[[image:/storage/reader-images/0db1e2970ea4c2fde8bdf941d9064fffcbd1c3f5.png]]

[[image:/storage/reader-images/5f4479c7ee2c38b996b75dc65e3206e8259836fe.png]]

[[image:/storage/reader-images/5a067f9a87e48218816e86f0b0078c15d785dc25.png]]

[[image:/storage/reader-images/61924561156242c3e4e4b31b2bb502e8369da860.png]]

[[image:/storage/reader-images/f4a6f158e0681b105a7769ac1ca4e4b869f6d57c.png]]

[[image:/storage/reader-images/d5701407d1db3cdd0a262696a3bc95ea52590c51.png]]

[[image:/storage/reader-images/176ea9198f66c68f2627d1ea5747c12efef9738d.png]]

[[image:/storage/reader-images/99cead6abb23c89fa34683a09001152a4af75dff.png]]

[[image:/storage/reader-images/b7906030c35dd9228872d2ff90e17810abb8a7d4.png]]

[[image:/storage/reader-images/f447f94399fc0db28a58aae66d27f01d95687ca6.png]]

[[image:/storage/reader-images/15a92747f32033c4ac7fda6656887280a1447f7d.png]]

[[image:/storage/reader-images/20bd58371f01fa006da0a27ae8c03a0c61882d01.png]]

[[image:/storage/reader-images/528f0978d89196f9efa5aba3d5e596e1d0ebb03f.png]]

[[image:/storage/reader-images/5edcc7fb3b92edd6fe7e9df4c0a7976174f7d51d.png]]

Бешеный пёс из трущоб

«Мир, где мужчины и женщины поменялись ролями — это полнейший мусор».

Эта мысль, уже ставшая до боли привычной, подступила к горлу, но я всё же загнал её обратно. В прошлой жизни я был заядлым читателем веб-новелл, настоящим «собакой», пожирающим тонны контента. И тогда жанр гендерной инверсии казался мне весьма занятным.

Но стоило самому оказаться внутри этого мира, как я осознал: реальность куда менее привлекательна, чем страницы книг.

— Блять. Родиться сиротой в трущобах — это уже перебор.

Если бы я попал в мир, где поменялись только гендерные роли, а всё остальное осталось прежним — в привычную, нормальную реальность, — я бы ещё как-то смирился. Да даже если бы я родился в обычной крестьянской семье в каком-нибудь фэнтези-мире, я бы не стал давать столь резких оценок.

Но нет.

— Малыш, похоже, тебе нелегко заработать на хлеб? Пойдём с этой нуной, поиграем немного, и я дам тебе чего-нибудь вкусненького. Как тебе?

Когда слышишь подобные омерзительные предложения по десятку раз на дню, в голове остаётся лишь одна мысль: «Какая же это дрянь».

Живот, выпирающий так сильно, что ремень на нём, казалось, молил о пощаде. Тётка, чьи губы блестели от жира — видимо, только что набивала ими брюхо, — облизывалась, глядя на меня. На вид ей было за сорок, но она всё равно называла себя «нуной». Где твоя совесть, женщина? Даже если это трущобы, как можно нести такую чушь пацану, который годится тебе в сыновья?

— Фу-у.

Что это вообще за хардкорный маршрут такой? Где моё системное окно — привилегия всех попаданцев? Дайте мне хотя бы какой-нибудь магический меч, чтобы я мог прирезать эту жабу.

— Отвали, жирная свинья.

— Что?! Да ты, щенок…!

Я не сдержал клокочущую ярость и выплеснул её, чтобы хоть немного выпустить пар. Жаба, которая до этого строила из себя сама любезность, тут же взбеленилась. Ого, ещё и руки распускать вздумала? Ну, извини.

Бах!

Мой удар ногой оказался быстрее.

— А-а-а! Ты, мелкий гад! Стоять!

Я со всей силы заехал ей по голени. Она схватилась за ушибленную ногу и, подпрыгивая, словно в игре «петушиный бой», заковыляла следом. Было даже забавно наблюдать, как меняется цвет её лица — из красного в багровый.

Прямо как какой-то новый вид хамелеона, а не жабы. Впрочем, чего ещё ожидать от фэнтези-мира?

— Разбежался, сейчас же встал.

Я легко увернулся от её загребущих рук и сиганул в соседний переулок.

— И за что мне всё это?

Внутри шевельнулось злорадство, вызывая усмешку, но стоило мне повернуться спиной, как навалилась тяжёлая усталость. За какие грехи в прошлой жизни меня забросило в этот мир? Если бы я, как герои других новелл о перерождении, хотя бы знал, что нахожусь внутри сюжета, я бы выбил себе все читерские способности, растоптал бы оригинального протагониста и жил бы в своё удовольствие.

Но я даже не знаю, что это за мир.

— Тц.

Засунув руки в карманы штанов, я сплюнул на землю и зашагал прочь. От одного воспоминания о той жабьей роже к горлу снова подкатила тошнота. Если бы кто-то из моего прошлого мира увидел это, он бы сказал: «Да просто дай ей, получишь еды, в чём проблема?». Но разве это возможно?

Пусть я живу здесь уже больше десяти лет, но в прошлой жизни я успел пройти армию и прожить куда более долгий срок. Ценности, формировавшиеся двадцать с лишним лет, не могут измениться в одночасье. Конечно, я умом понимаю, как выгляжу в глазах таких баб. Можно было бы, как другие мальчишки моего возраста, выживать, торгуя телом или строя из себя милашку, но…

Это не по мне.

Ур-р-чание.

— Сдохнуть можно от голода.

Услышав привычный сигнал своего «желудочного будильника», я окончательно помрачнел. В прошлой жизни говорили: «Если на душе хреново — иди поешь мяса». Видимо, этот совет здесь тоже не работает.

Может, порыться в мусорных баках?

Я уже было собирался, подобно гиене, продолжить рыскать по округе, как вдруг услышал шум.

— Эй, ты же дворянка, у тебя небось полно денег! Трудно, что ли, одолжить?!

— Я просто прошу показать кулон!

— Нет! Это ценная вещь, которую мне дала мама!

— Тц, какая ты вредная, даже не по-пацански как-то.

Голоса доносились из-за угла.

— М?

Я заглянул за поворот и увидел четырёх девчонок, которых раньше не встречал. До второстепенных персонажей мне дела не было, но вот розоволосая девчонка, которую в центре зажали в угол, привлекла моё внимание.

Дворянка? Или дочка богатеев? Одежда на ней была добротная, а на шее висел кулон, который явно стоил немалых денег.

Что ж, ситуация ясна. Осталось только…

— Эй, вы, ублюдки. С какого перепугу вы грабите людей на чужой территории?!

Ба-бах!

Время вершить правосудие.

— Ли, Лиша! Ты в порядке?!

— Кха, какой это ещё…!

От моего чистого удара в прыжке тот, кто стоял ближе всех, впечатался в землю и, вытирая кровь из носа, попытался подняться. Похоже, ему не терпелось узнать, чья это нога так лихо приложилась к его лицу.

Ну так я покажу.

— Привет, это я.

Они отшатнулись, словно увидели призрака.

— Бе, Бешеный пёс Арен?!

— Чёрт, почему именно он…!

— Гав-гав.

Не знаю, кто и когда приклеил ко мне это идиотское прозвище, но в этот момент оно пришлось как нельзя кстати. Раз уж вы сами назвали меня бешеным псом, то так тому и быть. Не хотите быть покусанными — опустите глаза и проваливайте.

— Эй, не бойтесь! Нас больше!

А, вот как вы заговорили? Ну да, те, кто не умеет драться, только и могут, что надеяться на численное превосходство.

— Верно, давайте навалимся все вместе!

— Подумаешь, что он сделает, если мы задавим его числом!

— Заставим его скулить у нас в ногах!

Драться я не против, но от последней фразы перед глазами снова всплыла та жирная жаба, и меня передёрнуло от отвращения. Спасибо, что напомнили об этом дерьме. Теперь я точно выбью из вас всю дурь.

— Хм.

Я фыркнул и, не теряя времени, бросился на них.

Пак!

Один точный удар в живот — и тот, что уже получил ногой, повалился на землю, пуская пену изо рта.

Ква-ак!

Удар с разворота в бок — и пацан с веснушками на лице отлетел в стену.

— Откуда у этого парня такая сила…! Кх-эк?!

Последнего, кто напомнил мне о той мерзкой встрече, я схватил за шкирку и со всей силы впечатал лицом в землю.

Один удар — один труп.

Фух, чисто сработано.

Хотелось бы ещё раздеть их и продать шмотки, но сначала надо помочь девчонке.

— Эй, ты как? Не ранена?

Я подошёл к девочке, которая сидела в углу, дрожа от страха, и протянул ей руку.

— А…

С её губ сорвался тихий вздох. Она смотрела на меня так, словно была чем-то заворожена.

— А…

В этот миг мир для неё остановился. Звуки, дыхание, сердцебиение — всё замерло.

Мальчик с редкими чёрными волосами, освещённый солнечным светом, пробивающимся сквозь щели в переулке, широко улыбался. Его голос был низким, а взгляд — пугающе чистым. Для девушки, выросшей в оранжерее, это была сцена из другого мира.

— Эй, ты в порядке?

От его грубоватого, но в то же время мягкого тона Тиа Белль пришла в себя.

— Д-да! Я в порядке. Спасибо, что спас меня.

Она робко протянула руку и сжала ладонь мальчика. Его рука была перепачкана в пыли и грязи, но она не почувствовала ни капли брезгливости.

Тук-тук. Тук-тук.

Чувствуя, как бешено колотится сердце, Тиа Белль хотела спросить имя своего спасителя, но он опередил её:

— Ты кто такая? Это не то место, где стоит околачиваться таким, как ты.

— Ч-что? Ты и сам ещё ребёнок!

Сказал тот, кто выглядел не старше меня. Кто бы говорил!

— А как тебя зовут?

— Я? Арен.

— Арен… А я Тиа Белль Ростайл.

— Ростайл? Оу.

Услышав фамилию, мальчик изумлённо распахнул глаза.

— Из соседнего виконтства Люсиэль?

— Да.

— Разве там в семье виконта не одна единственная дочь?

— Да.

Зрачки мальчика забегали.

— И что ты тут забыла? Это опасное место для такой аристократки.

Арен отчитывал её, как наставник, и Тиа Белль, запинаясь, ответила:

— Я… я вышла одна и заблудилась…

— Одна? Без охраны?

…Она кивнула.

Тиа Белль не могла заставить себя посмотреть ему в глаза.

— Сбежала, значит.

Арен тихо вздохнул. А затем, криво усмехнувшись, добавил:

— В общем, хочешь вернуться домой?

— …Да.

Тиа Белль кивнула так, будто только этого и ждала.

— Ну тогда пошли.

— Э-э? П-подожди…!

Арен, приняв заказ, схватил её за руку и потащил прочь из переулка. Сердце Тиа Белль, которое на мгновение успокоилось, снова забилось в бешеном ритме.

«Дважды за день держать мужчину за руку…»

Даже следуя за ним, она не могла отвести от Арена взгляд. Это было странное чувство. Словно в этом мире остались только они двое.

«Может быть, — внезапно подумала она, — этот мальчик — волшебник, который явился, чтобы показать мне новый мир?»

Сбежавшая юная леди

«За добрые дела воздается сторицей».

И ведь не поспоришь — слова древних мудрецов всегда попадали в самую точку.

— Ням-ням… Ох, вот это да!

Стоило мне впиться зубами в увесистый куриный шашлычок, как во рту разлился мясной сок, заставив все тело содрогнуться от удовольствия.

Сколько же времени прошло с тех пор, как я в последний раз ел мясо? Помнится, в этой жизни — ни разу.

А, нет, постойте. Нужно уточнить. Мясо я ел еще позавчера.

Правда, это была всего лишь крыса, которую я поймал в конюшне и зажарил, но, как ни крути, мясо есть мясо.

— Арен, вкусно?

— Еще бы. Эй, Ростайл, ты тоже ешь, не стесняйся. Налетай.

— У-угу.

После моего настойчивого призыва она, словно подталкиваемая в спину, отправила кусочек шашлыка в рот.

— А…!

Девушка тут же ахнула, и ее глаза, устремленные на шампур, засияли.

Все-таки она из аристократической семьи, видимо, не привыкла к такой уличной еде.

— Ну как, вкусно?

— Ага!

Ее реакция была такой забавной, что я, приподняв бровь, не удержался от вопроса, на который получил такой оживленный ответ.

Пока мы болтали, шагая по улице, курица на шампуре исчезла, словно ее и не было.

Вжух.

Оставшуюся в одиночестве деревяшку я небрежно бросил в придорожную урну и с довольным видом похлопал себя по животу.

Ах да, я ведь чуть не забыл поблагодарить.

Все-таки она мой спонсор, подаривший мне сегодня хлеб насущный, нужно проявить вежливость.

— Спасибо, Ростайл. Благодаря тебе я впервые за долгое время нормально поел.

— Можешь называть меня по имени.

— Правда? Тогда Тиабель.

Разрешила называть себя по имени при первой же встрече? Похоже, она довольно общительная особа.

— Если бы не Арен, у меня бы и эти деньги отобрали. Кстати, сколько дней ты не ел?

— Хм… Позавчера я жарил крысу из конюшни. Так что, получается, дня два?

— Не думаю, что это можно назвать полноценным обедом…

Тиабель отвела взгляд, словно хотела сказать многое, но решила промолчать.

Хотя, по моим меркам, крысятина — это был настоящий пир.

Ц-ц-ц, вот поэтому изнеженные аристократки и не приспособлены к жизни.

— Ты был очень крут, Арен. Несмотря на то, что ты еще мальчишка, ты так уверенно дал отпор тем девчонкам.

Тиабель, уже расправившаяся со своей порцией, обратилась ко мне.

Ее янтарные глаза, и без того приметные, сейчас так ярко блестели, что я невольно подумал: а ведь она очень красивая.

— О, ну… Да. У меня тяжелая рука.

То, что эта фраза звучала для меня до жути неловко, было уже делом десятым.

— Завидую тебе, Арен. Я вот девочка, но совсем не такая крутая, как ты.

— Завидуешь? Другие только и делают, что ругают меня. Мол, что это за парень такой, вечно лезет на рожон.

При звуке ее восхищенного голоса я рефлекторно поморщился и вздрогнул.

Сейчас, когда в трущобах меня уже никто не трогает, это не имеет значения.

Но когда мне было лет восемь-девять, я только и слышал насмешки от местных девчонок.

Разумеется, я всех их проучил.

— Правда? А я считаю, что ты очень крутой. По крайней мере, лучше меня.

Глядя, как Тиабель, опустив голову, носком ботинка пинает камешек на дороге, я почувствовал недоумение.

Впрочем, странно делать выводы о том, хороший человек или нет, когда мы знакомы всего ничего.

Но, по крайней мере, в моих глазах она была вполне нормальной девчонкой.

Раз уж дочь барона не кичится своим положением перед парнем из трущоб, значит, с характером у нее все в порядке, верно?

— На самом деле, мой род из поколения в поколение был рыцарским. Моя мама — потрясающий рыцарь, а я даже меч толком держать не умею, да и силой не вышла. Из-за этого меня постоянно ругают.

— Хм-м.

— Поэтому вчера мы с мамой сильно поссорились. Я хочу стать заклинателем, а она хочет, чтобы я стала рыцарем. Из-за этого я и сбежала из дома.

Вот оно что.

Обычная ссора между родителями и детьми, какая бывает в любой семье.

В прошлой жизни я насмотрелся на такое вдоволь.

Например, когда внук главврача, рожденный в семье врачей, мечтает стать учителем, но не может признаться в этом родным.

— Вот как.

Проблема оказалась серьезнее, чем я думал, и я неловко почесал затылок.

В целом ситуация понятна.

Но давать советы с плеча я не хотел — не в моих правилах лезть в чужую семью со своим уставом.

И все же, глядя на то, как она плетется за мной, опустив голову, я не сдержался.

— Ну, у твоих родителей тоже наверняка были свои причины. Может, на них давили обязательства или ответственность, о которых ты не знаешь. В семейные дела посторонним лучше не вмешиваться.

Я начал издалека, а затем встретился взглядом с Тиабель, которая подняла голову.

— Но ведь ты сбежала из дома именно потому, что не хотела жить по их указке.

Тиабель округлила глаза, а затем медленно кивнула.

— Ты хоть раз серьезно говорила с родителями о том, чего хочешь на самом деле? Не мимоходом, а по-настоящему?

Она покачала головой.

Ну конечно.

Ребенку в таком возрасте трудно противостоять авторитету родителей.

Но так ничего не изменить.

— Тогда это просто бегство. Ты столкнулась с проблемой и решила от нее спрятаться.

— …

— В конце концов, ты ведь уже знаешь, чего хочешь. Будь то чувство вины перед родителями или страх перемен — ты сама себя загоняешь в рамки.

Я медленно подошел к ней, глядя, как дрожат ее зрачки.

Я даже не заметил, как мой голос стал звучать громче.

— Послушай, родители не проживут жизнь за тебя. Это твоя жизнь, верно? Ты этого хочешь? Уверена? Тогда делай. Это единственный правильный путь.

— А…

— Но не убегай. Станет ли хуже или лучше — иди и разберись с родителями по-взрослому. Дави на жалость, убеждай словами, иди напролом. Может, все сложится куда лучше, чем ты думаешь.

Выпалив все это, я вдруг почувствовал неловкость, будто возомнил себя бог весть кем, и натянуто улыбнулся.

— Впрочем, не слушай меня, я ведь никто, чтобы давать советы.

У меня нет права вмешиваться в чужую жизнь после пары часов знакомства.

Но когда молодая девушка, которой только предстоит расцвести, вот так понуро винит во всем себя — у меня внутри все закипает от досады, вот я и сорвался.

Я боялся, что перегнул палку, но, к счастью, похоже, это были именно те слова, которые она хотела услышать.

— Спасибо, Арен. Ты первый, кто сказал мне такое.

Глядя на ее робкую улыбку, я и сам невольно улыбнулся.

— Да не за что. Отрабатываю шашлык. Станешь великим заклинателем — купишь мне еще.

— Хорошо, обязательно.

Если она станет великим заклинателем, разве она не сможет купить мне не просто шашлык, а целую лавку?

Надо бы закрепить эту сделку на будущее, как инвестицию.

— О?..

Когда мы почти дошли до выхода из деревни, Тиабель внезапно остановилась и начала судорожно шарить по карманам и одежде.

Я уж было подумал, что она решила устроить уличное представление, но, присмотревшись, заметил, как сильно дрожат ее зрачки.

— Что случилось? В чем дело?

Когда я тихо спросил об этом, она посмотрела на меня с таким ужасом, что стало ясно: случилось что-то серьезное.

— Пе-пендант… Он пропал.

— Пендант? А.

Точно, когда те парни прижали ее, на шее у нее что-то блестело.

Значит, она его потеряла.

— Может, вернемся туда, где мы были?

Если она его обронила, то, скорее всего, это произошло в том переулке, когда она упала.

Если поторопиться, есть шанс найти.

— Н-нет, не надо. Все в порядке. Если я его уронила, кто-то наверняка его уже подобрал…

Но, судя по всему, она не хотела снова меня обременять.

Глядя, как она пытается выдавить из себя улыбку, я почувствовал упрямство.

Раз уж ты ребенок, учись полагаться на других.

Хвать.

Я крепко схватил Тиабель за запястье, давая понять, что возражения не принимаются.

— На всякий случай поищем. Ты ведь сказала, что это подарок матери, так?

— О-откуда ты…?!

— Я же говорил тем парням — у меня отличный слух.

Мне, привыкшему спать в конюшне и вскакивать при малейшем шорохе, когда хозяин идет проверять, услышать такое было проще простого.

Я усмехнулся в ответ на ее изумленный взгляд и потащил ее обратно, в ту вонючую трущобную часть города.

＊

— Вы ищите в той стороне! А я осмотрю центр!

— Есть!

В тихую деревушку Данлеа внезапно ворвался отряд вооруженных солдат.

Женщина, командовавшая ими, быстро отдала приказ и в одиночку бросилась на рыночную площадь.

— Это ведь госпожа Ростайл?

— Что-то случилось?

— Не знаю. В любом случае, не пяльтесь.

На ее правой груди красовался серебряный орел, сжимающий в когтях меч и копье.

Увидев этот знак, жители деревни поспешно отходили в сторону или уводили детей, выбирая другой путь.

Связываться с такими людьми — себе дороже, лучше сделать вид, что ничего не замечаешь.

«Тиа, куда же ты пропала?»

Тем временем Камилла отчаянно прочесывала рынок в поисках своей пропавшей дочери.

Когда сегодня на рассвете слуги сказали, что ее драгоценная дочь исчезла, сердце чуть не остановилось.

Даже спустя несколько часов поисков не было никаких зацепок, и теперь она чувствовала, как внутри все выгорает от боли.

— Простите. Вы не видели здесь девочку с розовыми волосами? Ростом примерно вот так, одета в голубое платье.

— Нет, не видели…

— Мы тоже…

Но даже опрашивая прохожих, она не получила ни единого ответа.

Когда солнце начало клониться к закату, на всегда холодном лице Камиллы проступило отчаяние, а кожа стала бледной, как полотно.

— Черт возьми…!

Она сжала кулаки до побелевших костяшек.

Как только стемнеет, искать станет еще труднее.

Как бы она хотела, чтобы сейчас, когда она вернется в поместье, Тиа выскочила откуда-нибудь с криком: «Та-да! Испугалась?», и все оказалось бы просто шуткой.

Конечно, как мать, она бы ее отругала, но такой исход был бы в тысячу раз лучше, чем потерять свою дорогую дочь.

— М-м…?

В тот момент, когда она, с трудом взяв себя в руки, собиралась продолжить поиски, она заметила идущего навстречу мальчишку.

Судя по всему, он жил в трущобах или бедняцком квартале: одежда в лохмотьях, а на теле повсюду грязь.

«Это ведь тот самый пендант, который я подарила Тиа?»

Внимание Камиллы привлек блеск украшения в руках мальчишки.

— Эй, ты. Что у тебя в руках?

— …?

Камилла поспешно перехватила мальчишку, который собирался пройти мимо.

Взгляд парня скользнул вниз.

Может, он заметил герб на ее груди?

Он бесцеремонно оглядел ее с ног до головы, словно изучая что-то.

Камилла, неприятно пораженная таким наглым взглядом, уже хотела повысить голос, как вдруг…

— А, матушка Тиабель. Ой, нет, госпожа Ростайл, прошу прощения.

Последовали слова, которых она никак не ожидала.

Хотя он поспешно поправился, она расслышала все отчетливо.

«Матушка Тиабель?»

Этот мальчишка явно знал имя ее дочери.

И обращался к ней с такой фамильярностью.

«Неужели…»

В этот миг в глазах Камиллы затуманилось от подозрений.

Жалкий мальчишка, который, казалось бы, не имеет ничего общего с ее дочерью.

Откуда он знает ее имя и почему у него ее пендант?

— Ты, негодник, что ты сделал с моей дочерью…!

Вокруг мгновенно разлилась жажда убийства.

Слынг.

Не успел мальчишка ничего объяснить, как Камилла выхватила меч из ножен на поясе.

— П-подождите, здесь какое-то недоразумение…

Мальчишка жестикулировал, пытаясь успокоить ее, с лицом, полным замешательства, но Камилла не остановилась.

В тот момент, когда ее глаза холодно блеснули, словно она была готова выплеснуть свой гнев на мальчишку…

Ш-ш-ш…

«Это что, магия?»

Глаза Камиллы расширились, когда она увидела синее магическое свечение, исходящее от тела мальчишки.

Мальчик, который выглядел слишком юным даже для начала периода полового созревания, излучал настолько плотную магическую энергию, что ее можно было увидеть невооруженным глазом.

Что за чертовщина?

Потрясенная до глубины души, Камилла забыла о допросе и застыла, глядя на это зрелище.

В этот момент…

— Мама!

— Тиа…?!

Знакомый голос, донесшийся следом, пронзил ее сознание.

Дзынь!

Меч выпал из ее рук и зазвенел о землю, но ей было все равно.

Ее взгляд, обращенный в сторону, был прикован к куда более важному существу, бегущему к ней.

Объятия.

— Фух.

Когда состоялось трогательное воссоединение матери и дочери, позади Камиллы послышался тихий вздох мальчишки, словно он хотел сказать: «Еле ноги унес».

— Меня... вы хотите забрать к себе?

К счастью, Тиа Белль Ростайл вернулась как раз вовремя, и катастрофы удалось избежать.

— Прошу прощения.

Узнав обо всем, что произошло, мать Тиа Белль — или, вернее, леди Ростайл — склонила передо мной голову.

Что ж, такая реакция мне по душе.

Не стала задирать нос, как подобает аристократке, и, невзирая на то, что перед ней всего лишь мальчишка, прозябавший в трущобах, принесла искренние извинения.

Благодаря этому я немного оттаял и небрежно махнул рукой.

— Все в порядке. Недоразумение исчерпано. На вашем месте я бы тоже потерял голову, узнав, что дочь внезапно исчезла.

— Рада, что ты понимаешь. От лица дома Ростайл я еще раз благодарю тебя за то, что вернул нам нашу драгоценную старшую дочь.

— Спасибо, Арен.

Когда мать и дочь синхронно поклонились мне под углом в девяносто градусов, я почувствовал себя немного неловко, но решил принять это как заслуженную награду за доброе дело.

— И все же, жить мальчишке в одиночку, без родителей — это наверняка нелегко.

— Ну, я уже привык. Если не считать того, что иногда приходится голодать, жить можно.

— Обычно люди не называют такое «жить можно».

Леди Ростайл посмотрела на меня с горькой усмешкой, словно я был каким-то удивительным существом.

Да-да. На самом деле, жить так — то еще удовольствие.

Но я же не могу вцепиться в подол платья первого встречного и умолять о спасении, поэтому пришлось немного порисоваться. Черт возьми.

— Ой, Тиа Белль, это ведь тот кулон, который ты искала?

— Ах! Точно…! Ты правда нашел его, Арен?

— Видишь? Я же говорил, что он найдется. Хорошо, что послушала меня, правда?

— Угу!

Из-за того маленького инцидента, что случился ранее, я вспомнил о нем с опозданием, но когда я наконец вернул ей кулон, который она так отчаянно искала, в глазах девочки вспыхнул свет.

У нее и без того желтые глаза, а когда в них отражается блеск, они становятся похожи на сияющие звезды.

— Кстати, тебя ведь зовут Арен?

— Да, леди Ростайл.

Я довольно улыбался, глядя, как она подпрыгивает от радости, но тут леди Ростайл окинула меня странным, изучающим взглядом.

В ее глазах читалось нечто вроде: «Ишь ты, какой».

— Скажи, тебя кто-нибудь обучал? Боевым искусствам или, может, магии?..

— Нет, ничему такому.

В конце концов, кто стал бы учить мальчишку из трущоб?

Я решительно покачал головой. Леди Ростайл задумчиво потерла подбородок и издала негромкий звук:

— Хм-м. В тринадцать лет, без всякого наставничества, и такие результаты… Забавно.

— Простите?

Она улыбнулась, явно заинтригованная.

Что именно ей показалось забавным?

Не могли бы вы не бормотать себе под нос, а просветить и меня?

«Любопытный экземпляр».

Эта мысль внезапно возникла в голове Камиллы.

Мальчишка тринадцати лет, без какой-либо подготовки, сумел проявить магическую силу. К тому же, если присмотреться, пусть он и выглядит хрупким, его скелет сложен вполне неплохо.

Мышцы — дело наживное, они растут по мере того, как человек ест и двигается, так что худоба — не помеха. Куда больше ее заинтересовало то, что он в столь юном возрасте инстинктивно постиг способ высвобождения маны.

Как мечница, она почувствовала острое желание взять этого ребенка под свое крыло.

«И манерам обучен».

Обычно дети из таких гиблых мест не знают ни приличий, ни воспитания, но здесь все было иначе. Пусть его речь и была немного грубоватой для мальчишки, основы этикета он усвоил.

Более того, пусть ее дом и не был великим, она все же оставалась главой единственного аристократического рода в этих краях. И то, что он, не тушуясь, смотрел ей прямо в глаза и говорил с таким достоинством, ей очень понравилось.

— Арен, приходи к нам в гости! Я угощу тебя чем-нибудь вкусненьким!

— Я-то не против, но не будет ли твоя мама против?

— Нет! Мама тоже наверняка захочет тебя отблагодарить. Правда ведь, мама?

«Похоже, Тиа тоже привязалась к этому мальчику».

К тому же, раз он сумел так быстро расположить к себе ее замкнутую дочь, значит, он не такой уж плохой парень.

Ее дочь с самого детства инстинктивно отличала тех, с кем стоит дружить, от тех, кто ей не пара. И она крайне редко приглашала в особняк даже тех, с кем была близка.

«К тому же, мне как раз нужен кто-то, кто мог бы присматривать за дочерью».

Взгляд Камиллы, которая уже начала испытывать симпатию к Арену, стал глубже.

Поскольку ее дочь с трудом ладила с незнакомцами, у нее до сих пор не было ни толкового телохранителя, ни слуги. Если как следует воспитать этого мальчика и поставить его рядом с ней, разве это не будет удачным решением?

«Да и лицом он вышел весьма недурно».

Пусть он и перепачкан сажей и пылью трущоб, это не умаляет его природной красоты.

Конечно, она не собиралась выдавать дочь замуж за выходца из трущоб только из-за смазливой внешности. Но если он вырастет достойным человеком и между ними возникнет привязанность — почему бы и нет? Хотя бы в качестве фаворита, если не супруга.

Она была строга в вопросах воспитания, но в таких вещах придерживалась прогрессивных взглядов.

«В любом случае, мне нужно отблагодарить его за спасение дочери, так что это отличный предлог».

Размышления лишь отнимали время.

— Арен.

— Да, леди Ростайл.

— Не хочешь ли ты пожить в нашем доме?

— …Простите?

На лице мальчика отразилось полное замешательство.

Видеть, как ребенок, который до этого держался с такой взрослой серьезностью, вдруг делает такое глупое, свойственное его возрасту лицо, было довольно забавно.

Словно она одержала маленькую победу. Пусть ей, взрослой женщине, и было немного стыдно испытывать такое чувство по отношению к ровеснику собственной дочери.

— Именно то, что я сказала. Тебе все равно негде жить, так что это предложение кажется мне вполне разумным.

— Разумным — это мягко сказано, я бесконечно благодарен… Но почему вы предлагаете это такому, как я?

Если бы она сделала такое предложение другому ребенку в подобной ситуации, тот, боясь упустить шанс, немедленно бы согласился. Но он… он первым делом спросил о причинах.

Его хладнокровие заставило Камиллу проникнуться к нему еще большим уважением.

— Мне нужен кто-то, кто будет присматривать за дочерью и выполнять мелкие поручения. Но она у меня такая стеснительная, что отвергает всех кандидатов.

— То есть вам нужен телохранитель и помощник для вашей дочери.

— Именно так.

— Звучит неплохо.

Слово «помощник» могло показаться обидным, но он, напротив, просиял и согласно кивнул. Камиллу это удивило.

— Тиа Белль, а что ты думаешь?

— О, о? Я?

— Да. Это предложение сделала твоя мать, но в конечном счете важно именно твое мнение.

Даже получив предложение, он не стал спешить с ответом, а сначала поинтересовался мнением дочери. С каждой минутой этот мальчик нравился ей все больше.

«Жить в одном доме с Ареном?»

Тиа Белль была в замешательстве. На самом деле, решение она приняла уже давно. А затянулось все лишь потому, что она замечталась о новой жизни рядом с ним.

«Значит, Арен будет будить меня по утрам, мы будем вместе завтракать, а днем вместе играть… Неужели это правда?»

Она была той еще соней, и слуги вечно мучились, пытаясь ее разбудить. Но стоило представить, что Арен лично придет ее будить, как сонливость тут же испарилась.

«А если он будет называть меня "леди"… Ох».

Представить, как он своим нежным голосом, с вежливым поклоном говорит: «Леди, пора вставать», было просто невыносимо сладко.

Мальчик, к которому она только что прониклась симпатией, станет ее личным слугой и будет слушаться только ее?

Для воображения тринадцатилетней девочки это был идеальный сценарий.

— Я согласна! Думаю, будет весело жить вместе с Ареном.

Приняв решение, Тиа Белль энергично закивала. Она не могла признаться, что именно рисовало ее воображение, но, к счастью, Арен, казалось, ничего не понял и лишь склонил голову набок.

— Правда?

— Угу. К тому же, я не хочу, чтобы Арен жил в таком опасном месте один.

— Ты добрая девочка.

Добрая девочка.

Эти слова слегка укололи совесть Тиа Белль, но…

«Я ведь не соврала».

Она тут же начала оправдывать себя, решив делать вид, что ничего не понимает.

Она действительно не лгала. Она ни за что не хотела оставлять Арена в этом ужасном месте. Просто причина, которую она озвучила, пришла ей в голову позже, а о главной причине она предпочла промолчать.

— Что ж, раз все решено, пора возвращаться.

— Пойдем, Арен! В мой дом!

— Хорошо.

Убедившись, что мать повернулась к ним спиной, Тиа Белль сама схватила Арена за руку и радостно поспешила следом.

Еще недавно, когда какие-то мальчишки пытались вытрясти из нее деньги, день казался сущим кошмаром. Но теперь те воспоминания стерлись, уступив место счастью.

Ее легкая походка была лучшим тому подтверждением.

— Ну, забирайтесь.

Когда они подошли к карете, Камилла отошла в сторону, указывая на вход.

— Арен, заходи первым.

Тиа Белль, вспомнив наставления матери об этикете в общении с мужчинами, тоже решила уступить очередь.

— Разве хозяин кареты не должен садиться первым?

— Джентльмены вперед! Мне говорили, что в таких случаях нужно уступать мужчинам.

— Д-да, конечно.

Реакция Арена показалась ей немного странной, но Тиа Белль не обратила на это внимания.

«Я только что вела себя как настоящая леди».

Хе-хе.

Она была переполнена гордостью от того, что смогла правильно проявить любезность.

Вскоре все пассажиры заняли свои места, и карета, не теряя ни минуты, поспешила в сторону дома Ростайл.

Род Ростайл

Лошадь, скакавшая изо всех сил, оставила деревню далеко позади и вынесла нас на окраину.

Наблюдая за тем, как беспрестанно сменяются пейзажи, я испытывал странное, щемящее чувство.

Для меня, родившегося в этом мире и тринадцать лет не покидавшего пределов той деревни, это было поистине мистическое переживание.

— Мы приехали. Выходи.

Вскоре мы остановились перед каким-то особняком, и лорд Ростайл произнес это мягким, вкрадчивым тоном.

Я выбрался из кареты, и особняк, который до этого видел лишь мельком из окна, предстал передо мной во всей красе.

— О-о…

Да уж, дворянские поместья определенно отличаются от всего, что я видел раньше.

Честно говоря, я думал, что раз уж это дом виконта — низшая ступень в дворянской иерархии, — то и само здание вряд ли будет внушительным.

Но сейчас эта мысль казалась мне глупой: особняк был чертовски большим.

Это место, где я буду жить?

До сих пор не верится.

— Глава, вы вернулись! Какое счастье, что вы нашли юную леди…!

Едва мы втроем приблизились к парадному входу, как оттуда выскочил мужчина в строгом фраке.

На вид ему было где-то под сорок. Судя по одежде, он явно был здесь дворецким.

— Тц.

Проблема заключалась в том, что вид его фрака вызвал у меня инстинктивное отторжение.

Какого черта на нем столько рюшей?

— Да, к счастью, она была в деревне. Этот парень нашел Тиа Белль.

— Значит, вы ее спаситель. Неудивительно…!

Стоило лорду Ростайлу закончить фразу, как глаза мужчины округлились. Он низко поклонился, приглашая меня представиться.

— Меня зовут Диан Персиваль, я главный дворецкий дома Ростайл. Благодарю вас от всей души за то, что нашли нашу драгоценную юную леди.

— Я Арен. Я просто сделал то, что должен был, так что не стоит так уж благодарить.

Может, потому что по пути в карете я уже выслушал немало слов признательности, я лишь неловко отмахнулся.

В конце концов, ничего сверхъестественного я не совершил.

— Арен отныне будет жить с нами, запомни это. И передай остальной прислуге.

— Простите? Жить с нами?

Вау, лорд Ростайл тоже хорош.

Обычно в таких случаях устраивают хотя бы формальное представление, а он просто взял и поставил перед фактом.

Из-за этого лицо дворецкого Персиваля вытянулось, будто его огрели по затылку.

— …вот по этой причине я привез этого ребенка. Смотри, чтобы с ним не обращались пренебрежительно.

— Какая печальная история… Будет исполнено.

Лорд Ростайл прошептал это, максимально понизив голос.

Дворецкий ответил едва слышным шепотом, а затем внезапно уставился на меня с таким напряжением, что я невольно вздрогнул.

О чем они там только что говорили?

— И еще: помой его как следует и проводи в гостиную. Подбери одежду получше.

— Слушаюсь. Господин Арен, пройдемте со мной.

— Что?

Я уже собирался спокойно последовать за лордом Ростайлом, как это внезапное поручение выбило меня из колеи.

Что? Кто кого должен мыть?

Нет, конечно, я выгляжу как крыса, вылезшая из сточной канавы, и мытье мне не помешает, но…

Доверить свое тело первому встречному мужику?

Увольте.

— Я сам себя помою. Помощь не требуется.

— …

Я инстинктивно прикрылся и отступил назад, решительно отказываясь.

Я почувствовал на себе взгляд лорда Ростайла, но, как ни странно, он не был колючим.

Он долго смотрел на меня, о чем-то размышляя, а затем кивнул.

— …Раз он сам не хочет, не стоит настаивать. Просто предоставь ему ванную и одежду.

— Слушаюсь.

Фух.

Я выдохнул с облегчением и последовал за дворецким.

— Арен, увидимся позже!

— До встречи.

Я ответил на прощание Тиа Белль, которая сидела позади, сияя от радости.

Хлынула вода.

— После того как помоетесь, можете погрузиться в ванну. Одежду и полотенца я оставлю снаружи. Вашу старую одежду я распоряжусь утилизировать.

— Благодарю.

Персиваль наполнил ванну и вышел, вежливо пояснив детали. Я поклонился, разделся и вошел внутрь.

Плюх.

— Ох, сколько же времени прошло с тех пор, как я в последний раз мылся.

Когда теплая вода коснулась кожи, мое тело словно закричало от счастья.

Последний раз я мылся, кажется, неделю назад.

Тогда посреди ночи разразился ливень, и я, найдя укромное местечко, разделся догола и тер себя руками, устроив настоящее безумие под луной.

Тот еще был цирк.

Бултых.

— А-ах…!

Смыв с себя всю грязь и погрузившись в воду, я издал стон удовольствия, словно после рюмки крепкого алкоголя.

Вот оно. Это и есть настоящая ванна.

За последние тринадцать лет я совсем забыл, какое блаженство дарит горячая вода.

Встретившись с ней снова, я едва не прослезился.

— Фух…

Просидев в воде несколько минут, я решил, что пора выходить.

На самом деле хотелось бы понежиться подольше, но меня ведь ждут.

Раз уж я теперь здесь на птичьих правах, нужно с самого начала постараться произвести хорошее впечатление.

— Ой…!

Я уже собирался выбраться из ванны, как заметил на дне темный осадок, и невольно поморщился.

Сначала подумал, что это какие-то водоросли, но присмотрелся — это была смесь грязи, песка и пыли, сошедшая с моего тела.

Боже, неужели я был настолько грязным?

Тиа Белль еще умудрялась держать меня за руку. У нее определенно крепкие нервы.

— Так, где тут щетка…

Я не хотел, чтобы кто-то увидел этот свинарник, поэтому решил прибраться перед уходом. К счастью, на полу валялась щетка.

Я опустился на пол и принялся за работу. Прошло несколько минут.

Скрип.

— Господин Арен, внутри что-то происходит… Эм?

— А.

Дверь ванной открылась без предупреждения, и я встретился взглядом с Персивалем.

Я стоял посреди чужой ванной абсолютно голый и драил пол щеткой.

Взгляд Персиваля сменился на недоуменный: «Что это за придурок?».

Я неловко почесал щеку и попытался оправдаться.

— Простите. Мне показалось, что я испачкал пол, поэтому решил немного прибраться…

— …

Выражение лица Персиваля мгновенно изменилось. Он посмотрел на меня с каким-то странным сочувствием, а затем…

— В доме Ростайл не принято, чтобы гости утруждали себя уборкой, даже если они немного испачкали пол. Не обращайте внимания и выходите. Никто не станет вас винить, будьте спокойны.

— А? Да, хорошо…

Он проводил меня наружу с такой учтивостью, что это граничило с благородством.

Что происходит?

Впрочем, хорошо, что меня не приняли за какого-то маньяка.

— Вот ваша одежда.

Персиваль указал на аккуратно сложенные вещи на столике в раздевалке.

Неужели я наконец-то избавлюсь от этих лохмотьев?

Я был счастлив, что эта дрянь, которая даже не грела зимой и была вся в дырах, наконец исчезнет.

Вспоминая, как девицы из борделя вечно отпускали сальные шуточки по поводу моих дырявых штанов, я не испытывал к этой одежде никакой привязанности.

Мы были знакомы долго, но приятного мало. Надеюсь, больше никогда не увидимся.

— …Э?

Я радостно развернул одежду, которую принес Персиваль, и…

Мое сознание отключилось.

Что это? Розыгрыш?

Почему на одежде столько всего навешано?

Она напоминала фрак, который сейчас был на Персивале, только еще хуже — вся в нелепых рюшах, как будто на меня нацепили лохмотья.

Это… мужская одежда?

«Я ни за что это не надену».

Я понимаю, что не в том положении, чтобы привередничать.

Но это уже перебор.

Не знаю, как это выглядит со стороны, но стоит мне это надеть, и я почувствую, что теряю что-то важное в своей мужской сущности.

— Послушайте, Персиваль.

— Можно просто Диан. Чем могу помочь?

— Простите, но нельзя ли заменить эту одежду на что-то другое?

В конце концов, я отбросил стыд и попросил Диана сменить наряд.

Видимо, просьба была неожиданной, так как Диан удивленно округлил глаза.

— Одежду? Вам не нравится дизайн? Между прочим, это весьма качественная вещь.

Ясное дело. Даже на глаз видно, что ткань и пошив дорогие.

Но какая разница, насколько одежда дорогая, если она совершенно не подходит человеку?

Мне бы подошла самая простая рубашка и брюки без всяких украшений.

Любая вещь была бы в сто раз лучше тех лохмотьев, что я носил раньше.

— Нет, дело не в этом. Просто мне кажется, что она мне не идет.

— Не идет?

Я не решился сказать, что дизайн просто катастрофический, и попытался выразиться мягче.

Диан долго смотрел на меня ошарашенным взглядом.

Наверное, он в шоке от того, что какой-то оборванец смеет перебирать одеждой.

Он хотел было что-то сказать, но сдержался.

И в этот момент…

— Хнык…!

— Диан?

Вдруг я услышал, как он сдавленно всхлипнул, и он начал тереть глаза рукавом.

Я опустил голову, чтобы посмотреть на него снизу вверх…

— Простите, господин. Кто я такой, чтобы судить, достоин ли кто-то носить эту одежду…! Пожалуйста, не думайте о себе так плохо!

— А…?!

Безумие. Он действительно разрыдался.

Нет, почему этот человек вдруг начал плакать?

Я что, сказал что-то обидное?

Я просто попросил сменить одежду, потому что она мне не идет.

И почему он вообще заговорил о «достоинстве»? Я даже слова такого не произносил.

— Пожалуйста, наденьте ее! Эта одежда была создана специально для вас!

— Нет, умоляю…!

Это же не индивидуальный пошив, это обычная готовая одежда, о чем он вообще?

Мне пришлось долго спорить с Дианом, который пытался насильно всучить мне этот наряд.

Я стою голый, и мы спорим из-за какой-то ерунды.

— Хнык, хорошо, я понял. Раз вы так настаиваете…

— Фух.

К счастью, я вышел победителем из этой бесконечной перепалки и получил обычную белую рубашку и брюки.

Представив, как я мог бы пойти в этом к лорду Ростайлу или Тиа Белль, я содрогнулся.

Чуть не стал жертвой публичного унижения.

Личный телохранитель юной госпожи

— Проходи.

Закончив с купанием и направившись в гостиную, я не обнаружил там Тиа Белль Ростайл. В комнате меня ждала лишь Лорд Ростайл.

— Выглядишь опрятно, так гораздо лучше.

— Благодарю за заботу. Не то чтобы я хвастался, но даже не припомню, когда в последний раз мылся.

— Спрашиваю из чистого любопытства: как же ты справлялся раньше?

Неожиданный вопрос вызвал у меня горькую усмешку.

— В дождливые дни выбирался туда, где поменьше людей, раздевался и терся до одури — вот и всё купание.

— Зря спросила.

Увидев, что я ответил честно, Лорд Ростайл сама усмехнулась. Было даже забавно наблюдать, как эта невозмутимая женщина вдруг смутилась, словно совершила оплошность.

— К тому же, раз вы позвали меня отдельно, значит, хотите обсудить мои дальнейшие перспективы?

Я не любитель ходить вокруг да около, поэтому сразу перешел к делу. Брови Лорд Ростайл слегка приподнялись.

— Проницателен. Мне это нравится.

— У меня за душой ничего нет, так что приходится полагаться на смекалку. Есть же поговорка: если родился с головой на плечах, то с голоду не помрешь.

— В этом есть доля правды.

Казалось, по ее выражению лица, она подумала: «А глаз-то меня не обманул». Честно говоря, я до сих пор не понимал, зачем ей понадобилось забирать меня в дом Ростайл. Вероятно, сейчас я получу ответы на все вопросы.

— Как я уже говорила, я забрала тебя, потому что ты можешь положительно повлиять на мою дочь.

— Но я не такой уж выдающийся человек.

— Даже если ты не гений, у каждого есть свои достоинства. Умение разглядеть их и применить — главная добродетель того, кто нанимает людей.

Слово «талант» заставило меня почувствовать себя неловко. Конечно, в мире нет людей, которые были бы во всем идеальны или, наоборот, абсолютно никчемны. Но если бы меня спросили, есть ли во мне что-то особенное, чтобы повлиять на драгоценную юную госпожу, я бы ответил, что понятия не имею.

— Ты уже общался с ней и знаешь: моя дочь довольно слаба духом для девочки.

— Скорее, она просто мягкая.

Называть вещи нужно своими именами. Если сказать «слаба духом», это прозвучит так, будто у нее с головой не в порядке. Я понимал, что поправлять ее — поступок дерзкий, но не удержался. Женщина на мгновение широко раскрыла глаза.

— Фу-фу, пытаешься защитить ее, даже не будучи матерью?

— Нет, я просто сказал правду. Даже когда те трое девчонок издевались над ней, она стойко держалась и пыталась защитить кулон, подаренный матерью. Это было достойно.

— …Вот как. Значит, мне стоит пересмотреть свое мнение.

Похоже, осознание того, что дочь, которую она считала такой слабой, изо всех сил оберегала подаренный ею кулон, заставило ее о многом задуматься. Что ж, если так, то я уже добился успеха. Если она сама пришла к каким-то выводам, мне больше нечего добавить.

— В любом случае, какого именно влияния вы от меня ожидали?

— Все просто. Ты кажешься мне довольно смелым и решительным парнем.

— Ну, есть немного…

Я с трудом сдержал усмешку и кивнул.

— Мне это и нужно. Если такой ребенок, как ты, станет ей другом, возможно, в моей дочери проснется хоть немного твердости.

— Гм. А не слишком ли это сложно? Характер человека не так-то просто изменить.

Конечно, говорят, что с кем поведешься, от того и наберешься, но я сомневался, что одно мое присутствие способно кардинально изменить Тиа Белль.

— Не жду чудес. На самом деле, это второстепенно. Главное, чего я хочу — чтобы ты был рядом с ней.

— А-а.

— Если выражаться точнее — стал ее телохранителем.

— Телохранителем…

Слово «рыцарь» показалось мне слишком громким, и я почесал затылок. Я-то думал, меня притащили сюда как игрушку, чтобы развлекать юную госпожу. Ожидания Лорд Ростайл оказались куда выше, чем я предполагал. Изменить Тиа Белль, защищать ее… Я-то планировал просто показывать фокусы перед госпожой и сытно есть, так что это бремя показалось мне тяжеловатым. Но, с другой стороны, это означало, что меня ценят, и я решил взглянуть на ситуацию позитивно. Раз уж на меня возлагают большие надежды, нужно им соответствовать.

— К тому же, у тебя, похоже, есть врожденный талант к боевым искусствам.

— Не сказал бы, что это талант. Просто я половчее многих сверстников.

— Это и есть талант. К тому же, проявление маны в таком возрасте — это быстрее, чем у большинства девушек.

Мана?

При звуке этого неожиданного слова я сжал кулак, вызывая легкое мерцание, и переспросил:

— Вы об этом?

— Именно. Похоже, ты даже не слышал о мане.

— Я чувствовал, что во мне есть какая-то странная сила, но не знал, как она называется.

Вот оно что. С тех пор как я начал бессознательно использовать эту силу, я ломал голову, что же это такое. Я догадывался, что в этом фэнтезийном мире могут существовать неведомые силы, но не думал, что это окажется настоящая мана.

— Ничего страшного. Знания придут со временем. Кстати, не хочешь поучиться у меня фехтованию?

— Фехтованию?

— Да. Я лишь рыцарь, уже отошедший от дел, но в тебе я вижу куда больший потенциал, чем во мне. Если будешь учиться у меня, возможно, сможешь его раскрыть.

Ученик, значит. Возможно, это и есть истинная причина, по которой она меня забрала. Если она будет знать, что воспитанный ею ученик стоит на страже ее дочери, для матери не будет ничего надежнее. А для меня это выгодная сделка: я не только освою искусство меча, но и обеспечу себе кров и еду.

— Хорошо. Я согласен.

— О-о… Предупреждаю сразу: методы обучения в доме Ростайл весьма суровы.

Она хочет, чтобы я сдался прямо сейчас? К сожалению, в моем словаре слово «сдаться» используется только при засолке кимчи.

— Справлюсь.

— Чем дальше, тем больше ты мне нравишься.

Я уверенно улыбнулся и хрустнул костяшками пальцев. В конце концов, как бы тяжело ни было, это вряд ли окажется хуже, чем жизнь в том проклятом притоне.

— Тогда как мне обращаться к Тиа Белль? Вы сказали быть друзьями, но это звучит как-то двусмысленно.

Тиа Белль была настолько добросердечной, что приняла меня без лишних слов, но вообще-то она — юная госпожа, с которой я не должен был даже встречаться взглядами. К тому же, если меня наняли в качестве телохранителя, я обязан соблюдать приличия. Лорд Ростайл ответила просто:

— Зови ее «госпожой» и обращайся на «вы», как и остальные слуги. Излишняя вежливость будет лишь тяготить Тиа.

— Понял.

И правда, мы ведь только что общались как друзья, называя друг друга по именам. Чрезмерная почтительность будет выглядеть нелепо. Так будет в самый раз.

— На этом разговор закончим. Ступай к Тиа. Она любит цветы, наверняка сейчас в оранжерее.

— Слушаюсь, Лорд Ростайл.

Цветы… милое хобби.

Я поднялся, поклонился и, покинув гостиную, направился в оранжерею на территории поместья, как и велела Лорд Ростайл.

Тиа Белль была в оранжерее, любуясь цветами. Сейчас, когда весна вступала в свои права, этот пестрый сад был для нее и игровой площадкой, и местом исцеления. Не было ничего приятнее, чем вдыхать аромат цветов и наблюдать, как лепестки кружатся в потоках весеннего ветра.

— Вам так весело, госпожа?

— А-а?!

Кто-то нарушил ее покой, и Тиа Белль подпрыгнула, словно испуганный кролик. Обернувшись, она увидела Арена, который еще недавно был покрыт грязью и пылью, а теперь выглядел совершенно опрятным.

— А, это ты, Арен… И почему ты назвал меня «госпожой»?

— Ну, так вышло. С сегодняшнего дня я ваш телохранитель. А значит, должен соблюдать приличия.

— Телохранитель…

Было немного неловко, что девочка нанимает мальчика в качестве охраны, но Тиа Белль не могла скрыть радости. Арен, который ей так нравился, вдруг начал называть ее «госпожой» и вести себя так почтительно! В ней проснулось странное чувство женского триумфа.

— М-может, будешь называть меня «госпожа Тиа»?

Наверное, она выпалила это именно поэтому. Ей хотелось, чтобы он произносил то самое обращение, которое использовала только ее мать. Чтобы, когда другие называют ее просто «госпожой», он выделял ее особенным прозвищем.

— Госпожа Тиа? Ну, если вы того желаете, я не против.

— Хи-хи…

Тиа Белль почувствовала себя такой легкомысленной, когда, услышав согласие, глупо захихикала.

— А как вам мой вид? Теперь я выгляжу опрятно?

— О-опрятно?..

Когда Арен спросил ее мнение, она наконец-то по-настоящему взглянула на него.

— А…

С ее губ сорвался вздох восхищения, пока она разглядывала его с головы до ног. Первым делом в глаза бросились глаза — острые, с ноткой озорства, — и челка, которую, кажется, немного подстригли. Затем — белая кожа, прежде скрытая под слоем грязи. Опустив взгляд ниже, она заметила точеную линию подбородка и ямочки на щеках, придающие ему странную, порочную привлекательность. На нем была лишь простая белая рубашка и ничем не примечательные брюки, но его внешность была настолько яркой, что казалось, будто он светится.

«Арен всегда был таким красивым?»

Она не могла отвести от него глаз. Дело было не просто в красоте. Казалось, будто только он один во всем мире излучает свет. Оранжерея, которая еще мгновение назад казалась такой прекрасной, померкла, краски фона потускнели, и весь мир сосредоточился на нем одном. Как объяснить этот феномен?

Когда в голове тринадцатилетней девочки зародился этот вопрос…

[[image:/storage/reader-images/ddfa9fc74590ec56aad60f48ff4adfe7617c52e7.png]]

— …Госпожа? Почему вы так пристально на меня смотрите?

— А, нет! Ничего!

— По-моему, это совсем не «ничего».

— Ш-шумно! Я сказала, ничего, значит, ничего!

Услышав голос Арена, Тиа Белль затрясла головой и даже повысила голос, отчаянно отрицая очевидное. На самом деле она знала. Знала, что это вовсе не «ничего». Она была не настолько глупа, чтобы не понимать, почему ее лицо так пылает и почему сердце колотится, словно готово вырваться из груди. Но она решила пока не давать себе ответа. Ведь если она признается, то больше не сможет смотреть Арену в глаза.

###

— Это что, академка?

Дзынь! Дзынь!

Ритмичный звон сталкивающегося металла разнесся по тренировочной площадке.

Привычная картина, повторяющаяся каждое утро понедельника в поместье Ростайл.

Я уже сбился со счета, какой это раз.

Но сегодня всё было иначе.

Заметив крошечную брешь в защите, я первым нанес колющий удар.

— Ух!

Противница вздрогнула и поспешно приняла оборонительную стойку.

Хотя удар она приняла на меч, устоять под моим натиском не смогла — равновесие было нарушено. Инстинктивно я наполнил клинок маной.

На кончике меча заплясало голубоватое марево.

Вжик!

Я вложил силу в новый выпад. Противница, потеряв устойчивость, в отчаянии попыталась блокировать удар, поставив меч вертикально, но всё было тщетно.

Ее оружие разлетелось на две части, словно лист бумаги.

— С-стой! Использовать «меч маны» — это нечестно!

Увидев свой разрубленный верный клинок, она вскрикнула, выставив руку вперед, словно пытаясь жестом остановить время. Я лишь пожал плечами и опустил меч.

— А, прости. В последнее время с контролем туговато.

Я неловко улыбнулся, и со стороны зрителей, окруживших площадку, донесся гул недовольства.

— У-у! Оправдания — удел трусов! Иди убейся!

— Эй! Как тебе не стыдно так давить на парня, который годится тебе в сыновья!

— Вы столько лет едите хлеб семьи Ростайл! Могли бы и потерпеть!

…Погодите, меч маны использовал я, так почему проклятия сыплются на нее?

И старшие, и младшие принялись отчитывать мою противницу. Видя, как она стоит в полном замешательстве, я вложил меч в ножны и шагнул вперед.

— Ну, на сегодня хватит. Будем считать, что я проиграл из-за нарушения правил.

— …Нет, что вы такое говорите. Даже если бы вы не использовали меч маны, я бы всё равно проиграла.

Женщина-солдат пробормотала это, неловко почесывая затылок.

Она пыталась отшутиться, но я-то знаю правду.

Даже без маны результат был бы тем же.

Мастер меча.

Уровень, позволяющий стабильно окутывать клинок силой, рожденной при сжигании маны.

Прошел уже год с тех пор, как я достиг этого рубежа.

В этом поместье больше не осталось солдат, способных одолеть меня в честном бою.

Когда я только появился здесь, я был лишь бродягой, непонятно откуда свалившимся на их головы. Естественно, когда я заявил, что стану личным телохранителем старшей дочери, на меня смотрели с подозрением, считая, что я принимаю фехтование за детские игры.

Но.

Мы вместе валялись в грязи, вместе обливались потом, каждое утро скрещивали клинки… и в какой-то момент все начали называть меня «молодой господин».

— Он ведь будущий спутник нашей госпожи, нельзя же называть его как попало.

— Эй, даже шутки ради, если это услышит глава дома, тебе конец.

— Ну не знаю… кажется, в последнее время он всерьез об этом задумывается?

— Да что ты несешь.

Я попытался отшутиться вместе с женщиной-солдатом, но тут…

— Молодой господин! Госпожа пришла!

Прибежавший новобранец доложил мне, словно гонец.

— А, правда? Тогда я пойду.

— Давай, иди уже!

Только собрался немного остыть после тренировки, как мне не дают передышки. Но раз пришла хозяйка, заставлять ее ждать было бы невежливо, так что я поспешно поднялся и направился к выходу.

— Арен!

За оградой площадки госпожа махала мне рукой.

И сегодня она сияет, как солнце.

— Зачем вы пришли сюда? Мы ведь всё равно встретились бы в столовой.

— Хе-хе, вместе идти веселее.

— Это верно.

Не зря говорят, что двое лучше, чем один. Просто я не хотел показываться ей на глаза, будучи насквозь пропитанным потом. От меня сейчас, должно быть, разит за версту, а ей хоть бы что.

Впрочем…

[[image:/storage/reader-images/3c3a365fde481c62eafa8022ffad533812193db5.png]]

— Арен, почему ты вдруг отводишь взгляд?

— Нет, просто… на мгновение ослепило.

— Вдруг?

— Солнце слишком яркое.

…В который раз убеждаюсь, вы заметно выросли, госпожа.

Конечно, я про волосы.

Смыв с себя пот и закончив с обедом, я остался наедине с госпожой, которая пожелала устроить чаепитие.

Я не особо разбирался во вкусе чая, поэтому просто машинально подносил чашку к губам.

— Арен, посмотри. Знаешь, что это?

— М? Что там?

Госпожа вдруг засуетилась и показала мне какой-то листок. В руках у нее был документ, исписанный мелким, стремительным почерком.

Отбросив лишнее, я решил прочитать лишь крупный заголовок в самом верху.

Посмотрим… Предложение о зачислении в Академию Телеос?

— Кхм. Арен, ты ведь помнишь? Я ведь писала диссертацию по элементалистике.

— Да, конечно, помню.

Госпожа с важным видом упомянула событие полугодовой давности. Как я мог забыть? Это был результат семи лет ее упорного труда, крови и пота. И, как я слышал, в научных кругах ее работа получила весьма неплохие отзывы.

— Похоже, в Академии Телеос ее оценили. Мне пришло приглашение!

— Приглашение?

Я широко открыл глаза от удивления. Академия Телеос — разве это не самое престижное учебное заведение во всей Империи Баркадия? Говорят, туда стремятся попасть даже иностранцы, преодолевая моря ради обучения.

И это авторитетное заведение само хочет заполучить госпожу?

Это значит…

— Вы с ума сошли?

— Мы обе сошли с ума.

Наши мысли совпали. Да, иначе как безумием это не назовешь. Другие люди из кожи вон лезут, проходя через адские вступительные экзамены с конкурсом в сотни человек, а госпожа прошла по «зеленому коридору» благодаря одной лишь диссертации.

Оу, сегодня от нашей госпожи прямо исходит сияние.

— Знаешь, какое лицо было у мамы, когда это пришло? Жаль, тебя не было рядом.

— И какое же?

— Она сделала такое кислое лицо и сказала: «Хм… ну ладно, попробуй».

— Ха-ха, это было бы забавно увидеть.

Я едва не выплюнул чай, представив выражение лица Камиллы. Впрочем, ее можно понять. Последние семь лет между госпожой и Камиллой постоянно вспыхивали споры. Мать, желавшая, чтобы дочь пошла по пути рыцаря, и дочь, упрямо выбравшая путь элементалиста — они были как вода и масло.

Но осознав, что талант ее дочери настолько велик, что его заметили в лучшем учебном заведении Империи… интересно, что она чувствовала? Наверняка ей было трудно продолжать упрямиться, видя такие результаты.

Я смотрел на госпожу с нежностью, радуясь, что она добилась своего после стольких усилий.

— И вот что, Арен, ты едешь со мной! Я уже получила разрешение у мамы.

— Я?

Из-за внезапного заявления госпожи я опешил. В принципе, мне было всё равно, но возник фундаментальный вопрос: а могу ли я вообще туда поехать? Я слышал, что они придерживаются принципа приема простолюдинов, если у тех есть способности, но…

— Разве такой, как я, может поступить?

— Ага, всё в порядке! Видишь здесь пункт об особых условиях?

Госпожа указала на крошечный текст в самом низу документа.

— Похоже, для студентов по спецприему есть поблажки. Слуги или телохранители, необходимые для комфорта учащегося, могут сопровождать их и тоже быть зачислены.

— Ого, вот это действительно особое отношение.

— Правда? К тому же, ты будешь не просто сопровождающим, а полноценным студентом, сможешь посещать занятия и жить жизнью академии.

— О-о…

Это определенно неплохо. Попав в фэнтези-мир, я всегда хотел хоть раз взглянуть на академию. К тому же госпожа у нас довольно рассеянная, оставлять ее одну — всё равно что ребенка у воды.

Благодаря госпоже я получил доступ к роскоши, не соответствующей моему положению.

— Если так, то я только за. А то я переживал, что вы снова влипнете в неприятности, оставшись без присмотра.

— Когда это я влипала в неприятности?!

— Хм.

У меня много что есть сказать, но я промолчу. Сохранение достоинства хозяйки — тоже часть моей работы.

— Кстати, Арен, ты слышал новости?

— Какие новости?

Госпожа понизила голос, прикрыв рот рукой, словно собиралась рассказать великую тайну.

— На самом деле, список предварительно зачисленных студентов в этом году просто невероятный.

— Невероятный? Ну, приедут какие-нибудь важные шишки, и что?

Я откинулся на спинку стула, жуя печенье, и равнодушно переспросил.

— Слушай и не падай. Туда поступает личный ученик Мастера Магической Башни.

— Серьезно? Ученик Мастера Башни — это же знаменитость, о которой все говорят.

— Ага. Поэтому все сейчас на ушах стоят.

— Впечатляет.

Я искренне восхитился. Имя Мастера Башни гремело так громко, что долетало даже до наших захолустных земель. Ходили слухи, что его ученик — гений, рождающийся раз в сто лет. И в такое место пригласили нашу госпожу.

Горжусь тобой, госпожа.

— А еще приедет Святая. Из Святого Королевства Либертан.

— …Что?

Я уже хотел было похвалить ее снова, но от этих слов мой внутренний мир пошатнулся.

Святая?

Это уже совсем другой разговор. Воплощение божества самой влиятельной религии на континенте. В некоторых кругах ее ставят выше имперской принцессы. И такой человек тоже поступает туда?

— …Это правда?

— Ага. Зачисление уже одобрено, она даже будет выступать с речью на церемонии. Разве не захватывающе?

— …

Ее восторженный голос звучал, но я уже ничего не слышал.

Итого двое.

Наследник Магической Башни и Святая, символ Святого Королевства.

Я думал, на этом всё, но госпожа продолжила:

— И еще! Старшая дочь северного Великого Герцогства Бронхейм тоже поступает в этом семестре.

— …Если она, то это же ядро военной элиты?

— Верно. Сильбена Бронхейм. Наследница командующего карательным отрядом иноземцев.

— …Человек, прошедший через горнило войны, зачем ей это?

— Говорят, прохождение академического курса — часть аристократического образования. Благодаря этому дворяне из военного ведомства Империи уже напряглись.

У меня во рту пересохло.

Люди, каждый из которых способен вызвать межгосударственный конфликт, собираются в одном месте? И в один и тот же год?

…Погодите-ка.

— А… принцессы там случайно нет?

— Есть. Вторая принцесса Королевства Руэндель, Сиэль Бальштейн. Она поступила в прошлом году, сейчас на втором курсе. Ты не знал?

Магическая Башня.

Церковь.

Военные.

Королевская семья.

Четыре оси, сдерживающие друг друга, собираются в одной школе, в одно время.

Слишком хорошо расставлена сцена для простого совпадения.

И к тому же, единственный человек, поступивший по спецприему не через экзамен, а благодаря таланту. Гениальный элементалист (из рыцарского рода), от которого в восторге даже ректор и профессора.

Дежавю.

Я слишком хорошо знаю этот сценарий.

Не знать его невозможно.

Просто мне очень хочется сделать вид, что я ничего не понимаю.

Но не получается. Блять.

— Ха.

Это что, академка?

«Нет, это же ромфант».

— И-го-го!

Под громкое ржание коня пейзаж за окном стремительно менялся.

— Разве сегодня ветер не особенно свеж? Воздух кажется необычайно чистым.

Юная госпожа, открыв окно и глядя наружу, вдохнула аромат ветра и обратилась ко мне.

Обычно я бы, наверное, подыграл ей, поддержав разговор.

Но в этот миг я был не в состоянии хоть как-то отреагировать.

«Черт, так это же ромфант!»

Странное чувство диссонанса, преследовавшее меня последние три дня.

Лишь теперь, осознав его истинную природу, я понял причину своего беспокойства.

Да, по идее, этот мир должен был быть обычным академическим сеттингом.

Но проблема в том, что это мир, где роли мужчин и женщин поменялись местами.

То есть, мужские и женские роли здесь инвертированы.

Это означает, что то, что изначально было бы гаремом, здесь является обратным гаремом.

А обратный гарем плюс фэнтези?

Да это же чистый ромфант! «Счастливая Вики»… блять, к черту все это!

Вот почему здесь есть Северная герцогиня, такая редкость для академических историй.

Конечно, Северный герцог — это же классический персонаж ромфанта. Какое дотошное, хоть и совершенно ненужное, следование канонам.

Грохот!

— А-а-а?!

— Леди!

В тот самый миг, когда я мысленно изрыгал проклятия, карета внезапно и яростно затряслась.

От толчка дверь распахнулась, и я едва успел поймать леди, которая чуть было не вывалилась наружу.

На то, чтобы осознать происходящее, ушло не больше нескольких секунд.

— Кха-ха-ха! Благородные господа разгуливают по горным склонам без охраны. Какая дерзость!

Снаружи донесся раскатистый женский голос.

Неужели разбойники?

— Леди, оставайтесь здесь. Я выйду один.

— Нет! Я тоже пойду!

Я, оценив ситуацию, собирался выскочить в одиночку, но леди решительно потребовала, чтобы и она пошла со мной.

Как рыцарь-телохранитель, я не мог этого допустить.

Но, хорошенько поразмыслив, я решил, что оставлять леди одну в карете тоже будет опасно, и согласился.

Шаг. Шаг.

— О-хо-хо, да тут и мужчина есть! Неожиданная добыча!

— И не говорите, главарь. Симпатичный какой, если с ним немного поиграть, а потом продать, неплохая прибыль будет, а?

Примерно двадцать человек, пробираясь по грязной земле, показались из-за деревьев.

Женщина, идущая впереди, облизнула губы, глядя на меня.

Знакомый взгляд.

Грязный взгляд, с которым я часто сталкивался, когда жил в борделе. Давненько такого не было.

«…Раз уж ты заставила меня вспомнить эти сраные времена, то в ответ я разнесу твою морду. Ты, гнилая сука».

— Заберите весь груз и коней из кареты, а эту девку убейте! Мужика забираем!

— Есть!

Как только прозвучал приказ главаря разбойников, они начали медленно приближаться.

Но что поделать.

Свист!

Я не из тех, кто уступает инициативу.

— …А?

— Бе-Белла!

Прежде чем даже положить руку на ножны, я бросился вперед.

Затем, пригнувшись, выхватил меч и в мгновение ока перерезал горло одному из бандитов.

Запоздалый, ошеломленный крик вырвался из него, будто он осознал, что его голова отвалилась, лишь спустя мгновение.

Когда другой разбойник, увидев голову своего товарища, катящуюся у его ног, закричал, я ответил ему насмешкой.

— Ты, ублюдок! Кто ты такой?!

Женщина, что только что выкрикивала имя убитой, держа топор, приближалась ко мне со свирепым взглядом.

Но вместо того, чтобы почувствовать угрозу, я лишь фыркнул.

Разве это не вопрос, который должны задавать мы, подвергшиеся нападению?

Как и следовало ожидать от разбойника-ублюдка, мозгов у нее ни на грош.

— Черт, так это был ее телохранитель! Остальные, цельтесь в ту женщину сзади! Захватить ее живой!

— Есть!

Похоже, они все же поняли, что мои навыки не так просты.

Их главарь разделил свои силы пополам и отдал приказ остальным подчиненным.

Судя по тому, что приказ «убить» сменился на «захватить живой», они, похоже, собираются взять ее в заложники.

Но повернуть спину и броситься на защиту леди было невозможно — мы были окружены со всех сторон.

В тот самый миг, когда я хмурился, раздумывая, что предпринять…

Рев!

— Ч-что это?!

— Откуда взялся этот шторм!..

На склоне горы, где до этого царила полная тишина и не было ни малейшего дуновения ветра, внезапно возникла огромная буря.

Без единого предвестника, словно кто-то вызвал ее искусственно.

— А-а-а-а! Я, я лечу! Все, хватайтесь за что-нибудь!

— Главарь!

— С-спаси… а-а-а-а!

Разбойники, поглощенные бурей, взмыли в небо.

Они улетели так далеко, что даже шум ветра не мог их догнать.

Вскоре они исчезли, не успев стать даже точками в небе.

Но что было действительно странно, так это то, что на меня и леди, которые также были окружены этой бурей, она не оказала никакого влияния.

Хотя окружающие деревья качались так, будто их сейчас вырвет с корнем, мы не шелохнулись.

Мы ощущали лишь легкий ветерок.

— А, Арен. Что это сейчас было?

— Не знаю. Я и сам…

Не находя объяснения этому странному явлению, мы тупо моргали, глядя друг на друга.

Свист…

В воздухе, там, где только что бушевала буря, начал собираться ветер, вскоре образуя небольшую сферу.

Присмотревшись внимательнее, я увидел, что внутри нее словно бушует миниатюрный шторм.

Вскоре сфера начала увеличиваться в размерах, принимая форму, похожую на человеческий силуэт.

— Нечего удивляться. Это моих рук дело.

Как раз когда я задался вопросом, что происходит…

Откуда-то послышался незнакомый голос.

Это был величественный голос, который не передавался от уст к ушам, а словно звучал прямо в голове.

— Помогать человеку, который даже не является моим контрактором, — это впервые в моей жизни.

Вскоре перед нами предстало загадочное существо, похожее на женщину.

Я назвал ее «похожей на женщину» лишь потому, что по изгибам тела можно было предположить ее женскую природу.

На самом же деле, тело, окутанное салатовым светом и имеющее форму, словно развевающегося ветра, явно не было человеческим.

— Вы, неужели… госпожа Селена?

Пока я пытался угадать ее личность, послышался голос леди.

Селена?

Хотя я слышал это имя впервые, леди, похоже, знала, кто это существо.

Словно гордясь тем, что леди узнала ее, женщина слегка улыбнулась и кивнула.

— И впрямь. Как и подобает заклинателю духов, ты знаешь мое имя. Да, верно. Мое имя Селена. Я — Повелительница Ветра.

Повелительница Духов?

При появлении такой невероятно важной фигуры мой рот сам собой распахнулся от изумления.

Повелитель Духов — это король всех духов, которых в мире существует всего пять.

Я помнил, как леди несколько раз рассказывала, что это божественное существо, о призыве которого мечтает каждый заклинатель духов.

Похоже, то, что леди недавно почувствовала необычайную свежесть ветра, было не просто ее воображением.

— П-почему вы нам помогли?

— Особых причин нет. Я легко странствовала по этой земле, и случайно твоя аура привлекла мое внимание.

— Моя… аура?

— Да.

Значит, она обнаружила что-то особенное в леди.

Издавая тихий смех, Повелительница Духов легко приблизилась.

— Хоть твоя магическая сила и слаба, но способность к сопереживанию с нами не имеет себе равных. Такого человека я вижу впервые за сотню лет.

Способность к сопереживанию, или чувствительность.

Я помнил, как леди рассказывала об этом раньше.

Она говорила, что заклинатели духов, развивая эту способность к сопереживанию, могут способствовать росту своих духов и заключать контракты с более могущественными из них.

Если об этом заявляет не кто иной, как сама Повелительница Духов, то это, должно быть, поистине невероятный талант.

— В благодарность за столь приятное зрелище я оставлю тебе подарок. Ну-ка, протяни руку, дитя.

— Руку… вот так, что ли?

— Хорошо.

Шорох.

Леди, не понимая, в чем дело, аккуратно протянула обе руки.

Тогда Повелительница Духов протянула над ними руку, словно что-то рассыпая.

Поднялся легкий ветерок, и глаза леди широко распахнулись.

Когда мышцы вокруг рта Повелительницы Духов слегка дрогнули, увидев это, ветер стал еще мягче.

Я был уверен, что она улыбается.

— Хотя сейчас ты слишком слаба, чтобы заключить со мной контракт, если сохранишь это, однажды оно тебе пригодится.

Передав подарок, Повелительница Духов отдалилась и снова зависла в воздухе.

Как и раньше, вокруг нее снова собрался ветер.

— Я буду ждать, когда ты однажды призовешь меня, юный заклинатель духов.

И, закончив свое послание, она мгновенно исчезла, словно порыв ветра, который налетел и тут же растворился.

Все произошло так быстро, что казалось, будто это был сон наяву.

Леди все еще ошеломленно моргала, глядя на меня.

— А, Арен. Это что, сон? Я встретила Повелительницу Духов, да еще и получила от нее похвалу…

Вот именно, я и сам, честно говоря, был поражен.

Я знал, что талант леди не имеет себе равных, но не думал, что до такой степени.

— Похоже, это и вправду сон? Давайте-ка проверим….

Хвать.

Чтобы снять напряжение с все еще застывшей леди, я подошел к ней и потянул ее за щеку.

Говорят, нет лучшего способа проснуться от сна.

— Ой-ой-ой?! Мою, мою щеку зачем тянешь?! Мог бы свою потянуть!

— Потому что мне не нравится боль.

— А ты думаешь, кому-то нравится?!

«А, тебе не понравилось. Этого я не знал».

«Но, леди, боюсь, сейчас не время для беззаботных препирательств».

— Кстати, что нам теперь делать? Эта великая Повелительница Духов унесла и карету, и коней.

Конечно, нельзя же требовать вернуть все имущество у того, кто нас спас, — точнее, у духа.

Раз уж спасаешь, нельзя было оставить хотя бы карету и коней?

«Сервис, конечно, так себе».

— Н-ну, идти пешком, это, наверное, слишком?

Леди робко высказала предположение.

— Ну, мы, наверное, прибудем, когда все остальные уже будут в академии.

— Хнык…

Конечно, это было нелепо.

Даже если я как-нибудь дойду пешком, что будет с леди?

Она ведь такая слабая.

— Разве Повелительница Духов не дала что-то, чтобы ее призвать? Может, попробуем позвать ее еще раз?

— Это невозможно!..

— Правда? Жаль.

Я не видел другого выхода и предложил последний способ, но, похоже, и это не сработает.

В тот момент, когда я размышлял, не придется ли мне в конце концов нести леди на спине…

Грохот!..

— …А?

Вдалеке по дороге, откуда мы пришли, начала подниматься пыль.

Прищурившись и присмотревшись, я увидел, что приближается роскошная карета.

Такую возможность нельзя упускать.

— Леди, быстро остановите ту карету.

— Я, я? Арен, ты же можешь это сделать!

— Кто подвезет такого, как я, чьего статуса не знают? Здесь должна выступить леди, старшая дочь виконта.

— У-у-у, ладно. Попробую.

Подумав, что это подходящий момент, я подтолкнул леди в спину, чтобы она попыталась остановить карету.

Леди, которая, очевидно, никогда раньше такого не делала, лишь повторяла прыжки на месте и вяло махала руками.

Но, похоже, это было не напрасно.

Скрип…

Карета остановилась прямо перед нами, и одно окно открылось.

Появившаяся за ним женщина пристально посмотрела на нас своими красными глазами.

— …Судя по всему, вы такие же абитуриенты академии, как и я, но что вы здесь делаете?

— Мы проезжали мимо и столкнулись с разбойниками, из-за чего потеряли багаж и карету.

Леди ответила, теребя руки и излучая свою уникальную неловкость.

Хотя объяснение было крайне скудным, для собеседницы этого, похоже, было достаточно.

— Так вот в чем дело. Тогда садитесь. Я подвезу вас до академии.

Женщина, на удивление охотно кивнув, открыла дверь кареты.

От неожиданной помощи я и леди широко улыбнулись и сели в карету.

— Огромное вам спасибо. Я уж думал, мы так и застрянем в горах…

— Благодарю вас!..

— Нет, все в порядке. Если кто-то в беде, нужно помочь.

На такой «крутой» ответ я и леди одновременно выдохнули: «О-о-о…»

Кстати, карета невероятно роскошная.

Карета, на которой мы ехали, тоже была неплохой, но эта — словно не карета, а номер в отеле.

Должно быть, дочь из очень знатной семьи?

— Ох, простите, что так поздно представились, наша спасительница. Я Тиа Белль Ростайл, старшая дочь виконта Ростайла.

— А я Арен, телохранитель леди Тиа.

Когда мы с опозданием вежливо поприветствовали ее, женщина, безразлично оглядывавшая нас, кивнула.

— Я Сильбена Бронхейм. Старшая дочь Великого герцогства Бронхейм.

Она произнесла имя, которое я никак не ожидал услышать.

«…Ну вот, опять этот чертов ромфант-клише».

— Ты, сукин сын, должно быть, главный герой?

Длинные, доходящие до пояса иссиня-черные волосы и глаза цвета крови.

Даже стоя перед красавицей, от которой можно было потерять голову, я не чувствовал себя спокойно.

И дело было не в том, что она — старшая дочь великого герцогства, и не в том, что я считал её одной из ключевых фигур этого мира.

И даже не в том, что она была настолько немногословна, что диалог никак не клеился.

Просто…

[[image:https://ranobelib.me/uploads/ranobe/266382/chapters/4239674/b6088c06-94b7-4941-babb-3771279631db.png]]

«Не знаю, куда и глаза деть».

Всё дело было в её наряде, из-за которого невозможно было понять, то ли передо мной Северная герцогиня, то ли северная распутница.

Я, конечно, мужчина, и вполне мог бы присвистнуть, увидев столь соблазнительный вид, но…

Уровень откровенности настолько выходил за рамки допустимого, что я с трудом сохранял самообладание.

Кстати, а что это за родинка там… А, нет, не об этом сейчас.

— Прошу прощения, леди Бронхейм.

— В чём дело?

— Осмелюсь спросить, можно ли задать вам один вопрос?

— Валяй.

Когда я, не выдержав, всё же решил подать голос, она позволила мне спросить с подобающим для леди достоинством.

Впрочем, манера речи у неё донельзя сухая.

Такое чувство, будто северная герцогиня из любовного романа сошла прямо в реальность.

— Я слышал, что северные земли покрыты ледяными горами. Вы правда приехали оттуда в таком виде? Должно быть, вы сильно замерзли.

— Едва ли. Воины Севера с рождения считают традицией и символом стойкости носить легкую одежду, не склоняясь перед холодом.

— Вот как…

Было немало моментов, к которым хотелось придраться, но я сдержался.

Да уж. В конце концов, даже в моей прошлой жизни хватало людей, которые в России разбивали лед и ныряли в прорубь голышом.

Если подумать, то в этом нет ничего странного, если считать это культурной особенностью жителей холодных регионов.

Буду считать себя идиотом, раз за двадцать лет так и не смог привыкнуть к этому миру.

— Впрочем, удивительно. Кто бы мог подумать, что человек, случайно встреченный по пути в академию, окажется лучшим абитуриентом факультета заклинателей духов. Я только сейчас вспомнила, прокручивая в голове имена.

— Э-хе-хе…

Когда мне показалось, что вновь воцарится неловкое молчание, на этот раз леди неожиданно заговорила первой.

Девушка, удостоенная такой великой милости, без капли скромности глупо хихикнула.

Да, это точно наша леди.

— Ты ведь поступила по спецпрограмме, верно?

— Да! Мне повезло, что академия обратила на меня внимание.

— Одной удачи недостаточно, чтобы занять первое место в академии Телеос. Тем более, если речь идет о спецприеме.

Оказывается, она умеет делать комплименты.

Без лишнего пафоса, но она спокойно признала усилия, которые приложила леди.

Давненько я не видел, чтобы леди так искренне радовалась.

— Кстати, я слышала, что ты — телохранитель леди Ростайл. Значит, ты тоже поступаешь на рыцарский факультет?

— Да. Как видите.

Я ответил, слегка указав на меч у пояса.

Судя по слову «тоже», выходит, она тоже на рыцарском?

С самой первой встречи я чувствовал, что её боевая аура необычна.

— Значит, в этом году ты единственный мужчина среди абитуриентов рыцарского факультета.

— …Простите?

От слов, брошенных герцогиней так буднично, моё сознание на мгновение отключилось.

Единственный мужчина… что, простите?

Это значит, что я — единственный цветок в мужском коллективе рыцарского факультета?

О, черт.

Сжать.

— …Леди?

Я стоял, хлопая глазами от шокирующей новости, как вдруг леди крепко схватила меня за руку.

Её брови изогнулись, словно она была чем-то недовольна.

В тот момент, когда я подумал, не случилось ли чего неприятного.

— Арен, запомни. Все женщины — волки.

— ……

Леди прошептала мне этот совет, полный искренности.

Я невольно усмехнулся от абсурдности ситуации.

Мы прибыли в академию спустя два часа.

Если бы я нёс леди на спине, мы бы добрались только к завтрашнему дню.

— Да ладно, ты тоже поступаешь?!

— Ты сам! Кто бы мог подумать, что мы встретимся здесь!

— Ого, сколько лет, сколько зим. Как ты?

— Эх, не спрашивай. Матушка устроила истерику, мол, если не поступлю в академию, выгонит из дома.

Видимо, мы приехали довольно поздно, так как у входа уже было не протолкнуться.

Поскольку большинство абитуриентов были из знатных семей, они, похоже, были знакомы друг с другом.

Я осматривал будущих студентов, радующихся встрече, как вдруг услышал хриплый голос.

— Я пойду вперед. Надеюсь, еще увидимся.

— Да. Увидимся в академии, леди Бронхейм.

— Благодарю за помощь.

Попрощавшись сухим, деловым тоном, герцогиня развернулась и первой вошла в академию.

Мы же решили воспользоваться свободным временем и осмотреться.

Не зря это было лучшее учебное заведение империи: роскошные здания и огромная территория напоминали целый студенческий город.

Говорят, та самая гора, где мы чуть не погибли, тоже является собственностью академии.

Не говоря уже о Повелителе Духов, который проходил мимо, я до сих пор не понимаю, откуда там взялись разбойники.

