Его штрих-код (Новелла) Ivy Song Я долго спрашивала себя: видят ли окружающие эти цифры? Со временем стало ясно — вижу их только я. В пятнадцать лет я поняла, что означают эти числа. Метки на шеях людей показывают, где и когда они умрут. Знать об этом могу лишь я. Но Сехун другой — на его шее нет штрих-кода. ==================== Штрих-код «Идем, дорогая», – сказала моя мама. «Нам пора в аэропорт». Я кивнула, последовав за ней. Наш сосед предложил подвезти нас туда. «Это последнее, что я могу сделать для вас. Жаль, что вы не останетесь здесь», – сказал он с грустью. «Приношу вам свои соболезнования». Первые недели были самими тяжелыми. Я чувствовала себя растерянной, дом вдруг стал казаться таким пустым. Вокруг никого. Мама не выходила из своей комнаты. Спустя почти год все изменилось. Мне исполнилось шестнадцать. Отца не было рядом, чтобы подарить мне торт, как обычно, на мой день рождения. Мама была не в восторге от праздника. Она до сих пор пребывала в депрессии, ее любовь к жизни исчезла. Я понимала ее чувства, поэтому меня не ранило то, что она мне ничего не подарила. Я не хотела переезжать в Сеул — столицу Южной Кореи. Я там ни разу не была, всю свою жизнь прожила в Вермонте. Мои родители познакомились в Пусане. Ходили в одну школу в старших классах. После выпуска поступили в один и тот же университет в США, затем учились в Миннесоте, поженились в Вермонте. На свое свадебное путешествие отправились на Таити, где зачали меня — Дакоту Минхи Парк. Я росла, видя цифры всю свою жизнь. Не потому, что мой отец работал бухгалтером, а мама в сфере недвижимости. А лишь потому, что у всех людей есть штрих-код на шее. Долгое время я думала, что это естественно. Что это дается при рождении или приобретается по воле нового тренда. Но, взрослея… Стала задаваться вопросом: почему у всех «родинка» на одном и том же месте?.. Я росла тихоней. Говорила мало. И так и не осмелилась спросить у кого-либо об этом. Мама говорила, что грубо спрашивать у людей об их «особенностях», но я все-таки обратилась к своей кузине. Помню, как сидела рядом с ней, когда мы играли в куклы. Мне было одиннадцать, ей – десять. Я притворилась, что не знаю, что значат цифры на ее штрих-коде: 009 018 68 4426. «Анна… Что значит штрих-код на твоей шее?» – спросила я. Анна повернулась и посмотрела в зеркало: «Штрих-код?..» «Ага,– ответила я ей, – на шее». Анна только странно покосилась на меня. Она собрала вещи, встала и, сказав «Дакота, на моей шее ничего нет!», ушла. Тогда мне было всего одиннадцать, я испугалась от мысли, что я единственная, кто их видит. Я ощутила жестокость этого мира, когда умер мой отец. Если бы все видели эти цифры, то его смерть не стала бы неожиданностью. Мама не переставала плакать на его похоронах. «Почему? Почему? Почему? Так неожиданно… Он никогда не жаловался на здоровье. Именно на похоронах отца я и поняла значение штрих-кода. «006 29 10 2569» – такими были числа на его шее. Первые три цифры — месяц, когда твой срок истечет. Именно — истечет. Мне не нравится слово «умирать», так что я решила заменить его. На чем есть штрих-код? Продукты. Напитки. Средства гигиены. Бытовая химия. И тому подобное. У всего этого есть срок. И штрих-код, как и у нас. Мой отец скончался в июне – «006». Следующие две цифры – день, когда твой срок истечет. Отец покинул нас 29 июня – «29». Последующие два числа – последние цифры года. Это произошло в 2010 году – «10». Последние четыре цифры подразумевают под собой место, где все закончится. Мой отец был доставлен в больницу с номером в адресе 2569. Все вместе символы образуют штрих-код – дату "истечения срока": 006 29 10 2569. У меня же штрих-код отсутствует. Или мне просто не суждено видеть его. Ведь было бы несправедливо, если б я могла обмануть смерть, а другие нет. В Вермонте я чувствовала себя виноватой. Когда к нам приходил кто-то из знакомых, я чувствовала свою вину, потому что не сказала ему остаться дома в тот день, к примеру. Всякий раз я пыталась выдавить эти слова из себя, но не могла. Я боялась последствий спасения того, кого судьба хотела вычеркнуть. Я чувствовала невыносимую боль, когда видела, как истекали штрих-коды окружающих меня людей. Держала все в себе. Я смирилась с тем фактом, что не должна вмешиваться в их судьбу. После окончания средней школы и колледжа я поступила в университет на кафедру психологии. Там я встретила парня по имени Сехун. Я чувствовала связь между нами. Не знаю, почему. Я старалась узнать его штрих-код, но зимой он носил шарф или куртку с высоким воротником даже в классе. При наступлении весны он избавился от шарфа. Но я не обнаружила у Сехуна штрих-код. Меня это удивило. Впервые я попросила человека остаться, когда он хотел уйти куда-то. Не знаю, почему меня так пугало это. Возможно потому, что в любой момент его срок мог истечь. Конец 1 главы. ---------- Останься Переводчик: lerelei Корректор: Liomora, Kasumi Я росла тихоней, говорила мало. Я не знала, как себя вести, когда получила письмо о зачислении в Университет Сеула. Они пообещали стипендию и возможность выучиться на психолога. Я решила поступать, а что еще мне оставалось? Мама не работала, и мне не хотелось, чтобы она заставляла себя чем-то заниматься лишь из-за меня. Я жила в доме бабушки и дедушки вместе с мамой. Дом был просто громадный, пятиэтажный, с множеством комнат для гостей. Также там работали горничные и дворецкие. Думаю, по завещанию отца все перешло к бабушке с дедушкой. Прожив там год или два, я решила поступить в Сеульский университет. Я не могла привыкнуть к тому, как ко мне относились бабушка с дедушкой. Горничные подбирали наряды для приема пищи, и каждый день они были разными. В школу я ходила не пешком, как в Вермонте: у меня был личный водитель, это слегка смущало. Когда я уезжала, мама плакала. Впервые за долгое время она выражала хоть какие-то эмоции… После смерти отца она была словно живым мертвецом. По дороге в университет я надеялась, что для нас двоих это будет шанс начать все с чистого листа. Но произошло кое-что странное. Комнаты в общежитии прекрасны, похожи на те, что были в доме бабушки и дедушки, но только без дворецких и горничных. Человек, с которым мне придется жить, был выбран случайным образом. В первый день студенты получают конверты с номером комнаты. Люди с одинаковым номером становятся соседями. Мой сосед по комнате… Сехун. Его зовут Сехун. Когда я подошла к своей комнате, то увидела его с конвертом. «А-319?», – спросил он. Взглянув в свой, я кивнула. «А-319», – прошептала я. Он был таким же, как и я – тихим и молчаливым. Первые недели были неловкие. Нам потребовалось время, чтобы привыкнуть друг к другу и начать общаться. Но когда мы наконец сделали это, все наладилось. «Я Сехун. Юн Сехун», – сказал он. Закончив распаковывать вещи, мы одновременно вышли из комнат. Мы долго смотрели друг на друга, прежде чем он нарушил тишину. «Дакота», – сказала я. Это был наш первый разговор. С самого начала он показался мне странным. Тогда я не смогла увидеть его штрих-код. Мы начали учебу в ноябре, когда уже было холодно. И он всегда носил шарф. Я постоянно думала о том, есть ли у него штрих-код. Когда наступила весна,все попрощались с шарфами. Одним весенним утром мы сидели в гостиной за своими ноутбуками и пили кофе. «Ю-Юн… Сехун… Твой шарф…» – указала я на его шею. Он опустил свой взгляд, а затем снова посмотрел на меня. «А… Да… Сейчас уже тепло, поэтому я перестал носить его», – сказал он. Я кивнула, и он вернулся к своему ноутбуку. Я посмотрела на его шею… Там ничего нет. «Если не на шее, то… Может, в другом месте?..» – сказала я себе. Во время пары он сидел рядом со мной, и я не могла сосредоточиться. На его шее ничего нет. Я думала, что схожу с ума. Штрих-код всегда на одном и том же месте у всех! Так где же он у Сехуна? Я испугалась. После пар мы пошли обратно в общежитие, чтобы продолжить заниматься. Он надел очки и убрал пряди с лица. Необдуманно я протянула свою руку к его шее и провела по ней пальцами. Может… Он знает о моей силе?.. «Минхи?» - он назвал мое корейское имя. Я не привыкла к нему. Мои родители говорили по-английски в Вермонте, всю жизнь меня называли Дакотой. Но когда Сехун произнес «Минхи», это прозвучало так нежно. Я уставилась на то место, где были мои пальцы. Там ничего нет… Нет штрих-кода. Я схватила свои учебники и ноутбук. «Мне… Нужно побыть немного одной», – сказала я ему. Мне нужно было время все обдумать. Возможно, я сошла с ума, и штрих-кодов никогда не было? Неужели я их выдумала?.. Я сидела в своей комнате, пока не раздался стук в дверь. «Минхи, я уйду ненадолго». Затем была пауза, я молчала. «Дакота?» - я услышала вздох. Я убрала ноутбук с колен и побежала к двери. Сехун уже подходил к выходу. «Сехун, подожди!» Он сделал паузу и повернулся ко мне. «Да-да?» «М-может, останешься?» Конец 2 главы. ---------- Дождь Переводчик: lerelei Корректор: Kasumi Я молча смотрела на него несколько минут, не зная, что делать. Ведь это его жизнь, у него есть места, куда можно пойти, но… Я не хотела рисковать, я еще не знала его дату «истечения срока». Посмотрев на его шею, я сказала: «Можно пойти с тобой?..» Подняв бровь, Сехун сказал: «Д-да, конечно. Но… Ты в порядке?» Хотела бы я это знать. Я сама не знала, почему уговаривала его остаться, когда он хотел уйти. Меня ничего не заставляло. Мое тело сделало то, что хотело сделать, будто у него появился собственный разум. Это моя привычка – я не осознавала, что заставляла его остаться, пока не вернулась к реальности. «Я-я просто…» - я сделала паузу. Нужно придумать оправдание. Сехун посмотрел на часы и схватил мою руку. «Пошли!» - сказал он и потащил за собой. Мы прошли несколько кварталов, держась за руки, пока он не нарушил тишину. Я была рада, что он заговорил. Мое сердце билось все сильнее. Он забыл отпустить мою руку, а я… Я не хотела, чтобы он отпускал. Я думала, что схожу с ума. Росла я тихоней, большую часть времени уделяла учебе. Никогда не задумывалась о том, что выйду замуж и создам собственную семью. Но сейчас я стала представлять, что этого могло бы произойти, если бы я и Сехун начали встречаться. Я была напугана тем, что влюбилась в того, у кого нет штрих-кода. «Мне нужно зайти в библиотеку, взять учебник. Чем ты потом хочешь заняться?» - спросил он. Я пожала плечами. «Не знаю…» - пробормотала я. Остановившись посреди улицы, он повернулся ко мне. «Ты в порядке? В общежитии ты вела себя странно.» Я кивнула. «Я-я в порядке!» - произнесла я, заикаясь. Затем он коснулся моего лба, что заставило мое сердце чуть не выскочить из груди. «Вид вполне здоровый, но я знаю, что тебя что-то беспокоит. Ты можешь рассказать мне», – сказал он. Рассказать ему?.. Рассказать то, что я никому не говорила за всю свою жизнь? Какие будут последствия? Если честно, я поймала себя на том, что не боюсь рассказать ему правду. Капля дождя приземлилась мне на лоб. Я подняла взгляд, небо потемнело. Знак ли это? Я думаю, что до моего откровения придется подождать… Дождик моросил. Мы пошли дальше, я так ничего и не сказала. Мы больше не держались за руки, это меня беспокоило. Библиотека была в трех кварталах, когда прогремел гром. Сехун притянул меня к себе, когда дождь усилился. Я покраснела, осознав, что мы стоим так близко друг к другу. Мои алые щеки были сильно заметны на бледной коже. Сехун снял свою куртку, чтобы укрыть нас. Говорят, что апрельские дожди приносят майские цветы. Мы зашли в ближайшее кафе и заказали по чашке кофе. Внутри было тепло, но Сехун, скорей всего, замерз. Он встряхнул своей головой, избавляясь от капель дождя. Было видно, что его белая футболка прилипла к его телу. Он даже пытался прикрыться. «П-прости…» - сказала я. Я чувствовала вину, а вдруг он заболеет? Он усмехнулся. «За что? Отец всегда говорил, что в первую очередь нужно беспокоиться о девушке, а только потом о себе. Все хорошо? Ты не промокла? Не замерзла?» «Я-то нет, а вот ты!..» - сказала я. Он весь промок. «Вдруг заболеешь». Он чихнул, а затем усмехнулся. «Ты ведь обо мне позаботишься, да?» - ухмылялся он. Я закатила глаза и - не стану врать – покраснела, когда он сказал это. «Эй. Ты снова это сделала», – сказал он. «Покраснела. Ты такая милая с розовыми щечками». С широко раскрытыми глазами я коснулась щеки и отвернулась к окну, чтобы убедиться. «О чем ты думаешь?», - спросил он. «Тебе нравится дождь? Что бы ты хотела делать в такую погоду? Бегать по лужам?» «Мне хочется, чтобы кто-нибудь поцеловал меня под дождем», - сказала я, не подумав, и застыла, когда поняла, что сморозила. Пытаясь сменить тему, я спросила: «А т-ты?» «Я хочу быть тем, кто поцелует тебя», – пробормотал он. В итоге Сехун заболел. Я думала, что это просто простуда, но оказалось все куда хуже. После пар я пошла в город, чтобы купить лекарства. Он позвонил мне и сказал, что хочет, чтобы я поскорей вернулась домой. «Мне плохо… Я хочу увидеть тебя», – сказал он. «Мне спокойнее, когда ты рядом», - продолжил он. Я поспешила домой. Любовь действительно меняет человека, да? Я сидела у его кровати после того, как он принял лекарства. Я сделала копию лекций, которые он пропустил, и смотрела, как он спит. Он выглядел таким спокойным. Даже слишком… Конец 3 главы. ---------- Вопросы Переводчик: lerelei Корректор: Liomora Я замерла. Сехун спал так мирно. Я почувствовала облегчение, когда он чихнул и повернулся ко мне. Приоткрыв один глаз, он улыбнулся: «Померяй мне температуру». Я облегченно вздохнула, потянувшись к градуснику. Я сунула его в рот Сехуну и стала ждать. «39 градусов…» – прошептала я. «Это все из-за меня…» Он взял меня за руку и легонько сжал ее. «Нет», - сказал Сехун. «Я просто заболел, такое бывает», - пробормотал он, - «можешь принести мой телефон?» Я кивнула и вышла из комнаты. Его телефон заряжался в гостиной. Услышав дождь, я обернулась, нахмурила брови, смотря на мутное небо. Если бы не дождь… Сехун был бы здоров. «Вот твой телефон», - сказала я, сев рядом с ним. Сехун открыл глаза. Я обратила внимание на его длинные ресницы. Как несправедливо! «Пароль – 10080». Я разблокировала телефон и кивнула. «Можешь позвонить моей маме?» - спросил он. Нерешительно я листала контакты, ища «маму». Я улыбнулась, на контакте была фотография обнимающегося с мамой Сехуна. Я вздохнула. Прошел почти год, я так давно не видела маму и бабушку с дедушкой… какой же был вкус бабушкиного жаренного риса с кимчи? «Алло? Сехун?», - женский голос из трубки заставил меня оторопеть. Сехун уснул, а я разговариваю с его мамой по телефону. «А-ах, здравствуйте… Я соседка Сехуна», - сказала я. «Меня зовут Дако- Минхи. Меня зовут Минхи», - сказала я заикаясь. «Минхи, что-то с Сехуном?» - спросила она. «Он заболел, температура 39 градусов. Попросил позвонить Вам. Не знаю, чего он хотел. Он… Сейчас спит», - объяснила я. «Боже, мой мальчик снова заболел… Ты заботишься о нем?» - спросила она. «Д-да» - сказала я и кивнула. «Сехун обычно просит приготовить меня кимчхи, когда болеет. Но сейчас я за городом, а его отец по работе за границей. Минхи, умеешь готовить?» Вопрос меня смутил. Умею ли я готовить? Я никогда не пробовала! «Минхи?» «Д-да, умею», - сказала я в растерянности. Мысленно дала себе щелбан по затылку. Зачем я это сказала?.. Я могу подпалить обычный тост. О каком кимчхи для Сехуна может идти речь? Вдруг отравится еще. «Ох, замечательно~ У Сехуна в заметках телефона есть рецепт. Позаботься о нем, пожалуйста, ради меня, хорошо? Я позвоню через некоторое время. Спасибо, Минхи!» «Не за что…» - пробормотала я. Гудок дал понять, что телефонный разговор закончился. Я начала листать его приложения. Открыла заметки, вот и рецепт. Это словно другой язык… Я почесала голову, переписывая список ингредиентов, которые нужно купить. Проснулся Сехун. «А?», - он привстал, придерживая голову рукой. Я похихикала, затем нахмурилась, касаясь его горящего лба. «Ложись спать. Хотела тебе сказать, что мне нужно в город примерно на часик». Сехун сел и взъерошил волосы. «Зачем?» «Секрет». Он отогнул свой мизинец. «Только на час?» - я сжала его мизинец своим, - «Обещаю». Я вернулась через 40 минут. Заглянув в комнату Сехуна, я убедилась, что он спит. Но, прежде чем уйти, я прислушалась, не кашляет или не чихает ли он. Взволнованная, не знающая, что делать с продуктами, я позвонила маме за помощью. «Мама? Сколько нужно на одну порцию кимчхи?» «Как долго готовить рис?» «Что лучше взять: говядину, свинину или курицу?» Я все продолжала и продолжала задавать вопросы. После двадцати минут нашего с ней разговора она спросила: «Ты для кого-то готовишь? Для парня?» Закусив губу, я молча кивнула. «Дакота?» Я вздохнула. «Да, мам. Для парня». Мама посмеялась: «Он тебе нравится?» Я стояла на кухне, пока кипела вода. «Ты меня слышишь, Дакота?» - спросила меня мама, после нескольких минут молчания. «Мама, мне пора. Вода кипит», – быстро пробормотала я. Мне нравится Сехун? Хотелось бы мне самой знать ответ на этот вопрос. Он вышел из своей комнаты около шести. «До сих пор льет…», - сказал он, глядя в окно. Я перестала возиться и посмотрела вверх. «О, ты