21:00, одна обольстительная ночь.

После бурного девичника,

будущий муж Тан Нин забрал её и привёз в свою квартиру. Наконец, придя в

чувство, она заставила себя раскрыть глаза, сдерживая мучительную

головную боль. По мере того, как её зрение прояснялось, она могла

разглядеть фигуру мужчины и женщины, которые пылали страстью в тускло

освещенной комнате.

Подобно удару молнии, Тан Нин была поражена и

в шоке смотрела, как они продолжали целоваться у ее постели. Внутри неё

вскипал гнев…

«Юйжоу, прекрати, Тан Нин только что уснула!» — предупредил мужчина, придерживая женщину за талию.

«Что?

Ты боишься, что твоя невеста проснется?»,- Мо Юйжоу раздраженно

ответила: «Завтра ты женишься. Почему бы тебе сегодня не остаться со

мной?»

«Малыш, ты такая заноза, идём в другую комнату»,- мужчина соблазнительно улыбнулся.

«Нет,

я хочу прямо здесь! Я хочу сделать это прямо перед ней!»,- Мо Юйжоу

быстро расстегнула верхнюю пуговицу на рубашке мужчины, их губы снова

сцепились в поцелуе.

Тан Нин пыталась сдержать слезы, но

чувствовала, как они медленно стекают по ее лицу. Кто бы мог

подумать,что её будущий муж станет изменять ей вот так.

«Веди себя хорошо, пойдем в ванную. Разве ванная не твоё любимое место?»

«Так

и быть, тогда для начала пойди и наполни ванну…»,- Мо Юйжоу толкнула

мужчину в грудь. Как только мужчина вышел из комнаты, она направилась к

Тан Нин. Наклонившись с холодной ухмылкой, она прошептала: «Тан Нин, я

не позволю тебе и Юй Фаню завтра расписаться. Я беременна, он мой!»

Тан

Нин сжала руку в кулак, когда она сдерживала свои эмоции — осторожно,

чтобы не издавать ни звука. Только когда она услышала стоны этой пары,

исходящие из ванной, она почувствовала, что ее мир рассыпался на куски.

Три

года назад Тан Нин была лучшей моделью Пекина. Но из-за этого мужчины

она бросила всё, отдав свою с трудом полученную позицию Мо Юйжоу. Как

выяснилось, все это время она была просто «запасным вариантом». Нет!

Это, должно быть, сон, просто ужасный кошмар, завтра все вернется к

норме!

Тан Нин продолжала лгать себе. Ближе к полуночи Мо Юйжоу

пожаловалась на плохое самочувствие, и они с Юй Фанем ушли из отеля. При

этом Хань Юй Фань должен был уйти и не вернуться …

Но завтра должна состояться свадьба!

На

следующий день, как и планировалось, Тан Нин с горькой улыбкой поехала в

загс. Когда она вышла из своей машины, она позвонила Хань Юй Фаню

позвонить. Голос на другом конце провода холодно ответил: «Мо Юйжоу

пострадала на сцене, мне нужно сначала разобраться с этим. Отложим

регистрацию на другой день».

«Другого дня не будет», — Тан Нин разочарованно сказала сама себе.

Тан

Нин обернулась и надела солнечные очки, готовясь уйти, но в этот момент

её привлек высокий силуэт, направлявшийся к ней. Она не могла не

заметить темно-синий ретро-костюм, который подчёркивал мужское тело под

ним и красный платок, торчащий из кармана на груди. Сместив взгляд

пониже, Тан Нин увидела пару идеально ровных ног, ведущих к паре только

что отполированных коричневых кожаных ботинок, блестящих на солнце.

У этого человека … была такая мощная аура, как у средневекового короля!

Чем

ближе он подходил, тем очевиднее становились, хотя на нем и были

солнцезащитные очки … его совершенное лицо и сексуальные губы, сводящие с

ума любую женщину.

Тан Нин узнала этого человека, он был

генеральным директором «Хай Жуй Энтертейнмент» — Мо Тин. Они встретились

однажды на балу, когда она еще была известна.

Он тоже сегодня женится?

«Президент, мисс Чи, не прибыла вовремя … она опаздывает на 10 минут!»,- сказал помощник подле него.

«Позвоните

семье Чи и скажите им: если они даже не могут вовремя прибыть на

свадьбу, тогда могут вообще не появляться», — холодно ответил мужчина.

«Но,

председатель сказал, что вы должны жениться сегодня же, несмотря ни на

что. Даже если женитесь на трансвестите, ему было бы все равно …»,-

робко ответил помощник.

«Тогда просто случайно выберите даму из

светских семей … Я даю вам полчаса …»,- приказал мужчина. Он казался

немного безрассудным.

Ох … он столкнулся с подобной дилеммой … хотя и немного другой.

Мо

Тин обладал такой мощью, он мог просто выбрать любую женщину, которую

хотел. И как у большинства завидных женихов, любовь не была его

приоритетом, его приоритет заключался в том, чтобы справиться с

давлением со стороны его старших, требующих женитьбы.

Внезапно к

Тан Нин пришла идея. Сняв солнцезащитные очки, она подошла к нему и

мягко предложила: «Президент Мо, твоя невеста не пришла, и мой жених

сбежал, может быть… поженимся?»

Помощник Мо Тина застыл в недоумении, как эта женщина осмелилась…?

Тан Нин стояла там, полная уверенности, она собрала всю свою храбрость, чтобы сделать предложение.

Мо

Тин снял свои солнцезащитные очки, явив пару темных, как чернила, глаз;

его зрачки мерцали, как алмазы. Через мгновение он повернулся к своему

помощнику и сказал: «Мне нужны подробности!»

Конечно, помощник

Мо Тина уже знал, кто такая Тан Нин. Он быстро схватил свой мобильный

телефон, быстро нашёл имя Тан Нин и предложил результаты своему боссу.

Через две минуты губы мужчины слегка дрогнули, когда он ответил одним

словом: «Хорошо!»

Тан Нин считала, что встреча с Мо Тином была

самым удачным, что могло с ней случиться. У него не было причин

использовать женщину, и он не нуждался в любви, и лучше всего, у него не

было недостатка в женщинах для секса.

В конце концов, она хотела, чтобы Хань Юй Фань пожалел о своем решении!

Свадебные

процедуры были обработаны быстро. Всего через полчаса Тан Нин держала в

руках свидетельство о браке. Отныне она была замужней женщиной.

«Президент Мо, может быть, поговорим?»

«Забирайся в машину!».

Мо Тин снова надел солнцезащитные очки, когда вышел из загса.

Тан

Нин шла подле него. Сев в «Роллс-Ройс», она нервно посмотрела на Мо

Тина, прежде чем заявить: «Спасибо, что женился на мне. Если тебе нужно

что-нибудь от меня взамен, скажи мне, я сделаю все, но у меня есть два

простых запроса: надеюсь, что ты сможешь мне это пообещать».

«Выкладывай»,- Мо Тин устало откликнулся, когда он ослабил галстук.

«Во-первых,

если только у тебя нет иного выбора, не выставляй напоказ наши

отношения. Во-вторых, не вмешивайся в мои личные дела. Не волнуйся,

поскольку мы женаты, я не буду связываться с другими мужчинами».

Выслушав

просьбы Тан Нин, Мо Тин слегка усмехнулся. Опасная аура прокатилась по

машине: «Обещаю… но, после того, как я дам тебе время, чтобы разобраться

с твоим прошлым, я хочу, чтобы у нас был пробный брак. Через 6 месяцев я

официально объявлю о нашей женитьбе».

«Спасибо!» Тан Нин кивнула.

«Кроме

того … Я не верю, что супружеская пара должна жить раздельно! Я даю

тебе три дня, чтобы собрать все свои вещи и переехать ко мне. Мой

помощник свяжется с тобой».

У Тан Нин не было возражений.

Поскольку они теперь состояли в браке, такая просьба была разумной.

Поэтому она послушно кивнула головой и ответила: «Я согласна!»

«Хорошо!»

После

того, как двое составили свое устное соглашение, Тан Нин вышла из

машины Мо Тина и ушла. Помощник Мо Тина сел на место водителя и

посмотрел на своего босса через зеркало заднего вида: «Президент, мы

возвращаемся в офис? Или вы хотели бы вернуться в особняк, чтобы

рассказать председателю новости?»

«Следуйте за Тан Нин и докладывайте обо всех её движениях!»,- Мо Тин приказал, прежде чем выйти из машины.

Внезапное предложение пожениться — должно быть что-то случилось!

Как

президент международного агентства развлечений, конечно, он уже слышал о

Тан Нин. Когда-то знаменитая модель, три года назад, она неожиданно

отвергла предложение от главного агентства развлечений Star King, в

результате чего она попала в черный список. В конце концов, она

объявила, что подпишет контракт с Тяньи Entertainment и её связь с

боссом Хань Юй Фанем стала темой горячих обсуждений.

Так началось падение супермодели …

Но, судя по всему, история Тан Нин на этом не заканчивалась.

…

Честно

говоря, Тан Нин никогда не осознавала, что она такая смелая – она на

самом деле только что вышла замуж за незнакомца! Но, что сделано — то

сделано, она никогда не станет жалеть о своем решении.

Тан Нин

вернулась к своей машине. Когда она собиралась завести двигатель и

отправиться домой, она получила телефонный звонок от Хань Юйфаня.

«Тан Нин … где ты сейчас?»

«Перед загсом, собираюсь ехать домой», — небрежно ответила Тан Нин, скрывая свои эмоции.

«У

Юйжоу сегодня очень важное шоу … мне нужно, чтобы ты немедленно

заменила ее. Я скажу визажисту разобраться с мейкапом — никто не узнает,

что это ты»,- Хань Юйфань говорил тоном начальника. «Поскольку Юйжоу

пострадала, и тебе придется немного пострадать …»

«Разве ты не говорил, что мисс Мо пострадала на сцене? В таком случае СМИ уже должны были узнать, что она в больнице …»

«Но

я уже попросил кое-кого позволить ей выступать, она все равно будет

присутствовать даже с ее травмами. Я сказал тебе идти, так что ты

идёшь!»

Он был таким бесстыдным. Раньше Тан Нин уже занималась такими глупыми вещами ради Мо Юйжоу.

Кажется, ею пользовались. Однако она собиралась это прекратить!

Тан Нин оставалась спокойной: «Хорошо, скажи мне время и адрес, и я буду там».

«Тан Нин, мы скоро поженимся. Помоги Юйжоу, ее карьера сейчас в зените».

«Я обязательно помогу ей…» Тан Нин ответила со скрытым смыслом.

«Тогда я вешаю трубку. Позже пообедаем вместе».

Хань

Юйфань понятия не имел, что игра перевернулась, скорее всего, сейчас он

сидел у постели Мо Юйжоу, нежно наблюдая за своей любовницей… Тан Нин

повесила трубку, прежде чем позвонить своему менеджеру. Ее менеджер

сразу же откликнулась:

«Президент Хань хочет, чтобы ты замещала

эту второсортную модель, он шутит? Если бы ты не решила отступиться от

карьеры модели, она бы даже не выжила в индустрии».

«Лун Цзе, я уже согласилась …» спокойно ответила Тан Нин.

«Тебе

действительно нужно идти?»,- ее менеджер извергалась желчью в

недоумении. Тан Нин и Мо Юйжоу были моделями на контракте с Тяньи

Энтертейнмент, но из-за решения всё бросить, Тан Нин потянула своего

менеджера на дно.

Тан Нин знала, что ее менеджера волнуют

несправедливости, которые она терпела. Успокоившись, она ответила: «Я

больше не буду такой глупой, я не позволю им использовать меня!»

Услышав эти слова, лицо ее менеджера озарилось: «Итак, ты хочешь сказать, что у тебя есть план?»

«Лун Цзе, отныне я могу только доверять тебе, ты мне поможешь?»

«Говори»,- её менеджер была лояльной к ней. В конце концов, они разделяли общую цель.

«Мо

Юйжоу так отчаянно пытается убедить СМИ, что она участвует в шоу даже с

ее травмами, потому что она не хочет, чтобы это повлияло на ее

претензии на «Премию десяти лучших моделей». Помоги мне посетить

больницу Тянь Хэ».

«Я вижу, к чему ты клонишь. Получить

доказательства того, что она все еще была в больнице во время шоу и

выставить это на публику!» — менеджер взволнованно улыбнулась.

«Нет,

у меня важная новость: она беременна, а ребенок от Хань Юйфаня. Также

помоги мне подготовить заявление о том, что Хань Юйфань использовал меня

несколько раз, чтобы заменить Мо Юйжоу во время ее показа. Что касается

тех шоу, ты поможешь мне раздобыть доказательства».

Сначала

менеджер была удивлена, но быстро поняал, почему отношение Тан Нин

изменилось. Такая бесстыдная измена! Они не только обманывали, но и

использовали Тан Нин – использовали ее, как марионетку.

«Не волнуйся, Тан Нин, я помогу тебе с этим».

Тан Нин не ответила. Она чувствовала себя необычайно спокойной. Она собиралась отплатить ему той же монетой.

Прояснив

свои мысли, Тан Нин быстро собрала свои вещи и поехала к месту

проведения шоу, чтобы встретиться с помощником Мо Юйжоу.

Он был женатым человеком с громоздким телосложением и хитрым характером.

Он был достаточно вежлив с Тан Нин. Даже несмотря на то, что она уже не была знаменита, семья Тан всё ещё держалась на плаву.

«Почему так долго? Быстро … иди и получай свой макияж …»

«Что за шоу сегодня?» — спросила Тан Нин, когда она спешила по коридору.

«Ничего особенного!» — ответил помощник. Фактически, это было шоу для знаменитого французского бренда ювелирных изделий, HF.

После

этого шоу Мо Юйжоу получила бы возможность стать представителем HF.

Первоначально Мо Юйжоу должна была потерять такую возможность из-за ее

травм, но к предложению использовать Тан Нин у Мо Юйжоу, конечно, не

было возражений.

По пути Тан Нин уже узнала, что сегодня за шоу: Ювелирное шоу «Звезда короны».

Помощник Мо Юйжоу сознательно солгал ей. Неужели её всегда было так легко водить за нос?

«Благодаря

нынешнему статусу Юйжоу у вас есть собственная гримерка, вы появитесь в

самом финале, и вот это будет украшение, которое вы представляете. Вот

график …» — объяснил помощник, указав на ювелирные изделия на сцене.

Затем он указал визажисту начинать.

Неужели Хань Юйфань действительно думал, что люди не смогут узнать её под маской.

Хотя её намерения были довольно жесткими, она собиралась преподать паре изменников урок на всю жизнь.

Тем

временем помощник Мо Тина следил за каждым движением Тан Нин и

подслушал, что она заменит Мо Юйжоу на шоу. Он сразу же сообщил все Мо

Тину. Как только Мо Тин узнал, он приказал своему помощнику: «Я

собираюсь на ювелирное шоу HF, немедленно договорись».

«Да, президент!»

Это было не такое уж особенное шоу, но он хотел увидеть Тан Нин в деле.

…

11 утра, классическая музыка звучала у стен «Хай И Центра», шоу начиналось.

Макияж

Тан Нин был завершен, и теперь она стояла перед зеркалом гримерки в

ожидании. Белое, плотно облегающее длинное платье, простое, но стильное,

красивая позолоченная маска, придающая ауру загадочности, волосы,

увязанные с лица одной белой розой — она была совершенно ошеломляющей …

Помощник

молчал. Про себя он думал: «Даже если Тан Нин будет стоять на месте,

она наверняка привлечёт внимание всех вокруг. Мо Юйжоу наверняка получит

контракт!»

«Вы попадёте на сцену на стуле, который будет опущен

сверху. Этот браслет — это Звезда Короны, позвольте мне надеть его на

вас». Помощник расстегнул браслет и аккуратно положил его на руку Тан

Нин. Однако … Тан Нин была стройнее Мо Юйжоу, в результате чего браслет

был слишком велик. С поднятием руки браслет соскользнет…

Этот

браслет был создан основателем HF для его любимой дочери. В середине

золотого браслета была корона, инкрустированная белым бриллиантом. На

двух сторонах короны были две звезды, сделанные из чистого и

безукоризненно белого драгоценного камня — как два родителя, защищающих

их драгоценного ребенка.

«Ты не можешь нести его … что мне делать?»

«Ты мне доверяешь?»,- Тан Нин вдруг спросила помощника Мо Юйжоу.

«В

этот момент мне ничего другого не остаётся», — кивнул помощник. Без

решения сверху он мог доверять только модели. Это была возможность для

Юйжоу, если он всё испортит, президент Хань определенно уволит его.

«В таком случае, оставь его мне…» — успокоила его Тан Нин.

«Поторопитесь, готовьтесь … вы скоро выходите на сцену!»

Среди всей суматохи помощник не обратил внимания на взгляд Тан Нин.

Тан Нин улыбалась, когда она кивнула, слегка задрав платье, и

двинулась к задней части сцены. Под маской, единственной заметной

отличительной чертой между Тан Нин и Мо Юйжоу, были бы её ноги. Ноги Тан

Нин когда-то были известны как одни из самых красивых в мире.

Когда

все думали, что шоу достигло своего апогея, Тан Нин изящно опустилась

появилась на сцене, сидя на стуле. Все прожекторы сразу же

сосредоточились на ней …

…но

… Звезду Короны нигде не было видно …

Что происходит?

Глаза

присутствующих отчаянно забегали в поисках Звезды Короны. Из-за этого

многие люди не могли не заметить ее прекрасные бледные длинные ноги …

Ноги такие красивые, они были незабываемы …

Когда

все собирались сдаться, под загадочной золотой маской обнажилась

улыбка. Тан Нин элегантно подняла руку, наклонила голову назад и подняла

левую ногу. В тот момент, из-под белого платья по ее гладким ногам

соскользнула Звезда Короны, остановившись вокруг лодыжки Тан Нин,

великолепно сверкая.

Вау…

Все замерли в изумлении, видя

сцену перед ними. Зрелище Тан Нин, лежащей на стуле, плавно переходящей с

одной позы к другой, было незабываемым. Самым впечатляющим из всего

было то, что каждая поза Тан Нин представляла Звезду Короны в другом

свете; демонстрируя её красоту снова и снова …

Публика поднялась на ноги и стала аплодировать.

Среди

толпы, из высокой, но скрытой позиции, взгляд Мо Тина был сосредоточен

на Тан Нин. Его новая жена, в прошлом топ-модель Пекина, подменяла здесь

модель B-класса.

Не было никакой разницы, 3 года назад или 3 года спустя, она была все той же моделью – рождённой для подиума…

После

финальной позы Тан Нин, шоу подошло к удовлетворяющему концу.

Основатель HF был чрезвычайно впечатлен ее выступлением. Конечно, он не

знал, что модель на сцене — Тан Нин; он все еще считал, что это была Мо

Юйжоу.

Он появился из-за сцены и подошел к Тан Нин. Как

джентльмен, он протянул руку, помогая Тан Нин встать со стула, и провел

ее к передней части подиума, где они с благодарностью поклонились

зрителям.

«Спасибо всем, и, конечно же, благодарю вас, мисс Мо за впечатляющее выступление, оно было выдающимся».

Тан

Нин молчала. Она просто ответила кивком. Внезапно спереди подиума

раздался высокий голос: «Это не Мо Юйжоу, я встречал Мо Юйжоу в

реальности, и у нее не такие длинные ноги!»

В тот момент все

были ошеломлены, когда они посмотрели на ноги Тан Нин с сомнением: «Если

вы действительно Мо Юйжоу, тогда снимите свою маску, а если нет, то

Тяньи Энтертейнмент — кучка лжецов!»

Голоса сомнений умножались и становились все громче. Даже дизайнеры HF начали сомневаться, была ли перед ними Мо Юйжоу.

«Мисс

Мо, пожалуйста, снимите маску …»,- даже дизайнерам HF было любопытно.

Это действительно Мо Юйжоу? Если это не она, то их сотрудничество с

Тяньи Энтертейнмент будет прекращено.

Тан Нин колебалась, но она

уже была окружена. Не имея другого выбора, она медленно сняла маску. В

этот момент все затаили дыхание. При виде ее лица некоторые сразу узнали

некогда знаменитую модель …

«Это Тан Нин!»

Ходили

слухи, что после того, как Тан Нин была внесена в черный список, ее

статус резко ухудшился. Она была в куда более плачевном состоянии, чем

модели без контракта. Кто бы мог подумать, что она опустится так низко,

чтобы выступать вместо кого-то другого. Преднамеренно ли она создавала

ажиотаж или была вынуждена из-за ее нынешней ситуации?

«Тан Нин, это на самом деле Тан Нин». Журналисты быстро окружили Тан Нин, не давая ей бежать.

«Мисс

Тан, не могли бы вы объяснить нынешнюю ситуацию: Мо Юйжоу была

приглашена выступить на сегодняшнем шоу, но как получилось, что это вы?»

«Из того, что мы знаем, вы были занесены в черный список 3 года

назад. Вы пытаетесь воспользоваться этой возможностью, чтобы объявить о

вашем возвращении?»

«Как некогда знаменитая модель, вы пытаетесь перенять работу Мо Юйжоу? Вы пользуетесь ее травмой и украли ее возможность?»

«Очевидно, вы просто пытаетесь создать ажиотаж, я знал это. Знаменитая супермодель! Больше похожа на знаменитую супер-дешёвку!»

Вопросы репортеров становились все более и более интенсивными, на самом деле, некоторые из них уже содержали оскорбления.

«Дешевая модель …»

«Юйжоу должна быть представителем, отдайте все ей!»

Тан

Нин была вынуждена отступить, когда журналисты окружали ее. Некоторые

даже толкали ее. В этот момент HF внёс свою лепту: «Я засужу Тяньи

Энтертейнмент, то, что вы сделали, это вопиющая ложь! Я просил Мо Юйжоу,

а вместо этого вы подсунули мне второсортную модель». Дизайнер понятия

не имел, как знаменита Тан Нин была 3 года назад. Все, что он знал, это

то, что модель не появлялась где-то в последние годы.

«Что

касается вас, увидимся в суде! Ну а сейчас, проваливайте, вы не

заслуживаете того, чтобы стоять на моем подиуме!»,- закричал он.

Резкий

голос эхом отразился через здание, даже репортеры были удивлены. Вряд

ли какая-то модель просто стояла бы там и позволяла кому-то кричать на

неё вот так.

«Почему ты все еще здесь? Вали отсюда!»

Тан

Нин уже готовилась к этому моменту, но все же изо всех сил старалась

снести унижение. Именно в этот момент из конца сцены раздался глубокий,

привлекательный голос: «Да, кто-то действительно должен свалить отсюда…»

В удивлении, репортеры обратились к источнику голоса. Там, в

конце сцены, стоял Мо Тин. Глаза всех присутствующих широко распахнулись

… Разве это не генеральный директор Хай Жуй Энтертейнмент? Что он здесь

делает?

Самое главное, почему он стоит на сцене? Это был

известный факт, что Мо Тин презирал артистов. Тан Нин копает себе

могилу. На этот раз даже Хай Жуй не может остаться в стороне.

Все

затаили дыхание в уверенности, что у Тан Нин будут проблемы. Но к их

удивлению, Мо Тин подошел к Тан Нин и встал рядом с ней. С пугающим

тоном короля он повернулся к дизайнеру и продолжил: «… но это не она …

это ты!»

«Я могу заставить HF исчезнуть из Пекина, если захочу.

Твои манеры, похоже, находятся на уровне, отличном от твоих

драгоценностей».

Сердце Тан Нин остановилось на мгновение. Кто

бы мог подумать … ее новый муж, которого она встретила в третий раз,

заступится за нее.

Все репортеры были ошеломлены. Если бы они знали ранее, что Тан Нин имела связи с Хай Жуй, они бы не были такими грубыми.

Дизайнер

HF не был впечатлен, но он знал, что не может оскорблять Хай Жуй

Интернейшенал. После нескольких мгновений молчания он неохотно

извинился: «Извините, президент Мо. Я не знал о ваших отношениях с …»

«Ты

ошибаешься, у меня нет с ней никаких отношений. Я просто … возмущен

твоим характером!»,- Мо Тин отрицал его отношения с Тан Нин и готовился

уходить. Но прежде чем он ушел, он обернулся и объявил репортерам: «Но

одно я могу сказать точно, она определенно станет восходящей звездой

модельной индустрии!»

Представители СМИ были в исступлении. Что имел в виду Мо Тин? У него

есть намерения подписать контракт с Тан Нин? Это какая-то шутка?

Какими

бы ни были объяснения, репортеры больше не осмеливались цепляться к Тан

Нин. Вместо этого они переложили всю вину на Тяньи Энтертейнмент.

Таким

образом начались проблемы Тяньи Энтертейнмент, и помощник Мо Юйжоу был

тем, кто непреднамеренно спровоцировал их. «Если вы не можете справиться

с таким маленьким делом, что вы вообще можете? Давайте подождем и

посмотрим, как президент Хань накажет вас!»

Тан Нин была

невозмутимой, ее реакцией было неожиданное спокойствие. Она переоделась и

покинула сцену. Как только она вышла из боковой двери, она заметила

спортивную машину Мо Тина, припаркованную снаружи.

«Залезай».

Тан Нин послушно села в машину. Она была исключительно благодарна за то, что Мо Тин сделал: «Спасибо за сегодняшнее».

Глаза

Мо Тина слегка подергивались, когда он издал ухмылку: «Ты думала, что я

позволил бы кому-то запугивать мою новоиспечённую жену перед всеми?»

«На

самом деле, я не достойна твоей помощи. Я намеренно позволила каждому

понять, кто я на самом деле», — извиняющимся тоном объяснила Тан Нин.

Мо Тин посмотрел прямо в глаза человека напротив: «Я знаю».

«Если

ты не придумала более остроумной схемы для мести, ты должна была

спросить меня. Пожертвовать собой, чтобы вернуть кому-то причитающиеся,

это немного глупо, не так ли?»

Тан Нин: «…»

«Где тебя высадить?»

«У

твоего дома. Разве мы не женаты?»,- Тан Нин ответила без сомнений.

Поскольку она уже приняла решение, она не собиралась возвращаться назад

или сожалеть.

«Ты уверена? Мы не только женаты, но и сегодня наша первая брачная ночь!»

Тан

Нин покраснела, но уверенно кивнула: «Я уже подготовилась, и я очень

благодарна, что ты не раскрыл наших отношений. Однако отныне я настаиваю

на том, чтобы ты оставался нейтральными. Я хочу полагаться на себя и

взять, что по праву принадлежит мне».

Мо Тин не настаивал. В

конце концов, это было редкостью — видеть женщину, которая не

использовала его в качестве социального лифта. Он решил откинуться в

кресле и наблюдать, как Тан Нин демонстрирует свои навыки.

Пара

поехала дальше. Вскоре после этого Тан Нин получила телефонный звонок от

своего менеджера Лун Цзе: «Тан Нин, я уже нашла доказательства

беременности Мо Юйжоу. Что ты хочешь, чтобы я с этим делала? Также,

сцена, которую ты устроила на шоу, стала вирусной. Люди по всему миру

осуждают тебя. Что ты планируешь делать?»

«Лун Цзе, ты всё ещё на моей стороне?»

«Что за глупый вопрос?»,- Лун Цзе пробормотала: «Ты ожидала, что я буду заодно с это парой изменников?»

«Тогда

выпусти заявление, которое я просила подготовить ранее. Но будь

осторожна, сделав это, ты объявишь войну Тяньи Энтертейнмент!»

«Я

не боюсь!»,- Лун Цзе взволнованно воскликнула. «Мы должны были сделать

это раньше, я сейчас же подготовлю доказательства и выпущу их, прежде

чем Хань Юйфань сможет ответить».

Тан Нин повесила трубку, и

машина вернулась к своему первоначальному спокойствию. В глубине души

Тан Нин на самом деле очень нервничала. Что Мо Тин подумает о ней …

«Я…»

«Не

нужно объяснять. Я слышал разговор. Однако у меня есть один вопрос … ты

всегда была такой честной?»,- машина остановилась на красном свете, и

Мо Тин воспользовался этой возможностью, чтобы схватить Тан Нин за

челюсть, рассматривая ее своим орлиным взглядом.

«Я честна только

перед тобой, и я намереваюсь, чтобы так оно и оставалось…» — Тан Нин

показала свою преданность — «… потому что я боюсь, что ты можешь

неправильно понять меня и плохо обо мне подумать».

Мо Тин был удивлен на мгновение, прежде чем он продолжил: «Если бы я был на твоём месте, я бы впадал в ещё большие крайности!»

Мо

Тин, должно быть, догадался, что происходило между Тан Нин, Мо Юйжоу и

Хань Юйфанем. Тан Нин была признательна своему новому мужу за его

реакцию. Она поклялась себе, что бы ни случилось, она собиралась

запомнить этот день и обещания, которые она дала Мо Тину.

…

Тем

временем Хань Юйфань был в недоумении, он получил известия об обличении

Тан Нин на сцене. Более того, в тот момент, он получил звонок от HF,

который уведомил его о намерениях судиться с Тяньи Энтертейнмент за

нарушение контракта. В одно мгновение Тяньи Энтертейнмент попало в кучу

неприятностей, слухи распространялись по всему миру, как лесной пожар.

Мо

Юйжоу сосредоточилась на записи выступления Тан Нин на сцене, когда она

потянула Хань Юйфаня к себе: «Послушай, Тан Нин хотела, чтобы её

узнали. Она знала, что самая большая разница между ней и мной — наши

ноги. Она сделала это нарочно!»

«Юйжоу, Тан Нин не такая. Она не в первый раз тебя заменяла»,- глубоко внутри Хань Юйфань по-прежнему доверял Тан Нин.

«Так

что, ты хочешь сказать, что доверяешь Тан Нин больше? Не будь глупцом,

Юйфань! Произошел инцидент, нужно назначить виноватого. Ты действительно

хочешь потерять этот контракт? Ты хочешь всем рассказать, что это ты

был тем, кто попросил Тан Нин заменить меня? Если так, то мы обречены!»

«Что ты предлагаешь?»

«Поскольку

ты и Тан Нин скоро женитесь, она уйдёт из индустрии. Ради «Тяньи

Энтертейнмент» тебе нужно сделать объявление. Тебе нужно сказать всем,

что ты не знал об этом инциденте и все это просто было попыткой Тан Нин

создать шумиху вокруг себя, поэтому она действовала у нас за спиной». Мо

Юйжоу решила полностью свалить вину на Тан Нин.

«Полагаю, в этих

обстоятельствах это единственное, что мы можем сделать»,- Хань Юйфань

кивнул в знак согласия. Однако, как только он пытался связаться с его PR

менеджером, ему позвонил его помощник.

«Быстрее, президент Хань, проверьте заголовки статей! Менеджер Тан Нин только что выложила важные новости!»

Хань

Юйфань быстро вошёл в онлайн, чтобы поискать заголовки. К его удивлению

менеджер Тан Нин уже была на шаг впереди них. Она рассказала, что Хань

Юйфань заставлял Тан Нин заменять Мо Юйжоу несколько раз в прошлом, и

предоставила сравнения двух моделей в качестве доказательства. Она также

жаловалась, что маленькие компании склонны запугивать людей и указала,

что Тан Нин подвергалась издевательствам на протяжении многих лет.

В гневе Хань Юйфань быстро связался с менеджером Тан Нин.

«Лун Цзе, ты с ума сошла?»

С другого конца провода раздался смех Лун Цзе. Она спокойно ответила: «Я давно хотела бросить эту твою паршивую компанию».

«Юйфань, это была Тан Нин. Быстрее, давай сделаем встречное заявление, обвиним её в самопиаре!»

Без

колебаний Хань Юйфань немедленно связался со своими контактами в СМИ и

убрал новости Лун Цзе. Он быстро заменил их новостями о попытках Тан Нин

создать ажиотаж.

В одно мгновение «Тан Нин» и «Тяньи Энтертейнмент» стали самыми частыми поисковыми запросами с разными ответами.

Никто

не знал об отношениях между Тан Нин и Мо Тином. Итак, не считая Тан

Нин, никто не был достаточно храбр, чтобы оскорбить Хань Юйфаня.

Тан Нин определенно вытащила короткую палочку в жребии, навлекая на себя невероятное количество оскорблений в Интернете.

Когда

все думали, что игра закончилась, запрос «Тан Нин заменяла» внезапно

подскочил к вершине поискового рейтинга. Результаты поиска вели к

новостям, что Лун Цзе выпустила ранее — показывающих, что Тан Нин была

настоящей жертвой …

Конечно, история Лун Цзе вышла первой, и

жители сети уже сделали выводы. Тан Нин так часто подменяла Мо Юйжоу, не

вызвав при этом никаких проблем, это стало горячей темой в Интернете.

Онлайн-сообщество согласилось, что Тан Нин была пострадавшей стороной.

В

недоумении Хань Юйфань поднял трубку и связался со своим пиарщиком,

приказав ему вложить больше денег, чтобы убрать новости Тан Нин.

Между

тем Мо Тин разговаривал с представителями мейнстримных СМИ: «Если

новости о Тан Нин исчезнут из поиска — ваши компании закрываются».

СМИ не могли позволить себе оскорблять Хай Жуй Энтертейнмент, хотя они и не понимали, почему Мо Тин помогал Тан Нин.

Даже

Лун Цзе не понимала, от чего их план прошел так гладко. Первоначально

она ожидала, что всё займет несколько дней: «Тан Нин, скажи мне, ты

нашла поддержку в другой компании?»

«Нет»,- ответила Тан Нин,

взглянув на мужчину рядом с ней. «Однако у меня действительно есть

человек, который помогал мне, оставаясь в тени. Но я не могу раскрыть

его».

«Ха-ха-ха … хорошо. Поговорим об этом позже. Одной мысли о

том, что Хань Юйфань взбесился, достаточно, чтобы я была довольной!»,-

Лун Цзе предполагала, что Тан Нин получала помощь от своей семьи.

Она понятия не имела, что Тан Нин на самом деле стала женой Короля Развлечения: Мо Тина.

«Ты

пытаешься воспользоваться этой возможностью, чтобы разделаться с

Тяньи?»,- Мо Тин задал вопрос, когда он элегантно нарезал стейк перед

ним.

«Я не позволю им так легко отделаться, я собираюсь сбросить

их с их насиженных мест»,- пояснила Тан Нин. «Кроме того, я уже решила

вернуться в модельный бизнес. К сожалению, моя популярность не так

высока, как раньше, и именно поэтому Тяньи может пригодиться».

«Ты так говоришь, потому что сердишься. Что если однажды ты перестанешь…»

«Что

я решила, о том я уже не пожалею, и тем более не передумаю», — уверенно

сказала Тан Нин. Когда она влюблена, она могла любить всем сердцем. В

ненависти она могла разорвать человека своими голыми руками.

Вдобавок

ко всему, прошло довольно приличное количество времени, как появились

известия о появлении Тан Нин на сцене, но Хань Юйфань даже не позвонил

ей ни разу. Вместо этого он публиковал новости, которые могли бы легко

опорочить Тан Нин. Она никак не могла позволить Хань Юйфаню снова

причинить ей боль.

Мо Тин молчал, но он уже был заинтригован Тан Нин.

Тан

Нин не была глупой, на самом деле, она была очень умна. Она знала, что

ничего не сможет скрыть от Мо Тина, поэтому она быстро выложила все

карты на стол. Хорошее ли или плохое, в конце концов — все, что

оставалось, это доверие.

«Я попросил своего помощника забронировать комнату в этом отеле. Сегодня вечером мы едем туда. Мой дом — не вариант…»

Уши Тан Нин покраснели, она ответила с кивком: «Решать тебе…»

Между

тем Хань Юйфань мелькал тут и там, пытаясь прийти к соглашению со

средствами массовой информации и его деловыми партнерами. В связи с

новостями о беременности Мо Юйжоу, мысль о Тан Нин даже не всплывала в

его сознании, и ему было всё равно, где она была.

После

романтического ужина Тан Нин направлялась за Мо Тином, когда он привел

ее в президентский люкс. Удивительно, но это был не простой

президентский номер, а свадебный.

В таких сжатых сроках Мо Тин

каким-то образом сумел так много подготовить для неё — она не могла не

почувствовать себя тронутой.

Мо Тин почувствовал нервозность,

исходящую от Тан Нин. Он снял пиджак, повернулся к ней и сказал:

«Сначала я приму душ, чтобы у тебя было время на решение. Если ты все

еще не уверена … мы можем отсрочить нашу брачную ночь на неопределенный

срок».

Тан Нин была благодарна за его внимательность, но … они

уже были женаты, какое право она имела потакать своей детской

нерешительности?

Подумав об этом, Тан Нин распахнула дверь и

направилась в ванную. Мо Тин удивленно уставился на нее, когда она

протянула руку и крепко обняла его: «Я не жалею!»

«Ты уверена?

Когда я сделаю тебя моей, у тебя больше не будет возможности

передумать»,- Мо Тин сдерживался. Его низкого сексуального голоса было

достаточно, чтобы задеть струны в чьей угодно душе.

«Я уверена».

Услышав

ее ответ, Мо Тин сорвался. Одной рукой он схватил Тан Нин за талию и

прижался губами к ее губам. Другой рукой он расстегнул платье, которое

уже было мокрым.

Мозг Тан Нин гудел. Раньше она никогда не испытывала такого поцелуя, настолько волшебного, что она теряла контроль.

Стоя

под душем, Тан Нин смотрела на Мо Тина. Поддавшись гипнозу, она

осмотрела его. Она заметила родинку на мочке его уха, похожую на алмаз и

его глаза, которые смотрели на нее, пылая страстью.

Однако

когда пришло время заняться чем-то еще, он не спешил. Вместо этого он

завернул ее в полотенце и на руках вынес из ванной и положил её на

одеяло с розовыми лепестками. Впоследствии его высокое тело прижало её к

кровати, он уже позаботился о защите. Однако, как только он собирался

войти в нее, он почувствовал препятствие …

Тан Нин вскрикнула от боли.

Мо Тин быстро отстранился, обернув ее в одеяло.

Первоначально

он думал, что, раз Тан Нин была в индустрии развлечений, и она уже была

в отношениях с Хань Юйфанем, это не мог быть её первый раз, но … сейчас

он был уверен, она никогда не занималась этим раньше…

«Что не так?»,- Тан Нин заметила, что Мо Тин остановился, и не могла не поднять голову, чтобы спросить его. Ее лицо покраснело.

«Продолжим в другой раз»,- Мо Тин был удивлен, в то же время он переживал из-за недопонимания.

«Ты недоволен мной?»

«Если

бы я продолжил … тебе было бы больно»,- Мо Тин надел халат и вернулся

на кровать, пытаясь контролировать свои желания. Он не хотел, чтобы

первый раз Тан Нин был неудачным: «Почему ты не сказала, что у тебя нет

опыта?»

«Как я должна была преподнести что-то подобное?»,- Тан Нин ответила, прижимаясь к плечу Мо Тина. «Ты узнал бы сам».

«В любом случае, что это сейчас было? Мы … сделали это?»

«Независимо

от того, сделали мы это или нет, ты теперь миссис Мо. Ты не сможешь

убежать …»,- после того, как он заговорил, Мо Тин встал, поднял Тан Нин и

направился к ванной: «Позволь мне посмотреть».

Глядя на встревоженное выражение лица, Тан Нин не могла не рассмеяться: «Ты не похож на свой имидж во внешнем мире».

«Как ты думаешь, на что я похож?»,- Мо Тин аккуратно положил Тан Нин в ванну и включил воду.

«Начальник с полным контролем над жизнями своих артистов. Человек без чувства человечности».

«Для

других людей, я действительно таков!»,- Мо Тин выразился искренне. «Но

ты — другое … ты моя жена и доверяешь мне … я покажу тебе свое истинное

я».

«Тем не менее, Тан Нин, я должен предупредить»

«Для меня ложь это ложь. Если ты предашь мое доверие, я никогда не прощу тебя».

Тан Нин удобно расположилась, ее нос почти касался Мо Тина: «Какое совпадение, я думаю то же самое».

В ту ночь их физическая связь технически достигла лишь половины. Но их сердца сблизились.

На

следующее утро Тан Нин проснулась от ослепительных лучей солнца,

сияющих через окно. К ее удивлению, место рядом с ней уже было пустым.

Тан Нин думала, что Мо Тин уже ушел, но … он действительно терпеливо ждал ее в гостиной, просматривая документы.

«Я приготовил для тебя новую одежду в ванной, мы уходим после того, как ты приведёшь себя в порядок».

Тан Нин послушно кивнула, поворачиваясь к ванной. В тот момент ее телефон вдруг зазвонил … это был Хань Юйфань.

Тан Нин неловко посмотрела на Мо Тина, когда он очаровательно поднял бровь и спросил: «Ты хочешь, чтобы я взял трубку?»

Нет, сейчас не время!

Мо Тин знал, о чем она думает, поэтому

он взял телефон и протянул ей. Тан Нин не отошла, чтобы поговорить,

вместо этого она уверенно нажала на кнопку ответа, прямо перед Мо Тином.

«Тан Нин, где ты сейчас?»

«Я боялась, что репортеры найдут меня, поэтому я нашла, где можно спрятаться»,- спокойно ответила Тан Нин.

«Значит, ты ничего не знаешь об этом инциденте с Лун Цзе?» — Хань Юйфань спрашивал терпеливым тоном.

«Что

случилось с Лун Цзе? Место, в котором я прячусь, находится в глуши,

поэтому я не в курсе того, что происходит снаружи, что случилось?»,- Тан

Нин изо всех сил старалась изобразить любопытство.

«Благодаря

твоему менеджеру, у Тяньи теперь проблемы. Возвращайся в офис, я

собираюсь устроить пресс-конференцию. Тан Нин, я рассчитываю на тебя,

нужно очистить имя Тяньи».

Пресс-конференция? Больше похоже на еще одну возможность свалить всю вину на Тан Нин …

Неужели он действительно думал, что она такая наивная?

Тан

Нин с отвращением повесила трубку, когда Мо Тин вдруг заговорил: «Я уже

сохранил свой номер в твоём телефоне. Если я буду нужен, позвони и

дайте мне знать».

«Спасибо, Мо Тин …»

«Ты не должна меня так звать…»,- Мо Тин развернулся и потянул Тан Нин к себе: «Назови меня как-то ещё … или я тебя не отпущу».

Тан Нин покраснела, когда она застенчиво прошептала: «М … муженёк …». Редкая улыбка появилась на лице Мо Тина.

«Пойдем, я довезу тебя до работы. Помни, что ты обещала … не приближаться к другому мужчине».

Тан

Нин хорошо понимала, о чем говорил Мо Тин. Она ответила обнадеживающей

улыбкой и посмотрела в глаза Мо Тина. Сердце Мо Тина замерло. У них не

оставалось слов.

…

Всего за 40 минут Мо Тин довёз Тан

Нин к Тяньи Энтертейнмент. Будучи Королем Развлечений, он знал все самые

мрачные секреты этой индустрии. Поэтому ему было любопытно, как Тан Нин

намеревалась перевернуть ситуацию, чтобы вернуть свою позицию

топ-модели.

Тан Нин знала, на что она шла. Было ясно, что это

была игра, в которой ей приходилось скрывать свои тузы в рукаве, в то

время как ее соперники уже расставляли сети. Если бы она провалилась, ей

оставалось только признать поражение.

Выйдя из машины Мо Тина,

она добралась до здания через дорожку, скрытую от посторонних взглядов.

Как только сотрудники заметили Тан Нин, комната была наполнена

смешанными реакциями: отвращение, ненависть и насмешки; как будто они

были уверены, что откровения Лун Цзе были организованны Тан Нин.

Тан

Нин сделала вид, что не замечает. Она подошла к кабинету Хань Юйфаня и

толкнула дверь, ее взгляд уткнулся в затылок Хань Юйфаня.

«Ты вернулась …»,- Хань Юйфань обернулся, сдерживая свой гнев.

«Расскажи мне, что произошло?»

«Тан

Нин, ты уверена, что ничего не знаешь об инциденте с Лун Цзе?»,- Хань

Юйфань бросил стопку газет перед Тан Нин. Он сердито допрашивал ее:

«Если она не получала распоряжений от тебя, как она вообще осмелилась

это сделать?»

«Юйфань, мы скоро женимся, зачем мне делать что-то

подобное? Разве это не оттолкнет тебя?»,- Тан Нин прикусила язык, когда

она невинно глядела на него.

«Тогда, как ты объяснишь, почему

Звезда Короны оказалась у тебя на лодыжке? Ты прекрасно знала, что самая

большая разница между тобой и Юйжоу — ваши ноги …»

Тан Нин

смотрела на Хань Юйфаня, когда он допрашивал ее. Она вспомнила

предыдущие несколько случаев, когда Хань Юйфань защищал Мо Юйжоу

подобным образом. Она когда-то думала, что это все от того, что он

пытался защитить свою растущую карьеру, поэтому она была готова стерпеть

обиду. Но теперь стало ясно, единственное, что он хотел защитить, это

Мо Юйжоу.

«Я не могла надеть Звезду Короны ни на что, кроме своих лодыжек. Помощник Мо Юйжоу присутствовал там, можешь спросить его».

«Я уже спросил его, и он сказал, что ты сама приняла решение …»,- продолжал Хань Юйфань.

«Юйфань,

я твоя невеста, но ты скорее поверишь постороннему?»,- Тан Нин

изобразила разочарование, продолжая наблюдать за реакцией Хань Юйфаня:

«Вчера … мы должны были расписаться».

«Слишком поздно что-то

говорить, ущерб уже нанесен. HF уже уведомил суд о своем намерении

подать иск на Тяньи за нарушение контракта, и благодаря твоему менеджеру

негативная реакция общественности сейчас всё усугубляется. Ты возьмешь

на себя ответственность за это». Хань Юйфань снисходительно посмотрел на

Тан Нин. От него веяло аурой всемогущего бога, отделяющего зёрна от

плевел.

«Скоро ты станешь моей женой, я не хочу, чтобы моя жена

вредила моей карьере. Вот почему … Тан Нин, ради Тяньи, ты должна выйти

на свет и объяснить общественности, что весь беспорядок создал твой

менеджер ради саморекламы, и это не имеет ничего общего с Тяньи …»

«Признаться,

что это был мой менеджер, всё равно, что выставить виноватой меня!

Разве это не ты позвал меня заменить Мо Юйжоу?»,- Тан Нин воскликнула:

«Юйфань, это всё потому, что я должна выйти за тебя, ты собираешься мною

пожертвовать?»

«Мне все равно. Ты виновата, что тебя

вычислили». Как только эти слова слетели с его губ, Хань Юйфань, должно

быть, почувствовал, что зашел слишком далеко. Он быстро успокоился и

протянул руки, чтобы обнять Тан Нин, однако она отреагировала, оттолкнув

его. «Тан Нин, я не сдержался. Это единичный случай… после того, как мы

поженимся, я обещаю хорошо обращаться с тобой…»

Конечно, Тан

Нин сдержала слезы и кивнула: «Я сделаю это не потому, что признаюсь в

создании этого беспорядка, но потому что я хочу защитить твою карьеру,

но следующего раза не будет!»

«Да … я обещаю, что это последний раз!»

На

самом деле, Хань Юйфань знал, что Тан Нин снова поддастся в следующий

раз. Особенно после того, как они поженились бы, с характером Тан Нин,

ее легко было контролировать.

«Пресс-конференция состоится сегодня в 3 часа. У нас будет собрание через минуту, чтобы просмотреть твой сценарий».

«Хорошо!»

Тан

Нин перестала плакать и заставила себя посмотреть в глаза Хань Юйфаня,

как и всегда. Но, как только она вышла из комнаты, ее глаза охватил

холод.

Это было невероятно, чтобы она снова взяла на себя вину за проступки Хань Юйфаня.

Тщательно

всё обдумав, она вернулась в свою комнату и позвонила своему менеджеру:

«Лун Цзе, Хань Юйфань пытается использовать меня в качестве щита».

«Ха-ха! Тан Нин, скажи мне, что мне делать»,- её менеджер была полна боевого духа.

«Я

заявлю, что я сама создала все проблемы и извиняюсь. После этого … Я

хочу, чтобы ты анонимно опубликовала фотографии Хань Юйфаня и Мо Юйжоу

из больницы…»

«Ха-ха, конечно! Я даже придумала отличный заголовок «Интрига! Босс Тяньи пойман с поличным: Самый большой лжец!»

Тан Нин не могла не расхохотаться, прежде чем она начала извиняться: «Извини, Лун Цзе, что втянула тебя во все это».

«Тан

Нин, раз ты решила начать всё с начала, я помогу тебе вернуться и стать

супермоделью. На самом деле… международной супермоделью!»

Международная супермодель? Она никогда не заглядывала так далеко. Она просто хотела сконцентрироваться на насущном…

… заставить Хань Юйфаня и Мо Юйжоу встретиться с последствиями.

Полдень.

Незадолго до встречи в Тяньи. Хань Юйфань, который давно не обедал с

Тан Нин, вдруг решил вытащить ее в милый ресторанчик внизу. Он даже

заказал столик и организовал обед при свечах. Глядя на цветы и свечи,

Тан Нин никак не отреагировала. Она села, когда Хань Юйфань отодвинул

свой стул.

«Я заказал твой любимый стейк без костей…»

Тан

Нин была удивлена на мгновение, она потеряла дар речи. Оказалось, даже

после 5 лет совместной жизни Хань Юйфань все еще не знал, что ей

нравится.

«Что такое? Тебе не нравится?»

Когда Тан Нин

собиралась ответить, рядом с ними появился шеф-повар, держа поднос. Он

повернулся к Тан Нин: «Мисс Тан, сегодня мы подаём ваш любимый стейк из

филе. От имени ресторана Фредерик, поздравляю вас с вашей свадьбой …»

Услышав

это, выражение Хань Юйфаня изменилось, но он был слишком смущен, чтобы

что-то сказать. Он просто тихо отодвинул тарелку Тан Нин: «Твои вкусы

изменились».

«Спасибо, но мы еще не женаты», — пояснила Тан Нин,

игнорируя Хань Юйфаня. «Вы поистине внимательны, я упоминала об этом

только однажды, и вы запомнили».

Шеф-повар ушел, и Тан Нин повернулась к Хань Юйфаню.

«В следующий раз я обязательно запомню, что любит моя жена!»,- Хань Юйфань напомнил себе.

«Поторопись,

давай есть. Нам еще нужно вернуться и обсудить сценарий», — Тан Нин

усмехнулась про себя, но сохранила своё самообладание. В этот момент …

она получила SMS с темой «08.19». Когда она открыла его, она поняла, что

это сообщение от Мо Тина.

08.19, вчерашний день, день их свадьбы.

«Этот стейк от меня. То, что сказал шеф-повар … поздравления с НАШЕЙ свадьбой».

Тан Нин рассмеялась и напечатала ответ, держа руку под столом: «Откуда ты знал, где я буду?»

«У меня есть свои методы узнавать то, что я хочу знать», — спокойно ответил Мо Тин.

Тан

Нин вцепилась в свой телефон и оглядела ресторан. Однако Мо Тина нигде

не было видно. Хотя она не знала, как ему удалось организовать что-то

настолько остроумное, она чувствовала, что он где-то рядом …

… у него была аура короля, которую никто не мог игнорировать или отрицать.

«Тан Нин, на что ты смотришь?»,- Хань Юйфань спросил, махая руками перед ее глазами. Его взгляд содержал много вопросов.

«О, ничего …»,- Тан Нин покачала головой и спокойно сменила тему: «Юйфань, когда мы поедем и зарегистрируем наш брак?»

«После

того, как все уляжется, ты же понимаешь, что предстоящий конкурс

«Премия десяти лучших моделей» станет возможностью для Мо Юйжоу, чтобы

продвинуться по карьере. Тан Нин, ей повезло, что ты … в противном

случае, на этот раз будущее Юйжоу в индустрии было бы под вопросом».

Хань Юйфань налил Тан Нин красное вино и поднял свой бокал.

«Я помогу тебе получить то, что ты заслуживаешь»,- Тан Нин мягко улыбнулась, ямочки на щеках окутывали ее еще большей красотой.

Однако

Хань Юйфань, в настоящее время, ее вообще не замечал. Его сердце уже

было околдовано годами соблазнений в постели Мо Юйжоу. Итак, он понятия

не имел, что слова Тан Нин имели двойное дно.

«Тан Нин, тебе пришлось пережить…»

Тан

Нин знала, за все, что она должна была сделать, сегодняшний обед был

просто небольшим призом. Однако эта награда была всего лишь фасадом,

чтобы скрыть его истинные намерения.

«Кроме того, после

пресс-конференции, свяжись со своим менеджером. Похоже, мы должны будем

привлечь юристов, чтобы разобраться с ней».

«Хорошо», — Тан Нин ласково улыбнулась.

Однако она бы не позволила ему и пальцем тронуть Лун Цзы.

14:00. В главном зале Тяньи собрались журналисты из всевозможных СМИ. Их все интересовало, что Тан Нин должна была сказать.

У

всех были вопросы к Тан Нин, почему она внезапно скрылась из виду,

почему она подписалась на замену Мо Юйжоу. С тех пор, как она ушла из

бизнеса, она не давала никаких инфоповодов. Трудно было раскопать в ней

что-нибудь негативное.

Сегодня для них была прекрасная возможность…

3

вечера. Одетая в простую одежду, Тан Нин появилась вместе с

телохранителями рядом с ней. Она медленно вышла на сцену и повернулась к

толпе. Репортеры боролись за то, чтобы первыми расспросить ее.

«Тан Нин, ваше имя занимает первое место в поиске, и оно там и остаётся. Заплатили ли вы за эту позицию?»

«Тан

Нин, вы и Мо Юйжоу — модели Тяньи, но в последние годы только она была в

центре внимания. Компания не давала вам расти, так что вы завидовали ее

славе?»

«Тан Нин, вы устроили этот скандал для чёрного пиара?»

Видя

эту хаотичную сцену, сотрудники компании быстро вышли вперёд, чтобы

сдержать репортеров, поставив все под контроль. Наконец, Тан Нин

позволили говорить.

«Прежде всего, я хочу извиниться перед

каждым за то, что навредила имиджу компании и посеяла сомнения в

добропорядочности мисс Мо Юйжоу».

«На шоу звезды короны я сама

приняла решение выйти на сцену, за спиной моей компании и Мо Юйжоу. Все,

что произошло, не имеет ничего общего с моей компанией, Тяньи и Мисс Мо

Юйжоу».

«Я … действительно пыталась создать волну хайпа! Но мой

менеджер не имеет к этому никакого отношения, я просто использовала её.

Я решила взять на себя всю ответственность. Спасибо за ваше терпение,

это всё».

После того, как Тан Нин высказалась, зал разбушевался…

Журналистам

было не по себе … они никогда не видели, чтобы знаменитость

признавалась в своих проступках так легко и прямолинейно. Другие люди

попытались бы извертеться, но она взяла на себя всю вину, заявив, что

это не имеет никакого отношения к ее менеджеру, компании или Мо Юйжоу.

Тан

Нин думала, что все кончено. Но Хань Юйфань подготовил кое-что еще.

Чтобы подтвердить, что она искала скандала ради пиара, он приказал

режиссеру подойти к Тан Нин и обратиться к представителям СМИ: «Это был

не первый случай, когда она делала что-то подобное. Но … наша компания

даст ей последний шанс. Тан Нин, надеюсь, вы сможете научиться на своих

ошибках и не переходить через черту».

«Не первый случай» … цель

этих слов заключалась в том, чтобы растоптать заявления Лун Цзы. Теперь

всё выглядело так, будто каждый раз, когда она заменяла Мо Юйжоу, она

желала самопиара.

Хань Юйфань, ты безжалостен!

Тан Нин умолкла и кротко поклонилась СМИ. Затем, под защитой персонала компании, ее вывели из главного зала …

В

одно мгновение пользователи сети поддались ненависти. Поскольку Тан Нин

во всем призналась, публика видела только то, что было на поверхности, и

она пылала гневом. Даже сотрудники Хай Жуи посмеивались над ней.

Уходя

со встречи, Мо Тин подслушал обсуждения среди своих сотрудников. Он

повернулся, чтобы посмотреть на своего помощника, который быстро

рассказал о том, что произошло сегодня на пресс-конференции. «Президент,

вы хотите что-то сделать в помощь мисс Тан?»

«Не совсем так, я

хочу посмотреть, как она сама справится с этим», — мягко ответил Мо Тин.

Он уже упоминал, что ему было любопытно, как отреагирует Тан Нин.

Поскольку он помогал ей последние два раза, он хотел посмотреть, как она

сама решит этот вопрос.

Как жена Мо Тина, она действительно не смогла бы выдержать такого давления?

Независимо от всего прочего, тот факт, что Тан Нин вышла и призналась

в создании скандала, полностью восстановил репутацию Тяньи. Переговоры с

HF были успешными, поскольку они приняли извинения Хань Юйфаня, а место

их «лица брэнда» была передана Мо Юйжоу, как и предполагалось

первоначально, так как она тоже пострадала. После этого инцидента ее

популярность стремительно возросла.

Тяньи Энтертейнмент и Мо Юйжоу оправились от инцидента без последствий, но Тан Нин была полностью растоптана.

В

одно мгновение в поиске начали появляться слова «Королева хайпа»,

«Модель-заговорщица», «Чайная сука» и другие подобные термины, и все

результаты поиска вели к дискуссиям, наполненным оскорблениями. [1]

Тан

Нин сидела в своей комнате, просматривая новости. Она изо всех сил

старалась сохранять спокойствие, потому что знала, всё, что она

переживает сейчас, скоро вернётся им сполна…

… Хань Юйфань и Мо Юйжоу пострадают в десять раз больше!

Однако

в настоящее время, в глазах общественности ее имидж был уничтожен. Даже

уборщица не могла не обдать её презрительным взглядом: «Мисс Тан, не

могли бы вы убрать свои драгоценные ноги? Разве вы не видите, что я

здесь убираюсь?»

«Не похоже, что у вас есть работа, но вы все равно приходите сюда каждый день. У меня ужасно болит спина от уборки после вас».

Выражение

Тан Нин похолодело. Несмотря на то, что она опустилась до такого

низкого уровня в своей карьере, это не значит, что она позволила бы

кому-либо наезжать на нее. Она подняла трубку и позвонила Хань Юйфаню,

поставив звонок на громкую связь, чтобы уборщица могла слышать их

разговор: «Юйфань, моя позиция в этой компании настолько низка, что даже

уборщица смотрит на меня сверху вниз?»

«Узнай ее имя и сообщи в отдел кадров, чтобы ее убрали», — без колебаний ответил Хань Юйфань.

Тан

Нин повесила трубку и посмотрела на уборщицу холодным взглядом: «Мой

спокойный характер ещё не значит, что вы можете так небрежно со мной

обращаться. Я уже не модель, но я всё ещё являюсь членом семьи Тан. Если

бы я захотела, я могла бы оставить вас безработной навсегда, даже не

пошевелив пальцем … »

Лицо уборщицы побледнело, она обливалась

холодным потом. Она никогда не думала, что Тан Нин может быть такой

пугающей. Она быстро поклонилась, извиняясь: «Извините … мисс Тан, я

больше никогда этого не сделаю».

«Даже если вы выше других, вы

должны относиться к другим одинаково. Не говоря уже о том, что вы

находитесь ниже других». Тан Нин не хотела портить жизнь работнице, но

ей пришлось преподать ей урок. Закончив разговор, она встала; она

получила SMS от Хань Юйфаня, предписывающее ей прийти в его офис.

«Тан

Нин, твоя репутация скатилась на самое дно, поэтому … я устроил для

тебя участие в некоторых мероприятиях. Надеюсь, ты сможешь искупить вину

перед публикой. Раз Мо Юйжоу пострадала, почему бы тебе не пойти к ней и

не показать заботу … может быть, ты получишь несколько баллов за

сочувствие».

Тан Нин вглядывалась в лицо Хань Юйфаня и спросила себя, почему она никогда не замечала, каким бесчестным он был.

Мо

Юйжоу, очевидно, воспользовалась этой возможностью, чтобы унизить ее.

Хань Юйфань в самом деле предложил Тан Нин пойти и позаботиться о ней.

«Тебе просто нужно устроить шоу перед камерами всего на несколько минут, когда кадры попадут в прямой эфир …»

Хань

Юйфань изначально подозревал, что Тан Нин откажется. Мо Юйжоу

использовала своего ребенка как рычаг давления против Хань Юйфаня, чтобы

заставить его выдвинуть такую необоснованную просьбу. Но Тан Нин

неожиданно кивнула в знак согласия.

«ОК».

«Ты сделаешь это?»

«С

тех пор, как Мо Юйжоу травмировалась, у меня не было возможности

навестить ее. Это идеальный шанс», — ответила Тан Нин, сдерживая себя.

«В таком случае я найду людей, кто будет сопровождать тебя … на улице целая толпа репортеров».

Тан

Нин оставалась спокойной и собранной, хотя ей было известно, что

намерения Мо Юйжоу были издевательством. Она знала … чем сильнее и

властнее Мо Юйжоу чувствовала себя сейчас… тем больнее будет падать.