Кто бы сомневался, что в мире любовного романа всё устроено через одно место.

— Какое же здесь огромное пространство. Нужно быть осторожнее, чтобы не заблудиться.

Леди пробормотала это с беспокойством, глядя на территорию, которая была настолько обширной, что университетский кампус показался бы детской площадкой.

И её беспокойство было оправдано.

Всё потому, что…

— Это вы говорите, леди, которая вечно теряется.

Она была самым безнадежным топографическим кретином из всех, кого я встречал.

Говорят, когда мы впервые встретились, она забрела в бордель только потому, что не могла найти дорогу домой.

Более того, до десяти лет она умудрялась плакать, не находя пути в особняке, в котором жила всё это время.

— Я, я не теряюсь! Я тоже могу найти дорогу, если посмотрю на карту!

— Разве тот факт, что вам нужна карта в академии, где вы учитесь, не доказывает обратное?

— Ах ты!

Леди, разозлившись, замахнулась на меня, но я легко увернулся.

Пока мы препирались, к нам подошла женщина, охранявшая вход.

— Эй, вы там. Абитуриенты, живо в актовый зал. Скоро начнется церемония поступления.

Она указала на огромное здание справа, а затем на часы на своем запястье.

Придя в себя, я осознал, что толпы абитуриентов, окружавшие нас, куда-то исчезли.

Видимо, мы потратили слишком много времени на осмотр.

— Пойдем, Арен.

— Да.

Мы вежливо поклонились женщине и быстрым шагом направились к актовому залу.

— Студенты факультета духов, собирайтесь здесь!

— Студенты магического факультета, вставайте в очередь сюда!

— Рыцарский факультет — сюда! Живее!

Как только мы вошли, люди, стоявшие во главе каждой очереди, яростно махали руками, направляя студентов своих факультетов.

Профессор рыцарского факультета с первого взгляда выглядела так, будто на её лбу было написано: «Я профессор рыцарского факультета».

Мало того, что её манера речи напоминала армейского инструктора, так она еще и была ростом под метр девяносто.

С такой горой мышц казалось, что её одежда вот-вот лопнет.

Она напоминала мне мускулистых персонажей из комедийных манг, где автор рисует мужчину и упрямо называет его женщиной.

— Арен, кажется, мне в другую сторону. Увидимся!

— Да, увидимся.

Так как факультет духов был слева, магический — в центре, а рыцарский — справа, нам пришлось разойтись в разные стороны.

Посмотрим, где тут свободное место…

— Ищешь место? Тут свободно!

Я оглядывался, когда в разговор вмешался незнакомый голос.

Подумав, что обращаются ко мне, я опустил взгляд по диагонали влево и увидел парня из магического факультета, который улыбался и указывал на место справа.

Это было как раз то место в ряду рыцарского факультета, где я должен был сесть.

— О, спасибо.

— Да не за что, пустяки.

Учитывая, как широко он улыбался незнакомцу, парень явно был душой компании.

Поблагодарив его, я сел, и он первым завел разговор.

— Как тебя зовут?

— Имя?

— Ага! Раз уж мы встретились, почему бы не познакомиться?

Оу.

Парень с ослепительной улыбкой, от которой становилось неловко, предложил представиться.

Честно говоря, мне было немного неприятно видеть такую лучезарную улыбку у парня, но, раз он не казался плохим, назвать свое имя было нетрудно.

— Я Арен.

— Арен, значит? Отличное имя. А я — Тео.

— Тео?

Без фамилии? Может, он тоже простолюдин?

Тогда это странно.

Насколько я знаю, среди простолюдинов случаи отсутствия фамилии крайне редки.

— Ты тоже простолюдин?

— Ага, верно! А что, Арен, ты тоже? Ты не назвал фамилию, и я подумал, может, у тебя какие-то трудности.

Вот почему он не спрашивал.

Он действительно добрый малый.

Заботится о ситуации незнакомого человека.

— Ну, я не выгляжу как аристократ с благородными чертами лица.

— Нет! Ты выглядишь очень благородно. Я был уверен, что ты молодой господин из какого-нибудь знатного рода.

— Молодой господин, как же…

Я криво усмехнулся, подумав, что это уже не лесть, а какой-то полет в космос.

Кстати, слышать от другого парня, что я похож на аристократа — довольно странное чувство.

Ну, если сравнивать с прошлой жизнью, это как если бы девушки при первой встрече осыпали друг друга комплиментами.

— Арен, ты на рыцарском?

— Да.

— Вау, круто! Парень на рыцарском факультете.

— Д-да, спасибо.

По идее, я должен был радоваться похвале.

Но что это за чувство?

Манера речи, как у леди, только с мужским лицом — это создавало невероятный диссонанс.

Эта живость в общении, постоянная жестикуляция…

Он явно хороший парень, но как-то не по себе.

— Значит, ты тот самый единственный простолюдин, о котором говорил профессор?

— Единственный? Это значит, что кроме тебя и меня, простолюдинов больше нет?

— Ага.

Я склонил голову, глядя на невозмутимо кивающего Тео.

Хм, а это не странно?

Если считать меня исключением, так как я поступил благодаря покровительству леди, то получается, что этот парень — единственный простолюдин, поступивший своим умом.

Если этот мир — действительно академия из любовного романа, то такие привилегии не дали бы кому попало.

— Эй, Тео.

— Да, ты звал, Арен?

Нет, не наклоняй голову с таким невинным взглядом.

В этом мире это может быть нормально, но мой мозг этого не принимает.

— Как ты поступил в академию? Раз у тебя нет фамилии, значит, тебе пришлось нелегко, как и мне.

— Э-э, что…?

— Я не упрекаю, просто любопытно. Ты, кажется, на магическом, может, кто-то учил тебя магии…?

Академия Телеос официально заявляет, что открыта для всех, независимо от статуса, если есть способности.

Так что если он действительно выдающийся маг, нет ничего странного в том, что он здесь.

Меня лишь интересует, «как он стал выдающимся магом», если он действительно таковой.

Судя по отсутствию фамилии, жизнь у него была непростая.

— Я… просто повезло. Никто меня особо не учил.

— Хм.

Парень замахал руками, и было очевидно, что он врет.

Конечно, на меня это не подействовало.

Даже если лучшие таланты империи зубами выгрызают себе путь сюда, уровень сложности поступления в академию Телеос таков, что это сродни прохождению верблюда сквозь игольное ушко.

И вот, простолюдин с сомнительным прошлым поступает сюда самостоятельно.

Без какой-то особой силы или выдающегося учителя это вряд ли возможно.

Тем более удивительно, если учесть, что в этом мире женщины имеют подавляющее преимущество в использовании магии.

«К тому же, этот парень… его характер тоже кажется до боли знакомым».

Эта невероятная общительность. Или навязчивость?

Эта странная способность влюблять в себя всех вокруг с первой встречи.

Даже лицо довольно смазливое.

Хм… может, стоит проверить?

— Правда? Прости. Я просто подумал, вдруг ты скрываешь особую силу, позволяющую поступить в академию…

— …Ук?!

На слова, брошенные в шутку, он слишком бурно схватился за грудь.

Тут возникло первое подозрение.

— Или, может, учился у великого мастера.

— …Ах!

На вторую фразу он уже издал стон боли и отвел взгляд.

Тут подозрение превратилось в уверенность.

— …Ну, раз нет, так нет.

— В-вот именно…! Ой, Арен, ты тоже…

Но внешне я сделал вид, что поверил.

Парень, купившийся на мою актерскую игру, облегченно выдохнул.

«Ты, сукин сын, главный герой».

В моей голове уже сложился пазл.

Этот парень — главный герой этого мира.

Церемония зачисления в Академию

Церемония началась, и ректор, поднявшись на сцену, принялся за свою привычную, до зевоты скучную вступительную речь.

Однако до моего слуха не долетало ни слова.

— Значит, это и есть наш ректор…

— ……

Всё из-за того, кто сидел рядом со мной и с самым невинным видом хлопал в ладоши, словно морской котик.

У кого-то тут голова идет кругом от происходящего, а этот парень явно не знает забот.

Фух. Я тяжело вздохнул и снова поднял взгляд на сцену.

— О-о…!

— Принцесса…!

Не знаю, дело ли в освещении, но на довольно темной сцене ее золотистые волосы, аккуратно уложенные набок, казались единственным источником света.

Изящные изгибы фигуры и пронзительные бирюзовые глаза, словно инкрустированные изумрудами.

Этой красавицы было достаточно, чтобы в одно мгновение приковать к себе все взгляды в зале.

«Так это и есть та самая принцесса, о которой говорила Леди?»

Вторая принцесса Королевства Руэндель, Сиэль Бальштейн.

Судя по красной ленте на шее, символизирующей второй курс, сомнений быть не могло.

— А теперь мы огласим имена лучших абитуриентов каждого факультета. Прошу названных студентов подняться на сцену. Церемонию проведет представитель второго курса и глава студенческого совета, леди Сиэль Бальштейн.

О, а к лучшим абитуриентам здесь относятся с особым почетом.

При этих словах мои глаза невольно загорелись.

И было отчего…

— Лучшая на факультете магии — Нериэль Маритт. Лучшая на факультете духов — Тиа Белль Ростайл. Лучшая на факультете рыцарей — Сильбена Бронхейм.

— Кья!

Я не сдержал восхищенного возгласа, потому что среди названных имен была наша гордость — моя Леди.

Я радовался так, будто это было мое личное достижение.

Пусть наша Леди страдает топографическим кретинизмом, не умеет готовить, вечно спотыкается на ровном месте, кладет в чай по десять кусков сахара и обожает пиццу с ананасами…

Но в искусстве призыва духов ей нет равных.

Кстати, если Леди и Северную герцогиню я знал, то девушку с фиолетовыми волосами, стоящую слева, видел впервые.

Хотя имя ее было на слуху.

«Нериэль Маритт».

Любимая ученица главы магической башни.

Если мои догадки верны, именно она станет главной героиней для того парня, что сейчас сидит слева и хлопает в ладоши, как тюлень.

— Хм-м…

Видимо, статус лучшей ученицы для протеже главы магической башни — пустяк.

Она фыркнула, словно происходящее ей совершенно неинтересно, и приняла из рук принцессы памятную табличку. По этому жесту я сразу составил о ней мнение.

Да, в любовных романах главы магических башен чаще всего либо самовлюбленные эгоисты, либо люди с серьезными странностями в характере.

— Хе-хе.

В отличие от нее, лицо нашей Леди, стоявшей справа, сияло от счастья.

Она была так рада, что, забыв о том, что находится на сцене, радостно помахала мне рукой.

Я помахал в ответ и одобрительно кивнул, мол, молодец.

Что ж, это в духе нашей Леди.

— Благодарю.

Наконец, Северная герцогиня, как ни в чем не бывало, приняла свою табличку и вежливо поклонилась.

На головах у каждой из них уже красовалась маленькая заколка в виде перышка.

Вероятно, это и есть знак отличия для лучших абитуриентов.

Учитывая характер Леди, она будет носить ее, не снимая, просто потому что ей нравится.

— А теперь, в завершение, святая дева, прибывшая из далекого Святого Королевства Либертан, произнесет клятву от лица всех первокурсников.

После слов ведущей лучшие ученики и принцесса покинули сцену.

На их место поднялась новая фигура.

Серебристые волосы до пояса и пронзительные синие глаза.

Я видел ее впервые, но имя было до боли знакомым.

Юбеллия Эурил.

Та самая святая дева, символ Святого Королевства?

— …Таким образом, клянусь.

— Ура-а-а!

Хлоп-хлоп-хлоп!

Пока я на секунду отвлекся, клятва закончилась, и стоило ей умолкнуть, как зал взорвался аплодисментами и восторженными криками.

Значит, все героини в сборе?

Конечно, могут быть и другие, но основные пять претенденток, скорее всего, именно они.

Да уж, немало их тут.

— Все они невероятно красивы.

— Это точно.

И в центре всего этого будет находиться этот парень.

В будущем именно вокруг него будут разворачиваться всевозможные происшествия.

Ну, если героини влюбятся в главного героя с первого взгляда и начнут драться за его внимание, меня это не касается, так что пропустим.

В конце концов, даже если это любовный роман, мир, в котором мы находимся — это академия.

А значит, будут и соответствующие события, и сопутствующие им опасности.

«Кстати, та встреча с Повелителем Духов — это тоже было событие, вызванное тем, что Леди — одна из героинь?»

Когда я подумал об этом, все встало на свои места.

Очевидно, что подобные события будут происходить не только с Леди, но и с другими героинями.

И в процессе они влюбятся в главного героя.

Я не собираюсь вмешиваться, но если Леди окажется в опасности из-за этих событий, это будет проблемой.

Значит, моя главная цель — защитить Леди.

— Жду не дождусь начала занятий в Академии! Правда ведь, Арен?

К счастью, рядом со мной есть отличная приманка.

В конце концов, главный герой — это синоним слова «генератор проблем».

…Нет, серьезно, перестань так на меня смотреть. У меня нет таких наклонностей.

＊

Когда церемония закончилась, студенты начали понемногу расходиться.

Родители делились впечатлениями, а некоторые студенты отправились осматривать территорию Академии.

Хотя времени до часа дня, когда заканчивался перерыв, было не так уж много.

— Арен! Смотри! Это знак того, что я лучшая абитуриентка!

— Вы великолепны, Леди! Как и ожидалось!

Леди подпрыгивала на месте, указывая на заколку-перышко.

Глядя на это, я вспомнил один мем из прошлой жизни и, отчаянно хлопая в ладоши, начал вилять бедрами.

Было забавно наблюдать, как Леди кружится в такт моим движениям.

С другой стороны, я чувствовал гордость, вспоминая, сколько усилий она приложила.

— Как думаешь, мама была бы рада, если бы пришла?

— Конечно, была бы. Ведь ее дочь поступила в Академию Телеос лучшей из лучших.

— Хи-хи, правда?

В конце концов, леди Камилла была довольно суровой женщиной, бывшим рыцарем, но она никогда не была плохой матерью.

Напротив, ее любовь к дочери была безгранична.

И если бы она была здесь, то, увидев Леди с этой заколкой, наверняка бы украдкой смахнула слезу.

Я верю, что она была бы счастлива видеть дочь, которая вопреки всем запретам шла к своей мечте и наконец достигла ее.

— Младшая коллега, вот ты где.

Пока мы с Леди увлеченно разглядывали табличку, в наш разговор вмешался незнакомый голос.

[[image:/storage/reader-images/a85dba3c806c2a76157bffbdbb9e5ee0da913f4c.png]]

— О, Ваше Высочество принцесса…?!

— Привет!

Я обернулся и увидел знакомое лицо.

Это была вторая принцесса Королевства Руэндель, Сиэль Бальштейн, которая только что была на сцене.

Окружающие тоже были удивлены, и шумная толпа мгновенно притихла.

— Прошу прощения за запоздалое приветствие.

— Нет-нет, забудь. Расслабься, будь проще.

Когда мы с Леди одновременно поклонились, она замахала руками, призывая нас не церемониться.

Несмотря на титул принцессы, она держалась удивительно легко.

— В Академии нет места сословным различиям. Зови меня «старшая коллега Бальштейн». Ну, или просто по имени.

— Тогда я буду называть вас старшей коллегой Бальштейн…

— Аха, отлично. А ты, младший коллега?

Э, чего? Мне тоже надо что-то сказать?

Я думал, меня вообще проигнорируют, как предмет мебели, поэтому удивился, когда она обратилась ко мне.

— Тогда я тоже буду называть вас старшей коллегой.

— Эй, я надеялась, что хоть кто-то наберется смелости и назовет меня «старшая коллега Сиэль». Немного обидно.

Я просто использовал привычное обращение из университетских времен, а она в ответ выдала нечто провокационное.

Что ж, если она сама того хочет…

— Понял. Буду называть вас старшей коллегой Сиэль.

— А, Арен…?!

— Э…?

Леди схватила меня за руку, пораженная тем, что я так запросто назвал принцессу по имени.

Но сама Сиэль лишь удивленно расширила глаза и промолчала.

Я уже начал жалеть, что перешел черту, как вдруг…

— Аха-ха! Забавный ты парень. Смелости у тебя побольше, чем у многих девушек! Зачет.

— Вот как? Приятно слышать.

Принцесса — нет, старшая коллега Сиэль — рассмеялась, явно довольная моим ответом.

К счастью, я не ошибся.

Леди, кажется, тоже выдохнула с облегчением — я услышал, как она прошептала: «Фух».

— Кстати, я ведь так и не спросила, как зовут тебя, младший коллега.

— Арен. Я сопровождаю леди Тиа в качестве ее телохранителя.

— Арен? А-а, так ты тот самый единственный парень на рыцарском факультете в этом году? Хм-м.

Сиэль откровенно осмотрела меня с ног до головы, словно изучая редкий экспонат.

А затем уставилась прямо в лицо, прищурив глаза, как полумесяцы.

Неужели это так удивительно?

— Неужели присутствие парня на рыцарском факультете — такая редкость?

Я слышал, что я единственный парень на курсе, но не думал, что это вызовет такой ажиотаж.

— Еще бы. По крайней мере, последние двадцать лет такого не было.

— ……

Значит, все-таки редкость.

Но двадцать лет — это уж слишком.

Неужели за все это время ни один парень не пытался поступить на рыцарский факультет?

Или же желающие были, но все они провалились?

В любом случае, это поразительно.

— Кстати, у вас было какое-то дело к нам?

— Не то чтобы очень важное. Просто в нашей Академии есть традиция: представители старших курсов берут шефство над лучшими абитуриентами.

— А-а.

Леди понимающе закивала.

То есть, это своего рода связи.

Если ты лучший абитуриент, Академия хочет вырастить из тебя перспективного специалиста, поэтому поручает тебя под опеку успешным старшекурсникам.

— Если возникнут трудности, обращайтесь ко мне. Я всегда в студсовете.

— О! Спасибо большое, старшая коллега Бальштейн.

— Ага. И ты, младший коллега, тоже обращайся.

— Договорились.

— Отлично. Еще увидимся.

Она попрощалась с нами, помахала рукой и ушла.

Словно ураган пронесся.

Она совсем не похожа на Тео, но тоже та еще душа компании.

В любом случае, плохим человеком она не казалась.

— Перерыв окончен! Первокурсники, все на построение!

В самый подходящий момент раздался громкий голос.

Женщина-профессор, стоявшая во главе рыцарского факультета, уперла руки в бока и прокричала это так, будто использовала магию усиления голоса.

Уже час?

Пора возвращаться в общежитие, чтобы отдохнуть от дороги…

— Сейчас начнется экзамен на распределение по классам! Всем следовать за преподавателями!

…Вот черт. Все-таки это случилось.

Экзамен по распределению (1)

Нас, новобранцев, везут куда-то в огромной телеге.

От такого положения дел возникает ощущение, будто нас везут не на экзамен по распределению, а прямиком в тюрьму.

Дребезг-

Когда телега наскочила на камень и издала оглушительный грохот, это послужило сигналом.

Профессор Азелла, которая до этого возглавляла колонну новобранцев и объявила о начале экзамена, открыла рот.

Хотя, скорее, она больше походила на инструктора, чем на преподавателя.

— Итак, пока мы следуем к месту проведения испытания, я разъясню вам правила экзамена по распределению. Повторять дважды не стану, так что впитывайте каждое слово.

— Есть!

Последовал дружный, громогласный ответ, и женщина-профессор, сжимая в руке небольшую указку, указала на пустоту.

Тут же возникло нечто вроде полупрозрачного экрана, на котором проступил пейзаж огромного леса.

— Место, куда мы сейчас направляемся, называется Лес Духов. Есть ли среди новобранцев те, кто знает об этом месте?

— Да, я знаю.

— Хо-о, ну так просвети нас.

Профессор Азелла кивнула, явно довольная тем, что одна из студенток так уверенно подняла руку.

— Как следует из названия, это лес, в котором обитает множество духов, из-за чего плотность маны в воздухе здесь крайне высока. Изначально этот район был непригоден для жизни, но в прошлом первый ректор академии, лорд Телеос, решил эту проблему, после чего и основал здесь академию.

— Безупречное объяснение.

Хлоп-хлоп.

Ну конечно, в любой компании должен найтись такой «ходячий справочник».

Впрочем, Лес Духов…

Уже одно название намекает на то, что место это будет весьма каверзным.

— Благодаря этому духи леса не слишком враждебны к людям. Однако они терпеть не могут, когда кто-то вторгается в их владения. Понимаете, к чему я клоню?

— …К тому, что во время экзамена нам, возможно, придется сражаться с духами не на жизнь, а на смерть.

— Верно.

Стоило мне озвучить свой вывод, как профессор Азелла снова захлопала в ладоши.

Я так и думал.

В конце концов, экзамен по распределению в этой академии славится своей жестокостью — настолько, что порой задаешься вопросом: «Это точно экзамен по распределению?»

В процессе неизбежно возникнет шум, завяжутся сражения.

А если из-за этого кто-то заденет духов, то на голову свалится куча проблем.

Наверняка именно на это и рассчитывали, выбирая такое место для испытания. В любом случае, подло.

— Раз с местом проведения разобрались, перейдем к сути.

Вжух!

Профессор Азелла с силой сорвала брезент, накрывавший телегу, в которой она ехала, и оттуда посыпались груды браслетов.

Мы все застыли, хлопая глазами, пытаясь понять, что это такое.

— С того момента, как вы ступите в лес, вы наденете эти браслеты, и вас переместят в случайные точки с помощью магии телепортации. А если нажать на нижнюю часть браслета…

Щелк.

— …то выскочит вот такой маленький драгоценный камень, наполненный маной. У каждого из вас, за исключением лучших абитуриентов, в браслете будет ровно по одному такому камню. Вам нужно собрать в общей сложности три штуки, а затем выбраться наружу через портал, расположенный в указанной точке. Понятно?

То есть это чистой воды выживание.

В отличие от меня, который согласно кивнул, кто-то из толпы поспешно поднял руку.

— Профессор, вы сказали «за исключением лучших абитуриентов». Значит ли это, что у них изначально другое количество камней?

— Верно. У лучших абитуриентов их три. Иными словами, если они просто не позволят их отобрать, то смогут выбраться без проблем. А распределение по классам будет зависеть от порядка выхода.

Хо-о, вот оно что.

Что ж, раз уж они лучшие абитуриенты, им полагается определенное преимущество.

Если учесть, что на каждом факультете около сотни студентов, а делят их на три класса…

Значит, в элитный класс А попадет около тридцати человек.

— Но, с другой стороны, это означает, что если вы победите лучшего абитуриента, то получите «билет» на выход одним махом. В конце концов, у риска бросить вызов сильному противнику должна быть достойная награда.

Понятно.

Для обычного студента схватка с лучшим абитуриентом может показаться самоубийством.

Иными словами, это выбор: рискнуть и сразиться с сильным ради большой награды или выбрать безопасный путь, охотясь на тех, кто кажется слабее.

Дилемма, однако.

— Кстати, за ходом вашего экзамена будут в режиме реального времени наблюдать кураторы. Это повлияет на итоговую оценку, так что имейте в виду.

Пик.

Затем профессор Азелла нажала кнопку на верхней части браслета, и на маленьком экранчике высветилась какая-то надпись.

— Если нажать сюда, можно получить краткую информацию о противнике в радиусе пяти метров. Не бог весть что, но все же.

Это что, сканер боевой силы?

С этой мыслью я надел браслет и нажал кнопку для проверки.

【Сильбена Бронхейм】

【Факультет: Рыцарский】

【Специализация: Фехтование】

【Тиа Белль Ростайл】

【Факультет: Духов】

【Специализация: Духовная связь】

【Тео】

【Факультет: Магический】

【Специализация: Магия исцеления】

Хм-м. Вот как это работает.

Конечно, информации немного, но даже знание специализации противника будет полезно в бою.

Если кто-то вроде Тео специализируется на небоевой магии, он может временно объединиться с тем, кто силен в бою.

Неплохо.

Дребезг-

— На этом инструктаж окончен. Всем приготовиться к высадке!

Колеса телеги сбавили ход, и как раз когда раздался громогласный голос профессора Азеллы, перед нашими глазами показался вход в густой лес.

Спустя примерно тридцать минут после того, как всех новобранцев телепортировало в лес.

Сильбена бродила среди деревьев, ее лицо исказилось от скуки и разочарования.

«Как же так, неужели никто не хочет бросить вызов?»

Она чувствовала присутствие людей вокруг, которые пытались выследить ее, но никто не решался напасть.

Впрочем, она была к этому готова.

Среди новобранцев вряд ли найдется кто-то, способный удовлетворить ее амбиции.

Именно поэтому она заранее отбросила все ожидания, но реальность оказалась еще более разочаровывающей, чем она могла представить.

Ей не нужен был достойный соперник.

Ей не нужен был кто-то равный, кто мог бы скрестить с ней мечи на равных.

Ей хватило бы и того, кто с отвагой бросился бы в бой, желая хотя бы чему-то научиться.

Или того, кто, гордо назвав свое имя, смело пошел бы в лобовую атаку.

Только и всего, но никто не мог этого дать.

— Л-леди! Я отдам вам камень, только, пожалуйста, не трогайте меня…!

— …Понятно.

Даже те, с кем она сталкивалась взглядом, тут же поджимали хвосты и спешили отдать свои камни.

До чего же нелепо.

В конце концов, у нее, как у лучшей абитуриентки рыцарского факультета, было целых три камня.

Ей не нужны были их камни, и она никогда не рычала на них, требуя отдать добро.

Напротив, объективно говоря, именно она должна была быть добычей.

Нормально было бы, если бы они, стиснув зубы, пытались победить ее, чтобы получить пропуск на выход.

«Лучше просто найти выход».

Интерес угас мгновенно, и Сильбена решила просто покинуть лес.

Все равно здесь не было никого, кто мог бы ее удовлетворить.

Именно в тот момент, когда она молча шагала вперед, погруженная в свои мысли, раздался звук.

Шурх…!

— М-м?

Вместе с чужой маной, уловленной ее чувствами, послышались шаги, словно кто-то бежал по траве.

Может, кто-то сражается неподалеку?

Особых надежд она не питала, но решила проверить — вдруг это хоть немного разгонит скуку.

— Ха, ха-а…!

— Хе-хе, ну что, твои жалкие попытки сопротивления закончились?

Там, на поляне, стоял парень с каштановыми волосами и довольно простодушным лицом, а перед ним — женщина с тяжелым двуручным мечом.

С первого взгляда было ясно, что парень загнан в угол.

Он сидел на траве, тяжело дыша, а женщина насмехалась над ним.

«Неприятное зрелище».

Это было совсем не то, что нравилось Сильбене.

В суровых землях Севера, где она выросла, всегда было полно иноземцев.

Там выживали только сильные женщины, а мужчины всегда были объектами защиты.

Она не говорила, что это плохо.

Просто из-за этого у нее сформировалось предвзятое отношение к мужчинам.

Они казались ей хрупкими, слабыми и вечно нуждающимися в защите.

Точно так же, как этот парень, валяющийся на земле.

«Те, кто издевается над ними, ничем не лучше».

С другой стороны, у нее накопилось негативное отношение к тем, кто самоутверждается за счет слабых.

Да, прямо как эта женщина.

Видеть, как эти два чувства смешиваются в одной сцене, было тошнотворно.

«Лучше бы я этого не видела».

Видно было, что парню приходится несладко.

Но это не было поводом вмешиваться в честный экзамен.

Она уже собиралась развернуться, как вдруг…

— А ты продержался довольно долго. Прямо как настоящий студент академии. Хе-хе!

«Студент академии?»

Когда женщина с двуручным мечом произнесла это слово, Сильбена вскинула голову.

Тон ее голоса звучал так, будто она сама не была студенткой академии.

И в этот момент.

— Личико у тебя симпатичное, я уж было подумала поиграть… но времени нет. Прощай.

— …!

Женщина, не раздумывая ни секунды, с силой взмахнула мечом, намереваясь лишить парня жизни.

В принципе, на экзаменах в академии иногда случались жертвы.

Но это были лишь несчастные случаи, происходившие во время тренировок, максимально приближенных к реальности.

Никто не размахивал оружием с явным намерением убить.

В тот момент, когда Сильбена, осознав, что черта перейдена, собралась рвануться вперед, раздался звук.

Дзынь!

Раздался яростный лязг металла о металл, и она замерла на месте.

Появившийся из ниоткуда парень заблокировал этот удар.

«Этот парень…»

И этого парня Сильбена тоже прекрасно помнила.

Экзамен по распределению (2)

Скрежет. Металл о металл — словно крик, вырвавшийся из самой стали.

Я безучастно наблюдал за этим, а затем, вложив в движение всю силу, с размаху отбил меч противника.

Ка-ан!

Похоже, он не ожидал такой мощи: вытаращив глаза, он поспешно отскочил, разрывая дистанцию.

Не зря я всё-таки приглядывал за этим парнем, Тео.

— Кх-х-х…

— …

Я невольно усмехнулся, глядя на то, как противник пускает пену изо рта и теряет сознание.

Впрочем, свою роль приманки он отыграл исправно, так что ругать его не стану.

— Что, удивлен? Не ожидал, что среди этой кучки студентов попадется кто-то с таким же уровнем силы?

— …?!

Стоило мне бросить эту откровенно провокационную фразу, как зрачки врага дрогнули.

— …О чем ты?

— Хватит ломать комедию, раз уж тебя раскрыли. Я всё понял.

Я одарил его презрительной усмешкой, видя, как он пытается отпираться до последнего.

Видимо, он решил стоять на своем до конца, потому что лишь пожал плечами, отвечая с невозмутимым видом:

— Ты его друг? Тогда ты слишком эмоционален. Я просто победил в честном бою.

— А-а, так, значит, лишать жизни того, кто уже проиграл — это у вас «честный бой»?

Я нарочито насмешливо переспросил, пожав плечами, и он поморщился.

Да уж, изначально нелепый аргумент.

Если бы этот тип действительно был студентом, участвующим в экзамене, он бы целился не в жизнь Тео, а в драгоценный камень, спрятанный в браслете.

«К тому же, этот удар… он был весьма хорош».

Всего одного столкновения хватило, чтобы понять: этот парень — не уровень рядового студента академии.

И самое главное…

— Я всё равно тебя ждал. Было очевидно, что рано или поздно появится кто-то вроде тебя.

— …Что?

В историях про академии нападение на церемонии поступления или шпион, затесавшийся среди учеников, чтобы сеять хаос — это классика жанра.

С самого начала, когда объявили об экзамене по распределению, я чувствовал неладное, и теперь, когда враг выскочил как черт из табакерки, мне стало даже смешно.

«Теперь всё ясно».

И всё же, я благодарен этому шпиону.

Благодаря ему я окончательно убедился, что Тео, валяющийся рядом в таком жалком виде — главный герой.

Что ж, надо бы отплатить ему за это.

Го-о-о…

— Меч ауры…!

Стоило мне наполнить клинок маной, как над лезвием заструилась дымка.

Увидев это, враг издал сдавленный звук, полный ужаса.

— Как какой-то первокурсник смог достичь уровня эксперта меча…!

— У меня нет времени на объяснения, так что выкладывай. Кто ты такой? За тобой стоит какая-то организация? С какой целью ты охотился за этим парнем? Есть ли у тебя сообщники? Каков был план проникновения?

Я выпалил вопросы, словно стреляя из пулемета.

В ответ он лишь скривился, словно мои слова не стоили и ломаного гроша, и перехватил меч поудобнее.

— Тц, сдохни!

— Ага, сейчас. Я быстрее.

Вжух!

— …!

Дзынь!

Не принимая боевой стойки, я рванул вперед и изо всех сил рубанул мечом, напитанным маной.

Противник заблокировал удар.

На его клинке, как и на моем, играла багровая мана.

Увидев это, я не испугался, а лишь ухмыльнулся.

— Прижало к стенке, и сразу показал истинную силу?

— Кх…!

Мое замечание заставило его с досадой закусить губу.

— …Ты, из чьих будешь?!

— Вообще-то, это ты должен отвечать на вопросы.

В моем голосе сквозила ледяная ярость, отражающая нынешнее настроение.

Ка-ан!

Он идеально отбил мой удар и восстановил стойку.

Багровая мана, исходящая от всего его тела, струилась по клинку, словно марево.

Это не дилетант вроде меня, а настоящий, зрелый эксперт.

Уровень, который называют порогом элиты.

Этот парень… он что, сильнее сэра Камиллы?

Черт, тогда дело принимает опасный оборот.

— Раз уж ты так хочешь знать, я вытяну из тебя всё, когда перережу сухожилия на руках и ногах.

— Иди на хуй.

Я легко показал ему средний палец, и он, не выдержав провокации, бросился прямо на меня.

Скрежет! Скре-е-жет…!

Тц, и правда, тяжеловато.

Вес меча, плотность маны в нем — всё это на голову выше любого, с кем мне доводилось сражаться до сих пор.

А эта жажда убийства, исходящая от него… Нет, скорее, это была сама аура смерти.

Она была гуще и тяжелее, чем у той герцогини, которую я встретил ранее.

Дзынь! Ка-ан!

— Это всё, на что ты способен?! А ведь так лихо нападал!

— Не строй из себя героя.

Впрочем, сам он тоже выглядел не особо расслабленным.

С каждым столкновением клинков с его лица всё больше исчезала самоуверенность.

Вжух!

— …!

Стоило мне на мгновение открыться, как его меч метнулся к моему плечу.

Я едва успел уклониться и, поддев его клинок снизу вверх, с силой отбил его.

Вспых!

— Кху-у…!

Внезапно из его левой руки вырвалось пламя. Я вытаращил глаза и из последних сил отпрыгнул назад.

Но из-за того, что реакция была чуть запоздалой, мою правую руку слегка опалило.

Черт, жжет.

А главное — что это было? Разве он не фехтовальщик?

Я взглянул на его правую руку, из которой вырвалось пламя.

В ней был зажат небольшой листок бумаги с начертанными на нем символами, похожий на амулет.

— Не думал, что придется использовать это против такого сопляка, как ты… Но медлить больше нельзя, так что выбора нет.

Магический свиток…!

Он тратит такую дорогую вещь?!

Стиснув зубы от боли в обожженной руке, я потянулся к мечу, но он лишь слегка щелкнул пальцами, заставляя что-то взмыть в воздух.

Раздался хлопок, и в следующее мгновение…

— …Блять, да ты издеваешься.

В воздухе материализовались десятки ледяных стрел, нацеленных прямо на меня.

Это уже не по правилам, не так ли?

Свист!

Я бросился вперед, прямо навстречу летящим ледяным стрелам, прорезающим воздух.

Но, видимо, он не собирался просто стоять и смотреть.

Скрывшись за ледяными стрелами, он в мгновение ока оказался передо мной и взмахнул мечом.

Глаза успели среагировать, но одна из стрел вонзилась мне прямо в правую руку, ту самую, что держала меч.

Из-за этого тело не успело завершить движение.

В тот самый миг, когда его клинок был готов разрубить мой череп надвое…

Плюх!

Раздался гротескный звук рвущейся плоти.

На секунду сознание отключилось.

Не потому, что моя голова покатилась по траве, нет.

Просто…

— Т-ты, дрянь… подло ударила со спины…

Потому что пронзили не меня, а врага, который собирался меня прикончить.

Из рта противника, чей живот был пробит насквозь, хлынула алая кровь.

А из-за его спины, словно тень, бесшумно показалось знакомое лицо.

— …Глупец. Ты еще будешь рассуждать о честности на поле боя?

— Ч-черт…!

Грохот.

Тело врага рухнуло на холодную траву.

А женщина, стоявшая за ним, полностью открылась моему взору.

Если не считать черного жакета, накинутого на плечи, она выглядела точно так же, как и раньше.

— Бронхейм, герцогиня…?

Стоило мне произнести её имя, как она подошла ко мне с тем же бесстрастным выражением лица.

Сильбена Бронхейм.

Сама Северная герцогиня явилась, чтобы спасти меня.

Ссс-с…

Словно говоря, что битва окончена.

Белоснежная мана, окутывавшая её клинок, начала рассеиваться, издавая тихий звук, подобный инею на утренней траве.

Меч ауры.

Я догадывался, но она и впрямь оказалась мастером высокого уровня.

— Ты в порядке? Есть ранения?

— Да, благодаря вашему своевременному появлению я в полном порядке. Если не считать того, что руку немного опалило.

Я пожал плечами, глядя на неё, когда она осматривала меня.

В её глазах, заметивших ожог на моей правой руке, мелькнула тревога.

Похоже, она решила, что опоздала.

— К тому же, я слышал ваш разговор. Кто эта женщина?

— Кто знает. Это нам еще предстоит выяснить. Я как раз сама задавалась этим вопросом.

— …По крайней мере, ясно, что она не студентка, пришедшая с благими намерениями.

— Именно так.

Я улыбнулся, видя, как быстро она всё схватывает, и легко отряхнул одежду от пыли.

В любом случае, благодаря эффектному появлению герцогини, одна проблема была решена, и это…

— …!

…не успел я расслабиться, как заметил, что поверженный враг, приходя в себя, тянет руку к карману.

Было уже поздно.

Из его кармана показался такой же магический свиток, как и раньше.

Я рефлекторно бросился вперед.

— Герцогиня!

Ква-а-а-анг!

В следующее мгновение мой крик и голос шпиона утонули в оглушительном грохоте взрыва.

＊

Пи-и-и-и…

В ушах звенело от оглушительного шума.

Сильбена даже не успела осознать, что произошло.

Когда она пришла в себя, мужчина, которого она только что спасла, уже стремительно бросился к ней.

— Герцогиня!

Вспых!

Раздался отчаянный крик, и она почувствовала, как её тело подхватили.

Мир перевернулся, сознание на мгновение погасло, а затем вернулось вновь.

«Что случилось?»

На месте, где еще мгновение назад была густая трава, зияла огромная воронка.

Сильбена удивленно моргнула и слегка наклонила голову.

— Ха… ха-а…

Перед ней, нависая, тяжело дышал мужчина, опираясь на руки, чтобы защитить её своим телом.

«Неужели он защитил меня от того взрыва?»

Только теперь её мысли начали приходить в норму.

Но даже после этого она всё еще чувствовала себя словно в тумане.

Северная герцогиня.

Она, выросшая на холодных землях Севера, где почитают лишь силу, была защищена кем-то другим.

И более того — тем, кого она всегда считала слабым мужчиной.

В тот момент, когда она это осознала, её ноздри защекотал приятный мужской аромат.

— Вы в порядке?

Он, не обращая внимания на собственное израненное тело, первым делом спросил о её состоянии.

В тот миг, когда она встретилась с ним взглядом…

— Я… я в порядке. А ты сам…

Почему-то ей стало трудно смотреть ему прямо в глаза.

— --

###

Экзамен по распределению (3)

Никак не ожидал, что этот шпион в самом конце решится на самоубийственную атаку.

Из-за этого я среагировал с опозданием и теперь чувствовал себя так, будто меня пропустили через мясорубку.

К счастью в несчастье, в то мгновение я собрал все остатки маны и создал щит, благодаря чему удалось уберечь хотя бы Сильбену Бронхейм.

Что касается Тео, то он находился достаточно далеко, так что, похоже, отделался лишь испугом.

— Прости. Это из-за моей неосторожности ты…

Подойдя ко мне, Северная герцогиня склонила голову.

Здесь что, даже высокопоставленные особы настолько вежливы? Вот уж правда, домашнее воспитание решает всё.

— Ничего страшного. Считайте, что я отделался легким испугом, если сравнивать с ценой жизни. Жаль только форму, она стоит денег.

Чтобы хоть немного разрядить обстановку, я указал на свою изорванную в клочья одежду и попытался отшутиться.

И ведь не соврал — форму, которую я надел всего раз, превратили в лохмотья, и мне было искренне жаль потраченных средств.

Даже на ощупь ткань казалась довольно дорогой.

Если вспомнить, что в прошлой жизни покупка школьной формы стоила целое состояние, то реализм этого мира меня даже пугал.

— Э-э, лучше накинь это. В таком виде ты всё равно не сможешь купить новую форму.

Тук.

Почему-то Северная герцогиня, глядя на меня сверху вниз, покраснела и отвела взгляд.

Затем она сняла с плеч черный блейзер и бросила его к моим ногам.

— Я в порядке.

— А я — нет! Так что надевай, немедленно!

— А, да…

Ну зачем же так кричать?

— Кхм… В любом случае, спасибо, что спас меня. Клянусь именем рода Бронхейм, я никогда не забуду этой услуги.

— Да бросьте. Это ведь я первым получил помощь от вас.

В конце концов, я просто вернул долг, так что не считал, что совершил нечто особенное. Мы просто помогли друг другу.

— Кстати, ты можешь идти? Нужно как можно скорее выбраться отсюда и заняться твоими ранами.

«Нужно сообщить об этом инциденте» — она сказала не это, а «нужно заняться твоими ранами».

Эта маленькая деталь выдала в ней человека довольно заботливого, несмотря на внешнюю холодность, и я невольно улыбнулся.

Типичная черта северных герцогов: холодные снаружи, но теплые внутри.

— Хм… Немного тяжело. Я потратил всю ману.

Честно говоря, даже просто разговаривать сейчас было мучительно. Я чувствовал себя куклой, у которой сели батарейки, и которая вот-вот остановится.

— Тогда я помогу тебе. Положи руку мне на плечо.

— Тогда не откажусь от помощи.

Я с трудом поднял руку и положил её ей на плечо.

Мне было немного жаль оставлять Тео, но ничего не поделаешь. Вместо того чтобы пытаться тащить его в полубессознательном состоянии, разумнее было сначала выбраться отсюда, а потом вернуться за ним.

— Тебе удобно?

— Да, всё хорошо. Идти могу.

К счастью, с поддержкой я был в состоянии передвигаться, так что не стал доставлять ей лишних хлопот.

Но почему-то…

— …Эм, леди?

— Ч-что? Почему ты спрашиваешь?

…Состояние этой леди было странным.

Она даже не смотрела на меня. Я не требовал, чтобы она заглядывала мне в глаза, но если у человека есть хоть капля приличия, он должен хотя бы делать вид, что смотрит на собеседника.

— Вы постоянно отворачиваетесь. Там что, есть что-то интересное?

— А, нет. Я ничего не вижу.

— …?

Разве не правильнее было бы ответить что-то вроде «ничего особенного»?

Мы продолжали идти в неловкой тишине, пока вдалеке не показалось голубоватое свечение.

— …Хм?

Я просиял, решив, что это выход, но тут же встретился взглядом с женщиной, стоявшей у портала.

— В чем дело? Судя по всему, этот студент не собрал все камни.

Похоже, у неё был какой-то инструмент для обнаружения магических камней.

Даже если не брать в расчет Сильбену Бронхейм, у которой изначально было три камня, у меня был всего один, так что, видимо, она не собиралась нас выпускать.

Даже видя, в каком я состоянии, она оставалась непреклонной.

— Инспектор, здесь раненый. И, пожалуйста, немедленно остановите экзамен.

— Остановить? Что ты такое говоришь?

Сильбена Бронхейм заговорила за меня.

Когда обычная студентка с порога потребовала прекратить экзамен, лицо инспектора исказилось от недовольства. Но Северная герцогиня, не обращая на это внимания, начала спокойно докладывать о случившемся.

— Среди первокурсников оказался террорист. Мой товарищ серьезно пострадал в бою с ним. Поэтому, прежде чем появятся новые жертвы, экзамен необходимо остановить.

— Террорист? Ты уверена в своих словах…?!

Инспектор посмотрела на нас холодным взглядом, словно угрожая, что в случае лжи нас немедленно отправят к профессору Азелле.

На это Северная герцогиня ответила с лицом, холодным, как лед.

— Да. Я уверена. Хотя из-за самоподрыва тело исчезло, мы видели всё своими глазами.

— Что! Значит, тот взрыв…!

Расстояние было небольшим, так что неудивительно, что звук донесся и сюда.

Даже для студента академии сотворение магии такого масштаба было непосильной задачей, так что она, должно быть, сама сомневалась в происходящем.

— Подождите здесь. Я немедленно доложу руководству. А, профессор Азелла!

Похоже, она начала срочно обсуждать ситуацию с главным инспектором, профессором Азеллой, которая находилась снаружи.

Отвернувшись на мгновение, она что-то быстро объясняла, а затем энергично закивала.

— …Да! Поняла. Тогда я немедленно выведу этих студентов. Нам нужно подкрепление, чтобы помочь остальным!

Похоже, разговор был окончен.

Я, выждав момент, с трудом поднял ноющую руку и, указав в сторону кустов, обратился к инспектору:

— Инспектор, там в кустах лежит мой друг по имени Тео. Он первым столкнулся с террористом, поэтому, пожалуйста, спасите его в первую очередь.

— Поняла! Я немедленно заберу его. А вы двое выходите наружу и отправляйтесь к медикам.

Вшух!

Как только она исчезла, Северная герцогиня крепче прижала меня к себе и мы двинулись дальше.

— Пойдем и мы.

— Да, конечно.

Сссс…

«Наконец-то мы выходим».

Как только мы вошли в портал, нас окутало голубое сияние.

Теперь можно немного расслабиться.

В тот момент, когда эта мысль промелькнула в голове, всё погасло.

Тук.

Словно при коротком замыкании, сознание мгновенно отключилось.

＊

Когда Сильбена вывела Арена наружу, он уже был без сознания.

К счастью, пульс был в норме, так что он просто потерял сознание.

«Неудивительно».

Если он пытался защитить себя от взрыва такой силы, то наверняка выжал из себя всю ману до последней капли.

Ток.

Чувствуя одновременно благодарность и вину, Сильбена невольно коснулась рукой щеки Арена, которого укладывали на носилки.

— Студентка Бронхейм, прошу, объясни ситуацию подробнее.

— …?!

Когда к ней подошла профессор Азелла, она поспешно отдернула руку, словно обожглась.

Она сама не понимала, почему совершила такой поступок.

Трогать спящего мужчину… Неужели она настолько перенервничала из-за случившегося, что её разум дал сбой?

— Да. Прежде всего, насколько я видела, всё было так: какая-то женщина сражалась со студентом…

Тем не менее, она каким-то образом взяла себя в руки и продолжила объяснение.

Поскольку она сама была воспитана в духе войны, она умела четко и ясно составлять отчеты.

— …Вот как. Жаль, что тело преступника не удалось найти, но ничего не поделаешь.

— Вероятно, это было сделано для уничтожения улик.

— Скорее всего. В любом случае, я поручу поисковой группе провести тщательное расследование. Мы обязательно поймаем тех, кто посмел причинить вред студентам, так что не волнуйтесь.

— Да. Кстати, а он…?

Она невольно спросила об Арене, которого уже уносили на носилках.

На самом деле, важнее всего была информация о теракте, но беспокойство о человеке, спасшем ей жизнь, пересилило всё остальное.

— Не волнуйся. Студента Арена немедленно отправили в медицинский отряд, с ним всё будет в порядке. Медики сказали, что он просто истощил ману, серьезных травм нет.

— …Какое облегчение.

После слов Азеллы с губ Сильбены сорвался вздох облегчения.

Она еще даже не успела как следует отблагодарить того, кто спас её жизнь.

Хотя он и сказал, что они просто квиты, она так не считала.

«Скорее бы он пришел в себя».

Только она успела подумать об этом, как…

— …Тц. Внезапная остановка экзамена, как скучно.

Из портала, который был позади неё, выскочила женщина с бледно-фиолетовыми волосами.

Она пробормотала это с недовольным видом, словно суета вокруг её вовсе не касалась.

«Нериэль Маритт».

Обернувшись, Сильбена мысленно произнесла её имя.

Они ни разу не разговаривали, но она хорошо запомнила её лицо. Ведь она была лучшей студенткой на факультете магии, которая вместе с ней поднималась на сцену во время церемонии поступления.

— А ведь я хотела опробовать ещё столько заклинаний.

Усу-су.

Она надула губки и подняла руку, а затем из неё на траву посыпалось множество предметов.

Это были те самые магические камни, которые крепились к браслетам студентов, сдававших экзамен по распределению.

Визит леди

Придя в себя, я первым делом уставился в безликий потолок.

Спустя три секунды задержки я наконец осознал, где нахожусь.

А, точно. Я же потерял сознание.

Пиздец.

Леди наверняка перепугалась до смерти.

— Угх…

Я попытался сесть, издавая стон, но сил хватило лишь на то, чтобы кое-как опереться спиной о изголовье кровати.

Не сказать, что тело болело. Просто из-за полного истощения маны в мышцах не осталось ни капли энергии.

Я попытался размять плечи, чтобы хоть как-то взбодриться, как вдруг услышал странный звук.

Скрип…

Я перевел взгляд на источник шума и увидел знакомое лицо, наблюдающее за мной из приоткрытой двери палаты.

— …Арен?

— О, леди.

Я радостно помахал рукой леди Тиа Белль Ростайл, которая застыла на пороге, глядя на меня так, будто увидела привидение.

Я уже предвкушал трогательную встречу с леди, которая наверняка бросится ко мне с заплаканным лицом…

— Какое еще «О, леди»?! Ты хоть представляешь, как я волновалась?!

…Да хрен там. Сначала меня ждал нагоняй.

Впрочем, я так и ожидал.

— Прошу прощения, что заставил вас волноваться. Но, в конце концов, я же выжил, так что все в порядке.

— Ничего не в порядке! Ты хоть знаешь, как я перепугалась, когда услышала, что Арен упал без сознания?!

— Ой, леди, ну полно вам. Разве вы не знаете, что в лазарете нужно вести себя тихо? Давайте успокоимся.

Я нарочито театрально заговорил, пытаясь утихомирить её.

Леди все еще выглядела разгневанной и продолжала пыхтеть, но все же послушно опустилась на стул, стоявший рядом.

— …Я слышала от Сильбены Бронхейм, что Арен пострадал, пытаясь защитить её от взрыва.

Сильбены Бронхейм?

Ого, а они перешли на более доверительный тон.

Решив, что это признак их сближения, я легкомысленно отмахнулся:

— Эй, не говорите так, будто это произошло из-за герцогини. Она ведь тоже спасла меня, так что мы просто помогли друг другу.

— Я знаю. Мне уже передали. Но это все равно было слишком безрассудно. Что бы ты делал, если бы все пошло не так?

Честно говоря, у меня не было времени об этом думать.

Я просто бросился к Сильбене Бронхейм, движимый единственной мыслью — защитить её.

Хотя, если признаться, за такое меня сейчас точно прибьют, да?

— Разве нужны причины, чтобы кого-то защитить? Вы бы на моем месте поступили так же, леди.

— …Да, ты прав. Прости. Глупый был вопрос.

Я процитировал фразу из аниме, которое смотрел в прошлой жизни, чтобы напустить на себя важности, и, к счастью, это сработало.

Наша леди такая наивная, в такие моменты она просто прелесть.

Немного неприятно чувствовать себя так, будто я обманываю младшую сестренку, но раз все обошлось, то и ладно.

— Кстати, что там с экзаменом?

— Его прервали. Как только Сильбена Бронхейм объяснила ситуацию, все наблюдатели бросились внутрь и лично вывели студентов.

— Ого, им пришлось нелегко.

Наблюдателей было человек десять, не больше.

Представив, как они носятся по всему полигону, пытаясь отыскать почти три сотни студентов, я даже проникся к ним жалостью.

Хотя, если подумать, это их вина, что они пропустили террориста.

Будем считать, что они пожинают то, что посеяли.

— А что насчет расследования дела террориста?

— Его ведут, но, похоже, без особых успехов. Говорят, от взрыва даже тел не осталось, найти ничего не удалось.

— Ну, этого следовало ожидать.

Я предполагал такой исход, но на душе все равно остался неприятный осадок.

Даже если этот ублюдок прошел вступительный экзамен и проник в академию под видом новичка, его личность наверняка была полностью сфабрикована.

Придется довольствоваться тем, что я спас главного героя и одну из героинь.

— Кстати, который час? На улице уже довольно темно.

— Семь вечера.

— Уже? А вы ужинали?

— Разве кусок в горло полезет, когда Арен в таком состоянии?

Леди пронзила меня острым взглядом, словно спрашивая, как я мог задать такой глупый вопрос.

Я отвел глаза, понимая, что сам напросился на неприятности.

Леди тяжело вздохнула и поднялась.

— Арену в любом случае нужно поесть. Я схожу и добуду что-нибудь. Подожди немного, поедим вместе.

— Благодарю. А то у меня уже живот к спине прилипает.

Услышав такую приятную новость, я просиял.

Леди, даже выходя из палаты, бросила на меня такой взгляд, будто хотела высказать еще очень многое, но решила пока промолчать.

Фух, кажется, пронесло.

Ну что ж, пока леди не вернулась, стоит привести мысли в порядок.

Самое важное — это два вопроса.

Личность того парня, с которым я столкнулся, а точнее — к какой группировке он принадлежит.

И какова была их цель.

На самом деле, с первым вопросом сейчас разобраться невозможно.

Если уж следственная группа академии, обладающая немалыми ресурсами, ничего не добилась, то мне в одиночку это точно не под силу.

Второй вопрос — их цели. Это тоже доставляет хлопот.

Хотели ли они просто посеять хаос внутри академии, так сказать, устроить заварушку?

Или же их целью был Тео, главный герой?

«Может, спросить у него самого?»

Я нахмурился, вспомнив, как уклончиво он отвечал на вопросы во время церемонии поступления.

Мне бы очень хотелось найти его, схватить за грудки и спросить: «Эй, парень, что ты тогда скрывал?», но он вряд ли ответит.

Сейчас это лишь создаст лишние проблемы.

Придется пока затаиться и наблюдать за ситуацией.

Тук-тук.

— Да, кто там?

Я отвлекся от своих раздумий и отозвался на стук.

Леди не стала бы стучать, может, врач?

Пока я гадал, до моих ушей донесся знакомый голос.

— Это Бронхейм. Можно войти?

— Герцогиня? Да, конечно, входите.

Это была не кто иная, как Сильбена Бронхейм.

Получив разрешение, она осторожно открыла дверь и вошла в палату.

В руках у неё была небольшая корзинка с фруктами.

— По пути встретила Ростайл, она сказала, что ты пришел в себя.

— Вы виделись с леди? А, прошу, присаживайтесь.

— Что ж, тогда позволь на минутку.

Она села на тот самый стул, где только что была леди, и поставила корзинку на прикроватный столик.

— Я слышала о том, что произошло. Вы, должно быть, сильно пострадали из-за меня.

— Пустяки. Это ничто по сравнению с тем, что вы спасли мне жизнь. Как вы себя чувствуете?

— Я в полном порядке. Маны нет, так что сил в теле маловато, но это пройдет.

— Рада это слышать. Если бы с тобой что-то случилось, я бы не знала, как смотреть в глаза Ростайл.

Похоже, они действительно сблизились, раз уже отбросили официальные титулы и обращаются друг к другу по фамилиям.

Впрочем…

— ……

— ……

…Что за странная атмосфера?

Не знаю, может, мне кажется, но Сильбена Бронхейм ведет себя так, будто я для неё — человек, с которым трудно общаться.

Неужели она до сих пор чувствует вину за то, что я оказался в таком состоянии из-за неё?

— Скажите, герцогиня.

— М-м? Ты что-то хотел?

— Простите, если ошибаюсь, но вы все еще чувствуете вину передо мной? Мне кажется, вы как-то странно меня сторонитесь.

Я не привык ходить вокруг да около, поэтому задал вопрос прямо.

Хотя, учитывая, что мы не так уж близки, слово «сторонитесь» здесь звучит не совсем уместно.

Но другого способа выразить это я не нашел.

Она широко раскрыла глаза и замахала руками.

— О, нет. То есть, нет, не то чтобы… То, что я все еще чувствую вину — правда, но это не значит то, о чем ты подумал. То есть…

Вау, кажется, я впервые вижу, как эта ледяная Северная герцогиня так растерянно оправдывается.

Это новое открытие для науки.

В любом случае, она не из тех, кто говорит одно, а думает другое, так что можно не волноваться.

Хорошо бы она избавилась от этого груза на душе, но раз я не могу этого требовать, то пусть пока все остается как есть.

— Успокойтесь. Это я виноват, что задал такой вопрос и сбил вас с толку.

— Это не твоя вина. Это мой недостаток красноречия.

Она почесала щеку указательным пальцем и неловко ответила, продолжая поглядывать на меня.

Я наклонил голову, гадая, не хочет ли она еще что-то сказать.

Словно восприняв это как знак, она тихо заговорила:

— …Кстати, сможешь ли ты с таким состоянием завтра пойти на занятия? Даже если экзамен на распределение по классам прервали, уроки, кажется, начнутся завтра в обычном режиме.

— Ну, если ничего не болит, то можно выписаться уже сегодня. Нет смысла отлеживаться, а потом прийти в класс, когда все уже успели подружиться, и остаться в стороне.

— Ты безрассуден, совсем не по-мужски.

— Есть немного.

Я лишь пожал плечами, не найдя, что на это ответить.

В любом случае, от пары лишних дней отдыха здесь ничего не изменится.

В университетские годы я пропустил ориентацию и потом полгода был изгоем, так что прекрасно понимаю важность этого периода и не хочу его упускать.

Я не стремлюсь стать душой компании, но хотя бы познакомиться и нормально общаться с одноклассниками нужно.

— …А?

Но погодите. В одном классе?

Кстати говоря…

— Скажите, герцогиня.

— В чем дело?

У меня возникло нехорошее предчувствие, и я осторожно позвал её.

Может, мне показалось, но её реакция была подозрительно теплой.

— Вы сказали, что экзамен прервали. А что тогда с распределением по классам? Об этом ничего не говорили?

— Ты не слышал от Ростайл?

— Нет.

Я кивнул, не став добавлять: «Я был слишком занят тем, что получал нагоняй, и не успел спросить».

Надеюсь, они не собираются проводить экзамен заново?

Судя по тому, что она сказала про завтрашние занятия, это вряд ли.

— Насколько я слышала, распределение по классам решили проводить на основе результатов, полученных до момента остановки экзамена.

— …Что?

Как только она произнесла эти неожиданные слова, у меня возникло чувство, будто меня со всей силы ударили по затылку.

На основе результатов до момента остановки?

Если память мне не изменяет… я ведь не собрал ни одного драгоценного камня, верно?

Оу, щит.

###

Начало жизни в Академии

Поев вместе с Леди, я с легким сердцем покинул лазарет.

В конце концов, раны были неглубокими, а всё, что случилось — это полное истощение маны.

Пришедший позже целитель применил заклинание «Оверченнел», резко восстанавливающее ману, и я сразу почувствовал себя так, словно готов был хоть сейчас пуститься в пляс.

— Арен, ты точно в порядке? Может, мне стоит проводить тебя до самого общежития…

Когда мы дошли до развилки, где наши пути к общежитиям расходились, Леди с беспокойством посмотрела на меня.

Корпус Кальдир, где жили студенты класса C, находился отсюда довольно далеко.

А корпус Айферия, где жили студенты класса A, был совсем рядом, но она всё равно собиралась сопровождать меня.

Всё-таки наша Леди слишком уж о многом беспокоится.

— Вы преувеличиваете. Не волнуйтесь, лучше возвращайтесь, примите ванну и хорошенько выспитесь. Вы ведь помните, что после еды нужно тщательно почистить зубы?

— Тц, я тебе не ребенок…

Я отшутился и развернул её в сторону корпуса, а она, хоть и надулась, всё же помахала мне рукой.

Я ответил тем же, развернулся и зашагал к корпусу Кальдир.

— Ох…

Поднявшись по лестнице и добравшись до общежития, я невольно выдохнул.

Слева находился первый корпус Кальдир для девушек, справа — второй корпус для парней.

Даже на первый взгляд было ясно, что здание сильно отличается от корпуса Айферия, мимо которого я только что прошел.

Причем, в основном в худшую сторону.

— Добро пожаловать. Ты, должно быть, Арен?

— Профессор Эльдаом. Что вы здесь делаете?

Войдя в обветшалое здание, я встретил знакомое лицо.

Это был профессор Рудин Эльдаом, тот самый мужчина, который стоял во главе очереди на проверку духов.

Я хорошо запомнил его, так как его слабовольное лицо врезалось в память.

— Я ведь комендант корпуса Кальдир. Кстати, ты вернулся быстрее, чем я ожидал. Как раны?

— Да, всё в порядке. Как только мана восстановилась, я сразу пришел в норму.

— Рад это слышать. Услышал, что студент нашего факультета в первый же день попал в неприятную историю, и на душе стало неспокойно.

Фух, он тяжело вздохнул и прижал руку к груди — в этом жесте чувствовалась искренность.

От него веяло чем-то материнским и заботливым.

— Поздно уже, иди наверх, умойся и готовься ко сну.

— В какой комнате я живу?

— Твоя комната 204. Постарайся поладить с соседом.

— Обязательно.

Я помнил, как жил в общежитии раньше, поэтому очень хотел найти общий язык с соседом.

Лишь бы это не был тот тип, который каждую ночь скрипит зубами, не моется по три дня и делает уборку «для галочки».

Топ-топ. Топ-топ.

Поднявшись на второй этаж, я обнаружил на удивление тихий коридор.

Когда я сам жил в мужском общежитии, в коридоре вечно ошивался какой-нибудь псих, так что контраст был разительным.

Интересно, кто же будет моим соседом?

Бах!

Видимо, петли никто не смазывал, поэтому мне пришлось с силой пнуть скрипучую дверь, чтобы открыть её.

Мой сосед, сидевший на разваливающейся кровати, обернулся и его глаза засияли.

— О? Арен! Ты в порядке!

— Что за… это ты мой сосед?

Он вскочил с кровати, тряхнув аккуратно подстриженными каштановыми волосами, и бросился ко мне.

Это был не кто иной, как Тео.

— Спасибо, что спас меня тогда. Я так жалко потерял сознание и стал для тебя обузой… Хотел навестить тебя в лазарете, но там уже были другие, и я не решился.

Он низко поклонился, выражая свою благодарность.

Похоже, он действительно был добрым и искренним парнем.

— Да брось, не стоит благодарностей. Ко мне и так многие заходили.

— Но ты спас мою жизнь, я чувствую себя виноватым. Кстати, надо же, мы оказались в одной комнате! Это судьба!

Тео сложил руки вместе, глядя на меня сверкающими глазами.

Честно говоря, я сомневался, что это судьба, но, видя, как он искренне радуется, я невольно улыбнулся.

В любом случае, хорошо, что я хотя бы знаком с тем, с кем буду делить комнату.

— Кстати, раз ты здесь… ты тоже в классе C?

— Ага, именно. Мой экзамен прервали как раз тогда, когда у меня остался всего один драгоценный камень.

Так я и думал.

Значит, мне придется сталкиваться с ним каждый раз, когда у класса C будут совместные занятия.

Что ж, возможно, даже лучше держать главного героя в поле зрения.

Обменявшись парой фраз, мы подготовились ко сну и сразу же завалились на кровати.

＊

— Х-а-а-м…

Шесть утра, все еще спят.

Я широко зевнул и поднялся с кровати.

Тео на соседней кровати всё еще путешествовал по стране снов.

— Угх…

Может, последствия вчерашней битвы еще не до конца прошли?

Я размял ноющую поясницу и тело, после чего вышел из комнаты.

— Бр-р, холодно.

Видимо, весенние заморозки всё еще в самом разгаре.

Утренний воздух был невероятно холодным.

И с чего это им вздумалось собирать студентов на занятия ни свет ни заря?

Когда я добрался до пустыря неподалеку от той самой развилки, где вчера расстался с Леди, там уже собрались девушки, судя по всему, с факультета рыцарей.

Черт, я что, опоздал?

Я поспешил к ним, и окружающие начали бросать на меня косые взгляды.

— Зачем вообще собираться в такую рань?

— И не говори.

— Прямо как в армии…

— Знала бы, осталась бы дома.

Как раз когда вокруг начали раздаваться недовольные голоса, по лестнице спустилась женщина, прибывшая на пустырь последней.

Это была профессор Азелла, та самая, что была главным наблюдателем на вчерашнем экзамене по распределению.

— Приветствую вас, новобранцы! С сегодняшнего дня я ваш куратор класса C, профессор Азелла. Думаю, вы уже слышали моё имя?

— Да-а!

Она поприветствовала нас так громогласно, что трудно было поверить, что в шесть утра у человека может быть такой поставленный голос.

— К сожалению, по результатам вчерашнего экзамена вы оказались в классе C! А значит, чтобы подняться выше, вам нужно укрепить фундамент, который куда важнее фехтования и контроля маны! Это ваша физическая выносливость!

— Выносливость… вы серьезно?

— Именно! Физическая сила — это сила государства! А потому, наденьте это!

Закончив свою пламенную речь, она пнула корзину, которую принесла с собой, и та скользнула к нам.

— Что это?

— Браслеты?

— Похоже на то.

Как только мы, ничего не понимая, надели их на щиколотки…

— …?!

Я широко раскрыл глаза, почувствовав, как тело внезапно стало невероятно тяжелым.

— Ч-что это?

— Только что… тело стало таким тяжелым…

Другие студенты чувствовали то же самое и начали перешептываться.

Профессор Азелла, увидев это, хитро улыбнулась, словно мы попались в ловушку.

— Это ограничители, подавляющие вашу ману! С сегодняшнего дня каждое утро вы будете бегать в них. Это кратчайший путь к здоровому телу! Понятно?!

— О-о-о нет…!

— Бегать без использования маны?

— Что за старомодные методы…

Со всех сторон послышались стоны недовольства.

Но я был другого мнения.

В семье Ростайл нас тренировали похожим образом.

«Вот оно что. Она хочет, чтобы мы не полагались только на ману, а развивали реальное тело».

Леди Камилла говорила то же самое.

Что современные рыцари склонны полагаться только на ману, а не на меч и собственное тело.

Похоже, это такой радикальный способ искоренить эту привычку.

— А теперь, всем вперед, бегом марш!

— А-а-а-а!

— Спасите меня-я-я!

Как только прозвучал приказ профессора Азеллы, три десятка студентов дружно взвыли.

＊

Пролив пот с самого утра и приняв душ, я пришел в класс в отличном настроении.

В конце концов, по сравнению с тренировками с Леди Камиллой, этот бег — сущие пустяки.

— Хм, хм-хм.

Я даже замурлыкал себе под нос, из-за чего одноклассники посмотрели на меня с недоумением.

— У этого парня что, такая хорошая выносливость?

— И не говори. Мы еле дышим, а он…

— Еще и напевает что-то…

Тц, глупцы.

Надо было раньше заниматься своим телом.

Вместо того чтобы тратить ману направо и налево, будучи рыцарями, а не магами, лучше бы тренировались.

Вам еще предстоит нелегкий путь.

«Леди Камилла, благодарю вас».

Я мысленно воздал хвалу прозорливости своей наставницы.

— Эй, слышали? Говорят, вчера на экзамене был террорист. И это он его поймал.

— Что, правда?

— Да ну, бред. Разве какой-то парень может нормально владеть мечом?

— Точно. Поговаривают, что это всё заслуга леди Бронхейм.

Ах да, сегодня на первом уроке вместо занятий будет презентация клубов.

Наверное, поэтому в классе такой шум.

В коридоре и правда было полно народу.

Может, тоже сходить?

Интересно, нужно ли что-то подготовить?

— Да не, вы ошибаетесь. Леди Бронхейм сама сказала, что она лишь нанесла удар, а основная заслуга принадлежит парню, с которым они сражались вместе.

— Серьезно?

— Говорят, это слышали те, кто стоял рядом с профессором Азеллой.

— Если так, можно просто спросить у него самого.

А, и правда, можно было просто спросить у одноклассников.

— Эй, можно на минутку?

— А? Э-э… О-о…?!

Когда я обратился к одному из троицы, стоявшей позади, он отреагировал странно.

Что это, сломанная деревянная кукла?

Видимо, современные куклы умеют имитировать человеческую речь.

— Ничего особенного, просто хотел узнать, как вступить в клуб, про который все говорят.

— А, просто походи по стендам. Старшекурсники как раз проводят рекламную акцию. Можешь пойти с ними.

— А, вот как?

Прямо как в университете.

— Понятно, спасибо.

— Эй, постой…!

Я уже хотел уйти, получив нужную информацию, но парень окликнул меня.

Однако он замялся и не спешил продолжать.

— Теракт… говорят, это ты его предотвратил, правда?

— Я просто помог леди Бронхейм.

Я сказал чистую правду, и глаза троицы вмиг загорелись.

— Это уже круто…! Говорят, тот тип был уровня Эксперта?

— Ну, типа того.

Я криво усмехнулся, глядя на парней, которые возбужденно переглядывались, словно услышали легенду о герое.

— Глоть.

— Хм…

Я помахал рукой ошарашенным парням и ушел.

Кажется, неплохие ребята.

— Эй, тебя ведь Арен зовут?

— А?

Когда я шел по коридору, меня остановил незнакомый голос.

Обернувшись, я увидел девушку, которая стояла в строю рядом со мной во время утренней пробежки.

— Прости, что окликнула. Если тебе интересно, не хочешь вступить в Клуб фехтования?

— Клуб фехтования?

— Ага. Моя сестра там председатель.

— Хм…

Похоже, у неё там сестра.

Клуб фехтования — звучит логично.

Меня это заинтересовало, но я пока не был готов принять решение, поэтому покачал головой.

— Прости. Я еще подумаю. Я пока не всё посмотрел.

— Понимаю. Если ничего не приглянется, обязательно дай знать.

— Хорошо.

Я улыбнулся и пошел дальше, услышав за спиной короткий вздох.

— Есть желающие вступить в клуб изучения древних руин? Мы исследуем не только руины, но и древние магические книги и свитки!

— Если хотите захватывающих приключений, вам к нам! Отряд исследователей лабиринтов ищет смельчаков для изучения секретных зон империи!

— Хотите узнать свое будущее? Клуб «Оракулум» изучает предсказания и астрологию! Сегодня мы гадаем бесплатно! Заходите!

Вау. И правда шумно.

Коридоры, где учились первокурсники, были забиты студентами, которые раздавали листовки и размахивали плакатами.

Но ничего по-настоящему интересного я не нашел.

На самом деле, вступление в клуб не было обязательным, так что можно было просто…

— Арен! Вот ты где!

— …Тео? Ты что тут делаешь?

…только я об этом подумал, как из толпы вынырнул Тео, который, казалось, преследовал меня повсюду.

— Я хочу создать свой клуб, но для этого нужно минимум пять человек. Арен, не хочешь вступить?

— Что за клуб?

Я решил выслушать его, и он с сияющим лицом развернул передо мной заявление.

— Кондитерский клуб!

— …Кондитерский?

Кажется, этот клуб находился в десяти миллиардах световых лет от моего мира.

— --

###

Набор в кружок кондитерского искусства! (1)

Я последовал за Тео, выслушав его предложение, но стоило мне вдуматься в само словосочетание «кружок кондитерского искусства», как на душе стало неловко.

— Эй, а не странно ли это — парню идти в кружок выпечки? — спросил я.

— А? Разве парню это не подходит? Мне кажется, если парень запишется в кружок охоты, это будет выглядеть куда более необычно.

— А, и правда.

Точно. Здесь всё было с точностью до наоборот по сравнению с моими представлениями.

Я пожал плечами, глядя на парня, который смотрел на меня так, будто это я тут странный.

— Так что, Арен, не хочешь присоединиться?

— Не интересно.

— А я так хотел, чтобы мы были вместе…

Тео понурился и с мольбой уставился на бланк заявления о вступлении.

«Нет, погоди-ка».

Стоило призадуматься, как возникло странное чувство.

Главный герой оригинала внезапно набирает участников в кружок?

Разве это не классический штамп из академок, где героини собираются вокруг протагониста?

«В таком случае, правильно ли будет мне вступать?»

Если всё пойдет по моему сценарию, есть два пути.

Либо не вмешиваться и наблюдать со стороны.

Либо вступить в этот кружок и следить за всем изнутри, буквально под носом.

Если не хочешь лишних хлопот, лучше выбрать первый вариант, но рисков слишком много.

Всё потому, что я не знаю сюжета оригинала.

Пожалуй, лучше держать всё в одном месте под присмотром.

— …Нет, к черту всё. Давай попробуем.

— Правда?!

Стоило мне принять решение и озвучить его, как лицо Тео просияло от восторга.

Я даже подписал заявление, не откладывая в долгий ящик, и он пришел в такой восторг, что не знал, куда себя деть.

Всё-таки он донельзя простодушный парень.

— Кстати, Арен, ты когда-нибудь пробовал печь хлеб или сладости?

— Эй, ну зачем спрашивать о таких очевидных вещах?

Мы как раз шли по коридору.

Я слегка повысил голос на парня, задавшего столь бестактный вопрос — прямо как будто он не знает, с кем имеет дело.

Тео тут же спохватился.

— П-прости. Просто я подумал, что Арен наверняка во всем хорош…

— У меня не было ни единого шанса научиться.

— …Верни мои извинения обратно.

Ничего я тебе не верну, парень.

Сам виноват, что ошибся в человеке и задал глупый вопрос.

С чего он вообще взял, что я способен на такую кропотливую работу? Тц.

— А вообще, даже если я соглашусь, как ты собирался найти остальных троих?

— У меня есть план! Если Арен поможет, всё точно получится.

— Я?

Интересно, что же это за план, раз мне нужно помогать?

Не успел я ощутить подступающую тревогу, как Тео скрестил руки на груди и уверенно заявил:

— Мы сделаем импровизированный стенд из картонных коробок и будем рекламировать себя!

— …

Я-то думал, там какой-то грандиозный замысел.

Честно говоря, это было нелепо, но в духе Тео, так что я решил подыграть.

＊

Тиа Белль Ростайл шла по коридору, который был переполнен желающими завлечь студентов в свои кружки.

— Визг!

В какой-то момент вокруг неё закружились яркие искры нежно-зеленого света.

Тиа Белль слегка пожурила их:

— Сельфин, я же говорила, что нельзя просто так показываться.

— У-у…? Визг!

Его звали Сельфин. Дух ветра.

Хотя он был дружен и с другими духами, Сельфин был особенно привязан к Тиа Белль.

Поэтому иногда, желая увидеть её, он тайком сбегал из Мира Духов.

Если вокруг Тиа Белль внезапно начинал веять легкий ветерок — это был верный знак, что Сельфин украдкой показался на глаза.

«Ах, хочу увидеть Арена».

Но даже имея рядом такого дорогого друга, как Сельфин, Тиа Белль всё равно тосковала по одному человеку.

Этим человеком был Арен.

Пусть он был вредным телохранителем, который вечно пререкался и подшучивал над своей госпожой, но для неё не было никого дороже и веселее, чем он.

«Может, сходить к нему прямо сейчас?»

На самом деле, она колебалась.

Будь они сейчас в поместье Ростайл, она бы, не раздумывая, бросилась искать Арена.

Но она этого не делала, считая, что в академии Арену нужно дать свободу.

Он ведь тоже с сегодняшнего дня начал учиться, возможно, заводит новых друзей в своем классе или вовсю налаживает связи.

Мешать ему было бы мелочно — и как госпоже, и как девушке.

«Хотя, если честно, мне не очень хочется представлять, как Арен весело болтает с другими девушками».

Она надула губки, ощущая странное чувство собственничества, как вдруг:

— О, Леди!

— А, Арен…?!

Услышав внезапный голос сбоку, она вздрогнула и обернулась.

Надо же, в обшарпанном стенде из картонных коробок стояло знакомое лицо.

Арен появился в самый нужный момент, словно по заказу, и Тиа Белль одновременно ощутила и удивление, и радость.

— Арен, ты что, теперь даже магии обучился?

— Это вы о чем вообще?

— Ни о чем, забудь.

Она надеялась, что он появился, услышав зов её сердца, но, к сожалению, это было не так.

Не успела она разочароваться, как в их разговор вмешался незнакомый голос:

— А, здравствуйте.

— М? А вы…

Парень с каштановыми волосами и довольно приятной внешностью.

Тиа Белль склонила голову, пытаясь вспомнить, где она видела это лицо.

— Это Тео, тот самый парень, которого я вчера спас. Мы сидели рядом на церемонии поступления и подружились. Теперь еще и в одной комнате в общежитии живем.

— А, так это он.

Когда Арен представил его, Тиа Белль наконец вспомнила.

На церемонии поступления, когда его вызвали на сцену как лучшего студента.

Она еще тогда обратила внимание на парня, который довольно дружелюбно болтал с Ареном, и гадала, кто это. Видимо, это был он.

— Меня зовут Тео. Много о вас слышал. Вы ведь Леди Тиа Белль Ростайл?

— Можешь называть меня проще. В академии мы ведь общаемся без лишних формальностей, верно?

— А, да. Тогда буду звать вас Леди Ростайл.

Она имела в виду, что можно отбросить все почести, но, похоже, её не совсем поняли.

Впрочем, раз ему так удобнее, она решила не заострять на этом внимание.

— Так что вы тут делаете вдвоем?

Куда важнее было узнать, что это за нелепый стенд, в котором они заперлись.

— А, это? Да вот, этот парень хочет создать кружок кондитерского искусства. Но нас пока только двое, нужно собрать еще троих.

— Кружок кондитерского искусства?

Она догадалась об этом, едва взглянув на стенд, но, услышав подтверждение, всё равно удивилась.

— Арен, ты тоже этим интересуешься? Неожиданно.

— Ну… не то чтобы совсем нет. Я ведь, знаете, иногда таскал печенье, которое вы ели.

— Точно, было дело.

Арен не из тех, кто уплетает сладости так же жадно, как она, но она помнила, что он был не прочь перекусить, когда выдавалась свободная минутка.

Стоило этой мысли промелькнуть в голове, как по телу Тиа Белль пробежал электрический разряд.

«Если я буду печь Арену сладости, ему ведь понравится?»

Когда они жили в поместье, она даже не задумывалась об этом и не пыталась попробовать.

Да и немудрено — тогда печенье им каждый раз готовили слуги.

Но стоило ей задаться вопросом «а может, попробовать?», как появилась уверенность.

В конце концов, она всегда любила кропотливую работу, вроде ухода за цветником.

«К тому же, я увижу Арена с новой стороны!»

Арен, как и другие парни, в милом фартуке, с сосредоточенным видом отмеряющий ингредиенты, замешивающий тесто и с нетерпением ждущий, когда печенье будет готово в духовке…

Это была редкая картина, которую не доводилось видеть даже ей, прожившей с ним бок о бок семь лет.

Поняв, что можно убить двух зайцев одним выстрелом, она просияла.

— Здорово! Я тоже хочу вступить!

— И вы, Леди?

— Ага! На самом деле я давно интересовалась кондитерским делом! Помнишь, я ведь всегда обожала печенье!

— Ого, этого я не знал.

Конечно, не знал. Ведь это была наглая ложь.

Но Тиа Белль, даже не моргнув глазом, на ходу выдумывала несуществующие факты и протянула руку за заявлением.

Не дожидаясь, пока Арен закончит объяснения, она в мгновение ока поставила подпись, четко вывела свое имя в конце и вернула бланк.

— О-о, спасибо за вступление.

— Благодарю, Леди Ростайл.

— Фу-фу, не стоит благодарности!

На слова благодарности двух парней она ответила с гордостью, выпрямив спину.

И так из-за того, что их распределили по разным факультетам и классам, они вряд ли будут видеться часто, если только на совместных занятиях или общих лекциях.

А если они будут в одном кружке, частота встреч возрастет.

«А если другие участники не придут, мы будем оставаться вдвоем!»

Разве это не подарок судьбы?

Она уже вовсю предавалась сладким мечтам, предвкушая будущее.

Кто-то мог бы назвать её мысли коварными, но какая разница?

Она была в самом разгаре пубертата, когда кровь бурлит.

У неё уже был опыт, когда её поймал дворецкий Диан, когда она пыталась подсмотреть, как Арен переодевается в душевой, так что это было вполне в рамках дозволенного.

— Так что вы будете делать с остальными двумя местами?

— Даже не знаю. Может, если мы так и будем стоять, придут еще двое? Например, парни, интересующиеся выпечкой.

— И правда!

Тиа Белль мысленно сжала кулаки, надеясь, что придут только парни, без всяких девиц.

Это было не из-за глупого желания утонуть в цветнике, а из-за того, что она не хотела плодить лишних конкуренток.

Если Арен будет возиться с тестом и печеньем, любезничая с другими девчонками?

Она не была уверена, что сможет спокойно на это смотреть.

— --

###

«Кружок кондитерского искусства срочно ищет участников!» (2)

В нашей группе пополнение — заклинатель духов!

Вместе с этим сообщением в ушах, словно радостный звуковой эффект, раздалось: «Тили-линь».

Благодаря Леди количество недостающих участников сократилось до двух, так что я смог направить еще больше усилий на продвижение.

Хотя, если честно, я почти ничего не делал — Тео в одиночку тянул на себе всю рекламную кампанию.

— ...Похоже, никому это не интересно.

— Это неудивительно. Мы не существующий клуб, а просто пытаемся создать новый, вот люди и не спешат вступать.

Но проблема была в том, что от рекламы не было никакого толку.

Даже несмотря на то, что Тео в основном зазывал парней, которые могли бы заинтересоваться подобным, ни один из них даже не взглянул в нашу сторону.

Все они быстро махали руками, словно отгоняли назойливых торговцев, и холодно проходили мимо.

Хм, может, место неудачное?

Стоит ли сменить локацию?

Я делился своими соображениями с ними обоими, обдумывая различные варианты.

— Ваша Светлость!

— Пожалуйста, взгляните сюда хоть разок!

— ...А?

Только я подумал, что слышу доносящийся из правой части коридора крик, как оттуда к нам направилась огромная толпа.

Но взгляд сразу зацепился за одну женщину, стоявшую в центре этой группы.

Это что, принцесса Бронхейм?

Она таскает за собой людей, словно какая-то хозяйка салона.

— Принцесса! Вы, может быть, интересуетесь кружком цветочной аранжировки? В наши дни у многих дам такое хобби...!

— А как насчет кружка чайной церемонии?! Можно прийти просто так, чтобы в спокойной обстановке выпить чашечку чая и поболтать!

— Разве дамы не любят настольные игры? Есть один кружок, в который я планировал вступить, как насчет того, чтобы пойти вместе...

Ого.

Это и есть жизнь альфа-самки?

Однокурсники, а также второкурсники с красными лентами наперебой повышают голоса, осыпая её всевозможными признаниями.

Если бы поменять их местами, это выглядело бы как в романтическом фэнтези: наследный принц, окруженный толпой поклонниц.

— Прошу прощения. Мне не интересны кружки. Я пойду... Хм?

— Приветствую, Ваша Светлость.

Я встретился взглядом с Северной герцогиней, которая каким-то образом отвязалась от них и пробилась сквозь толпу прямо ко мне.

— Почему вы здесь...?

— Мы тоже набираем участников в кружок кондитерского искусства.

— Здравствуйте, Бронхейм-ян.

— А, здравствуйте.

— Вижу много знакомых лиц.

Принцесса Бронхейм, которая, кажется, узнала Тео, подошла с привычным бесстрастным выражением лица.

— Кто этот парень? С чего это он так фамильярно общается с Вашей Светлостью...?

— Не знаю.

— Это тот самый. Простолюдин, который вчера вместе с Вашей Светлостью остановил теракт во время экзамена на распределение по классам.

— «Вместе», ага, конечно. Наверняка она всё сделала сама, а он просто примазался.

Зависть окружающих просто зашкаливает.

Мы не то чтобы близки, но, видимо, они подозревают неладное, раз я веду такую непринужденную беседу с этой холодной Северной герцогиней.

— Кстати, кружок кондитерского искусства. Вы тоже заинтересовались чем-то подобным?

— Ну, я всё-таки мужчина. Не могу сказать, что мне совсем не интересно.

— Понимаю. Это немного неожиданно.

Я выпалил ложь, даже не моргнув глазом, и почувствовал укол совести, увидев, как Северная герцогиня поверила мне.

Прости. На самом деле мне ни капли не интересно.

Я просто вмешиваюсь, чтобы присматривать за главным героем.

— Хм...

Даже глядя на бланк заявления с пустым взглядом, у меня не возникло мысли: «А вдруг?»

Леди — может быть, но эта особа, пекущая хлеб или печенье...

Поистине невообразимое зрелище.

Наверное, она просто пытается проявить вежливость, раз уж знакомое лицо занимается рекламой...

