Главные персонажи:

[[image:/storage/reader-images/821842ec87193ca1a0f4f0d83cf5b3b9eba662af.jpg]]

- Лия Веларис (Ариса Ким в прошлой жизни)

Рост : 168 см.

Возраст: 19 лет.

Девушка невероятной красоты. Серебристо-пепельные волосы до бёдер, фиолетовые глаза с серебряными крапинками, фарфоровая кожа. В её тело переродилась душа 28-летней Арисы. Дерзкая, язвительная, независимая. Наслаждается новой внешностью, но ненавидит, когда к ней относятся только как к красивой кукле.

[[image:/storage/reader-images/de418857da4746a8db682281bc31119452a40021.jpg]]

- Азраэль

Рост: 195 см.

Возраст: Более 1000 лет ( внешне 25-26 лет)

Древний Бог Смерти. Высокий, бледный, с длинными серебристыми волосами и кроваво-красными глазами с вертикальными зрачками. Холодный, молчаливый, обладает пугающей красотой. Впервые за тысячи лет влюбляется и теряет контроль над своими чувствами.

[[image:/storage/reader-images/2dcdef453dda9165812f3c18aef528d05a9c20a8.jpg]]

- Эрион Веларис

Рост: 188 см.

Возраст: 23 года

Старший брат Лии. Высокий, атлетичный, тёмно-пепельные волосы до плеч, стальные серые глаза. Властный, строгий, проницательный. Подозревает, что с младшей сестрой происходит что-то странное.

В офисе на двадцать седьмом этаже бизнес-центра «Северная Башня» уже давно никого не осталось, кроме неё.

Ариса Ким сидела за своим столом, освещённым только холодным светом монитора и небольшой настольной лампы. Часы на экране показывали 02:47. За окном падал густой мокрый снег, прилипая к стеклу тяжёлыми хлопьями. В комнате пахло остывшим кофе, бумагой и усталостью.

Ей было двадцать восемь лет.

Двадцать восемь лет, а она чувствовала себя на все пятьдесят. Спину ломило так, что иногда казалось, будто позвоночник вот-вот треснет. Глаза горели, в висках пульсировала тупая боль. Уже третий месяц она работала по двенадцать–четырнадцать часов в сутки. Проект «Ренессанс» висел на ней одной. Руководитель отдела только улыбался и говорил: «Ариса, ты у нас лучшая. Без тебя мы не справимся».

Она уже не помнила, когда в последний раз нормально ела. Когда спала больше четырёх часов. Когда просто шла гулять, а не бежала в магазин за очередным энергетиком и обезболивающим.

Ариса откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Перед ней всё ещё мелькали таблицы, графики, красные выделения в отчётах. Сердце стучало тяжело и неровно, как старый двигатель, который вот-вот заглохнет.

«Ещё чуть-чуть, — подумала она. — Ещё два дня — и я сдам этот проклятый отчёт. Потом возьму отпуск. Хотя бы на неделю. Полежу дома, посмотрю сериалы, может, даже встречусь с подругами…»

Она знала, что врёт самой себе. Отпуск она не возьмёт. Как не брала последние два года.

Рука потянулась к кружке с остывшим кофе. Пальцы дрожали. Ариса сделала глоток и поморщилась — кофе был горьким и противным. Она поставила кружку обратно и вдруг почувствовала резкую, обжигающую боль в груди.

Сначала просто укол. Потом — будто кто-то сжал её сердце раскалёнными клещами.

Ариса резко вдохнула и схватилась за грудь. Боль усилилась, разливаясь по левой руке, по шее, по челюсти. Перед глазами поплыли чёрные точки.

— Нет… не сейчас… — прошептала она хрипло.

Она попыталась встать, но ноги подкосились. Тело тяжело рухнуло обратно в кресло. Монитор перед ней начал расплываться. Таблицы превратились в бессмысленные цветные пятна.

Сердце билось всё быстрее и одновременно всё слабее. Каждый удар отдавался в ушах оглушительным грохотом.

В голове пронеслись обрывки воспоминаний. Мама, которая говорила ей в детстве: «Не работай так много, доченька». Подруга, которая полгода назад звала её в путешествие, а она ответила: «Потом, когда будет время». Парень, с которым она рассталась три года назад, потому что «у неё нет времени на отношения».

Времени.

Его никогда не было.

А теперь его не стало совсем.

Боль стала невыносимой. Ариса попыталась дотянуться до телефона, чтобы вызвать скорую, но рука лишь бессильно соскользнула со стола. Телефон упал на пол с глухим стуком.

В комнате стало очень тихо. Только гудел компьютер и тихо шелестел кондиционер.

И тогда она услышала голос.

Глубокий, бархатный, невероятно спокойный. Голос, который звучал одновременно внутри и снаружи её головы.

— Ты слишком рано, Ариса Ким.

Она с трудом подняла взгляд. Перед столом, в полумраке офиса, стояла высокая фигура. Человек? Нет. Не человек. Серебристые волосы до пояса, бледная кожа, кроваво-красные глаза с вертикальными зрачками. Чёрные одежды, будто сотканные из самой тьмы.