Кто посмеётся последним …

… еще предстоит определить.

Вскоре

после этого Тан Нин села в машину помощника Хань Юйфаня и направилась в

больницу Тяньхэ. По дороге она писала Мо Тину: «Муж, не переживай ни о

каких новостях, которые ты обо мне увидишь, у меня есть план. Кроме

того, сегодня я хочу вернуться домой, ты можешь отправить кого-то, чтобы

забрать меня из больницы Тяньхэ? Я же не знаю, где наш новый дом … »

Мо

Тин получил сообщения Тан Нин посреди встречи. Он сделал паузу,

заставив всех топ-менеджеров компании переглянуться в удивлении. Какое

богоподобное создание имеет на него такое влияние?

Мо Тин

проигнорировал реакции окружающих, и все, на чём он мог сосредоточиться,

был жалобный тон Тан Нин. Он быстро ответил: «Хорошая девочка, я

подберу тебя позже».

Получив сообщение Мо Тина, Тан Нин не могла

не представить выражение его лица, когда он называл ее «хорошей

девочкой». На ее лице появилась сладкая улыбка, и ее глаза изогнулись,

как два полумесяца. В этот момент помощник Хань Юйфаня посмотрел на Тан

Нин в зеркало заднего вида. «Ты все еще можешь ухмыляться, но подожди,

пока ты узнаешь, что тебя ждёт».

Тан Нин знала, что весь мир в

настоящее время был враждебен к ней, но она заставила себя не переживать

о том, что думали другие. Пообщавшись с Мо Тином, она направила

сообщение своему менеджеру.

«Лун Цзе, Хань Юйфань устроил мне встречу с Мо Юйжоу в больнице. Я почти там, ты готова?»

«Любой

проницательный человек мог бы сказать, что его любовница использует это

как возможность унизить тебя. Думает ли она, что она сможет это

сделать? Я давно готова, я уверена, что это будет потрясающее шоу… у

меня есть фотографии и видео».

«Можешь выпустить фотографии …

прибереги видео на потом. Я хочу дать Хань Юйфаню и Мо Юйжоу некоторое

время, чтобы они переругались».

«Ясно, мы должны подождать

подходящего времени. Когда они будут в худшем положении, я выпущу видео и

нанесу фатальный удар!»,- Лун Цзе была ненормально взволнованной: «Я

хочу, чтобы Мо Юйжоу упала, когда она будет на самой высшей точке. Тан

Нин, хотя тебя все ненавидят, все еще есть меньшинство, которое на твоей

стороне. Похоже, это может пригодиться…»

«Лун Цзе, пожалуйста, будь осторожна».

После разговора со своим менеджером Тан Нин немедленно удалила всю переписку, когда уголки ее губ слегка изогнулись вверх.

…

Мо

Юйжоу сидела в постели в одной из частных палат. Одна мысль о

возможности унизить Тан Нин на мгновение заставила ее глаза мерцать.

Никогда в ее самых смелых мечтах она не думала, что Тан Нин окажется настолько глупа, чтобы взять на себя всю вину.

«Юйжоу,

Тан Нин почти приехала. Когда она придет, включатся камеры, будет

трансляция в течение трёх минут. Через мгновение я попрошу врача войти,

чтобы сменить повязки. В то же время, я собираюсь заставить Тан Нин

омывать твои ноги …»

«Этот день, наконец, настал…», —

воскликнула Мо Юйжоу. С этого момента она поклялась продолжать

подниматься все выше и выше. Она собиралась пройтись по репутации Тан

Нин, забрать себе Хань Юйфаня и стать первой леди Тяньи.

«С

этого момента все будет только ради тебя. Кроме того, ежегодная премия

Десяти лучших моделей будет в твою пользу. Тогда … ты будешь на один шаг

ближе к титулу топ-модели».

Мо Юйжоу медленно обнажила свои

зубы, это было лучшее, о чем она когда-либо мечтала. Когда все шло так

гладко, ее высокомерие возрастало …

От больницы исходил обычный неприятный запах. Тан Нин вошла в

больницу в сопровождении помощника Хань Юйфаня, она всё ещё была в

одиночестве и без единого помощника, кто мог бы поддержать ее.

Посмотрев

в сторону палаты Мо Юйжоу, Тан Нин могла видеть помощника Мо Юйжоу,

охраняющего дверь. Это был тот человек, который в день шоу утверждал,

что она приняла все решения самостоятельно.

Он сбросил на нее всю вину.

«Вот

и ты»,- сказал он, когда он оглядел её сверху вниз взглядом сноба; он

намеренно пытался создать проблемы для Тан Нин: «Подожди здесь, Юйжоу

все еще отдыхает».

Тан Нин подняла сумочку двумя руками и

посмотрела помощнику Мо Юйжоу прямо в глаза. Медленной и нежной

интонацией она спросила: «Ты знаешь мою фамилию?»

«Чепуха! Кто же не знает твоей фамилии, Тан».

«Поскольку

ты знаешь, что моя фамилия Тан, тогда ты должен знать о моем

происхождении. Как маленький помощник осмелился быть таким высокомерным

передо мной».

«Я…»

«Это Тан Нин? Пожалуйста, заходи»,-

Мо Юйжоу услышала голос Тан Нин и разочаровалась в своём помощнике. Если

он хотел пойти против Тан Нин, нужно было поступать иначе. В конце

концов, её все ещё прикрывала семья Тан (хотя они обращали на нее меньше

внимания, чем когда она еще была известна).

Тан Нин задрала

голову и вошла в палату, игнорируя сердитого помощника. Увидев Мо Юйжоу

на кровати и с одной травмированной ногой, она улыбнулась: «Юйжоу, ты в

порядке?»

Тан Нин знала, что Мо Юйжоу намеренно повредила свою ногу, чтобы не дать Хань Юйфаню жениться — эта женщина такая безжалостная.

«Я

слышала от президента Хань, что мы снимем 3-минутную трансляцию, верно?

Тан Нин, мы как сестры, я более чем готова помочь тебе с этим, чтобы ты

могла искупить вину перед публикой».

Тан Нин поколебалась на

мгновение. Она не могла поверить, какой бесстыдной Мо Юйжоу была — она

была почти на том же уровне, что и Хань Юйфань. Правда об инциденте была

известна только им троим, но Мо Юйжоу вела себя так, будто ничего не

случилось.

Тан Нин выглядела немного расстроенной, когда она сказала сердитым тоном: «Я просто пришла навестить тебя …»

«Тебе действительно не нужно быть такой вежливой …»

«Правильно,

мы уже подготовили для вас сцену. Через мгновение к вам зайдёт врач,

чтобы сменить повязки Юйжоу. В это время, чтобы подчеркнуть вашу

искренность, мы договорились о том, чтобы вы вымыли ноги Юйжоу.

Общественность увидит, как вы сожалеете».

«Этого достаточно …»,-

Тан Нин сердито перебила их: «Мо Юйжоу, мы с тобой обе знаем правду.

Разве ты не думаешь, что пора остановиться?»

«Тан Нин, о чем ты говоришь? Я ничего не понимаю …»

«Тебе

обязательно переворачивать всё с ног на голову?»,- голос Тан Нин

содержал обиду: «Если бы не Юйфань, я бы не терпела тебя всё это время.

Разве я не достаточно тебе помогла?»

«Тан Нин, помимо того, что

ты не хочешь извиняться, ты ещё и клевещешь на других людей? Ты уже

призналась, что устроила все это для саморекламы»,- Мо Юйжоу была

мастером актерского искусства, она поддерживала ее невинный образ.

«Я

не собираюсь извиняться!»,- Тан Нин неожиданно сказала серьезным тоном.

В это время помощник Мо Юйжоу записал её слова и сразу разместил

видеоролик онлайн с заголовком: [Внимание, Чайная сука тайно заявляет:

«Я не собираюсь извиняться!»]

В одно мгновение поднялись тысячи волн… готовые обрушиться на Тан Нин.

Репортеры

стекались на место происшествия, но никто не смог перехватить Тан Нин.

Она ушла, оставив Мо Юйжоу в одиночестве, жалобно плачущей перед

камерой. «Первоначально я думала, что, раз уж мы обе были моделями, я не

собиралась акцентировать внимание на этом инциденте, но Тан Нин зашла

слишком далеко. Мало того, что она отказалась извиниться, она также

бросалась оскорблениями».

Так началась их война: две модели,

которые не знали, как контролировать себя перед публикой, устраивали

слезную драму, привлекая внимание публики.

Тяньи отреагировали

быстро, выпустив заявление, извинившись перед публикой и заявив о своем

намерении серьезно разобраться с Тан Нин, они собирались ее уволить.

В

то же время, фраза «Я не собираюсь извиняться» стала вирусной. Пока все

оскорбляли Тан Нин … одна знаменитая онлайн-личность выпустила альбом с

фотографиями. Альбом был озаглавлен: [Не то что бы Тан Нин не хочет

извиняться, она и не должна извиняться!]

Альбом был заполнен

фотографиями обнимающихся Мо Юйжоу и Хань Юйфань. На фотографиях Мо

Юйжоу и Хань Юйфань были в больнице. Хань Юйфань был сверху…

Глаза жителей сети засветились в шоке, один популярный веб-сайт полнился требованиями: [Покажите правду о ситуации с Тан Нин].

Пост

включал в себя все мелкие детали инцидента, чтобы задать тон для всего

повествования он включал то, что Мо Юйжоу и Хань Юйфань изменяли. Пост

давал четкий анализ того, как Тан Нин была вынуждена идти на компромисс,

а затем это привело к тому, что её унизили…

Ради любви она была вынуждена взять на себя всю вину. В то же время любовница его жениха пользовалась ситуацией и унижала ее.

Таким

образом, скандал был раскрыт. Фотографии Хань Юйфаня и Мо Юйжоу

распространились повсюду, и, наконец, пользователи сети обнаружили, что,

кроме инцидента с подменой, не было ни единой негативной новости о Тан

Нин. Даже в новостях прежних трёх лет, все, что они могли найти, были ее

фотографиями на сцене — столь же красивой, как и сейчас.

Эта

женщина, которая отказалась от своей карьеры ради любви, никогда не

пыталась объясниться. Даже после недавнего инцидента она сразу же

сделала шаг вперёд и взяла на себя полную ответственность.

Господи, все неправильно поняли Тан Нин!

Мо Юйжоу действительно знала, как играть. Кто бы мог подумать, что Тяньи поиздевается над такой бедной женщиной.

Игра снова перевернулась…

Бесчисленные

люди в Интернете чувствовали вину за то, что ранее осуждали Тан Нин, их

чувства к ней быстро вылились из темноты в свет. Пока все это

происходило, Мо Юйжоу была посреди интервью: «Я больше не знаю, как

объяснить ее бесстыдство …»

Репортер была поглощена интервью в тот момент, когда ее коллега внезапно вытащила свой телефон, чтобы показать ей что-то.

Увидев фотографии, репортер подняла телефон и спросила Мо Юйжоу: «Мисс Мо, эти фотографии настоящие?»

«Что это?»,- лицо Мо Юйжоу побледнело.

«Это

интимные фотографии с вами и генеральным директором Тяньи, Хань

Юйфанем. Вы хотите, чтобы я подробно рассказала о том, что вы делаете на

этих фотографиях?»

Мо Юйжоу остолбенела … всего лишь мгновение

назад она все еще плакала перед камерой, вызывая жалость. Теперь она

вдруг превратилась в любовницу, которая соблазнила чужого жениха. В их

глазах она ничем не отличалась от тех новых моделей, которые продавали

себя, чтобы продвигаться в индустрии.

Самое главное, она не могла найти никаких слов, чтобы оправдать себя.

Журналистам было стыдно за нее.

«Значит,

эти фотографии реальны, я полагаю, с одной стороны, вы плакались на

камеру, а с другой, вы крали чужого жениха», — внезапно вопросы

женщины-репортера стали осложняться.

«Н … Нет …»

«Фотографии очевидны, не говорите мне, что вы все равно будете отрицать это».

«Нет,

это все фейк … все это часть плана Тан Нин»,- Мо Юйжоу вдруг стала

беспомощной перед камерой: «Больше не снимай, убирайся, я больше не

хочу, чтобы меня снимали, уходи!»

Женщина-репортер выпустила

холодный «пфф», она презирала Мо Юйжоу. «Мисс Мо, хотя мы все привыкли к

индустрии развлечений, я все еще должна сказать вам следующее: Бог

наказывает тех, кто имеет плохие намерения, есть на свете

справедливость. Отныне я не буду писать о Тан Нин ничего плохого».

Мо Юйжоу дрожала от страха. Как только журналисты ушли, она позвонила Хань Юйфаню.

«Юйфань, ты видел фотографии? Что нам делать?»

«Это

просто фотографии, что ты паникуешь? Компания уже работает над решением

…»,- Хань Юйфань отвечал спокойно. Однако … внутри он был не таким уж

спокойным. Всё это не только повлияло на будущее Мо Юйжоу, но и на

Тяньи, но из-за этого он так же навсегда может потерять Тан Нин.

В конце концов, он унижал ее и обманывал.

«Тан Нин стоит за всем этим»

«Если

бы ты не задирала ее, ты думаешь, все это произошло бы?»,- после своих

слов Хань Юйфань сердито бросил трубку. Затем, найдя номер телефона Тан

Нин, он позвонил. «Очевидно, твой телефон звонит, Тан Нин, поднимай

трубку».

На самом деле Тан Нин держала ее телефон в руках. Она

представляла себе, как тревожно Хань Юйфань должен чувствовать себя

прямо сейчас, поэтому она решила не отвечать.

Уйдя из палаты Мо

Юйжоу, Тан Нин нашла место, где можно было спрятаться, пока она ждала,

когда Мо Тин отправит кого-нибудь забрать ее. К ее удивлению, Мо Тин

решил приехать лично.

«Тан Нин, садись».

Услышав его

глубокий голос, вся тревожность в ее сердце испарилась. Телефон

продолжал звонить, но она бросила его на заднее сиденье машины Мо Тина.

«Ты не собираешься?»,- Мо Тин показать одну сторону его красивого лица.

«Ты уже знаешь ответ»,- Тан Нин ухмыльнулась. Её целью было заставить Хань Юйфаня искать ее всю ночь и испытать каково это.

Мо Тин замолк и сосредоточил свой взгляд на человеке перед собой. Тем

временем взгляд Тан Нин был сосредоточен на черной родинке на мочке уха

Мо Тина. Было похоже, будто он родился с серьгой, это придавало ему

немного злую и опасную ауру.

«Твой взгляд … приглашает меня поцеловать тебя? Обнять тебя? Или …»

Тан

Нин сохраняла её нервозность. Она протянула руку и ухватилась за руку

Мо Тина, пытаясь избежать его страстного взгляда. «Прежде чем мы

отправимся в наш новый дом, может, сначала съездим поужинать?»

«После того, как мы поедим, можем ли мы, наконец, закончить то, что мы не закончили прошлой ночью?»

Мо

Тин беззаботно спрашивал её, Тан Нин не могла скрыть своей нервозности,

потому что в глубине души она знала, что она не сможет опять набраться

смелости, как в прошлый раз. Мо Тин не собирался давить на нее. Он

просто позволил ей держать его руку, когда он выдал пронзительную

улыбку.

По просьбе Тан Нин двое не поехали домой. Вместо этого

они оказались в знаменитом парке цветущей вишни. Это было место, где Тан

Нин часто встречалась с Хань Юйфанем для свиданий. Однако сегодня она

собиралась полностью искоренить его из своего сердца. Итак, в конце

концов, она подняла трубку: «Я в парке цветущей вишни, где мы постоянно

встречались в былые дни. Если ты все еще хочешь меня видеть, тогда

встреть меня там …».

«Хорошо, я сейчас приеду»,- Хань Юйфань

немедленно согласился. Хоть у него и был роман с Мо Юйжоу, он никогда не

собирался отказываться от Тан Нин. Где он мог найти другую женщину,

которую так легко водить за нос? Плюс, помимо того, как она была ему

верна, у нее была хорошая семья, и у нее был покладистый характер.

Тан

Нин повесила трубку и посмотрела на Мо Тина, который сидел напротив.

Честным, но подавленным голосом она пообещала: «Это последний раз, когда

я говорю с ним по телефону о наших отношениях. С этого момента … больше

никогда».

Мо Тин поднял брови. Не сказав ни слова, он похлопал

по сиденью рядом с ним, указывая, чтобы Тан Нин сёла рядом; придавая ей

ощущение принадлежности ему.

Тан Нин послушно села рядом. Двое смотрели в окно ресторана. Вскоре возле дерева цветущей вишни появилась встревоженная фигура.

Хань Юйфань приехал!

Столько

раз в прошлом она стояла в том же месте, где сейчас стоял Хань Юйфань,

наивно ожидая весь день. 5 из 10 раз она оставалась ни с чем.

Искренность, которую она проявляла, была растоптана так легко, так что …

… она хотела, чтобы Хань Юйфань испытал все это.

«Это

действительно сбавит твою ненависть?»,- Мо Тин спросил, взявшись одной

рукой за её плечо, когда он посмотрел на фигуру перед ними.

«Конечно нет, но я хочу, чтобы он испытал все, через что я прошла, неважно, много ли или мало!»

Мо

Тин вытянул свои длинные пальцы и схватил подбородок Тан Нин. Взглянув

ей в глаза, он увидел деликатную женщину, однако, когда она сталкивалась

с эмоциональной болью, она могла разрешить такие вопросы быстро и

чисто.

«Я заказала фуа-гра. Официант сказал, что они прямиком из Франции, я думаю, что это будет неплохо».

Мо Тин отпустил ее из объятий и удивленно улыбнулся: «Откуда ты знаешь, что мне нравится?»

«Нетрудно узнать предпочтения моего мужа»,- Тан Нин указала официанту начать подавать блюда: «Давай есть, пока мы болтаем».

Мо

Тин посмотрел на ее розовые и мягкие тонкие губы. Его взгляд являл

оттенок агрессии: «Но … я не хочу болтать, я просто хочу … поцеловать

тебя!»

Хань Юйфань все еще стоял на том же месте. В это время,

наверху в ресторане, Тан Нин и Мо Тин наслаждались едой. Тан Нин не

любила разговаривать с Мо Тином о своей работе, и он это понимал.

Помогая Тан Нин дважды, он увидел, что на этот раз она справилась сама.

Эта маленькая женщина, конечно, не слаба.

Однако … хотя она и не

была слабой, она всё еще была женой Мо Тина. Пока она была его женой,

он хотел удостовериться, что она будет создавать другим проблемы, а не

наоборот.

В один миг прошел час. Хань Юйфань продолжал ждать,

хотя он и терял терпение. За это время он постоянно пытался дозвониться

до Тан Нин, но, Тан Нин уже отключила все уведомления. В этот момент, в

глазах Тан Нин и Мо Тина, он был похож на привратника, стоящего на

страже под деревом.

Наконец, они закончили еду. Мо Тин взглянул вниз и спросил: «Ты хочешь и дальше смотреть на это?»

«Нет, я хочу, чтобы ты помог мне переехать».

Мо

Тин кивнул и быстро оплатил счет, а затем сопроводил Тан Нин через

боковую дверь. Вскоре после этого пара приехала в дом Тан Нин. Однако

когда Мо Тин собирался войти, Тан Нин попросила его подождать 5 минут

снаружи. 5 минут спустя, когда он вошел в дом, все следы отношений Тан

Нин и Хань Юйфаня исчезли. Тан Нин не пришлось избавляться от многого,

так как Хань Юйфань всё равно не часто задерживался.

«Мо Тин, подожди немного, я собираюсь взять несколько вещей».

Мо

Тин осмотрел дом Тан Нин. Он нашел огромную фотографию в гостиной; это

была фотография Тан Нин, где она получала свой трофей модели номер один.

Если бы она никогда не бросала индустрию … она бы уже вышла на

международный уровень.

Через 5 минут Тан Нин появилась из своей спальни, держа в руках плюшевого медведя: «Это все мое имущество».

«Тебе больше ничего не нужно?»

«Нет,

я выброшу эти воспоминания»,- Тан Нин уверенно покачала головой.

Внезапно Мо Тин подтянул ее к себе и прижался к ней холодными губами.

Сначала

Тан Нин была удивлена, но вскоре после этого она закрыла глаза и

ответила на поцелуй. Так продолжалось, пока руки Мо Тин не скользнули…

под ее юбку. «Давай отложим остальное, пока мы не вернемся домой. Но

теперь, мой поцелуй облегчил твои воспоминания?»

Тан Нин обняла

Мо Тина. Она чувствовала его спокойное дыхание. С этого момента она не

собиралась позволять никому причинять ей боль. Она собиралась сохранить

то, что принадлежало ей, плотно сжав в ладони.

Возвращаясь к

дереву цветущей вишни, Хань Юйфань прождал четыре часа. Он изначально

собирался продолжать, но потом … он принял телефонный звонок от Мо

Юйжоу: «Юйфань, где ты? Я у тебя дома, я не могу тебя найти, у меня

болит живот … Юйфань , почему ты не разобрался с фотографиями? Я боюсь,

что меня так уничтожат».

Хань Юйфань очнулся в одно мгновение и

быстро бросился домой. Увидев Мо Юйжоу, стоящую на одной ноге у двери,

он не мог не подбежать к ней. «Я не позволю уничтожить тебя, и я не

позволю уничтожить Тяньи».

«Юйфань, у меня есть только ты. Не бросай меня и ребенка».

Хань

Юйфань успокоил Мо Юйжоу, нежно погладив ее по спине. В ту ночь он

заставил своих сотрудников опубликовать заявление. Истина заключалась в

том, что Мо Юйжоу потеряла опору из-за травмированной правой ноги и

случайно упала в объятия Хань Юйфаня, и оба приземлились на кровать.

Это было совсем не то, как выглядело на фотографиях, где они не целуются на кровати.

Самое

главное, что в то время Хань Юйфань по-прежнему хотел пожертвовать Тан

Нин, намекая, что это чей-то заговор и говоря общественности, чтобы они

не верили всему подряд.

После публикации новостей, Хань Юйфань задействовал несколько

влиятельных СМИ, чтобы они помогли очистить его репутацию. В последующие

три дня он использовал каждый способ, чтобы вернуть профессиональную

репутацию и имидж Мо Юйжоу — опять же, его намерение оставались тем же —

свалить вину на Тан Нин. В конце концов, подобные сплетни обычно жили

всего несколько дней, прежде чем публике надоедало. Как только появятся

свежие новости, этот маленький скандал просто исчезнет в глубинах

воспоминаний каждого. Очень скоро Мо Юйжоу сможет вернуться к работе.

Их

план состоял в том, чтобы помочь Мо Юйжоу выиграть премию лучших

моделей, а затем объявить, что она собирается учиться за границей. В то

время она могла тайно родить своего ребенка. Единственная причина, по

которой Хань Юйфань был готов принять ребенка, состояла в том, что Мо

Юйжоу была его первой настоящей любовью, и она терпела его много лет.

Вдобавок ко всему, Мо Юйжоу в настоящее время имеет многообещающее

будущее, поэтому он не собирался бросать курицу, несущую золотые яйца.

У

менеджера Тан Нин было выражение иронии на лице, когда она смотрела на

новости PR агентов Хань Юйфаня. Она прокралась к дому Тан Нин и зашла,

поскольку у нее были ключи, но к её удивлению, Тан Нин не было дома.

Итак, из-за неопределенности, она решила позвонить Тан Нин: «Тан Нин, почему ты не дома?»

Тан Нин набирала ванну для Мо Тина. Она рассмеялась: «У меня не было возможности сказать тебе… я переехала».

«Куда? Там безопасно? Хань Юйфань знает?»

Тан

Нин обернулась и посмотрела на Мо Тина, который только что вошел в

ванную. Когда она собиралась объясниться, ее прервал Мо Тин, который не

понял, что она разговаривает по телефону: «Тебе стоило оставить это на

служанку».

На другом конце провода Лун Цзе внимательно слушала.

Она услышала мужчину и сразу же спросила высоким голосом: «Тан Нин, с

кем ты? Чтобы насолить Хань Юйфаню, ты использовала такие крайние

средства? Я знала, кто-то помогал тебе из тени в течение всего этого

хаоса, ты меня очень расстраиваешь, тебя кто-то поддерживает?»

«Где ты? Я приду, ты … тебе не нужно так низко опускаться …»

«Где ты? Я хочу увидеть тебя немедленно, иначе я сейчас умру!»

Тан

Нин не знала, что делать. Она посмотрела на Мо Тина, когда она накрыла

спикер на своем телефоне и спросила его мнение: «Мой менеджер, похоже,

неправильно поняла мой переезд. Итак … Мне нужно немного рассказать ей,

чтобы объясниться».

«Ты ей доверяешь?»,- на самом деле Мо Тин

уже собрал сведенья о Лун Цзе. Она была страстной и профессиональной,

хотя она часто была простодушна и далека от того, чтобы быть

топ-менеджером, но она была лояльна к Тан Нин и была полезным человеком.

«Ага».

«Тогда позволь мне немедленно забрать ее».

Тан

Нин осторожничала. Она понимала, что имеет ввиду Мо Тин, и она доверяла

его суждению. Она больше не была той Тан Нин из прошлого, которая

позволяла другим играть в игры прямо у неё перед носом. Итак, она

сказала Лун Цзе, что она отправит кого-то, чтобы подобрать её у своего

старого дома.

Лун Цзе вздохнула с чувством разочарования.

Тан

Нин улыбнулась и повесила трубку. Она положила телефон и повернулась к

Мо Тину: «Я наполнила ванну, так ты собираешься купаться?»

Мо

Тин поднял бровь, когда он застегнул рубашку, прикрыв свою

привлекательную ключицу: «У нас гости, я должен присутствовать, как

мужчина в этом доме … самое главное, я хочу купаться … с тобой».

Тан Нин покраснела, но … застенчиво кивнул.

…

Лун

Цзе была крайне расстроена, она чувствовала, что Тан Нин не стоит

впадать в такие крайности, чтобы попортить жизнь Хань Юйфаню. Она

особенно не могла поверить, что Тан Нин охотно бросилась к другому

мужчине, когда в индустрии развлечений явно не было настоящей любви.

Большинство людей в индустрии просто хотели отношений одну ночь — на

следующий день они притворились бы, что не знают друг друга. Как она

может быть так глупа, что участвует в чем-то подобном?

Лун Цзе

кипела гневом, когда она ходила взад-вперед, ругаясь себе под нос, пока

Лу Чэ не добрался до дома и не увидел Лун Цзе: «Если вы хотите увидеть

мисс Тан, идите со мной».

Лун Цзе был знаком Мо Тин, однако …

она не знала Лу Чэ. Итак, она была не очень дружелюбна к нему. Она

подняла ногу и пнула его: «Если что-нибудь случится с моей драгоценной

Тан Нин, я оставлю тебя и твоего босса инвалидами».

Лу Чэ

поправил свою прическу, внезапный удар сильно затруднил его возможность

сохранять его имидж, когда его лицо было в ужасе от боли: «Давайте не

будем говорить о том, кто и кого оставит инвалидом, для начала пройдите

за мной».

Лун Цзе выдала «пфф», задрала голову и впилась

взглядом в Лу Чэ, когда она села в его машину. На протяжении всей

поездки Лун Цзе пыталась проверить Лу Чэ, угрожая ему разными способами,

даже упоминая семью Тан Нин. Все, чего не хватало, было ножом у его

шеи. Наконец, когда машина подъехала к усадьбе, Лун Цзе умолкла в шоке.

Hyatt Regency, это был один из ориентиров города Пекин. [1]

В

этом поместье было всего 30 семей. Каждый дом был богатым и

могущественным. Один поиск истории любого случайного дома из этой

области заставит обычного человека потерять дар речи.

«Он … он … кто, черт возьми, твой босс?»,- Лун Цзе почувствовала слабость в коленях.

«Вы узнаете, как только войдете внутрь», — раздраженно ответил Лу Чэ. У него тоже был характер.

Сердце

Лун Цзе чуть не выпрыгнуло из ее груди в страхе, когда огонь внутри нее

утих, кто бы ни был внутри, он определенно не был тем, с кем она могла

бы поспорить. Вскоре после этого автомобиль преодолел металлические

ворота, которые закрывали вид на красивую виллу с фонтаном впереди. Лун

Цзе проводили из машины и в гостиную в испанском стиле.

Тан Нин сидела на диване в удобной белой домашней одежде, на ней не было косметики, но она была так же красива, как и всегда.

«Тан

Нин, что это такое? Ты нашла себе богатого старика?»,- Лун Цзе спросила

шепотом, когда она подошла к Тан Нин: «Ты пожертвовала собой ради Хань

Юйфаня?»

«Лун Цзе, мне нужно что-то тебе рассказать, но … ты не

должна расстраиваться»,- Тан Нин потянула Лун Цзе на диван рядом с

собой.

«Говори … ты нашла нового парня?»

«Нет …»,- Тан Нин покачала головой, сдерживая улыбку.

«Это хорошо…»

«Я вышла замуж».

Лун Цзе: «…»

Через пару минут она внезапно разразилась: «Что ты сказала? Замуж? За кого? Зачем тебе так играться со своим счастьем?»

Пока

Лун Цзе допрашивала Тан Нин, Мо Тин только что разрешил деловые вопросы

и вышел из кабинета сверху. К удивлению Лун Цзе, он подошел к дивану,

ласково наклонился и мягко прошептал в ухо Тан Нин. Тан Нин повернулась

лицом к Мо Тину и послушно кивнула: «Я знаю, это не займёт больше

получаса».

Мо Тин был доволен ее ответом. Он оглядел Лун Цзе на

мгновение и направился наверх. Все, что произошло за этот короткий

промежуток времени, было достаточно, чтобы Лун Цзе застыла в недоумении.

«Тан Нин, быстро, ущипни меня. Я хочу знать, я что, сплю?».

«Зачем?»,- Тан Нин потянула ее к себе, чтобы вернуть в чувство,

«Итак, человек, за которым ты замужем, является генеральным директором Хай Жуй Энтертейнмент, Мо … Тин?»

«Ага».

«Серьезно?»,- Лун Цзе снова попросила подтверждения.

«Тебе не кажется, это он, мой новый муж»,- Тан Нин серьезно кивнула.

Выслушав

ее ответ, Лун Цзе перешла от крайней печали к крайнему счастью.

«Неудивительно, что статья оставалась на вершине рейтинга поиска, и Хань

Юйфань не мог ее удалить, независимо от того, сколько денег он вливал.

Тан Нин, это такой большой сюрприз!»

«Ты приняла правильное

решение! Если ты собираешься идти замуж, это определенно не должен быть

неудачник, как Хань Юйфань. Я просто никогда не думала, что ты на самом

деле выйдешь замуж за генерального директора Хай Жуй Энтертейнмент. Хай

Жуй находится на совершенно другом уровне, чем Тяньи! Это полностью

излечивает мою ненависть. Если Хань Юйфань узнает, это будет просто

прекрасно.

«Но у меня пока нет планов объявлять о моих отношениях с Мо Тином», —

спокойно объяснила Тан Нин. От неё исходила аура уверенности: «Я

уверена, с помощью Мо Тина моя карьера будет развиваться не по дням, а

по часам. Другие люди буду знать меня только как «жену Мо Тина», а не

как «модель Тан Нин». 3 года назад, мне удалось стать топ-моделью в

Пекине, теперь, 3 года спустя, я уверена, что я снова смогу сделать это

своими силами. Я заполучу то, что изначально мне причитается».

«Лун

Цзе, если ты по-прежнему готова мне помочь, тогда мы пройдём через это

вместе. Если ты этого не хочешь, я не настаиваю. Я помогу тебе разорвать

контракт с Тяньи и найти работу в компании получше».

«Что за

глупости ты говоришь? Конечно, я хочу остаться на твоей стороне. Я хочу

стать топ-менеджером международной супермодели», — уверенно ответила Лун

Цзе, — «но ты планируешь остаться в Тяньи Энтертейнмент?»

«Как

ты думаешь?»,- Тан Нин взглянула на Лун Цзе, позволив ответить самой

себе: «Хань Юйфань использовал меня столько раз. Неважно как … я отплачу

ему за это».

Услышав это, Лун Цзе рассмеялась и наклонилась к

Тан Нин; ее плечи сотрясались от смеха: «Тан Нин, я все эти годы

считала, что ты была невинной, я никогда не думала, что ты такая

коварная. Итак, что дальше, что нам делать? Выпустить видео?»

«Нет

… давай разберёмся с должностью представителя. Конкретнее, давай вырвем

из рук Мо Юйжоу то, что изначально принадлежало мне, а потом поклонники

Мо Юйжоу определенно вознегодуют. Тогда то видео и должно быть

выпущено!»

«Лун Цзе, тебе всё ещё нужно будет усердно работать.

Помоги мне отредактировать клипы с шоу «Звезда короны» и опубликуй видео

онлайн».

«Хорошо, не беспокойся! Оставьте это мне!»,- выслушав

план, глаза Лун Цзе загорелись, она кивнула головой. Самое главное, она

обнаружила, что Тан Нин была другой — она была слабой и хрупкой, но,

когда она была спровоцирована, ответ её был яростен.

После их

разговора Тан Нин попросила Лу Чэ сопроводить Лун Цзе домой, прежде чем

она встала с дивана и направилась обратно в спальню. Мо Тин только что

переоделся в халат и сидел на диване, наслаждаясь бокалом красного вина.

Тан Нин занервничала, но все же подошла к Мо Тину. Мо Тин

продолжал потягивать вино из своего бокала, когда внезапно … он

потянулся и схватил ее за плечо, приложив губы к ее губам. У него все

еще было вино во рту, так он поделился приятным вкусом с Тан Нин.

Тан

Нин была застигнута врасплох, ее лицо покраснело. Мо Тин легко

засмеялся, когда он поцеловал ее в кончик носа: «Если ты не можешь пить,

тебе будет нелегко на мероприятиях, тебе нужно тренироваться …»

Тан Нин подтолкнула ее тело к гладкой груди Мо Тина: «В таком случае, президент Мо, что вы предлагаете?»

«Каждый день выпивать маленький стаканчик, что скажешь?»

«Таким же методом, как сейчас?»,- Тан Нин слегка приподняла брови.

Мо Тин не мог не выпустить нежный смешок, когда он кивнул: «Тебе понравилось?»

«Хм»,- Тан Нин кивнула.

«Тогда сделаем это».

После

того, как он договорил, Мо Тин снова поднял бокал к губам. Используя

тот же метод, он снова наклонился, но на этот раз … после того, как они

закончили пить вино, они не расцепились. Они продолжали страстно

целоваться, они использовали диван под ними, как кровать.

Поскольку

прерывистые поцелуи Мо Тина медленно продвигались к другим частям ее

тела, Тан Нин чувствовала, как вся она дрожит, она больше не могла чётко

соображать. Никогда еще она не испытывала такой электризации, ее тело

было слабым, как песок. В разгар действия все, что она могла видеть,

было красивым носом Мо Тина и его мягкими губами, она чувствовала его

сильные руки и …

«Мо … Тин … пойдем на кровать, я не хочу делать этого… на диване».

Услышав

ее просьбу, Мо Тин внезапно остановился. Глядя вниз на ее длинные

стройные ноги, красивые, как хвост русалки, он сдержал свои желания,

когда он завернул Тан Нин в халат. Он поднял ее и отвел в ванную,

осторожно положив ее в ванну.

«К чему это?»

Мо Тин

обернул полотенце вокруг его тела и встал на колени перед Тан Нин. Он

поднял подбородок и сказал: «Сначала я получу твое сердце. Когда я буду

единственным в твоем сердце, я сделаю тебя полностью моей»,- закончив

говорить, Мо Тин встал, но Тан Нин протянула руку, чтобы схватить

полотенце.

«Мне нравится … мы … сделаем это. Ты все еще не доверяешь мне?»

Мо

Тин мягко погладил Тан Нин по голове, одновременно успокаивая её: «Я

действительно хочу тебя… ты даже не представляешь, насколько ты

привлекательна, но я хочу тебя всю, тело и сердце … Я подожду, пока ты

будешь уверена».

Тан Нин кивнула, держась за левую руку Мо Тина: «Прошло много времени с тех пор, как кто-то относился ко мне с уважением».

Мо

Тин понимал, что она имела в виду. Хотя он хотел разорвать Хань Юйфаня

на куски … Мо Тин верил в Тан Нин, она могла справиться своими

способностями, чтобы получить то, что она хочет.

…

На

следующее утро скандал между двумя моделями Тяньи уже был сменен новыми

заголовками дня. Шумиха в новостях всегда рассеивалась так же быстро,

как появлялась. Однако … из-за решения Тан Нин сделать шаг вперёд и

взять всю вину на себя, у нее появилось огромное количество новых

поклонников. Эти фанаты теперь искали её старые выступления и

фотографий…

Никто не заметил, но Тан Нин в этот момент уже постепенно возвращалась на сцену.

Особенно

во время шоу Звезды Короны, выступление Тан Нин определенно

превосходило всех самых горячих моделей. Ее новые поклонники посчитали

несправедливым, что Тан Нин осталась ни с чем, поэтому все они стали

распространять свои видеоролики онлайн, обращаясь к HF. Просмотрев видео

с Тан Нин, HF были поражены её красотой. В частности, увидев множество

фотографий и позы Тан Нин, дизайнер, который рассердился на Тан Нин в

день шоу, внезапно понял, насколько хорошо Тан Нина подобрала свои

украшения … было похоже на то, что они были созданы друг для друга»

Дизайнер

HF задумался. Его суждение было вызвано ложью Тяньи, но теперь, когда

он успел успокоиться и подумать об этом, элегантность и профессионализм

Тан Нин определенно подходили к шоу со Звездой Короны.

Кроме того, из-за извинений Тан Нин, HF развили к ней чувство доверия.

Таким

образом, высшие руководители HF быстро собрались вместе для встречи,

чтобы обсудить замену представителя. В конце концов … они пришли к

консенсусу. В офис президента Тяньи Энтертейнмент поступил телефонный

звонок.

«Юджин, Юйжоу почти оправилась от травм. Выпуск вашего нового продукта не задержится, это определенно …»

«Нет,

я не спрашиваю об этом. Г-н Хань Юйфань, мы хотели бы заменить лицо

нашего брэнда. Мы хотели бы сменить Мо Юйжоу на Тан Нин!»,- сказал он на

идеальном английском.

Услышав просьбу, Хань Юйфань не знал, как реагировать: «Нет, мистер Юджин, я так не думаю»

«Мы

еще официально не подписали контракт. Если вы не станете менять на «Тан

Нин», мы скорее отменим наше сотрудничество и найдём другую компанию, с

которой можно работать».

«У нас есть другие модели, более известные, чем Мо Юйжоу …».

«Нам нужна только Тан Нин».

Г-н

Юджин был настойчив в своём решении, оставив Хань Юйфаня без выбора,

кроме как согласиться. Эта сделка первоначально обеспечивала Мо Юйжоу

награду Топ-десяти моделей. После такого поворота Мо Юйжоу определенно

собиралась устроить истерику.

Новости быстро дошли до Лун Цзе:

HF позвонили в офис Хань Юйфаня с просьбой поменять представителя.

Поэтому, когда она разговаривала с Тан Нин по телефону, она была в

высшей степени взволнована: «Тан Нин, Тан Нин, ты получила контракт!»

«Не

торопись так, Мо Юйжоу не позволит этому так легко случиться»,- Тан Нин

не позволяла ей расслабляться, хотя все карты были у них на руках.

Новости запроса HF о замене представителя быстро распространились по всей индустрии …

Мо

Тин также слышал эти новости во время перерыва. По его мнению, если бы

его компания занималась сделкой с представительством HF, они согласились

бы даже на модель с наименьшим рейтингом. Но, для Тан Нин это означало,

что она успешно вернула себе то, что украла у неё Мо Юйжоу. Итак, он

немедленно позвонил Тан Нин: «Ты хорошо справляешься».

Тан Нин нежно рассмеялась, а затем с благодарностью ответила: «Твоя хвала делает меня счастливее, чем что-либо еще».

«Я буду ждать … пока ты вернешься на первое место».

На

этот раз Тан Нин просто ответила двумя словами: «Я вернусь!». Пришло

время вернуться в Тяньи, чтобы встретить озлобленное отношение Мо Юйжоу.

Когда вести уже разлетелись, Мо Юйжоу все еще сладко спала в

доме Хань Юйфаня. Прошлой ночью она сбежала из больницы в дом Хань

Юйфаня и сыграла на его чувстве вины, чтобы держать его всю ночь — не

позволяя ему позвонить Тан Нин. Все, что было в её руках — другие … не

должны даже мечтать об этом — особенно Тан Нин, которая всегда была

против нее.

Ее помощник был нетерпелив и взволнован, когда он

добрался до дома. Он раскрыл для Мо Юйжоу новости, и ее первая реакция

была неверием: «Представитель HF уже был утверждён, они не могут

изменить его».

«Юйжоу, всё это реально. Президент Хань получил

телефонный звонок от HF сегодня днем. Они лично сказали ему, что хотят

обменять лицо брэнда на Тан Нин, иначе они предпочтут связаться с другой

компанией»,- её помощник указал на новости перед ним с насущным и

сердитым выражением: «Что именно сделала Тан Нин? Если она хотела

заключить сделку, почему она выбрала именно вашу сделку?»

«Вернемся

в офис. Такой инцидент, я хочу, чтобы Юйфань лично дал мне объяснение».

Мо Юйжоу знала, что если бы она обсуждала этот вопрос по телефону или

дома, он бы ласково заговорил ей зубы и ушёл от ответа. Поэтому она

решила вернуться в офис и встретиться с проблемой лицом к лицу.

Тем

временем Хань Юйфань уже был подавлен. HF были твёрдо настроены, чтобы

напрямую заменить Мо Юйжоу на Тан Нин, но он знал, что это сильно ранит

Мо Юйжоу. Однако имел ли он право сказать «нет»? В конце концов, он не

собирался отказываться от денег.

Когда Хань Юйфань обдумывал

способы успокоить Мо Юйжоу; Мо Юйжоу, с помощью своего помощника, вошла в

его кабинет, сидя в инвалидном кресле. Она прибыла незадолго до Тан Нин

с разницей в несколько сотен метров.

«Юйфань, как это понимать? Как моя позиция представителя досталась Тан Нин?»

Хань

Юйфань махнул рукой, чтобы её помощник вышел из комнаты. Когда в

кабинете остались только двое, Хань Юйфань подошел к Мо Юйжоу и стиснул

ее в объятиях: «Юйжоу, всё было вне моего контроля. Я помогу тебе

достать еще лучший контракт».

«Ты не хуже меня знаешь, что

господин Юджин из HF приходится братом мисс Эрин, которая является одной

из судей Топ-десяти моделей. Эта сделка была действительно важна для

меня и, самое главное, как ты мог отдать её именно Тан Нин?»,- Мо Юйжоу

сердито оттолкнула Хань Юйфаня, ее голос дрожал. «Она уже украла тебя у

меня, не так ли? С чего бы ей бороться со мной и дальше? Мне все равно …

если я потеряю эту сделку, тогда я не хочу этого ребенка. И бросаю

Тяньи».

«Ты говоришь на эмоциях»,- Хань Юйфань попытался

контролировать ее характер: «Как ты можешь так легко отказаться от

нашего ребенка? Ты знаешь, что я на твоей стороне, однако на этот раз HF

были непреклонны…»

«Тан Нин уже бросала индустрию в прошлом, что теперь? Она собирается выходить замуж за тебя, зачем ей вообще нужен контракт?»

Услышав

рассуждения Мо Юйжоу, Хань Юйфаню казалось, что они имели смысл. Судя

по характеру Тан Нин, в прошлом она отказалась от своего шанса на

многое, еще один раз для нее не будет иметь никакого значения. Поэтому

он успокоил Мо Юйжоу: «Я поговорю с ней об этом. Не сердись, хорошо?»

Мо

Юйжоу закатила глаза, когда она упала в руки Хань Юйфаня. В это время

раздался стук в дверь; Тан Нин и Лун Цзе вернулись в офис.

Мо

Юйжоу немедленно спрятала свои слезы и дистанцировалась от Хань Юйфаня,

смотря на него обиженным взглядом. Тан Нин толкнула дверь и вошла в

кабинет.

«Тан Нин, куда ты пропала вчера вечером? Знаешь ли ты, что я искал тебя всю ночь?»,- Хань Юйфань задавал один вопрос за другим.

Тан Нин взглянула на него, а затем на Мо Юйжоу.

«Это все недоразумение между мной и Юйжоу. Я уже выпустил заявление, чтобы разобраться с этим. Не волнуйся, хорошо?»

Тан

Нин отвернулась, не сказав ни слова. Она очень хорошо знала, что Хань

Юйфань подразумевал под «искать ее всю ночь». Он, очевидно, так много

искал, что оказался в постели с Мо Юйжоу. В противном случае он не мог

не заметить, что она съехала их своего дома.

«К сожалению,

проблема с мисс Мо и мной не вызвана недопониманием…»,- Тан Нин говорила

спокойно: «Я помогала ей столько раз, но она воткнула мне нож в спину.

По вашему мнению, меня так легко использовать?»

«Тан Нин, Юйжоу беспокоилась, что вокруг были журналисты, и это было единственное, что она могла сделать!»

«В самом деле?»,- Тан Нин вопрошала подозрительно.

«Несмотря

на это, этот инцидент исчерпан, давай не будем зацикливаться на нем.

Что касается лица брэнда HF, как насчет того, чтобы ты вернула эту

сделку Юйжоу, этот контракт очень важен для нее. Ты уже уходила из

индустрии и не собиралась давать никаких шоу, так что … ты не можешь

быть представителем», — Хань Юйфань говорил тоном начальника, заставляя

Тан Нин отдать сделку.

«Точно, Тан Нин, помимо этого ты не

выступала в течение стольких лет, ты не знакома со сценой …»,- Мо Юйжоу

добавила: «Вдобавок ко всему, сделка изначально была моей. HF должно

быть подумали, что я не смогу восстановиться вовремя, поэтому они

выбрали тебя. Ты же не хочешь быть заменой?»

«Эти слова,

исходящие от мисс Мо, звучат немного иронично», — холодно проговорила

Тан Нин, заставляя Хань Юйфаня откидываться назад: «Тан Нин, раньше ты

не была такой. Если ты все еще любишь меня, верни сделку. Для будущего

компании нам нужно, чтобы Юйжоу получила награду, чтобы мы могли

повысить репутацию нашей компании в индустрии».

Слова Хань Юйфаня явно несли угрожающий тон. Он зашел так далеко, что использовал любовь как причину.

Слушая

до этого момента, Мо Юйжоу смеялась внутри. Она знала, что Тан Нин

сделает что угодно для Хань Юйфаня, не говоря уже о сдаче сделки.

«Юйфань,

быстро, набери HF. Пусть они знают, что Тан Нин слишком занята,

планируя свою свадьбу и не может приступать к новым работам …»

Хань Юйфань кивнул и взял трубку. Но, как только он схватил её, Тан Нин остановила его: «Сделка … уже заключена».

«Тан Нин!»,- Хань Юйфань воскликнул в шоке, Тан Нин никогда не выступала против каких-либо его решений раньше.

«Не

забывай, я тоже модель Тяньи Энтертейнмент. На самом деле, я уже

говорила с основателем HF, господином Юджином, и он с нетерпением ждет

совместной работы».

«Тан Нин, я президент Тяньи Энертейнмент. Окончательно решение за

мной, а не тобой!»,- Хань Юйфань был полон гнева, когда он смотрел на

Тан Нин: «Почему тебе так нужно было забрать сделку Юйжоу?»

«Ты

думаешь, что я взяла сделку только потому, что я так хотела? HF

запросили замену. Я была взволнована, в конце концов, нам ничего не

останется, поэтому я попыталась договориться. Я не верила слухам о тебе и

Мо Юйжоу, но тот факт, что ты скорее пожертвуешь мной, чем её карьерой,

заставляет меня задаваться вопросами, вы двое…»

«Конечно, нет,

что на тебя нашло?»,- Хань Юйфань сразу же отрицал любые отношения: «Я

просто думал, что, раз мы собираемся пожениться, почему бы тебе не

остаться дома и ухаживать за нашей семьей?»

«Тогда, ты

объяснишься перед господином Юджином?»,- Тан Нин расслабила ее руку,

сжимавшую телефон. У нее на лице было выражение разочарования: «Кроме

того, что ты имеете в виду под «я ЗАБРАЛА сделку Мо Юйжоу? Разве она не

достаточно забрала у меня? Ради неё, я уже разругалась со всеми. Кто бы

мог подумать, в конце концов, она даже не оценит мою доброту … »

«Тан

Нин, ты внезапно объявила, что ты уходишь из центра внимания, поэтому

вся твоя работа досталась мне»,- Мо Юйжоу не отступала, она начала

спорить с Тан Нин. То, что она ненавидела больше всего, это когда люди

говорили, что ей достались объедки со стола Тан Нин. «Кроме того, с

твоей нынешней популярностью и способностями, если бы ты сказала, что

сделала мне одолжение и отдала мне свою сделку, никто не поверит».

«Хорошо, если вы сумеете убедить господина Юджина передумать, то я отступлюсь. Без комментариев».

Хань

Юйфань застрял в трудном положении между двумя женщинами. Самое

главное, Тан Нин все еще злилась на него, иначе она бы не ослушалась его

приказов — чего она никогда не делала раньше. HF действительно

попросили, чтобы представитель был заменен на Тан Нин, поэтому Хань

Юйфань решил вмешаться и расцепить их: «Прекратите спорить, раз это была

просьба HF, тогда мы просто оставим всё, как было решено. Лицом рекламы

HF будет Тан Нин».

«Президент Хань!»,- Мо Юйжоу заскулила.

«Всё

решено, теперь уходите обе. Тан Нин, пригласи Лун Цзе», — холодно

сказал Хань Юйфань. Было очевидно, что, хотя у него и не было другого

выбора, кроме как выбрать Тан Нин, он ненавидел ощущать, что она его

переиграла.

Тан Нин была умной и точно знала, о чем думал Хань Юйфань, но, если он ожидал, что она будет трепетно беречь его чувства …

… он мог только мечтать!

Мо

Юйжоу внимательно следила за Тан Нин, она кипела внутри, и это было

видно из выражения на ее лице, она едва контролирует свой гнев. К

счастью, хотя Тан Нин возвращалась на сцену, на самом деле она была не

очень уж популярна. Если бы ей пришлось убрать эту замшелую модель, это

было бы легко. Итак, она повернулась к своему помощнику и сказала:

«Сделай несколько фотографий, на которых видно как я усердно работаю,

чтобы прийти в форму и опубликуй их в Интернете. Давай создадим волнения

среди моих поклонников и заставим их жаловаться, что Тан Нин украла мою

сделку. Если я не смогу её получить, я и ей не позволю это сделать».

«Не волнуйся, я знаю, что делать», — понимающе кивнул ее помощник.

…

Вернувшись в свой кабинет, Тан Нин посмотрела на Лун Цзе и подмигнула: «Не волнуйся».

«Не

волнуйся? Ты издеваешься? Будто ты меня не знаешь»,- Лун Цзе закатила

глаза: «Я не первый день в деле. Если Хань Юйфань захочет порвать меня,

это будет не так просто. Поживём, увидим…»,- когда она договорила, Лун

Цзе вышла с яростным видом. Раньше Тан Нин не продвигалась вперед, но

теперь ситуация изменилась. Лун Цзе больше не приходилось сдерживаться.

Вскоре

после этого Лун Цзе вошла в кабинет Хань Юйфаня, и тот бросил перед ней

контракт: «Приготовьтесь компенсировать нам нарушение вашего контракта и

уйти».

«Уйти?»,- Лун Цзе засмеялась: «Президент Хань, у вас

должно быть плохо с памятью. Когда я впервые подписала контракт с Тяньи,

моя зарплата и доплата за работу Тан Нин были четко изложены. Однако

после всех этих лет, когда Тан Нин выступала вместо Мо Юйжоу — моя

зарплата и близко не была к заявленной, так кто первым нарушил контракт?

Плюс, статья, которую я выпустила, была во благо Тан Нин, так какую

часть контракта я нарушила?»

«Ты …» Хань Юйфань не мог поверить, что его отчитывает менеджер. Его гордость была ущемлена.

«Если

вы не боитесь ухудшить ситуацию, мы всегда можем перенести наш спор в

суд, для меня это не имеет значения. Но сколько людей в индустрии

потеряют доверие к Тяньи Энертейнмент?»,- провокационно спросила Лун

Цзе.

«Что ты хочешь?»

«Я хочу, чтобы мы мирно разошлись,

я подпишу документы и уйду, тогда как вы не будете настаивать на

компенсации. С этого момента мы ничего не должны друг другу!»

Хань

Юйфань сердито посмотрел на Лун Цзе, но, поскольку Мо Юйжоу была

вовлечена в проблему, он не мог спорить. Прежде, при встрече Лун Цзе и

Тан Нин, они уже предугадали, что это произойдет. Итак, в конце концов,

Хань Юйфань не имел другого выбора, кроме как подписать документы.

«Уходи, я не хочу тебя больше видеть».

«Хань Юйфань, позвольте

мне дать вам предупреждение: нет стены, достаточно толстой, чтобы все

это спрятать. То, как вы обращались с Тан Нин, вам скоро вернётся

тысячекратно»,- договорив, Лун Цзе покинула кабинет с разорванным

контрактом в руках. Хань Юйфань, который остался стоять в комнате,

подумал о словах Лун Цзе, схватил перед собой стол и перевернул его.

Тан

Нин не переживала о Лун Цзе. В конце концов … было так легко найти

бреши в контракте. Самое главное, Хань Юйфаня ткнули лицом в содеянное.

После

отмены контракта Лун Цзе не ушла, вместо этого она оставалась с Тан

Нин. Когда Хань Юйфань в конце концов покинул свой кабинет, они

наткнулись друг на друга: «Почему ты все еще здесь?»

Тан Нин застыла на мгновение, прежде чем она ответила: «Я только что наняла Лун Цзе!»

«Тан

Нин, контракты с твоим менеджером управляются компанией, как ты могла

нанять нового менеджера?»,- Хань Юйфань терял рассудок.

«О, я не

нанимала менеджера, я наняла ее в качестве помощника. Это мое право

нанять себе помощника, не так ли?»,- Тан Нин спокойно улыбнулась: «В

конце концов, Лун Цзе заботилась обо мне столько лет, я к этому

привыкла».

«Тан Нин, что с тобой такое? Почему ты продолжаешь

идти против меня?»,- Хань Юйфань потянул Тан Нин в сторону и сердито

спросил ее.

«Потому что Лун Цзе более рассудительна, чем ты,

все, что она делает, всё ради меня. Только потому, что я заключила

сделку, это не значит, что она обвинит меня в краже чужой…»

Услышав

это, Хань Юйфань замолчал, холодно глядя на Тан Нин: «Тан Нин, ты

всегда поддерживала мою карьеру … почему ты теперь такая?»

«Я

уже говорила об этом, инцидент со Звездой Короны был последним разом,

когда я возьму на себя вину за вас двоих»,- Тан Нин оставалась

спокойной, такой спокойной, что ее глаза не содержали эмоций.

«Если

ты действительно хочешь вести себя по детски, я думаю, нашу свадьбу …

лучше отменить». Хань Юйфань использовал их свадьбу как угрозу.

Прошло совсем немного времени … Тан Нин молчала, как будто созерцала …

Хань Юйфань предположил, что она сдалась и сожалела о том, что пошла против него …

Но кто бы мог подумать, что ответ Тан Нин будет…

«О … значит, ты не хочешь жениться? Тогда мы этого и не сделаем …»

Тан Нин улыбнулась: «Подождем, пока ты не будешь так занят, мы можем обсудить это позже».

Хань

Юйфань был взволнован. Он протянул руку и положил ее на плечо Тан Нин. С

сердитым взглядом в глазах он спросил: «Ты меня больше не любишь?»

«А

что насчет тебя? Ты меня любишь?»,- Тан Нин осторожно выскользнула из

хватки Хань Юйфаня; она обещала Мо Тину, что будет избегать физического

контакта с другим мужчиной.

Хань Юйфань был ошеломлен. Он

раскрыл рот, но слова не выходили, потому что на самом деле у него

никогда не было никаких чувств к Тан Нин, он просто использовал ее. Он

медленно расслабил руки: «Мы уже подошли к браку, с чего ты сомневаешься

в нашей любви? Скоро ты будешь моей женой, ты можешь подумать, как мне

будет лучше? Было нелегко номинировать Юйжоу на Топ Десять Моделей. Тан

Нин, меня просто раздражает, что ты не можешь отнестись с пониманием».

Тан

Нин медленно дистанцировалась от Хань Юйфаня. Она держала себя в руках:

«Тогда отныне тебе, возможно, придется привыкать к тому, какая я

теперь». После их разговора Тан Нин ушла от Хань Юйфаня. Он оставался

там один, когда она покинула здание.

Хань Юйфань был озадачен,

он не понимал, почему отношение Тан Нин так резко изменилось. Но,

поразмыслив, он предположил, что она все еще ревновала его к Мо Юйжоу.

Однако у него не было сил, чтобы уговаривать ее. В конце концов, Мо

Юйжоу все еще нуждалась в поддержке, а Тан Нин никогда не вызывала

особого беспокойства. После того, как ее гнев спадет, все вернется к

норме.

Она всегда была настолько бесполезной, без характера, чтобы даже постоять за себя.

Тан

Нин знала, что Хань Юйфань не собирался гоняться за ней — ее сердце уже

смирилось. Вместо этого она спешила домой, чтобы увидеть Мо Тина. При

мысли о нём сердце Тан Нин будто внезапно озарялось ярким светом.

«Тан

Нин, сначала я отвезу тебя домой, чтобы ты могла прийти в себя. Завтра

мы подпишем контракт о съемках на месте», — радостно сказала Лун Цзе.

«Лун

Цзе, отмени аренду своего дома и переезжай в мой старый. Придай моему

дому немного жизни. Также можешь сменить замки. Если Хань Юйфань

спросит, просто скажи, что ты переехала, чтобы заботиться обо мне и ему

уже ни к чему иметь ключи», — предложила Тан Нин. «Завтра я подпишу с

тобой новый контракт».

«Хорошо … имеет смысл для меня, я

сэкономлю денег». После их разговора Лун Цзе посмотрела на Тан Нин с

двусмысленной улыбкой: «Могучий президент Хай Жуй Энтертейнмент, как он в

том аспекте?»

«Не будь такой любопытной, ладно?»,- Тан Нин ответила, глядя Лун Цзе в глаза.

Вернувшись

домой, у Тан Нин было много свободного времени, пока Мо Тин все еще

отсутствовал. Она направилась к кухне и увидела слуг. Подняв рукава, она

предложила: «Позвольте мне помочь!»

«Мадам, как мы можем вам

позволить?»,- шеф-поваром была женщина среднего возраста, старше 40 лет.

Ей нравилась Тан Нин, так что она отдавала мирной атмосферой.

«Как насчет такого: вы отдыхаете весь день и сегодня позволяете мне готовить для Мо Тина»,- Тан Нин вывела шеф-повара из кухни.

К

моменту возвращения Мо Тина было уже поздно. Однако, как только он

вошел в дом, первое, что он сделал, это искал Тан Нин. В фартуке и стоя

на кухне босиком, Тан Нин сосредоточилась на приготовлении пищи. Мо Тин

был удивлен, он молча уставился на нее. Его сразу же привлекли ее

длинные стройные ноги. Он подошел к ней, обнял ее сзади и нежно

поцеловал ее в ухо.

«Президент Мо, не мешайте, я готовлю рыбу …»

Мо

Тин потянулся и выключил печь. Подняв её подбородок, он направился

прямо к её губам: «Но сейчас, я хочу съесть только тебя …»

Тан

Нин положила кухонную посуду и обернулась, чтобы обнять Мо Тина,

неуклюже возвращая ему поцелуй. Его мягкое прикосновение очаровывало ее,

и когда она заметила родинку на его ухе, она полностью поддалась

влечению.

Поцелуи Мо Тина были прерывистыми, но нежными,

медленно двигаясь по ее телу, в конце концов, возвращаясь к ее ключице,

где он остановился: «Ещё ниже … и я не смогу контролировать себя».

«Рыба

… мне нужно закончить рыбу». Тан Нин отстранилась от губ Мо Тина, снова

включила печь, закончив то, что она начала. Мо Тин усмехнулся и

протянул руку, чтобы погладить голову Тан Нин, восхищаясь ее творением.

«Давай я тебе помогу».

«Президент Мо умеет готовить?»,- Тан Нин спросила, поднимая брови.

«Сегодня

я это допускаю, но с этого момента ты больше не ступаешь на кухню, я не

хочу, чтобы ты пострадала»,- Мо Тин защищал Тан Нин, особенно ее ноги,

он даже подумывал об их страховке.

«Настоящий босс…»,- Тан Нин оставила комментарий, но, в глубине души, она понимала, что это от того, что он заботился.

Супружеская

пара тихо готовила ужин — оказалось, оба они были прекрасными поварами.

