бокам следовали Эллайджа и Катарина. Зайсанга я поставил в центр для лучшего обзора: его лук и стрелы были почти единственным дальнобойным оружием в нашей команде.

Когда мы прошли примерно половину пути, огромный магический круг под ногами загорелся красным.

Откуда-то сверху раздался оглушительный рёв. Я поднял голову, но было уже поздно.

— В рассыпную!

Мы едва успели разойтись, как с потолка упало что-то большое и тяжёлое. Поднявшаяся пыль разлетелась в стороны, и я наконец разглядел его. Этот минотавр заметно отличался от тех, что мы видели раньше.

Альбинос. Громадный, метра три ростом, выше своих сородичей. Всё те же четыре руки. Ошейник и глаза светились красным. В двух левых руках он держал массивный щит во весь рост, полностью закрывавший его тело.

«Минотавр со щитом? Это тоже что-то новое.»

«Все предыдущие монстры были исключительно атакующего типа.»

В правых руках он держал гигантскую… я даже не знал, как её назвать. Алебарда? Какая-то странная, неправильной формы. Напротив рубящей стороны вместо острого наконечника находился молот. Оружие явно создавалось под его габариты.

Минотавр взревел, ударил алебардой по щиту и встал в стойку, словно приглашая нас к бою.

Из-за того, что нам пришлось разойтись, мы почти окружили его.

— Еху! Пацан, давай в атаку!

Эллайджа сорвался с места.

Я тут же погнался за ним. Он занёс меч и прыгнул вверх. Я тоже оторвался немного от земли, чтобы трос оставался натянутым не слишком сильно.

Альбинос не стал ждать. Он моментально сократил дистанцию, поддел нашим тросом длинной алебардой и швырнул нас обоих в сторону.

Следом бросились София и Катарина. Своими копьями они атаковали минотавра с двух сторон, насколько позволяли тросы. Монстр просто закрылся щитом, полностью скрывающим его огромную тушу с ног до головы. Заблокировав удары, он сделал размашистый взмах, отгоняя девушек от себя.

Свист.

Стрела пролетела у него под ухом. Он тут же закрылся щитом.

Зайсанг сделал ещё два выстрела, но обе стрелы отскочили от металла. Вторая отрикошетила и пролетела рядом с Софией.

— Эй!

— Прости! Тц, быстрый чёрт.

Пока сёстры отвлекали минотавра, мы с Элом поднялись на ноги.

— Эл, какого хрена ты сразу кинулся на него?

— Ты ж меня знаешь. Вижу цель — не вижу препятствий.

«Когда-нибудь меня точно из-за него прикончат.»

«И почему я так быстро среагировал? Даже не подумал перед этим.»

— Ты на меня плохо влияешь.

— Ты про что?

— Неважно. Пойдём поможем. Давай, обходи его сзади.

Я метнул один из топоров минотавру в спину. Монстр вскрикнул и заметил меня. Он с размаху воткнул щит в землю, заставляя сестёр перед собой отступить. Второй топор, уже летящий в него, альбинос отбил алебардой с разворота. Занёс оружие повыше и рубанул в нашу сторону. Мы с Элом отпрыгнули в сторону.

Минотавр занёс алебарду вверх и нанёс горизонтальный удар. Клинок рассекал воздух прямо перед нами. Я следил за ним, стараясь вовремя увернуться, но тут мы врезались в девушек и рухнули на землю.

Клинок просвистел над нами.

Зайсанг стоял вдалеке и продолжал стрелять из лука. Все стрелы либо уходили мимо, либо бились о щит.

Катарина сбросила Эллайджу с себя.

— Какого чёрта? Смотрите по сторонам!

Я помог подняться Софии.

— Наш косяк.

— Берегись!

София толкнула меня назад и сама отскочила в сторону. Рубящий удар алебарды сверху разделил нас.

Эллайджа обрушился всем весом в щит, а я попытался зайти сбоку. София и Катарина обходили минотавра с другой стороны, целясь в ноги. Альбинос сделал мощный прыжок и приземлился у алтаря. Встав спиной к стене, он опять закрылся щитом и выставил алебарду вперёд.

Мы все сошлись в одном месте.

Катарина протёрла лоб от пота.

— Этот беляш заметно умнее, чем тот, который попался нам с Софией.

— Ага. Понял, что мы хотим его окружить, вот и встал у стены.

Зайсанг достал изогнутый меч.