— Кто… ты… — выдохнула она едва слышно.

— Тот, кого вы называете Смертью. Хотя правильнее — Азраэль.

Ариса попыталась улыбнуться, но получилось только болезненная гримаса.

— Значит… вот как это бывает… Пришёл лично… за мной… Как… лестно…

Бог Смерти не улыбнулся. Он просто смотрел на неё. В его глазах не было ни жалости, ни презрения. Только странное, почти человеческое любопытство.

— Твоя душа… — медленно произнёс он. — Она яркая. Даже сейчас, когда тело умирает. Я видел миллиарды душ, но такая, как твоя… редкость.

Ариса почувствовала, как её тело становится всё легче. Боль начала отступать, растворяясь в странной, почти приятной прохладе.

— Я не хочу… умирать… — прошептала она. — У меня… ещё ничего не было… Я только… работала…

Азраэль сделал шаг ближе. Теперь он стоял совсем рядом. От него веяло холодом и чем-то древним, почти сладким.

— Я знаю, — тихо ответил он. — Поэтому я и предлагаю тебе выбор.

Ариса уже почти не чувствовала своего тела. Только голос и эти кроваво-красные глаза, которые смотрели прямо в неё.

— Второй шанс, — продолжал Азраэль. — Новое тело. Новая жизнь. Но предупреждаю… ты можешь пожалеть об этом выборе. Особенно когда поймёшь, кого именно я выбрал для тебя.

Она хотела спросить, что он имеет в виду. Хотела сказать, что готова на всё, лишь бы не заканчивать вот так — одна, в пустом офисе, среди ненавистных отчётов.

Но вместо этого из её губ вырвался только слабый выдох:

— Пожалуйста…

Азраэль протянул руку и коснулся её лба ледяными пальцами.

— Тогда иди. И помни моё имя, Ариса. Потому что мы ещё встретимся.

Мир погас.

Последнее, что она услышала перед тем, как всё исчезло — тихий, почти нежный шёпот Бога Смерти:

— Спи спокойно. В следующий раз… я не отпущу тебя так легко.

Продолжение следует...

Тьма была абсолютной.

Ариса не чувствовала ни тела, ни дыхания, ни сердцебиения. Только сознание — чистое, обнажённое и бесконечно одинокое. Она словно парила в пустоте, где не было ни верха, ни низа, ни времени.

И вдруг — голос. Тот самый, бархатный, от которого по несуществующей коже пробежал мороз.

— Ты выбрала. Теперь прими последствия.

Перед её внутренним взором вспыхнули тысячи серебряных нитей. Они переплетались, рвались, соединялись снова. Ариса почувствовала, как её душу — её саму — резко потянули вниз, словно на невидимом крюке. Было больно. Так больно, будто её разрывали на атомы и собирали заново в чужой форме.

— Подожди… — хотела крикнуть она, но голоса не было.

— Не жалуйся потом, Ариса.

Последнее, что она услышала — тихий, почти нежный смешок Азраэля.

А потом наступила боль.

Её глаза распахнулись сами собой.

Первым ощущением было тепло. Мягкое, тяжёлое, обволакивающее тепло пуховой перины и шелковых простыней. Вторым — странная лёгкость тела. Третьим — запах. Лаванда, розовое масло, старое дерево и что-то сладкое, почти приторное.

Ариса резко села на кровати.

Комната закружилась. Она схватилась за голову и замерла.

Это были не её руки.

Тонкие, изящные пальцы с аккуратными овальными ногтями. Кожа — невероятно светлая, почти прозрачная. На запястье тонкий серебристый шрам в форме крошечной косы.

— Что… — начала она и замерла.

Голос.

Это был не её голос. Высокий, чистый, мелодичный, с лёгкой хрипотцой после сна. Голос молодой девушки.

Ариса медленно опустила руки и оглядела себя.

На ней была тонкая белая ночная рубашка из тончайшего шёлка. Сквозь ткань проступали очертания тела, которого у неё никогда не было. Небольшая, но идеальной формы грудь. Узкая талия. Округлые бёдра. Длинные, стройные ноги.

Она дрожащей рукой схватила прядь волос, упавшую на плечо.

Серебристо-пепельная. Почти платиновая. Блестящая, как лунный свет.

— Нет… — прошептала она. — Нет, нет, нет…

Ариса буквально скатилась с кровати и подбежала к большому овальному зеркалу в резной золотой раме. То, что она увидела, заставило её отступить на шаг.

Из зеркала на неё смотрела невероятно красивая девушка лет девятнадцати. Фарфоровая кожа, большие фиолетовые глаза с серебряными крапинками, длинные серебристые волосы, спускающиеся ниже талии. Лицо было настолько идеальным, что казалось почти нечеловеческим.

Ариса подняла руку — девушка в зеркале повторила движение. Коснулась щеки — холодные пальцы скользнули по гладкой коже. Провела по губам — полные, естественно розовые. Провела ладонями по телу, ощущая каждый изгиб, каждую новую деталь.