Тан Нин приготовила любимое блюдо Мо Тина, а Мо Тин приготовил любимое

блюдо Тан Нин. Без труда обеденный стол стал похож на настоящий пир.

В идеальной синхронизации пара удивленно смотрела на обеденный стол. В конце концов, не всем дано вот так наслаждаться жизнью.

«Завтра

мне, возможно, придется отправиться в Люсэнь для фотосессии, я, скорее

всего, не смогу вернуться домой», — сказала Тан Нин.

«Разве ты не подписываешь завтра контракт? Ты уедешь днем?»

«Хм,

скоро выпуск нового продукта HF», — кивнула Тан Нин. «Мо Тин, дай мне

немного времени. Я обязательно поднимусь на то положение, которым ты бы

гордился».

«Я никогда не сомневался в тебе». Мо Тин переложил

еду в тарелку Тан Нин. Их глаза встретились, оба влюбленно смотрели друг

на друга.

Конечно, Мо Тин с большим нетерпением ждал, как Тан

Нин медленно продвигается и какие несчастья постигнут Хань Юйфаня и Мо

Юйжоу.

…

После ветреной ночи начался дождь.

Вернувшись

в дом Хань Юйфаня, Мо Юйжоу хватала все, что могла, и бросала на пол.

Она думала о том, что Тан Нин завтра подписывает контракт, и ее сердце

не могло этого принять. Хуже всего, Хань Юйфань фактически помогал Тан

Нин — это было для нее самым невыносимым.

Хань Юйфань открыл

дверь, чтобы предстать перед шокирующей сценой. Он заметил Мо Юйжоу,

стоящей с вазой в руках. Моментально, он подбежал и обнял Мо Юйжоу: «Не

расстраивайся, это вредно для ребенка».

«Я удивлена, что ты разбираешься — что плохо для ребенка, хотя ты просто стоял и смотрел, как Тан Нин крадёт мою сделку».

«У

нас все еще много шансов, я уже работаю над еще большим контрактом. Не

обращай внимания на Тан Нин. Даже если она должна была стать

представителем, что из этого выйдет?»,- Хань Юйфань постоянно погладил

Мо Юйжоу по плечу: «Послушай меня, не обижайся».

«Даже если ты

провернёшь это, я все еще не убеждена»,- Мо Юйжоу подняла голову со

слезами на глазах: «Она держится за тебя столько лет, я определенно не

позволю ей получить то, что она хочет».

На самом деле, она уже

приказала своему помощнику создать волну среди ее поклонников, и она уже

видела результаты. Ее поклонники уже начали разговоры о срыве Тан Нин и

бросались в неё оскорблениями.

Если она должна была проиграть, она не собиралась отдавать победу Тан Нин.

Самое

главное, она приказала своему ассистенту рассылать подробные данные о

графике Тан Нин, давая анти-фанатам дополнительные возможности против

Тан Нин.

Неужели Тан Нин действительно считает, что так легко быть лицом брэнда? Завтра она станет самой никчёмной моделью.

Официальная церемония подписания контракта с HF должна была

состояться в 9 утра, она будет транслироваться в прямом эфире, а также

официально объявлена общественности. Казалось, в войне между Тан Нин и

Мо Юйжоу, HF выбрали сторону Тан Нин.

Прошло 3 года с тех пор,

как Тан Нин последний раз присутствовала на подобном мероприятии — она

почти забыла, как это чувствуется. Но, как только она надела свое

кремовое платье с низким вырезом на спине и украшения от HF, она снова

воспылала уверенностью.

Лун Цзе вышла из дома ранним утром, чтобы

доехать до Hyatt Regency. Поскольку она была помощником Тан Нин, Мо Тин

дал ей специальное разрешение на вход по её усмотрению. Она изначально

подготовила платье для Тан Нин … но когда она вошла в огромный гардероб,

она не могла поверить своим глазам.

«Он действительно президент Хай Жуй, щедрый и со вкусом!»

В

это же время Мо Тин вышел из собственного гардероба. Как только он

увидел Тан Нин, он повернулся к Лун Цзе: «Мне нужно поговорить с Тан

Нин».

«Хорошо, я удаляюсь»,- Лун Цзе отнеслась с пониманием и закрыла дверь.

Тан

Нин стояла перед зеркалом, сладко улыбаясь Мо Тину; свежая и

элегантная, как цветущая лилия. Трудно было не обращать на нее внимание.

«Что ты хочешь мне сказать?»

Мо

Тин не сказал ни слова, вместо этого он шёл большими шагами к Тан Нин и

обнял ее сзади. Затем он повернул шею, чтобы он мог покрыть её своими

губами: «Я хочу поцеловать тебя и даже больше …».

«Я опоздаю»,- Тан Нин также не хотела расставаться с губами Мо Тина.

«Я буду смотреть прямую трансляцию …»

Тан

Нин удовлетворенно кивнула головой. Она прижалась к Мо Тину, когда они

вместе вышли из виллы. Честно говоря, любой, кто видел эту пару,

посчитал бы, что они идеально подходят друг другу. Тан Нин была похожа

на белый снег, испускающий чувство чистоты, тогда как Мо Тин был

заманчивым, как опасная темная ночь.

Лун Цзе была очарована видом

пары, вот как должна выглядеть супружеская пара … в отличие от Хань

Юйфаня, который не был бы таким же приятным для глаз.

Спустя

некоторое время Тан Нин села в машину Лун Цзе. По дороге Лун Цзе

говорила, пока вела машину: «Подписание контракта состоится в 9 утра, мы

должны приехать в 8:50 — в самый раз».

«Твой ежедневник не подводит»,- Тан Нин посмотрела вниз и провела пальцем по телефону.

«Самолет

будет в 3 часа дня, а Мо Юйжоу подговорила анти-фанов задержать тебя в

аэропорту. Один из них должен будет спровоцировать тебя, а других будут

притворяться прохожими». Лун Цзе с отвращением прищурилась, такие

выходки были чем-то из начальной школы, и, к сожалению, детское

поведение, подобное этому, всегда казалось обиднее.

«Вся эта информация, откуда она у тебя?»,- Тан Нин была очень удивлена.

«Потому

что на моей стороне Сяо Хао, скрывающийся среди них …»,- Лун Цзе

возгордилась: «Мы просто позволим этим детям немного покуражиться …

после того, как я выпущу видео, посмотрим, кто пострадает сильнее …»

Тан

Нин рассмеялась. Мо Юйжоу, безусловно, имела возможности организовать

анти-фанатов. Для сравнения, количество её активных поклонников

выглядело жалким. Тем не менее, там всё ещё было несколько, которые с

нетерпением ждали ее появления в аэропорту.

8:50 утра, Тан Нин

прибыла в отель, где должно было состояться подписание контракта, и она

пошла по красной дорожке перед репортерами.

Лун Цзе выбрала

приехать в 8:50, если раньше — это собьет цену Тан Нин. В то же время

она должна была убедиться, что они не опоздают.

«Тан Нин, после

ваших публичных извинений, вы исчезли. Когда вы вернулись, вы забрали

контракт Мо Юйжоу, это было частью вашего плана?»

«Мо Юйжоу выпустила фотографии своей упорной работы, она обвиняет вас в краже ее сделки?»

«Тан Нин, планируете ли вы вернуться?»

Тан

Нин все время улыбалась, не отвечая ни на один из вопросов репортеров.

После входа в отель она внимательно выслушивала договор с HF.

С

другой стороны, Хань Юйфань, который изначально собирался присутствовать

на подписании контракта, не смог появиться, потому что он был занят,

поэтому Тан Нин пришла в сопровождении своего помощника. Это оставило у

публики впечатление, что Тан Нин и Тяньи Энтертейнмент были не в ладах.

Однако Хань Юйфань был действительно занят — занят Мо Юйжоу. Ей

невозможно было позволить Хань Юйфаню присутствовать на подписании и

поддерживать там Тан Нин.

Хай Жуй Энтертейнмент.

Мо Тин

сидел в своем кабинете и смотрел прямую трансляцию. Тан Нин не выглядела

требовательной на экране; она была спокойной и красивой, но ее было

трудно игнорировать. Когда контракт был подписан, Мо Тин позвонил своему

помощнику: «Сегодня днем отправьте 4 телохранителей, чтобы защитить Тан

Нин, пока она не доберется до самолета».

«Да, президент …»

Мо Тин знал, что на поверхности все шло как по маслу, но на самом деле впереди надвигался шторм.

После

подписания контракта Тан Нин и основатель HF сели вместе пообедать.

13:00, Тан Нин покинула отель, чтобы отправилась прямо в аэропорт … Чем

ближе они были к месту назначения, тем больше Лун Цзе нервничала: «Тан

Нин, я постараюсь защитить тебя, но ты также должна защищаться».

«Лун

Цзе, ты думаешь, я не готова?»,- Тан Нин улыбнулась, как обычно. Прямо

сейчас, все было под их контролем, чего там было бояться? 3 года назад

она уже испытывала все это.

Вскоре после этого Лун Цзе вышла из

машины. Она достала багаж, а также помогла Тан Нин. Сначала их никто не

заметил. Однако, как только они вошли в здание аэропорта, кучка фанатов

набросилась на них с цветами, чтобы поприветствовать. Они навязчиво

бросали цветы в руки Тан Нин, но прежде чем она смогла схватить их,

цветы и другие подарки упали на пол.

В одно мгновение все были

ошеломлены. Её поклонники были разочарованы, увидев, что их подарки

подверглись такому обращению: «Тан Нин, в чем дело? Мы дарим вам цветы,

потому что вы нам нравитесь, как вы могли бросить их на пол? Даже

знаменитости не смеют так относиться к своим фанатам, не говоря уже о

тех, кто еще малоизвестен!»

Тан Нин знала, что эти ребята были

здесь специально, чтобы вызвать неприятности, поэтому она тут же

извинилась: «Извините, это было не специально!»

«Как будто не специально, но ваши намерения были очевидны!»

«Я тоже это видел! Ты выбросила их специально».

Анти-фанаты

вызывали спекуляции среди прохожих, когда они начали говорить: «Говоря о

вашем характере, как вы можете сравниться с Юйжоу? Юйжоу всегда

приветствует своих поклонников дружелюбной улыбкой, предлагая

сфотографироваться. Вы думаете, просто подписав один контракт, вы можете

сместить ее?»

Число любопытных увеличивалось. В одно мгновение вокруг Тан Нин было около сотни человек.

Из-за

растущего числа людей анти-фанаты решили инициировать второй шаг своего

плана. Собирая толпу поближе, они начали толкать Тан Нин: «Почему ты

думаешь, Юйжоу прославилась за три года, тогда как ты стала вчерашним

днём. Я теперь понял, это должно быть потому, что у тебя скверный

характер. Насколько же хороша Юйжоу».

«Отдай контракт Юйжоу!»

«Я

согласна … изначально, я очень любила тебя, но ты действительно

выбросила цветы, которые дарят тебе твои фанаты. Ты не можешь сравниться

с Юйжоу. Ты не заслуживаешь того, чтобы получить контракт Юйжоу. Что за

схемы ты использовала? Расскажи нам …»

Расспросы поклонников становились все громче и громче, прохожие уже

начали фотографировать и обсуждать, что там происходит. Они чувствовали,

что Тан Нин была бессовестной — для них Мо Юйжоу была гораздо более

надежна.

Тан Нин была полностью окружена, без пути для

отступления. Поэтому вместо этого она успокоилась и сняла солнечные

очки, обнажив ее лицо: «Если вы хотите, чтобы я ответила на ваши

вопросы, я могу это сделать, но сначала я могу задать вам несколько

вопросов?»

«Пожалуйста»,- анти-фанаты посмотрели на Тан Нин, задаваясь вопросом, какой козырь у нее был в рукаве.

«Вы говорите, что вы мои поклонники, так в каком году я дебютировала, в каком году я получила награды, какие были награды?»

Выслушав

ее вопросы, анти-фанаты смотрели друг на друга в недоумении. Как они

могли знать эту информацию о Тан Нин — они презирали ее.

«Мы … мы новые фанаты. Неважно, вы бросили наши подарки на пол, так что вы неправы», — ответила одна из них.

«Если

бы я бросила цветы на пол, я уверена, камеры аэропорта засняли бы все.

Но более того, я уже извинилась, я уверена, что все это слышали. «Я

также ранее признала, что в индустрии мне все еще есть чему поучиться у

Юйжоу. Итак, что еще вам не нравится?»,- Тан Нин говорила нежно, а не

агрессивно, но по делу. Эта девушка, которая вызывала проблемы,

определенно не была ее фанаткой. Было очевидно, что она была поклонницей

Мо Юйжоу, имя которой висело у нее на устах.

Тот факт, что Тан

Нин уже извинилась и отвечала скромно, заставил большинство прохожих

поменять свое мнение … они чувствовали, что поклонники Мо Юйжоу были

мелочные и зашли слишком далеко.

«Хорошо, это правда, я

поклонница Юйжоу, мы просто чувствуем, что её не стоишь. Помимо всего,

ты даже украла ее контракт, ты должна вернуть его ей!»,- после разговора

анти-фанатка начала толкать Тан Нин. Тан Нин пошатнулась и чуть не

упала. К счастью … телохранители Мо Тина появились как раз вовремя,

расталкивая толпу.

Лун Цзе больше не могла удержаться от гнева.

Она стояла между анти-фанатами и Тан Нин, слегка повернув голову: «Ты

иди, и подожди меня там».

«Ок»,- как обычно, Тан Нин не стала спорить. Она просто снова надела свои солнцезащитные очки.

«Пфф!

Если вы не дадите нам объяснений сейчас же и не вернете контракт Юйжоу,

даже не думайте о посадке в самолет»,- анти-фанаты сцепились руками,

образуя человеческий барьер.

«Ты действительно так веришь в Мо Юйжоу?»,- спросила Лун Цзе.

«Она определенно лучше, чем твоя дешевая модель».

«Эти

слова, я записала их…»,- Лун Цзе подняла трубку: «Когда наступит

подходящее время, я пришлю вам всем подарок»,- Лун Цзе вызвала полицию.

Полиция немедленно прибыла, чтобы сопроводить Тан Нин через толпу, не

без помощи телохранителей Мо Тина. Тан Нин быстро исчезла из взгляда

публики, но до того, как полиция ушла, она что-то им прошептала.

«Тан Нин, Мо Юйжоу превратила новость о краже контракта в дискуссию номер один»,- Лун Цзе посмотрела на свой телефон и сказала.

«Тогда чего ты ждешь? Выпусти видео …».

«Я

ждала этого момента … теперь эти фанаты увидят, какой шлюхой является

их богиня!». После разговора Лун Цзе позвонила другу-репортеру:

«Опубликуй видео, которое мы подготовили ранее».

Хань Юйфань, посмотрим, как ты теперь сможешь помочь Мо Юйжоу!

…

Тяньи Энтертейнмент. Зал отдыха артистов.

Мо Юйжоу отмечала развитие начатой ею дискуссии. Кроме того, от своих

поклонников она получила фотографии сцены в аэропорту; Тан Нин была

доведена до края, что та даже не могла сопротивляться – это полностью

удовлетворяло её ненависть. Ей хотелось, чтобы Тан Нин испытала каково

это, когда у неё хотели что-то украсть. Это было только одним из

последствий, худшее еще впереди.

«Юйжоу, после этого горячего

инцидента, я уверен, что вы получите еще лучшие предложения, чем то с

HF», — помощник ласково говорил ей, массируя плечо.

«Конечно, я

должна получить награду Десяти Лучших Моделей!»,- Мо Юйжоу уверенно

улыбнулась, ее уверенность была вызвана тем, что её заверил Хань Юйфань.

Как и было обещано, Хань Юйфань появился у порога, держа в руках

контракт.

«Быстрее, моя топ-модель, прибыла важная реклама, давайте немедленно проведем собрание».

Мо Юйжоу кивнула головой; она была очень довольна, когда она направилась в зал заседаний, чтобы обсудить детали.

«Хотя

Юйжоу потеряла контракт с HF, ей удалось заключить сделку с

международным брендом мэйкапа. Она действительно жемчужина Тяньи

Энтертейнмент!»,- Хань Юйфань осыпал Мо Юйжоу похвалами: «Что касается

Тан Нин, отныне, если кто-то просит ее, отвечайте, что она выходит

замуж, она больше не будет работать».

Услышав эти слова, улыбка

Мо Юйжоу стала еще шире. Однако … когда они беседовали, Хань Юйфань

неожиданно получил телефонный звонок. Сначала улыбка повисла на его

лице, но потом она исчезла: «Мистер Блэр, как вы могли отменить контракт

так внезапно?»

«Непристойное видео с вами и Мо Юйжоу уже стало

вирусным, мне очень стыдно за вас обоих. Неслыханно!»,- с этими словами

он сердито повесил трубку.

«Что случилось?»,- спросила Мо Юйжоу.

«Рекламодатель

запросил пересмотреть договор»,- пока он говорил, Хань Юйфань залез в

свой телефон — в верхней части рейтинга поиска был интимный видеоролик с

ним и Мо Юйжоу в больнице! На этот раз это была не просто фотография,

это было видео! Это было видео, которое они не могли отрицать! Увидев

его реакцию, Мо Юйжоу немедленно бросилась вперёд и схватила телефон.

Посмотрев видео …

… она была настолько ошеломлена, что она бросила телефон на пол: «Как это могло случиться? Как …?»

Все

в конференц-зале немедленно подняли свои телефоны, чтобы посмотреть,

что происходит, в то время как Мо Юйжоу, подобно тому, будто она была

поймана на месте с мошенничеством, стала кричать на всех: «Не смотрите!»

«Все пропало … все кончено…»,- Хань Юйфань сердито плюхнулся в свое кресло: «Кто-то пытается пойти против меня!»

Помимо

Тяньи Энтертейнмент официальная страница Мо Юйжоу также была в хаосе.

Только сегодня они ещё доверяли Мо Юйжоу и бросались с оскорблениями на

Тан Нин, но … теперь они чувствовали, что их ударили в спину.

В

это время Лун Цзе и Тан Нин уже сели на самолет. Лун Цзе вошла в

фан-клуб Мо Юйжоу, наблюдая, как анти-фанаты причитали: «Я никогда и

подумать не могла, что Мо Юйжоу окажется такой дешевкой, а мы

боготворили ее по незнанию, мы, должно быть, были слепы. С этого момента

… она потеряла всякое уважение».

«Я тоже так думаю…»

«Я тоже…»

«Мы

должны проявить инициативу и доказать невиновность Тан Нин. В аэропорту

мы сознательно оскорбляли ее, а она, должно быть, всё знала. Однако она

никогда не пыталась ответить нам тем же. Вместо этого, когда полиция

блокировала нас, она даже сказала им не вредить нам … Я все это слышала,

но я не сказала об этом!»,- виновато писала одна из поклонниц.

«Кроме того, график Тан Нин прислал нам помощник Мо Юйжоу, нам нужно рассказать об этом».

Увидев эти дискуссии, рот Лун Цзе изогнулся от уха до уха … так приятно!

Эта шлюха и придурок должны бежать в панике прямо сейчас.

«Тан Нин, почему ты такая умная? Я тебя очень люблю»,- Лун Цзе заключила Тан Нин в объятии, она поцеловала ее в щеку.

«Но, это не взаимно …» Тан Нин ответила, дразняще глядя на Лун Цзе.

«Тогда кого ты любишь? Президента Мо?»

Тан

Нин действительно думала о Мо Тине, и особенно ей не хватало его

поцелуев … привычка, определенно была страшной вещью, особенно такая

токсичная.

В одно мгновение новости о Хань Юйфане и Мо Юйжоу стали самой

обсуждаемой темой в городе; их предыдущие попытки взаимодействовать с PR

были полностью заблокированы. Поскольку Хань Юйфань и Тан Нин были

обручены, видеоролик показывал, что Мо Юйжоу была третьей стороной,

которая вклинилась между ними, поэтому она быстро стала самой

ненавистной моделью, которую проклинал каждый.

В это время один

из представителей СМИ решил выступить и показать, что случай на Звезде

Короны был идеей Хань Юйфаня и Мо Юйжоу, а Тан Нин была вынуждена взять

на себя всю вину.

Пользователи сети были в шоке.

Позже в тот же день … относительно инцидента в аэропорту было опубликовано еще больше новостей.

Тан

Нин ранее критиковали за неуважение к ее поклонникам, что вызывало

отвращение у случайных прохожих. Но после того как был выпущен вирусный

ролик с Мо Юйжоу … официальный сайт Мо Юйжоу опубликовал заявление, в

котором раскрывается весь инцидент с виной Тан Нин. Выяснилось, что

фанаты заранее спланировали весь инцидент, и они даже заявили, что это

все произошло в поддержку Мо Юйжоу. К счастью, они поняли, что их идол,

за которого они держались, не стоил того.

Помимо всего прочего,

было обнародовано, что помощник Мо Юйжоу в частном порядке предоставил

подробную информацию о графике Тан Нин. Также были опубликованы записи

обсуждений при планировании того, что произошло в аэропорту.

В

итоге появилось пояснительное письмо, ясно объясняющее, что Тан Нин не

бросала цветы на пол. Они также похвалили Тан Нин за вежливость и

искренние извинения, хотя она знала, что ее оклеветали. Самое главное,

когда она уже была под защитой полиции, она тихо попросила полицию не

быть грубыми, чтобы не причинять кому-то боль.

Всё это было

сказано официальным фан-клубом Мо Юйжоу, что означало, что фан-клуб Мо

Юйжоу стал теперь побежденной армией. Даже ее самые ярые фанаты теперь

повернулись к ней спиной, как бы кто-то мог снова доверять Мо Юйжоу? СМИ

по-прежнему отвергали её, поклонники обернулись против неё, даже

компании, которые ранее пользовались её услугами, как лица брэнда

немедленно отменили свои заказы и разослали письма от своих адвокатов.

Увидев все это, Мо Юйжоу знала … всё кончено … она была полностью раздавлена!

«Юйжоу,

тебе нужно сохранять спокойствие. У тебя все еще ребенок в утробе. С

этим ребенком тебе не нужно бояться, что президент Хань уйдёт от тебя.

Даже если, в конце концов, ты не сможешь дольше быть известной моделью,

по крайней мере, ты все равно можешь быть женой генерального директора

Тяньи»,- помощник Мо Юйжоу попытался успокоить ее, увидев, как она

бросала все на пол: «Не навреди себе, впереди еще долгий путь».

Услышав

это, Мо Юйжоу согласилась с рассуждениями своего помощника. Даже если

Тан Нин должна был вернуться, ну и что? С ребенком в животе у нее все

еще был шанс победить.

…

Как только она сошла с

самолета, Тан Нин получила телефонный звонок от Мо Тина. Лун Цзе же

следила за ходом продолжающегося сражения. Соотношение сил было в их

пользу, казалось, что у шлюхи нет шансов на контратаку.

«Должен

ли я поздравить мою жену с выигранной битвой?»,- Мо Тин сидел на своем

офисном кресле, контуры его лица озарялись лучами солнечного света,

проникающими через окно его кабинета. Он выглядел привлекательным, как и

обычно.

Тан Нин нежно рассмеялась и ответила дерзким голосом: «Тебе обязательно меня поздравлять каждый раз, когда я делаю свой ход?»

«Разве ты не догадываешься? Мне просто нужен был предлог, чтобы позвонить тебе…»

Сердце Тан Нин дрогнуло: «Жаль, что сегодня я не могу приехать домой», — тихо сказала она.

«Если ты скажешь, что скучаешь по мне, может случиться чудо», — поддразнил её Мо Тин: «Хочешь попробовать?»

«Даже

если бы чудес не бывало, я бы все равно скучала по тебе», — серьезно

ответила Тан Нин, но из-за того, что она была смущена, она повесила

трубку, прежде чем Мо Тин мог дать ответ. На другом конце провода Мо Тин

издал приглушенный смешок, когда тот немедленно позвонил Лу Чэ.

«Помоги

мне организовать полет в Люсэнь, как можно скорее. Пока ты занимаешься

этим, упакуй все мои документы на подпись, чтобы я мог взять их с

собой».

Тан Нин не знала, что её ждёт сюрприз.

Сойдя с

самолёта, она направилась прямо к месту съемки. Поскольку ее контракт

включал печатную рекламу, хотя уже была ночь, она все равно пошла на

студию.

Помимо неё там было несколько иностранных моделей,

которые будут в той же рекламе. Каждая из них была чрезвычайно

профессиональной. Увидев Тан Нин, стоящую без выражения, фотограф

внезапно встревожился, сможет ли она оправдать его ожидания. Печатная

реклама представляла высшую сложность. В течение секунды модель должна

была выразить эмоции, соответствующие рекламируемому изделию; это было

настоящим испытанием способностей модели.

К сожалению, тело Тан

Нин было скрыто длинным платьем, поэтому никто не мог видеть её изгибы.

Только когда она переоделась и вышла, все смогли, наконец, увидеть ее

совершенно пропорциональное тело. Все в студии были ошеломлены, будь то

ее рост или ее размеры, все соответствовало международным стандартам.

С ее ежедневным черным платьем в стиле A-line, в паре с темной джинсовой курткой без рукавов, она источала чистый секс.

Но ее выражение …

Фотограф

по-прежнему беспокоился, поэтому он немедленно подошел к Тан Нин, чтобы

объяснить: «Фотографии, которые мы сегодня делаем, будут иметь немного

дикий стиль, как дикая кошка, гуляющая по ночам …»

«Я понимаю»,- Тан Нин спокойно кивнула.

Фотограф больше не объяснялся. Азиатские модели всегда были такого себе качества, нет смысла ожидать слишком многого.

«Поднимайтесь на ноги. Начнем с фотографий соло, Джейсон!»

Модели

подходили, чтобы встать перед экраном. Все они закончили свои снимки

быстро и профессионально — Тан Нин была последней. Поскольку она была

последней, она находилась под высоким давлением. В конце концов, с точки

зрения внешности, она не могла сравниться с иностранцами. Если ее

действия не ускорятся, весь фотосет мог не уложиться в сроки.

«Тан Нин!»

Услышав

голос фотографа, Тан Нин подошла к экрану, надев браслет HF из своей

коллекции «Чарующая ночь». Фотограф постоянно объяснял, как она должна

позировать, чтобы достичь дикого взгляда, но Тан Нин просто улыбалась и

понимающе кивала. Одна вещь, которую фотограф ненавидел, это люди,

которые притворялись, что понимают, когда они не понимают. Итак, он

сказал несколько слов, прежде чем схватить свою камеру и сделать

несколько шагов назад: «Давайте сделаем несколько пробных снимков, чтобы

посмотреть, как получается».

«Нет, все в порядке, давайте просто перейдем к делу», — попросила Тан Нин.

Видя

ее уверенность, фотограф ожидал, что это шутка. Он предупредил: «Вы

сами просили об этом. Как только я начну, второго шанса не будет».

«Хорошо», — Тан Нин ответила в своем обычном спокойствии.

Остальные модели чувствовали, что Тан Нин копает себе яму; ей явно дали шанс … она им не воспользовалась, о чем она думает?

«Тогда, давайте начнем …»,- фотограф махнул рукой, глядя на Тан Нин без особых ожиданий.

Тан Нин кивнула, но потом …

…

пока все собрались вокруг, ожидая, что она опозорится … но через

несколько секунд она вошла в другое состояние сознания, удивив всех

зрителей. Они наблюдали, как она естественно раздвинула ноги, завернула

левую руку в запястье правой руки и мягко раскрыла губы. Когда она

прикусила средний палец левой руки, в одно мгновение все были ошеломлены

взглядом в ее глазах – он был настолько угрожающий … по сравнению со

слабой персоной, которой она раньше была, было похоже, что она

превратилась в совершенно другого человека!

Что впечатлило их

больше всего, это браслет на ее запястье, который, казалось, поставлял

ей эту дикую энергию — она и продукт отлично сочетались, как будто они

полностью слились в одно …

Фотограф потерял дар речи … где он нашел эту жемчужину? Такой навык сопоставим с уровнем международной супермодели.

Превыше всего…

… как она могла так уверено отказаться от

пробных снимков, тем более что ей приходится менять позы практически

каждые 3 секунды?

Независимо от того, должна ли Тан Нин

выглядеть ленивой, соблазнительной, угрожающей или милой, если фотограф

просил ее поменять позы, она сразу же переходила к делу; ее реакция была

такой быстрой, что все наблюдавшие были поражены.

Лун Цзе

стояла в стороне. Заметив, как Тан Нин возвращается к «той самой Тан

Нин», которую она когда-то знала, она была настолько эмоциональна, что

чуть не вскрикнула.

Она также вытащила свой телефон, чтобы

сфотографировать различные позы Тан Нин; она намеревалась передать их Мо

Тину. Из-за отношения Тан Нин и Мо Тина Лун Цзе считала, что ей очень

повезло, в ее контактах был такой влиятельный человек.

Конечно, в это время Мо Тин все еще был в самолете …

За

4-часовую фотосессию Тан Нин сумела убедить в её профессионализме

фотографа и некоторых других из индустрии. Даже господин Юджин, который

ранее сказал Тан Нин уйти, не мог не показать «большой палец вверх». Он

даже лично объяснился перед Тан Нин, что в прошлый раз он не мог

контролировать свои эмоции, потому что был так зол, что ему солгали.

После

снятия макияжа Тан Нин вернулась к своему бесстрастному «я». Между тем,

все были довольны её работой, что оставило благоприятное впечатление на

господина Юджина.

Лун Цзе поспешила накрыть Тан Нин жакетом. В то же время она вручила ей вибрирующий телефон: «Хань Юйфань звонит…»

Выражение Тан Нин не изменилось, ее взгляд немного потускнел, но она все равно подняла трубку: «Алло».

«Тан Нин, ты видела или слышала какие-нибудь новости?»,- Хань Юйфань спросил, слегка колеблясь.

«Что?», — Тан Нин спросила, изображая спокойствие: «Что случилось?»

«О,

ничего!»,- Хань Юйфань был уверен, что Тан Нин еще не знала, так как

она была в Люсэнь. Итак, он выдумал план: «Тан Нин, как насчет я завтра

прилечу в Люсэнь. Мы можем зарегистрировать наш брак прямо там, это

просто прекрасно. Декорации прекрасны и атмосфера прекрасна, мы можем

даже воспользоваться такой возможностью, чтобы устроить нам отпуск. Это

может быть наш медовый месяц!»,- Хань Юйфань хотел быстро вогнать Тан

Нин в ловушку.

Собственно, Тан Нин родилась не в обычной семье.

Она была дочерью известной парфюмерной империи, но из-за ее отношений с

Хань Юйфанем она выпала из гнезда. Они были в таких плохих отношениях,

они практически оборвали все связи и отказались видеть друг друга. Но … в

конце концов, она все еще была Тан. Когда старшее поколение Тан уйдет,

она все равно будет иметь право на наследство.

Хань Юйфань не

захотел отпустить Тан Нин не только потому, что Тан Нин была наивной и

легковерной, но одна из самых важных причин … была наследством.

Поскольку

был выпущен видеоролик с участием Мо Юйжоу, он мог получить

преимущество, только воспользовавшись тем фактом, что Тан Нин еще не

знала обо всём, он хотел быстро заставить ее выйти за него замуж.

«При неясных отношениях между тобой и Мо Юйжоу я не думаю, что нам стоит жениться!»,- Тан Нин отказалась прямолинейно.

«Между мной и Юйжоу ничего нет. Фотографии, которые ты видела, были всего недоразумением …»

«Если

фотографии недоразумения … как насчет видео?»,- Тан Нин спросила в

чрезвычайно спокойном тоне: «Я действительно в Люсэнь, но … Люсэнь всё

же находится в той же стране, ты действительно думал, что я не увижу

новости? Или ты думал, что меня действительно так легко уговорить и

обмануть?»

«Тан Нин … Я не делал этого нарочно, поверь мне. Мы

были вместе столько лет, разве ты не знаешь, кто я такой?»,- Хань Юйфань

изображал невинность, пытаясь вызвать жалость: «Я её безответная

любовь, но я люблю тебя».

«Тогда … что, если бы я сказала, если

она останется в Тяньи — тогда я уйду или если останусь, тогда ей

придется уйти?»,- решительно спросила Тан Нин.

«Тан Нин, я

всегда думал, что ты та, кто меня больше всего понимает, почему ты так

на меня давишь?»,- Хань Юйфань был немного расстроен, потому что он

хотел угнаться за двумя зайцами. Мо Юйжоу была его первой любовью и была

беременна его ребенком, тогда как Тан Нин …

Его ставили на место, Хань Юйфань не мог решить, что делать.

«Если ты чувствуешь, что я давлю на тебя, ты можешь пойти и найти Мо Юйжоу, она очень податливая».

«Это

обязательно?»,- на самом деле Хань Юйфань уже решил отказаться от Мо

Юйжоу. В конце концов … семья Мо Юйжоу была обычной. Единственная

причина, по которой она попала на тот уровень, где она была сегодня, в

том, что он протолкнул ее к этой позиции. Если бы он сравнил ее с Тан

Нин, она в лучшем случае была просто игрушкой на один раз: «Дай мне

время поговорить с Юйжоу, потом мы сразу же поженимся».

«Я буду ждать», — спокойно ответила Тан Нин, но ее слова содержали скрытое презрение.

Как может кто-то вроде Мо Юйжоу отпустить Хань Юйфаня так легко? У нее уже ребенок на подходе.

Лун

Цзе уловила пренебрежительный взгляд Тан Нин и тут же выхватила телефон

из её руки: «Отныне мы не будем принимать от него никаких звонков …

побережём настроение».

«Вернемся в гостиницу, я устала», — Тан Нин улыбнулась, как будто ничего не случилось.

Лун

Цзе кивнула и немедленно сопроводила ее обратно в отель. Их комнаты

были рядом друг с другом. Лун Цзе открыла дверь для Тан Нин и утешила

ее: «Побалуй себя … не думай слишком много, тебе завтра сниматься на

свежем воздухе».

«Ах»,- Тан Нин кивнула, прежде чем закрыть

дверь. Обернувшись, она внезапно заметила, что в ванной льется вода.

«Кто здесь?»,- осторожно спросила она.

Человек внутри, казалось,

услышал ее голос, он протянул руку и выключил кран. Тан Нин

забеспокоилась, что она вошла в чужой номер, так что она быстро

направилась к двери. Однако в тот момент из ванной вышла высокая фигура,

схватила ее за талию и обняла: «Это я».

Тан Нин повернулась и увидела Мо Тина. Она была удивлена на мгновение: «Ты … как …»

«Разве

я не говорил про чудо?»,- Мо Тин ослабил хватку, прежде чем поцеловать

ее в губы: «Перелёт в течение дня это утомительно, поэтому я решил

сначала принять душ, чтобы расслабиться …»

Внимание Тан Нин

рассеивалось. Никогда бы она не подумала, что Мо Тин имел в виду именно

то, что он сказал. Она тут же обняла его за талию.

«Моя дорогая жена … я должен напомнить тебе … что я без ничего?»

Услышав это, Тан Нин инстинктивно посмотрела вниз, ее лицо покраснело: «Тогда продолжай свой душ …»

«Но

я хочу пойти вместе!»,- с этими словами Мо Тин не дожидался ответа. Он

взял Тан Нин на руки и пошёл прямо в ванную. Схватив её подбородок, он

покрыл её губы страстным поцелуем.

«Не … так грубо, мне все равно нужно завтра сниматься в рекламе»,- Тан Нин все еще была в сознании.

Мо Тин ухмыльнулся, прежде чем двинуться вниз: «А как насчет здесь?»

Их разделял слой её одежды, но Тан Нин задрожала и вскоре потеряла рассудок.

Под

душем супружеская пара продолжала целоваться. Но, как обычно, прежде

чем сделать последний шаг, они оба уже были удовлетворены. После душа,

один из них спокойно наносил уход за кожей, а другой лёг на кровати,

рассматривая некоторые документы. Взглянув на Мо Тина, сердце Тан Нин

немного заболело: «Ты уже здесь, но тебе все еще нужно работать?»

Мо

Тин кивнул, закрыв документы и махнул рукой на Тан Нин. Когда она,

наконец, легла в его объятия, он улыбнулся и извиняющимся тоном сказал:

«Это привычка».

«Неужели я недостаточно привлекательна? Сегодня

Хань Юйфань позвонил и сказал, что хочет жениться на мне!»,-

пожаловалась Тан Нин.

Одним быстрым движением Мо Тин ухватился за талию Тан Нин и прижал ее

к груди, тогда он прошептал ей на ухо агрессивным тоном: «Значит, ты

выйдешь за него?»

«Я признаю, что когда-то была слепа, но … я

уверена, сейчас я иду в правильном направлении …» Тан Нин пробормотала:

«Ты — мое направление …»

Мо Тин перевернулся, расположившись

сверху Тан Нин. Он серьезно посмотрел на нее своими чернильными глазами:

«Я едва могу контролировать себя … но … этого недостаточно. Даже если

мы уже расписались… Я все еще надеюсь, что ты узнаешь настоящего меня, я

должен быть уверен, что ты хочешь провести со мной всю оставшуюся

жизнь. Когда придет время, и мы оба будем уверены, что хотим быть вместе

— вот тогда мы действительно можем принадлежать друг другу».

«Работая в индустрии мои варианты бесконечны, я мог получить любую. Единственное, чего я не могу найти … это чистое сердце».

«Тогда

… давай постараемся и устремимся к единой цели — пройдем по одному пути

и проживем одну жизнь», — серьезно ответила Тан Нин. «Я никогда не

могла подумать, что президент Мо, который сидит так высоко над всеми

остальными в индустрии развлечений, — не ищет веселья и беззаботного

образа жизни. Я думала, что ты окажешься плейбоем с множеством женщин,

ты никогда не хотел этого?»

«Когда женщина задает такой вопрос,

нет необходимости отвечать … все, что нужно сделать мужчине … ответить

страстным поцелуем». Договорив, Мо Тин поцеловал её, и, как он и

предсказывал, страстный поцелуй действительно заставляет любовницу

забыть обо всех своих заботах. В ту ночь, согреваемая объятием Мо Тина,

Тан Нин спала очень сладко.

…

По сравнению с удачей Тан

Нин, день Хань Юйфаня определенно прошел не хорошо. Он был в

затруднительном положении из-за просьбы Тан Нин об уходе Мо Юйжоу из

Тяньи Энтертейнмент. Помимо ребенка в её животе, у Мо Юйжоу на руках

были доказательства его махинаций — он не мог обидеть ни одну из них.

Хань Юйфань вернулся к себе домой. Увидев Мо Юйжоу грустно сидящей на диване, его сердце сжалось.

«Юйфань

…»,- Мо Юйжоу закричала и бросилась ему в руки, крепко обняв его за

талию. «Что мне делать? Значит ли это, что я больше не могу быть

моделью?»

«Юйжоу … как насчет того, чтобы ты отправилась

заграницу и позаботилась о своей беременности? После рождения нашего

ребенка, ты можешь вернуться. Когда время придет, я обещаю — я сделаю

тебя снова знаменитой».

Выслушав его слова, Мо Юйжоу застыла в

осознании: «Ты просишь меня уехать? Хань Юйфань, ты собираешься

пожертвовать мной? Позволь мне сказать тебе кое-что, я не так глупа, как

Тан Нин, чтобы поверить в твои слова. Я определенно не пойду на это.

Плюс … Хань Юйфань, не забывай, я всё ещё ношу твоего ребенка. Мы уже

давно вместе, ты действительно думаешь, что можешь просто отбросить меня

в сторону?»

«Это … это не то, что я имел в виду …»

«Хань Юйфань, подумай ещё раз, с кем ты хочешь провести остаток своей жизни? Ты любишь Тан Нин?»

«Конечно,

я люблю тебя, только ты!»,- Хань Юйфань болезненно отбивался от

претензий: «Но, Тан Нин изложила условия: если ты не покинешь Тяньи, она

не выйдет за меня замуж».

«Даже если ты женишься на ней, тебе

никто не гарантирует все, что принадлежит семье Тан!»,- Мо Юйжоу верно

рассуждала. «Семья Тан не беспокоится о Тан Нин. Даже если она должна

была вернуться в семью, сколько она сможет унаследовать? Юйфань, ты

действительно хочешь поставить всё на кон, чтобы в конце обнаружить, что

ты остался ни с чем? Оставайся со мной, по крайней мере, у тебя будет

наш ребенок и я … мы сможем построить будущее вместе, разве ты этого не

хочешь?

«Юйфань, подумай об этом хорошенько … ты хочешь меня или

Тан Нин? Только одно слово, и я иду прямо в больницу, чтобы устроить

аборт. Я брошу Тяньи и мы никогда не пересечемся».

Хань Юйфань не ответил, он застыл на месте.

Не

видя реакции, Мо Юйжоу немедленно подняла трубку, чтобы позвонить

своему помощнику: «Помоги мне записаться на прием в больницу, я хочу

сделать аборт …»

«Что ты делаешь?»,- Хань Юйфань вырвал телефон

из её ладони: «Не будь такой импульсивной, я разве сказал, что не выбрал

бы тебя?»

Услышав его слова, лицо Мо Юйжоу озарилось: «Значит, ты выбираешь меня?»

«Я

люблю тебя больше всего, и все же ты хочешь сделать аборт, как я могу

позволить тебе сделать такое? Все эти годы я защищал тебя, разве ты не

понимала?»,- Хань Юйфань в итоге пришёл к решению — он решил покончить с

Тан Нин. Он просто чувствовал, что было жалко отказаться от наследства

семьи Тан. Но, как рассуждала Мо Юйжоу, не было никакой гарантии на

будущее; он не мог отказаться от Мо Юйжоу и своего ребенка ради иллюзии.

«Я знала это, ты всегда относился ко мне лучше всех»,- Мо Юйжоу

разразилась слезами радости. «Я обязательно рожу твоего ребенка и

осчастливлю твою сестру и мать».

«Я буду очень благодарен, если

ты перестанешь беспокоиться. Не заходи в Интернет слишком часто и не

ведись на оскорбления. Такие новости пройдут. Хотя этот скандал

определенно подорвёт твой имидж перед судьями Десяти Лучших Моделей… эта

награда больше ориентирована на профессионализм моделей, поэтому мы не

должны отказываться от своих целей».

«Я послушаю тебя, однако,

есть одно но, ты тоже должен выслушать меня!»,- Мо Юйжоу потянула Хань

Юйфаня на диван рядом с ней. «Перекрой Тан Нин кислород. Посмотри, какая

она теперь высокомерная. Все, потому что она получила сделку, она

думает, что у неё все схвачено, она даже пыталась пойти против

компании».

«Но…»

«Тяньи может прожить без Тан Нин. Если

мы захотим найти модель на замену, это будет не сложно», — сказала Мо

Юйжоу. «Тем не менее, мы также не можем ее отпустить. Если она получит

шанс, она определенно отомстит нам. Мы будем сдерживать её, через три

года она будет так стара, что окажется не в состоянии вернуться на

сцену».

«Но … сейчас то на стороне Тан Нин много людей, они любят ее, и ее отзывы действительно хороши».

«Разве это не облегчает ситуацию? Подождем, пока она вернется из Люсэнь … найдем ей низкопробный бренд, ее имидж упадёт».

Хань

Юйфань посмотрел на Мо Юйжоу, он понимал, что она предлагала, это было

немного экстремально, но … Хань Юйфань не мог отказаться — он просто

кивнул: «Я сделаю, как ты говоришь …»

«Кроме того, все компании, которые хотят работать с Тан Нин — ответим им, что Тан Нин не хочет работать с ними».

Хань

Юйфань обнял Мо Юйжоу и поцеловал ее в лоб. На этот раз его решение

исходило из его сердца, он порвал с Тан Нин. После того, как они

прекратят свои отношения, Тан Нин будет просто моделью на контракте с

Тяньи сроком на 3 года. Как сказала Мо Юйжоу, ему нужно помешать Тан Нин

стать знаменитой, иначе она найдёт шанс отомстить им. Итак … отныне он

мог только держаться этого пути.

На следующий день они должны были снять рекламный ролик. Тан Нин

должна была сниматься с несколькими другими моделями, однако … фотограф

чувствовал, что присутствие Тан Нин затмевало других; если бы их было

слишком много, они были там в качестве массовки. Итак, в конце концов,

остался только один мужчина-модель.

Рано утром Лун Цзе постучала

в дверь номера Тан Нин, однако … когда Тан Нин подошла открыть дверь,

она, казалось, что-то скрывала, не позволяя Лун Цзе войти. Лун Цзе сразу

посмотрела на Тан Нин и спросила: «В номере есть кто-то еще?»

«Я…»

«Тан

Нин! Как ты можешь быть такой? Хотя ты рассталась с этим недоумком, ты

только что вышла за Мо Тина. Дай мне пройти, впусти меня, дай мне

посмотреть, кто такой смелый, чтобы соблазнить мою драгоценную Тан

Нин!»,- Лун Цзе была немного взволнована; её напористость говорила, что

она готова была открыть дверь. Однако в это время Мо Тин протянул руку,

чтобы остановить её. Его высокая фигура поглотила внимание обоих.

«Большой босс, это вы …»

Лун Цзе была ошеломлена и неловко рассмеялась.

Мо

Тин бросил короткий на Лун Цзе, его взгляд нёс в себе одобрение, потому

что теперь Мо Тин был уверен, пока она рядом с Тан Нин, никакой мужчина

не сможет приблизиться к его жене. Итак, не говоря ни слова, он

направился в ванную, чтобы принять душ.

Увидев, как он ушел, Лун

Цзе отпустила руку Тан Нин и заговорила: «Почему ты не сказала мне

раньше? Ты заставила меня смутиться перед таким важным человеком!»

«Я узнала только вчера вечером, когда вернулась в номер», — Тан Нин невинно пожала плечами.

«О,

боже, он такой романтичный! Такой занятой и действительно нашёл прямой

рейс сюда, чтобы быть с тобой. Тан Нин, удача действительно на твоей

стороне. Вспомни о тех годах, которые ты провела с тем ублюдком, сколько

раз он приходил к тебе на работу?»,- глаза Лун Цзе засветились:

«Действительно, разные люди себя по разном проявляют».

«Мы все

еще идём на съемки?»,- Тан Нин напомнила, даже несмотря на то, что

накануне она вела себя так, как будто ей было все равно.

«Президент Мо придёт?»

«Он должен»,- прошептала Тан Нин.

Мо

Тин проделал весь этот путь, конечно, он не мог пропустить

представление Тан Нин. Предыдущее шоу было незабываемым — он с

нетерпением ждал, как Тан Нин будет выступать на открытом воздухе.

Через

30 минут все трое прибыли на место съемки. Поскольку он не мог раскрыть

свою личность, Мо Тин мог только смотреть издалека. Тан Нин вышла из

гримёрки в светло-голубом кружевном платье, которое обтягивало ее

соблазнительное тело, подчеркнув ее положительные стороны, особенно ее

длинные тонкие ноги, которые выглядели так, как будто им не было предела

— она выглядела прекрасно, как произведение искусства.

Сюжет

сегодняшней съемки была прост: невеста преследует сбежавшего жениха. Во

время погони невеста повреждает ногу, но жених этого не замечает. В

конце концов, сверкающий бриллиант на руке невесты создает прекрасную

радугу из отражений солнечных лучей, пробуждая память жениха об

обещаниях, которые он давал невесте. Наконец, жених возвращается, и пара

примиряется …

«Тан Нин, в этот раз будет довольно много эмоций, вы в порядке?»,- фотограф с предыдущего раза теперь был режиссером.

«Нет проблем»,- Тан Нин осторожно кивнула.

Режиссер показал знак «ОК», прежде чем напомнить ей, чтобы она встала на своё место.

«Должны ли мы быстро пробежаться по сценарию?»

«Это

не обязательно», — Тан Нин отклонила предложение режиссера. Если прежде

он не работал с Тан Нин и мог усомниться в её способностях, то, увидев

ее профессионализм накануне, режиссер полностью доверял ей.

Следовательно, они просто начали съемки.

Реклама занимала всего

30 секунд, поэтому модели должны были быстро войти в нужное

эмоциональное состояние. Сцена, которую они собирались снимать,

изображала, как Тан Нин преследует жениха. Таким образом, выражение её

лица должно было показать чувство тревоги; начиная с надежды, медленно

скатывающейся в отчаяние, поскольку она понимает, что не может догнать …

Съемка вот-вот начнётся. Без какой-либо помощи, Тан Нин нашла

правильное положение перед камерой … как только раздался звук хлопушки,

Тан Нин исчезла. На ее месте предстала брошенная невеста, беспомощно

озирающаяся по сторонам. Ее глаза покраснели, но слез не было видно.

Самое главное, она уделяла достаточно внимания деталям, чтобы добавить

тяжелое дыхание после бега…

Ее эмоции нарастали, она продолжала поиски. Настойчивость на ее лице выглядела так, будто она была почти на грани срыва.

Мо

Тин наблюдал издалека. Он понял, что Тан Нин была похожа на алмаз,

спрятанный под слоем пыли. Неудивительно, что 3 года назад … она смогла

попасть на первое место. Если бы она не бросала карьеру, тогда как

высоко взобралась бы она сейчас?

«Президент Мо, наша Тан Нин

неплохо справляется?»,- глаза Лун Цзе содержали неуклонную гордость:

«Если бы тот хмырь не подавлял её…»

«Отныне никто не обидит её», — хладнокровно отозвался Мо Тин, возвращаясь в машину.

Лун Цзе улыбнулась, потому что знала, что Тан Нин не позволит никому мешать ей.

И, конечно, она была еще более убеждена мужчиной в машине, потому что он был владельцем целой империи.

Из-за

выдающегося профессионализма Тан Нин съемки прошли гладко, сохраняя

режиссеру полдня времени. Режиссер был очень впечатлен, поэтому он

попытался предложить ей разрешение слухов о её проблемах: «Я слышал, что

ваша нынешняя компания не знает, как спланировать вашу карьеру. Вы

заинтересованы во вступлении на более крупную сцену?»

Тан Нин взяла визитную карточку из рук режиссера, но, как обычно, вежливо отказалась: «Я счастлива там, где я сейчас».

Режиссер не давил на Тан Нин, он улыбнулся в ответ: «Тем не менее, мы всегда будем вам рады».

Тан

Нин поблагодарила его и направилась к Мо Тину. Но вдруг Лун Цзе

бросилась к ней, протягивая свой телефон и восклицая: «Объявилась

женщина по имени Линь Вэй, говорит, что она новый менеджер от Хань

Юйфаня. Она также сказала, что ты должна возвращаться, потому что Хань

Юйфань организовал для тебя мероприятие через 3 дня. Я только что

посмотрела информацию о бренде. Ничего особенного … но многие

потребители жаловались на них в течение многих лет».

«Хань Юйфань, очевидно, хочет тебя уничтожить!»

Тан Нин схватила свой телефон из рук Лун Цзе, она всё ещё оставалась спокойной: «Возвращаемся, поговорим позже».

«Если ты примешь эту работу, все, что ты сделала — было впустую»,- сердце Лун Цзе болело за Тан Нин.

«Лун

Цзе, ты думаешь … я не готова к чему-то подобному?»,- Тан Нин

ухмыльнулась. Она не ожидала, что Хань Юйфань фактически откажется от

наследия семьи Тан и выберет Мо Юйжоу: «Я уже говорила, быть ведущим или

ведомым — разница всего в нескольких буквах. Они разделены очень тонкой

линией».

«Я больше не буду играть в эти игры …»

Недалеко

от них, Мо Тин всё ещё сидел в машине. Их глаза встретились, и они

улыбнулись друг другу. После того, как Тан Нин села в машину, Мо Тин

передал ей свой телефон: «Я попросил Лу Че найти в базе данных

информацию об этой даме, Линь Вэй. Ее резюме и темное прошлое. Вот».

«Ты уже знаешь о мероприятии, которое Хань Юйфань устроил для

меня?»,- Тан Нин повернулась, чтобы взглянуть на Лун Цзе, думая, что она

рассказала Мо Тину. Однако Лун Цзе быстро махнула рукой, сигнализируя,

что это не имеет к ней никакого отношения.

«В этой индустрии, если я захочу что-то узнать, я узнаю это».

К

настоящему времени Тан Нин больше не удивлялась. Как бы иначе Мо Тину

удалось забраться наверх? Так что она улыбнулась ему: «Не волнуйся, ты

уже вложил мне в руки меч, чтобы покарать моих врагов, я обязательно

исполню это».

Мо Тин не ответил, он просто протянул руку, чтобы коснуться волос Тан Нин.

Увидев

этот жест… у Лун Цзе побежали мурашки по всему телу. Эти двое, они же

только недавно поженились, но почему они похожи на супругов, которые

женаты уже много лет?

После того, как съемки были завершены, все

трое вернулись в Пекин. На борту самолета Тан Нин и Мо Тин ласково

навалились друг на друга, но как только самолет приземлился, они пошли

своими путями, как незнакомцы.

Хань Юйфань прислал туда нового

менеджера, Линь Вэй. Она стояла на выходе. Она была одета в

светло-фиолетовое шифоновое платье, стояла на каблуках высотой в

двадцать сантиметров и в солнцезащитных очках, она также постоянно

поглядывала на её запястье. Все ее тело источало чувство нетерпения, как

будто она была международной суперзвездой, но роли были отменены, и она

ожидала, когда ее заберут.

Тан Нин заметила табличку с ее

именем, она была в ногах Линь Вэй. Она решила проигнорировать её и

направилась прямо на выход из аэропорта вместе с Лун Цзе.

Лун

Цзе засмеялась; Тан Нин постепенно строила свой собственный характер. Во

время поездки Тан Нин получила телефонный звонок от Линь Вэй: «Тан Нин,

где вы? Разве вы не должны были прибыть в 12?»

«Я уже на обратном пути в офис»,- спокойно ответила Тан Нин.

«Разве вы не видели меня в фойе?»

«Я тебя видела»,- Тан Нин оставалась спокойной, не проявляя ни малейших эмоций.

«Тогда почему вы не подошли ко мне?»,- Линь Вэй была в ярости.

«Вы были в солнечных очках, я думала, что вы устраиваете показ мод в аэропорту…»,- саркастично ответила Тан Нин.

«…»

Лицо Линь Вэй краснело от гнева, она повесила трубку и бросилась обратно в офис.

Она

давно работала в индустрии, но она была крайне недальновидной. Несмотря

на то, что она помогла сделать несколько артистов известными, они

всегда заканчивали, нарываясь на тех, кто им не по зубам, или в

реабилитационной клинике. Так что, у нее не было хорошей

профессиональной репутации. На этот раз это была идея Мо Юйжоу, потому

что она явно хотела, чтобы Линь Вэй позаботилась о Тан Нин ради нее. Но,

кто бы мог ожидать, даже ещё не встретив Тан Нин, она уже была в

дураках.

Она решила не сдаваться. В конце концов, Тан Нин была вчерашним днём; как она могла проявить такое неуважение?

…

20

минут спустя Тан Нин вернулась в офис. Войдя через главный вход Тяньи

Энтертейнмент, она направилась прямо в кабинет Хань Юйфаня и распахнула

дверь.

«Я жду объяснений», — воскликнула Тан Нин, хлопнув обеими руками по столу: «Значит, между тобой и Мо Юйжоу что-то происходит?»

Хань

Юйфань бросил свои дела, поколебался на мгновение, а затем попытался

сменить тему: «Ты только что прилетела, и ты пришла прямо сюда?»

«Сколько это уже длится?»,- Тан Нин продолжила ту же тему: «Как долго ты и Мо Юйжоу были вместе?»

«Тан

Нин!»,- Хань Юйфань внезапно закричал: «С меня хватит, ты знаешь, как

ты меня раздражаешь? Разве ты не можешь вести себя, как нравится

мужчинам, как Юйжоу? Что за женщина стала бы пилить меня каждый день,

как ты?»

Тан Нин медленно отдернула руки и посмотрела на Хань Юйфаня вопросительно: «Что вы двое думаете? Я — игрушка?»

«Тан

Нин, давай расстанемся … Я действительно с Юйжоу … у нас действительно

любовь», — Хань Юйфань говорил с Тан Нин, как будто с незнакомцем. «Не

вини меня – у любви нет правил. С этого момента у нас отношения

подчиненного и начальника, я твой босс, и ты мой сотрудник!»

Тан

Нин ухмыльнулась, подняв уголок ее губы; она была спокойнее, чем Хань

Юйфань ожидал: «Итак, похоже, ты не собираешься освобождать меня от

моего контракта? Ты, должно быть, предположил, что если ты дашь мне

уйти, Мо Юйжоу никогда не добьется успеха».

«Прости … тебе еще нужно подождать 3 года».

«Поэтому ты организовал для меня появление на том мероприятии?»,- Тан Нин продолжала задавать вопросы.

«Это

событие идеально подходит для твоего текущего статуса»,- договорив,

Хань Юйфань вернулся на свой стул, и перелистывал несколько документов:

«Если это всё, ты можешь идти. Кроме того, Линь Вэй – твой менеджер. С

этого момента ты должна следовать ее приказам».

В течение пяти лет её мечты заключались в каком-то мудаке!

Тан Нин не могла сказать, что ее сердце не пострадало, но в этот момент она чувствовала себя скорее злой.

«Ты

знаешь, что происходит с неверными людьми? Они плохо заканчивают»,-

бросив эти слова, Тан Нин обернулась и вышла из офиса Хань Юйфаня.

Конечно, ее решимость заставить Тяньи исчезнуть из индустрии, была

сильнее, чем когда-либо.

Тан Нин вернулась в свою комнату. Тем

временем Линь Вэй только что вернулась из аэропорта. Без стука, она

вошла прямо в комнату, указывая пальцем на Тан Нин и крича: «Знаешь ли

ты, что отныне ты мой артист? Ты все еще хочешь быть моделью и получать

работу? Как ты смеешь так обращаться со мной? Что ты за свинья?»

Услышав

эти слова, Тан Нин вдруг встала со своего места и медленно шагнула к

Линь Вэй: «Повтори, что ты сказала, каковы были последние 4 слова?»

«Я

спросила, что ты за свинья?»,- Линь Вэй повторила высокомерно. Как

только последнее слово слетело с его уст, пощечина Тан Нин уже попала на

ее лицо: «Знай своё место».

Линь Вэй была ошеломлена. Ее глаза

расширились, она готовилась сопротивляться, однако Тан Нин достала её

телефон и протянула ей: «У меня в телефоне много таких любопытных

фотографий. Из-за четырех слов, которые ты только что сказала, я решила

отправить их в 4 крупнейших медиакомпаний».

Линь Вэй застыла на

мгновение, не совсем понимая, что имеет ввиду Тан Нин. Пока она не

посмотрела на экран, где на фотографии видно, как она соблазняет

режиссера.

Этого не может быть, откуда у Тан Нин эти фотографии?

Она была настолько осторожна … это было невозможно, они должны быть

подделкой.

«Я знаю, что за всем этим стоит Мо Юйжоу. Если бы ты

не перешла черту, я бы не стала беспокоиться о простом менеджере, но …

ты, похоже, не знаешь, с кем связалась …»

Линь Вэй испугалась,

ее руки задрожали. Если бы она знала, что Тан Нин владела такой

информацией, она определенно не согласилась бы на просьбу Мо Юйжоу

устроить проблемы для Тан Нин.

Итак, выражение её лица сразу же

изменилось, она бросилась на колени: «Тан Нин, я не хотела тебе,

пожалуйста, не выкладывай фотографии, мне конец, если ты …»

Тан

Нин посмотрела на Линь Вэй: «Объясняю один раз: я нападаю только в

ответ, но если кто-то лезет ко мне … нереальным станет их возвращение из

глубин ада. С сегодняшнего дня делай свою работу хорошо, а я сделаю

свою. Если ты хочешь строить козни и играть в игры … я тоже могу

поиграть. Но последствия … не будут такими простыми, как эти несколько

фотографий … »

Тан Нин в этот момент была жестокой и властной.

Линь Вэй не знала, как реагировать — разве они не говорили, что Тан Нин

была бесхребетной?

«Я поняла, я знаю, чего я должна и не должна делать»,- Линь Вэй была испугана взглядом на лице Тан Нин.

Выпустив

свой гнев, эмоции Тан Нин вернулись к ее нормальному спокойствию, и ее

тон был еще более безразличным, когда она спросила Линь Вэй: «Когда я

должна появиться на сцене?»

«Ты … ты идешь?»,- Линь Вэй не мог понять, о чем думала Тан Нин.

«Просто скажи мне, когда», — повторила Тан Нин.

В уголках глаз Линь Вэй все еще виднелись слезы. Вытерев их, она

медленно встала. Она задумалась на мгновение, прежде чем ответить Тан

Нин: «26-е, в следующую среду».

«Мо Юйжоу указала тебе отвергать все предложения о работе, поступающие мне?»

«Да…»

«Сохраняйте

каждое электронное письмо от каждого клиента, мне нужны доказательства.

В следующую среду они мне пригодятся», — спокойно сказала Тан Нин:

«Если в тебе всё ещё есть здравый смысл, ты и сама понимаешь, что быть

на моей стороне обещает тебе куда больше, чем на Мо Юйжоу. Только из-за

того, что она чья-то любовница, она потеряет все шансы выйти на

международную арену».