— Мои стрелы тут бесполезны. Я тоже перейду в ближний бой.

— Гэбриэл, твой топор остался у него на спине, да?

Я вытащил из-за спины новый.

— У меня есть ещё. Вы лучше скажите мне, есть у кого идеи? Он сильнее, умнее и не такой агрессивный, как предыдущие.

— Да чё думать? Подбежим и будем рубить его со всех сторон, пока не сдохнет.

Я уже собирался ответить напарнику, как минотавр вновь занёс алебарду.

Его оружие засветилось.

Земля под нами задрожала.

— В сторону!

Едва мы успели отступить, как из-под земли выскочил большой заострённый шип.

«Чёрт. Теперь ещё и магия.»

— Какого ху…

— Охренеть, блин! Он ещё и магией владеет!

В нескольких других местах появились такие же шипы.

«Он словно говорит нам: если не подойдёте ближе, я и так вас достану.»

Эллайджа приготовил меч.

— В атаку!

— Нет! Нам не хватает информации.

Он повернулся ко мне и приготовил руки.

— Камень! Ножницы! Бумага! — вместе.

Катарина покосилась в нашу сторону.

— Придурки, вы что делаете?

— Чёрт…

— Да-а! Короче, в атаку, ребята!

Уворачиваясь от очередного шипа, София крикнула:

— Гэбриэл! Что у вас там происходит?

Я сделал глубокий вдох.

— Давайте попробуем задавить числом! Иначе он нас всех тут насадит на пики.

Мы одновременно сорвались с места с трёх сторон.

Минотавр стоял неподвижно у стены. Алебарда в очередной раз засияла, и перед Софией, Катариной и Зайсангом поднялся ряд высоких шипов, разделив нас. Но останавливаться было нельзя. Здоровенный меч Эллайджи волочился по земле, высекая искры. Оказавшись на расстоянии удара, он взмахнул им снизу вверх. Альбинос перехватил его меч алебардой и воткнул её в землю, не дав Эллайдже даже разогнаться.

Я уже обходил его огромный щит справа.

Но тут трос натянулся.

«Чтоб тебя!»

Альбинос сделал шаг и ударил щитом. Удар я заблокировал, но минотавр всё равно не подпускал меня ближе. Затем он занёс алебарду и рубанул по Эллайдже. Тот встретил выпад, подняв клинок обеими руками.

Я кинул свой топор. Закрутившись в воздухе, он лишь слегка задел руку монстра. Этого хватило, чтобы тот убрал оружие от Эллайджи. Здоровяк моментально попытался разрезать его тело, но клинок глухо отскочил от щита.

Остальные приближались.

Минотавр рванул вперёд и ударом щита отправил Эллайджу на несколько метров. Меня потянуло за ним, а второй топор выскользнул из руки. Размахивая алебардой и одновременно поднимая земляные шипы, альбинос отражал атаки сестёр и Зайсанга. Затем он развернул длинный щит горизонтально и отбросил сначала Софию и Катарину слева. После этого с разворота ударил алебардой Зайсанга, так же отправив его в полёт. Закончив атаку, он отступил к стене.

«Надо как-то отделить его от этой стены.»

— Блин, а это не весело! Он даже не даёт мне нанести удар. Пацан, есть идеи?

— Как раз этим я сейчас и занимаюсь.

— А ты можешь быстрее?

— Вот сам бы и попробовал! — сказал я, уворачиваясь от очередного шипа, возникшего из-под земли.

— Так пробовал уже! Не вышло!

— …Эллайджа! Три шага назад.

Через секунду после того, как мы остановились, из земли показался шип.

— Давай ещё на шесть!

Земля снова начала дрожать.

— Ещё шесть.

— Да чё ты делаешь?

— Просто делай!

Мы отошли. Ничего не происходило.

«Вот и предел.»

— Эй! Все сюда!

Сёстры и Зайсанг поспешили к нам.

— В чём дело? Ты придумал план?

— И почему мы так далеко встали?

— Это радиус магических атак нашего беляша. Тут он не должен нас достать.

«Мне понравилась кличка, данная Катариной.»

Она едва заметно улыбнулась, услышав это.

Зайсанг присвистнул.

— А ты шаришь.

Эллайджа приобнял меня.

— Наш пацан и не такое умеет!

Я поспешил вырваться из его руки.