— Прошу прощения. Не одолжите ручку?

— ...Да?

...Или нет.

Моё сознание на мгновение отключилось, когда Северная герцогиня, внимательно изучавшая бланк, внезапно протянула руку и попросила ручку.

Я не настолько глуп, чтобы не понять, что это значит.

Неужели Северная герцогиня собирается вступить в кружок кондитерского искусства?

Эта женщина, которой больше к лицу мечи и доспехи, чем кухонные рукавицы и фартук?

— Вы, возможно, хотите вступить в наш кружок?

— Именно так. Это будет помехой?

— Нет. Мы будем только рады. Мы всё равно не могли открыть кружок, так как не хватало двух человек. Мне просто любопытна причина.

Я спросил из чистого любопытства.

Почему она хочет вступить в кружок кондитерского искусства?

Может, это тоже развитие событий, происходящее из-за того, что Тео — оригинальный главный герой?

— Особой причины нет. Я просто подумала, что когда-нибудь это может пригодиться.

— Кондитерское дело может пригодиться?

— Хм. Земля, где я выросла, — северный регион. Рис там почти не растет, мы выращиваем только пшеницу. Из-за этого солдаты на поле боя всегда набивают желудки замороженным хлебом или сухарями.

— И что с того?

Звучало правдоподобно, но в итоге всё сводилось к вопросу: «И какое отношение это имеет к кружку кондитерского искусства?», поэтому я небрежно переспросил.

— Поэтому, если я научусь, возможно, когда-нибудь смогу приготовить что-то для солдат, когда они будут голодны на поле боя. Вот причина.

— Вы собираетесь брать с собой печь, когда отправитесь на поле боя?

— Конечно, нет. Там такая суровая обстановка, что даже костер развести трудно.

— .......

Но как она собирается печь хлеб?

Эта Леди вообще понимает, о чем говорит?

— В любом случае, причина в этом. Можете отказать, если вам не нравится...

— Нет, совсем нет. Мне было просто любопытно, вот и спросил. Мы будем очень рады видеть вас.

— Вот как. Тогда я спокойна.

Что ж, причина не так уж важна.

Я не намерен вмешиваться настолько глубоко.

— Похоже, мы оказались в одном кружке. Если встретимся позже в клубной комнате, прошу любить и жаловать. Ростайл.

— ...Д-да.

Принцесса Бронхейм, закончив подписывать заявление, ушла очень эффектно.

Словно уже получила то, что хотела.

Я смотрел ей вслед.

«Тили-линь», Северная герцогиня присоединилась к группе!

Казалось, это сообщение всплыло прямо у меня перед глазами.

＊

Академия Телеос в это время всегда шумит.

Потому что повсюду снуют толпы студентов, пытающиеся вдохнуть новую жизнь в свои кружки.

Однако из-за того, что атмосфера слишком накалена, между студентами неизбежно возникают мелкие стычки и происшествия.

— Ленс, случилось что-нибудь необычное?

— Нет, к счастью. После прошлогоднего инцидента все в этом году стараются сдерживаться.

— Это радует.

Поэтому Сиэль, президент студенческого совета, совершала обход, перемещаясь между корпусами вместе с секретарем Ленс Перновой.

Но на самом деле её истинный интерес заключался вовсе не в инспекции.

— Теперь осталось найти аудитора.

— Как думаете, они так легко найдутся?

Причина, по которой она так тщательно осматривала окрестности, заключалась в поиске таланта, подходящего на вакантную должность аудитора в студенческом совете.

С давних времен в студенческом совете существовала традиция доверять должность аудитора первокурснику.

Это делалось согласно девизу, что возможности должны предоставляться молодым росткам.

— Не думаю, что вообще найдутся желающие стать аудитором. Разве это не слишком большая нагрузка для первокурсника...

— Это правда.

Сиэль также уныло кивнула на совет Аннель, смешанный с беспокойством.

На самом деле, должность аудитора в прошлом не была такой уж тяжелой.

Вот почему они могли с легким сердцем доверять её первокурсникам.

Но проблема возникла в прошлом году.

Изначально существовал исполнительный орган — глава культурного отдела, который принимал жалобы и повестки от каждого кружка и распределял их бюджеты.

Но в прошлом году главу культурного отдела обвинили в получении взяток от различных кружков для расширения их бюджетов, и эта роль перешла к аудитору.

Проблема в том, что существующие лидеры кружков — люди непростые, поэтому довольно сложно уведомлять их о бюджете на собрании.

Было бесчисленное множество случаев, когда люди с горячим нравом не только заканчивали спорами, но даже вызывали друг друга на дуэль.

Чтобы преодолеть все эти трудности, нужно быть человеком, обладающим как минимум минимальной силой, мощью и смелостью.

Где среди первокурсников легко найти такой талант?

— Ха-а, вот бы аудитор просто упал с неба...?

Глубоко вздыхая, она пересекала грязный коридор...

— А, Арен...! Это ведь президент студенческого совета?

— А?

На внезапно раздавшийся голос Сиэль повернула голову.

Студент с каштановыми волосами смотрел на неё и суетился.

— Эй, идиот! Нас засекли, бежим!

— Что, что! Почему мы должны бежать?!

— Потому что мы делали это без разрешения!

— Мы что, как нелегальные уличные торговцы?!

Затем трое мужчин и женщин внутри будки внезапно поспешно убрали коробки и попытались убежать.

Примерно поняв, в чем дело, она подошла с горькой улыбкой.

— Всё в порядке. Я не буду так придираться к новоприбывшим младшекурсникам. Все, успокойтесь.

Конечно, правила должны строго соблюдаться, но раз уж здесь были знакомые лица, она решила закрыть на это глаза.

— Ты ведь младшекурсник Ростайл, верно? Лучший студент на факультете духов.

— А, здравствуйте. Старшая-ним.

Поприветствовав девушку с розовыми волосами, которая первой бросилась ей в глаза, она перевела взгляд влево.

Её внимание привлек черноволосый парень, стоявший в центре.

Это было лицо, которое она запомнила как необычного ребенка еще во время церемонии поступления.

Но после переполоха, возникшего вчера во время экзамена на распределение по классам, этот младшекурсник запечатлелся в памяти еще прочнее.

Больше всего...

— Ты ведь младшекурсник Арен, верно?

— Вы меня запомнили.

— Конечно, помню. Ты был первым и последним младшекурсником, который при первой встрече назвал меня «старшая Сиэль».

— Понимаю.

Он был смелым младшекурсником, который при первой встрече назвал её по имени, поэтому она проявляла к нему особый интерес.

Сиэль бессознательно облизнула губы, наблюдая, как он кивает, словно всё понял.

Это была привычка, которая проявлялась у неё неосознанно, когда она находила кого-то интересного.

— Итак, что вы здесь делали, младшекурсник?

— Как видите, приглашение в кружок. Я пытался создать кружок кондитерского искусства с этим парнем, но последнее место никак не заполняется. Из-за этого мы всё еще в таком состоянии.

— Хе-е.

Как президент студенческого совета, она знала условия создания кружка, поэтому сразу всё поняла.

Это объяснимо.

В конце концов, в кружки академии вступают не просто для того, чтобы найти «то, чем я всегда хотел заниматься».

В зависимости от случая, это может быть место для нетворкинга, поэтому предпочтение отдается кружкам с долгой историей.

Они также могут рассчитывать на связи с теми, кто состоял в кружке в прошлом.

Но подать заявление в кружок, который даже еще не создан?

Это практически невозможно.

«Удивительно, что они вообще нашли двух человек».

Это означает, что популярность этого младшекурсника довольно высока.

Пока она улыбалась с интересом, в голове проскочила искра, «пажик».

— А, младшекурсник. Значит, тебе сейчас срочно нужно одно место?

— Полагаю, что так.

— Тогда я вступлю! Как тебе?

— Да? Старшая Сиэль?

— Да!

Ленс, стоявшая рядом, широко открыла рот, шокированная внезапной новостью, но мысли Сиэль были уже тверды.

Как принцесса Королевства Руэндель, она встречала самых разных выдающихся фигур в деловом мире.

Поэтому она могла быть уверена в своей способности разбираться в людях, но почему-то этот парень привлекал её больше, чем лучшая студентка факультета духов, стоявшая рядом.

Почему-то кажется, что этого парня стоит держать при себе и наблюдать за ним.

Для этого было бы правильно сразу предложить должность аудитора, но давайте пока немного походим вокруг да около.

Она сначала сблизится с ним, чтобы наладить связь, а затем постепенно заманит его в студенческий совет.

— Разве исполнительным лицам студенческого совета разрешено заниматься клубной деятельностью?

— Да, это возможно. Даже Ленс рядом со мной является членом кружка классической литературы, помимо того, что она секретарь студенческого совета.

— Хо, я этого не знал.

Сиэль открыла рот, скрывая свои истинные чувства, обращаясь к нему, который удивленно приподнял брови.

— К тому же, младшекурсники такие полные энтузиазма, поэтому я, как президент студенческого совета и старшая, не могу просто стоять в стороне. Я должна оказать некоторую помощь, верно?

Я была уверена, что он охотно кивнет.

Неожиданно он посмотрел на двух человек, стоявших рядом, затем наклонил голову и вместо этого задал вопрос.

— Но почему именно наш кружок?

— Кто знает? Может настать время приготовить это для будущего мужа. В наши дни женщины должны быть хороши в этом, чтобы быть любимыми!

— Не думаю, что найдется кто-то, кто попросит принцессу печь хлеб.

Он горько улыбнулся, но кивнул, словно понял, и передал бланк заявления.

Сиэль, получившая его, тут же поставила подпись на месте, вернула бланк заявления, а затем.

— Тогда я пойду! Хорошей работы!

Она покинула это место с радостным приветствием.

Сразу после этого импровизированная будка, где она исчезла, была охвачена радостью.

— Ва-а...! Действительно собрать еще трех человек. Это всё благодаря Арену. Спасибо!

— Я ничего не делал. Все просто пришли сами. И всё же я рад, что благодаря этому время сократилось. Верно, Леди?

— Эхе-хе... Женщина. Эхе... Много женщин рядом с Ареном...

За исключением одной девушки, которая была сломлена.

Невозможно устоять перед домашним печеньем!

После того как создание кружка кондитерского искусства было официально утверждено, Тео, который даже вызвался на должность президента, начал вести себя как сорвавшийся с привязи жеребенок.

За прошедшую неделю у членов кружка было около двух возможностей собраться вместе.

Формально это называлось клубной деятельностью, но на деле Тео просто в одиночку пек хлеб и печенье, а мы лишь наблюдали со стороны, выдавая что-то вроде: «Ого».

Разумеется, после мы с большим удовольствием уплетали приготовленные им хлеб и печенье.

Печет он действительно хорошо. Не зря же он решил основать кружок кондитерского искусства.

Кстати говоря…

— Эй, почему сегодня только мы вдвоем?

— А? Ну, остальные очень заняты.

— Я спрашивал не об этом… Впрочем, забудь.

Почему я после уроков торчу в клубной комнате наедине с этим парнем?

Я ожидал, что остальные будут «призрачными» членами, но это уже перебор — никто из троих вообще не пришел.

Леди я еще могу понять — у нее занятия по плаванию.

— Раз уж мы остались вдвоем, сегодня я лично научу Арена печь печенье!

— Я не собираюсь учиться.

Я уже подумывал, не сбежать ли мне прямо сейчас, но он влез с этим бесполезным предложением, и я отказал наотрез.

— Но это обязательно пригодится! Разве Леди Ростайл не обрадуется, если ты приготовишь его для нее?

Он оказался на удивление упрямым: даже приплел Леди и посмотрел на меня сияющими глазами.

И надо же было мне, дураку, купиться на эту чепуху.

«Наша Леди ведь и правда любит печенье».

Изначально я не хотел, но стоило представить, как Леди радостно улыбается, получив угощение, как я подумал, что в этом нет ничего плохого.

К тому же, раз уж я пришел в клубную комнату, было бы некрасиво просто бросить этого парня и уйти.

Будем считать это индивидуальным занятием.

— Ну ладно. Почему бы и нет.

— Правда?!

Меня порядком смутил его сияющий взгляд, поэтому я решил отвернуться и заняться делом.

— В таком случае, начнем с основ. Сначала смешаем масло с сахаром.

— Масло с сахаром?

Похоже, он все подготовил заранее, даже фронт работ для меня: он протянул мне большую миску с маслом и сахаром.

— Ага. Тщательно перемешай, чтобы масса стала похожа на крем.

— Ого.

А он подошел к делу системно.

Все-таки президент кружка кондитерского искусства.

К тому же, если нужно просто мешать, то тут требуется лишь сила, так что, думаю, я справлюсь без проблем.

Шурх. Шурх.

О, а это довольно забавно.

Сначала сахар не смешивался, и раздавался характерный хруст, но было интересно наблюдать, как масса постепенно густеет, соединяясь с маслом.

Оказывается, во мне тоже течет кровь кондитера.

— Так вот как делается печенье.

— Арен, ты что, думал, печенье берется из ниоткуда?

— Ну, я полагал, что оно появляется, если применить магию огня к муке.

— …Арен, выпечка — это не алхимия.

И что с того? Откуда мне знать, если я никогда раньше этим не занимался?

Какой же он придирчивый.

Может, все-таки сбежать прямо сейчас?

— В любом случае, сначала я тебя научу, а потом попробуешь сделать сам, хорошо? Леди Ростайл будет еще приятнее, если ты сделаешь его своими руками.

— Ладно, договорились.

Чувствую себя так, будто готовлю домашнее печенье на «Белый день» для девушки, которой у меня даже нет.

Тео прав, так что я решил согласиться.

На самом деле, это очень просто…

— А, Арен! Контролируй силу, когда мешаешь! Крем разлетается во все стороны!

— А?

…Не настолько просто, как казалось. К сожалению.

Похоже, пройдет немало времени, прежде чем я смогу сделать все сам.

＊

Плюх!

— Фух!

Тиа Белль Ростайл, вынырнув из воды, шумно выдохнула.

— Отлично, теперь ты справляешься сама. На сегодня достаточно. Давай закончим и пойдем обратно.

— Да, спасибо, профессор.

Когда женщина-профессор, наблюдавшая за ней, что-то записала в блокнот и отвернулась, Тиа Белль вежливо поклонилась.

«Ха-а, наконец-то все».

Другие после уроков сидят в библиотеке, потому что не успевают по программе, а она задерживается допоздна, потому что не умеет плавать.

То, что с самого детства она не могла нормально бывать на пляже, стало для нее настоящим препятствием после поступления в Академию.

Кто бы мог подумать, что в программу по общеобразовательным предметам включат верховую езду и плавание?

«Но теперь я неплохо справляюсь».

После недели упорных тренировок она достигла приличного уровня.

А ведь в первый день она даже на воде держаться не могла.

Гордясь этим фактом, Тиа Белль выбралась из бассейна и села на край, восстанавливая дыхание.

«Арен, наверное, уже вернулся в общежитие?»

Глядя на закат, она почувствовала легкую грусть.

В обычный день она бы сейчас нежилась рядом с Ареном в клубной комнате.

«Скучаю по нему».

Она хотела бы пойти в общежитие, но мужской корпус строго закрыт для посещения женщинами.

Она уже собиралась встать, пообещав себе встретиться с ним завтра, как вдруг…

— Вы отлично потрудились, Леди.

— Кья?!

Испугавшись мужского голоса, раздавшегося прямо за спиной, она обернулась.

Там она увидела знакомое лицо — Арен протягивал ей полотенце, дружелюбно помахивая рукой.

На лице Тиа Белль расцвела яркая улыбка.

— Арен! Что ты здесь делаешь?

— Решил проверить, не здесь ли ты. Кстати, ты сдала?

Видимо, потому что в последнее время она слишком часто ныла перед ним, что плавание дается ей с трудом.

Тиа Белль слегка повернула голову к нему, когда он спросил это с легким беспокойством.

Она показала знак «V».

Это была привычка, которая всегда проявлялась, когда ей хотелось похвастаться.

— Хе-хе, конечно. Разве я не говорила? Я знала, что сдам сегодня.

— Ну, зря я сомневался. Наша Леди всегда держит слово.

— Кхм. Именно так, именно так.

Тиа Белль, пребывавшая в отличном настроении от похвалы Арена, улыбнулась и поднялась.

Она собиралась вытереться и вернуться вместе с Ареном, хотя бы часть пути.

Раз уж она все равно в купальнике, проблем не будет, если накинуть сверху спортивную форму.

— …А? Арен, что случилось?

Но почему-то Арен не отошел в сторону, а стоял как вкопанный.

Гадая, в чем проблема, она выразила свое недоумение, но он почему-то отвел взгляд.

Тук.

— Э-э? А, Арен. Зачем ты отдаешь мне это…?! Моя одежда намокнет!

Он внезапно накинул на ее плечи свою куртку.

Может, он решил, что она замерзла, только выйдя из воды?

Но в таком случае намокнет только его одежда.

— Просто прикройся. До раздевалки все равно далеко, так что иди в ней.

— Я в порядке…

— А я — нет.

— Серьезно, Арен, ты такой странный.

Его совершенно не волнует оголенное тело, когда он возвращается после тренировок, пропитанный потом.

Смешно, что он устраивает такую суету из-за того, что женщина надела купальник.

Они знакомы уже много лет, но она до сих пор не может привыкнуть к этой его черте.

Хотя это не значит, что ей это не нравится.

— Хе-хе, спасибо. Тогда я одолжу ее до раздевалки. Кстати, что это у тебя в руке?

Решив оценить его доброту, Тиа Белль указала на небольшой пакет в его руках.

— А, это? Печенье. Подумал, что у Леди после плавания упал уровень сахара, поэтому испек сам.

— Ого, печенье? Для меня?

Арен, который, казалось, не проявлял особого интереса, когда собирался кружок, на самом деле сам испек печенье для нее.

Нет ничего приятнее неожиданного подарка.

Энергия забурлила в ее теле, которое, казалось, было полностью истощено после плавания.

Шурх. Шурх.

Открыв упаковку с радостным сердцем, она увидела аккуратно разложенное шоколадное печенье.

Откуда он узнал, что она без ума от шоколадного печенья?

Улыбка на губах Тиа Белль стала еще ярче.

— Можно мне попробовать?

— Да, конечно.

— Хе-хе, тогда с удовольствием.

Получив разрешение, Тиа Белль быстро отправила кусочек печенья в рот.

Хруст. Хруст.

Испечено оно было отлично, текстура была очень приятной.

Не слишком твердое, не слишком мягкое.

Затем гармония сладкого вкуса шоколадных капель и теста, приготовленного руками Арена, раскрылась на языке…

— …?!

…Или ей так показалось.

Что это за вкус?

Сначала она почувствовала сладкий аромат шоколада, но затем ощутила такой соленый привкус, словно выпила морской воды.

«Он что, случайно перепутал сахар с солью?»

Он ведь точно сказал, что пробовал его, или это не так?

Или, возможно, из-за привычек, выработанных жизнью в трущобах, он принес его с мыслью: «Это достаточно вкусно».

Если подумать об этом так, то все встает на свои места.

Даже когда она жила в особняке, бывало, что из-за ошибки повара подавали еду с неправильными приправами.

Арен съедал и это, говоря, что очень вкусно.

В любом случае, по какой бы причине это ни произошло, печенье было ужасно соленым, и Тиа Белль не могла его проглотить.

— Ну как, Леди? Вкусно?

— Н-ну…

Как бы она ни была благодарна за искренность Арена, она должна сказать правду.

Тиа Белль попыталась разжать губы, которые не желали открываться.

«Это что, бинты?»

Ее взгляд упал на руки Арена, сплошь покрытые пластырями.

Раньше, когда они встретились, их точно не было.

Неужели он поранился, пока пек печенье?

Что ж, это вполне могло случиться, ведь Арен никогда раньше не готовил.

— Д-да! Очень вкусно! Совсем в моем стиле!

— Ого, правда?

— Да! Оно такое вкусное, что рука сама тянется за следующим!

Как только она это осознала, она уже не могла заставить себя сказать правду.

Она выдавила улыбку и запихнула в рот еще одно соленое печенье.

Хрум-хрум, мышцы вокруг глаз и рта дергались каждый раз, когда раздавался этот звук.

Но она терпела, стараясь взять себя в руки.

«Если я могу видеть Арена счастливым, это сущий пустяк!»

Если Арен может улыбаться, перетерпев мгновение боли, то чего не может сделать она?

— Не хочешь еще?

— У-угу! Очень вкусно. Я приберегу его и съем в общежитии.

Легко выдержав неожиданную атаку, она вернулась в раздевалку и бережно убрала печенье в сумку.

С твердым намерением никогда не выбрасывать это печенье и съесть его до последней крошки.

＊

Я так и знал, у меня получается, если я учусь.

После того как я увидел реакцию Леди, я не мог перестать улыбаться даже после возвращения в общежитие.

Она ела с таким удовольствием. Нужно будет испечь еще, если представится возможность.

— Арен, как отреагировала Леди Ростайл? — спросил Тео, мой учитель на один день, валяясь на кровати.

Я молча поднял большой палец вверх и широко улыбнулся.

Он тоже просиял, вытирая грудь, словно почувствовав облегчение.

— Какое счастье. Кстати, ты с самого начала в бинтах, ты поранился?

— У меня днем было занятие у профессора Азеллы, было тяжеловато. Все мозоли на руках полопались.

— А-а, понятно.

Решил, что наклею новые бинты после того, как помоюсь, так что пора идти в душ.

Переговоры Леди

Прошло около трех недель с момента церемонии поступления, и я постепенно начал привыкать к жизни в академии.

Поначалу кампус казался настолько головокружительно огромным и запутанным, что найти дорогу было настоящим испытанием.

Теперь же я освоился настолько, что могу добраться до нужного места, даже не заглядывая в карту.

Последние несколько недель я всерьез задаюсь вопросом: не начинаю ли я походить на Тиа Белль Ростайл?

— Арен, у тебя какой-то странный взгляд, знаешь ли.

Леди, шедшая рядом, подняла на меня холодный взор и произнесла это с невозмутимым видом.

Серьезно, она невероятно проницательна в самых нелепых ситуациях.

Но я не из тех, кто так легко признается в своих грешках.

— О чем ты? Я не могу думать о Леди ничего плохого.

— Хе-хе... Ну конечно! Арен просто не способен на такое.

Я почувствовал легкий укол совести из-за ее непоколебимой веры в меня.

Но, с другой стороны, было даже забавно водить ее за нос.

— О, мы можем устроиться вон там. Арен, расстели коврик, пожалуйста.

— Слушаюсь, Леди.

Я подошел к вишневому дереву, на которое указала Леди, и расстелил подстилку.

Солнце припекало как раз в меру, а вишня цвела вовсю — место было просто идеальным.

— Кьяу!

— Нихихит!

В этот момент Селена, Повелительница Ветра, и водный дух Рируа, кружившие вокруг Леди, подлетели ближе, неся в руках корзинки.

Даже если посмотреть на других первокурсников-заклинателей, большинство с трудом управляется хотя бы с одним духом.

А она контролирует двоих, даже глазом не моргнув.

И при этом использует их в качестве курьеров для доставки обеда.

Топ.

— Ха, красота. Как же нам повезло, что сегодня совпали «окна» в расписании.

— И не говори. Благодаря этому мы устроили настоящий пикник.

Леди, растянувшись на коврике в форме буквы «Х», с довольной улыбкой перекатывалась с боку на бок.

Изначально сегодняшний день должен был пройти по привычному сценарию: занятия, а затем возвращение в общежитие.

Но вчера Леди внезапно спросила: «Арен! У тебя же завтра в это время нет пар, верно?!»

Поскольку это было правдой, я кивнул, и Леди тут же заявила: «Тогда завтра идем на пикник!», в одностороннем порядке утвердив план.

Раз уж моя госпожа пожелала устроить пикник, у меня, разумеется, не было права на отказ.

В итоге сегодня я оказался на заднем дворе академии, пропитанном весенним духом, наслаждаясь домашним обедом, приготовленным Леди.

— Но Леди, откуда вы узнали, что у меня сегодня в это время нет занятий? Даже Тео не был в курсе.

— Эмхухут! На то есть свои методы. Это секрет от Арена.

— Ого, как несправедливо. Вы что, и от меня это скрываете?

— Это секрет, потому что это Арен!

Что это еще за логика?

Впрочем, виновник очевиден. Скорее всего, это Селена.

Я прекрасно это знаю, так как уже видел подобное раньше.

Иногда в особняк дома Ростайл наведывались гости для важных разговоров с Камиллой.

В таких случаях Леди, не в силах побороть любопытство, просила Селену подслушать их беседы.

Но неужели Леди думает, что я не в курсе, хотя сам был тогда соучастником?

— Что ж, давай сначала набьем животы!

— Согласен. Ого, я в предвкушении. Домашний обед Леди — это что-то.

— Раз, два, три — открываем? Раз, два, три...!

Щелк.

С окончанием отсчета мы одновременно открыли ланч-боксы.

Внутри обнаружилось содержимое, украшенное с большой любовью и старанием.

Ого, похоже, она потратила на это немало сил.

— Приятного аппетита, Леди.

— Да, ешь побольше!

Я поблагодарил Леди и принялся за еду.

Леди, которая пристально наблюдала за мной, пару раз спросила о моих впечатлениях, а увидев, что я молча показал ей большой палец, рассмеялась и начала есть сама.

Что сказать о вкусе? Это было божественно.

— А еще был случай, когда он, проснувшись, назвал профессора «папочкой»! Все так смеялись, ты бы видел!

— Ого, должно быть, это было ужасно неловко.

Даже во время еды рот Леди не закрывался ни на секунду.

Она рассказывала забавные истории, приключившиеся на занятиях.

Слушать было интересно, поэтому я вовремя реагировал и продолжал есть.

— Ха-а, я наелась! Хочется просто лежать и не двигаться!

— Так вы превратитесь в корову, Леди.

— Эй! Арен тоже лежит!

— Я и так уже корова, так что мне все равно.

— Ты что, решил окончательно отказаться от человеческого облика?!

Закончив трапезу, мы, словно по негласному договору, тут же растянулись на коврике.

Тук. В этот момент лепесток сакуры упал Леди на лоб.

Глядя на эту картину, я подумал, что вокруг царит настоящее умиротворение.

— Как спокойно. Правда, Арен?

— ...Да, это так.

Да, хорошо, когда вокруг мир и покой.

Но что это за тревога внутри?

Это определенно не то, что мне не нравится, но я постоянно думаю: «А все ли здесь нормально?»

Академии с давних времен были такими местами, где...

Если тебе становилось скучно, повстанцы империи или приспешники Короля Демонов каждые несколько дней приходили поздороваться с дружелюбным: «Мы здесь».

А студенты встречали врагов так тепло, словно старых друзей: «О, вы уже пришли?»

Но как вышло, что за три недели не произошло ровным счетом ничего?

Или я слишком пропитался клише из веб-новелл?

Неужели академия — это изначально такое мирное место?

«Ни за что».

Нет, этого не может быть.

Рано или поздно, когда мы потеряем бдительность, что-то обязательно случится.

Предыдущий инцидент с проникновением шпиона и тот факт, что этот мир во многом следует клише жанра академии, которые я помню, — очевидные доказательства.

Другими словами, чтобы предотвратить подобное заранее, нужно как можно больше информации.

Проблема в том, что сейчас нет способа узнать, что произойдет в академии.

— ...Хм.

— Арен, что случилось? Полежи еще немного. Тут такой приятный ветерок.

Когда я приподнялся, Леди, лежавшая рядом, спросила это с озадаченным видом.

Несмотря на это, я еще немного подумал и кивнул.

Потому что вспомнил человека, который мог предоставить нужную мне информацию быстрее и надежнее всех.

— Леди. Прошу прощения, но мне нужно кое с кем встретиться.

— С кем? Если это ненадолго, может, мне подождать тебя?

— Нет, не стоит. Мои дела могут затянуться.

У меня сегодня нет занятий, так что времени предостаточно.

Но у Леди впереди еще лекция, так что ждать меня ей некогда.

Когда я выразил свое намерение уйти, Леди надула щеки, словно обиделась.

— Это та студентка, с которой ты общался раньше?

— ...Прошу прощения?

Внезапно она уставилась на меня суженными глазами, как жена, поймавшая мужа на измене.

— Ну, та девушка с синими волосами из той же группы. Я видела, как вы мило болтали в прошлый раз. Ты идешь встретиться с ней, да? Правда же...?!

— О чем вы вообще?

Если речь о девушке с синими волосами, она имеет в виду Теуриси?

Мы довольно близки, но я был озадачен, почему это имя всплыло именно сейчас.

В конце концов, после двадцати минут объяснений мне удалось вырваться.

Но она не сводила с меня подозрительного взгляда до самого конца.

＊

— Почему они построили это так далеко...

Увидев впереди центральную часовую башню, я невольно пробормотал это с ноткой жалобы.

В академии много зданий, но часовая башня — самое символичное из них.

Сюда можно попасть по подвесному коридору с третьего этажа любого корпуса, но обычно у меня нет причин здесь появляться.

Но что поделать? Жаждущий должен сам копать колодец.

— Вот она.

Как только подвесной коридор доставил меня к цели, я сразу же направился к часовой башне.

Лишь тогда я увидел табличку «Студенческий совет» в конце коридора.

Тук-тук.

— Да, кто это?

Когда я подошел и постучал, раздался голос Ленс Пернова, секретаря совета.

Это была не та, кого я искал, но на всякий случай я решил представиться и спросить о нужном мне человеке.

— Я Арен. Сиэль-сонбэ здесь...

Бах!

Не успел я договорить, как дверь с грохотом распахнулась без всякого предупреждения.

Если бы не мои быстрые рефлексы, я бы точно получил дверью по голове.

— Хубэ-ним! Ты пришел сюда сам, значит, наконец решил стать казначеем?!

— Нет, не решил.

Я прямо ответил Сиэль Бальштейн, которая появилась на пороге с сияющей улыбкой.

Ха, вот почему я не хотел сюда приходить.

Эта принцесса делает мне подобные предложения с тех пор, как участники кружка кондитерского искусства впервые собрались вместе.

В последнее время, стоит нам столкнуться в коридоре, она бросает эту фразу вместо приветствия.

Я чуть было не решил, что именно так люди из Королевства Руэндель приветствуют друг друга.

— Ну же, не стой на пороге, заходи. Ты пришел увидеть эту сонбэ, значит, у тебя есть что-то срочное, верно?

— ...Меня бесит, что вы такая проницательная.

— Потому что я президент студенческого совета.

Если ты такая проницательная, то должна знать, что я не хочу быть казначеем.

Нет, неужели она предлагала мне эту должность, зная, что я буду до последнего отказываться?

Я даже не догадывался об этом. Черт возьми.

— Ленс, принесешь нам по чашке чая?

— Слушаюсь.

— А, я откажусь. Я вообще не особо люблю чай.

— Вот как? Не обязательно стесняться.

Сиэль Бальштейн, должно быть, подумала, что я отказываюсь из вежливости.

Но у меня есть дела поважнее, чем этот чай.

— Сиэль-сонбэ. Студенческий совет управляет всеми мероприятиями в академии, верно?

— Да, верно. Мы не контролируем абсолютно все, но владеем общим расписанием.

Охо, это именно тот ответ, который мне был нужен.

Кажется, я не зря пришел к ней.

Тогда это станет поворотным моментом.

— Значит, существуют академические планы, которые еще не были объявлены и о которых знаете только вы, верно?

— Конечно. Но это известно только руководству студсовета, так что я не могу рассказывать это студентам.

— Тц.

Я невольно цокнул языком, услышав, как она сразу провела черту.

Вот почему мне не нравятся проницательные принцессы.

— Неужели нельзя сделать исключение? Мы ведь члены одного клуба.

Когда я попытался выведать информацию под таким предлогом, Сиэль Бальштейн приподняла уголки губ.

— Тогда, если ты займешь должность казначея, я расскажу...

— Не хочу.

Я знал, что она это скажет.

— Почему? Тебе ведь нужна информация?

— Она мне нужна, но я не умру без нее. А вот должность казначея я ненавижу больше смерти.

— Эх, это немного разбивает сердце. Это довольно почетная должность, знаешь ли.

Нет, почетная или нет, я не хочу этим заниматься.

Есть даже поговорка: «Даже если ты губернатор Пхеньяна, ты можешь уйти в отставку, если тебе не нравится». Так что же такого особенного в должности казначея?

— Ладно, тогда как насчет выполнения другой просьбы?

— Другой просьбы?

— Да. Конечно, я не собираюсь играть словами. Буквально: если ты выполнишь мою просьбу, я дам тебе информацию. Разве это не выгодная сделка?

Сиэль Бальштейн, поняв, что я настроен решительно, неожиданно предложила компромисс.

— Зависит от того, что это за просьба. Можно сначала услышать?

— Конечно. На самом деле, я хочу попросить тебя отправиться со мной на полевое исследование. Только вдвоем.

— ...Полевое исследование?

Я был ошеломлен этим неожиданным предложением.

Полевой выход (1)

С чего это вдруг понадобился полевой осмотр?

Я уставился на Сиэль Бальштейн с таким недоумением, что она, поняв мой немой вопрос, принялась любезно объяснять:

— На самом деле, полевые осмотры по правилам должны проводиться парами, состоящими из членов студенческого совета.

— И что с того?

Она ведь не собирается нести какую-то чушь о том, что берет меня с собой, потому что я будущий казначей, верно?

Ощущая недоброе предчувствие, я переспросил, на что Сиэль Бальштейн погрозила мне указательным пальцем:

— Так вот, изначально мы собирались пойти с вице-президентом, но, к несчастью, он сейчас взвалил на себя еще и работу казначея, так что он слишком занят.

— Вы могли бы пойти с Ленс Пернова.

— Что ж, если бы я могла пойти с Ленс, я бы так и сделала. Но у Ленс возникли обстоятельства, которые не позволяют ей отправиться в путь…

Правда ли это?

Гадая, не выдумывает ли она оправдания, чтобы обвести меня вокруг пальца, я посмотрел на Ленс Пернова.

Та в ответ поклонилась, всем своим видом выражая сожаление.

— Прошу прощения, президент студенческого совета.

— Нет-нет, я не хотела тебя винить, Ленс. Не бери в голову.

Хм, похоже, это не ложь.

Видимо, у нее действительно возникли непредвиденные обстоятельства.

— Ну, раз так, я могу вам помочь. Только не пытайтесь использовать этот полевой осмотр как предлог, чтобы заявить: «С завтрашнего дня ты казначей!», договорились?..

— …

Вздрогнула.

В тот самый миг, когда я отбросил сомнения и закончил фразу, тело Сиэль Бальштейн слегка дрогнуло.

Когда наши взгляды встретились, она даже начала насвистывать, лишь бы не смотреть мне в глаза.

…Эта принцесса неисправима. А ведь говорила, что не будет играть словами.

— Вы что, просто уйдете?

— Н-нет! Прости! Я была неправа! Пожалуйста, только полевой осмотр! У нас правда нехватка кадров…!

— Хм.

Стоило мне демонстративно направиться к выходу, как Сиэль Бальштейн поспешно подбежала и уцепилась за меня.

У меня были смешанные чувства от того, как жалко выглядит принцесса целой страны и президент студенческого совета академии.

В конце концов, мы оказались в одной лодке, так что я решил принять это предложение.

＊

Я думал, что для полевого осмотра нам придется отправиться куда-то далеко, но, к счастью, место оказалось неподалеку.

Если направиться от академии на северо-запад, можно найти пышный лес, отделенный от Леса Духов.

Сегодняшним местом осмотра была большая пещера в глубине этого леса.

— Кстати, Арен. Ты свободен сегодня после занятий?

— Ты спрашиваешь об этом так рано.

— Аха-ха, прости. Я была слишком рассеянна.

Я не удержался от ворчания в ответ на вопрос Сиэль Бальштейн, который она задала, когда мы были уже почти у входа в пещеру.

Но, словно на нее это никак не повлияло, Сиэль Бальштейн сгладила неловкость естественной улыбкой.

Глядя на эту улыбку, я невольно усмехнулся и не смог сказать ничего больше.

Я чувствую это каждый раз, но перед этим человеком трудно по-настоящему злиться.

Может, дело в ее невероятно светлом характере.

— В любом случае, занятия на сегодня окончены. У меня было полно времени, поэтому я и сказала тебе прийти сразу.

— Понятно. Что ж, даже если бы у тебя были занятия, это ничего бы не изменило, если бы я сказал тебе прийти.

Ого, власть президента студенческого совета — это не шутки.

Кажется, я мельком увидел истинную силу Сиэль Бальштейн, которую до этого считал лишь наивной принцессой.

— Мы пришли. Зайдем?

— Да.

Следуя за Сиэль Бальштейн внутрь, я ощутил характерную для пещеры сырость и прохладу.

Если прислушаться, можно услышать, как вокруг капает вода.

— Арен, лучше достань свой меч прямо сейчас.

— Хорошо.

Я без лишних слов обнажил меч, последовав совету старшей.

Но так как я не понимал причины, Сиэль Бальштейн любезно добавила пояснение для меня, пребывающего в недоумении.

— На самом деле, это лабиринт, который используется для практических занятий первокурсников.

— Лабиринт?

Лабиринт — это не ресторан, но слово «используется» прозвучало так неуместно.

— Да. В конце концов, основной принцип — закрыть лабиринт, как только он обнаружен, верно? Но монстры, которые здесь появляются, такого уровня, что даже первокурсники могут справиться с ними, если будут работать сообща, поэтому академия управляет им и использует как тренировочную площадку.

— Понятно. Значит, полевой осмотр — это…

— Именно так. В этом году первокурсникам тоже предстоит здесь заниматься. На всякий случай я пришла проверить всё заранее.

Значит, место не такое уж опасное.

Я двинулся вперед с некоторым облегчением.

Ттоинг. Ттоинг.

Вскоре вдоль стен и дорожек один за другим начали появляться слаймы.

— Их можно убивать?

— Да, можно. Это место похоже на Лес Духов, где магия бьет ключом, поэтому количество монстров быстро восстанавливается. Из-за этого, когда мы приходим на полевой осмотр, мы намеренно немного прореживаем их ряды перед уходом.

— Значит, вы предотвращаете чрезмерное размножение.

Чвак!

Любуясь на удивление тщательной системой управления, я легко взмахнул мечом и разрубил одного из слаймов.

Затем я снова двинулся вглубь…

— …

Хильккым.

Почему-то Сиэль Бальштейн поглядывала на меня, как собака, которой приспичило в туалет.

Я часто ловил на себе этот взгляд по пути сюда, но, похоже, мне это не казалось.

Казалось, она хотела что-то сказать с самого начала.

— Эм… Арен.

— Да?

Я не из тех, кто заставляет других выкладывать свои истории, поэтому сделал вид, что ничего не замечаю, и промолчал.

Конечно же, Сиэль Бальштейн заговорила первой.

— Уже слишком поздно, но я на самом деле хочу извиниться перед тобой.

— Извиниться?

— Да. По поводу теракта, который произошел во время вступительного теста.

А, вот оно что.

Я гадал, почему она так осторожна, но, похоже, тема была довольно тяжелой.

— Прости. Как человек, вовлеченный в это, ты наверняка хотел знать, что произошло потом, но я не могла тебе ничего рассказать. Результатов было так мало, что мне было стыдно поднимать эту тему.

— Что ж, извиняться нет нужды. В конце концов, труп того парня разлетелся в клочья, верно? Понятно, что никаких стоящих улик не осталось.

Я пожал плечами, не придавая этому значения, так как ожидал подобного исхода.

— Да, это так. Единственной зацепкой была заявка на поступление, но в качестве места происхождения был указан обедневший дворянский род в сельской местности. Возможно, они целились именно в это, так как учет семейных реестров в той области ведется из рук вон плохо.

— Он неплохо пораскинул мозгами.

Другими словами, нет никакой возможности подтвердить, действительно ли он оттуда или нет.

Что ж, самое главное для террориста — это подделка личности.

— Кстати, это немного удивляет. Я слышал, что проверка личности в академии довольно тщательная.

— Обычно так и есть. Но, похоже, результаты вступительного экзамена у того террориста были весьма хороши. В таких случаях они отдают приоритет талантливым людям и иногда закрывают глаза на формальности.

Действительно. Значит, они проявляют гибкость в подобных ситуациях.

В каком-то смысле это можно рассматривать как приоритет способностей над происхождением, но в этот раз это стало палкой о двух концах.

— И, что самое важное, возможно, из-за последствий взрыва, следов магической силы не осталось… Улик было мало, поэтому внутри велись споры.

— О том, не была ли это инсценировка?

— Э-э… А, конечно, это не значит, что я тебе не доверяю. Просто ситуация такова, какая есть, поэтому подобные разговоры имели место.

— Я знаю. Я бы и сам так отреагировал, будь я на месте руководства.

Сиэль Бальштейн добавила пояснение, даже заикаясь, словно боялась, что я неверно истолкую ее слова.

Это было вполне ожидаемо, так что я не придал этому значения.

К счастью, среди пострадавших оказалась такая важная фигура, как принцесса из Великого герцогства Бронхейм.

Если бы жертвами были только Тео и я, расследование, возможно, вообще бы не началось.

— …Ты в порядке, Арен?

— В порядке с чем?

— С тем, что тебя перевели в класс С. В каком-то смысле ты был главной жертвой того теракта, но вышло так, будто тебя же во всем и обвинили.

А, может быть и такая интерпретация.

Если подумать, Леди тоже упоминала об этом в прошлый раз, выражая недовольство.

Он, по сути, спаситель, остановивший теракт, но как они могут так с ним обращаться?

Но что ж…

— …Мне, по правде говоря, все равно?

— Правда?

— Да. Я не то чтобы недоволен своей нынешней жизнью, да и друзья в классе вроде бы хорошие ребята. Ну, немного раздражает, что все ищут меня в первую очередь, чтобы ловить тараканов в общежитии.

В конце я намеренно добавил шутку, чтобы разрядить обстановку.

Тогда Сиэль Бальштейн, которая до этого хлопала глазами, растянула губы в улыбке.

— Ты такой великодушный, Арен. Ты достоин быть нашим следующим казначеем.

— А, теперь, когда я об этом подумал, я все-таки недоволен.

Я решил, что это мой шанс, и вставил еще одну реплику, быстро сменив тон.

Сиэль Бальштейн согласно закивала, словно снова была удовлетворена.

— Ты честен. Хм-хм, мне нравится в тебе и это.

— …Если я говорю одно, ты отвечаешь другое, а если я говорю другое, ты отвечаешь первое. Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Ты переходишь границы со своими невыполнимыми требованиями, серьезно.

И все же, благодаря этому тяжелая атмосфера немного развеялась, так что я решил отпустить ситуацию.

— А, Арен. Будь осторожен там. Там ловушка.

Пока я спокойно осматривался, Сиэль Бальштейн указала на мои ноги и предупредила.

— Не было бы лучше, если бы ты сказала мне что-то подобное раньше?

— Аха-ха, прости. Прости. Я забыла.

Чуть не случилась беда, но, глядя на ее улыбающееся лицо, мне захотелось щелкнуть ее по лбу.

Все же я решил сдержаться, так как она старше.

Тонг. Ттоонг.

— А, еще один вылез.

— Я сам.

Увидев слайма, который снова выскочил, я обнажил меч и шагнул вперед.

Я планировал подождать, пока он приблизится, и разрубить его одним ударом.

Ттоинг. Ттоинг!

— А? Он убегает!

— Эй, ты! Куда это ты!

Почувствовав кризис или нет, он внезапно бросился наутек.

Я задумался, стоит ли бежать за ним и добивать.

И все же я решил последовать за ним, чтобы разобраться, потому что чувствовал неладное.

— Он ушел довольно далеко.

— Да. Может, мне стоило просто прикончить его сразу?

— Что ж, будем считать, что мы сделали зарядку.

Затем мы зашли в тупик.

Если уж доставил другим неприятности, должен уйти тихо, верно?

Давай, иди сюда.

Ттоинг. Ттоинг!

Пааат…!

— …А?

— Что, что это сейчас было?

В тот момент, когда я загнал его в угол и собирался медленно подойти, мое сознание замерло.

Все потому, что этот парень, который прыгал перед тупиком, внезапно прыгнул в стену и ударился об нее головой.

Вдруг хлынул белый свет, и слайм исчез в стене, словно растворился.

— Старшая, в лабиринте есть такие скрытые структуры?

— А, нет. Я никогда раньше такого не видела.

Я спросил Сиэль Бальштейн, но, похоже, она тоже была не в курсе.

Затем она осторожно подошла к стене, где исчез слайм, и начала простукивать ее тут и там, словно исследуя.

Но куда бы она ни прикасалась, она не могла сотворить магию прохождения сквозь стену, как это сделал слайм.

Я задался вопросом, не был ли тот слайм какой-то галлюцинацией, и был в полном замешательстве.

Ттальгак.

— …А?

Когда старшая нажала на что-то, ее рука провалилась внутрь, словно в стене была спрятана скрытая кнопка.

В этот момент.

Паааат…!

— Старшая!

Точно так же, как когда слайм вошел в стену, белый свет начал окружать ноги старшей.

— А, Арен! Не подходи! Это опасно!

Когда я инстинктивно почувствовал кризис и побежал к ней, она попыталась меня оттолкнуть.

Похоже, она не может избавиться от этого явления и с помощью своей магической силы.

Тогда единственный способ — вытащить ее силой.

Так!

— Я поймал тебя…!

К счастью, я едва успел схватить Сиэль Бальштейн за руку, и в тот момент, когда я подумал, что смогу ее вытянуть…

Свет, окружавший нас, погас, и наше зрение перевернулось.

Полевая практика (2)

Когда я пришел в себя, оказалось, что нас перенесло в пространство, совершенно не похожее на то, где мы были мгновение назад.

Текстура окружающих стен, сузившийся проход.

Более того, здесь стоял странный зловонный запах, что делало это место абсолютно непохожим на ту пещеру, где прыгали лишь слаймы.

«Ч-что, черт возьми, произошло? Где это мы, и как мы вообще здесь оказались...»

Оглядевшись по сторонам, Сиэль Бальштейн пробормотала это с выражением невиданного доселе замешательства на лице.

«Это абсурд. Портал для перемещения...? Как в лабиринте, который используют десятилетиями, могло появиться нечто подобное...»

— Сонбэ!

— А-а?

Чувствуя, что она слишком глубоко погружается в панику, я окликнул её громким голосом, словно подталкивая к действию.

По крайней мере, в моих глазах ситуация не была настолько критической, чтобы так сильно паниковать.

Вероятно, это событие существовало и в оригинальной истории.

Если учесть, что лабиринт со слаймами был тренировочной площадкой начального уровня для первокурсников.

Очевидно, что в оригинале этот эпизод служил для того, чтобы дать протагонисту опыт роста на самых ранних этапах.

С таким уровнем сложности мы с Сиэль Бальштейн вполне могли справиться сообща.

— Давайте успокоимся и попробуем связаться с внешним миром. Если не получится, просто найдем выход вместе.

— В-верно. Так и нужно поступить. Прости. Я попробую связаться с ними.

К счастью, у неё было средство связи. Сонбэ достала что-то из внутреннего кармана и направилась в угол.

— Ленс! Ты меня слышишь? Профессор Расти! Кто-нибудь, вы меня слышите?

Она отчаянно выкрикивала имена, пытаясь установить контакт.

Сначала Ленс Пернова, затем какой-то профессор.

Она повторяла это несколько раз, но, к сожалению, её голос, похоже, не доходил до адресатов.

Опустив плечи, Сонбэ вернулась и извинилась передо мной.

— ...Не могу пробиться. Похоже, мы либо глубоко под землей, либо здесь установлено какое-то устройство, блокирующее связь.

— Тогда выбора нет. Придется искать выход... Сонбэ?

Я уже собирался предложить единственное решение, как заметил, что обычно невозмутимая Сонбэ кусает губы и хмурится.

Может ли человек, который всегда улыбается, сделать такое лицо?

Честно говоря, я был немного удивлен и просто смотрел на неё, а спустя мгновение Сонбэ, придя в себя, неловко улыбнулась.

— Ах, прости. Я просто подумала, что втянула тебя в эту странную ситуацию из-за себя...

— О чем вы? Сонбэ такая же жертва. К тому же, не похоже, что вы затащили меня сюда, потому что я вам нравлюсь.

В конце концов, этого бардака можно было избежать, если бы я просто вытащил Сонбэ из магического круга в последний момент.

Спасти её было моим собственным выбором, и моя неспособность сделать это до конца — тоже моя вина.

Это не только вина Сиэль Бальштейн.

— В любом случае, давайте сначала найдем выход. Я пойду вперед.

— Разве не я должна возглавить группу? Немного странно, когда мечник идет в арьергарде, а маг — в авангарде...

— Ни за что. Как старшая, я обязана защищать младшего. К тому же, я президент студенческого совета академии.

Она так серьезно относится к своему чувству долга в самых странных ситуациях.

Глаза Сонбэ, такие честные и прямые, казалось, говорили, что она не намерена уступать.

К сожалению, со мной тоже не так просто договориться.

— Значит, вы мне не доверяете?

— А? Н-нет! Дело не в том, что я не доверяю хубэ-ним...!

Усмехнувшись, я выдал фразу, полную самоиронии, и Сиэль Бальштейн поспешно затрясла головой.

Так, значит, она не отступит, да?

— Ах, я разочарован. Вы напевали о том, что я стану следующим казначеем, но даже не считали меня надежным человеком.

— А-а! Поняла! Оставляю авангард тебе! Просто возьми на себя!

— Нужно было сказать это с самого начала.

Я впервые видел, чтобы этот человек настолько терял самообладание, поэтому на мгновение забыл о серьезности ситуации и рассмеялся.

Да, именно так она и должна была поступить с самого начала.

Если ты маг, просто тихо колдуй из-за спины и пускай файерболы, пён-пён.

Оставь фронт надежному мечнику.

＊

После того как мы решительно отправились на поиски выхода, нам потребовалось не более пяти минут, чтобы понять: это подземелье чертовски опасно.

Щелк. Пи-и-и-и...

— Хубэ-ним! Назад!

— Черт, почему здесь ядовитый газ...!

— Ветер!

Мы случайно задели какое-то устройство, проходя через коридор, и внезапно хлынул ядовитый газ.

К счастью, Сонбэ использовала магию ветра, чтобы полностью развеять его, и даже оказала мне первую помощь на всякий случай, так что серьезных проблем не возникло.

— Сонбэ! Сзади!

Шварак!

После этого, если наши ноги цеплялись за натянутые на полу лески, сзади летели отравленные стрелы и всё в таком духе.

В лабиринте, где раньше бегали слаймы, тоже были ловушки, но...

В лучшем случае это были ловушки, вызывавшие лишь легкие царапины или порезы.

Здесь же каждая из них была смертельно опасной.

Яд стал базовым пассивным навыком, а в стены были вмонтированы магические круги: стоило мне прислониться к пустой на вид стене, как оттуда вырывалось пламя, и я чуть не превратился в жаркое.

— Ху-у, тело не сказать чтобы устало... но морально это выматывает.

— И не говорите.

Мы прошли через несколько опасностей, но всё же сумели продвинуться вперед без серьезных потерь.

Впереди показалась развилка, где нужно было повернуть направо, и мы двинулись туда.

Но в этот момент.

— Ккадедук. Ккадедудук.

— С-скелет?!

— Сонбэ!

Чэнг!

Раздался странный звук сталкивающихся костей.

Из коридора, куда мы собирались свернуть, появился монстр, чье тело, включая меч в руке, состояло из человеческих костей.

К счастью, я успел заблокировать удар, прежде чем он обрушил меч на Сиэль Бальштейн.

И в тот момент, когда я столкнулся с внезапно появившейся нежитью, мои сомнения начали расти.

Потому что это был совсем не тот враг, на котором первокурсники могли бы «набивать опыт», кто бы на него ни посмотрел.

Сва-а-ак!

Я взмахнул мечом, используя меч ауры, и снес ему голову.

Но проблема в том, что...

— Ккадедук. Ккадедук.

— Кки-и-и-и...!

Тебок. Тебок.

Это был не конец.

Глядя на армию нежити, которая начала выползать из коридора, я крепче сжал рукоять меча.

Но даже если мы повернем назад, место, куда мы попали изначально, — тупик.

Чтобы найти выход, нам всё равно придется прорваться через это место.

— Хубэ-ним! Отойди!

— ......!

Я уже собирался сменить стойку, чтобы расчистить путь.

Услышав резкий голос позади, я совершил широкий прыжок в сторону, словно лягушка.

Хварурерук!

В тот же миг из рук Сиэль Бальштейн вырвалось огромное пламя, поглотившее весь коридор, по которому неслись монстры.

Скелеты низкого уровня с хрупкими телами исчезли в одно мгновение, оставив после себя лишь костяную пыль.

Выжили только крепкие гули, которые снова начали приближаться к нам.

Тадак!

Чтобы выиграть время, пока Сонбэ готовит следующее заклинание, я прыгнул прямо в гущу врагов.

К счастью, благодаря магии огня их движения стали несколько замедленными.

Кваджик!

Я размозжил кулаком череп того, кто пытался укусить меня за плечо со спины.

Чваак!

Я снес голову скелету, приближавшемуся слева, мечом, который переложил в левую руку.

Затем я вытянул свободную правую руку, выхватил костяной меч из рук павшего врага и начал прорываться.

— Куда это вы собрались!

Пачинг!

Сонбэ блокировала атаки, которые изредка прилетали из моей слепой зоны, сковывая врагов льдом.

Она развернула магический барьер, нейтрализуя угрозы издалека.

Как и ожидалось, титул президента студенческого совета академии не получают, играя в «ддакджи».

С такой поддержкой я решил, что мы вполне можем прорваться, поэтому влил больше магии и безжалостно рубил врагов, когда...

— Ккурерурерук.......

Я нахмурился, глядя на черную фигуру, ползущую к нам, словно сливаясь с землей.

Вскоре существо, поднявшееся с пола, начало менять форму, подобно слайму, с которым мы столкнулись ранее, и начало насмехаться надо мной.

Как и ожидалось, это Тень, один из видов нежити?

Свиик!

В тот момент, когда я перехватил меч, тень, поднявшаяся с пола, накрыла меня.

Я попытался контратаковать, вложив как можно больше ауры, но прямого попадания не ощущалось.

Как я слышал раньше, Тень — это нечто вроде нежити-слайма, поэтому физические атаки почти не работают.

— К счастью, аура меча работает.

Даже если аура, наполненная магией, работает не на полную мощь, это всё же эффективнее, чем обычное холодное оружие.

Проблема в том, что этих тварей на полу ползает не один и не два.

— Кх!

Когда трое из них одновременно набросились на меня, я попытался контратаковать, но получил легкий порез на предплечье.

Ситуация довольно опасная, но отступать нельзя.

Если я это сделаю, Сиэль Бальштейн, готовящая магию в тылу, окажется под угрозой.

— Прости! Подержись еще немного!

— Есть!

Пу-у-ук!

Кивнув, я пронзил одного из приближавшихся врагов и сбросил его.

Всё же, благодаря ауре меча, урон наносится.

Возможно, инстинктивно почувствовав угрозу из-за гибели товарища, Тени по обе стороны от меня начали медленно отступать.

— Сияющее копье.

В этот момент я откинул голову назад, услышав тихий голос Сиэль Бальштейн.

Сгусток света, появившийся над головой Сонбэ, медленно разделился на несколько нитей, которые вскоре превратились в острые копья.

Их число в точности соответствовало количеству Теней.

Убедившись в этом, я высоко подпрыгнул в воздух.

Сва-а-а-а-эк!

В тот же миг копья света, появившиеся вокруг Сонбэ, полетели и пронзили монстров.

Твари, чьи тела были пробиты копьями света, замерли на месте, словно сломанные роботы.

— Ккуреруреу....

Словно сливаясь с копьями, пронзившими их тела, они начали медленно плавиться и в конечном итоге исчезли в пыли вместе со светом.

Даже та Тень, что притаилась в тенях на полу, не стала исключением.

Это поистине зрелище.

Я иногда наблюдал за дуэлями студентов и магическими поединками.

Этот навык заставляет понять, что всё остальное — лишь детские игры.

— Ты в порядке? Ты не ранен?

— Только легкий порез на предплечье, в остальном всё хорошо.

— Подожди минуту. Я сейчас же окажу первую помощь...

Несмотря на то, что она потратила значительное количество магии на две мощные атаки подряд.

Лицо Сиэль Бальштейн побледнело, когда она увидела рану на моем предплечье, и, не колеблясь, она сосредоточила магию, чтобы применить исцеление.

— Нет, всё в порядке. Это просто царапина. Важнее двигаться дальше, Сонбэ.

— Но всё же....

— Я правда в порядке.

Но я остановил её и легко поднялся.

Такая рана заживет сама собой.

Куда важнее найти выход и поскорее выбраться отсюда.

К тому же, Сонбэ потратила много магии, и если снова начнется подобный бой, нет гарантии, что мы выберемся живыми...

Деолгерук. Деолгерук.

— ...Сонбэ, тише.

— ......!

В тот момент, когда я размышлял, мы поспешно спрятались, услышав шаги из-за угла.

Затем прямо перед нами прошел гигантский скелет-солдат, который казался вдвое больше того, что мы видели ранее.

— Рыцарь Смерти....

— ...Это Рыцарь Смерти?

— Да, верно. Почему такая высокоуровневая нежить оказалась посреди академии....

Пробормотала Сонбэ голосом, полным изумления.

— Давайте пойдем тем путем, откуда пришел этот парень. Это может быть безопаснее.

— Отличная идея.

Сонбэ, которая была бледнее мела, обрела самообладание и отдала распоряжение.

Мы со всех ног бросились вперед по пути, по которому только что прошел Рыцарь Смерти.

— А?

— Это....

На этот раз вместо тупика перед нами возникла огромная деревянная дверь.

Настолько большая, что даже Рыцарь Смерти, прошедший мимо нас, мог бы легко пройти через неё.

Я огляделся, но здесь не было ничего, что можно было бы назвать комнатой или выходом.

Может ли это быть путь к спасению?

— Выбора нет, придется войти.

— Верно. Давай откроем одновременно на счет три, два, один.

— Есть.

Возможно, мы роем себе могилу, но другого выхода всё равно нет.

Мы с Сонбэ посмотрели друг на друга, торжественно кивнули и с силой потянули за дверную ручку.

Кки-и-и-ик.......

Дверь, простоявшая много лет, издала тяжелый стон.

И когда открылся вид на то, что было за ней, наши глаза расширились до предела.

Полевой выход (3)

Мы вошли в огромную пещеру.

И при этом здесь было на удивление светло.

Трудно было поверить, что это место находится в том же пространстве, что и мрачные коридоры лабиринта, которые мы только что миновали, или проходы, где появлялись всевозможные причудливые немертвые.

— Это что… портал?

— Похоже на то.

Больше всего внимание привлекал свет, слабо исходивший с противоположной стороны.

Возможно, там был выход наружу.

Но проблемой стало сооружение, расположенное прямо в центре пути, ведущего к нему.

— Святилище, может быть?

— Вероятно.

Как и сказала Сиэль-сонбэ, это было похоже на святилище.

Перед ним тянулись узкие, невысокие ступени.

В центре стоял алтарный камень — возвышение, обычно используемое для жертвоприношений или проведения ритуалов.

Вокруг него высились огромные подсвечники, в которых мерцало синее пламя.

Но что особенно бросалось в глаза среди всего этого…

— Скажи, тот, кто там лежит, — человек?

— Похоже на то… Но что-то здесь не так.

На плоской мраморной плите перед алтарным камнем лежало нечто, напоминающее человека. Человека? Нет, можно ли вообще назвать это человеком?

Расстояние было слишком большим, чтобы рассмотреть как следует, но всё тело лежащего было иссохшим и сморщенным.

Да, это выглядело так, словно мы вскрыли саркофаг, в котором покоилась мумия.

Может, этот тип тоже был немертвым, вроде тех, с которыми мы столкнулись ранее, или чем-то в этом роде?

На всякий случай я обнажил меч и напрягся, и в этот самый миг…

Па-а-ат!

Алый кристалл, вживленный в тело фигуры, лежащей на алтаре, испустил свет.

Хва-а-ак!

Словно расползающийся дым, густая черная магия, отчетливо видимая невооруженным глазом, начала растекаться вокруг святилища.

— Кх-х…?!

— Ч-что это…

Как только я столкнулся с этим, я схватился за сжимающуюся от боли грудь.

Сиэль-сонбэ задрожала и рухнула на месте.

Дело было не просто в давлении огромной магической силы.

Что-то еще, скрывавшееся за этим, вызывало у меня ужас. Как это назвать? Жажда убийства? Нет, «энергия смерти» было бы точнее.

Стоило мне встретиться взглядом с этим присутствием, промелькнувшим, словно силуэт за святилищем, как я на мгновение заглянул в лицо самой смерти.

Это не было похоже на инстинкт выживания.

Мое тело, нет, моя душа отвергала это.

Существо передо мной было тем, против кого я не мог осмелиться выступить.

«Выжми из себя последние силы и беги отсюда». Каждая клетка моего тела кричала об этом.

— …Сонбэ, бежим.

— Д-да.

Превозмогая давление, я выдавил из себя лишь эти слова дрожащими губами.

Но, возможно, одного этого хватило, чтобы передать чувство надвигающейся катастрофы.

Сиэль-сонбэ, не колеблясь, попыталась развернуться.

Однако…

У-у-ун…

— Д-дверь…!

В тот момент, когда мы обернулись, дверь, через которую мы только что прошли, исчезла, словно мираж, рассеявшись подобно мареву.

Они собираются отрезать нам путь к отступлению? Черт возьми.

— Иферия…

В тот момент, когда я стиснул зубы и сжал кулаки так сильно, что они вот-вот могли треснуть, чей-то голос эхом разнесся по всей пещере.

Было трудно даже угадать, мужской он или женский.

Голос, звучавший с визгом, словно трущиеся друг о друга куски металла, казался не принадлежащим этому миру.

— Иферия, почему это имя звучит здесь…?

Услышав это имя, сонбэ с озадаченным видом посмотрела на святилище.

Пи-и-ю-ун!

— Сонбэ!

Затем, без всякого предупреждения, с алтаря ударил черный луч.

Я обхватил сонбэ, которая замешкалась с реакцией, и бросился в сторону.

Джи-и-инг…

Словно не давая нам передышки, десятки тонких и толстых черных лучей собрались воедино.

Увидев это, я не раздумывая, с сонбэ на руках, рванул вперед вдоль края пещеры.

Ква-ква-ква-гванг!!!

Там, где я пробегал, лучи взрывались, земля крошилась, а мрамор превращался в пыль, разлетаясь во все стороны.

— Кхе-хук?!

К сожалению, избежать всего нам не удалось.

Хотя сонбэ едва успела отразить часть летящих в нас лучей, тонкий черный луч пронзил мне бок.

У-дангтанг!

К счастью, я до самого конца удерживал сонбэ, пока мы кубарем катились по полу. Сонбэ, отлетев в сторону, поспешно поднялась и вытянула руку вперед.

Хва-ре-рук!

То самое пламя, которым она сметала немертвых в лабиринте.

Когда оно снова сорвалось с руки сонбэ, волна огня, еще более мощная, чем прежде, устремилась к святилищу.

Возможно, из-за того, что она вложила значительную силу, после заклинания сонбэ пошатнулась.

Но эти усилия оказались тщетны.

Сви-и-ик…

— Н-не может быть…! Просто магией?!

Когда наступающее пламя коснулось иссиня-черного тумана, окутывающего святилище, оно просто исчезло в небытии.

— Сонбэ! Уходи с дороги!

— Кья-ак?!

Словно в ответ, святилище снова извергло лучи.

Я кое-как сумел отразить атаку мечом, пропитанным аурой, но…

В результате нас отбросило назад, и мы с грохотом врезались в стену.

— Черт, проклятье…!

Мое тело, уже работавшее на пределе, взвыло от боли.

Этот ублюдок — как ни крути, он не из тех, кто появляется в ранних событиях.

Это противник уровня поздней игры, если не финальный босс.

— Эта магия как минимум седьмого круга или выше! Нашими силами нам не победить. Арен, мы должны бежать!

— Я выиграю время, уходи первой, сонбэ!

— Что?!

Сви-и-ик!

Не теряя времени на объяснения, я бросил это на ходу и рванул вперед.

Черные сферы, вживленные в четыре столба вокруг святилища, повернулись ко мне, словно глазные яблоки.

Пи-ю-ун!

— Кх-х…!

Даже просто отражение этих лазеров с помощью ауры заставляло мои руки дрожать.

Судя по тому, что я увидел, если бы он проявил свою истинную мощь, мы бы давно были уничтожены без следа.

Это значит, что основное тело всё еще спит, и нас блокирует лишь своего рода система перехвата.

Я должен найти источник силы, который управляет этим.

— Кхе-хуп…!

Возможно, из-за чрезмерного использования магии, у меня изо рта хлынула кровь.

Но я собрался с духом и присмотрелся к основному телу, окутанному черным туманом.

В этот момент я увидел красный камень, вживленный в грудь трупа.

«Артефакт!»

Вот оно.

Как только я убедился в этом, я выжал из себя последние силы и создал ауру меча.

Се-се-се-ут…!

Я едва прорезал аурой туман, собирающийся вокруг меня, и приблизился вплотную.

Я просунул руку сквозь просветы в исчезающем тумане.

Конечно, целью был красный камень в груди.

Чи-и-джи-джик…!

— Кх-х…!

Но, словно пытаясь защитить своего хозяина, черный туман немедленно попытался восстановиться.

От моей левой руки, коснувшейся тумана, повалил дым, и нестерпимая боль пронзила всё тело.

Я едва выдернул руку, но перестал чувствовать кончики пальцев.

Но я не могу остановиться.

Та-ак!

Я сделал вид, что нападаю в лоб, а затем тут же подпрыгнул в воздух, выходя из зоны действия тумана.

Кку-ре-ре-ре-рук…!

Гротескная рука, вырвавшаяся из пола, попыталась схватить меня.

Я едва извернулся, чтобы избежать захвата, и тут же обрушил меч вниз.

Ка-анг!

— Что…!

Но прежде чем я успел коснуться камня, меня заблокировала невидимая стена.

Даже если я отступлю сейчас, сбежать всё равно не удастся.

— Кке-у-эк…!

Джи-джи-джик! Джи-джи-джик…!

Я сжигаю свою жизненную силу, решив отдать остатки магии, сил и даже саму жизнь.

Если я не убью его сейчас, я умру…!

Аура меча, вспыхнувшая подобно синему пламени, пронзила барьер.

Началось яростное противостояние: казалось, барьер вот-вот треснет, но он держался.

Па-гак. Па-га-гак…

Но, к несчастью, первым начал «кричать» не барьер, а мой меч.

С каждым разом, когда искры разлетались во все стороны, я видел, как лезвие стремительно разрушается.

В тот момент, когда осколки меча заполнили мое поле зрения, разлетаясь в воздухе…

— Аре-е-е-е-ен!

— ……?!

Где-то раздался пронзительный крик, вернувший мне ясность ума.

Обернувшись, я увидел Сиэль-сонбэ, которая, как я думал, уже сбежала через портал.

Хви-рик!

Не знаю, где она его подобрала, но сонбэ изо всех сил метнула в мою сторону меч, который я видел впервые.

В то же время на кончиках пальцев сонбэ начал собираться поток света.

Я выпустил сломанный меч, оттолкнулся от алтарного камня, высоко подпрыгнул и перехватил летящее оружие.

Пи-ю-ун!

В этот миг огромная магическая сила, собранная на кончиках пальцев сонбэ, выстрелила прямой линией и столкнулась с барьером, только что блокировавшим меня.

Барьер, подвергшийся неожиданной атаке вслед за моим ударом, содрогнулся.

Ка-анг!

Он разлетелся на куски, издав глухой звук, словно разбивающееся оконное стекло, и рассеялся.

Как только я это увидел, я обрушил меч, который держал в правой руке, на труп, лежащий на святилище.

Па-чинг!

Красный камень в его груди разлетелся на осколки, как и мой предыдущий меч.

У-у-ун…

Черные огни, смотревшие на меня с жаждой убийства, словно готовые уничтожить в любую секунду, утратили свою силу.

— Всё кончено, да…?

Сонбэ, издалека смотревшая на эту сцену, улыбнулась, словно почувствовав облегчение.

— Какое счастье…

Пе-оль-ссук.

Словно исчерпав всю свою магию этим последним ударом, она бессильно рухнула на ступени.

Последствия полевой практики

Сиэль приснился сон.

И сон этот был не из приятных.

Всего лишь воспоминание о том, как она, будучи еще во дворце, выслушивала материнские упреки и не могла сдержать слез.

— Сиэль! Почему ты, в отличие от своей старшей сестры, ничего не можешь сделать как следует?!

— Сохраняй достоинство второй принцессы Королевства Руэндель! Ты не та, кого должны защищать другие, ты — та, кто обязана вести за собой и оберегать!

— Вечно хнычешь, как ребенок, хотя должна быть доблестной женщиной… Тебе должно быть стыдно!

Она была бы бесконечно благодарна тому, кто избавил бы её от этого кошмара, пусть даже на мгновение.

Только эта мысль и билась в её сознании.

Она чувствовала себя такой беспомощной: осознавать, что это сон, но не иметь сил проснуться; знать, что это лишь морок, но продолжать бороться.

К горлу подкатил ком.

В памяти всплыли старомодные наставления матери о том, что женщина за всю жизнь плачет лишь трижды, и Сиэль, стиснув зубы, заставила себя терпеть.

— …Сонбэ, старшая госпожа!

И тут это случилось.

Откуда-то издалека донесся знакомый голос, медленно вытягивая её из непроглядной тьмы.

— Угх, а?..

С трудом разлепив веки, которые так и норовили сомкнуться вновь, она сфокусировала взгляд.

Первое, что увидела Сиэль, открыв глаза, — это потолок, такой высокий, что казалось, до него невозможно дотянуться.

А следом в поле зрения возникло мужское лицо.

— Сиэль-сонбэ, вы в порядке?

— …Хубэ, младший господин?

Слегка растрепанные черные волосы, сероватые глаза.

Худощавое лицо, производящее впечатление скорее остроты, чем грубой силы — лицо, вызывающее доверие и пробуждающее желание защитить.

Осознание того, что перед ней Арен, помогло её угасающему сознанию окончательно вернуться в реальность.

— Где это мы?..

— В общем зале, где мы сражались с тем парнем.

— Понимаю. Мы победили, верно?

— Разумеется.

— Какое облегчение.

Слова Арена помогли разрозненным воспоминаниям сложиться в единую картину.

Когда туман в голове рассеялся, мысли вновь заработали.

— …А?

Но стоило разуму проясниться, как она начала замечать детали, ускользнувшие от неё ранее.

То, что она смотрела на Арена снизу вверх, было еще терпимо. Вероятно, она потеряла сознание из-за того, что в конце вынужденно истощила всю свою магическую силу.

Но почему расстояние между ними было таким коротким?

И что это за ощущение под головой — твердое, но странно мягкое?

— …Гм, Хубэ-ним, младший господин.

— Да, Сонбэ, старшая госпожа.

— Случайно… то, на чем я сейчас лежу, это не твое бедро?

Она не решилась проверить это на ощупь, поэтому спросила с замиранием сердца.

— Да, оно самое.

— …!

Глаза Сиэль расширились от спокойного ответа Арена.

Она попыталась резко вскочить, но тело не слушалось — сил не было совсем. В итоге ей оставалось лишь с ошеломленным видом спросить:

— Зачем?

— Терпите, даже если вам неприятно. Вы думаете, я это делаю, потому что мне нравится?

— А, нет, я не это имела в виду…

С самого начала было ясно, что мужчине, предложившему колени в качестве подушки незнакомой женщине, это вряд ли доставляет удовольствие, так что причин для её недовольства не было. Сиэль показалось, что Арен беспокоится о чем-то странном.

Более того, её беспокойство было вызвано не только тем, что она лежала на коленях у младшекурсника.

«Не знаю, куда деть глаза!»

Она чувствовала себя неловко, глядя на тело Арена, местами разодранное в ходе ожесточенной битвы. Он, казалось, не обращал на это никакого внимания, изредка разминая плечи или слегка потягиваясь. Но каждый раз, когда он это делал, в поле зрения попадали участки, которые не стоило видеть, и это сбивало её с толку.

Они оба были на волосок от смерти, так что подобные мысли казались абсурдными. Но кожа, заполнявшая её обзор, действовала слишком возбуждающе.

— Кстати, что вам снилось? Вы так сильно хмурились.

— Сон?

— Да. Вы выглядели так, будто вам очень больно. Поэтому я поспешил вас разбудить.

— А…

Её лицо, до этого залитое краской, мгновенно приняло серьезное выражение. В памяти всплыло то, о чем она совсем не хотела вспоминать. Обычно она никому не рассказывала о подобном, но в этой ситуации, чувствуя невольное самоуничижение, она сама не заметила, как ответила:

— …Просто. Мне снилось, как меня отчитывает мать.

— Мать? Вы имеете в виду Её Величество Королеву?

— Именно.

— Должно быть, она строгая женщина.

— Не совсем. Просто я слишком никчемная и вечно не оправдываю её ожиданий. Даже сегодня… разве не так?

Он так сильно пострадал сегодня из-за неё, что вряд ли станет спорить. Она подумала так и небрежно бросила эти слова, но…

— …Что в сегодняшнем дне было никчемного?

Последовал неожиданный вопрос.

Сиэль растерянно захлопала глазами, а затем открыла рот, словно пытаясь оправдаться.

— Н-ну, из-за меня Хубэ-ним, младший господин, попал в опасную ситуацию. И в конце я просто переложила все на тебя…

— О чем вы? Я же сказал раньше: это не из-за Сонбэ, старшей госпожи. К тому же, я бы не смог сломать защиту в одиночку, это удалось благодаря вам. Так что же здесь никчемного?

— …

Этот парень всегда был таким многословным? Сиэль была сбита с толку этой неожиданной стороной его натуры, но не могла не почувствовать гордость. Он всегда казался молчаливым и равнодушным к чужим делам младшекурсником. Но сейчас он яростно спорил только из-за того, что она позволила себе капельку самокритики.

Сюрук.

— Вы справились достаточно хорошо.

— А…

Когда он мягко погладил её по волосам и улыбнулся, Сиэль невольно выдохнула. Для принцессы, которую вечно подгоняли кнутом, требуя большего и указывая на недостатки, эти слова прозвучали как откровение. Он, вероятно, никогда не поймет этого, даже если она скажет ему прямо.

— К тому же, посмотрите.

— Куда? …А.

Переведя взгляд туда, куда указывал Арен, она увидела пролом в стене общего зала. А за ним — профессоров и студентов академии, которых она хорошо знала. Члены студенческого совета. Близкие однокурсники. Даже её куратор.

— Президент!

— Бальштейн-ян!

— Сиэээээль!

Толпа из не менее чем двадцати человек бежала к ней, и в груди Сиэль словно закипела лава. Но она не могла позволить себе заплакать перед младшекурсником, поэтому изо всех сил сдерживалась.

— Если бы Сонбэ, старшая госпожа, была такой никчемной, разве так много людей бросились бы вас искать?

После этих слов, когда Арен помог ей подняться, Сиэль больше не могла сдерживать эмоции. Она вытерла слезы рукавом и постаралась идти вперед, как ни в чем не бывало. Его профиль, когда он отводил взгляд, делая вид, что ничего не замечает, казался ей невероятно добрым. По какой-то причине лицо горело, а в груди бурлило нечто такое, с чем было трудно справиться.

— Спасибо, Хубэ, младший господин…

— Арееееен!

Как раз когда Сиэль собиралась что-то сказать, не в силах сдержать переполнявшие её чувства, её голос заглушил другой, громкий крик. Повернув голову, она увидела девушку с розовыми волосами, бегущую прямо к Арену. Сиэль хорошо помнила её лицо.

— О, Агасси, юная госпожа.

— Не пытайся снова замять это! Что значит «О, Агасси, юная госпожа»! Что, черт возьми, случилось?! И почему твоя рука снова в таком состоянии!

Тиа Белль Ростайл указала на левую руку Арена, которая безжизненно висела, покрытая фиолетовыми пятнами, и набросилась на него с упреками. Арен поднял здоровую правую руку, почесал затылок и отшутился:

— Да, прости. Кажется, я её угробил.

— Почему ты говоришь это с такой гордостью! Серьезно, ты…!

Так началась их перепалка. Казалось, места для неё сейчас нет, поэтому Сиэль тихо отстранилась от Арена и пошла вперед.

— …Спасибо, Арен.

Прошептала она, изменив фразу, которую изначально хотела произнести.

＊

Прошло три дня с того крупного инцидента в лабиринте.

Результаты последовавшего расследования дошли и до моих ушей.

Тот, с кем мы столкнулись, была женщина по имени Морделин Окимонд, одна из выпускниц 77-го выпуска, известного как «Золотое поколение». Её исключили из академии после того, как Иферия Гён — её однокурсница, которую тогда называли Героем, — поймала её на изучении черной магии. По всей видимости, она сбежала в лабиринт и продолжила свои исследования.

По словам профессоров, она, вероятно, искала способ обрести вечную жизнь или оживить свое умирающее тело. К счастью, мы встретили её до того, как она завершила ритуал, и смогли разрушить её слабое место. Иначе шансов на победу не было бы вовсе.

— Теперь мне гораздо лучше.

Спустя три дня рука, которую я уже списал со счетов, вернулась в норму. Я до сих пор не могу забыть выражения лиц целителей, когда они впервые увидели мою руку. Они говорили, что впервые видят тело, сохранившее форму после такого воздействия черной магии, и смотрели на меня как на подопытного кролика. В любом случае, я избежал участи однорукого, и это хорошо.

Сарак-сарак.

Я впервые за долгое время использовал обе руки, чтобы нормально помыться, и вышел переодеться.

— Хубэ-ним, младший господин, тебе уже лучше?.. Кья!

— …?

Я встретился взглядом с Сиэль-сонбэ, которая ввалилась без стука. Кстати, почему она кричит, если сама же и подглядывала? Я опешил, закончил одеваться и окликнул Сонбэ, которая поспешно выскочила из лазарета.

— Чего вы так пугаетесь? Мне все равно, заходите.

— Мне не все равно… Я подсмотрела на мужское тело средь бела дня, как мне может быть все равно?

Сиэль-сонбэ боком, словно краб, протиснулась в полуоткрытую дверь. Похоже, я впервые вижу её такой неловкой.

— Ничего страшного, если это Сонбэ, старшая госпожа.

— А? Ч-что это значит?

Когда я сказал это с горькой улыбкой, Сонбэ резко повернулась ко мне. С такой скоростью, что я испугался, не сломает ли она себе шею.

— Ну, я думаю, Сонбэ, старшая госпожа, ничего бы не почувствовала, даже если бы увидела мужское тело.

— Э-э?

— Я имею в виду, вам было бы просто жаль, потому что это морально неправильно, но не думаю, что вы почувствовали бы что-то большее.

С самого начала я не могу представить, чтобы этот человек, увидев представителя противоположного пола, почувствовала, как сердце затрепетало. Это как дяди и тети из моей прошлой жизни, которые просто шутили и приставали: «Ох, молодой человек, у тебя такое крепкое тело».

Когда я высказал свои честные мысли, Сонбэ застыла и пронзила меня острым взглядом.

— Я тоже женщина?! Я могу возбудиться, увидев мужское тело!

— Внезапно?

— Это потому, что Хубэ-ним, младший господин, говорит странные вещи! Я тоже женщина в самом расцвете сил! Тебе нужно быть осторожнее!

Она внезапно начала бушевать. Нет, если это так, то так, чего злиться-то? Я что-то не то сказал? Я просто озвучил свое мнение о её характере.

— К тому же, Хубэ-ним, младший господин, даже не знает, насколько ты сексуален.

— …Прошу прощения?

— Конечно, именно это делает тебя сексуальным, но все равно, это немного раздражает. Ты слишком беззащитен.

— Сонбэ, старшая госпожа, вы забыли принять лекарство? Или приняли то, что не следовало?

Она не остановилась и продолжила нести чепуху, смысла которой я даже не понимал.

— Ты даже просил меня вытереть пот с твоей спины в прошлый раз… Это тоже было соблазнение. Думаешь, я не пойму?

— Что еще я мог сделать, когда рука не двигалась?

— Мог бы попросить медсестру.

— Сонбэ, старшая госпожа, сама сказала мне просить её о чем угодно, раз она чувствует себя виноватой.

Ах, надо было просто сказать ей, чтобы она перестала предлагать мне эту должность казначея. Я попросил её об услуге, не желая обременять Сиэль-сонбэ, но теперь внезапно пожалел об этом.

Ах, кстати.

— Сонбэ, старшая госпожа, так что насчет того, о чем я просил в самом начале?

— Просьба?

— Ну, вы сказали, что расскажете мне следующее учебное расписание, если я пойду с вами на полевую практику.

— А? Я же сказала.

Я был ошеломлен тем, как невинно она склонила голову. Ты сказала? Когда? Я не настолько идиот, чтобы не запомнить такую важную вещь.

— Лабиринт, в который мы ходили, — это и было следующее расписание.

— …Прошу прощения?

— Я же говорила тогда, верно? Что это лабиринт, который в первую очередь предназначен для первокурсников.

— Вы говорили это.

— Да, вот именно.

…Значит, следующим учебным событием было исследование лабиринта, и мы отправились на практику как раз перед этим. Неужели я лично испытал все трудности, которые должен был пройти Тео, просто потому что пошел просить Сонбэ о чем-то без причины? Просто чтобы получить информацию, которую я бы узнал, даже если бы сидел на месте?

— …Тогда что я получил?

— Эй. Ты все равно получил меч, который использовала Герой, Иферия Гён, когда была студенткой.

Герой. Еще одно имя Иферии, о которой я упоминал ранее. Я только недавно узнал о её существовании. Вот почему людям нужно ходить в школу и учиться.

— Было обнаружено оружие, использованное героем. Это артефакт, понимаешь?

Нет, подождите минутку.

— Но почему оно было там?

— Кто знает. Может, она украла его из вредности, когда её исключили? Какая жалкая.

Нет. Мне интересно не это. Это лабиринт, связанный с героем. Вероятно, это был важный момент, где оригинальный сюжет должен был развернуться в полную силу. Но не слишком ли это сложно для Тео…?

— А, нет, не может быть.

Это было событие для «пробуждения» главного героя? А я его украл?

Ах.

Эта проклятая жизнь, где даже если я покачусь назад, я сломаю себе нос. Кто теперь будет разгребать оставшиеся события?

— --

— Вы усердно трудились целую неделю. Рада видеть, что вы успешно восстановились. — Это я должен благодарить вас, ведь я был для вас обузой.

Покинув лазарет рано утром, я обменялся прощальными словами с медсестрой, которая присматривала за мной всё это время.

Как так вышло, что последствия инцидента оказались куда суетливее и утомительнее, чем сам день происшествия?

Всю неделю я не мог нормально отдохнуть из-за людей, которые постоянно вваливались в мою палату под предлогом расследования обстоятельств случившегося.

Хорошо еще, что я числился пациентом; иначе, сколько бы меня еще протаскали по допросам?

От одних только мыслей об этом голова идет кругом.

— Но, впрочем, я получил кое-что ценное.

Слегка похлопав по мечу на поясе, я направился прямиком в академию по знакомой тропе.

На ум пришел разговор с профессором Азеллой, которая навещала меня ранее, и я невольно улыбнулся.

— Хорошо, что ты так быстро поправился. — Профессор, что привело вас сюда в такую рань? — Услышала, что сегодня тебя выписывают, вот и заглянула перед началом занятий.

Никогда бы не подумал, что донельзя строгая профессор Азелла лично придет проведать меня.

Я думал, она зашла просто убедиться в моем состоянии, но она многозначительно покосилась на меч у меня на поясе и начала свою лекцию.

— Кстати, Арен, ты случайно не знал? Проведя личное исследование, я выяснила, что меч Иферии Гён был погребен в том подземелье. — Неужели? — Да. Говорят, это оружие, которое пробуждает скрытую силу владельца. Вероятно, Морделин. Эта женщина наверняка украла его, чтобы использовать в своем ритуале. — О-го…

Я сохранял невинное выражение лица и притворялся заинтересованным, а она лишь тихо усмехнулась.