— Это… я? — дрожащим голосом спросила она у отражения.

Девушка в зеркале смотрела на неё широко раскрытыми глазами. В них плескался шок, неверие и… странное, почти детское восхищение.

Ариса сделала шаг ближе и коснулась стекла.

— Я… красивая. Очень красивая.

Она никогда в прошлой жизни не была красивой. Обычная, среднестатистическая девушка с усталым лицом и тёмными кругами под глазами. А теперь…

Она повернулась боком, потом спиной, разглядывая себя со всех сторон. Длинные волосы красиво струились по спине. Талия была такой тонкой, что, казалось, её можно было обхватить двумя ладонями. Ноги — длинные и стройные.

На мгновение Ариса забыла обо всём. Она крутнулась на месте, и серебристые волосы взметнулись красивым вихрем. От этого движения по комнате будто разлился мягкий свет.

— Боже мой… — прошептала она, прижимая руки к щекам. — Я теперь… настоящая красотка.

Но уже через несколько секунд эйфория начала угасать.

Она вспомнила последние слова Азраэля.

«Не жалуйся потом».

Ариса нахмурилась и посмотрела на своё новое отражение уже более внимательно.

— Почему именно девушка? — спросила она в пустоту. — Ты же мог засунуть меня в тело парня. Почему снова девушка? И почему… такая молодая?

Ответа не последовало.

Она подошла к окну и отдёрнула тяжёлую штору. За окном раскинулся огромный, но уже немного запущенный дворянский сад. Высокие деревья, фонтан, заросшие цветочные клумбы. Вдалеке виднелись серые стены старинного особняка.

Это был не её мир.

Это был совершенно другой мир.

Ариса — теперь уже Лия — обхватила себя руками. Тело было лёгким, молодым, полным сил. Сердце билось ровно и сильно. Ни следа той хронической усталости, которая мучила её последние годы.

Но внутри всё равно было пусто.

— Я умерла, — тихо сказала она, глядя в окно. — Я действительно умерла… И теперь я — Лия Веларис. Семнадцать лет. Дочь какого-то обедневшего рода. И у меня… — она коснулась своих серебристых волос, — совершенно другая жизнь.

В этот момент в дверь тихо постучали.

— Госпожа Лия? — раздался мягкий женский голос. — Вы уже проснулись? Я принесла тёплую воду для умывания.

Лия (она решила, что пока будет думать о себе именно так) быстро вернулась к кровати и села на край, пытаясь принять более «благородный» вид.

— Войдите, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Дверь открылась, и вошла молодая горничная в аккуратной форме. Увидев Лию, она улыбнулась.

— Доброе утро, госпожа. Вы сегодня так рано проснулись. Обычно в это время вас не добудишь. Господин Эрион уже спрашивал о вас. Он сказал, что хочет позавтракать вместе с вами сегодня.

Лия кивнула, хотя понятия не имела, кто такой Эрион.

Горничная (скорее всего, Мариэль, судя по обрывкам чужих воспоминаний, которые начали медленно всплывать) поставила таз с тёплой водой и мягкие полотенца на туалетный столик. Потом посмотрела на Лию внимательнее.

— С вами всё в порядке, госпожа? Вы выглядите… немного растерянной.

Лия заставила себя улыбнуться. Улыбка получилась красивой, но немного натянутой.

— Просто странный сон. Не обращай внимания.

Мариэль кивнула, но в её глазах мелькнуло лёгкое беспокойство. Она явно чувствовала, что с её госпожой что-то не так.

Когда горничная вышла, Лия подошла к зеркалу снова и долго смотрела на своё новое лицо.

— Ладно, Ариса… то есть Лия, — тихо сказала она своему отражению. — Теперь ты здесь. У тебя новое тело. Новая жизнь. Новая внешность, о которой ты могла только мечтать. И где-то рядом бродит Бог Смерти, который явно имеет на тебя виды.

Она провела пальцами по своей щеке и тихо, почти зло добавила:

— Азраэль… если ты сейчас где-то здесь и наблюдаешь за мной — знай. Я тебя найду. И мы очень серьёзно поговорим о том, что ты сделал с моей жизнью.

В комнате внезапно стало холоднее. Свечи на туалетном столике мигнули.

Лия резко обернулась.

В самом тёмном углу комнаты, едва заметный в утреннем свете, стоял силуэт. Высокий. С серебристыми волосами. Кроваво-красные глаза смотрели на неё с тихим, почти хищным интересом.

Азраэль не произнёс ни слова.

Он просто смотрел на новую Лию — на эту ослепительно красивую девушку с душой Арисы — и в его глазах впервые за тысячи лет мелькнуло настоящее, живое чувство.

Желание.

Лия сглотнула, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

— Ты… — начала она.

Но Азраэль уже начал растворяться в тенях, оставляя после себя только холод и тихий шёпот, который прозвучал прямо у неё в голове:

— Добро пожаловать в новую жизнь… Лия Веларис...