— В общем, я хочу вытащить его из этой стены. Пока он стоит там, нет никакого толку от того, что нас больше.

— Да, но как?

— Есть у меня одна идея…

Откуда-то сверху посыпались мелкие камни.

Не успел я поднял голову, как огромный каменный шип рухнул прямо между мной и моим напарником.

«Он что, ещё и сверху может?»

— Бля! А мы думали, что тут он нас не достанет.

Все быстро отошли назад. Нас с Эллайджей пригвоздило из-за тросов. Шип упал между верхними и нижними тросами. Чтобы выбраться, нужно было сломать эту каменную глыбу.

Я посмотрел в сторону двери.

— Выиграйте мне время. Я вышвырну беляша в центр арены.

— То есть ты предлагаешь нам втроём его держать?

Я молча уставился на Софию.

— …Ладно! Поторопитесь.

Втроём они побежали на минотавра.

— Эл, делай что умеешь лучше всего!

— Ага!

Пока здоровяк рубил каменный шип, я пытался вспомнить, что осталось в моей сумке, которую я оставил у входа.

— Готово!

— Давай к выходу! Надо забрать мою сумку.

Уворачиваясь от падающих с потолка шипов, мы добрались до двери. Я подобрал сумку и начал доставать из неё всё, что было.

— Чёрт возьми, пацан, и на кой тебе столько хлама?

Я улыбнулся, заматывая три взрывных и одну ослепляющую бомбу вокруг зелёного кристалла.

— Сейчас увидишь.

Мы вернулись к остальным.

«Нужен один точный бросок.»

Из-под земли один за другим, в случайных местах, возникали земляные шипы.

— Ну наконец-то! Это и есть та штука, что вышвырнет его? — спросила София.

— Да. Но у нас только одна попытка. Мне нужно подобраться как можно ближе.

— Я создам тебе такую возможность.

Катарина повела сестру вперёд.

— Я помогу! — сказал Зайсанг и бросился за ними.

Катарина спровоцировала минотавра на колющий выпад, от которого увернулась в последний момент. Продолжая атаку, лезвие её глефы скользнуло по древку алебарды прямо к руке, державшей оружие. Он был вынужден закрыться щитом.

Тем временем София попыталась проткнуть ему ногу снизу. Минотавр тут же приподнял щит и обрушил его прямо на копьё. Древко разлетелось в щепки.

Зайсанг зашёл слева, чтобы отрубить руки, державшие алебарду. Сделав рывок всем корпусом, альбинос сначала отбросил его, а затем отправил Катарину с Софией в полёт.

«Теперь достаточно близко.»

Эллайджа напал сверху, заставив минотавра обороняться.

Я бросил связку из бомб ему за спину.

— Закройте глаза!

Связка ударилась о стену.

В тот же момент все взрывчатые устройства сдетонировали. Последовал оглушительный взрыв, ослепивший всю комнату. Зелёный кристалл в центре усилил мощь бомб. Беляша с огромной силой вытолкнуло почти в центр арены.

— Вперёд!

Мы набросились на него со всех сторон. Удар Эллайджи сверху минотавр заблокировал щитом. Глефу Катарины отбил алебардой и тут же рубанул возле Софии. Я метнул длинный нож ему в ногу. Он отвлёкся на меня и дёрнулся. Зайсанг зашёл за спину и вонзил изогнутый клинок.

Минотавр опустился на одно колено.

— Эллайджа, давай!

Он прыгнул прямо перед альбиносом, занося меч. Хотел красиво разрубить его напополам. Но прямо во время прыжка одна из рук, державших алебарду, потянулась к щиту.

Из него возник небольшой клинок.

— Вот! Блядь!

Клинок пронзил тело Эллайджи, удерживая его на весу. Из раны сочилась кровь.

— Эллайджа!

Здоровяк кашлянул кровью и схватился левой рукой за монстра.

Затем закричал:

— Твоя башка! Моя!!

Он воткнул меч в шею альбиноса и провернул его. Оба рухнули на землю.

Мы бросились к Эллайдже, разворачивая его тело.

— Эй, здоровяк, ты как?

— Вот это… было весело. Кха! — он харкнул кровью.

Я усмехнулся и осмотрел его рану, осторожно вынув из неё клинок.

— Ты ненормальный кретин. И ещё чертовски везучий, ты знал? Органы, похоже, не задеты. Жить будешь.

Он сначала рассмеялся, а потом скрючился от боли.