проснулся!» - сказала я. Он сел на стул у стойки: «Что готовишь?» Я посмотрела на него: «А сам не догадываешься?» Сехун покачал головой. «Не-а… Нос заложен», – я снова переключилась на плиту. Что же может помочь против заложенности носа? Васаби? Жаль, что у нас нет суши, чтобы поесть их с ним. Сехун застонал: «Не чувствую запахов. Но я люблю кимчхи». Я подошла к нему и открыла тюбик с васаби. Я мазнула немного его губу, и с любопытством наблюдала, как он слизывает его. Сехун поднял бровь и наклонил голову: «А что это?». Последний раз помешала кимчхи и выключила огонь. Он смотрел, как я пробую его на вкус. Мое лицо покраснело. «О, вкусно!» Неплохо, Дакота! Особенно для первого раза. Улыбаясь, я поднесла ложку ко рту Сехуна. Щеки всего бледного Сехуна стали краснющими, его заложенность носа стала отступать. Он побежал за водой, а я пыталась удержаться, чтобы не засмеяться. Я поставила тарелку перед Сехуном и нервно наблюдала, как он пробует. Он сидел в капюшоне, а его молния от кофты была сильно расстегнута. Мой взгляд упал на его бледно-белую подтянутую грудь. Это заставило меня задуматься о том, а может, его штрих-код находится в другом месте? Покраснев, я отвернулась, потому что увидела его обнаженное тело. «Ты снова как помидорка», - сказал Сехун. «Думаешь о поцелуе под дождем?» - он поддразнил меня. Я посмотрела в окно. Может быть я и думала об этом. Вопрос моей мамы не давал мне покоя. Нравится ли мне Сехун? Конец 4 главы. ---------- Ревнует Переводчик: lerelei Корректор: Liomora Спустя два дня я и Минхи вернулись в университет. Когда мы вошли, все посмотрели на нас. Мы пришли пораньше, наш профессор опаздывал, как обычно. Мы сели на задние ряды и попросили одногруппников рядом с нами одолжить предыдущие лекции. Минхи оставалась в общежитии, чтобы присматривать за мной. Она настояла, что останется, пока я полностью не поправлюсь. Буду честен – я был не против. «Вы встречаетесь?! Вы постоянно вместе», – спросила девушка, сидящая рядом с нами. Ее зовут Юна, она очень популярная. Парень рядом с ней присоединился к разговору. Его зовут Джейсан. «Так вы встречаетесь?» Минхи, покраснев, повернулась ко мне за ответом. Я молча смотрел на них. «А вы?» – сменил я тему. Юна, усмехаясь, взяла за толстовку Джейсана: «Возможно». Джейсан, посмеиваясь, и пытался отвертеться от ее хватки. «Сама с собой», – сказал он. Минхи хихикала от того, как Юна дулась на Джейсана. В этот момент я позавидовал ему. Хотел бы и я суметь так рассмешить Минхи… Мы сфотографировали лекции и вернули им тетради до того, как профессор пришел. «Простите за сегодняшнее опоздание, ребят». Парень, сидящий впереди, посмеялся: «Да вы каждый раз опаздываете». Его зовут Бэкхо. Он веселый, и благодаря ему занятия по психологии проходят в приятной обстановке. «Да-да, Бэкхо», – сказал профессор. Он достал красную папку с черной ручкой. «Сейчас проверим все ли здесь». Он оглядел аудиторию и остановился на нас. «Парк Дакота и Сехун Юн, где вы были последние два дня? Или три дня?» Все уставились на нас и, видимо, им не терпелось услышать ответ. «В выходные я заболел, а Минх… Дакота присматривала за мной», – сказал я. Минхи снова в прострации, как обычно, перед началом лекции. Где-то послышалось в аудитории «оу-у» и «э-э»? Девочки, сидящие перед нами, поворачивались и смотрели на Минхи. Думаю, что она им не нравится. «Вы соседи по комнате?», – спросил профессор. Я кивнул. Джейсан наклонился. «Везучая!» – Юна сделала вид, что злится, думаю, что ей не все равно. Девочки, сидящие перед нами, до сих пор бросали на Минхи свой злобный взгляд. Минхи вжалась в свое место. «Вы с ним соседи?», – сказала одна из них. Я заглянул в их тетради, чтобы узнать их имена. Их зовут Виктория и Юри. Минхи кивнула. «Так несправедливо! Обычно соседи одного пола!», – жаловалась Виктория. Группа утвердительно кивнула. Юри достала чупа-чупс изо рта. «Она даже не красивая». Я с ней не согласен. «Да, она не красивая. Она за гранью всей красоты», – огрызаясь, сказал я. Аудитория замолчала. Профессор посмотрел в нашу сторону. «Виктория, это не твоя вина, что тебе не повезло и тебя поселили вместе с другой девушкой. Юри, хватит есть в аудитории!», – сказал он. Аудитория наполнилась смехом. Виктория закатила глаза и повернулась к профессору. Юри встала, чтобы выбросить чупа-чупс. «Все, ребята, успокаиваетесь, нам нужно продолжать лекцию». После лекции растерянная Минхи складывала все свои тетради в сумку. Юна подошла к ней. «Дакота, давай поменяемся соседями по комнате». «Что?..» – она вернулась к реальности. «С кем?» «Ты меня слышала, давай поменяемся соседями. Ее зовут Тиффани. Давай поменяемся, пожалуйста?» Джейсан покачал головой и взял свои наушники. Он помахал Минхи перед уходом. Она тоже помахала ему в ответ. «Эй! Ты вообще меня слушаешь?» – проскулила Юна. Я, взяв свою сумку, схватил руку Минхи. «Нет», – сказал я перед тем, как выйти вместе с ней. Виктория и Юри потеряли дар речи от нашей близости. Он последовали за нами в коридор. К счастью, им были нужны не мы. «Джейсан-оппа!» Я съежился, когда Юри назвала Джейсана «оппой». Он обернулся и снял наушники: «Да?» «Давай поменяемся соседями! С кем ты живешь?», – спросила Виктория. Джейсан посмотрел на них. «Не думаю, что вы его знаете. Его зовут Чанёль». «Отлично, одна из нас будет жить с тобой, а другая – с этим парнем», – сказала Юри. Юна появилась за спиной Джейсана. «Девочки, притормозите. Джейсан – мой сосед по комнате». Джейсан начал издеваться: «Я бы с удовольствие, но ты не Дакота». Он снова надел наушники и помахал. «Бай~», – сказал он прежде, чем уйти, оставляя ошарашенных девушек позади. Я закатил глаза. Так ему нравится Минхи?.. Интересно, слышала ли Минхи их разговор? Мы стояли совсем рядом с ними. Она возилась со своим телефоном, пока я подслушивал. Взмахнув руками, она спросила: «Пошли домой?» Минхи заметила, что я смотрел на девушек и Джейсана. Правда, в этот момент Джейсан уже ушел, и было похоже, что я смотрел только на девушек. Она вздохнула и отпустила мою руку. «Я пойду вперед…», – пробормотала она. Я хихинул, когда она уходила. «Неужели моя Минхи ревнует?» – просил себя я и побежал догонять ее. Конец 5 главы. ---------- Что я знаю Перевод: lerelei Коррект: Liomora «Неужели моя Минхи ревнует?» – спросил Сехун. Его слова заставили меня застыть посреди коридора и задуматься. Я ревную?.. «Оу, моя Минхи – ревновашка?» - сказал Сехун, беря мою руку. «Пойдем». «Моя Минхи»... Он сказал: «Моя Минхи». По пути домой я только об этом и думала. «Эй, ты в порядке?» – спросил он. Я посмотрела на него. Мы остановились посреди улицы. Я стояла и любовалась его чертами лица. Его улыбающимися блестящими глазами и длинными ресницами. Тем, как он прикусывал белоснежными зубами свои бледно-розовые губы. Тем, как его каштановые волосы спадали на его лицо. Тем, как он дуется, когда ему не нравится то, что нам задают. Я знала это. Он не любит сельдерей. Его волосы выгорают летом и темнеют зимой. Он пытается скрывать шрам на щеке. Ему не нравится родинка на шее и его бледная кожа зимой. Я обо всем этом знала. Ему не нравится грубое пробуждение. Перед сном он всегда проверяет свой телефон. Предпочитает на завтрак чашку кофе с двумя кубиками сахара и сливками. А также французский тост. Ему нравится носить футболки с принтами, клетчатые рубашки на пуговицах, обтягивающие черные джинсы и шапки. Он любил дотрагиваться до меня, когда мы смотрели фильмы. Он всегда неосознанно касался моей руки и переплетал наши пальцы. Как я поняла? Когда при этом я смотрела на него, он был слишком увлечен фильмом. Я знаю о нем многое. А он знает обо мне что-нибудь? Сехун смотрел на меня. Вдруг начал моросить дождик. Я взглянула на небо, которое с каждой секундой становилось все темнее. Начался сильный дождь. Мы стояли, держась за руки несколько минут. Затем Сехун поцеловал меня. Он поцеловал меня под дождем. Я не возражала. Его губы, касающиеся моих, такие мягкие. Он обнял меня за талию и притянул ближе к себе. Я отбросила сумку с прильнула к нему. Он отстранился: «Хотела же, чтобы тебя поцеловали под дождем, да?» «Поцелуй меня еще раз, Сехун». Повествование от лица Сехуна Минхи ревновала. Мы шли в полной тишине домой. Я остановил ее на полпути, чтобы убедиться, что она в порядке. Она повернулась ко мне и молчала, так мы и остались стоять. Я не знаю, о чем она думала, но я был очарован ее красотой. Я заметил, что сегодня она сделала пробор волос по середине. Ее каштановые мягкие локоны красиво ложились на плечи. У Минхи большие, блестящие глаза. Она прекрасна. Она умная, самоотверженная, заботливая. Было много чего, что я любил в Минхи. И много того, что я заметил в ней совсем недавно. Она просыпается в семь часов утра несмотря ни на что. Ей нравится выпивать кофе с 3 кубиками сахара, без сливок и с ванильными сладостями. Укладывая прическу, она просматривает записи лекций. Она ненавидит бабочек и боится их. Ей не нравится носить платья лишь потому, что она чувствует себя в них принцессой. Ее любимая одежда – это джинсы и кардиган. Она не чувствует себя некомфортно, когда потеет. Она практически не пользуется косметикой, только легкий макияж – карандаш для глаз, тушь и тональный крем. Ей он ни к чему. Она часто цепляется за меня. Держу ли я ее за руку или обнимаю – всегда. Знаю, она делает это по привычке, но мне все равно. Ей не очень нравится ее кожа и глаза. Поэтому она пытается скрывать это. Пусть ей не нравятся эти мелочи, но я все равно буду любить ее несмотря ни на что. Я хотел бы, чтобы она знала это. Я начал замечать все это в Минхи, когда впервые встретил ее. Думаю, все началось с ее ярко открытых смущенных глаз в нашу первую встречу. Мы смотрели драг на друга, начал моросить дождь, но мы все равно не двигались. Я ждал, когда дождь усилится. «Я хочу поцеловаться под дождем», – сказала она неделю назад. Я знаю ее примерно год. Позволит ли она поцеловать себя? Мы все еще стояли, полностью промокшие и замерзшие, под дождем и ждали, когда кое-что произойдет. Я ждал. Я поцеловал ее. Я притянул ее и приблизился к ее губам своими. Минхи откинула сумку и прижалась ко мне. Я отстранился. Ей понравилось? Ударит ли она меня за поцелуй? «Поцелуй меня еще раз, Сехун», - сказала она. Так я и поступил. «Минхи…» Она посмотрела мне в глаза. «Однажды он узнает. Узнает день рождения, второе имя, где родилась, знак зодиака и имена твоих родителей. Узнает, во сколько лет ты научилась ездить на велосипеде. Как умерли дедушка с бабушкой. Сколько у тебя было домашних животных и насколько ты ненавидела ходить в школу. Узнает о цвете глаз, о шрамах, о веснушках, о разном смехе и о родинках. Узнает любимую книгу, любимые фильмы, сладости и еду, обувь, цвет и музыку. Узнает, почему ты не спишь в пять часов утра; где ты была, когда поняла, что потеряла лучшего друга; зачем взяла в руки лезвие и как заставила себя положить его обратно до того, как все могло зайти слишком далеко. Узнает твои фобии, мечты, страхи, желания и заботы. Узнает о первом горе, о свадьбе твоей мечты и о проблемах с родителями. Узнает твои сильные и слабые стороны, лень, активность и запутанные эмоции. Узнает о твоей любви к майонезу, о мечте в пять лет стать знаменитостью, о привычке цитировать фильмы, о страхе стать старше. Узнает твои вредные привычки, манеры, как ты дуешься, мимику и смех, будто это его любимая мелодия. То, как ты жуешь, пьешь, гуляешь, спишь, ерзаешь и целуешься. Узнает, что ты уже выбрала свадебные цветы, имена для детей и плитку для ванной комнаты, платья для подружек невесты и цвет стен вашей спальни. Узнает, разозлится, а затем смирится с тем, что ты оставляешь одежду повсюду. Узнает, что, чтобы заказать в «Старбакс», тебе понадобиться двадцать минут; что должен расставить твои диски в алфавитном порядке и прослушать свой гороскоп… На всякий случай. Узнает часто заказываемый заказ в МакДоналдс, сколько сахара добавить в твой чай, сколько шариков мороженного ты ешь и с какими топами, узнает, что ты ешь бутерброды в виде треугольников. Узнает, что ты чувствуешь, не говоря ни слова; что тебе нужно в туалет по выражению лица; что ты плачешь, не проливая слез. Он узнает все это. Все. Все вдоль и поперек. Обучаясь, обмениваясь, прослушивая и изучая. Он узнает все, что нужно знать, и знаешь что? Он все еще будет любить тебя», – сказал мой внутренний голос. Я прокашлялся и посмотрел на нее. «Я просто хочу, чтобы ты знала… Я хочу быть тем, кто будет любить тебя, несмотря ни на что», – прошептал я. Конец 6 главы. ---------- Страх Перевод: lerelei Коррект: Liomora «Я просто хочу, чтобы ты знала… Я хочу быть тем, кто будет любить тебя, несмотря ни на что», – прошептал Сехун. --------- «Сладких снов, Минхи», – Сехун заглянул в мою комнату. После душа его волосы были мокрыми. Мне казалось, что он может замерзнуть. Я села и повернулась к нему. «Эй… Вытрись, а то заболеешь», – сказала я. «Хорошо. Как ты думаешь, сможешь дать мне ответ на следующей неделе?» – спросил он. Я открыла рот, чтобы ответить ему, но ничего не вышло. Сехун ожидал моего ответа. Тишина повисла в комнате. «Подумай об этом. Ночи», – ушел он, разочаровавшись. Я вздохнула, когда дверь закрылась. Я не отрицаю этого – он мне тоже нравится. Но я не могу признаться ему в этом. Хотела, пока мы стояли под дождем. Но так и не смогла заставить себя сказать. Я боялась влюбиться в кого-то без штрих-кода. Я не знала дату его «истечения», а значит не могла спасти. Я повернулась к окну. Затем встала, чтобы открыть его и выглянуть на улицу, гадая, что будет, если Сехун и я… Будем вместе. Он другой. У него нет штрих-кода. Почему? Последние недели были проведены в размышлениях о том, где может быть у него штрих-код, но никогда не задумывалась есть ли он у него вообще. Я облокотилась на подоконник, оперившись головой на руку. Сегодня полнолуние, луна прекрасна. Его улыбка, скулы, родинка, губы, глаза. Сехун. Я только о нем и думала. «Дакота?» – чей-то голос прервал мои раздумья. Я встала и обернулась. Нет, Сехуна не было позади меня, а так хотелось. Я посмотрела вниз, там стоял Джейсан. «Джейсан?» «Чего не спим?» – спросил он. Я уставилась на него, не зная, что сказать. «Бессонница?» – спросил Джейсан. Я кивнула. «Не хочешь ли ты прогуляться?» --------- Я сунула руку в толстовку Сехуна. Она была велика для меня, но я была не против. Сегодня в университет я пошла в платье, длинною до середины бедер. Из-за этого чувствовала себя по-другому. Я стала заботиться о том, чтобы хорошо выглядеть. Интересно, заметил ли Сехун? «О чем задумалась?» – посмотрел на меня Джейсан, когда мы прогуливались возле кампуса. «Да так…» – пробормотала я. «О парне?» Я остановилась и уставилась на него. «О, угадал!» – улыбнулся он. «С кем-то встречаешься?» Я пожала плечами: «Я не уверена…» Он остановился и повернулся ко мне: «Так кто он?» --------- Вот я повернула ключ и дверь в квартиру открылась. Я заглянула в комнату Сехуна. Он сидел в углу на кровати в наушниках. Он тоже не могу уснуть. Я вздохнула и закрыла дверь. Я медленно пошла в свою комнату, на глазах выступили слезы. Я признаю это. Я напугана. Я боюсь потерять Сехуна. Я не могу поверить, что влюбилась с первого взгляда, но это так. Год назад я была застенчивой и робкой девушкой, которая была сосредоточена лишь на учебе и мечтала стать психологом. Я никогда не думала о любви. Все, чего я хотела, чтобы моя мама спокойно ушла на пенсию. Я хотела поддерживать свою нынешнюю семью, а не создавать новую. Теперь я думаю о выборе цвета стен в гостиной, если я и Сехун поженимся. Мне нравится смех Сехуна, будто это моя любимая музыка. Нравятся его каштановые волосы, подающие на лицо. Я люблю его молочно-бледную кожу. Нравится то, как он меня обнимает… Мне нравится в нем все, с головы до кончиков пальцев на ногах. Но мы не можем быть вместе. У меня плохое предчувствие, а все потому, что я не вижу его штрих-кода. Или он у него отсутствует по какой-то непонятной мне причине. Возможно, что мне предстоит бояться его смерти каждый день, пока она, наконец, не наступит. Конец 7 главы. ---------- Странно Переводчик: lerelei Корректор: Liomora На следующий день нам поручили проект. Я была в паре с Джейсаном, а Сехун с Бэкхо. Мы с Джейсаном решили обсудить проект в кафе. Удивительно, оказалось, что у нас много чего общего. У нас были одинаковые привычки и предпочтения. Я думала, что это довольно странно, когда мы одновременно заказали зеленый чай. Кто же знал, что у нас с ним так много общего? Из всех людей… В итоге, мы не сильно продвинулись с начала проекта, так как большую часть времени смеялись из-за глупых шуток друг друга. Он очень смешной. Когда он проводил меня до квартиры, я поняла, что моя челюсть готова была отвалиться. У Джейсана не было штрих-кода. Сначала Сехун, теперь Джейсан? Оставшуюся часть вечера я просидела в своей комнате. Я так и не смогла ничего сделать по учебе. Я была так… Взволнована и смущена. Сехун постучал в дверь и спросил, хочу ли я чего-нибудь на ужин: «Еду на вынос? Пиццу? Рамэн? Что-нибудь другое? Ты вообще голодна?» Я покачала головой. «Можешь заказать