Продолжение следует...

Лия стояла перед большим зеркалом уже почти двадцать минут, пытаясь понять, как правильно завязать ленту на платье. Пальцы, такие тонкие и изящные, всё ещё казались ей чужими. Каждое движение вызывало лёгкое удивление — как будто она управляла дорогой куклой.

В конце концов она выбрала простое, но элегантное платье цвета тёмного индиго с серебряной вышивкой по краю корсета. Платье плотно обхватывало талию, подчёркивая её невероятную тонкость, и мягко спадало до пола. Серебристо-пепельные волосы она оставила распущенными — они тяжёлой блестящей волной падали ниже лопаток, слегка светясь в утренних лучах солнца, пробивающихся сквозь высокие окна.

Лия посмотрела на своё отражение и тихо выдохнула.

— Это безумие… Я выгляжу как главная героиня какой-то романтической новеллы.

В прошлой жизни она могла только мечтать о такой внешности. Теперь же эта красота пугала её. Слишком заметная. Слишком идеальная. Такой внешностью невозможно остаться незамеченной.

Из коридора снова послышался голос Мариэль:

— Госпожа Лия, завтрак уже накрыт. Господин Эрион ждёт вас.

— Иду, — ответила Лия, стараясь, чтобы голос звучал естественно.

Она спустилась по широкой деревянной лестнице, одной рукой слегка придерживая подол платья. Каждую ступеньку она ощущала босыми ногами через тонкие домашние туфли. Тело было лёгким, послушным, полным энергии. Совсем не то, что её прежнее, измотанное постоянной работой тело.

Столовая Веларисов была просторной, но уже немного обветшавшей — свидетельство былого величия рода, которое медленно угасало. Высокие окна с тяжёлыми бархатными шторами, длинный дубовый стол, на котором даже сейчас стояли серебряные приборы, хотя семья уже давно не могла позволить себе большой штат слуг.

Эрион Веларис сидел во главе стола.

Он выглядел именно так, как Лия себе и представляла по обрывкам чужих воспоминаний: высокий, статный, с тёмно-пепельными волосами, зачёсанными назад, и холодными стальными глазами. Ему было двадцать три года, но он уже выглядел как человек, который привык нести на плечах ответственность за весь угасающий род.

Когда Лия вошла, Эрион оторвался от чашки с кофе и посмотрел на неё.

На секунду в его глазах мелькнуло лёгкое удивление.

— Ты сегодня… рано, — произнёс он низким, чуть хрипловатым голосом. — Обычно тебя приходится вытаскивать из постели чуть ли не силой.

Лия улыбнулась — мягко, как она думала, должна улыбаться благовоспитанная младшая сестра.

— Просто хорошо выспалась.

Она села по правую руку от него. Слуга (пожилой мужчина по имени Гилберт) тут же поставил перед ней тарелку с овсяной кашей, свежими ягодами, мёдом и тонко нарезанным хлебом с маслом. Запах был восхитительным. В прошлой жизни Ариса завтракала энергетическими батончиками и холодным кофе.

Эрион продолжал смотреть на неё, пока она аккуратно брала ложку.

— Ты изменила причёску, — заметил он после паузы. — И платье выбрала то, которое обычно не любишь. Говорила, что цвет слишком тёмный для тебя.

Лия внутренне напряглась. Она не знала, что Лия раньше предпочитала. Пришлось импровизировать.

— Просто захотелось чего-то нового, — ответила она спокойно, размешивая мёд в каше. — Мне кажется, этот цвет мне идёт. А тебе?

Эрион слегка приподнял бровь. Он явно не ожидал такого вопроса. Обычно его младшая сестра была более тихой и замкнутой, особенно после той тяжёлой болезни в детстве.

— Идёт, — медленно ответил он. — Тебе почти всё идёт, если честно. Но сегодня ты… какая-то другая.

Лия подняла на него фиолетовые глаза.

— В каком смысле?

— Не знаю, — Эрион пожал плечами и отрезал кусок сыра. — Голос чуть другой. Манера говорить. Обычно ты говоришь тише и чаще опускаешь взгляд. А сегодня смотришь прямо. И улыбка… не твоя обычная.

Сердце Лии пропустило удар.

«Он заметил. Уже заметил. Слишком рано».

Она заставила себя рассмеяться — легко и немного беспечно.

— Брат, ты слишком пристально за мной наблюдаешь. Я уже не ребёнок. Люди меняются.

Эрион некоторое время молчал, глядя на неё поверх чашки. Его стальные глаза были острыми, оценивающими. Лия чувствовала, как он буквально сканирует каждую мелочь: осанку, движения рук, то, как она держит ложку.

Наконец он слегка улыбнулся — уголком губ.

— Наверное, ты права. После той зимней лихорадки ты стала более… взрослой. Иногда мне кажется, что из той маленькой девочки, которую я таскал на руках, внезапно выросла настоящая леди.