— Не дрейфь, пацан… Мы ещё повоюем.

— Да-да. А теперь заткнись и дай остановить кровь. Не хочу тащить за собой твою тушу.

После этого каждый проверил свои раны и привёл снаряжение в порядок. Я сделал последний глоток воды из бурдюка и выбросил его. Теперь это действительно была бесполезная вещь. Подобрал свои топоры. Копьё Софии было сломано, но при ней ещё оставались кинжалы. Зайсанг собирал повсюду разбросанные стрелы.

— Эй, глядите-ка!

Мы обернулись к Эллайдже, который уже бодро скакал по пещере, словно его только что не протыкал насквозь трёхметровый монстр.

«Вот это живучесть.»

Держа обеими руками над головой, он показал нам странную алебарду беляша. Она была даже больше, чем его меч за спиной.

Зайсанг почесал затылок.

— Я думал, обычному человеку такое не поднять.

Я скрестил руки.

— Посмотри на него. В каком месте он обычный?

Воитель хохотнул.

— И правда.

— Ну как, всё взяли, ничего не забыли? — спросила София.

Я оглянулся по сторонам и кивнул.

— Вроде да. Давайте заберём камень и поищем выход.

Мы приблизились к решётке. Я уже думал, как её вскрыть.

— Да нафиг он нужен? Я же добил ублюдка. Во, смотри, красный! — Эл показал свой браслет.

— Лишним не будет. Не хочешь испытать новую игрушку?

Я отошёл в сторону и указал на решётку перед алтарём.

— Он ещё спрашивает.

Эллайджа довольно встал, уперев древко в землю, и направил наконечник в сторону.

Но ничего не произошло.

— Пацан, а чё не работает-то?

«Может, дело в мане? Эллайджа использует её инстинктивно.»

Пока я думал, к нему подошла Катарина.

— Дай сюда. Отодвинься.

Теперь странное оружие держали двое. Через мгновение алебарда засветилась, и массивный шип пробил решётку, выйдя из-под земли.

— Уау, как ты это сделала?

Она закатила глаза и молча отмахнулась от него.

Как только я забрал заветный камешек, вся пещера задрожала. Сверху посыпались камни.

— Э-э, Гэбриэл? Может, поставишь камень обратно?

— Не думаю, что это поможет…

С левой стороны открылся проход. Дрожь вокруг прекратилась.

«А вот и выход.»

— Ну что, все готовы? Пойдёмте уже отсюда.

Вдруг меня остановил Зайсанг.

— Вы слышите?

Я прислушался. Из нового прохода доносились шаги.

— Так, всем приготовиться.

Мы достали клинки.

Я проговорил тихим голосом:

— Как только покажутся, не бейте сразу. Сначала Эллайджа напугает их своей дубиной.

Никто не ответил. Все смотрели в сторону прохода. Шаги становились всё ближе.

Я сжал рукоять топора.

София подошла поближе.

— Как думаешь, что будет?

Я тяжело вздохнул.

— Надеюсь… ничего серьёзного.

«Сейчас самое неподходящее время, чтобы опять с кем-то драться.»

Из темноты показался свет.

Мы замерли.

С каждой секундой он становился ярче, а шаги — громче. Я уже различал несколько движущихся силуэтов.

И вдруг среди них разглядел знакомую фигуру.

— …Кэп? Ты, что ли?

От лица Донована. Незадолго до встречи.

Мы наткнулись на большую комнату. Повсюду валялись огромные камни. Сяо подошёл к одному из них. Под камнем была расплющена стальная решётка, а рядом валялись обломки алтаря. Неподалёку стоял такой же, но целый.

— Похоже, тут был бой.

— Ага. Давай немного осмотримся.

Мы обошли помещение и обнаружили два выхода. Один из них оказался завален, поэтому пришлось воспользоваться вторым. Шли мы медленно, тщательно проверяя каждый угол. Ни я, ни Сяо не имели особого опыта в поиске ловушек, поэтому спешить не хотелось.

Через некоторое время Сяо решил нарушить затянувшееся молчание:

— Как думаешь, наши уже выбрались?

— Было бы хорошо, если так. Но есть несколько ребят, за которых я немного волнуюсь.

— Ты про сестёр?

— Не-е. За них как раз можно не переживать. Ты ведь не слыхал про дунарскую армию?

Сяо помотал головой.