себе что-нибудь. Я не хочу.», – пробормотала я. Сехун закрыл за собой дверь и, пододвинув стул к моей кровати, сел рядом: «Что-то не так? По твоему лицу все видно». Я обняла подушку и соврала: «В-все хорошо. Я просто устала». «Ты врешь, я знаю. Твой голос стал на октаву выше. Итак, я слушаю», – сказал Сехун. Я усмехнулась: «Я удивлена, что ты это подметил», – и покачала головой. «Я просто устала… Все хорошо». «Ты же была с Джейсаном, так? Он вытворил что-то странное?» – спросил Сехун. «Рассказывай! Я хочу знать», – сказал он. «Эм, ну… Мы немного успели сделать… А, он, оказывается, еще и смешной, и умный. О, а по пути домой он поцеловал меня!» – неспециальное соврала я. Сехун вздрогнул: «Чего?!» «Неужели мой Хунчик ревнует?» Он закатил глаза: «Так он поцеловал тебя?..» «Не заметил, как мой голос поднялся на три октавы?» – подкалывая, спросила я. Он схватил подушку и бросил в меня: «Эй… Это не смешно!» Я встала на кровать, схватила игрушку и бросила ему в лицо. «Мы встречаемся, поэтому не ревнуй понапрасну», – хихикнула я, спрыгнув с кровати, и выбежала из комнаты. Сехун гонялся за мной по всей квартире, пока не поймал в ванной. Он обнял меня сзади. Я хихикала, когда он щекотал меня, чувствуя его дыхание на своей шее. «А ну-ка повтори! Скажи честно: вы встречаетесь? У обмана есть последствия!» «Ревнуешь?» – спросила я. Мы посмотрели в зеркало. «Да…» – пробормотал Сехун. Мы смотрели на наше отражение несколько минут, потом он нарушил тишину: «А мы мило смотримся вместе». Я избавилась от его объятий и вышла в гостиную: «Прекрати-и-и~» Я сидела в своей комнате и печатала один из своих проектов. Сехун сделал мой день лучше. Это так странно, когда ты так сильно меняешься рядом с человеком, который тебе нравится. Обычно я стеснительная и тихая, но с Сехуном чувствую, что готова на что угодно. Ночью Сехун пришел ко мне в комнату, чтобы спросить о чем-то. Я притворилась спящей. Тишина. Он молчал. Перед тем как он ушел, я почувствовала его губы у себя на щеке. Вот он ушел, мой губы изогнулись в довольную улыбку. Я вспомнила вопрос, который задала мне мама по телефону. Нравится ли мне Сехун? Я покраснела и улыбнулась еще сильнее, засыпая. Да. Мне нравится Юн Сехун. Конец 8 главы. ---------- Спрятан Переводчик: lerelei Корректор: Liomora Я нахмурилась сразу после того, как поняла, что влюблена в него. Я перевернулась и уставилась в пространство. Я пыталась понять – правильно ли это? Под запретом. Что-то мне подсказывало, что это запретная любовь. Я не знаю его штрих-код. И я не узнаю, что ждет нас в дальнейшем. Если не на шее, то, может, в другом месте?.. Нет. Он всегда на одном и том же месте у всех! Почему у Сехуна он должен быть где-то еще? Он же не особенный, чтобы у него штрих-код был в другом месте? Я села и обняла колени. Думала, а можно ли найти решение этого? Я почесала голову и нахмурила брови в замешательстве. Я не смогла уснуть – я не знала, что делать. Не было никакого решения. Мы… Не можем быть вместе. Я посмотрела на время и куснула ногти. На глазах выступили слезы и медленно начали капать с моего лица. Я вздохнула. Было пять часов утра. Я легла и попыталась поспать. Я должна встретиться с Джейсаном завтра после университета, чтобы закончить проект. Этот день был долгим. И меня не покидало чувство того, что я все равно не смогу сосредоточиться. --------- Сехун разбудил меня утром. Когда я встала, с кухни доносился приятный аромат. Он провел большим пальцем под моими глазами: «Почему опухшие? Ты спала ночью? Плакала?» Я заставила себя улыбнуться. Он заботиться обо мне. «Э-э, да, просто… Смотрела «Дневник памяти» и под конец заплакала», – пробормотала я. Он нахмурился. Сехун понял, что что-то не так: «Минхи…» «Клянусь, я в порядке», – осторожно оттолкнула его я. «Могу я переодеться?» «Минхи, ты что-то скрываешь от меня», – пробормотал Сехун. Я закрыла дверь и уставилась на дверную ручку, прошептав ему в ответ: «Я знаю». --------- Сегодня я мало говорила на парах, хотя у нас были семинары. Я снова села сзади Сехуна и рисовала, когда он спорил с группой. Я думала – может ли Сехун быть со мной? Должен быть способ. Или я отрицаю очевидное? Возможно, что я просто не могу принять факт того, что мы никогда не сможем быть вместе. После пар я убрала учебники в сумку и направилась к выходу. Джейсан там меня и подловил. «Эй, помедленнее, принцесса! Ты идешь со мной, помнишь?» – он схватил меня за руку и повел за собой. Мы снова пришли в кафе и продолжили работать над проектом. «Эй, ты в порядке?» – спросил он. «Ты сегодня такая тихая. Молчала во время семинара… Ни слова не сказала». Я отмахнулась: «Все хорошо… Просто плохой день». Я посмотрела на экран своего ноутбука и увидела сообщение, которые прислал мне Сехун в Facebook. Ты с Джейсаном? Сидите друг напротив друга? Телефон не брала с собой? Смешит тебя или заставляет плакать? Эй! Дакота Минхи Парк! Отвечай! Мне прийти и забрать тебя? Я улыбнулась. Это так забавно. Иногда он переигрывает. Сехун, мы просто держимся за руки, пока работаем над проектом. В этом нет ничего плохого… Я дразнила его и ждала ответа. Ми-и-ин-н! Ненавижу тебя! Больше. Со. Мной. Не. Разговаривай. Пойду поплачу перед сном. Я издала смешок. Джейсан посмотрел на меня и нахмурился. «Я не тот, кто поднял тебе настроение? С кем переписываешься?» Он повернул ноутбук к себе. Джейсан посмеялся над сообщениями. «Ты сказала ему, что мы держимся за руки? Ты ему нравишься?» С покрасневшим лицом я уставилась на него, вспомнив, что Сехун сказал мне под дожем. Он мне нравился. Сехуну нравилась я, но у меня не хватало смелости признаться ему. Я боялась последствий… Боялась влюбиться. И теперь, признавая это, я боялась признаться ему, не говоря уже о том, что другие знали, что я влюблена в него. Джейсан помахал рукой перед моим лицом: «Дакота? Земля вызывает Дакоту?» Я посмотрела на него: «Хм, давай просто продолжим работу над проектом…» Той ночью я сидела рядом с Сехуном, когда кушала. Он приготовил куриное рагу и лапшу. На улице шел дождь. Было странно – в Сеуле редко шел дождь, это продолжалось в течение последних нескольких месяцев. «Что-то не так, Минхи?» – спросил Сехун. Он смотрел на меня глазами, полными беспокойства, когда я ела лапшу. Я повернулась к нему, но ничего не сказала. Я не могла вымолвить ни слова. Я не хотела отвечать на его вопросы, потому что эти три слова могли случайно вырваться из моих уст. Ты мне нравишься. Я была так напугана, что вот-вот собиралась сказать это. Мы продолжали смотреть друг на друга. Я смотрела его глаза, а он – в мои. Я не знала, о чем он думал, а он понятия не имел, что твориться у меня в голове. Он поцеловал меня. Я позволила ему это сделать. Зазвонил телефон. Неприятное чувство прошлось по моему телу. Почему-то я чувствовала, что этот звонок был срочным, и тот, кто звонил мне, собирался сообщить мне плохие новости. Сехун отстранился и посмотрел на мой телефон. Трясущимися руками я ответила на телефон: «А-алло?» Конец 9 главы. ---------- Последние дни Переводчик: lerelei Корректор: Liomora Я подняла телефон и ответила. Следующее, что я помню, это то, как я сидела в машине Сехуна. Я сидела на пассажирском сиденье, пытаясь сдержать слезы. Позвонила моя мама. Она сказала, чтобы я как можно скорее приехала, потому что у бабушки осталось мало времени. Взрослея, я стала меньше времени проводить с бабушкой и дедушкой. В тот год, когда я жила вместе с ними, я чувствовала себя виноватой, что не могла раньше проводить больше времени с ними – я воспринимала их присутствие в моей жизни как должное. Больница находилась в трех часах езды. Моя сумка лежала на коленях, телефон был в руке. Я держала его так крепко, что думала, что он сломается. Сехун снял руку с руля и потянулся, чтобы взять мою. Это было так успокаивающе. В машине царила тишина. Он был сосредоточен на дороге, а я каждые пять минут проверяла свой телефон в ожидании, что он зазвонит и мама скажет, что все обошлось. «Позвони мне», – сказал Сехун, высадив меня у входа. «Я припаркуюсь рядом. Позвони мне, когда дойдешь, ладно?» Я расстегивала ремень безопасности, как вдруг он протянул руку, чтобы поцеловать меня в щеку. «Все будет хорошо, обещаю», – сказал он. «Иди». Никогда я так быстро не поднималась по лестнице. Я вошла в палату, где лежала бабушка, и огляделась. Мой дедушка сидел рядом с ней и выглядел несчастным, мама же смотрела в окно. «Мама!» – выкрикнула я, прежде чем уронить сумку. Я подбежала к ней и спросила, что случилось, не желая беспокоить бабушку. «Мама, скажи мне… Что случилось?» «Возраст пересиливает ее. С каждым разом ей становиться все труднее сопротивляться своей болезни…», – начала она. «Прошлой ночью ее лихорадило, пришлось отвезти в больницу и убедиться снова, что дела плохи. Она едва может дышать самостоятельно. Доктор Лим сказал, что это ее последние дни», – прошептала она. Последние дни. Последние. Дни. Я подошла и села возле бабушки. Я посмотрела на ее штрих-код, пытаясь разобрать ее номер. У нее в запасе два дня… Она умрет здесь. Я была в прострации, задаваясь вопросом, как я могу ее спасти. Если она останется здесь, то… Она точно умрет, верно?.. Меня осенило, и я вышла из палаты. Я все думала о ее спасении. Никогда не делала этого раньше. Сработает ли это? Поменяется ли ее дата «истечения срока»? Один за другим стали появляться вопросы у меня в голове. Я перестала грустить. У меня появилось решение… Недолго думая, я вернулась в палату и посмотрела медицинскую карту, висящую на кровати бабушки. Кабинет доктора Лим находился на этом этаже. Я вышла, готовая уходить, как вдруг увидела Сехуна. «Почему ты не отвечала на мои звонки? Пришлось идти к стойке регистрации и узнавать, где ты», – сказал Сехун. Он запыхался, наверняка он тоже поднимался по лестнице. Я взяла свою сумку и бросила туда свой телефон. «И как ты описал меня?» «Спросил, куда пошла красивая девушка твоего роста… Вот она и сказала», – ответил Сехун. Он снял пиджак. Держа его, он провел рукой по своим волосам и достал телефон. «Что случилось?» «Позже расскажу. Подержишь мою сумку?» – спросила я. «Мне нужно поговорить с врачом о моей бабушке и ее выписке», – сказала я. Сехун заглянул в медицинскую карту бабушки. «Минхи! Нет… Ты с ума сошла? Ее все еще лихорадит… В ее состоянии не лучше ли остаться здесь, под присмотром врачей?..» «Нет, Сехун, не лучше. Поверь мне». «Мин!» – он взял меня за руку, но я отстранилась. «Вы уверены в этом?» – спросил доктор Лим меня. Я кивнула. «Я понимаю, что у нее осталось мало времени, поэтому… Наша семья решила, чтобы она провела его вместе с нами дома, в кругу семьи», – сказала я. «Хорошо… Пусть твоя мама подпишет это», – он дал мне бланк. Я взяла его и вернулась в палату и попросила маму подписать бланк. Она не спрашивала у меня, что это было, что хорошо. Сехун хотел остаться рядом со мной на несколько дней. Мне пришлось позвонить маме, чтобы объяснить наше отсутствие. Каждая минута длилась вечность. Я хотела, чтобы эти два дня прошли как можно быстрее, и в то же время не хотела этого… Сработает ли это? Если ей предначертано умереть в больнице… Случится ли это, если она будет не там? Было непонятно. В день ее «истечения срока годности» я вошла в ее комнату и села рядом с ее кроватью. Штрих-код на ее шее исчез. Я заплакала, но… Потом она проснулась. Бабушка проснулась, и посмотрела на меня. С уверенным голосом, как и раньше, она спросила: «Минхи… Что такое?» Я в шоке смотрела на нее, со слезами на глазах. «Ты в порядке…» Я обняла ее, она обняла в ответ. «Ну конечно же. Думаешь, достаточно какой-то лихорадки, чтоб от меня избавиться?» – посмеялась она. Я вышла из ее комнаты и пошла за мамой. Сехун был там, он обнял меня, когда увидел. «Что случилось?» – спросил он. «Она в порядке», – сказала я. Сехун крепче обнял меня и покачал из стороны в сторону: «Я же говорил тебе». Моя бабушка была в порядке, но меня гложет кое-что. Он жива и здорова, но штрих-код исчез. Его нет… Как и у Сехуна… Конец 10 главы. ---------- Родственная душа Переводчик: Лунная лисица Корректор: Liomora На протяжении всей недели меня беспокоило, что у бабушки больше не было штрих-кода. Она была такой же, как Сехун. Дело в том, что ранее я не встречала его. Вообще никогда. Он прожил в Сеуле всю свою жизнь, в то время как я была в Штатах, познакомились мы только в университете. Я много об этом думала, но никакого объяснения этому найти так и не смогла. Вечером в четверг я осталась наедине с Сехуном и бабушкой. Мама отвела дедушку пообедать и выполнить некоторые поручения. Она сидела на балконе и наслаждалась свежим утренним воздухом. Бабушка позвала выпить чаю, попросила прийти и Сехуна. Она знала… все. «Я обо всем знаю с того дня, когда ты спасла меня. Дорогая, я благодарна, но тебе необязательно было спасать меня. Все-таки я живу довольно долго, 80 лет,» – усмехнулась она. Сехун сидел рядом со мной. Он уставился в свою чашку, пытаясь осознать происходящее. Он был озадачен моими силами. «Бабушка, теперь у тебя нет штрих-кода или чего-то в этом роде. Откуда же мне знать?» – спросила я. «Такова моя судьба. Ты не знаешь, а я знаю. И я вижу, что это произойдет в день моей смерти, и я не смогу это остановить. Ты уже спасла меня однажды: судьба не позволит случиться этому дважды». Я нахмурилась. «Ты что-то знаешь о Сехуне? Или Джейсане?» – Сехун вздрогнул, когда я упомянула Джейсана. Он снова обратил внимание на нас. «У них его нет… По крайней мере, я не вижу их,» – промямлила я. «К сожалению, я не знаю ответа… Я не первый человек, которого ты спасла, Минхи. Был до этого кто-то еще. У него и будут ответы на ваши вопросы,» – объяснила бабушка. «Это может быть трудно, потому что ты не знаешь, кого ты могла случайно спасти в свои-то 18… 19 лет,» – она повернулась к Сехуну. «Что касается Сехуна и тебя, единственный способ узнать дату – это…» – она сделала паузу. Сехун кивнул, призывая продолжить. «Что бы это ни было, я помогу ей пройти через это. Скажите нам… Пожалуйста?» Бабушка повернулась ко мне. «Ты его любишь, да? Сехуна». Я покраснела и прикусила губу. Я не знала, что на это ответить. Что случится, если я отвечу? А если нет? Что я ни скажу, я обязательно что-нибудь испорчу. «Ты знаешь, кого ты любишь,» – она усмехнулась, прежде чем перевести взгляд на Сехуна. «Позаботься о ней,» – сказала бабушка. «Вы сможете узнать дату смерти - свою и своей половинки - только зачав ребенка. Но имейте в виду, у вас будет одна дата смерти только в том случае, если вам суждено быть вместе». Она продолжила: «Настоящие ли вы родственные души или нет, все зависит только от тебя. С кем ты хочешь провести остаток своей жизни? Ваш ребенок родится с заключительной датой. И тогда, когда малыш вырастет, один из вас умрет в тот же день, когда умер отец Минхи – таков цикл. Тот, кто умер, снова возродится тем же человеком, но без былой памяти. Ребенок откроет свой дар… цикл повторится. Наследие продолжается до тех пор, пока что-то не изменится. Когда твой отец умер, Минхи, у него тоже были силы… он снова переродился, но твоя мать так и не смогла его отыскать, потому что не знала. Он никогда и никого не спасал. Ты первая, Мин. Ты спасла несколько человек… поэтому у тебя есть все шансы, стать счастливой с Сехуном. Если ты умрешь, Сехун узнает тебя. Если он любит тебя достаточно сильно, отправится искать тебя по всему миру вместе с ребенком,» – объяснила бабушка. Сехун посмотрел на меня и сжал мою руку под столом. --------- Когда мы вернулись в общежитие, Сехун посадил меня на стойку и взял за обе руки. «Ты мне нравишься, Минхи, очень нравишься. Но если не хочешь этого делать… тогда и не нужно… Тебе не нужно проходить через все это только ради того, чтобы узнать дату моей смерти». «Ты мне тоже очень нравишься…» – прошептала я. «Ты не обязана это делать… Ты даже не знаешь, суждено ли нам быть вместе,» – сказал он. «Но мне все равно… Я хочу провести с тобой остаток своей жизни, позволяет мне судьба или нет,» – сказала я. Не могу поверить, что говорю это: я ведь могу убить этим нас обоих. «Дакота Минхи Парк… Пусть и существует шанс, что я умру и возрожусь снова. Я запомню тебя,» – сказал он. «Также есть вероятность, что умру я и забуду, кто ты,» – сказала я. «Если такое случится, я обещаю, я обыщу все страны, чтобы найти тебя,» – сказал он. Сехун пристально посмотрел мне в глаза. Завораживающее чувство. «А ты не боишься?» – спросила я. «Конечно я боюсь… Нам всего по 19, а растить ребенка – тяжело. И я боюсь потерять тебя… Я лучше буду знать, что ты жива, счастлива и что мы не будем вместе, чем если бы ты забыла меня,» – сказал он. «Ты уверена?» «Чтобы ни случилось, я люблю тебя. Я сделаю все, чтобы быть с тобой… Сехун, я хочу увидеть твой штрих-код,» – прошептала я. Потом я заплакала. Я не знала, почему. «Мне так страшно,» – я прикусила губу. Он наклонился и поцеловал меня. В перерывах между поцелуями, он шептал: «Ты не должна… Я буду рядом. Ты уверена, что и правда этого хочешь?» «Да». Конец 11 главы. ---------- Ты мне нравишься Переводчик: nataliboyarsckih Корректор: Liomora «О, Джейсан…» – произнесла я. Сехун обнимал