Лия облегчённо выдохнула про себя. Он заметил изменения, но решил, что это естественное взросление. Хорошо. Пока что это сработало.

Она решила сменить тему.

— Как дела с поместьем? — спросила она, стараясь вспомнить обрывки воспоминаний прежней Лии. — Ты вчера ездил в город, верно?

Эрион кивнул, принимая новую тему разговора.

— Да. Налоги снова подняли. Граф Дорвальд требует больше, чем мы можем себе позволить. Если так пойдёт и дальше, придётся продавать ещё один участок земли на юге.

В его голосе слышалась усталость и скрытая горечь. Лия поняла, что Эрион несёт на себе тяжёлый груз. Отец умер три года назад, мать — ещё раньше. Теперь весь род держался только на нём.

— Может, я могу чем-то помочь? — неожиданно для самой себя предложила она.

Эрион посмотрел на неё с искренним удивлением.

— Ты? — он усмехнулся, но без злобы. — Лия, ты всегда ненавидела политику и счета. Раньше при одном упоминании о налогах ты начинала ныть и убегала в сад.

Лия прикусила язык. Опять прокол.

— Я… просто подумала, что уже достаточно взрослая, чтобы хотя бы слушать, — мягко ответила она, опустив взгляд в тарелку. — Ты всегда всё делаешь один. Это несправедливо.

На несколько секунд за столом повисла тишина.

Эрион долго смотрел на неё. В его глазах мелькнуло что-то тёплое — почти нежное.

— Ты правда повзрослела, — тихо сказал он. — Раньше ты никогда так не говорила.

Он потянулся через стол и на секунду накрыл её руку своей ладонью. Рука была большой, тёплой и немного шершавой от постоянной работы с оружием и бумагами.

— Не беспокойся об этом, сестрёнка. Твоя задача — оставаться такой же красивой и светлой, как сейчас. Остальное я возьму на себя.

Лия кивнула, чувствуя странный ком в горле.

В этот момент она одновременно ощущала две вещи: глубокую вину перед настоящей Лией, чьё место она заняла, и неожиданную теплоту от того, что у неё теперь есть старший брат, который явно очень сильно её любит.

Завтрак продолжался. Они говорили о саде, о предстоящем бале у соседей, о новой книге, которую Лия якобы читала (на самом деле она едва помнила название). Эрион несколько раз бросал на неё внимательные взгляды, словно что-то всё-таки не давало ему покоя, но каждый раз он просто качал головой и улыбался, будто отгоняя ненужные мысли.

Когда завтрак подходил к концу, Лия почувствовала лёгкий холодок за спиной.

Она медленно повернула голову к высокому окну.

В тени между шторами, где солнечный свет почти не доставал, стоял Азраэль. Его глаза смотрели прямо на неё. Серебристые волосы слегка колыхались, хотя в комнате не было ветра.

Он снова наблюдал.

И в его взгляде было что-то новое — тёмное, глубокое и очень опасное.

Лия быстро отвернулась, чувствуя, как по коже побежали мурашки.

Эрион, заметив её движение, спросил:

— Что-то не так?

— Нет, — ответила она, улыбаясь. — Просто показалось, что за окном кто-то есть.

Эрион посмотрел в окно, но, естественно, никого не увидел.

— Тебе нужно больше гулять на свежем воздухе, — сказал он заботливо. — Ты стала слишком бледной.

Лия только кивнула, а внутри неё всё дрожало.

Продолжение следует...

После завтрака Эрион не спешил вставать из-за стола. Он откинулся на спинку стула, медленно помешивая ложкой остатки кофе в чашке, и посмотрел на Лию с тем самым выражением старшего брата, которое обычно предвещало «у меня есть новости, и тебе они не понравятся».

Лия, которая как раз пыталась изящно доесть ягоды, почувствовала неладное.

— Лия, — начал Эрион серьёзно, — через две недели нас приглашают на бал к графу Дорвальду. Большой осенний бал. Будет почти вся знать северного края.

Лия кивнула, стараясь выглядеть заинтересованной, хотя в голове у неё уже крутилось: «О нет. Только не бал. Я в прошлой жизни даже на корпоративы ходила с отвращением».

— Это хорошо, — осторожно ответила она. — Ты же любишь такие мероприятия… вроде бы.

Эрион усмехнулся, но улыбка вышла натянутой.

— На этот раз всё немного иначе. Граф дал понять, что хочет представить меня своей младшей дочери, леди Селине. Ей Как и тебе девятнадцать. Говорят, она тихая, воспитанная и… очень богата.

Лия замерла с ложкой у рта.

— То есть… тебя собираются знакомить с потенциальной невестой?

— Именно, — Эрион вздохнул. — Если всё пройдёт удачно и мы поженимся, это сильно поправит наше финансовое положение. Приданое Селины позволит нам выплатить долги, отремонтировать западное крыло и даже купить обратно часть земель, которые мы продали два года назад.

Он посмотрел на сестру почти виновато.

— Я понимаю, что это звучит… меркантильно. Но у нас почти не осталось выбора.