— Суровые типы. Всегда стоят до последнего солдата. А про первый разведбат я вообще много чего слышал…

— Тогда о ком ты?

— Тот малой со стариком, наверное, уже мертвы… Ну и Гэбриэл с Эллайджей. Я бы с таким якорем на привязи далеко не ушёл. Мы бы скорее друг друга поубивали ещё в самом начале.

Сяо задумчиво взялся за подбородок.

— Согласен. Тоже не представляю, каково было бы мне с ним.

Он немного помолчал.

— Если выживут вместе — чудо, не иначе.

— Чудес не бывает, — резко отрезал я.

А потом добавил:

— Но да. Если увидим их снова — надо будет отдать Гэбриэлу должное.

Постепенно продвигаясь по длинному коридору, мы начали замечать впереди свет. Чем ближе подходили, тем отчётливее становились звуки ударов металла.

Я осторожно выглянул из-за стены. В большой комнате четверо человек зажимали другую пару с двух сторон. Приглядевшись, я узнал Роба и Розу — тех самых близнецов, что подошли к нам в столовой.

Я взглянул на Сяо. Он сразу всё понял и кивнул.

Мы подобрались чуть ближе, после чего одновременно рванули вперёд.

Первого я встретил щитом и впечатал в стену. Второй тут же развернулся ко мне с мечом, но Сяо перехватил его атаку. Коротким движением он отвёл клинок в сторону и контратаковал, пронзив противнику ногу. Мечник вскрикнул и рухнул на землю, схватившись за рану. Его напарник, оглушённый ударом щита, сполз по стене. Мы быстро заняли их место, прикрыв близнецов с одной стороны и позволив им сосредоточиться на оставшейся паре.

— Кэп! Как я чертовски рад, что вы здесь. Спасибо.

— Потом поблагодаришь, парень.

Я поднял молот.

— Ну что, ублюдки? Теперь четверо на двоих. Или зассали?

Один из бандитов сплюнул.

— Чёрт. Так вы чё, вместе? Эй, парни, уходим. Оно того не стоит.

— Г-Грэг! Помоги! — взмолился раненый.

— Да-да. И этого прихватите. Пока я не передумал.

Я указал молотом на парня без сознания, лежавшего возле стены. Через несколько минут суматохи от бандитов и след простыл. Только после этого, словно наконец сбросив напряжение, близнецы рухнули на пол.

— И вот вы снова спасаете нас, Капитан.

— Не стоит, Роза. Я просто вовремя оказался рядом. Вот и всё. Как вы, идти можете?

Роб дрожащими руками упёрся мечом в землю.

— Дайте нам… пару минут, Капитан. И мы с вами.

Только теперь я заметил кровь на его плече и спине. Розе пришлось перевязать ему раны перед тем, как мы отправились. После этого мы продолжили путь вместе.

После того как мы объединились с близнецами, дальнейшее путешествие прошло без стычек. Не считая пары ловушек и взрывчатых пузырей, которые в итоге загнали нас в длинный коридор. По мере того как мы спускались всё ниже, впереди начал виднеться свет.

Роза подняла руку, и мы остановились. Именно она в их паре лучше определяла угрозы, поэтому мы решили довериться ей.

— Я слышу голоса. Там группа людей, — сказала она.

Я вышел вперёд, закидывая молот на плечо.

— Всем приготовиться.

Мы медленно двинулись к источнику света. Роб был ранен в плечо и спину. Хоть он и заверял, что способен драться, мне хотелось избежать лишней драки.

«Если что, Сяо подхватит. За это время я успел узнать его получше и примерно понял, что он за человек.»

Мы перестроились. Я, выставив щит, шёл впереди. По бокам меня прикрывали Сяо и Роза. Роба решили оставить в центре, чтобы лишний раз его не нагружать.

Наконец я сделал последний шаг и первым вышел из коридора.

После кромешной тьмы свет на несколько секунд ослепил меня.

— …Кэп? Ты, что ли?

Я замер.

Отступил на шаг и протёр глаза.

«Да, действительно они.»

Гэбриэл с Эллайджей. Живы-здоровы. А рядом с ними — сёстры и ещё один незнакомец.

Сяо показался из-за моей спины и приветственно поднял руку. Близнецы сделали то же самое.

Я усмехнулся.

— Народ! Вы до сих пор живы, что ли? Да ещё и все вместе.

Эллайджа выступил вперёд. За собой он волочил по земле какую-то здоровенную штуку.