меня. Это был единственный способ чувствовать себя в безопасности во сне, и только так я точно знала, что он останется в живых. Как только я упомянула имя Джейсана, его руки разжались. Кажется, он недолюбливает Джейсана, да? Я обернулась и посмотрела на него, он наблюдал за мной, опершись на локоть. По каким-то причинам я чувствовал себя неловко. Я была без макияжа, с растрепанными волосами, и ремень почти спал. «Сехун?» Он несколько раз моргнул и вздохнул. Я думаю, ему было бы больно знать, когда люди должны умереть. «Почему ты не сказала мне раньше? Обо всем этом…» – спросил он. Сехун все еще пытался понять то, что моя бабушка сказала нам. У него было много вопросов. «Я… Мне было страшно», - призналась я. - «Я никому и никогда об этом не говорила, я не знала, что произойдет». «Штрих коды, расскажи мне о них». Я сказала ему, что обозначает каждое число, где обычно они находятся. «Так ты не видишь мой штрих-код? Вообще?» – спросил Сехун. Я покачала головой. «Я хотела бы, но я не могу, и я действительно хочу знать объяснение всему этому. Если после рождения ребенка мы узнаем наши даты, то как насчет даты Джейсана?» Он закатил глаза. «Давай не будем делать поспешных выводов, хорошо? Я не подпущу тебя к Джейсану, это все, что я знаю», - нахмурился он. Я усмехнулась. «А что не так с Джейсаном? Он милый он достаточно высокий, он заставляет меня смеяться, он умеет танцевать…» Сехун наклонился и поцеловал меня. «Я тоже все это могу и много чего еще». «Он… тебе не нравится?» – спросила я. «Я не знаю. Мне просто не нравится, когда ты рядом с ним. Я ненавижу, когда он делает тебя счастливой, это заставляет меня ревновать», – сказал Сехун. Мы долго не могли заснуть, лежали под простынями, время от времени говорили ни о чем. Весь следующий месяц мы мало виделись, началась сессия – в это время студенты могли закрыть все свои задолженности. К счастью, мы без проблем перешли в следующий семестр. «Дакота», – Сехун повернулся ко мне. Я покраснела. Он лишь назвал меня по имени, но это прозвучало так… страстно. «Хм?» «Ты сказала своей бабушке, что я тебе нравлюсь». Сехун бродил по дому. Он несколько раз выходил на балкон, наслаждался видом и смотрел, как внизу на крыльце Дакота сидела со своей бабушкой. «Да…» – услышал он и остановился. О чем они разговаривают? Он заглянул и заметил, что Дакота покраснела. Сехун усмехнулся. Он хотел бы, чтобы румянец навсегда остался на ее щеках, ведь это было так красиво. Он сел на стул, позволив утреннему бризу растрепать волосы. Он услышал то, что показалось ему музыкой для его ушей. «Он тебе нравится? Я думаю, что у него есть чувства к тебе». Дакота опустила глаза. «Да, я знаю. Он мне очень нравится. Мне все равно, с кем мне суждено быть, потому что я хочу быть с ним. Я даже не знаю, возможно ли такое». «Говорят, что любовь всегда находит выход…» Бабочки в животе летают, как вспомню. А что ты думаешь? Я улыбнулась и посмотрела в его красивые карие глаза. Сехун продолжил: «Я кое-что собирался сказать тебе, и сейчас я очень волнуюсь», - сказал он застенчиво. Я засмеялась. «Я хочу услышать». «Минхи…» «Да?» «Будь моей девушкой». Конец 12 главы. ---------- Д. М. Ю. «А тебе нужно спрашивать об этом?» – я усмехнулась. Мои щеки покраснели. Я почувствовала жар на лице. Сехун предложил мне встречаться. Встречаться. Я задавалась вопросом, почему я согласилась, ведь это не было моей судьбой. Я могу убить нас. Все мои заботы, казалось, исчезли, когда он наклонился, чтобы поцеловать меня. «Видимо, не нужно», – прошептал он. И все пошло своим чередом. Мы должны были найти человека, которого я спасла первым. Я вернулась в дом своей бабушки, чтобы забрать мои детские фотоальбомы. Сехун привел меня в кафе, и мы просмотрели все фотографии. «Вау… Детка, ты выглядишь так мило», – Сехун говорил так про все мои фотографии. Я усмехнулась и покачала головой. Я просмотрела все фотографии и попыталась вспомнить каждого человека на них. Меня удивляло, откуда взялись эти фотографии. Я не могла вспомнить, как я фотографировалась со своими друзьями из детского сада. После долгих четырех часов просматривания альбомов ничего так и не пришло на ум. У меня не было воспоминаний о ком-то из этих людей – ну, я знала кто они, но я не помнила, чтобы спасала их. Я нахмурилась, все оказалось сложнее, чем я думала. Сехун взял мою руку и сжал ее. «Эй, подними голову вверх, принцесса, иначе твоя корона упадет. Не грусти, это только первый день поиска. Я уверен, что все получится». «Сехун…» Он кивнул: «Да?» «Что делать, если человек, которого я случайно спасла, был незнакомцем? Он или она не будет знать, кто я». Он смотрел на свой кофе. «Я… Я не думаю, что все именно так», – пробормотал он. Я откинулась на спинку. «Все так сложно», – прошептала я. «Уже поздно. Хочешь прогуляться, прежде чем поехать домой? Пятьсот слов эссе сами себя не напишут», – сказал Сехун. Я улыбнулась и кивнула. Мы убрали фотоальбомы, Сехун конечно же взял себе несколько моих фотографий. Я помню, как он повернулся ко мне: «Что делать, если у нас будет дочь, и она будет выглядеть в точности как ты?» Я покраснела, подумав об этом. «На самом деле, я чувствую, что это будет девочка», – призналась я. Потом мы направились домой. Он держал меня за руку, когда мы шли через кампус. «Я хочу, чтобы ее имя состояло из наших инициалов Д. М. Ю.», – сказал Сехун. Я улыбнулась. «Дани – звучит хорошо», – прошептала я. «Мина», – сказал Сехун. Я кивнула. «Дани Мина Юн», – сказала я. Он поцеловал меня. «Дани Мина Юн». --------- Той ночью я лежала у него на руках. Было тихо, мы оба думали. Кто бы это мог быть? Человек, которого я спасла первым. На следующее утро я проснулась вялой и опустошенной, что было странно, потому что я спала всю ночь. Сехун крепко обнимал меня. Он был со мной всю ночь. Его бормотания были очаровательны. Помню, как я обнимала его и шептала, что все будет хорошо. Ему приснился кошмар, и я хотела поговорить с ним об этом сегодня утром. «Что случилось»? Сехун сел и пробежался пальцами по волосам. Он снял потную футболку. «Мне приснилось, что я потерял тебя». Мы вышли на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и зашли в новое кафе, которое только что открылось. Сехун стоял позади меня в очереди, когда мы ждали наши чашки утреннего кофе. Парень за стойкой был спокойным и собранным, пока не увидел меня. Он замер, когда настала моя очередь. Я не могла понять, что с ним произошло. Сехун обнял меня за талию, и посмотрел на него. Я не чувствовала себя напуганной или растерянной. Я чувствовала, что знаю его. Он смотрел на меня в течение нескольких минут, прежде чем люди позади начали нас поторапливать. «Д-Дакота Минхи Парк?» Конец 13 главы. ---------- Неопределенность Рука Сехуна скользнула вокруг моей талии с намерением защитить меня, и он грозно зыркнул на парня. «Извините…» Я схватила его за руку и заставила замолчать. «Я не думаю, что он плохой парень», - прошептала я. «Ты Дакота Минхи Парк?» – повторил парень. Я кивнула, и к нам вышел менеджер. «Что-то не так?» Парень повернулся к менеджеру. «Могу ли я сделать пятиминутный перерыв, пожалуйста? Мне правда нужно поговорить с этими людьми», – отчаянно прошептал он. Его менеджер кивнул. «Не торопись». Затем он обернулся и позвал кого-то другого для подмены. «Минсук! За работу, пожалуйста! Эти люди хотят кофе». --------- Мы стояли снаружи у кафе. Сехун стоял позади меня, пока парень говорил. «П-привет, я Сухо и…», – он даже не закончил свое предложение, как обнял меня. Я ахнула в шоке, прежде чем неловко обняла его в ответ. Я чувствовала взгляд Сехуна. Сухо отступил. «Я не знаю, помнишь ли меня еще, мы были в четвертом классе. Им Хён? Когда я был малышом, меня все называли Сухо». Мой рот распахнулся. «Ты Сухо? Ангел Сухо?» «Да, так меня называла госпожа Хван. Я был единственным ребенком в классе с односложным именем. Ты помнишь?» – спросил он. Я кивнула. «Д-да. Это потому, что ты был таким добрым маленьким мальчиком. Госпожа Хван всегда про тебя говорила всем, кого она знала. Она говорила, что у тебя чистая и добрая душа». «Я надеюсь, что так и есть», – он сглотнул, прежде чем продолжить. «Это прозвучит странно, но ведь ты спасла меня в четвертом классе» – сказал он. «Тебя?» – я потянулась, чтобы опустить его воротник. На его шее ничего не было. Он кивнул. «Большое спасибо», – прошептал он. Я покачала головой. Я не понимала. «Что… Как?» Сухо оглянулся и указал на стол. «Присаживайтесь, я все объясню. Я принесу кофе», – сказал он. Сехун сел рядом со мной и посмотрел на меня. «Тебе не нужно было искать человека, которого ты спасла», – прошептал он. – «Он сам тебя нашел». «Это так внезапно», – сказала я. Бабочки порхали у меня в животе. Сухо знал все, и часть меня волновалась и боялась узнать, что будет дальше. --------- Мы начали пить кофе. «Как я спасла тебя?» «Помнишь, за неделю до зимних каникул? У нас должна была состояться игра в волейбол, а ты сидела со мной за обедом, потому что твои друзья не пришли. Была метель…», – сказал он. Я кивнула, эти воспоминания вернулись ко мне. «Ты не был на этой игре, хотя…», – сказала я. «Да, потому что ты в шутку сказала, что моя команда в любом случае проиграет, и сказала мне сидеть дома», – Сухо усмехнулся. Я сидела испуганная. Если даже маленькое заявление как это может спасти кого-то, то, черт возьми, сколько людей я спасла? «Тогда я остался дома. Я должен был умереть. После игры в волейбол, я бы пошел домой один. Ты спасла меня от пьяного водителя», – сказал Сухо. – «Большое спасибо». «Ты все это время знал?» Сухо кивнул. «Я вдруг все понял. Я осознал, как ты спасла меня. Кем ты была, и какими способностями ты обладала. Я никогда никому не говорил об этом до сих пор, потому, что что-то не позволяло мне это сделать. Теперь я твой опекун. Ангел – хранитель, так сказать». Он продолжил. «Я был опустошен после зимних каникул, потому что ты больше никогда не появлялась в школе. Я должен был защитить тебя от всего плохого, что могло с тобой случиться, но тебя не было в городе. Пришел директор школы и сказал нам, что вы переехали в другой город», – сказал Сухо. Я кивнула. «Я была еще в стране, но в другом городе. Когда ты вернулся в Корею?» «Я вернулся в средней школе, а сейчас учусь в университете. Я работаю в старбаксе по пятницам и выходным, а еще я работаю на пол ставки в детском саду. Ты же учишься в Сеульском университете на факультете психологии, правда?» Я кивнула. «Ты можешь рассказать мне о Сехуне? А о Джейсане? Почему у них нет штрих-кодов?» Сухо кивнул. «Приготовься слушать, у меня для тебя много информации». После того как было упомянуто имя Джейсана, Сехун направил на нас все свое внимание. «Сехун, я понимаю, что вы сейчас встречаетесь. Но Джейсан… Это ему суждено быть с Дакотой. Вот почему у него нет штрих-кода», - начал он. Я была в полном замешательстве. Сехун рявкнул: «Что?» «Джейсану и Дакоте суждено быть вместе, они родственные души. Вот почему у Джейсана нет штрих-кода», – повторил Сухо. «Что касается вас, судьба знала, что вы двое влюбитесь, поэтому у вас нет штрих-кода. Вы с Дакотой никогда не должны были встретиться. Дакота, когда ты получила свой пакет, Сехун был на другой стороне кампуса. Ты должна была жить с мальчиком по имени Кён Су. Он познакомил бы тебя с Джейсаном, его лучшим другом. Тогда вы двое влюбились бы и так далее». «Тогда почему этого не произошло?» – я спросила. «Я не знаю, помнишь ли ты, но там был один парень, который влез перед тобой, когда вы получали номера ваших комнат. Ты, наверное, перенервничала в первый день занятий, и ты позволила ему пройти вперед, тем самым сделав его соседом Кён Су, а ты в итоге стала соседом Сехуна. Сехун должен был влюбиться в девушку позади тебя. У него всегда был штрих-код, пока ты не получила на руки пакет с номером А-319. Ты должна была получить тот же пакет, что и КёнСу, А-215», – объяснил Сухо. Я выпила глоток кофе и кивнула. «Ничего себе». «Непостижимо», – прошептал Сехун. «Расскажи нам о ребенке». «О, ваша бабушка уже рассказала вам это», – сказал Сухо. Я кивнула. «Расскажи подробнее». «Ну, это в значительной степени верно. Ты родишь ребенка от человека, с которым бы ты хотела провести остаток своей жизни. У этого ребенка будет штрих-код, который покажет вам ваши даты смерти. Имейте в виду, что вы, ребята, будете иметь одну и ту же дату смерти. Тогда один из вас исчезнет и возродится как другой человек, забыв обо всем. Сажем, если умрет Сехун, а у вас родится мальчик, вы должны искать Сехуна и помочь ему вспомнить все. Если вам повезет, ваши пути вновь сойдутся. Вы, ребята, будете счастливы», - сказал он. – «К сожалению…» Сехун кивнул: «Да? К сожалению что?» «В этом цикле этого никогда не случалось. Дакота, эта способность была и у твоего отца, но он никогда никого не спасал, и твоя мать не знала этого. Он сейчас жив, но поскольку не спасал, ему и не пришлось через это проходить. Он женился на своей второй половинке, твоей матери. Так что ты будешь первой, и я не знаю, будет ли у вас счастливый конец», - сказал Сухо. --------- Той ночью мы с Сехуном завели разговор. «Ты боишься?» – прошептал Сехун. «Судьба не позволит нам долго быть счастливыми...» Конец 14 главы. ---------- Этот день Дакота сидела между ног Сехуна. Она чувствовала его жесткую грудь своей спиной. Его сильные руки крепко обнимали ее за талию. «Эй... Ты боишься?» – спросил он ее. Она повернулась к нему. «Ты обещаешь, что найдешь меня?» Сехун посмотрел ей прямо в глаза. «Ты уверена, что останешься прежней?» – спросил он. Дакота пожала плечами. «Я просто… Я просто думаю, что это буду я. У меня есть способности. Что произойдет, если я перерожусь без памяти об этом? Я понятия не имею, что я буду делать со всеми этими числами, что я вижу. Ты понимаешь, что судьба пытается сделать с нами, ведь так?» Он уткнулся лицом в ее плечо. «Это сумасшествие, у нас есть ровно 11 месяцев, чтобы зачать ребенка и найти его штрих-код». «Один из нас в любом случае умрет в тот же день, как это сделал мой отец. А другой умрет в дату, что будет на шее нашего ребенка», – прошептала Дакота. – «Кто же из нас должен исчезнуть, чтобы перезапустить цикл?» «Мы же договорились изменить свою судьбу, помнишь?» Это было сумасшествие, за это короткое время, что они провели вместе, они стали невероятно близки как пара. Они боялись того времени больше всего, дня, когда один из них проснется в пустом общежитии. Сухо был рядом все это время. Он был их ангелом-хранителем, и им всегда было о чем поговорить. «Когда произойдет перерождение, все будет по-другому. Джейсана больше не будет существовать, потому что ты выбрала Сехуна. Ну, если он будет жив, он уже не будет прежним Джейсаном, знаешь, он даже может быть другого возраста», – сказал он. «Я все еще буду вашим ангелом-хранителем, но я, возможно, буду нестабилен. Может быть, однажды я проснусь и буду твоим хранителем, Сехун. Затем в течение следующих двух дней я проснусь и буду хранителем Дакоты. Я буду переключаться между вами двумя, пока вы не воссоединитесь. Тогда я вернусь к тому, чтобы стать одним человеком», – сказал Сухо. Было очень много вопросов, в которые нужно было вникнуть, и их становилось все больше с каждым днем. Сухо часто оставлял их одних, если ему нечего было им сказать. Если не было никаких новостей, о которых они должны были узнать, или у него не было плохих предчувствий, он их не беспокоил. Он редко звонил им, чтобы просто пригласить на чашку кофе. Но он был их хранителем, Сухо был там, чтобы защитить и провести их через все это. Было много вопросов от самого Сухо. У них уже были выбраны имена? Они уже подготовили детскую? Когда они собирались… ну, вы знаете… а, не обращайте внимания. --------- Был жаркий летний вечер, когда Сехун понял, что настал этот день. Дакота и Сехун шли вдоль берега во время заката. Она была застигнута врасплох, когда, что-то коснулась ее ноги. Сехун засмеялся и притянул ее к себе. «Это просто водоросли, глупая!» Дакота нахмурилась, он обнял ее и поцеловал. Его рубашка была уже снята, и его шорты висели низко на бедрах. Можно было увидеть надпись «Calvin Klein» на боксерках. Она чувствовала дрожь в позвоночнике, когда руки Сехуна свободно бродили по ее телу. На берегу никого не было – только они. Он нежно прикусил ее губу, прежде чем поцеловать что свело ее с ума. Она чуть не застонала вслух. Сехун отстранился, когда почувствовал ее руки на уровне его боксерок. Его сексуальный взгляд мог убить. «Давай пойдем домой…» – пробормотал он ей в ухо. ------ Он прислонил ее к кухонному столу, их губы не расставались. Ее волосы были растрепаны, и пуговицы на ее рубашке были расстегнуты. Она пробежала пальцами по его светлым волосам и поцеловала, как будто завтра никогда не настанет. Она откинула голову от удовольствия, когда он начал целовать ее плечи. Дакота обернула ноги вокруг его талии, сдерживая свои стоны, когда он продолжал прикасаться к ее самым чувствительным местам. «Не сдерживайся, я хочу слышать тебя», – прошептал он. Она почувствовала, как упали на пол его шорты. Он отнес ее в спальню, прежде чем захлопнуть