Лия молчала несколько секунд, переваривая информацию. Внутри неё боролись сразу несколько чувств. С одной стороны, ей было искренне жаль Эриона — красивого, гордого мужчину, которого по сути продавали ради спасения семьи. С другой — ей хотелось рассмеяться.

«О боже, — думала она, еле сдерживая улыбку. — Меня переродили в тело аристократки, а теперь ещё и брат будет устраивать политический брак. Классика жанра. Осталось только, чтобы я влюбилась в какого-нибудь злодея.

Она кашлянула, пряча смешок.

— То есть тебя будут выводить на смотрины, как породистого жеребца на ярмарке? — невинно спросила она.

Эрион поперхнулся кофе.

— Лия! — возмутился он, но в глазах мелькнуло удивление. — Откуда у тебя такие выражения?

— Из жизни, — пожала она плечами, мило улыбаясь. — Просто представила, как ты стоишь в центре зала, а вокруг тебя тетушки шепчутся: «Ох, какой статный, какой благородный, и зубы ровные».

Эрион смотрел на неё так, будто видел впервые. Потом неожиданно фыркнул от смеха.

— Ты сегодня в ударе. Раньше ты бы просто надулась и сказала, что не хочешь ехать на бал, потому что там «скучно и все смотрят только на тебя».

— Люди меняются, — философски ответила Лия, вставая из-за стола. — Я, пожалуй, прогуляюсь в саду. Голова немного кружится после такого… радостного известия.

Эрион кивнул, всё ещё улыбаясь.

— Не уходи далеко. И возьми накидку — утром прохладно.

— Да, брат, — пропела она уже из коридора, едва сдерживая смех.

---

Сад семейства Веларис был красивым, но слегка запущенным. Высокие старые деревья, заросшие плющом беседки, мраморные статуи, покрытые тонким слоем мха. Лия шла по усыпанной жёлтыми листьями дорожке, глубоко вдыхая холодный осенний воздух. Серебристые волосы мягко колыхались за спиной.

Она остановилась у старого фонтана, в котором уже давно не было воды, и присела на край.

— Невеста для брата, бал, долги… — пробормотала она себе под нос. — Я умерла всего пару дней назад, а уже вляпалась в типичный дворянский сериал. Просто прекрасно.

В этот момент воздух резко похолодел.

Лия почувствовала знакомый озноб, который пробегал по коже каждый раз, когда он появлялся. Она медленно повернула голову.

Азраэль стоял всего в трёх метрах от неё, прислонившись плечом к старой яблоне. Серебристые волосы красиво контрастировали с тёмной корой дерева, кроваво-красные глаза смотрели на неё с лёгкой насмешкой. Выглядел он до неприличия хорошо для Бога Смерти.

— А ты неплохо справляешься! — спокойно сказал он, слегка наклонив голову.

Лия прищурилась.

— И снова ты здесь! — воскликнула она, вставая. — Кажется, я тебя не звала!

Азраэль оттолкнулся от дерева и сделал несколько шагов в её сторону. Его движения были плавными, почти хищными.

— А почему это я не могу прийти сам? — спросил он низким, бархатным голосом, в котором явно слышалась насмешка. — Или ты думала, что Бог Смерти обязан ждать, пока маленькая дерзкая девочка соизволит произнести его имя?

Лия скрестила руки на груди. От этого движения её серебристые волосы красиво упали на одно плечо.

— Во-первых, я не маленькая. Во-вторых, я теперь очень красивая, между прочим. А в-третьих… — она ткнула в него пальцем, — ты подглядываешь за мной. Опять. Это уже начинает выглядеть как навязчивое преследование, господин Жнец.

Мужчина остановился в шаге от неё. Теперь он возвышался над Лией, и она была вынуждена слегка запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в глаза.

— Подглядываю? — повторил он, приподнимая бровь. В его глазах мелькнуло что-то очень похожее на веселье. — Я просто проверяю, не разрушила ли ты уже этот мир своей новой внешностью и острым языком. Судя по тому, как ты только что дразнила брата за завтраком, всё идёт отлично.

Лия почувствовала, как щёки слегка потеплели.

— Ты слышал это?!

— Я слышу всё, что касается тебя, — спокойно ответил он. — Особенно когда ты сравниваешь своего брата с породистым жеребцом. Довольно смелое сравнение для благородной леди.

Лия не выдержала и фыркнула от смеха. Она быстро прикрыла рот ладонью, но было уже поздно.

— О боги… ты действительно подслушивал. Это уже не просто преследование, это полноценный сталкинг божественного уровня.

Азраэль наклонился чуть ниже. Теперь между их лицами оставалось меньше полуметра. Его голос стал тише, почти интимным:

— Скажи честно, Лия… или всё-таки Ариса? Тебе нравится это тело?

Лия замерла. Вопрос застал её врасплох.

Она посмотрела на свои тонкие руки, на длинные серебристые волосы, которые спадали на грудь, на идеальное отражение в глазах Азраэля.