Услышав эти слова, Линь Вэй задумалась,

почему Мо Юйжоу часто попадала в неприятности в последнее время, в то

время как популярность Тан Нин была на подъеме. Она поняла, Мо Юйжоу

полагалась на свою слабость и искала сочувствия. Тем временем Тан Нин …

использовала Мо Юйжоу в качестве ступеньки, чтобы взойти на трон.

Линь Вэй взвесила все плюсы и минусы и решила, что лучше всего следовать за Тан Нин: «Я помогу тебе».

Тан

Нин кивнула, когда она развернулась и пошла. Но, как только она

достигла двери, она, похоже, что-то вспомнила. Она повернулась, чтобы

предупредить Линь Вэй: «Если ты не в состоянии разобраться с

пиар-кризисом, тогда не устраивай мне скандалов».

Проще говоря, если она не смогла скрыться от тех фотографий, ей не следовало бы соблазнять кого-то, кого она не должна была.

Линь

Вэй побледнела. Это был первый раз, когда она встретила модель, которая

всё спланировала, пока никто вокруг и не подозревал. Кроме соблазнения

мужчин, Мо Юйжоу действительно ничего больше не имела за душой; на самом

деле она, сама того не зная, ожидала, когда Тан Нин отправит Тяньи

Энтертейнмент на помойку.

Солнце всё ещё было в зените. Тан Нин

вернулась к своей машине с усталым взглядом на лице. Увидев это, Лун Цзе

была очень расстроена: «Ты ругалась с Хань Юйфанем?»

«Хань

Юйфань предложил расстаться», — спокойно ответила Тан Нин, откидываясь

назад и медленно закрывая глаза. Кажется, она пыталась скрыть свои

эмоции: «Лун Цзе, ты представляешь? Когда Хань Юйфань произнес эти

слова, звучало так, будто он читал с учебника».

«Он даже хочет продержать меня в компании целых 3 года».

«Этот

мудак, как он может быть таким убогим? Разве он не боится, что его

постигнет удар молнии?!»,- Лун Цзе ругалась, повернувшись боком. Увидев

страдания Тан Нин, она протянула ладонь, чтобы успокоить ее, нежно

поглаживая ее по руке: «Не позволяй такому мужчине расстроить тебя, тем

более, что ты собираешься воздать ему десятикратно».

«Я не могу полностью контролировать свои эмоции, отвези меня домой», — мягко шепнула Тан Нин.

«Хорошо … отдыхай».

Тан

Нин знала, судя по холодному и беззаботному выражению Хань Юйфаня, он

не собирался останавливаться на том, чтобы отправлять её на такие жалкие

заказы. Все, что потребовалось, это одно слово Мо Юйжоу, и он мог бы

сделать что-то похуже. Ей нужно было найти способ убрать Мо Юйжоу с её

пути.

К моменту, когда Мо Тин прибыл домой, было уже восемь

вечера. Однако сегодня он не ощущал запаха подаваемого ужина — все, что

он чувствовал, было холодом. Сначала он думал, что Тан Нин еще не

вернулась домой, но когда он вошел в спальню, он увидел, что она тихо

лежит в постели. Не нужно объяснять, с ней сегодня несправедливо

обошлись.

Мо Тин подошел и сел на край кровати. Почувствовав знакомое присутствие, Тан Нин тут же села и обняла его.

«Если ты хочешь поплакать, тогда плачь, полегчает»,- Мо Тин осторожно погладил Тан Нин по плечу.

Тан

Нин держала всё в себе весь день, но после утешения Мо Тина она

немедленно раскрылась и заплакала: «Извини, я обещала не горевать по

недостойным вещам …»

«Все в порядке, плачь … помимо меня, кому

ещё ты можешь показать свое истинное «я»?»,- Мо Тин поощрял её. Может

быть, от того, что руки Мо Тина были такими нежными, или, может быть,

потому, что Мо Тин был старше Тан Нин на 7 лет и источал чувство

безопасности и зрелости, Тан Нин долго плакала в объятиях Мо Тина, пока

слез не осталось.

«Лучше?»,- спросил Мо Тин.

«Ага»,- Тан Нин освободилась от объятий Мо Тина: «Ты еще не ел, я пойду …»

Мо

Тин схватил подбородок Тан Нин и приложил все силы, чтобы крепко

прижать её губы к своим. Он не только хотел вытереть ее слезы, но он

также хотел использовать этот особый момент, чтобы успокоить страдающую

женщину на его руках.

Поцелуй … был лучшим лекарством и лучшим

обезболивающим. Пара целовалась так страстно, казалось, что весь мир

крутится вокруг них, когда они пытались перевести дыхание.

«Тан

Нин, я надеюсь, что независимо от того, будешь ли ты счастлива или в

грусти, я буду первым, к кому ты обратишься. Мне все равно, сколько

масок ты носишь снаружи, как только ты дома, мы должны быть похожими на

нормальную супружескую пару. Нам нужны только мы». Мо Тин вытер слезы на

щеке Тан Нин, когда он встал: «Я уже говорил, тебе больше нельзя на

кухню».

Тан Нин увидела, как Мо Тин поворачивался, чтобы уйти,

поэтому она быстро схватила его: «Ты нужен мне, ты нужен мне прямо

сейчас … мне нужно, чтобы ты остался со мной, обними меня, поцелуй …»

«Мне нужна энергия, чтобы целовать тебя».

Тан Нин перестала плакать, сбросила одеяло, чтобы встать с постели и взяла Мо Тина за руку: «Тогда я составлю тебе компанию …»

У

пары был приятный ужин и душ. Вернувшись в спальню, Мо Тин прислонился к

кровати и прочитал несколько документов, а Тан Нин попыталась уснуть.

Но независимо от того, что она делала, она не могла заснуть.

«Что не так?»

«Я не могу спать, ты можешь почитать мне книгу?»,- Тан Нин выглянула из-под одеяла и попросила Мо Тина.

Только

перед Мо Тином она не скрывала эмоций. Ей также не нужно было быть

собранной, как перед Лун Цзе. Перед Мо Тином она была совсем маленькой —

женой, которую нужно было баловать.

Конечно, перед ней Мо Тин

также не должен был быть тем самым Мо Тином, которого все знали. Если бы

она была его подчиненной, он бы бросил документы ей в лицо. Но перед

ним была Тан Нин, поэтому он взял книгу с полки и вернулся в кровать. Он

завернул Тан Нин в свои объятия, когда они оба открыли книгу и начали

читать.

Это был такой простой жест, но оказалось, что Хань

Юйфань никогда бы не сделал что-то подобное ради Тан Нин. Кто бы мог

подумать, он король индустрии развлечений захочет заняться с ней такой

глупостью.

Шрамы в ее сердце медленно заживали. Недолго после этого Тан Нин заснула в руках Мо Тина.

На

следующее утро воздух был слегка влажным. Тан Нин была разбужена звуком

её телефона, это была Линь Вэй. Ее голос был намного мягче, чем в

предыдущий день: «Тан Нин, я только что добралась до твоего дома, но там

только твой помощник».

«Я переехала».

«Я пришла, чтобы

рассказать тебе кое-что. После того, как президент Хань объявил, что ты

появишься на корпоративном мероприятии, твои фанаты теперь поднимают

волны. Они активно спорят между собой. Они говорят, раз ты идёшь на это

мероприятие, ты поддерживаешь ненадежные брэнды, они не могут принять

это и готовы отказаться от тебя… »

«Какая реакция Мо Юйжоу?»,- Тан Нин прямо спросила Линь Вэй.

«Она

не может дождаться, чтобы посмотреть, как ты страдаешь. Такой поворот

событий — это ее идея с самого начала. Она не просто хочет уколоть тебя,

она хочет, чтобы твоя жизнь превратилась в ад на земле».

«Тогда

посмотрим в следующую среду, чья жизнь будет адом …»,-Тан Нин ответила с

более глубоким смыслом: «Пока что не беспокойся о фанатах, пусть

говорят, сколько хотят!»

Мо Юйжоу только что шагнула на ступень выше от статуса просто чьей-то

любовницы и все еще наслаждалась предвкушением вещей, идущих ей

навстречу, так что Тан Нин решила, она позволит ей побыть счастливой еще

несколько дней. В конце концов, Тан Нин еще не достала её козырь из

рукава. Тем не менее, Тан Нин было мало разрушить карьеру Мо Юйжоу, она

также хотела, чтобы Мо Юйжоу было стыдно жить среди людей.

Поскольку

все её заказы всё ещё были заморожены, после последних съемок ей снова

нечего было делать. Но она сохраняла терпение. Несмотря на то, что

фанаты ругали ее за рекламу ненадежного продукта, она не ответила ни

слова – впитывая все оскорбления, как губка.

Линь Вэй изучила

Тан Нин и выяснила, как она справлялась раньше. Она узнала, что она

намного терпимее, чем большинство других, и может легко вынести

одиночество.

Заголовки по-прежнему были сосредоточены на видео

Хань Юйфаня и Мо Юйжоу. Публика поливала Мо Юйжоу отборной грязью.

Реакция насчет Тан Нин состояла из двух крайностей. Некоторые

сочувствовали ей, поскольку они предполагали, что Тан Нин повелась на

манипуляцию, её лишили выбора, с какой компанией она должна была

работать. В то время как фанаты помладше засомневались, почему в этих

обстоятельствах она не ушла из Тяньи.

Среди этих мудрёных дебатов …

…

просочился целый альбом фотографий с недавней съемки Тан Нин, снятый

случайным прохожим. В одно мгновение титул секс-символа Интернета

перешёл к ней, все заметили, как красива она была, и особенно её длинные

ноги.

Вдобавок ко всему, несколько журналов заметили, что даже

при позировании без четкого сюжета каждое её движение было более

естественным, чем любая поза, показанная профессиональной моделью.

Итак,

эти трое оказались в центре скандалов, имиджи Мо Юйжоу и Хань Юйфаня

падали на дно, тогда как Тан Нин на основе одного альбома фотографий …

заставила всех забыть, что она подменяла Мо Юйжоу и как она извинялась и

как созналась в попытке самопиара. В их умах единственное впечатление о

Тан Нин было её изящностью, когда она оглянулась на камеру со слезами

на глазах.

Пока все это происходило, в тот же день Линь Вэй

получила приглашение не менее пяти журналов с предложением Тан Нин

появиться на обложке их следующего сезона.

По сравнению с жалкой

Мо Юйжоу, у которой пропадал один контракт за другим, Линь Вэй

неожиданно была поражена Тан Нин. Было похоже, что она обладала

магическими способностями, которые всегда развернут ситуацию в её

пользу.

Поскольку Тан Нин неуклонно прокладывала свой путь к

возвращению, Хань Юйфань больше не мог эффективно блокировать её.

Столкнувшись со всеми этими приглашениями от журналов, он спросил себя —

действительно ли он должен тормозить Тан Нин?

Линь Вэй доложила

Хань Юйфаню о приглашениях из журналов и анализировала, каким путём

должна пройти Тан Нин. Но ее остановила Мо Юйжоу, которая сидела в

кабинете Хань Юйфаня: «Разве мы не договорились, что мы не будем

принимать никакие заказы для неё? Ты игнорируешь мои слова?»

Ее отношения с Хань Юйфанем были так новы, но вот она уже ведёт себя, как жена президента …

Линь Вэй скрытно ухмыльнулась.

«Давай выберем E-Style»,- Хань Юйфань выбрал один из самых влиятельных журналов, и напрямую сказал Линь Вэй.

«Юйфань, помнишь, что ты мне обещал?»

«Дорогая,

все, что я делаю, это для тебя. Подумай об этом … инцидент с видео

принёс нам достаточно критики. Все, что нам нужно, это заставить Тан Нин

заявить, что мы давно расстались. Тогда наша связь перестанет выглядеть

прелюбодеянием – мы просто обычная пара. Публика в интернете поймёт,

что они ошибались и почувствуют себя виноватыми перед тобой — все, что

ты будешь делать с того момента, покажется им приемлемым. Я создаю тебе

варианты»,- Хань Юйфань объяснился перед Мо Юйжоу серьезным тоном:

«Осталось не так уж много времени до конкурса десяти лучших моделей, это

самый быстрый способ поправить твой имидж. Когда ты вернешься, думаешь,

к тому моменту Тан Нин не свалится со своего пьедестала?»

Услышав это, гнев Мо Юйжоу сразу рассеялся: «Только ты мог выдумать, как убить двух зайцев сразу».

Хань Юйфань понятия не имел, что Линь Вэй уже сменила сторону – их маленький заговор быстро дошёл до ушей Тан Нин.

«Эти

двое хотят использовать тебя, чтобы очистить свою репутацию, что ты

планируешь делать?»,- Линь Вэй интересовалась тем, как Тан Нин

собиралась остановить Хань Юйфаня.

«Помоги мне отказаться от

этой работы. Если Хань Юйфань начнет задавать вопросы, просто скажи, что

я плохо себя чувствую», — ответила Тан Нин.

Выбрать только один из пяти журналов, а затем сразу же отбросить остальные — уже не совсем разумная идея.

Но

Линь Вэй понимала, что нужно сделать. Она уже была впечатлена

способностью Тан Нин умело уклоняться от всего, что было в нее брошено.

Когда Мо Юйжоу услышала об этом, она тронулась умом. Она хлопала руками

по столу и говорила: «Она сделала это нарочно!»

«Тогда, мисс Мо, как вы считаете, модель, у которой украли жениха и все контракты, должна была отреагировать иначе?»

Услышав

все это, Хань Юйфань погладил Мо Юйжоу по спине, чтобы успокоить ее. Он

повернулся к Линь Вэй и приказал: «Скажи Тан Нин, чтобы шла ко мне».

«Боюсь, она не может, ей нездоровится»,- ответила Линь Вэй.

«Тогда скажи мне, где она, я поеду за ней!»

«Позвольте

мне сначала спросить мнение Тан Нин»,- договорив, Линь Вэй обернулась и

позвонила Тан Нин. В это время Мо Тин только что вернулся домой и

обнимал Тан Нин, сидя в саду. Линь Вэй ясно выразила свои мысли, а от

того, что уши Мо Тина были в непосредственной близости, он подслушал их

разговор.

В этот момент его чернильные глаза внезапно замерцали

под солнцем, он улыбнулся. Наклонившись рядом с левым ухом Тан Нин, он

предложил: «Дай им наш адрес Hyatt Regency … »

Тан Нин с неуверенностью посмотрела на него.

«Во-первых,

скажи им, что ты переехала, и раз уж ты являешься дочерью из семьи Тан,

жить в Hyatt Regency больше идёт твоему статусу. Ты уже не на том

уровне, на котором они могут до тебя добраться».

«Во-вторых, охрана в Hyatt Regency действительно жесткая, думаешь, кто-нибудь лишний может войти сюда?»

Тан

Нин нежно рассмеялась, поняв, что отношение Мо Тина к посторонним

совершенно определенно отличается от доброты, которую он проявлял дома.

Но,

ах, ей это нравилось! Итак, она последовала предложению Мо Тина и

назвала свой адрес Линь Вэй. Услышав адрес, Линь Вэй была потрясена на

мгновение, прежде чем передать его Хань Юйфаню.

«Тан Нин

сказала, что она переехала. Если вы хотите увидеть ее, тогда вы можете

отправляться в Hyatt Regency, она переехала туда …»

Hyatt Regency!

Но это самое известное место Пекина …

Это не место, где могла бы жить маленькая знаменитость.

Мо Юйжоу позавидовала ей: «Она? Переехала в Hyatt Regency? Как это возможно?»

«Мисс Мо, вы забыли, что она наследница империи Тан? Она просто выбрала жить в обстановке, подходящей для ее статуса».

Другими

словами, когда Хань Юйфань и Тан Нин все еще были вместе, ее заставляли

страдать и отказаться от самой себя. Поскольку Хань Юйфань не имел

понятия, как обращаться с ней, она, не раздумывая, вернулась туда, где

ей было место.

Это был уровень, до которого Мо Юйжоу никогда не добралась бы, это было решено ещё до её рождения.

Хань Юйфань чувствовал себя нехорошо. Как только они разошлись, она действительно переехала в Hyatt Regency!

Самое главное, семья Тан уже объявила, что если Тан Нин расстанется с

ним, она может возвращаться домой в любое время. Со стороны было

похоже, что Тан Нин примирилась с ними. Хань Юйфань вдруг почувствовал

сожаление — это же Хаятт Редженси … поселиться там — это доказательство

высокого статуса. Многие мечтали об этом … если бы он выбрал Тан Нин,

если бы он продержался ещё немного и женился на ней, мог ли он жить в

этом райском поместье?

В действительности, Тан Нин даже не

связалась со своей семьей. После решительного ухода из дома, Хань Юйфаня

и отказа от своей карьеры, все, что она теперь хотела сделать, это

положившись только на свои способности вернуться на вершину индустрии —

только тогда она сможет зайти домой с высоко поднятой головой, и

извиниться перед своим дедушкой.

Договорив с Линь Вэй, Тан Нин

снова взяла лейку и направилась к саду. Однако Мо Тин не отпускал ее из

объятий. Он схватил ее за щеки и прижался к ней губами с агрессивной

страстью.

Тан Нин любила целоваться с Мо Тином, он всегда так

заботился о ней, плюс от него веяло неповторимым шармом и аурой. Тан Нин

обернулась и выбросила лейку. На вершине красивого балкона, цветущего

розами, она крепко обняла Мо Тина, и ответила на его страстный поцелуй,

позволив их языкам переплестись.

Мо Тин прижал её к холодной

стене, он схватил её за руки — его поцелуи стали еще более страстными.

Лицо Тан Нин покраснело, её руки мертвой хваткой сцепились за талией Мо

Тина. Она чувствовала тепло, исходящее от его тела, и его тело

напрягалось, когда он пытался сопротивляться.

«Разве воздержание не вредно для твоего организма?»,- прошептала Тан Нин; глаза ее блестели, как звезды.

«Но

что мне делать? Я целую тебя каждый день … но этого никогда не бывает

достаточно»,- Мо Тин протянул руку и нежно погладил губы Тан Нин: «Это

похоже на наркотик … вызывает привыкание».

Тан Нин застыла на

мгновение, прежде чем она воспользовалась возможностью, чтобы

развернуться и прижать Мо Тина к стене: «Чем больше я говорю себе не

думать о тебе, тем больше я в конечном итоге думаю … особенно … о

взгляде на твоем лице, когда ты целуешь меня».

«Ты так и будешь сопротивляться своим желаниям?»

«Я не смогу долго продержаться … я действительно хочу вкусить тебя».

Мо

Тин был складно построен, но вот он был прижат к стене, его маленькая

жена дразнила его. Он наслаждался этим, он очаровательно улыбнулся:

«Хорошая женщина … не сказала бы такие фривольные слова».

«И хороший муж не соблазнял бы свою жену попусту».

«Моя жена говорит такие слова … ты обвиняешь меня в том, что мы прошли только половину нашей брачной ночи?»

«Когда …»,-Тан Нин наклонилась и соблазнительно прошептала: «… мы пройдем весь путь?»

Мо

Тин посмотрел на свою жену; на эту обычно нежную и спокойную женщину.

Оказалось, когда она хотела привлечь внимания, она могла свести мужчину с

ума. Похоже, он узнал о Тан Нин кое-что новое.

Мо Тин схватил талию Тан Нин и притянул ее к себе, чтобы она почувствовала его твёрдость: «Я думаю об этом … все время …»

Эти

двое продолжали обниматься, не переступая линию, пока охрана поместья

не связалась с одной из горничных на вилле; прибыл некто, кто хотел

видеть Тан Нин.

Мо Тин выпустил Тан Нин из рук, поправил её

смятую одежду и волосы, прежде чем сделать предложение: «Поднимись

наверх, переоденься и выезжай на нашем новейшем автомобиле».

Тан Нин поняла, что он имел в виду, она поцеловала его в щеку: «Спасибо, муженек за ваше спонсорство!»

…

На

самом деле Хань Юйфань действительно не хотел видеть Тан Нин, потому

что он не хотел сожалеть ещё больше. Особенно, когда его остановили у

ворот Hyatt Regency и попросили подождать снаружи, он вдруг

почувствовал, что он не был кем-то особенным.

10 минут спустя. Яркий красный Феррари выехал из Hyatt Regency и остановился прямо перед Хань Юйфанем.

Тан Нин опустила крышу автомобиля, повернув голову в сторону, чтобы поговорить с Хань Юйфанем: «Зачем ты ищешь меня?»

«Тан

Нин …»,- Хань Юйфань смотрел на совершенно другую Тан Нин. На сердце

его была жалость; он никогда не думал, после ухода от него Тан Нин будет

намного лучше.

«Говори», — холодно сказала Тан Нин.

«Журнал

E-Style. Компания уже утвердила тебя, поэтому ты не имеешь права

отказаться. Меня не волнует, кто ты и кто за тобой стоит, ты все еще

модель Тяньи, и я все еще твой босс. Для будущего компании я соберу

команду, они сочинят заявление от твоего имени, объясняющее, что мы

расстались давным-давно, а Юйжоу никакая не любовница»,- Хань Юйфань

использовал свою позицию босса, чтобы восстановить ту гордость, которую

он утратил, увидев, как она выезжает на спортивном автомобиле

ограниченного выпуска.

«Но … Я уже попросила Линь Вэй отвергнуть всех … плюс … я уже публично заявила, что я больна».

«Тан

Нин, ты не беспокоишься о компании?»,- Хань Юйфань снова был в ярости,

когда Тан Нин принимала решения без него: «Мы больше не в отношениях. В

Тяньи ты не можешь делать все, что заблагорассудится. Не забывай, ты

подписала контракт, все решения остаются за компанией. Ты хочешь

нарушить договор?»

Тан Нин не беспокоилась о том, что она

нарушает контракт, но … она не хотела, чтобы Хань Юйфань с этого что-то

выиграл, поэтому она не могла так сглупить, чтобы он отсудил у неё

деньги.

Всё-таки её конечная цель заключалась в том, чтобы полностью уничтожить Хань Юйфаня и Мо Юйжоу …

«Что

касается журнала, я уже отклонила их предложение, безвозвратно»,- Тан

Нин сделала шаг назад: «Однако … ты можешь попросить команду составить

мне заявление. В следующий вторник я объявлю его публике. Я уверена,

если я объявлю всё лично — будет лучший эффект».

Вид Хань Юйфаня

оживился, когда он, в конце концов, кивнул: «Наверное, это все, что мы

можем сделать … но действительно ли ты хочешь помочь компании разгрести

всё это?»

«Хань Юйфань, хотя ты бессердечен по отношению ко мне,

я не отвечу тебе тем же …»,- Тан Нин ответила серьезно: «Я знаю, что

это Мо Юйжоу все время заставляла тебя …»

«Лучше бы так и было»,- договорив, Хань Юйфань открыл дверь своей машины и сел.

Он

быстро исчез из виду, потому что он знал, если он останется еще на

минуту, он стал бы упрашивать Тан Нин принять его обратно.

Тан

Нин наблюдала, как Хань Юйфань уезжал. Уголки её рта медленно

изогнулись. Когда он пытался командовать, как Хань Юйфань не понимал,

насколько необоснованны были его просьбы? Мало того, что он предал ее,

только что он пытался использовать ее, чтобы поправить свои отношения с

Мо Юйжоу. Хань Юйфань, как человеку, тебе не стыдно?

Реальность показывала, что был Хань Юйфань не только бесстыден, он даже возомнил себя «право имеющим».

На

следующий день, Тяньи Энтертейнмент и организаторы мероприятия

выпустили заявление, в котором общественности сообщается о том, как

получить билеты и увидеть Тан Нин.

Как только заявления вышли в свет, за ними последовали всевозможные оскорбления.

«Тан

Нин все еще идёт на это мероприятие, организованное этим халтурным

продуктом, ей действительно так отчаянно нужны деньги? Если она

продолжит в том же духе, она скатится на тот же уровень, что и бренд,

который она рекламирует, и она действительно станет самой убогой

моделью».

«Эм, изначально я думала, что она далекой пойдёт. Как я была слепа!»

«После завтрашнего дня Тан Нин может взять свой дешевый продукт и сразу же свалить из виду».

«Посмотрите

на все эти комментарии. Все жалуются … и единственный человек,

способный противостоять всем нападкам и по-прежнему идти туда с улыбкой —

это Тан Нин, нужно отдать ей должное. С этого момента, в моем сердце,

ты самая отвратительная модель. Никто не затмит тебя в этом!»

Тяньи Энтертейнмент.

Мо Юйжоу сидела в кабинете президента, читая все эти оскорбительные комментарии – её настроение поднялось.

Если

Тан Нин хотела сразиться с ней, она должна была сначала продумать все

свои возможности. Это не имеет значения, как сильно Тан Нин хотела

вернуться на большую сцену, с завтрашнего дня в её карьере начнётся

черная полоса. На самом деле, она скатится ниже, чем 3 года назад. Когда

придет время, Мо Юйжоу сможет побаловать себя насмешками над Тан Нин, и

радость, которую она испытает при этом, не сравнится ни с чем.

Между

тем, Тан Нин всё также оставалась в Тяньи Энтертейнмент. Ради

завтрашнего мероприятия она пришла на встречу … точнее, она пришла ради

того, что она должна была завтра объявить. Хань Юйфань вручили Тан Нин

сценарий, который они подготовили заранее, а затем специально упомянул:

«Тан Нин, выучи весь текст этим вечером. Завтра на мероприятии тебе

лучше бы не забыть сказать это репортерам».

«Это самая важная часть твоего завтрашнего выступления».

Тан

Нин посмотрела на сценарий в руках, он выглядел смехотворно. Хань

Юйфань не чувствовал ни капли стыда, когда передавал ей это?

На

пути домой Линь Вэй сидела за рулём, а Лун Цзе и Тан Нин были сзади. Лун

Цзе с гневом указала на сценарий: «Неужели Хань Юйфань пытается меня

спровоцировать? Он бы пошел на все, чтобы очистить имя Мо Юйжоу, у него

действительно нет совести и его даже не волнует твоё раненое сердце».

Линь Вэй посмотрела на Тан Нин через зеркало заднего вида, её лицо было спокойным, как обычно.

Даже

такой человек, как она, которая испытала много взлётов и падений и

видела всю изнанку индустрии развлечений, находила поведение Хань Юйфаня

бессердечным. В то время как Тан Нин, которая оказалась объектом этой

бессердечности, не показывала никаких эмоций.

«Тан Нин, что мне

завтра делать?»,- спросила Линь Вэй: «То, что ты просила меня

подготовить, уже выполнено. Все доказательства были составлены, я даже

записала разговор Мо Юйжоу о том, чтобы блокировать все твои сделки».

«Завтра

… я воспользуюсь вниманием толпы, чтобы объявить, что я официально

возвращаюсь в индустрию», — серьезным тоном сказала Тан Нин: «Я

полностью доверяю Лун Цзе, но вот ты … »

«Не нужно ничего

говорить, я последую за тобой. Я слишком долго в этой индустрии, мой ум

иногда меня подводит, но ты пробудила меня и показала путь», — ответила

Линь Вэй.

«Все эти доказательства, продай их крупнейшим

медиа-компаниям в качестве первых полос», — сказала Тан Нин. «Всё до

этого — это было только начало. Я была слишком мягкой к этим двум. Скоро

они познают мою самую жестокую месть».

«Да!»,- Лун Цзе была так счастлива, что чуть не подпрыгнула на месте.

Линь Вэй также почувствовала, что её страсть вновь возрождается, когда она услышала слова Тан Нин.

В конце концов, каждая женщина будет злиться, видя, как обошлись с Тан Нин и какой ценой она перешагнула через это все.

Линь Вэй теперь знала, что Тан Нин жила в Hyatt Regency, но понятия не имела, что она жила там с Мо Тином.

Тан Нин не могла доверять ей на 100%. Итак, прибыв к своей вилле, она попросила Линь Вэй отвезти Лун Цзе домой.

Войдя

в дом, она поняла, что Мо Тин уже пришёл. Эта высокая привлекательная

фигура мирно потягивалась на диване, его правая рука прикрыла глаза от

слепящего света. Тан Нин мягко улыбнулась, тихонько подошла к Мо Тину и

села. Она мягко провела теплыми пальцами по контурам его лица: «Почему

ты спишь не в постели?»

«Насчет компании, которую ты завтра

представляешь, Хай Жуй уже послала письмо от наших адвокатов, предъявив

им иск за мошенничество»,- Мо Тин сел и посмотрел на Тан Нин: «Завтра

днем новость уже распространится».

«Все в порядке, я появляюсь там только утром», — ответила Тан Нин, прижавшись к груди Мо Тина.

Несмотря

на то, что Тан Нин больше ничего не говорил, Мо Тин, казалось, прочёл

её мысли — он знал, что она собиралась завтра сделать. В то же время Тан

Нин также знала, что после завтрашнего дня клиент не отпустит её так

легко. Поэтому компания Хай Жуй, которая с малой вероятностью тратила бы

время на такие маленькие организации, решила отправить письмо от своих

адвокатов.

«Спасибо, муженёк …»

«За что?»,- спросил Мо Тин, когда он мягко погладил её по спине.

«Спасибо, что понимаешь меня. Спасибо, что защищаешь меня …»

Мо

Тин ничего не сказал, только положил голову на бедра Тан Нин, используя

их в качестве подушки: «Я весь день читал документы, глаза устали».

«Как

насчет того, чтобы я почитала их …»,- Тан Нин взял документы на

английском, которые Мо Тин ещё не закончил. С чрезвычайно

профессиональным уровнем английского языка она стала читать ему. Однако

когда она закончила, она вздохнула: «В былые дни условия, которые

предлагали мне Star King, были такими выгодными, но я упустила эти 3

года. Кто бы мог подумать, что, в конце концов, я наткнусь на тебя? Бог

действительно справедлив, он действительно оставил самое вкусное на

потом».

«После отмены контракта с Тяньи, с какой компанией ты хочешь связаться?»

«Пока

еще рано для этого…»,- Тан Нин покачала головой, потому что не знала,

когда её карьера вернётся в норму. Итак, прямо сейчас она еще не приняла

решение.

«Заключи контракт со мной …»

«Для Хай Жуй такая модель, как я, это ничто!»,- Тан Нин призналась, что попасть в Хай Жуй не очень то реалистично.

Мо

Тин рассмеялся, он уходил от темы. Его маленькая жена явно не понимала,

что он говорит. То, что он имел ввиду — это заключить контракт с ним,

не с его компанией. Контракт, который он составит для нее, будет

единственным во всем мире, потому что она была единственной, чьим

менеджером он мог бы стать его.

Но это будет сюрприз. Хотя он был мужем Тан Нин, ему все равно пришлось бы подождать и посмотреть, стоит ли оно того.

Поскольку

ему не нравилось видеть, как Тан Нин испытывала недостаток уверенности в

себе, он сел, обнял её за шею и вытянулся, требуя поцелуя: «Я не

позволю тебе недооценивать себя».

«Я знаю, ты только и пытаешься

найти повод для поцелуя!»,- Тан Нин схватила теплые ладони Мо Тина и

поместила их себе на грудь: «Я хочу, чтобы мы двинулись дальше …»

От их прикосновений веяло химией, им казалось, что они одержимы. Мо

Тин толкнул Тан Нин на диван и стал расстегивать её белую блузку; это

то, о чём он мечтал долгое время …

«Тин …»,- Тан Нин застенчиво закричала: «Мне больно…»

Мо

Тин остановил свои попытки вторгнуться в её границы и вместо этого

вернулся к ее губам. Они оставались в гостиной некоторое время, прежде

чем Мо Тин, наконец, выпустил Тан Нин из его объятий.

«Завтра у тебя важный день. Ляг сегодня пораньше».

В

ванной одна из горничных помогла ей мыться, а другая сушила её волосы —

все, что Тан Нин должна была делать — это закрыть глаза и расслабиться.

Благодаря Мо Тину, она хорошо выспалась.

Наутро Линь Вэй и Лун

Цзе прибыли в Хаятт Редженси, чтобы забрать Тан Нин для её мероприятия.

Когда они прибыли на место встречи, к их удивлению, Хань Юйфань тоже был

там. На первый взгляд, он присутствовал, чтобы поддержать своего

артиста, но настоящей его целью было убедиться, что Тан Нин очистит имя

Мо Юйжоу.

«Как я могла забыть?»,- ответила Тан Нин.

«Тан

Нин, я знаю, что это тяжело для тебя, но … то, что у нас было,

закончилось. Тебе не нужно ревновать к Юйжоу, она ни в чём не виновата».

Оказалось, для него потребовалось всего несколько дней, чтобы оправиться от расставания.

«А я в чём-то виновата?»,- ответила Тан Нин: «Мои лучшие годы и все мои жертвы ничего не стоят для тебя?»

«Тан

Нин, следи за языком»,- Хань Юйфань в гневе предупредил Тан Нин. «Мы

оба делали это по своей воле. Я никогда не просил тебя быть такой

добренькой ко мне, это было твоё желание».

Тан Нин замолчала,

потому что в этот момент в дверь постучал визажист. Она больше не хотела

видеть Хань Юйфаня, поэтому она немедленно встала, чтобы впустить

гримёра.

Хань Юйфань в свою очередь был в гневе, поэтому он

повернулся и покинул комнату. Проходя мимо Линь Вэй, он приказал: «Следи

за Тан Нин, не дай ей сделать что-то лишнее».

«Будет сделано»,- кивнула Линь Вэй.

Мероприятие

было запланировано на 9 утра, а появление Тан Нин состоялось в 9:30. В

этот момент всё уже началось, и Тан Нин была готова выйти на сцену. Она

была одета в серебристое платье, ее мягкие кудри были уложены на одной

стороне. Ее наряд был не очень привлекательным, но Тан Нин родилась с

идеальным телом, поэтому любая одежда была ей к лицу.

«Тан Нин, будь готова, ты скоро выходишь на сцену»,- Линь Вэй напомнила ей с беспокойством.

«Тан Нин, не бойся, мы будем здесь ради тебя», — подбадривала её Лун Цзе.

Тан

Нин кивнула, чего ей бояться? Сегодня тот день, когда она развязывает

войну с Тяньи. Прямо сейчас, в её сердце, помимо надежды на успех, ей

также приходится хранить спокойствие.

«Иди!»,- Линь Вэй проводила Тан Нин из комнаты ожидания.

Актовый

зал был не очень большим — примерно 200 мест. Но, Тан Нин знала, помимо

присутствующих, также многие увидят её на экране. Зачем? Потому что они

хотели увидеть, как она рекламирует этот дешевый бренд, и найти новый

повод для сплетен. Но, о ужас, их скоро разочаруют.

Под

аккомпанемент представлений ведущего и поощрений Линь Вэй, Тан Нин вышла

на передний край сцены. Прошло много времени с тех пор, как она стояла

перед прожекторами, поэтому Тан Нин нужно было некоторое время, чтобы

приспособиться.

«Очевидно, у нашей Тан Нин очаровательные

длинные ноги! … Идём, начнем с того, что Тан Нин представится и

поприветствует публику».

Ведущий передал микрофон Тан Нин, прежде чем она осталась перед почти 200 людьми: «Привет всем, я Тан Нин».

«Приветствую

Тан Нин, мы очень гордимся тем, что пригласили вас, все мы знаем, что

ваша популярность в последнее время только растет. Мы также очень

благодарны вам за то, что вы пришли сюда специально, чтобы поддержать

нас. Могу я задать вам вопрос?»,- ведущий изо всех сил старался оживить

атмосферу.

«Задавайте, пожалуйста».

«Как я понимаю, вы уже использовали наш продукт. Не могли бы вы описать свои чувства к нему?»,- ведущий перешёл прямо к делу.

Использовала? Тан Нин слегка нахмурилась …

Именно в этот момент комментарии прямой трансляции разразились критикой.

«Дешевка! Если она представляет этот продукт, она конченая …»

«Я щас отфотошопил гифку с Тан Нин, кто хочет глянуть?»

«Интересно, сколько людей поведутся на это. Тан Нин, почему ты это делаешь?»

Тан

Нин знала, что в этот момент интернет будет заполнен океаном жалоб,

поэтому … после того, как она выслушала вопрос, она взглянула на Хань

Юйфаня, Линь Вэй и Лун Цзе, а затем выбрала лучшую позицию перед камерой

и раскрыла рот.

«Прежде всего, я должна поблагодарить мое

агентство, Тяньи Энтертейнмент, за то, что помогли мне поучаствовать в

мероприятии, посвященном этому продукту … я даже никогда не слышала о

нём».

«Во-вторых, хотя я была вынуждена выйти на сцену, будучи

моделью, но моя совесть чиста. Что касается этого сомнительного бренда, я

также буду бойкотировать его. Итак, этот продукт … я не использовала

его».

«Наконец, я хочу поблагодарить всех за внимание. Хотя я и потеряла былую славу, я не потеряла свои моральные нормы».

Три

простых заявления. Тан Нин говорила настолько быстро, она даже не дала

присутствующим времени на реакцию. К тому моменту, как до всех дошло,

Тан Нин уже закончила говорить.

«Я пользуюсь этой возможностью,

чтобы объявить, что я официально возвращаюсь на большую сцену. Через

мгновение начнётся еще больший скандал. Спасибо за вашу поддержку».

Закончив, Тан Нин поклонилась всем, пока они все еще были ошеломлены, прежде чем элегантно сойти со сцены…

Вся публика замерла, выражение Хань Юйфаня резко изменилось.

Интернет был в хаосе.

«ОМГ, что Тан Нин сейчас сказала, я не расслышала, мне нужно перемотать и послушать заново».

«Я тоже, я тоже! Я уже была готова поливать её грязью, но она действительно провернула вот это. Это был серьезный удар!»

«Тан Нин оказалась достаточно храброй, чтобы макнуть в грязь лицом своё агентство и клиента. И это в прямом эфире!»

«Круто, круто, круто! Это было здорово! Если она возвращается, я жду много ништяков!»

«Ха-ха-ха, я видела, как ведущий остолбенел от удивления…»

«Тан Нин потрясная! Это было так трогательно. Я так рада, что не ошибалась в ней».

Интернет

был наполнен эмоциями — популярные медийные персоны нарезали 2-минутную

запись выступления Тан Нин на короткие клипы и они распространялись,

как лесной пожар. В одно мгновение все следи жалоб на Тан Нин были

сметены.

Тем не менее, Тан Нин, которая только что сошла со

сцены, была в проигрышном положении, Хань Юйфань и её клиент шли прямо к

ней.

«Тан Нин, у тебя что-то с головой? Обычной модели, как ты,

в самом деле хватило смелости устроить такую сумятицу перед множеством

людей?»,- клиент показал пальцем на Тан Нин и обругал её: «Тебе надоело

жить? Ты хотела превратить наше мероприятие в свою персональную

пресс-конференцию?»

«Тан Нин, я предупреждаю тебя, если ты хочешь выжить в этой

индустрии, тебе лучше выйти обратно и извиниться, иначе я заставлю тебя

пожалеть о своём существовании», — нагло сказал сердитый представитель

компании.

Тан Нин мягко рассмеялась, её выражение оставалось

спокойным — как будто она только что выслушала шутку: «Всё уже сказано,

так как я должна извиниться? Вдобавок ко всему, если я должна

извиниться, кто извинится перед потребителями?»

«Если ты не

извинишься и не поможешь нам уладить все отрицательные отзывы, которые

ты вызвала, тогда нам придется использовать крайние меры»,- в его голосе

звучала угроза. Договорив, он взглянул на телохранителя. Поняв

подсказку, телохранитель немедленно направился к Тан Нин.

Увидев

разворачивающуюся сцену, Лун Цзе и Линь Вэй быстро сформировали живой

щит. Лун Цзе указала на клиента и сердито спросила: «Что ты пытаешься

сделать?»

Хань Юйфань, лицо которого уже побледнело, обычно не

вёл дела вот так, но раз он спешил очистить имя Мо Юйжоу, он не

приготовился к возможным ходам Тан Нин.

У второсортной модели действительно хватило духа объявить о возвращении?

Неужели Тан Нин действительно думала, что после расставания с ним она могла начать все заново?

Хань

Юйфань ухмыльнулся, прежде чем оттащить Тан Нин в сторону: «Тан Нин, я

знаю, что ты меня ненавидишь, но, делая это, ты не вредишь Юйжоу, ты

вредишь только себе. Модель, нарушившая правила индустрии, останется без

работы. И независимо от того, насколько ты гордая».

«О, в самом деле?»,- Тан Нин слегка приподняла брови: «Я так не думаю!»

«Меня

не волнует, почему ты это сделала. Мне также все равно, насколько ты

ревнива к Юйжоу. Теперь, когда всё так перепуталось, тебе нужно будет

объясниться перед клиентом, и тебе придется выплатить компенсацию за

нарушение контракта. Даже не пытайся переложить вину на Тяньи

Энтертейнмент»,- Хань Юйфань беззастенчиво кричал на Тан Нин. «Кроме

того, насчет репутации Юйжоу, поскольку ты не хочешь сотрудничать, у

меня нет другого выбора, кроме как самостоятельно выпустить заявление от

твоего имени. Когда наступит этот момент, на тебя обрушится шквал

негативных комментариев».

«Президент Хань, похоже, ты не вполне

осознал мои слова. Заявление о моем возвращении означает, что отныне я

буду соблюдать любые части контракта, которые я должна соблюсти, но в то

же время я буду пользоваться тем, что мне причитается». Взгляд в глазах

Тан Нин в этот момент был холоден, всё, что она испытывала к мужчине

перед ней все, было отвращением: «Президент Хань, не нужно быть

нетерпеливым, мои адвокаты прибудут сегодня днем и пройдутся по каждой

части контракта. Они разъяснят тебе мои привилегии из каждой части

контракта, которыми я должна была пользоваться в течение многих лет, но

которые я не получила».

Увидев Тан Нин вот такой, Хань Юйфань был

ошеломлен, он никогда не думал, что у Тан Нин была такая сторона. Ему

не верилось, что она смогла загнать кого-то в угол так агрессивно, что

они даже не могли сопротивляться.

«Нет, это должно быть потому,

что она испытала шок»,- Хань Юйфань успокоил себя. Женщина, которая

обычно была слабой, как она вдруг стала такой агрессивной?

«Она,

должно быть, пытается привлечь мое внимание»,- сказал себе Хань Юйфань:

«О, Тан Нин, неужели ты действительно опустишься до такого? Почему ты не

можешь просто отпустить меня?»

В результате внезапного

объявления Тан Нин, аудитория была в полном хаосе. Представитель

компании увидел, что двое еще не пришли к резолюции, поэтому нетерпеливо

бросился к ним. Угрожающе взирая на Тан Нин, он сказал: «Если вы не

дадите нам удовлетворительного объяснения, тогда не ждите, что вы

покинете это здание».

«Тан Нин, не заставляйте нас».

Всё

выглядело, как будто должна была разыграться драма, но Хань Юйфань

просто отступил в сторону. Он не собирался помогать Тан Нин, потому что

он хотел, чтобы Тан Нин уяснила, последствия предательства не пройдут

легко. Однако ему никогда не приходило в голову, что он сам был первым,

кто предал.

Лун Цзе с беспокойством встала на защиту Тан Нин,

наблюдая за тем, как на них надвигаются 3 телохранителя. Внутри

индустрии было много артистов низкого статуса, которые испытали

всевозможные превратности судьбы. Лун Цзе в этот момент возненавидела

тот факт, что она не была мужчиной.

Увидев, что им некуда бежать,

телохранители слегка улыбнулись. Однако в это время громкий стук эхом

пронесся через комнату, дверь открылась.

Зашёл мужчина с кейсом в руках, в сопровождении 4 телохранителей. Сканируя комнату глазами, он спросил: «Кто здесь главный?»

«Могу я спросить, кто …»,- представитель компании шагнул вперед.

«Я

адвокат Хай Жуй Энтертейнмент, моя фамилия Цяо», — адвокат строго

ответил, вытащив письмо из своего дипломата и передал его представителю.

«Реклама, которую вы снимали в прошлом месяце, незаконно использовала

фотографию одного из наших артистов. Это серьезное нарушение, влекущее

за собой ущерб для Хай Жуй Энтертейнмент. Вот письмо с уведомлением, мы

уверены, что можем засудить вас до того момента, пока вы не

обанкротитесь»,- договорив, адвокат покинул комнату, оставив

телохранителей позади – задача была проста, они должны были защитить Тан

Нин.

Представитель компании выглядел так, будто ему только что

вручили бомбу с таймером, его руки задрожали. Он никогда бы не подумал,

что привлечет внимание империи Хай Жуй.

Это не было редкостью,

когда малые компании использовали лазейки для повышения популярности. Но

никто и не думал предпринимать что-либо против Хай Жуй Энтертейнмент.

Всё это валится на них потому, что у них была черная полоса?

Никто не знал истинной причины, но Тан Нин прекрасно понимала, это Мо Тин нашёл возможность помочь ей отомстить.

Из всех, кого они могли бы оскорбить, зачем они выбрали именно драгоценную жену Мо Тина?

Лун

Цзе засмеялась со стороны, осознав ситуацию. Эта маленькая компания

была настолько высокомерной, не зная, что Мо Тин уже приказал своим

людям не высовываться, пока не наступит момент. Отсюда было ясно,

насколько он бережно заботился о Тан Нин.

В этот момент клиент

потерял всякое желание ругаться с Тан Нин. Они прекрасно знали, что

перейти дорогу Хай Жуй означало идти на собственную смерть.

Хань Юйфань был также перепуган этим внезапным поворотом событий. Чтобы не оказаться замешанным, он немедленно покинул комнату.

«Тан Нин, пойдем!»

Их

цель была достигнута, и Линь Вэй посчитала всё произошедшее небывалой

удачей. Она знала, удача была очень важна в этой индустрии, а Тан Нин,

очевидно, часто везло.

Объявление о возвращении означало, что всё

должно было начаться с чистого листа. Но, Тан Нин считала иначе. До тех

пор, пока она не сдавалась, она все ещё могла вернуться туда, где она

была 3 года назад, и даже превзойти это.

Интернет бушевал, имя Тан Нин снова было у всех на устах. Все увидели Тан Нин в новом таинственном свете.

Лун

Цзе была так взволнована, что она стала читать некоторые комментарии

Тан Нин с широкой улыбкой на лице: «Я уже представляю, как Мо Юйжоу

сейчас злится».

Тан Нин не обратила внимание на эти комментарии, она просто повернула голову и спросила Линь Вэй: «Ты уже организовала скандал?»

«Конечно, это будет потрясающе, — ответила Линь Вэй.

«Что за мудацкое агентство эти Тяньи, если заставляют Тан Нин участвовать в таком мероприятии? Их босс, должно быть, идиот!»

«Это

верно! Если Тяньи не может организовывать своих артистов, тогда отдайте

это нам. Даже школьники справились бы лучше, чем они!»

«Тан Нин, бросай Тяньи, ты заслуживаешь лучшего».

«Тан Нин, ты такая крутая …»

Увидев

столь однобокие комментарии в Интернете, Мо Юйжоу яростно бросила

телевизионный пульт в сторону. Она никогда не ожидала, что Тан Нин

использует такой метод, чтобы перетянуть общественность на свою сторону,

восстать против плохого обращения агентства, а также уточнить, что она

не хотела сотрудничать с ненадежным продуктом. Она ненавидела эту

неконтролируемую Тан Нин все больше и больше!

Самое главное, Тан Нин фактически объявила, что она возвращается?

Стареющая модель в самом деле объявила о своем возвращении, да в такой громкой форме?

Мо

Юйжоу неловко рассмеялась. Пока Тан Нин всё еще принадлежала Тяньи, она

не позволила бы этому случиться. Она может потерять то, что ей

принадлежит по праву, но другие не должны даже и мечтать об этом.

В

этот момент Хань Юйфань, который все еще оправлялся от шока, открыл

дверь и вошел в кабинет. Увидев Мо Юйжоу на его офисном стуле, он

сбросил пиджак, скрестил руки на груди и подошел к огромному окну от

пола до потолка. Его разочарование в Тан Нин достигло предела.

«Юйфань,

почему ты не работаешь над публичным заявлением, чтобы прояснить

ситуацию? Тан Нин уже сбросила всю вину на нас. Юйфань, выпусти

публичное заявление! Скажи всем, Тан Нин организовала это сотрудничество

ради денег, и всё это не имеет никакого отношения к агентству».

Хань

Юйфань был злее, чем когда-либо. Из-за Тан Нин репутация агентства была

подпорчена. Итак, он сразу собрал свою команду по связям с

общественностью, чтобы составить эмоциональное публичное заявление.

В

заявлении подтверждается, что мероприятие не было инициативой агентства

— это все было по желанию Тан Нин. Они прозрачно намекали, что Тан Нин

солгала!

Они также отметили, что компания применит к Тан Нин

максимальное наказание. В конце концов, Тан Нин испортила имидж компании

и всё мероприятие. Они высмеивали её за то, что она потеряла свою былую

известность, но всегда использовала компанию как прикрытие, и на самом

деле большую часть проблем она создавала сама.

После такого

заявления любой мог понять, что Тяньи собирались заморозить все

контракты Тан Нин. Они также предположили, что им стоит распрощаться с

ней …

Помимо этого, Хань Юйфань также организовал для некоторых своих сотрудников участие в интервью.

«О, вы, ребята, разговариваете о Тан Нин? Я могу кое-что сказать, всё не так, как кажется — она чрезвычайно двуличная!»

«Честно говоря, я думаю, что компания невиновна, все в компании знают, что Тан Нин лгала».

«Без комментариев. Я поддерживаю Тяньи Энтертейнмент. Что бы модель ни сделала ради самопиара?»

Эти

3 реплики происходили от одного сотрудника низкого уровня, сотрудника

высокого уровня и успешного человека из индустрии развлечений, у

которого были прочные связи с компанией. Казалось, они были полны

решимости возложить всю вину на Тан Нин — не позволяя ей нанести

ответный удар. Что касается Тан Нин, которая никогда не любила

реагировать на скандалы: она позволяла компании оскорблять её, как им

вздумалось, и даже не давая ни единого объяснения.

К сожалению,

Хань Юйфань недооценил объявление Тан Нин о бойкоте дешевого продукта.

Популярность Тан Нин давно превзошла то, чем она владела раньше.

Пока

Тяньи распространяли слухи о Тан Нин, ока опубликовала доказательства,

которые она подготовила – настал момент ударить по агентству. В

авторитетном онлайн-медиа-источнике неожиданно появилось несколько

голосовых записей. Люди, которые прослушали их, понимали, что Тяньи

Энтертейнмент вели свои дела в хладнокровной манере!

Бойкот Тан Нин уже был достаточным злодеянием, но они даже организовали для неё участие в таком дешевом мероприятии.

Заставляли

Тан Нин выходить на замену, принять на себя всю вину и терпеть унижение

от пользователей сети — Тяньи не остановились на этом!

То, что

удивило больше всех, — это голос, который отдавал приказ оставить Тан

Нин без работы. Пользователи сети узнали голос; это была

модель-любовница, Мо Юйжоу …

Ситуация была очевидной …

Однако

появилось несколько человек, которые задавались вопросом, откуда

взялись эти записи. Это не имело значения. Спустя час … Менеджер Тан

Нин, Линь Вэй, открыла электронную почту, чтобы обнаружить, что она была

затоплена сообщениями от разных компаний, которые просят контракта с

Тан Нин. Но, в конце концов, все они были отвергнуты. Лин Вэй вздохнула,

размышляя о том, что произошло сегодня; Мо Юйжоу была высокомерной,

потому у неё был Хань Юйфань. Она также угнетала других артистов и

чинила препятствия работе компании …

По сравнению с пустыми

претензиями Тяньи Энтертейнмент, Тан Нин вытащила на свет главные

доказательства. Это был скандал, который она обещала устроить, когда

объявила о своем возвращении.

«ОМГ, я не могу поверить, что Хань Юйфань — такой мудила!»

«Уже дошёл до грани, и он все еще хочет превратить Тан Нин в козла отпущения».

«Как

они могут так ужасно вести себя? Мало того, что они столь суровы к

своим моделям, как они могут использовать Тан Нин, а затем попытаться

избавиться от неё? Толкнуть свою собственную модель под самосвал — я

никогда не видела такое бесстыдное агентство развлечений».

«Собралась целая компания, чтобы запугать одну женщину!»

«Тяньи Энтертейнмент, вам пора покинуть индустрию!»

На

этот раз, после того, как были опубликованы новые доказательства, Тан

Нин могла ничего не говорить. Было ясно видно кто есть кто.

Тяньи Энтертейнмент и Мо Юйжоу были на один шаг ближе к банкротству, тогда как популярность Тан Нин… еще раз приумножилась!

Все

рекламодатели обращались к Тяньи, чтобы отменить свои контракты, даже

другие модели Тяньи были втянуты в это дело. Хань Юйфань видел

подавляющее количество комментариев в Интернете — он знал, что на этот

раз выхода не было. Пораскинув мозгами, он взял трубку, чтобы позвонить

Тан Нин: «Тан Нин, ты действительно хочешь моей смерти? Будешь ли ты

довольна только после того, как меня размажут по стенке?»

Тан Нин сидела дома и радовалась новостям: «Мой адвокат уже в пути … Хань Юйфань, пришло время разорвать наш контракт …»

«Тан Нин, ты не можешь этого сделать! Если ты это сделаешь, Тяньи будет полностью уничтожена!».

«Оглядываясь

на то, что ты и Мо Юйжоу сделали мне, я вернула вам только 1%. Хань

Юйфань. Если ты вышвырнешь Мо Юйжоу из« Тяньи Энтертейнмент», я могла бы

подумать … и явить вам свою милость»,- Тан Нин спокойно сказала по

телефону.

«Так это твоя цель?» Хань Юйфань сходил с ума: «Позволь мне сказать тебе вот что, я буду сражаться до конца!»

«Давай

посмотрим, сколько ты продержишься…»,- она повесила трубку. Хотя её

популярность снова росла, это не означало, что у Мо Юйжоу еще не было

шанса — шоу только началось.

По дороге домой Мо Тин посмотрел на

сегодняшние заголовки новостей — он был впечатлен увиденным. Даже Лу Чэ

бесконечно нахваливал Тан Нин: «Мадам, конечно, потрясающая!»

«Останови

машину, я хочу купить целую кучу цветов. Я хочу поздравить её с

возвращением», — сказал Мо Тин: «Я хочу красные розы …»

«Понятно, президент …». В такой счастливой атмосфере Лу Чэ собирался спрятать Durex в букете красных роз!

После того, как Тан Нин устроила этот скандал, Тяньи и Мо Юйжоу были

вынуждены почувствовать на себе такой уровень презрения, как они никогда

ещё испытывали. Это был самый большой кризис, с которым столкнулся Хань

Юйфань с момента создания Тяньи. Поэтому его отвращение и ненависть к

Тан Нин были не просто мимолетной мыслью.

Высшие руководители

компании немедленно созвали экстренное совещание. Хань Юйфань даже

позвонил своей сестре, которая жила за границей, ради её помощи.

«Юйфань,

я уже видела новости, у Тан Нин есть веские доказательства. Что

касается этого инцидента, ты не позаботился о конспирации, поэтому ты

сам вложил им в руки доказательства. Но не будь слишком одержим тем, что

произошло, тебе нужно научиться оценивать ситуацию. Тебе нужно четко

заявить, что ты босс компании. Независимо от того, насколько популярна

Тан Нин, она всего лишь модель. Её судьба в твоих руках».

«Тогда старшая сестра, скажи мне — что мне делать сейчас?»,- в мыслях Хань Юйфаня был хаос.

«Прежде

всего, опубликуй заявление с искренними извинениями. Скажи, что впредь

ты будешь относиться к Тан Нин с уважением, чтобы успокоить рассерженных

комментаторов, а также задобрить Тан Нин».

«Но … Юйжоу ни за что не согласится», — у Хань Юйфаня разболелась голова.

«Я

не говорю отказываться от Мо Юйжоу. В настоящее время у меня висит

сделка с международным журналом, мы все еще ищем двух моделей азиаток.

Отряди под это дело Тан Нин и Мо Юйжоу, вместе. Сделай вид, что их

отношения не так плохи, как кажется. Хотя этот журнал и не является

одним из самых высокорейтинговых, но, по крайней мере, это будет способ

заявить о себе на международном уровня. Всё это будет полезно для Мо

Юйжоу и её премии «десять лучших моделей». Таким образом, мы используем

популярность Тан Нин для продвижения Юйжоу. Юйфань, помни, кризис

является поворотным моментом, если ты воспользуешься этим, слава Тяньи

только возрастёт».

Услышав напоминание Хань Жосюэ, Хань Юйфань

осознал, что нужно делать. Пожилые люди действительно были мудрее: «Цзе,

я всё понимаю». [1]

«После всех этих лет вместе, Тан Нин

внезапно развернула целую кампанию против тебя. Ты, должно быть,

действительно зашел слишком далеко. Если ты хочешь изменять, я не буду

судить тебя — в индустрии развлечений не так уж много людей с чистым

сердцем. Но как ты позволил Тан Нин узнать? Если бы ты не был моим

младшим братом, если бы Мо Юйжоу не носила твоего ребенка, я бы бросила

тебя разбираться с этим самому», — предупредила его Хань Жосюэ. «Это

идеальный шанс — пусть они разделят одну сцену, пусть они сдерживают

друг друга. Мо Юйжоу настолько высокомерна и властна из-за твоего

влияния».

«Цзе … у нее ребенок, я просто волнуюсь, что она заработает себе перенапряжение».

«Кроме

того, Синь Эр уже готов к пересадке почки. Раньше Тан Нин была

единственным хорошим вариантом. После того, как вы разругались, она всё

равно захочет пожертвовать свою почку нашему Синь Эр?»

Хань

Юйфань был поражен, он совсем забыл об этом. У семьи Хань было 3

ребенка: самой старшей была Хань Жосюэ, которая была известным

менеджером высшего звена. 3 года назад с ней связалась международная

компания и с тех пор та живет в Америке. Хань Юйфань был средним, с

индустрией развлечений его познакомила сестра. Самым младшим был Хань

Синь Эр, из-за проблем с почками уже в таком раннем возрасте, Синь Эр

много времени проводил в больнице.

«Цзе, что бы ни происходило между мной и Тан Нин, я не дам ей возможности передумать, она обещала спасти Синь Эр».

Хань

Жосюэ фыркнула, прежде чем повесить трубку. Она была рассержена и

чувствовала свою беспомощность в отношении младшего брата.

Впоследствии

Хань Юйфань поручил своей команде издать заявление, в котором он резко

осуждал действия Тан Нин. В заявлении также говорится, что они

действительно попытаются измениться и с этого момента будут лучше

относиться к Тан Нин. Они закончили заявление призывом к Тан Нин и её

поклонникам, дать Тяньи еще один шанс.

В то же время Тяньи

объявили, что с ними связался международный журнал «Secret», чтобы Тан

Нин и Мо Юйжоу участвовали в их съемках.

Как только это было

объявлено, публика снова была возмущена, как и предсказывала Хань Жосюэ.

Две модели явно враждовали, они добивались одного и того же мужчину.

Они были соперницами, но Хань Юйфань фактически связал их в одну

упряжку?

О, Боже…

Несмотря на то, что популярность Тан Нин снова была на подъеме, она не скрывала, что она раньше была заменой для Мо Юйжоу …

С

другой стороны, хотя в прошлом для Мо Юйжоу все шло как по маслу, в

конце концов, она была просто третьесортной моделью. Независимо от того,

что она делала, она не могла взобраться на вершину …

Поклонники обеих сторон устроили склоку; была ли Тан Нин более профессиональной и была ли Мо Юйжоу приятнее для глаз?

Так

всё происходило в индустрии развлечений; центр внимания часто смещался.

Разумеется, всё, что хотела Тан Нин, это избежать козней Тяньи, и в то

же время портить жизнь Мо Юйжоу.

Теперь, когда Хань Юйфань поставил ее на том же уровне, что и Мо Юйжоу, она получила что хотела.

«Тан

Нин, ты возьмешься за эту работу?»,- Линь Вэй спросила её по телефону:

«Хотя Хань Юйфань никогда не спрашивал твоего мнения, если ты не хочешь,

мы можем что-то придумать».

«Я соглашусь!»,- Тан Нин ответила прямо.

«Хорошо,

я понимаю. Хорошо, что ты делишь сцену с Мо Юйжоу. У публики будет

возможность увидеть Мо Юйжоу, и они обнаружат, что она в лучшем случае

может быть только твоим фоном!»,- Линь Вэй ответила: «Завтра утром в

компании будет дискуссия. Я заберу Лун Цзе, и мы приедем».

«Хорошо», — ответила Тан Нин. Линь Вэй, казалось, уже привыкла к расстановке сил.

Тан

Нин повесила трубку и по-прежнему оставалась на кухне. Хотя Мо Тин не

позволял ей … она никогда не считала себя слишком нежной для готовки;

приготовление пищи для мужа было ее правом!

Вернувшись домой, Мо

Тин обнаружил, что Тан Нин занята на кухне. Подойдя к ней сзади, он

поднял её с ног и положил на кухонную скамью, схватив ее за руки: «Ты

знаешь, какие последствия встречают те, кто ослушался меня?»