— Я собиралась подарить тебе меч, раз твой сломался в бою, но, похоже, ты уже где-то раздобыл новый. — Да, по счастливой случайности. — Да уж, действительно по случайности.

Затем она бросила пару слов, явно театрально подчеркивая интонацию.

Помахав перед носом потрепанным клинком, который явно не годился на роль подарка, она ушла.

Вероятно, она отдала его мне как своего рода награду за усердную работу.

Она на удивление гибкий человек.

Дребезг.

Наконец добравшись до класса, я толкнул дверь.

Я встретился взглядом с парнями из моей группы, которые сидели на своих местах.

И в тот же миг почувствовал, как на меня повеяло убийственной аурой.

— О-о-о! Арен пришел! — Быстрее, хватайте его! — Что, что происходит?! Эй! Говорите со мной! Вы, ребята!

Парни бросились ко мне, подхватили под руки и начали подбрасывать в воздух.

Что за переполох?

Я летал вверх-вниз, не понимая причины, и лишь спустя долгое время смог твердо встать на ноги.

— Мы всё слышали, Арен! Ты просто потрясающий парень! — Верно! Ты спас принцессу! — Слухи разлетелись по всей академии! Говорят, ты победил члена Золотого поколения! — Неужели?

Я неловко улыбнулся парням, которые шумно галдели, и опустился на свое место.

Словно не собираясь оставлять меня в покое, они последовали за мной и быстро окружили.

И всё же я глубоко тронут.

Поначалу между аристократами и простолюдинами была некая дистанция, да и некоторые смотрели на меня свысока из-за того, что я мужчина.

Но после того, как мы вместе прошли через спартанские тренировки профессора Азеллы, между нами зародилось некое подобие товарищества, и мы стали ближе.

Я и не думал, что они устроят такое грандиозное празднование моего возвращения.

— Арен, это подарок для твоего выздоровления. Ты отлично поработал. — О… Спасибо.

Теуриси, которая отвечает за настроение в нашем классе, даже вручила мне букет цветов.

Почему-то я вспомнил, как получил букет от Леди, когда праздновал свой первый день рождения в доме Ростайл, и почувствовал странное смятение.

Она улыбалась, думая, что я непременно обрадуюсь, но я не смог заставить себя сказать, что цветы меня совсем не интересуют.

— Спасибо. Я буду беречь его.

Впрочем, аромат был приятным, так что я улыбнулся и выразил свою благодарность.

Тогда Теуриси замялась: «Э-э, ох?»

— Н-ну, это пустяки. Кстати, Арен, тебе нравятся цветы? — Ну, так себе. Я ведь мужчина. — Понимаю, Арен ведь мужчина. Я вечно забываю об этом, потому что ты такой легкий в общении.

Парни в классе разразились смехом от шутки Теуриси.

— И не говори! Я постоянно забываю, что Арен вообще-то парень. — Точно. Если ты не будешь хоть чуточку скромнее, то никогда не сможешь жениться, знаешь? — Жестоко. Эй, неужели в этом мире не найдется хоть одного человека, которому я нравлюсь?

Я знаю, что спрос на такого парня, как я, в этом мире невелик.

Но услышать эти слова из чужих уст было странно обидно, и я ответил с ноткой жалобы.

В этот момент смех парней разом стих.

— Пухахаха! Ты слишком много шутишь. Эй, кому может понравиться такой, как ты? — А ты не слишком самоуверен? — На таком уровне это уже не уверенность, а высокомерие! Высокомерие! — Верно. Тот, с кем ты проводишь каждый день, куда лучше… Как его там? Тео? Он намного лучше.

Они начали отпускать совершенно неприкрытые насмешки.

Вы переходите черту своими неотразимыми атаками.

И всё же, сравнивать меня с главным героем романтического фэнтези… Нет, в данном случае, стоит ли сказать «главной героиней»?

В любом случае, разве не слишком сравнивать меня с тем парнем, который кажется идеальным протагонистом?

— Ну ладно, да. Где бы нашлась женщина для такого, как я? Я просто сказал глупость. — ……

Вздрог!

Стоило мне пробормотать это с досадой, как вокруг мгновенно воцарилась тишина.

Они что, думают, я правда расстроился?

Я не вкладывал в это особого смысла.

— …А какой у Арена идеальный тип? — С чего вдруг такой интерес к моему идеальному типу? — Просто! Это же легкий разговор.

На вопрос Теуриси все остальные согласно закивали.

А, понятно. В этом возрасте всем любопытно.

Поскольку я единственный парень в классе, больше спросить не у кого.

— Просто тот, с кем я могу хорошо общаться? Думаю, этого было бы достаточно. — О, а что насчет внешности? — Если не урод, то сойдет.

Не скажу, что мне совсем плевать на внешность, но и особого значения я ей не придаю.

Я сказал это небрежно, и некоторые парни вокруг сжали кулаки.

Почему вы так интересуетесь чужой личной жизнью?

Слушая их, я почувствовал, как во мне просыпается озорство, поэтому посмотрел на Теуриси с хитрой ухмылкой и спросил:

— Что, хочешь стать моей девушкой? — Э, э…?!

Она широко раскрыла глаза и огляделась по сторонам.

Когда внезапно повисла тишина, я игриво похлопал Теуриси по плечу.

— Шучу, шучу. Эй, что мне делать, если ты всё воспринимаешь так серьезно? — А, ахаха… В-верно. Прости.

Становится еще неловче, когда ты извиняешься, дурочка.

В любом случае, юные леди не умеют воспринимать шутки.

— Ху-у… — Эй, ты тоже? — Эй, и я…

Остальные парни тоже подумали, что я серьезен, и я слышал, как они перешептываются.

И всё же, это уже перебор. *** Я пообедал с Тео впервые за долгое время.

Даже когда я был в больнице, мне было с кем поговорить во время еды, но это не значило, что мы ели вместе.

Всегда было немного неловко есть в одиночестве, но я чувствовал себя довольно счастливым, обедая и болтая с ним.

Закончив нашу оживленную трапезу, я заглянул в кабинет Сиэль-сонбэ, чтобы узнать о ее состоянии.

— О, наш будущий вице-президент пожаловал?

Сиэль-сонбэ, как обычно, приветствовала меня.

Что ж, она несколько раз навещала меня, так что я не ожидал никаких перемен.

Несмотря на то, что она пережила такой серьезный инцидент, она осталась прежней, и я был немного ошеломлен.

Хорошо, когда человек постоянен.

Только вот одна деталь не вписывалась в картину, и это меня беспокоило.

— …Разве я не казначей? Когда вы успели повысить меня до вице-президента? — Эмхут! Это значит, что я высоко ценю способности нашего хубэ-нима! — А вице-президент не расстроится, если услышит это? — Всё в порядке. Вице-президент настолько перегружен работой, что подумывает передать пост, как только появится преемник.

Образ вице-президента, которого эксплуатируют почти как корпоративного раба, промелькнул у меня в голове, и я прикрыл рот рукой.

Я видел его в прошлый раз, и он показался мне очень приятным человеком.

Возможно, именно поэтому он не может бросить пост вице-президента и до сих пор тянет эту лямку.

Вот почему люди должны быть хоть немного эгоистичными.

— И всё же, должно быть, поднялся большой шум. — Шум был немалый. Говорят, заседания факультета проводились трижды в день. Некоторые говорят, что они длились всю ночь? — Нет, я не об этом.

Очевидно, что академия была в смятении.

Меня беспокоило кое-что другое.

— Я говорю о королевской семье Бальштейн. — О моей семье? — Да. В конце концов, драгоценная вторая принцесса чуть не погибла в результате несчастного случая, разве всё не перевернулось вверх дном?

Должно быть, это вызвало большой переполох.

Возможно, они оказали давление на академию или напрямую потребовали ответа.

Среди худших сценариев, которые я мог себе представить…

— …Энг, вероятно, нет. — Да?

Почему-то Сонбэ ответила, словно бормоча, без своего обычного излишне громкого тона.

Только тогда я повернул голову и заметил выражение лица Сонбэ, которое выглядело несколько сложным.

— Кто-то вроде меня, вероятно, не вызывал большого беспокойства. Ни у кого в королевской семье. — ……

Пытаясь сдержать дрожь губ, она выдавила улыбку, и я задался вопросом, та ли это Сиэль-сонбэ, которую я знал.

Мне показалось, что я уже видел это выражение лица, поэтому я проследил за своими воспоминаниями, и одна сцена всплыла в памяти.

Точно, тот короткий разговор, который у нас был в лабиринте.

У Сонбэ было такое же выражение лица, когда она рассказывала мне о нынешней королеве, своей матери.

— Ах, если подумать, хубэ-ним тоже знает, верно? Что учебное расписание со следующей недели останется без изменений. — …Неужели? Я не знал.

Очевидная, неприкрытая смена темы.

Я собирался указать на это, но решил похоронить это в своем сердце и ответил небрежно.

Мне показалось, что я едва уловил голос Сонбэ, просящий меня не задавать больше вопросов.

— Есть какое-то особое расписание или что-то в этом роде? — Конечно, есть. Вы слышали о межфакультетском соревновании, хубэ-ним? — Межфакультетское соревнование?

Сначала я просто пытался подыграть Сонбэ.

Но когда прозвучало незнакомое слово, я невольно заинтересовался.

Что это за соревнование?

— Да. Похоже, первокурсникам не хватает чувства принадлежности, поскольку они учатся не так давно, верно? Это мероприятие призвано это исправить. — Как оно проводится? — Всё просто. От каждого факультета выбираются пять представителей, и они соревнуются один на один. Победивший факультет получает особые каникулы, во время которых они могут ненадолго вернуться домой.

О-го, это довольно заманчиво.

Тем более, что большинство студентов здесь из знатных семей, они склонны сильно тосковать по своим родным краям и домам.

— Но один факультет остается лишним. Они пройдут дальше автоматически? — Нет, это круговая система. Сторона, одержавшая больше всего побед, становится финальным победителем. — Понятно.

Другими словами, это соревнование 5:5:5.

Значит ли это, что каждый человек должен сразиться как минимум дважды?

— Как выбирают людей? — Обычно лучший студент каждого факультета выбирает оставшиеся четыре места. Поскольку хубэ-ним еще не сдавал экзамен, это будет основано на тесте по распределению классов, верно? — Хеум.

Тогда на нашем факультете принцесса Сильбена Бронхейм, естественно, будет иметь право выбора.

На факультете магии это, вероятно, тот парень, который является учеником Повелителя Магической Башни.

На факультете духов это будет наша Леди.

— Что ж, даже если я это говорю, это почти всегда сцена для Класса А. Студентов из Класса Б и Класса Ц в основном считают статистами. — А что плохого в том, чтобы быть статистом? Так даже лучше. — Пут, хубэ-ним, как всегда, уникален. Это позиция, которую другие очень хотят занять. — Зачем мне хотеть чего-то настолько обременительного? Ух, я бы никогда на это не пошел.

Если цель — повысить чувство принадлежности, можно сказать, что выгоду получает весь факультет.

Другими словами, даже если ты просто сидишь и болеешь, бонусы придут сами собой, так зачем утруждать себя выходом на арену?

Скорее, я не понимаю тех ребят.

— Я просто буду усердно болеть со стороны и сладко наслаждаться каникулами. — А что, если хубэ-нима выберут? — Кто будет настолько сумасшедшим, чтобы выбрать студента из Класса Ц? — О чем вы говорите? В межфакультетском соревновании есть правило, что должен участвовать хотя бы один человек из каждого класса?

А, вот как?

Я думал, это мероприятие, где выбирают только Класс А, раз вы упомянули что-то о статистах.

Но даже в этом случае, в нашем классе есть Теуриси, студентка из Класса Ц, которую хвалит даже профессор Азелла.

К сожалению, всё пойдет не так, как хочет Сонбэ.

Не проходит и дня без неприятностей. На следующее утро, едва закончив занятия, я направился к аудитории Класса А.

Нет ничего более неловкого, чем искать кого-то в чужой аудитории.

К счастью, мимо проходил студент Класса А, я попросил его позвать её, и Северная герцогиня вышла почти мгновенно.

Как только она увидела моё лицо, на её ледяных чертах промелькнуло удивление.

— Кто-то сказал, что меня ищут, я вышла, а это ты. — Прости, что не пришёл вчера. Я должен был поблагодарить тебя за визит в лазарет. — Всё в порядке. Не бери в голову. Лучше скажи, ты в порядке? Я думал, ты будешь отдыхать подольше. — Как видишь, я в полном порядке. Физическая сила всегда была моим предметом гордости.

Я произнёс это, поигрывая мышцами рук, словно хвастаясь.

На самом деле, хвастаться было особо нечем.

Хотя я упорно тренировался с самого начала, у меня не выросли те массивные мышцы, что так заметны со стороны.

Интересно, это особенность мужского тела в этом мире?

— Я видела немало воинов с Севера, но ты — первый человек, настолько сильный. — Правда? Ой, я смущён.

Я почесал затылок, неловко улыбнувшись.

— В любом случае, что случилось? Не похоже, что ты пришёл просто поздороваться.

Как и ожидалось, она не из тех, кто ходит вокруг да около.

Я планировал обменяться парой шуток, узнать новости, а потом невзначай спросить её, но она оказалась куда быстрее.

— Ничего особенного. Слышал, скоро межфакультетские соревнования? — Верно. В классе из-за этого уже поднялся переполох. — Переполох? — Все рвутся участвовать. А поскольку право выбора за мной, это доставляет лишь головную боль.

Северная герцогиня слегка нахмурилась и покачала головой, словно была действительно раздражена.

Честно говоря, для меня это стало неожиданностью.

Разве не лучше поболеть со стороны и получить выходной, чем участвовать в таком хлопотном мероприятии?

Я слышал, что для участников и победителей нет никаких особых бонусов.

Это не отражается на оценках, да и дополнительных привилегий не дают.

Не понимаю, почему они так цепляются за позицию, которая не имеет веса и лишь добавляет забот.

Неужели дворяне так ценят честь?

По крайней мере, это история из совершенно другого мира, нежели мой.

— Так, у тебя есть кто-то на примете? — Есть. Поскольку мы должны выбрать хотя бы по одному человеку из каждого класса, я думаю, будет правильно взять по одному из Класса Ц и Класса Б. Остальных двоих — из нашего класса. — Наверное, так и есть. И у тебя уже есть примерный список?

Северная герцогиня слегка кивнула на мой вопрос.

Как и ожидалось, она, похоже, уже давно всё продумала.

— Во-первых, из Класса А буду я, Дорна Астрель и Ресилла Копен. Из Класса Б есть парень по имени Кали Джубел, он весьма многообещающий. — Довольно знакомые имена.

В нашем классе мы постоянно слышали, кто в каком классе хорош, или кто из перспективных семей мечников где учится.

Эти трое, пожалуй, были самыми яркими фигурами.

— А как насчёт Класса Ц?

Наверное, это Теуриси.

Я слышал, что она очень общительна, легко ладит с людьми из других классов, да и навыки у неё весьма выдающиеся.

Я не мог придумать никого другого, поэтому спросил, наполовину ожидая, что это будет она…

— Никого, кроме тебя. — ………А?

…Я на мгновение потерял дар речи от ответа Северной герцогини, будто она спрашивала о чём-то само собой разумеющемся.

Это что, всерьёз?

Она собирается выбрать меня одним из представителей факультета рыцарей?

По какой причине?

— Ты серьёзно? — Конечно, я серьёзна. — Но я всего лишь из Класса Ц. — Если бы я отвергла Эксперта меча только из-за того, что он из Класса Ц, это было бы глупо. К тому же, ты — герой, который спас принцессу.

Ах, точно.

Эта Леди знает, что я умею использовать меч ауры.

Поскольку во время учебных дуэлей в академии запрещено проявлять меч ауры, ребята из нашего класса об этом не знают.

Более того, кажется, моя репутация выросла в самых странных местах из-за недавнего инцидента. Чёрт возьми.

В любом случае, основания более чем разумные, до такой степени, что было бы странно не выбрать меня.

— А можно воспользоваться правом на отказ? — Можно. Но я хотела бы знать причину.

Я думал, что на меня накричат, как только я выражу намерение отказаться.

Я неловко почесал щеку, озадаченный неожиданно равнодушным ответом.

— Гм… Рана, которую я получил в лабиринте, ещё не зажила. Мне будет больно как минимум ещё две недели. — Это самое оригинальное оправдание, которое я слышала в своей жизни. Ты что, врач? Как ты можешь ставить себе диагноз с такой точностью? — Может быть?

Конечно, это не так.

Северная герцогиня знает, что я несу чушь, и просто принимает это с улыбкой.

В конце концов, я сам своими устами сказал, что полностью исцелился, так что этот номер не пройдёт.

— Хе-хе, ты действительно нечто.

Кстати, этот человек вообще умеет так непринуждённо улыбаться?

Когда я наблюдаю за ней издалека во время занятий на свежем воздухе, выражение её лица почти не меняется.

Или, может, у неё просто сегодня особенно хорошее настроение?

Если так, это единственный момент, когда я могу попытаться договориться.

— Ты отзовёшь своё предложение, если я скажу честно? — Сначала выслушаю. — Потому что это раздражает. — Я внесу тебя в список прямо сейчас.

Я едва успел схватить её, когда она попыталась уйти, словно в дальнейшем разговоре не было смысла.

— Ах, почему? Ты же сказала, что выслушаешь. — Впервые слышу, чтобы ты так ныл. — Это важно? Прямо сейчас? — В любом случае, я сказала, что выслушаю. Я не говорила, что сделаю так, как ты хочешь. Если только ты не приведёшь весомый довод.

Мне кажется, она бы не стала слушать, даже если бы я привёл весомый довод, но, может, это лишь моё воображение?

То, как она смотрела на меня, было похоже на то, как главный герой аниме из моей прошлой жизни кричал «Ты мой!» монстру, которого он поймал.

— Ладно, просто шучу. Если ты так сильно отказываешься, у меня нет сил заставлять тебя.

Во время нашей перепалки взглядами.

Словно отпустив один конец туго натянутой струны, Северная герцогиня пожала плечами, и атмосфера мгновенно разрядилась.

Подожди-ка. Этот человек, неужели…?

— …С самого начала, ты не могла внести кого-то в список, если он отказывался? — Верно. — Тогда откуда у тебя хватило наглости вести себя так раньше…

Я был ошеломлён и спросил это, потому что она повернулась спиной, словно собиралась внести меня в список немедленно, поэтому я решил, что у неё есть право выбора.

Она приподняла уголок рта, когда я задал этот ошарашенный вопрос.

— Я думала, ты сдашься раньше, если я буду вести себя так, будто у тебя нет права на отказ. Но я ошиблась. Не знала, что ты будешь таким упрямым. — Я не из тех, кто отступает, когда дело касается упрямства.

Я невольно улыбнулся при мысли о том, что я жив, но, с другой стороны, у меня возникли вопросы.

Если она так хотела меня убедить, зачем ей было говорить мне правду?

Если бы она продолжала блефовать до самого конца, у меня не было бы иного выбора, кроме как участвовать.

— Гм, принцесса. — Что такое? — Но почему ты сказала мне правду? Было бы лучше скрывать это до конца. — …Хм, это правда.

Она погладила подбородок и на мгновение уставилась на далёкие горы после моего вопроса.

Неужели не было особой причины?

Когда я выразил свои сомнения, она развернулась в сторону аудитории.

Затем она лишь повернула голову в мою сторону и улыбнулась.

Я на мгновение оцепенел от этого жеста, словно она хотела показать эту улыбку только мне.

— Желание не лгать тебе было сильнее, чем желание быть с тобой. — ………

Я неловко отвёл взгляд от этого комментария, похожего на признание.

Северная герцогиня, которая пристально смотрела на меня, коротко бросила «Тогда» и исчезла обратно в аудитории.

В любом случае, она человек, чьи мысли трудно прочесть. *** Благодаря тому, что мне не пришлось брать на себя хлопотное задание, я почувствовал облегчение.

Дело не в том, что я не питаю привязанности к ребятам с факультета, но у меня нет причин взваливать на себя лишние заботы.

К тому же, у Теуриси неплохие навыки для кого-то из Класса Ц, так что волноваться не о чем.

Ещё не подтверждено, пойдёт ли она, но, скорее всего, она примет участие, если будет возможность.

Когда это случится, мне придётся поболеть за неё.

Кстати…

Скрип.

…Я всё ещё не могу привыкнуть к этому месту под названием библиотека.

Я был в библиотеке несколько раз в прошлой жизни, но всегда чувствовал себя так, будто надел одежду, которая мне не по размеру.

Этот слегка затхлый запах бумаги и мертвенно-тихий воздух вызывают инстинктивное отторжение.

Если подумать, я впервые посещаю библиотеку академии.

Что ж, у меня и причин не было приходить сюда.

Я бы не пришёл сегодня, если бы Леди срочно не попросила книгу.

Надо поскорее найти книгу и уйти.

— Прошу прощения, вы не знаете, где находится книга «Разделение и история духов»? — Если пройдёте к стеллажу С-13 вон там, найдёте её. — Спасибо.

С помощью библиотекаря на входе я быстро нашёл местоположение книги.

Я переживал, что кто-то мог её взять, но, к счастью, она была на месте.

Посмотрим, С-13… С-13…

А, это там?

Поняв, что я зашёл не с той стороны, я повернул за угол и собрался направиться в противоположную часть.

Бах!

Я в итоге врезался в кого-то, кто шёл из противоположного угла.

Столкновение было несильным, просто достаточно, чтобы наши тела слегка отпрянули.

Всё же я опустил взгляд, чтобы извиниться, и увидел покачивающуюся большую ведьминскую шляпу.

В то же время раздался резкий голос.

— Айщ, куда ты смотришь! — ………

Там, прямо передо мной, было знакомое лицо, которое я видел издалека в день церемонии поступления.

Ученица Повелителя Магической Башни и нынешняя лучшая студентка факультета магии на первом курсе.

Это была Нериэль Маритт.

«Эй, давай сразимся!» Любимая ученица Повелителя Магической Башни и, вероятно, персонаж уровня главной героини в оригинальной истории. Именно такое впечатление у меня сложилось, когда я впервые столкнулся с Нериэль Маритт.

«Что не так с этой фиолетовоголовой с паршивым характером?» Обычно, если случайно сталкиваешься с кем-то, разве не стоит извиниться одновременно? В тот момент, когда я попытался принести извинения, моё настроение испортилось, едва я услышал этот резкий выпад. Похоже, это было отчетливо отражено на моем лице.

— Почему ты делаешь такое лицо? Если с кем-то сталкиваешься, нужно извиняться. Тебя что, в семье не учили манерам?

……. Эта сука серьезно. Осмелиться бросить оскорбление, касающееся семьи, при первой же встрече? Только потому, что я сирота, она думает, что я спокойно отнесусь к нападкам на мою семью? К тому же, кто из нас двоих выглядит так, будто его самого не учили манерам?

— Это я один столкнулся? Ты шла, даже не глядя вперед.

Пусть и на мгновение, но я отчетливо это видел. Эта девица была настолько поглощена книжной полкой в поисках книги, что не видела пути. Надо же, возомнила, что сможет ускользнуть от взгляда мечника, у нее определенно есть наглость.

— Что? Ты хоть знаешь, кто я такая, чтобы сметь повышать на меня голос? — Знаю. Нериэль Маритт, лучшая студентка на факультете магии. — Зная это, ты смеешь так себя вести? Ты всего лишь жалкая обезьяна, которая учится размахивать мечом.

Указывая на меч у меня на поясе, она открыто извергала пренебрежительные замечания. Честно говоря, мне было плевать на оскорбления. Но она назвала нас «парнями, которые учатся размахивать мечом», и от этого у меня возникло чувство, будто она принижает наш класс, Северную герцогиню и даже Камиллу, которая обучала меня фехтованию, так что я по-настоящему взбесился.

— Это лучше, чем быть книжным червем, который вечно болезненный и хилый от того, что целыми днями читает книги в комнате.

Я парировал, не отступая ни на шаг. Я думал, она тут же взбесится от моей отповеди, но, к удивлению, она лишь цыкнула и отвернулась, словно я не стоил того, чтобы мне отвечать.

— Тц, вот почему эти нецивилизованные люди такие. Они не знают величия магии и просто несут всякую чушь. — Даже после прочтения стольких книг, разве это лучше, чем быть пустой оболочкой, которая не знает ни строчки о величии боевых искусств? — Эй, ты закончила болтать? — Нет, еще нет. Ты, книжный червь, самовлюбленная фиолетовоголовая сука.

Что…?! Ух, я пытался сдерживать свой нрав и жить поспокойнее с тех пор, как меня приютила Камилла. Эта сука, не знающая ничего о манерах, заставляет меня терять самообладание впервые за долгое время. Она что, думает, я веду себя так, потому что не умею хамить?

— К-как ты смеешь называть это благородное тело подобным именем?! — Кто начал с «эй, эй» с самого начала? Не видишь бейджик с именем?

Когда я показал ей бейджик на левой стороне груди, она усмехнулась.

— Я не утруждаю себя запоминанием имен таких людей, как ты, которые не стоят того, чтобы их помнить. — О боже, какая великая личность перед нами. По тебе видно, что у тебя нет ни одного друга. — Хм, кому нужна такая ерунда? Лучше прочитать лишнюю страницу книги за это время.

Да, все вы, аутсайдеры, говорите одно и то же. Я буду заниматься другими делами в то время, которое мог бы потратить на друзей, это непродуктивно и так далее. Но знаешь что?

— Знаешь что? Если у человека хороший характер, друзья появятся сами собой, без необходимости тратить на это время. Вероятно, это потому, что твой характер — мусор, что никто не хочет находиться рядом с тобой. — Ты, чертова обезьяна… — Что, если так расстроена, хочешь подраться? — Этого я и хотела…!

Когда я положил руку на рукоять меча и ответил провокационно, она также приняла вызов. Атмосфера стала ледяной, казалось, мы вот-вот запустим друг другу в лицо огненные шары и мечи.

Грохот!

— …Вы, студенты. Ведите себя тихо в библиотеке. Если собираетесь драться, идите деритесь снаружи.

……. …….

Послышался мощный гул и суровое предупреждение. Когда я повернул голову, то увидел гигантскую женщину, которая выглядела так, будто ей самое место в лагере подготовки наемников, а не в библиотеке. Ее рост был почти равен высоте книжного шкафа. Это человек или горилла? Я закрыл рот, потому что почувствовал, что нас обоих впечатают в пол, если мы повысим голоса здесь еще хоть немного. Затем, после того как горилла… нет, библиотекарь развернулась и ушла, мы переглянулись и открыли рты. Конечно, понизив громкость до звука ползающих муравьев.

— …Эй, самовлюбленная фиолетовоголовая. — Я же сказала не называть меня так. Обезьяна. — Плевать. Ты ведь участвуешь в межфакультетских соревнованиях, верно? — Конечно, участвую. Я лучшая студентка.

Даже в этой ситуации то, как она вкладывает силу в свой голос, заставляет меня думать: «Какая же великая самовлюбленная особа». В любом случае, если так, то история проста.

— Жди до тех пор, с помытой шеей. — Хех, ты ведь не хочешь сказать, что такая обезьяна, как ты, собирается выйти соревноваться со мной? — Что, боишься? Если боишься, то сдохни.

Я насмешливо улыбнулся, показывая большой палец вниз. Тогда мышцы вокруг ее глаз дернулись, когда она услышала мои слова, словно это был абсурд.

— …Хорошо. Будет забавно посмотреть, как обезьяна жалко катается по полу перед зрителями. — Согласен. Интересно, какая будет реакция, когда любимую ученицу Повелителя Магической Башни жалко победит простолюдин-мечник.

Я слегка фыркнул на нее, продолжавшую играть на нервах, и уже собирался развернуться, но остановился.

— Кстати, меня зовут Арен. Запомни это.

Все же я подумал, что она должна знать имя парня, который собирается ее победить, поэтому попытался представиться, но… Она прошла мимо меня, словно даже не была заинтересована, и сказала:

— Я же сказала. Мне нет дела до имен людей, которые не стоят того, чтобы их помнить.

Она была самовлюбленной фиолетовоголовой, которая до самого конца демонстрировала свои невыносимо раздражающие и даже подозрительные на «синдром восьмиклассника» черты, прежде чем уйти.

В то же время, в классе А на факультете рыцарей. Несмотря на то, что занятия на сегодня закончились, оставался один человек, который еще не покинул это место.

— Как досадно.

Это была Сильбена, которая пыталась унять разочарование, глядя на форму заявки на межфакультетские соревнования в своей руке. Там были написаны имена ровно четырех человек, включая ее саму, трех студентов класса А, а также одного студента класса Б. Но одно место оставалось пустым, с нетерпением ожидая кого-то.

— Похоже, он все-таки не примет предложение.

Сильбена выразила свое разочарование про себя. Она думала, что этот человек мог бы добиться значительных результатов. Такими темпами ей в конечном итоге придется сделать предложение Теуриси, студентке класса Ц, которую он рекомендовал и оставил после себя.

— Жаль, что я больше не смогу увидеть это мастерство владения мечом.

Даже сейчас его фехтование, за которым она мельком наблюдала издалека во время теста на распределение по классам, отчетливо запечатлелось в ее памяти. Это, безусловно, не было идеальным движением. Возможно, из-за недостатка практического опыта оно было несколько грубоватым. Также меч ауры был еще не совершенен по сравнению с ее собственным. Однако она могла с уверенностью сказать, что это было прекраснее, чем любое фехтование, которое она видела до сих пор. Как доблестен был кончик меча, который бесстрашно продвигался вперед, рискуя опасностью. Это была сцена, доказывающая, что похвала, которую она отвесила Арену ранее, отнюдь не была шуткой или преувеличением.

— Ху…

Но что она могла поделать? Она не могла заставить его делать то, чего он не хотел. На самом деле, она отчасти этого ожидала. Хотя у нее не было очень глубоких отношений с Ареном, он не казался тем типом людей, которые ввязываются в ненужные дела или ищут хлопотные задачи. Вот почему она была немного настойчива, словно у него не было права на отказ. Но когда он проявил признаки нежелания, ее сердце смягчилось.

— Не знала, что он будет ныть, как обычный мальчишка.

Если бы Арен услышал это, он бы сказал: «О чем ты вообще?», но… Это была сцена с немалой разрушительной силой для Сильбены, которая действительно видела эту его сторону перед своими глазами. Люди неизбежно излучают странное очарование, когда показывают иную сторону себя, нежели обычно. Мужчина, который всегда казался более уверенным и легким на подъем, чем любая женщина, был так ошеломлен таким мужским поведением. Если бы этого не произошло, она, возможно, надавила бы на него еще сильнее.

— …Завтра придется заглянуть в класс Ц.

Была ли это Теуриси? Она не слышала этого имени, но могла довериться и использовать человека, которого он рекомендовал. Она уже собиралась положить бумагу в сумку с этой мыслью.

Скрип!

— Хак, хафф…! Госпожа Северная герцогиня, вы все еще здесь. — Что привело тебя сюда…

Зрачки Сильбены расширились при виде знакомого лица, которое появилось, когда дверь класса открылась так, будто вот-вот сломается. Там был человек, который занимал ее мысли до самого этого момента — Арен. Более того, казалось, что его тон был продиктован срочностью.

— Ничего особенного. Место для представителя на межфакультетских соревнованиях, от которого я отказался ранее, все еще свободно? — Это…

Конечно, оно все еще было свободно. Но почему он спрашивает об этом снова в такой момент? Прежде чем она успела произнести эти слова, он, похоже, воспринял это как отрицательный ответ.

— Полагаю, вы уже сделали предложение Теуриси. — Ах, нет. Место для класса Ц все еще свободно.

Когда он пробормотал это с разочарованным выражением лица и уже собирался развернуться, Сильбена остановила его необычайно настойчивым тоном.

— Правда? Почему все еще…

Не в силах произнести: «Потому что у меня остались чувства, что я хочу пойти туда с тобой». Сильбена, наблюдавшая за выражением лица Арена, была вынуждена выдать жалкое оправдание.

— Крайний срок — завтра. Я думала решить после того, как еще немного обдумаю. — Ах, понимаю. — Кстати, почему ты спрашиваешь, есть ли свободные места? Возможно…

На ум пришел мужчина, который так холодно отверг ее ранее, и хотя она думала, что это невозможно… С другой стороны, она спрашивала, не теряя надежды. Тогда он почесал затылок со смущенным выражением лица.

— Д-да, ну… У меня тоже есть причина, по которой я очень хочу пойти. Если можно, я могу принять то предложение, что было раньше? — Какая причина может быть? Но в чем причина?

Улыбаясь от радости при новости о его участии и счастливо кивая, она задалась вопросом, почему произошла такая внезапная перемена в столь короткое время. Возможно, он был из тех, кто втайне ценит славу, даже притворяясь, что это не так. Или, может быть, у него даже возникла мысль, что он хочет быть с ней. В тот момент, когда волнение поселилось в ее всегда ледяных глазах…

— На самом деле, есть один парень, которого я хочу избить до полусмерти. — ………Эм?

Он внезапно хрустнул костяшками пальцев в пугающей манере и раскрыл свои амбиции. Реакция Сильбены замедлилась из-за его лица, которое выглядело как рычащий свирепый зверь. Что она только что услышала? Так теперь он собирается использовать почетную должность представителя каждого факультета для личной мести.

— На факультете магии есть одна самовлюбленная фиолетовоголовая. Оставь этого типа мне. Я полностью уничтожу его.

……. Она почувствовала себя дурой, что на что-то надеялась, и лишилась дара речи. Она была уверена, что это факультет рыцарей, но каким-то образом сюда пробрался гангстер. Но с другой стороны, она подумала, что этот облик был действительно в его духе, и вместо этого рассмеялась. Да, какая разница, в чем причина? Важно то, что он наконец решил присоединиться к ней.

Прорастающее различие

Я ожидал, что мне устроят выволочку за внезапную перемену решения, но, к моему удивлению, Северная герцогиня спокойно приняла мой отказ от отказа.

Она даже пообещала помочь с тренировками, начиная с завтрашнего дня, чтобы подготовиться к межфакультетским соревнованиям. Получилось, что я убил двух зайцев одним выстрелом.

Индивидуальные занятия с бесспорно сильнейшим мечником среди первокурсников Рыцарского факультета — это ли не удача?

Я не мог упустить такой шанс, ведь подобные уроки не купишь ни за какие деньги.

— Ого, так Арен был выбран представителем? — Именно так.

Тео спросил меня об этом, когда я вернулся в общежитие и повалился на скрипучую кровать.

— Это потрясающе. Даже если от каждого класса выбирают хотя бы по одному человеку, пройти отбор должно быть непросто. — Ну, по большей части это потому, что Северная герцогиня ко мне благоволит. К тому же мы вместе хлебнули лиха во время теста на распределение по классам. — Пожалуй, ты прав. И я думаю, что Арен справится. — Легко тебе говорить. — Я не просто так это сказал…

Что этот парень вообще может знать, если во время теста на распределение он был в отключке и даже не видел, как я сражаюсь?

Честно говоря, его слова не особо тронули меня, поэтому я лишь горько усмехнулся, но был благодарен за его искренность.

Не знаю, верит ли он в то, что мы друзья, или же действительно разглядел во мне что-то еще.

— В любом случае, раз уж мы в это ввязались, давай выложимся на полную. Мне предстоит сразиться с Нериэль Маритт, так что с тобой я вряд ли пересекусь.

Межфакультетские соревнования — довольно важное событие в оригинальном сюжете.

Я был уверен, что этот парень тоже будет участвовать, поэтому подбадривал его заранее. Но почему-то реакция Тео была странной.

— Выложимся на полную…? Арен, о чем ты? — Ты о чем?

Он же не собирается сказать что-то вроде: «Мы с разных факультетов, значит, мы враги»?

Этот добряк не похож на того, кто способен на столь бессердечные слова.

— Звучит так, будто ты считаешь, что я участвую. — …Что? Ты не участвуешь? — Нет.

Когда прозвучал ответ, который оказался еще дальше от моих предположений, я на мгновение остолбенел.

Подождите, этот парень не участвует?

Почему?

Межфакультетские соревнования — важное событие, и нет лучшей сцены для главного героя оригинала, чтобы проявить себя и заработать имя.

— Почему? — Даже если ты спрашиваешь «почему», мне изначально не поступало предложения. Вместо меня идет Аннель из нашего класса.

Кто это вообще такая?

Нет, важнее другое: почему этого парня обошли стороной?

Конечно, у Тео не самые выдающиеся оценки для студента класса Ц, да и боевые способности не поражают воображение, но…

Я-то думал, что с баффом главного героя он естественным образом выделится и попадет в список участников.

Значит, это важное событие пройдет без участия протагониста?

Может, это потому, что он не столкнулся с инцидентом в лабиринте и не стал сильнее?

— Айго, моя голова. — Что случилось, Арен? Тебе внезапно стало плохо…?

Я сидел на кровати, но в итоге рухнул обратно, словно подкошенный.

Затем я бросил пару слов Тео, который бросился проверять, как я себя чувствую.

— От тебя теперь никакого толку. — Ты только что сказал такую гадость, даже глазом не моргнув…?! — Не знаю, парень.

Но, с другой стороны, если подумать, это даже к лучшему.

Если главный герой не ввязывается в повествование, возможно, никаких происшествий и не случится.

Да, это звучит правдоподобно.

Если списать предыдущий инцидент в лабиринте на случайность, в которую этот парень должен был попасть по сюжету, а я и Сиэль Бальштейн просто оказались не в то время и не в том месте.

— …Ну, если так, то ничего не поделаешь. Тогда болей за меня. — Хорошо! Я буду твоим болельщиком в тот день! — Ты будешь болеть за меня? А как же твой факультет?

Неужели он поставил на какой-то рискованный исход и теперь болеет за победу нашего факультета?

Я поинтересовался, зачем ему поддерживать чужой факультет, и он неловко улыбнулся.

— Ну… Я случайно услышал, как Маритт собирала друзей, выбранных представителями, и разговаривала с ними. — Что она сказала? — Она заявила, что ничего не ждет от вас, ребята, и чтобы вы не тянули её вниз… Она без колебаний говорила вещи, унижающие студентов других факультетов. Я не очень-то хочу видеть победу кого-то вроде неё. — Понятно.

Она — самовлюбленная фиолетовая девица, которой даже не дали нормального домашнего воспитания.

Если даже Тео, который настолько добр, что его можно назвать простаком, качает головой, то тут всё ясно.

Кстати, у этой девицы здравый смысл улетучился, пока она занималась магическими исследованиями?

Если она так разговаривает, конечно, студенты с её же факультета не будут к ней дружелюбны.

Нет, возможно, я слишком многого ожидаю от девушки, у которой в голове вообще нет мыслей.

— Не волнуйся, парень. Я собираюсь преподать этой самовлюбленной фиолетовой девице хороший урок. — Самовлюбленной фиолетовой девице? — Это выражение такое.

Я и так хотел проучить её, но после слов Тео моя мотивация закипела еще сильнее.

Будь ты хоть ученицей Повелителя Магической Башни, мне плевать — тебе конец. *** На следующий день, на рассвете.

Я попросил разрешения у профессора Азеллы, пропустил утреннюю пробежку и направился на тренировочную площадку.

Я сомневался, сработает ли это, ведь она из тех, кто отчитывает даже тех, кто стонет от простуды, приговаривая: «Это потому, что у вас не хватает выносливости! Хватит болтать, бегите!», но…

Похоже, Северная герцогиня упомянула об этом заранее, так что я легко получил разрешение под предлогом подготовки к межфакультетским соревнованиям.

В памяти всплыли лица одноклассников, которые с завистью смотрели мне в спину, пока я направлялся на тренировочную площадку.

Все, работайте усердно и страдайте. Тц.

— Доброе утро, Северная герцогиня. — Ты пришел рано. До назначенного времени еще десять минут.

Войдя на тренировочную площадку, я увидел знакомое лицо и поприветствовал её.

Герцогиня сверилась с часами и посмотрела на меня с легким удивлением.

Мне почему-то показалось, что она рада.

— Вы были здесь еще раньше меня, Северная герцогиня. — Поймал меня на слове. Кстати, я раньше не видела этот меч.

Герцогиня, заметив меч у меня на поясе, посмотрела на него с интересом.

Как и подобает мечнику, она сразу распознала хорошее оружие.

— Да, ну… Меч, которым я пользовался раньше, сломался в лабиринте, так что я просто взял тот, что нашел. — Если бы ты попросил, я бы подарила тебе меч, изготовленный кузнецом нашего дома. — Ценю ваше предложение.

Я пожал плечами, вынимая меч, чтобы показать его ей.

Рукоять и другие части немного тронуты ржавчиной от времени, но сам клинок — настоящий шедевр.

Более того, по словам профессора Азеллы, он обладает дополнительными эффектами как редкий артефакт.

Я не пользовался этим мечом должным образом с тех пор, как меня выписали из больницы, так что еще не испытал его в деле.

— Мы впервые скрестим мечи по-настоящему. Я с нетерпением жду этого. — Пожалуйста, будьте со мной помягче. Меня не так давно выписали из больницы. — К сожалению, я не умею сдерживаться. — Тц.

Это было просто к слову, но я все равно немного разочарован.

Однако я тоже ждал этого, так что подумал, что это даже к лучшему.

Кто-то уровня Эксперта, как я.

И если вспомнить фехтование, которое она показала во время теста на распределение, она определенно на голову выше меня.

Не так много возможностей найти такого спарринг-партнера.

Я чувствую, как кровь начинает бурлить.

Сырынг —

— Разминка окончена, начнем? — Именно этого я и хотел.

В тот момент, когда она обнажила меч, атмосфера резко изменилась.

Воздух словно стал тяжелее.

Но вместо того, чтобы почувствовать давление, я улыбнулся.

Кажется, во мне тоже течет кровь мечника. *** Тиа Белль Ростайл в последнее время встает гораздо раньше.

Когда она только поступила в академию, её распорядок дня почти не менялся.

У неё не было причин вставать на рассвете для утренних пробежек, как у Арена, поэтому её обычным делом было просыпаться достаточно поздно, чтобы успеть на занятия.

Однако, решив, что так дело не пойдет, она начала вставать рано и тренироваться самостоятельно.

Причиной перемены стала не кто иная, как Арен.

— Я не хочу, чтобы меня защищал только Арен. Я тоже хочу стать сильнее и защищать Арена.

На самом деле, она вовсе не была слабой.

Она была просто мягкой по натуре, и сейчас, будучи лучшей студенткой на факультете Заклинателей духов, она была одной из сильнейших — до такой степени, что никто из одноклассников не осмеливался бросить ей вызов.

Она знала об этом, поэтому никогда не чувствовала нетерпения.

Однако каждый раз, когда она видела, как Арен возвращается раненым из мест, о которых она не знала, её амбиции, которые на время утихли, вспыхивали с новой силой.

Он должен защищать её как телохранитель, а она должна быть под защитой.

Такие пустые отношения и оправдания больше не могли её остановить.

С самого начала она лучше всех знала, что не видит в Арене просто телохранителя.

Для женщины желание защитить мужчину, который ей дорог, — это своего рода инстинкт.

— Ух, сонная…

Вот почему Тиа Белль сегодня тоже рано покинула корпус Айферия и направилась на тренировочную площадку.

Изначально это был объект, которым можно было пользоваться только с предварительного разрешения, но у неё была привилегия как у лучшей студентки и особо зачисленной ученицы.

Не имело значения, в какое время она им пользовалась.

— …А?

Когда Тиа Белль добралась до тренировочной площадки, передвигаясь почти ползком, она увидела вдали знакомое лицо.

Это было лицо, которое она не могла не узнать, даже несмотря на темноту.

— Арен! — Леди. Что привело вас сюда?

Она энергично выкрикнула его имя от радости, и взгляд Арена обратился к ней.

Тиа Белль подбежала к нему, джоруреу-реу.

— Это я хочу спросить. Что привело Арена сюда в такой час…? — Я буду участвовать в межфакультетских соревнованиях на следующей неделе, поэтому тренировался с Северной герцогиней, готовясь к этому. — Арен тоже будет участвовать в межфакультетских соревнованиях? — Так уж вышло.

Видя, как он горько улыбается, казалось, что здесь кроется что-то еще, но…

В любом случае, это была хорошая новость, поэтому Тиа Белль ярко улыбнулась.

Честно говоря, она немного ревновала, что Арен с раннего утра был наедине с другой женщиной.

— Как прошло соревнование с Сильбеной Бронхейм? Каков твой процент побед?

Даже задавая вопрос, Тиа Белль мысленно уже представляла ответ.

Она тоже была в том же классе А и тоже лучшей студенткой.

Во время совместных учебных дуэлей она несколько раз сражалась с Сильбеной.

Но её процент побед был не очень высок.

Вот почему она думала, что у Арена дела обстоят не лучше.

— Я победил? — …Что? — Я сражался три раза, но сегодня выиграл все три раза.

Однако, когда Арен безразлично сообщил ей результаты дуэли, мозг Тиа Белль перестал работать.

Человек, с которым ей было трудно сражаться на равных, не говоря уже о получении преимущества.

Он сразился с этой Северной герцогиней три раза и выиграл все три раза.

— Как и ожидалось, кто-то вроде меня…

Она хотела защитить Арена.

Она надеялась, что Арен не пострадает в будущем.

Но он ушел далеко вперед, даже без защиты кого-то вроде неё.

Тренировки, которые она проводила последние несколько дней, промелькнули в её голове, как в калейдоскопе.

Не были ли эти усилия бессмысленными?

— А, эм. Тогда постарайся, Арен. Я пойду первой. — Да? А, вы уходите вместе…? — Нет, всё в порядке.

Когда эта мысль пришла ей в голову, Тиа Белль больше не могла там оставаться.

— Наконец-то настал день межфакультетских соревнований. Сегодня, независимо от того, учитесь вы в Классе А, Классе Б или Классе Ц, мы все едины как Факультет Рыцарей, чтобы поддержать наших представителей. Понятно?!

— Понятно!

Рано утром профессор Азелла собрала всех студентов в аудитории и начала свою напутственную речь.

Её взгляд скользнул по комнате и остановился на мне.

Затем она зафиксировала на мне взор, пристально разглядывая, словно изучая.

— Арен.

— Да.

Я уж было подумал, что она хочет что-то сказать.

Профессор Азелла назвала моё имя и довольно улыбнулась.

— Я слышала эту историю. Говорят, ты лично вызвал Нериэль Маритт с Факультета Магии?

— Всё верно.

Объявление противников было запланировано на арене, но раз уж всё равно ничего не изменить, я ответил с невозмутимым спокойствием.

В тот же миг вокруг поднялся шум.

— Что? Ты вызвал Нериэль Маритт?

— Арен, ты из ума выжил?!

— Даже если так, Нериэль Маритт — это немного…

— Этот парень в одиночку уложил больше двадцати человек во время теста на распределение по классам. И ты собираешься с ним драться?

Поскольку я представитель Класса Ц, они, должно быть, думали, что мне предстоит сразиться с кем-то из своего же класса.

На самом деле, при состязании с Факультетом Духов я действительно должен был встретиться со студентом из Класса Ц, таким же, как я.

Но причина, по которой я вообще решил участвовать в межфакультетских соревнованиях, заключалась в том, чтобы преподать урок этому заносчивому нарциссу с фиолетовыми волосами.

Просто ребята из моего класса, не знающие этих внутренних обстоятельств, вероятно, видят во мне самоубийцу.

— Тихо!

Профессор Азелла мгновенно заставила замолчать парней, которые требовали, чтобы я немедленно сменил противника.

— Кучка идиотов. Вы вообще достойны называться студентами почтенной Академии Телеос с таким отношением? Вместо того чтобы болеть за товарища, который бросает вызов сильному противнику, вы только ноете!

— …

— Вот это — отношение рыцаря, мечника и мастера боевых искусств! Вместо того чтобы давать бесполезные советы, вам следует взять этот пример за основу и поучиться у него!

Нет, у меня не было таких грандиозных амбиций, когда я на это решился.

Я просто хотел набить морду этому нарциссу с фиолетовыми волосами, поэтому и выбрал его своим противником.

Мне стало немного неловко, словно я обманул ожидания профессора Азеллы.

— Ну, нет никаких гарантий, что Арен проиграет! В конце концов, это тот самый парень, который спас Леди!

— Точно! Мы должны просто болеть за него. К тому же, стала бы Северная герцогиня выбирать Арена просто так?

— Арен! Если вернешься побежденным — пойдешь со мной на свидание!

Как бы то ни было, подействовала ли на них отповедь профессора Азеллы или нет, они тут же сменили гнев на милость и начали выкрикивать слова поддержки.

И кто, черт возьми, был тот парень, что признался в любви в этом хаосе?

Я знаю, что это просто шутка, но от неё у меня мурашки по коже.

Теперь у меня есть причина победить во что бы то ни стало. *** Итак, это место называется Астрономическая площадь, где отныне будут проводиться межфакультетские соревнования.

Оно чертовски огромное.

Я никогда не видел его вживую, но оно такое же обширное, как Колизей, который я видел только на картинках в своей прошлой жизни.

По слухам, это сооружение было создано путем приглашения мастеров астрономии и архитектуры того времени, чтобы оно могло принимать благословения всех созвездий сразу.

— Итак, внимание! Это снова случилось в этом году! Жемчужина межфакультетских соревнований! Не просто смотрите, испытайте свою интуицию прямо сейчас!

— Начиная с этого года, те, кто угадает MVP соревнований, получат двойную выплату! Такая возможность выпадает не каждый раз!

Надо же, они даже устроили здесь букмекерские конторы.

Конечно, они принимают не золото, а Коэль — валюту, используемую внутри академии.

Я слышал, что Коэль тайно обменивают на золото внутри академии, так что это практически настоящие азартные игры.

— Эй, на кого ты поставил?

— На Факультет Магии, конечно. У них есть Нериэль Маритт, любимый ученик Повелителя Магической Башни.

— Какой же ты глупый. Нериэль Маритт всё равно сможет выиграть только один матч. Тебе стоит поставить на Факультет Рыцарей, у них хороший баланс, как у меня. У них даже есть Северная герцогиня.

— Уф, идиоты. Вот почему вы неудачники. Разве вы не знаете, что у Факультета Духов самый высокий потенциал? К тому же, лучший студент Факультета Духов в этом году так знаменит.

И перед этими стойками всегда стоят самопровозглашенные эксперты.

Видя, как эти парни спорят о том, чей выбор был верным, а чей — нет, почти доходя до рукоприкладства, я понял, что академия — это тоже место, где живут люди.

В конце концов, азартные игры не могут исчезнуть там, где есть люди.

Честно говоря, меня тоже подмывает, но, к сожалению, на вывеске четко написано: «Участникам межфакультетских соревнований ставки запрещены!»

Полагаю, это чтобы предотвратить договорные матчи или что-то в этом роде.

Они строже, чем я думал.

— Ты тоже интересуешься подобными вещами?

Неужели я так пристально разглядывал букмекерскую стойку, что даже не заметил?

Северная герцогиня, которая готовилась войти вместе со мной, спросила с удивлением.

— Да, ну. Выглядит забавно. Разве не в этом радость подобных событий?

— Это правда. Если бы я не была представителем, я бы сама поставила небольшую сумму.

О, эта особа совсем не похожа на ту, кого могли бы заинтересовать подобные ставки.

Неужели она на удивление из тех, кто любит острые ощущения?

— Если бы вы делали ставку, Северная герцогиня, на кого бы вы поставили?

— Поскольку я с Факультета Рыцарей, я бы, конечно, поставила на Факультет Рыцарей. А что касается MVP…

Она замолчала, посмотрела на меня и улыбнулась.

— Я бы поставила на тебя, конечно.

— Вы слишком переоцениваете меня.

— Ты слишком недооцениваешь себя. Тогда кем бы это сделало меня, проигравшую тебе?

— Ну, если вы так ставите вопрос, мне нечего ответить.

Она сказала, что проиграла, но это было только в первый день спарринга, когда она была относительно расслаблена.

После этого счет был почти 50 на 50, или меня слегка теснили, примерно 4 к 6 или 3 к 7.

Поскольку с самого начала была разница в реальном боевом опыте и использовании меча ауры, было трудно получить полное преимущество.

Не зря она — оригинальная героиня.

— Тогда на кого, по-твоему, поставил бы ты?

— Ну, стандартный ответ — победа Факультета Рыцарей, а MVP — Северная герцогиня.

— Стандартный ответ означает, что твои истинные мысли немного другие.

Вот почему я не люблю Северных герцогинь, которые так быстро соображают.

Я неловко улыбнулся и отвел взгляд.

— Я попался?

— Я не буду особенно расстроена, так что хотела бы, чтобы ты был честен.

Хм, в армии эти слова означали: «Я готова расстроиться, так что давай, выкладывай».

Но эта Леди не кажется той, кто говорит одно, а думает другое, так стоит ли быть честным?

— Тогда я бы сказал: победа Факультета Духов, а MVP — наша Леди Тиа.

— Хо, это верность своему господину? Как похвально.

Это было не совсем то, почему я так сказал, но Северная герцогиня улыбнулась с удовлетворением.

В этот момент откуда-то внезапно донесся голос.

— …Арен, ты говорил обо мне?

— О, Леди.

— Давно не виделись, Ростайл.

— Бронхейм, здравствуй.

Помяни черта, и он появится. Наша Леди появилась, ведя за собой людей, которые, по-видимому, были представителями Факультета Духов.

— Ничего особенного. Просто увидел, что здесь есть букмекерская стойка, вот мы и обсуждали, на кого бы поставили, если бы были на месте друг друга.

— И как же всплыло моё имя?

— Я сказал, что поставил бы на то, что Леди получит MVP. Что-то вроде того.

Наша Леди склонна быть весьма уверенной в себе.

Если бы я сказал это, она обычно хвасталась: «Хе-хе, у Арена всегда хороший глаз!»

Я уже чувствовал, как улыбаюсь, зная, что это предрешенный исход, поэтому посмотрел на Леди.

— …Ни за что. Кто-то вроде меня — MVP, это невозможно.

Реакция Леди была какой-то странной.

Казалось, она слишком сильно принижает себя.

Даже если бы она не дала абсолютно уверенного ответа, как обычно, она бы хотя бы бросила фразу вроде: «Нет ничего, чего бы я не смогла, если постараюсь!»

— Леди, что-то случилось?

— Ун, ничего не случилось. Более того, похоже, скоро всё начнется. Нам тоже стоит поторопиться и войти.

Леди попыталась отмахнуться улыбкой и уйти, но она не могла ускользнуть от моего острого взгляда.

В конце концов, как долго мы знаем друг друга?

Я отчетливо видел, что улыбка Леди была натянутой, фальшивой.

Но было неуместно указывать на это здесь.

Если бы я это сделал, атмосфера среди окружающих нас людей могла бы стать странной.

— Леди.

— Да, ты звал меня?

Поэтому, вместо того чтобы следовать за Леди, я окликнул её издалека.

Я ярко улыбнулся и показал ей большой палец, глядя на Леди, которая едва повернула голову.

— Я буду изо всех сил болеть за вас, так что постарайтесь. Я верю, что Леди обязательно победит, кто бы ни был противником.

— …

При этих словах глаза Леди расширились.

Она несколько раз поджала губы, словно хотела что-то сказать.

Она посмотрела на небо, а затем на землю, словно в её голове проносилось множество мыслей.

Но в конце концов.

— …Хе, значит, это означает, что я выиграю и у Бронхейм? Арен был не на стороне Факультета Рыцарей?

Она ненадолго вернулась к той Леди, которую я знал, бросив озорной вопрос с детской, невинной улыбкой.

— Хе, ну ты даешь. Значит, ты всё это время был шпионом Факультета Духов? Это немного спорно.

— Нет, это не так…

Почувствовав атмосферу, Северная герцогиня быстро подхватила эту шутку и попыталась атаковать меня.

Я просто пытался поддержать нашу Леди как рыцарь-защитник, а теперь вот-вот стану шпионом Факультета Духов.

— В любом случае, спасибо, Арен.

Пока я неловко чесал затылок, не зная, что делать, я снова услышал голос Леди.

На этот раз в нем, казалось, было немного больше бодрости, чем раньше.

— Я обязательно выиграю.

Наблюдая за спиной Леди, которая развернулась после этой клятвы, я тоже поднял уголки губ.

Конечно, как вы думаете, кто наша Леди?

В конце концов, я не просто так искал Тео вместо Леди во время теста на распределение по классам.

Отчасти потому, что он был главным героем, но также и потому, что у меня была вера в то, что Леди преодолеет любого, кто бы ни был противником.

Так что она победит.

Наша Леди — обязательно.

— Начинаем сто седьмые состязания классов Академии Телеос!

— Ура-а-а!

Громоподобный голос ведущего эхом разнесся по стадиону, отражаясь от магических кристаллов, установленных в каждом его уголке.

Студенческий рев обрушился на арену, подобно раскатам грома. Похоже, шум стоит такой невообразимый потому, что на трибуны набились не только первокурсники, но и студенты второго и третьего курсов.

«Ничего себе, а ведущий хорош — голос поставлен, дикция четкая», — подумал я.

Это напомнило мне церемонии открытия игровых турниров, которые я смотрел в своей прошлой жизни.

— А теперь, сразу после начала, мы кратко разъясним правила! Каждый из трех классов выставляет команду из пяти человек, которые сразятся в дуэлях с заранее определенными противниками.

Зззз-и-и-нь.

Вслед за словами ведущего в воздухе, образуя треугольник, вспыхнули эмблемы, символизирующие каждый класс.

— Команда, победившая в трех поединках, получает одно очко. Побеждает та сторона, которая первой наберет два очка! Однако, если все классы наберут по одному очку, победит команда с наибольшим общим счетом. Если же и счета окажутся равны, два класса сойдутся в финальном решающем поединке!

Хм, правила просты и понятны. Видимо, они намерены закончить всё как можно быстрее, чтобы не тратить лишнее время.

[Матч 1: Факультет рыцарей против Факультета магии] [Матч 2: Факультет рыцарей против Факультета духов] [Матч 3: Факультет магии против Факультета духов]

Вскоре на стене, напоминающей электронное табло, высветились надписи.

Значит, только Факультету магии не придется драться дважды подряд — они могут спокойно посмотреть один матч со стороны. На мой взгляд, это огромное преимущество, но ведущий не обмолвился об этом ни словом. Неужели только я один считаю это странным?

— Тц, Факультет магии опять избежал последовательных матчей.

— И не говори. Старшекурсники говорят, в прошлом году было так же.

— А потом они жалуются, что на Факультете духов мало талантов или что люди не идут на Факультет рыцарей. Сами же только и делают, что вставляют палки в колеса.

Рядом со мной разразились жалобами представители Факультета рыцарей. Поскольку одна команда в любом случае получает привилегию отдыха, недовольство было неизбежно. Но, похоже, быть объектом такого особого отношения — давняя традиция Факультета магии.

— Всем успокоиться. Мы все равно ничего не изменим, сколько бы ни жаловались на расписание.

Северная герцогиня, до этого молча наблюдавшая за ропотом парней, наконец подала голос. Забыв, видимо, что она их однокурсница, трое парней одновременно вытянулись по струнке перед ее ледяным взглядом и властным тоном.

— К тому же, даже если это фаворитизм, мы должны преодолеть его мастерством. Разве не для этого мы здесь собрались?

— Вы правы!

— В этот раз мы их точно раздавим.

— Не знаю насчет Факультета духов, но этих книжных червей с Факультета магии мы точно уделаем! Вечно задирают нос на совместных занятиях…!

Стоило Северной герцогине подбодрить их, как в парней мгновенно вернулась жизнь. Неудивительно — человек, прошедший через горнило битв, мастерски умеет поднимать боевой дух своих подчиненных и коллег.

— Кажется, у тебя нет никаких претензий.

Пока я внутренне восхищался, она указала на меня, словно я был исключением. Видимо, она решила, что с моим характером я бы уже устроил скандал из-за такой несправедливости.

Я лишь отвел взгляд, усмехнулся и ответил уверенным тоном:

— Мы все равно победим, так какая разница, в каком порядке сражаться?

— …Хм, понятно. Похоже, я тебя недооценила.

Северная герцогиня удовлетворенно улыбнулась и отвернулась.

— А теперь, долгожданный первый матч состязаний классов! Приглашаем представителей Факультета рыцарей и Факультета магии на арену!

В то же время продолжалось представление от ведущего.

Скрип…

Прозрачная стена, преграждавшая нам путь, раздвинулась в стороны. Увидев это, Дорна Астрель из класса А, как знаменосец, схватил огромное знамя, стоявшее рядом. Встав на самом краю, а с Северной герцогиней, лучшей студенткой, в центре, мы выровнялись и двинулись вперед строем.

— ……

На противоположной стороне к нам приближались пять фигур. Однако я видел лишь одного человека, стоявшего в центре. Этого чертова самовлюбленного фиолетовоголового засранца.

— …Представитель факультета! Нериэль Маритт!

— Ура-а-а-а!

Представление продолжалось, и со всех сторон доносились восторженные крики.

— О, ты не сбежал и выполз на свет? Обезьяна.

— Это ты тот, кто, как я думал, побоится показаться на людях, потому что только и делаешь, что читаешь книжки в своей комнате. Должен сделать тебе комплимент.

Несмотря ни на что, мы с ним продолжали нашу словесную дуэль, стоя всего в двух метрах друг от друга.

— Эй, самовлюбленный фиолетовоголовый.

— Я же просил не называть меня так, разве нет?

— Плевать. Просто драться скучно. Как насчет пари?

— Пари? Не говори мне, что ты все еще думаешь, будто сможешь победить меня?

— Иначе стал бы я выходить сюда, не будучи уверенным в победе?

Когда я ответил с рычанием, он хмыкнул и удовлетворенно кивнул.

— Звучит забавно. Ладно, предлагай что угодно. Все равно я не проиграю такой обезьяне, как ты.

— Ху.

Я собирался немного снизить ставки, если он струсит и сбежит, но, похоже, он не собирается отступать. Что ж, идем до конца.

— Тогда проигравший сегодня будет жить как раб победителя до конца первого семестра. Как тебе?

— Что…?!

На мое предложение откуда-то донесся голос, полный шока. Но это был не Нериэль Маритт. Я отчетливо слышал это сбоку.

— …Почему Леди удивлена?

— Ах, нет. Просто… даже если это шутка, мужчине не стоит так легко бросаться словом «раб»… Никогда не знаешь, что может случиться.

— Ну, какая разница? Мне просто нужно победить.

Как я и сказал, я бы не вышел сюда, если бы не собирался выиграть. Когда я уставился на него, ожидая ответа, он улыбнулся, словно только этого и ждал.

— Я бы не взял такого никчемного раба, даже если бы мне его подарили… Ну, для развлечения сойдет.

Парень, принявший пари, развернулся и вернулся на свое место.

— А теперь, долгожданный первый матч! Начинаем дуэль между Ресиллой Копен и Тарой Рунель, авангардом каждой команды!

В тот же миг эхом раздались слова ведущего, и Ресилла, стоявшая первой в нашем списке, вышла на арену.

— Ресилла, удачи!

— Давай выиграем три сета подряд, чтобы Леди даже не пришлось выходить!

Увидев это, двое других парней отправили ей восторженные возгласы. Ресилла слегка склонила голову и улыбнулась в ответ. *** Ресилла, выступившая в качестве авангарда, одержала победу, но Дорна, вышедший во втором сете, к сожалению, потерпел поражение с минимальным отрывом. В ситуации, когда победа могла принести матч-пойнт, Калла из класса Б вышла на третий сет под тяжелым грузом ответственности.

— Ледяной цветок!

— Кху…!

Ситуация была незавидной. Она не смогла уклониться от ледяных цветов, распустившихся прямо из-под пола, и оказалась скована.

— Ледяной дождь!

Чвареуреуреук!

Воспользовавшись моментом, противник быстро завершил заклинание, и острый ледяной ливень обрушился на голову Каллы. Уровень магии, который она использует, не так уж высок. Максимум — второй или третий круг. Зато противник, специализирующийся на скоростном чтении заклинаний и ледяной магии, в одностороннем порядке вел бой, связав Каллу серией комбо.

— Победитель! Джульет Пирен с Факультета магии, класс Б!

— Ура-а-а-а!

В итоге Калла была разгромлена, даже не успев толком применить свои навыки.

— Кху, простите, ребята. Простите, Леди…

— Нет, все в порядке. Противник был просто идеально оптимизирован для борьбы с мечниками. Это не твоя вина.

Когда Калла, вернувшаяся в лохмотьях, извинилась, Северная герцогиня похлопала ее по плечу и поднялась со своего места.

— С этим счетом Факультет рыцарей загнан в угол! Но теперь на арену выходит лидер, Сильбена Бронхейм!

— Госпожа-а-а-а!

— Пожалуйста, победите!

Возгласы, в основном исходившие от студентов Факультета рыцарей, обрушились на нее, когда она вышла на сцену. Противник, вышедший с другой стороны, был довольно опытным магом из класса А. Если мы проиграем здесь, мне придется уйти, даже не сразившись с этим самовлюбленным фиолетовоголовым засранцем.

Однако я не нервничал. Потому что я знал навыки Леди лучше, чем кто-либо другой.

— Четвертый сет, начало!

Флаг в руке судьи, стоявшего в центре, легко взметнулся вверх. В тот момент я был уверен. Этот матч окончен.

Сеогек!

Фигура Северной герцогини, стоявшей перед линией ожидания, исчезла. В то же время на стадионе, где все затаили дыхание, тихо раздался лишь холодный и резкий звук. Ее длинные черные волосы слегка развевались, пока она каким-то образом оказалась за спиной врага.

Глухой удар!

Затем тело противника наклонилось и спустя три секунды бессильно рухнуло на сцену. Она ударила его плашмя мечом. Что ж, если бы она действительно рубанула его, противник погиб бы, даже не успев вскрикнуть.

— П-победитель! Сильбена Бронхейм с Факультета рыцарей, класс А!

— Ура-а-а-а-а-а!

Она, продемонстрировав поистине подавляющую силу, даже не оглянулась, сразу сошла со сцены и направилась к нам.

— Госпожа-а-а-а!

— Как вы это сделали?!

— Я даже глазом не успел моргнуть!

Трое парней продолжали осыпать ее похвалами, но Северная герцогиня лишь равнодушно кивнула, никак не отреагировав.

— Ты.

— Да.

Она подошла и встала передо мной.

— Сцена готова. Надеюсь, ты победишь и вернешься в целости.

Затем она едва заметно приподняла уголки губ и протянула мне руку. Глядя на это, я не стал брать ее за руку, а лишь слегка коснулся ее, словно передавая эстафетную палочку, и прошел мимо.

— Это сцена, которую кто-то приготовил для меня. Я обязательно побежу и вернусь.

Поднимаясь на арену, я увидел огромную ведьминскую шляпу, медленно поднимающуюся из-за лестницы. В конце концов, парень, добравшийся до линии ожидания, скривил губы в открытой насмешке.

— Я заставлю тебя умолять меня убить тебя. Обезьяна.

— Лучше не плачь после поражения, самовлюбленная фиолетовоголовая сука.

Я легко ответил на это и сделал полшага вперед.

— Оба игрока на позициях. Матч… Начало!

В тот же миг маленький флаг в руке судьи взметнулся вверх.

Накануне матча с Нериэль Маритт.

Арен растянулся на тренировочной площадке, только что закончив яростный спарринг с Северной герцогиней для финальной проверки сил.

— Эй, перед завтрашним днем я открою тебе один секретный прием. — О, неужели такой существует?

Она внезапно подошла к нему и заговорила.

Арен почувствовал, как внутри что-то дрогнуло: старшая дочь дома Бронхейм, мастер меча, превосходящая его в классе, сама предложила обучить его секретной технике.

Вскоре она подошла ближе и, приняв серьезный вид, открыла рот.

— Но запомни одно. Это секретный прием, который можно использовать только тогда, когда обе стороны истощили свои силы до предела, в самый последний момент. — То есть это буквально крайняя мера? — Да. И если он не сработает с первого раза, всё кончено. Второго шанса не будет. — Что это за техника? — Это…

Зрачки Арена расширились, когда он услышал подробности.

Как она и сказала, это определенно была крайняя мера, которой нельзя пользоваться бездумно. *** Большая часть зрителей, наблюдавших за ареной, не проявляла особого интереса к этому матчу.

Потому что исход был предрешен: Нериэль Маритт в любом случае должна была победить.

Они слышали, что парень по имени Арен в последнее время проявлял некоторую активность, но толком никто этого не видел.

Более того, по сравнению с Нериэль Маритт — любимой ученицей Повелителя Магической Башни, которую называли «Талантом Весов» и прочили в будущие Повелители Магической Башни, — даже эти слухи казались чем-то ничтожным.

— Тц, Рыцарский факультет проиграл. — И не говори. Похоже, они с самого начала планировали взять только первые три очка, заранее смирившись с поражением в пятом сете.

Поэтому все были заняты тем, что делали вид, будто интерес к матчу угас, как только двое соперников вышли на арену.

Нериэль чувствовала эту атмосферу и окинула Арена презрительным взглядом.

Пабабабак!

Десятки ледяных копий, возникших над ее головой, вонзились в то место, где только что стоял Арен.

Арен едва увернулся от них, словно снаряды пролетели в волоске от его кожи.

Нериэль слегка дернула бровью, наблюдая за этим.

И не потому, что его движения были какими-то загадочными.

А из-за его подчеркнуто пассивного поведения.

— Что, ты даже не вытащил меч? Не говори мне, что, увидев мои навыки, ты потерял волю к борьбе?

Нериэль дразнила его, словно насмехаясь.

Если бы это было так, она бы не удержалась от зевка.

Ведь она еще даже половины своих сил не показала.

Конечно, с точки зрения этого «обезьяны», магия 4-го уровня, которую она выпускала так же легко, как дышала, могла его подавить.

— А-ах, я не хотел показывать это в таком месте… — …Что?

Однако, вопреки ее ожиданиям, Арен, который до этого опускал голову, глубоко вздохнул и заговорил.

Словно он всё это время прятал козырь в рукаве.

Бровь Нериэль на мгновение дернулась.

— Смотри внимательно. И никому не говори. О том, что у меня есть этот меч.

Сырырырынг…

— Это еще что?

Вскоре после этих тяжелых слов из ножен был извлечен клинок.

Для мечника было естественно использовать меч, но в тот момент, когда она увидела оружие, полностью покинувшее ножны и явившее себя миру, глаза Нериэль стали острее.

— Необычно.

Конечно, рукоять выглядела несколько старой, но сам меч казался элегантным и прочным.

Шедевр, на котором не было ни пылинки.

Неужели это и есть его козырь?

— Ну, это была просто фраза для пафоса.

В отличие от ее возросшей бдительности, Арен просто позировал.

В конце концов, у этого меча нет никаких особых магических эффектов.

Например, из него не вылетают лучи, и в нем не заключена сила героя.

Даже та мощь, о которой упоминала профессор Азелла, по слухам, была лишь выдумкой.

Но позже она обмолвилась, что у клинка есть одна скрытая особенность.

И она заключалась в следующем.

— Хмпф! Выпендрежник!

Золотой луч света, сорвавшийся с кончиков пальцев Нериэль, устремился прямо в тело Арена, словно желая пронзить его насквозь.

Увидев это, Арен не стал поднимать лезвие, а развернул широкую плашмя и подставил под приближающийся луч.

Паааанг!

— Что?!

Затем на лице Нериэль застыл ужас.

Она намеревалась сломать меч и сломить его волю, но луч света, коснувшись клинка, разделился на две части и не смог продвинуться дальше.

— А это действительно хорошая вещь.

Арен с довольным видом наблюдал за происходящим.

Все верно.

Сила этого меча заключалась лишь в том, что он был невероятно твердым.

Согласно тому, что он слышал от профессора Азеллы, Иферия, прежняя владелица этого меча, обладала таким огромным количеством магии, что ее оружие всегда ломалось, стоило ей выпустить меч ауры.

Поэтому она попросила кузнеца сделать меч, который никогда не сломается, даже если у него не будет никаких других эффектов.

Меч, созданный в результате, и был этим артефактом.

Титититинг!

Магические пули, парившие вокруг тела Нериэль, обрушились на Арена.

Арен снова поднял широкую поверхность меча, используя ее как щит, и заблокировал все снаряды.

— Ик! Что это за меч такой…! — Да, это мой стиль.

Арен ухмыльнулся, пока Нериэль скрежетала зубами.

— Если ты так расстроена, иди поброди по лабиринту, как собака, и добудь себе предмет получше.

Ху-у!

Затем он рванулся на ближнюю дистанцию к Нериэль, которая кипела от разочарования, и нанес колющий удар.

— Тц…!

Она замешкалась с реакцией, потому что была сбита с толку, но, возможно, именно потому, что была гением, прозванным «Талантом Весов», Нериэль быстро создала барьер из магии, точно в точке удара, и, казалось, легко заблокировала атаку, но…

Пачинг!

— Кх!

Не было никакой возможности, чтобы поспешно созданный барьер полностью выдержал силу Арена.

Поскольку его меч прорвался сквозь разбитый барьер, ей пришлось снова разорвать дистанцию.

Она попыталась контратаковать, воспользовавшись этим коротким промежутком.

Пааат…

Она нахмурилась, наблюдая, как магия, которую она высвобождала, стремительно теряет силу, словно ее что-то подавляло.

— Магическое вмешательство!

Магическое вмешательство.

Это явление, при котором плотность магии в воздухе становится настолько высокой, что непреднамеренно влияет на заклинания противника.

Это часто случается в битвах между магами высокого уровня, но Нериэль столкнулась с этим напрямую впервые.

— Этот парень, его магия — это не шутки.

Нериэль, отступив на безопасное расстояние, начала внимательно наблюдать за Ареном.

Даже нынешний Повелитель Магической Башни говорил, что у нее глаз на магию острее, чем у него, так что ее проницательность была на ином уровне.

Именно поэтому она оценивала его с самого начала битвы.

Количество магии, которым обладал этот человек перед ней, было необычным.

Хотя сейчас его выходная мощность кажется низкой, что будет, когда он достигнет более высокого уровня?

— Какого черта такой парень делает в Классе Ц?

Даже среди студентов Класса А не было никого с таким уровнем.

Она приподняла уголки губ, впервые с момента поступления в академию почувствовав легкий трепет.

— Но я сейчас сильнее.

Сейчас.

Тот факт, что Нериэль признала его хоть немного, был виден по одному этому слову.

Однако это не означало, что она думала, будто проиграет здесь.

— ……!

Ее губы беззвучно шевелились, и магия в воздухе начала резонировать, вызывая едва уловимые вибрации.

Арен, почувствовав это, широко раскрыл глаза и бросился вперед.

До сих пор Нериэль выпускала магию ниже 4-го уровня без единого заклинания.

Тот факт, что такой маг внезапно начал читать заклинание, означал, что готовится нечто грандиозное.

Он должен был это остановить.

Кваааанг!

— Кх?!

Однако Нериэль не была дурой, поэтому подготовилась заранее.

Бесцветные магические мины, невидимо расставленные на земле, среагировали на приближение Арена и вызвали взрыв.

К тому времени, как он стряхнул с себя оцепенение и пришел в себя, Хвареуреурек!

Вокруг Нериэль взметнулся огромный огненный шторм.

— Э-это же…! — Оверченнел огня!

Крики ужаса вырвались у окружающих зрителей, ставших свидетелями этого.

Оверченнел огня.

Магия огня 5-го уровня, которая может похвастаться как атакующими, так и защитными свойствами, позволяя контролировать огромный огненный шторм, призванный на определенное время, словно собственные конечности.

Даже обычные студенты Класса А, которых называют гениями, часто проваливаются на магии 4-го уровня.

Она же подняла планку выше и мастерски реализовала магию 5-го уровня.

— Все кончено.

По мере того как она вливала еще больше магии, пламя становилось всё больше.

Вскоре, словно откликаясь на приказ хозяйки, оно яростно устремилось вперед, чтобы сжечь добычу.

Квага гага!

Ужасающая разрушительная сила, которая едва не разнесла арену, защищенную магией.

— Черт возьми.

Арен пытался убежать от пламени, но Нериэль не собиралась этого позволять.

Пааа!

Словно разевая пасть на добычу, огромный шторм пламени разделился во все стороны, пытаясь поглотить Арена.

Загнанный в угол арены, он больше не имел путей к отступлению.

В конце концов, Арен принял решение.

Гооо…

— ……?!

В тот момент, когда он замер, словно сдавшись, Нериэль почувствовала холод.

Потоки воздуха менялись необычным образом.

Даже магия, окружавшая ее, медленно собиралась в одном месте.

И центром этого был не она, а парень, стоящий далеко впереди.

Джииинг──

Магия подобна воздуху.

Используя тело как дрова, вдувая магию, которая подобна воздуху, и высекая маленькую искру, можно вызвать горение.

Если это удается, вокруг заклинателя поднимаются маленькие волны и пламя цвета его магии.

Это называется «Ганги», а мечника, который достигает уровня, позволяющего наполнить оружие магическим пламенем, называют Экспертом меча.

— Меч ауры!

Ярко-синее пламя, расцветшее на всем его теле, заставило ее огонь побледнеть.

В то же время, когда оно передалось мечу, на лице Нериэль застыл ужас.

Неужели кроме Сильбены Бронхейм существует еще один первокурсник, способный управлять мечом ауры?

Но почему он не использовал это до сих пор?

Может быть, даже это было скрытым оружием, которое он приберегал?

Сеогеок!

Синее лезвие коснулось волны пламени и медленно начало разрезать ее.

— Не так быстро!

Однако Нериэль не собиралась просто сидеть и смотреть.

Она признает, что он ее удивил, но на этом всё.

Она вливала всю свою магию, так, словно ее магические цепи вот-вот сгорят.

Паджик! Паджиджик!

Магия, вызвавшая яростное столкновение между ними, словно это были не пламя, а электрические разряды, разлеталась во все стороны осколками.

Фигура Арена приближалась к ней шаг за шагом.

— Кх…!

Арен выжал из себя последние силы и сконцентрировал магию, разлитую по всему телу, в одной точке.

Он не думал о будущем.

Не было нужды в сдержанности.

Он просто вкладывал всё в этот один удар.

С этой мыслью он сосредоточил все нервы на кончике меча перед собой.

В результате шторм пламени был идеально рассечен, открывая лицо Нериэль, скрытое за ним.

В тот момент, когда в голове Арена промелькнули два слова: «Победа».

Пиюнг!

Большая магическая пуля полетела в него под углом, который Арен даже не заметил.

Это был козырь Нериэль, созданный даже в этом отчаянном противостоянии.

Это был ее план — дать ему возможность прорваться сквозь пламя, чтобы подловить.

Кваааанг──!

Вскоре она коснулась тела Арена и вызвала взрыв.

— Кух-ук!

Его фигура отлетела из-за последствий взрыва, а меч, вырвавшийся из рук владельца, вонзился в землю на противоположной стороне.

Затем, глядя на поднимающееся облако пыли, Нериэль сжала кулак.

— Я победила!

Хотя она потратила всю свою магию и была готова рухнуть прямо сейчас.

В любом случае, важно было то, что она победила.

Он неплохо сражался для обезьяны, но даже так, он не мог сравниться с ней, которую называли «Талантом Весов».

— Кьяхахат! Ну что, теперь ты знаешь свое место…

Это был тот момент, когда она собиралась подпрыгнуть от радости, несмотря на истощенное тело.

Шьюуунг…

— …Э?

Внезапно в облаке пыли появилась небольшая трещина, и что-то полетело в ее сторону из-за него.

Круглый и тупой предмет.

Тиинг!

В тот момент, когда он ударил ее в лоб, ее тело отбросило назад с пульсирующей болью, от которой голова пошла кругом.

Пока ее тело отклонялось назад, всё вокруг двигалось медленно, словно в замедленной съемке.

— Это…

Первое, что бросилось ей в глаза, был тот самый предмет, который только что ударил ее по голове.

Это было навершие — украшение, прикрепленное к концу рукояти меча.

— Хех.

Следом за этим она увидела лицо Арена, появляющееся из-за рассеивающегося облака пыли.

На его губах играла откровенная насмешка, и он даже сделал выражение лица, как будто хотел сказать: «Я победил?»

Нериэль почувствовала, как закипает гнев, но…

— Т-ты… Ты, обезьяна…

Пеолссук.

Прежде чем она успела издать хоть звук, полный ярости, она рухнула на арену и потеряла сознание.

— Победитель! Рыцарский факультет, Класс Ц, Аре-е-е-ен!

В то же время красный флаг в руке рефери взметнулся вверх, и команда-победитель первого матча была определена.

— Фух, я уж думал, мне конец.

Похоже, титул любимого ученика Повелителя Магической Башни достался ему не просто так. Кто бы мог подумать, что даже в такой ситуации у него в рукаве припрятан козырь? Если бы я не потратил всю свою магическую силу на экстренную защиту, то сейчас на полу валялся бы я.

— Арен! Ты, ублюдок, как ты одолел Нериэль Маритт?! — Ох, я всё это время даже дышать боялся, серьезно! — Спасибо, Арен… Мне, мне было так стыдно перед командой… Это всё благодаря тебе.

Тёрдол-тёрдол. Когда я спустился со сцены и подошел к своим, все они смотрели на меня с таким выражением переполняющих их эмоций.

— Да ладно вам.

Джак!

Я беспечно пожал плечами и поднял руку, и они, словно только этого и ждали, ударились со мной кулаками.

Айго, чертовски больно. Чего еще ожидать от факультета рыцарей? У них руки до жути грубые.

— …А.

Как раз когда я собирался опустить ноющую руку, наши взгляды встретились. Это была не кто иная, как Сильбена Бронхейм, которая подошла ко мне. Она помедлила, собираясь поднять руку, но затем небрежно опустила её, словно ничего не произошло.

— Прости. Задумалась. — …Ничего страшного.

Джак!

Почувствовав настрой, я снова поднял руку, и Великая герцогиня легко ударилась со мной кулаками. Даже ледяная Великая герцогиня делает всё, что положено, а? Она совершенно не умеет отступать.

Пёллёк.

— …?

Я уже собирался убрать руку после «дай пять», как вдруг почувствовал, что на меня что-то накинули. Обернувшись, чтобы проверить, в чем дело, я увидел, что Великая герцогиня набрасывает на мои плечи свой плащ.

— Надень. — Я в порядке… — А я считаю, что нет.

— …

Я хотел отказаться, ведь в комнате ожидания всё равно была запасная одежда, но она настаивала так упрямо, что мне ничего не оставалось, кроме как принять её доброту. Только тогда на лице Великой герцогини появилась удовлетворенная улыбка.

— Кстати, всё прошло удачно. — И не говори. Как и ожидалось, секретная техника, которой меня научила госпожа герцогиня, оказалась очень эффективной.

Бросок навершием. Когда я впервые услышал об этом, то удивился, зачем она учит меня такой ерунде как секретной технике, но, как и ожидалось, у Великой герцогини был план на всё. Должно быть, она видела далекое будущее, которое такой никчемный человек, как я, не мог предвидеть. Да.

— Просто ситуация сложилась удачно. Но Нериэль Маритт тоже хорош. Попытаться погасить удар, окружив себя магической силой в такой ситуации… — Разве не потому, что я предвидел это и тоже бросил с магической силой? — Тогда нам повезло. Будь на его месте другой студент, у него в голове была бы дыра.

А ведь правда. Я даже не заглядывал так далеко, просто подумал, что другого выхода, кроме этого единственного броска, нет, и вложил в него всю оставшуюся магическую силу. Как она и сказала, если бы противником был не Нериэль Маритт, а кто-то другой, он мог бы погибнуть на месте.

— Арен! Арен! Арен! — Хвиююююю! — Отличная работа, хубэ! — Студент факультета рыцарей должен быть способен хотя бы на такое!

Я слушал, как все выкрикивают моё имя, неважно, однокурсники это или сонбэ, и, насладившись моментом триумфа, покинул арену. *** — Ого! Хубэ-ним, ты был просто великолепен, правда? — …

После окончания первого матча я на мгновение вернулся в комнату ожидания, и там появилось знакомое лицо.