дверь. В ее голове осталась только одна мысль: «он завладеет мной, и я ему это позволю». Конец 15 главы. ---------- Авария Дакота проснулась на следующее утро, завернутая в простыни. Она села и надела на себя футболку Сехуна. Везде были одежда и перья из подушки. Она покраснела. «Что мы делали прошлой ночью?» Сехун вышел из ванной в одних боксерках. Он сел рядом и поцеловал ее. «Ты в порядке?» «Что-то пульсирует». «Пройдет», – улыбнулся он. – «Я ведь не сделал тебе больно, правда?» Дакота покачала головой и улыбнулась. Она стояла перед зеркалом и расчесывала свои спутанные волосы. Дакота надела едва доходившее до бедер платье, которое нравилось Сехуну. Она вдруг вспомнила все, что говорил Сухо, – его слова нахлынули на нее. Они должны завести общего ребенка. На нем будет штрих-код. Они разделят эту дату смерти, но только один из них на самом деле умрет. Этот человек возродится. Но не будет ничего помнить. Исчезнувший останется лишь в памяти второго и ребенка. Человеку, который останется, придется воспитывать ребенка и продолжать искать другого. Как ни странно, Дакота не боялась всего этого… Она лишь спрашивала, почему. Начались занятия, к счастью, это был лишь двухчасовой урок. Учителя обычно повторяли материал в день начала занятий после каникул. После занятий они пошли на свидание. Джейсан смотрел с завистью, как Сехун вошел в класс рука об руку с Дакотой. Было очевидно, что они встречаются. И, по мнению Дакоты, другие девочки нахмурились, когда поняли, как ей повезло. Юна даже перестала беспокоить Джейсана, когда заметила, как он смотрел на них. Ему очень нравилась Дакота, правда? Они несколько часов гуляли по городу. Они даже не думали ни о каких датах. Пока они были вместе, казалось, ничего не имеет значения. В течение нескольких часов Дакота чувствовала себя очень счастливой. Почему они не могут быть нормальной парой? Почему должна была существовать судьба? Почему она видит числа? Почему? Они сидели в чайной лавке. Сехун показал ей все вкусы и даже рекомендовал его любимый – шоколадный. «Ты когда-нибудь пробовала шоколадный чай? Ты многое упускаешь…», – дразнил Сехун. «Ты когда-нибудь пробовал газированный зеленый чай?» – усмехнулась Дакота. «Мы с тобой все попробуем», – усмехнулся Сехун. «Будь добра ко мне», – сказал он, глядя на раздел с табличкой «создай свой собственный вкус». Дакота посмотрела на телефон Сехуна, который начал звонить. На экране было написано «У Хён». Она указала Сехуну на телефон и сказала, что ему звонит У Хён. Сехун посмотрел вниз и поднял трубку. «У хён?» – ответил он. – «А? Я тебя не слышу…» Дакота указала. «Выйди на улицу», – прошептала она. Она осталась там и терпеливо ждала возвращения Сехуна, несколько раз поворачиваясь, чтобы увидеть Сехуна, стоящего перед магазином. Он казался счастливым. Она спрашивала себя, о чем они разговаривают. Дакота отвернулась, когда ее телефон зазвонил. Это был Джейсан, он написал ей о совместном проекте. «Эй, принцесса, мы получили 95 баллов за наш проект, профессор снял несколько баллов, потому что у нас отсутствовал один раздел. Он должен был снять 15 баллов, но, наверное, мы сделали все так хорошо, что он снял только 5. Развлекайтесь с Сехуном». Она усмехнулась над его сообщением и отошла в сторону, чтобы ответить, но остановилась, услышав крики. Она обернулась и заметила пару убегающих людей. «Эй, он украл мою сумочку! Остановите его, пожалуйста!» Дама средних лет побежала за двумя мужчинами. Дакота поспешила к выходу. Где Сехун? Она выбежала на улицу и оглянулась. Где же он? «Кто это?» – шепот начал распространяться. Кто? Дакота оглянулась. Ее сердцебиение ускорилась. Что-то случилось с Сехуном? Она вышла на улицу и замерла, когда увидела Сехуна посреди дороги. На дороге стояли вместе два разбитых автомобиля, а чуть дальше еще один автомобиль, врезавшийся в столб. На голове Сехуна была кровь. «Сехун!» – она закрыла рот от внезапного выкрика. Дакота возилась со своим телефоном, когда подошла к нему. Он был без сознания, и голос из его телефона звучал обеспокоенно и напугано. «Сехун? Что-то случилось? Сехун? Эй, я слышал тормоза машины и громкий хлопок. Сехун? Чувак… Ответь мне. Я разозлюсь. Сехун?!» – У Хён теперь кричал в телефон. Дакота коснулась его щеки: «Сехун… Сехун…» – она ждала, когда оператор ответит. «Здравствуйте, это служба спасения. Чем я могу вам помочь?» Дрожащим голосом Дакота сказала: «М… Мой парень попал под машину и… он не дышит». Конец 16 главы. ---------- Отвратительный Не могу описать, как сильно я нервничала, когда сидела возле отделения неотложной помощи. Мое лицо было все в слезах. Я была так напугана. А что, если сегодня он умрет? Родители Сехуна, узнав о случившемся, приехали как только смогли. Меня всю трясло, когда его мать крепко обняла меня. “Дорогая моя, не бойся. Он будет в порядке… Он должен”, – прошептала она мне. Было заметно, что мысли о том, что же скажут врачи, охватили страхом и ее. Ранее, когда Сехуна только поместили в отделение неотложной помощи, его телефон зазвонил. Это был этот парень, У Хён. Помню, как удивилась, когда взяла трубку и он смог разобрать, что я говорила, ведь я плакала не переставая. “А-Алло?” – я пыталась изо всех сил сдержать свои эмоции и слезы. “О, привет… Ты ведь Минхи, да?” – спросил он. Я кивнула: “Д-да”. “Где ты сейчас?” “Я-я не знаю”, – честно говоря, я и не догадывалась, в какой больнице нахожусь. Я оглянулась и увидела табличку с надписью: “Больница Сеула”. Это я и прошептала в трубку. Он бросил трубку сразу после того, как услышал, где я. Собирался ли он ко мне приехать? Я не знала. --------- Доктор не выглядел радостным, когда подходил к нам. Он снял маску с лица и спросил, кто из нас Минхи. Я сделала шаг вперед. “Он постоянно звал тебя… Сказал, что любит тебя, до того, как уснул от действия анестезии”, – говорил доктор мне. – “В любом случае, он сильно ударился головой, но это не было смертельно или что-то подобное, похоже, что серьезных повреждений нет. Он может быть какое-то время в коме, но я сомневаюсь, что что-то случится с его памятью. Он очнется приблизительно на следующей неделе”. Я помню, как сказала родителям Сехуна, что останусь ночевать в больнице. Они обрадовались, когда услышали, что с ним все будет хорошо, и вскоре ушли домой. --------- Мое сердце на миг замерло, когда я зашла в комнату и увидела ужасно бледное лицо Сехуна, его растрепанные светлые волосы и повязку на голове. Я присела рядом и положила свою сумку. Слезы наполовину смыли мой макияж, а волосы выглядели просто отвратительно. Я собрала их в высокий хвост, вспомнив, что Сехун любит эту прическу, потому что так он мог лучше разглядеть мое лицо. Я взяла его руки в свои и прижалась к ним щекой. “Сехун… Просто скажи мне что все с тобой будет хорошо”, – прошептала я. Я осмотрела его шею. Если бы ему было суждено умереть сегодня, я бы уже смогла разглядеть штрих-код. Ни в коем случае доктор не позволил бы мне забрать его домой в таком состоянии. Я застыла на месте, услышав шаги – яростные шаги. Парень ростом с Сехуна, может быть, немного ниже, влетел в комнату. Он выглядел так, как будто только что пробежал марафон. Он нес спортивную сумку Гуччи и, бросив ее, подошел ко мне. Он в шоке смотрел на Сехуна целых десять минут и выглядел так, будто вот-вот не выдержит и заплачет. “О-он будет в порядке? Он что-то сломал?” – спросил парень. Я встала. “С ним все будет хорошо, и он ничего не сломал. Кто ты?” – спросила я. “У Хён. Ты ведь Минхи, да?” Я кивнула. --------- “Мы лучшие друзья”, – cказал У Хён. Он уставился на кафельную плитку больницы, держа в руках чашку кофе. “Я вырос рядом с ним и это впервые, когда мы оказались порознь. Мы поступили в разные колледжи”, – сказал он. “Ты, должно быть, та самая девушка, о которой он говорит, не умолкая. Дакота Минхи Парк, не так ли?” Я слегка кивнула. “Он говорил, ты девушка за гранью красоты. Он всегда дразнил меня из-за того, что у меня нет девушки”, – У Хён тихонько усмехнулся. – “Он никогда не попадал в такую серьезную аварию. Я сильно испугался”. “О чем вы разговаривали по телефону?” “Я просто позвонил ему, чтобы сообщить, что я планирую посетить Сеул. Мой университет отпускает нас в следующем месяце, так что… Потом я внезапно услышал звуки столкновения машин и крики, как его телефон упал на землю... А после я услышал тебя. Твой голос был очень испуганным”, – рассказал он. “Я… На мгновение я подумала, что потеряю его”, – призналась я. У Хён жил в нашем общежитии на протяжении нескольких дней. Он оставался в больнице, когда я посещала занятия. Я потратила довольно много времени, чтобы переписать все конспекты с лекций. Я делала все это на улице, ожидая, когда проснется Сехун. Я уже привыкла, что У Хён приносит мне чашечку кофе, которую я обычно выпиваю, но сегодня я почувствовала… тошноту. У меня закружилась голова, когда я почувствовала запах карамели. Сморщив нос, я посмотрела на него: “Что это?” “Карамельный маккиато… Мы только его и пили последние несколько дней. Мне казалось, что тебе он нравится… До этого момента. Ты хочешь что-то другое?” Я потрясла головой и отложила свои записи в сторону: “Я нехорошо себя чувствую.” “Ты сегодня ела что-нибудь?” Я кивнула. Да, я ела… Много ела. Начала задумываться, почему. Увидев, как У Хён продолжил переписывать конспекты, я подняла глаза. Ко мне подошла медсестра и спросила: “Мисс? С вами все в порядке?” У Хён посмотрел на меня и подошел. “Нет, она плохо себя чувствует. Может она что-то съела, но, чтобы это ни было, не могли бы вы осмотреть ее?” Медсестра кивнула и взяла мою руку: “У тебя замечательный парень”. Я потрясла головой: “ Ах… Нет, он не мой...” И в этот момент я потеряла сознание. --------- Проснувшись через пару часов, я увидела, как У Хён сидит возле меня и что-то быстро пишет. “У Хён?” – прошептала я. Из-за яркого света в комнате мои глаза немного заболели. “Оу, привет… Тебе уже лучше?” Я села прямо и кивнула. Протянув бутылку воды, он посоветовал мне лечь на диван. Я выпила всю воду залпом и сильно удивилась этому. Врач подошел, чтобы удостовериться, что со мной. “Что ж, мисс. После этого вы идете домой”, – говорил он, заполняя бланк. – “Могу ли я поинтересоваться?” Он указал на У Хён и меня и спросил: “Вы с вашим молодым человеком живете половой жизнью?” У Хён покачал головой в сторону и сказал врачу: “Я не ее парень”. “Ой, прошу прощения. У вас есть молодой человек?” Я кивнула. “И вы с вашим партнером сексуально активны?” – спросил он. Я моментально покраснела, вспомнив о той ночи. Это было почти неделю назад. “Я так понимаю, что это значит да”. “Вы родите в феврале”, – он дал мне бланк. “Подпишите это, пожалуйста”, – сказал он перед тем, как уйти. У Хён взял у меня листок и подписал свое имя на нем. “Эй...” – он похлопал меня по руке. – “Ты в порядке?” “Что он сказал?” – прошептала я. “Ты станешь мамой в феврале. Ты беременна”. Конец 17 главы. ---------- Мистер Гиперопека “Ты беременна”, – У Хён поздравил меня. У меня было странное чувство, когда я притронулась к своему животу: “Ах…” “Ты в порядке?” “Невозможно описать мои чувства сейчас, когда я понимаю, что беременна, что внутри меня растет оно…” – я не находила больше слов. “Эм, “оно”? Я так понимаю, что ты будешь называть его так до тех пор, пока не узнаешь пол малыша. Сехун знает?” Тяжело вздохнув, я дотронулась указательным пальцем до его губ. Мне кажется немного странным, что мы только недавно познакомились и уже разговариваем на такие личные темы: “У Хён! Хватит с меня вопросов”. Он нахмурил брови: “Ты не хочешь, чтобы Сехун знал об этом?” Я покачала головой и сказала ему: “Пока нет… По крайней мере пока он в таком состоянии. Тебе не кажется, что это будет слишком? Ты только проснулся после комы, весьма травмирующего события, и первое, что ты слышишь это то, что ты скоро станешь отцом”. У Хён кивнул: “Ну… Ты права, согласен. Хочешь увидеть Сехуна? Он проснулся пока ты спала”. В этот миг у меня перехватило дыхание: “Почему ты мне ничего не сказал?” “Я хотел подождать, пока доктор войдет в палату и скажет тебе…” – говорил У Хён. – “Не важно, пойдем”. --------- Мы зашли в комнату Сехуна. «Минхи…» - прошептан он. – “Какое сегодня число?” “Ты был в коме целую неделю… Ты хорошо себя чувствуешь?” Он кивнул: “Со мной все будет в порядке, не переживай”. “У Хён здесь”, – прошептала я и присела возле Сехуна. – “Он заботился обо мне все это время”, – объяснила я. Сехун посмотрел на своего лучшего друга и спросил: “Вы, ребята, занимались чем-то, о чем мне следовало бы знать?” У Хён усмехнулся и поднял руки: “Остынь… Никакой близости не было. Рад, что ты снова с нами. Как твоя голова?” “Болит”, – Сехун нахмурился. “Ты помнишь, что с тобой произошло?” - спросила я. Сехун нахмурил брови и попытался вспомнить: “А-а-а… Я разговаривал с У Хёном и потом почувствовал резкий удар. Дальше все размыто. Я только помню сильную боль перед тем, как потерял сознание. Было много крови?” “Д-да, было много крови”, - со вздохом кивнула я. Я внезапно почувствовала тошноту от одной только мысли о крови. Было что-то в ее запахе, что не давало мне покоя. Я откинула голову и глубоко вздохнула. “Минхи... Что с тобой?” – Сехун взял меня за руку. Я растерялась. Я не хотела, чтобы он узнал о моей беременности так рано. Первые три месяца были довольно стрессовыми, я могла потерять его... Или ее. У Хён сел на край кровати Сехуна и похлопал его по ноге: “Не волнуйся, она наверняка просто что-то не то съела. Ты знаешь – больничная еда”. Я усмехнулась. Он хорошо выкрутился. ---------- По пути в общежитие меня не покидали назойливые мысли. Почему мы с У Хёном стали близкими друзьями так быстро? Сколько бы я ни рассуждала, ничего не приходило на ум. Глубоко вздохнув, я положила свои вещи на стол. Я должна была выполнить задание на две страницы. Я даже на миг позавидовала Сехуну, которого освободили от всей этой работы. У Хён зашел в комнату, держа в руках сумки с продуктами: “Я слышал, беременные женщины едят много, чудовищно много”, – подшучивал он. Я бросила на него взгляд, а он усмехнулся и положил сумки на пол: “Я просто хочу сказать, что тебе нужно хорошо питаться. Ты совсем не поправилась за это время, но мы это исправим, Минхи”. Я вздрогнула. Он назвал меня Минхи… Только Сехун меня так называл. Я решила не обращать на это внимания и взяла ручку. Вскоре У Хён подал на стол обед. Он приготовил тушенное кимчи и лапшу. Я посмотрела на еду и улыбнулась. “Почему ты так улыбаешься? Думаешь о Сехуне?” – спросил меня У Хён. Я покраснела: “Д-да. Тушеное кимчи… Это было первое блюдо, которое я ему приготовила.” “Хочешь ему позвонить, поговорить с ним? Я знаю, что это точно поднимет тебе настроение”. Я посмотрела на свой телефон. Сехун запросил видеочат. “Кажется, уже не нужно звонить самой”, – усмехнулась я. “Это что, тушеное кимчи?” – Сехун не выглядел слишком довольным, когда повернул свой телефон и показал У Хёну больничную “еду”. У Хён усмехнулся: “Ха-ха, да!” Сехун нахмурился: “Хён… Минхи, я думал, ты меня любишь”. “Я люблю тебя”, – сказала я перед тем, как проглотить следующую ложку кимчи. “Ты совсем не помогаешь!” – Сехун сделал паузу. – “Ребята, вы что, рядом сидите?” У Хён дотянулся до моего телефона, чтобы повернуть его. “Мы сидим по разные стороны стойки, Мистер Гиперопека”. ------- Я сидела в комнате, перечитывала свои записи, но все же никак не могла сосредоточиться… Вообще. Меня сбил с толку тот факт, что мы с У Хёном стали близкими друзьями за такой короткий промежуток времени. Особенно учитывая то, что я не самый коммуникабельный человек, если вспомнить нашу первую встречу с Сехуном. Мы представились, и на этом все. Почему я так быстро прониклась к У Хёну? Мне показалось странным то, как мы с ним разговаривали в больнице. Я помню, как он рассказывал мне о Сехуне и то какое у них было детство. Я внимательно слушала его, но почему? Мне понадобилось несколько месяцев для того, чтобы открыться Джейсану и несколько недель, чтобы мы с Сехуном смогли освоиться вместе в общежитии. Должно быть, У Хён особенный. Если мы стали так близки всего за несколько дней, значит, определенно есть что-то, что тянет нас друг к другу. Нравится ли он мне? У меня задрожали руки, и я уронила книгу на пол. Наклонившись и подняв учебник, я задумалась. Я и У Хён? Нет… Ну уж нет. Я просто не знала, какое объяснение дать этим чувствам. У Хён хороший парень, и мне было интересно с ним общаться, вот и все. Ведь так? Мы все равно не сможем быть вместе, если я смогу увидеть его штрих-код. У Хён зашел в мою комнату перед тем, как уснуть: “Спокойной ночи, Минхи… Если что, то я в комнате Сехуна”. Показалось мне безумием то, как человек может иметь столько сил в такую позднюю пору: “Конечно, спасибо! Спокойной ночи…” Я взяла свой телефон и стала перечитывать наши переписки. Я улыбнулась, когда увидела уведомление от Сехуна. “Сладких снов! Спи крепко, любимая. Если не сможешь уснуть… Позвони мне, хорошо? Хе-хе. Люблю тебя”. Прочитав сообщение, я сказала себе, что усну, но я не смогла этого сделать. Всю ночь у меня в мыслях беспрерывно крутился лишь один