Тан Нин схватилась за шею Мо Тина и качнула ногами: «Дай угадаю … ты «съешь» меня?»

«Ты

не знаешь, что такое страх …»,- Мо Тин сделал вывод. Он взял её на

руки, отнёс в гостиную и положил на диван: «Сегодня день твоего

возвращения на сцену, так что оставь ужин мне».

Тан Нин кивнула головой, сняв фартук с ее тела и бросив его на Мо Тина.

Мо

Тин был высоким, и его тело было складно построено. Когда он надевал

деловые рубашки, мягкий материал обтягивал его торс, Тан Нин не могла

отвести от него глаз.

Этот гармонично развитый мужчина был похож на произведение искусства.

Тан

Нин попыталась скрыть своё трепещущее сердце, когда она направилась в

спальню. Она обнаружила на своей кровати букет красных роз.

Тан

Нин взволнованно взяла цветы в руки, она наклонилась, чтобы

почувствовать прекрасный аромат. Однако она заметила небольшую упаковку

среди цветов. Она с любопытством вытащила её, чтобы поближе посмотреть …

ее лицо внезапно покраснело.

Мо Тин хочет её сегодня вечером?

Значит, она должна была узнать о существовании этого Дюрекса, или ей притвориться, что ничего не видела?

[1]Цзе — старшая сестра

Через некоторое время Мо Тин закончил ужин и поднялся наверх. Он

толкнул дверь и обнаружил там Тан Нин, сидящей на кровати, сжимающей

букет красных роз, которые он купил ей — она потерялась, пересчитывая

их. Её щеки были розовыми, а губы приоткрылись, всё выглядело очень

красиво …

«Я впервые получила столько цветов!»,- воскликнула Тан Нин: «Мо Тин, я действительно удивлена …»

Мо

Тин посмотрел на её удовлетворенное выражение, когда он скрестил руки

на груди и стал её подразнивать: «И почему тебе так легко угодить? Всего

несколько цветов достаточно, чтобы сделать тебя счастливой. Почему ты

не можешь быть похожей на других женщин и просить бриллианты и кольца?

Или даже славу … и успех?»

Тан Нин нежно рассмеялась. Она подняла голову, чтобы ответить Мо Тину: «У меня уже есть целый ты, думаешь, мне этого мало?»

«У

меня есть брак, у меня есть титул твоей жены, у меня есть половина

твоих активов, и я даже пройду с тобой через всю оставшуюся жизнь.

Драгоценности? Успех? Что может оказаться дороже, чем ты?»

Мо Тин зажмурил глаза, наклонился и поцеловал Тан Нин: «Твои губы такие сладкие, я не могу не попробовать их».

Тан

Нин схватила его за плечи и потянула ближе, чтобы ответить страстным

поцелуем. Пара бесконтрольно переместилась в постель, Тан Нин оказалась

прижата весом тела Мо Тина. Всего через минуту её одежда уже оказалась

на полу.

Тан Нин не смогла удержаться от своих желаний, она

повторяла движения Мо Тина и протянула руки, чтобы расстегнуть его

рубашку. Увидев его бронзовую кожу, щеки Тан Нин покраснели, она неловко

отвернулась в сторону.

Мо Тин нежно рассмеялся, держась за шею Тан Нин, он тихо спросил: «Ты хочешь этого?»

«А ты?»,- Тан Нин хитро ответила вопросом на вопрос.

«Ты

знаешь, чего я жду. Тан Нин, если ты скажешь …»,- Мо Тин наклонился и

прошептал ей на ухо: «мы проведём в постели всю ночь».

Тан Нин

знала, что он имел в виду, поэтому она нервно ответила Мо Тину: «Я … все

еще не могу быть на 100% уверена, но, я знаю одно, я хочу быть с тобой

всю оставшуюся жизнь, Мо Тин».

Отношения между ними продолжали

развиваться; союз их душ был только вопросом времени, поэтому … Мо Тин

не хотел отпускать её так легко на этот раз. Он хотел, чтобы она

испытала максимальную интимность и чтобы она получила удовольствие,

которое она заслужила.

Иногда … были иные методы, чтобы удовлетворить партнера …

После

близости, пара лежала в объятиях. Тан Нин прижалась к груди Мо Тина,

когда она произнесла недовольным тоном: «Я видела, как ты купил … ту

штуку… я думала …»

«Что за штука?»,- правая рука Мо Тина поддерживала голову, а левая мягко гладила спину Тан Нин.

Тан

Нин пошарила под подушкой и вытащила Дюрекс. Она передала его Мо Тину:

«Вот эта. Я думала, что ты готов меня … я даже … специально пошла и

приняла душ … как неловко!»

Мо Тин посмотрел на маленькую упаковку в руке, он нахмурил брови: «У меня не такой маленький …»

Этот Лу Чэ …

«Прекрати об этом!»

«Не нужно смущаться», — рассмеялся Мо Тин. Уголки его губ изогнулись: «Мне нравятся твои мысли».

«Уже всё …»,- Тан Нин спряталась под одеялом.

Мо

Тин быстро отреагировал, схватив свою очаровательную жену и утешив ее:

«Хорошо, давай поговорим о бизнесе. Ты уже согласилась на фотосессию

журнала Secret, верно?»

«Зачем?»,- Тан Нин наконец высунула голову из под одеяла: «Боишься, Мо Юйжоу меня обставит?»

«Если тебе нужно лететь в штаты на съемки, как только долетишь, немедленно скажи мне», — загадочно сказал Мо Тин.

«Чего ты хочешь?»,- Тан Нин спросила в любопытстве.

Это было кстати, ранее он говорил, что хочет застраховать её ноги, а США — лучшее место для поиска хорошей страховой компании.

«Разве

мы не договорились, что мы не будем вмешиваться в личные дела друг

друга? Ты большой босс, а я модель из маленькой компании».

«Миссис

Мо, я когда-нибудь вмешивался в твои дела?»,- он видел, как Тяньи

обращались с Тан Нин, его сердце болело, он хотел разорвать их, но он

никогда не предпринимал никаких шагов, если они не совпадали с желаниями

Тан Нин. Если бы не это, он мог бы легко уничтожить такого человека,

как Хань Юйфань.

Тан Нин поняла, что Мо Тин её полностью уважал.

Именно по этой причине она лелеяла каждый день, проведенный с ним.

«Хань

Юйфань хочет воспользоваться моей популярностью, чтобы повысить статус

Мо Юйжоу, поэтому он устроил нам совместные съемки. В то же время, он

надеется, что это помешает мне что-либо предпринять против Мо Юйжоу,

поскольку это скажется и на мне тоже».

«Тем не менее …»,- Мо Тин

закончил то, что она собиралась сказать: «… с твоими способностями,

даже если бы вы обе появитесь на одной обложке, на твоём фоне она будет

выглядеть блекло».

«Ты так сильно веришь в меня?» — спросила Тан Нин.

«Я верю в тебя».

Тан

Нин была довольна этим. Упав в теплые объятия Мо Тина, она медленно

провалилась в сон. Тем временем Мо Тин позвонил Лу Чэ: «Узнай расписание

журнала Secret, мне нужно знать, когда Тан Нин будет за границей. Плюс,

освободи мой график в тот же период времени … пока ты это делаешь,

запиши меня на встречу с лучшей страховой компанией в США … »

…

Рано

следующим утром Тан Нин прибыла в Тяньи в сопровождении Линь Вэй и Лун

Цзе. В то же время Мо Юйжоу и её помощник входили через главный вход

Тяньи — её навязчивая манера была такой же, как и обычно. Увидев Мо

Юйжоу, персонал приветствовал её с уважением. Однако к Тан Нин они были

прохладны, некоторые даже предпочли проигнорировать её.

Мо Юйжоу

посмотрела на Тан Нин, а затем огляделась на Линь Вэй: «Тан Нин, тебе

лучше быть осторожной с человеком, который предал своего прошлого

босса».

«Я даже имела дело с любовницей, которая увела чьего-то

жениха, с чего бы мне бояться менеджера, который предал своего

предыдущего начальника?»,- Тан Нин ухмыльнулась.

«Я признаю, что

твоя популярность сейчас не так уж плоха, но … независимо от этого, ты

все равно будешь вторым номером после меня. Разве Хань Юйфань не сказал?

Вся цель съемки в Secret – заполучить поддержку для моей премии десяти

лучших моделей!»

«Тогда позволь мне заранее пожелать тебе всего

наилучшего»,- договорив, Тан Нин посмотрела на неё, когда она объявила

персоналу: «Вчера мой адвокат уточнил мой контракт с Хань Юйфанем. Тяньи

согласились относиться ко мне так, как я заслуживаю. Мо Юйжоу и я —

модели Тяньи, поэтому, когда вы все видите меня, вы должны делать то,

что вы должны делать. С этого момента, если вы уважаете меня, я буду вас

уважать!»

Она говорила решительно.

Те, кто раньше обращался с Тан Нин как с невидимкой, сразу поняли, этой женщине лучше не переходить дорогу…

Итак,

они мгновенно отреагировали почтительным приветствием. На этот раз их

голоса были еще громче, чем когда они приветствовали Мо Юйжоу.

После того, как Тан Нин была удовлетворена, она поднялась и направилась к Мо Юйжоу …

Быть вторым номером после Мо Юйжоу?

Она, должно быть, мечтает!

9 утра. Конференц-зал Тяньи Энтертейнмент.

Хань Юйфань организовал короткий брифинг для Мо Юйжоу и Тан Нин по поводу журнала Secret.

Хань

Юйфань сидел во главе стола, а Мо Юйжоу и Тан Нин сидели по сторонам.

Единственное отличие от предыдущих встреч, заключалось в их личностях;

Мо Юйжоу оказалась моделью-любовницей, которая успешно вклинилась между

парой людей и увела чужого жениха.

Как будто этого было

недостаточно, ей хватило бесстыдства, чтобы обмениваться с Хань Юйфанем

влюбленными взглядами. Все присутствующие теряли терпение, наблюдая за

этим.

«В этот раз я лично сопровождаю вас обоих в США на съемки

для журнала «Secret». К нам также присоединится переводчик. Поскольку в

течение нескольких дней мы будем работать вместе, вы должны заранее

узнать друг друга, это может повлиять на ход нашей работы», — сказал

Хань Юйфань. «Secret был основан 20 лет назад и когда-то был у всех на

устах в США. Хотя в последние годы они продемонстрировали снижение

популярности, их влияние по-прежнему нельзя недооценивать. Что касается

этого контракта, то им необходимо было пригласить моделей азиаток —

чтобы помочь им переориентироваться на Восток … поэтому ваша работа

очень важна!»

«С точки зрения моды Юйжоу лучше знакома с их

требованиями. Итак, Тан Нин, тебе нужно будет выслушать её мнение и

позволить ей взять на себя инициативу …»

Как только слова вышли

из его уст, все в комнате сразу поняли, что происходит — Хань Юйфань

пытался заставить Тан Нин отступить, чтобы выставить Мо Юйжоу на первый

план.

Увидев высокомерный взгляд Мо Юйжоу, Лун Цзе стиснула зубы.

«Юйфань, не волнуйся, я не разочарую!»,- сказала Мо Юйжоу.

Тан Нин не ответила. Она просто встала, повернулась к Линь Вэй и Лун Цзе и сказала: «Уезжаем …»

«Тан Нин, как это понимать?»

Тан

Нин обернулась и спокойно посмотрела на Хань Юйфаня: «Хань Юйфань, ты

действительно думал, что моего терпения хватит на всю жизнь? Здесь всё

очевидно, у Мо Юйжоу репутация модели-любовницы, и теперь она не может

получить работу. Вы вынуждены использовать моё имя, но отталкивать меня

на задний план ради неё? Она … этого достойна?»

«Тан Нин!»,- Мо Юйжоу закричала от гнева: «Повторишь мне это в лицо?»

«Если

у тебя есть способности, то и снимайся одна!»,- договорив, Тан Нин

обернулась, чтобы уйти с Линь Вэй и Лун Цзе. Однако Хань Юйфань сдержал

свой гнев и открыл рот, чтобы остановить её.

«Подожди … если ты чем-то недовольна, мы можем обсудить это».

«Раньше

меня было слишком легко убедить, поэтому я застряла между мудаком и

шлюхой. Хань Юйфань, ты знаешь, насколько важны эти съемки в США. Даже

если ты сейчас изображаешь спокойствие … если я откажусь от этих съемок,

я уверена, ты будешь в панике. Если хочешь, чтобы съемки всё же

состоялись — решать тебе. В конце концов, ты не первый раз мешаешь моей

карьере. Пусть Мо Юйжоу уйдет … »

Как только слова сошли с уст Тан Нин, Лун Цзе едва не начала хлопать в ладоши.

Линь Вэй тоже не могла не улыбнуться. Они все еще мечтали запугать Тан Нин? Пришло время встретиться с реальностью …

«Кроме

того, ты хочешь сказать, чувство стиля Мо Юйжоу лучше, чем моё. Хань

Юйфань, не забывай, хотя мой статус уже не тот, что раньше, я все еще

единственная в Тяньи, чей опыт неоспорим. Ты действительно хочешь

отправить эту третьесортную модель B-класса в США, чтобы ей быть там

королевой бала? И … давай не будем забывать, что она модель B-класса,

требующая переводчика».

«Тан Нин, я заставлю тебя прикусить язык!»,- Мо Юйжоу вскочила в гневе и хлопнула руками по столу.

«Юйжоу,

сказанное Тан Нин всё же частично является правдой. На этот раз ты её

послушаешь»,- хотя Хань Юйфань был в бешенстве, ему пришлось стерпеть

ради его цели. Когда Тяньи вернёт своё, он не сомневался, что сможет

поставить Тан Нин на место.

«Но я не хочу», — Мо Юйжоу сердито отвернулась.

«Решено, у тебя нет права отказаться».

Тан

Нин ухмыльнулась, все в комнате видели только одну половину её лица.

Именно с этой точки зрения Хань Юйфань понял, что Тан Нин полностью

изменилась. Она была уверенной, спокойной и все, чем она дышала, больше

не вращалось вокруг него. Хань Юйфань обнаружил, что все по-другому, Тан

Нин уже не была той Тан Нин; он вдруг почувствовал себя немного

расстроенным.

Зал заседаний опустел. Только Мо Юйжоу все еще

оставалась внутри, устраивая истерику и бросая вещи на пол: «Хань

Юйфань, с меня хватит! С чего бы мне слушать Тан Нин? Разве ты не

говорил, что эта съемка устроена ради меня? Посмотрим, что я с неё

получу…»

«Достаточно!»,- Хань Юйфань проявил свой характер:

«Когда ты поймёшь, как вещи работают? Если Тан Нин не примет участие в

этой съемке, твоя премия десяти лучших моделей … даже не мечтай о ней».

Мо Юйжоу была ошеломлена. С каких пор Хань Юйфань кричит на нее вот так?

В отместку она обняла свой живот и начала плакать: «Хань Юйфань, ты помнишь, что я все еще ношу твоего ребенка?»

«Если

бы не твоя беременность, мне бы не пришлось лично лететь в США. Все,

что я делаю, для тебя, почему ты не можешь держать себя в руках – ты

всегда всё усложняешь»,- закончив на этом разговор, Хань Юйфань вышел из

зала заседаний, оставив Мо Юйжоу и её помощника.

«Юйжоу,

президент Хань прав, ты уже переманила его на свою сторону. Самый важный

момент — прямо сейчас. Потерпи еще немного, после того, как твоя слава

вернётся, нам больше не придется опасаться Тан Нин», — её помощник

попытался её убедить. «Будь добра, не позволяй гневу вредить твоему

организму, иначе потеряешь больше, чем получишь».

«Мне

действительно интересно, кто более профессиональна, эта стареющая модель

или я, Мо Юйжоу!»,- выслушав своего помощника, Мо Юйжоу решила временно

проглотить свой гнев, который исходил из сегодняшнего унижения.

«Мо

Юйжоу должно быть сейчас закатила истерику в конференц-зале … она

должна тыкать пальцем в Хань Юйфаня и кричать на него за то, что он

отобрал у неё ведущую роль», — Лун Цзе могла догадаться, какова была

реакция Мо Юйжоу на это унижение: «С другой стороны, Тан Нин, ты всё

больше проявляешь характер … твоя речь сегодня была такой мощной!»

Линь Вэй присоединилась, посмеиваясь: «Тан Нин, я никогда не ожидала, что в тебе окажется такая взрывная сила».

«Я

попала в индустрию в 17 лет и стала лучшей моделью Пекина в 23. С этого

момента прошло уже 9 лет. Что еще осталось в этой индустрии, чего я не

понимаю? Я когда-то думала, что если я выйду замуж, мне будет на кого

положиться, но теперь я поняла, я могу полагаться только на себя».

Конечно, Мо Тин, который всё это время поддерживал её из тени, был

исключением.

«Само собой разумеется, что некоторые люди провели в индустрии всю свою жизнь, но они все еще не знают об этом».

«Это

потому, что они не страдали…»,- Тан Нин имел в виду её собственный

опыт. «Это неважно, отправляйтесь по домам и собирайте чемоданы. Завтра

рейс в США …»

Узнав планы Тан Нин, Мо Тин попросил Лу Чэ немедленно выяснить номер

её рейса. Затем он встал перед гигантским окном в здании Хай Жуй

Энтертейнмент и позвонил Тан Нин: «Нин …»

«А?»,- Тан Нин

ответила на звонок, опустив голову; Линь Вэй все еще была в машине, и

она не могла полностью доверять ей, поэтому она должна была

осторожничать. Услышав, как Мо Тин назвал её «Нин», её пробрало жаром.

«Я

попросил Лу Чэ обменять твои билеты эконом-класса на первый класс, это

вызовет у тебя какие-либо неудобства?»,- Мо Тин должен был убедиться,

что это не скажется на Тан Нин – вдруг у неё ещё что-то запланировано?

«Конечно, нет»,- Тан Нин поняла, почему Мо Тин спрашивал и была тронута его заботой.

Первоначально

она должна была сидеть в том же ряду, что и Мо Юйжоу с Хань Юйфанем,

она уже могла себе представить, что Мо Юйжоу не планировала просто

спокойно сидеть. После вмешательства Мо Тина она теперь могла спокойно

отдохнуть в самолете. Но была ли она единственной, кому сменят билет? А

как насчет Линь Вэй и Лун Цзе …

«В таком случае, давай поговорим об этом дома».

«Подожди …»,- быстро сказала Тан Нин.

Мо

Тин чувствовал колебания в её голосе, а также мог понять, что говорить

ей было не очень удобно, поэтому он ответил: «Если неудобно говорить,

отправь мне сообщение».

«Хорошо»,- Тан Нин кивнула, повесив

трубку. Сразу после этого она передала ему свои опасения. Она сказала

ему, что не может полностью доверять Линь Вэй, но раз уж Линь Вэй теперь

последовала за ней, она не может относиться к ней хуже, чем к Лун Цзе.

Мо

Тин прочитал её тревоги, уголки его губ изогнулись в привлекательную

улыбку. Хотя Тан Нин старалась думать масштабно, ей всё еще не хватало

возможности взглянуть на ситуацию в целом. Мо Тин перекрывал недостатки

Тан Нин, поэтому пара так хорошо сочеталась — он был способен направить

её в нужное русло, а также помочь ей принимать решения.

«Расслабься

и продолжай игру. Хотя Лун Цзе лояльна, её способностям есть предел. С

другой стороны, хотя Линь Вэй имеет много недостатков, у неё хороший

опыт менеджмента с очень известными артистами — во всех аспектах она

более способна, чем Лун Цзе. Не забывай, что вся подноготная Линь Вэй у

нас как на ладони. Даже если мы зря сделали на неё ставку, мы ничего не

потеряем».

«Я всё поняла, муженек …»,- Тан Нин увидела ответ Мо Тина и тут же успокоилась.

«Я уже купил им билеты, не волнуйся …»

Все

это время Тан Нин знала, её муж был как король, который прекрасно

понимал, как использовать свою власть. Как он мог не учесть эту

маленькую проблему?

…

Поздно ночью, под мягким

освещением его спальни, Хань Юйфань собирал свой багаж. Мо Юйжоу подошла

к нему сзади и обняла его. Она говорила очень мягким и нежным голосом,

было похоже, что это совсем другой человек, отличный от той Мо Юйжоу в

конференц-зале: «Извини, Юйфань, я была неправа на сегодняшнем

заседании, я была невнимательна к тебе».

«Все в порядке, мы были

вместе столько лет, ты думаешь, я ещё не привык к твоему нраву? Подумай

вот о чём: если бы я не заботился о тебе и не беспокоился о нашем

ребенке, мне так уж нужно было лететь в США?»,- Хань Юйфань убрал свой

багаж и повернулся, чтобы посмотреть на Мо Юйжоу: «Отныне тебе нужно

контролировать свой настрой и прекратить цепляться к Тан Нин, иначе ты

навредишь себе».

«Но я не могу не волноваться … беспокоюсь, что вы снова можете разжечь вашу любовь!»

«О

чем ты? Всё очевидно, ты и так знаешь, ты та, кого я люблю, ты слишком

много думаешь. У нас впереди большое будущее, давай не будем волноваться

попусту»,- Хань Юйфань успокоил Мо Юйжоу: «Ты беременна, ты должна

поддерживать хорошее настроение».

«В таком случае, завтра в

самолете, я запрещаю тебе даже смотреть на Тан Нин. Зато тебе можно быть

любезным со мной», — исподлобья потребовала Мо Юйжоу. В то же время её

тело содрогалось от прикосновений Хань Юйфаня, она знала, все мужчины

любили такие вещи.

«Хорошо, как хочешь», — ответил Хань Юйфань, неся её на руках в ванную.

Заручившись

обещаниями Хань Юйфаня, Мо Юйжоу собиралась доказать Тан Нин кого Хань

Юйфань по-настоящему любил. Она даст Тан Нин понять, даже если она

должна была вернуться и стать знаменитой, она не смогла бы вернуть себе

сердце Хань Юйфаня. Хань Юйфань и Тяньи Энтертейнмент были у Мо Юйжоу в

кармане, а у Тан Нин не было и шанса …

Между тем, под таким же

мягким освещением, Тан Нин собирала свой багаж в своем гардеробе. Однако

она заметила, что Мо Тин также подготовил свой чемодан. Итак, из

любопытства, она направилась в кабинет, чтобы расспросить его: «Мо Тин,

тебе тоже нужно лететь по делам?»

«Да, я лечу завтра»,- Мо Тин кивнул, он выглядел очень занятым.

Тан

Нин боялась, что она помешает его работе, поэтому она удержалась от

расспросов, полагая, что Мо Тин в конце концов сам объяснит ей, когда

придёт время ложиться спать. Однако оказалось, что Мо Тин закончил

работу только ночью и ушел рано утром. Тан Нин прочитала записку,

которую он оставил для неё, и предположила, что у него что-то срочное на

работе.

Ранним утром, Линь Вэй уже ждала у ворот Hyatt Regency.

Видя, как Тан Нин не распространялась перед Линь Вэй о своих отношениях

с Мо Тином, Лун Цзе благоразумно оставалась спокойной; она помогла Тан

Нин загрузить сумки в багажник автомобиля. Всё трое быстро прибыли в

аэропорт, чтобы встретиться с Хань Юйфанем и другими.

Поскольку

было еще рано, в аэропорту было мало людей. Без единой задней мысли,

Хань Юйфань и Мо Юйжоу держались за руки перед Тан Нин. Мо Юйжоу

вызывающе смотрела на Тан Нин, заставив Лун Цзе так рассердиться, что та

хотела расцарапать её лицо.

«Лун Цзе, пойди возьми наши посадочные талоны», — приказал Хань Юйфань.

«С

чего бы мне идти?»,- Лун Цзе была на ножах с Хань Юйфанем, поэтому он

сознательно устраивал ей неприятности, а так же Линь Вэй.

«Лун

Цзе, иди…»,- сказала Тан Нин, глядя на Лун Цзе. Лун Цзе была ошеломлена

на мгновение, прежде чем до неё дошло: «Хорошо, подождите здесь, я скоро

вернусь».

Мо Юйжоу и её помощник посмотрели друг на друга.

Похоже, в течение следующих нескольких дней у них есть кто-то, кто

позаботится об их багаже …

Однако никогда бы им не представилось, что Лун Цзе вернётся … только с трема посадочными талонами.

«Лун Цзе, как это понимать?»

«Я

помощник Тан Нин, извините, я на зарплате у Тан Нин, а не у Тяньи

Энтертейнмент … У вас нет своего помощника?»,- Лун Цзе рассуждала,

заставив Мо Юйжоу и её помощника обозлиться до скрежета их зубов.

Хань

Юйфань посмотрел на Тан Нин, но Тан Нин притворилась, что не видит его,

когда она надела солнцезащитные очки и отвернулась.

Мо Юйжоу впивалась взглядом в Тан Нин: Просто подожди, когда мы сядем в самолет, просто жди и смотри …

8:20.

Настало время посадки. Поскольку Тан Нин встретили несколько фанатов,

которые просили автографы, она задержалась на несколько минут. Хань

Юйфань и Мо Юйжоу уже сели в самолет. Трое изначально должны были сидеть

в одном ряду, но …

… когда Мо Юйжоу обхватила Хань Юйфаня,

ожидая реакции Тан Нин, она заметила, что та просто прошла мимо них.

Итак, Мо Юйжоу любезно напомнила ей: «Тан Нин, твоё место здесь».

Тан Нин взглянула на двоих, спокойно повернулась и просто сказала: «Я в первом классе».

Лун

Цзе, которая шла за Тан Нин, рассмеялась. Затем она помахала посадочным

талоном в руке и сказала: «Мне очень жаль, мы тоже в первом классе.

Наслаждайтесь своим экономом …»

Линь Вэй только после посадки на

самолет поняла, что её билет обменяли. Видя смущенное выражение Мо

Юйжоу, она почувствовала себя чрезвычайно довольной. Это был первый

случай, когда с ней обращались лучше, чем с генеральным директором

агентства!

Мо Юйжоу наблюдала, как трио вошло в первый класс, и

подозрительно повернулась к Хань Юйфаню: «Что всё это значит? Разве они

не говорили, что весь первый класс распродан? Билет Тан Нин был

забронирован агентством?»

«Я знаю не больше тебя»,- разочарованно ответил Хань Юйфань.

«Я

в бешенстве!»,- Мо Юйжоу планировала заставить Тан Нин смотреть, как

она пристаёт к Хань Юйфаню, кто бы мог подумать, что она попадет в

первый класс.

Тан Нин также думала, что весь первый класс будет

заполнен, однако, когда все трое вошли, она увидела, что там вообще не

было других пассажиров.

«Тан Нин, а мудак и шлюха не пересядут

сюда?»,- хотя первый класс был отделен раздвижной дверью, снаружи было

видно, что других пассажиров нет, поэтому Лун Цзе немного

забеспокоилась.

«Мисс, вы можете быть уверенной. Чтобы не

беспокоить мисс Тан, мистер Мо уже забронировал весь первый класс,

другим пассажирам сюда не будет дозволено», — объяснила стюардесса.

Услышав это, Лун Цзе еле сдерживалась, казалось, что её голова вот-вот взорвется …

«Тан Нин, у тебя такая шикарная жизнь!»

Линь

Вэй все время сидела со смущённым выражением лица. Когда она собиралась

спросить, что происходит, из туалета вышел солидный мужчина в

коричневом деловом костюме. У него было спокойное выражение на его

чрезвычайно красивом лице. На его правом ухе была заметная черная

родинка, похожая на сверкающий черный алмаз.

О мой бог … это был генеральный директор Хай Жуй Энтертейнмент! Легенда индустрии развлечений!

Линь Вэй была ошеломлена, никогда бы она не подумала, что увидит Мо Тина в таких обстоятельствах.

Что

еще больше смутило ее, так это реакция Тан Нин: не было никакого

удивления, вместо этого она была приятно удивлена: «Мистер Мо, не

соизволите ли вы объясниться, почему вы исчезли без единого слова так

рано утром, а потом вдруг появились здесь?»

«Миссис Мо, похоже, вы не желаете меня видеть?»,- Мо Тин легким движением взял сумку из её рук, как джентльмен.

«Дело

не в том, что я не хочу тебя видеть, я просто немного шокирована … У

президента Мо, похоже, талант устраивать мне сюрпризы», — Тан Нин

ласково обняла Мо Тин, когда они вошли в маленькую комнату и закрыли

дверь.

«Они …»,- Линь Вэй почувствовала в её мозгу синий экран смерти. В этот момент он был совершенно опустошён.

«Тан

Нин не представила его тебе официально?»,- Лун Цзе подняла брови:

«Последний герой индустрии развлечений, владелец «Хай Жуй Энтертейнмент»

— муж Тан Нин. Когда я впервые узнала, я была в полном шоке».

«Они … когда они поженились?»,- Линь Вэй засомневалась.

«В

тот день, когда Тан Нин должна была выйти замуж за Хань Юйфаня, он

убежал к Мо Юйжоу. Тан Нин тяжело переносила это, поэтому … она решила

выйти замуж во что бы то ни стало. Теперь стало ясно, что она вышла

замуж за правильного мужчину. Однако всё произошло так быстро, об этом

никто не знает»,- дойдя до этого момента, Лун Цзе решила напомнить Линь

Вэй о нескольких деталях.

«Раз Тан Нин решила не скрывать их

отношения от тебя, это значит, что она признает твои навыки. Как ты

можешь видеть, хотя Тан Нин и вышла замуж за Мо Тина, она никогда не

думала полагаться исключительно на него. Линь Вэй, Тан Нин — это

жемчужина, рано или поздно она окажется на вершине индустрии, поэтому …

ты должна быть в состоянии отличить: что ты должна и не должна делать».

Линь Вэй вздохнула. Она была полностью обескуражена Тан Нин.

Тан

Нин подарила ей самый сладкий пряник, позволив ей узнать этот секрет,

но в то же время она нанесла ей удар кнутом — даже если Тан Нин и не

полагалась на Мо Тина, он все равно был её мужем. Ни один муж не будет

стоять и смотреть, как его жена подвергается издевательствам. Таким

образом, теперь она никак не могла предать Тан Нин.

У Линь Вэй внезапно появилась мысль…

Лун Цзе заметила это…

«В

это время ты наверно думаешь: эти мудак и шлюха охренеть какие тупые,

а?»,- Лун Цзе закатила глаза: «Ты знаешь, каждый раз, когда Мо Юйжоу в

своей высокомерное манере делает вид «я тебе не по зубам», я так

искушаюсь сказать ей, какой глупой она была всё это время!»

Линь Вэй кивнула, изображая согласие. Это именно то, что она чувствовала прямо сейчас!

Помимо

её недальновидности в течение нескольких последних лет, Тан Нин, можно

считать, была на самом высоком уровне EQ и IQ во всей индустрии. Однако

кто бы мог подумать, на её стороне был кто-то на уровне настоящего

короля. Как можно ставить его в один ряд с такими дешевыми людьми, как

Хань Юйфань и Мо Юйжоу?

Сколько еще сюрпризов готовит Тан Нин?

В

присутствии Мо Тина Линь Вэй и Лун Цзе чувствовали себя абсолютно

незначительными фигурами. Линь Вэй захотелось найти тихое место, чтобы

сесть и переварить все, что она только что засвидетельствовала.

В приватной комнате.

Тан Нин лежала поверх Мо Тина.

«Ты удивлена?»,- спросил Мо Тин, осторожно касаясь спины Тан Нин.

«Ага»,-

Тан Нин была в глубокой задумчивости, но на сердце у неё было очень

тепло, потому что она знала, насколько занятой человек Мо Тин: «Тин,

тебе не нужно было этого делать, я могу позаботиться о себе».

«Мы

молодожены, мы не должны расставаться … плюс, мне нравится делать тебе

сюрпризы. Конечно, как ты меня сейчас назвала … так мне еще больше

нравится, можешь ли ты снова произнести это?»,- Мо Тин подсунул руку под

её челюсть и попросил.

«Тин …»,- повторила Тан Нин. При этом её губы встретили страстный поцелуй.

«Мне также нравится целовать тебя …»

На

борту самолета легко было забыться и потерять счет времени, поэтому

незадолго после Мо Тин выпустил Тан Нин из объятий: «Спи. У тебя ещё

много дел».

«Как насчет тебя? Ты летишь, чтобы сопровождать меня?»,- спросила Тан Нин, поворачивая голову к Мо Тину.

«Если

бы … У Хай Жуй много сотрудников в Штатах, даже если бы я просто шёл с

инспекцией, мне понадобилась бы неделя». На самом деле самым главным

было оформить страховку ног Тан Нин: «У меня есть недвижимость в США.

Если ты выдумаешь хороший предлог, чтобы жить там со мной, было бы

идеально …»

«Я боюсь, будут сложности С Тяньи. Старшая сестра

Хань Юйфаня, Хань Жосюэ, очень злющая», — ответила Тан Нин. «Несмотря на

то, что мои отношения с ней были довольно гладкими, в конце концов, она

все еще сестра Хань Юйфаня. Если Хань Юйфань попросит, она продаст

меня, чтобы я стала фоном для Мо Юйжоу».

«Но ты этого не боишься …»,- Мо Тин верил в свою маленькую жену.

«Потому что я больше не та Тан Нин, которая позволяла помыкать собой.

Кроме того, у меня есть ты», — спокойно ответила Тан Нин, показывая

уверенность в себе.

«Если бы мы не были на борту самолета прямо

сейчас … я бы зацеловал тебя до потери пульса»,- Мо Тин пытался

сдерживаться. Вместо этого он крепко обнял её, наслаждаясь приятным

ароматом, исходящим из её тела.

Между тем помощник Мо Юйжоу

пытался выяснить, что Тан Нин делала в первом классе, однако его

остановила стюардесса, он остался безо всяких шансов войти.

После

12-часового полета самолет, наконец, приземлился в 9 утра по местному

времени. Старшая сестра Хань Юйфаня, Хань Жосюэ, уже ждала их прибытия.

Увидев их, она взволнованно обняла их всех — даже Тан Нин.

Хотя у

его сестры было восточные черты лица, она была высокой, как европеец.

Вся одежда на ней была эксклюзивной — единственной в мире!

К

сожалению, у неё был один недочёт, её внешность была простоватой, иначе

она могла бы продолжить карьеру в качестве артиста. Её спасительной

соломинкой было то, что она была проницательной на таланты; хотя ее

артисты не были особо знамениты, они все еще имели вес на западном

рынке.

Когда Тан Нин и Хань Юйфань ещё были вместе, Тан Нин

только дважды видела Хань Жосюэ. Тан Нин не любила женщин, которые

контролировали других, а Хань Жосюэ была чрезвычайно властной.

«Тан

Нин, я уже слышала о том, что произошло между вами и Юйфанем, и я уже

отругала его, но … вы должны отделять работу и личные отношения.

Нехорошо, чтобы вы устраиваете проблемы на работе ради своей личной

выгоды»,- Хань Жосюэ критиковала Тан Нин перед всеми – она явно пыталась

установить здесь иерархию власти.

«На этот раз, на съемках для Secret, сделайте мне одолжение, выслушайте их просьбы и не затрудняйте работу Юйфань, хорошо?»

Услышав

слова Хань Жосюэ, сердце Лун Цзе переполнялось гневом. Почему бы Хань

Жосюэ не преподать Мо Юйжоу урок вместо того, чтобы отыгрываться на Тан

Нин? Думает ли она, что Тан Нин попала в её капкан здесь, на её

территории, и она может помыкать ею, как ей заблагорассудится?

Тан

Нин оставалась спокойной. Она просто посмотрела на Хань Жосюэ и легко

улыбнулась. Она не вышла из себя, но и не согласилась на такие условия.

Её реакция не давала Хань Жосюэ понять, какие у нее были планы.

Команда

направилась к выходу из аэропорта, и в то же время Мо Тин и несколько

высокопоставленных лиц из одной его американской дочерней компаний

выходили из зала прибытия.

Увидев Мо Тина, Хань Жосюэ выглядела,

будто заметила суперзвезду, она гналась за ним на своих туфлях на

высоком каблуке. Он был действительно знаменит. Подобно врожденному

лидеру, он был еще более привлекательным, чем любая знаменитость …

«Президент Мо … Президент Мо …»

Услышав

призывы Хань Жосюэ, Мо Тин повернулся, чтобы посмотреть на команду Хань

Юйфаня, приближающуюся к нему. Его взгляд был сосредоточен на Тан Нин,

они обменялись невербальными сообщениями. Тан Нин поняла взгляд в глазах

Мо Тина, он хотел, чтобы она нашла возможность перебраться в его дом,

чтобы она могла остаться рядом с ним.

Тан Нин усмехнулась: она постарается изо всех сил.

Линь

Вэй и Лун Цзе знали, почему Мо Тин обернулся. Они также знали, что Хань

Жосюэ остановится не менее чем в 2 метрах от Мо Тина …

Конечно,

повернувшись и взглянув на Тан Нин Мо Тин притворился, что не заметил

Хань Жосюэ и просто сел в свой лимузин Линкольна, который уже ждал его…

Всё, что Хань Жосюэ могла сделать, так это смотреть с расстояния, как Мо Тин уезжал.

Посмешище! Лун Цзе ухмыльнулась внутри. Она действительно думала, что кто попало мог подойти к Большому боссу?

Хотя

Хань Жосюэ не получила возможности приблизиться к своему кумиру, она

все еще была очень взволнована: «Я никогда не ожидала, что я наткнусь

здесь на Мо Тина, он такой красивый!»

На этот раз Линь Вэй

сдержалась. Есть еще одна вещь, которую вы бы никогда не ожидали:

человек, над которым вы сейчас издевались, — жена Мо Тина.

Тан

Нин поддерживала её самообладание, она мягко надела солнцезащитные очки,

как будто ничего не произошло. В то же время Хань Жосюэ вернулась к

своей властной манере топ-менеджера, когда она заговорила со всеми

тремя: «Тан Нин, так как вы только что прибыли в США, отдыхайте и

адаптируйтесь к разнице во времени. Я отвезу вас в отель. Юйфань и

Юйжоу, я устраиваю семейный ужин, вы приглашены».

Семейный ужин…

Другими словами, Хань Жосюэ уже приняла Мо Юйжоу в качестве своей невестки.

Кому-то

вроде Тан Нин, которая была на чужбине, без особых ресурсов и связей с

СМИ, ей было легко оказаться в невыгодном положении. Хань Жосюэ явно

хотела, чтобы Тан Нин была в растерянности.

Однако она забыла об

одном. 3 года назад Тан Нин появилась в нескольких крупных американских

рекламных роликах. Хотя она не достигла вершины своей карьеры, она не

была совсем уж одинокой.

«Я давно не была США, я поеду навестить

старых друзей. На самом деле, я могу остаться с ними, пока я здесь, вы

можете вернуть мой гостиничный номер», — спокойно ответила Тан Нин.

«Все

в порядке, но, когда мы свяжемся с вами, чтобы прийти на съемочную

площадку, вам лучше прибыть вовремя», — Хань Жосюэ одобрительно кивнула.

В течение всего времени Мо Юйжоу молчала, она была в тихой радости от того, как Хань Жосюэ обращалась с Тан Нин.

Но, как бы Хань Жосюэ не недолюбливала её, ради её младшего брата, она немного сдерживалась.

Поскольку она сейчас в США, Тан Нин все еще думает, что она сможет вернуться на сцену?

Мо Юйжоу полагала, что это был момент, который она ждала.

Между

тем, Хань Жосюэ действительно имела намерение помочь Мо Юйжоу … но

действительно ли она думала, что это будет вот так просто?

Разобравшись

с Тан Нин Хань Жосюэ покинула аэропорт с Хань Юйфанем и Мо Юйжоу. После

того, как они ушли, Тан Нин позвонила Мо Тину, «Тин … ты далеко уехал?»

«Как ты думаешь?»,- Мо Тин уже поручил своему водителю ждать в

скрытном месте; он знал, что Тан Нин найдет способ оторваться от них. Он

был прав.

Тан Нин улыбнулась и осталась ждать. Менее чем через

минуту Лимузин Линкольн остановился перед ней. Водитель открыл дверь для

нее и приветствовал её на английском языке.

Тан Нин села в машину с Лун Цзе и Линь Вэй. Это был первый случай, когда Лун Цзе и Линь Вэй были так близки к Мо Тину.

Однако ни у одной из них не было смелости посмотреть на него…

…

потому что только перед Тан Нин Мо Тин показывал свою редкую мягкость,

тогда как перед всеми остальными он был холоден, как лед.

«Тебя

беспокоит съемка для Secret?»,- Мо Тин спросил, когда он протянул ей

стакан красного вина и мягко провел рукой по её длинным волосам.

«Эти

трое заодно, они определенно хотят устроить мне неприятности. Я не

удивлюсь, если меня заменят или даже окажется, что я пришла напрасно. Я

морально готовлюсь».

«Хань Жосюэ провоцирует нашу Тан Нин,

потому что она здесь никому не известна и у неё нет поклонников!»,- Лун

Цзе сердито пожаловалась.

«Кто тебе сказал, что я здесь неизвестна?»,- Тан Нин спросила у Лун Цзе, в её голосе чувствовался подтекст.

«Когда я дебютировала во Франции … еще в те дни я познакомилась с

множеством европейских и американских супермоделей: Хайди, Венга и др.

Редактор Американского королевского журнала в течение полугода был моим

наставником, но теперь они могут меня и не вспомнить. Тогда никто не

знал моего китайского имени — они знали меня как Киру», — спокойно

объяснила Тан Нин.

Слушая, как Тан Нин упоминала имена известных

европейских и американских личностей, Лун Цзе и Линь Вэй удивленно

хлопали глазами.

«Я знаю, что Хань Жосюэ хочет избавиться от

меня, как только я стану бесполезна, она использует меня для продвижения

Мо Юйжоу. Особенно сейчас, когда я нахожусь в США, она думает, что у

меня здесь нет вариантов».

«Хм-м, какое бесстыдство!»,- хмыкнула Лун Цзе.

«Я

также знаком с редактором Американского королевского журнала. Хочешь

встретить своего наставника?»,- Мо Тин, который до этого молчал, вдруг

спросил.

«Мо Тин, я уже говорила, я не хочу, чтобы ты помогал мне».

«Просто

отнесись к этому, как к частной встрече»,- Мо Тин улыбнулся, одна

сторона его идеального лица очаровательно сияла под солнцем.

«Хммм

… ладно»,- Тан Нин кивнула. Конечно, она никогда бы не ожидала, что эта

частная встреча в конечном итоге станет решающим фактором в их с Мо

Юйжоу борьбе.

Мо Тин владел собственной усадьбой в США, поэтому

не было необходимости останавливаться в гостинице. Комнаты в

американском стиле были теплыми и уютными — удобнее, чем любой

гостиничный номер. Поскольку место было немного отдалённым от

штаб-квартиры журнала Secret, Мо Тин уже дал указание Лу Чэ узнать

график работы журнала. Лу Чэ был хорошо подготовлен, он даже знал, в

какое время они будут обедать. Тан Нин находила это очень впечатляющим, в

то время как Лун Цзе и Линь Вэй не могли не задуматься о самих себе.

После

быстрого душа Тан Нин стояла у окна и глядела на улицу. В это время Мо

Тин подошел к ней в черном халате — его черные волосы всё ещё были

влажными.

Тан Нин, естественно, взяла полотенце, встала на

цыпочки и начала вытирать с его волос бусины воды. Тем временем Мо Тин

пристально смотрел на неё с серьезным выражением.

«Чего ты хочешь? Ты так смотришь на меня…»

«Я

подумал, сейчас дневное время, и я собираюсь сделать что-то, чего я

делать не должен …» Мо Тин схватил подбородок Тан Нин и нежно поцеловал

её в губы — их языки переплелись в танце. Впоследствии его мягкие губы

медленно пробились к её уху, когда он ободрительно шептал: «На борту

самолета я хотел продолжить целовать тебя …»

Тан Нин выглянула в

окно, любопытные люди снаружи смотрели на них, однако она не удержалась

и потеряла контроль над своим телом. Она была слаба в его объятиях.

Их

халаты каким-то образом проделали путь на пол, они столкнулись друг с

другом в их наиболее уязвимом состоянии. Потеряв контроль, они быстро

оказались на мягкой кровати.

Поскольку освещение было ярким, Тан

Нин могла ясно видеть фигуру Мо Тина – она была сопоставима с западной

моделью. Его тело не было тонким и слабым, как у типичного азиата, его

тело было твердо и построено с прекрасно вылепленными мышцами. Его кожа

светилась бронзой – видя его тело, Тан Нин сходила с ума …

Мо Тин был рад увидеть, как она рассматривает его тело — он тоже был впечатлен ею.

Тело

Тан Нин соответствовало международным стандартам модели; идеальных 178

см в высоту, все пропорции были в порядке, красивая пара бледных длинных

тонких ног не оставляла шансов.

Две фигуры были похожи на пару совершенных тел, сходящихся вместе; это был дар небес.

Мо Тин рассмеялся: «Если мы останемся в такой позе на всю оставшуюся жизнь, наши шансы на развод равны нулю».

Тан

Нин ответила смехом. Она осторожно подняла левую руку и погладила

правое ухо Мо Тина: «Я люблю эту твою родинку, как будто ты родился с

серьгой».

Мо Тин больше не мог сдерживать свою горящую страсть,

когда он наклонился и прижался губами к Тан Нин. Его теплые ладони тоже

не поддавались контролю…

Тан Нин издала тихий стон удовольствия, когда она ответила взаимностью, целуя Мо Тина в ухо.

Когда

они, наконец, устали, они обнялись и заснули. Когда они проснулись, они

прислонились друг к другу и прошептали сладкие слова, прежде чем

ласково делали то, что хотели. Конечно, как обычно, они не перешли к

последнему шагу своей интимности.

…

Тем временем Хань

Жосюэ обедала в отеле с Хань Юйфанем и Мо Юйжоу. Увидев осторожную

манеру Мо Юйжоу, она быстро сказала: «Ты не должна так бояться меня».

«Жосюэ Цзе…»

«Я

действительно недовольна тобой, но независимо от этого, ты — решение

моего брата. Поскольку мы скоро станем семьей, я обязательно встану на

твою сторону». Хань Жосюэ отрезала стейк перед собой и положила кусочек в

рот. Затем она осторожно взглянула на Мо Юйжоу: «Я знаю, что ты и Тан

Нин как огонь и вода, а Тан Нин довольно высокомерена. Первоначально

из-за того, что произошло между вами, я чувствовала, что мы провинились

перед ней. Но после всего произошедшего в последнее время я чувствую,

что она не заслуживает жалости».

«Встреча с Secret будет завтра в

8 утра, но я уже сказала моему помощнику сказать ей, что встреча в 9.

Редактор Secret ненавидит опозданий, поэтому … скорее всего, Тан Нин

завтра будет отстранена».

«Но … не был ли план, чтобы мы вместе участвовали в съемках?»,- Мо Юйжоу не понимала действий Хань Жосюэ.

«Я

сказала, что вы снимаетесь вместе, только чтобы создать дискуссию.

Теперь, она не единственная модель-азиатка в США. Когда придет время, мы

сможем легко найти другую модель для работы с тобой»,- пояснила Хань

Жосюэ.

«Тан Нин не собирается сдаваться …»

«Это решение

журнала и не имеет никакого отношения к Тяньи. После того, как съемки

закончатся, твоя ценность приумножится. Карьера Тан Нин пострадает после

того, как люди дома узнают о холодном приеме, который она получила

здесь, в США. Это будет ей уроком».

Тан Нин уже говорила это

раньше, Хань Жосюэ была персонажем, которому нравилось командовать

своими артистами. Так что одного взгляда Тан Нин в аэропорту было

достаточно, чтобы разжечь ненависть в Хань Жосюэ.

Мо Юйжоу

посмотрела на двух людей, поддерживающих её, и почувствовала, что ей

суждено стать суперзвездой. Как могла Тан Нин, у которой за душой ничего

не было, конкурировать с ней?

В самом деле, Линь Вэй получила

уведомление о встрече в 9 часов, но Хань Жосюэ понятия не имела, что Мо

Тин уже имел четкий график на руках. Поэтому, когда Тан Нин увидела

разницу во времени, она уже могла догадаться, что происходит.

«Тан Нин, очевидно, что Тяньи хочет избавиться от тебя, что нам делать?»

«Поскольку

Хань Жосюэ хочет, чтобы я опоздала, я скорее приду пораньше …»,- Тан

Нин ответила: «Но вы обе должны быть мысленно готовы к тому, что меня

могут заменить».

«Я уже давно готова», — ответила Линь Вэй: «В то же время я также подготовила для тебя способ вернуться…»

Следующее утро. Штаб журнала Secret.

Тан Нин уже ждала в зале

заседаний в 7:30 после того, как её проводили сотрудники с рессепшена.

Она прибыла на полчаса раньше Хань Жосюэ и остальных.

Между тем, Мо Юйжоу всё ещё верила, что Тан Нин спокойно храпит в постели.

Никогда бы она не подумала, что к тому времени, как они пришли в конференц-зал, Тан Нин уже заждалась их.

Хань

Жосюэ смущенно посмотрела ей в лицо. Она изначально хотела, чтобы Тан

Нин прибыла в 9 утра – она должна была так опоздать, что её даже не

впустили бы в конференц-зал. Но в действительности, Тан Нин прибыла

раньше всех. Стало ясно, что Тан Нин догадалась об их замыслах

вышвырнуть её. Однако ей было все равно, она все еще была гвоздем

программы, и никто не мог ее исключить.

«Тан Нин, почему ты так рано?»,- Мо Юйжоу спросила в разочаровании; оказалось, что план Хань Жосюэ не сработал.

«Мой друг подвёз меня, ему было по пути на работу»,- спокойно объяснила Тан Нин.

«Достаточно разговоров, собрание вот-вот начнётся»,- Хань Жосюэ напомнила двум, чтобы они успокоились.

Вскоре

после этого в зал заседаний вошло ответственное лицо. Это была женщина

средних лет, старше 40. За ней следовали два помощника, которые держали

огромную стопку документов.

«Жосюэ, я посмотрела информацию об

этих двух моделях»,- женщина подняла голову и взглянула на Тан Нин и Мо

Юйжоу, прежде чем она продолжила говорить: «Однако я хочу оставить

только одну. Я знаю, что время каждого человека дорого обходится,

поэтому я не собираюсь ходить вокруг да около; Я хочу Мо Юйжоу. Что

касается Тан Нин, я не думаю, что она подходит к теме нашей съемки».

Она бросила портфолио Тан Нин прямо на стол перед ними.

«Если

ты не хочешь Тан Нин — это твоё решение, у меня есть и другие модели на

выбор». События разворачивались, как Хань Жосюэ и ожидала. В конце

концов, Хань Жосюэ долгое время пропитывала голову этой женщины

дезинформацией о Тан Нин. Она сразу же достала портфолио других моделей и

протянула их женщине перед собой. Мало того, что она нашла способ

избавиться от Тан Нин, ей удалось найти применение Мо Юйжоу, и Хань

Жосюэ также имела возможность представить некоторые других моделей.

«Позвольте

мне взглянуть, прежде чем принимать решение»,- женщина попросила своих

помощников собрать портфолио. Однако Тан Нин внезапно раскрыла рот.

«Могу я спросить, о какой теме вы говорите, мисс Мина?»

Женщина

явно не ожидала, что Тан Нин заговорит, поэтому она ответила:

«Восточный тренд, я полагаю, что такой понурый человек, как ты, не

подходит».

«Мисс Мина видела мои работы или видела меня на любом из моих шоу?»,- Тан Нин бросила ей вызов с улыбкой.

«Разве ты не … новичок?»,- она спросила; она, очевидно, никогда не слышала о Тан Нин.

«Позвольте

мне сначала спросить вас, мисс Хань сказала вам, что я новичок?»,- Тан

Нин оставалась спокойной — не желая звучать властно.

«Тан Нин,

ты заходишь слишком далеко!»,- Хань Жосюэ рявкнула, глядя на Тан Нин:

«Это решение остаётся за нами, ты не имеешь права подвергать его

сомнению».

«Вы использовали мою популярность, чтобы привести Мо

Юйжоу в США, а затем использовали мое имя, чтобы поднимать новичков. Вы

использовали меня так основательно, а мне не разрешено задать несколько

вопросов?»,- резко спросила Тан Нин, улыбаясь Хань Жосюэ.

«Тан Нин, ты действительно не знаешь терпимости».

«Моя

терпимость не распространяется на мудаков, шлюх и их замечательных

родственников …»,- Тан Нин бросила камень в огород Хань Жосюэ, прежде

чем она повернулась к мисс Мине: «Поскольку вы не видели ни одного из

моих шоу, то давайте не будем устраивать сцен. Как насчет такого,

давайте поспорим … ещё завтрашнее утро не наступит, а вы уже пожалеете о

своем решении». После того, как слова вышли из ее уст, Тан Нин большими

шагами вышла из зала.

Мисс Мина была ошеломлена уверенностью Тан Нин. После ухода Тан Нин она сразу же спросила Хань Жосюэ: «Кто эта модель?»

Хань

Жосюэ так рассердилась, её лицо окрасилось красным. Она прямо ответила:

«Модель новичок, которая никуда не денется – она не имеет значения».

Мисс

Мина не думала об этом слишком много, она обернулась, чтобы покинуть

зал заседаний, в готовности передать оставшуюся часть встречи другим

сотрудникам, чтобы обсудить расходы. В это время Мо Юйжоу встала и

подпитала гнев Хань Жосюэ: «Жосюэ Цзе, Тан Нин не проявляет никакого

уважения».

Хань Юйфань отсутствовал; это была чисто женская

беседа. Так что Хань Жосюэ не нужно было сдерживаться: «Она хочет, чтобы

я пожалела об этом? Она вообще видела себя со стороны? Подожди, как

только твоя популярность вернётся, Тан Нин придётся ползать перед тобой

на коленях».

«Да, Жосюэ Цзе, я вас не разочарую».

Мо

Юйжоу обещала себе, что преподаст Тан Нин урок, и даже если Тан Нин

могла нанести ответный удар, у нее не было шансов на победу.

После

ухода из штаб-квартиры Secret Тан Нин вернулась в поместье с Линь Вэй и

Лун Цзе. Хотя они морально были готовы, Лун Цзе все равно содрогалась

от гнева.

«Я никогда не видела такого бесстыдного человека. Члены семьи Хань опускаются всё ниже и ниже».

«Тан Нин, что ты теперь планируешь?»,- Линь Вэй задала вопрос. «Мы уже вступили в открытую конфронтацию с семейкой Хань».

«Ты

думаешь, если бы я не показала характер, они бы отстали от меня так

легко?»,- Тан Нин рассмеялась: «Как я уже сказала, Secret сделают мне

личный звонок завтра же, или, может быть, они даже не смогут подождать

до завтрашнего утра».

«Хорошо, раз у тебя уже все запланировано, мы просто будем ждать результата».

Линь

Вэй было чрезвычайно любопытно, как Тан Нин собиралась перевернуть

игру, но она также знала, что Тан Нин была очень осторожным человеком.

Пока у неё не было 100% уверенности, она ничего не собиралась

раскрывать. Таким образом, все, что они могли сейчас делать, это сидеть и

терпеливо ждать.

Правда в том, что еще до того, как Мо Тин

вручил ей приглашение на американскую фотовыставку этим утром, у Тан Нин

уже были другие планы по урегулированию ситуации. Но намерение Мо Тина

было очевидно: так как Мо Юйжоу приняла помощь Хань Жосюэ, почему она не

могла положиться на Мо Тина в этот раз? В конце концов, Мо Тин просто

дал ей шанс на честную борьбу с Мо Юйжоу. Итак, в конце концов, Тан Нин

согласилась.

В выставке приняли участие многие известные

фотографы, журналы и персоналии, в том числе … люди из Secret. Самое

главное, что организатором был редактор Royal Magazine, её наставник.

Выставка

была назначена на тот вечер. Итак, после возвращения в усадьбу, Тан Нин

быстро пошла готовиться. Несмотря на то, что индустрия развлечений

имела свои правила, это не означало, что шансов на рематч не было.

Хань

Жосюэ думала, что она всё контролирует, но сегодня вечером Тан Нин

собиралась передать ей сообщение, на самом деле она ничего не знала.

Последствия её высокомерия заключались в том, что она могла бы только

отыграться на второсортной модели, как Мо Юйжоу, чтобы удовлетворить

свое эго.

Ей не нужно было напоминать всем, кто она такая, Кира.

Всё, что ей нужно было сделать, это встать рядом с её наставником, и

все будут знать, её статус был выше среднего.

Она? Новичок? Кто это сказал?

Мо Тин приказал своим людям подготовить для Тан Нин целую кучу

платьев. Он даже лично выбрал золотое платье без бретелек и с белой

подкладкой. Платье отдавало аурой дальнего востока, когда оно легло на

тело Тан Нин, она так же источала классическую элегантность восточной

красоты — несомненно, они идеально сочетались. С тонкой талией и

длинными ногами Тан Нин … её женственная красота и обаяние мгновенно

исходили из её тела, как аромат на ветру.

Мо Тин встал за Тан

Нин и крепко прижался к её спине грудью, обнимая её за талию и не желая

отпускать: «Ты как произведение искусства».

«Это потому, что у

тебя хороший вкус»,- Тан Нин ответила похвалой. Она и не подозревала,

что Мо Тин понимает её до такой степени — он знал, что Secret хотели

снять восточный тренд и знал, что Secret унизили её, сказав, что она

новичок. Поэтому он намеренно выбрал это платье, чтобы Тан Нин показала

им, как они облажались.

«Почему тебе обязательно быть моделью, я

хочу оставить тебя для себя одного»,- Мо Тин положил подбородок на

плечо Тан Нин и пожаловался.

«Посмотрите-ка, кто заговорил,

почему бы тебе не вспомнить, что даже Хань Жосюэ сходит с ума при виде

тебя?»,- Тан Нин сразу же парировала, прежде чем рассмеяться: «Не

волнуйся, мы ведь договорились иметь физический контакт только друг с

другом?»

«Конечно»,- договорив Мо Тин развернул Тан Нин и

поцеловал её в губы, когда они стояли перед зеркалом, оба были очень

ласковы. Тан Нин могла видеть своё отражение в зеркале; Поцелуй Мо Тина

действительно приносил ей удовольствие. Самое главное, будь он ласковым

или страстным, его губы принадлежали только ей. Одна только мысль о том,

что другая женщина целует его, доставляла ей беспокойство на сердце.

«Достаточно, а то я опоздаю»,- Тан Нин покраснела, когда она мягко оттолкнула Мо Тина.

«Когда ты вернешься домой, тебе лучше подумать о том, как компенсировать мне это»,- Мо Тин освободил её из объятий.

Тан Нин кивнула, целуя Мо Тина в ухо: «Можешь взять любую компенсацию, какую хочешь …»

Выставка

фотографий должна была состояться в 19:00 в одном из заброшенных

парков. Тан Нин прибыла не слишком поздно или слишком рано. К тому

времени в парке уже было множество знаменитых людей. Конечно, среди этих

людей был её наставник, мисс Берта.

Все изо всех сил старались

выделиться, но большинство из них всё же оставались в западном стиле.

Только Тан Нин была одета в очаровательное восточное мини-платье, сразу

привлекая внимание окружающих её людей, в том числе … человека из

Secret, который только что отверг её, Мина.

Она подошла к Тан

Нин с бокалом шампанского и с забавным выражением на лице, прежде чем

она произнесла насмешливым тоном: «Я никогда не думала, что ты будешь

плестись за мной всю дорогу, ради обложки нашего журнала».

Тан Нин нежно усмехнулась: «Я думаю, вы неправильно меня поняли, мисс Мина».

«Я

так не думаю. Ты, очевидно, знала, что наша тема будет восточным

трендом, поэтому ты намеренно оделась вот так и объявилась здесь. К

сожалению, как только я приняла решение, я не изменю его». Мина

подумала, что, когда Тан Нин сказала, что она пожалеет, она имела в виду

её появление в этот момент. Хотя она была действительно прекрасна,

Secret не собирался менять своё решение ради одной модели.

«Кроме

того, президент Тяньи Хань рассказал, что у тебя дурной характер. Судя

по тому, что я вижу перед собой, он прав, ты действительно пользуешься

ситуацией, чтобы продвигать себя».

«Я уже говорила об этом, мой

внешний вид не имеет ничего общего с Secret», — Тан Нин снова

подчеркнула более громким голосом, привлекая внимание мисс Берты.

«Ты действительно приложила немало усилий, неудивительно, что Жосюэ посоветовала мне быть осторожной с тобой».

«Мисс

Мина, вы действительно высокого мнения о себе». После разговора, взгляд

Тан Нин отвлекся на человека, стоящего за Миной, — это была Берта. На

её лице появилась улыбка: «Наставник».

Берта неожиданно

взглянула на Тан Нин, прежде чем она эмоционально схватила её в объятия:

«О, дорогая моя, столько времени прошло. Как ты?»

«Всё хорошо, но наставник, у меня проблемы»,- пояснила Тан Нин.