— Эй, разве такой взгляд не грубость? Я всё-таки твой сонбэ… — Так зачем вы сюда пришли?

Все, кроме Сильбены Бронхейм, тихо покинули свои места, когда внезапно появился Сиэль Бальштейн. Неужели этот человек не знает, какая реакция последует, если такая важная персона появится без предупреждения? Или он делает это намеренно, преследуя какую-то более масштабную цель?

— Ну, я пришел подбодрить наших гордых хубэ-нимов. Я ведь всё-таки президент студенческого совета. — И всё же, зачем вам было приходить прямо в комнату ожидания? Достаточно было поболеть с трибун. — Потому что это был такой замечательный матч. Разве не добродетель — подойти к игроку и осыпать его похвалами в такие моменты? — Хью…

Я сейчас хочу отдыхать больше, чем получать похвалу. И к тому же, почему он ничего не говорит остальным четверым, если пришел их хвалить? У меня даже не было сил спорить, поэтому я откинулся на спинку стула.

— Ну и как ощущения от победы над многообещающим любимым учеником Повелителя Магической Башни? — Ну, приятно. Особенно захватывающе было видеть, как у того парня перекосило лицо в конце, когда он терял сознание. — Ахаха! Как и ожидалось, у хубэ-нима скверный характер?

Каждый день он заставляет меня заниматься бухгалтерией, хотя я всего лишь хубэ, у которого даже мыслей таких нет… Нет, в последнее время я вице-президент. В любом случае, разве это может говорить человек, который вечно втягивает меня в неприятности, лишь бы повесить на меня ярлык? Этот человек тоже даст фору любому, когда дело доходит до скверного характера.

— В любом случае, спасибо за отличный матч. В качестве награды сонбэ погладит тебя по голове! — Нет, мне не нужно такое… А?

Он внезапно бросился ко мне и попытался погладить по голове, поэтому я попытался отстраниться. В тот момент, когда рука сонбэ коснулась моих волос, я расширил глаза от жизненной силы, окутавшей всё моё тело. Это… может быть…?

— Тсс.

Я ошарашенно посмотрел на сонбэ, а он приложил указательный палец к губам и подмигнул.

— Хубэ-ним, ты тоже хорошо потрудился. Твои движения были поразительны! Даже второкурсники с факультета рыцарей были впечатлены, правда? — Неужели?

Затем, как ни в чем не бывало, он подошел к Великой герцогине и заговорил с ней. Это вообще нормально? Президент студенческого совета прямо использует исцеляющую магию на студенте, которому предстоит выступать в следующем матче.

— Всё в порядке, не беспокойся. — …?!

Пока я с некоторым беспокойством смотрел в спину сонбэ, в моей голове раздался голос. Это был голос Сиэль Бальштейн.

— Было бы некрасиво, если бы ты оказался в невыгодном положении из-за расписания. Я просто пытаюсь проявить справедливость как президент студенческого совета. Тебе не стоит слишком сильно из-за этого переживать.

Ага, вот оно что. Но почему он применил это только ко мне? Великая герцогиня Бронхейм закончила матч одним ударом, но остальные ребята сражались довольно ожесточенно. Неужели я выглядел так, будто нахожусь в самом плачевном состоянии?

— Н-но, может быть, погладить по голове… Это было грубо? Я слышал, что парни довольно чувствительны к таким вещам.

Как раз когда мои сомнения не были развеяны, голос сонбэ снова просочился в мою голову. Я не мог не рассмеяться: человек, который раньше вел себя так безрассудно, теперь спрашивал меня об этом таким робким тоном. Зачем он вообще полез гладить кого-то по голове, если думал об этом?

Я тихо покачал головой, глядя на Сиэль Бальштейн, который смотрел на меня с беспокойством. Только тогда сонбэ с облегчением улыбнулся. В любом случае, он такой человек, которого трудно ненавидеть, что бы он ни делал. *** Наконец, подготовка ко второму матчу была завершена, и представители факультета рыцарей и факультета духов вышли на арену. Однако даже на этой огромной арене в глазах Тиа Белль Ростайл был виден только один человек.

— Арен, смотри на меня.

Это был Арен. Тиа Белль Ростайл испытывала множество эмоций, наблюдая, как он наконец одолел даже Нериэль Маритт. Тревога, что, возможно, день, когда она сможет защитить Арена, никогда не настанет. Своего рода самобичевание от того, что она никогда не сможет догнать Арена, как бы сильно ни старалась. Но она решила развеять все эти негативные эмоции в этом матче. Победив здесь Сильбену Бронхейм, она вернет себе уверенность в том, что сможет стать той, кто способен его защитить.

— Мы долго ждали! Межфакультетские соревнования, долгожданный второй матч! Дуэль между факультетом рыцарей и факультетом духов начинается! — Уаааааа!

Пока она пыталась совладать с эмоциями и ждала своей очереди, гремели комментарии ведущего. Сразу после этого имена обоих авангардов появились на большом экране, установленном с правой стороны арены.

[Сет 1 — Факультет рыцарей, класс А: Сильбена Бронхейм против факультета духов, класс А: Тиа Белль Ростайл]

— Аа! Столкновение авангардов команд! Это момент, когда мы можем увидеть их волю выложиться на полную с самого начала! — Оо-!

Ведущий и зрители разразились возгласами при виде этого. Лучшие студенты, которых можно назвать главными силами каждой команды, участвуют с самого начала. Также были прогнозы, что сторона, победившая здесь, фактически заберет победу во всем матче.

— Пожалуйста, будьте снисходительны, Ростайл. — Да, это я должна просить об этом. Пожалуйста, будьте снисходительны, Бронхейм-ян.

Два человека, вышедшие на сцену, обменялись любезностями и даже пожали друг другу руки, прежде чем отойти за свои линии ожидания.

— Оба игрока на позициях. Матч… Начало!

Судья, убедившись в этом, опустил флаг, сигнализируя о начале поединка. Правая рука Сильбены Бронхейм потянулась к мечу на поясе.

Чваак-!

— Это…! — Э, всё кончено?!

В то же мгновение её фигура исчезла из поля зрения всех присутствующих и появилась позади Тиа Белль Ростайл. Таинственное движение, которое она уже демонстрировала в матче против студента магического факультета. Зрители инстинктивно почувствовали, что исход решен, но только не Сильбена Бронхейм.

— Как и ожидалось.

Ощущение, коснувшееся кончиков её пальцев, было поверхностным. Повернув голову, она увидела тонкий, синий, полупрозрачный барьер, окружающий тело Тиа Белль Ростайл.

— Нихит!

Синий дух мило высунул голову из-за шеи Тиа Белль Ростайл, словно признаваясь, что это его рук дело. Это была Рируа, дух воды, которым управляет Тиа Белль Ростайл.

— Водяная завеса! — Она заблокировала меч этим?! — Первокурсница уже на таком уровне…!

Только тогда зрители, осознавшие ситуацию, разразились голосами, полными изумления. Водяная завеса — это представительская особенность духа воды, а также самая универсальная техника. Типичное применение — собрать влагу и создать туман, чтобы перекрыть обзор. Но когда заклинатель духов уровня Тиа Белль Ростайл управляет ею, она может сжать её до высокой плотности, сделав настолько тонкой, что она невидима для глаз, и использовать как броню.

— Угх…!

Однако из-за того, что это была очень сложная техника, Тиа Белль Ростайл ещё не могла полностью заблокировать удар меча Сильбены Бронхейм. Даже нахмурившись от легкой боли в животе, она быстро поднялась.

— Кьяу!

Затем прямо над её головой появилось милое светло-зеленое существо. Это была Сельфина, дух ветра, который был самым дорогим другом Тиа Белль Ростайл.

— Сельфина, пожалуйста.

— Ууу!

Хвааааак-!

Как только Тиа Белль Ростайл закончила говорить, начал бушевать огромный порыв ветра.

Чвак! Чваак!

Это был не просто ветер. Скрытыми внутри ветра были бесцветные лезвия, созданные с помощью магии.

— Как и ожидалось.

Сильбена Бронхейм сузила глаза, увидев, как вокруг сцены начинают вырезаться глубокие следы от меча, а края её одежды оказываются разрезаны. Это, безусловно, была грозная техника, но она не могла ускользнуть от её острого проницательного взгляда, отточенного боевым опытом.

— Здесь.

Свиик!

Фигура Сильбены Бронхейм, на которую смотрела Тиа Белль Ростайл, снова исчезла. Однако не из-за этого глаза Тиа Белль Ростайл расширились.

— Что она задумала?

Двигаться так быстро внутри бесформенных лезвий, которые лились дождем… Это было равносильно приближению собственной смерти. Но она не могла сделать что-то подобное без всякого умысла.

— Рируа!

— Нью!

Почувствовав неладное, Тиа Белль Ростайл немедленно отдала указания Рируа. Рируа, отскочив от её плеча, использовала Водяную завесу, чтобы распылить мелкие капли воды, словно туман, вокруг неё. Как бы быстро ни было движение, избежать их всех по очереди было невозможно.

Панг-!

— Она позади меня!

Когда она наконец почувствовала, как капли воды лопаются одна за другой в слепой зоне за её спиной, Тиа Белль Ростайл немедленно развернулась. Она также перевела туда свой взгляд вместе с духом, которым управляла. Как и ожидалось, там была фигура Сильбены Бронхейм.

Кваааааа-!

Потоки воды и маленькие водовороты, возникшие по бокам от Тиа Белль Ростайл, накрыли Сильбену Бронхейм. Нет, точнее, они пытались накрыть её. Если бы только её тело не исчезло, как туман, прямо перед тем, как атака Тиа Белль Ростайл достигла её.

— Леди! Позади вас! — …?!

Раздался голос Арена, полный тревоги. Казалось, ему было неважно, состоит ли он на факультете рыцарей или на каком факультете учится леди, которой он служит. Просто отчаянный голос, который, казалось, желал ей победы.

— Прости за это.

Однако, когда Тиа Белль Ростайл повернула голову, лицо Сильбены Бронхейм было уже прямо перед ней.

Призрачная вспышка. Одна из секретных техник семьи Бронхейм, техника, которая захватывает тыл противника, мгновенно конденсируя магическую силу под ногами. Падением Тиа Белль Ростайл стало то, что она упустила этот единственный маневр.

Пео-ёк!

— Кеок!

Яростный кулак Сильбены Бронхейм ударил Тиа Белль Ростайл в живот. Тиа Белль Ростайл, рухнувшая от удара, опустилась на одно колено и задрожала. Как бы это ни было лучше, чем удар мечом, это не было тем воздействием, которое мог бы выдержать заклинатель духов, не подготовивший защитную стойку, так как она вложила в это всю свою магическую силу.

— Кеухеок!

Она пыталась хоть как-то прийти в себя, но вместо того, чтобы подняться, была занята лишь тем, что извергала желудочный сок на сцену. Сильбена Бронхейм холодно открыла рот, глядя на неё сверху вниз, наполненную отчаянием.

— Матч решен. Ростайл.

Вероятно, она имела в виду, что не хочет продолжать, поэтому ей стоит сдаться пораньше. Тиа Белль Ростайл не была настолько глупа, чтобы не понять этого смысла. Просто.

— Арен…

Она не могла сдаться, потому что видела Арена, который отчаянно смотрел на неё издалека, из-за плеча Сильбены Бронхейм.

— Леди обязательно победит, кто бы ни был противником. Я верю в вас. — Спасибо, Арен. Я обязательно выиграю.

Она поклялась так, получая его поддержку. Наблюдая за Ареном, который крепко спал в больничной палате, весь в бинтах, она в одиночестве глотала слезы. В следующий раз я обязательно защищу Арена, я стану сильнее Арена, чтобы он больше никогда не пострадал.

— Нет, я не могу проиграть здесь.

Она пыталась отрицать реальность, но в теле не осталось сил.

— Неужели нет способа? Большая сила, чтобы победить Бронхейм-ян…

Пока она повторяла эти слова в своей голове, как сломанная кукла, воспоминание из прошлого промелькнуло в её сознании, словно калейдоскоп.

— Я буду ждать, когда ты позовешь меня однажды. Юный заклинатель духов.

Да, вот оно. Она не знает, что произойдет потом. Ничего страшного, даже если у неё не получится. Если бы только был хоть какой-то проблеск надежды, что она сможет обрести силу для победы, силу, чтобы защитить Арена.

— ■■■■■–!

Она ворвется в эту дверь и откроет её, даже если придется пробиваться силой.

Межфакультетские соревнования (5)

Тело Леди, только что безвольно осевшее на землю, медленно поднимается.

— Что это?

Наблюдая за происходящим, я ощутил странный диссонанс. Дело было не просто в том, что Леди вдруг встала — само по себе это было бы еще полбеды. Но то, как именно она поднималась, напоминало марионетку, которую чья-то невидимая рука грубо дергает за нити.

— Хм…?

Похоже, Северная герцогиня, стоявшая напротив, тоже почувствовала неладное. В тот самый миг, когда она нахмурилась и отступила на полшага, раздалось:

— Вж-ж-жух!

— …?!

Внезапно по арене пронесся яростный порыв ветра. Напор был настолько мощным, что я едва мог открыть глаза.

— У нее все еще оставалось столько сил…?!

Может, почувствовав недоброе, Северная герцогиня бросилась на Леди, понимая, что больше не в силах сдерживать этот поток.

Однако…

— Ква-ха-ха-ха!

— Кхе-е?!

Стоило шторму, вырвавшемуся из-под ног Леди, поглотить пространство, как герцогиня была вынуждена отступить, даже не сумев приблизиться.

— Что происходит? Почему Северная герцогиня вдруг так завязла? — И не говори… Я думал, это конец. — Арен, твоя госпожа та еще штучка, а? — …

Трое других ребят из нашего факультета, наблюдавшие за сценой, не могли скрыть изумления. Я же, напротив, был удивлен меньше их — меня больше тревожило то самое чувство диссонанса.

— Что это? Такое знакомое ощущение.

Не то чтобы я часто попадал в подобные ситуации, но… что же это? Плотность воздуха, напор ветра… Даже странное давление, сдавившее все тело, вызывало острое чувство дежавю.

— Ква-ха-ха-га-га-га!

И словно в подтверждение моих опасений, вокруг арены внезапно разразился колоссальный шторм. Он начал расти с такой скоростью, будто собирался поглотить весь стадион целиком.

— Ч-что это?! — Какого черта происходит…! — А-а-а-а!

Отголоски бури докатились даже до зрительских трибун, защищенных магическими барьерами. Предметы и само покрытие арены крошились и разлетались в щепки под воздействием стихии.

— П-профессор! Что-то не так! Нужно немедленно остановить матч…! — Знаю. Но сейчас главное — эвакуировать студентов. Соберите всех, кого сможете. — Есть!

С трибун доносились голоса преподавателей, осознавших всю серьезность ситуации.

— Всем немедленно на выход! — Шевелитесь, иначе погибнете! — А-а-а-а! — Что за стихийное бедствие?! — Быстрее! Вы что, не видите, сколько людей за вами?!

Они бросились врассыпную, направляя охваченных паникой студентов к выходам.

— Шварк! Дзынь!

Тем временем Северная герцогиня все еще в одиночку противостояла Леди на полуразрушенной сцене.

— Кх! — Северная герцогиня!

Когда ветер, ударивший из-за спины Леди, накрыл ее, ударной волной герцогиню выбросило за пределы арены. Я рванулся вперед и едва успел подхватить ее, прежде чем шторм унес бы ее прочь. Освободившись из моих объятий, она покраснела и пробормотала:

— П-прости. — Неважно. Но состояние Леди… оно какое-то странное. Ты ничего не почувствовала? — Сама не знаю. Я ведь собиралась нанести решающий удар по дому Ростайл, но…

Северная герцогиня выглядела озадаченной, совсем не так, как обычно.

— Хубэ! — Сиэль-сонбэ.

В этот момент словно с неба спустилась Сиэль-сонбэ. На ее лице застыло то же выражение шока, что я видел в лабиринте.

— Что случилось с Хубэ из дома Ростайл? Ты хоть что-то знаешь? — …Нет, есть одна догадка. Только не понимаю, почему это произошло. — Догадка? Говори что угодно! Быстрее!

Я посмотрел на Сонбэ, которая требовала ответа, и тяжело разжал губы:

— Скорее всего, это Повелитель Духов. — …Что? О чем ты? Почему здесь Повелитель Духов? — На самом деле, по пути в академию я столкнулся с Повелителем Духов Ветра. Он сказал, что Леди это пригодится, и кое-что ей передал.

Пока я вспоминал детали, Северная герцогиня с недоверием уставилась на меня.

— Хочешь сказать, дом Ростайл заключил контракт с Повелителем Духов? — Э-это невозможно! Даже в нынешней империи всего трое заклинателей духов, заключивших контракт с Повелителем! Это дар, выходящий за рамки таланта! — Нет. Тогда он сказал, что Леди недостаточно сильна для полноценного контракта. Возможно, он сделал что-то другое.

Я не знал подробностей, но, раз он сказал, что это пригодится, значит, он мог разделить свою силу и передать ей фрагмент. Если рассуждать так, то все сходится: и внезапный шторм, и Леди, которая смотрит на нас пустыми глазами. Возможно, фрагмент силы Повелителя Духов вышел из-под контроля из-за какого-то триггера. Проблема лишь в том, что я не знаю, что послужило этим триггером.

— Ква-а-а-а!

— Кх-х…!

Шторм усилился, пытаясь поглотить и нас, но Сиэль-сонбэ быстро окружила нас золотистым барьером.

— Дже-дже-ок…!

Однако даже барьер, созданный лучшим президентом студенческого совета за столетие, начал трещать. Это лишь доказывало, с какой силой мы столкнулись.

— В любом случае, если это правда, нам нужно первым делом привести в чувство Хубэ из дома Ростайл! Похоже, ее сознание поглощено! — Как ее разбудить? Если мы попытаемся сбить ее силой, Леди будет в опасности. — Это…

Сонбэ тоже не знала, что делать, и выглядела встревоженной. В этот момент:

— А… Арен… — …Леди?

Знакомый голос тихо отозвался эхом по всему стадиону. Я поднял голову, не веря своим ушам, и увидел, как уголки губ Леди слегка дрогнули.

— Я… защищу тебя… Арен, я… — … — Я… стану сильнее… Потому что…

Голос Леди звучал так тихо, будто она была на грани смерти. Мое сердце пропустило удар.

— Прости, Арен. Если бы я была сильнее тебя, я бы смогла тебя защитить. — Эй, почему ты говоришь такие серьезные вещи? Леди. И конечно, я должен быть сильнее тебя. Я ведь твой рыцарь-хранитель. — Нет, не в этом дело. Я…

После инцидента в лабиринте, когда мы остались одни в палате, я воспринял ее слова как шутку. Нет, я не считал это шуткой, просто сказал так, чтобы она не терзала себя. Даже если я защищаю Леди, я не хочу, чтобы она пыталась защитить меня. С самого начала я решил стать сильнее и поступить в академию именно ради этого.

Но, похоже, мы двигались по параллельным путям. Я хотел защитить Леди, а она — меня. В этом противоречивом желании стать сильнее друг друга мы бежали вперед, не зная истинных чувств партнера. Если бы мы поняли это раньше, могли бы просто посмеяться и жить дальше. Но осознание пришло слишком поздно, и все обернулось вот так.

Нелепая шутка.

— Блять.

Я выругался, шагнул за пределы барьера прямо в шторм.

— Хубэ! Куда ты?! Нужно отступить и ждать подкрепления! — Сонбэ права. Я понимаю твои чувства, но сейчас нужно сохранять спокойствие…

Сиэль-сонбэ и Северная герцогиня пытались меня остановить, но я лишь слегка обернулся и горько улыбнулся.

— Разве может рыцарь-хранитель отступить, когда Леди в такой беде?

— Таак!

Не раздумывая, я рванул вперед.

— Хва-а-а-а!

Как только я ступил на полуразрушенную сцену, три вихря окружили меня, словно почуяв нарушителя, мешающего их госпоже. Черт возьми, кто тут еще мешает.

— Кх!

— Ттеоль-сок.

В конце концов, я не выдержал мощи шторма и был отброшен назад. С такими темпами мне не подобраться. Если только у меня не вырастут крылья.

— Сопротивление слишком сильное! Нужно больше людей! — Нет! Нам нужно защищать студентов! — Твою мать, президент в такой день куда-то делся…! — Хватит ныть, сосредоточься на барьере! Хочешь, чтобы весь стадион улетел?!

К сожалению, у преподавателей не было свободных рук, чтобы помочь нам. Значит, нам троим придется справляться самим? Хотя, к счастью, большинство людей уже эвакуировались…

— Кунг!

— Студент! Уходи с дороги! — У-ва-а-а!

Как раз когда я об этом подумал, из-за шторма огромная декорация над трибунами сорвалась и полетела вниз. Студент прямо под ней закричал и пригнулся, все зажмурились в ожидании катастрофы.

— Па-се-се-се…

Однако падающий объект внезапно был заблокирован светло-фиолетовой завесой, появившейся над головой студента, и рассыпался в пыль. Следом раздался пронзительный голос:

— Что вы делаете вместо того, чтобы бежать! Идиоты! — И-и-ик! П-прости! — Убирайся отсюда, а не извиняйся!

Это что, Нериэль Маритт?

— Тц, вот почему слабаки такие… Ты тоже убирайся! Обезьяна! Ты только мешаешь!

Парень, ворчавший себе под нос, заметив меня, злобно сверкнул глазами. Но в этот момент я был готов расцеловать этого самовлюбленного фиолетового засранца за его грубость.

— Эй, самовлюбленный фиолетовый. У меня просьба. Можешь подбросить меня туда?

Я попросил его, когда он спустился с трибун. Он нахмурился, будто услышал бред.

— Ты с ума сошел? Ты обезьяна, у тебя голова только для красоты? Не знаешь, что будет, если сунуться в этот шторм? — На самом деле, это моя госпожа. Разве рыцарь-хранитель не должен спасти свою госпожу? — …

Выслушав меня, он сделал такое лицо, будто хотел многое сказать. Он цокнул языком и собрал ману у меня под ногами. Мое тело взмыло в воздух.

— Не знаю, что будет, если ты сдохнешь. — Спасибо, раб!

Я хотел напомнить ему о нашем пари, если он не послушается, но, когда я поблагодарил его за выполнение «рабских обязанностей», он взорвался от ярости.

— Не называй меня рабом! — Хорошо, раб! — Чертова обезьяна… Только не возвращайся живым!

О, ладно. Спасибо за пожелания. Я отмахнулся от его слов и полетел к Леди.

— Ква-ха-ха-га-га-гак!

Несмотря на то, что я амбициозно взлетел, прорваться сквозь шторм было не так просто. Он словно насмехался: «Решил использовать дешевые трюки?», и начал сжиматься вокруг меня еще яростнее. Я пытался проскользнуть в щели, направляясь к Леди…

— Вж-ж-жух!

— …!

Словно предсказав мой маневр, вихрь, вырвавшийся из пола, бросился на меня.

— Хубэ!

— Ква-а-анг!

В этот момент с земли донесся голос Сиэль-сонбэ. Вихрь, летевший на меня, был заблокирован полупрозрачным золотым барьером. Но, похоже, полностью остановить его не удалось. Барьер начал жалобно стонать, а лицо Сиэль-сонбэ исказилось от тревоги. Воспользовавшись этой крошечной брешью, я рванул к Леди.

— Идиот! Смотри вниз! — Что?!

В этот момент я услышал резкий крик самовлюбленного фиолетового издалека. Почувствовав неладное, я посмотрел под ноги — вихрь, подобный тому, что только что заблокировала Сонбэ, снова рос. «Опасно», — пронеслось в голове.

— Ква-а-а-а!

— Шибаль…!

Меня поглотил шторм, я не мог открыть глаза. Одежду разрывало в клочья, тело резало на части.

— Арен!

Я услышал отчаянный крик Северной герцогини. Похоже, она пыталась меня спасти. Но даже если я отступлю сейчас, будущего нет. Я не стал ждать ее руки.

— С-се-рунг.

Вместо этого я нащупал на поясе рукоять меча. Того самого, с которым начал тренироваться, чтобы защитить Леди. Вот почему я не хотел обнажать его перед ней. Но теперь я понял, что это была глупость. Да, этот меч я обнажаю не для того, чтобы ранить Леди, а чтобы защитить ее. Леди, пожалуйста, прости меня хоть раз.

— Се-го-гек!

Мана и аура меча, выпущенные в одно мгновение, переплелись и рассекли шторм, поглотивший меня. Все стихло. Шум, вид полуразрушенного стадиона — все исчезло из головы. Я видел лишь девушку, стоящую вдалеке, словно отчаянно ждущую кого-то.

— Тиа Леди-и-и!

Титул, который позволен только мне. Я отчаянно позвал ее и двинулся вперед.

— А… Арен…?

Мой голос наконец достиг ее? В мертвых глазах Леди промелькнула искра жизни.

— Ва-рак!

Видя это, я крепко обнял ее. Шторм, начавший было снова бушевать, пытался поглотить нас, но я не двигался. Я просто хотел защитить Леди и вернуть ее прежней. Если бы я мог это сделать, я бы с радостью отдал свою жизнь. *** Тиавель сжалась в комок в пространстве собственного разума. С сознанием, поглощенным фрагментом силы Повелителя Духов, она могла лишь отчаянно ждать кого-то в одиночестве. Нет, на самом деле она надеялась, что никто не придет. Она хотела просто исчезнуть. Она жаждала силы, чтобы защитить одного человека, но это парадоксальным образом подвергло его еще большей опасности. Этот противоречивый факт вызывал у Тиавель острое чувство бессилия.

«Я не достойна защищать Арена, и я не достойна того, чтобы Арен защищал меня».

Она подтянула колени к груди, сжавшись еще сильнее. Как черепаха, прячущаяся в панцирь от всего мира. Но смысл ее действий был иным. Она не хотела защититься от мира, она просто не хотела, чтобы кто-то вроде нее снова являл свое существование этому миру.

— …Тиа Леди! — Арен…?

Но разве только она этого хотела? Услышав отчаянный голос, Тиавель осторожно подняла голову. В тот же миг пейзаж снаружи, который она больше не видела, начал проявляться снова.

— Ах…!

Прямо перед собой она увидела лицо человека, которого ждала больше всего на свете. Еще мгновение назад она хотела, чтобы он ее не нашел. Но по иронии судьбы, как только она увидела его лицо, она бессознательно потянулась к нему с радостью.

«Нет».

Она осознала это и другой рукой удержала ту, что тянулась к нему. Однако:

— Ка-а-анг!

Словно не позволяя этого, чья-то сила ворвалась в ее ментальный мир, разрушая его. Черный барьер разбился, разлетаясь, как осколки стекла. Человек, появившийся за ним, обнял Тиавель без лишних слов.

— Леди, давайте скорее убираться отсюда. Что вы тут делаете совсем одна? — …

Тогда, точно так же, как когда ее отругала Камилла и она заперлась в своей комнате, он заговорил тепло и игриво.

— Арен, прости. Я… Я не достойна быть госпожой Арена…

Его отношение было таким теплым, что у Тиавель на глаза навернулись слезы. В конце концов, она не сдержала обещание защитить его и не выполнила клятву стать сильнее. Пока она перечисляла свои ошибки, голос Арена продолжал:

— Леди, вы не находите, что что-то путаете? — П-путаю…? — Я смог стать таким сильным только потому, что хотел защитить Леди. Но если Леди станет сильнее меня, кем стану я? — …

Тон был полон его фирменной игривости, но голос звучал предельно серьезно.

— Что ж, я не буду просить вас не думать об этом. Но, по крайней мере, не думайте, что вы неправы из-за этого. — …Арен, ты не разочарован во мне? — Разочарован? Серьезно?

Он рассмеялся, тяжело вздохнув, будто был искренне озадачен.

— Я уже говорил. Леди для меня всегда остается гордой Леди. Леди, которую защищаю я, Леди, которая иногда ноет, что хочет перекусить, Леди, которая так улыбается, когда видит цветы. — Ах…

Белая краска снова разлилась по поверхности воды, которая чернела от его нежного прикосновения.

— Напротив, Леди, которую я ненавижу, — это та, что ненавидит саму себя. Так что всегда держитесь прямо и будьте уверены в себе. Понятно? — …Да.

Чтобы не стать тем человеком, которого он ненавидит. Одной этой причины было достаточно, чтобы Тиавель изменила свое мнение. Она взяла Арена за руку, которую больше не собиралась отпускать, и последовала за ним. Когда она обернулась, лозы, сковывавшие ее, исчезли без следа.

И шторм стих.

— Кажется, с тех пор как ты поступил, ты проводишь в лазарете больше времени, чем в общежитии. — И не поспоришь.

Я криво усмехнулся, глядя на Сильбену Бронхейм, которая сидела на стуле для посетителей.

В данный момент я, весь перебинтованный, восседал в той же самой палате, где лежал неделю назад. Всё из-за того, что я безрассудно бросился спасать Леди в самый последний момент и был поглощен бурей, поднявшейся из-под моих ног, — в итоге моё тело превратилось в сплошное месиво.

К счастью, серьезных внутренних повреждений не оказалось. Вот только кожу содрало так, будто меня пропустили через блендер, поэтому целителям пришлось всю ночь напролет латать меня по кусочкам.

Но вместо того чтобы переживать о своем израненном теле, я думал о куда более важном вопросе. Словно заметив, что я собираюсь спросить, герцогиня заговорила деловым тоном:

— С Ростайл всё будет в порядке. Не переживай так сильно. — Откуда вы узнали, что я хотел спросить именно об этом? — Читать твои мысли на удивление легко. Судя по твоему лицу, ты сейчас хочешь спросить: «Как вы можете быть так уверены?». — Ого…

Меня слегка пробрал озноб от её способности настолько точно, до последнего слога, угадывать мои мысли. В этот момент она не просто читала выражение лица — она будто использовала телепатию. Вот какой талант должен был оказаться на факультете магии, а не у той самовлюбленной фиолетовой девицы.

— Я не знаю всех подробностей, но слышала это от профессора Рудина. Обычно за такое полагается исключение, но вряд ли её поспешат отчислить — она ведь студентка по спецприему и лучшая на курсе. — Ну, если подумать, это вышло не специально.

Конечно, Леди была виновата в том, что призвала силу Повелителя Духов, но она никак не могла предположить, что та выйдет из-под контроля и нанесет такой ущерб академии. Умысел — это когда ты осознаешь последствия, но всё равно идешь на риск. В случае же с Леди, она не могла предвидеть подобного исхода, а значит, есть повод для снисхождения.

— Но закрыть глаза на это, будто ничего не произошло, будет сложно. Ущерб всё-таки слишком велик. — Пожалуй. Арена практически наполовину разрушена… Стоит ли нам хотя бы порадоваться, что обошлось без жертв?

Я слышал, что на месте происшествия было много преподавателей, поэтому, кроме легких травм, никто не пострадал. Если бы были жертвы, даже при отсутствии материального ущерба, ей вряд ли удалось бы избежать отчисления. В каком-то смысле это счастье в несчастье.

— Ты виделся с Ростайл с тех пор? — Как я мог?

Я потерял сознание, как только инцидент закончился, а когда открыл глаза, уже был в лазарете. К тому же мои травмы оказались довольно серьезными, поэтому, в отличие от остальных участников, давать показания мне пришлось прямо здесь. Я слышал, что Леди фактически была задержана дисциплинарным комитетом и до сих пор находится на допросах. У нас просто не было шанса встретиться.

— На самом деле, сегодня у меня была возможность немного поговорить с Ростайл. — И как она? — К счастью, кажется, она держится. Похоже, академия не слишком жестко её допрашивает. — Это облегчение.

Я боялся, что нашу Леди не кормят и держат в какой-нибудь темной каморке, освещенной лишь одной лампой. К счастью, сцены, которые бывают только в криминальных драмах, не повторились.

— Однако она очень хотела извиниться перед тобой. — Извиниться? — Да. Она боялась, что ты можешь возненавидеть её. — Хм…

Взгляд герцогини был несколько предвзятым, но если это та Леди, которую я знаю, то поступок вполне в её духе. Но когда я услышал эти слова, чувство вины отошло на второй план, уступив место другому ощущению.

— …Это смешно. — Хм?

Да, это действительно смешно.

— Нет, ну серьезно. Неужели вы думаете, что я возненавижу нашу Леди только из-за пары царапин? Мы так долго живем вместе. Леди ведь не просила меня спасать её, я сам полез и пострадал, так что…

Я в расстройстве ударил себя в грудь и застрочил, как пулемет. Серьезно, наша Леди ничего не смыслит ни в чем, кроме спиритизма. Если у неё есть время думать о таких бесполезных вещах, лучше бы усердно сотрудничала со следствием и поскорее показалась мне на глаза. Нет, может, она правда думает, что не может смотреть мне в лицо, и страдает в одиночестве? Нужно немедленно содрать эти бинты и найти её.

— Значит, ты не держишь зла на Ростайл? — Сама постановка вопроса неверна. Нет причин злиться на неё, так с чего бы мне это делать?

Герцогиня уставилась на меня, нахмурившись, словно проглотила сотню бататов. А потом вдруг:

— Ху, вот как? Ты слышала? — Простите?

Словно здесь присутствовал третий человек, она слегка повернула голову и посмотрела на дверь палаты. Когда я, гадая, не призрак ли там, тоже обернулся, то увидел существо, выглядывающее из-за двери, словно робкая белка.

— …Леди? — А, привет. Арен.

Появилась Леди, нервно накручивая на палец прядь своих фирменных розовых волос. На мгновение мне показалось, что у меня галлюцинации. Герцогиня, наблюдавшая за мной с изумленным видом, будто ей было очень забавно, улыбнулась. Только тогда я осознал ситуацию и выдохнул: «Ха…».

Ты предала меня! Бронхейм!

— Время уже вышло. Я пойду, а вы двое можете спокойно поговорить.

Даже в такой обстановке вы собираетесь оставить нас одних и уйти? Герцогиня, я не думал, что вы такая… Вы пугающий человек.

— Б-Бронхейм-ян…!

Леди присоединилась к мольбам, бросая на неё умоляющий взгляд, чтобы та не уходила. Не зная или делая вид, что не знает, герцогиня равнодушно поднялась со своего места, закрыла дверь палаты и удалилась. Что за безответственное удовольствие?

— Не стой так неловко, садись сюда, Леди. — Х-хорошо. Прошу прощения.

В конце концов, я решил, что должен как-то разрядить атмосферу, и указал на пустое место, оставшееся после герцогини. Леди села, но даже не посмотрела на меня, а принялась оглядывать пустую палату, издав невнятное восклицание: «Вау…». Кто угодно подумал бы, что она здесь впервые. Почему человек, который навещал меня в лазарете каждый день, ведет себя как любитель?

— Тебе, должно быть, пришлось нелегко. — А, что? — Я говорю, тебе пришлось нелегко на допросах. Слышал, тебя вчера держали до четырех утра?

Я предложил слова утешения Леди, которая вела себя так скованно. Тут же, словно перед ней вспыхнул пожар, Леди энергично замахала руками и одновременно закивала.

— Нет, мне совсем не было тяжело. Наоборот, другим было тяжелее из-за меня. И Арену тоже. — Я здесь, чтобы защищать Леди, в конце концов. Такое даже за трудности не считается. Так что, всё уладилось? — Да, всё в порядке. Мне дали неделю отстранения и общественные работы, а в этот период за мной будет присматривать офицер по надзору, но это легкое наказание. Всё благодаря защите профессора Рудина.

О, профессор Рудин приложил больше усилий, чем я ожидал. Как и сказала Леди, несмотря на серьезность инцидента, отделаться лишь отстранением и общественными работами — это практически закрыть глаза на случившееся. Приказ о надзоре тоже, скорее всего, простая формальность.

— …И, хоть и поздно, я прошу прощения, Арен. — Эй, ну почему ты опять за своё? Ты делаешь атмосферу мрачной. Мне правда всё равно, понимаешь?

Я попытался пошутить, чтобы разрядить обстановку, которая снова становилась тяжелой. Однако Леди упрямо покачала головой и попыталась добавить что-то еще. Точнее, казалось, она хочет выразить свои мысли более четко и ясно.

— Нет, не в этом дело. Я хочу извиниться не только за то, что втянула тебя в аварию, но и за то, что неправильно судила об Арене, как мне вздумается. — Неправильно судила обо мне?

Когда я выразил сомнение по поводу столь неожиданного ответа, Леди продолжила более спокойным тоном:

— На самом деле, до поступления в академию я была немного высокомерной. Меня выбрали как студентку по спецприему, и я думала, что в академии не найдется никого, кто мог бы сравниться со мной. — У тебя было полное право так думать.

Если это та Леди, которую я знаю, то я считал, что она имела полное право на такую гордыню. Леди определенно была полна талантов, но она также была трудолюбива, как никто другой. Говорят ведь, что трудолюбивого гения не победить. Даже после поступления она слышала высокую похвалу от своего наставника, профессора Рудина, который сказал: «Она одна из трех лучших студентов, которых я когда-либо учил».

— Поэтому после того, как мое зачисление подтвердилось, я начала думать: «Меня всегда защищал Арен, но теперь я смогу защитить Арена». — Это так похоже на Леди. — Да. Но я поняла, что это была очень глупая мысль. Когда я пришла в академию, там было много людей, которые не только могли сравниться со мной, но и были даже удивительнее. — Хм…

Удивительнее, значит? Если Леди так чувствовала, мне нечего сказать, но я не вижу никого, кто заставил бы меня так думать. Разве что Нериэль Маритт или принцесса Бронхейм на первом курсе. Я никогда не считал, что Леди уступает им. Если не брать в расчет индивидуальную боевую мощь.

— К тому же я постоянно видела, как Арен получает ранения в местах, о которых я не знала. И когда Арен победил Бронхейм-ян или Маритт-ян, которых я не смогла одолеть… Я становилась всё более встревоженной. — В каком смысле? — Что я не смогу защитить Арена. И что Арен возненавидит такого слабого хозяина, как я. — Это была глупая мысль.

Это прозвучало немного резко, но я не мог сказать иначе. Это была настолько глупая мысль, что я бы ударил её сразу, если бы это была не Леди. Леди знала, что неправа, поэтому криво улыбнулась:

— Я знаю… — На самом деле, у меня тоже была гордость как у женщины. Хотя Арен мой телохранитель, я ведь женщина, верно? Я чувствовала, что на мне лежит обязанность защищать мужчину. И больше всего то, что Арен для меня не просто телохранитель. — Это правда.

Она телохранитель только по названию, но мы практически друзья детства. Я не настолько глуп, чтобы этого не понимать, поэтому не стал отрицать. Если бы я просто отмахнулся от наших отношений как «хозяин и слуга», я бы не был так привязан к Леди.

— Поэтому, когда я почувствовала поражение вчера, у меня было так много мыслей. «Неужели я всегда буду под защитой Арена?», «Если бы у меня было хоть немного больше силы…». — В итоге это и призвало силу Повелителя Духов. — Да. Я услышала голос. Он сказал, что даст мне силу защитить Арена.

Понятно, вот что произошло. Неудивительно. Если это та Леди, которую я знаю, она не позволила бы так легко поглотить себя чужой силой. Я всё гадал, как она так просто отдала контроль. Кстати, этот ублюдок Повелитель Духов, он что, ошибся доставкой? Что это за сила Повелителя Духов, которая шепчет, как дьявол, копаясь в сердцах людей с дерьмом вроде: «Разве ты не хочешь защитить своего дорогого человека?». Я официально предъявлю претензии этому ублюдку, когда встречусь с ним позже.

— Леди, ты помнишь, что я сказал вчера? — Вчера, ты имеешь в виду… То самое? — Да. Когда я вошел в твое ментальное пространство, чтобы разбудить тебя. — Д-да. Я помню.

Не знаю, почему её щеки внезапно покраснели, но я рад, что она помнит.

— Я сказал это тогда, но если ты не хочешь, чтобы я возненавидел тебя, есть только одна вещь, которую ты должна защитить. — Ты имеешь в виду, чтобы не возненавидел? — Именно так. Вау, как и ожидалось от нашей Леди. Ты такая умная.

Когда я нарочно преувеличенно захлопал в ладоши, Леди сделала неловкое выражение лица. Впрочем, если она знает, больше нечего сказать.

— Я стану сильнее, чтобы защитить Леди, и даже если Леди станет слабой, как муравей, с моей точки зрения, я никогда не возненавижу тебя. — М-муравей — это слишком, не так ли? — Я просто к слову.

Ну, в любом случае, Леди, оригинальная героиня, не станет слабой, как муравей. Было бы облегчением, если бы я сам не оказался в её тени или не был ею превзойден.

— Так что тебе не нужно пытаться обогнать меня, и не нужно слепо доверять мне и следовать за мной.

Эти сопливые слова мне не идут, но я чувствовал, что должен сказать их сейчас. Я подавил щекотливое чувство и произнес это с искренностью.

— Давай просто возьмемся за руки и пойдем вместе, как всегда делали. Не впереди, не позади. А бок о бок. — Бок о бок…? — Да. Бок о бок.

Когда я кивнул, щеки Леди внезапно вспыхнули.

— Э-это предложение… — Простите? — Н-нет! В любом случае… Да, я понимаю, что ты имеешь в виду. Подожди меня до тех пор, Арен.

Подожди её, чего она хочет, чтобы я ждал? А, может, это значит: «Подожди меня, пока я не догоню тебя!»? Это звучит как фраза из сёнэн-манги, мне нравится.

— Потому что я женщина… Я хочу сказать это в конце! — ……?

Хм, разве не это? В любом случае, я рад, что Леди, кажется, обрела мотивацию.

Нериэль Маритт (1)

Талант Весов.

Весы — это отсылка к Повелителю Магической Башни. Прозвище, которое дали ей, чтобы подчеркнуть: однажды она займет этот пост.

Эти слова лучше всего описывали Нериэль Маритт, и в то же время они были символом, питавшим её гордыню.

И это отнюдь не было преувеличением.

То, на что у других уходил год, она осваивала максимум за месяц, а то и за неделю.

Поэтому для Нериэль Маритт сверстники были лишь существами, о которых можно вытереть ноги, — почти невеждами.

Тем более что она ощущала глубокую принадлежность к профессии мага и гордилась ею, так что даже те, кто не был магом, вовсе не заслуживали её внимания.

«Кеук, чтобы я, и этому примату…»

Но приближался день, когда такая женщина должна была впервые вкусить горечь поражения.

Причем от того самого типа мечника, которых она презирала больше всего.

Крупный инцидент, произошедший два дня назад на межфакультетских соревнованиях, давно стерся из её памяти.

Теперь остались лишь унижение и болезненные последствия поражения, пережитого на арене в тот день, из-за чего она не могла даже уснуть.

«Я же почти победила!»

Если бы она проиграла из-за подавляющей разницы в силе, она бы не чувствовала себя такой уязвленной.

В конце концов, не могло существовать сверхчеловека, способного нанести сокрушительное поражение ей, опытному магу, достигшей 5-го ранга на уровне своих сверстников.

В любом случае, если бы она ощутила болезненную пропасть в силе и проиграла, она, возможно, пришла бы к небольшому осознанию, как кто-то советовал: «Мир широк».

Но одержать победу и затем потерять сознание от удара навершием!

Благодаря этому она вчера даже не смогла пойти в академию.

Ей было страшно представить, какими взглядами на неё будут смотреть однокурсники, которых она до сих пор презирала, ведь они своими глазами видели этот постыдный результат.

Бибик. Биририк-!

«Угх…!»

И раздался звук, который лишь подпитывал этот страх.

Лицо Нериэль исказилось, словно она увидела таракана.

Это был звук, исходящий от магического кристалла связи, установленного в изголовье её кровати.

Высококлассный магический инструмент, способный даже на видеозвонки, который по умолчанию выдавался жителям корпуса Айферия.

Но в этот момент это устройство не могло быть более раздражающим.

«Ха-а».

Она гадала, стоит ли притвориться, что она не слышит, но в конце концов сдалась и положила руку на кристалл.

В любом случае, человек, который свяжется с ней, обладающей скверным характером, уже определен.

И этот человек был абсолютной фигурой, перед которой даже великая Нериэль Маритт не могла устоять.

Возможно, эта женщина, похожая на гоблина, даже знала, что она сейчас колеблется, не отвечая на вызов.

Если так, то для её репутации было бы лучше ответить на звонок как можно скорее и положить конец подобным недоразумениям.

«Алло…»

— Кухехехеут-!

Забери свои слова обратно.

Знакомое лицо, отразившееся в кристалле, и жуткий смех, от которого закипала ярость, заставили её изменить решение всего за секунду.

— Давно не виделись, моя ученица. Хорошо ли ты ешь и как поживаешь?

«…Хватит нести чушь, зачем ты связалась со мной? Проклятая наставница».

Волосы более глубокого фиолетового цвета, чем у неё, собранные в длинный хвост, и черно-красные глаза.

В отличие от соблазнительного взгляда, заставлявшего задуматься, каково это — встретить воплощение змеи, её тон был полон бодрости и игривости.

Нериэль ответила женщине, спрашивающей о её самочувствии, голосом холодным, как иней.

Все верно.

Человеком по ту сторону кристалла была не кто иная, как её единственная наставница, Амелия Люминис, нынешняя владелица Магической Башни, которую называли Весами.

— Я разочарована. Я связалась с тобой первой после долгого времени, но манера твоего общения ужасна…

«Кто просил тебя связываться со мной первой?»

— Но если я не свяжусь, некому будет спросить о самочувствии нашей одинокой ученицы.

«…….»

Нериэль не могла заставить себя возразить наставнице, которая наносила едкие удары, не заботясь ни о чем.

Она была известна тем, что не могла ладить с другими и держалась отчужденно с тех пор, как была в Магической Башне.

В частности, Амелия, которую можно было назвать её единственной доверенной подругой, знала этот факт лучше всех, так что у Нериэль не было никаких аргументов.

«…Так зачем ты связалась со мной? Сомневаюсь, что ты позвонила просто спросить, как я».

Конечно, такая вероятность есть, но время выбрано слишком удачно.

Если спросить, по каким критериям я определяю, что время удачное, я не хочу отвечать.

Поэтому она попыталась вести разговор, намеренно не упоминая этот факт первой.

— Пухут! Ты правда спрашиваешь, потому что не знаешь? Или намеренно пытаешься игнорировать это?

Когда эта бестолковая наставница без колебаний начала откровенно провоцировать её, терпение Нериэль наконец лопнуло.

«Я собираюсь повесить трубку. Я планирую разбить кристалл, так что даже не думай связываться со мной снова».

— Ах, подожди минутку! Я поняла! Я скажу честно, так что подожди мгновение!

«Тц».

Если бы её реакция была хоть на секунду медленнее, этот кристалл уже был бы вбит в стену и разлетелся вдребезги.

В любом случае, она цокнула языком при мысли, что её наставница лучше всех в мире умеет менять отношение.

— На самом деле, я слышала, что наша ученица была жалко побеждена однокурсником на межфакультетских соревнованиях, поэтому я собиралась подразнить тебя.

«Вот как?»

— Не тянись к кристаллу! Я же сказала, что буду честной!

«Я злюсь еще больше от того, что ты так честна».

Есть поговорка, что честность — это добродетель, но иногда нужно чувствовать ситуацию.

Это не то же самое, что сыпать соль на рану тому, кто только что был пропитан чувством поражения с того самого дня и до сих пор.

Но все же она не могла заставить себя разбить кристалл.

Дело было не только в том, что он был одолжен в академии и ей пришлось бы платить за ущерб, но и в том, что она почему-то потеряла силы.

— Ну, и каково это — впервые проиграть сверстнику?

«Грубо говоря, это отвратительно. Это чувство, которое я никогда не хочу испытывать снова».

— Но ты ведь тоже почувствовала, что хочешь стать сильнее, верно? Так или иначе, ты всегда была в застое с тех пор, как поступила в академию.

«…Ты знаешь меня достаточно хорошо, чтобы мне стало не по себе».

— Потому что я твоя наставница.

Она сказала это небрежно, но на самом деле Нериэль тоже это знала.

Не только после поступления в академию, но и с тех пор, как она была в Магической Башне, она постепенно погружалась в чувство превосходства, и её развитие замедлялось.

Поскольку она могла усвоить знания и озарения, на которые у других уходили месяцы или годы, всего за несколько дней, она не могла не чувствовать скуку.

Что ей не нужно больше прилагать усилий, что однажды она превзойдет свою наставницу и станет владелицей Магической Башни, даже оставаясь такой, какая она есть.

Хотя она не показывала эти мысли снаружи и не хвасталась ими, в одном из уголков её разума определенно была такая мысль.

К тому же она пришла в академию, услышав совет наставницы: «Увидеть мир шире, прежде чем заниматься магией, и встретить людей, которые лучше тебя».

Однако, когда она пришла сюда и увидела сверстников, которые были лишь каплей в море по сравнению с ней, её чувство превосходства начало усиливаться.

Один человек сломал это.

В хорошем или плохом смысле.

«В следующий раз, когда я столкнусь с ним, я тщательно раздавлю его, чтобы никакие трюки не сработали. Мне, в сущности, все равно».

— Тебе придется усердно тренироваться до тех пор.

«Не знаю, нужно ли мне тренироваться… Ну, нет причин этого не делать. Я хочу, чтобы он как следует почувствовал разницу в классе».

— Это единственное, что имеет значение.

Лицо её наставницы, которая улыбалась, было странно похоже на лицо того человека, которого она видела в последний раз прямо перед тем, как потерять сознание, поэтому внутри неё закипел жар.

Она пыталась подавить это и продолжить разговор.

Тток- Ттоок-

Раздался довольно медленный стук, с оттенком осторожности.

«Минутку. Кажется, пришла горничная».

— Мне повесить трубку тогда?

«Все в порядке. Она, вероятно, просто пришла принести мне перекус».

Нериэль, которая примерно догадалась, кто посетитель, оставила кристалл как есть и дала разрешение.

Затем дверь слегка приоткрылась, и вошла женщина в знакомой форме горничной.

Это была Хлоя, которая принадлежала к корпусу Айферия и в настоящее время работала её личной горничной.

«Прошу прощения. Леди Нериэль».

«В чем дело? Я занята, так что переходи к сути и уходи быстрее».

Хлоя, о которой шла речь, осталась равнодушна к колючему тону, но Амелия, слушавшая разговор по ту сторону кристалла, нахмурилась, сказав: «Этот характер…»

«На самом деле, я получила просьбу от студента по имени Арен передать сообщение».

«…Арен?»

Когда Хлоя продолжила, Нериэль нахмурилась.

Если это Арен, не было ли это именем того примата?

Метод был в чем-то неправильным, но, в любом случае, это было имя единственного первокурсника, которое врезалось ей в память.

«Что этому парню нужно?»

Когда проявилась сила фрагмента Повелителя Духов, он пытался спасти свою наставницу и стал дерзким, поэтому она подумала, что он точно мертв.

После этого его забрали в больницу, и он каким-то образом сумел спасти свою жизнь.

Это была не самая приятная новость, но важнее было то, что он передал сообщение.

«Что он сказал?»

«Да. Я зачитаю его по его просьбе».

Хлоя, доставшая из кармана скомканный листок бумаги и развернувшая его, прочистила горло.

А затем.

«“Рабыня, ты помнишь обещание? Приходи забрать своего хозяина завтра!” …Это все».

Она продемонстрировала свои леденящие кровь актерские способности, идеально воссоздав раздражающий тон мужчины с бесстрастным лицом.

И той, кто отреагировал на это сообщение, была не Нериэль…

— Рабыня… Неужели наша ученица поступила в академию и открыла для себя новый вкус!

«……!»

Это была Амелия, которая наблюдала за этой сценой в прямом эфире по ту сторону кристалла.

Только тогда Нериэль, запоздало осознавшая свою ошибку, поспешно попыталась дотянуться до кристалла.

— Ученица, не волнуйся! Я никогда не расскажу эту новость в Магической Башне и оставлю её при себе! Не делай ничего слишком хардкорного! Я приду навестить тебя позже!

Ттук-

Даже до этого Амелия, проявившая реакцию, как родитель, наблюдающий за первым саморазвитием своей дочери, первой прервала связь.

Нериэль, которой против воли оказали нежелательное внимание.

«Этот проклятый примааааат!»

Выхватив бумагу из рук Хлои и мгновенно сжегши её, она была вынуждена выплеснуть гнев, которому некуда было деться.

Была весна.

Я уже привык к этой чертовой процедуре выписки.

Процесс, конечно, не настолько грандиозный, чтобы величать его «процедурой», но когда я вспоминал, как поначалу тыкался повсюду, словно слепой котенок, меня охватывала смесь гордости и отвращения к самому себе.

В первый раз я даже не знал, что за мной должен прийти опекун, и мне пришлось связываться с Леди с самого рассвета.

Во второй раз профессор Азелла сама любезно пришла за мной, так что всё прошло как по маслу.

А сегодня, в третий раз, я заранее вызвал опекуна, еще до того, как наступил день выписки.

Это было доказательство моего роста.

— Ты всё еще не готов?

Фиолетовые волосы, напоминающие цветы сирени, яростно качнулись, а глаза того же цвета впились в меня острым взглядом.

Я улыбнулся надувшемуся парню и закинул сумку на плечо.

— Я всё собрал. Пошли. — Тц.

Именно так.

Опекуном, которого я вызвал сегодня, был не кто иной, как самовлюбленный фиолетовый тип, ставший моим рабом на целый семестр.

Я чувствовал, сколько недовольства в каждом шаге парня, который шел впереди, цокая языком.

— Эй, не мог бы ты использовать магию, чтобы нести мой багаж или типа того? — Заставляешь меня заниматься всякой ерундой.

Но когда еще, если не сейчас, мне удастся помыкать этим парнем, словно прислугой?

Я попросил его об одолжении, которое явно было ему не по душе, и парень, снова буркнув что-то в ответ, взял мою сумку.

Затем, как я и просил, он использовал магию, чтобы заставить сумку парить в воздухе.

— Ты на удивление послушный? — Что? — Да нет, просто… я назвал тебя рабом, но не думал, что ты и правда так охотно будешь следовать моим словам. Я даже не ожидал, что ты сегодня действительно придешь в больницу.

Когда я сказал это, парень нахмурился, словно удивленный собственными действиями.

Реакция была такой, будто я несу полную чушь.

— Ты думаешь, я такой же примат, как ты? Я держу слово, если что-то пообещал. Я заключил с тобой пари и проиграл. Значит, у меня нет иного выбора, кроме как подчиниться. — Ого.

Я был уверен, что этот парень, у которого гордыни больше, чем у кого-либо из встреченных мною людей, настолько, что он зациклен лишь на себе, не станет соблюдать условия пари.

Оказалось, всё наоборот.

Поскольку он гордец, он не мог допустить ошибки, легкомысленно взяв свои слова назад.

Моя симпатия к этому самовлюбленному фиолетовому типу возросла во второй раз.

Для справки, в первый раз она выросла, когда он помог мне спасти Леди.

— Кстати, ты на удивление в порядке. Я был уверен, что тогда тебя разорвало ветром и ты был в лохмотьях. — Физическая сила — одна из вещей, которыми я горжусь. — Ну, говорят, чем слабее мозг, тем сильнее тело.

Парень шел вперед, отвечая на мои слова, которые я с гордостью выплюнул, добавив яда.

Эффекта это не возымело, поэтому я молча поплелся следом.

— Но как мне тебя называть? Не могу же я постоянно звать тебя «Раб». Может, называть тебя Маритт?

Пока мы шли, я решил, что стоит разобраться с обращениями, поэтому осторожно завел разговор.

Впрочем, если бы я хотел его взбесить, я бы продолжил звать его «Рабом».

Но при людях так называть его нельзя.

— …Ничего. Зови меня по имени. — По имени?

Я думал, он позволит мне использовать хотя бы фамилию, но парень выпалил нечто неожиданное.

Я не мог поверить, что человек, который держался от меня настолько отстраненно, что мы были практически врагами, говорит такое, поэтому слегка наклонился, чтобы внимательнее рассмотреть его лицо.

— Что? Не суй свое уродливое лицо мне под нос. — Да нет, я просто думал, может, это не тот человек, которого я знал. Ты что, использовал магию перевоплощения, чтобы прислать кого-то другого? — Мне просто не нравится, когда меня зовут по фамилии. Так что хватит нести чепуху и просто зови меня по имени.

А, вот оно что? Если у тебя есть такая причина, то ничего не попишешь.

Даже если мы не близки, нет нужды создавать ситуации, от которых мы оба будем краснеть.

Более того, я и сам чувствую некий барьер, когда называю его по фамилии.

Это звучит слишком официально, мне такое не по душе.

Вот почему я стараюсь называть ребят из своего класса по именам, по-дружески.

Дворяне в классе поначалу не привыкли к такой моей привычке, но постепенно адаптировались, и теперь даже сами спрашивают: «Можешь и меня называть по имени?»

Должно быть, это доказательство того, что мы стали намного ближе.

— Хорошо. Позаботься обо мне в ближайшее время, Нериэль. — Хмф, считай это за честь. Не так много людей могут называть меня по имени. — О боже, я так польщен. — Хе-хын.

Он что, воспринял это всерьез?

Он задрал нос, пока я глубоко кланялся, выражая свое согласие.

— Эй, примат. — Что? — А почему ты ничего не говоришь о том, что я тебя так называю? Ты всё равно какое-то время будешь считаться рабом, так что мог бы просто сказать мне называть тебя по имени.

Его интересуют всякие странные вещи.

Честно говоря, было бы ложью сказать, что меня это не беспокоит.

Тем не менее, есть только одна причина, почему я не настаиваю на этом.

— Ты сказал это, когда мы впервые встретились. Что не называешь людей по именам, пока не признаешь их. — Это правда, но… — И какой прок от того, что меня насильно будут звать по имени такие люди? — Ты мастер оправдываться. Хотя сам просто заставляешь меня нести твою сумку.

А, попался. Жаль.

— Ну, зови, когда захочешь. Ты, наверное, всё равно не помнишь моего имени.

Он сам сказал: «Я даже не запоминаю имен тех, кто не стоит того, чтобы их помнить», так что оно наверняка уже исчезло в глубинах его памяти.

На самом деле, именно поэтому я не стал заставлять его называть меня по имени.

Было бы неловко сейчас подходить и говорить: «А, меня зовут…», заново представляясь.

— …Я помню. — Что?

Я уже собирался продолжить путь, но Нериэль пробормотал что-то голосом, который, казалось, едва доносился до меня.

Я не расслышал, поэтому повернул голову, чтобы переспросить, и парень, с тем самым выражением недовольства, которое он демонстрировал с нашей первой встречи, сказал:

— Я помню. Арен, верно? Твое имя. В конце концов, мой мозг не на уровне такого примата, как ты.

Затем он фыркнул и холодно прошел мимо меня.

На всякий случай я опустил взгляд — именной таблички, которая всегда была там приколота, не оказалось.

Понятно. Значит, он действительно запомнил.

Почему-то я почувствовал удовлетворение от одного этого факта и невольно улыбнулся. *** Нериэль до сих пор не пыталась запоминать имена других людей.

Нет, в первую очередь, это было ей не свойственно.

В той жизни, которую она вела, запоминание чужих имен было бесполезным действием и одним из самых ненужных процессов.

Ей не было нужды спрашивать чье-то имя, и еще меньше нужды было его называть, а даже если она и называла кого-то, вряд ли это вызывало у того радость.

Первым, кто разрушил эти формальные рамки, была ее учительница, Амелия.

Однако из-за специфики их отношений как учителя и ученицы, возможностей называть ее по имени было немного.

В результате, живя в Магической Башне, она постепенно снова начала забывать, как называть других людей по именам.

«Да, нет нужды их называть».

И когда это стало своего рода комплексом и начало доставлять ей дискомфорт, ей в голову пришла отличная идея.

Ей просто нужно было с самого начала не пытаться их называть.

В конце концов, для нее большинство окружающих были ниже ее и являлись лишь безмолвным низшим классом, который она заранее определила на свои места.

Зачем ей тратить время, пытаясь выучить имена таких людей или пытаясь их называть?

Думая так, она постепенно почувствовала себя комфортнее.

То, что было своего рода комплексом, начало функционировать как инструмент для повышения чувства собственного превосходства.

Примерно с того времени она перестала пытаться запоминать чужие имена.

Когда кто-то называл свое имя при первой встрече, она была занята тем, что пропускала это мимо ушей.

[Арен]

Но в ее голове засело имя, которое впервые за долгое время, возможно, впервые после Амелии, прочно закрепилось в памяти.

Первым толчком стала встреча в библиотеке.

Как ни крути, это можно было назвать худшей первой встречей.

Да, до того момента она не видела смысла запоминать имя такого примата.

— Я проиграл. Я, я…!

Но горечь поражения, которую она впервые в жизни испытала от кого-то своего возраста.

В тот момент, когда это было четко запечатлено в ее теле и разуме, имя человека, нанесшего это поражение, естественным образом запечатлелось вместе с ним.

Но это было всё.

Даже если ей удалось запомнить его имя, не было никакой ценности в том, чтобы его называть.

— Ну, зови, когда захочешь. Ты, наверное, всё равно не помнишь моего имени.

Но в тот момент, когда некий мужчина задел ее нервы, она почувствовала, словно внутри нее что-то взорвалось.

Кто-то был раздражен тем, что имя не забылось, но, казалось, он сдался еще в самом начале.

— …Я помню. — Что? — Я помню. Арен, верно? Твое имя. В конце концов, мой мозг не на уровне такого примата, как ты.

Вот и всё.

Причина, по которой она, впервые после своей учительницы, произнесла имя человека, которого, как она думала, ей никогда не понадобится называть или помнить, заключалась только в этом.

Если нет, то зачем ей называть по имени мужчину, у которого нет ни одной достойной черты, а действия которого ничем не отличаются от примата?

К тому же, сегодня — первый и последний раз.

Это было лишь в знак небольшого вознаграждения парню, который нанес ей первое поражение, а с другой стороны — лишь ответ на его провокацию.

Она больше никогда не позволит имени этого человека слететь с ее благородных губ.

— Ты сказал это, когда мы впервые встретились. Что не называешь людей по именам, пока не признаешь их. И какой прок от того, что меня насильно будут звать по имени такие люди? — …Хе-хын.

Как раз когда она собиралась принять это решение, слова, которые он бросил не задумываясь, каким-то образом задержались в ее голове.

Большинство людей, понимавших, что она не называет других по именам, были заняты тем, что извергали проклятия или критику.

Не задумываясь о том, что на то может быть причина, они были заняты тем, что ругали ее, брызгая ядом, говоря, что она высокомерна или эгоцентрична.

Первым человеком, который понял это действие, была ее учительница, Амелия.

А вторым был он.

— …Ты первый мужчина, который сказал мне такое.

Второй как человек, но первый как мужчина.

Она сама не знала, почему пытается так небрежно это разграничить.

Она могла лишь осознавать, что это было неплохое чувство.

— Арен… Ну, неплохое имя для примата. Думаю, можно тебя так называть.

Нериэль пыталась рационализировать свои действия, без всякой причины катая его имя на языке.

— Эй, народ, как вы тут? — Аре-е-е-ен! — Он здесь! Спаситель нашего факультета рыцарей! — Арен! Арен! Арен!

…Что это, дежавю?

Едва я распахнул дверь в класс Ц, как услышал, что мое имя скандируют с таким рвением, будто идет предвыборная кампания.

Озадаченно застыв на пороге, я пытался понять, что происходит, когда ко мне подошла Теуриси. Она улыбнулась и произнесла:

— Арен! Хоть и с опозданием, но спасибо тебе. Наш факультет смог победить только благодаря тебе!.. — Победить? А…

Только тогда до меня дошло, почему эти ребята смотрят на меня как на божество.

Из-за грандиозного инцидента, случившегося в разгар соревнований, я совсем забыл о межфакультетском турнире.

Но чтобы победить?

— Разве мы в итоге не провалились, не набрав двух очков? Нас правда признали победителями? — Если быть точной, это не совсем победа, но нас признали победителями по совокупности заслуг. Сказали, что призы, которые планировались изначально, все же будут выданы. — О, это хорошие новости.

Победивший факультет должен был получить не только период отдыха, но и разрешение на выезд, чтобы навестить свои семьи.

А для студентов-аристократов, которые жили здесь, словно тепличные цветы, тоска по дому была огромной.

Некоторые представители факультетов тренировались с таким огнем в глазах именно ради этой возможности.

Однако от Северной герцогини я слышал, что велись долгие споры о том, как уладить последствия, ведь соревнования были приостановлены из-за происшествия, вызванного Леди.

Похоже, руководство академии проявило некоторую гибкость.

Да, именно так.

— Я вчера связалась с отцом и сказала, что, возможно, скоро смогу приехать, он был так счастлив! — Мой отец тоже очень обрадовался. Ну, а мама, как всегда, осталась равнодушна. — Большинство матерей такие. — Даже если она так говорит, она ведь будет рада, когда ты приедешь, правда? — Конечно. Даже у нас дома отец вчера тайком шепнул мне, что как только я сказала о визите в родовое поместье, мама тут же начала подгонять садовников.

Раз решение приняли еще вчера, все, должно быть, уже связались с домом, чтобы сообщить о своем возвращении.

Глядя, как ребята прыгают от радости, я почему-то почувствовал гордость.

В первую очередь я ввязался в это из злости, желая преподать урок Нериэль, но в то же время я ощущал чувство долга и принадлежности к факультету рыцарей.

Я был счастлив, что оправдал ожидания своих товарищей по факультету.

— Кстати, как твое самочувствие? Что стало с той Леди? — Слышала, ее временно отстранили. Но говорят, ей разрешено передвигаться за пределами общежития. Я собираюсь заглянуть к ней позже. — Ее ведь звали Тиа Белль Ростайл, верно? Она тоже удивительная. Слышала, она даже заключила контракт с Повелителем Духов, и тот вышел из-под контроля? — Правда? Разве это возможно? — Ну, это был не совсем официальный контракт…

После этого ребята, видимо, заранее подготовили вопросы, которые хотели задать мне, пока я был в лазарете.

Они начали засыпать меня вопросами, решив, что сейчас самое время.

Из-за этого мне потребовалось немало времени, чтобы просто найти свободное место и сесть.

И все же радовало то, что однокурсники, похоже, не питали обиды или злости к Леди Тиа.

Видимо, благодаря тому, что академия удачно замяла историю, распространились слухи, что Леди тоже была лишь жертвой обстоятельств.

Это к лучшему.

— А, точно. Кстати, утром тебя кто-то искал. — Меня?

Пока я аккуратно перекладывал из сумки на парту только самое необходимое, Кайя, сидевший передо мной, развернулся, чтобы сообщить эту новость.

Кто бы это мог быть?

Леди все еще должна быть в общежитии из-за отстранения.

Может, Северная герцогиня или Тео?

Я как раз начал думать, не заглянула ли лично та любопытная глава Студенческого совета…

— Э-э. Святая. — ……?

Когда прозвучало это неожиданное имя, над моей головой невольно возник вопросительный знак.

Святая? С чего бы Святой приходить сюда? *** Святое Королевство Либертан.

Это страна верующих Ордена Света, поклоняющихся Белхару, богу света и созидания, как главному божеству. Она расположена между Империей Баркадия и Королевством Руэндель.

Территория Святого Королевства примерно равна размерам имперской столицы Империум — крошечная для страны, но довольно обширная для одного религиозного ордена.

Здесь, в Либертане, есть семь кардиналов, именуемых апостолами, во главе с верховным правителем — Святым Королем Мариеттой Бантриэлем.

Но помимо них существует личность, которая получает откровения от главного бога Белхара, обладает независимой властью и считается символом Святого Королевства…

— Святая, здравствуйте…! — Здравствуйте! — Святая, доброе утро!

Женщина, чьи серебристые волосы развеваются на теплом утреннем солнце, оглядывается вокруг, словно пытаясь объять все своими синими, как озеро, глазами.

Всякий раз, когда она появлялась, приветствия людей на улицах не смолкали.

— …….

Однако Юбеллия Эурил — так ее зовут — не отвечая на приветствия, лишь молча и быстро проходила мимо.

Она — благословенная женщина, получающая милость главного бога Белхара из первых рук, и в мире ее чаще называют титулом «Святая», чем по имени.

— Святая не услышала нашего приветствия? — Дурак, ты что, не слышал слухов, что Святой изначально строго запрещено контактировать с другими? Она, должно быть, хочет ответить, но не может из-за правил. — Ну, не может же добродетельная Святая делать вид, что не замечает наших приветствий…

Некоторые сомневались в ее поведении, но быстро находили оправдание.

Очевидно, существуют строгие правила и ограниченные кодексы поведения, о которых они не знают.

Должно быть, эти нормы уже впитались в ее плоть и кровь.

А Юбеллия, продолжая путь, прислушивалась к их шепоту.

— Я снова не смогла их поприветствовать… Мне нужно исправить этот характер…

Она присела за большую колонну, обхватив голову руками, чтобы никто ее не видел.

Трудно было поверить, что это Святая, которую считают представителем бога света Белхара, — от нее исходила мрачная аура.

Ничего не поделаешь.

В конце концов, ее избрал главный бог, когда ей было всего восемь лет, и с тех пор ей было полностью запрещено контактировать с людьми.

Женщинам одного пола общаться разрешалось, но разговоры с мужчинами были под строгим запретом.

Даже среди женщин большинство высокопоставленных лиц Святого Королевства были либо матерями, либо бабушками, так что тем для разговоров не находилось, даже если бы она хотела.

Из-за этого Юбеллия, которая всегда проводила время в одиночестве в отдельном поместье, естественно, с трудом находила общий язык с людьми.

Тем более, если это не главные верующие Святого Королевства, включая Святого Короля и кардиналов.

— О боже, за что ты посылаешь мне это испытание!

Почему она вообще пришла в академию на своих двоих?

Все началось в тот день, когда она беседовала со Святым Королем в Либертане, как раз перед поступлением в академию.

— Святая, вы получили зов света? — Откуда Ваше Величество узнали…?

Зов света.

Это эвфемизм, иносказательно выражающий откровение главного бога Белхара.

— На самом деле, этим утром я тоже получил зов света. Он велел мне найти того, кто преследует забытый свет. — Это то же самое откровение, что снизошло на меня. Но что такое «забытый свет»? — Должно быть, это Иферия Гён, которая была первым и последним человеком в истории континента, удостоенным титула Героя. — Иферия Гён… если это Иферия Гён… — Верно. Это имя героини, победившей Немезиду, Человека Черного Неба, который в прошлом окрасил небо всего континента в черный цвет.

Немезида, самый гнусный преступник в истории империи, черный маг, пытавшийся поглотить весь континент, собрав огромную армию из своих последователей и созданий.

И Иферия, женщина-фехтовальщица, одна из трех героев, противостоявших ему, и единственная среди них, получившая титул Героя.

На континенте не найдется никого, кто не знал бы имен этих двоих.

— Тогда тот, кто преследует забытый свет, это… — Этот старик полагает, что появился преемник Героя. — Да? Но по слухам, Иферия Гён, к сожалению, скончалась, так и не создав семьи… — Да, так известно миру. Но это не вся история. Ходят слухи, что ее последователи до сих пор тайно действуют по всему континенту…

Иными словами, она намеренно скрыла этот факт и ушла из мира, не желая, чтобы ее потомки пострадали только из-за крови Героя.

Выражение лица Юбеллии стало серьезным, ведь это была вполне правдоподобная гипотеза.

— Значит, главный бог хочет, чтобы мы поскорее нашли его преемника.

Если преемник Героя действительно существует, это будет огромной новостью.

Ведь многие, включая Святое Королевство, выражают опасения — и не только потому, что восхищаются ими как символами.

А вдруг Немезида когда-нибудь воскреснет?

А вдруг ее последователи ищут способ возродить ее и рыщут повсюду?

Поэтому, даже в качестве подготовки к чрезвычайной ситуации, поиск крови Героя может стать своего рода страховкой.

— Поэтому я хотел бы попросить Святую об одолжении. — Об одолжении…? — На самом деле, я не придавал этому значения, считая слухами, но говорят, что преемник Героя недавно пытается показаться миру. — Да. — И этот старик ожидает, что, возможно, этот человек направляется в академию. Он должен быть примерно того возраста.

Я слышала, что Герой Иферия была 77-й выпускницей академии, так что если она вышла замуж и родила ребенка около 30 лет, расчеты примерно верны.

Более того, если он преемник Героя, он должен обладать соответствующей силой.

Даже если он не из аристократической семьи, ему не составит труда переступить порог академии.

— Так не могли бы вы лично посетить академию и найти того, кто кажется преемником Героя? — Я? Но есть много других людей… — В конце концов, академия не очень дружелюбна к выходцам из Святого Королевства. Но если это будет Святая, они никогда не откажут в приеме, учитывая символизм. К тому же, Святая в этом году наконец достигла совершеннолетия, верно? — Ух, это…

Юбеллия нахмурилась перед лицом неопровержимого довода.

На самом деле, ни Империя Баркадия, ни Королевство Руэндель не близки со Святым Королевством.

Дело не в плохих отношениях, но существует предубеждение, что к людям из Святого Королевства трудно найти подход.

Политика самого Святого Королевства довольно закрыта, что лишь подпитывало это недопонимание.

— А, я поняла. Но если я найду того, кто кажется преемником Героя, я ведь могу сразу вернуться? Я не сильна в местах, где много людей. — Конечно. Разве я могу просить Святую о большем? Однако, пожалуйста, держите эту историю в секрете от посторонних. — Да. Не беспокойтесь об этом.

Если все это правда, Святое Королевство или кто угодно другой должен найти преемника Героя быстрее, чем последователи Немезиды.

Естественно, это нужно держать в тайне.

— Но прийти сюда было все равно что искать иголку в пустыне…

Она получила тяжелую миссию от главного бога и Святого Короля и приехала в академию, решив закончить дело как можно скорее и вернуться.

Но, оказавшись в академии, она впала в отчаяние, так как ее будущее казалось безрадостным.

Как и подобает лучшему учебному заведению империи, здесь было много выдающихся талантов, но не было никого, кого можно было бы заподозрить в том, что он преемник Героя.

Точнее, у большинства из них были надлежащие записи в родословных и ясное происхождение.

Если он преемник Героя и в какой-то мере скрывает свою личность, то вряд ли это будет так очевидно.

— Ничего. Я нашла подозрительного человека.

Однако даже в этом темном туннеле, где она не видела ни на дюйм вперед, блеснул луч света.

Юбеллия укрепила свою волю, вспомнив лицо мужчины, который был в центре слухов с тех пор, как она вошла в академию.

Пока это не точно, но если сложить все услышанные слухи, он был наиболее вероятным кандидатом.

Прежде всего, интуиция, основанная на благодати, полученной от главного бога, отчаянно кричала.

Этот человек должен быть преемником Героя.

— Утром у меня не вышло, но скоро я смогу с ним встретиться.

Она была полна решимости как можно скорее найти преемника Героя и сбежать из этой академии.

С самого утра меня не покидало странное чувство, будто кто-то неотступно следит за мной.

Хотелось бы верить, что это лишь плод моего воображения, но интуиция подсказывала обратное.

Всякий раз, когда я ощущал этот взгляд, мой Гиган безошибочно фиксировал энергию одного и того же человека.

Однако она держалась на приличном расстоянии и умело скрывалась, так что поймать её с поличным никак не удавалось.

В конце концов, я махнул на это рукой и решил после обеда заглянуть в кабинет Студенческого совета.

Скрип.

Ренс Сонбэ, секретарь совета, имеет привычку входить и выходить, когда ему вздумается. А с тех пор, как Сиэль-сонбэ недавно дала мне разрешение, одобрительно подняв большой палец вверх со словами: «Ты же будущий вице-президент, так что всё в порядке! Доступ разрешаю!», — стучаться больше не требовалось.

Я распахнул дверь с таким видом, будто входил в собственную комнату, но…

— Угх, а-а… — ……?

…увидел на столе труп.

Точнее, разглядеть его как следует не удалось.

Человек был погребен под горой документов, так что даже лица было не разобрать.

Лишь по предсмертному стону, доносившемуся из-под бумажного завала, я понял, что там кто-то есть.

Подойдя ближе, я наконец заметил знакомые светлые волосы, подрагивающие за стопками бумаг.

— …Сиэль-сонбэ? — Младший… оставь меня и беги… — Как вы дошли до такой жизни?

Я проигнорировал попытку сонбэ отшутиться и перешел к делу.

Я не так уж часто бывал в кабинете Студенческого совета, но сегодня документов было явно больше, чем обычно.

— Угх, полагаю, это последствия недавнего инцидента? — …Прошу прощения. Это всё из-за нашей Леди.

Как только я понял причину, я извинился, не раздумывая.

Пусть Леди сделала это не со зла, но ущерб был нанесен, и это факт.

Будучи, по сути, слугой, я считал своим долгом склонить голову за ошибку своей госпожи.

Сиэль-сонбэ горько усмехнулась и махнула рукой.

— Всё в порядке. Я сказала это не для того, чтобы услышать извинения. К тому же, тебе не за что просить прощения. — И всё же. Может, мне помочь, если вам совсем тяжело? — Просто подбодри меня.

Подбодрить? Это что, начальная школа и день спорта?

Я опешил и невольно хмыкнул, а сонбэ рассмеялась в ответ.

Впрочем, чем я вообще мог помочь?

— А, может, сделаешь мне массаж? Я днями напролет корплю над бумагами, плечи совсем затекли.

Я уже собирался тихо ретироваться, не вмешиваясь, но сонбэ внезапно обратилась с просьбой.

Она явно пошутила, потому что неловко почесала щеку, добавив: «Хе, да шучу я».

Но я принял это спокойно.

— Это я могу. — Ой, правда? Я же… я же просто пошутила? — Какая разница, шутка это или нет?

Даже если она пошутила, разве плохо, если тот, к кому обратились, не против?

К тому же, я горжусь своими навыками массажиста.

Мне уже доводилось разминать плечи Леди, когда они затекали от долгой учебы.

— Ты ведь не донесешь на меня в Академию за сексуальные домогательства? — Вы пытались меня домогаться? — Да нет же… — Тогда всё в порядке.

Откуда столько разговоров о домогательствах, когда речь идет о массаже плеч близкого сонбэ?

Я встал за спинкой кресла и взялся за плечи Сиэль-сонбэ, отчего она вздрогнула.

— Расслабьтесь. Почему вы такая напряженная? — Просто… младший парень делает мне массаж… Мне как-то неловко. Не злоупотребляю ли я своим положением сонбэ? — Это лучше, чем выдвигать меня на пост вице-президента, так что не переживайте. — Знаешь, это ранит сильнее.

Сонбэ сделала сложное лицо, но вскоре расслабилась под моими руками.

Кстати, плечи у неё и правда каменные.

Даже у меня, человека, который каждый день машет мечом, они в лучшем состоянии.

Хотя, возможно, они затекли именно из-за того, что она часами сидит за столом в одной позе, вместо того чтобы вести активный образ жизни.

— Хе-у, так приятно… — Стало полегче? — Да. Кстати, по какому делу ты пришел в Студенческий совет? Учитывая, что ты оказываешь такие «особые услуги», причина явно не пустяковая.

А, меня раскусили?

Я планировал использовать инцидент, вызванный Леди, как предлог, чтобы проявить любезность, а затем перейти к главному вопросу.

Вот за что я не люблю проницательных принцесс.

— У меня просто был к вам вопрос. — Какой? Спрашивай, сонбэ всё расскажет.

Нет, забудьте, что я сказал.

Как и ожидалось от принцессы, у неё широкая душа.

Посмотрите на её великодушие: она готова принять даже младшего товарища, который пришел с тайными намерениями.

Моё сердце растет. Конечно, не в том смысле.

— Вы случайно не знаете Святую? — Юбеллия Эурил-хубэ? Конечно, знаю. Я помню имена всех студентов в академии.

Мне становится страшно от мысли, что она и правда их помнит.

Ещё страшнее от того, что в этот список наверняка входят не только студенты, но и бесчисленные преподаватели.

Насколько же эта принцесса предана своей роли президента Студенческого совета?

— Сонбэ не называет её Святой, а говорит «хубэ-ним». — Это потому, что в академии все равны. Я даже прошу не называть меня принцессой, помнишь? — Верно, было такое.

Она удивительно последовательна.

В любом случае, если она в курсе, разговор пойдет быстрее.

— На самом деле, сегодня утром я услышал, что Святая меня ищет. — Правда? Зачем? — Не знаю. Поэтому я и хотел узнать, не слышали ли вы чего-нибудь о ней. — А почему бы тебе не пойти и не спросить её напрямую? Или есть что-то, что мешает тебе это сделать?

Сиэль-сонбэ подняла голову и посмотрела прямо на меня с озорной улыбкой.

Всё-таки она невероятно проницательна, но меня жутко раздражает, что иногда она притворяется простушкой.

— Именно это и мешает. Я слышал, что представители Святого Королевства редко посещают академию. А то, что меня ищет сама Святая, немного настораживает. — Понимаю. В Королевстве Руэндель даже есть поговорка: если за тобой увязался посланник, не иди следом за верующим Церкви Света. Если это не проповедь, то ничего хорошего от их внимания ждать не стоит. — Звучит не как шутка.

Будучи атеистом, я даже проповедям не особо рад.

А Святая вряд ли пришла бы в академию, чтобы проповедовать простому студенту, так что в данном случае речь явно о чем-то другом.

Если так, то я понятия не имею, что это может быть за «плохое событие».

— А зачем вообще Святая приехала в академию? — Сама не знаю. С самого момента появления новостей здесь творился хаос. Президент даже связывался со Святым Королевством, чтобы узнать причину, но, кажется, безрезультатно. — Хм.

Даже президент Студенческого совета и сам ректор не в курсе.

Тут что-то нечисто.

Было бы куда страннее, если бы такая важная персона приехала без веской причины.

Но если причина есть, почему они скрывают её даже от руководства академии?

Если так, то велика вероятность, что скрывается некая огромная тайна, известная лишь высшим чинам Святого Королевства.

Проблема в том, что я понятия не имею, в чем она заключается.

— Можешь заканчивать, хубэ-ним. Информации ты мне дал достаточно. Хотя, по правде, никакой информации и не было.

Пока я был погружен в раздумья, Сиэль-сонбэ подалась вперед и отстранилась от моих рук.

Я осознал, что обеденный перерыв почти закончился, и послушно отошел от кресла к столу.

— Что ж, в любом случае, это было полезно. Загляну ещё, если что-то понадобится. Может, тогда снова сделаешь массаж? — Уж лучше я сделаю массаж тебе, чем буду принимать его от тебя…

Сонбэ отпустила сальную шуточку, достойную сорокалетнего мужика, и соблазнительно облизнула губы.

Я посмотрел на неё холодным взглядом и без колебаний развернулся.

— Пойду доложу об этом в Академию. — П-подожди! Постой! Я же просто шучу, просто шучу! — Да-да, пожалуйста, расскажите все подробности дисциплинарному комитету… Хм?

И вот, пока мы обменивались привычными колкостями…

Глухой стук!

Внезапно мой Гиган уловил знакомую энергию. Я расширил глаза, бросился к двери кабинета Студенческого совета и распахнул её изо всех сил.

Топ-топ…!

Я почувствовал, как чьё-то слабое присутствие поспешно удаляется.

Думаю, если побегу сейчас, то успею поймать.

— Хубэ, хубэ-ним! Не уходи! Это моя вина!

Я слышал голос Сиэль-сонбэ за спиной, но слушать её было некогда.

Я обязан был раскрыть личность сталкера, который преследовал меня с самого утра.

Хотя, если честно, я примерно догадывался, кто это. *** — А ну стоять! — Хи-ик, хи-ик…!

Сталкер, нет, Святая, бежала впереди, тяжело дыша и развевая серебристыми волосами.

Я гнался за ней, выкрикивая угрозы, но она, казалось, не собиралась останавливаться.

И всё же силы её быстро покидали, и она начала замедляться.

Видимо, поняв, что так её точно поймают, она, добежав до конца коридора, спряталась за колонну.

Мы что, в «ударь крота» играем?