— Нравится, — тихо призналась она. — Я никогда в прошлой жизни не была красивой. А теперь… теперь на меня смотрят по-другому. Даже брат заметил, что я изменилась. Но иногда мне страшно. Я боюсь, что однажды забуду, кем я была раньше.

Азраэль долго молчал. Потом очень осторожно, почти нежно, протянул руку и заправил одну серебристую прядь ей за ухо. Его пальцы были холодными, но прикосновение обожгло.

— Ты не забудешь, — тихо сказал он. — Потому что я буду напоминать тебе каждый раз, когда ты меня позовёшь.

Лия подняла на него глаза. Между ними повисло тяжёлое, густое молчание.

— А если я не позову? — тихо спросила она.

Азраэль улыбнулся. Это была первая настоящая улыбка, которую она у него видела — маленькая, опасная и невероятно красивая.

— Тогда я всё равно приду. Как сегодня.

Он отступил на шаг, и его фигура начала медленно растворяться в воздухе.

— Кстати, насчёт бала… — добавил он уже почти исчезая. — Постарайся не влюбиться ни в одного из тех напыщенных дворян. Мне будет очень неприятно их убивать.

Лия открыла рот, чтобы возмутиться, но он уже исчез.

Она осталась стоять посреди сада, прижимая ладонь к тому месту, где он коснулся её волос.

— Этот чёртов Азраэль… — пробормотала она, краснея. — Он только что пригрозил убить потенциальных женихов? И почему меня это… почему-то не пугает, а, наоборот, щекочет?

Лия тяжело вздохнула и посмотрела в небо.

— Ариса, ты влипла. И влипла очень серьёзно.

Продолжение следует...

Прошло шесть дней после разговора в саду.

Лия стояла посреди своей спальни в одном нижнем белье, чувствуя себя манекеном в дорогом ателье. Вокруг неё суетились сразу три служанки под руководством Мариэль. На огромной кровати были разложены платья всех оттенков — от глубокого изумрудного до серебристо-серого и ночного чёрного.

— Госпожа, вы сегодня какая-то… отстранённая, — заметила Мариэль, держа в руках тяжёлое платье из тёмно-фиолетового бархата. — Обычно вы к этому моменту уже ныли, что все платья колются и душат.

Лия посмотрела на своё отражение в большом зеркале и мысленно вздохнула.

«Конечно, я отстранённая. В прошлой жизни мой самый нарядный образ — это белая блузка и чёрная юбка-карандаш. А теперь меня собирают на бал, где будут искать мне жениха. Или, точнее, моему брату — невесту. Я просто бесплатное приложение к семейному пакету».

— Просто задумалась, — ответила она вслух, стараясь говорить мягче. — Этот бал… очень важен для брата.

Мариэль фыркнула, аккуратно помогая Лии надеть фиолетовое платье.

— Ещё бы не важен. Весь север уже знает, что граф Дорвальд хочет отдать леди Селину за вашего брата. Если свадьба состоится, Веларисы снова поднимутся. А вы, госпожа… — Мариэль многозначительно улыбнулась, — тоже сможете выбрать себе достойного мужа. На балу будет много молодых лордов.

Лия скривилась так, будто съела лимон.

«Мужа? Мне? Я в прошлой жизни даже нормальных отношений не смогла построить, потому что всё время работала. А теперь, я выгляжу как эльфийская принцесса, и мне предлагают выбирать мужа среди аристократов? Нет уж, спасибо. У меня уже есть один ненормальный сталкер с косой».

— Я пока не собираюсь замуж, — спокойно ответила Лия, пока служанки затягивали шнуровку на её спине. — Мне и здесь хорошо.

Одна из младших горничных, миловидная рыжеволосая девушка по имени Селия, хихикнула:

— Но госпожа, вам уже девятнадцать! Моя старшая сестра в вашем возрасте уже родила второго ребёнка.

Лия едва не поперхнулась.

— Серьезно?! — вырвалось у неё с неподдельным ужасом. — Они что, с ума посходили?

Все три служанки одновременно замерли и уставились на неё.

Мариэль приподняла бровь.

— Госпожа… вы раньше говорили, что хотите выйти замуж как можно раньше, чтобы «убежать от этого старого дома». А теперь вдруг «с ума посходили»?

Лия быстро попыталась исправить ситуацию и выдавала самую милую улыбку, на которую была способна её новая красивая мордашка.

— Я просто… передумала. Жениться — это серьёзно. Нужно сначала… эээ… душу проверить. Характер. Совместимость.

Мариэль засмеялась.

— Вы говорите прямо как героиня тех странных романов, которые тайком читаете. «Совместимость души»… Вы точно сегодня в порядке?

Лия повернулась к зеркалу, пока служанки поправляли юбку. Платье сидело идеально. Глубокий фиолетовый цвет потрясающе оттенял её серебристо-пепельные волосы и фиолетовые глаза. Тонкая талия казалась ещё тоньше, а открытая линия плеч и ключиц выглядела изысканно и соблазнительно одновременно.