вопрос. Как мне ему сказать? Конец 18 главы. ---------- Скажи мне Минхи навещала меня в больнице, пока меня не выписали. Потом, правда, приходилось ездить туда раз в неделю, для осмотра моей раны. Все зажило довольно хорошо, и мне сняли швы. У Хён остался еще на неделю, прежде чем уехать. Мы встретились после пар. Он позаботился о Минхи, я благодарен ему за это – он был рядом с ней, пока не было меня. Мы отвезли У Хёна в аэропорт, он сказал, что вернется в следующем месяце. В машине Минхи молчала. В последние дни она мало что говорила и много спала. Должен ли я беспокоиться? Так было только в этом месяце? «Сехун…» – мягко сказала она. Я потянулся, чтобы взять ее за руку: «Да?» «Сколько времени тебе понадобилось, чтобы раскрыться перед У Хёном?» – спросила она. Я вспомнил наши детские годы: «Почти год. Мы сначала были врагами», - усмехнулся я. «Мы ненавидели друг друга до того дня, когда наш учитель заставил нас остаться на большой перемене. Мы затеяли драку посреди класса. Оставшись вдвоем во время обеда… Мы просто стали друзьями», – сказал я. – «А что?» Минхи вздохнула. «Просто… Думаю, это странно, что я открылась ему за такой короткий промежуток времени. Мы разговорились после нескольких часов нашей встречи, не было неловкости, и… Я… Меня просто сбивает с толку то, что мы так быстро сблизились за последние недели», – пробормотала она. - «Нам же потребовалось время, чтобы привыкнуть друг к другу, и… Ты теперь мой парень», – добавила она. Я молча кивнул. Конечно же, я не мог не ревновать. «Он тебе нравится?» – тихо спросил я. «Нет… Совсем нет. Мы просто друзья», – сказала она. «О чем вы разговаривали?» - любопытство взяло верх. «Ты… Он говорил о тебе», – сказала Минхи. Я улыбнулся: «Может, вам комфортно друг с другом, потому что вы оба говорили обо мне?» – сказал я. Минхи кивнула: «Хм… Возможно». «Либо так, либо…» – я закусил губу. Подходящее ли это время? Стоит ли упоминать это? «Либо… Он играет какую-то роль в нашей жизни. Может быть, мы узнаем его после перерождения», – сказал я. Она покачала головой: «Как так? Я же только что с ним познакомилась». «У нас еще есть время, чтобы зачать ребенка, может быть, У Хён будет рядом», – сказал я. Минхи молча кивнула и отвернулась. Что-то ее беспокоило, и мне нужно было узнать, что именно. «Что-то не так?» – спросил я. С момента аварии прошло почти два месяца, а может и больше. От ран на спине и голове через несколько недель остались только шрамы. Минхи села и покачала головой: «Я просто устала». «Ты сильно устаешь в последние дни», – мягко сказал я, садясь рядом с ней. Она провела ладонью по волосам, прежде чем собрать их в пучок: «Да, я знаю…» «Ты хочешь мне что-то сказать?» – спросил я. «Может быть позже». --------- Я лег на диван и нежно потянул ее за руку: «Иди сюда… Вздремни со мной», – сказал я. Минхи положила голову мне на грудь. Я нежно обнял ее, через несколько минут она уже спала. Я почувствовал наше синхронное сердцебиение и посмотрел на улицу. Снова шел дождь. Я замер, почувствовав что-то еще. Это было не биение наших сердец, это было… Не могу этого объяснить. Я начал задаваться вопросом: почему она так много спала и у нее появились новые предпочтения в еде? Она перестала носить обтягивающие джинсы, отдавая предпочтение леггинсам или спортивным штанам. Минхи стала носить мои рубашки дома чаще, чем раньше. Платья стала носить только струящиеся, и не притрагивалась к своим танкеткам. Я посмотрел на свою девушку, которая раньше выглядела так, будто светится. Вдруг я почувствовал очень легкое движение в районе моего пресса. Это было похоже на крохотное сердцебиение. --------- Я решил поговорить с ней этой ночью. Я хотел знать… Я лег к ней в кровать и нежно обнял ее, положив руку ей на живот. «Минхи, поговори со мной», – прошептал я. -«Думаю, я знаю, что происходит». Она повернулась, чтобы посмотреть на меня. Я поцеловал ее в щеку: «Ничего страшного, скажи мне… Я не сойду с ума». Минхи глубоко вздохнула: «Сехун, я…» - она невнятно пробормотала последнее слово. «Скажи же…» «Я беременна», – мягко сказала она. Я кивнул и обнял ее: «Я знаю…» --------- На следующий день я проснулся где-то в обед и похлопал Минхи по плечу. Она повернулась ко мне и улыбнулась. «Я так давно не видел твоей улыбки… Как ты себя чувствуешь?» Минхи села: «Лучше, чем когда-либо». «Могу я…» Она откинулась назад: «Дерзай». Я прижался щекой к ее маленькому животику. «Привет, малыш…» – мягко сказал я. - «Мама и папа так взволнованы. Не могу дождаться встречи с тобой». Я поцеловал его и улыбнулся. Минхи слегка вздрогнула, когда на столе завибрировал ее телефон. «Алло?» Конец 19 главы. ---------- Родители «Алло?» – я взяла телефон. «Приезжай домой… Сейчас же», – пробормотал сердитый голос в трубку. Я отстранилась: «М-мама?» «Минхи! Я хочу, чтобы ты приехала домой». Сехун смотрел на меня: «Все нормально?», - он погладил мои бедра, чтобы успокоить. - «Она такая резкая». Я сглотнула: «Поехали». --------- Сехун вошел в дом вместе со мной. Мы сели в гостиной. Мама сердито села перед нами со своим ноутбуком, где была открыта фотография, на которой мы с Сехуном держим фото с УЗИ. «Мы ждем!» – прочитала она подпись к ней. «ТЫ БЕРЕМЕННА?», - она чуть ли не кричала. «Мама…» – я встала вся в слезах. Если бы она только знала о моей способности – почему отец никогда не рассказывал о числах, которые он видел? «ВАМ ДЕВЯТНАДЦАТЬ. ТЫ ЖЕ ДОЛЖНА ВСЕ ПОНИМАТЬ, МИНХИ! Мне стыдно за тебя!» Он взмахнула рукой. Я ожидала удара. Ведь заслужила этого… Верно? Нет, я… У меня нет выбора. Я закусила руку и ожидала боли. Если бы она знала, как сильно я люблю Сехуна, если бы это случилось с ней, она поступила бы точно так же. Я услышала шлепок. Это прозвучало болезненно. Раскрыв глаза, я поняла, что не получила пощечину. Подняв взгляд, увидела стоящего перед собой Сехуна. Он обнимал меня, но его лицо было повернуто к маме. «Не сердитесь на нее», – прошептал он. - «Это моя вина». «Не смей трогать их!» – вошла моя бабушка с тростью. «Ты тоже родила Минхи в раннем возрасте, тебе должно быть стыдно! Она твоя единственная дочь. И ты собираешься кричать на нее за то, что когда-то сделала и ты? Тебе было чуть больше двадцати, а ей девятнадцать, но какая разница? Ты хоть понимаешь, почему они зачали ребенка?», - бабушка сердито посмотрела на маму. Она подошла к Сехуну и коснулась его щеки: «Ты в порядке? Сильно больно?» - она посмотрела на меня. - «Не бойтесь, я с вами». Она улыбнулась, и то, как блестели ее глаза, успокоило меня. «Разве так следует относится к своей дочери? Особенно, если она носит твоего внука?» -бабушка посмотрела на маму. «Она беременная в столь юном возрасте! Это такое разочарование!» «Я тоже была разочарована, когда узнала, что беременна ты. Дай Минхи свободу, она все, что у тебя осталось. Меньшее, что ты можешь сделать, – так это поддержать ее!» – кричала бабушка. «Мама!», - мама встала. Она была в ярости. «Когда мой сын скончался…», – она замолчала. Бабушка знала, что он где-то жив. – «Он подарил мне этот дом! Он не упомянул тебя в своем завещании, помнишь? Он отдал все нам и Минхи. Я поддерживаю Минхи и очень рада за нее. Если ты собираешься так обращаться с ней…» – она указала на дверь. – «Уходи». «Бабушка, нет…» – прошептала я. Сехун прижал меня к себе и провел руками по бокам: «О-она не собирается ее выгонять. Как ты себя чувствуешь?» – прошептал он. Я взяла его за руку. Это был единственный способ почувствовать себя в безопасности. --------- Моя бабушка провожала нас: «Минхи, не бойся. Я расскажу ей то, что нужно знать, но пока…» – она положила руку мне на живот. - «Береги себя, хорошо? Приезжайте почаще. Твоя мама скоро успокоится». «Я бы тоже рассердилась», – прошептала я. «Нет, если бы ты знала, что на самом деле происходит», – улыбнулась она. - «Сехун, пожалуйста, позаботься о ней». --------- Следующая остановка – дом Сехуна. Моя семья знает, так почему не рассказать его? Мы стояли у двери. Он поднес ключи: «Ты готова к этому?» Он крепко обнял меня и прижал к себе: «Я с тобой, и буду защищать тебя, несмотря ни на что. Буду с тобой до конца. Я люблю тебя, так что не бойся. Мои родители поймут». Я кивнула, и мы вошли. «Мама, папа…» – Сехун сел рядом со мной в гостиной. «Ох, милый, почему ты не сказал, что навестишь нас? Я бы хоть что-нибудь да приготовила», – сказала его мама. Его отец усмехнулся: «Минхи, ты вся сияешь, прекрасно выглядишь». «Мама, папа…» – снова начал Сехун. Его родители смотрели так, будто чего-то ждали: «Да?» «Мы ожидаем пополнение», – сказал Сехун. Он взял мою руку и провел по тыльной стороне ладони. «П-правда?» – его мама выглядела такой счастливой. – «Правда, Минхи?» Она встала и схватила меня за руки: «Ох… Дорогая», – она нежно обняла меня. «Не бойся, я так счастлива», – она мне улыбнулась. Сехун встал и обнял меня: «Видишь? Я же говорил тебе». Я улыбнулась, но в глубине души знала, что мы будет так счастливы недолго. Конец 20 главы ---------- Луна Переводчик: lerelei Корректор: Lady-Sea Шли месяцы, и скрывать становилось все труднее и труднее. В моей группе была пара беременных, так почему я не могу об этом рассказать? Джейсан узнал первым. Мы работали над проектом после пар. Оказалось, что партнеры, выбранные в начале года, закрепляются до окончания учебы. Я стояла с ним на автобусной остановке. Сехун ехал сюда, чтобы забрать меня, а Джейсан собирался заскочить в библиотеку. «Дакота… Не знаю, говорил ли я тебе раньше, но… ты мне очень нравишься. Я хотел бы, чтобы ты это знала», – тихо сказал он. Я смотрела себе под ноги, вцепившись учебник. «Джейсан… я знаю. Это было очевидно в последние несколько недель», – сказала я. «Ты и Сехун сейчас вместе, это я понимаю», – сказал Джейсан. «Но как ты считаешь, ну, то есть… мы смогли бы когда-нибудь встречаться?» Я повернулась к нему и вздохнула. «Джейсан, ты замечательный. Девушке, что окажется рядом с тобой, очень повезет. Я не представляю, что вас будет ждать в будущем, но… просто… ей правда повезет с тобой». «Что ты имеешь в виду?» «Никогда не угадаешь, что может произойти… так что будь осторожен. Но сейчас здорово быть твоим партнером и другом. Извини, я… понимаешь», – мягко сказала я. – «Ты хороший человек, но тот, кто должен быть с тобой… где-то там». Мне было трудно обманывать его. Так и хотелось сказать: «Ты мой истинный! У нас был шанс быть вместе. Но я просто влюбилась в Сехуна!» В какой-то момент я почувствовала сожаление, что не дала ему шанс. Его любовь ко мне так и осталась безответной, да? «А-а... понятно», – улыбнулся Джейсан. Знаю, его улыбка была натянутой. Он похлопал меня по плечу: «Сехун везунчик». Я кивнула, прежде чем ответить на телефон. Звонил Сехун. «Привет, детка! Как проект? Хочешь чего-нибудь? Твоя любимая кофейня рядом». Я нахмурила брови: «Ты болтаешь по телефону за рулем?» «Я стою на красном, и я в наушниках. Знаю, ты хочешь матча латте». Я хихикнула: «Ага, со сливками». Сехун согласно хмыкнул: «Хорошо. Скоро буду». «Могу я спросить еще кое-что?» – спросил Джейсан, когда я убрала телефон в сумку. «Да, конечно». В последнее время Сехун частенько говорит о еде. Перед парой, когда профессор опаздывает, он часто спрашивает о твоих предпочтениях в еде». Я посмотрела ему в глаза: «Джейсан… Сехун станет папой». «П-правда?» – Джейсан пошатнулся. – «Н-но… ты такая худенькая. Так и не скажешь». «Ты не догадался? Значит, не зря ношу огромные футболки, свитера и струящиеся платья. Еще четыре месяца…» – я сжала свой свитер. – «Прости, что не рассказала тебе… Я…» Джейсан поднял руки: «В-все в порядке». Я слегка улыбнулась, прежде чем отвернуться. Джейсан не выглядел счастливым. Ему больно, это слишком очевидно. --------- В машине Сехун подал мне латте и взял учебник. Он наклонился и положил голову мне на живот. «Привет, малыш… Ты же любишь матча?» Я хихикнула, и он поцеловал меня в щеку. «Как прошел день?» «Хорошо. Мы закончили проект на неделю раньше, но… не думаю, что Джейсан счастлив», – сказала я. – «Вообще». «Почему нет?» «Джейсан признался мне, спросил, есть ли у нас шанс», – начала я. Сехун оглянулся: «И?» «Я сказала нет… Потом он спросил о тебе», –выдавила" я. «А? Что спросил?» «Полюбопытствовал почему ты так интересуешься моими предпочтениями в еде каждое утро, так что…» «Джейсан знает?» - уточнил" Сехун. «Да», – вздохнула я. – «Не хотела, чтобы он…» Сехун сжал мою руку. «Ничего страшного, рано или поздно он бы все равно узнал. Как говорил Будда, луну, солнце и правду надолго не скроешь». Я рассмеялась: «Ах, ты начал слушать профессора, когда он говорит о философии?» «Это довольно интересно…» --------- В конце концов правда вскрылась. Удивительно, но Виктория и Юри не особо злословили на мой счет". Пару раз назвали шлюхой, но потом прекратили. Юна смягчилась, когда узнала, что мне не нравится Джейсан. Даже поддерживала меня и помогала нести сумку после пар, когда Сехун не мог забирать меня. Он вызвался поработать в книжном магазинчике при университете. Джейсан стал держаться на расстоянии и разговаривал со мной только при необходимости. Сехун был чрезвычайно заботлив. Мне все еще было жаль Джейсана. Больно видеть, как человек, которого ты любишь, испытывает чувства к другому. После того как правда вскрылась, время полетело незаметно. Меня это немного пугало. Последние четыре месяца промелькнули в мгновение ока, помню только, как попала в больницу. Я хотела крепко-крепко обнять маму. Она тоже прошла через все это, только чтобы дать мне жизнь? Я рожала семнадцать часов, прежде чем наша малютка впервые вздохнула и громко закричала. Помню, как Сехун держал меня за руку, когда я вздохнула с облегчением. Я была так измотана, так хотела спать. Он поцеловал меня в висок и прошептал: «Ты сделала это… Я горжусь тобой. Люблю тебя, Минхи. Не могу дождаться, чтобы увидеть нашу Мину.» Большую часть времени он называл нашу девочку вторым именем, точно так же, как называл и меня. Я спала, а рядом Сехун заполнял документы. Медсестра заботились о Дани. Дани Мина Юн. Сехун вздохнул, и я поняла, что они закончили. Он отложил планшет в строну, взял дочку на руки и слегка поклонился. «Спасибо», – сказал он медсестре. Та взяла планшет. «Сэр, осталось заполнить последнее – как вы хотите ее назвать?» «Дани Мина Юн». Последнее, что я услышала перед сном, как Сехун сказал… «У тебя мамины глазки». Я была слишком уставшей, чтобы проверить так ли это, но все время думала лишь об одном. Какой у нее штрих-код? Конец 21 главы. ---------- 29 июня Переводчик: lerelei Корректор: Lady-Sea Я увидела штрих-код на шее Дани, стянув ее воротничок, когда она ворочалась во сне. 006 29 14. 29-е июня 2014-го года. Дани родилась 25-го февраля. Сколько же осталось времени до исчезновения одного из нас? Сразу после этого проснулся Сехун. Он встал и поцеловал меня. «Как себя чувствуешь? Где-нибудь болит?» Я помотала головой. «Все хорошо. Ее штрих-код…» «Ох, и что там?» «29-е июня 2014-го года», – прошептала я. «006 29 14? Разве чисел не должно быть больше?» Он поднял Дани и осторожно потянул за воротник. «Нет… ты же ничего не увидишь. Это только мне под силу», – сказала я. «До исчезновения одного из нас осталось 5 месяцев. Боишься?» Сехун сел и покачал головой. Я знала, что он был в ужасе от того, что произойдет. Пусть он и кажется спокойным, но когда наступит июнь, он испугается, как и я. --------- После родов мы все еще ходили в университет, но по очереди. Профессор все понял и попросил нас приходить в определенные дни для сдачи работ. К марту Дани привыкла к нам. Поняла, что мы ее родители, и переставала плакать при нашем появлении. 