Услышав

это, Берта вспомнила, почему она изначально подошла сюда, она слышала,

как кто-то спорил. Итак, она выпустила Тан Нин и повернулась к Мине:

«Что это такое?»

Как это могло произойти?

Мина была в шоке. Разве Тан Нин здесь не потому что она хотела вернуть своё место на обложке?

Откуда она знает редактора Royal Magazine? И они так близки?

Тан

Нин не сдержалась, она объяснила весь инцидент Берте. Услышав все,

Берта почувствовала, что люди в «Secret» сошли с ума. Она выпустила весь

свой гнев на Мину: «Вот почему ваш журнал пребывает на самом дне. Как

вы смеете отказываться от самой драгоценной модели и выбрать модель

B-класса, но так гордиться собой? Боже, это смешно. Знаете ли вы,

сколько наград получили Кира, когда она шла по подиуму во Франции?»

«Она … разве она не новичок?» Мина была ошарашена.

«Она

появилась на шоу мастера Бонн, она была в самом финале. В то время ей

было всего 17, а ты тогда всё еще была никем!»,- договорив, Берта

ласково обняла Тан Нин: «Моя прелесть, не расстраивайся. Просто дай мне

знать, на чью обложку ты хочешь».

Мина с недоверием наблюдала,

как эти двое уходили. Её кровь вскипела. Поскольку она послушала Хань

Жосюэ, она отказалась от Тан Нин. Она не могла поверить, что она была

настолько глупа.

Она не могла этого допустить, ей нужно было вернуть Тан Нин.

У Мины была только одна новая цель, она позабыла, что она говорила ранее, о том, что она не передумает ради одной модели.

Тан

Нин не оглянулась на Мину, потому что она уже могла догадаться, о чем

сейчас думала та. Она отвернулась от предложения Берты, когда она начала

рассказывать обо всем, что с ней случилось за последние несколько лет:

«Наставник, я ясно понимаю своё положение прямо сейчас. Я делаю шаг за

шагом, чтобы вернуть то, что мне принадлежит. Я благодарна за ваши

добрые намерения».

«Моя драгоценная, самая важная вещь в жизни —

знать, чего ты хочешь. Никогда не поздно начинать с начала», —

понимающе кивнула Берта.

«Спасибо, наставник».

«Посмотри на себя, ты явно выделяешься в толпе, ты совсем не изменилась».

Услышав

её похвалы, Тан Нин смиренно улыбнулась. Она была скромной, потому что

знала, что в этом мире и помимо неё было так много людей с удивительными

способностями.

После окончания выставки Берта приказала кому-то

сопроводить Тан Нин домой. В этот момент Мина внезапно выбежала и

остановила машину Тан Нин: «Можешь ли ты уделить мне 5 минут?»

«О чем еще мы должны говорить?»,- Тан Нин спросила напрямую.

«Если ты согласишься сниматься для нашей обложки, можешь просить взамен что угодно».

«Даже

если это означает пойти против Хань Жосюэ?» — спросила Нин, глядя в

окно машины. Небрежным, но опасным тоном она добавила: «Я мстительный

человек».

«Как я уже сказала, можешь просить что угодно взамен».

«Тогда … я подожду, пока ты докажешь свою искренность»,- Тан улыбнулась, она закрыла окно машины и попросила водителя уезжать.

Хань Жосюэ, завтра ты поймешь, всё изменилось …

По возвращению в усадьбу, Линь Вэй и Лун Цзе выбежали и

поприветствовали Тан Нин, они взволнованно схватили её за руку. Тан Нин

просто рассмеялась. Она не собиралась разочаровывать их ожидания;

особенно том, кто так помог ей.

Лун Цзе заметила, что взгляд Тан

Нин был сосредоточен на мужчине, сидящем на диване, переворачивающем

документы. Она нахально улыбнулась, когда она подтолкнула Тан Нин к

нему: «Мы не будем мешать, поторопись и составь ему компанию!»

Договорив,

Лун Цзе и Линь Вэй вернулись в свои комнаты. Однако вскоре после этого

Лун Цзе вернулась назад, с телефоном в руках и беспомощно глядя в

сторону Тан Нин: «Хань Юйфань звонит, хочешь ответить?»

Тан Нин быстро взглянула на Мо Тина, прежде чем кивнуть, хватая трубку из рук Лун Цзе.

«Тан

Нин, журнал решил не использовать тебя, так что тебе нужно вернуться

домой. Тебе не следует оставаться в США. Не вини мою сестру в том, что

она беспощадна, она делает это ради Тяньи. Журнал был тобой недоволен,

поэтому ты не имеешь права никого обвинять», — сказал Хань Юйфань, как

бы намекая, что он и его сестра всё сделали правильно.

«Воспользовавшись

мной, ты отшвырнул меня в сторону, а теперь хочешь, чтобы я с радостью

приняла всё это?»,- тон Тан Нин был спокоен, но содержал небольшую

насмешку.

«Почему ты не сдашься? Почему тебе так нужно идти

против Мо Юйжоу? Почему ты не можешь просто отпустить нас?»,-

нетерпеливо спросил Хань Юйфань. Тан Нин чувствовала себя тяжелым и

раздражающим багажом, от которого он отчаянно желал избавиться, но она

просто продолжала плестись за ним.

«С чего бы мне спускать всё

на тормозах?!»,- тон Тан Нин стал твердым: «Я знаю, как работает

индустрия. Сегодня у Мо Юйжоу есть покровители, поэтому она способна на

меня надавить и использует меня себе на пользу. Но это не значит, что

завтра всё так же и останется…»

«У тебя уже нет шансов, просто

сдавайся! Тот факт, что я люблю Юйжоу, не её вина. Моя сестра была

права, ты действительно не знаешь терпимости».

Тан Нин внезапно

сжала левый кулак. Чувствуя изменение её эмоций, Мо Тин протянул свою

ладонь и заключил её в свои теплые объятия.

Хань Юйфань был

действительно бессердечным человеком, иначе он не смог бы обращаться с

Тан Нин таким образом. Он принял её любовь и разрушил её карьеру, теперь

он хотел, чтобы она поддержала его новые отношения — он практически

лишил её всего, что у нее было.

«Твой эгоизм превратит жизнь Мо Юйжоу в ад»,- закончив, Тан Нин повесила трубку и изо всех сил старалась успокоиться.

Мо Тин положил свои документы и взял её за руки.

«Я в порядке. Это нормально, когда меня раздражают, это укрепляет меня».

«Ты увиделась с наставником?»,- Мо Тин больше не настаивал, он сменил тему.

«О,

да, всё прошло гладко. Я также познакомилась с несколькими известными

фотографами. Мо Тин, я была так счастлива … все, чего мне не хватало,

это ты. Я не могла не думать, как было бы прекрасно появиться на таком

мероприятии, держась с тобой за руки».

«У нас ещё будет много шансов в будущем», — сказал Мо Тин.

«Ты

устал, сделать тебе массаж?»,- спросила Тан Нин, опустившись на колени

рядом с ним. Однако прежде чем она успела что-либо сделать, Мо Тин

повернулся к ней, схватил её за руку и поднял на руки; он нёс ее в

горизонтальном положении.

«Я хочу, чтобы ты помассировала мне другую часть …»

«Муженёк…

я не заставлю тебя ждать дольше …». Под лунным светом Тан Нин обняла Мо

Тина, и когда момент был наиболее страстным, она пробормотала: «…

потому что я осознала, когда я думаю как ты целуешь кого-то другого, я

чувствую себя очень неловко».

…

Раннее утро. Штаб Secret.

Мина

еще раз уведомила Мо Юйжоу и остальных о встрече. Вчера они заключили

контракт, сегодня им нужно было официально подписать его.

Мо

Юйжоу хотела как можно скорее принять участие в съемках, потому что

ребенку в животе было уже более 1 месяца. Если будут накладки, люди

начнут что-то подозревать.

Премия «Десять лучших моделей» должна

была состояться через полмесяца. Она хотела использовать результаты

съемок, чтобы получить награду, таким образом, она сможет подняться в

ранге, чтобы стать моделью класса A. Поскольку «Secret» был еженедельной

публикацией, её появление в журнале было бы до церемонии награждения.

Через 5 минут Мина вошла в конференц-зал. Она взирала на Мо Юйжоу и Хань Жосюэ с насмешкой, однако они этого не понимали.

«Мина,

мы готовы к работе. Мы можем начать работу со съемочной площадкой, как

только вы будете готовы. Не волнуйтесь, Юйжоу — чрезвычайно

профессиональная модель, она обязательно выполнит задание, данное

Secret».

«Кроме того, мы уже организовали перелёт для Тан Нин,

она больше не вызовет проблем … ведь вы знаете, что с ней непросто

справиться».

Мина ухмыльнулась, играясь с ручкой в руке: «Что

нам теперь делать? Извините, Жосюэ, к сожалению, я не пригласила вас

сюда не затем, чтобы подписывать контракт … Я … пригласила вас чтобы

снова заменить модель».

Договорив, Мина разорвала контракт Мо

Юйжоу в клочья: «Я больше не собираюсь использовать ни одну из ваших

моделей. Это условие, которое мне дала модель».

Услышав это, Хань Жосюэ сердито хлопнула по столу: «Мина, что ты имеешь в виду?»

Хань Жосюэ никогда не думал, что Secret заберут их слова обратно.

«Ты

не понимаешь, что я говорю? Я сказала, что Мо Юйжоу не получит работу.

Из-за личных проблем вашей семьи, ты предлагаешь мне недостойную модель.

Хань Жосюэ, вот так ты относишься к друзьям?»

«Я не понимаю, о чем ты говоришь», — с удивлением произнесла Хань Жосюэ.

«Хорошо,

позволь спросить тебя: почему ты сказала мне, что Тан Нин — новичок?

Она уже известна во всем мире и получила множество наград. Она даже

ученик редактора Royal Magazine, но ты намеренно сказала мне, что она

новичок. Ты боялась, что я не приму Мо Юйжоу, и ты намеренно опозорила

её? — громко воскликнула Мина.

«Я …»,- Хань Жосюэ растеряла все слова.

«Знаешь ли ты, из-за твоего эгоизма, насколько я была унижена на выставке фотографий прошлой ночью?»

Мина

продолжала обвинять Хань Жосюэ, не считаясь с их прошлой дружбой: «Хань

Жосюэ, меня не волнует, что ты делаешь, когда никто не смотрит, но

избавь меня от своих интриг».

«Но ты не можешь отказаться от неё вот так просто. Ты видела способности Мо Юйжоу…»

«Что

касается этого вопроса … — я уже дала обещание другой модели. Если вы

хотите умолять меня, обратитесь лучше к ней. Если она согласится

работать с Мо Юйжоу, я не против». Мина положила на стол изорванный

контракт и повернулась к своему помощнику: «Она здесь?»

«Да, она приехала».

Услышав

все это, Хань Жосюэ стиснула зубы: «Позвольте мне посмотреть, что это

за модель, которая заставила тебя разорвать наш контракт и разорвать

наши связи».

Хань Жосюэ обернулась и посмотрела на вход в конференц-зал. В это

время Хань Юйфань и Мо Юйжоу также сердито смотрели на дверь. Кто на

этот раз разрушил все их планы?

Мо Юйжоу почувствовала, что её

сердце вот-вот разорвётся от гнева. Нелегко было избавиться от Тан Нин,

но кто бы мог подумать: «богомол преследует цикаду, но за ним крадется

воробей». Она была удивлена, что кто-то другой пытался бросить им вызов.

Атмосфера

в зале заседаний была чрезвычайно напряженной. В этот момент дверь

конференц-зала распахнулась и вошла красивая фигура, которая привлекла

всеобщее внимание.

Тан Нин!

Это на самом деле Тан Нин!

Опять эта Тан Нин!

Хань

Жосюэ сжала кулак; она никогда не думала, что Тан Нин сможет убедить

Мину забрать её слова. Мо Юйжоу и Хань Юйфань одновременно впали в шок.

Это было невозможно, Тан Нин уже убрали со сцены. Как она заставила Secret передумать?

«После

тщательного рассмотрения Secret решил использовать Тан Нин в качестве

нашей модели», — заявила Мина. Затем она снисходительно посмотрела на

трио: «Как я понимаю, она также является моделью из Тяньи, но почему я

чувствую, что ты совсем не счастлива. Возможно ли, что Тан Нин на самом

деле не является вашей моделью?»

«Тан Нин, что за махинации ты

устроила? Почему ты украла обложку, которая принадлежала мне?»,- Мо

Юйжоу не могла сдержать свой гнев.

«Обложка принадлежала тебе?»,-

Тан Нин поддерживал её улыбку, не позволяя никому видеть сквозь её

эмоции: «Ты использовала мою популярность, чтобы отправиться за границу,

ты использовала меня, чтобы создать дискуссию, чтобы отвлечь публику от

вашего скандала; вскоре, когда мы прибыли в США, вы решили избавиться

от меня, вы опозорили меня перед клиентом и подделали моё портфолио.

Итак, скажи мне, эта обложка принадлежит тебе?»

«Я только взяла то, что принадлежало мне по праву, и восстанавливала справедливость, которой я заслужила».

Каждое

слово, появившееся из уст Тан Нин, было четким и точным — полным силы.

Мина, которая изначально неправильно ее понимала, теперь смотрела на неё

с восхищением.

Какой сильный характер!

«Тан Нин, я уже

говорила, это самое важное время для Мо Юйжоу. Все в Тяньи должны помочь

ей преодолеть это препятствие»,- Хань Юйфань сердито напал на Тан Нин:

«Разве ты настолько эгоистична?»

«Причина, по которой она

столкнулась с препятствиями — ты. Я уже говорила об этом, независимо от

того, скол много ты хочешь ее поддерживать, меня не волнует, но … если

она хочет продвинуться, наступая мне на горло — я позабочусь, чтобы она

очень низко упала».

«Тан Нин, Мина упомянула …, Юйжоу все еще

может участвовать в фотосессии Secret. У неё мало времени, скоро

вручение премии десятки лучших моделей».

«Почему я должна

согласиться? Если у нее возникли трудности, это её проблема, почему моя

обязанность помочь ей? Это закон такой?»,- спросила Тан Нин. «Разве

Жосюэ Цзы действительно не может с этим справиться? Заставьте её сняться

для другого журнала …»

«Тан Нин, ты заходишь слишком далеко»,- Хань Жосюэ топала ногами в гневе.

Мине

наскучило наблюдать за тем, как люди из Тяньи сражаются друг с другом.

Она осторожно погладила Тан Нин по плечу и сказала: «Тан Нин, я подожду

снаружи. Скажи мне свое решение через полчаса. Будет ли это сольная

съемка или съемка с тобой и Мо Юйжоу, тебе решать».

«Спасибо, Мина», — кивнул Тан Нин.

«Я попросила нескольких телохранителей стоять на страже у двери, если кто-то предпримет какие-то действия, просто кричи».

Тан

Нин снова улыбнулась и посмотрела на Линь Вэй и Лун Цзе, намекая, что в

этой ситуации она оказалась в выгодном положении. Как только Мина вышла

из комнаты, Хань Жосюэ хлопнула по столу и спросила Тан Нин: «Чего ты

хочешь?»

«Разве так относятся к тому, кого вы просите о помощи

…»,- Тан Нин твердо сказала Хань Жосюэ. «Что наделал твой брат, я

уверена, ты и так уже знаешь. В этой индустрии ясно понятно, что сильные

получают всю поддержку, в то время как слабые скатываются на дно. Я

знаю, что тебе не имеет значения, что я тебе говорю. Поскольку мы оба

ненавидим друг друга, как же мы будем работать вместе? Вы должны

обратиться к кому-то другому».

Глаза Хань Жосюэ покраснели, но в этот момент она ничего не могла сделать.

В

конце концов, она была менеджером другой компании. Тот факт, что она

помогала Тяньи, уже была нарушением её контракта; она не могла открыто

помочь Мо Юйжоу.

Кроме того, шансы не легко было найти.

Поэтому

у неё не было выбора, кроме как смягчить её тон: «Скажи мне, что ты

хочешь, Тан Нин, если зайти слишком далеко, мы оба от этого проиграем».

«Мо Юйжоу сказала, что я украла то, что принадлежало ей».

«Нет,

Мо Юйжоу нуждается в твоих наставлениях», — Хань Жосюэ стиснула зубы,

когда она отвечала Тан Нин. На самом деле она так отчаянно хотела, чтобы

Тан Нин немедленно исчезла с глаз.

Тан Нин чувствовала то же

самое к ней. Однако провокация этих людей заставила её понять, если она

не может договориться ними, она должна сделать выбор в свою пользу.

Итак, быстро взглянув на вызывающее выражение Мо Юйжоу, она подняла

брови и сказала: «Я дам Мо Юйжоу шанс … при одном условии».

«Говори», — сказала Хань Жосюэ, остужая свой гнев.

«Я

хочу, чтобы Тяньи пообещала с этого момента, я работаю, с кем я хочу.

Другими словами, я возьму на себя любую работу, которую хочу, Тяньи не

имеет права вставлять своё мнение. Они также не имеют права

организовывать мне работу, на которую я не согласна», — сказала Тан Нин.

«Это невозможно»,- Хань Жосюэ была тверда: «Какая разница в том, чтобы изменить твой контракт или тебе открыть личную студию?»

«Вы уверены, что у Мо Юйжоу есть время ждать?»

Хань

Жосюэ взглянула на Хань Юйфаня. Они оба посмотрели в пол и задумались

на мгновение. В итоге Хань Жосюэ сказала Тан Нин: «В лучшем случае я

могу только позволить тебе высказывать своё мнение. Другими словами, мы

не будем организовывать тебе работу, если ты не знаешь. Что касается

личного выбора клиентов, компания определенно должна держать всё под

контролем, иначе, если ты случайно захочешь работать с дешевыми

ноунеймами, что произойдет с репутацией нашей компании?»

«Тан Нин, ни один артист не может наступить на голову своей компании».

«Компания

может находиться под контролем, но … Мне нужно, чтобы все высшие

руководители присутствовали всякий раз, когда принималось решение,

потому что я больше не доверяю Хань Юйфаню».

«Еще одна вещь … не втягивайте повсюду Мо Юйжоу».

Хань

Жосюэ усмехнулась. Она не верила, что Тан Нин была способна на многое,

все это было просто опрометчивым решением. Как только статус Мо Юйжоу

повысится, Тяньи без колебаний снова ополчится на Тан Нин. Когда придет

время, они создадут проблемы для Тан Нин, она была уверена, что Тан Нин

не сможет вырваться из когтей.

Поэтому она согласилась — сейчас это лучшее решение, которое она могла бы сделать.

«Согласна», — ответила Хань Жосюэ, кивнув головой.

Услышав ответ Хань Жосюэ, Линь Вэй, стоявшая за Тан Нин, была под впечатлением.

Потому

что в этот момент Тан Нин перевернула все с ног на голову и сейчас

наступила Хань Жосюэ на горло — она действительно была необычным

артистом. Она не просто показывала характер, вместо этого она прямо

подошла к Хань Жосюэ и потребовала свои права!

С этого момента

Тяньи больше не имели права вмешиваться в её работу. Другими словами,

она была частично независима от своего контракта.

Поскольку Тан

Нин слишком хорошо понимала этих презренных людей, ей определенно нужно

было убедиться, что она имеет право принимать свои собственные решения —

она не могла позволить, чтобы случилось то подобное, как с Secret.

Сделанное было лучше, чем просто унизить их.

Мысли Тан Нин были ясны.

Линь

Вэй искренне верила, даже если Тан Нин не имела менеджера и помощника,

она все равно могла далекой пойти. Какой артист имел возможность

руководить своим менеджером? Однако, хотя она всё понимала, Линь Вэй все

же не желала бросать Тан Нин. Ей было чему поучиться у Тан Нин.

Особенно,

когда Тан Нин сказала, что она просто восстанавливает справедливость,

которой она заслуживает, она задела струнки души Линь Вэй. Она не

верила, что в этой индустрии существует справедливость, но Тан Нин была

другой … её не беспокоила мысль о том, чтобы поделиться сценой с Мо

Юйжоу. Со способностями Тан Нин, убрать Мо Юйжоу было очень легко.

Тан Нин надеялась пригласить Мо Юйжоу к честной борьбе.

В

конечном счете, теперь, когда обе стороны пришли к соглашению, Тяньи

больше не могли самовольно планировать работу Тан Нин. Отныне заказы Тан

Нин должны были бы пройти через голосование совета директоров компаний.

Под их наблюдением Хань Юйфань больше не сможет скрывать правду от

масс. Отныне контракты, которые предложили Тан Нин, могли принести им

так много денег … они просто не могли от них отказаться.

Тем временем Тан Нин согласилась на совместную фотосессию Secret вместе с Мо Юйжоу.

Услышав решение Тан Нин, Мина была удивлена её готовностью принять Мо Юйжоу.

«Тан

Нин, ты меня действительно удивляешь. Я с нетерпением жду тебя на

передней обложке. Что касается предыдущего раза, когда я недооценила

тебя, мне очень жаль».

«Все в порядке»,- Тан Нин дала понять,

что её это не беспокоило. Тан Нин хорошо понимала этих деловых людей, и,

следовательно, она знала, что было выгоднее договариваться с ними, чем

ругаться.

«Я желаю, чтобы наше сотрудничество прошло успешно».

Перед

уходом Хань Жосюэ и остальные впивались взглядом в Тан Нин. Отныне

семья Хань и Тан Нин действительно пошли разными путями.

Когда

они выходили из Secret, Хань Жосюэ дала Тан Нин предупреждение: «Я не

знаю, слишком ли ты умна или слишком глупа. Тан Нин, даже если раньше ты

была знаменитой, это все в прошлом. Осторожно выбирай против кого

пойти, чтобы получить такую небольшую выгоду, особенно когда у тебя нет

сильной поддержки. Хотя ты и получишь удовольствие в эти несколько дней

счастья, оно долго не продлится».

«Тебя это заботить не должно», — спокойно ответила Тан Нин.

Лун

Цзе ухмыльнулась, идя позади. Тан Нин имела на своей стороне Мо Тина;

даже если Тан Нин не имела ничего другого, она все еще была женой

генерального директора Хай Жуй Энтертейнмент. Подождите, пока не

откроется истина, вы, идиоты, будете в шоке.

«Тан Нин, я всё ещё

помню все хорошие моменты, которые у нас были, но после сегодняшнего

всё, что у меня есть к тебе, — это отвращение», — сказал Хань Юйфань,

пока Мо Юйжоу была в его объятиях. Взгляд в его глазах был холодным и

наполненным ненавистью.

Мо Юйжоу была очень довольна, это был

первый раз, когда Хань Юйфань всерьез выразил свою ненависть к Тан Нин.

Это также означало, что отныне не было ни единого шанса, что они

вернутся друг к другу…

Для Тан Нин это был последний удар …

…

так думала Мо Юйжоу, а Тан Нин в этот момент просто рассмеялась: «Я

думала, ты давным-давно почувствовал моё к тебе отвращение».

Спокойный

отклик Тан Нин заставил Лун Цзе и Линь Вэй рассмеяться. Впоследствии

трое сели в свою машину и пропали из поля зрения, не оглядываясь.

«А-а-а-а

…»,- Лун Цзе с удовлетворением воскликнула: «Вот это было шоу, ха-ха.

Сегодня вечером я должна выпить шампанского, чтобы отпраздновать. От

того, что кто-то прищучил Хань Жосюэ, мне хочется сфотографировать её

рожу и показать ей насколько она уродлива».

Линь Вэй

повернулась, чтобы посмотреть на Тан Нин. Были вещи, которые она хотела

бы знать: «Все это было частью твоего плана, чтобы они дали тебе право

голоса?»

«Если бы я этого не сделала, они продолжили бы

использовать меня. Поэтому я должна была получить право высказывать своё

мнение». Тан Нин посмотрела на дополненный контракт, написанный Хань

Юйфанем, и тщательно проанализировала, были ли в нём какие-то

недостатки. Она осознала, что не понимает многих юридических терминов;

Мо Тин должен был бы справиться с этим.

«Значит… ты собираешься убрать Мо Юйжоу со сцены?»,- Линь Вэй не знала, что Мо Юйжоу была беременна.

«Время еще не пришло …»

Линь

Вэй посмотрела в глаза Тан Нин и перестала задавать вопросы. Если Тан

Нин ей что-то должна сказать, она скажет это рано или поздно. Прямо

сейчас единственное, что могла сделать Линь Вэй, это убедить Тан Нин

больше доверять ей. Это был единственный способ, чтобы их связь стала

нерушимой.

«Ха-ха! Мо Юйжоу на самом деле хочет потягаться с тобой. Тан Нин, покажи ей её место!»

Конечно,

не было смысла загадывать слишком далеко. Фотосессия Secret была самым

важным событием, и все фанаты хотели посмотреть, кто лучше.

По

возвращению в усадьбу, Мо Тина еще не было дома. Три женщины сидели в

гостиной и небрежно пили красное вино: «Тан Нин, может, приготовишь для

нас что-нибудь? Мне так надоедает американский фаст-фуд».

«Но я не хочу ничего делать …»,- Тан Нин лениво прислонилась к дивану.

«О мой Бог, нам еще целую неделю есть стейки, жареную картошку и гамбургеры …»

«Попросите моего мужа приготовить …»,- Тан Нин улыбнулась: «Но я не думаю, что вам двоим что-то достанется».

«Ты хочешь сказать, что большой босс умеет готовить?»,- Лун Цзе выглядела так, будто она только что сделала огромное открытие.

«Он не так уж плохо готовит».

«Тан

Нин … Тан Нин, пожалуйста, окажи нам честь попробовать его кулинарию

…»,- Лун Цзе присоединилась к ней с полной искренностью — она хотела

знать, действительно ли большой босс был таким: «Просто небольшой укус,

небольшого кусочка достаточно».

«Это не сложно», — в это время

позади них голос раздался Мо Тина. Тан Нин посмотрела на него — под

лучами солнца его красивое лицо было неотразимым. «Чтобы отпраздновать

очередную победу Тан Нин, готовлю я. Однако отныне, если кто-нибудь

попросит Тан Нин снова пойти на кухню, я не буду к ним добр».

Не слишком ли наш большой босс опекает её? Лун Цзе была напугана,

чтобы что-то сказать, она только подумала про себя. С другой стороны,

Тан Нин нежно рассмеялась – бережное отношение Мо Тина грело её сердце,

как солнце в зимний день.

Тан Нин поделилась результатами

встречи в Secret, передав дополненный контракт Мо Тину. Мо Тин сел на

диван и мягко провел рукой по её волосам. Сцена была настолько

естественной и трогательной — как самая красивая картина на свете.

«Индустрия

развлечений меняется так же часто, как ветер и облака, поэтому трудно

предсказать, что будет завтра. Хань Жосюэ, должно быть, всё еще мечтает о

возвращении Мо Юйжоу, поэтому она так легко согласилась изменить

контракт. Она, должно быть, думает, что когда Мо Юйжоу успешно вернется

на сцену, она легко сможет раздавить тебя».

«Верно, я только что

просматривала новости и искала имя Мо Юйжоу. Все результаты поиска были

о битве между ней и Тан Нин. Все так называемые «эксперты» из интернета

начали сравнивать их работы. Они заявили, что если бы они делили одну

сцену на двоих, Тан Нин была бы второй после Мо Юйжоу. Они также

заявили, что Мо Юйжоу — самая красивая восточная модель и что у неё есть

возможность начать восточный тренд … »

«Этого им показалось

недостаточно, они даже взялись сравнивать разные части их тел, говоря,

что, помимо ног, у Тан Нин нет никакого преимущества ни в каком другом

аспекте».

«Они всегда это делают, чтобы создать шумиху. Просто позволим Мо Юйжоу наслаждаться ею, пока она может».

Мо

Тин молчал, когда его обсидиановые глаза загорелись от удовольствия.

Тан Нин быстро взглянула на Мо Тина и качнула коленом, затем она

спросила: «Ты думаешь о том же, что и я».

«Пусть её самоуверенность убьет её», — легко ответил Мо Тин.

Тан

Нин крепко взялась за руку Мо Тина. Как и ожидалось, у неё был только

один человек, который полностью её понимал и не требовал от нее тратить

время и силы, чтобы объясниться.

«Когда придет время, нам не

нужно будет ничего говорить … все, что нужно, это чтобы ты показала свои

навыки, и это будет лучшим ходом».

Линь Вэй выслушала Мо Тина, а

затем посмотрела на Тан Нин. Перед Хань Юйфанем Тан Нин была колкой,

как еж, — никто не мог приблизиться, чтобы воспользоваться ею. Однако

перед Мо Тином Тан Нин была деликатной маленькой женщиной, которая

нуждалась в муже и защитнике. Она не зависела от Мо Тина, но она

внимательно прислушивалась к его мнению. Казалось, только Мо Тин мог

сделать ее полностью покорной.

Для всех Тан Нин была сильной и

крепкой; только перед Мо Тином она проявила свои слабости — она

определенно относилась к нему по-другому.

«Эта супружеская пара … идеальная партия»,- подумала Линь Вэй.

Глядя

на команду, собравшуюся перед ней, в глубине души Линь Вэй уже с

нетерпением ждала чудо, которое Тан Нин устроит для Secret.

Что

касается самоуверенной Мо Юйжоу, ей было любопытно, как Тан Нин теперь

сможет её уничтожить, когда Хань Жосюэ задрала своё эго так высоко.

На

кухне Мо Тин уже закатил рукава и был занят приготовлением ужина. В

этот момент Тан Нин только что закончила мыться и надела рубашку Мо

Тина, она медленно приближалась к нему сзади и обняла его: «Тин …»

«Здесь жирно и всё в дыму, иди, жди снаружи»,- Мо Тин сосредоточился на рыбе в его руках.

«Что

же мне делать? Ты так добр ко мне, меня это пугает», — сказала Тан Нин,

наклоняясь ближе к спине Мо Тина: «Ты знаешь, когда дело касается

отношений, мне все ещё тревожно, быть может однажды ты бросишь меня и

убежишь… »

«Ты собираешься просто стоять и смотреть, как я

ухожу? Если этот день действительно наступит, Тан Нин, столь амбициозная

в своей карьере, и не найдешь храбрости ухватиться за меня? Мне также

иногда нужно чтобы меня уговаривали …»

Услышав последнее

предложение Мо Тина, Тан Нин нахально улыбнулась, схватив одну из его

рук. Затем она медленно расстегнула верхние две пуговицы его рубашки,

чтобы слегка раскрыть его грудные мышцы, прежде чем уткнутся головой в

его грудь. Из рубашки виднелись только её глаза …

«Ты действительно мешаешь мне готовить»,- Мо Тин рассмеялся.

Услышав его слова, она внезапно повернулась, её холодные губы плотно прижались к его груди: «Ты имеешь в виду … это?»

Мо

Тин спокойно отмыл свои руки от рыбы, прежде чем крепко обхватить Тан

Нин руками: «Ты собираешься дать мне десерт перед ужином?»

Палец Тан Нин рисовал круги внутри рубашки Мо Тина: «Я достаточно сладкая для тебя?»

Мо

Тин затаил дыхание, когда он вытащил из рубашки пальцы Тан Нин. Затем

он поднял её подбородок и крепко приложился губами к её губам: «Мне

нужно будет попробовать, чтобы узнать…»

Мо Тин любил, как у Тан

Нин было так много разных сторон, когда дело доходило до таких моментов,

— это так отличалось от её обычной мягкости. Иногда она была

очаровательна; иногда она выходила из-под контроля; иногда она

расслаблялась. Как бы она ни действовала, результат был один и тот же —

она всегда заставляла его хотеть её.

Их языки танцевали под

аккомпанемент недвусмысленных вздохов — ужин стал намного более

приятным. Рука Мо Тина прижалась к ногам Тан Нин.

Это напомнило ему … пришло время устроить ей еще один сюрприз, который он подготовил …

К

тому времени, когда ужин был готов, прошло 2 часа. Увидев перед собой

целый пир, слова «неожиданность» было недостаточно, чтобы описать

чувства Лун Цзе … никогда бы она не ожидала, что знаменитый генеральный

директор Хай Жуй, большой босс индустрии развлечений был настолько

внимательным — неудивительно, что Тан Нин так охотно отдала ему свою

преданность.

«Спасибо, большой босс, за эту награду!»

«Контролируй

свои импульсы касательно этой еды», — Тан Нин не могла сдержаться и

хихикнула. «Откуда ты узнала, о чём я думаю? Какая удача …»,- Лун Цзе

потерла руку Тан Нин. «Кстати, что вы с большим боссом делали на кухне

аж 2 часа?»

«Поспеши и ешь. После ужина у нас есть кое-что важное»,- Мо Тин быстро сменил тему.

«Что ты запланировал?»,- Тан Нин интересовалась.

«Узнаешь,

когда время придет …»,- Мо Тин ласково провел рукой по её волосам. Лун

Цзе и Линь Вэй позавидовали ей; по их наблюдениям никто больше в этом

мире не мог сделать Тан Нин такой послушной и полной восхищения.

Однако, самый большой сюрприз вечера был ещё впереди …

После ужина Мо Тин повёл Тан Нин в гостиную усадьбы. Когда они добрались, там их уже ожидали несколько американцев.

Тан Нин не понимала, каков был замысел Мо Тина, но Мо Тин мягко утешил её: «Не нужно нервничать».

Вскоре

после этого главный американец вышел вперед и заговорил Мо Тином. Тан

Нин слушала их разговор и, наконец, поняла, что происходит — Мо Тин

хотел приобрести страховку для её ног.

Среди известных людей

было обыденностью страховать части своего тела, но … они в основном

делали это, чтобы привлечь внимание, поэтому Тан Нин быстро схватилась

за Мо Тина, «Мо Тин … я не …»

«Не переусердствуй, твои ноги

нуждаются в защите, потому что это самые красивые ноги, которые я

когда-либо видел в этой индустрии…»

«Но …»,- Тан Нин все еще колебалась.

«Послушай

меня»,- Мо Тин подтолкнул её к оценщику. «Ты никогда не позволяла мне

что-либо для тебя сделать. Ты собираешься лишить меня права оформить

тебе страховку?»

Тан Нин не могла отказать. Хотя её ноги были

прекрасны, в данный момент она была не очень-то знаменита, поэтому она

предположила, что цена не будет слишком высокой. Имея это в виду, Тан

Нин прекратила сопротивление и позволила оценщику выполнить его работу.

Однако

… прежде чем оценщик мог сказать своё слово, вмешался Мо Тин:

«Независимо от того, какова конечная оценка, я хочу увеличить страховую

сумму в десять раз».

Если это так …

… тогда это будет более 100 миллионов долларов!

Спокойно

стоя в стороне, Линь Вэй и Лун Цзе были повержены в шок от того, что

они увидели. Самое главное, Мо Тин устроил это не чтобы привлечь

внимание, он просто помогал Тан Нин.

Мо Тин действительно баловал её!

Тан

Нин сохраняла молчание все это время, но в её голове проносились

миллионы мыслей. Однако Мо Тин обнял её за плечо и сказал: «Эта

индустрия хаотична и небезопасна, я не могу гарантировать, что через 10

или 20 лет Хай Жуй будет по-прежнему успешной. Поэтому я хочу сделать

всё, что я могу и дать тебе спокойствие. Я хочу, чтобы дальнейший путь

был безопасен».

«Тогда почему бы тебе не застраховать самого себя?»,- слезы медленно выступили из глаз Тан Нин.

Мо Тин наклонился и усмехнулся: «Потому что у меня нет красивых ног, как у тебя …»

В

тот момент, в прекрасно освещенной комнате, среди всего окружения Тан

Нин могла видеть только Мо Тина, который делал для неё вещи, ничего не

ожидая взамен.

«Ты хоть знаешь, сколько обещаний я даю сама себе, из-за того, что ты сделал?»

«А?»

«Я пообещала себе, что никогда не брошу этого мужчину, пока не умру»,- серьезно ответила Тан Нин.

Мо

Тин рассмеялся со своей обычной уравновешенностью и обаянием. Если это

было нечто, что он посчитал нужным, он был бы готов отказаться от всего

без сожалений — Тан Нин была первым человеком, который заставлял его

делать что-то, не требуя ничего взамен …

Такова была жизнь: один мужчина растоптал её сердце, а другой относился к ней как к сокровищу.

«Тан Нин теперь ходячая драгоценность …»,- Лун Цзе тихо прошептала Линь Вэй.

«Она застрахована более чем на 100 миллионов долларов … этого достаточно, чтобы купить всю Тяньи».

«Ты

не знаешь, как я искушаюсь поблагодарить Хань Юйфаня за то, что он

избавил нашу Тан Нин от свадьбы с ним»,- Лун Цзе подмигнула Линь Вэй. «Я

хочу, чтобы он взял эту бесстыдную второсортную модель и убрался с

нашего поля зрения…»

«Хань Юйфань наверняка никогда не

представлял ситуацию, как он строит козни против Тан Нин, когда за ней

стоит кто-то, кто хочет вложить в нее 100 миллионов долларов».

…

Действительно,

по мере приближения съемок для Secret Хань Юйфань бесконечно выходил на

китайские СМИ — пытаясь посодействовать Мо Юйжоу как можно больше. Он

публиковал заявления о том, что Мо Юйжоу оказалась лучше всех, и Мо

Юйжоу предстала в лучшем свете. Для сравнения, Тан Нин, которая также

публиковала заявления, упоминалась всего пару раз и всякий раз, когда

она упоминалась, там было всего лишь несколько строк.

Поклонники

стали беспокоиться. Члены официального фан-клуба несколько раз

связывались с Линь Вэй, чтобы расспросить её, как дела у Тан Нин, но Тан

Нин всегда велела ей сохранять спокойствие.

Линь Вэй всё

понимала. В США журнал Secret был всего лишь третьесортным изданием, не

было необходимости поднимать шумиху — это только выставило бы Тан Нин

недальновидной.

Итак, Линь Вэй просто ответила 4 словами: Верьте в Тан Нин.

После

этих 4 слов поклонники Тан Нин почувствовали облегчение. Судя по тому,

как Тан Нин справлялась ранее, они знали, что она не высовывается раньше

времени и к тому же самодостаточна; независимо от того, что случилось,

хорошего или плохого, она ясно понимала, чего хочет, и всегда имела

план.

«Президент Хань, дома, поддержка Мо Юйжоу увеличилась ещё больше …» Помощник Мо Юйжоу сказал, глядя на комментарии в Интернете.

«А как реакции на Тан Нин?» спросил Хань Юйфань.

«Благодаря

пиарщикам Жосюэ Цзэ, мы успешно использовали Тан Нин для повышения

популярности Юйжоу, а затем мы использовали имена видных знаменитостей,

чтобы повысить ценность Юйжоу, поэтому последние анонсы, которые мы

выпустили, естественно, не упоминали Тан Нин. Хотя мы обидели некоторых

поклонников, но имя Тан Нин лишь висит на фоне Мо Юйжоу».

«Это

результат объявлений …» Хань Жосюэ посмотрела на путь, который она

прокладывала для Мо Юйжоу, и ухмыльнулась: «Сейчас мы имеем интерес и

популярность, однако … чтобы поистине победить Тан Нин, мы должны

подождать результата фотосессии Secret. Если выступление Юйжоу будет так

же хорошо, как и наши результаты, тогда как только мы вернемся домой,

Тан Нин больше не будет нам мешать… »

«Я уверена», — Мо Юйжоу

говорила немногим людям перед ней: «Я видела шоу Тан Нин. Я не думаю,

что я хуже её. Плюс, не забывайте, раньше она была моей заменой».

Конечно, Мо Юйжоу понятия не имела, что чтобы подражать ей, Тан Нин пришлось резко отказаться от своих стандартов.

«Что

касается съемок, я подёргаю за ниточки. Я устрою для тебя основной

фокус. Юйжоу, не забудь тщательно поразмыслить о том, как можно передать

тему восточного тренда».

«Я подумаю об этом».

«Это

будет твой первый раз, когда ты делишь сцену с Тан Нин. Ты должна знать,

что на кону не только твоя репутация. Если ты потерпишь неудачу, вся

Тяньи будет унижена. Что касается Хань Юйфаня, люди в конечном итоге

засомневаются в его суждениях, так что в этой битве ты должна победить»,

— сказала Хань Жосюэ.

«После вчерашнего унижения я обязательно

отомщу», — решительно сказала Мо Юйжоу. Из-за её роста популярности она

теперь была полна уверенности.

Завтра у нее и Тан Нин будет битва не на жизнь, а на смерть!

[Мо Юйжоу Vs Тан Нин], [Богиня моды против стареющей модели], [Тан

Нин и Мо Юйжоу: соперницы в одном кадре]; это были самые горячие

заголовки, что Лун Цзе нашла утром. Она, конечно же, знала, что все это

было усилиями Хань Жосюэ, чтобы поднять репутацию Мо Юйжоу. Эпоха

Интернета была таковой: только вчера Мо Юйжоу была изменщицей, но

сегодня шлюха стала богиней — она была идеальной моделью в их глазах.

Это была индустрия развлечений, где никто не мог предсказать, что будет с

ними на следующий день.

Тяньи поставили всё на Мо Юйжоу …

«Ради Мо Юйжоу мудила готов на всё. Я слышала, что вам двоим устроят

интервью перед съемками», — Лун Цзе, к своему неудовольствию, увидела

фотографии в сети. Она выразила свою озабоченность: «Тан Нин, ты

действительно ничего не собираешься предпринять? Посмотри на Мо Юйжоу, у

нее 3 выступления в день, она общается со своими поклонниками, и у нее

есть команда — она теперь выглядит как международная суперзвезда».

«Она

выходит из ряда самых известных международных супермоделей, это

нормально, что к ней относятся как к суперзвезде», — Тан Нин сидела в

машине, просматривая предыдущее издание журнала Secret. «Сегодня вы двое

должны научиться манерам».

«Нечего хвалить её!»,- Лун Цзе не

понимала, что имела в виду Тан Нин. Тем временем Линь Вэй уже уловила её

намёк, она повернула голову к Лун Цзе и напомнила ей: «Ты забыла, что

Тан Нин сказала вчера вечером?»

Лун Цзе некоторое время подумала, прежде чем вспомнить: «О да, пусть её самоуверенность убьет её».

Это

был распространённый трюк, используемый в индустрии. Многие агентства

использовали этот метод, чтобы преподать своим артистам урок, особенно

тем, кто был высокомерен, получив немного славы. Они подтолкнули бы их к

вершине, заставили бы их и других полагать, что они были на вершине

мира, затем они сбрасывали их с их пьедестала и давали им понять, что

они были всего лишь крошечным пятнышком в мире — маленьким, как муравей.

Поскольку Мо Юйжоу так сильно хотела оказаться на вершине мира,

они бы позволили ей побыть там. Хань Жосюэ уже создала для неё

достаточно врагов …

Конечно, Хань Жосюэ сделала всё, чтобы

убедить Мо Юйжоу, что у неё не было выбора, кроме как полагаться на

Тяньи; это был сигнал о том, что, когда она прославится, ей лучше не

помышлять о том, чтобы найти другую компанию.

«Хань Жосюэ действительно хорошо вложилась в Мо Юйжоу. Очень жаль, способности Мо Юйжоу не соответствуют её амбициям».

«Будет

ли она и дальше поддерживать ее, увидим после съемок», — Тан Нин была

спокойной, как и обычно, это было её обычное выражение, когда она не

была рядом с Мо Тином — никто не мог понять, о чём она думает. Её улыбка

была маской, которую она носила, чтобы сопротивляться всей грязи мира.

Вскоре

они прибыли в штаб Secret. Тан Нин сопроводили в зал ожидания, который

был подготовлен журналом — конечно, эту комнату нужно было разделить с

Мо Юйжоу.

Стилист Secret быстро измерила тело Тан Нин, похвалив

её пару потрясающих ног. Впоследствии она передала Тан Нин традиционное

китайское платье: «Судя по вашей личности, я чувствую, что вам лучше

надеть одежду более светлых цветов».

Тан Нин улыбнулась предложению стилиста, у неё не было никаких замечаний.

Вероятно,

это было потому что они принадлежали разным профессиям, они думали не

одинаково, так что Лун Цзе все еще не могла не встрять: «Наша Тан Нин

может справиться в любой одежде, которую вы ей даете, она не

прихотлива».

В этот момент в комнату вошла Мо Юйжоу в

сопровождении своего помощника. Увидев Тан Нин перед зеркалом, она

воспылала к ней с яростью. У неё было гордое выражение на ее лице, когда

она схватила помаду в руке Тан Нин и сказала: «Должно быть, ты слишком

привыкла к тому, чтобы быть заменой без выбора одежды, поэтому ты

забыла, как быть прихотливой».

Договорив, Мо Юйжоу направилась к

стойке с одеждой. Указывая на несколько предметов одежды, она

повернулась к дизайнеру и сказала: «Я хочу попробовать всё».

Мо Юйжоу действительно хорошо разбиралась в одежде, потому что понимала, это дополняет её тело.

Тан

Нин же действительно не знала, как выбрать одежду, потому что … она

чувствовала, что она должна быть в состоянии справиться с любой —

главное, это её присутствие. Показы мод во всём мире не подстраивались

под одну конкретную модель, и это было нормальным явлением, когда не

было времени проверить, подходит ли одежда к модели…

Итак, что бы они ни надели, они выступают … независимо от того, идёт им их облачение или нет.

Из-за этого у Тан Нин был свой уникальный способ выступления во всех видах одежды.

«Наша

Юйжоу — не какая-то стареющая модель. В этой профессии выбор одежды —

это серьезный вопрос, как ты можешь быть неизбирательной?» Помощник Мо

Юйжоу добавил.

«Независимо от того, что надевает изменщица,

разве это не просто новый костюм голого короля? В глазах мужчин,

неважно, что на тебе надето, ты всё равно голая … зачем долго думать над

нарядом?»

«Ты…»

«Юйжоу, не сердись, это вредно для организма», — успокаивал её помощник. «Интервью вот-вот начнется, приготовьтесь …»

Тан Нин повернулась лицом к Линь Вэй и Лун Цзе, и только тогда она прошептала: «Мы тоже идём».

Интервью

было запланировано на 9 утра, текущее время — 8:40. Поскольку оно

должно было идти в прямом эфире, Хань Юйфань отвёл их в сторону, чтобы

напомнить им: «В такой ситуации вам лучше подумать, прежде чем говорить.

Я уверен, что вы обе знаете, что вы должны и не должны говорить.

Особенно ты, Тан Нин, контролируй себя, всё будет транслироваться в

прямом эфире. Если ты начнешь выливать туда любой негатив, мы не сможем

справиться с последствиями, и я не понимаю, какая тебе от этого польза».

«Что касается выступления на одной сцене, вам обеим лучше подготовиться и сосредоточиться на обложке журнала».

«Не беспокойся Юйфань. Я просто подозреваю, что у кого-то есть недобрые намерения», — сказала Мо Юйжоу, обнимая Хань Юйфаня.

«Я

сделаю все возможное», — Тан Нин ответила спокойно. Но, после недавних

инцидентов, Хань Юйфань немного испугался, видя спокойствие Тан Нин …

чем больше она скрывала свои эмоции, тем больше схем она скрывала в

рукаве. Он действительно хотел узнать, в какой момент Тан Нин что-нибудь

выкинет.

«Юйфань, пойдем …» Мо Юйжоу взяла его за руку, она не выдерживала, когда взгляды Хань Юйфаня и Тан Нин пересекались.

Хань

Юйфань бросил взгляд на Тан Нин. Если бы Тан Нин хорошо вела себя

сегодня, в будущем … когда Мо Юйжоу вернется на пик своей популярность,

он рассмотрит возможность дать ей шанс.

Все трое вошли в комнату

для интервью, но только Тан Нин и Мо Юйжоу сели на сиденья. Хань Юйфань

спокойно встал среди репортеров. Если Тан Нин сделает какие-нибудь

глупости, откуда он стоял, он мог быстро выскочить и взять ситуацию в

свои руки…

Но сегодня Тан Нин собиралась сделать неожиданный ход.

«В этот день я очень рад возможности взять интервью у двух азиатских

красавиц. Приветствую Тан Нин и Мо Юйжоу!»,- репортер свободно говорила

на английском, приветствуя этих двух. В этот момент Мо Юйжоу должна была

промедлить с ответом, чтобы послушать переводчика. Однако ответить она

могла только по-китайски. С другой стороны, английский Тан Нин был столь

же беглый, как у репортера, поэтому она легко общалась с ней. В одно

мгновение репортер почувствовала более тесную связь с Тан Нин.

«Я

знаю, что вы обе заработали большую популярность из-за вашей

предстоящей« битвы ». Я хочу знать, касаемо этого сотрудничества, что вы

думаете об этом?»

Выслушав сложный вопрос репортера, Хань

Юйфань забеспокоился, что Тан Нин скажет что-то негативное, но Тан Нин

продолжала улыбаться, когда она отвечала: «Я уважаю каждую работу,

которую я делаю … это мое отношение к вещам».

«Я тоже»,- Мо Юйжоу последовала за Тан Нин, легко избегая необходимости отвечать самостоятельно.

«Хорошо, как вы относитесь друг к другу?»

Еще

один чрезвычайно сложный вопрос. Хань Юйфань чувствовал, как он

обливается холодным потом, потому что в это время, если Тан Нин захочет

наступить на горло Мо Юйжоу, у него не было бы возможности остановить

её. Но, кто бы мог ожидать, подумав мгновение, Тан Нин наконец ответила

одним словом:

«Уверенная».

Для большинства людей это

звучит как комплимент, но на самом деле Тан Нин издевалась над ней.

Поскольку Мо Юйжоу всегда много думала о себе, в этот раз ей показалось,

что Тан Нин серьезно восхваляла её. Ее выражение стало более

горделивым, когда она посмотрела на Тан Нин. Как будто в этой ситуации у

Тан Нин есть выбор плохо себя вести?

Хань Юйфань вздохнул с

облегчением. Репортер посмотрел на Мо Юйжоу. Первоначально она думала,

что ответит самым подходящим образом, однако её ответ потряс всех: «Тан

Нин в моих глазах, не очень скромна …»

Не очень скромна!

Сердце

Хань Юйфань замерло, он едва сдержался, чтобы не выбежать на сцену.

Неужели Мо Юйжоу забыла свои мозги в отеле? Или в последнее время её так

перехвалили за то, теперь она думает, что может делать все, что

захочется?

Все были удивлены ответом Мо Юйжоу.

Мало того, что они никогда не видели такого высокомерия у модели, они также подозревали, что у нее почти отсутствующий EQ.

Для сравнения, ответ Тан Нин был хорошо продуман.

Репортер

застыла на мгновение, не зная, как восстановить разговор. В этот момент

Тан Нин плавно продолжала говорить и спасла неловкий момент: «Мисс Мо

даже появилась в одной статье с старшей Хо, я определенно не настолько

способна, мне еще многое предстоит узнать».

Старшая Хо, о

которой говорила Тан Нин, была печально известной супермоделью Хо Цзин

Цзин, которая ранее появлялась на подиуме Виктории Секрет — все

журналисты знали её. В то же время репортеры могли понять, что Тан Нин

просто была вежлива, потому что … если бы Мо Юйжоу действительно была

такой выдающейся, она не появлялась бы в простом третьесортном издании.

Мо Юйжоу продолжала уверенно улыбаться. После того, как её похвалила Тан Нин, её выражение стало ещё более самодовольным.

«Из

того, что вы говорите, выходит, мисс Мо должна быть впечатляющей».

Репортер благодарно посмотрела на Тан Нин, когда она последовала её

примеру и похвалила Мо Юйжоу.

Это было короткое 20-минутное интервью, но сердце Хань Юйфаня почти выпрыгнуло из его груди, пока он стол в стороне.

Изначально он беспокоился о Тан Нин, но сегодня Мо Юйжоу разочаровала его.

«Юйжоу, почему ты уколола Тан Нин во время интервью?»,- после окончания интервью Хань Юйфань сердито спросил Мо Юйжоу.

«Юйфань,

почему ты так держишься за Тан Нин? Это была наша возможность выбить её

из седла, и конечно, я не собиралась упускать её, я уже получил от нее

столько негатива, я должна была отомстить».

Стоя в стороне, Тан Нин наблюдала их спор с ухмылкой на лице. Увидев её выражение, Хань Юйфань почувствовал себя неловко.

«Не говори мне, что в глубине души ты на самом деле думаешь, что я не сопоставима с Тан Нин или Хо Цзин Цзин».

Хань

Юйфань не имел другого выбора, кроме как схватиться за лоб. Мо Юйжоу

иногда была умна, но временами очень глупа — особенно после того, как

люди хвалили её. Вот почему Тан Нин заявила, что Мо Юйжоу была

уверенной.

«Хорошо, пришло время подготовиться к фотосессии. В

этой битве ты должны победить, нет места для проигрыша, иначе … у тебя

не будет шансов на награду Десяти моделей», — напомнил Хань Юйфань.

«Не волнуйся …» Мо Юйжоу была полна решимости победить.

Между

тем, по другую сторону комнаты, Тан Нин получила телефонный звонок от

Мо Тина: «Я смотрел интервью … я попросил Лу Че передать копию Хо Цзин

Цзин. Хо Цзин Цзин не обратила внимания, она привыкла к тому, что её все

время сравнивают. Поэтому мы просто передали запись юристам… »

Правильно, Хо Цзин Цзин в настоящее время на контракте с Хай Жуй.

Муж

и жена — одна сатана. Почему третьесортная модель не могла бы быть

поскромнее? Раз она не знала, где остановиться и решила забраться так

высоко, тогда не было другого выбора, кроме как создать ей проблемы.

«Ты действительно …»

«Поскольку у нее хватило смелости запугивать мою жену, ей непременно придется столкнуться с последствиями».

Человек,

который мог контролировать всю индустрию развлечений, определенно не

был обычным персонажем — Тан Нин поняла это давным-давно.

«Ты

только увидел, как она издевалась надо мной», — Тан Нин потеряла дар

речи, она уже подтолкнула Мо Юйжоу на грань невозврата, почему этот

человек ничего не сказал об этом?

«Позже, когда твоя фотосессия

закончится, я заберу тебя»,- Мо Тин нежно рассмеялся; для него все, что

делала его жена, было правильным и заслуживающим поддержки!

Тан Нин тоже засмеялась … она не могла отказаться от заботы Мо Тина.

Впоследствии,

в сопровождении Линь Вэй и Лун Цзе, Тан Нин вошла в зал ожидания.

Поскольку на обложке присутствовали два человека, одежда и макияж Тан

Нин и Мо Юйжоу должны быть очень похожи — эта съемка была вызовом их

навыкам.

В глубине души оба думали о том, чтобы сделать другую своим фоном, но как они собирались разыграть свои карты …

… зависело от их способностей.

Как

обычно, перед съемками Тан Нин была изящной и спокойной — она не

говорила многого. Это придало ещё больше уверенности Мо Юйжоу. Она

чувствовала, что Тан Нин была такой, потому что она знала, что она

недостаточно хороша.

Поскольку тема была «Восточный тренд», две

модели носили традиционные костюмы из двух предметов. Сверху была

красивая рубашка с высоким воротником, застегнутая на шее с

детализированным рисунком на рукавах. От талии до ключицы были

великолепно вышитые цветущие орхидеи. Снизу они носили элегантную

длинную юбку. Как и рубашка, юбка также имела потрясающую вышивку.

Приготовив одежду, выражение Тан Нин всё ещё было пустым, как белый

лист; она пока что находилась на стадии сдерживания.

Между тем, в это время Мо Юйжоу уже щеголяла видом женщины древних времен …

Визажист, как и другие сотрудники, бесконечно расхваливали красоту Мо

Юйжоу. Из-за её очаровательной и энергичной личности Мо Юйжоу требовала

всеобщего внимания. Для сравнения, Тан Нин в работе была тихой и

спокойной. Такая интроверсия, особенно в контрасте с Мо Юйжоу, помогала

людям игнорировать её присутствие и её красоту.

«Мисс Мо, раз уж вы готовы, пройдите в студию, сначала делаем соло-съемку».

Помимо

съемки для передней обложки, в журнале были также сольные фотографии,

поэтому Мо Юйжоу вошла в студию перед Тан Нин. Когда она встала со

своего места перед зеркалом, провокационный взгляд пробрался к ней на

лицо, а так же аура уверенности —похоже, она была уверена в победе. Эту

уверенность определенно не разделяла Тан Нин. В результате, все

сотрудники верили в Мо Юйжоу больше.

Внутри студии. Декорации

были готовы. Под традиционным деревянным окном стоял старый стол. На

столе стояла тонкая сине-белая фарфоровая ваза, в вазе стояла красивая

красная роза, которая недавно расцвела. Рядом со столом был стул Тайши;

Задача Мо Юйжоу состояла в том, чтобы сидеть на этом стуле и позировать.

Увидев Мо Юйжоу, фотограф был очарован её видом. Всё, что эта

восточная красавица должна была делать — это сидеть на стуле, и она была

бы такой красивой, как с картинки.

«По слухам, эта модель сравнима с Хо Цзин Цзин», — помощник подбадривал фотографа,: «Она должна быть весьма профессиональной».

«Я

возлагаю большие надежды». Высокий красивый фотограф напомнил всем,

чтобы они встали по местам, прежде чем дружелюбно напомнить Мо Юйжоу,

что начнется съемка.

Поскольку Мо Юйжоу была очень амбициозной,

она понимала, что, помимо соперничества с Тан Нин, она также не могла

легкомысленно отнестись к этой сольной съемке.

«Давайте сделаем

несколько снимков сбоку», — сказал фотограф Мо Юйжоу. С помощью

переводчика Мо Юйжоу поняла заказ фотографа, поэтому она сразу же

повернулась. Затем она правой рукой оперлась на спинку стула и положила

свою левую руку на её платье — открывая левую сторону её изысканного

лица, когда она соблазнительно улыбнулась.

Фотограф наморщил брови — он ожидал восточную красоту, а не восточную соблазнительницу …

Фотограф,

тем не менее, продолжил снимать. Он подумал, что, возможно, она еще не

вступила в силу, поэтому он поручил ей выразить интеллектуальную красоту

восточной женщины, держа традиционную красную корзинку. На этот раз Мо

Юйжоу выпрямилась; угол был правильным, но … она опустила голову… всё,

что фотограф мог видеть — это её широкий лоб.

Фотограф снова сделал несколько снимков, он был не впечатлён. Как можно сравнить эту модель с Хо Цзин Цзин?

Хуже

всего, на протяжении всей съемки, хотя Мо Юйжоу и была эксцентричной,

она могла только показать одну улыбку и одно выражение лица …

Фотограф

молчал, он просто хотел поскорее закончить работу. Когда съемки наконец

закончились, Мо Юйжоу была бесстыдна, чтобы подойти к нему и спросить,

как всё прошло.

Фотограф не отреагировал, а его помощник повернулся к Мо Юйжоу и показал ей большие пальцы и сказал: «Очень хорошо …»

Мо Юйжоу с гордостью улыбнулась. Под её изысканным видом была модель без самосознания – это вызывало ненависть.

«Пфф!»

Фотограф издал отвращение, прежде чем обратиться к своему помощнику и

спросить: «Есть другая?» в этот момент Тан Нин осторожно вошла в студию.

Она вежливо поприветствовала фотографа.

Её улыбка выглядела

непринуждённой и дружелюбной, но из-за съемок Мо Юйжоу у фотографа было

плохое настроение, поэтому он холодно ответил Тан Нин.

В глубине

души он думал, хотя модель, которая только что ушла, хоть и не была

искусной, по крайней мере, у нее была яркая личность. Теперь же перед

ним была тихая и скучная модель, он ожидал, что она будет еще хуже.

Из-за

его ожиданий, его отношение к Тан Нин было прохладным. Он небрежно

приготовился и начал снимать, не давая Тан Нин никаких указаний. Все,

что он передал ей, были основными темами каждой фотографии.

«Я действительно не знаю, как этих женщин можно называть моделями», — сказал помощник рядом с фотографом.

Тема 1: Мягкость восточной женщины.

Фотограф

вообще не беспокоился об этой теме, потому что Тан Нин просто должен

был быть собой, и задача была бы решена. Однако она сделала то, чего

никто не ожидал. Действительно, ей не нужно было ничего делать, ей

просто нужно было сохранять спокойствие и сидеть на стуле, но … она

добавила в один важный фактор …

…её глаза…

В отличие от

спокойного, безмолвного выражения, с которым она изначально зашла,

взгляд Тан Нин теперь фокусировался перед ней. Её глаза были слегка

водянистые и с красным оттенком — как будто она смотрела на то, что

любила, но должна была сопротивляться …

Это был застенчивый, сдержанный характер восточных женщин!

Самое

главное, что Тан Нин не только привлекла внимание к её глазам, но и

заставила зрителей своими эмоциями сосредоточиться на одежде на её теле …

она была похожа на женщину, которая нарядилась, только чтобы

встретиться с тем … кого она любила, но обнаружила, что он был с другой.

Поэтому она почувствовала, что её внешность позорна и смешна …

Её эмоции и декорации смешались воедино…

Вау…

Фотограф не мог сдержать своего волнения. На протяжении всей съемки он бесконечно кричал: «Отлично!»