— Эй, мне подойти? Или сама выйдешь? — Хик…?!

Я пригрозил ей, давая понять, что она окружена, и из-за колонны донесся визгливый вскрик.

Нет, если дошло до такого, не проще ли ей просто выйти добровольно?

Если она не идиотка, то должна понимать, что прятаться бесполезно, верно?

Мне хотелось подбежать к колонне, схватить её за шиворот и вытащить, но я колебался, вспоминая, что передо мной — Святая.

— Если выйдешь сейчас, я не буду злиться. Давай, выходи. — П-правда…? Т-ты не будешь злиться…?

Я произнес это максимально спокойным тоном, как будто уговаривал ребенка, и в ответ услышал испуганный голос.

Когда я сказал «Да», она наконец показалась, выползая из-за камня, словно краб.

— У, у-у…

…Это и есть Святая?

Я опешил от вида этой сереброволосой женщины, которая всем своим видом излучала ауру чужака.

Кстати, она так быстро бежала с этим на голове… Нет, не в этом дело.

Раз уж я обещал не злиться, я глубоко вздохнул и спокойно продолжил разговор.

— Вы. Вы ведь Святая Юбеллия Эурил, верно? — ……! — Почему вы ходите за людьми? Если есть что сказать — говорите.

Она долго теребила пальцы, подбирая слова.

Сколько времени нужно, чтобы получить ответ?

Я чувствовал, что начинаю закипать, и в тот момент, когда мой голос уже готов был сорваться на крик…

— В-ваша энергия выглядит хорошо…! Можно мне поговорить с вами минутку? — ……?

Я был ошеломлен словами Святой, которые она выдавила из себя изо всех сил.

…Синчонджи?

Святая Святого Королевства была Шинчонджи.

Я едва не опешил от столь неожиданного поворота, но, к счастью, всё оказалось не так.

По просьбе Юбеллии поговорить минутку я перешел в другое место.

Обед подходил к концу, но так как следующая пара у меня была свободна, времени было предостаточно.

— …Но почему ты так далеко? Ты же сама хотела поговорить.

Проблема заключалась в том, что Святая сидела на противоположной скамье, стараясь держать дистанцию.

Я озадаченно посмотрел на нее, и Святая принялась снова и снова склонять голову, извиняясь.

— Мне так, так, так жаль…! Правила очень строгие, мне не положено вступать в тесный контакт с представителями противоположного пола…!

— А, вот оно что?

Если так, то ничего не попишешь.

Кстати, даже несмотря на то, что это мир с измененными гендерными ролями, довольно любопытно, что здесь главная — Святая, а не Святой.

Впрочем, в мире моей прошлой жизни высокопоставленные религиозные деятели тоже были преимущественно мужчинами.

Может, это стоит рассматривать как строгое следование исторической достоверности.

— Но если отбросить это, можно ли нам так разговаривать? Ты ведь всё-таки Святая.

— Да, да. Всё в порядке. Другие люди добры ко мне, возвышая меня, но я всего лишь обычная женщина, получившая милость от Господа. Пожалуйста, зови меня просто по имени.

— Обычной тебя точно не назовешь. Ну, в любом случае, буду звать тебя Юбеллией?

— М-мужчина называет мое имя…

Я расслышал, как она что-то пробормотала, но разобрать детали не удалось — она была далековато.

Как бы то ни было, теперь мы наконец могли нормально поговорить.

— Итак, зачем ты меня позвала?

— На самом деле, я была очень впечатлена твоим поединком на днях.

— Поединком…? А, тем, что был с Нериэль?

Я вспомнил утренний переполох, который устроили парни из моего класса, и на лице сама собой появилась горькая усмешка.

Раз уж даже люди из других классов пришли меня искать из-за этого, тема явно стала горячей.

Ну, было бы странно, если бы слух о том, что «мусор» из Класса Ц победил ученика Повелителя Магической Башни, не распространился.

Особенно для тех, кто видел это вживую на арене, зрелище, должно быть, было еще более впечатляющим.

— Да. К тому же, я слышала, что Арен — из простолюдинов…

— Ну, да.

Арен-ним, значит.

Титул звучал довольно слащаво, но я решил не обращать внимания, раз ей так комфортно.

— Студенты из простолюдинов нечасто достигают таких высот в академии, верно?

— Пожалуй. В лучшем случае это Иферия Гён, которую называют Героем.

— Хек…!

Когда я упомянул имя, которое первым пришло на ум среди выходцев из простолюдинов, я услышал звук, будто она перехватила дыхание.

Повернув голову, я увидел, что Юбеллия смотрит на меня с удивлением.

— Что такое?

— А, нет. Просто подумала, что Арен тоже знает Иферию Гён.

— Разве было бы не страннее ее не знать?

Хотя мне самому не стоило так говорить, ведь я узнал о ней, только когда отправился в лабиринт.

И все же я знаю, что это очень известное имя в этом мире.

Она одна из героев, спасших мир, — персонаж, который обычно появляется в фэнтези-новеллах.

Более того, на Факультете рыцарей она почти мифическая фигура с прозвищем «Святая Меча», так что я слышал о ней столько, что уши прожужжали.

Иногда, когда профессор Азелла спрашивает парней в классе: «Каким мечником вы хотите стать?», в девяти случаях из десяти они называют имя Иферии.

— Э-это правда. Было бы странно не знать ее, верно? Ахаха…

— …?

На мое замечание Юбеллия отвела взгляд, издав довольно неловкий звук.

Затем она долго смотрела на меня, прежде чем остановить взгляд на чем-то конкретном.

Интересуясь, что ее так привлекло, я проследил за ее взглядом и увидел свой меч, висящий на поясе.

— Почему ты так пристально смотришь на чужой меч?

— Прошу прощения. Это старый меч, но он почему-то выглядит довольно духовно сильным.

— Духовно сильным?

Я на мгновение замолчал, пораженный ее тонким замечанием.

Если подумать, это ведь изначально была реликвия, которой место в музее, верно?

Как-никак, меч, которым пользовался герой.

Черт, если я честно признаюсь, даже профессор Азелла, которая закрывала на это глаза, попадет в неприятности.

Ладно, просто отмахнусь.

Не то чтобы я не хотел расставаться с мечом, которым пользуюсь, просто не хочу подставлять профессора Азеллу. Мгм.

— Правда? На самом деле, это меч, который я унаследовал от родителей, когда был маленьким.

— От родителей? Это значит…

— Да. Ну, это своего рода семейная реликвия.

У меня не было выбора, кроме как использовать чит-код.

В фэнтези-новеллах семейная реликвия — это своего рода святилище, слово, которое придает правдоподобность любому удивительному предмету, заставляя людей воскликнуть «О-о!» и успокоиться.

Раз вещь передавалась в семье из поколения в поколение, что они сделают?

Не скажут же они: «Это твои проблемы, выглядит подозрительно, так что отдавай его нам».

— Понимаю! Как и ожидалось…!

— Э, э?

Но почему-то ее реакция странная.

Хорошо, что она, кажется, поняла, но почему она так взволнована?

— Нет, ничего…! В любом случае, вот как все было. Тогда всё встает на свои места! Конечно!

— Э-это так?

Я не понимал, что происходит, но решил, что все в порядке, раз она удовлетворилась ответом, и вернул меч в ножны.

— Тогда можно спросить тебя еще об одном?

— О чем?

— Ты сказал, что этот меч — семейная реликвия, так что, если не возражаешь, твои родители сейчас…?

Нет, погоди.

Я думал, она поняла, но она все еще подозрительна и требует подробностей о моем прошлом.

Она ведь не собирается сделать что-то безумное, например, разыскивать моих родителей?

Хотя нет, вряд ли.

У меня есть еще один навык, который невозможно заблокировать.

— Их здесь нет.

— …Да?

— Я сказал, их здесь нет. Я сирота.

Что она сделает, если я зайду с этой стороны?

Это, в сущности, правда. Они скончались, когда мои воспоминания были еще туманными.

С этим мое алиби безупречно.

Но вдруг ее лицо просияло…

— Как и ожидалось…! Я так и знала!

Она захлопала в ладоши с такой яркой улыбкой.

…Шинчонджи с игрой слов.

Почему в этом мире Святые такие странные? *** Найти Героя.

Ей дали эту тяжелую миссию, но информации у Юбеллии было очень мало.

Иферия изначально происходила из очень бедной семьи, даже по меркам простолюдинов, и у нее не было фамилии, поэтому найти ее преемника через семейные реестры было крайне сложно.

Более того, о ее наследии ничего не было известно, так что это казалось невозможным.

Однако в данном случае тот факт, что Иферия была простолюдинкой, стал важной зацепкой.

Особенно учитывая, что местом, куда она ступила, была Академия Телеос.

Хотя она провозглашала политику равного образования, по сути, это было место, считавшееся исключительной собственностью дворян.

Поэтому студенты-простолюдины были редкостью, их было легче найти, и если они обладали выдающимися навыками, то неизбежно выделялись.

— Я знала, что это он!

Юбеллия улыбалась от волнения, глядя на Арена издалека.

Согласно тому, что она выяснила, среди первокурсников было всего два студента из простолюдинов.

Среди них парень по имени Тео не был особо приметным и не имел никакой особой истории, поэтому его быстро исключили из списка подозреваемых.

С другой стороны, парень по имени Арен с момента теста на распределение по классам оказывался в центре всевозможных инцидентов, решая их один за другим и быстро обретая славу.

— То, что я видела, не было ошибкой.

Она продолжала подозревать его с тех пор, а наблюдение за его поединком на межфакультетском соревновании стало последней каплей.

Он не отступил даже перед учеником Повелителя Магической Башни и даже продемонстрировал божественное мастерство, подавляя магию противника с помощью огромного количества Магии.

Это было очень похоже на содержание героических сказаний, переплетенных с Иферией в старые времена.

Ходили даже слухи, что не было меча, способного выдержать ее Магию, поэтому со школьных лет она заказывала себе мечи отдельно.

— Этот меч тоже должен быть мечом Иферии Гён. Тогда всё сходится.

Юбеллия выглядела уверенной, чувствуя тонкую духовную силу, исходящую от меча, висящего у него на поясе.

Большинство артефактов создаются искусственно с помощью зачарований и тому подобного.

Однако иногда предметы, которыми пользовались великие герои, оставившие свои имена в мифах, впитывают фрагменты их силы или духа, становясь приобретенными артефактами.

И без сомнения, Юбеллия никогда в жизни не видела артефакта, излучающего такую чистую духовность.

Это должно быть оружие невероятного героя, чье имя останется в истории.

И он сказал, что унаследовал его от своих покойных родителей.

Юбеллия смогла выдвинуть одну гипотезу на этот счет.

— Последователи Немезиды, должно быть, охотились за семьей героя.

Если это правда, она могла предсказать, почему Иферия пыталась скрыть личность своего единственного кровного родственника.

Из-за непредвиденного несчастного случая, произошедшего в процессе, Иферия и ее муж рано скончались, и остался только этот человек, продолжающий род.

— Я выслушала твою историю. Прости, что беспокою тебя, Арен.

Закончив разговор, Юбеллия поприветствовала парня перед собой еще более вежливым тоном.

— Просто зови меня Арен. К чему эти «-ним» между однокурсниками?

— М-можно мне правда? На самом деле, я впервые называю мужчину по имени без вежливых суффиксов…

От неожиданного предложения она не смогла скрыть минутного смущения.

Все потому, что в Святом Королевстве людей обычно называли «верующий-ним» или подобными титулами.

Особенно учитывая, что она вообще не контактировала с мужчинами, у нее было еще меньше возможностей называть их по имени.

Разве не было бы немного грубо не добавить вежливый суффикс к имени преемника героя?

— Ну, не знаю, как там в Святом Королевстве. Но это определенно академия. Если мы на одном курсе, значит, мы друзья, верно? Точно так же, как я зову тебя Юбеллией, а не Святой.

Но раз он был так небрежен в этом, трудно было не последовать его примеру.

Прежде всего, Юбеллия, как обычная женщина, всегда хотела иметь друга-мужчину своего возраста.

У нее просто не было возможности исполнить это желание.

В конце концов, ее социофобия была не из-за того, что она не любила людей, а симптомом, развившимся из-за отсутствия общения.

— Т-тогда, Арен…

— Да. Возможно, мы еще встретимся, так что рассчитываю на тебя.

— Да, хи…?!

Голос Юбеллии странно дрогнул, когда она попыталась ответить на его приветствие.

Все из-за руки, которую он протянул.

Юбеллия была не настолько глупа, чтобы не понимать, что это значит.

Она лишь смотрела на нее нерешительными глазами из-за строгих правил.

— А, прости. Ты ведь говорила, что тебе нельзя контактировать с представителями противоположного пола?

Возможно, он запоздало вспомнил, что сказал ранее.

Когда он попытался убрать руку с возгласом «ой», Юбеллия среагировала первой.

Хлоп.

— Ааа, нет…! З-здесь не Святое Королевство, а академия! Наверняка Господь позволит хотя бы это!

Затем она начала нести бессвязные оправдания, цитируя слова, которые только что сказал Арен.

Это не могло иметь никакого смысла.

Правила Ордена были настолько строгими, что их нужно было соблюдать всегда и везде.

Однако правила иногда нужно гибко менять в зависимости от ситуации.

Отвергнуть приветствие преемника героя, защитившего континент, только из-за правил было бы слишком жестоко, не так ли?

Вот почему она протянула руку.

— Вот как? Ты гибкий человек.

— Т-точно…!

Видя, что он проявляет понимание, Юбеллия тайком вздохнула с облегчением.

— Хи-хи…

Затем она невольно издала глупый смешок от ощущения мужской руки, которое испытывала впервые в жизни.

Вопреки распространенному мнению, что мужские руки мягкие, его ладонь была мозолистой и довольно грубой.

Но раз уж она впервые держала мужчину за руку, такие мелочи не имели значения.

— Я наконец-то держу парня за руку…!

Она была выбрана Святой еще в раннем возрасте и думала, что умрет, так и не подержав мужчину за руку, но, к счастью, всё оказалось иначе.

Даже если ее когда-нибудь накажет Господь, Юбеллия была полна решимости насладиться этим моментом, и она перебирала пальцами руку парня перед собой.

Как только Юбеллия вернулась в свою комнату, она тут же попыталась связаться со Святым Королевством.

Она опасалась, что не сможет дозвониться, ведь Святая Королева — человек крайне занятой, но, к счастью, соединение установилось быстро.

Увидев в магическом кристалле пожилую женщину с седыми волосами, Юбеллия вежливо поприветствовала её.

— Вы пребываете в покое, Святая Королева Сонха? — Эта старуха в добром здравии. Но что привело тебя ко мне, Юбеллия-ним?

Вероятно, та почувствовала неладное, ведь Юбеллия воспользовалась не тем кристаллом, что выдали в академии, а личным, подаренным самой Королевой перед отъездом.

Юбеллия, встретившись взглядом с чуть прищуренными глазами собеседницы, спокойно перешла к делу.

— Если вкратце, думаю, я нашла преемника Героя. — …Уже? Это очень быстро. Прошло не больше двух месяцев.

Максимум два месяца.

Для неё это время тянулось целую вечность.

Пробормотав это про себя, она продолжила:

— Да. Он настолько примечателен, что я быстро его вычислила. Пока не могу утверждать наверняка, но уверена процентов на девяносто. — Если ты так считаешь, значит, так оно и есть. Но для верности: что именно натолкнуло тебя на эту мысль? — У него есть меч, который, предположительно, является наследием Героя. И, что важнее всего, он, кажется, с рождения обладает той колоссальной магической силой, что была у неё при жизни.

Вдобавок Юбеллия тщательно перечислила детали, которые могли служить косвенными доказательствами: инциденты, в которые он попадал после теста на распределение, и его выступление на межфакультетских соревнованиях.

Когда она закончила, лицо Мариетты просияло от радости.

— Ох, вот оно что. В этом он очень похож на Героя. — Похож? В каком смысле? — Хе-хе, я слышала, что Герой тоже постоянно ввязывалась в неприятности при жизни. Но она всегда оказывалась в центре событий и всё решала. — Видимо, кровь не водица. — Именно так.

Это не было стопроцентным доказательством.

Но, возможно, потому что обе они были в какой-то мере уверены, этот факт ощущался как окончательное подтверждение того, что перед ней преемник Героя.

— И что же он за человек, этот преемник? — Хм, честно говоря, с виду и не скажешь, что он преемник Героя. Довольно миловидный мужчина.

Благодаря тренировкам с мечом он обзавелся мышцами, но это не отменяло того факта, что он выглядел несколько утонченным и хрупким.

Он словно невольно вызывал желание защитить его, но сила, читавшаяся в его глазах, создавала странный контраст, придавая ему загадочности.

Когда Юбеллия честно поделилась впечатлениями, глаза Мариетты округлились.

— Ого, это поистине удивительно. Как можно подвергать такого хрупкого юношу столь суровым испытаниям? — Но, к счастью, он не кажется слабым. У него, похоже, довольно твердый характер. Словно сорняк, выросший на обочине. — Интересное сравнение. Герой была такой же.

В конце концов, Герой Айферия тоже выросла в довольно бедной семье простолюдинов и всего добилась сама.

Если этот парень прошел похожий путь, то неудивительно, что его характер закалился подобным образом.

Юбеллия немного переживала, что он может не подойти на роль Героя, будучи мужчиной, но, похоже, это были пустые опасения.

— Тогда когда я смогу вернуться?

Тем временем Юбеллия, воодушевленная тем, что миссия наконец-то выполнена, задала самый волнующий её вопрос.

Она спрашивала о дате возвращения на родину.

Изначально её миссия заключалась лишь в поиске преемника, так что причин оставаться в академии больше не было.

Конечно, академия — место неплохое, но разве есть что-то комфортнее родного дома?

Она мечтала покончить с жизнью, в которой постоянно приходится ходить по улицам, вздрагивать от каждого шороха и прятаться по углам, если кто-то чужой решит с ней заговорить.

— Вернуться? О чем ты говоришь? — …Простите?

Однако в ответ, словно ледяной водой, прозвучал полный сомнения голос Святой Королевы.

— Хотя человек, предположительно являющийся преемником Героя, и объявился, еще слишком рано делать выводы. Конечно, эта старуха не сомневается в твоем чутье, но нам необходимо понаблюдать за ним подольше. — … — Поэтому, хоть это и доставит тебе неудобства, я надеюсь, что ты останешься там на некоторое время и присмотришь за ним. Если он окажется в опасности или свернет на неверный путь, я надеюсь, ты направишь его, даровав свет.

Хотя она и облекла это в изящную риторику, свойственную верующим Церкви Света, по сути, это означало дополнительное задание.

— Сверхурочные!

Юбеллия пришла в отчаяние.

В Святом Королевстве у неё всегда был помощник, который ровно в четыре часа вечера напоминал: «Святая, пожалуйста, вернитесь и позаботьтесь о своем здоровье».

Здесь же нет установленного рабочего графика, так что даже контракт теперь кажется бессмысленным.

Когда она только приехала в академию, миссия звучала как «Найди преемника Героя», почему же теперь она превратилась в «Найди преемника Героя и разгребай его проблемы»?

— П-подождите! Это совсем не то, о чем мы договаривались…! — Ох, боже, кажется, кристалл совсем старый. Вдруг перестала слышать твой голос. Свяжусь с тобой, как только раздобуду новый. — Святая Королева Сонха…?!

Она уже была готова повысить голос и начать спорить, чего никогда не делала раньше, но не смогла одолеть умудренную опытом Королеву, прожившую как минимум втрое дольше неё.

Святая Королева, явно притворяясь, собиралась отключить связь.

— Ах, и еще: не обязательно строго следовать правилам, можешь общаться с ним непринужденно. Ты такая чистая душа, должно быть, тебе было трудно даже заговорить с ним. — …

Она произнесла последние слова и без колебаний прервала связь.

Нет. Я уже держала его за руку.

При мысли о том, что это был первый раз, когда она коснулась мужской руки, она забыла о своем титуле Святой, и её женские инстинкты взыграли, словно у зверя.

Она даже долго терла его ладонь, из-за чего ловила на себе косые взгляды.

Её беспомощный монолог эхом отозвался в тишине над погасшим кристаллом.

Так.

— …О, Господи.

С пронзительным чувством тщетности бытия она обхватила голову руками и повалилась на кровать.

Она не хотела делать абсолютно ничего.

И хотя она и так ничего особенного не делала, теперь ей не хотелось делать что-либо с еще большей силой.

Сю-ю-ю…

Может, поэтому?

Она даже не заметила, как за окном промелькнула тень, и провалилась в глубокий сон. *** — Мяу.

Два дня спустя.

Черный кот, бродивший по территории академии, перемахнул через ограду и оказался снаружи.

Он не скитался бесцельно, как обычные бродячие коты, а уверенно начал карабкаться по крутой горной тропе, словно его там кто-то ждал.

— …Ты пришла.

Пф-ф-ф.

Как только кот встретился взглядом с женщиной, сидевшей на толстой ветке каштана и смотревшей вниз, он сделал сальто назад.

В тот же миг вокруг тела кота заклубился слабый дым.

Когда дым рассеялся, на его месте появилась женщина с темно-синими волосами и повязкой на одном глазу.

— Капитан, прошу прощения за опоздание!

Женщина, сидевшая на дереве, жестом велела подчиненной, опустившейся на одно колено, подняться.

— Ничего, Рена. Но ты молчала два дня. Удалось что-нибудь узнать? — Да! Похоже, наши ожидания были ошибочными. — Ошибочными? Что ты имеешь в виду? — Преемник Героя — не тот мужчина, на которого мы указывали изначально. — Что…?!

Услышав неожиданную новость, женщина нахмурилась и спрыгнула с дерева на землю.

— Это был не парень по имени Тео? — Похоже, что так. — Этого не может быть! Он должен был быть из того же места, где в последний раз исчезла эта сука Айферия. Были даже сведения, что он использовал «Регрессию корней», которой владел её муж!

Регрессия корней — это сила мужа Айферии, Лукаса Молдвина, о которой почти никто не знает.

Она буквально отменяет само явление, произошедшее в реальности, так, будто его никогда и не было.

Разумеется, за это приходится платить огромную цену, ведь это сила, сравнимая с божественным чудом, но именно благодаря ей Лукас смог внести огромный вклад в победу своей жены над Немезидой, величайшей преступницей в истории континента.

Ходили слухи, что среди тех, кто был на поле боя, многие считали, что на самом деле именно её муж Лукас, а не Герой Айферия, победил Немезиду.

И один из их информаторов сообщил, что видел человека с осколком этой силы.

Этим человеком был студент по имени Тео.

— Пожалуйста, подумай хорошенько, капитан. В конце концов, деревенщины — это те, кто меняет свои базы ради куска хлеба. Не думаю, что нам стоит так сильно привязываться к этому проклятому месту происхождения. — Тогда что это была за сила? — Мы смотрели на это слишком узко. Как мы могли безрассудно предположить, что это Регрессия корней, только потому, что он исцелил одного раненого по пути в академию? — Хм…

Видя, как её начальница потирает подбородок, всё еще сомневаясь, женщина продолжила убеждать её, не жалея сил.

— Если исключить всё это, остается лишь то, что у него похожий цвет волос и глаз, и что он носит кольцо, похожее на то, что носил Герой. — Хм…?

Разве этого недостаточно для подозрений?

У неё возник закономерный вопрос, но раз подчиненная говорит так уверенно, значит, у нового кандидата есть что-то более весомое.

— Тогда кто новый кандидат? — Мужчина по имени Арен. — Кажется, я слышала о нем. Это тот самый студент, который победил ученика Повелителя Магической Башни?

Она слышала, что он начал обретать известность с самого начала обучения как единственный студент мужского пола на факультете рыцарей.

— Именно. И Святая подтвердила, что он — преемник Героя. — Святая…?! — Похоже, она с самого начала поступила в академию ради этого. Я слышала, как она докладывала об этом Святой Королеве собственными ушами, так что этому можно верить.

Вот оно что.

После слов подчиненной женщина наконец почувствовала, как пазлы, разбросанные в её голове, сложились в единую картину.

Теперь понятно. С самого начала она не могла понять, зачем Святой понадобилось ехать в академию.

Значит, она тоже искала преемника Героя.

Как и ожидалось от стариков из Святого Королевства: снаружи они делают вид, что заботятся лишь о порядке, а за кулисами творят всякие раздражающие дела, которые считают хлопотными.

— Если так считает Святая, значит, это правда. Я слышала, что глаза Святой из поколения в поколение обладают таинственной силой видеть души людей насквозь. — Значит, это были не просто беспочвенные слухи, распускаемые церковью? — Именно так. — Вот оно что!

Чувствуя, как новая информация сцепляется, словно шестеренки, обе довольно улыбнулись.

Если бы не эти сведения, они бы по ошибке приняли не того парня за преемника Героя и провалили бы великое дело.

Вот насколько важен сбор информации!

— Но, капитан, кажется, выполнить великое дело в ближайшее время будет сложно. — Почему? — Согласно расследованию последних двух дней, вокруг него крутится немало шишек. От старшей дочери семьи Бронхейм до второй принцессы Королевства Руэндель и любимой ученицы Повелителя Магической Башни. — Тц, кровь Героя притягивает власть. В этой поговорке нет ни капли лжи.

Было досадно, но в то же время это принесло облегчение, ведь это было доказательством того, что она может быть еще увереннее.

Если бы не такая особенная черта, с чего бы таким важным персонам липнуть к деревенщине?

— Ладно. Пока подождем подходящего момента. — Поняла.

Сю-ю-ю!

Фигуры двух женщин, закончивших разговор, мгновенно исчезли. *** — Эхе-хе-хей.

Тео, приняв душ, сегодня снова вернулся в свою комнату, напевая под нос.

Я безучастно смотрел на него, как вдруг заметил кольцо на его руке и спросил невзначай:

— Эй, Тео. — Да, ты меня звал, Арен? — Слушай, ты всегда носишь это кольцо, даже когда принимаешь душ. Это какая-то ценная вещь? — А… Это?

Он слегка удивился моему вопросу и неловко кивнул.

— На самом деле, это память о моей покойной матери. — Понятно. Этого достаточно, чтобы всегда держать его при себе. — Да, именно так.

Если подумать, он говорил, что его родители скончались, как и мои.

Как и подобает главному герою, у него своя глубокая семейная драма, так что я невольно проникся к нему сочувствием.

В конечном счете, неделя пролетела в легком беспокойстве, так как я толком не разобрался, зачем в тот день ко мне приходила Святая.

— Аа, привет. Какое совпадение, Арен. — …Ага.

Она до сих пор думает, что я не замечаю, и время от времени появляется передо мной под предлогом случайной встречи. Кто-то мог бы сказать, что это и правда совпадение, а я просто слишком мнителен. Но когда сталкиваешься с кем-то как минимум пять раз в день в самых неожиданных местах, думаю, любой здравомыслящий человек поймет, что это не случайность. Впрочем, никакой явной неприязни она не проявляет, лишь болтает пару минут и исчезает, так что я решил просто не обращать на это внимания.

И вот, ровно через неделю, в Академии вновь появилось знакомое лицо.

— Бухуааа! — Давно не виделись, Леди.

Я с довольной улыбкой наблюдал, как розовые волосы, встреченные мною по пути на занятия, колышутся в такт пышным формам, и слегка поаплодировал Леди. Верно. Наша Леди наконец-то отбыла неделю наказания и заточения и вернулась в Академию. Я пытался навестить ее в общежитии, но по какой-то причине Леди яростно отказывалась, заявляя: «Я не могу позволить Арену войти в такое место!», так что сегодня мы встретились впервые.

— Ты как? Щечки, кажется, стали чуть пухлее. — Правда? Может, это потому, что я так хорошо питалась! Горничная, должно быть, пожалела меня и каждый вечер приносила поздний ужин. — О, о тебе заботится хороший человек.

Так ухаживать за нашей Леди — для меня она просто благодетельница. Если представится случай, обязательно нужно будет отблагодарить ее чем-нибудь.

— А ты как, Арен? — Я? Да как обычно. Без Леди было скучновато. Каждый раз обедаю с Тео, и это как-то тоскливо. — Эх, правда? Ведь Арену так нужно мое присутствие!

Леди выдала довольно милую реплику, подразумевая: «Конечно, мне ведь тоже нужен Арен рядом!». Я переживал, что она может пасть духом после недели взаперти, но, к счастью, это были пустые тревоги. Она выглядит даже энергичнее, чем раньше. Что ж, это к лучшему.

— Кстати, есть какие-нибудь новости в Академии? Я была отрезана от внешнего мира, мне любопытно. — Да особо нет. А, слышал, через десять дней промежуточная аттестация. — Понятно. Уже аттестация, время летит незаметно.

Обычно реакция нормального студента на слова «аттестация» или «экзамен» — это крик отчаяния. Но Леди, будучи заклинателем духов и лучшей ученицей, это, похоже, ничуть не трогает. Наблюдая, как она просто заканчивает разговор фразой «Надо хорошенько подготовиться», я в очередной раз убедился в ее величии. Если подумать, у Нериэль была похожая реакция. Тц, вот такие они, отличники. А видели бы вы, какой хаос творился в нашем классе, когда объявили об аттестации. Вот это — нормальная реакция обычного студента.

— Не знаешь, какой будет формат? — Слышала, разделят на письменный и практический экзамены. Нам сказали программу и расписание письменного, а вот что будет на практике — полная загадка. — Тогда, может, объявят в день экзамена, как в прошлый раз при распределении по классам? Будет весело.

Видя, как Леди сияет от предвкушения, я не смог сдержать смешка. Обычно такое «веселым» не называют, верно? Если присмотреться, в нашей Леди тоже скрыто легкое безумие.

— Хорошо тебе, Леди, ты такая беззаботная. У меня уже голова болит от одной мысли о письменной части. — Почему? — Да потому что теория — это полный провал. К чему нам столько учить, если мы даже не на факультете магии или духов?

Поскольку Тео с магического факультета живет со мной в одной комнате, я иногда вижу его учебники. Каждый раз, глядя на них, я понимаю, что принял верное решение, не пойдя на магический. Но проблема в том, что в теории рыцарского факультета полно вещей, которые мой мозг отказывается переваривать. Например, экология монстров, основы тактики, история и понимание войн, и даже изучение строения тела и миологии — заставляет сомневаться, точно ли это рыцарский факультет? Нет, даже если принять все остальное, зачем нам знать анатомию мышц? Разве это не должны учить те, кто специализируется на целительной магии?

— Разве недостаточно просто зазубрить? Если выучить учебник от корки до корки, проблем быть не должно. — Пожалуйста, не суди по своим стандартам, примени их к обычным людям. От этого я чувствую себя ничтожеством. — О, хорошо? Прости.

Леди тут же извинилась, когда я огрызнулся с непривычной для себя злостью. Нет, ну какой нормальный человек зубрит весь учебник ради экзамена? Это не тонкая брошюрка, как те, что я читал в старшей школе, это толстенный талмуд, как юридический справочник. Впрочем, я никогда не воспринимал его как книгу. Это просто отличное тяжелое оружие на случай экстренной ситуации.

— Так что я просто выберу один вариант ответа для всего и буду спать. — А как же эссе?! — Да кому какая разница.

Но, к счастью, у меня есть чит-код. Общий навык всех экзаменуемых — угадывание. В конце концов, я не собираюсь становиться лучшим учеником. И у меня нет такого жгучего желания сбежать из Класса Ц, как у некоторых наших ребят, так что нет нужды выкладываться на полную.

— И все же, давай постараемся. Я не хочу, чтобы Арена недооценивали только из-за того, что он в Классе Ц. — Эх…

Но эта Леди снова заставляет меня чувствовать слабость. Я бы не знал, что ответить, если бы она начала давить авторитетом в духе: «Как мой личный рыцарь может быть таким!». Но она говорит, что ей грустно из-за моего положения в Классе Ц, так что возразить нечего.

— Если не получится, есть вариант попросить кого-нибудь о помощи. — Даже если ты так говоришь…

К сожалению, большинство ребят из нашего Класса Ц сосредоточены на практике, так что знатоков теории среди нас нет. Даже Теуриси, которую считают лучшей в классе, вечно спит на уроках. Есть одна рабыня, которая могла бы помочь и у которой светлая голова, но она с другого факультета, так что ситуация неоднозначная. Придется идти в Класс А или хотя бы в Класс Б, чтобы найти тех, кто силен в теории…

— А! — Хм? Что такое, Арен? — У меня появилась отличная идея.

…Точно. Этот человек ведь был там. Почему я до сих пор об этом не подумал? Я горько усмехнулся, осознав, что сам был дураком. Кажется, выход найден. *** После уроков.

Сильбена по какой-то причине была не на тренировочной площадке, как обычно, а сидела одна в классе, уткнувшись в книгу. Поскольку скоро промежуточная аттестация, она решила уделить время теории, в которой чувствовала пробелы, а не практическим навыкам.

— Уин, Брон’емон…! — ……?!

Вдруг дверь тихого класса с грохотом распахнулась, и на пороге показалось знакомое лицо. На ее лице, обычно сохранявшем невозмутимое выражение, промелькнуло легкое потрясение. Она была сбита с толку, ведь к лицу, которое она хорошо запомнила, добавилось выражение, которого она никогда раньше не видела.

— Что привело тебя сюда? — Ты даже не отреагировала, увидев этот позор. — Я была немного удивлена. Редко увидишь тебя с таким плачущим лицом.

Когда она попыталась вернуть самообладание и ответить как обычно, собеседник, напротив, смутился. Арен, незваный гость, нарушивший одиночество Сильбены, молча показал кожаную сумку, висевшую у него на плече. Она была такой толстой и раздутой, что казалась вот-вот лопнет — интересно, что он туда напихал.

— Знаю, это ужасно навязчиво, но не могла бы ты меня немного подучить? — Из-за письменной аттестации? — Ага. Ну, я собирался просто выбрать один вариант ответа и спать, но теперь у меня пятки горят. — Студент Академии Телеос, и вдруг такое придумал.

Обычно люди скрипят зубами и бьются за каждый балл. Это безнадежное поведение было абсурдным, но с другой стороны, это было так похоже на него, что она невольно улыбнулась.

«Должно быть, это из-за Ростайл».

Сильбена быстро догадалась, почему он вдруг изменил свое решение. Она давно поняла: если кто-то и может на него повлиять, то это не сам Арен, а Тиа Белль Ростайл. Странное чувство сожаления кольнуло ее, когда она повторила этот факт про себя. Сильбена и сама не могла понять, почему.

— Я не против помочь, но ты пришел с пустыми руками? — Э… Может, мне станцевать для тебя или что-то в этом роде? — Это было бы зрелище. Но я хочу попросить о другом. — Проси о чем угодно. У меня все равно нет никого, кроме тебя, Герцогиня.

«Проси о чем угодно». Это не те слова, которые мужчина должен легкомысленно бросать женщине. Она задалась вопросом, что бы он сделал, если бы она попросила о чем-то более дерзком.

«Хочется его немного подразнить, но пока придержу коней».

Решив сдержаться, она озвучила свою просьбу парню, сидевшему рядом.

— Ничего особенного. Просто хочу, чтобы ты называл меня по имени. — По имени? Я не против, но ты уверена?

Неужели просьба оказалась проще, чем она думала? Он выглядел довольно мило, почесывая щеку широко раскрытыми глазами.

— Это все, что мне нужно. Попробуй для пробы. — Тогда, Сильбена… Можно тебя так называть? — Было бы лучше отбросить и формальности. — Понял. Тогда буду звать тебя Сильбена. — Хе-хе, ты всегда умеешь удивить. Мне нравится.

Даже студенты из ее класса, довольно близкие к ней, вечно добавляют вежливые суффиксы. Даже если она просит обращаться к ней проще, они машут руками: «Как я смею…!». Даже те, кто знатного происхождения, ведут себя так, но он, выходец из простолюдинов, общается с ней так легко. Должно быть, это означает, что между ними есть некая внутренняя близость. Этот факт заставил ее почувствовать гордость, и она невольно рассмеялась. Ей бы хотелось, чтобы он вообще не использовал формальности, но, вероятно, это из-за близости к Тиа Белль Ростайл, его госпоже. Она решила постепенно добиваться этого в будущем, а сегодня — ограничить свои аппетиты.

— Тогда, раз уж мы начали, Сильбена, зови и меня по имени. — Э, эм?

Ее лицо застыло от неожиданности — редкое зрелище, когда прилетает ответная контратака.

— Ты всегда обращаешься ко мне через местоимения. Попробуй вслед за мной. Арен. — А, нет. Мне не обязательно… — Ну же, чего ты? Будет неловко, если только я буду звать тебя по имени. — Кхы-ы…

Надо же, какой неожиданный выпад. Для той, кто никогда не называла мужчину по имени, это было довольно сложной задачей. Но в его словах не было ничего предосудительного, так что оправдание для отказа звучало неубедительно.

— А… Арен…? Так пойдет? — Кья, отлично. Вот. — ……? А.

В конце концов, когда она впервые выдавила из себя его имя, его лицо просияло, и он внезапно протянул правую руку. Она растерянно моргнула, не понимая, что это значит, и в памяти всплыли события межфакультетских соревнований. Только тогда она поняла его намерение и осторожно коснулась его ладони своей.

Пах-

— Если подумать, у Сильбены довольно большие руки. — Это семейное. У моей матери тоже большие руки.

Обычно женские руки чуть больше мужских. Среди них руки Сильбены были особенно крупными. Арен, с любопытством разглядывавший их, непринужденно завел разговор.

— О, правда? Давай сравним. У меня тоже довольно большие. — Погоди…?!

Затем, словно не собираясь отступать, он без колебаний протянул руку вперед. Сильбена, чья рука внезапно коснулась его, не могла заставить себя встретиться с ним взглядом. Психологически это было гораздо сложнее, чем просто дать «пять». Тепло, скрытое за его ладонью, которое нельзя было увидеть, но которое явно ощущалось, заставило ее сердце биться чаще.

— Ого, твои определенно больше моих. — Ну, это потому, что ты мужчина…

Сильбена почувствовала вину, когда он чистосердечно воскликнул это, словно давая понять, что у него не было никаких иных намерений. Этот мужчина всегда такой? Так непринужденно кладет руку на женскую ладонь.

— Ты… ты так же делаешь с другими женщинами? — Прости? — Я имею в виду, ты так же легко хватаешь других женщин за руки?

Если быть точной, он не хватал, а просто положил руку на ее. Но с точки зрения Сильбены разницы не было, поэтому она спросила именно так, а Арен ответил невозмутимо:

— Эй, нет, конечно. Я делаю так только с Сильбеной. — ……?!

Это было лишь потому, что он никогда не видел женщин с такими большими руками, как у нее, поэтому она была первой, кого он пригласил сравнить руки, но… Поскольку основной смысл, который должен был быть в середине, отсутствовал, с точки зрения Сильбены это прозвучало как очень смущающий комментарий.

— Ну, начнем заниматься? Прости, что отнимаю у Сильбены время. — Д-да, давай.

Сильбена почувствовала странное сожаление, наблюдая, как он убирает руку и достает книгу, словно ничего не произошло, хотя только что так сильно взбудоражил ее сердце. К счастью, после этого подобных опасностей не возникало, так что частный урок прошел относительно успешно.

После десяти дней повторения этой рутины Сильбена лишь горько улыбнулась, подумав: «Что ж, на этот раз достаточно», глядя, как он ярко улыбается, вернувшись с довольно хорошим результатом за письменный экзамен.

Промежуточная аттестация (2)

Благодаря помощи Сильбены мне удалось благополучно пережить письменный экзамен.

Пусть я едва набрал проходной балл «С», необходимый для пересдачи, для меня такой результат стал свидетельством поразительного прогресса.

Благодаря этому я хотя бы смог сохранить лицо перед Леди.

Нужно будет позже отдельно поблагодарить Сильбену.

— О, Нериэль. Давно не виделись? — Ага, прошло немало времени. Я была уверена, что ты провалишь письменный экзамен и будешь ходить подавленным, но, похоже, ошиблась?

Наконец настал день практической аттестации.

Когда все первокурсники собрались в одном месте для перемещения, я заметил знакомое лицо и радостно поприветствовал её.

Это была Нериэль. Она по-прежнему смотрела на меня с привычной резкостью, но по сравнению с нашей первой встречей её колкости явно смягчились.

Тогда её взгляд был острее и чуть более косым, чем сейчас, а теперь она выглядела как-то покладистее, что ли.

— Я как-то справился. А ты как? — Ну, так себе.

По правилам после экзамена принято интересоваться результатами друг друга, так что я небрежно бросил этот вопрос.

Конечно, я думал, что она справилась отлично, но ответ прозвучал не слишком оптимистично.

Неужели она завалила экзамен?

Я подумал, что даже обезьяна иногда падает с дерева, и посмотрел на неё с искренним изумлением.

— Был описательный вопрос о реконструкции магической формулы, и так вышло, что он был близок к тому, что я исследовала. Я дала ответ, основываясь на своих результатах, но ответственный профессор поставила мне ноль. Если не считать споров по этому поводу, всё прошло неплохо. — …И что в итоге? — Когда я показала ей новую магическую формулу, она быстро убедилась в моей правоте. Ответственный профессор была даже разочарована, что не может поставить мне оценку выше «А+».

Услышав её пояснения, я понял, что зря переживал, и издал нервный смешок.

Видя, как она фыркнула, словно это не было чем-то особенным, я в очередной раз осознал, что мы живём в разных мирах.

Какой ещё студент открывает новую магическую формулу, о которой не знает даже принимающий профессор, и получает за это баллы?

Неужели, чтобы стать любимой ученицей Повелителя Магической Башни, нужно быть именно такого уровня?

— Всем внимание! Сейчас мы немедленно отправляемся к месту проведения испытания! Выстраивайтесь по факультетам и ждите перед порталом перемещения!

Я собирался продолжить разговор, но прогремел властный голос профессора Азеллы, стоявшей в одиночестве на возвышении.

Услышав это, Нериэль развернулась, словно её дела здесь были закончены.

— Тогда я пойду. Что ж, удачи на экзамене, обезьяна. — Ладно, спасибо за поддержку. — Тц, кто сказал, что я тебя поддерживаю?

До самого конца она надувала губы, но я уже выучил её систему общения, так что не придал этому значения.

— Арен, сюда. — А, спасибо.

Вскоре я подошёл к строю факультета рыцарей, где знакомое лицо указало на место рядом с собой.

Это была Сильбена, с которой мы недавно перешли на имена.

Честно говоря, даже после этого я не чувствовал, что мы стали намного ближе.

Хотя мне кажется, что она стала заговаривать со мной чаще, чем раньше.

Ну, может, это лишь мои домыслы.

Кстати, кто те несколько студентов в конце?

Там строй факультета магии, в центре — факультет духов, а здесь — факультет рыцарей.

Они же не могут быть идиотами, которые не знают, куда встать?

— Слушай, Сильбена, ты случайно не знаешь, кто эти студенты? — Должно быть, теологи. Я и сама впервые вижу их вживую. — А, я слышал о них.

Факультет теологии.

Это подразделение занимает совершенно обособленное положение от трёх основных факультетов академии: магии, духов и рыцарей.

Я узнал о существовании этого факультета вскоре после поступления, и на то была причина.

Прежде всего, они не сдают тест на распределение по классам и, в отличие от обычных студентов, живут не в общежитиях, а в небольших резиденциях священников рядом с собором.

Поскольку занятия и приёмы пищи проходят там же, шансов встретить их почти нет.

Святая, с которой я столкнулся некоторое время назад, была первой студенткой-теологом, которую я встретил.

Сегодня промежуточная аттестация для всех, так что им пришлось выйти из тени.

— Дальнейшую информацию об экзамене я сообщу по прибытии на место. Поскольку количество человек, проходящих через портал, ограничено, входите по очереди согласно классам!

Следуя указаниям профессора Азеллы, мы медленно шагнули в портал.

Дзинь-!

Как только десять человек с факультета рыцарей, включая меня и Сильбену, оказались внутри, нас окутал белый свет, и зрение перевернулось. *** Место, куда мы переместились, состояло из песка, скал и античных построек, напоминая древние руины или храм.

Да, атмосфера в точности как в Египте, который я видел в своей прошлой жизни.

Было бы идеально, если бы здесь в качестве декорации висела огромная голова монстра или человека.

Нет, постойте, она там действительно есть.

Хотя детали внешности иные, она возвышается над огромным входом с торжественным выражением лица, словно глядя на нас сверху вниз.

— Что это за место? — Не знаю, я здесь впервые. — Это всё ещё территория академии? — А разве нет? — Археологи были бы в восторге.

Никто из студентов, похоже, не знал подробностей, все были заняты пустой болтовнёй.

Когда студенты выстроились в ряд, профессор Азелла, прибывшая последней, появилась на квадратной песчаной платформе.

— Все знают, что это за место? — Не знаем!

Обычно в такие моменты появляется персонаж-энциклопедия и начинает декламировать историю и предысторию этого места.

Судя по тому, что все хранят молчание или отвечают, что не знают, это место действительно окутано тайной.

— Неудивительно, что вы не знаете.

Если бы это была та профессор Азелла, которую я знал, она бы уже отчитала нас: «Почему никто не поднимает руку!», но сейчас она лишь кивает, словно понимая ситуацию, так что это место действительно засекречено.

— Это место называется Вратами Героя. Если быть точным, изначально у этих руин не было названия, но после того, как их впервые обнаружила Иферия Гён, они получили это имя. — Вы говорите о Герое, когда упоминаете Иферию Гён? — Верно. Врата Героя были так названы, потому что она первой прошла здесь испытание.

Испытание?

Мои брови слегка дёрнулись от этого странного слова.

— После того как зачистка была завершена, это место стали использовать для промежуточной аттестации студентов. Вы сформируете группы по три человека и войдёте внутрь, чтобы пройти тест. — Профессор, в чём именно заключается суть испытания?

Когда одна из студенток подняла руку и задала вопрос, профессор Азелла улыбнулась.

— Это не фиксировано. Врата Героя дают разные испытания в зависимости от времени. Однако студентам сложно справиться в одиночку, поэтому вы будете входить группами по три человека. Сотрудничество в процессе также является критерием оценки.

Понятно, случайный тест.

Как и ожидалось от практической аттестации академии, уровень испытания совсем иной.

— Если вы захотите сдаться посреди теста, вы втроём можете хором прокричать: «Я сдаюсь». Тогда все испытания прекратятся, и вы сможете выйти.

Есть даже предохранитель.

Похоже, тест не такой уж опасный, как я думал.

А я-то нервничал, услышав название «Врата Героя».

— Состав групп был случайным образом определён наблюдателями. Оценки будут выставляться в зависимости от того, сколько врат вы сможете преодолеть. — Ух…! — Пожалуйста, пусть я буду в одной группе с сильным человеком…!

Ого, случайный выбор. Система, напоминающая командные игры, в которые я играл в прошлой жизни.

Групповые проекты и так ужасны, но это — нечто за гранью.

Почти как кибер-партизанская война.

И всё же, если преподавательский состав не идиоты, они не могли сделать структуру полностью случайной.

Готов поспорить, они сделали так, чтобы в группу попал по одному человеку из классов А, Б и Ц.

Это был бы метод, который не нарушил бы баланс.

Дзинь-

Когда профессор Азелла слегка взмахнула жезлом, который держала в руке, в воздухе на полупрозрачном синем фоне появились белые буквы.

[Группа 12] — Рена Бести, факультет магии, класс Б — Арен, факультет рыцарей, класс Ц — Юбеллия Эурил, факультет теологии

Но было одно имя, которое нельзя было игнорировать.

Я повернул голову с мыслью «не может быть» и увидел женщину, идущую прямо ко мне — единственную среди парней, занятых поиском своих групп.

Вскоре девушка подошла и низко поклонилась.

— А-а-а, Арен. П-пожалуйста, позаботься обо мне…! Я не доставлю проблем! — ……

Она поприветствовала меня робким тоном, который был мне слишком хорошо знаком.

Надо же, оказаться в одной группе со Святой.

Что ж, она Святая, так что обузой не станет. Будем мыслить позитивно.

А та девушка с тёмно-синим каре, идущая следом, — третий участник?

— Привет. Я Рена Бести. Приятно познакомиться. — И мне приятно.

Я думал, у неё суровый характер, раз она носит повязку на глазу, но она неожиданно первой пошла на контакт.

Когда я протянул руку для рукопожатия, она крепко её пожала.

— Кстати, как тебя называть? Бести? — Просто Рена. Мы же коллеги, которым предстоит вместе страдать целый день.

Я спросил с осторожностью, ведь многие злятся, если их называют по имени при первой встрече.

Она кивнула, разрешая обращаться к ней по имени.

Мне понравилась её прямота.

— Я буду защищать вас всех, так что не волнуйтесь…! — Я удивился, когда услышал имя, но ты действительно Святая. Для меня это честь. — Мими, поверь мне…!

У Святой робкий характер, но мотивации хоть отбавляй.

А третья — маг, который компенсирует наши недостатки.

Дальний бой, ближний бой, целитель. Идеальная группа.

— Тогда все, входите внутрь! — Есть!

Вскоре после команды профессора Азеллы все студенты вошли через огромный вход, который был как минимум в два раза больше главных ворот академии.

Кур-р-реу…!

— А?

В этот момент по всей земле прокатилась едва уловимая вибрация.

Я только подумал, что началось землетрясение, как статуя, похожая на оборотня, висящая под потолком руин, излучила красный свет.

— О вы, что ищете просветления, стремитесь ли вы пройти через эти врата? — Я — тот, кто защищает судьбу между богами небес и людьми. — Я испытаю вашу храбрость, вашу мудрость и ваше боевое мастерство. — Готовы ли вы выдержать вес героя, заключённый в моих вопросах?

Статуя поприветствовала нас торжественным голосом, совсем не похожим на радушный приём.

Так когда мы уже войдём?

А, у меня задница чешется.

Рена Бести.

Она — член Молчаливой Свиты, группы, следующей за Немезидой, самым гнусным черным магом, погрузившим континент в пучину ужаса.

В числе прочих задач ей и её соратникам было поручено разузнать в академии информацию о родословной Героя.

Все дело в том, что для его воскрешения кровь того самого проклятого Героя, что отсек ему голову, была жизненно необходима.

«Тц, тупая сука. Из-за неё я теперь тоже страдаю».

Губы Рены искривились, пока она холодным взглядом осматривала место испытания.

Изначально вместе с ней в академию проникла ещё одна соратница.

Но, возможно, из-за того, что её преданность господину была слишком велика…

Основываясь на фактах, которые на тот момент ещё не были подтверждены, она попыталась притащить парня по имени Арен, предположительно являвшегося наследником Героя, во время теста на распределение по классам, но потерпела неудачу.

В итоге, не считая лидера, который сейчас ждал снаружи, она осталась единственной, кто носился вокруг как безумная.

Серьезно, какая же бесполезная тварь.

«Но неважно, я как-нибудь справлюсь сама».

Рена внутренне усмехнулась, глядя на черноволосого мужчину рядом с собой.

Как член Свиты, она знала содержание практического экзамена, поэтому её манипуляции с распределением по группам сработали эффективно.

Вообще-то ей, чьей основной задачей была слежка, не нужно было так сильно светиться.

Но сейчас ситуация изменилась.

В дело вмешалась Святая Королева, и Святая начала действовать.

Появилась причина следить за ним пристальнее.

«Цель — оставаться как можно незаметнее и благополучно завершить тест».

Ей совсем не хотелось слишком долго находиться рядом с объектом своей слежки.

Закончить всё как можно быстрее и вернуться.

На данный момент она решила сосредоточиться только на этом.

Пока всё шло по плану, так что беспокоиться было не о чем.

С этой мыслью она и вошла внутрь.

Конечно, так оно и должно было быть.

Что, черт возьми, это такое?

— Докажи свою искренность. Лжеца постигнет божья кара.

Рена остолбенела, глядя на львиную голову перед собой и надпись, высеченную на каменной табличке над ней.

И вовсе не потому, что она не знала, что это.

Если ты не идиот, не прочитавший ни одной книги, ты поймешь, что это так называемые Уста Истины.

Это крайне мерзкая штука: нужно просунуть руку в пасть льва и ответить на вопрос, и если ответишь лживо — она отсечет тебе кисть.

«Что это?»

«А, это, должно быть, Уста Истины».

К несчастью, похоже, тот самый идиот, не читающий книг, оказался рядом с ней.

Впрочем, для Рены это было не главное.

Важно было то, почему эта штука здесь оказалась.

«Разве был такой тест?»

Во Вратах Героя случайные испытания даются по умолчанию, но у них есть своего рода генеалогическое древо.

Например, выбираешь одну из десяти категорий, и тебе предъявляют задачу.

И она знала содержание всех тестов, которые могут встретиться во Вратах Героя.

Включая то, где именно находится каждый из них, какой процесс он предполагает и как на него отвечать.

Но что это за чертов тест, который она видит впервые?

— Уста Истины?

— Да. Ты просовываешь сюда руку и отвечаешь на заданный вопрос. Если ответишь лживо или попытаешься сдаться и выдернуть руку, пасть захлопнется и отрубит тебе конечность.

— Что, это же просто. Нужно просто быть честным, верно?

— Именно. Это более простые врата, чем я думал.

— Это для вас всё просто!

Рена мысленно огрызнулась, слушая дружелюбную беседу этих двоих.

Для обычных студентов это пустяк.

Даже если всплывет какой-нибудь неловкий вопрос, они могут просто притвориться, что не знают, и ответить правдиво.

Более того, в случае со Святой лгать было бы ещё сложнее.

Но для Рены, которая изначально не была обычной студенткой, сложность возрастает в геометрической прогрессии.

А они не понимают, что происходит, и болтают что хотят, потому что это не их проблема.

Это просто прискорбно.

— Т-тогда я пойду первой.

— О-о, как и ожидалось от Герцогини!

Как бы то ни было, Юбеллия смело шагнула вперед и, не колеблясь, сунула руку в пасть льва.

— Святая Юбеллия Эурил, сомневалась ли ты когда-нибудь в существовании Господа Бога?

— О, вопрос меняется в зависимости от того, кто просовывает руку? Это удивительно.

— Д-да. Я немного удивлена.

«Я в пизде!»

В отличие от этих двоих, которые щебетали так, будто нашли что-то потрясающее в туристической поездке, Рена с трудом подавила желание схватиться за голову и отчаянно боролась с собой.

Если бы попался какой-нибудь обычный вопрос, вроде «Когда ты в последний раз мочилась в постель?», ещё была бы надежда.

Похоже, эта штука считывает сущность того, кто просунул руку, и задает вопрос, подогнанный специально под него.

Человек, который только что испытал это на себе, и мужчина, наблюдавший со стороны, реагировали так, будто это нечто изумительное.

С точки зрения Рены, это было не что иное, как отчаяние.

— Нет. Я ни капли не сомневаюсь.

— Это истина.

Дре-ре-ре…!

Как только Юбеллия решительно произнесла слова отрицания, львиная пасть, которая была приоткрыта, со звуком распахнулась.

Это означало, что сказанное — правда.

— Фух, я прошла.

— Ладно, теперь моя очередь.

Юбеллия, которая втайне немного нервничала, даже отвечая, погладила себя по груди и отступила назад.

Затем Арен смело просунул руку.

— Арен, доволен ли ты миром, в котором живешь сейчас?

— …Ху.

Рена сузила глаза, когда Арен издал тихий возглас в ответ на последовавший вопрос.

Если бы такой вопрос задали обычному человеку, это был бы просто банальный интерес вроде «Доволен ли ты своей нынешней жизнью?».

Но если он — потомок Героя, то восприятие этого вопроса будет иным.

Возможно, Арен тоже осознал этот момент и воскликнул.

Рена предположила именно это.

— Да. Ну, жизнь не всегда приносит полное удовлетворение… Но, по крайней мере, сейчас я доволен.

Дре-ре-ре…!

Как только Арен небрежно ответил, фыркнув, львиная пасть снова со звуком открылась.

— Ладно, Рена. Твоя очередь. Давай закончим с этим поскорее и пойдем к следующим вратам.

— У-у…

Затем он легко развернулся, похлопал Рену по плечу и прошел мимо.

Рена, оставшаяся одна перед львиной головой, могла лишь скрипеть, словно сломанная кукла.

«Что мне делать? Неужели я правда должна это сделать?»

Если она не просунет руку, очевидно, что она поймает на себе косые взгляды этих двоих, которые уже справились с заданием.

Может, попросить их согласия и сдаться на полпути?

Да и с какой стати им соглашаться?

«Но какой вопрос мне выпадет?»

Стоило ей просунуть руку, как сцены, виденные ранее, начали её беспокоить.

Похоже, эти Уста Истины читают жизнь человека и находят самый подходящий вопрос, бьющий в самую суть.

Что, если Уста Истины спросят: «Являешься ли ты членом Молчаливой Свиты?»

«Даже представлять не хочу».

В этот момент она уже будет покойницей.

Она колебалась, чувствуя, как по спине течет холодный пот.

— Эй, ты. Чего ты так боишься, малышка? Что, боишься, что спросят о ком-то, кто тебе нравится? Я сохраню это в секрете, так что просто суй руку.

— П-подожди минутку…!

Этот бестолковый наследник Героя грубо схватил её за запястье и запихнул руку в львиную голову как есть.

Это было похоже на: «Войти можешь когда угодно, а вот выйти — нет».

Она почувствовала, как устройство со всех сторон сжимает её руку.

— …Блять.

— А? Что ты сказала?

Даже она, уверенная в своем самообладании перед другими больше, чем кто-либо, в этот момент не смогла сдержать ругательство.

К счастью, единственным утешением было то, что это не дошло до ушей этих двоих.

— Нет. Ничего.

— Вот как?

Она заставила себя вернуть самообладание и беззаботно улыбнулась.

Но сердце уже колотилось так, будто готово было взорваться.

«Пожалуйста, пожалуйста. Обычный вопрос».

Вспоминая студентов, засыпавших сложными вопросами нового профессора, который недавно на мгновение показался в Классе Б, Рена надеялась, что теперь эти вопросы посыплются на неё.

Кто твоя первая любовь, есть ли у тебя кто-то на примете, замужем ли ты, сколько ты зарабатываешь?

Если подумать, большинство из них были связаны с романтикой, но плевать.

Во всяком случае, для неё, у которой даже не было сладко-горькой первой любви, не говоря уже о романах, это был легкий вопрос.

И, возможно, эта мольба достигла небес.

— Рена Бести, кто тот человек, который в последнее время наиболее сильно занимает твои мысли?

— О, это правда вопрос о романтике?

— Н-не волнуйся, мисс Бести. Я обязательно сохраню это в секрете…!

В зависимости от того, как интерпретировать, последовал вопрос именно такого рода.

Но даже если вопрос тот же, с точки зрения слушателя он будет ощущаться совершенно иначе.

Именно так сейчас чувствовала себя Рена.

«Как мне это сказать?»

Во-первых, у неё нет никакого мужчины на примете.

Поэтому вопрос казался ещё более сложным.

Это даже не кто-то, в кого она недавно влюбилась, или кто ей приглянулся.

Из всех возможных вариантов — «человек, который наиболее сильно занимает её мысли».

Рена стиснула зубы.

А всё потому, что ответ уже был предопределен.

— Ты стесняешься, да? Я же сказал, я сохраню это в секрете, что бы ни было!

— П-правда, мисс Бести. Нечего стыдиться того, что кто-то нравится!

— …Кх!

Это же не игра в правду на пьянке.

Видя, как эти двое тюленей хлопают в ладоши и кричат со стороны: «Расскажи! Расскажи!», она чувствовала, что сейчас взорвется.

В конце концов, у Рены не было иного выбора, кроме как открыть рот.

— Это Арен… который стоит рядом со мной.

— …А? Я?

— Д-да?!

Затем у этих двоих, услышавших ответ, были ошарашенные лица.

— Это истина.

Дре-ре-ре…!

Но прежде чем они успели удивиться, пасть льва открылась.

— …….

— …….

— …….

Между тремя людьми, видевшими это, не было сказано ни слова.

Нет, точнее будет сказать, что никто не мог легко открыть рот.

Наследник Героя, который сделал шаг назад и неловко почесал щеку.

И Святая, которая переводила взгляд с одного на другого с ярко-красным лицом.

Казалось, тонкая атмосфера, которую они создавали, буквально вонзалась ей в кожу.

Рена впервые в жизни осознала, что стыд может убить человека.

Но в то же время её разум работал холодно.

— А… Эм.

Арен, который неловко чесал затылок, глядя на неё.

Острые чувства Рены уже заметили: в его сердце уже прорастало обременительное и сложное чувство.

Для неё, наблюдателя, быть признанной кем-то, к кому он испытывает чувства, — это совсем не хорошо.

Более того, если добавить к этому недопонимание Святой, ситуация становится ещё запутаннее.

— Не поймите неправильно.

У способной Рены уже был план в голове. Способ разрешить эту ситуацию.

Дискомфорт Арена.

Недопонимание Святой.

— У меня нет к тебе чувств. Просто…

Вот почему Рена крепко зажмурилась и открыла рот.

Она чувствовала отвращение к самой себе от того, что приходится произносить такое собственными губами.

«Это тоже ради высшего блага…!»

Она решила воспринимать всё это как долг члена Свиты.

— Я случайно видела, как студенты факультета рыцарей тренировались на днях. В тот момент ты бегал по полю, пропитанный потом, и, увидев это тело… Я просто мастурбировала.

— …….

— Поэтому я подумала, что ты тот человек, который наиболее сильно остался в моей памяти в последнее время. Никакого другого смысла.

Она провела четкую черту, сказав это, но даже не смогла поднять головы.

Глаза Арена, который смотрел на неё, пока она признавалась, постепенно расширялись.

— А-а! Вот оно что?!

Вскоре он разразился веселым смехом.

— Ахахаха! Такое бывает, знаешь ли! Мне даже нравится, что ты честна!

С этими словами Арен похлопал Рену по плечу.

В этом прикосновении чувствовалась приятность и дружелюбие.

— Верно, мисс Бести. Это очень естественное явление в таком возрасте. Это доказательство того, что ты очень здорова.

Святая, со сложенными руками и благожелательной улыбкой, была похожа на школьную медсестру, понимающую ученицу, у которой случился поллюционный сон.

Эта улыбка была такой ослепительной.

— …Спасибо.

Рена, покачиваясь от прикосновения Арена.

Она дала клятву, чувствуя, что потеряла что-то драгоценное.

Я никогда не забуду это унижение!

Говорят, что удача — это тоже навык.

И в подтверждение этих слов, некоторые группы с самого первого испытания столкнулись с пугающе высокой сложностью Врат.

Впрочем, были и те, кто легко миновал первые Врата и уже добрался до вторых.

Кун-!

— Как я и думал… Это оно! — радостно воскликнул Тео, наблюдая, как дверь с грохотом отворяется.

Увидев это, остальные члены группы подпрыгнули от восторга, осыпая Тео восторженными похвалами.

— Ого, Тео! Ты просто невероятен! — Я сначала не придала тебе значения, раз ты из простолюдинов, но ты и правда хорош! Ты такой умный! — Благодарю.

Поначалу они были не в восторге от того, что к ним в группу попал простолюдин из Класса Ц. Но с первых же Врат он неожиданно проявил себя, и лица девушек тут же просияли. Похоже, обузой он всё-таки не оказался.

Кру-ру-ру…!

Как только они шагнули сквозь открывшуюся пасть статуи, портал исчез, и перед ними открылось новое пространство.

Это был огромный зал, напоминающий стадион, где совсем недавно проходили межфакультетские соревнования. Однако было в нём что-то странное: казалось, здесь не было ничего, что напоминало бы об испытании.

— А? Это… — Кажется, здесь довольно просторно? — Да, но, похоже, ничего особенного тут нет.

Единственное, что бросалось в глаза — статуя с головой оборотня в центре, точно такая же, как у первых Врат. А справа от неё стояло изваяние, словно наспех сложенное из груды камней.

— На той статуе что-то есть? — Да, давайте посмотрим.

Стоило остальным членам группы без тени опасения подойти к статуе, как…

Дзинь.

— Кровь героя… — ……!

Из центральной статуи с головой оборотня раздался холодный голос. Тео при этих словах слегка вздрогнул.

— Если вновь стремишься к свету, докажи свою отвагу. — Что за чертовщина? — Понятия не имею.

Две другие девушки, не осознавая, что именно пытался донести голос, лишь переглянулись и пожали плечами. Казалось, тишина воцарится вновь, но тут…

Па-се-се-се…!

— Ч-что это?! — Это… неужели… голем?!

Внезапно огромная груда камней справа начала двигаться. Песок, покрывавший тело существа, осыпался, а крошечный кристалл на его груди ярко вспыхнул.

Глаза студенток расширились от ужаса.

Голем. Монстр, обитающий в древних руинах, один из их стражей, приводимый в движение магическим ядром, встроенным в центр тела. Эти существа славились невероятно прочными телами, способными отражать магию ниже третьего ранга, и их было почти невозможно даже поцарапать обычным холодным оружием. И такой грозный враг появился уже на вторых Вратах.

Ква-ханг!

— Угх!

От одного удара голема студентка с бледно-зелеными волосами, Сепи, отлетела далеко в сторону.

— Ах ты, ублюдок…! Кха-а?!

Вторая студентка, Рена, увидев это, отважно схватила копье и бросилась вперед. Но даже не оставив царапины на теле голема, она была отброшена в сторону одним легким ударом ноги.

Тео, наблюдавший за этим, в отчаянии закричал:

— Ребята! Давайте сдадимся! Ничего не поделаешь, нам не одолеть его при наших навыках! — Кх, но всё же…! — Сдаться на вторых Вратах…

Они обе после первого же столкновения поняли: этот противник им не по зубам. Однако, будучи студентками академии, поступившими сюда с немалыми амбициями, они не могли позволить себе так просто отступить.

«Я тоже не хочу сдаваться…»

Конечно, Тео чувствовал то же самое. Кому захочется признать поражение и плестись обратно? Но если они продолжат бой, пострадают только его товарищи. Для него безопасность однокурсников, с которыми он познакомился лишь сегодня, была важнее пустых амбиций.

— Если сложность вторых Врат такова, то остальные ребята наверняка тоже уже сдались. Нет нужды так убиваться! — П-правда? Я об этом не подумала. — Верно, это же относительная оценка! Если остальные тоже выбыли здесь, то в итоге мы все в равных условиях!

Он решил переубедить их, используя хоть и притянутые за уши, но оправдания. К счастью, метод сработал: убедившись, что это не сильно повлияет на их итоговый балл, девушки охотно согласились прекратить испытание.

— Мы сдаемся!

Кунг.

Как только все трое громко выкрикнули это, голем, уже готовый превратить их в фарш, внезапно замер. Затем, сотрясая землю, он начал возвращаться на исходную позицию.

Дзинь-

Тела троих окутал белый свет. Тео горько усмехнулся. Похоже, ему еще расти и расти, чтобы идти по стопам великих. *** С того момента, как она прошла первые Врата и оказалась на вторых, Рена почувствовала, как подозрения перерастают в уверенность: что-то здесь не так.

Случайность на первых Вратах она еще могла списать на совпадение. Но вторые Врата предложили испытание, которого она в жизни не видела.

— Я испытаю вашу мудрость. Если хоть один из вас не сможет ответить на вопрос, я заберу одно из ваших драгоценных воспоминаний. Если хотите сдаться — сейчас единственный шанс.

«Что за безумное испытание…»

Дело было не только в новизне задания. Рену ошеломил чудовищно высокий риск: что будет, если они провалят тест? Насколько она знала, провал на Вратах Героя не грозил ничем, кроме изгнания. Если бы кто-то знал, что здесь есть такие испытания, какой здравомыслящий профессор предложил бы это место для экзамена? Как ни крути, напрашивался единственный вывод: само испытание по какой-то причине изменилось.

— О, загадка? Звучит весело. Принимаю вызов!

«У этого ублюдка вообще есть сердце?»

Он даже не беспокоится о риске потерять драгоценные воспоминания? Глядя, как Арен улыбается и тянет руку, Рена заподозрила, что под личиной преемника Героя скрывается какой-то зверь. Или, по крайней мере, у него явно не хватает либо мозгов, либо сердца.

«Но в любом случае, испытание не начнется только потому, что этот парень согласился…»

Единственным утешением было то, что их трое, и они могут убедить Святую не начинать. Разве не так устроена система досрочного завершения испытания?

Как только Рена почувствовала облегчение…

— Хорошо. Тогда начнем испытание. — Да вы издеваетесь…!

Видя, как статуя, наплевав на принцип большинства, хладнокровно начинает тест, Рена искренне захотела разнести эту каменную голову в щепки. Это был уже второй раз за день, когда она потеряла самообладание и выругалась. К счастью, шум движущейся статуи заглушил её слова.

«Но если он преемник Героя, у него должна быть хоть капля мудрости. К тому же, со мной Святая, так что, может, не стоит слишком переживать».

Раз уж дело сделано, Рена решила мыслить позитивно. Конечно, эти двое уже показали себя… скажем так, не слишком смышлеными. Но она надеялась, что титулы преемника Героя и Святой подразумевают наличие хоть какого-то ума.

Когда она наконец успокоилась, статуя снова открыла рот.

— Даже если мое тело разрывают на части бесчисленное количество раз, я никогда не открываю рта. Но я всегда извергаю мудрость и знания. Кто я?

Простая загадка. Рена поняла ответ мгновенно. На первый взгляд это казалось сложным философским вопросом, но на деле — обычная игра слов. Она не сомневалась, что эти двое ответят сразу.

— …А? О чем это он? — Д-да, верно. — ……

Однако, услышав, как преемник Героя ковыряется в ухе с видом «где это там собака лает?», а Святая хлопает глазами с невинным выражением лица, Рена почувствовала, как надежда рушится. Она даже не понимала, почему она, член Молчаливой Свиты, вообще возлагала надежды на этих двоих. Её надежда должна принадлежать лишь одному человеку — Лорду Немезиде.

— Даже если тело разрывают, он не открывает рта… Э-э, может, это кто-то с невероятной верой? — Может быть? У вас в ордене есть кто-то такой? Кто-то умный. — Большинство людей в нашем ордене обладают великой верой. Это не может быть слово, описывающее их всех… Если речь о мудрости и знаниях, думаю, это Святая Королева. — О, тогда это она?

Наблюдая за тем, как они хихикают, вообразив, что нашли ответ, Рена вынесла им вердикт:

«Идиот и кретин».

Другого выражения и подобрать было нельзя.

— Ладно, ответ — Святая… Эй, ты чего?! — Арен, давай сначала успокоимся? У меня есть ответ, над которым я подумала, пожалуйста, выслушай меня.

Видя, что он всерьез собирается ляпнуть про Святую Королеву, Рена не выдержала и бросилась к нему, зажимая рот рукой. Благодаря преемнику Героя, который чуть не лишился мозгов из-за собственной глупости, она едва не столкнулась с катастрофой — потерей своих драгоценных воспоминаний.

— Ты что-то придумала? — Да, думаю, это книга. — К-книга? Я даже не подумал об этом…!

Когда она спокойно озвучила ответ, Юбеллия захлопала в ладоши, как морской котик, и округлила глаза. Рене было любопытно, почему та сама не догадалась, но времени на это не было.

— Прежде всего, книга изнашивается или рвется, если её использовать, верно? Но у неё нет рта, поэтому она не может говорить. И она одинаково делится знаниями и мудростью со всеми. — О-о, это звучит логично? — Б-Бести-ян, ты такая умная…!

«Нет, это вы просто тупые», — чуть не сорвалось у неё с языка, но она сдержалась. К счастью, убеждение подействовало, и двое быстро согласились с ней, как послушные овечки.

— Ответ — книга. — Верно.

Как только Рена, взяв на себя роль представителя, произнесла ответ, статуя издала сухой голос.

Варак-!

— Кья…! Рена, ты гений? Спасибо! Я чуть не сделал глупость. — Не за что.

Арен подошел и обнял её за плечо, и Рена почувствовала, как внутри смешались самые разные эмоции. Стоит ли радоваться, что они преодолели кризис? Или в ужасе думать о том, что ей придется проходить остальные Врата с этими двумя идиотами? К тому же, сам факт того, что она, член Молчаливой Свиты, помогает преемнику Героя, больно бил по совести.

«Лорд Немезида, пожалуйста, прости меня».

После этого последовало еще четыре вопроса, но, как и ожидалось, те двое не смогли ответить ни на один. Каждый раз она спасала положение своей мудростью, и в итоге им удалось преодолеть вторые Врата.

Кру-ру-ру…!

Пасть статуи снова открылась, и троица двинулась вперед. Туман рассеялся, открывая вид на яркий свет и высокий потолок. Какое испытание ждет их теперь? Смесь ожидания и тревоги наполнила их сердца, когда они сделали шаг вперед.

— Это что еще…

Там стояли они сами.

«Это… мы?»

В тот момент, когда я добрался до третьих врат, невольно сорвавшийся с моих губ шепот повис в тишине.

Я, Рена, Юбеллия.

От цвета волос до одежды, от оружия до мелких аксессуаров — там стояли «мы», и между нами не было ни малейшего различия.

«Это… мы?»

В ту же секунду я услышал тихий голос, донесшийся от «меня», стоявшего напротив.

Что это? Неужели доппельгангер, скопировавший наш облик?

Пространство вокруг, разделенное пополам невидимой чертой, казалось зеркальным отражением, где всё было доведено до пугающей симметрии.

«Ах, Арен. Кто эти люди? Они выглядят в точности как мы…»

Следом раздался голос Юбеллии. Но не той, что стояла рядом, а другой «Юбеллии», обратившейся к «мне».

Мы, словно по молчаливому соглашению, в оцепенении двинулись к центру. Стоило нам шестерым ступить на квадратную площадку, как из статуи посередине раздался сухой, безжизненный голос:

— Отличите истину. Если справитесь, врата откроются.

Услышав это, «я» фыркнул и положил руку на рукоять меча.

«Что, так просто? Значит, нужно просто перебить этих фальшивок, да?» «Ты, ублюдок, кого ты назвал фальшивкой?»

От этих слов во мне вскипела ярость, и я машинально потянулся к своему мечу.

Что за мерзкое чувство? Видеть парня с моим лицом, моим голосом, моими жестами, который так небрежно рассуждает, будто он и есть настоящий — это вызывало лишь желание убить. Неужели это и есть ненависть к самому себе?

«Д-да, верно. Раз уж мы настоящие, очевидно, что вы — подделки». «Ч-что ты несешь?! Это мы настоящие! Как та, что должна быть Святой Святого Королевства, может так бессовестно лгать?!»

Сначала вспыхнула перепалка между мной и «мной», затем к ней подключились Юбеллия и «Юбеллия». Но от пустых слов толку не было. В конечном счете, единственным ответом оставалось доказать свое превосходство силой.

Сырынг.

Поняв, что разговорами делу не помочь, «я» и я одновременно обнажили мечи, а обе Юбеллии начали собирать святую силу. Ситуация накалилась до предела, готовая взорваться в любой момент.

«Подождите. Стоп».

Это Рена остановила нас.

«Драка ничего не решит. К тому же, ты». «Я?»

Она указала на «Рену», стоявшую напротив, и уголки ее губ дрогнули в усмешке.

«Да. Если ты — это я, то должна понимать: сражаться здесь и позволить кому-то из нас погибнуть — не лучший вариант. Верно?» «…Верно».

«Рена» быстро согласилась, кивнула и принялась убеждать «меня» и «Юбеллию», стоящих рядом с ней.

«Мы — одно и то же. Давайте успокоимся и поищем другое решение».

Словно в зеркале, убеждение началось и с нашей стороны. В конце концов, благодаря усилиям обеих Рен, мы убрали мечи и погасили святую силу. Атмосфера, готовая взорваться, временно разрядилась.

«Прежде всего, отличить истину… это будет так, как мы все и предполагаем, верно?» «Именно. Кто из нас оригинал, а кто — доппельгангер, имитирующий его. Нам нужно это выяснить».

Голоса обеих Рен звучали в унисон, словно они поддерживали друг друга. Эти двое на удивление рациональны, даже столкнувшись с собственными копиями.

«Н-ну, разве это не просто? Спросить о чем-то, что знаешь только ты…» «Т-точно. Если они лишь имитация, то рано или поздно они оступятся».

Спросить о чем-то, что известно только мне? Универсальное, но самое простое решение. Решив не откладывать, я тут же бросил вопрос «себе»:

«Эй, что ты ел вчера на ужин?» «С чего такой тон? Это я должен спрашивать». «Не заговаривай зубы, показывай, на что способен. Просто ответь». «Бред, строишь из себя крутого. Фальшивый ублюдок, только и умеешь, что языком молоть…»

Парень нахмурился, и в его глазах снова вспыхнула жажда убийства. Это было так неприятно — видеть, как со стороны выглядит мое «я», будто я какой-то конченый придурок, — что я тоже зарычал в ответ.

Когда наши руки снова потянулись к мечам, на этот раз вмешались Юбеллии.

«П-подождите! Мы же решили прекратить драку!» «Т-точно! Арен…! Давайте сначала поговорим. Насилие — это плохо!»

Сказала та, которая сама только что пыталась решить всё силой. Впрочем, когда ситуация улеглась, «я» цыкнул и бросил через плечо:

«…Тео пек хлеб в клубной комнате, я просто съел его, вот и весь ужин. Доволен?» «Черт, правда».

Я был слегка ошарашен — не ожидал, что он ответит верно. Думал, он скажет про зерновой хлеб с сыром и томатный суп, который я часто ем. Он попал в точку?

«Значит, конечно, это правда, разве может быть иначе? Теперь моя очередь. Что ты собирался подарить Сильбене в качестве награды за помощь с учебой?» «Это? Я думал просто дать ей перчатки, защищающие от порезов». «…Черт, правда». «Значит, конечно, это правда, разве может быть иначе?»

Наши реакции удивления и манера отвечать были идентичны. После того как мы подтвердили свою подлинность, настала очередь Юбеллии.

«Я, я уже придумала способ! Как бы они ни подражали мне, этого они не смогут повторить!» «Д-давай! У меня тоже появилась потрясающая идея!»

О, кажется, эта сторона нашла верный способ отличить фальшивок. Глядя на них с любопытством, я вдруг увидел, как Юбеллия посмотрела на меня и…

«Т-то есть, Арен…! Мне неловко просить, но у меня есть просьба!» «…Просьба? Ко мне?» «Да! П-пожалуйста, приподними немного свою кофту…! Не обязательно всю, просто чтобы было видно живот…!» «Ну, я не против».

Я пожал плечами, глядя на ее решительное лицо. Это не так уж сложно.

Сырык.

Я слегка расстегнул рубашку и задрал край одежды, обнажив пресс, натренированный долгими тренировками.

«Хияаааак?!» «Хеуааааа?!»

Пухвааааак!

Обе Юбеллии фонтаном брызнули кровью из носа и рухнули на месте. Что это за люди? Это какой-то комедийный скетч?

«Т-ты… эта реакция только что, это по-настоящему…»

Парень дрожал, быстро вытирая кровь рукавом. Затем он посмотрел на «Юбеллию», лежащую в такой же позе напротив, и пробормотал с восхищением. Та, в свою очередь, с трудом подняла голову и улыбнулась.

«Т-ты тоже… Подумать только, что ты придумал тот же метод, что и я…» «Действительно… Ты тоже до этого додумалась? Впечатляет». «Ты особенно…»

Тук.

Они пробормотали что-то еще и одновременно совершили глубокий поклон в пол, словно по сговору. Я даже не хотел спрашивать, что происходит. Нет, я просто не хотел в это ввязываться. «Я» напротив тоже был занят тем, что отвернулся.

«…Ладно, теперь остались только мы». «И я о том же».

Обе Рены, последние в очереди, вышли вперед. Но их реакция была иной, чем у нас с Юбеллией.

«Мы обе знаем ответ, верно?» «Вероятно».

Рена с этой стороны улыбнулась и бросила загадку «Рене». Та пожала плечами, словно мыслила так же.

«Мне показалось странным еще с первой реакции». «Мне тоже. Я почувствовала, что что-то не так, с того самого момента, как ты это сказала».

Не говорите загадками, которые понятны только вам, объясните и нам! Я понятия не имею, о чем вы. Так вот что чувствует дурак, застрявший между разговорами гениев?

«Арен». «Арен».

На этот раз голоса обеих Рен слились в один. Они позвали меня одновременно, словно сговорившись.

«Сонгнё-ним». «Сонгнё-ним».

Затем Юбеллия. После чего они снова посмотрели друг на друга и улыбнулись.

«С самого начала этот тест был ловушкой». «С самого начала этот тест был ловушкой».

Продолжая объяснение спокойным тоном, они встали плечом к плечу перед статуей.

«Мы все — истина. Поэтому мы отвергаем этот тест». «Мы все — истина. Поэтому мы отвергаем этот тест».

От слов, произнесенных ими одновременно, глаза у меня и «меня» расширились. Юбеллии, стоявшие рядом, тоже замерли. Мы все — истина? Что это значит? Если я настоящий, значит, тот парень — фальшивка. Я совершенно не понимал, о чем они, и в этот момент остолбенел.

— Истину не нужно отличать, ее нужно принять. Вы прошли испытание.

Курэурэу…!

Снова из статуи донесся жесткий голос, и ее рот широко распахнулся. Повернув голову, я больше не видел «нас», которые стояли там мгновение назад. Другими словами, мы прошли врата.

Пока я моргал, пытаясь осознать произошедшее, Юбеллия захлопала в ладоши, как тюлень, и воскликнула:

«Т-точно…! Они тоже были настоящими, с таким же сознанием, как у нас». «Они были настоящими. Значит, с самого начала не было никаких фальшивок?» «Именно. С самого начала целью не было отличить подделку. Это очевидная уловка».

Вау, с ума сойти. Этот человек — правда гений? Как бы я ни всматривался, я не находил никаких отличий и думал, что они — враги, которых нужно победить. Подумать только, что была скрыта такая хитрость.

«Эй, ты, Рена…! Ты, с той загадкой и всем остальным. Почему ты такая умная?!» «Т-то же самое хотела сказать. Я правда впечатлена, Бести-ян». «…Спасибо».

Эта девушка была нашим водителем! Тск, если совершила такое великое дело, могла бы хоть немного выпятить грудь! О боже, я так счастлив! Нужно будет купить ей что-нибудь вкусненькое, когда мы выйдем отсюда.

Благодаря действиям Рена мы благополучно миновали третью контрольную точку.

Следующая точка, в которой мы оказались, разительно отличалась от всего, что мы видели прежде.

— Ч-что это за место? Оно такое огромное… — И не говори.

Простор, открывшийся перед нами, напомнил мне стадион, где проходили межфакультетские соревнования.

От массивных колонн, возвышавшихся по периметру, до тончайшей каменной резьбы, в которой чувствовалась рука мастера — всё здесь было величественно, словно это место воздвигли в память о великом герое, чье имя навеки осталось в легендах.

Это было похоже на финальную арену в видеоигре.

«К тому же, что это такое?»

Особое внимание привлекала каменная статуя в самом центре.

Причудливое изваяние, словно собранное из нагромождения камней, возвышалось надо мной, будучи как минимум в пять раз выше моего роста.

В тот миг, когда я отвлекся на него, раздался голос.

— О ты, ищущий просветления, да преодолеешь ты последнее испытание.

Торжественный голос, казалось, эхом отражался от стен всего пространства. Я не мог понять, откуда он исходит, но он буквально проникал в самую суть моего сознания.

Последнее испытание.

Значит, это и есть финальная контрольная точка?

До сих пор нас формально спрашивали: «Желаете ли вы пройти испытание?», но на этот раз не было даже намека на вопрос.

Словно у нас не было права на отказ. И словно никакие объяснения не требовались.

Куруруру…!

— З-землетрясение?! — Нет, это…! — Неважно что это, просто хватайтесь за что-нибудь!

Гулкий рокот стал ответом на мои слова, и нас затрясло с такой силой, что с потолка посыпались песок и каменная крошка.

Куунг!

Путь, по которому мы вошли, с тяжелым грохотом перекрыла опустившаяся плита.

Сразу после этого.

Кугугугу──!

Огромная фреска, покрывавшая одну из стен этого колоссального зала, начала двигаться, словно пришло её время.

Стена поднялась.