12-го апреля мы отметили 20-летие Сехуна. Неужели прошло уже целых два года с нашей первой встречи в тот солнечный сентябрьский день? До сих пор помню наш первый разговор, как будто он был вчера. «Я Сехун. Юн Сехун», – сказал он. Закончив распаковывать вещи, мы одновременно вышли из комнат. Мы долго смотрели друг на друга, прежде чем он нарушил тишину. «Дакота», – сказала я. Это был наш первый разговор. Неужели мы зашли так далеко? Сломали стену, стоящую между нами? Влюбились, дали обещание быть друг с другом всегда и даже зачали ребенка? Воскресила в памяти наш первый поцелуй. На улице шел ливень, Сехун вспомнил мое желание: поцеловаться под дождем. Начался сильный дождь. Мы стояли, держась за руки несколько минут. Затем Сехун поцеловал меня. Он поцеловал меня под дождем. Я не возражала. Его губы, касающиеся моих, такие мягкие. Он обнял меня за талию и притянул ближе к себе. Я отбросила сумку и прильнула к нему. Он отстранился: «Хотела же, чтобы тебя поцеловали под дождем, да?» «Поцелуй меня еще раз, Сехун». Я вспомнила его слова, заставившие трепетать мое сердце. По сей день при одной мысли о них в животе будто бабочки летают. «Однажды я узнаю. Узнаю день рождения, второе имя, где родилась, знак зодиака и имена твоих родителей. Узнаю, во сколько лет ты научилась ездить на велосипеде. Как умерли дедушка с бабушкой. Сколько у тебя было домашних животных и насколько ты ненавидела ходить в школу. Узнаю о цвете глаз, о шрамах, о веснушках, о разном смехе и о родинках. Узнаю любимую книгу, любимые фильмы, сладости и еду, обувь, цвет и музыку. Узнаю, почему ты не спишь в пять часов утра; где ты была, когда поняла, что потеряла лучшего друга; зачем взяла в руки лезвие и как заставила себя положить его обратно до того, как все могло зайти слишком далеко. Узнаю твои фобии, мечты, страхи, желания и заботы. Узнаю о первом горе, о свадьбе твоей мечты и о проблемах с родителями. Узнаю твои сильные и слабые стороны, лень, активность и запутанные эмоции. Узнаю о твоей любви к майонезу, о мечте в пять лет стать знаменитостью, о привычке цитировать фильмы, о страхе стать старше. Узнаю твои вредные привычки, манеры, как ты дуешься, мимику и смех, будто это его любимая мелодия. То, как ты жуешь, пьешь, гуляешь, спишь, ерзаешь и целуешься. Узнаю, что ты уже выбрала свадебные цветы, имена для детей и плитку для ванной комнаты, платья для подружек невесты и цвет стен вашей спальни. Узнаю, разозлюсь, а затем смирюсь с тем, что ты оставляешь одежду повсюду. Узнаю, что, чтобы заказать в «Старбакс», тебе понадобиться двадцать минут; что должен расставить твои диски в алфавитном порядке и прослушать свой гороскоп… На всякий случай. Узнаю часто заказываемый заказ в МакДоналдс, сколько сахара добавить в твой чай, сколько шариков мороженного ты ешь и с какими топами, узнаю, что ты ешь бутерброды в виде треугольников. Узнаю, что ты чувствуешь, не говоря ни слова; что тебе нужно в туалет по выражению лица; что ты плачешь, не проливая слез. Я узнаю все это. Все. Все вдоль и поперек. Обучаясь, обмениваясь, прослушивая и изучая. Я узнаю все, что нужно знать, и знаешь что? Я все еще буду любить тебя», – сказал Сехун. «Я просто хочу, чтобы ты знала… Я хочу быть тем, кто будет любить тебя, несмотря ни на что». Сехун знает… Он знает все обо мне. Знает все мои недостатки, мою неуверенность и все еще любит меня. Я так благодарна ему за это. Помню, как он заступился за меня перед Юри и Викторией. «Вы соседи по комнате?», – спросил профессор. Сехун кивнул. Джейсан наклонился. «Везучая!» – Юна сделала вид, что злится, думаю, что ей не все равно. Девочки, сидящие перед нами, до сих пор бросали на меня свой злобный взгляд. Я вжалась в свое место. «Вы с ним соседи?», – сказала одна из них. «Так несправедливо! Обычно соседи одного пола!», – жаловалась Виктория. Юри достала чупа-чупс изо рта. «Она даже не красивая». Сехун кивнул. «Да, она не красивая. Она за гранью всей красоты». Тогда он впервые назвал меня красивой. Все эти воспоминания нахлынули, когда я стояла в дверном проеме и смотрела, как Сехун взял Мину и начал целовать ее в щечку. Я не смогла удержаться и разрыдалась. Все ведь могло быть иначе, если бы Сехун не появился в моей жизни. Май пролетел в мгновение ока. Пришло время сессии. Помню, как зубрила изо всех сил, пока Мина спала. Сехун сидел напротив меня на кухне за стойкой – на нашем любимом месте. Он говорил что-то вроде: «Я люблю тебя». «Ты прекрасна». «Моя Минхи так усердно учится!» Все эти мелочи радовали не потому, что были комплиментами, а потому, что исходили от Сехуна. --------- К июню Дани начала садиться самостоятельно. Мы договорились снимать на камеру все, что она делает впервые. Грустно, если кто-то из нас не сможет увидеть, как малышка растет. Мы настолько привязались к ней и друг к другу, что боялись роковой даты, 29-го июня. Этот день настал. Мы не пошли на занятия. Сухо пришел в гости, он не выглядел счастливым. «Ребята… что бы ни случилось… Это произойдет… Да?» Я кивнула, Сехун держал меня за руку. Мы одновременно повернулись друг к другу. «Я люблю тебя». Я боялась заснуть, потому что не знала, чего ожидать от следующего дня. Все изменится. Смогу ли я вообще узнать, кем была? Я почувствовала что-то странное посреди ночи. Села и огляделась. Дани крепко спала, Сехун обнимал меня. Посмотрев вниз, я увидела, что мои руки начали исчезать. Сдерживая слезы, я наклонилась, чтобы поцеловать Сехуна в последний раз. Конец 22 главы. ---------- Новая жизнь Переводчик: lerelei Корректор: Lady-Sea На следующее утро Сехуна разбудили падающие лучи солнца. Проснувшись, он заметил пустое место рядом с собой. Почему-то вспотел, может, приснился кошмар? Возможно, это все дурацкая шутка? Никаких штрих-кодов не существует, и все это было лишь сном? Сехун осмотрел помещение, оно выглядело иначе. Оно было больше, комнаты отличались от прежних. Это квартира? Неужели это он перевоплотился? Сердцебиение Сехуна участилось. Где же Дакота? Его единственная любовь – Дакота Минхи Парк. Он надеялся найти ее в ванной, укладывающую волосы, тогда бы он обнял ее сзади и сказал, как любит ее и как прекрасно она сегодня выглядит. Но дом был пуст. За исключением одной комнаты, где на двери было написано «Дани». Но он не был готов. Не готов поверить в происходящее. Сколько же лет Дани в этом мире? Поймет ли она, что мама исчезла? Он сел на диван в гостиной. Сехун не мог принять того, что Дакота исчезла. Хотел бы он, чтобы все это оказалось лишь шуткой. Он раздумывал, что было бы неплохо, если бы вошел Сухо, ударил его по спине и, рассмеявшись, сказал: «Думал, что все это взаправду? Минхи в комнате Дани». И Сехун бы совсем не рассердился. Но этого не произошло. Сухо вошел в квартиру и увидел сломленного, плачущего Сехуна. Насколько он знал, Сехун был сдержанным человеком. Увидев, что такой сильный человек сломлен, Сухо почувствовал укол в сердце. Сухо сел и обнял его. Сехун вскрикнул: «Хён… она ушла. Минхи здесь нет». Обнимая Сехуна, Сухо сказал: «У тебя паническая атака… пожалуйста… успокойся». Сехун отстранился, проведя пальцами по своим платиновым волосам. Он встал и закусил губу. Куда делась Минхи? А ее фотографии? Где чашки для кофе, которые всегда стояли на стойке? Сухо вздохнул. Он все знал, но ничего не рассказал Сехуну: лучше пусть он увидит собственными глазами. Сухо схватил его за плечи. «Соберись! У тебя еще осталась дочка, которая наблюдает за тобой. Понимаю, что это больно, но то, что ты увидишь в университете, будет еще тяжелее. Ты должен скрыть свою боль и ждать, пока Минхи все не вспомнит. Ты ведь ее любишь, так?» Сехун шмыгнул носом и кивнул. «Ч-что ты имеешь в виду? Что там в универе?..» «Проехали. Ты все равно это увидишь рано или поздно. Иди к Дани». --------- Сухо стоял в дверном проеме, пока Сехун наблюдал, как его дочь ворочалась во сне. Что же ей снилось? «В этом мире тебе двадцать один год, как Минхи и У Хёну», – начал объяснять Сухо. «А что насчет Джейсана?» «Он не знает никого из вас… Джейсан всего на несколько месяцев старше Дани, которой исполнился год. В этом мире Джейсан ребенок. И он младший брат У Хёна. Сехун заглянул в кроватку и невольно улыбнулся спящему там ангелочку, который крепко прижимал к себе игрушки. Каштановыми волосами и нежными глазами Дани напомнила Сехуну Дакоту. Она была точной копией своей мамы. Сехун продолжал наблюдать. Казалось, любое легкое прикосновение беспокоило малышку. Она спала так же чутко, как и Дакота. Поворочавшись, его дочка проснулась. Дани потерла глазки и встала. Она держалась за перекладину кроватки и что-то пробормотала. Сехун не сразу смог разобрать: «Па… Па… Па… Папя». --------- Сехун снова уселся на диване в гостиной рядом с Сухо. «Я присмотрю за Дани, пока будешь в универе. Пары у тебя только дневные. В этом мире ты – модель из Сеула. Ты засветился на обложках журналов и рекламных постерах. Минхи – обычная студентка, которая после университета подрабатывает в своей любимой кофейне», – со вздохом объяснил Сухо. «Все, что ты видишь в универе, – должно оставаться тем, что ты видишь. Помни, воспоминания Минхи до сих пор у нее, но они вернутся, только когда ты напомнишь ей о себе и ваших отношениях». «Насчет Дани, я… пропустил год ее жизни?» Сухо покачал головой. «Подумай об этом, и воспоминания сами всплывут». Повествование от лица Сехуна. Было больно осознавать, что Минхи исчезла. Нужно многое принять. Я стал моделью, ходил в универ, учился на психолога для подстраховки, вдруг моя карьера модели пойдет под откос. У меня годовалая дочь, и весь мир знал это, как и знал то, что личность ее матери – загадка. Для них и для меня. Больше всего задело то, что я видел в универе. Никогда не желал ничего плохого У Хёну, но сейчас готов перегрызть ему глотку. И это я говорю про человека, который раньше был моим лучшим другом, на которого я полагался больше всего. Стоило войти в аудиторию, как меня окружили девушки. Я направился к своему обычному месту. Следующая сцена чуть не заставила меня расплакаться. Было больно наблюдать за этим. И то, что Минхи ничего не помнила, усложняло ситуацию. У меня был ворох воспоминаний о человеке, который даже не знает о моем существовании. Когда я увидел свою девушку и лучшего друга вместе, понял, насколько жестока бывает судьба. Я смотрел на то, как У Хён и Минхи шли, держась за руки. Как он поцеловал ее, прежде чем сесть на свое место. Минхи в двух рядах впереди, но это не помешало мне услышать ее разговор. «Как долго вы с У Хёном вместе? Вы сегодня выглядели такими счастливыми!» «Сегодня наш пятилетний юбилей, – покраснела она. – Так сильно его люблю!» Услышав последнюю фразу, я почувствовал, как сердце пронзил нож. Она даже не обратила на меня внимания. Я, предположительно, восходящая модель, а она даже не заметила меня. Минхи меня совсем… не помнит. Конец 23 главы. ---------- Моделинг Переводчик: lerelei Корректор: Lady-Sea Я вернулся домой в слезах. Дани дремала, а Сухо сидел в гостиной. «Расскажи мне все… Почему… У Хён и Минхи вместе? Пять лет? Да ни хрена!», – рассержено рявкнул я. «Почему же мне здесь двадцать один год, если буквально пару месяцев назад только двадцать исполнилось? Рассказывай». Мы сели. «Сехун, ты находишься в том мире, где Минхи тебя никогда не встречала. Все немного иначе. Она все та же, просто не помнит о тебе. В прошлой жизни она знала, что Джейсан должен был быть с ней, но не сложилось… В прошлой жизни вы сделали все, чтобы обыграть судьбу, изменили предписанное будущее. Поэтому теперь судьба будет пытаться испортить вашу жизнь. Во-первых, ты влюбился в не того человека. Вот поэтому сейчас с Минхи твой лучший друг. Тебя это бесит? Что лучший друг не помнит тебя? Что он и твоя девушка влюблены друг в друга? Это все повеление судьбы. Понимаешь, о каких пяти годах она говорила? Все воспоминания об У Хёне и их совместной жизни были сфабрикованы. Чем больше времени вы с ней проведете вместе, тем быстрее ее воспоминания с У Хёном исчезнут. Ты злишься… просто потому, чир не хочешь принимать происходящее. Ты яро это отрицаешь». Я бросил учебники на пол и взъерошил волосы. «Как я ненавижу все это». «Могу сказать одно: ты ее любишь. Знаешь… в этом мире отец Минхи тоже умер, когда ей было шестнадцать. Это единственное, что совпадает с прошлой жизнью. Когда она была сломлена, У Хён поддержал ее, тогда они и начали встречаться. Вот что произошло, по ее мнению. Если будешь рядом, то она вспомнит, как после смерти отца переехала в Сеул. Здесь на тоже видит штрих-коды, но игнорирует их. Мы с Минхи – друзья. И она еще не знает, что с сегодняшнего дня я буду ее хранителем. Я могу рассказать ей о штрих-кодах, но предпочту, чтобы это сделал ты». «Я… Я не знаю, смогу ли подойти к ней спокойно, не схватив за руку, не обняв и не поцеловав ее. Не у верен, что сумею приблизиться к ней, как к посторонней». «Будь сильным ради Дани и вашего будущего с Минхи. Или ты хочешь повторить судьбу ее матери? Отец Минхи тоже обладал этим даром, тоже переродился в мире, где он и ее мать никогда не встречались. Он никому не рассказывал о том, что видит штрих-коды, решил игнорировать их и, в отличие от Минхи, никого не спасал. Наверное, он уже все вспомнил и отчаянно ищет дочь и жену в совершенно другом месте. Я кивнул. Не знаю, что делать дальше. Сейчас в моей жизни сплошной кавардак. Я должен это исправить. Я… так хотел обнять Минхи. Я хотел почувствовать ее тепло и провести пальцами по ее волосам. «Меня может не оказаться здесь завтра. Я стану хранителем Минхи. Но точно еще не уверен в этом», – сказал Сухо. Я кивнул, взяв телефон. Где же все фотографии? Старые сообщения? Все исчезло. Они остались лишь у меня в голове, и ни одного доказательства не сохранилось. Я отложил телефон в сторону и откинулся назад. Завис в прострации. Я так скучаю по ней. «У тебя в шесть фотосессия… Подъем!» – внезапно сказал Сухо. А дальше наступила тишина. Дани спала, никто из нас не хотел ее будить. «А что я рекламирую?» Я вздрогнул от произнесенных слов. Так странно. Что я только что сказал? Будто я одновременно знаю и не знаю, что говорю. «Ты представитель Sunny10, – объяснил Сухо. – Когда смогу, буду отвозить тебя туда, а так добирайся самостоятельно… Бери Дани». «Зачем?» «Ты обычно берешь ее с собой». Сухо помахал руками перед моим лицом: «У тебя остались воспоминания и от этой жизни. Возможно, ты просто еще не открыл их для себя, но они есть». И вдруг у меня в голове появилось видение, как я шел по улицам Сеула, держа на руках свою дочь. Как, только что выйдя из машины, направлялся в сторону агентства. Видел, как мне делали укладку, как девушки крутились вокруг, прежде чем я встал перед камерой и дерзко улыбнулся. Все это казалось таким нереальным. Не помню, чтобы испытывал нечто подобное. «А-ах… да, - я кивнул. - Помню». Я поднял Дани и поцеловал ее в щечку. Почувствовал, как ее ручки коснулись моего лица, она тоже потянулась за поцелуем. Это было неожиданно, но я улыбнулся. «Поцелуй папу, Дани». --------- До агентства добрался без происшествий, попутно вспоминая мелочи. Сухо сидел рядом со мной в машине. За рулем был водитель, думаю, его звали Минсок. Войдя в агентство, я всех поприветствовал. Одна девушка подошла ко мне и протянула руки: «Дани». Я взглянул на ее бейдж. Юра. Кто она такая? Передав Дани, я смотрел, как Юра посадила дочку на стульчик за столом. Она протянула Дани крекер, прежде чем сесть рядом со своим айпадом. Вдруг я вспомнил. Она присматривала за Дани во время фотосессий. Кроме того Юра отбирала и редактировала мои фото перед публикацией. Я сглотнул. Не хотел, чтобы Дани видела в Юре маму… Пусть думает о ней, как о старшей сестре, но не маме. Я вздохнул, когда меня забрали на укладку и макияж. Много времени не потребовалось, чтобы сделать нужное фото. Я стоял перед камерой и слышал: «Сехун, дай мне страсти, уверенности, капельку сексуальности и дерзости!» И, поехали. Фотографа звали Крис, с ним было легко работать. «Слушай, не хочешь закончить фотосессию для Vogue? Мы рано управились, так что в запасе еще целый час. Если сейчас все быстренько сделаем, тебе не нужно будет приезжать на следующей неделе», – предложил Крис. Я кивнул. Все еще не привык к этой модельной суматохе. Но мое тело знало, что нужно делать. --------- Юра подошла с айпадом. «Не волнуйся, Сухо сейчас с Дани. Хм, насчет Vogue… Там сказали, что ты должен быть только в джинсах». Она посмотрела на меня: «Уверена, твои поклонники не будут против открытого пресса. Они уже давно просили об этом». Она похлопала меня по плечу: «Иди». Следующее, что я помню, как стоял перед камерой и, меня чем-то опрыскивали. «Что это?» «Это сделает твою кожу немного блестящей. Фото для летнего выпуска, поэтому они хотят видеть тебя немного вспотевшим. Широкие плечи и грудь, пресс, светлые волосы и пот. У тебя все это есть», – сказала девушка перед уходом. --------- «Идеально! Классно выглядишь!» - Крис улыбался, пролистывая фотографии. «Спасибо за работу! Мы закончили!» Я подошел, натягивая футболку. На всех фотографиях я выглядел… как настоящая модель. Многое нужно было обдумать. Я задавался вопросом: как долго мне придется этим заниматься? Я ничего не имею против такой карьеры, но предпочел бы все же стать психологом. К концу дня я был полностью выжат. По дороге домой Дани дремала у меня на руках. Я перебирал каштановые пряди ее волос. Она пошевелилась во сне. «Мама… Ма… ма…» Я вздохнул и покачал головой. «Мамочка нас не помнит», – прошептал я. Конец 24 главы. ---------- Карамельный макиато Переводчик: lerelei Корректор: Lady-Sea Разбуди меня, когда все… Сехун открыл глаза, когда просигналил будильник. Он молча лежал с каменным лицом. «Да… Разбуди меня, когда все закончится». Он встал и огляделся. Сехун все еще не привык к пустой квартире. Он пошел в комнату Дани и увидел, как она играла с плюшевыми зверушками в своей кроватке. «Доброе утро, малышка», – мягко сказал он. Дани подняла голову и перевернулась, чтобы сесть. Сехун стоял у кроватки. «Поделишься с папой?» – спросил он, указывая на игрушки. Взяв медвежонка, Дани встала и схватилась за перила. «Поцелуй папу». Сехун принял медвежонка и наклонился. Он улыбнулся, когда ручки Дани коснулись его подбородка. Девочка чмокнула его. --------- Сухо пришел ближе к обеду. «Привет, у тебя сегодня фотосессия. Это ненадолго. Минсок ждет снаружи. Дани спит? Я пригляжу за ней». Сехун приехал в студию. Как и говорил Сухо, чтобы сделать нужный снимок, много времени не потребовалось. В этот раз Сехун рекламировал бренд высококачественных солнцезащитных очков. Глаза его были скрыты за темными