Он никогда не видел такой опытной модели. Он был так возбужден, казалось, что его сердце вот-вот разорвётся …

Всего за 5 минут Тан Нин сумела изобразить историю, и, самое главное, эта история была связана с одеждой, которую она носила!

Такой

должна быть профессиональная модель. Независимо от того, насколько она

прекрасна, она должна стать частью продукта, который она представляла.

Большинство моделей имели возможность продемонстрировать свою одежду, но

сколько могло бы стать с ней единым целым?

На этот раз фотограф

был полон волнения. Наконец он почувствовал, что нашел шанс

продемонстрировать свои навыки фотографа. Самое главное, Тан Нин была

моделью, которая умела выбирать свои позы. Она не требовала много

наставлений. Каждая поза, которую она принимала, была именно тем, что

требовалось.

Предыдущая модель по сравнению с Тан Нин … была полнейшим разочарованием.

Разница между «просто-симпатичным-личиком» и «реальной моделью» была похожа на разницу между небом и землей.

Впоследствии

фотограф попросил Тан Нин снять еще несколько сцен. Его еще больше

удивил тот факт, что независимо от того, что он просил у Тан Нин, она

могла отреагировать в течение секунды. Кокетливая, грустная, невинная,

соблазнительная — она могла все это проделать одним взглядом. Он не мог

не зааплодировать ей …

Эта модель полностью воспроизводит истинный восточный тренд!

После того, как сольная съемка была завершена, Тан Нин вышла из

студии, позволив рабочим сменить декорации. Ей также нужно было надеть

другой набор одежды. Однако у двери зала ожидания на страже стоял

помощник Мо Юйжоу, и смотрел вызывающим взглядом.

«Президент Хань внутри, вам придется немного подождать».

Тан Нин спокойно взглянула на помощника Мо Юйжоу, прежде чем осторожно оттолкнуть его и открыть дверь.

Внутри

комнаты Мо Юйжоу сидела на коленях Хань Юйфаня — они были поглощены

моментом страсти. Сцена перед ней была прямо как той ночью. Такая

провокация и пренебрежение к окружающим людям выглядели, будто они уже

выиграли войну.

Увидев этих двух, Тан Нин не рассердилась и не

огорчилась, как в первый раз, когда обнаружила их таким образом. Вместо

этого её глаза были полны насмешек.

Мо Юйжоу не ожидала, что Тан

Нин войдет так внезапно. Видя, как Тан Нин ведёт себя естественно, она

не могла продолжать то, что она делала.

Понимая ситуацию, Хань Юйфань также оттолкнул Мо Юйжоу с его колен: «Давайте вернемся в отель сегодня вечером».

«Я

люблю тебя, Юйфань»,- Мо Юйжоу воспользовался возможностью, чтобы

выставить свою любовь напоказ. В конце концов, она украла лучшее, что

принадлежало Тан Нин, Хань Юйфаня … или она так думала.

«Я тоже

люблю тебя, детка». Хань Юйфань встал и предупредил Тан Нин: «Вы обе

проводите фотосессию вместе, хорошо координируй с Юйжоу. Ты тоже, Юйжоу,

не устраивай проблем. Мы не можем позволить себе еще большего скандала,

понятно?

«Юйфань, ты разве не понимаешь Тан Нин? Разве это не

её цель здесь — устроить нам неприятности? Не волнуйся, я буду следить

за ней».

Тан Нин все время сохраняла тишину. Используя свой

свободный английский, она попросила стилиста и визажиста продолжить

работу. Хань Юйфань вышел из комнаты с сердитым выражением на лице.

Проходя мимо каких-то сотрудников, он воспользовался возможностью, чтобы

спросить их, как прошла съемка Мо Юйжоу.

Все они ответили

«Неплохо»: «У нее многообещающее будущее», «Очень хорошо» и «Она станет

вирусной». Когда их спросили о Тан Нин, они просто заулыбались.

Тан

Нин была настолько совершенной, что они не могли найти слов, чтобы

выразить это. Однако Хань Юйфань думал, что Мо Юйжоу, должно быть,

оставила более приятное впечатление.

Когда приближалась

фотосессия, стилист тщательно подготовил для них один черный и один

белый предмет одежды. План заключался в том, чтобы заставить их

выглядеть как пару сестер. Первоначально провокационный характер Мо

Юйжоу был более подходящим для черного, тогда как мягкость Тан Нин

больше походила к белому. Но из-за того, что белый был более

привлекательным, Мо Юйжоу побежала и первой и схватила его себе.

«Это …» Модельер оказался в затруднительном положении.

«Отдайте ей», — сказала Тан Нин, даже не моргнув глазом. «Если мисс Мо уверена, что она не пожалеет!»

Однако

Лун Цзе не захотела принять эту ситуацию. Стоя за Тан Нин, она бросила

словесную гранату в Мо Юйжоу: «Ты пристрастилась к тому, чтобы

присваивать вещи других?»

«Тан Нин уже согласилась, какое право ты имеешь осуждать меня, ты просто помощник»,- Мо Юйжоу с гордостью взяла белые одежды.

Лун Цзе слегка топнула ногой, однако Тан Нин повернулась к ней и сказала: «Эта одежда действительно идёт ей».

Услышав это, Лун Цзе сразу поняла — Тан Нин ни за что бы не отдала свою одежду кому-то за просто так. Поэтому она успокоилась.

Таким

образом, две модели закончили одеваться; между ними действительно не

было большой разницы, они были как сёстры. Мо Юйжоу в белом выглядела

светлой и живой — это было яркое зрелище.

Мо Юйжоу не была

глупой, она знала, что светлые цвета были более привлекательными,

поэтому белый был её первым выбором — кто будет носить такой

безжизненный цвет, как черный? Но, подумав об этом, туманная личность

Тан Нин была идеальной для него; Мо Юйжоу не могла не рассмеяться от

этой мысли.

«Черный тебе идёт».

Судя по сложившейся

ситуации, если Тан Нин должна была облачиться в черный цвет, разве она

не окажется её фоном? Мо Юйжоу только и мечтала об этом.

Тан Нин улыбнулась, когда она вернула комплимент: «Белый тебе тоже подходит».

«Съемка начинается, модели, пожалуйста, приготовьтесь», — сказал помощник фотографа.

Мо

Юйжоу бросила быстрый взгляд на Тан Нин, её сердце бешено стучало — это

был первый раз, когда она оказалась на сцене с Тан Нин. Наконец,

появилась её возможность показать свои навыки; она собиралась заставить

всех понять, что Тан Нин была просто стареющей моделью, которая была ей

не ровня в миллионах критериев.

Вслед за этим две модели вошли в

студию. На этот раз декорациями была сцена современной улицы, которая

отдавала меланхолической аурой.

Фотограф наблюдал, как Тан Нин и

Мо Юйжоу ступили на съемочную площадку. Внезапная мысль пришла ему в

голову: у Тан Нин не только сильная модельная база, возможно, она даже

понимала искусство фотографии. Он мог это ясно видеть по тому, как Тан

Нин выбирала углы и работала с освещением.

Почему фотограф вдруг

подумал об этом? Потому что задний план композиции был старым и

меланхоличным, тогда как небо было белым. Если вы представите себе

что-то белое на чистом листе бумаги, оно окажется просто на заднем

плане. С другой стороны, что произойдет, если вы поместите туда нечто

черное?

Чтобы подтвердить свои мысли, фотограф обратился к своему помощнику и спросил: «Разве Тан Нин видела, как мы меняем фон?»

«Кажется, она видела только, что мы относили задний план …» — ответил помощник.

В самом деле…

Она

была профессионалом и понимала, как воспользоваться ситуацией. Если

подобная ей модель не станет известной, с этим миром что-то не так.

Фотограф был впечатлен Тан Нин еще больше.

С

другой стороны, все, что знала Мо Юйжоу, это идти с потоком. Она только

знала, что она встанет перед Тан Нин, потому что такая позиция заставит

ее выделиться ещё больше …

«Подходите, приготовьтесь … мы

начинаем. В первом фотосете мисс Мо встаёт на переднем плане, держась за

руку мисс Тан. Мисс Тан будет позади. Я хочу, чтобы вы обе выглядели

возбужденными, как будто вы в первый раз вышли на улицу».

Услышав,

что она должна стоять на переднем плане, Мо Юйжоу ухмыльнулась.

Действительно, выбор одежды был правильным. Не было никаких сомнений,

что она станет знаменитой благодаря этому журналу, поэтому ее гордое

выражение усилилось. Она просто обернулась, невольно взяла руку Тан Нин и

встала в позу, как будто хотела двинуться вперед …

Однако какую

позу приняла Тан Нин? Она просто сосредоточилась на маленьком уличном

продавце, изображенном на заднем плане. Уличный торговец продавал много

красивой ткани, и она, похоже, была очарована этим. Посмотрев на неё, вы

почувствовали бы, как сильно она хотела остаться, и не тянуться вперед.

В то же время она демонстрировала гладкие изгибы одной стороны своего

тела…

Её выражение было настолько ярким … все внимание принадлежало ей …

Следовательно …

… Мо Юйжоу …

… просто стала частью фона …

Мо Юйжоу никогда не ожидала такого поворота событий. С её позиции на

переднем плане она никак не могла увидеть выражение Тан Нин, плюс, она

была слишком уверена (она считала, что она сравнима с Хо Цзин Цзин),

поэтому … услышав аплодисменты фотографа и его подчиненных, она

действительно думала, что это относится к ней. В конце концов, Тан Нин

была за ней, и она блокировала её …

«Хорошо, давайте следующий сет!»

Из-за

своей одежды Тан Нин в основном оказывалась позади Мо Юйжоу. Даже когда

они стояли бок о бок, Мо Юйжоу всегда была ведущей.

Это заставило Мо Юйжоу возгордиться…

Отсняв

финальный фотосет, фотограф снова не мог не оценить потрясающее

выступление Тан Нин. В конце концов, Мо Юйжоу первой покинула студию,

предоставив фотографу возможность приблизиться к Тан Нин: «Эта модель

так раздражает, однако … Я не буду акцентировать на этом внимание. Как

только выйдет обложка журнала, и каждый увидит разницу между вами, это

будет большой пощечиной ей по лицу. Будет много людей, которые помогут

вам преподать ей урок».

Фотограф действительно был опытным в индустрии, такие вещи были для него обыденностью.

«Спасибо», — улыбнулась Тан Нин.

«Не

за что. Ты — самая квалифицированная модель, с которой я когда-либо

работал. Я не могу отрицать, ты на том же уровне, что и западные

модели». Фотограф поднял большой палец: «Публикация будет в следующую

среду. Я уже предвижу … ты обязательно зажжешь восточный тренд».

«Это

не мне решать, я просто делаю свою работу»,- сказала Тан Нин; в

индустрии было так много артистов с талантом и навыками, но многие из

них получили только половину причитающейся славы – помимо упорной

работы, удача была важным фактором.

Когда она вернулась в зал

ожидания, Мо Юйжоу прыгнула прямо в объятия Хань Юйфаня, когда она

рассказала, как она принимала аплодисменты. Выслушав её, Хань Юйфань

обнял её за талию — он знал, что она добьется успеха. Однако он понятия

не имел, аплодисменты не имеют ничего общего с Мо Юйжоу.

В это

время Тан Нин уже вошла в комнату. Увидев её, сотрудник, который убирал

студию, поднял большой палец: «Ты действительно лучшая модель, которую я

когда-либо видел».

Мо Юйжоу не поняла, что он говорил — ведь её английский был ограничен, но …

Хань Юйфань понял, что хвалят Тан Нин.

Самое

главное, сотрудники знали, что Мо Юйжоу не понимала английского. Так

что, предполагая, что Хань Юйфань тоже не понимал, он с крайним

отвращением посмотрел на Мо Юйжоу и сказал: «Я не могу поверить, что эта

женщина — ваша коллега. Её нельзя назвать моделью, у нее нет

профессиональных навыков и слишком много высокомерия. Проблема в том,

что она не понимает английский, она даже думала, что мы все хвалим её. С

ней явно что-то не так».

Договорив, сотрудник ушел. Тан Нин повернулась, чтобы посмотреть на выражение Хань Юйфаня, уголки её губ слегка изогнулись.

«Юйжоу, ты уверена, что фотограф хвалил именно тебя?»

«Юйфань,

ты мне не веришь?» Мо Юйжоу уверенно кивнула головой: «Все было, как я

сказала. Если не веришь, тогда спроси фотографа. Юйфань, доверься мне, я

определенно собираюсь возродить Secret…»

Хань Юйфань смотрел в

спину Тан Нин; он не мог перестать обдумывать, что он только что

услышал. Ему было неловко на сердце, но съемки уже были завершены. Даже

если Мо Юйжоу не выделилась, по крайней мере, она все же появилась в

международном журнале — это все равно было бы выгодно для премии десяти

лучших моделей.

Дискуссия о фотосессии уже закончилась, но Лун

Цзе в восторге ворвалась в комнату и взволнованно сказала Тан Нин: «Тан

Нин, ты знаешь, что я только что слышала?» Фотограф сказал, что в

сольной съемке, Мо Юйжоу выглядел как … искусительница».

Услышав

её, Мо Юйжоу выскользнула из объятий Хань Юйфаня и подошла к Лун Цзе.

Она подняла руку с намерением ударить её, к счастью, реакция Тан Нин

была быстрой, она отодвинула Лун Цзе и ухватилась за запястье Мо Юйжоу:

«Что ты себе позволяешь?»

«Пусть повторит мне это в лицо, если

осмелится»,- угрожающе сказала Мо Юйжоу, когда она вырвала руку из

хватки Тан Нин: «Тан Нин, не веди себя как неудачница. Я знаю, что тебя

возмутило стоять на заднем плане, но ты была в черном, поэтому у тебя не

было выбора».

«Разве это не потому, что ты схватила одежду?» Лун

Цзе снова поменялась позицией с Тан Нин, шагнув вперёд, чтобы защитить

её. «Мо Юйжоу, я больше не буду тратить свое время на тебя. Впечатлена

или разочарована ли тобой команда фотографов, ты узнаешь в следующую

среду».

«Хорошо, когда наступит этот день, ты увидишь, на чьей

стороне публика!» Договорив, Мо Юйжоу бросилась к туалетному столику и

смахнула все на пол. Стекло разбилось о пол. Несколько маленьких

осколков пролетели мимо Тан Нин и оставили небольшие порезы на её ногах.

Увидев

это, Лун Цзе разразилась: «Мо Юйжоу, что ты делаешь? Ты поранила ноги

Тан Нин, ты знаешь, сколько они стоят? Тебе лучше извиниться!»

«Извиниться?»,- Мо Юйжоу посмотрела на Лун Цзе, как будто та сказала что-то смешное: «Мечтай».

«Ах ты…»

«Лун

Цзе …» Тан Нин сдерживала её: «Позвони в мою страховую компанию и

попроси их собрать доказательства. Не нужно извинений, я покрыта

страховкой, однако … страховая компания, я не сомневаюсь, захочет подать

в суд на человека, который ранил меня».

Услышав слова Тан Нин, лицо Хань Юйфаня побледнело: «Что ты имеешь в виду?»

«Я

имею в виду … мои ноги покрыты чрезвычайно дорогим страховым полисом.

Если Мо Юйжоу не извинится, тогда я просто должна позволить страховой

компании разобраться с этим …»

«Тан Нин, я никогда не думал, что ты можешь быть такой злой»,- Хань Юйфань сказал Тан Нин: «Это была случайность …»

Услышав

это, Тан Нин обернулась, схватила бутылку на столе и разбила его перед

Мо Юйжоу. Точно так же … на ногах Юйжоу оказались небольшие порезы: «Это

тоже была случайность, скользкие руки…»

«Ты…»

Взглянув на

разгневанное выражение Хань Юйфаня, Тан Нин оставалась спокойной, как

обычно: «Ты устроишь проблему из-за моей маленькой оплошности? Если так,

разве ты не злее, чем я?»

«Тан Нин, давай сделаем ставки. Журнал

будет выпущен в следующую среду. Если мой уровень поддержки выше

твоего, то ты уходишь из модельной индустрии и никогда не

возвращаешься».

Мо Юйжоу импульсивно объявила войну Тан Нин,

когда Тан Нин лишь слегка улыбнулась: «Ты думаешь, я откажусь от

индустрии из-за тебя? Ты действительно переоцениваешь себя …»

Закончив, Тан Нин вышла из комнаты с Лун Цзе. Когда они уходили, они услышали, как Мо Юйжоу издала расстроенный крик.

«Тан Нин, мне очень жаль, в этот раз я не разобралась в ситуации»,- Лун Цзе извинилась перед Тан Нин.

«Все

в порядке, даже если бы там не было тебя … Мо Юйжоу все равно нашла бы

способ устроить мне неприятности», — равнодушно ответила Тан Нин: «Давай

просто дождёмся среды …»

Подождем и посмотрим, как Мо Юйжоу полетит домой в подавленном настроении…

Покинув Secret, Тан Нин увидела машину Хань Жосюэ, припаркованную

снаружи. Их взгляды встретились, но они ничего не сказали. Когда они

проходили друг к другу, Хань Жосюэ сказал Тан Нин: «В день, когда Secret

выпустит журнал, ты покинешь модельную индустрию».

«Похоже, вы рьяно верите в Мо Юйжоу».

«Несмотря

на то, что у нее не было такого большой опыта, как у тебя, у неё уже

есть контракты на международном уровне и она получила дополнительные

очки для премии десяти лучших моделей. Для сравнения, ты же потеряла

всякую ценность», — безжалостно сказала Хань Жосюэ.

«Действительно?

Тогда давайте подождем результатов …» Тан Нин не была удивлена, поэтому

она ответила спокойно; в её словах была уверенность — никакой негатив

индустрии развлечений не мог надавить на неё.

Хань Жосюэ

впивалась взглядом в Тан Нин, полным ненависти — её желание уничтожить

Тан Нин становилось все сильнее. Артист, которого нельзя было

контролировать, будь он связанным контрактом или свободным, всегда

представлял собой скрытую опасность. Только когда она обеспечит её уход

на пенсию, она будет полностью спокойна. Тем более что у Тан Нин была

такая сильная неприязнь к ней и её брату!

«Тан Нин, в выражении

Хань Жосюэ есть что-то странное». Лун Цзе обернулась, чтобы взглянуть на

Хань Жосюэ, она чувствовала себя немного обеспокоенной.

«Она

так жаждет сокрушить меня!» Тан Нин поняла; она знала, как семья Хань

ненавидела её: «Если на этот раз я действительно потерплю неудачу с

журналом, я могу себе представить, какое у меня будет мрачное будущее».

«Этого

не произойдет … Линь Вэй и я, мы верим в тебя. Плюс, даже если ты

потерпишь неудачу, это не имеет значения, у тебя все еще есть Большой

Босс!»

Тут Тан Нин вспомнила, что Мо Тин должен был приехать и

забрать её. Итак, когда она немного отошла в сторону от Secret, она

взяла трубку, чтобы позвонить ему. На другой стороне линии Мо Тин

рассмеялся, когда он попросил её развернуться. За углом стоял лимузин

Линкольн.

Высокий мужчина прислонился к машине, его тело было

покрыто черным полосатым ретро-костюмом. У него не было улыбки на лице,

но контуры его лица были мягкими. Родинка на правом ухе ослепляла — Тан

Нин посмотрела на него ошарашенным взглядом. Этот человек, подобный

императору, должен быть окружен армией людей. Но для нее он был готов

стоять в одиночестве в этом тихом уголке.

Глаза Тан Нин начали

мокнуть; предыдущий инцидент уже исчез в глубине её разума. Она была

моделью, но она также была женой этого человека.

Со дня, когда

они поженились, этот человек принимал её недостатки и выполнял все её

желания. Она будет заставлять солнце ждать, потому что она все еще

сосредоточена на упавшей звезде?

Это не стоило того!

«Что не так?»,- Мо Тин мягко спросил; он заметил, что Тан Нин выглядела немного подавленной.

Тан Нин покачала головой, промолчав.

Слова «ты мне нравишься» висели у нее на языке.

«Это

потому, что ты слишком устала от съемок?» Мо Тин оглядел её сверху

вниз. Он заметил порезы на ногах, его зрачки расширились от гнева: «Что

случилось?»

Лун Цзе собиралась всё объяснить, но Тан Нин отрезала: «Мо Тин, пойдем домой, мне есть о чем рассказать».

Мо Тин взглянул на Лун Цзе, было очевидно, что-то произошло. Он собирался заставить их заплатить — но этим всё не ограничится.

Впоследствии все они сели в лимузин. Однако всю поездку Тан Нин была нервной и тихой.

Мо

Тин не задавал вопросов. Когда они, наконец, добрались до усадьбы, он

взял ее на руки и отнёс прямо в спальню. Мо Тин положил Тан Нин на

кровать и поручил горничным принести коробку с лекарствами.

Тан

Нин наблюдала, как Мо Тин опустился на колени и помог ей нанести

лекарство; она больше не могла сдерживать эмоции в своем сердце, и тогда

она инстинктивно вцепилась в его шею. Нервным, но стабильным голосом

она сказала: «Я все ясно вижу, и теперь я всё понимаю. Мо Тин, я люблю

тебя, и я хочу тебя».

«Я не думал, что полюблю кого-то в такой

короткий промежуток времени, я даже сопротивлялась этому чувству,

которое жило в моём сердце. Но теперь, когда я вижу Хань Юйфаня и Мо

Юйжоу, хотя я все еще сержусь, моё сердце больше не болит».

Сказав

это, Тан Нин медленно ослабила руки и заглянула в ослепительные

жемчужные глаза Мо Тина, когда она ясно изложила каждое слово: «Я знаю

все, что у меня есть сейчас, благодаря тебе. Итак, я люблю тебя, и я

хочу тебя. Хочу всего тебя».

Ни одна женщина не могла сделать

эти слова такими трогательными и естественными. Как они ранее обещали

быть правдивыми друг другу … Тан Нин не скрывала своих чувств и выложила

всё.

Я тебя хочу.

Услышав её признание, Мо Тин поднял

голову и схватил её за щеки, тогда он силой толкнул её на кровать. Он

собирался делом показать, как он обрадовался, и что чувствовал.

«Я отдаюсь тебе, только ты».

На

мгновение Тан Нин была поражена, прежде чем она крепко обняла талию Мо

Тина и страстно откликнулась на его поцелуй. Она закрыла глаза и

наслаждалась чувством своего танцующего языка…

Тан Нин не

заметила, как это произошло, но вдруг её юбка была поднята, а талия

скованна в теплые объятия. В её сердце медленно разгоралась страсть…

Она не хотела думать ни о чем. В этот момент она просто хотела по-настоящему стать его женой и стать с ним одним целым.

Был

еще день, солнечный свет ярко освещал комнату. Это позволило Тан Нин

увидеть тело Мо Тина, оно светилось здоровьем. Её лицо покраснело, но у

нее не осталось времени отреагировать, потому что поцелуй Мо Тина

медленно пошел от её ключицы по всему её телу, в конце концов добравшись

до нижней части её живота …

Тан Нин нервничала. Несмотря на то,

что они уже были так близки в первую брачную ночь, мысль о том

мгновении боли заставила ее нахмуриться. У неё не было опыта.

Посреди

их страсти, Тан Нин бессознательно била Мо Тина в плечо, поскольку два

совершенных тела переплелись вместе, не оставляя ни единого промежутка.

Тонкий

слой пота постепенно покрывал тонкое тело Тан Нин. Боль, которую она

ожидала, не произошла. Тан Нин разочарованно посмотрела на Мо Тина, ее

глаза были влажными…

Мо Тин сопротивлялся желанию завладеть ею,

когда он задержался возле её ключицы: «У тебя ещё есть работа в течение

следующих нескольких дней?»

«Мне нужно спросить Линь Вэй …» Тан Нин нежно ответила.

«Скажи

ей, чтобы она ничего не устраивала …» Мо Тин оторвался от ключицы и

посмотрел прямо ей в глаза: «Потому что … ты не будешь вставать с

постели в течение следующих 3 дней … «

«Что насчет твоей работы?»

«Моя

самая важная работа прямо сейчас … это ты». Мо Тин снова сцепился

губами с Тан Нин. Между его поцелуями он посмотрел на нее с нежной

улыбкой и спросил: «Ты хочешь, чтобы я сейчас вошёл?»

Тан Нин поцеловала Мо Тина в ухо, всё её тело горело огнём; её взгляд

рассеивался в трансе. Она наклонилась и прошептала: «Я хочу тебя …»

Глаза

Мо Тина покраснели, он на мгновение встал, чтобы схватить из тумбочки

презерватив. Он предусмотрительно защищал себя, чтобы защитить Тан Нин —

он знал, её карьера сейчас на подъеме и она не может позволить себе

иметь ребенка. Почему же в их спальне был такой предмет? Тан Нин

удивилась.

Мо Тин вернулся к телу Тан Нин и посмотрел ей в

глаза. Заметив холод в её взгляде, он понял, что она была сконфужена, и

он объяснился: «Мы муж и жена, я всегда готов. Это не осталось от

кого-то другого. Я ждал все это время».

«Я не … делала это с кем-то еще. Я только имела небольшой опыт, который у нас был в нашу первую брачную ночь …»

Услышав это, глаза Тан Нин замерцали, она целовала Мо Тина в шею: «Извини …»

«Все равно будет немного больно»,- Мо Тин изо всех сил старался сдержаться, когда он нежно напомнил ей.

Боясь

взглянуть на то место, которое прежде заставило её стесняться, Тан Нин

просто уверенно кивнула головой: «Все в порядке … я уже знаю, каково

это».

Мо Тин обнял её за плечо. Поцеловав ее в щечку, он

медленно сделал её своей. Он терпеливо двигался дюйм за дюймом, пока …

он не почувствовал себя внутри нее.

В этом мире ничто не было

более красивым, чем разделение такого момента близости, когда две души

стали одной. Мо Тин посмотрел на Тан Нин и заметил, как её боль

рассеялась, прежде чем он начал медленно двигаться. Он хотел, чтобы

первый раз был идеальным — он хотел, чтобы она помнила об этом всю

оставшуюся жизнь …

После этого они действительно будут принадлежать друг другу …

За

окном луна тихо нависала над кронами деревьев. В то время внутри

происходила кипучая деятельность, от которой краснело лицо и учащалось

сердцебиение.

Почувствовав полную силу Мо Тина, Тан Нин так

устала, что не могла открыть глаза. Её тело обмякло, и она едва

сохраняла сознание. В этот момент она почувствовала, как кто-то вытирает

её липкое тело, прежде чем помочь ей переодеться в аккуратную пижаму.

Затем она почувствовала нежный поцелуй в лоб, который поверг её в сон.

Она

ни о чём не жалела, потому что она знала, все это стоило того. В

глубине своего сна супружеская пара крепко обняла друг друга.

«Привет, миссис Мо».

На

следующее утро Тан Нин проснулась в объятиях Мо Тина. Глядя на

человека, который теперь принадлежал ей, на её лице появилась

удовлетворенная улыбка. Отныне, какой бы грязной ни была индустрия

развлечений, у нее был кто-то, на кого можно положиться — её сердце было

наполнено верой.

К сожалению, этот счастливый момент длился не 3

дня, как надеялся Мо Тин. Потому что рано утром раздался стук в дверь.

Мина из Secret приглашала всю Тяньи на обед, и, конечно, Тан Нин должна

была присутствовать.

Журнал Secret в настоящее время был на пике

своей популярности, и приверженность Тан Нин её работе не позволила бы

ей выставить себя заносчивой накануне выпуска номера с ней на обложке.

Она просто никогда не думала, что Хань Юйфань и Мо Юйжоу запланировали еще одну атаку на этом мероприятии.

Перед всеми за обедом Хань Юйфань и Мо Юйжоу объявили, что они обручились!

Хань

Юйфань был высоким и красивым, а Мо Юйжоу была нежной и прекрасной. Они

крепко сцепились руками, когда они стояли бок о бок, выглядя как

идеальная пара.

Помимо людей из Тяньи, в помещении также

находилось несколько начальников Secret. Они не знали о взаимоотношениях

между Тан Нин и этими двумя, поэтому они встали и зааплодировали.

Только Тан Нин, Линь Вэй и Лун Цзе воздержались.

«Тан Нин, разве

ты не собираешься их поздравить?»,- Хань Жосюэ подняла свой бокал,

когда она надавила на Тан Нин. Ей хотелось повеселиться, когда Тан Нин

была убита горем. Каким бы нападкам она ни подвергалась, снаружи она

выглядела спокойной, внутри она, должно быть, мучилась, страдала,

истекала кровью …

«О, да, в этом весь твой темперамент, ты не

можешь порадоваться за других. Даже если ты когда-то была невестой Хань

Юйфаня, всё это в прошлом. Поскольку ты в этой индустрии, ты должна быть

готовой к тому, что у тебя что-то отнимут. Ты должна быть более

открытой … »

«Когда они будут официально женаты?» — спокойно спросила Тан Нин.

«После

огромных продаж журнала Secret…»,- уверенно сказала Хань Жосюэ. С

помощью пиарщика Хань Жосюэ, о Мо Юйжоу всё ещё пишутся статьи дома, в

Китае. Кроме того, дискуссии между фанатами прибавили Secret

популярности еще до выпуска.

Хотя известие о том, что Мо Юйжоу

чья-то любовница, не было забыто, из-за её популярности несколько

компаний уже связались с Тяньи для сотрудничества. Она возлагала большие

надежды на награду десяти лучших моделей…

Итак, Хань Жосюэ была уверена, у Secret будут бешеные продажи.

«Тогда

я должна поздравить её заранее», — Тан Нин продолжала улыбаться, она

тоже подняла свой бокал для пары напротив нее. Однако когда эти слова

вошли в уши Мо Юйжоу, они звучали как-то не искренне.

«Тан Нин, перестань притворяться. Я знаю, ты на самом деле рассержена нашей помолвкой, и ты на самом деле ненавидишь меня».

«Хочешь сказать, что я должна любить тебя?»,- Тан Нин рассмеялась.

Мина

молча смотрела, как они ругались. От переводчика она узнала об их

отношениях, когда она с удивлением посмотрела на них. Неудивительно, что

они были против Тан Нин с самого начала.

Она привыкла к природе

этой индустрии; было нормально видеть, как люди используют ситуацию,

чтобы продвигать себя, а также как люди унижают других. Но разве Тяньи

не знали уровня Мо Юйжоу?

Мина глубоко и многозначительно посмотрела на Тан Нин, прежде чем отступить от внутренней ругани Тяньи.

После

обеда сотрудники Secret ушли, остались лишь несколько. Мо Юйжоу

воспользовалась ситуацией, чтобы показать на Тан Нин и рассмеяться: «Как

ты думаешь, получив автономию от Тяньи, ты действительно сможете

забраться наверх? Позволь мне сказать кое-что, без Тяньи, ты — ничто.

Тяньи может поддержать тебя, в то же время они могут и напасть на тебя».

«Ты потратила столько энергии, чтобы построить все эти схемы. В

конце концов, ты только помогла мне подготовиться к моей свадьбе. И

Юйфань, и звание международной супермодели — мои. А ты никогда не

сможешь вернуться к своему былому статусу!»

«Да, ты права, ты

куда удивительнее меня. После выхода в свет журнала твоя популярность

резко возрастет, а мне ничего не останется»,- Тан Нин согласилась с Мо

Юйжоу.

Мо Юйжоу никогда не ожидала, что Тан Нин допустит

поражение. Увидев, как Тан Нин сдалась, она почувствовала

удовлетворение, которого никогда раньше не испытывала.

«Поскольку

ты знаешь своё место, после того, когда мы вернемся домой, Юйфань

по-прежнему будет предлагать тебе работу, пока ты держишь себя в руках.

Но … если ты все еще намерена подняться выше меня, пеняй на себя!»

«Достаточно,

малыш, давай сядем и поговорим». Хань Юйфань был ласковым по отношению к

Мо Юйжоу, он поднял свой взор на Тан Нин: «Тан Нин, ты слышала, что она

сказала?»

«Посмотрим,

когда выйдет журнал…»,- дослушав, Тан Нин спокойно встала и собралась

уходить. Однако Мо Юйжоу заговорила, чтобы удержать ее.

«Тан Нин, я вижу, ты не можешь принять, как я обставила тебя, это придёт со временем».

Услышав

Мо Юйжоу, Тан Нин ухмыльнулась и обернулась, чтобы уйти. Прежде чем она

ушла, она добавила, не поворачиваясь: «Вся поездка пошла насмарку из-за

твоего нытья…»

«Раз ты так нетерпима, можешь возвращаться домой … всё равно у тебя тут больше не будет контрактов», — сказал Хань Юйфань.

«С удовольствием».

Хань

Юйфань и Мо Юйжоу предполагали, что Тан Нин нанесён огромный удар и она

пыталась избежать встречи с ними. Они были рады, что она уходит. После

выпуска журнала Тан Нин больше не представляла для них угрозы. Мо Юйжоу

почувствовала, что ей больше не нужно переживать о Тан Нин, у неё и так

было много других конкурентов. Не было смысла тратить всю свою энергию

на одну модель.

Хань Юйфань и остальные наблюдали за тем, как

Тан Нин уходила. В это время Хань Жосюэ спокойно предложила: «Мы не

можем позволить ей уйти так легко. Юйфань, опубликуй статью: [Тан Нин

возвращается домой после неудачи: бежит от проигранной битвы за

Америку]».

«Цзя, не волнуйся, я знаю, что делать»,- Хань Юйфань обнял Мо Юйжоу и кивнул.

Вся эта ситуация была смехотворной. Модельное агентство разбивалось в лепёшку, чтобы отыграться на одной модели.

Тем временем Тан Нин ушла с высоко поднятой головой; она совсем не боялась.

Вне

отеля помощник Мины ждал Тан Нин для эскорта. После прибытия в

штаб-квартиру «Secret» Мина вытащила документы и объяснила: «Мы с

фотографом передали основные моменты вашей съемки нескольким известным

брендам. Просмотрев ваши фотографии, они выразили к вам интерес.

Знаменитый французский бренд макияжа хочет сделать вас своим

представителем в азиатском регионе. Первая миссия заключается вот в чём,

они хотят, чтобы вы и их продукт появились в Secret и вывели их на

азиатский рынок … »

«Тан Нин, мы все были свидетелями того, как

ваше агентство относится к вам, но мы не хотим пускать вас в расход. На

данный момент мы не станем распространять информацию об этом, но после

того, как журнал с «Восточным трендом» выйдет в свет, мы сделаем

публичное объявление».

Тан Нин посмотрела на информацию в её

руках. Увидев, что этот французский бренд был ISN, её глаза медленно

загорелись. Это был бренд для внутреннего рынка Франции, основанный

более 100 лет назад. И … они никогда не открывались в Азии.

Это был такой приятный сюрприз!

«Мина, ты так сильно веришь в меня?»

«Мы

обе знаем это в наших сердцах. Тан Нин, ты знаешь, что меня больше

всего впечатляет?»,- Мина слегка улыбнулась, её голос содержал следы

восхищения: «Твоя непринужденная и спокойная натура и тот факт, что ты

не высокомерная или нетерпеливая. Ты родилась, чтобы стать моделью и

когда-нибудь станешь супермоделью. Я верю в свои суждения».

Услышав

их разговор, Лун Цзе тут же захлопала в ладоши. Она была так счастлива,

что хотела закричать. Мо Юйжоу такого даже представить не могла. Пока

она все еще раздумывала о многих презренных методах, чтобы уничтожить

репутацию Тан Нин, Тан Нин уже стала азиатским представителем

французского бренда.

Как знать, насколько опечалится Мо Юйжоу, когда она узнает?

«Послезавтра я устрою вам тайную встречу с ISN, чтобы обсудить детали вашего сотрудничества. Тогда мы всё обсудим».

«Спасибо, Мина»,- Тан Нин встала, чтобы пожать ей руку.

«Не

надо благодарить меня, я не просто помогаю вам, мы помогаем друг

другу»,- Мина тепло обняла Тан Нин. Ей повезло, что она не была

ослеплена ложью Хань Жосюэ, иначе она бы упустила работу с такой

выдающейся моделью.

Тан Нин улыбнулась, когда она тихо убрала документы в сумку.

Линь

Вэй посмотрела на Тан Нин и выпустила улыбку восхищения. Она знала, что

Тан Нин пережила многое, но из-за её усердной работы она, наконец,

получила то, что заслуживала.

«Давайте откроем шампанское, как

только мы вернемся домой … на этот раз Хань Юйфань и другие лопнут от

гнева», — сказала Лун Цзе с детской улыбкой.

«Тан Нин, значит, мы пока не возвращаемся в Китай?» — спросила Линь Вэй.

«Хань

Жосюэ будет разочарована, вероятно, она уже подготовила новостную

статью, где обмусоливается то, как я с позором возвращаюсь домой. С

другой стороны … ты не поверишь, но Мо Юйжоу будет счастлива. Это

означает, что она сможет унижать меня лично».

Тан Нин видела их насквозь. Линь Вэй улыбнулась, она была согласна; похоже, все так и будет …

«В таком случае я сейчас позвоню им, чтобы передать, что мы еще не возвращаемся. Мы вместе подождём восточного тренда…»

«Линь

Вэй, ты можешь побольше узнать об ISN и проверить их прошлое? Я хочу

убедиться, что все безупречно», — осторожно сказала Тан Нин.

«Твой выбор всегда верен».

Независимо

от всего прочего, Тан Нин чувствовала, что взаимодействие с Линь Вэй

улучшалось каждый день. В результате её доверие к ней усиливалось. Тогда

как Лун Цзе, хотя она и была способна на многое, Тан Нин чувствовала,

что ей лучше остаться помощником из-за её отношения к работе.

В

машине Тан Нин чувствовала себя немного неудобно, поэтому она сменила

свое положение. Увидев это, Лун Цзе подняла брови: «У тебя болит талия?»

«М-м»,- Тан Нин кивнула.

«А ноги устали?»

Услышав этот вопрос, Тан Нин невинно подняла голову и посмотрела на Лун Цзе. Казалось, Лун Цзе дразнила ее.

«Миссис Мо, почему ты краснеешь?»

Тан

Нин думала об интимной сцене прошлой ночи: сексуальное тело Мо Тина,

его мягкая сила, его глубокий и очаровательный голос и его волшебные

руки …

В короткий промежуток дня она уже скучала о нём…

«У нас ещё 2 выходных дня, оставайся в компании своего мужа».

«Да»,- Тан Нин сама намеревалась сделать это.

Между

тем, после звонка Линь Вэй, лицо Хань Юйфаня было охвачено гневом. Он

уже подготовил статью и связался с СМИ, но Тан Нин просто решила не

уезжать…

«Юйфань, так даже лучше. Мы вместе будем ждать

результатов от журнала. Я не могу дождаться, чтобы увидеть выражение её

лица, когда она потерпит неудачу»,- Мо Юйжоу обняла Хань Юйфаня: «В

конце концов, она уже страдает. У нас будет ещё больше возможностей

наступить ей на горло».

«Я хотел отыграться на ней за тебя!»

«Я знаю, и этого достаточно … в конце концов, мы скоро поженимся», — застенчиво ответила Мо Юйжоу.

Хань Юйфань успокоился. Поскольку Тан Нин хотела опозорить себя, то некого было в этом винить.

Однако

пока они были так довольны собой, Тан Нин тайно встретилась с ISN. Обе

стороны были удовлетворены, и контракт был быстро заключен. Не было

никакой вероятности, чтобы высшие руководители Тяньи не согласились с

этой сделкой …

Решающий удар… был не слишком далеко…

«Эй, ребята, вы уже купили последний номер «Secret»?

«Ты имеешь в виду проблему восточного тренда? Я купил уже. Сначала я думал купить Royal Magazine, но меня привлекла обложка».

«Вы, ребята, все сумасшедшие? Secret не издавал ничего хорошего в течение многих лет … они вообще не понимают моды …»

«Быстрее, пойди и купи его … Secret действительно оправдал ожидания в этот раз. Ты потом пожалеешь, если не купишь!»

Правильно,

после всей их напряженной работы Secret, наконец, выпустили свой новый

номер, названный «Восточный тренд». Изначально Secret уже успел потерять

статус среди журналов, и их продажи были скромными. Тем не менее, после

выпуска восточного тренда, меланхолическая черно-белая обложка

действительно выделилась среди других пёстрых журналов; все, проходя

мимо газетных киосков, не могли не остановиться на мгновение, чтобы

взглянуть …

Всего за три дня все крупные информационные

агентства связались с Secret, требуя перепечатки. Они хотели увеличить

тираж журнала, потому что он заслуживал место на стендах. Многие

компании, которые мало что ожидали от «Secret», теперь пожалели о своём

решении не работать с ними.

В то же время женщина на супер

популярной передней обложке брала новые высоты в рейтинге поиска. В

одной из самых больших поисковых систем в США её имя было почти на самом

верху. Между тем, некоторые из самых популярных фраз включали: «Secret

восточный тренд», «Secret восточная женщина» … и «Восточная красота Тан

Нин».

Огромные продажи журнала неожиданно помогли «Secret»

оживиться; люди из индустрии снова признали его. Через три дня продажи

этого номера сорвали многие другие крупные публикации. Таким образом,

они стали новым фаворитом в индустрии моды, поскольку свежие ветра

восточного тренда прокатились по беззаботным западным странам …

Secret

наконец-то преуспел, а модель на передней обложке определенно заслужила

почести. Мо Юйжоу не могла дождаться, чтобы показать результаты своим

судьям в номинации «Десять лучших моделей». Однако…

… той ночью, Хань Жосюэ долго рылась в поисковиках …

…

но, как бы она ни старалась, она не могла найти никаких упоминаний о Мо

Юйжоу. Такая модель будто никогда и не появлялась на обложке и не

получала упоминаний. Что за хитрую схему Тан Нин использовала на этот

раз?

Хань Жосюэ не упоминала об этом при Мо Юйжоу, помимо того,

что Мо Юйжоу была очень занята планированием своей свадьбы с Хань

Юйфанем, Хань Жосюэ также хотела докопаться до истины…

Рядом с

ней лежал журнал с Тан Нин и Мо Юйжоу. Она не могла отрицать, навыки Тан

Нин были намного выше её ожиданий; она определенно недооценила её …

…

Через

два дня Secret устроил приём, чтобы отпраздновать свое возрождение. Мо

Юйжоу и Тан Нин были почетными гостями. Это был первый раз, когда они

столкнулись с СМИ.

В тот вечер Мо Юйжоу носила длинное черное

платье, которое тянулось по полу; её грудь была усеяна сверкающими

бриллиантами. Она присутствовала на ужине в сопровождении Хань Юйфаня и

Хань Жосюэ. Подойдя к входу, они столкнулись с Тан Нин. По сравнению с

обложкой журнала, Тан Нин, казалось, поменялась одеждой с Мо Юйжоу. Мо

Юйжоу была одета в черное и отдавала аурой спокойствия, в то время как

Тан Нин была одета в белое платье с открытым плечом и выглядела как

небесная красота.

«Тан Нин, я должна поблагодарить тебя, ты

приложила все свои силы, чтобы помочь мне войти в десятку лучших

моделей»,- Мо Юйжоу завела разговор: «Знаешь ли ты, сколько поддержки я

получила за это короткое время?»

«Значит, ты все еще используешь

имя Хо Цзин Цзин для самопиара, чтобы стать международной

супермоделью?»,- Тан Нин легко улыбнулась. Эта улыбка заставила Мо Юйжоу

рассердиться, а Хань Жосюэ сжать кулаки; она так сильно хотела вырвать

ей глаза.

«О, мой бог … это та модель-азиатка, Тан Нин?»

«Да, это Тан Нин, это действительно она …»

«Быстрее, давайте устроим интервью!»

Договорив,

Тан Нин просто прошла мимо Мо Юйжоу; у неё не было времени, чтобы

разбираться с ее болтовнёй. Кучка иностранных репортеров бросилась к Тан

Нин, и, чтобы избежать их, ей пришлось оставить Мо Юйжоу и остальных;

она быстро вышла из отеля. К сожалению для Мо Юйжоу, никто не обращал на

нее никакого внимания.

«Мы тоже должны идти …» Хань Юйфань

обнял Мо Юйжоу. В этой американской столице моды, Хань Юйфань был

слишком занят, планируя свою помолвку, и понятия не имел, почему на Мо

Юйжоу не обращали внимания. Однако Хань Жосюэ знала всё ясно.

«Мой бог, Тан Нин здесь …»

«Тан Нин наконец появилась!»

«Тан Нин! Тан Нин!»

Атмосфера

на праздничном ужине была полна волнения, как только вошла Тан Нин. В

то время как о существовании Мо Юйжоу никто даже не подозревал. Они оба

появились в том же журнале, как это было возможно, что Тан Нин была

настолько популярна, но никто даже не упомянул её имя? Тан Нин настолько

презренная; она, должно быть, заплатила этим поклонникам.

Впоследствии

Мина посмотрела на Тан Нин со сцены. Она также заметила Мо Юйжоу. Не

будучи предвзятой, она пригласила их обеих на сцену. Но…

«Спасибо

всем, за то, что пришли. Герои этого номера Secret в настоящее время

стоят перед вами. Позвольте мне представить наших моделей с обложки: Тан

Нин и Мо Юйжоу.»

Услышав имя Тан Нин, никто не был удивлен. Хотя её имя и не разлетелось по всей земле, её фотографии поразили всех …

С другой стороны, Мо Юйжоу …

…кто это?

Репортеры

под сценой смущенно смотрели друг на друга. Хотя этот выпуск журнала

был успешным, и они неоднократно просматривали его … они никогда не

замечали, что на передней обложке был кто-то еще, помимо Тан Нин.

Итак, когда Мина представила Мо Юйжоу, все были озадачены.

«Кто это?»

«О, я помню, теперь я вспомнила, она держались за руку с Тан Нин как часть декорации».

«Я думал, что она была на заднем плане. Послушай, разве она не похожа на типичного американского прохожего?»

«Боже

мой, если бы я не посмотрела ещё раз, я бы этого не заметила. Теперь,

когда я внимательно смотрю на это, ей хватает бесстыдства, чтобы стоять

рядом с Тан Нин … они же как небо и земля».

Услышав дискуссии,

выражение лица Мо Юйжоу изменилось. Она не могла о таком и подумать,

помимо подкупа поклонников, Тан Нин поручила им оскорблять её и унижать.

Итак, она повернулась боком к Тан Нин и пожаловалась: «Тан Нин, твоё

сердце полно злобы. Как ты думаешь, порицая меня, ты можешь омрачить мой

успех? В том, что Secret получил такие огромные продажи, есть и моя

заслуга, но я бы никогда не подумала, ты окажешься настолько презренной,

чтобы оскорблять меня на этом ужине …

«Ты слишком высокого мнения о себе …» Тан Нин повернула голову и спокойно улыбнулась.

Мо

Юйжоу неловко стояла на сцене. Она считала, что все под сценой куплены

Тан Нин. Она даже указала на них пальцем и спросила: «Сколько Тан Нин

заплатила тебе, чтобы хвалить её и так сильно критиковать меня? Ты,

собака?»

Мина посмотрела на Мо Юйжоу, когда она выслушала

перевод от своего помощника. Впоследствии она сердито подошла к Мо Юйжоу

и сказала: «Я пригласила вас из уважения и любезности. Мисс Мо, это

ваше профессиональное отношение? Как вы смеете оскорблять репортеров на

таком публичном мероприятии?»

«Их подговорила Тан Нин … иначе, почему они унижают меня всё время?» прошептала Мо Юйжоу.

Услышав

перевод, у Мины появилась ухмылка на лице: «Сегодняшний день был

достоин празднования, поэтому я не хотела спорить с тобой. Но мисс Мо, я

никогда не видела журнала с двумя моделями, где одна становится самой

горячей темой для обсуждений, а другая получает практически нулевые

упоминания».

«Нулевые…»

«Знаете ли вы, что это значит?

Это значит, что люди в США и даже во всем мире, которые увидели обложку,

не заметили вашего на ней присутствия».

Переводчик перевёл для Мо Юйжоу, слово в слово …

Услышав перевод, лицо Мо Юйжоу побледнело …

«Это

невозможно! Это должен быть заговор между вами двумя. Она вечно это

делает…» Мо Юйжоу с трудом верила в это; она явно была на обложке

журнала, как это её никто не заметил?

Этого не может быть…

«Разве

вы не знаете своих способностей? Прежде чем этот номер вышел на свет,

мы уже были готовы согласиться с тем, что вы просто будете выступать для

контраста. Но кто бы мог подумать, вместо того, чтобы быть контрастом,

вы пали до предмета интерьера … »,- Мина достала копию Secret и передала

её Мо Юйжоу.

Услышав, как все называют её частью фона …

… её уверенность рушилась.

Тан

Нин настолько хорошо адаптировалась к окружению, что Мо Юйжоу стояла

там просто как декорация. Прежде всего, глаза Тан Нин были настолько

живыми, что надменный взгляд Мо Юйжоу выглядел безжизненным в сравнении с

ней…

Именно по этой причине Мо Юйжоу не имела никаких упоминаний!

Потому что никто не мог понять, что она жива!

Мо Юйжоу всё ещё держала журнал, она сделала несколько шагов назад. Если бы не Хань Юйфань, она бы упала со сцены.

«Я

слышала, что в Китае вышла статья, сравнивающая вас с Хо Цзин Цзин …

Если бы я была вами, я бы пряталась в США всю оставшуюся жизнь, потому

что мне было бы слишком стыдно возвращаться».

Мо Юйжоу выглядела

так, будто её сразила молния … ее ум был пуст, она снова посмотрела на

обложку. Этого не может быть … все раньше хвалили её за её навыки, она

никак не могла сравниться с Тан Нин. Это невозможно, Тан Нин, должно

быть, что-то придумала … у нее должно быть …

«Тан Нин, я бы никогда не подумала, что ты подложишь мне свинью!» Мо Юйжоу сердито обвинила Тан Нин.

Хань Юйфань впился взглядом в Тан Нин: «Ты действительно пошла бы на всё ради мести».

«Ради

мести?»,- Тан Нин сладко улыбнулась. «Президент Хань, скажи-ка мне,

такой человек, как я, без поддержки и без менеджера высшего звена, на

что я могу пойти?»

«Ты…»

«Разве из-за меня о ней никто не говорит? Очевидно, ей не хватает навыков …»

«Кроме

того, была ли я той, кто заставил её стыдиться возвращения в Китай? Это

всё потому, что вы, ребята, бесстыдно использовали чужую славу, чтобы

возвысить её …»

«Если вам показалось, что это была месть …

настоящая месть еще впереди». Закончив, Тан Нин и Мина переглянулись,

прежде чем Мина встретила на сцене представителей ISN.

Два

высоких и красивых французских мужчины поднялись по красной ковровой

дорожке к Тан Нин и Мине. Они дружно обняли друг друга, обратившись к

гостям и заявив: «Мы рады сообщить, что Тан Нин становится

представителем ISN в азиатском регионе …»

ISN …

Выдающийся

французский бренд с вековой историей. Решив выйти на международный

уровень, они действительно заполучили Тан Нин своим представителем … для

всего азиатского региона!

Для сравнения, сделки, которые Мо

Юйжоу получила в результате использования чужой славы — хотя и не

маленькой суммы — ни одна из них не имела большого бюджета или высокой

оценки в Пекине. Как они могут сравниться с лучшим международным

брендом?

Лицо Юйжоу стало еще бледнее; её тело, казалось, упадёт

под давлением собственного веса. Если в США пойдут слухи об этом

инциденте, она, возможно, не сможет даже удержать эти дешевые сделки …

«Когда

вы приняли эту сделку? Разве вы не знаете, что она должна пройти через

одобрение компании?»,- Хань Юйфань сердито спросил Тан Нин перед всеми.

Тан

Нин обернулась и начала спорить: «Контракт уже был одобрен высшими

должностями компании, я забыла сказать тебе об этом. Они всё одобрили.

Что касается того, когда я приняла сделку … в то время, когда вы с Мо

Юйжоу ласково ворковали о вашей свадьбе … Пока я работала, что делали

вы? Если ты не знаешь, как быть генеральным директором, можешь передать

позицию кому-то другому. Что? Это считается местью?»

«Хань Юйфань, позволь мне предупредить тебя: если ты продолжишь покрывать Мо Юйжоу, Тяньи … в конце концов, откажется от тебя…»

Поскольку

Тан Нин уже высоко поднялась над Мо Юйжоу, акционеры Тяньи были

недовольны работой Хань Юйфаня; он всегда вызывал проблемы для Тан Нин,

даже на таких публичных мероприятиях. Для Тяньи связь Тан Нин с

международным брендом — это огромный шаг вперед. Но он не поддержал её,

он даже дошел до того, чтобы опозорить Тан Нин ради Мо Юйжоу.

Вдобавок

ко всему, ранее они возлагали большие надежды на Мо Юйжоу, и,

следовательно, они потратили на нее все свое время и энергию. В конце

концов, она никудышно выступила для Secret, и о ней даже не заговорили…

Она отправилась в США, прикрываясь тем, что была на той же сцене, что и Тан Нин. В конце концов, она стала просто частью фона …

Это был тот уровень навыков, которым хвастался Хань Юйфань, и который был сопоставим с Хо Цзин Цзин?

Само

собой разумеется, в этот момент Мо Юйжоу, «международная супермодель с

многообещающим будущим» вот-вот сойдёт в глубины бездны и отправится в

забвение.

Хань Жосюэ свирепо посмотрела на Тан Нин. Она и думать

не думала, что, пока они отдыхали, Тан Нин сумеет провернуть сделку с

таким известным французским брендом; увеличивая разрыв между ней и Мо

Юйжоу на тысячи миль …

Как менеджер, это был первый раз, когда она не знала, как разобраться с артистом.

После

этого выпуска Secret, популярность и статус Тан Нин ещё более

приумножатся; тогда как Мо Юйжоу пойдёт в противоположном направлении.

Первоначально

все, что хотела Мина, было простым праздничным ужином, но вместо этого

теперь всё превратилось в междоусобицу Тяньи. Поэтому она вызвала

охранника, чтобы выпроводить Мо Юйжоу из отеля. Однако её остановила

Хань Жосюэ: «Мы сами найдём дорогу…»

«Тан Нин, ты безжалостна».

Как бы она ни была безжалостна, всё было справедливо.

Но

неважно, выиграла ли Тан Нин эту битву или подписала контракт с ISN,

этого было недостаточно. Даже видеть, как трое были беспомощно изгнаны с

ужина, было недостаточно. Хань Юйфань все еще был президентом Тяньи, а

Мо Юйжоу не была загнана в угол, поэтому основное шоу еще впереди.

Выйдя

из отеля, Мо Юйжоу бессознательно упала на колени. Эта сцена

беспомощности была замечена Мо Тином, который ждал Тан Нин в своей

машине; он записал всё на телефон.

Она получила такой скромный удар, и она уже не могла справиться с этим.

В темноте Мо Юйжоу и другие не могли разглядеть Мо Тина. Все, на что

их хватило, это стоять там с лицами, полными обиды. Они использовали

всевозможные оскорбления, чтобы пожаловаться на действия Тан Нин. Из его

скрытого положения Мо Тин наблюдал за их беспомощностью, уголки его рта

слегка изогнулись. Как они смеют оскорблять его жену … если бы он не

слышал, это не имело бы значения … но раз он это услышал …

…тогда…

… удача им не улыбнётся…

Мо Тин поднял трубку и позвонил Лу Че: «Помоги мне узнать, на какое агентство работает Хань Жосюэ».

«Да, президент!» Лу Че быстро ответил.

Прежде

чем покинуть США, ему определенно нужно было оставить прощальный

подарок для Хань Жосюэ. В конце концов, она так много сделала против Тан

Нин, в том числе и для того, чтобы проложить дорогу для Мо Юйжоу. Он

рассуждал об этом так: он собирался действовать уже после того, как Тан

Нин выиграла битву, так что это не будет считаться вмешательством в её

дела, верно?

Среди яркого и красочного праздничного ужина Тан

Нин поддерживала её улыбку, смешиваясь с толпой гостей и репортеров.

Поскольку она не хотела, чтобы Мо Тин ждал слишком долго, она сказала,

что плохо себя чувствует и покинула ужин, прихватив с собой Линь Вэй и

Лун Цзе.

Выйдя из главного входа в отель, Тан Нин повезло

заметить Мо Тина среди темноты. Этот человек, который всегда был центром

внимания, казалось, забыл о своём статусе и поджидал её во всяких

подворотнях. Линь Вэй и Лун Цзе не хотели быть третьим колесом, поэтому

обратно в усадьбу они поехали на такси, оставив Тан Нин одну в машине Мо

Тина.

Мо Тин наблюдал, как Тан Нин подошла к машине. Увидев,

что её плечи все еще открыты, он быстро снял пиджак и надел на неё:

«Разве ты не додумалась утром попросить Лун Цзе взять с собой куртку?»

«Если

бы я попросила Лун Цзе, я бы осталась без этого пиджака, который всё

ещё хранит твоё тепло»,- Тан Нин улыбнулась, прежде чем продолжить:

«Пиджак президента Мо не так-то просто получить».

Мо Тин был полностью побежден ею, когда он осторожно взял её ледяные холодные руки и помог ей сесть в машину: «Поедем домой …»

По

возвращении в усадьбу все место было преобразовано. Спальня была полна

свежих цветов, ароматные свечи были расставлены по всему дому.

Мо Тин обнял Тан Нин сзади, а потом он поцеловал её в шею: «Ты возвращаешься с триумфом…»

«В

последние несколько дней ты не спал ночами, и раз уж у нас, наконец,

нашёлся выходной …» — голос Тан Нин слегка дрожал: «… почему ты не

отдыхаешь? Завтра мы летим домой. После этого ты снова будешь занят … »

«Если ты чувствуете себя виноватой, то почему бы тебе не сделать мне массаж попозже?»

Тан

Нин озиралась по сторонам, наслаждаясь ароматом. Она схватила Мо Тина

за руку и толкнула его на кровать. Затем она налила на руку эфирные

масла, взятые у Лун Цзе, и мягко прижалась к спине Мо Тина. Тело Мо Тина

было складно и крепко, однако из-за неотложной работы, которую он

проделал последние несколько дней, его мышцы были перенапряжены. Тан Нин

была немного расстроена; с тех пор, как она вышла замуж за Мо Тина,

казалось, что она не тратила много времени на заботу о его здоровье.

«Я должна об этом поразмыслить…» — напомнила себе Тан Нин.

«А?» Мо Тин не знал, о чём она говорила.

«Я

позабочусь о тебе…»,- после инцидента с Хань Юйфанем, Тан Нин научилась

лелеять всё, что у неё было; она потеряла уже слишком много, она не

собиралась никого отпускать, особенно… Мо Тина.

Услышав её

слова, Мо Тин повернулся и притянул её к себе на грудь: «Из того, что я

вижу, я думаю, это ты тут нуждаешься в заботе, но … когда дело доходит

до размышлений, тебе действительно нужно подумать вот о чём. …Я хочу

тебя».

Тан Нин посмотрела на Мо Тина, её глаза были ясны и искренни: «Какое совпадение … я тоже … но торопиться не нужно…»

Супружеская пара была очень синхронна, когда дело доходило до этого.

…

[Тан

Нин Устанавливает новый восточный тренд: большой удар по Европе и

Штатам!], [Тан Нин прессует Мо Юйжоу: заставляет её стать частью фона],

[Тан Нин утверждает, что ISN становится достойным фаворитом на западном

рынке!]; Это были заголовки, отпечатанные во всех дальневосточных

газетах. Тан Нин, которая не высовывалась раньше времени, теперь

перешагнула через Мо Юйжоу, и, в конечном счете, использовала своё самое

профессиональное «я» для мгновенного поражения Мо Юйжоу — она

использовала все свои способности, чтобы показать всем, что такое

истинный восточный тренд.

Благодаря поддержке Secret и ISN,

статус Тан Нин уже не был на том же уровне, что и в тот день, когда она

прибыла на американскую землю.

Конечно, помимо поклонников за

границей, поклонники дома тоже восхищались достижениями Тан Нин. Когда

Линь Вэй велела всем верить в Тан Нин, она вернула доверие в сердца

многих фанатов, в итоге они терпеливо ждали её победы. Как и ожидалось,

Тан Нин не разочаровала. Она действительно была на коне, не позволяя

никому видеть в ней просто стареющую модель…

Увидев новости,

Хань Жосюэ и Мо Юйжоу в истерике крушили всё, что попалось под руку.

Популярность Тан Нин не только означала, что Мо Юйжоу потерпела неудачу,

но и что они не могли на неё надавить …

С другой стороны, Мо

Юйжоу, которую первоначально так высоко оценили и даже сравнили с Хо

Цзин Цзин, бросилась в обратную крайность. Как ей не было бы стыдно

вернуться домой?

Модель, занявшая переднюю обложку журнала, не

привлекла внимания и стала лишь фоном Тан Нин; об этой нелепице говорили

бы долгие годы.

«Этого достаточно, вы двое можете прекратить

крушить вещи!» У Хань Юйфаня разболелась голова от всего этого хаоса.