— А-а… — Не может быть, почему это…!

Даже Юбеллия, вечно поднимавшая шум по любому поводу, и Рена, всегда хладнокровно оценивавшая ситуацию в моменты опасности, — в этот миг они осознали.

Осознали, что им не победить это существо.

Разве можно разрубить гору?

Казалось, перед нами возвышается целая гора.

Огромная мощь, исходившая от него, давила на меня, и всё моё тело отозвалось на этот гнет мучительной болью.

— Арен…! Этот голем под силу только мастеру меча…! Нам его не одолеть! Мы должны сдаться!

В этот момент резкий крик едва пробился сквозь пелену моего сознания.

Я принял решение мгновенно.

— Юбеллия, мы сдаемся! — Д-да…!

Я отдал Юбеллии краткий приказ. К счастью, она согласилась без малейшего колебания, и мы втроем выкрикнули, словно один человек:

— Мы отказываемся от испытания!

Ккииик….

Голем, уже начавший движение к нам, замер.

— Финальное испытание нельзя прервать. Покажи свое достоинство, о ты, ищущий просветления. — Какого хрена?!

Какой-то ублюдок упрямо твердил: «Никаких шансов. Продолжай».

— Уклоняйся!

Квакакакак-!

Огромный кулак в одно мгновение заслонил собой весь обзор.

Черт, слишком поздно для уклонения…!

Я в отчаянии пнул Юбеллию, отталкивая её, и принял удар кулака, который был в десятки раз больше моего тела, на лезвие своего меча.

────!!!!!

Чудовищная сила сотрясла всё моё тело.

Я отлетел назад, пробив несколько каменных колонн, и остановился лишь спустя десятки метров.

— Кулкеок…!

Проклятье, даже несмотря на то, что я укрепил тело с помощью Магии, все кости, кажется, превратились в труху.

Я повернул голову, сплевывая кровь.

К счастью, Юбеллия лежала поодаль, а Рена, судя по всему, успела увернуться.

Но прежде чем я успел перевести дух, магическое ядро, вживленное в грудь голема, начало светиться.

Огромное количество Магии конденсировалось, заставляя воздух вокруг вибрировать.

— Джеггираал!

Атмосфера вокруг Рена изменилась в одно мгновение, когда она выплюнула проклятие.

Мощная темно-синяя Магия вырвалась из её тела, окутывая всё вокруг. Вскоре вязкие потоки Магии с воем сплелись в цепи, сковывая движения голема.

Связанный гигант пошатнулся и рухнул на бок.

Кугвакваквакванг─!

Луч света, вырвавшийся из его груди, распорол потолок.

Всё, к чему он прикасался, исчезало, не оставляя даже пыли.

Кугвагагагак─!

На нас обрушился град камней с разрушенного потолка.

— …Свет, спаси!

Юбеллия, едва державшаяся на ногах, поспешно выкрикнула заклинание, даже не вытирая кровь из носа.

Золотое сияние вспыхнуло, приняв форму огромной женской фигуры.

Она мягко окутала нас, словно защищая от обломков.

Кунг-! Кунг-!

Каменные глыбы с грохотом падали на барьер.

— О, Бог Света! Даруй милость отважному воину!

Пока Юбеллия продолжала молитву, жизненные силы начали возвращаться в моё тело.

— Кеуеук!

Я могу двигаться!

Кости всё еще ноют, но если мы будем просто сидеть здесь, то умрем, держась за руки.

— Куооооо…!

Голем с силой разорвал цепи.

— Кеоеок!

Затем, возможно, из-за отдачи, Рена выплюнула кровь из глаз, носа и рта и опустилась на одно колено.

— Рена! Хватит! Забирай Юбеллию и беги!

С этими словами я рванулся вперед.

Я вложил всю Магию в меч. Укрепил ноги и оттолкнулся от земли!

Моя цель — подколенная чашечка голема.

Кванг-!

— Кеуеук!

Бесполезно.

Я не смог даже заставить его согнуть колено, не говоря уже о том, чтобы нанести рану.

— Черт, почему он такой прочный…!

Но стоять на месте бессмысленно.

Я вытянул Магию из самых глубин своего существа.

Я обрушил шквал атак с такой скоростью, что их невозможно было заметить.

Ченг! Ченг! Ченг!

— ……!

Но на его коже не осталось даже царапины.

В этот момент голем развернул своё огромное тело и ударил ногой в сторону.

Как только я повернул голову, подошва голема, круша землю, уже неслась прямо на меня.

Слишком поздно.

Прежде чем эта мысль успела оформиться.

— Аре-е-е-е-ен-!

Вместе с криком Рена, от которого, казалось, содрогнулись сами руины, огромная тень мгновенно преградила мне путь.

Квакакакак-!

Рена держала в руках огромную косу, приняв удар на себя.

Её спина напоминала жнеца, собирающего души тех, кто покинул этот мир.

Но даже это подавляющее величие длилось недолго.

Ккиккик! Ккигигигик─!

— Даже с этим…!

Коса, сдержавшая атаку голема, начала покрываться трещинами.

Рена быстро обернулась.

В её глазах читалась ясная решимость.

— Арен, ты тот, кто не должен здесь умереть.

«Значит…»

Прежде чем она успела закончить, тело Рена отлетело в сторону.

Тело Рена зависло в воздухе.

Медленно, невероятно медленно.

Словно само время затаило дыхание.

Она отскочила и несколько раз перекатилась по полу.

И замерла.

Никакого движения.

Не слышно ни единого вздоха.

Мир погрузился в тишину.

Только.

Сейчас.

Только мой меч, прижатый к ноге голема, испускал взрывную вибрацию.

Кости скрипят.

Мышцы рвутся.

Сознание погружается, как в бездну океана.

И в этой тьме что-то внезапно звенит. Где-то в глубине моей головы.

— О, бунтарь, зачем ты взял в руки меч?

Сердце пропустило удар.

Зрение подернулось пеленой.

«……Чтобы выжить в этом мире, ведь это был единственный талант, данный мне».

Меч в моей руке дрожит.

Давление голема на клинок усиливается.

Но этот вопрос не исчезает.

— Это всё?

«……Чтобы защитить Леди, Тиа, которая спасла меня».

— Это всё?

Я вижу всё вокруг.

Рена, лежащую без движения.

Юбеллию, которая, истекая кровью, всё еще поддерживает барьер, сдерживающий обрушивающийся потолок.

«……Потому что я должен защитить их».

Людей, которые поверили в меня.

Людей, которые были рядом со мной.

Всех, кто жив в этом мире.

А, вот оно что.

Я, глупец, осознал это только сейчас.

Я считал себя чужаком в этом мире и всю жизнь жаловался на судьбу.

Но на самом деле, я….

В этот момент.

Просветление разлилось по моему разуму.

Фреска на груди голема.

Величие того, кто мог расколоть небо.

Всё это хлынуло через меч прямо в моё тело.

──Клик.

Меч перестал дрожать.

Боль в руке исчезла.

Мир снова обрел краски.

Кваааааанг-!

Поток воздуха, вырвавшийся из меча, взорвался, пронзил грудь голема и расколол небо.

— А-а…

Тихий вздох, сорвавшийся с моих губ, поглотил все остальные звуки.

Я посмотрел на меч.

На лезвии собрался свет.

Эта энергия переливалась через край, тонко растягиваясь, словно нити.

Ганги.

Слабое, но отчетливое присутствие сферы мастера меча.

Джеоджеоджеок!

Тело голема пошло трещинами.

Оно медленно рассыпалось на светящиеся частицы.

Бесчисленные искры взмыли в небо.

Они тихо оседали на разрушенный потолок, треснувшие стены и расколотую землю.

Трещины исчезали, формы восстанавливались везде, где касались частицы.

Свет осел на плече Юбеллия и на кончиках пальцев Рена.

Вскоре кровь остановилась, и к ним вернулось дыхание.

Словно всё было предопределено с самого начала.

— О ты, ищущий просветления, ты прошел испытание.

Воздух задрожал.

Кружащийся свет окутал моё тело.

— Твое величие, твоя воля, всё это… станет новым мечом, что озарит рассвет.

Фрагмент света впитался в кончик моего меча.

Далгеурак.

Вес изменился.

Форма осталась прежней, но меч ощущался как совершенно иной предмет.

— О, новый бунтарь. Ты станешь мечом, что разделит судьбу и принесет свет.

— Ребята! Вы так усердно трудились! — Да, вы все проделали отличную работу. — Святая тоже очень старалась.

За здоровье!

Завершив практический экзамен и исцелив свои израненные тела, группа Арена собралась в одном из магазинчиков академии, чтобы расслабиться.

«Значит, то испытание действительно откликнулось на кровь героя».

Рена сделала глоток пива из своего бокала, слегка размышляя о том, что произошло сегодня. Она не могла быть уверена на сто процентов, но иного объяснения просто не находилось. Если дело обстояло именно так, то все сомнения, мучившие её до сих пор, рассеивались.

Появление незнакомых врат, которых она не помнила. Нелепо высокий уровень сложности финального испытания.

Всё вставало на свои места, если предположить, что это произошло лишь потому, что парень перед ней — потомок героя, сумевший пройти испытание.

— Вау, Рена. Это было так трогательно в конце! Ты настоящий товарищ, правда? — И не говори! Подумать только, ты бросилась туда, чтобы спасти Арена… Даже если бы я оказалась в такой ситуации, я бы не рискнула.

Двое студентов, вспоминая её самопожертвование ради спасения соратника, не скупились на похвалу, то и дело сплевывая от избытка чувств.

— …Это пустяки. Если бы вы тоже пали там, надежды бы не осталось. Мое тело просто среагировало само собой.

Рена, слушавшая их, лишь пожала плечами. На самом деле она бросилась спасать Арена лишь потому, что он был жертвой, предназначенной для алтаря её господина.

— Не скромничай, подруга! Я обязательно отплачу тебе за этот долг! — Не нужно. Не думаю, что я создала какой-то долг. — Эй, что ты такое говоришь? Как насчет того, чтобы сходить куда-нибудь поесть? Я угощу тебя по высшему разряду. — ……

Рена лишилась дара речи от его настойчивости. Молчаливая свита, ужинающая наедине с потомком героя? Как вообще работает этот мир?

— Кхе-кхе…!

Буль-буль!

Чтобы хоть на мгновение опустошить свой сбитый с толку разум, Рена одним махом осушила большой пивной бокал. Глаза её спутников округлились, когда они увидели, как пиво льется в неё без остановки.

— Ого, да ты умеешь пить! — Ну, это нормально.

Разве пацанка не должна столько выпивать? Она жевала щупальца кальмара и сушеные закуски, подперев подбородок рукой.

«Кстати говоря, мне нужно отправить отчет сегодня».

Она запоздало вспомнила о своем графике, но что с того? После таких испытаний даже начальство поймет, если она позволит себе немного опьянеть. *** — Хе-у-а…

Тихая ночь, когда все уже спали.

Тук.

Рена, вернувшаяся в общежитие в сильном подпитии, рухнула на кровать. Изначально ей следовало подготовить регулярный отчет, но сейчас хотелось лишь провалиться в сон. Она решила, что ничего страшного, если отчет придет на день позже, и уже собиралась закрыть глаза…

Вспых!

— ……!

Свет просочился из музыкальной шкатулки, стоявшей у изголовья. Почувствовав, как алкоголь мгновенно испаряется из крови, Рена поспешно вскочила.

Щелк.

Вместо того чтобы крутить ручку снаружи, она открыла крышку и вставила указательный палец в ту часть, откуда исходило свечение. Через несколько секунд слабый свет, льющийся из шкатулки, отразился на стене, и на ней появилось знакомое лицо.

Это была Белла Наирик, женщина, возглавлявшая подразделение разведки, к которому принадлежала Рена.

— Чун (Верность)!

При внезапном появлении начальницы Рена приложила большой и указательный пальцы к губам, показав уникальный жест, который перемещался от лба к солнечному сплетению. Как только она это сделала, аура Рены, до этого напоминавшей обычную студентку академии, мгновенно изменилась.

— …Это необычно. Ты что, пила?

Рена опустилась на одно колено, виновато глядя на голос, который проникал прямо в её голову, минуя уши.

— Я… прошу прощения. Так вышло… — Нет, всё в порядке. Я говорю это не для того, чтобы упрекнуть тебя. Миссия была сложной, тебе нужно было как-то успокоить свой разум.

Она мысленно поблагодарила свою великодушную начальницу и похлопала себя по щекам, чтобы окончательно прогнать хмель.

— Но важнее другое: как продвигаются дела с тем вопросом? — Прежде всего, если подвести итог… Арен, этот человек, несомненно, является наследником героя. — Ху, одно это уже выдающееся достижение. Итак, на чем основан твой вывод? — Думаю, капитан хорошо знает место под названием Врата Героя. — Было бы странно, если бы я не знала.

Место, где впервые ступила нога героя Иферии, теперь использовалось как площадка для практических экзаменов первокурсников. Если бы Белла, которая была весьма осведомлена о внутренних делах академии, не знала этого, это было бы странно. Рена учла это и спокойно продолжила объяснение.

— В этот раз там произошло нечто странное. — Странное? — Да. На самом деле, содержание врат было совершенно новым, я никогда раньше не видела и не слышала о подобном. — Должно быть, это было довольно сложно.

Это было сложно. Она не могла жаловаться перед начальницей, но в тот момент Рена была готова поклясться, что это был ад. Дело было не только в том, что появились невиданные врата, но и в том, что уровень сложности кардинально отличался от привычного. Особенно в финале.

— Сначала я не понимала, почему так вышло, но осмелюсь предположить… Врата распознали кровь героя и предложили испытание, подобающее ему. — Почему ты так решила? — Сложно объяснить в деталях, но если вкратце… После финального испытания некое неизвестное существо назвало этого человека «Отвергающим».

Как только она закончила, Белла вздрогнула, а взгляд Рены стал острее.

— …Тот, кто ищет свет, взял в руки меч, выкованный испытаниями, и заслужил право пронзить тьму. Он отвергнет даже судьбу небес, сметет рассвет и явит утро. — Значит, вы помните это. — Как подчиненная, я не могу не помнить. Не знаю, было ли это восхвалением того предателя-героя или чем-то еще, но эта песня звучала в мире так часто, что от неё закладывало уши.

Белла нахмурилась, словно хотела сказать многое, но сдерживалась.

— Значит, это была не просто героическая легенда или песня менестреля. Вот как? — Похоже на то. Я не знаю точной процедуры, но, пройдя испытание, этот человек, возможно, был официально признан героем. — Понимаю. В этом есть смысл.

Рена пыталась прочитать выражение лица своей начальницы, но не могла понять, довольна та или нет. К счастью, поскольку других слов не последовало, возможно, она просто размышляла.

— Но почему у тебя такой вид? Это достижение, которым стоит гордиться. — Да, на самом деле…

Рена отвела взгляд и закусила губу, вспоминая свои предыдущие слова. На самом деле, здесь начиналось самое главное.

— …Арен, кажется, я ему довольно сильно нравлюсь.

Как только она выдавила из себя эти слова, повисла тишина. Рена и женщина на той стороне связи молча смотрели друг на друга. Затем тишину нарушила начальница.

— …Что это значит?

Рена прекрасно поняла чувства своей начальницы, которая переспросила так, будто совершенно ничего не понимала.

— Если объяснять, то остальные ребята оказались куда более некомпетентными, чем я думала, поэтому возникло несколько трудностей с прохождением врат. В процессе я непреднамеренно взяла руководство группой на себя… — Понимаю. Из-за своих действий ты невольно привлекла внимание. — Да, именно так.

Она глубоко вздохнула, а женщина на той стороне кивнула, словно заинтересовавшись. Затем она слегка щелкнула пальцами.

— Хм, возможно, это даже позитивное явление. — Что? Что вы имеете в виду под позитивным?

Наблюдатель должным образом раскрыла свое присутствие перед объектом наблюдения — как это может быть позитивным? На этот раз пришла очередь Рены делать непонимающее лицо.

— Конечно, для наблюдателя быть замеченным — не лучший исход. Но это верно лишь в том случае, если тебя просто обнаружили. — Что вы хотите этим сказать…? — Нет худа без добра. Вместо того чтобы скрывать свое существование, этот вопрос можно решить, построив с ним дружеские отношения. — ……

Построить дружеские отношения? Мне? С потомком героя? Рена захлопала глазами, чувствуя головокружение, словно её ударили по затылку, а доброе объяснение Беллы продолжалось.

— Что может быть сложнее, чем слежка? Только проникновение в чужой круг общения и установление доверия. Если это станет возможным, тебе не придется выбирать трудный путь простого наблюдения. — Значит, вы говорите, что я должна подружиться с ним и получать больше информации? — Именно так. Более того, это не ограничивается лишь сбором сведений. Если ты сможешь соблазнить этого человека и переманить его на нашу сторону, ты совершишь подвиг, который не удавался ни одной другой подчиненной.

Легко сказать. Если бы это было возможно, она бы с самого начала планировала всё именно так. Было очевидно, что начальница пытается решить проблему грубым методом, ведь было ясно, что «вода уже пролита».

«В конце концов, вы сами сказали, что я могу вернуться, когда буду уверена, что он — наследник героя!»

Рена отчаянно кричала про себя, повторяя мысли, которые когда-то посещали одну Святую. Причина, по которой она объединилась с Ареном и участвовала в практическом экзамене, рискуя раскрыть себя, заключалась именно в этом. Если бы она смогла добыть информацию, подтверждающую, что он — наследник героя, ей больше не нужно было бы рисковать и оставаться в академии.

Сначала она завершила бы свой уход, затем работала бы с другими подчиненными, чтобы нарастить силы и придумать способ забрать его с собой. Именно это они с Беллой обсуждали изначально. Но теперь она делает вид, что ничего не было, и говорит: «О, ты подружилась с героем? Можешь стать еще ближе и переманить его на нашу сторону».

У неё возникло непреодолимое желание сорвать с себя знаки отличия и подраться с этой чертовой начальницей.

— Эм, капитан. Разве не было бы уместнее сначала вернуться на базу, завершить реорганизацию, а затем вместе с товарищами придумать способ, как его забрать?

Но, подавив гнев, она попыталась посоветовать это своим обычным спокойным тоном.

— Нет, я думаю, это возможность. Итак, Рена, у меня для тебя новый приказ. — …Приказ? — Именно так. Завоюй как можно больше доверия этого человека, пока не будет разработан детальный план. В ближайшее время я не буду требовать регулярных отчетов, так что расставь приоритеты и действуй соответственно. — ……

Изначально это был приказ о том, что она может покинуть академию, как только узнает новую информацию, подтверждающую, что этот человек — наследник героя. Рена сама того не ведая, шла по стопам той самой Святой.

— Я поня…ла.

Но что ей оставалось делать, кроме как подчиниться? Она насильно кивнула, мечтая об еще одной кружке пива.

Герцогиня! Отдайте мне герцогиню!

День после практического экзамена.

Я чувствовал небольшую ломоту в теле, но проснулся с легким сердцем и, как обычно, направился в академию.

Я собирался поздороваться с ребятами из своего класса, которые вчера настрадались не меньше моего, и уже было приоткрыл дверь, как вдруг…

— А-а-а! Ты же говорил, что это выполнимо! Ты обещал, что это выполнимо…! — Знаю, знаю! Но как это вообще можно было выполнить?! — Я провалил практику… Хнык-хнык.

…Передо мной предстала картина полнейшего хаоса.

Что это, дежавю?

Неужели в этом проклятом классе «Ц» факультета рыцарей завелся какой-то злой дух?

Атмосфера здесь всегда была паршивой, кажется, теперь это стало нормой.

Я решил пока не вмешиваться и тихо пробрался к своему месту, когда…

Скрип!

— Доброе утро.

Профессор Азелла вошла в класс, как всегда, с улыбкой.

Но почему-то шаги этой строгой женщины казались сегодня легче, чем обычно. И мне почудилось, что она смотрит прямо на меня.

— Как вы все знаете, сегодня я оглашу результаты практического экзамена, который вы сдавали вчера. Уверена, вы все с нетерпением ждете этого, верно? — Ни капельки! — Я совсем не жду! — А можно нам просто не знать оценок…!

Должно быть, все действительно облажались на практике, раз со всех сторон посыпались подобные выкрики.

Однако профессор Азелла, не изменяя своей манере «иду своей дорогой», лишь отмахнулась: «Да-да, и что с того?», — и выложила на кафедру увесистую стопку бумаг.

— Обычно я вызываю вас по списку, но сегодня есть один студент, которого я хочу отметить в первую очередь. — А-а-а-а! — Пожалуйста, пусть это буду не я. Только не я…! — Это же не публичная казнь, правда?! Профессор!

Все взвыли, услышав привычную фразу профессора Азеллы.

Ведь даже после обычного теста у этой женщины была пагубная привычка намеренно вызывать первой того, кто набрал меньше всех баллов.

Было очевидно: того, кого выберут первой мишенью сегодня, ждет знатный нагоняй.

Стоит заранее выразить свои соболезнования…

— Арен, выходи вперед. — …А?

…Подождите, это я?

Я расширил глаза от неожиданности, а профессор Азелла посмотрела на меня с довольным видом и кивнула.

— Что, Арен в этот раз завалил практику? — Серьезно? Не знаю. — Спасибо тебе, Арен…! Ты оберегаешь покой нашего класса!

Видя это, ребята вокруг зашушукались, словно их это совсем не касалось.

Мне нестерпимо захотелось размозжить им головы, но я сдержался и вышел к кафедре.

Все это время профессор Азелла смотрела на меня с такой нежной улыбкой, какой я от нее никогда не видел, и это было до крайности обременительно.

— На самом деле, Арен — единственный на факультете рыцарей, кто получил «А+» за этот практический экзамен. Все, аплодисменты! — ……А?

Но, словно желая добавить еще один поворот к уже имеющемуся, я услышал нечто совсем неожиданное.

С этими словами профессор Азелла протянула мне листок, на котором красовалась надпись: «Практический экзамен: А+».

Что, серьезно? Я получил «А+»?

Хлоп-хлоп-хлоп!

— О-о-о! — О, неплохо, Арен! — Я в тебя верил! — Эй, как ты прорвался через финальные врата?! — Я знал, что этот парень не так прост, чтобы сидеть в классе «Ц»!

Это что, какая-то версия академии из «Наруто»?

Подбадриваемый профессором Азеллой, класс продолжал аплодировать и ликовать.

Я стоял там, ошарашенный.

«Что это, какой-то супер-веселый розыгрыш со скрытой камерой?»

Я, который был середнячком на письменном экзамене, теперь стал лучшим студентом с «А+» на практике?

Я выпалил фразу, которая подошла бы разве что для названия ранобэ, и не смог выдать никакой внятной реакции, потому что был в полном шоке.

— Кстати, ни одна другая команда, кроме вашей, не получила «А+». Благодаря тебе я тоже сохранила достоинство как ответственный профессор. Продолжай в том же духе, Арен. — Да… Спасибо.

Ну, в любом случае, хорошо, что я получил высокую оценку.

Надо будет похвастаться перед Леди позже. *** Занятий сегодня почти не было, так что у меня нашлось время встретиться с Леди.

Когда я подошел к фонтану в центре главного корпуса, где мы обычно встречались, Леди уже ждала меня.

— Ого, Арен, ты правда получил «А+»!

Глаза Леди округлились от удивления, когда я показал ей результаты экзамена.

Глядя на нее, я почувствовал беспричинную гордость.

В конце концов, я поставил на кон свою жизнь и выложился на полную из-за просьбы Леди, которая, по правде говоря, и просьбой-то не была.

— Хех. Вот что бывает, когда я берусь за дело всерьез. — Ты ведь не подделал документы, правда? — …Леди? Что вы обо мне думаете? — Эхи-хи, шучу. Просто шучу!

Не думаю, что это была шутка.

Как бы я ни смотрел, в ее глазах читалось серьезное подозрение.

— В любом случае, тебе пришлось нелегко. Я слышала, ты вернулся вчера с кучей травм? — Ну, остальным членам команды досталось больше, чем мне. — Членам команды? О, точно, если подумать, Святая была в твоей команде, верно? Она такой светлый человек, должно быть, она очень помогла. — Светлый…?

Единственный образ Святой, который у меня остался — это то, как она падает в обморок с кровотечением из носа вместе со своим двойником.

— Другая была светлее. — О? Правда? Кто этот друг?

Глаза Леди заблестели от любопытства.

Хм, я бы хотел представить ее лично, если это возможно.

Она стала таким близким другом, что объяснять все на словах — просто позор… А?

— Эй, Рена! — ……?

Легок на помине.

Я радостно поднял руку и направился к знакомому лицу, проходившему мимо фонтана.

Девушка, оглядевшись по сторонам, указала на себя, словно спрашивая: «Ты меня зовешь?».

А кого еще я мог так отчаянно искать здесь, кроме нее? Тц.

— Леди, это та самая подруга, о которой я только что говорил. Она та, кто практически вытянула нашу команду на этом экзамене. — О, понятно! Приятно познакомиться. Я Тиа Белль Ростайл из класса «А» факультета духов. — …Рена Бести из класса «Б» факультета магии.

Девушка пожала руку в ответ на естественное приветствие Леди и кивнула.

Увидев это, я подошел к Рене, обнял ее за плечи и добавил:

— Если бы Леди видела выступление этой девушки, она была бы очень удивлена. Она такая умная, была активна и на предыдущих этапах. А на последних вратах, когда мы думали, что умрем, она выжала из себя последние силы, чтобы заблокировать атаку врага… Кья!

Я с таким энтузиазмом расписывал подвиги Рены, словно рассказывал героический эпос, брызжа слюной во все стороны.

— П-правда? И все же, Арен. Ты стоишь слишком близко… — Эй, что в этом такого? Мы прошли через всевозможные трудности вместе, так что, конечно, мы близки. Разве не так, Рена? — Да, это правда.

На данный момент нас можно считать товарищами, которые прошли огонь и воду.

С чувством товарищества я неосознанно сжал руку и придвинулся к Рене еще ближе.

— Хо, неужели случилось что-то особенное…

Тут Леди спросила, не в силах скрыть любопытство.

Что-то особенное? Ах, было.

Но, к сожалению, это тема, о которой я не могу рассказать Леди.

Потому что это секретная история между нами тремя: этой девушкой, мной и Юбеллией.

— Конечно, было. Но это наш маленький секрет. — Секрет…?! — Да, секрет. Разве не так, Рена?

Я крепче сжал руку и притянул ее ближе к груди, задавая вопрос.

— …Пожалуй, так.

Тогда девушка, переводившая взгляд с меня на Леди, приподняла уголок рта и отвела глаза.

Тц, не нужно так стесняться. *** Я подтвердил договоренность с Реной, о которой вскользь упомянул вчера, и в одиночку направился на тренировочную площадку.

Леди настаивала на том, чтобы мы вернулись вместе, но мне нужно было кое-что проверить.

Я отправил Леди обратно, убедив ее не ждать меня, и тихо занял место в тренировочном зале, сжимая в руке меч.

Шу-шу-шу…

— …Ху, не то.

Когда я собрал магическую силу и сконцентрировал ее на кончике клинка, как обычно, сформировалась синяя аура меча.

Недовольный вздох невольно сорвался с моих губ, когда я увидел это.

То, что мерцало на моем мече, когда я разрубил того голема на финальном испытании вчера, было явно Ганги.

Символ того, что ты достиг начала пути Мастера меча, и сфера, которая является конечной целью всех мечников.

Однако, когда я вернулся в общежитие прошлой ночью и взмахнул мечом в одиночестве, я не почувствовал этого ощущения вовсе.

Проблема не только в том, что Ганги не вырывалось наружу, но и в том, что та острота из того момента исчезла.

Словно вчерашних воспоминаний никогда не было.

— Айщ, неужели это была случайность?

Я попытался поправить стойку и взмахнул мечом изо всех сил.

Я даже сел, скрестив ноги, и медитировал с мечом на коленях.

И все же, когда я не увидел ожидаемого результата, из меня снова вырвался угрюмый стон.

Тц, полный провал.

Может быть, то, что произошло вчера, было просто недоразумением?

Но даже так, внутренний пейзаж и ощущение на кончиках пальцев, которые я видел тогда, все еще остаются яркими.

Может, я просто пока не могу правильно управлять этой силой?

Если так, то как мне снова овладеть этой силой, чтобы она стала полностью моей?

— Хеуа, я так разочарован…

Я махал мечом так усердно, что промок от пота, но особых результатов не было.

Я плюхнулся на пол с чувством тщетности и заныл, как ребенок, сам того не осознавая.

Я бы не был так расстроен, если бы даже не попробовал это на вкус.

Я отчетливо видел это, казалось, что я мог схватить это, нет, я держал это.

Оно исчезло, как песок, просачивающийся сквозь пальцы, и я чувствовал пустоту, словно это больше не мое.

Неужели нет другого пути, кроме как сосредоточиться на тренировках в ближайшее время?

Поскольку скоро начинаются каникулы, может быть, хорошей идеей будет просто сидеть в академии и махать мечом.

Тук-тук.

— …Хм?

Пока я ломал голову над решением, я услышал звук стука в стеклянное окно.

Когда я повернул голову, то увидел знакомое лицо за стеклом снаружи тренировочного зала.

В тот момент я вскочил, не осознавая этого, и подбежал к входу, словно выскочил из него.

— Сильбена, что случилось? — Прости. Я помешала твоей тренировке? Я просто случайно увидела тебя по пути, вот и зашла поздороваться. — Нет, нет. Я как раз думал о Сильбене, так что спасибо, что пришла. Заходи. — М-меня? Ты думал обо мне? Что это…

Неважно, выглядел ли я как зазывала или сутенер, я схватил Сильбену за руку, когда она отступила, и силой затащил ее внутрь.

На данный момент я должен рассматривать это как удачу, свалившуюся с неба.

Я тебя не отпущу.

— Сильбена. Мать Сильбены ведь мастер меча, верно? — Хм, верно. Она на самой вершине уровня мастера, ее называют Небесным Мечом. Она одна из трех лучших мечников на всем континенте. — О-о-о…!

Кья, как и ожидалось. Уровень герцогини совсем другой.

— Тогда Сильбена, должно быть, часто слышала советы от своей матери? — Советы? — Например, как достичь уровня мастера… Или, когда достигаешь этого уровня, как полностью использовать свою силу. — Хм, ну, нельзя сказать, что их нет…

Да!

Мое лицо просияло в одно мгновение, когда пришел ответ, которого я так ждал.

Тогда не остается ничего другого, кроме как попросить об одолжении без стыда.

Я получил помощь во время письменного экзамена, но сейчас я в таком отчаянии, что мне некогда чувствовать неловкость.

— Тогда Сильбена, могу я попросить тебя об одолжении? — О чем? — Можешь отдать Сильбену мне? — ………А?

Ах, не то. Мне следовало сказать: «Можешь уделить мне немного времени Сильбены?».

Я был слишком поспешен и оговорился.

Ну, неважно. Раз герцогиня такая умная, она наверняка сама все поняла.

Грезы наяву

В северной части Империи Баркадия раскинулась горная гряда Кальдера, известная как Белый Барьер или Врата Мороза.

За ними, в крепости Луфхейм, базируется род, почитаемый как стражи империи, что сдерживают натиск северных варваров.

Это Великое герцогство Бронхейм.

Сильбена родилась там старшей дочерью и с юных лет ступила на поле брани.

Ей едва исполнилось шестнадцать.

Обычно шестнадцатилетие считается важным рубежом, когда юноши и девушки входят в высшее общество через бал дебютанток.

Не менее важно, что это решающее время для девушек, когда они начинают посещать светские рауты, чтобы встретить достойных кавалеров.

Однако Сильбена с тех самых пор взяла в руки меч и облачилась в доспехи.

Северное сияние над заснеженными горами стало ей ближе, чем ослепительный свет банкетных залов.

Рев северных варваров, направленный в её сторону, стал привычнее, чем шепот мужчин, восхищенно взирающих на неё.

— Дочь, отправляйся в академию.

Её вызвала в кабинет мать, Альтена Бронхейм.

Там Сильбена услышала неожиданные слова и широко распахнула глаза.

— Да…? Что вы имеете в виду, матушка?

— Именно то, что сказала. Северные варвары притихли, так что оставь оборону здесь на меня, а сама поезжай в академию. Получи там больше знаний и заведи друзей.

Она могла понять предыдущие слова.

Варвары — это не порождения прошлого, не массово штампуемые, словно детали, творения черного мага Немезиды.

Не выдержав долгого подавления со стороны семьи Бронхейм, они сейчас отступают к самому краю севера, пытаясь перевести дух.

В нынешней ситуации, даже если она уедет, это не окажет существенного влияния на фронт.

Однако это и приказ отправиться в академию были явно разными вещами.

— Чему я могу научиться в этой никчемной академии? То, что мне нужно постичь, существует только на этой земле, матушка.

У неё всё ещё оставалась гора дел и вещей, которые нужно было освоить здесь.

Это не было чувством долга старшей дочери Великого герцогства Бронхейм, как и не было долгом того, кто живет на жалование империи.

Это было лишь гордостью, переданной ей товарищами, что бесславно исчезли перед её глазами за последние четыре года.

Её мудрая мать не могла этого не знать, так почему же сейчас?

— Я знаю о твоих великих амбициях. Но, Сильбена, обучение происходит не только на поле боя, где брызжет кровь. Иногда нужно общаться со сверстниками и учиться за партой.

— На севере тоже много знакомых моего возраста. Если проблема в моих недостаточных социальных навыках, я постараюсь их исправить.

Сильбена знала, что держалась несколько отчужденно с чужаками, если не считать солдат и слуг семьи.

У неё не нашлось ответа на этот довод, но она не хотела ехать в академию, к которой не питала интереса, только по этой причине.

— В лучшем случае это люди, близкие к семье Бронхейм. Твоя мать хочет, чтобы ты столкнулась с неожиданными отношениями и увидела мир шире.

— Семья Бронхейм и, более того, это заснеженное поле севера — весь мой мир.

— Я тоже это знаю. Если ты, будучи той, кто в будущем возглавит этот род, так думаешь, то большего я и желать не могу. Однако…

Альтена сняла кольцо, которое носила, и показала его, отчего глаза Сильбены расширились.

Ведь это был символ, олицетворяющий главу Великого герцогства Бронхейм.

— Это лишь история, которая начнется после того, как ты увидишь мир шире. Если ты скажешь мне те же слова, когда придет время, я буду счастлива. Но сейчас — исполни волю матери.

— …Если такова глубокая воля матушки.

Сказав это, Сильбена больше не могла упрямиться.

Человек, которого она уважала больше всех в жизни, женщина, казалось, воплощавшая её мечты.

Раз уж мать пошла на такие меры, впервые игнорируя желания своего ребенка, значит, на то была веская причина.

Возможно, что-то грандиозное, чего она даже не заметила.

— И найди там того, кого ты по-настоящему хочешь защитить. Путь за пределами того, что ты так отчаянно ищешь, укажет человек, которого ты однажды встретишь.

Тело Сильбены слегка дрогнуло.

Значит, мать заметила, что она блуждает, не обретая просветления.

Потрясенная этой проницательностью, она также ощутила сомнение.

— Тот, кого я по-настоящему хочу защитить…? Есть ли такой человек, помимо жителей севера?

— Только ты можешь это знать. Но я уверена.

«Потому что я была такой же».

Редкая, мягкая улыбка тронула губы Альтены, когда она произнесла это.

Зная, что такое выражение лица она показывала только перед отцом, Сильбена не добавила больше ни слова.

Сейчас у неё была лишь мысль завершить обучение в академии, как того желала мать, а затем вернуться. *** — …Эм, Арен. Что ты имеешь в виду под «дай мне»?

Слегка исказив свое обычное бесстрастное лицо, спросила Сильбена.

Ах, полагаю, было слишком бесстыдно надеяться, что она поймет меня с полуслова.

— Ах, прости. Я хотел попросить у Сильбены немного времени, но как-то вышло неловко.

— …Твои оговорки всегда такие тонкие. Я чувствую злой умысел.

Злой умысел — это слишком сурово.

Люди могут ошибаться, пока живут.

Но раз это моя вина, я не стал нагло отрицать.

Это было бы поистине бесстыдно.

— Но к чему просьба уделить время? Ты разве не говорил, что избежал дополнительного экзамена?

— К счастью, дело не в экзамене. Скорее, это мои личные тренировки… Я надеялся, что ты сможешь мне помочь.

— Хо, у тебя проснулись амбиции? Это необычно.

Слышать такое — будто я ленивый бездельник, который не тренируется отдельно.

Конечно, доля правды в том, что мне не хватало амбиций, есть, но больно получать такие факты в лицо.

Давай соревноваться в пропаганде и вымысле, госпожа Северная герцогиня.

— Да. Ну, что-то вроде того.

— Если так, я с радостью помогу тебе, чем смогу. Но есть ли особая причина?

— На самом деле, вчера во время практической оценки у меня случилось небольшое озарение.

— …Озарение, ты не хочешь сказать?

Под взглядом Сильбены я неловко улыбнулся и кивнул.

— Именно так.

— Не могу поверить. Даже я пока не осмелилась стремиться к уровню мастера…

Даже если она так говорит, Сильбена, вероятно, сама на пороге становления мастером.

Судя по совершенству техники Меча ауры, которую она использует, её навыки с самого начала намного превосходили мои.

Просто озарение, которое я почувствовал в тот мимолетный момент, и инстинкт выживания в ситуации жизни и смерти, к счастью, совпали, позволив мне на краткий миг заглянуть в эту сферу.

— Мне повезло. Только так я могу это описать.

— Если бы можно было заглянуть в сферу мастера с помощью удачи, каждый бы достиг уровня мастера. В любом случае, поздравляю, Арен.

— Спасибо.

Обычно, когда кто-то слышит, что сверстник, идущий тем же путем, превзошел его, он проявляет хотя бы каплю зависти или ревности.

Сильбена же захлопала в ладоши с искренним и восхищенным видом.

Это и есть достоинство Северной герцогини?

— В любом случае, если ты действительно достиг уровня мастера, тебе не нужны мои советы.

— Нет. Именно здесь начинается самое главное.

— Самое главное?

— Да. То, что я видел своими глазами и чувствовал своими руками вчера, словно сон, который я больше не могу уловить.

Слабый Меч ауры, который был отчетливо виден на кончике меча, пусть и не очень ярко, сиял синим.

Бесконечно легкий меч и ощущение, будто я ступаю по облакам.

Всё это улетело, словно ночной сон, и я жаждал вновь обрести это как можно скорее.

Пока я молча вертел в руках меч, Сильбена, наблюдавшая за мной, открыла рот.

— Понимаю. Так вот оно что. Скорее, это потому, что ты однажды обрел просветление, теперь ты потерян еще больше.

— Да. Я не знаю, что происходит. Может, это был просто инстинкт выживания, сработавший в опасности.

— Даже если это инстинкт выживания, в конечном счете, это лишь часть силы, скрытой внутри тебя. Даже если ты не вошел в сферу мастера сразу, несомненно, что ты обладаешь таким потенциалом.

— Ты так думаешь?

Я не просил утешения, но, слыша её твердое утверждение, я почувствовал себя спокойнее.

— Раз я знаю, о чем ты хочешь попросить, я помогу тебе, чем смогу. Хотя не знаю, буду ли полезна.

— О, правда? Спасибо тебе, Сильбена. Я вечно доставляю тебе хлопоты.

Я не настолько бесстыден.

Поняв, что с самого начала в одностороннем порядке прошу Сильбену об одолжениях, я неловко улыбнулся, и она в ответ слабо улыбнулась.

— Я помогаю не просто так. Возможно, я согласилась, потому что подумала, что тоже могу получить помощь.

— Я — Сильбене?

Что у меня может быть такого, что помогло бы этому человеку?

Я склонил голову набок от фундаментального вопроса.

— Да. На самом деле, моя матушка однажды…

— Однажды?

Есть два способа разозлить людей: первый — замолчать на полуслове, а второй…

Она планирует использовать это?

Сильбена, которая собиралась продолжить, но остановилась, широко открыла глаза и слегка кашлянула.

— …Нет. Кажется, еще слишком рано тебе говорить.

— Слишком рано означает, что ты расскажешь мне когда-нибудь, верно? Я не из тех, кто это так оставит.

— Когда-нибудь время может прийти.

— Тогда я буду ждать? Ты ведь не скажешь, что не расскажешь мне позже?

Я обычно исключительно хорошо запоминаю бесполезные вещи.

На всякий случай я планировал записать это в блокнот и спросить Сильбену позже.

Когда я уставился на неё с решительным видом, словно говоря, что ей не сбежать, она вместо этого улыбнулась.

— Ты будешь ждать. Правда? Я не очень люблю ложь.

— О чем тут лгать? Я обязательно буду ждать. Буду ждать до самого гроба.

— Тогда обещаешь?

— Обещаю?

Разве не я должен просить Сильбену об обещании?

Такое чувство, что роли поменялись.

— Ну, конечно.

— Хе-хе, хорошо.

И всё же, раз она так хочет, я сцепил мизинцы, и мы дали обещание, как дети.

Улыбка, которую она показала в этот момент, была, пожалуй, самой яркой из всех, что я видел у Сильбены.

— Тогда до каникул я полагаюсь на тебя, Сильбена.

До каникул осталась едва ли неделя, но ничего не поделаешь.

Леди сказала, что останется в академии, потому что ей нужно кое-что исследовать, но большинство студентов вернутся к своим семьям.

Если мы будем усердно тренироваться вместе до тех пор, может, будут какие-то результаты.

Именно это я думал, когда сказал это…

— …Эм? До каникул, что ты имеешь в виду?

— Ну, Сильбена, ты ведь возвращаешься к семье на каникулы, верно?

— Я думала, ты просишь меня уделить время моих каникул, поэтому согласилась.

— ………Да?

О, так вот оно что… Ты хочешь сказать, что не возвращаешься к семье и остаешься в академии на все каникулы только ради того, чтобы присматривать за мной?

Я благодарен, но зачем заходить так далеко…?

Великая герцогиня не понимает мужских сердец

Студентам общежития Айферия полагаются личные горничные или слуги.

Академия Телеос — место, где собираются выдающиеся таланты, и поскольку общежитием пользуются лишь самые одаренные личности, принадлежащие к классу А, оно предоставляет привилегии, соответствующие этому статусу.

Более того, студенты, проживающие в общежитии Айферия, размещаются в довольно роскошных комнатах с отдельными личными душевыми и уборными.

Это история, от которой студенты общежития Кальдир наверняка схватились бы за головы, но ничего не поделать — такова образовательная политика и тенденция академии.

Не зря говорят: «Если ты расстроен, старайся лучше».

— Леди Сильбена, достаточно ли так уложены ваши волосы?

Человеком, отвечающим за эти привилегии, была Лизбет Маривуд, старшая горничная, приставленная к первокурсникам общежития Айферия.

Когда она попросила оценить результат после того, как высушила и аккуратно уложила волосы великой герцогини, Сильбена кивнула.

— Спасибо, Лизбет. Ты всегда так много возишься со мной.

Когда Лизбет, закончив с прической, убрала руки, Сильбена, как всегда, выразила свою благодарность — прямолинейно, но ясно.

Ничто так не наполняет сердце горничной радостью, как похвала госпожи, поэтому на губах Лизбет сама собой появилась улыбка.

— Не стоит благодарности. К тому же, в последнее время вы стали уделять гораздо больше внимания своей внешности.

До поступления в академию Сильбена не особо заботилась о том, как выглядит.

В конце концов, у женщин есть к этому чуть большая склонность, но что сказать о Сильбене?

Если выразиться грубо — она была варваркой, а если мягко — обладала легким характером.

Она могла небрежно вытереть волосы полотенцем и, как обычно, завалиться на кровать.

Бывали времена, когда Лизбет едва удавалось остановить ее, чтобы та не выскочила утром с растрепанными волосами, успевая привести прическу в порядок лишь в последний момент перед уходом.

Но в последнее время она стала укладывать волосы трижды в день: утром, в обед и вечером.

Она даже звала ее на выходных, когда собиралась на прогулку, доверяя ей свою прическу.

Лизбет заметила, как выражение лица Сильбены мгновенно стало суровым, когда она указала на этот факт.

— Хм. Мне плевать, если меня будут ругать, но я не хочу, чтобы мое неуклюжее поведение опозорило семью Бронхейм. Я просто почувствовала в этом необходимость.

Даже в такой ситуации она вызывала восхищение тем, что не теряла невозмутимого вида и пыталась отвечать спокойно.

Но это была не та реакция, которой ждала Лизбет.

— Понимаю. Ах, кстати, вы в последнее время встречались с Ареном?

— Ах, почему имя Арена вдруг всплыло…?!

— …Кхе.

Стоило ей слегка сменить направление атаки и нанести точный удар, как маска Сильбены разлетелась вдребезги.

Видя это, Лизбет едва сдержалась, чтобы не расхохотаться.

Великая герцогиня, которая обычно так торжественна, а порой кажется даже холодной.

Как ни странно, стоит прозвучать имени одного мужчины, как ее лицо заливается краской, она не знает, куда деть руки, и растерянно бродит из стороны в сторону.

Для переутомленной горничной было бы отличным развлечением подразнить ее еще немного, но, в конце концов, она горничная и по имени, и по факту.

У нее было чувство долга, что она не должна получать удовольствие от мучений своей госпожи, поэтому она небрежно приняла слова, как будто ничего не произошло.

— Ничего особенного. Просто раньше вы довольно часто говорили об Арене, а в последнее время это стало редкостью. Я забеспокоилась, не стали ли ваши отношения неловкими…

— Понимаю. На самом деле это не так. Если уж на то пошло, мы стали ближе, чем прежде. Мы даже запланировали встречу на время каникул.

— ……!

Возможно, сама Сильбена сказала это без задней мысли, но для Лизбет, которая слушала ее, это было совсем не так.

Во-первых, каникулы — это период, когда академия, связывающая студентов друг с другом, фактически перестает существовать.

Вот почему юноши и девушки в самом расцвете сил, у которых любовь только начала прорастать, как весенние побеги, часто отдаляются друг от друга в это время.

Кто-то уезжает в родные края, кто-то занят исследованиями.

Бывает еще больше случаев, когда они разлетаются в разные стороны из-за своих графиков.

«Ты запланировала встречу с мужчиной на время каникул?»

Неужели завтра солнце взойдет на западе?

Хотя характер у Сильбены не робкий, Лизбет знала правду.

По крайней мере, у нее нет опыта влюбленности, и поэтому она — новичок, который не знает, как подступиться к противоположному полу.

Особенно когда я иногда разговариваю с ней, чувствую, что Сильбене еще труднее сблизиться с кем-то, потому что она из северных воинов.

В принципе, мужчины — создания нежные, тогда как она была из тех, кто не хотел никому уступать в силе, даже среди женщин.

У меня было стойкое ощущение, что она колеблется, потому что не знает, как обращаться с тонкой стеклянной работой.

Тот факт, что такая Сильбена построила планы с мужчиной наедине, означал, что в этом было мужество, подобное отважному генералу, бросившемуся на поле боя, чтобы встретить врага в одиночку.

— Если вы строите планы, значит, идете на свидание или что-то в этом роде? Это же замечательно.

Внутри того, что обычно называют территорией академии, полно чудесных и красивых мест.

Поскольку во время каникул разрешен доступ извне, выбор становится еще шире.

В тот момент, когда Лизбет, впечатленная грандиозным планом Сильбены, собиралась поаплодировать.

— Свидание? О чем ты говоришь?

— …Да?

Когда вернулся вопрос Сильбены, смешанный с сомнением, сознание Лизбет на мгновение отключилось.

Тогда, если мужчина и женщина проводят время наедине во время каникул, что еще делать, кроме как ходить на свидания?

— Я просто собираюсь практиковаться в фехтовании. Арен попросил меня о помощи.

— Фехтование, практика?

Ах, вот оно что.

Но проблема в том, что это действительно невообразимый выбор.

Лизбет почувствовала, как закололо в черепе, и схватилась за лоб.

«О боже, леди!»

Как она может быть такой наивной?

Конечно, быть наивной — не плохо.

Но, как говорится, смелая женщина завоевывает красивого мужчину, а в этом жестоком мире романтики трудно ориентироваться с одной лишь невинностью.

«Это тоже долг горничной».

Поэтому Лизбет набралась храбрости и решила дать совет этой невинной леди, которая ничего не знает о мире.

— Леди, а с чьей стороны поступило предложение о практике фехтования?

— Арен предложил, но…

— Тогда вам тем более не стоит этого делать. Если мужчины первыми строят планы, это всегда подразумевает что-то иное, помимо поверхностной причины.

— Неужели это правда?

Лизбет энергично закивала в сторону Сильбены, которая удивленно расширила глаза.

Затем она процитировала фразу из книги под названием «Внутренние мысли мужчин», которую мельком читала во время перерыва некоторое время назад.

— С женщинами то же самое, но мужчины, в частности, не строят безрассудно планы с женщинами, которые им не нравятся.

— Хм…

— И мужчины — существа нежные, у которых в сердце всегда есть желание не выглядеть легкомысленными. Другими словами, им всегда нужна причина, когда они строят планы.

— Эта причина и есть смысл практики фехтования?

— Именно!

Как и ожидалось от Сильбены, которая по своей сути умна, Лизбет захлопала в ладоши, как тюлень, когда та сразу поняла, о чем она пытается сказать.

Это ли то чувство, которое испытывают родители, глядя на своего ребенка, который только начал произносить первые слова после родов в муках!

— Другими словами, просто провести практику фехтования и вернуться сюда — это все равно что сказать: «Ты мне не интересна». Тогда как почувствует себя другой мужчина?

— Его гордость будет задета.

— Верно. Поэтому, даже если это немного хлопотно, ваш долг как женщины — предложить отдельное событие, которое последует за этим планом. Например, отправиться на легкую прогулку вдвоем или пообедать в месте с хорошей атмосферой.

— Понимаю…!

Возможно, что-то осталось под вопросом, даже несмотря на восхищенное восклицание.

Лизбет наклонила голову, когда Сильбена слегка нахмурилась.

— Но Лизбет, у меня есть вопрос.

— Какой?

— Тогда разве не было бы нормально, если бы мужчина предложил новый план после того, как план, составленный ради причины, закончится? Почему женщина должна ждать, чтобы сделать это?

— Проще говоря, они хотят сигнала. Поскольку они уже косвенно выразили свои чувства первыми, они хотят, чтобы другой человек показал позицию, соответствующую этому, сказав: «Я тоже испытываю к тебе чувства».

Так!

Не успела она закончить фразу, как Сильбена хлопнула себя по колену.

— Даже если леди предложит свидание после этого, Арен не покажет этого внешне. Он откажется, сказав, что устал или не хочет доставлять больше хлопот.

— М-м.

Лизбет довольно улыбнулась, наблюдая за Сильбеной, которая уже записывала ее слова в блокнот.

Какая прилежная ученица!

Если бы она была профессором, она бы уже поставила ей как минимум оценку «А» только за такое отношение.

— В такие моменты можно молча взять его за руку и повести за собой. Если вы скажете что-то вроде: «Я ни капли не жалею о времени, проведенном с тобой», он будет полностью покорен.

— Э-это может быть немного сложно… Но я попробую.

— Пожалуйста, сделайте все возможное!

Она подбадривала Сильбену, сжимая кулак.

— Кстати, Лизбет, кажется, у тебя большой опыт свиданий. Откуда ты так хорошо знаешь мужскую психологию?

— …….

Восхищение Сильбены продолжалось, а лицо Лизбет мгновенно окаменело.

Ей в этом году исполняется 23 года.

В то время, когда другие уезжают искать своих партнеров, она все еще оставалась печальной девой, у которой никогда не было опыта свиданий. *** — Сейчас мы проведем 107-ю церемонию летних каникул Академии Телеос.

— Ура-а-а-а!

Сладость, которую приносит слово «каникулы», кажется, везде ощущается по-разному.

Всякий раз, когда президент собирает людей и начинает говорить, они все заняты тем, что дремлют или болтают с соседями.

Только в этот момент сегодня они издавали восторженные возгласы, которые сотрясали аудиторию, словно приветствовали кумира, появившегося на утешительном выступлении.

— Студенты, не забывайте, что вы — члены Академии Телеос, где бы вы ни находились…

Начиная с наставления, были также переданы краткие меры предосторожности, которые следует соблюдать во время каникул.

Ничего особенного, содержание касалось лишь измененного времени использования некоторых объектов во время каникул.

Или о том, что комендантский час в общежитии немного сдвинут, в общежитии нет надзирателя, а количество сотрудников службы безопасности сокращено, поэтому будьте осторожны с безопасностью.

Церемония каникул закончилась в мгновение ока, и студенты разбрелись по сторонам, чтобы сесть в кареты, которые каждый из них вызвал.

— Леди, приятной поездки.

— Да, я вернусь!

Наша леди была среди них.

Изначально она планировала остаться в академии, потому что ей нужно было кое-что исследовать, но подумала, что должна хотя бы раз увидеть лицо матери и вернуться, поэтому собиралась посетить родной дом в одиночку.

Я пыталась сопровождать ее, но она отказалась, сказав, что действительно просто хочет увидеть ее лицо и вернуться, так что все в порядке.

Что ж, мой сосед по комнате Тео останется на время каникул, так что, думаю, я не буду чувствовать себя особенно одиноко.

— …Она уехала.

После того как я проводила леди, наступил момент, когда я обернулась, пытаясь стереть слегка пустое чувство.

— Арен.

— О, это Рена. Почему ты все еще здесь?

Появилось знакомое лицо, и она подняла руку в знак приветствия.

Это была Рена, которая пряталась среди немногих оставшихся людей, в то время как все остальные сели в кареты и исчезли.

— Мой родной дом в Королевстве Руэндель. Это далеко и утомительно, и у меня есть дела, поэтому я осталась.

— Дела? Ах, ты осталась ради магических исследований, как Нериэль?

— Что-то вроде того.

Ого, эта девушка тоже прилежная.

Может, большинство магов такие.

— А почему ты здесь, Арен? Я видела, как Тиа Белль садилась в карету раньше.

— Да. Леди поехала одна, чтобы увидеть лицо матери и вернуться. Я собирался поехать с ней, но, полагаю, она не хотела меня беспокоить.

— Значит, ты пока один?

— Ну… Полагаю, да?

Поскольку леди, с которой я всегда провожу время, исчезла, было бы не слишком странно выразиться, что я один.

— Понимаю. Понятно. Хороших тебе каникул.

— Да.

Когда я кивнула, она кивнула и повернулась.

Как будто это было все, что ей нужно.

Те, кто движутся

На стене висел небольшой флаг, на котором была изображена фигура в мантии с зашитым ртом.

Он беззвучно колыхался в пространстве, куда не проникало ни единого дуновения ветра.

Прямо под ним стоял массивный круглый стол — такие обычно используют для собраний высокопоставленных лиц.

Все присутствующие были облачены в черные мантии, расшитые серебряными нитями; количество и узор этих нитей слегка различались в зависимости от того, кто их носил.

Молчаливая Свита.

А среди них — руководители, известные как Молчаливые.

Это были существа, питавшие фанатичное обожание к Немезиде; некоторые из них вырезали себе языки или навсегда запечатали свои голоса с помощью магии.

— Прошло немало времени с тех пор, как мы все вот так собрались.

— Вероятно, это означает, что ситуация складывается не в нашу пользу.

— Истину глаголешь. Попытки найти нас извне становятся всё серьезнее.

— Это не имеет значения. Согласно словам Тьмы, ключ, похоже, уже найден.

Тьма.

Так называли лидера внутренней группы, скрывавшейся в тенях и собиравшей информацию по всему континенту.

Стоило кому-то произнести это, как все взгляды тут же устремились в одну точку.

— Я тоже слышал эту историю. Неужели это правда?

Кивок.

В ответ на вопрос, прозвучавший так, словно кто-то скрежетал ногтями по школьной доске, фигура в мантии безразлично кивнула.

Затем по залу пронесся короткий шепот.

— Тогда почему вы до сих пор не привели его сюда? Разве вы не чувствуете, как отчаянно ждет тот человек?

— Дух. Успокойся. Мы ведь решили делегировать все полномочия по этому вопросу Тьме, не так ли?

Дух.

Внутри Молчаливой Свиты так называли главу подразделения, специализирующегося на магии души и сознания.

На самом деле именно он отчаяннее всех призывал к воскрешению Немезиды, и благодаря этому он принадлежал к числу радикалов, настаивавших на том, чтобы как можно скорее найти потомка героя и притащить его силой.

Поэтому он часто препирался с Тьмой, которую можно было назвать умеренной.

Аргумент Тьмы заключался в том, что даже если они приведут его силой прямо сейчас, это не будет иметь смысла, если их существование раскроют, а сам ритуал в результате станет недействительным.

— …Мой подчиненный пытался связаться с ним. Судя по тому, что я слышу, их отношения развиваются довольно успешно. Такими темпами мы сможем получить ключ в ближайшем будущем. Ждите.

— Ха! Какая шутка…! Я сам приведу его, когда придет время! Так что выкладывай всю информацию, которую знаешь!

— …Ху.

Похоже, взывать к разуму словами бесполезно.

Тот, кого называли Тьмой, глубоко вздохнул и достал из-под мантии листок бумаги.

Это была записка, кратко резюмирующая информацию, принесенную подчиненным.

— …Насколько мне известно, во время каникул он остается в академии. Похоже, в это время охрана будет ослаблена.

— Ху, неужели?!

Хотя информации было всего ничего, ее хватило, чтобы остаться довольным.

Когда Дух с грохотом ударил по столу и вскочил со своего места, Тьма продолжил:

— Но имей в виду. Судя по докладам моего подчиненного, он больше не тот противник, которого можно недооценивать. Ты можешь даже проиграть, Дух.

— Кихихит…! Какой нелепый совет! Но раз уж это совет от соратника, сегодня я прислушаюсь к нему.

Свиш…

С этими словами Дух исчез в мгновение ока, словно тень, просочившаяся в землю, не оставив после себя ни следа.

При виде этого у всех присутствующих вырвался короткий вздох.

Но никто не стал его останавливать.

В конце концов, каждый здесь с нетерпением ждет воскрешения того самого человека.

Это была неоспоримая истина, и никто не мог винить его за то, что он решил действовать ради этой преданности.

На следующий день на рассвете, когда я прибыл на тренировочную площадку, в одном из залов для спаррингов горел свет.

Я заранее попросил Сиэль-сонбэ и одолжил его от имени студенческого совета на время каникул.

Во время каникул время использования тренировочных площадок сильно ограничено, так что я ломал голову, но благодаря нашему президенту студенческого совета смог вздохнуть с облегчением.

Как и ожидалось, она великодушная… нет, щедрая старшая.

— Арен, ты пришел первым.

— Да. Пришел немного размяться.

Я прибыл раньше и уже начал легкую разминку, когда подоспела Сильбена.

Я собирался разрядить обстановку непринужденной болтовней, но она холодным тоном перешла к главной теме.

— На самом деле, вчера вечером я связалась с матерью и попросила совета.

— О, правда?

Это были слова, которых я ждал больше всего, поэтому мои глаза на мгновение блеснули.

Кья, как и ожидалось от Герцогини.

Она спросила сразу же.

Насколько я слышал, Герцогиня последние несколько дней отсутствовала, так что Сильбена не могла спросить совета, даже если бы очень хотела.

Похоже, она связалась с ней, как только услышала новость о том, что та вернулась в замок.

— Согласно выводам моей матери, ситуация была критической, когда ты проявил Ганги, или же ты был внутренне загнан в угол.

— Вау, как она узнала? Это поразительно точно.

У меня по коже пробежали мурашки от такой проницательности, словно она сама присутствовала там в тот момент.

Это и есть достоинство мечника, входящего в тройку сильнейших на всем континенте?

— Искусственно создать такую ситуацию сложно, поэтому необходимо заглянуть вглубь себя и провести глубокий диалог с мечом и самим собой.

— Хм, это сложно. Я пробовал несколько раз, но не могу уловить суть.

— Конечно, так и будет. Но мать сказала, что если ты хоть раз мельком увидел ту сферу, то в конечном итоге достигнешь ее, если не будешь торопиться. Так что не стоит думать об этом слишком поспешно.

Охо, вот оно что.

Может, дело в том, кто это сказал? Даже вес этих слов совсем другой.

Честно говоря, до вчерашнего дня, когда я в одиночку усердно махал мечом, я думал: «Вау, неужели ничего не выйдет?», но теперь, когда сама Северная герцогиня лично подтвердила это, во мне без всякой причины начала расти уверенность.

— Самое важное — вложить всего себя в один удар меча. Это звучит немного абстрактно, но она сказала, что ты поймешь это, услышав данные слова.

— Думаю, я точно знаю, о чем речь. Именно так я себя и чувствовал тогда.

Я посмотрел на руку, сжимающую меч, и несколько раз сжал и разжал кулак.

Да, именно так я себя и чувствовал.

Причина, по которой я до сих пор держу в руках меч.

Воля, с которой я хотел подняться выше.

Страх, что всё исчезнет, если я не побежу врага перед собой прямо сейчас.

Всё это исчезло из моего разума и осталось лишь на кончике меча.

Ощущение, что я сметаю всё одним ударом, и чувство, будто мой разум становится ничем.

До вчерашнего дня мне казалось, что я пытаюсь ухватиться за что-то бесформенное, но после этих слов я словно смутно увидел очертания.

Впрочем, не то чтобы я чувствовал, что могу сделать это прямо сейчас.

Просто на душе стало немного легче.

— Поэтому сегодня я буду сражаться с тобой всерьез. Стыдно говорить об этом самой, но чем больше ты сражаешься с сильным противником, тем выше вероятность, что ты тоже обретешь просветление.

— Я благодарен за это. Кстати, еще раз прошу прощения за то, что доставляю Сильбене столько хлопот.

Это то, что стоит приветствовать обеими руками, но, с другой стороны, в последнее время я слишком часто создавал ей проблемы.

Пока я неловко чесал затылок, Сильбена, которая уже собиралась принять боевую стойку, застыла, словно статуя.

— …Если ты действительно сожалеешь, не мог бы ты провести со мной время после тренировки?

— Провести время? А, ты хочешь, чтобы я что-то сделал?

— Что-то вроде того. На самом деле, есть ресторан, в который я хочу сходить. Однако идти одной немного неловко…

Хм? Ресторан?

А, может, она просит меня угостить ее?

— Если так, я с радостью. Я получил «А+» на практическом экзамене, так что мне выдали много карманных денег.

Будучи студентом класса Ц, который получает лишь минимальное пособие, мне было бы трудно оплатить счет в элитном ресторане, куда она обычно ходит.

Как и ожидалось от академии, где всё измеряется оценками, я получил дополнительные деньги только за «А+» на практике.

Более того, поскольку студентов, получивших «А+», было всего трое, включая меня, сумма оказалась довольно внушительной.

Я сейчас непобедим.

— Нет. Я сама заплачу, просто удели мне свое время.

— Да? Сильбена сама заплатит? Это немного…

Но, вопреки ожиданиям, я был озадачен тем, что она сама собирается оплатить счет.

Нет, тогда я не возвращаю долг, а, наоборот, влезаю в еще больший. Ну и ну, эта юная леди.

— Это слишком хлопотно, так что… К тому же, Сильбена, должно быть, тоже устала, не лучше ли пойти в другой раз?

— А…!

Или, скорее, я косвенно выразил это, сказав, что могу пойти сегодня, так что, пожалуйста, позволь мне хотя бы оплатить счет.

Тогда глаза Сильбены широко распахнулись…

— …Если это деньги и время, потраченные на тебя, я ни о чем не жалею.

…Она бросила фразу, которую использовал бы главный герой любовного фэнтези-романа, чтобы соблазнить главную героиню.

О том, как я, мужчина, оказался в роли героини романтического фэнтези

Я чувствовал это еще во время подготовки к межфакультетским соревнованиям, но утренние тренировки с Сильбеной приносят плоды во многих отношениях.

Я никогда не играл в го, но мне кажется, это похоже на то, как игроки разбирают свои партии после завершения матча.

Она холодна с окружающими, но к себе относится еще строже.

Возможно, именно поэтому она никогда не слушает советы вполуха и никогда не расточает пустых, льстивых слов.

— Хм. Твой меч ауры стал определенно совершеннее, чем раньше. Но иногда все еще проскальзывают лишние движения. Например…

— Охо, я даже не осознавал, что у меня есть такая привычка.

Даже когда мы оба обливались потом, мы с Сильбеной продолжали указывать друг другу на недостатки или слабые стороны, ни на миг не выпуская мечи из рук.

Честно говоря, в глубине души у меня закрадывалась мысль:

«Теперь, когда я мельком заглянул в сферу мастера, возможно, я смогу превзойти Сильбену».

Но это был грандиозный просчет.

Неужели персонажи уровня героини из оригинала чем-то отличаются от остальных?

Явно мастерство владения мечом ауры у нас сейчас было примерно на одном уровне, но колоссальная разница в практическом опыте заполняла этот пробел, и я часто проигрывал с минимальным отрывом.

— Кхе, как и ожидалось, советы Сильбены всегда на вес золота.

— Я рада, что ты так считаешь.

Если Камилла была моим учителем фехтования, когда я жил в доме Ростайл, то после прихода в академию ее место словно заняла Сильбена.

Профессор Азелла больше похожа на инструктора, который улучшает общие физические показатели, а не ограничивается лишь уроками фехтования, так что это немного другое.

— Время уже так пролетело. Я почти не завтракала, как насчет того, чтобы пойти пообедать?

Сильбена убрала меч, взглянув на часы, висящие в углу пустой тренировочной площадки.

Видимо, из-за того, что мы оба одержимы мечами, мы вышли на тренировку рано утром, съели всего по сэндвичу, а потом без перерыва махали клинками, так что проголодались.

Даже я, хотя и не подавал виду, чувствовал пустоту внутри.

Черт, в такие моменты мне жизненно необходим кукпап. Кукпап.

Будучи фанатом кукпапа в прошлой жизни, даже спустя почти двадцать лет после перерождения, я мечтал именно о нем, когда был голоден.

Может, научиться готовить и сделать его самому?

Но у меня нет рецепта. Проклятье.

— Я не против. Но правда ли это нормально, что я продолжаю полагаться на тебя?

— Я же говорила. Мне не жалко тратить на тебя деньги и время.

— Хм…

Она улыбалась, явно довольная своими словами.

Я все еще чувствую, что доставляю слишком много хлопот, но раз она сама так говорит… что ж.

К тому же, угощение можно будет вернуть позже, так что я решил с радостью принять ее любезность.

— Тогда, может, вернемся в общежитие, переоденемся и встретимся снова?

— Было бы неплохо.

Обменявшись мнениями, мы быстро привели себя в порядок и покинули тренировочную площадку.

Хотя вчера официально закончились занятия и начались летние каникулы, воздух снаружи казался довольно прохладным.

Может, потому, что я насквозь промок от пота.

Нужно поскорее вернуться, принять прохладный душ, переодеться и выйти…

Шурх.

— …Сильбена?

Пока я выстраивал планы в голове, я обернулся, почувствовав, как что-то внезапно опустилось мне на плечи.

Не успел я опомниться, как Сильбена, зайдя со спины, накинула на меня тонкий кардиган, который принесла с собой.

Он был достаточно легким, идеально подходящим для не слишком жаркого утреннего воздуха, но я лишь моргал, не понимая, зачем она это сделала.

— Носи, пока не дойдешь до общежития. Ветер холодный, хоть и лето.

— Я в порядке. К тому же я весь в поту…

Казалось, она отдала его мне, потому что сама не так легко мерзнет, но я колебался, стоит ли надевать чужую вещь, когда мое тело пропитано потом.

— Не переживай об этом и надевай.

Сильбена с суровым выражением лица буквально заставила меня принять кардиган.

Почему-то она пошла впереди, внимательно осматривая путь от тренировочной площадки к главному корпусу, и жестом поманила меня.

— Хм, никого нет. Кажется, можно идти.

…Меня что, сопровождают? *** Я вернулся в общежитие, привел себя в порядок, надел рубашку и подходящие брюки, а затем направился к месту встречи.

Во время каникул отпадает обязанность носить школьную форму, что очень удобно.

В этот раз я пришел первым, и у ворот академии, где мы договорились встретиться, еще никого не было.

С тех пор как я попал в академию, я впервые собирался выйти за ее пределы, чтобы осмотреть торговый район, поэтому был немного взволнован.

Обычно я мог решить большинство своих дел, не покидая территории.

— Ах, Арен. Прости… заставила тебя ждать.

— Нет, все в порядке. Я тоже только что пришел.

Сильбена, опоздавшая минут на пять, подбежала ко мне с развевающимися черными волосами и, тяжело дыша, начала извиняться.

Даже когда я сказал, что все хорошо, она продолжала извиняться с виноватым видом.

Она вела себя совсем не так, когда опаздывала на тренировочную площадку, и я задумался, не случилось ли чего за это короткое время.

— Кстати, впервые вижу Сильбену в повседневной одежде. Тебе очень идет.

— Т-ты тоже выглядишь очень хорошо. Как бы сказать… это в твоем стиле.

— Хм… это был комплимент?

Я просто надел рубашку и брюки без всяких изысков, и от этих слов мне показалось, что она надо мной подшучивает.

Когда я неловко переспросил, Сильбена вздрогнула и замахала руками.

— Конечно, это комплимент. Я… я тебя чем-то обидела?

— Нет. Совсем не обидела…

— Я рада. Я не очень внимательна к деталям, надеюсь, ты поймешь.

— Я и сам не особо придирчив, так что все в порядке.

Я разрядил обстановку шуткой и мы двинулись в путь.

Поскольку я не знал, куда мы идем, мне оставалось только следовать за Сильбеной.

К слову, торговый район за пределами академии выглядит довольно роскошно.

Кажется, я начинаю понимать, почему ребята из моего класса иногда с таким восторгом обсуждали походы по магазинам на выходных.

Но мне было слишком лень куда-то выбираться.

— Эй, посмотри туда.

— О-о…

— Какое бельмо на глазу средь бела дня.

— И не говори.

Пока я глазел по сторонам, разглядывая интересные витрины, мимо нас прошли две женщины, о чем-то шепчась.

Я не разобрал слов, так как они были далеко.

— Кхе-кхе.

После этого Сильбена начала подозрительно покашливать.

Неужели она подхватила вирус от тех женщин?

— Арен.

— Ты что-то хотела?

— Эм, это… А, забудь.

— …?

Она постоянно начинала говорить и замолкала, совсем не походя на ту Великую герцогиню, которую я знал.

— Ах, вот. Это тот ресторан, который я забронировала.

— …Это место?

В конце концов, мы остановились перед рестораном, который выбрала Сильбена, и я замер, как только увидел его.

Э-э… это что, ресторан?

Это не ресторан, это какой-то отель.

Роскошный фасад здания особенно выделялся даже среди других процветающих построек торгового района.

Я думал, мы просто перекусим, и представлял себе что-то вроде домашнего кафе при академии.

При виде роскошного заведения, которое, казалось, заслуживало как минимум трех звезд, у меня отвисла челюсть.

— Пойдем скорее внутрь. Я специально попросила шеф-повара, раз ты любишь мясо.

Сильбена довольно улыбнулась и протянула мне руку.

Я на мгновение остолбенел от позы, которую обычно принимает главный герой романтического фэнтези, сопровождая героиню.

Э-э, так… я должен взять ее под руку?

Я?

— Я в порядке. Могу идти сам…

— …Вот как.

Я не смог заставить себя протянуть руку, чувствуя, что теряю что-то важное.

Я огляделся, не показался ли я грубым, но, к счастью, Сильбена не выглядела расстроенной.

— Добро пожаловать.

Я вошел внутрь, думая о том, что сегодня меня слишком часто вводят в ступор, и нас встретила официантка в опрятном фраке.

По ее манерам было ясно, что это не обычная забегаловка, где можно поковырять в зубах и уйти.

— У меня бронь на имя Сильбена Бронхейм.

— Герцогиня Бронхейм, мы приготовили для вас лучшее место. Проходите, пожалуйста.

Следуя за официанткой, я увидел столик в уютной атмосфере, залитый мягким светом солнца.

Стол был уже сервирован, а рядом стояла табличка с надписью «Забронировано».

— Сюда.

Когда официантка отошла в сторону и указала на место, я попытался подойти и сесть…

Шурх.

— …?!

Сильбена сама отодвинула для меня стул, и я, снова ошеломленный, посмотрел на нее снизу вверх.

— Что такое, Арен?

— А, нет. Спасибо, Сильбена.

— Пустяки. Это базовый этикет при сопровождении мужчины.

Ух ты, я слышал, как Леди говорила нечто подобное, когда я жил в доме Ростайл.

Тогда это казалось милой детской игрой, мол: «Я девочка, поэтому я должна сопровождать мужчину!».

Теперь же я чувствую отчуждение, потому что это реальное сопровождение от взрослого человека с таким спокойствием и уверенностью.

Нет, почему я чувствую себя так, будто стал героиней романтического фэнтези?

— Выбирай меню, не стесняйся. Скажи, если нужно вино.

— …

Нет, мне сейчас вода нужнее, чем еда и алкоголь.

А, вот она.

Мне нужно выпить как минимум три стакана. Я не выдержу этого на трезвую голову.

Trap (1)

Мы закончили трапезу и бок о бок вышли из ресторана.

Когда я упивался ощущением себя главным героем романтического фэнтези, было трудно даже понять, еда попадает мне в нос или в рот.

Но по мере того, как атмосфера постепенно разряжалась и я начал нормально общаться с Сильбеной, я смог продолжить наслаждаться ужином.

О вкусе блюд и говорить нечего, а истории, которые Сильбена время от времени рассказывала о своем прошлом или опыте жизни в северном регионе, были весьма любопытны.

Они действовали словно алкоголь, согревающий атмосферу, или пряности, усиливающие вкус еды.

— Ты осталась довольна ужином? — О, да. Впервые за долгое время я устроила себе настоящий пир. Особенно мне понравилось то блюдо из морепродуктов в середине.

Я погладил себя по животу и улыбнулся Сильбене, которая интересовалась моими впечатлениями.

Без преувеличения, если не считать того дня, когда меня спасли из квартала красных фонарей и привезли в дом Ростайл, я, кажется, еще никогда столько не ел.

— Похоже, у нас схожие вкусы. На самом деле, мне тоже больше всего понравилось то блюдо из морепродуктов. — О, правда? Говорят, хорошо выходить замуж за того, у кого такие же предпочтения в еде. — …Замужество, значит.

Фраза, прочитанная мною давным-давно в книге, всплыла в памяти, и я выпалил ее, не задумываясь.

Сильбена сделала серьезное лицо и подперла подбородок рукой.

— А за какого человека ты хочешь выйти замуж? — С чего вдруг такой вопрос?

Она сама открыла эту тему и завела разговор о неожиданном.

Нет, если подумать, не так уж и неожиданно.

В конце концов, это я первым заговорил о браке.

— Мне просто любопытно. Я тоже вхожу в тот возраст, когда пора задумываться о замужестве, вот и хотела узнать общие предпочтения мужчин. — Хм, не знаю, будет ли мой ответ полезен…

Во-первых, образ женщины, который хотят видеть мужчины этого мира, и образ, который нравится мне, — это две большие разницы.

Этот момент меня немного смущал, поэтому я не хотел отвечать, но она смотрела на меня такими сияющими глазами, что мне ничего не оставалось, кроме как что-то сказать.

— Прежде всего, думаю, мне бы не понравилась слишком расточительная особа. — Хо, неожиданно. Разве мужчины не хотят женщину, которая может тратить на них много денег? — Меня такие вещи не интересуют. В конце концов, я могу заработать деньги и потратить их сам, так что нет нужды сидеть у кого-то на шее, верно? — Понимаю. Что еще? — Думаю, было бы хорошо найти кого-то вроде друга. Конечно, мы должны уважать друг друга, но, по-моему, плохо, если мы чувствуем слишком большую дистанцию. Знаешь, друзья вместе переживают и хорошие, и плохие времена, верно? Я бы хотел отношений, где мы можем смиренно это принимать.

Пока я говорил, мне показалось, что беседа становится слишком философской, и я почувствовал себя неловко.

Но Сильбена, слушавшая меня, кивала головой, словно ей было интересно.

— У тебя нет четких предпочтений, когда дело касается внешности или чего-то подобного? — Да. Ну, не особо… Хотя, конечно, неплохо, если внешность приятная. — Как у Тиа Белль Ростайл?

Почему здесь всплыло имя леди?

Но это правда, что леди красива, поэтому я кивнул, так как не мог этого отрицать.

Может, она просто упомянула леди, потому что искала пример красивой женщины среди тех, кто меня окружает.

— Что-то вроде того. Сильбена тоже достаточно красива. — П-правда? Ты считаешь меня красивой? — А? Тебе еще и спрашивать нужно?

Что это, какая-то форма ложной скромности?

Полагаю, люди, у которых есть всё, хотят еще большего.

Как можно сомневаться в себе с таким лицом?

В конце концов, оригинальная героиня романа просто не может быть некрасивой.

— Ты одна из самых красивых девушек, что я когда-либо видел. Неужели нашелся какой-то сумасшедший ублюдок, который сказал Сильбене, что она некрасива? — А, нет. Дело не в этом. Просто ты никогда не говорил мне подобного, поэтому я не думала, что ты такого мнения. — Конечно, я не могу такое сказать. Это смущает.

В конце концов, я даже леди такого не говорю, так как я могу сказать это той, кто просто моя однокурсница и подруга?

Планка слишком высока.

Пока я чесал щеку и отвечал, Сильбена приподняла уголки губ.

— Хи-хи, значит, ты тоже смущаешься. Я не знала, ведь ты казался таким легким в общении. — Конечно, смущаюсь. Я ведь тоже человек, знаешь ли. — Тогда, может, из-за смущения ты отказался от моего сопровождения ранее? — Это…

Значит, она все-таки держала это в голове.

На самом деле, это было далеко не из-за смущения.

Но я не мог заставить себя сказать: «Я не выдержал, потому что подумал, будто попал в романтическое фэнтези».

— …Ну, в чем-то похоже. Я всего лишь простолюдин, так что впервые получал такое сопровождение. — Понимаю. А я просто подумала, что ты меня ненавидишь. — Кто пойдет ужинать наедине с женщиной, которую ненавидит? — Есть вероятность, что тебе было трудно отказать, не так ли?

Почему этой герцогине так не хватает уверенности?

Не знаю, такая ли она самовлюбленная, как Нериэль, но у нее должна быть уверенность, соответствующая ее положению и способностям.

Нет, если судить по ее обычному поведению, не похоже, чтобы ей не хватало уверенности.

Я неловко посмотрел на нее, не зная, что ответить, а затем бросил слова, которые обычно не произношу, чтобы придать ей решимости.

— Конечно, нет. Мне очень нравится Сильбена.

Яркая улыбка человека, который обычно не улыбается, — это так ценно.

Я осознал этот факт впервые сегодня. *** Был уже вечер, когда Лизбет увидела, как ее госпожа возвращается в общежитие с сияющей улыбкой, и почувствовала, что сегодняшнее свидание прошло успешно.

— Похоже, всё прошло хорошо, леди Сильбена. — Это благодаря тебе, Лизбет. — Что я сделала? Кстати, вы вернулись позже, чем ожидалось.

Причина, по которой она специально упомянула время, была окольным способом попросить рассказать о маленьком эпизоде, который произошел между делом.

К счастью, госпожа, похоже, поняла смысл этих слов.

— Э-эм. Арен сказал, что ему жаль, что он всегда у меня в долгу, поэтому после этого купил мне чай и ужин. Вот мы и задержались. — Это значит, что свидание было приятным! Иначе он бы постарался уйти пораньше. — Понимаю. Значит, Арену тоже понравилось сегодняшнее свидание. Я рада.

Лизбет довольно улыбнулась, наблюдая, как Сильбена поглаживает себя по груди.

Какой чудесный момент!

Прежде всего, она была больше всего рада тому, что знания о свиданиях, которым она ее обучила, сработали так хорошо.

«Мне тоже стоит использовать это позже!»

Хотя сейчас она слишком занята делами корпуса Айферия, чтобы найти на это время.

Она не сомневалась, что когда-нибудь освежающая и яркая юность, подобная весеннему ветерку, придет и к ней.

Когда это время настанет, она использует эти базовые знания, которым обучила свою госпожу, чтобы покорить его сердце.

— Мне сразу подогреть воду?

Как и ожидалось от способной горничной, которая уже знала привычки своей госпожи, Лизбет спросила осторожно.

Сильбена всегда любила тщательно вымыться и погрузиться в раздумья или полежать на кровати после выхода в свет.

Но сегодня глаза Лизбет расширились, когда она увидела, что та по какой-то причине встает со своего места.

— Нет, думаю, мне нужно ненадолго сходить на тренировочную площадку. Я оставила там свои перчатки, устойчивые к порезам. — Вы ведь все равно собираетесь выходить рано утром, верно? Нет нужды идти за ними снова… — Это подарок, который Арен сделал мне некоторое время назад. Мне немного неприятно оставлять их там одних.

Она немного смутилась, сказав это сама, но тихо рассмеялась.

Лизбет была впечатлена ее внимательностью.

Если бы она могла показать эту сцену тому парню по имени Арен в точности как есть, этого было бы достаточно, чтобы сразу покорить его сердце!

— Тогда будьте осторожны. — Да.

Помахав рукой Сильбене, которая молча покидала комнату, Лизбет решила подогреть воду для ванны.

В конце концов, даже если она просто накроет ванну крышкой, вода не сильно остынет.

Это было всё, что она могла сделать как горничная для своей госпожи, которая так усердно трудилась ради любви. *** Академия во время каникул тиха.

Обычно даже в это время часто можно было увидеть студентов, покидающих главное здание допоздна после завершения клубной деятельности, мастерские, из которых пробивался свет, и охранников, занятых обеспечением безопасности студентов даже по ночам.

Но сейчас, словно время остановилось, даже звуки насекомых, которые всегда стрекотали, затихли, и лишь прохладный звук ночного ветра, скользящего сквозь густую листву, стал гуще.

Может, поэтому?

Бульк…

Словно чтобы заполнить это пустое пространство, незваный гость, который пришел, хотя его никто не ждал, тихо проник на территорию академии.

Едва заметное искажение воздуха, которое трудно было разглядеть, даже прищурившись, проникло в густой лес на территории, совершая шаткие движения.

— Охрана такая слабая. Хи-хи-хи! Но мне это нравится.

Когда едва заметное искажение исчезло, появилась женщина с красновато-коричневыми волосами в мантии.

Словно не было нужды беспокоиться, что кто-то может подслушать.

Она передвигала ноги со скрипом, как сломанная деревянная кукла, дико смеясь.

В отличие от ее скрипучих ног, ее пункт назначения казался вполне ясным.

— Это здесь…?!

Продолжая двигаться некоторое время, Гиган женщины почувствовал, что Магия, распространяющаяся вокруг нее, слегка искажена. Это был Барьер.

Только тогда женщина поняла, что прибыла в обещанное место, и расхохоталась.

Словно отвечая на этот смех, из-за дерева послышалось слабое присутствие, и кто-то появился.

— …Вы пришли, Розетта?

Женщина с темно-синими волосами и повязкой на одном глазу.

Розетта, женщина, которая узнала ее личность, довольно улыбнулась.

— Хи-хи-хи! Ты даже вышла меня встретить, какая любезность. Ты та самая новенькая, правая рука Тьмы? — Да, меня зовут Рена.

Несмотря на причудливые жесты — наклоны головы почти на 90 градусов в сторону и пристальный взгляд, — Рена назвала свое имя с безразличным утверждением.

Розетта почувствовала, как ее интерес угасает, поскольку реакция, которую она получила, была не очень интересной, хотя она и пыталась ее поддразнить.

— Тц, как скучно. Каков начальник, таков и подчиненный? Все же мне нравится, что ты тем временем поставила Барьер, как предусмотрительно! — Благодарю за комплимент.

Видя, как Рена склоняет голову с выражением лица, которое совсем не казалось благодарным, Розетта снова цокнула языком.

Почему-то с ребятами из этого подразделения трудно ладить.

Дело не в том, что мы не ладим, просто есть какое-то инстинктивное чувство неприятия.