стеклами, поэтому вся суть была в наклоне головы и в том, как свет падает на лицо. Потребовался всего час, чтобы сфотографировать все очки. Сухо привел Дани. «Она проснулась и заплакала, потому что папы не было рядом», – усмехнулся Сухо. «Я пойду… Увидимся дома? Знаю, что ты ждешь несколько посылок от компаний, так что покараулю курьера». Перед отъездом он попросил Сехуна зайти в любимую кофейню. --------- Дакота проснулась, когда свет упал на лицо. Она поворочалась и потянулась, почувствовав, как руки ее парня крепче сжались на талии. «Нет… еще пять минуток», – пробормотал усталый Ухён. «Малыш, у меня сегодня утренняя смена в кафе, помнишь? Эх… Почему Сун Хи пришлось уехать в Париж?» – она нахмурилась. Дакота вылезла из-под одеяла и наклонилась, чтобы поцеловать Ухёна в щеку, прежде чем встать с кровати и начать собираться. «Во сколько заканчиваешь?» Дакота расчесывала волосы. «В три… Заберешь меня?» «Конечно. Я хочу карамельный макиато… Сделаешь его для меня, детка?» – крикнул Ухён из комнаты. «Если не забуду!» Дакота стояла перед зеркалом и красилась. Она выглядела так, будто не спала несколько дней. «Карамельный макиато… почему он кажется таким знакомым?» – думала она. Ее парень уже давно любит этот напиток, но почему это вдруг показалось таким странным? Может, она недавно где-то слышала о карамельном макиато?.. Она пожала плечами и взяла сумку. «Пока, Ухён!» Дакота шла по улицам Сеула до своей любимой кофейни, где и работала. Она остановилась у гигантского рекламного щита, взглянула на него и увидела светловолосого парня с широкой грудью. Она осмотрела его с головы до ног. «Мы знакомы?» Дакота нахмурилась: «Почему я сегодня такая странная?» – и снова повернулась к щиту. Он же в моей группе в университете. Мы раньше общались? Она долго думала об этом. «Я знаю Сехуна?» Дакота покачала головой и продолжила путь. «Я чувствую, что знаю его, но… мы никогда раньше не общались». Целый день, как обычно, она готовила кофе. И игнорировала все штрих-коды, которые замечала. Дакота росла, видя цифры на коже людей всю свою жизнь. Она не знала, что они значат, по крайней мере, она так думала. Она их игнорировала и даже рассказала об этом парню. Ухён не стал обращать на это внимания: «Все может быть. Не беспокойся об этом, детка» – вспомнила она его слова. Ее день, казалось, шел, как обычно, пока не вошел Сехун. Он держал Дани за руку. Девочка хорошо ходила для годовалого ребенка. Сехун встал в очередь и вежливо улыбнулся фанатам. Он сглотнул, когда заметил Минхи за прилавком. Что бы сделала Дани? Он взял малышку на руки. Сехун вздохнул и понадеялся, что не совершит ничего безрассудного. Дакота подняла взгляд и увидела светлые волосы и молочно-белую кожу. Она смотрела на маленькую девочку, та глядела на нее в ответ. Они смотрели друг на друга несколько минут, прежде чем Сехун заговорил. «Эм… П-простите, Минхи?» Дакота посмотрела на Сехуна. «Д-да?» «Можно мне карамельный макиато и матча латте?» – спросил Сехун. Она кивнула, изо всех сил стараясь скрыть волнение. Дакота подала ему заказ и чуть не ахнула, когда их руки коснулись друг друга. Она почувствовала, как по ее спине пробежался холодок, и заметила, что за этой сценой наблюдал Ухён. Перед тем, как закрыть смену, она приняла еще один, последний заказ. «С тобой все хорошо? Почему этот парень назвал тебя «Минхи»?» – спросил Ухён в машине. «Ты никому не разрешаешь к себе так обращаться, даже мне…» – нахмурился он. «Я не увидела», – сказала она. Сейчас у нее в голове было слишком много мыслей. «Штрих-кода… не было. Я не увидела штрих-код ни у него, ни у ребенка. Там было пусто», – прошептала Дакота. «И то, что он знал мое имя, настораживает». Ухён оглянулся. «Вы встречались раньше?» Дакота покачала головой. «Нет, никогда». Он снова устремил свой взгляд на дорогу. «Хм…» Она обдумывала все, что сегодня произошло. Он заказал карамельный макиато. Почему это… так меня беспокоит? Знал мое имя, хоть мы раньше никогда не встречались. У него нет штрих-кода, как и у его дочери… Я тебя знаю, Юн Сехун? Дакота вздохнула. Было в Сехуне что-то, чего она не могла понять. Как не могла понять и того, почему так много о нем думала. Она чувствовала, что знает его, что у них есть связь. Может, она заблуждается? Может, это все потому, что он модель? Может, потому, что он знаменит? Или, возможно, это известно одной лишь судьбе?.. Конец 25 главы. ---------- Быть сильным Переводчик: lerelei Корректор: Lady-Sea Ожидая окончания урока, Сехун тихонько стучал пальцами по столу. Подняв взгляд, он увидел затылок Минхи и вздохнул. Хотелось бы, чтобы она помнила. Профессор встал с кипой бумаг. «Прежде чем закончим, я собираюсь поручить вам курсовой проект». Группа завыла. «Ха-ха, это еще не все. Вы будете делать его в паре, которую подберем случайно». Группа начала жаловаться. «Вот как это будет: поделимся на две подгруппы. Члены первой получат пустой конверт, а ребята из второй – конверт с номером комнаты или адресом. Вы должны встретиться завтра после пар; до завтра никто не будет знать, кто ваш партнер». Профессор дерзко усмехнулся, раздавая конверты. Сехун посмотрел на пустой конверт перед собой и вздохнул, прежде чем кинуть его в сумку с учебниками. Он встал и ушел за несколько минут до окончания пары. Профессор оглянулся и усмехнулся. «Папины обязанности?» --------- Сухо нахмурился, когда Сехун пришел домой. Он молча сидел и смотрел, как Сехун открыл учебник, пролистал страницы. Быстро написал и, не перечитывая, положил в папку наспех написанное эссе. И отложил сумку в сторону. Сухо наблюдал, как Сехун провел руками по своим светлым волосам. Прямо у него на глазах парень начал рыдать. Сехун плакал. Он изо всех сил старался сдерживаться. «Хён… я не могу… не могу просто смотреть, как Ухён целует, обнимает ее, как они касаются друг друга или обмениваются взглядами через аудиторию каждый день… Это сводит меня с ума». Сехун стукнул кулаками по стойке. «Ты сожалеешь, что влюбился в нее?» Сехун поднял голову. Он подошел и схватил Сухо за воротник. «Не смей задавать мне такой вопрос», – рявкнул он. Сухо бросил на него взгляд. «Х-хорошо». Сехун отпустил его и вздохнул. «Я ни о чем не жалею. Если бы встретил Минхи в другой жизни, то был бы счастлив. Я бы опять поцеловал ее под дождем. Снова влюбился бы в нее… Даже если придется второй раз пройти через все это», – пробормотал он. «А ты хоть пытаешься?» Сехун поднял взгляд. «Я… порой это настолько больно, что я думаю, не пора ли действовать? Если просто подожду, вспомнит ли она сама? Не знаю. Хотел бы, чтобы это сработало. Я готов исчезнуть на год, а потом снова появиться, чтобы Минхи уже вспомнила меня. Я готов на это пойти. Но не могу… Я живу в мире, где у меня уже есть карьера и дочь, о которой нужно заботиться. Но меня бесит, что с каждым днем Минхи и Ухён влюбляются все больше и больше». Сухо кивнул. «Извини, я не могу понять, что ты чувствуешь и какую боль испытываешь». Он откинулся назад. «Если судьба позволит, может, вы снова будете вместе… Снова полюбите друг друга, но пока… Судьбе по нраву то, что она сейчас с Ухёном». Сехун глубоко вздохнул и сел, оглядываясь. Он скучал по общежитию, по комнате, которую делил с Минхи. Он скучал по ее лицу, по ее прикосновениям. Сехун уставился в свой телефон. Было странно видеть стандартную заставку. Он так привык к обоям с Минхи. По неизвестной причине на него внезапно нахлынули все воспоминания. От их первой встречи до первого поцелуя; от первого свидания до того, как раздался плач Дани. Все. Это все вернулось к нему. Будто было недостаточно той боли, что он испытывал сейчас. Ему захотелось снова зарыдать, но не вышло. Неужели я так сильно плакал, что на это больше нет сил? Сехун мысленно ударил себя. Часть Минхи все еще живет в его воспоминаниях. Минхи, в которую он влюбился. Та Минхи, которой нравился кофе с тремя кубиками сахара без сливок. Часть Минхи есть и в Дани. Он должен быть сильным ради нее. Ему нужно бороться, чтобы вернуть Минхи. Или как потом объяснять Дани, что мама их не помнит? Он встал и потянулся. Пришло время действовать. «Я должен вернуть Минхи во что бы то ни стало», – сказал себе Сехун. Он вошел в комнату Дани и увидел, как дочка ворочалась перед тем как проснуться. Она поерзала и поднялась, держась за перила. Когда Сехун подошел, Дани сняла заколку с волос. Она поднесла заколку к волосам Сехуна. «Для меня?» Дани держала заколку, пока он не взял ее. «Для папы?» – спросил Сехун. Дани что-то невнятно пробормотала, затем указала на его голову, а потом села и дотронулась до своей. Сехун заколол ей волосы. «Думаю, тебе она больше подходит, малышка», – мягко сказал он. Он выпустил Дани и дал ей побродить по гостиной. Сехун улыбнулся, когда она подошла и положила свои ручки ему на колени. Она бормотала, но Сехун не мог ничего разобрать. Однако его сердце радовало, что дочка разговаривает с ним. Сехун поднял и обнял ее. Сухо вышел за кофе, поэтому они с Дани были дома одни. Дани обняла его за шею своими крохотными ручками, когда Сехун уткнулся лицом ей в плечико. «Я так сильно тебя люблю». --------- На следующий день встревоженный Сехун шел домой после пар. Он не хотел, чтобы его партнером оказался Ухён. Не хотел в партнеры и девушек, что сидят за ним – он им слишком нравился. Сухо дома не было. Сегодня за Дани приглядывает только Сехун. Он уложил ее в кроватку перед уходом на пары, к счастью, малышка еще спала, когда он вернулся. Он, наверное, разбудил ее, когда захлопнул входную дверь. Сехун растерялся, услышав плач. Он побежал в ее комнату и увидел, что Дани сидит, потирая глазки. «Папа разбудил тебя? Прости-и-и…» – он взял девочку на руки и чмокал в щечки, пока она не перестала плакать. Сехун поднял голову, когда зазвонил дверной звонок. Он подошел к входной двери с Дани на руках. Открыв дверь, он увидел Минхи, держащую конверт. «А-319?» – спросила она. Они встретились взглядами. Даже Дани смотрела в ответ. --------- Дакота подняла взгляд и увидела, что дверь открывает блондин. «А-319?» – спросила она. Минхи посмотрела на его лицо. Сехун? Она молча смотрела на него, как вдруг что-то промелькнуло в ее голове. Постойте…Разве такого уже раньше не случалось? Когда я подошла к своей комнате, то увидела его с конвертом. «А-319?», – спросил он. Взглянув в свой, я кивнула. «А-319», – прошептала я. Он был таким же, как и я – тихим и молчаливым. Первые недели были неловкие. Нам потребовалось время, чтобы привыкнуть друг к другу и начать общаться. Но когда мы наконец сделали это, все наладилось. Дакота стояла перед дверью, когда это воспоминание промелькнуло у нее в голове. «Мы… мы раньше встречались?» Сехун уставился на нее и, запинаясь, сказал: «Т-ты помнишь?» Конец 26 главы. ---------- Воспоминания Переводчик: lerelei Корректор: Lady-Sea Сехун, запинаясь, сказал: «Т-ты помнишь?» Я в замешательстве почесала затылок. «А… я… не знаю. Прости, неважно. В последнее время странно себя веду», – пробормотала я. «Полагаю, ты мой партнер по проекту?» Я взглянула на кроху, что он держал в руках. Она все смотрела на меня, и я улыбнулась. Сехун опустил девочку на пол и предложил взять мою сумку с учебниками. «Думаю, нам стоит приступить к написанию проекта, – сказал он, приглашая в свою квартиру. – Заходи». Я вошла и огляделась. Его дочка просто следовала за мной, продолжая смотреть на меня, и я не знала, что делать. «Я Дакота…» – сказала я. Он обернулся. «Минхи Парк». Я снова посмотрела на него. Как он узнал? Я никому не говорила своего второго имени. «Я представлялась тебе ранее?..» Я так и не смогла вспомнить, говорила ли с ним, но все равно хотела уточнить. Сехун положил мои вещи на барную стойку. «Тебе интересно, откуда я его знаю»? Я приподняла бровь и пожала плечами. Мы сели на кухне друг напротив друга. Он открыл стоящий на стойке макбук и начал набрасывать идеи. Его дочка сидела рядом на детском стульчике и все время молча смотрела. Кусочек яблока, который она жевала, не давал говорить. Проглотив, она забормотала. «Как ее зовут?» Сехун отвлекся от своего ноутбука. «Дани… Дани Мина Юн». Я кивнула. «Красиво имя». Меня сбили с толку ее инициалы. Почему они такие же, как и у меня? Я вздохнула и покачала головой. Это простое совпадение. «У нас два варианта, о которых стоит написать, – сказал Сехун. – Мы пишем эссе… Верно?» Я кивнула. «Конечно. Думаю, стоит взять вариант А: «Полюбите ли вы свою вторую половинку в следующей жизни?» Написать о знакомстве и любимом воспоминании…» Я посмотрела на лист, который был в конверте, затем прочла надпись, сделанную мелким шрифтом: «Я буду тщательно проверять. Если вы действительно любите человека, это будет чувствоваться в ответе. Ограничение: две тысячи слов. Удачи! Профессор Ли (Профессор психологии)». Я посмотрела на Сехуна. «Как звучит? Эссе на две тысячи слов о твоей второй половинке, – сказала я. – У тебя есть девушка или типа того?» Я посмотрела на Дани. Сехун опустил глаза на свой лист. «Ага…» – мягко сказал он. Затем встал. «Хочешь кофе?» Я улыбнулась. «Да, спасибо». Я наблюдала, как он просматривает полки. Он потянулся к упаковке с надписью «Ванильный кофе». «Ванильное кофе с тремя кубиками сахара?» – спросил он, протягивая мне чашку. Я сделала глоток и поставила чашку. «Как ты узнал?» «Хм?» «Как ты узнал, что мне нравится ванильный кофе с тремя кубиками сахара?» – прошептала я. Тогда показалось, что мир остановился. Что-то снова промелькнуло у меня в голове. Я кое-что увидела… Увидела две чашки на полке. На одной из них бледно-розовый узор губной помады. Я видела, как Сехун просыпается утром, чтобы сварить нам кофе. Ванильный кофе с тремя кубиками сахара без сливок для меня и кофе по-французски с двумя кубиками и сливками для себя. «Минхи?» Сехун посмотрел на меня, наклонив голову. «Эй… Ты в порядке?» «Тебе… случайно не нравится кофе по-французски с двумя кубиками сахара и сливками?» Он медленно кивнул. «Что за вопросы? Это так странно», – сказал он, будто мы вечность знаем друг друга. Я молча постучала пальцами по стойке. Ага, что за вопросы? Я снова подняла взгляд, когда Дани начала бормотать. Кое-что из ее речи я могла понять. «Папа… Па… Па…» Она положила заколку перед собой. Наконец-то она доела тот кусочек яблока. Я не могла сдержать улыбку. Она была той еще очаровашкой. В её лице легко угадывались черты Сехуна. Мне было интересно, кто ее мама. Должно быть, тоже красотка. Кроха взяла заколку для волос и поднесла ко мне. «Ма… Мама… Ма…» Сехун покраснел. «Дани…» Я усмехнулась. «Дани… Эм… Я не твоя мама». Я посмотрела на Сехуна. «А где она?» «Ближе, чем ты думаешь… Уверен, ты с ней поладишь», – с легкостью сказал он. Я вздохнула и посмотрела в его ноутбук, чтобы узнать, что он напечатал. Ее зовут Минхи. Мою любимую зовут Минхи. Она самая красивая девушка, которую я когда-либо видел. Мы познакомились в университете два года назад и были соседями по комнате. Мы оба учились на психолога. Каждая история любви прекрасна, но наша – самая ценная. Если бы я встретился с Минхи в другой жизни, я бы подружился с ней снова. Я бы еще раз влюбился в нее и снова бы поцеловал под дождем. Я назвал бы ее своей принцессой, и, возможно, смотрел с ней на звезды, держась за руки. Я бы сказал, как она прекрасна по утрам с распущенными волосами. Каждую неделю я приводил бы ее в любимую кофейню и рассказывал ей что-то, что заставляло бы ее улыбаться. Я бы сказал, что несмотря на все ее недостатки все еще люблю ее. Я бы продолжал каждое утро варить ее любимый кофе: ванильный с тремя кубиками сахара и без сливок. Она не была изнеженной и не носила все время платья, но когда нужно было, выглядела, как королева. Ей нравилось, когда, глядя ей в глаза, я называл ее «моя Минхи». Это было похоже момент, когда я в первые увидел ее. Я сказал бы, как мне повезло, что у меня есть она. Рассказал бы ей все это и проводил время только с ней. Я снова и снова переживал бы каждые моменты, проведенные вместе. Я сделал бы все, чтобы она вновь вспомнила меня… Я люблю ее больше всего на свете. «Что с ней случилось?» – непринужденно спросила я. Было безумно, что мы с ней так похожи. Может, это просто совпадение? Сехун… Кто он такой? Что с его дочкой? Когда я смотрела на них, то не видела штрих-кодов, и это беспокоило. Я знала только, что не должна его игнорировать. У меня всплывали воспоминания о нем, которых не было на самом деле, и я задавалась вопросом – почему? Сехун посмотрел на меня. «Ты не поймешь», – тихо сказал он. Мы подготовили половину проекта. Я сказала, что остальное закончу дома. В машине я сидела молча, пока Ухён вез меня домой. Я не рассказала ему ни о Сехуне, ни о том, что он что-то знал обо мне. Я должна бояться? Испытывать страх? Или любопытство? Я пожаловалась Ухёну на головную боль, и он оставил меня одну в комнате. Еще больше меня напугало то, что когда я закончила обдумывать все это… забыла, где мы впервые поцеловались. Будто этого воспоминания и не было. Будто я пытаюсь вспомнить то, чего вообще не происходило. Я сидела в шоке, пытаясь вспомнить. И не могла… Я не могла вспомнить наш первый поцелуй с Ухёном… Конец 27 главы. ----------