— Кого-кого, а меня не смей хоронить раньше времени, вояка!

Я положил руки на пояс.

— Даже в мыслях не было. Ты ж живучий, как таракан.

Гэбриэл первый подошёл ко мне и протянул руку.

— Рад видеть, Кэп.

Я посмотрел на него.

«Что-то в нём изменилось.»

— Как и я.

Софи тут же подскочила к нам.

— Эй-эй, Дон! Пока тебя не было, нас возглавил Гэбриэл!

Я повернулся к нему.

— В самом деле? Неожиданно.

Он почесал затылок.

— Да, пришлось. Можно сказать, за меня всё решили. Но теперь, когда ты с нами, я наконец-то могу вернуть тебе место лидера.

«Они сами его выбрали? Не он себя назначил? Любопытно…»

— А не хочешь… встать во главе всей нашей группы?

— Нет-нет. Даже не уговаривай — не выйдет.

Я улыбнулся.

«Проверку прошёл.»

— Да будет тебе. Тебе же понравилось?

— Вот вообще ни разу. Ты не представляешь, как ты был бы кстати, появись ты на пару часов раньше… Их просто невозможно контролировать.

— Но ты же смог? — я приподнял бровь.

— Да, смог. Но это было нелегко. И далеко не сразу всё пошло как надо.

— А это никогда и не бывает легко.

Я приобнял его за шею и продолжил так, чтобы слышал только он:

— Я тебе так скажу, парень. То, что тебе удалось заставить вот этих, работать вместе, многого стоит. Поверь моему опыту.

Он явно не хотел соглашаться со мной, но факты были налицо.

Я развернулся и произнёс так громко, чтобы меня услышали остальные:

— Поэтому я вновь становлюсь главным в нашей группе!

Все обернулись так, будто услышали очевидную новость.

— И назначаю Гэбриэла своим заместителем!

Он поднял на меня взгляд. В его глазах читалось явное негодование.

— О, Гэбриэл, поздравляю!

— Так держать, пацан! Я бы тоже справился, но и ты неплох.

Остальные молча похлопали.

Гэбриэл поспешил выбраться из моей руки.

— Так-так-так, Кэп, я же сказал…

— Не обсуждается.

— Но…

— Нет.

Он тяжело вздохнул.

— У меня сейчас нет сил с вами спорить. Зам так зам. Главное, пусть Кэп командует.

Он отошёл и присел на камень подальше, разбирая своё снаряжение.

«Интересный всё-таки паренёк.»

— Я предлагаю последовать примеру Гэбриэла. Сделаем небольшой привал. Проверьте своё снаряжение, и потом отправимся в путь.

Каждая пара занялась своими делами по разным сторонам комнаты.

От лица Гэбриэла.

После небольшого отдыха мы собрались вместе и обменялись информацией. Я представил всем нового члена группы — Зайсанга. Затем стали думать, куда двигаться дальше. Вот только выход из комнаты был всего один — тот самый, откуда пришёл Кэп со своей группой.

Пока мы обсуждали дальнейший путь, лабиринт в очередной раз пришёл в движение.

— Выбора у нас всё равно нет, Кэп. Надо попробовать.

— Мда. Согласен с тобой.

Я объяснил Кэпу, каким построением мы шли до этого. Он внимательно выслушал меня, не перебивая, а после предложил пару изменений и согласился.

Мы сохранили прежнее построение, только теперь ромб стал значительно больше. Спереди шли я и Роза — благодаря нашему восприятию мы лучше остальных замечали опасность. Эллайджа шёл слева, Кэп и Сяо — справа. В центре находились Роб и Зайсанг. Софи и Катарина замыкали построение, чтобы вовремя заметить возможную засаду.

Эллайджа с восторгом рассказывал Сяо о наших приключениях.

— И ты прикинь, он был белый! С вот этой хреновиной и размахивал туда-сюда! А ещё у него была магия!

— Да уж, хорошо, что он нам не попался. И что было дальше?

— А потом я его зарубил.

— Вот так просто?

— А то! Это ж я.

Услышав, как хвастается этот дурак, я не удержался:

— Не забудь рассказать, что перед этим тебя как щепку мотало в разные стороны.

— Эй!

— А потом его ещё и пырнули перед самым финальным ударом, — продолжил я всё тем же равнодушным голосом.

Эллайджа скривился.

— Вот надо было тебе всю малину портить.