— Я слышала от босса. Ты собираешься забрать жертву. — Верно. Хи-хи-хи-хи…! Что не так, все ребята, которые присутствовали на собрании, были тупоголовыми. Ключ появился прямо у них перед носом, но они были слишком напуганы, чтобы даже прикоснуться к нему! Они, вероятно, не слышат отчаянный голос того человека. Некомпетентные ублюдки!

Только она — истинная сторонница.

Искаженная эмоция, в которой трудно было разобрать, высокомерие это, превосходство или преданность, распространилась, словно Магия.

— Мы обеспечили место для установки ловушки. Если нужна еще какая-то помощь…

Лязг!

Предмет, похожий на большой гвоздь, пролетел и вонзился рядом с головой Рены, когда та собиралась продолжить речь.

Видя, как та расширила глаза, словно требуя объяснений, Розетта издала еще один дикий смех.

— И-хи-хи! Куда ты пытаешься украсть заслуги! Тебе просто нужно сказать мне, где установить ловушку. Об остальном я позабочусь сама. — Если так… Ты можешь установить ловушку там, на тренировочной площадке. Согласно информации, которую я получила, ключ будет посещать это место каждое утро на рассвете. — Вот как? Хорошо, очень хорошо! Хи-хи-хи-хи!

Шух…

Мотылек, летящий в костер по собственной воле, без необходимости заманивать.

Розетта, хлопавшая в ладоши от удовлетворения, снова исчезла, не оставив и следа своего присутствия.

Академия в полночь была совершенно безлюдной.

Территория была настолько огромной, что одни лишь уличные фонари не могли осветить всё вокруг, из-за чего повсюду сгустилась плотная тьма.

Сильвена шла по этим тропинкам в полном одиночестве, сохраняя на лице невозмутимое выражение.

Для той, которая привыкла ходить по заснеженным полям, залитым свежей кровью, дрожать от обычного ночного мрака было бы бессмыслицей.

— ...Хм?

Оказавшись перед зданием тренировочного зала, Сильвена почувствовала, как у неё дёрнулся правый глаз.

Неужели ей просто показалось?

Стоило ей протянуть руку, чтобы коснуться плотно закрытой двери тренировочного зала, как по её предплечью пробежали едва заметные мурашки.

«Что это?»

Почувствовав странное беспокойство, она доверилась своему восприятию ки.

Однако чужого присутствия ощутить не удалось.

Словно в подтверждение того, что возникшее чувствство было лишь беспочвенной тревогой, вокруг тренировочного зала всё было абсолютно спокойно.

«Как странно».

Неужели она, подобно пугливым мальчишкам, на мгновение содрогнулась от жутковатого ночного воздуха?

Если так, то для старшей дочери Дома Бронхейм это было бы сущим позором.

*Скрип...*

Стоило ей слегка толкнуть дверь рукой, как та с тихим звуком беспрепятственно отворилась.

Внутри было темно хоть глаз выколи — не горела даже дежурная красная лампа, и в этой кромешной тьме невозможно было разглядеть ничего дальше собственного носа.

— Освети путь, — тихо прошептала Сильвена, обращаясь к вытащенной из кармана сфере размером меньше её ладони.

*Вспышка!*

Сфера плавно поднялась в воздух и засияла умеренно ярким светом, разгоняя тени тренировочного зала. Это был световой шар, зачарованный магией света.

— Нашлись.

Войдя в тренировочную комнату № 1, которую занимал Арен, она заметила лежащие в углу кожаные перчатки.

Шаг, ещё шаг.

Шаги эхом разносились по помещению, нарушая тишину.

Однако эта тишина не была обычным безмолвием. Она чувствовала чьё-то присутствие... странным образом подстраивающееся под её собственные движения.

«...Что это?»

По её спине пробежал мороз.

И в то же мгновение...

*Треск!*

— ...!

Со звуком разрывающегося пространства взрывной волной развернулся невидимый барьер. Почувствовав, как вокруг стремительно распространяются потоки маны, Сильвена широко раскрыла глаза.

*Топ!*

Даже не понимая до конца, что происходит, она знала одно: ей нужно немедленно убираться отсюда.

Тяжело сглотнув, она крепко сжала в руке защитные перчатки и быстро развернулась.

Хотя барьер и оставался невидимым, она ощущала, как мана постепенно заполняет пространство, в итоге полностью перекрыв выход из тренировочной комнаты.

*Вжих!*

Мгновенно обнажив меч, она взмахнула им в сторону барьера, преграждавшего путь к выходу. Её клинок, окутанный серебристо-белой Аурой Меча, похожей на морозный иней, обрушился на пустоту.

*Скрееежет!*

Раздался жуткий скрежет, словно металл тёрся о металл.

*Дзинь!*

— Кх!

Когда её меч с гулом отскочил назад, Сильвена тревожно побледнела.

Барьер, способный выдержать удар её Ауры Меча. Такое было явно не под силу обычному студенту.

— Кто ты? — прозвучал её холодный, исполненный ярости голос, подобный глухому рыку зверя.

*Шорох...*

В этот момент с потолка, подобно пауку, медленно и бесшумно спустилась фигура.

Это лицо Сильвена видела впервые. Рыже-каштановые волосы и лицо, покрытое шрамами. Вокруг её левого глаза, словно паутина, расходились темно-фиолетовые вены, вызывая у любого человека инстинктивное отвращение.

— Ки-хи-хи-хи! А у тебя отличные инстинкты. Хоть уже и слишком поздно!

Насмешка и голос, сорвавшиеся с её губ, были под стать внешности. Голос звучал хрипло и со скрипом, словно у человека, который только-только оправился от немоты.

— Кто ты такая? Судя по виду, не студентка и не профессор Академии, — Сильвена мгновенно распознала в ней врага и спросила, направив на неё остриё клинка.

Хотя её голос и кончик меча не дрожали, в её глазах промелькнуло едва заметное беспокойство. И на то была веская причина — это ощущение, будто по её коже ползали тысячи пауков.

Дрожащий воздух, чувство, будто кровь в жилах леденеет, и, прежде всего, колоссальный объём маны, который она ощущала своим восприятием ки. Всё предупреждало о том, что стоящая перед ней женщина никак не может быть обычным человеком.

— Меня зовут Розетта. Я та, кто служит «Этому Человеку», величайшему на всём континенте.

— ...«Этому Человеку»? — Сильвена нахмурилась, услышав незнакомое обращение.

— Ты ведь Сильвена Бронхейм, верно? Ки-хи-хит! Вообще-то эта ловушка предназначалась не для тебя, ну да ладно. Из тебя выйдет отличная приманка.

— Приманка?.. — Услышав ещё одно странное слово, Сильвена быстро закрутила мысли в голове.

Устроить засаду, проникнув в тренировочную комнату № 1, означало поджидать того, кто должен был сюда прийти. Но она сказала, что ловушка готовилась не для неё.

А это значило...

— ...Только не говори мне, что твоя цель — Арен?

— Верно! А ты сообразительная, да? И-хи-хи-хит!

На её вопрос, заданный с замиранием сердца, последовал на удивление откровенный и даже радостный ответ.

В то же мгновение рука Сильвены, сжимающая рукоять меча, напряглась. Зачем они искали Арена — причина была неважна. Кто стоял перед ней — тоже не имело значения.

Просто...

— Если ты собираешься поднять руку на моего дорогого друга, я не стану стоять в стороне.

*Шорох...*

Клинок, на миг утративший своё сияние, вновь покрылся холодным инеем. И на этом всё не закончилось — морозное сияние устремилось дальше, заполнив собой всё окружающее пространство.

Острая, словно отточенное лезвие, мана заставила бы любого злодея содрогнуться от одного лишь взгляда.

Однако Розетта, наблюдая за этим, лишь восторженно захлопала в ладоши.

— Ки-хи-хи-хит! Отлично, какой настрой! Какая сила! Ты меня совсем не интересовала, но если я заберу тебя вместе с той жертвой, ты где-нибудь да пригодишься. Что ж, поиграю с тобой немного.

*Гул...*

В то же мгновение мана резко пришла в движение. Плотная мана, извивающаяся подобно темно-красному дыму. Словно копошащаяся многоножка, она рвалась сорваться с кончиков пальцев Розетты.

*Вжух!*

Но Сильвена не собиралась просто стоять и смотреть.

Призрачная Вспышка.

Тайная техника Дома Бронхейм, которую она уже демонстрировала на турнире. Сильвена, применив её, мгновенно исчезла из виду и возникла прямо за спиной врага.

Благодаря одному лишь доведению этой техники до совершенства её мать, Альтена, когда-то заслужила прозвища Убийца Магов и Волновой Меч.

«Всё кончено!»

Намереваясь снести противнице голову, Сильвена без малейших колебаний опустила свой меч.

*Лязг!*

Однако на пути клинка мгновенно возникла неведомая тень, заблокировав удар. Её энергия была поразительно похожа на ту, что только что клубилась на кончиках пальцев Розетты. Должно быть, та в самый последний момент успела сотворить заклинание.

— Иллюзия? Смехотворно. И с такими дешёвыми трюками ты смеешь...

То, что тень заблокировала её удар, заслуживало похвалы, но не более того. Решив, что это всего лишь бесплотный фантом, Сильвена презрительно усмехнулась.

— Ки-хи-хит, неужели?

— ...?!

Однако Розетта продолжала откровенно насмехаться над ней.

Очертания тени, поначалу размытые, начали обретать чёткость. И по мере этого зрачки Сильвены расширялись всё сильнее.

— А...рен?..

— ......

Всё верно. Тень приняла облик Арена. Но на его лице не было привычной жизнерадостной улыбки и проницательного взгляда. С лишёнными всяких эмоций глазами, направив на неё меч — это был Арен.

— Судя по всему, этот парень тебе очень дорог, верно? Ки-хи-хит.

— ...И что с того? Неужели ты думаешь, что я не посмею поднять меч только потому, что эта тварь приняла облик Арена?

Если она действительно так считала, то это был разочаровывающе примитивный трюк. Сильвена с самого начала прекрасно понимала: стоящее перед ней существо — не настоящий Арен.

А значит, у неё не было причин колебаться перед ударом. Словно в подтверждение её мыслей, Аура Меча, окутывающая клинок, вспыхнула с новой силой.

— Правда? Ну так попробуй! Но в качестве подсказки я скажу тебе одну вещь.

Розетта спустилась на землю, положив руку на плечо тени в облике Арена, и добавила:

— Эта штука, видишь ли, связана с его душой. А это значит, что если погибнет она, то умрёт и оригинал!

— Что?!

В глазах Сильвены отразилось явное смятение.

Неужели подобное действительно возможно?

В обычных обстоятельствах она бы просто отмахнулась от этих слов, посчитав их чушью. Однако чужеродная энергия, исходящая от стоящего перед ней существа, и невероятное давление, казалось, подтверждали это абсурдное заявление.

— Ах ты мерзкая тварь!..

— Ки-хи-хит! Это комплимент? Я так рада!

Леденящая ярость Сильвены заструилась вокруг неё, подобно горячему мареву. Ей хотелось немедленно снести голову этой злодейке и заставить её замолчать навеки.

*Свист!*

Но тень, принявшая облик Арена, к сожалению, не ведала о её чувствах и просто пошла в атаку.

◇ ◇ ◇

Во время каникул комендантский час и правила поведения в общежитии были не слишком строгими. Благодаря этому я смог выбраться на редкую ночную прогулку. Своим сожителем Тео я не был стеснён — его как раз не было в комнате, так что я выходил на улицу, не опасаясь чужих глаз.

— ...Хм?

Пройдя по пустынной тропинке пару минут, я заметил фигуру, приближающуюся с противоположной стороны.

На улице было довольно темно, к тому же на прохожем был накинут глубокий капюшон, так что даже очертания лица невозможно было толком разглядеть.

«Кто это? Студент?»

Впрочем, для студента фигура выглядела довольно подозрительно.

Не ослабляя настороженности, но стараясь не подавать вида, я приблизился к прохожему...

— Вот ты где. Пришлось тебя поискать.

Когда мы оказались на расстоянии вытянутой руки, незнакомка остановилась и заговорила. В её незнакомом голосе отчётливо слышались приветственные нотки. Однако это дружелюбие лишь усилило моё инстинктивное отторжение.

— ...Кто ты?

— Ки-хи-хит! Кто я? Ну, тебе это неизвестно. Зато я тебя знаю.

Почувствовав, как внутри закипает враждебность, я неосознанно отступил на полушаг и спросил, кто она такая.

В ответ незнакомка, издав смешок с примесью лёгкого безумия, подняла руку. Я тоже рефлекторно потянулся к мечу на поясе.

— Тебе лучше успокоиться. Если, конечно, хочешь спасти свою дорогую подругу.

— ...Подругу?

Словно пытаясь меня успокоить, она утрированно замахала руками, мол, «тише, тише», и пробормотала эти многозначительные слова.

Подруга... Что это значит?

Но долго гадать мне не пришлось.

*Шорох...*

С кончиков её поднятых пальцев сорвалась мана. Она заструилась слабым светом и соткала в воздухе небольшую сферу. Затем, словно при взгляде в хрустальный шар, внутри туманной сферы начали проступать неясные очертания.

— ...! Ах ты тварь!

Когда картина наконец обрела чёткость, мои глаза невольно расширились от шока.

— Ну как, теперь всё понятно? Если тебе интересно, я буду ждать в тренировочном зале, так что приходи. Ки-хи-хи-хит!

В этом тумане виднелась не кто иная, как Сильвена — она лежала без сознания, вся залитая кровью.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

— Кхе-хе-хе!.. А ты послушно сидела на месте, не так ли?

Сквозь застилавшую глаза Сильвены багровую пелену проступил бледный силуэт.

Сильвена что-то крикнула в ответ на усмешку, застывшую на губах Розетты, но её голос не донёсся до похитительницы.

Розетта, ковырявшаяся в ухе, слегка щёлкнула пальцами, словно только что сообразив, и лишь тогда звуки вернулись.

— Кха!.. Ты... что ты задумала?!

— Я же говорила тебе, разве нет? Приманка. Тебе нужно просто тихо посидеть здесь. Кто знает? Если ты добросовестно сыграешь свою роль приманки, то, возможно, хотя бы сохранишь жизнь.

Розетта насмешливо смотрела на Сильвену, которая едва шевелила губами, откашливаясь свежей кровью.

Скованные цепями руки Сильвены задрожали.

«Приманка».

Это слово, которое постоянно повторяла женщина, безумно резало слух и вызывало отвращение.

Сильвена не была дурой и прекрасно понимала, почему её держат здесь в живых. Эта женщина, скорее всего, планировала использовать её в качестве заложницы, чтобы заманить сюда Арена и забрать его. Если она справится с этой ролью, ей сохранят жизнь — вот что это значило.

Для старшей дочери Дома Бронхейм, ценившей честь превыше жизни, это было унизительнее любых оскорблений.

— Не неси чушь! Думаешь, я стану радоваться спасению собственной шкуры ценой жизни дорогого друга?!

— Действительно, у Великой герцогини исключительный образ мыслей. Но прости, что я могу поделать? У тебя просто нет выбора.

Глядя на то, как Розетта аплодирует с лицом, лишённым даже намёка на эмоции, Сильвена стиснула зубы.

Проведя немало времени на полях сражений, она знала одну истину: жизнь или смерть на поле боя зависят исключительно от воли победителя. Если этой женщине надоест посреди пути, Сильвена умрёт. Если та захочет поиздеваться и заставить её мучиться от угрызений совести из-за того, что она выжила ценой жизни друга, Сильвена останется жить.

И по оценке Сильвены, для этой женщины человеческая жизнь стоила ровно столько — игрушки, которые живут и умирают по её прихоти.

— Кстати, а ведь до этого всё было так трогательно. Кхе-хе-хе! Никогда бы не подумала, что ты действительно поверишь моим словам и даже пальцем не тронешь тень. Должно быть, тот, ради кого ты жертвуешь собой, невероятно дорог тебе, а?

— Кх!..

На откровенную насмешку Розетты Сильвена смогла ответить лишь полным скорби стоном.

С самого начала она понимала, что это абсурдная история. С точки зрения логики, как могла женщина, разыскивающая Арена, использовать столь радикальную магию, чтобы связать настоящее тело Арена с душой её призванного зверя?

Именно поэтому она попыталась сражаться. Веря, что это ложь, она попыталась одним ударом сразить стоявшего перед ней врага.

Но не смогла.

Её удары мечом, которые на поле боя сыпались без малейших колебаний, теперь наполнились сомнениями, и ей было трудно даже продолжать бой, видя во враге тень Арена.

«Совершить такую глупую ошибку!..»

На поле боя, даже если бы в качестве марионетки использовали солдата её дома, она без колебаний взмахнула бы мечом. Она не принадлежала к числу тех, кто отчаянно борется за спасение одного обмороженного пальца ноги только для того, чтобы в итоге потерять всю ногу — это было бы глупо.

И вовсе не потому, что она была бессердечным человеком, у которого нет ни крови, ни слёз. Просто она инстинктивно понимала: промедление приведёт к ещё большим потерям.

Но с того момента, как этот облик сменился Ареном, с того момента, как возникла хоть малейшая вероятность его смерти, она не смогла заставить себя нанести удар.

Трудно было выразить это словами, но между тем, что она привыкла защищать до сих пор, и мужчиной по имени Арен существовала тонкая грань.

— Ах, если бы я рассказала ему об этом, его лицо стоило бы увидеть. Какая жалость, какая жалость! Подруга, сдавшаяся врагу без особого сопротивления ради его спасения... Разве это не романтично? Как думаешь?

— ...Заткнись, пока я не вырвала твой язык.

— А язычок у тебя всё ещё острый. Кхе-хе! Мне это даже нравится.

Сильвена попыталась пригрозить противнице, излучая острую жажду убийства.

Но увидав, как та в ответ запрокинула голову своими характерными дёргаными движениями и разразилась безумным смехом, Сильвена нахмурилась.

Если бы растоптанной, полностью сломанной кукле насильно вдохнули жизнь, разве она не выглядела бы именно так?

Именно такое впечатление производило это существо. Сильвене даже не хотелось называть её человеком.

— Ну а теперь нам нужно подготовиться к приёму нашего зрителя. Я освобожу тебя на время.

*Щёлк.*

Когда Розетта снова легко щёлкнула пальцами, сковывавшие её тело цепи исчезли.

Однако Сильвена не могла оказать никакого сопротивления. Её меч давно исчез, и она лучше кого бы то ни было понимала, что нападать здесь с голыми руками бесполезно.

— ...Что ты задумала?

— Кхе-хе-хе! Не волнуйся. Ты ведь хочешь увидеть своего друга? Леди Розетта лично устроит вам встречу!

— ...?!

*Бум!..*

С этими словами Розетта протянула руку.

Мощный удар потряс её голову, и сознание начало угасать.

Сильвена не могла понять, что произошло. Единственное, в чём она была уверена — всё пошло наперекосяк.

«Прости меня, Арен».

В угасающем сознании Сильвена не могла делать ничего, кроме как мысленно извиняться.

Мать учила её возвращаться домой только тогда, когда она найдёт кого-то, кого захочет защитить. И всё же, несмотря на то, что она нашла такого человека, вместо того чтобы защитить его... Как прискорбно, что она лишь стала для него обузой.

Боль от этого ранила сильнее, чем любые раны, полученные в бою.

*Кап.*

И на этом её сознание окончательно угасло.

◇ ◇ ◇

Чёрт возьми, что за сумасшедший ублюдок?

Надо же было похитить именно Сильвену. Если это было сделано в одиночку, то враг определённо невероятно силён.

Но какова цель? То, что Сильвену не убили, а пытаются заманить меня, означает, что настоящей целью был я.

Но почему именно я? Я не знаю. Сколько бы я ни ломал голову, верного ответа не находилось. Возможно, прохлады летней ночи катастрофически не хватает, чтобы остудить мою разгорячённую голову.

— Фух...

Я глубоко выдохнул, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Как можно спокойнее и рациональнее я пытался найти наиболее подходящий выход из этой ситуации.

«Логически рассуждая, их не может быть много. Максимум один или два человека».

Даже если во время каникул охрана Академии ослабла, она не могла быть настолько плохой, чтобы пропустить целую группу нарушителей. К тому же на протяжении всего разговора похититель говорил о себе «я», а не «мы».

Значит, скорее всего, это одиночка. Однако то, что кто-то в одиночку провернул подобное безумие, говорило о его абсолютной уверенности в собственных силах. Прежде всего, раз уж этот человек так легко одолел Сильвену, он должен быть магом как минимум 6-го или 7-го круга.

— Чёрт возьми.

Иными словами, соваться туда в одиночку было равносильно самоубийству. С точки зрения логики, разумнее всего было бы дождаться подкрепления. Но станут ли они ждать?

К тому же, где гарантия, что за мной сейчас не следят? Стоит мне только пойти за помощью, как они могут убить Сильвену.

И в конце концов...

— ...У меня нет другого выбора, кроме как идти одному.

Я озвучил этот вывод решительным тоном.

Раз уж решение принято, медлить нельзя. Не теряя ни секунды, я быстро направился к тренировочным площадкам.

— Ха-а, ха-а...

От бега на полной скорости от аллеи до противоположной стороны у меня изрядно сбилось дыхание. Эту картину я определённо видел ещё сегодня утром. Но, возможно, из-за мысли о том, что Сильвену держат именно здесь, тренировочные площадки показались мне ещё более заброшенными и зловещими, чем прежде, отчего я невольно поморщился.

Но, не колеблясь, я шагнул прямо внутрь здания.

*Ш-ш-ш...*

Стоило мне войти, как плотная мана, похожая на душный летний воздух, начала окутывать моё тело. Это походило на своего рода приветственную церемонию, устроенную в честь моего прихода.

Какая же на редкость неприятная мана. Она сильно отличалась от той, что я ощущал в лабиринте. Вместо того чтобы быть величественной и подавляющей, она казалась липкой и склизкой.

Она сочилась из тренировочного зала №1, расположенного в самом левом конце коридора. Значит, мне туда?

*Скри-и-ип...*

Дверь, которую я без проблем открывал сегодня утром, распахнулась со зловещим, жутким скрипом.

Внутри не горело ни единого огонька, и царила подозрительная тишина. Было настолько тихо, что вся моя бдительность, с которой я готовился к засаде в любой момент, показалась бессмысленной.

— Кхе-хе-хе, ты пришёл. Должно быть, тебе и правда очень хочется спасти эту женщину, а? Какая душещипательная дружба!

— Блять. Заткнись и покажи Сильвену. Она ведь цела?

— Для мужчины у тебя слишком грязный рот, а? Кхе-хе! Да-Да. Тебе ведь любопытно, верно? Я позволю тебе встретиться с ней прямо сейчас, так что не переживай!

*Вспышка!*

Под смех этого ублюдка внутри зажёгся свет. Но это было не яркое освещение, изначально установленное в тренировочном зале, а одинокий луч прожектора, призванный освещать лишь главного актёра на тёмной сцене.

Когда он осветил пустое пространство, я невольно нахмурился. Они что, в игрушки со мной играть вздумали?

Но эта мысль продержалась недолго.

*Топ. Топ.*

Медленно, очень медленно. Словно там установили микрофон, отчётливые шаги заполнили всё пространство.

Когда обладатель этих шагов наконец показался под лучом света...

— ...

Я не смог произнести ни слова.

Там стояла Сильвена, которая с пустым взглядом прижимала меч к собственному горлу, словно готовая покончить с собой в любую секунду.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

В тот миг, когда я увидел эту картину, я инстинктивно всё понял.

Сильвеной манипулировал тот самый ублюдок, что призвал меня сюда.

— Кихихихит! Ну как тебе? Радостное воссоединение с подругой?

— ...Блядь. Заткнись и просто скажи, чего ты хочешь, ублюдок.

Слыша этот смех, походивший скорее на безумие, чем на насмешку, я сжал зубы и с трудом выдавил слова из горла.

Если бы этот ублюдок хотел меня убить, он не стал бы выставлять Сильвену в таком состоянии.

Очевидно, он взял её жизнь в заложники, чтобы выдвинуть мне свои требования.

— А ты сообразительный, верно? Я-то думал, ты сразу начнёшь вопить, чтобы я немедленно отпустил эту бабу.

— Это лишь доказывает, насколько пуста твоя башка.

Голос звучал резко, но я даже не мог заставить себя положить руку на рукоять меча.

Я лишь сжимал кулаки до дрожи, уставившись на ублюдка, скрывавшегося во тьме.

Вид моего бессилия, должно быть, доставлял этому гаду немалое удовольствие.

Смех стал громче, и только после этого он перешёл к делу.

— Всё просто. Если хочешь спасти эту суку, брось свой меч прямо здесь и послушно следуй за мной.

— ...И это всё?

— Да. Я с самого начала хотел взять тебя живым и вернуться. Угх, если бы не эта некомпетентная сука, мне бы не пришлось действовать лично!

«Некомпетентная сука? О ком это он?»

Как бы то ни было, этот ублюдок точно конченый кусок дерьма.

Только ради того, чтобы поймать меня, он взял в заложницы Сильвену, которая вообще не имеет к этому никакого отношения.

Я едва сдерживал рвущиеся наружу ругательства от бессилия этой ситуации, собираясь ослабить хватку и позволить мечу упасть на землю, как вдруг...

— ...Арен. Не... меня...

— ...Сильвена?

Из уст Сильвены, всё ещё прижимавшей острие к собственному горлу, вырвался тихий шёпот.

Казалось, ей было тяжело даже открыть рот, сопротивляясь вражеской магии.

Я прикусил губу, наблюдая, как она с трудом, слово за словом, продолжает говорить в невыносимо медленном темпе.

— ...Убей меня. Арен, убей меня.

В её пустые глаза вернулась искра жизни.

И голос зазвучал чуточку отчётливее.

И этот тихий голос вовсе не молил о пощаде.

Напротив, она отчаянно умоляла убить её, чтобы я мог спастись в одиночку.

— Что, она сопротивляется? А эта сука не так проста.

Похоже, такое развитие событий оказалось за пределами ожиданий ублюдка.

Из темноты донёсся голос, в котором сквозило явное замешательство.

— Всё нормально. Чем становиться твоей обузой, лучше прямо здесь...

— ......

И вправду.

Неужели таково решение этой благородной мечницы, носящей титул Великой герцогини?

Вместо того чтобы заманить друга в ловушку ради спасения собственной жизни, она решает спасти его ценой своей?

Я отчётливо почувствовал этот порыв.

Но, Сильвена, к сожалению для тебя, я куда более эгоистичен, чем ты думаешь.

У меня нет ни малейшего намерения потакать твоим желаниям.

И уж тем более я не собираюсь исполнять прихоти этого раздражающего ублюдка.

— ...Сильвена, если ты слышишь мой голос, отвечать не нужно.

Я тихо положил руку на рукоять меча.

Ублюдок, вероятно, тоже отчётливо видел эту картину.

Но это не имело значения.

— Если ты сможешь совладать со своим телом хотя бы на краткий миг, пожалуйста, продержись ещё совсем немного.

Ведь если я не смогу спасти здесь Сильвену и вернуться, у меня не хватит смелости смотреть в глаза жителям этого мира.

Возможно, мысли Сильвены были схожи с моими.

А это всё равно что смерть.

В итоге предложенный ублюдком выбор сводился для нас лишь к одному — умереть вместе.

И раз уж так, то вместо того, чтобы жалко умереть здесь вдвоём ради спасения друг друга...

Я лучше сделаю ставку даже на одну десятую процента вероятности.

— Я же сказал тебе бросить меч, разве нет? Похоже, тебе плевать, если твоя драгоценная подружка сдохнет?

Заткнись, придурок.

Дело не в том, что мне плевать на её смерть.

Я делаю это именно потому, что не хочу, чтобы она умирала.

*Вжух!*

С непоколебимой решимостью я рванулся вперёд, высвобождая скопившуюся под ногами ману.

Шаги, которые я подсмотрел у Сильвены во время совместных тренировок. Призрачная Вспышка.

— Тц...!

Я услышал, как ублюдок цокнул языком.

Рука, державшая меч Сильвены, сильно задрожала, и на кончике клинка, касавшемся её горла, расцвела багровая кровь.

Но, не обращая на это внимания, я ещё сильнее увеличил скорость.

«Ещё секунду, совсем чуть-чуть».

Молясь о том, чтобы Сильвена выдержала, я зашёл ей за спину.

*Вж-ж-жух!*

Расцветшая синяя Аура Меча рассекла кромешную тьму.

*Дзынь!*

В тот же миг позади меня раздался звук падения чего-то тяжёлого.

Когда я повернул голову, моему взору предстала необычная картина: любимый меч Сильвены выпал из её рук и покатился по полу.

*Бум...*

Затем, словно марионетка с перерезанными нитями, тело Сильвены обмякло и рухнуло на пол.

*Шурх.*

Я аккуратно подхватил её и перенёс в угол.

К счастью, цвет её лица не вызывал особых опасений.

Её сознание казалось слегка затуманенным, но она была жива.

Одного этого факта было достаточно, чтобы подтвердить: моё решение оказалось верным.

— Угх, кха... А... Арен...?

— Ты пришла в себя? Сильвена.

Вскоре после этого Сильвена окончательно очнулась и позвала меня слабым голосом, в котором не осталось и следа её привычного величия.

Когда я опустился на колени и слегка коснулся её плеча, цвет её лица немного пришёл в норму.

— Прости. Из-за меня тебе пришлось напрасно...

— О чём ты говоришь? Если подумать, это ты оказалась втянута во всё из-за меня, Сильвена.

В ответ на её извинения я непринуждённо пожал плечами, словно переводя всё в шутку.

Ведь на самом деле так оно и было.

Однако одного этого, похоже, было недостаточно, чтобы облегчить груз на её сердце.

— ...Я хотела защитить тебя, но в итоге сама оказалась под твоей защитой. Как нелепо.

— К чему эти разговоры о защите между друзьями? Мы просто должны защищать друг друга.

— Друг друга... друг друга?

Глаза Сильвены округлились от моих небрежно брошенных слов.

Казалось, она хотела сказать что-то ещё.

По её лицу было видно, что она жаждет расспросить меня о только что услышанном.

Даже я, не отличавшийся особой проницательностью, сумел это заметить.

Но, к сожалению, времени оставалось совсем мало.

Оставив Сильвену сидеть на полу, я поднялся на ноги.

— Поговорим позже. После того как я разберусь с этим ублюдком.

— ...Я снова становлюсь для тебя обузой.

Хоть она и пробормотала это с сожалением в голосе, меня это ни капли не волновало.

В конце концов, жизнь устроена именно так.

Иногда ты бываешь обузой, а иногда — тем, кто несёт эту ношу.

Порой мы поддерживаем друг друга, ведём за собой и так и живём.

Поэтому, сжав меч, я ухмыльнулся ей и шагнул вперёд.

Ведь в эту единственную улыбку я вложил всё, что хотел сказать.

*Вспышка.*

— Угх. Как тошнотворно. Вы что, решили разыграть тут слезливую драму?

В этот момент по всему тренировочному залу разлился яркий свет, и голос, что до этого звучал лишь в моей голове, теперь донёсся до моих ушей.

Когда я поднял голову к источнику звука, то увидел знакомое лицо: существо цеплялось за потолок, словно паук.

Рыжевато-бурые волосы и тёмно-фиолетовые вены, расползающиеся паутиной вокруг одного глаза.

Проще говоря, на редкость уродливая рожа.

— Твоему терпению можно только позавидовать. Должно быть, тебе было жутко скучно просто наблюдать оттуда, сверху.

— Кихихихихи! Это ведь последнее прощание, так что я должен был проявить добродетель и досмотреть до конца. Как верный слуга Этого Человека!

— ...Этого Человека?

Мои брови нахмурились от этих многозначительных слов.

Из-за того, что он пытался взять меня живым, а не убить, я и раньше подозревал наличие иной цели.

Но я и подумать не мог, что за спиной этого ублюдка стоит другой кукловод.

На первый взгляд он казался довольно умелым бойцом, но неужели существует кто-то, кто использует подобную тварь как обычного слугу?

Придётся разорвать ему пасть, чтобы выбить все сведения.

— К сожалению, последнее прощание состоится между тобой и мной. Может, проведём немного времени наедине?

— Кихит! Ты умеешь только чесать языком, сосунок. Думаешь, сможешь одолеть меня?

— Этого мы не узнаем, пока не попробуем.

Когда я слегка взмахнул мечом в воздухе, на его острие сформировалась синяя Аура Меча.

*Хлоп.*

Был ли это какой-то сигнал?

Ублюдок хлопнул в ладоши и с глухим стуком спрыгнул с потолка.

Он плавно развернулся в воздухе и приземлился, но его движения ничуть не походили на танец — скорее они напоминали скрипучую шарнирную куклу.

*Ш-ш-ш-ш...!*

Вскоре тёмно-фиолетовая мана, сочившаяся из-за спины ублюдка, зашевелилась, словно искажая само пространство.

Всё та же отвратительная мана.

Ощущение было такое, будто по моим рукам ползали тысячи пауков.

*Бум-бум-бум!*

Сразу после этого с потолка на землю градом посыпалось нечто, напоминающее падающих пауков.

Они были окутаны тёмно-фиолетовой маной, из-за чего было трудно даже толком разобрать их очертания.

Но вскоре мана рассеялась, и их силуэты проявились во всей красе.

— ...Куклы?

Да, это были куклы.

Нет, поначалу их даже сложно было признать за кукол.

Это были гротескные фигуры, у которых поверх обычных деревянных манекенов, какие можно встретить где угодно, были беспорядочно нашиты куски человеческой кожи и частей тела.

От одного взгляда на них подкатывала тошнота.

— Кихихит, именно так! Это мои творения. К сожалению, я не смог прихватить свои настоящие шедевры...

— ...Но и этих вполне достаточно, чтобы пустить в ход против меня. Так ведь?

— А ты умён! Когда ритуал завершится, я хочу вскрыть твой череп и посмотреть, что там внутри!

— Вот как? Но что поделать.

Я выдохнул и широко улыбнулся.

Несмотря на явно опасную ситуацию, рука, сжимавшая меч, напротив, казалась на удивление лёгкой.

Да, именно это чувство я испытывал и тогда.

Сила, обитающая в моём теле, мана, лишние мысли и воля, сосредоточенные в голове.

Это ощущение того, как всё растворяется в пустоте, стоит лишь перенести это на острие клинка.

Из этого состояния я извлёк чистую ману и сконцентрировал её на самом кончике меча.

Аура Меча, что до этого колыхалась вокруг клинка подобно тепловому мареву, постепенно увеличилась в размерах.

В конце концов, вытянувшись тонкими нитями, она наложила поверх оружия очертания ещё одного, нового меча.

Сила Меча.

Убедившись, что она успешно проявилась, я без малейшего колебания сделал широкий горизонтальный взмах.

*Ш-ш-шрх!*

Звук, с которым пространство раскололось надвое.

*Бум. Бум...*

Мгновением позже верхние и нижние половины кукол, призванных ублюдком, разделились и повалились на землю.

При виде этого глаза ублюдка округлились от шока.

— ...Похоже, череп вскроют не мне, а тебе.

Я посмотрел на ублюдка снизу вверх и приподнял уголок губ, закинув возвращённый меч на плечо.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

Перед глазами Розетты поднялась голубая дымка.

Вскоре она одним ударом рассекла её любимые творения, чисто отделив их верхние половины от нижних.

*Вжух!*

Сначала это явление запечатлелось в её глазах, и лишь с опозданием до ушей донёсся звук рассекаемого воздуха.

Пусть по её меркам они и не были шедеврами, но всё же это были многомерные творения, сотканные из множества слоёв магии. И всё же даже эти создания жалко рассыпались перед единственной нитью Силы Меча.

— ……

Розетта уставилась на своих ровно разрубленных пополам кукол. Всего их было семь — боевые куклы, созданные из фрагментов душ выдающихся при жизни воинов и наделённые безупречными схемами атаки и защиты. С такой силой можно было бы как минимум уничтожить заурядный рыцарский орден.

— …Ха-ах.

Веки Розетты отяжелели. Когда она снова открыла глаза, её безжизненные зрачки наполнил вовсе не шок и не ярость, а лишь раздражение. Безумный смех и властный взгляд исчезли без следа.

— Это становится излишне хлопотным, — тихо пробормотала Розетта, глядя прямо перед собой.

Там всё ещё сидел на корточках её потенциальный жертвенный сосуд с мечом в руке.

Неужели это действительно потомок той гнилой родословной, что преградила Ему путь? Преемник Героя. Она и не думала, что одно только это звание доставит столько проблем. Не то чтобы она недооценила возможности противника, но не ожидала, что потребуется столько усилий.

К тому же Сила Меча… Это не то оружие, которым должен владеть кто-то в таком возрасте, и не тот уровень, которого он должен был достичь. Удар, извлечённый путём сжигания тела, перемалывания души и отсечения эмоций. Он требовал долгих лет и усилий, подобающих этому величественному имени — уровню Мастера.

— …Хм.

Розетта тихо хмыкнула под нос, вытянула указательный палец и согнула его под немыслимым углом. Её глаза сузились ещё сильнее. Это была привычка, проявлявшаяся перед тем, как она лично вступала в бой — она, всегда предпочитавшая забавляться с врагами с помощью своих творений, а не выходить на передовую сама.

*Треск!*

Одним жестом из пола вырвалась тёмно-фиолетовая паутина, мгновенно заполонив весь тренировочный зал. Её целью, разумеется, был этот свирепый зверь.

*Вжих!*

Арен попытался смахнуть смыкавшуюся вокруг него паутину мечом, объятым Аурой Меча.

*У-у-унг…!*

Но Розетта не собиралась этого допускать. Быстро сотворив двойное заклинание, она развернула вокруг него барьер пространственного подавления. Движения Арена замедлились, и паутина воспользовалась моментом, чтобы атаковать со всех сторон. Увидев это, Розетта уверилась, что он у неё в руках.

*Ш-ш-ш-ш!*

Однако вспыхнувшая вокруг Арена голубая мана окутала всё его тело.

*Дзинь!*

Она в мгновение ока разрушила сотканный Розеттой барьер и так же быстро рассекла приближающуюся паутину.

— Кехит.

Вопреки тому, что её решающая атака провалилась, на губах Розетты заиграла улыбка. Словно задыхаясь от учащённого дыхания, она изо всех сил пыталась сдержать порыв. С безумным блеском в искажённых глазах она слегка щёлкнула мизинцем вверх.

— Кх…?!

В этот момент фигура Арена пошатнулась. По какой-то причине, стоило ему выплеснуть ману, как покалывающий шок, похожий на ментальное вмешательство, раз за разом разил его разум.

— Уэ-э-э-эк!

Из-за отдачи Арен рухнул на пол, и его вырвало. Глядя, как он едва удерживается на руках, Розетта вернулась к своему безумному состоянию и разразилась хриплым хохотом:

— Кехихихит! Глупый дурак. Ты думал, что всё ограничится только барьером?

Она знала, что он не сдастся так просто. По этой причине Розетта проявила осторожность, встроив ловушку прямо внутрь барьера пространственного подавления — механизм, наносивший урон от отдачи, стоило мане превысить определённый уровень. Довольно классический приём, но парню явно не хватало практического боевого опыта.

«При таком расходе маны отдача должна быть колоссальной».

Вероятно, он уже даже не слышал её голоса. Успокоившись, Розетта плавно спустилась на землю, чтобы забрать Арена.

— Арен! — сжавшаяся в углу Сильвена потрясённо вскрикнула при виде этого.

— Хи-хик! — ответил ей не Арен, а насмешливый смешок Розетты.

Теперь оставалось лишь связать его и доставить в штаб. С этой мыслью она протянула руку.

*Свист!*

— …А?

Сознание Розетты замерло. В её теле внезапно возникло ощущение пустоты. Левая рука, которую она протягивала к нему, почему-то не слушалась. И это было вполне естественно — ведь той части тела, которая называлась левой рукой, там больше не было.

Почему?

— Кх, ха-ах… Эй, ты думаешь, только ты умеешь расставлять ловушки?

Прежде чем этот вопрос успел сформироваться в её голове, ей на глаза попался меч в руке Арена. Пусть и не так ярко, как раньше, но нитевидный голубой свет всё ещё обвивал лезвие. Переведя взгляд чуть в сторону, она увидела безжизненно лежащую конечность, которая «когда-то была» её левой рукой.

*Щёлк!*

В этот момент она услышала, как в её голове что-то оборвалось. Вот и всё. Но этот мимолётный звук поглотил всё остальное.

*Ки-и-и-и-и-и!*

Из самых глубин бездны поднялся жуткий звук, похожий на вопль мертвецов. Позади Розетты возник смутный седовласый дух, всё тело которого было разорвано в клочья.

— Это… — тихо пробормотал Арен, увидав такое.

Что, чёрт возьми, это было? Призрак? Злой дух? Нет, ничего подобного. Казалось, будто сама смерть обрела плоть. Он даже усомнился, действительно ли это была душа, призванная на зов Розетты. Если так, почему она облизывалась и пускала слюни, словно вот-вот пожрёт саму Розетту?

— Кехихихихит…!

— …!

Когда их взгляды встретились, всё его тело покрылось мурашками от того, как это существо облизывало кинжал в своей руке, словно перед ним была новая добыча. Перехватило дыхание, а тело, намеревавшееся приподняться, застыло на месте. Если эта тварь хотя бы просто выдохнет, разве они с Сильвеной не погибнут прямо здесь? На него нахлынул безотчётный, неведомый ужас загадочного происхождения.

*Дзинь!*

Меч, который Арен ещё мгновение назад крепко сжимал, невольно выпал из его руки. Не то чтобы он потерял волю к сопротивлению. По какой-то причине казалось, будто кто-то кричит в его голове: теперь «можно и умереть». Когда подступающий страх угас, а в разуме воцарился покой, Арен попытался прислушаться к этому голосу.

И в этот самый момент…

— …Ха.

Рот Розетты приоткрылся, и наружу вырвался звук, похожий на вздох.

— Кехи, хи, хихихихи…!

*У-у-унг…*

И тут же призрак, готовый, казалось, забрать все живые души вокруг, в мгновение ока испарился без следа. Что, чёрт возьми, только что произошло? Арен поднял на Розетту взгляд, требующий объяснений. Но она лишь опустила на него ледяной, остывший взор, после чего равнодушно отвернулась.

«Я едва не убила его».

Жертву, которую следовало принести Ему, она чуть было не забрала сама в порыве неконтролируемого гнева. Как Его слуга, она ни в коем случае не должна была совершать подобного. Как бы сильно ни хотелось разорвать это лицо на куски и швырнуть в утробу призрака, эта кровь должна принадлежать Ему.

Если бы она дала волю чувствам прямо здесь и сейчас, свернуть парню шею не составило бы труда. Но тогда выполнение приказа сорвалось бы. С другой стороны, если действовать вполсилы, в следующий раз вместо руки может слететь её собственная голова. Как бы ни было противно это признавать, у этого паршивца хватало сил для такого.

Просчёт.

Смиренно признав ошибку, Розетта решила отступить на сегодня.

— …Ты чего остановилась? — спросил Ключ ей в спину, и бровь Розетты дёрнулась.

Ей не понравился этот тон. Из-за него казалось, будто она убрала руку, потому что пожалела его.

Всё было совсем не так.

— Не строй иллюзий, паршивец.

В её голосе больше не было того безумного смеха, которым она захлёбывалась до этого момента. Словно объявляя, что всё это время носила маску, Розетта заговорила сухо и деловито, застыв на месте:

— Тот, кто должен забрать твою жизнь — не я. Других причин нет.

— Это тот ублюдок, которого ты называешь «Им»?

— …Заткнись, пока я не разорвала тебе пасть. Он не тот, кого такой ублюдок, как ты, может свободно поминать.

Нахлынувший гнев снова попытался подняться дымкой, но Розетта подавила эмоции. На этот раз ей повезло прийти в себя в последний момент, но не было никакой гарантии, что она сможет совладать с собой в следующий раз. А если та тварь появится снова, жертва точно погибнет. Она не могла разрушить великое дело из-за неспособности справиться с минутной вспышкой.

*Шурх.*

Наклонившись, она — будто подбирая оброненную монетку — равнодушно подняла свою отрубленную руку и закинула её на плечо.

— Кехихит! Ещё увидимся, Ключ. В следующий раз я принесу твою плоть и кровь на Его алтарь!

Вернувшись к привычному для Арена облику, она помахала ему на прощание своей же отрубленной рукой. Сцена была одновременно гротескной и комичной.

Однако Арен лишь усмехнулся и бросил ей вслед провокационную колкость:

— …Строишь из себя крутую, хотя сама удираешь со всех ног. Возвращайся в любое время.

*Фшу-у-ух…!*

После этого короткого прощания разбросанные вокруг тела кукол превратились в свет и рассеялись в воздухе. В мгновение ока всё вернулось в норму.

*Шмяк.*

Только тогда Арен без сил растянулся на полу. Это был первый раз в его жизни, когда он чувствовал, что вовсе не победил, несмотря на одержанную победу.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

Стоило Розетте исчезнуть, как все эти аномалии испарились, словно их и не было вовсе.

Тёмно-фиолетовая паутина, устилавшая пол, и останки гротескных существ, не похожих ни на людей, ни на марионеток, — всё рассеялось в пустоте.

Воцарился покой, будто ничего и не произошло.

«Кажется, будто мне приснился ночной кошмар».

Но Сильвена знала: отравленный воздух разрушенной тренировочной площадки и установившееся леденящее безмолвие не лгали — здесь что-то присутствовало.

То, что только что явилось в этот мир, вовсе не было бесследной иллюзией.

Посланная этим существом злоба впилась ей в самые кости.

— Угх!..

Хотя тело плохо слушалось из-за последствий ментального подчинения и тяжести прошедшего боя, Сильвена всё же заставила себя подняться и подошла к Арену.

Он лежал, растянувшись на полу, и её взгляду открылось его лицо.

— ...Хех, тебе всё-таки удалось её одолеть. Хотя не похоже, что мы победили.

Выглядел он плачевно: весь в крови, рвоте и остатках маны.

И всё же Арен вскинул пальцы в знаке «V» и улыбнулся, будто пережитый ужас его вовсе не волновал.

Глядя на этот беззаботный вид, Сильвена невольно улыбнулась в ответ.

— ...Ты в порядке?

— Думаю, скоро мне станет лучше. Но важнее другое: как ты, Сильвена?

— Я тоже. Сидя в углу, понемногу восстанавливала тело с помощью маны.

Она не особо разбиралась в магии, поэтому способ лечения вышел топорным: девушка просто заставила тело работать, высвободив всю оставшуюся ману.

И всё же ей стало намного лучше. Свежая кровь, сочившаяся из многочисленных ран, уже остановилась.

И всё благодаря его помощи.

— ...Прости. Я только доставляю тебе неприятности. И во время вступительного экзамена, и сегодня.

— О чём ты? Как я уже говорил, если быть точным, это я доставил неприятности, а тебя втянули во всё из-за меня.

— Если бы я одолела ту тварь, особых проблем бы не возникло.

— Следуя твоей логике, если бы меня не было рядом с тобой, то и проблем бы не возникло, верно?

Он произнёс это так, будто сам являлся лишь помехой. Хотя Сильвене было неприятно такое слышать, она ненароком нахмурилась, представив академическую жизнь без него.

— ...Ты никогда не позволяешь мне выиграть в споре. Порой ты бываешь несносным.

— Это нормально.

Пока Арен пожимал плечами, Сильвена подошла к нему и осторожно опустилась на колени.

— И всё же я рад. Рад, что ты в безопасности, Сильвена.

— Благодаря тебе. Но как тебе вообще пришло в голову пойти на такой риск в подобной ситуации?

Хотя девушка находилась под ментальным подчинением, воспоминания сохранились во всех деталях. Она отчётливо помнила каждое брошенное им слово, не упустив ни единого слога.

И его решительный поступок, совершённый без тени сомнений. Окажись Сильвена на его месте, она едва ли решилась бы на подобное.

— Как ты смог набраться такой храбрости?

— Ну... потому что я хотел защитить тебя, Сильвена.

— ......

На её вопрос, заданный из чистого любопытства, последовал совершенно неожиданный ответ.

От этого зрачки Сильвены дрогнули.

— ...Странное чувство.

— Какое?

— Защитить меня. Я впервые в жизни слышу такие слова.

— Правда?

Сильвена кивнула и растерянно замерла, ощущая, как к горлу подступает тёплый ком.

Несомненно, это была радость.

Вот только девушка не понимала, откуда та взялась. Не знать истоков собственных чувств — неужели она на миг лишилась рассудка?

«Радость, значит».

Бесконечно повторяя про себя пролитые Ареном слова, она слабо улыбнулась. Теперь девушка смутно понимала причину своего счастья.

«Неужели в глубине души мне хотелось, чтобы кто-то защитил меня?»

Для старшей дочери Дома Бронхейм, обязанной оберегать людей Севера, подобная мысль не означала слабость. Это было лишь искреннее желание.

Пусть даже брошенные на ветер слова, пусть даже произнесённые тем, кто несравнимо слабее её самой... Возможно, Сильвена просто хотела хоть раз в жизни услышать от кого-то: «Я защищу тебя».

Ведь она родилась для иной судьбы.

Будущая Великая герцогиня Севера. Наследница Бронхеймов.

Одинокий клинок, хранящий ледяную пустошь.

С первого дня её жизни было предопределено то, что она должна защищать: деревни, воинов, родных по крови.

«Я должна стать сильной».

За долгие годы эта простая убеждённость срослась с ней, став подобием хребта.

Поэтому слова «Я защищу тебя» прозвучали так непривычно и сладостно.

Будто смуглая деревенская девчушка, выросшая в нищете, впервые надела пышные одежды и вкусила сытный обед. Непривычно, но несомненно радостно и тепло.

— Если подумать, ты и раньше говорил нечто подобное. Что мы сможем защищать друг друга.

— Говорил.

— Наверное, я смутилась, потому что подобные речи мне чужды. В лексиконе Сильвены Бронхейм есть слово «защищать», но нет выражения «быть защищённой».

— Не слишком ли тяжело твоё чувство долга? Так ведь и раздавить может.

То ли в шутку, чтобы разрядить обстановку, он усмехнулся и пожал плечами.

Сильвена никогда особо не задумывалась о том, насколько тяжело её чувство долга.

С самого момента рождения и на протяжении всего воспитания эта привычка естественным образом укоренилась в её теле и разуме.

Однако, как он и сказал, возможно, это бремя давным-давно давило на плечи просто женщины по имени Сильвена, а не старшей дочери Дома Бронхейм.

И то, что подобная мысль зародилась в уголке её сердца, служило лучшим доказательством.

— В Доме Бронхейм и на Севере ведь есть не только Сильвена, верно? По крайней мере, пока ты в академии, отложи в сторону мысль о том, что обязана кого-то защищать.

— Это трудная просьба. Но я постараюсь.

С той самой секунды, как она впервые оказалась на поле боя... Нет, пожалуй, с самого момента рождения с кровью Бронхейм в жилах она ни разу не забывала об этом долге.

Избавиться от привычки всей жизни окажется непросто, но Сильвена решила попытаться.

Впрочем, это лишь означало, что она на время отложит статус наследницы и защитницы Севера.

Она вовсе не собиралась отказываться от желания беречь того, кто ей дорог.

Напротив, это намерение стало лишь крепче.

Благодаря сегодняшнему дню.

«Я хочу защитить этого мужчину».

Именно так.

По крайней мере, пока она в академии.

Нет, возможно, даже после её окончания появился человек, которого ей хотелось беречь.

Прижав это чувство к груди, словно драгоценность, Сильвена невольно отвернулась. Её лицо почему-то горело.

Годы, в течение которых она сковывала себя чувством долга перед другими из-за своей силы...

Стену, которую она возвела, разрушила вовсе не ослепительная магия и не северный ветер — это сделали те короткие слова: «Я хочу защитить тебя».

— Арен.

— Да.

— Когда-нибудь, когда мы окончим академию... ты отправишься со мной на Север?

Не в силах сдержать чувства, наполнявшие её грудь, Сильвена впервые в жизни озвучила робкое признание.

Для неё это было равносильно тому, чтобы набраться храбрости на всю оставшуюся жизнь.

Её сердце трепетало сильнее, чем когда она противостояла сотням диких племён.

Что он ответит, с каким выражением лица, или, быть может, холодно покачает головой?

Опасаясь отказа, она ловила каждый его вздох.

— С радостью.

— П-правда?

Однако парень с готовностью кивнул.

Время для Сильвены на мгновение остановилось.

Она готова была ущипнуть себя за щёку, чтобы убедиться, реальность это или сон.

— Конечно. Не каждый день мне поступают такие предложения о найме.

— ...А?

— Работа в великом герцогском доме — это редкий опыт. Если твои чувства к тому времени не изменятся, обязательно пригласи меня.

— ......

Но по мере того как Арен продолжал говорить, Сильвена осознала, насколько они не поняли друг друга.

Погодите, этот мужчина только что принял её смелое, единственное в жизни признание за предложение о работе?

Она felt невероятную опустошённость.

Ей хотелось закричать прямо сейчас, что всё совсем не так!

Что она вовсе не просит его быть простым вассалом и отдавать ей свои силы!

Будь у Сильвены характер чуточку грубее, она бы прижала его к стене и физически показала скрытый смысл, как советовала Лисбет.

Но, к сожалению, Сильвена была мягкой девушкой.

А если точнее, нерешительной девушкой, которая не могла поступить грубо с тем, кого любила.

— ......Ха.

В конце концов, неутилизированная эмоция вырвалась тихим вздохом.

Но почему? Она вовсе не злилась.

Напротив, в ней проснулся некий азарт.

Да и разве он сам только что не сказал, что обязательно согласится, если её чувства не изменятся?

«Ты сам во всём виноват, Арен».

С этой мысленной оговоркой Сильвена чуть приподняла уголки губ.

Да, этот мужчина виноват сам.

Вечно бросает двусмысленные фразы.

Тревожит женские сердца своим беззащитным видом.

А теперь ещё и говорит вещи, из-за которых в него хочется вцепиться... Так что у неё просто нет выбора, кроме как проявить бесстыдство.

— ...Не волнуйся. Обещаю, после выпуска я обязательно заберу тебя туда.

— Ого, как и ожидалось. Ах, но мне нужно получить разрешение у моей госпожи...

— В этом нет необходимости.

— ...Простите?

— Я имею в виду, что разрешение не требуется.

Разрешение? Какое ещё разрешение?

Неужели он, вот так повиляв хвостом, теперь собирается сбежать со словами «у меня есть госпожа»?

Ни за что.

Как они только что и договорились, в день окончания академии...

Сильвена поклялась, что обязательно заберёт его в крепость Лупхейм.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

— Чтоооо?! П-правда?

Изумрудные глаза Сиэль широко распахнулись, когда она с силой хлопнула ладонью по столу.

На следующий день после вчерашнего инцидента я сразу же направился в кабинет студенческого совета, чтобы попросить совета у старшей.

Если спросите, почему я пошёл к Сиэль, а не к кому-то из преподавателей, то причина крылась в том, что сейчас я не мог никому в академии слепо доверять.

За исключением тех немногих людей, которых я счёл заслуживающими доверия, разумеется.

Но сейчас, что гораздо важнее, её голос звучал слишком громко.

Даже тот барьер, который я тщательно установил, мог не выдержать.

— Старшая, не могла бы ты говорить потише?

— Ах, прости. Но я так сильно потрясена, что просто не сдержалась. Одно то, что в академию проник злоумышленник, уже само по себе удивительно, но как они посмели тронуть моего очаровательного младшего?

— Младшего?

Что это значит, разве там не должно быть «младших»?

Сильвена ведь тоже в этом участвовала.

Так или иначе, стоило мне спокойно кивнуть, как вокруг старшей начала пульсировать золотая аура.

Мана оказалась настолько плотной и острой, что я сам не замечая того вздрогнул.

— Но почему ты пришёл прямо ко мне? И даже не сообщил профессорам или страже.

— Потому что ты самая надёжная, старшая. И что ещё важнее, если моя догадка верна, прямо сейчас в академии может скрываться ещё один шпион.

— Самая надёжная, говоришь. Ты кажешься таким колючим, но всегда произносишь такие приятные слова.

— Только не смущайся сейчас. Это жутко.

— Как грубо!

И что в этом такого уж грубого, на самом-то деле.

— Но шпион... Тогда они могут быть сообщниками того нарушителя, что затесался к нам во время распределительного экзамена.

На первый взгляд она может показаться дурашливой, но, как и ожидалось от нашего президента, её аналитические способности были просто непревзойдёнными.

Именно об этом моменте я и размышлял.

— Да. Этот человек на самом деле сказал: «Если бы не эта некомпетентная сука, мне бы не пришлось действовать лично».

— ...Понятно. И ты предполагаешь, что тем человеком была шпионка с распределительного экзамена?

— Что-то в этом роде.

Конечно, только по одному этому факту трудно утверждать наверняка.

Это могло оказаться простым совпадением.

Но я посчитал это достаточно убедительным.

К тому же, это было типичным клише.

— Но это всё равно тревожит. Если бы их целью было просто посеять хаос, они бы попытались убить вас обоих.

— Казалось, целью того человека было схватить меня и увести с собой. В конце концов, они могли бы легко меня убить, но внезапно сдержали свой порыв.

— Хм...

Сиэль подпёрла подбородок рукой, глубоко задумавшись.

Поскольку предоставленная мной информация была слишком обрывочной, даже для старшей существовал предел того, что она могла выяснить только из этих слов.

— Случайно, как звали ту женщину?

— Я не слышал, но, по словам Сильвены, её звали Розеттой.

— Розетта... Впервые слышу это имя. Были какие-нибудь другие особенности?

— У неё была какая-то странная татуировка в виде паутины, вырезанная на левой стороне лица. И, кажется, она использовала что-то вроде кукловодства?

— Кукловодство и татуировка в виде паутины?

Глаза старшей сузились, совершенно пропустив мимо ушей мои предыдущие ответы.

У неё есть кто-то на примете?

— Почему ты спрашивашь? У тебя есть кто-то на примете?

— ...Есть. Хотя пока слишком рано утверждать наверняка.

— Кто же это?

Тот факт, что она вспомнила кого-то не по имени, а услышав описание внешности и используемой магии, означал, что этот человек должен быть весьма известен.

— Ты ведь знаешь о конфликте между Империей Баркардия и Королевством Луэндель в прошлом?

— Знаю. Это довольно известная история.

Даже я, не питая особого интереса к истории, был наслышан об этой истории сполна.

Даже после поступления в академию я видел, как она упоминалась несколько раз во время гуманитарных курсов.

— Мне не очень хочется об этом говорить, так как это позор для королевства, но в то время, судя по всему, внутри страны проводился эксперимент по созданию «бессмертных солдат».

— Разве это не тёмная магия?

— Это немного другое. Автоматоны — иными словами, они просто пытались создать марионеток, способных автономно выполнять миссии без каких-либо магических манипуляций.

Что ж, какими бы обезумевшими от войны они ни были, они бы не захотели связываться с тёмной магией.

Если бы война закончилась поражением, они бы не смогли справиться с позором, который вскрылся бы впоследствии.

— Но, судя по всему, реализовать это с помощью современных магических технологий оказалось крайне сложно. Именно тогда одна кукловодка внесла такое предложение: «Давайте вставим человеческие души и ткани тела».

Это было леденящее душу заявление, но, услышав его, мне сразу кое-что пришло на ум.

Человеческая плоть, которой была облеплена вся поверхность марионетки, призванной тем человеком.

— ...Звучит правдоподобно. На марионетку, которую призвал тот человек, тоже было наклеено нечто, похожее на содранную с трупов человеческую кожу.

— Всё те же извращённые вкусы. Я слышала, что из-за этого её выгнали во время эксперимента. Она была весьма способным кукловодом, но часто подвергалась остракизму из-за своего безумного поведения и странной речи.

Выходит, она была сумасшедшей ещё в те времена.

— А что насчёт её местонахождения после этого?

— Это, на самом деле, самое важное. После того, как её вышвырнули из эксперимента, её местонахождение оставалось неясным, и ходило много разговоров, но затем распространился такой слух: «Бельмора стала одной из Сородичей Молчания».

— Сородичей Молчания?

Кажется, Бельмора — это настоящее имя той женщины.

Когда после этого всплыл незнакомый термин, я нахмурился.

— Это группа последователей Немезиды, худшего тёмного мага в истории континента. Как её слуги, они получили это название из-за того, что выполняют возложенные на них миссии, не произнося ни единого слова.

— Но разве Немезида не мертва?

— Мертва. Изначально считалось, что её уничтожили вместе с её сородичами. Но в последнее время поползли тихие слухи, что эти сородичи пришли в движение. Предположительно, возможно, даже сама Немезида...

Проклятье, опять этот избитый троп.

Судя по всему, случилось нечто вроде разрушения барьера, запечатывающего её, или же она каким-то образом пережила последний удар героя и теперь ждёт часа своего воскрешения.

Я мог предвидеть это, даже не глядя, и мои зубы непроизвольно заскрежетали от этой очевидной предыстории.

— И с чего бы таким людям нацеливаться на меня?

— Я тоже не знаю. Если бы они попытались забрать ещё и Бронхейм, я могла бы хотя бы предположить, что они намеревались промыть вам мозги, чтобы превратить в своих товарищей...

— Хотя я сомневаюсь, что это сработало бы.

И Сильвена, и я скорее бы откусили себе языки и умерли, чем позволили бы подобное.

— В любом случае, я проведу отдельное расследование. Бельмора... нет, ты сказал, что теперь она зовётся Розеттой? Раз эта женщина всё равно из нашего королевства, возможно, мне удастся найти её, если я потяну за нужные ниточки.

— Извини, что так внезапно обращаюсь с такой сложной просьбой.

Я мельком взглянул на гору документов, как обычно нагромождённую сегодня на столе, и горько усмехнулся.

Неужели президентам студенческого совета этой академии приходится сражаться с бумажной волокитой даже во время каникул?

Я бы никогда на такое не согласился, даже если бы мне предложили целое состояние.

— Мм, всё в порядке. Защищать своего младшего — это обязанность и старшей, и президента студенческого совета. Кроме того, если эта женщина действительно из нашего королевства, то это дело, которое я не могу проигнорировать даже как принцесса.

— Сегодня ты выглядишь довольно величественно, старшая.

Это была не пустая лесть, чтобы подмазаться к ней, а искренние слова.

Особенно в тот момент, когда она упомянула о том, что является принцессой, её взгляд на мгновение стал острым, и она излучала харизму, поистине подобающую принцессе.

Когда я даже коротко похлопал в ладоши, чтобы польстить ей, Сиэль скрестила руки на груди и высоко задрала нос.

— Ах, я заставила ещё одного младшего влюбиться в меня! Я и вправду такая грешная старшая.

— Ты только что потеряла около девяноста процентов этого величия.

— Девяносто процентов?! Не слишком ли ты строг ко мне?

Ну, и кто просил тебя нести чушь?

Не зря говорят, что если будешь помалкивать, то сэкономишь половину проблем.

Всякий раз, когда я думаю: «О, а эта старшая довольно крута», а затем в итоге прихожу к мысли: «Ну, конечно же», то обычно в этом виновата она сама.

Если бы только она держала рот на замке, то была бы такой классной и надёжной старшей.

— Но у тебя всё ещё осталось десять процентов. Довольствуйся этим.

— Угх, правда...? Но почему осталось десять процентов? Даже мне кажется, что та фраза только что напрочь испортила настроение.

— Ну, это...

Немного трудно ответить, когда спрашивают почему.

Честно говоря, я сказал это особо не задумыясь.

Но если бы мне пришлось отследить причину...

— ...Потому что это так похоже на тебя, старшая. И мне это в тебе нравится.

Она всегда наговаривает кучу портящих атмосферу вещей, и я знаю, что если бы она просто помалкивала, то была бы красавицей, словно сошедшей с картины.

Но будь она просто таким человеком, я бы, наверное, не сблизился с ней настолько.

Это многогранное чувство — вот что символизирует человека по имени Сиэль Вальштейн.

Поэтому, когда я ответил честно, моя старшая замолчала.

— Нравится, говоришь.

Затем, словно смакуя слова, она пошевелила губами.

Подпирая подбородок рукой, она посмотрела на меня глубоким взглядом и протянула руку.

Едва-едва не коснувшись переносицы моего носа.

— Хех, так ты видишь во мне старшую Сиэль, а не президента студенческого совета или принцессу?

— Ну, если ты моя старшая, то ты старшая Сиэль. Кем же ещё тебе быть?

— Хе-хе, знаешь, ты единственный, кто может так говорить.

— ...?

Я сказал что-то настолько впечатляющее?

Вчерашняя Сильвена вела себя так же, и сегодняшняя Сиэль тоже.

Они разбрасываются фразами, которые трудно понять.

Что ж, в любом случае, похоже, она в хорошем настроении, так что всё в порядке.

— Так или иначе, поняла. Пока что я сообщу об этом деле только канцлеру. Поскольку может возникнуть побочный ущерб, трудно держать это в полной тайне.

— Полагаю, что так.

Честно говоря, я бы предпочёл, чтобы об этом знала только моя старшая.

Но даже я смог это понять, поэтому кивнул.

Как и сказала старшая, нет никаких гарантий, что эти люди не нападут снова.

Если это произойдёт, пострадают и другие студенты академии, поэтому для предотвращения подобного это будет лучшим решением.

— К тому же, поскольку во время каникул охрана в академии ослаблена, тебе стоит на время где-нибудь укрыться. По крайней мере, до тех пор, пока не усилят штат.

— Укрыться?

Какое ещё укрытие?

Нет, более того, где мне вообще укрываться?

Ведь нет никаких гарантий, что за пределами академии тоже безопасно.

— Да. В империи также есть вилла, которую использует наша королевская семья. Поскольку всё равно летние каникулы, ты можешь отправиться туда и насладиться видом на океан. Я назначу людей для охраны периметра. Если хочешь, можешь взять с собой близких друзей.

— Тебе не нужно так сильно заботиться обо мне... Даже по отношению к младшему, не слишком ли чрезмерна эта любовь?

Я знал, что эта старшая была особенно добра к своим младшим.

Но с готовностью предлагать собственную виллу и личных солдат казалось перебором.

— Это потому, что Арен для меня особенный.

Затем моя старшая, что было для неё необычно, чётко назвала меня по имени и легонько ткнула пальцем в щёку.

Обычно, когда подобная двусмысленная фраза исходит от такой красавицы, моё сердце начинало бешено колотиться.

Но поскольку речь явно снова шла о той должности следующего вице-президента, я лишь усмехнулся.

— Тогда, как твой особенный младший, я с благодарностью приму твою доброту. Молодая госпожа тоже должна скоро вернуться, так что она будет рада, если я возьму её с собой.

— Да, так и сделай.

Затем я встал и поклонился на девяносто градусов.

Я спросил, поедет ли старшая тоже на виллу, но, к сожалению, она отказалась, сославшись на то, что у неё полно дел.

Это было немного обидно.

Не то чтобы я хотел увидеть свою старшую в купальнике или что-то в этом роде.

Как прилежный младший, я просто желал, чтобы наша прекрасная старшая могла немного отдохнуть.

— Арен! Я вернулась!

На следующее утро Тиабель, примчавшаяся на рассветном экипаже, энергично поприветствовала Арена.

График поездки выдался настолько плотным, что она изрядно утомилась в дороге, но стоило ей увидеть Арена, как вся усталость словно растаяла без следа.

— Давно не виделись, молодая госпожа. Как прошла встреча с леди Камиллой?

— Д-да. Всё прошло хорошо.

Тиабель попыталась ответить как можно непринуждённее, но на мгновение замялась: ей вдруг вспомнился разговор, состоявшийся с матерью в главном поместье.

— Тиа, у тебя не возникало никаких трудностей во время пребывания в академии?

— Возникали. Вообще-то, в последнее время Арен сблизился со многими девушками...

— Сблизился со многими девушками, говоришь. В такие моменты обычно и подкрадывается тревога.

Поскольку мать в целом понимала её чувства, Тиабель честно поделилась тем, что было у неё на уме.

— У тебя тоже такое бывало, мам?

— Конечно. Твой отец в молодые годы тоже пользовался немалой популярностью.

— И что ты сделала? Ну, в чём был твой секрет, как тебе удалось покорить сердце папы...?!

— Всё просто. Я уложила его на лопатки.

— ...Что, простите?

Решение, которое Камилла предложила для проблем своей дочери, было поистине в её духе. В тот миг Тиабель даже усомнилась в собственном слухе, гадая, не послышалось ли ей.

— Разумеется, я не имею в виду, что напала на него. Главное — заставить его осознать твоё присутствие, даже если для этого придётся проявить некоторую смелость.

— Осознать...

— Тебе нужно показать ему, что ты отличаешься от обычных женщин вокруг него. Конечно, для Арена ты и так особенная, но ты ведь и сама понимаешь, что это не совсем то отношение, которое проявляют к женщине, верно?

— ...Ты права.

— Так что порой тебе нужно заставлять его замечать это. Женщинам необходима подобная решительность. Особенно когда цель — любовь.

Тиабель вспомнила совет матери и решительно кивнула. Теперь, когда эти воспоминания всплыли в голове, смотреть прямо на Арена стало ещё труднее, но она не сомневалась, что это тоже испытание, которое ей необходимо преодолеть.

— Раз уж ты съездила в главное поместье, теперь ты с головой уйдёшь в свои исследования, верно?

— Ах, насчёт этого...

Столкнувшись с первым препятствием на пути к своей цели, Тиабель неловко отвела взгляд.

По первоначальному плану после посещения главного поместья ей следовало запереться в мастерской и продолжить исследования. Она готовила научную работу, и даже во время каникул её ждала целая гора дел. Однако для Тиабель оставалось кое-что поважнее — дело всей её жизни.

«Скажи это, Тиабель Роузтейл. В конце концов, сейчас летние каникулы!»

Поторапливая себя мысленно, Тиабель собрала волю в кулак. Наступили летние каникулы — лучшее время, чтобы взрастить сияющую юность и расцветающую в ней любовь. На этот раз она сама проявит инициативу и великолепно пригласит его на свидание как женщина.

— Если подумать, тратить всё время только на исследования было бы немного расточительно! Я имею в виду, сейчас ведь летние каникулы, верно?

— Это правда.

— Поэтому я подумала, может, в этот раз мы могли бы отправиться куда-нибудь вроде курорта или на пляж. Знаешь, я ведь почти никогда не видела моря...

Чем дольше она говорила, тем сильнее её слова становились похожи на бессвязные оправдания. Но Тиабель считала всё это подготовкой почвы ради великой цели и искренне продолжала:

— Т-так вот, Арен. Не хотел бы ты в этот раз поехать со мной...

— О, тогда это просто идеально складывается.

— ...А?

Она как раз собиралась зажмуриться и предложить Арену совместное свидание на пляже, когда он вдруг прервал её и повеселел. Глаза Тиабель удивлённо округлились.

Что идеально складывается?

— На самом деле старшая Сиэль разрешила мне воспользоваться пляжной виллой её семьи. Я хотел поехать вместе с тобой, молодая госпожа, но думал, что ты будешь слишком занята исследованиями.

— П-пляжная? Вилла?

С чего вдруг такие новости? Значит, он думал в точности о том же, что она собиралась предложить? Какое чудо! Это без преувеличения можно было назвать переплетением судеб. Как и следовало ожидать, он тоже хотел провести свободное время вместе с ней.

Однако если и было то, что её беспокоило...

— Значит, старшая Сиэль тоже поедет с нами?

Всё дело в том, что это было предложением Сиэль. Раз уж они отправлялись туда по её приглашению, владелица виллы, естественно, тоже должна была там присутствовать, верно? Для Тиабель, которая жаждала провести время наедине, это не могло не принести лёгкого разочарования.

— Нет. Старшая Сиэль сказала, что слишком занята, чтобы ехать.

— Правда?!

Но, похоже, боги всё-таки решили поддержать её. Кто бы мог подумать, что сложатся самые лучшие условия, при которых Сиэль их не сопроводит!

«Спасибо тебе, старшая Вальштейн!»

Она думала, что у Сиэль тоже есть какие-то чувства к Арену, но, судя по всему, та выступила в роли свахи. Тиабель мысленно раскаялась в своих несправедливых подозрениях и выразила искреннюю благодарность отсутствующей Сиэль.

— В таком случае я с радостью! Я очень хочу поехать!

— Вот и славно. Тогда, поскольку сегодня ты наверняка устала, молодая госпожа, давай отправимся завтра.

— Да!

Сегодня ночью она, скорее всего, вряд ли сможет крепко уснуть от предвкушения.

◇ ◇ ◇

— Э-это море поистине прекрасное...!

— Нам правда можно поехать с вами? Вилла такая роскошная.

На следующий день, когда мы прибыли на виллу, которую нам одолжила старшая Сиэль, изумрудное море встретило нас своими сверкающими волнами. Перед ним стояли Юбелия и Лена.

— Старшая Сиэль сказала, что я могу взять с собой сколько угодно друзей, так что всё в порядке. К тому же я всё равно хотел вернуть долг за практический экзамен, так что всё сложилось как нельзя лучше.

— Я же говорила тебе не беспокоиться об этом.

— Да это я беспокоюсь, чёрт возьми.

Если кто-то проявляет к тебе доброту, просто прими её с благодарностью. Честно говоря, у Лены тоже обнаружилась эта удивительно правильная сторона.

— Только мы вдвоём на пляже... Наше время наедине...

Кстати, а что молодая госпожа делает там, позади всех? Поскольку она почти не видела моря в своей жизни, возможно, её переполняли эмоции. Если так, то я рад, что взял её с собой.

— Молодая госпожа, что ты там делаешь? Иди скорее сюда, посмотри на море.

— Ну да, я в какой-то степени этого и ожидала... Всё шло слишком уж гладко. Какая же я была глупая. Да уж...

— ...?

Когда я взял молодую госпожу за руку и потянул за собой, она поплелась следом, вялая, словно сушёная редька на бельевой верёвке, и что-то бормотала себе под нос. Неужели у неё до сих пор не прошла морская болезнь после поездки в экипаже? Не понимаю, с чего бы ей укачиваться сейчас, если раньше такого никогда не случалось.

— Большое спасибо за чудесное предложение, Арен.

— Да не за что, правда. Я просто случайно столкнулся с вами и упомянул об этом.

Изначально я планировал предложить это Сильвене, но она, к сожалению, вернулась в своё главное поместье, сказав, что ей нужно посоветоваться с матерью по поводу случившегося.

Размышляя, кого бы ещё взять с собой, я вспомнил о Лене, с которой столкнулся в день церемонии закрытия. Поэтому я отправился на её поиски, и надо же было такому случиться: она бродила по академии вместе с Юбелией. Раз уж мы пересеклись, я предложил им поехать, и обе сразу же ухватились за эту возможность. Точнее, Лена пыталась отказаться, но Юбелия практически силой утащила её с собой.

«Я как раз собирался попросить Юбелию о помощи, так что всё сложилось удачно».

Я искал Юбелию с тех самых пор, как узнал от старшей Сиэль, что Сородичи Молчания были величайшей враждебной силой Священного Государства. Совпадение оказалось весьма кстати.

— Тогда давайте переоденемся в купальники и встретимся здесь.

— Да! На самом деле я вчера была так взволнована, что пошла и купила новый купальник вместе с мисс Леной.

— Стоило тебе заикнуться об этом, как Святая дева схватила меня за руку и потащила в торговый квартал. Должно быть, ты и правда была в предвкушении.

— Мисс Лена, я просила тебя звать меня Юбелией, а не Святой девой.

— ...Я подумаю.

Похоже, эти двое довольно близко сошлись — настолько, что отправились за покупками вдвоём. Что ж, во время практического экзамена они втроём прошли через то адское испытание, так что было бы странно, если бы они не сблизились.

Насколько я вижу, Лена всё ещё находит Юбелию немного пугающей, поскольку та является Святой девой. Но сама Юбелия, похоже, искренне желает подружиться с Леной. Каждый раз, когда мы встречаемся, она вечно жалуется на одиночество и на то, что у неё нет никого, кого она могла бы назвать другом. Она нашла себе отличную компанию.

Как бы то ни было, мне уже не терпится поскорее окунуться в морскую воду. С тех пор как я попал в этот мир, у меня не было ни единого воспоминания о поездке на пляж.

Лето — это действительно пора пляжей.

◇ ◇ ◇

Выходя из виллы после переодевания, я увидел Лену. Она безучастно стояла на пороге, соединяющем дом и пляж, и смотрела на море. Остальные двое уже вовсю бегали по песчаному берегу, так что же она делала здесь в одиночестве?

— Что это, ты меня ждала? Могла бы пойти вперёд и повеселиться.

Когда я непринуждённо заговорил с ней, она повернула голову. Её тёмно-синие волосы и глаза, залитые солнечным светом, сияли ярче обычного.

— Нет, я просто ненадолго зашла в воду, чтобы спастись от жары.

— Так вот почему ты мокрая. Кстати, этот купальник тебе очень идёт.

— Спасибо за комплимент. Но ты на удивление сильно укутался. Зная твой характер, я думала, ты оденешься во что-то более удобное.

Увидев футболку поверх моего торса и даже тонкую куртку, она озадаченно пробормотала. Она думает, я ношу это в такую жару по собственному желанию? Вчера молодая госпожа вернулась откуда-то и внезапно вручила мне этот комплект одежды со словами: «Если ты не наденешь это завтра, даже не думай ступать на пляж!» Вот так я и оказался в таком виде.

Я хочу сказать, даже девушки на пляжах в моей прошлой жизни не укутывались так сильно.

— Это всё чрезмерная забота молодой госпожи. Я вообще собирался надеть только шорты.

— Это было бы этически сомнительно, не думаешь? А что ещё важнее, Святая дева рухнула бы в обморок прямо на месте.

— С чего бы Юбелии падать в обморок?

— ...Ладно, забудь.

Если уж начинаешь говорить, договаривай до конца, а не раздражай неопределённостью.

Но если присмотреться, Лена выглядит потрясающе. Как бы это выразить... стройная, пышущая здоровьем красавица? Совсем иная атмосфера по сравнению со Святой девой, бегающей с двумя прикреплёнными арбузами. От Лены исходило ощущение изящной модели с обложки модного журнала.

— Это тот самый новый купальник, который вы купили вместе с Юбелией?

— Верно. Я собиралась надеть тот, что выдают в академии, но Святая дева сказала, что этот мне очень пойдёт, и купила его на собственные деньги.

— Он красивый. Ну, ты и сама по себе красивая, так что на тебе всё будет смотреться хорошо.

— ...

Нет такой женщины, которой не понравилось бы, когда её называют красивой. Я рассудил, что даже в мире с перевёрнутыми гендерными ролями это правило остаётся неизменным, поэтому и сделал ей комплимент.

По какой-то причине Лена пристально уставилась на меня.

— Дам тебе искренний совет: не говори подобные вещи женщинам так беспечно. В отличие от мужчин, женщины — существа простые.

— ...С чего вдруг?

Ни с того ни с сего она пустилась в долгие рассуждения о врождённых различиях между женщинами и мужчинами. И более того, женщины — простые существа?

Для меня эта фраза звучала как полнейший диссонанс.

[[image:/storage/reader-images/7fb79f2a6b2d36b034250b70035f66bbfea7614f.png]]

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

— Давай быстрее. Те двое там уже устроили сцену.

Когда я спустился на пляж вместе с Леной, на песчаном берегу уже разворачивался шумный переполох.

Собственно, это была даже не драка, а... скорее одностороннее насилие.

— Хя-а-а-а!

— П-подождите минутку! Леди Роузтейл! Слишком бурно...! Пхуп?!

Ого.

Нашу молодую госпожу, похоже, ни капли не волновало, что её противница — Святая дева Священного Государства.

Им уже доводилось встречаться раньше, но я и подумать не мог, что она станет так агрессивно брызгаться водой, учитывая, что они даже не были близки.

Какая душевная картина.

— У-угх...! Я... я тоже не собираюсь просто так сдаваться!

— Ехе-хе, получай... Кха?!

Даже Святая дева, привыкшая к одиночеству, не могла молча терпеть этот односторонний обстрел водой.

Началась контратака Юбелии, и на этот раз вымокла уже молодая госпожа.

Погодите, секунду.

Вокруг Юбелии что, кружится вода?

Эту сцену я видел в каком-то старом комиксе.

Разница лишь в том, лепестки ли это сакуры или вода.

— Узри же божественную кару!

— Использовать Священную силу — это жульничество... Кха?!

Окружённая вихрями воды, летящими со всех сторон, молодая госпожа не выдержала напора и ушла под воду прямо у берега.

— Угх, солёная вода попала в нос и глаза...

На мгновение я вспомнил тот случай с пивной бутылкой из прошлого и подумал, не спасти ли её, но, к счастью, она быстро вынырнула.

Возможно, она так усердно училась плавать, предвидя именно эту ситуацию.

Похоже, у нашей молодой госпожи развился дар предвидения.

— Ничего не поделаешь. Арен! Зажми её в клещи!

— Слушаюсь.

Она то и дело поглядывала в мою сторону, так что у меня было предчувствие, и оно меня не обмануло.

Когда я пошёл вперёд на зов молодой госпожи, Лена, стоявшая рядом, посмотрела на меня с горькой улыбкой.

На её лице так и читалось, что мне приходится несладко.

— П-подло! Леди Роузтейл! Призывать мужчину в честный бой между женщинами...!

— Арен — мой Рыцарь-хранитель, так что всё в порядке! Верно, Арен?

— Ну, честно говоря, это действительно выглядит немного подло. Но в этом вся наша молодая госпожа.

— И это твоя защита?!

Хм, а я-то думал, что защищаю её.

Я просто хотел выразить, что, хотя наша молодая госпожа и выглядит нежной, в ней живёт сильный дух соперничества.

Хотя не стану отрицать, что здесь было и желание немного её подразнить.

*Всплеск!*

— Пф-ф-ф?! Л-Лена! Помоги мне...!

— Ехе-хе-хе! Просто признай уже своё поражение!

Юбелия, зажатая в тиски с двух сторон, протянула руку к Лене, стоявшей поодаль.

Но мы с молодой госпожой не прекращали брызгаться.

А уж со злобным смехом молодой госпожи мы и вовсе ничем не отличались от настоящих злодеев.

— Эй, Лена! Ты не присоединишься?

— Не особо хочется... Мы ведь не дети.

Между тем, эта Лена тоже хороша.

Обычно, когда двоих на одного, протягивают руку помощи хотя бы из жалости.

Значит, просто так она не ввяжется?

Что ж, тогда посмотрим...

*Всплеск!*

Ни секунды не колеблясь, я направил Ману в руку и с силой плеснул водой.

Естественно, моей целью была стоявшая поодаль Лена.

— Тогда стой там как взрослая и обтекай! Получай!

— ......

Стоило ей, сохранявшей образ высокомерного наблюдателя, внезапно пройти это водное крещение, как я бросил ей провокационную фразу.

И тогда её ледяной взгляд устремился на меня.

О-о, какая жажда убийства.

*Хруст-хруст...*

Молча перейдя песчаный пляж, она вошла в морскую воду и совершенно естественно встала рядом с Юбелией.

— Святая дева, пожалуйста, займитесь Тиабель. Я разберусь с Ареном.

— Л-Лена. Это ведь просто водная битва. Ты ведь понимаешь это, верно?

Бесполезно, Юбелия.

Судя по тому, что я вижу, эта особа уже потеряла контроль над собой.

— Я и так подыхаю от сверхурочной работы, с чего ты так отчаянно нарываешься на то, чтобы тебя сожрали заживо?!

Погодите, что она вообще несёт?

◇ ◇ ◇

После того как подводная борьба под видом водной битвы закончилась, мы выползли обратно на песчаный пляж.

— Лена, вот полотенце.

— Спасибо. Ах, я охлажу для тебя воду. Дай сюда.

— Спасибо. А то она уже стала тепловатой, что немного расстраивало.

Юбелия и Лена, которые выбрались первыми, заботливо ухаживали друг за другом.

Хотя Лена и утверждала обратное, похоже, она довольно сильно сблизилась с Юбелией.

В отличие от них...

— Угх... Во рту один вкус соли...