Глубоко внутри его эмоции были еще более сложными, чем у Мо Юйжоу и его

сестры. Акционеры Тяньи уже оказывали на него давление ранее; им не

нравилась его постоянная поддержка Мо Юйжоу. Они вложили столько сил и

ресурсов в Мо Юйжоу, только чтобы найти в итоге…

Никаких упоминаний!

Это

было не от того, что Мо Юйжоу не повезло, но … потому что Тан Нин была

слишком сильна. Как для деловых людей, самым главным была прибыль. Если

Хань Юйфань продолжал бы в том же духе, они не собирались сидеть на

месте и смотреть!

«Юйфань, как насчет того, чтобы мы попросили помощи у мамы».

Хань

Жосюэ предложила получить помощь от их матери, но Хань Юйфань никогда

даже и не думал об этом, потому что он не чувствовал, что его мать

заслуживает упоминания. С момента смерти отца мать не могла справиться с

одиночеством, поэтому она, в конце концов, бросила семью и стала женой

режиссера. Все эти годы они едва связывались друг с другом, потому что,

помимо всего прочего, его мать тоже стала чьей-то мачехой.

«Цзе … этот вопрос … поговорим об этом, когда мы вернемся домой», — нетерпеливо ответил Хань Юйфань.

«Юйфань,

ты же не винишь меня, верно?»,- Хань Жосюэ уловила, что Хань Юйфань был

расстроен: «Юйфань, это правда, что я все распланировала, но ради кого,

по-твоему, я это делала? Я сделала все это для вас двоих. Мо Юйжоу не

оправдала ожиданий, как ты можешь винить меня в этом? Почему бы тебе не

обвинить эту сучку Тан Нин?»

Вскоре после того, как Хань Жосюэ

заговорила, телефон в её руке зазвонил. Как только она увидела, что это

из её компании, она быстро успокоилась и ответила: «Алло?»

«Хань Жосюэ, J-King в беде, где вы?»,- человек с другой стороны провода вопрошал.

Она

проводила так много времени, суя её нос в дела других людей, что она

даже не обращала внимания на своих собственных артистов. В результате,

известная женская группа была поймана с наркотиками. Накопить славу было

непросто, но все было уничтожено за одну ночь. Хуже всего, пока все это

происходило, Хань Жосюэ нигде не было видно.

«Президент …»

«С завтрашнего дня на работу можешь не приходить, я прослежу, чтобы ты попала во все черные списки Америки!»

Услышав это, разум Хань Жосюэ потупился … прежде чем она взорвалась в истерике …

«Президент, позвольте мне объяснить …»

«Что

тут объяснять? Вы использовали ресурсы, предоставленные компанией,

чтобы помочь вашему брату, вы думали, мы не узнаем? Secret был

изначально одним из наших активов. Если бы на нашей обложке появилась

одна из наших собственных моделей, восточный тренд был бы под нашим

контролем, но чем вы занимались? Хань Жосюэ, подготовьтесь

компенсировать нарушение контракта». Он повесил трубку, не давая Хань

Жосюэ шанса оправдаться.

Хань Жосюэ была ошарашена, она опустила

руки. Её рот бессвязно бормотал подобные слова: «Все кончено … все

кончено. Моя карьера … тоже закончилась».

«Цзя… что случилось?»

«Это

все из-за тебя!» Хань Жосюэ кричала изо всех сил: «Из-за тебя меня

уволили. Кроме того, я должна заплатить 10 миллионов долларов за

нарушение моего контракта … 10 миллионов долларов США!»

Хань Юйфань и Мо Юйжоу были ошеломлены … они никогда не ожидали, что последствия будут такими ужасными.

«На

этом всё не заканчивается, я буду внесена в черный список. Ты знаешь,

что это значит? Это значит … в США я больше не смогу зарабатывать себе

на жизнь. Все усилия, которые я приложила за все эти годы, были утрачены

впустую». После того, как Хань Жосюэ закончила кричать, она с горечью

опустилась на пол. В этот момент она была полна сожалений и ненависти.

Почему она помогала этому бесполезному брату? Почему она помогла Мо

Юйжоу пойти против Тан Нин?

«Цзя … ты не всё потеряла, у тебя все еще кое-что».

«Уходи, у тебя на уме только Мо Юйжоу»,- Хань Жосюэ оттолкнула Хань Юйфаня.

«Цзя… я помогу тебе».

«Хорошо,

если хочешь мне помочь, тогда … помоги мне выплатить половину

компенсации за нарушение моего контракта. Кроме того, я хочу стать

менеджером Тан Нин. Вы, ребята, не терпите её, но я буду. Я собираюсь

использовать Тан Нин, чтобы вернуться», — отрезала Хань Жосюэ. «В тебе

есть смелость согласиться на это?»

Хань Юйфань и Мо Юйжоу

взглянули друг на друга; это был абсолютный вздор. Мало того, что он не

позволит своей сестре помогать его врагу, даже если бы они согласились,

не было никакого шанса, чтобы Тан Нин пошла на это. Однако он не подавал

вида, ему все-таки пришлось найти способ разобраться с ней: «Я могу

помочь тебе с компенсацией, продав несколько акций, мы справимся с этим

вместе. Однако если подумать о том, как мы ранее обращались с Тан Нин,

она ни за что не позволила бы тебе стать её менеджером. Кроме того, у

нее уже есть Линь Вэй».

«Кто такая эта Линь Вэй по сравнению со

мной? Поскольку Тяньи больше не может контролировать Тан Нин, то почему

бы нам лично не помочь ей забраться на вершину? По крайней мере, таким

образом, мы можем повысить свою репутацию. Самое главное, я смогу

приглядывать за Тан Нин, это же как одним выстрелом убить двух зайцев»,-

Хань Жосюэ мечтала командовать Тан Нин.

Она была полна

ненависти и нежелания принимать её поражение. Ей хотелось посмотреть,

если она станет менеджером Тан Нин, сможет ли Тан Нин по-прежнему делать

то, что ей заблагорассудится.

Прислушиваясь к рассуждениям Хань

Жосюэ, Хань Юйфань задумался: даже если они не могли подавить Тан Нин,

Хань Жосюэ хотя бы могла предохранить её от неприятностей. Если бы он

согласился на это, он и Мо Юйжоу могли бы вздохнуть с облегчением.

«Цзя, я соглашусь».

«Сначала возвращайтесь в Китай, после того как я разберусь здесь, я вернусь и примусь за Тан Нин».

Примется за Тан Нин? Посмотрим, позволит ли Мо Тин!

«Хорошо …» ответил Хань Юйфань.

Мо

Юйжоу не была довольной этим решением. Она не могла поверить, что

собиралась лично сделать Тан Нин знаменитой. Однако этот инцидент с

Secret был действительно её виной, это она привлекла Хань Юйфаня и Хань

Жосюэ. Итак, в этот момент она ничего не могла вставить; все, что она

могла делать, это смотреть на Хань Юйфаня с угрюмым выражением: «Разве

ты больше не хочешь меня?»

«О чем ты говоришь? Ты сама всё

видела, мы не можем сдерживать Тан Нин. Давай оставим её на сестру, так у

нас может появиться время отдохнуть. Юйжоу, я не брошу тебя».

Мо

Юйжоу подумала, что до тех пор, пока у нее все еще есть Хань Юйфань,

она все равно станет первой леди Тяньи. Если это произойдет, у нее будет

шанс на возвращение.

Что касается Тан Нин, расправившей свои крылья, у них все еще было временя!

В

тот же день агентство KLA обнародовало объявление о разрыве контракта с

Хань Жосюэ. Во время их объявления они указали на три крупные ошибки,

которые она сделала, и заявили, что будут преследовать её ради

компенсации. Они также объявили, что она будет занесена в черный список.

Конечно, она была всего лишь менеджером, даже если она должна

была разорвать связь со своей компанией, это не вызвало бы большого

волнения. Однако, увидев эту новость, Тан Нин была удивлена. Её взгляд

бессознательно обратился на Мо Тина. Этот человек … он действительно не

мог держать себя в руках.

Фотосессия ISN приближалась, и

поскольку она должна была проходить в Пекине, Тан Нин должна была

немедленно возвращаться в Китай.

На этот раз Тан Нин не пришлось

лететь тем же рейсом, что и Хань Юйфань и Мо Юйжоу. Кроме того, из-за

её славы в США, её поклонникам больше не пришлось сдерживать свои

порывы. Её фан-клуб даже организовал мероприятие для всех фанатов, чтобы

поприветствовать её в аэропорту. Итак, рано утром, аэропорт был

заполнен людьми.

«Тан Нин, ты знаешь, что Хань Юйфань и Мо Юйжоу тоже прилетят сегодня?»,- спросила Линь Вэй, когда они ехали в аэропорт.

«Да,

я знаю … так, ты же знаешь, что делать, верно?»,- Тан Нин читала

газету, держась за руку Мо Тина. В прошлый раз, когда она полетела в

Люсень, Мо Юйжоу выложила её график в сеть и были проблемы с

антифанатами. На этот раз Мо Юйжоу возвращалась с поражением и стала

посмешищем для всех; ей определенно нужно было отомстить.

«Тан Нин, ты все еще не использовала информацию о том, что Мо Юйжоу беременна, что ты планируешь?» — вдруг спросила Лун Цзе.

Мо Юйжоу беременна? Подумала Линь Вэй.

«Все

это время она стремилась к награде «десяти лучших моделей», но не

забывай о критериях отбора. Беременные… не имеют права на награду», —

спокойно ответила Тан Нин.

«Тогда чего ты ждешь? Давай просто используем козырь…»

«Судя

по Мо Юйжоу, она определенно пойдёт на всё ради награды. Я подожду,

пока она появится на сцене, чтобы забрать свою награду … в тот момент я

столкну её в могилу».

Получить что-то и немедленно потерять… это была настоящая боль.

До

того дня, когда Мо Юйжоу получит награду, Тяньи все равно будут

считать, что у неё есть какая-то надежда. Поэтому, заставить её получить

приз, а затем потерять — будет единственным способом гарантировать, что

она не сможет вернуться, награда десяти лучших моделей даёт каждой

модели только один шанс.

Мо Тин крепко держал Тан Нин за руку

всё это время, потому что он знал, хотя Тан Нин отбросила Мо Юйжоу на

задний план, этого было бы недостаточно, чтобы компенсировать боль,

которую она ранее испытала. Ей хотелось, чтобы Мо Юйжоу почувствовала,

будто её выбросили.

Мо Тин не хотел видеть Тан Нин настолько

подавленной, поэтому он вытащил свой телефон и отыскал фотографии,

которые он снял накануне. Затем он передал свой телефон Линь Вэй,

«Размести это онлайн …»

Это была фотография с Мо Юйжой, стоящей на коленях на земле …

Фото Мо Юйжоу в ее самой низкой точке …

Линь Вэй посмотрела на интригующую фотографию, она и Лун Цзе обе лукаво улыбнулись.

Поскольку её статус уже был не тот, что прежде, Мо Тин больше не мог

войти в аэропорт вместе с Тан Нин. Прежде чем она вышла из машины, Мо

Тин мягко похлопал её по плечу и сказал: «В аэропорту тебя ждёт толпа

фанатов, если они увидят нас вместе, будут проблемы, я подожду тебя в

бизнес-классе. В настоящее время твоя карьера на подъеме, ты не можешь

позволить себе какие-либо скандалы».

Тан Нин подняла голову,

чтобы взглянуть на Мо Тина с извиняющимся взглядом в глазах. Она, в

самом деле, была женой Мо Тина, но им никогда нельзя было показаться на

людях; иногда они даже должны были вести себя как совершенно незнакомые

люди. Но, она также поняла, Мо Тин не хотел, чтобы её с трудом

заработанные достижения пошли насмарку.

Подумав об этом, Тан Нин

умиротворенно улыбнулась, держась за руку Мо Тина: «Подожди меня …

Подожди, пока я не окажусь на том же уровне, что и ты. Я лично объявлю

миру, что мы муж и жена; безудержная супружеская пара».

На самом

деле Мо Тин действительно хотел удерживать Тан Нин в своём доме, таким

образом, только он мог соприкоснуться с её красотой. Однако Тан Нин

родилась для подиума; её ауру суперзвезды нельзя было отрицать. Итак,

продвижение Тан Нин на вершину индустрии была его миссией и целью в

жизни …

Осознание этого … заставило его чувствовать себя беспомощным, но также счастливым.

Тан

Нин вышла из лимузина Линкольн, пересела в другой роскошный автомобиль и

направилась в аэропорт с Лун Цзе и Линь Вэй. Поскольку восточный тренд

стал большим хитом, аэропорт уже не был таким тихим, как когда Тан Нин

впервые прибыла, поэтому Мо Тин организовал для неё 4 телохранителей.

«Ахх … это Тан Нин …»

Крики людей, раздающиеся из аэропорта, можно было слышать уже с тротуара снаружи.

Тан Нин бессознательно ускорилась. В глубине души она разочаровалась, откуда у этих людей такое хорошее зрение?

«Тан

Нин, всё теперь иначе», — вздохнула Лун Цзе. «У тебя есть возможность

использовать VIP- вход, чтобы удрать от всех этих фанатов, так будет

лучше?»

«Конечно, нет», — Тан Нин немедленно отклонила этот

вариант. «Если я не могу справиться с этим, сколько поклонников будут

разочарованы? Мои поклонники поддерживают мою карьеру, у меня нет причин

избегать их».

Увидев её, поклонники и журналисты стекались к

ней гурьбой. Телохранители Мо Тина быстро сформировали живой щит и

сопроводили её в зону ожидания.

«Тан Нин … можем ли мы получить ваш автограф?»

«Тан Нин, вы нам действительно нравитесь, продолжайте …»

«Тан Нин, вы всегда можете вернуться в США».

Тан

Нин поддерживала её улыбку. Когда она натыкалась на маленькие группы

людей, она щедро раздавала им автографы. Войдя в терминал, она сделала

ещё несколько фотографий с поклонниками. В конце концов, Линь Вэй

пришлось перехватить их и с сожалением отговорить, сказав им, что Тан

Нин мало отдыхала в последнее время, надеясь, что они могли понять.

Сидя

в терминале, Тан Нин оглянулась на Мо Тина. Наконец, посреди зала она

заметила его, мирно сидящего в солнцезащитных очках, он листал последний

выпуск «Secret». Пожилая американская леди рядом с ним заметила журнал в

руках и улыбнулась, когда она спросила: «Молодой человек, после того,

как вы закончите с этим, могу я взглянуть? Этот журнал был так популярен

в последнее время, я не в состоянии купить его где бы то ни было».

Мо Тин мягко ответил: «Конечно».

Тан

Нин сидела в двух рядах за Мо Тином и смотрела на его красивую спину.

Она действительно хотела спросить его, как ему нравится журнал с его

женой. На самом деле Мо Тин имел возможность сидеть в VIP-зале, но он

решил сопровождать её …

Тан Нин вытащила свой телефон и набрала несколько слов: «Твоя спина хорошо выглядит».

Мо

Тин передал журнал в руки старушке и взглянул на свой телефон. Уголки

его губ изогнулись, когда он ответил: «После того, как мы вернемся

домой, попроси Лу Че заменить второго человека с обложки на меня. Больше

не будет никаких упоминаний, верно?»

«Вы не можете сделать этого, президент Мо! Если вы это сделаете, на меня никто не обратит внимание».

Мо

Тин улыбнулся ещё шире, когда мысль пересекла его ум; он хотел

увеличить сольную фотографию Тан Нин и повесить её на всю спальню.

«Я действительно хочу обернуться и посмотреть на тебя …»

Увидев

эти слова, сердце Тан Нин забилось быстрее. В это время аэропорт

объявил, что их рейс готов к посадке. Тан Нин встала и пошла первой. Мо

Тин тоже встал и пошел следом за ней. Вот так … ему не нужно было

поворачиваться, чтобы посмотреть на нее.

Во время посадки многие

люди постепенно узнавали Тан Нин. Они хотели двинуться вперед, чтобы

заговорить с ней, но Мо Тин нарочно стоял между ними, пока Тан Нин,

наконец, не добралась до первого класса …

Она была его женой … конечно, он позаботится о ней и защитит её …

По крайней мере, по его мнению, он должен был это сделать.

…

В

то же время в интернет-сообществе Китая начала распространяться очень

интересная фотография. Модель B-класса Мо Юйжоу, славно отправившаяся за

границу, должна была преодолеть все препятствия и выйти на новый

уровень в своей карьере. В конце концов, прибыв за границу, она сравнила

себя со многими известными супермоделями и обеспечила себе некоторое

одобрение. Однако, как только вышел журнал «Secret», Тан Нин стала

легендой, а она посмешищем.

«Ноль внимания» стало её прозвищем.

Но насмешек общественности было явно недостаточно. Рано утром в

Интернете был опубликован длиннопост. Мем состоял из 10 фотографий

моделей с которыми она себя сравнивала; фотографии моделей были слева,

её фотографии были справа. Их фотографии были со всевозможных шоу, тогда

как её фотографии … состояли из одной…

… фото, где она стоит на коленях на земле …

После того, как этот мем стал вирусным, он привлек внимание многих известных онлайн-персонажей; они все высмеяли её.

Такая

катастрофа была полнейшей неожиданностью для Тяньи. Кроме того, из-за

поражения Мо Юйжоу начали всплывать все её предыдущие скандалы; повторно

унизив её.

Так и выглядела индустрия развлечений; победитель получает всё …

«Юйжоу,

как насчет того, чтобы тебе остаться в США?»,- Хань Юйфань беспокоился,

что она не сможет справиться с этим ударом, и это навредит её

беременности.

«Не нужно, я хочу посмотреть, какой ещё шаг

предпримет Тан Нин». Самое главное, окончательный отбор для награды

десяти лучших моделей проходил через 4 дня. В ней разыгрался азарт… так

как у неё не было выдающихся результатов, все, что она могла теперь

сделать, это … выходить на судей …

«Хорошо, тогда мы направимся

прямо домой, как только мы сойдём с самолета», — ответил Хань Юйфань. В

этот момент он понятия не имел, что планировала Мо Юйжоу.

Однако

даже если они решили отправиться домой, им все равно пришлось срочно

покинуть аэропорт. В это время затаившиеся папарацци явили себя; они

долго высматривали них. Их машину окружили и начали преследовать.

Увидев своё унижение в Интернете, Мо Юйжоу расплакалась в машине …

Это был большой удар!

Излишне говорить, что беспощадности Тан Нин было с лихвой достаточно,

чтобы заставить Хань Юйфаня осознать, как он ошибался. Он нелепо

ошибался в ней; девушка, которая когда-то была готова на что угодно ради

него, больше не оказывала ему никакой милости. Независимо от цены, её

цель заключалась бы в том, чтобы растоптать Мо Юйжоу под её ногами.

Он не испытал на себе её гнева только от того, что ещё была не его очередь.

Весь

аэропорт был заполнен фанатами Тан Нин. Некоторые держали плакаты с

именем Тан Нин, другие кричали её имя. Первоначально это было что-то,

чем Тяньи могли бы гордиться, но … в глубине души Хань Юйфань даже не

был хоть сколько-нибудь доволен. Важность Тан Нин теперь резко возросла,

и она больше не находилась под контролем Тяньи. Помимо того, чтобы

уповать на Хань Жосюэ, он ничего не мог поделать.

В противном случае он попал бы в глубины бездны вместе с Мо Юйжоу.

У него действительно не было выбора, кроме как связаться с матерью?

Возвращение

Тан Нин было полно хайпа. Подписания соглашения с ISN гарантировало,

что каждая следующая её работа будет еще лучше. Самое главное, её

скромная личность означала, что она ей не придётся создавать шумиху,

чтобы привлечь внимание людей. Это помогло ей завоевать множество

преданных поклонников. В результате её база была стабильной, теперь она

имела вес в модельной индустрии.

Хань Юйфань просматривал

новости о Тан Нин и Мо Юйжоу; его брови нахмурились. Вернувшись домой,

он проигнорировал Мо Юйжоу и заперся в своей комнате.

Мо Юйжоу

почувствовала себя неловко из-за этого, потому что она знала, что Тяньи

принадлежит не только Хань Юйфаню. С её нынешней репутацией, он

определенно оказался в затруднительном положении.

«Помоги мне узнать, кем будут судьи на премии десяти лучших моделей…»

«Юйжоу,

что ты думаешь делать?»,- помощник Мо Юйжоу испытывал смешанные эмоции:

«Не делай глупостей. Я уверен, что если ты просто отдохнешь, со

временем ты сможешь вернуться на подиум».

«Я не хочу сдаваться, у

меня ещё есть возможность последнего рывка. Просто делать то, что я

прошу тебя делать. Как вы думаешь, как долго Хань Юйфань сможет всё это

терпеть? Акционеры Тяньи оказывают на него постоянное давление, требуют

отказаться от нас, это только вопрос времени. Ты хочешь вернуться к

своей предыдущей жизни, оказаться на улице?»

Помощник Мо Юйжоу

замер на мгновение. Он явно не хотел делать, что она просила … он так же

не хотел, чтобы Мо Юйжоу пошла опасным путём. Если сделать то, что она

предполагала, это вызовет раскол в её отношениях с Хань Юйфанем — такой,

который ничто не перекроет. Но он знал, кроме секса с одним из судей,

что еще она могла сделать, чтобы повернуть шансы в свою пользу?

«Юйжоу, у тебя все будет ребёнок …»

«Не волнуйся, я знаю, что делаю», — торжественно произнесла Мо Юйжоу.

Эта

индустрия всегда была такой. Когда-то она думала, что Хань Юйфань был

тем самым человеком, на которого она могла положиться, но … после

инцидента с Secret Хань Юйфань мог только смотреть, как она уходит

поверженной; он не мог ничего придумать для реванша. Именно тогда она

поняла, что этот человек не был надежным.

Мудрый человек выбирает подходящую себе среду.

В своём кабинете Хань Юйфань все еще обдумывал, как защитить Мо Юйжоу. Между тем, другой человек уже думал, как предать его …

Возвращение

Тан Нин, популярность после Secret, сделка с ISN; это все

предназначалось, чтобы вывести его на новые высоты и умножить влияние

Тяньи. Но Хань Юйфань, как президент, был недоволен.

В настоящее

время снимается реклама для ISN, поэтому с момента возвращения Тан Нин

из США она не появлялась Тяньи. Только через 2 дня, когда реклама была

закончена, она, наконец, вернулась в офис.

В кабинете

генерального директора Хань Юйфань смотрел на Тан Нин со смешанными

эмоциями: «Тан Нин, ты уже получила то, что хотела, не дави на неё,

дайте ей шанс выжить».

Тан Нин посмотрела на Хань Юйфаня и

спокойно ответила: «Когда мы были в США, ты дал мне шанс? Если ты не

можешь этого делать, тогда не ожидай, что другие станут».

«Ты …»

Хань Юйфань замолк на мгновение, потому что он знал, что если это была

обратная ситуация, где Мо Юйжоу была успешной, они бы использовали самые

крайние меры, чтобы Тан Тан никогда не вернулась на сцену. Итак, в этот

момент, помимо гнева, он также испытывал сожаление. Он больше не

смотрел на Тан Нин, вместо этого он обратил свой взгляд на Линь Вэй и

приказал: «Линь Вэй, пакуй свои вещи и готовься к работе с другим

артистом, я уже организовал нового менеджера для Тан Нин».

Услышав это, лицо Линь Вэй побледнело, Тан Нин же нахмурилась: «Что это за игры?»

«Тан

Нин, у твоего контракта все еще есть 3 года. Линь Вэй — менеджер под

нашей компанией, я могу заставить её делать то, что захочу, ты не имеешь

права вмешиваться».

Контракт?

Хань Юйфань действительно думал, что он все еще может контролировать их контракт?

«Тогда

самое меньшее, что ты можешь сделать, это сказать мне, кто ты для меня

приготовил», — Тан Нин ждала его ответ, пока она подарила Линь Вэй

утешительный взгляд. Взволнованное сердце Линь Вэй сразу успокоилось.

Она знала, что Тан Нин рано или поздно получит лучшего менеджера, но она

определенно не могла оставаться в Тяньи; она ранее предала Мо Юйжоу и

приняла сторону Тан Нин, если оторвать её от Тан Нин, Мо Юйжоу

определенно заставит её страдать.

Тем не менее, взгляд Тан Нин сказал ей …

Даже если она не смогла удержать её, она не позволила бы отправить её в пасть тигра …

… и Тан Нин сделала бы всё, что захотела бы. Поэтому она доверяла Тан Нин и оставалась терпеливой.

«Завтра

компания проведет для вас праздничный ужин. Тогда ты её и увидишь. Не

беспокойся, этот менеджер определенно будет более квалифицированным, чем

Линь Вэй, и тебе не будет хуже. Ты все еще думаете, что я пытаюсь на

тебя надавить?»,- Хань Юйфань чувствовал смущение.

Тан Нин

ничего не сказала и не отказалась. Конечно, она не могла поверить, что

Хань Юйфань сделает для нее что-то хорошее, но она не могла просто

отказаться или иначе не было бы конца этому.

Ей нужно было убедиться, что она оставалась у власти.

Когда

Тан Нин вышла из кабинета, Линь Вэй остался позади. Тан Нин взглянула

на нее, указывая ей на то, чтобы сопротивляться столько, сколько она

могла, и не дать Хань Юйфаню узнать подробности её работы. Линь Вэй

кивнула головой.

«Где Линь Вэй?» — спросила Лун Цзе, увидев, что Тан Нин вернулась одна.

«Хань Юйфань устроил для нее работу с другим артистом и организовал для меня нового менеджера», — ответила Тан Нин.

«Кто это?»,- спросила Лун Цзе.

Тан

Нин не ответила, она просто надела свои солнцезащитные очки и покинула

Тяньи вместе с Лун Цзе. Она вернулась в Хаятт Ридженси и вошла в её дом.

В то время Мо Тин уже был дома. У пары были одни и те же мысли на этот

счёт.

«Тин, ты думаешь то, о чем я думаю?» спрашивала Тан Нин.

«Хань Жосюэ!» — ответил Мо Тин.

Как и ожидалось. Тан Нин слегка улыбнулась.

«Она осталась без работы в США, поэтому, конечно, она попытается

использовать тебя, чтобы вернуться. Плюс, её мечта — контролировать тебя

и заставить тебя сдаться …»,- Мо Тин смотрел на Тан Нин с серьезным

выражением, когда он проанализировал то, о чём думала Хань Жосюэ.

«Конечно, тебе не сложно сбросить её с хвоста».

Тан Нин легко

улыбнулась, она уже все продумала. Увидев её выражение, Лун Цзе знала,

что небольшое препятствие, подобное этому, не сможет стоять на пути у

Тан Нин; она почувствовала облегчение.

План Тан Нин вступит в

силу после награды десяти лучших моделей. Единственное, что Лун Цзе

могла сделать сейчас, это утешить Линь Вэй.

После того, как Лун

Цзе ушла, пара вошла в спальню и переоделась в домашнюю одежду. Мо Тин

обнял Тан Нин перед зеркалом гардероба, и он сказал ей на ухо: «Вы еще

не планируешь покидать Тяньи?»

«Ещё не время …»,- ей оставался

только один удар, чтобы полностью уничтожить Мо Юйжоу; она не могла так

легко позволить этим двум уйти.

«Но ты должна определить свою

следующую цель. Теперь, когда у тебя такая популярность, и люди

заговорили о тебе, твоя следующая цель должна быть …»

«Мне нужна

награда», — мягко ответила Тан Нин. Она знала свою позицию, и она

поняла, что индустрия развлечений была похожа на глубокий бассейн;

сегодня она все еще могла заставить людей говорить о ней, но завтра она

легко могла оказаться на дне. Таким образом, получив выдающуюся награду,

она могла бы закрепить свой статус в отрасли: «Тем не менее, Тин … Мне

уже 26 лет. Я больше не могу вести себя, как в 17, и участвовать в

конкурсе моделей. И награды, которые я получила в прошлом, потеряли свою

ценность с тех пор, как Star King Энтертейнмент занесли меня в черный

список … тогда я отчаянно отступала и сожгла свои же мосты».

В прошлом она действительно делала все возможное ради Хань Юйфаня …

Лучшие

годы модели, её самые славные годы … она самоотверженно отдала их всех

Хань Юйфаню. Но, в конце концов, что она получила взамен?

Однако

Тан Нин не жалела. Это была дорога, которую она выбрала. Просто, теперь

ей пришлось столкнуться с последствиями её глупостей.

Сердце Мо

Тина болело за нее. Если бы он встретил её раньше, возможно, ей не

пришлось бы проходить через всю эту боль. Он поцеловал Тан Нин в шею и

успокаивал ее нежным голосом: «Это не имеет значения … Если ты не можешь

участвовать в конкурсе, просто работай как модель. Присутствуй на

выставках и появляйся в журналах, я помогу тебе … Ведь индустрия — это

настоящая война»

Тан Нин глубоко вздохнула, обернувшись и

обхватив руками талию Мо Тина. Она уткнулась головой ему в грудь и

вздохнула: «Не волнуйся, пока ты рядом, меня не будет так легко

раздавить».

Мо Тин глубоко вздохнул и поднял Тан Нин на руки.

Вернувшись в спальню, он положил её на кровать и мягко прижал её к себе:

«Я думаю, лучший способ заставить тебя забыть о прошлом, — глубоко тебя

полюбить».

Услышав это, уши Тан Нин покраснели. Она могла понять двусмысленность этих слов.

«Ты еще не ел. После тяжелой работы, у тебя все еще есть энергия?»

«Я предполагаю, что единственный способ узнать это — проверить …» договорив, он поцеловал её губы …

…

Из-за

популярности Тан Нин Мо Юйжоу стала объектом всеобщей ненависти. Итак,

Хань Юйфань не позволил ей присутствовать на праздничном ужине Тяньи.

Именно в это время Мо Юйжоу нашла возможность встретиться с судьями.

Информация о судействе была найдена за спиной Тяньи помощником Мо Юйжоу.

Всего было 7 человек: 3 женщины, 4 мужчины. Мо Юйжоу быстро вычеркнула

женщин и сосредоточила свое внимание на судье, 40-летнем мужчине. У него

была темная история.

«Юйжоу …» Помощник Мо Юйжоу наблюдал, как она подняла фотографию мужчины: «Ты …»

«Ты, Лин, помоги мне узнать, когда я смогу встретиться с этим судьей».

«Юйжоу…»

«Я

знаю, что ты думаешь. Если я не сделаю этого, я потеряю Хань Юйфаня, и

не только его, у меня вообще ничего не останется», — жестоко сказала Мо

Юйжоу. Прямо сейчас у неё не было возможности выжить в Пекине. Если бы

она не нашла себе ещё один выход, она не знала, как глубоко Тан Нин

закопает её: «Мне обязательно нужно получить награду. Любой ценой!»

Помощник

Мо Юйжоу не имел иного выбора, кроме как вытащить свой телефон и отойти

в сторону. Сначала человек на другом конце провода не планировал

отвечать, но после того, как вы Лин позвонил трижды подряд, он наконец

взял трубку.

Помощник Мо Юйжоу выразил свои мысли простым

способом, и человек понял их намерение. В конце концов, он попросил

личного разговора с Мо Юйжоу.

«Юйжоу….»

Мо Юйжоу протянула руку и схватила телефон. С улыбкой она ответила: «Мистер Ли».

«Итак,

ты Мо Юйжоу? Я видел твои шоу. На самом деле … ты не так уж плоха, но,

как я понимаю, вы осознаешь, где сейчас твоя репутация … завтра в 7

вечера приходите в отель Хун Фань, мы можем поговорить».

«Юйжоу … ты точно этого хочешь? Ты беременна, а этот презренный старик…»

«У

меня есть другой выбор?» Мо Юйжоу повернулась и спросила помощника:

«Тан Нин загнала меня в угол, я не могу позволить ей добиться успеха.

Если она хочет, чтобы я сдалась, она, должно быть, мечтает!»

Помощник

был не в силах спорить. Все, что он мог сделать, это скрипеть зубами:

«Тогда завтра я помогу тебе и сделаю несколько фотографий в качестве

доказательства, если старик получит то, что хочет, и просто уйдет».

Хань

Юйфань понятия не имел, но Мо Юйжоу уже сделала такое грязное решение.

Пока он отчаянно пытался исправить ситуацию, он потерял сердце Мо Юйжоу.

Конечно, это была карма; подобно тому, как он предал Тан Нин, Мо Юйжоу

теперь предавала его таким же образом.

В тот же день, рано

утром, Хань Жосюэ уже закончила с её контрактом в Америке и вернулась в

Пекин. Хань Юйфань лично отправился в аэропорт, чтобы забрать ее. Как

только Хань Жосюэ вошла в квартиру Хань Юйфаня, она спросила, где живет

Тан Нин.

«Цзя… Юйжоу в плохом настроении последние несколько дней. Не провоцируй ее … понизь голос».

«Она не оправдала ожиданий, она не может винить других», — холодно ответила Хань Жосюэ.

«Тан Нин живет в Hyatt Regency», — нетерпеливо ответил Хань Юйфань.

«Как

она оказалась в таком месте? В таком случае я завтра перееду к ней, так

мне будет удобнее». Хань Жосюэ не собиралась жить в квартире Хань

Юйфаня и не хотела видеть Мо Юйжоу.

Но, Hyatt Regency не было местом, где мог бы жить такой человек, как она!

Поскольку

Хань Жосюэ должна была взять на себя Тан Нин, она, Линь Вэй и Хань

Юйфань были в зале заседаний рано утром и обсуждали предстоящие планы.

Тан Нин не была приглашена на встречу, оправдание было в том, что это

была простая формальность. Тем не менее, Линь Вэй было ясно об истинных

намерениях Хань Жосюэ — Хань Жосюэ просто обращалась с Тан Нин как с

пешкой. Каким бы ни был высокий статус Тан Нин, она все еще собиралась

использовать свою власть, чтобы подчинить своего артиста.

Линь

Вэй вывела на экран предложения о работе Тан Нин — их было 23! Увидев

это, Хань Юйфань был потрясен. Среди предложений не было недостатка в

журналах второго сорта. Он никогда не ожидал, что публика так высоко

оценит Тан Нин.

Конечно, Линь Вэй не раскрывала предложений,

которые Тан Нин уже рассматривала в данное время. К ним относятся

предложения от … «Creative Century» и «Star Age»; две крупные фабрики

звёзд сделали ей предложение, от которого невозможно отказаться.

При

нынешнем статусе Тан Нин такая небольшая студия, как Тяньи, больше не

могла ей помочь. Кроме того, контракт, за который цеплялась Хань Жосюэ,

больше не мог связывать Тан Нин.

Казалось, Хань Жосюэ уже забыла битву за Secret и по-прежнему считала, что успех Тан Нин был обусловлен удачей.

«В

настоящее время из-за восточного тренда Тан Нин чрезвычайно популярна:

она получила много хайпа на европейском и американском рынках. Мы

используем текущую ситуацию, через мои контакты я могу быстро получить

ей несколько выступлений. Однако она должна быть послушна… иначе я

найду, чем ответить … »

Оказалось, ужин в честь Тан Нин больше походил на объявление о назначении Хань Жосюэ на её новую роль.

Менеджер,

которая была внесена в черный список американцами — мгновенно вернулась

в Пекин, чтобы продолжать наносить ущерб этому миру.

Тем

временем Тан Нин уже узнала от Линь Вэй об утренней встрече; Хань Жосюэ

планировала возродить свою карьеру за границей. Конечно, это было бы

идеально для большинства моделей, в конце концов, этот путь имел

наибольший потенциал, но … Тан Нин больше не 17 лет. Без сторонней

поддержки она не могла походить на молоденькую модель и начать с нуля.

Дело не в том, что она боялась, что это будет слишком сложно, но в ней

не осталось много молодости. Следующие три года для нее были очень

важны!

«Тан Нин, что ты собираешься делать? Хань Жосюэ не собирается поддаваться».

«У меня … есть свои планы … Линь Вэй, спасибо»,- Тан Нин искренне поблагодарила её.

«Тан

Нин, на самом деле это удача, что я покину тебя. Я знала, что рано или

поздно тебе назначат более профессионального менеджера … я недостаточно

хороша, чтобы оставаться рядом с тобой. Ты так многому меня научила. Не

беспокойся, наше соглашение о конфиденциальности всё ещё в силе, я не

раскрою другим твоих дел. Надеюсь, в конце концов, Тяньи отпустит меня».

Линь Вэй определилась; если бы она продолжала работать на Тан Нин, та

бы по-прежнему управляла всем процессом и Линь Вэй не имела возможности

продемонстрировать свои управленческие навыки. Она была впечатлена Тан

Нин, но у неё также были свои цели.

«Как хочешь»,- Тан Нин кивнула.

«Мы до сих пор друзья?»

«Конечно …»,- спокойно ответила Тан Нин.

«Мои

фотографии … Я оставлю их себе, это может послужить мне

предупреждением. Тан Нин, я буду следить за тобой, я буду смотреть, как

ты взбираешься на международную арену».

«Линь Вэй, я также желаю тебе всего наилучшего».

Линь

Вэй понимала, что она выполнила свою миссию, и пришло время уйти. С её

характером, Тан Нин никогда не прощала своих врагов. В то же время она

никогда не затрудняла жизнь своим друзьям. Поэтому, конечно, она

предпочла быть её другом.

…

Вскоре после этого ночное небо Пекина было плотно усеяно звездами. Тан Нин была хорошо подготовлена к битве с Хань Жосюэ.

По

дороге в отель Мо Тин держался за руку с Тан Нин; придавая ей сил. Тан

Нин посмотрела на Мо Тина и улыбнулся: «Не нужно беспокоиться обо мне, я

уже привыкла к этому … Я хорошо подготовилась, даже если Хань Жосюэ —

жестокий враг».

«Я просто забочусь о тебе …»

«Муженёк,

нет нужды ждать меня сегодня вечером. Будь хорошим мальчиком и иди домой

спать. Ты много работаешь целыми днями, не утомляйся из-за меня». Тан

Нин схватилась за руку Мо Тина: «Обещаю, я не позволю им навредить мне».

«Твоя правда. Но если Хань Жосюэ заставит тебя пострадать, Хаи

Жуи вступит в игру». Мо Тин обнял Тан Нин и осторожно поцеловал её в

лоб. Ей было так трудно перерождаться из гусеницы в бабочку; путь к

возрождению был не совсем гладким.

Тан Нин подняла голову и посмотрела на родинку на ухе Мо Тина; это был его фирменный знак, который полностью очаровал её.

«Я

не дам тебе возможности, я уже подготовила подарок для Хань Жосюэ, как

она смеет мечтать о том, чтобы быть моим менеджером! У неё может быть

мужество подумать об этом, но не будет шанса высказаться… » В конце

концов, она была очень опытная в уничтожении своих врагов.

Мо Тин осторожно посмотрел на Тан Нин; казалось, он действительно не смог бы вмешаться.

…

7 вечера. Тан Нин прибыла на праздничный ужин. В то же время Мо Юйжоу пришла в отель Хун Фань.

Поскольку

статус Тяньи был ограничен, они могли пригласить только нескольких

известных людей. Несмотря на то, что Тан Нин была главным героем

сегодняшнего торжественного ужина … было очевидно, что Хань Юйфань хотел

только лишь заманить её на мероприятие. Его реальное намерение состояло

в том, чтобы позволить Хань Жосюэ выйти на сцену.

После того,

как Тан Нин утомилась от светских бесед с гостями, она присела

отдохнуть. В это время она нашла официанта и прошептала ему на ухо

некоторые инструкции; он послушно кивнул …

Впоследствии, под аккомпанемент возгласов, приветствующих его, Хань Юйфань поднялся по красной дорожке на сцену.

«Сегодня,

помимо того, что Тан Нин стала представителем ISN, мы так же приняли

важное решение». Хань Юйфань носил коричневый костюм ручной работы; он

выглядел абсолютно красивым на сцене: «Роль менеджера артистов Тяньи

будет передана моей сестрой, топ-менеджеру Хань Жосюэ. Давайте

поприветствуем её на сцене, и продолжим рассказывать о хороших

новостях».

Хань Жосюэ вышла на красную ковровую дорожку в

длинном серебряном платье и паре туфлей на высоком каблуке около 10 см. У

неё было гордое выражение лица, как у королевы. В конце концов, ее

взгляд сосредоточился на Тан Нин.

Ее взгляд был зловещим, в нём чувствовалось желание победить. Увидев это, брови Тан Нин слегка нахмурились …

«Приветствую

всех, я Хань Жосюэ. С сегодняшнего дня я буду руководителем артистов

Тяньи Энтертейнмент. У меня также есть еще одно важное заявление …»

Хань Жосюэ продолжала смотреть на Тан Нин … как охотник, зациклившийся на своей добыче …

«Я хотела бы объявить …»

Как

только эти слова вышли из её уст, тот официант вдруг вышел на сцену,

держа телефон в руках, и протянул его Хань Жосюэ, прервав её на середине

предложения. Увидев содержимое экрана телефона, она сразу же посмотрела

на Тан Нин; она была удивлена, сердилась и не желала принимать то, что

она увидела.

Но, Тан Нин все время ей улыбалась … Хань Жосюэ было больно смотреть на эту улыбку.

«Я

хотел бы объявить … в начале следующего года мы создадим потрясающую

новую группу. Мы уже пригласили многих суперзвезд. Ждите».

Хань

Юйфань смущенно посмотрел на Хань Жосюэ; она должна была объявить, что

она станет менеджером Тан Нин … почему она вдруг передумала?

«Цзя … что случилось? Компания уже знает, что ты возьмешь на себя Тан Нин, почему ты так внезапно замолкла?»

«Тан Нин!» — воскликнула Хань Жосюэ, стиснув зубы.

Хань Юйфань повернулся и посмотрел на Тан Нин. Она вмешалась? Как она вмешалась?

«Что она тебе показала?»

«Она уже поняла, что я хочу стать её менеджером, поэтому в качестве

угрозы она показала мне предложения от Creative Century и Star Age. Если

я осмелюсь публично объявить, что я стану её менеджером, она также

публично объявит, что она разрывает свой контракт с Тяньи»,- Хань Жосюэ

рассказала Хань Юйфаню очень холодным тоном, глядя на Тан Нин. «Юйфань,

она хочет сказать, что мы должны быть благодарны за то, что она

задержалась в Тяньи, что мы должны к ней бережно относиться».

«У нее совсем нет стыда, так дешево!»

«Ещё не было артиста, которого я так ненавидела, хочу разорвать её на миллион кусочков. Ты должен поговорить с ней».

Хань Жосюэ развила определенный уровень понимания по отношению к Тан Нин.

Хань

Юйфань посмотрел на Тан Нин и велел ей встретиться с ним в приемной. В

сопровождении Лун Цзе, Тан Нин ушла за сцену. Все трое стояли в комнате,

Лун Цзе осторожно посмотрела на Хань Юйфаня.

«Чего ты хочешь?»

«Освободи

Линь Вэй от контракта»,- Тан Нин изложила своё условие: «Или я освобожу

её, а потом и себя – и мы уберёмся подальше от Тяньи».

«Хорошо,

Линь Вэй может уйти, но не ты», — холодно сказал Хань Юйфань. Некоторое

время в комнате стояла тишина, пока Хань Юйфань не продолжил:

«Насколько ты ненавидишь меня, что ты задумала столько интриг? Моя

сестра хотела стать твоим менеджером, чтобы она могла поддержать тебя.

Кто бы мог подумать, что ты будешь угрожать Тяньи … »

«Хань

Юйфань, по твоему всё, что делают Мо Юйжоу и твоя сестра это нормально и

правильно, тогда как моя контратака это зловещий заговор. Я уже

говорила об этом … Я не нападаю первой»,- голос Тан Нин был спокоен, но

также содержал неоспоримую силу. «Кстати, где же Мо Юйжоу?»

«Ты думала, я позволю Юйжоу приехать сюда и получить очередную травму?»

«Будет

ли ей больно, я не уверена, зато я знаю, что ты должен следить за ней …

не говори мне, что не понимаешь, кто она такая? Завтра должно было

состояться вручение награды десяти лучшим моделям. Как ты думаешь, на

что она пойдёт, чтобы получить желаемое?

Хань Юйфань был

ошеломлен на мгновение, но он остался упрямым: «Ты считаешь, что она

такая же расчетливая, как и ты? Как по мне она немного небрежна, но …

она никогда не будет безжалостна, как ты, — воткнула нож в спину своего

бывшего и сломала жизнь его сестре, которая относилась к тебе как к

члену семьи».

«В самом деле?»,- спросила Тан Нин, глядя на Хань

Юйфаня. После этого она обернулась, чтобы выйти из комнаты. Вскоре после

этого Хань Жосюэ вошла в комнату, чтобы расспросить Хань Юйфаня.

«Чего она хочет?»

«Она останется, но Линь Вэй уходит», — ответил Хань Юйфань.

«Юйфань,

я предполагаю, у неё впереди еще большие планы. Тан Нин явно хочет

уничтожить семью Хань, она так сильно тебя ненавидит, но мы ничего не

можем с этим поделать», — Хань Жосюэ сжала бокал в руке, словно шею Тан

Нин.

«Какой у нас следующий шаг?»,- Хань Юйфань почувствовал бессилие.

«Я думаю, пришло время найти маму …»

Она

была женой известного режиссера, у матери Хань было много контактов в

индустрии. Им нужно было узнать, есть ли у нее какие-либо идеи, как

легко победить Тан Нин.

…

Отель Хун Фань. В приватной

комнате стояла неоднозначная атмосфера. Мо Юйжоу лежала в объятиях

незнакомца и получала обещания: «Моя драгоценная, тебе не нужно

беспокоиться, идти домой и жди хороших новостей. Награда тебе уже

гарантирована».

Мо Юйжоу улыбнулась, сняла простыню и встала.

Пока она надевала одежду, она спросила: «Господин Ли, ради подстраховки,

вы же не против, что я записала видео, верно? В конце концов, мы с вами

хорошо знаем что это за индустрия, ничего не гарантировано».

«Что? Ты записала видео?»,- он понятия не имел, что Мо Юйжоу сделает что-то подобное.

«Когда я получаю награду, я немедленно возвращу видео вам. Господин Ли, я пойду домой и буду ждать хороших новостей …»

Лицо

Ли передернулось. В конце концов, все, что он мог сделать, это

смотреть, как Мо Юйжоу уходила. Он никогда не думал, что ему придется

терпеть последствия своей неосторожности.

Мо Юйжоу вышла из

главного вестибюля отеля и села на машину, которую приготовил её

помощник. В темноте ночи она уехала незамеченной.

«Юйжоу, нам нужно в больницу на проверку?»,- помощник посмотрел на нее и спросил.

«Не

нужно, я в порядке»,- Мо Юйжоу покачала головой. Чтобы угодить Хань

Юйфаню в постели, она тренировалась и нашла лучший способ защитить себя.

«Поспеши, едем домой. Я не хочу, чтобы Юйфань что-нибудь заподозрил».

«Юйжоу, ты слишком много поставила на кон».

«Если

нет, что бы я использовала против Тан Нин?»,- Мо Юйжоу выглянула в

окно; её лицо было полно ненависти. Однако она понятия не имела, со

всеми усилиями, которые она прикладывала для получения награды, на самом

деле … она двигалась в ловушку Тан Нин.

Это была индустрия

развлечений, где людей рвали на части. Снаружи всё казалось ярким и

гламурным, но, внутри, скольким действительно удалось сохранить свою

нижнюю планку моральных стандартов?

Hyatt Regency. 10 вечера.

Как

Тан Нин закончила говорить с Линь Вэй по телефону, она обернулась и

посмотрела на Мо Тина, сидящего на диване. На столе лежали её 20-30

предложений о работе. Независимо от того, насколько они велики или малы,

он собирался лично просмотреть каждое.

Сердце Тан Нин болело, когда она сидела рядом с ним: «Оставьте эти контракты Лун Цзе, это не проблема».

«Лун

Цзе может просмотреть контракты, но она не знает, как отличить

хорошие». Мо Тин обнял её и сказал: «Проблема с Линь Вэй решена?»

«Тяньи

отменила её контракт и позволила ей уйти», — кивнула Тан Нин. «Тин,

тебе действительно не нужно больше читать их, я хочу, чтобы ты отдохнул

…»

«Ты думаешь, я бы стал перечитывать чьи-то чужие контракты?

Миссис Мо, независимо от того, насколько маленькая эта проблема, если

она твоя, тогда для меня это важно».

«В таком случае позволь мне сделать тебе массаж».

«Тяньи

определенно подумают, что они не могут тебя сдерживать. Я буду держать

тебя в курсе по поводу их планов на Награду десяти лучших моделей. Хань

Жосюэ не отстанет от тебя вот так просто. Так что я временно занимаюсь

твоими контрактами».

«Ты когда-то занимался ещё чьими-нибудь контрактами?»,- Тан Нин спросила с легкой улыбкой.

«Ты действительно хочешь знать?»

«Можешь не отвечать, если не хочешь». Тан Нин это не волновало, но

мысль о том, что Мо Тин прилагал усилия, чтобы помочь кому-то другому,

принесла ей немного тревоги на сердце.

Увидев, как Тан Нин опустила голову, Мо Тин почувствовал радость. Он не мог не улыбнуться, когда говорил: «Ты ревнуешь?»

«Ну да, немного», — призналась Тан Нин, кивая головой.

«Ты

думаешь, что в этом мире есть кто-то ещё, кто достоин? Только ты …

никто больше …»,- Мо Тин притянул её к себе на колени и обнял её.

Тан

Нин была умна, когда дело доходило до большинства вещей, но когда речь

шла о чём-либо с большим количеством слов, у неё начиналась головная

боль. Вскоре после этого Тан Нин заснула в объятиях Мо Тина. На её лице

была легкая улыбка.

Мо Тин обнял жену, продолжая просматривать

её контракты. Хотя он устал … он был счастлив. Он наклонился и прошептал

на ухо Тан Нин: «Нин, в тот день, когда ты вернешь свой статус

топ-модели, я стану твоим личным менеджером …»

Тан Нин крепко спала. Услышав это, она бессознательно ответила: «Тогда … мне действительно предстоит много работы».

Мо

Тин мягко рассмеялся. Среди 20-30 контрактов он выбрал один от

«Королева Моды»; это была бы первая работа Тан Нин после возвращения в

страну.

Конечно, Тяньи определенно проведёт совещание по поводу

решения Мо Тина, потому что … КМ не происходил из популярной категории

журналов. Но он знал то, чего не знали другие; целевой аудиторией КМ

были модельеры и потребители высшего класса. Прямо сейчас Тан Нин должна

была использовать восточный тренд, чтобы продвигать себя к дизайнерам

моделей и тем, кто владел ресурсами …

Это был риск, но если все сложится, то в следующем полгода для Тан Нин будет гарантировано шоу.

Самое

главное, появление на выставках позволит ей найти ещё более

благоприятные возможности. Так было бы легче, чем полагаться на её

команду.

Что, если это не получилось бы?

Он не мог позволить этому случиться …

Тан Нин проснулась на следующее утро. Увидев, что Мо Тин оставил перед ней контракт КМ, она была немного удивлена.

«Ты мне доверяешь?»,- спросил Мо Тин, обнимая её.

Тан Нин сжимала усталые щеки Мо Тина и поцеловала его в губы: «Я займусь этим».

«Ты

не спросишь почему?»,- первоначально Мо Тин раздумывал о каких-либо

причинах, чтобы убедить её. Кто бы мог подумать, она просто посмотрит на

нему и решит ему доверится.

«Старший брат индустрии развлечений

не спал всю ночь, чтобы отобрать для меня нужную сделку. Даже если я

потерплю неудачу, я согласна», — сказала Тан Нин, обнимая шею Мо Тина.

Видя его беспомощный взгляд, Тан Нин объяснила ему серьезным тоном: «Я

доверяю тебе всем сердцем, это очевидно и без слов».

«Тогда решено … Контракт …»

«У

меня пока нет менеджера, а только помощник. Это означает, что я должен

лично обсуждать свои собственные сделки. Хотя у меня всё ещё есть

незаконченные дела с ISN, и у Мины есть еще одна обложка для меня. Она

пошлёт кого-то сюда, и мне не нужно будет лететь обратно в США».

Мо

Тин коснулся её волос и восхитился её доверием: «Дайте мне свою

электронную почту. Когда у меня будет время … я помогу тебе».

«Господин Мо, вы обещали, что не будете вмешиваться в мой бизнес …»

«Я

не собираюсь предоставлять тебе никаких ресурсов и не вкладываю никаких

денег … как твой муж, не могу ли я взять на себя некоторые твои

обязанности?»

У Тан Нин не было иного выбора, кроме как кивнуть головой: «Хорошо, мистер Мо, но только в этот раз».

Супружеская

пара слаженно принимала решения о работе. Впоследствии они встали с

кровати и насладились завтраком. Однако когда Тан Нин должна была

покинуть дом, ей позвонила Лун Цзе: «Тан Нин, Мо Юйжоу получила

приглашение от оргкомитета «Десять лучших моделей», вся компания в

волнении».

«Когда церемония награждения?»,- взгляд Тан Нин содержал более глубокий смысл, когда она спрашивала.

«Через

10 дней, за это время Мо Юйжоу снова успеет возгордиться. Интересно,

как ей удалось подкупить судей?»,- Лун Цзе не могла сдержать своего

любопытства — «Тан Нин, ты думаешь, она использовала Хань Юйфаня?»

«Поскольку

ты не можешь умерить своё любопытство, я уверена, Хань Юйфань будет

чувствовать то же самое». Тан Нин поддерживала своё обычное спокойствие:

«Пусть гордиться. В конце концов, это только на 10 дней … после этих 10

дней Мо Юйжоу перестанет существовать в модельной индустрии».

«Еще одна вещь. Оргкомитет пригласил вас в качестве приглашенного гостя на вечер».

«Ок,

Лун Цзе, мне скоро надо в офис». Поскольку она приняла решение

заключить контракт с КМ, согласно дополненному контракту, она должна

была бы презентовать его совету директоров Тяньи. Однако у неё было

плохое предчувствие, что высшие руководители откажутся от этой работы.

«Тогда я сейчас же приеду за тобой. Мо Юйжоу сейчас в офисе, она разгуливает по всей компании, как императрица».

Тан Нин рассмеялась в неодобрении.

Через

полчаса Лун Цзе прибыла в Хаятт Ридженси на машиной. Увидев выражение

лица Тан Нин, она не могла не подразнить её: «Большой босс хорошо делает

свою работу, кажется …»

«Посерьезнее»,- Тан Нин не могла не покраснеть.

«О да, теперь, когда Линь Вэй ушла, Тяньи сообразят тебе нового менеджера, что ты планируешь делать по этому поводу?»

«Мне

не нужен менеджер», — Тан Нин покачала головой. «Я могу обсуждать свои

собственные контракты, а ты можешь сидеть рядом и высказывать своё

мнение».

«Ты уверена, что справишься сама?»,- Лун Цзе сомневалась; даже если Тан Нин была готова, Мо Тин никогда бы не позволил ей.

«Я не могу ничего скрывать от тебя … Тин поможет мне …»,- У Тан Нин не было выбора, кроме как раскрыть правду.

«Способности

Большого Босса действительно впечатляют. Позволь мне сказать тебе, Тан

Нин, ты используешь его не в полном объеме».

Они беседовали и смеялись, пока не вошли в Тяньи. Атмосфера в офисе была немного иной в этот день.

Тан

Нин хотела увидеть Хань Юйфаня, но секретарь сказал, что он в настоящее

время на встрече. Однако когда Лун Цзе пошла посмотреть, в зале

заседаний явно никого не было. В то время как из кабинета Хань Юйфаня

раздавался смех женщины.

Тан Нин ухмыльнулась, но она не хотела затруднять работу секретаря.

Казалось, Хань Юйфань и другие устроили праздник; не желая видеть её …

Теперь, когда Мо Юйжоу возвращала свои позиции, самым счастливым

человеком был не кто иной, как Хань Жосюэ. Она уже успела поставить

крест на Мо Юйжоу, но кто бы мог подумать — ей удалось вернуться; её

квалифицировали на премию «Десять лучших моделей».

«Поздравим

Юйжоу! Поскольку ты являешься одним из номинантов, тебя также пригласили

на их праздник белой ночи. Там будут известные артисты из разных

компаний, множество важных людей, тебе нужно выжать максимум из этой

возможности. Ходят слухи, что там будет специальный гость. Конечно, Тан

Нин также приглашена … но … »,- Хань Жосюэ взяла приглашение Тан Нин и

разорвала его пополам: «… она не должна и мечтать об этом».

«Цзя, ты думаешь, это будет хорошая идея?»,- Хань Юйфань сидел за столом рядом с ней. Он рассмеялся над Тан Нин.

«Я

не знаю … если организаторы начнут задавать вопросы, мы просто скажем,

что Тан Нин встала в позу и намеренно не появилась. Раньше в Тяньи она

была на правах сторожевой собаки, даже если она превратилась из дворняги

в породистую, она все равно просто собака»,- Хань Жосюэ зловеще

посмотрела на этих двух. Даже если Тан Нин не позволяла им вмешиваться в

её работу, это не означало, что они не могли бы испортить ей жизнь

другими способами. В конце концов, она по-прежнему принадлежала

компании, и организаторы мероприятий всегда связывались с компанией; а

не с артистом напрямую.

После того, как Хань Жосюэ вышла из

комнаты с победным выражением лица, Хань Юйфань и Мо Юйжоу сидели в

тишине. Наконец, Хань Юйфань заговорил: «Юйжоу, тебе не кажется, что

судьи ведут себя немного странно?»

Мо Юйжоу замерла с непростым выражением лица. Сдержав свое беспокойство, она ответила: «Тан Нин что-то тебе рассказала?»

«Не

сваливай всё на Тан Нин каждый раз, когда что-то происходит. Все, о чём

я спрашиваю это — ты договорилась с судьями?»,- Хань Юйфань с унылым

видом посмотрел на Мо Юйжоу. Он посмотрел ей прямо в глаза и сказал:

«Тёмная сторона этой индустрии, ты думаешь, что я не знаком с ней? Ради

тебя … я чуть было не попросил свою мать о помощи. Если ты предала меня …

тогда наши отношения — закончены».

«Юйфань, я также удивлена, что меня номинировали»,- Мо Юйжоу заставила себя сохранять спокойствие и вести себя, как обычно.

«Не дай мне узнать, что ты сделала что-то грязное. Ради тебя я дошел до вражды с Тан Нин, не смей ударить меня в спину».

«У нас будет ребенок, я не пустилась бы в такие безрассудства».

Ребенок

был последней надеждой Мо Юйжоу. Хань Юйфань какое-то время обдумывал

её реакцию. В конце концов, он решил довериться ей: «Прекрасно, хорошо, я

тебе верю».

Если бы Бог хотел уничтожить человека, он бы

сначала наслал на него сумасшествие, и сейчас Мо Юйжоу была посреди

всего этого безумия …

Она не знала, что играет с огнем. Все, о чём она мечтала, стоять на сцене и получать свою награду.

Поскольку

Мо Юйжоу получила номинацию на награду, в предстоящие сделки Тяньи были

внесены изменения. Хань Юйфань собрал совет директоров компании. Он

рассказал им об инциденте, когда Тан Нин угрожала Хань Жосюэ отменой её

контракта; он хотел, чтобы они отказались от Тан Нин и сосредоточились

на Мо Юйжоу, а также поддержке новичков. Узнав, что Тан Нин рано или

поздно уйдет, у хозяев Тяньи действительно не было выбора, кроме как

принять предложение Хань Юйфаня.

В это время Тан Нин все еще

снималась в рекламе ISN. После того, как работа была завершена, Лун Цзе

быстро подошла к ней с курткой и прикрыла её: «Раз ты закончила, мы

поедем в Тяньи, чтобы обсудить контракт с КМ?»

«Давай не скажем

им о КМ», — ответила Тан Нин. Она была уверена, теперь, когда Мо Юйжоу

должна вот-вот получить свою награду, Тяньи откажут ей в

снисходительности. Совет директоров Тяньи был сосредоточен на прибыли;

КМ представляет собой слишком большой риск. Если бы она презентовала их

контракт сейчас, она была бы немедленно отвергнута.

«Тан Нин, ты

сейчас должна быть осторожна. Хань Жосюэ и та парочка теперь за одно,

ещё неизвестно, что они делают за твоей спиной»,- Лун Цзе помогла ей

снять макияж и переодеться в свою одежду. Затем она проводила её из

студии, где та пообщалась с фанатами, ожидающими снаружи.

«Мне просто нужно держаться подальше от их встреч до церемонии награждения …»,- Тан Нин улыбнулась.

«Мне найти доказательства того, что Мо Юйжоу подкупила судей?»

«Лун

Цзе, нам не выгодно оскорблять судей. Вероятно, это то, чего от нас

хочет Мо Юйжоу. Давай не будем рисковать. Вся ситуация и так в наших

руках, нам больше ничего не нужно делать»,- Тан Нин тщательно всё

обдумала. Если Мо Юйжоу отважилась на такой шаг, она определенно всё