Сяо тихо хохотнул и похлопал его по плечу.

— Не переживай, здоровяк. Я бы всё равно не поверил, что ты завалил такую громадину в одиночку.

Эллайджа раздражённо цокнул.

Я тем временем продолжал обсуждать путь с Розой.

— Вон там, видишь? Нажимной механизм.

Она кивнула.

Я решил поинтересоваться у остальных:

— А как вы справились со своими минотаврами?

— Нам с Кэпом попался дальник с копьями. Мы быстро сократили дистанцию благодаря Дону.

— А потом Сяо отсёк ему голову одним движением, — продолжил Кэп.

— Мы с сестрой один рубин умыкнули у минотавра прямо из-под носа. А второй Рози выкрала у другой пары. Собственно, поэтому нас потом и застали врасплох, пока не появились Капитан с Сяо.

После этого Катарина внезапно заговорила:

— Нам даже напрягаться не пришлось. Встретили чудище, загнали в узкий проход — там и закололи. Дерьмо, а не испытание. Даже не знаю, кем надо быть, чтобы с таким не справиться.

Мы с Эллайджей переглянулись.

— А у вас как было, Гэбриэл? — воодушевлённо поинтересовалась Софи.

— Ну-у…

Эллайджа тут же подхватил:

— Легкотня!

Я переспросил:

— Легкотня?

— Ну да! Ты что, забыл?

— А-а, ну да. Действительно, легкотня. Даже… из головы вылетело.

София недоверчиво покосилась на нас.

Через некоторое время Кэп задал вопрос:

— А кто-нибудь видел того старика с юнцом из столовки?

Все ответили отрицательно.

— Мда. Печально.

Вскоре мы пришли к квадратному коридору. Единственным его поворотом был проход слева.

Кэп остановился.

— Ну вот. Оттуда нас и начали гнать взрывающиеся пузыри. Там впереди, кроме очередного длинного коридора, ничего нет.

Я огляделся по сторонам, сделал глубокий вдох и усилил восприятие с помощью маны. Что-то в стене бросилось мне в глаза.

— Роза, ты ничего не замечаешь?

— Нет… Ничего не чувствую.

— Софи? А ты?

Она вышла немного вперёд и внимательно всмотрелась в стены и потолок.

— Тоже ничего. Никаких ловушек.

«Странно. Неужели только я это вижу?»

— Пацан, не томи. Если ты что-то увидел, выкладывай, не стесняйся, — бросил Эллайджа.

Софи удивлённо повернулась ко мне.

— Гэбриэл, ты что-то заметил?

Я молча кивнул.

— Не знаю, как это работает, но с этой стеной что-то не так.

Потом подошёл ближе.

«На ощупь обычная, твёрдая стена.»

Я достал нож и ударил рукояткой по стене. Она медленно растворилась в воздухе.

Остальные пооткрывали рты. Даже Катарина присвистнула.

— Гэбриэл! Как?! — воскликнула Софи.

— Я же говорю — сам не знаю.

— Но так не бывает!

Я лишь развёл руками.

— Каждый раз это вижу и каждый раз удивляюсь тебе, пацан.

Сяо посмотрел на Дона.

— Всё-таки сделать его замом было хорошим решением.

— Ага.

Кэп повернулся ко мне.

— Гэб, веди.

Дальше мы шли почти в тишине. Ребята лишь изредка и негромко переговаривались друг с другом. Пока я не остановил всех.

— В чём дело?

— Там что-то есть. Не могу объяснить.

— Да, я тоже чувствую чьё-то присутствие впереди, — Роза подтвердила мои слова.

— Нам готовиться к неприятностям?

— Пока не знаю. Давайте сначала мы с Элом сходим и проверим. Если не вернёмся через пять минут, значит, что-то произошло.

Кэп нахмурился.

— Не нравится мне идея разделяться… Но тут я, пожалуй, с тобой соглашусь. Пять минут, не более.

Я кивнул.

Мы с Элом отправились вперёд. Это оказался очередной коридор-перекрёсток. С верхних труб капала вода, а земля под ногами уже превратилась в грязь. Мы остановились в центре.

— Ну как, пацан? Чё-нибудь чувствуешь?

— Тс-с. Помолчи.

Я вслушивался и всматривался по сторонам, пытаясь понять, почему не могу избавиться от ощущения, что здесь есть кто-то ещё.

И вдруг услышал:

— Господин Гэбриэл? Эллайджа? Это вы?

— Кто здесь?! — здоровяк тут же поднял оружие.

— Прошу, не нужно агрессии.

— Кто это? Где вы?

— Наверху… Если вас не затруднит, можете помочь нам спуститься?

Я поднял голову. На потолке, между трубами, виднелись едва различимые две пары глаз.

— Эллайджа, подсоби.

— Да чё всегда я?

— Потому что ты тяжёлый, а я тебя не подниму.

Я забрался здоровяку на плечи и помог неизвестным оторваться от потолка. Вместе мы свалились на землю и они сразу сняли с себя маскировку.

— Дед Иссин! Так это были вы.

Паренёк рядом с ним закашлялся, отряхивая с лица грязь. Я потрепал его по голове.

— И Аска тоже с ним. Как вы тут оказались?

— Погодите, схожу позову ребят.

Вскоре Кэп и остальные присоединились к нам. Мы перекинулись парой слов, после чего из рассказа деда Иссина узнали, что они нашли выход.

— Правда? Ну так чего же мы ждём?!

— Не всё так просто, юный Эллайджа.

Здоровяк нахмурился.

— Как ты меня сейчас назвал?

— На выходе стоит вооружённая до зубов группа людей. Они никого не пропускают. Отбирают камни у каждого встречного.

— Сколько их? — спросил Кэп.

— Примерно, человек шесть-восемь.

Он задумался.

— Понятно.

— А другие выходы вы искали? Может, есть ещё?

Старик помотал головой.

— Поверьте, мы ходили на тысячу шагов в ту сторону и в другую. Ничего. Только пустые комнаты.

— Неужели выход только один? — спросил Зайсанг.

— Похоже на то… — подтвердил Кэп.

— А как у вас с пропусками?

— О, за это можно не переживать.

Они показали свои сумки и слегка покачали их. Что-то внутри запищало и засветилось.

— Да ладно, неужели вы…

— Ага.

— Сразу две?

— Было непросто, но да.

— Поразительно.

«Мы бы с Эллайджей так не с могли.»

Тут Кэп хлопнул ладонями.

— Отлично. Тогда нам ничего не остаётся, кроме как прорываться боем. Все согласны?

Я решил спросить:

— Может, сначала поговорим?

— Думаешь, они станут?

— Нас больше. Вдруг сработает. Если нет — Эллайджа возьмёт всех на себя. Да, здоровяк?

— Говно вопрос!

Эллайджа поднял огромную алебарду над головой.

Кэп хмыкнул.

— Ладно, но разговаривать с ними ты сам будешь. Дипломатия не совсем мой конёк. На крайняк, вынесем всех.

— Идёт.

Только мы собрались идти, как лабиринт задрожал.

— Тц, что опять?

— Что на этот раз?

Мы замерли, придерживаясь стен. Спустя пару минут тряска прекратилась. Из коридора, откуда мы пришли, послышалось движение.

— Не знаю, что это, но мне уже не нравится, — сказала Катарина.

Из-за угла показалась зелёная лиана. Она извивалась по полу, словно искала что-то живое.

Следом хлынула целая волна таких же зелёных щупалец.

Капитан немедленно скомандовал:

— Всем быстро к выходу! Иссина и Аску в центр. Девочки, вы замыкающие!

Мы побежали. Я старался хотя бы попробовать обнаружить ловушки, но ничего не замечал.

«Подозрительно. Но сейчас это нам на руку.»

Я оглянулся назад. Зелёные щупальца становились всё быстрее, догоняя нас.

— Я вижу конец коридора! — крикнула Роза.

— Не оглядывайтесь! Все туда! — Кэп.

Один за другим мы выскочили из арки.

И тут толстая лиана обвила ногу Катарины.

Она дёрнулась и рухнула на землю. Лиана моментально опутала её и начала тянуть назад. Софию потянуло следом.

— Гэбриэл!

— Софи!

Я разогнался и прыгнул, протягивая ей руку. Она ухватилась за неё, и меня дёрнуло следом.

Эллайджа упёрся ногами в землю, создавая противовес. Остальные уже бежали к нам, но было поздно.

Мой стальной наруч, за который держалась Софи, слетел с руки.

Софию и Катарину моментально уволокло обратно. Проход тут же полностью зарос толстыми зелёными корнями.

Я ударил по ним голым кулаком.

— Нет! Твою мать!