«Чёрт… Я действительно красивая. Если бы я видела такую девушку в прошлой жизни, то наверняка бы завидовала до зубовного скрежета. А теперь я — она. И мне предстоит идти на бал, где на меня будут пялиться все эти аристократы, словно на дорогую породистую лошадь.»

— Мариэль, — тихо спросила Лия, глядя на своё отражение. — А что, если я не хочу, чтобы меня там рассматривали как возможную невесту?

Горничная подошла ближе и начала аккуратно укладывать её длинные волосы в лëгкую причёску с серебряными шпильками и жемчужными нитями.

— Тогда вам придётся очень хорошо притворяться, госпожа, — мягко ответила она. — Вы слишком красивы, чтобы вас не заметили. Особенно с этими волосами… Они словно светятся. Некоторые уже шепчутся, что в вас течёт кровь древних лунных духов.

Лия тихо хмыкнула.

«Если бы они знали, что в этом теле сидит душа переродившейся офисной девушки из другого мира, которая умерла от сердечного приступа в 28 лет… Они бы устроили *аутодафе прямо в саду.»

Селия принесла шкатулку с украшениями.

— Может, вот эти серёжки? С аметистами. Они прекрасно подойдут к глазам госпожи.

Мариэль кивнула и осторожно застегнула холодное украшение на ушах Лии.

Лия смотрела на себя в зеркало и думала.

«Я иду на этот бал не как Лия. Я иду как поддержка для Эриона. Он явно не хочет этот брак, но готов пойти на него ради семьи. А я… я просто не хочу, чтобы он страдал. Хотя, если честно, больше всего я боюсь, что Азраэль действительно появится там.

— Госпожа, вы улыбаетесь, — вдруг заметила Мариэль с подозрением. — О чём думаете?

Лия моргнула и быстро вернула лицу нейтральное выражение.

— Просто представила, как брат будет танцевать с леди Селиной. Надеюсь, она ему понравится.

Мариэль фыркнула.

— Главное, чтобы она не оказалась глупой гусыней. А то ваш брат потом будет страдать всю жизнь. Он хоть и строгий, но очень добрый человек.

— Да… — тихо ответила Лия. — Он действительно хороший.

На несколько секунд в комнате повисла тишина. Только слышно было, как шуршит ткань и позвякивают украшения.

Мариэль закончила причёску и отступила на шаг, любуясь результатом.

— Готово. Вы выглядите… словно сошли с картины. Ни один мужчина на балу не сможет пройти мимо.

Лия долго смотрела на своё отражение.

Красивая, молодая, блестящая. Совсем не та уставшая женщина, которая умерла в пустом офисе среди кипы отчётов.

И всё же внутри неё всё ещё жила Ариса.

«Я не хочу быть красивой игрушкой на этом балу. Я не хочу, чтобы меня выбирали. Но если это поможет Эриону… я сыграю свою роль.»

Она глубоко вздохнула и тихо, почти шёпотом, произнесла, глядя в зеркало:

— Азраэль… только попробуй там появиться. Я тебе устрою.

Мариэль удивлённо повернулась:

— Вы что-то сказали, госпожа?

Лия улыбнулась самой невинной улыбкой.

— Нет. Просто… репетирую светскую беседу.

Внутри же она думала совсем другое.

_Аутодафе (от португальского auto da fé или испанского auto de fe — «акт веры») — это торжественная религиозная церемония инквизиции в Средние века и Новое время. Она включала публичное покаяние еретиков, оглашение приговоров и их последующее исполнение (чаще всего — сожжение осужденных на костре)

Продолжение следует...

Бальный зал графства Дорвальд сиял так, что у Лии первые несколько секунд рябило в глазах. Тысячи свечей в хрустальных люстрах, золото на стенах, тяжёлые бархатные шторы цвета бордо и сотни аристократов в самых дорогих нарядах. Воздух был густым от запаха дорогих духов, воска и лёгкого напряжения.

Лия шла под руку с Эрионом, стараясь держать спину ровно и не наступить на собственный подол. Фиолетовое платье шелестело при каждом шаге.

[[image:/storage/reader-images/e13890b47eee1051fbc204f6b4b290b6784b8646.jpg]]

«Я чувствую себя свадебным тортом, который вывели на всеобщее обозрение, — думала она, натянуто улыбаясь. — Только вместо вишенки на макушке у меня — Бог Смерти, который может появиться в любой момент. Отличный вечер, Ариса. Просто великолепный.»

Как только они вошли в центр зала, Лия почувствовала, как на неё обрушивается целая волна взглядов.

Мужчины смотрели с откровенным восхищением. Женщины — с завистью, смешанной с подозрением. Кто-то даже перестал разговаривать на полуслове.

— Богиня… — тихо выдохнул какой-то молодой барон слева.

— Это и есть младшая Веларис? Она же раньше была… обычной, — прошептала дама в изумрудном платье своей подруге.

Лия мысленно закатила глаза.

«Да-да, раньше я была серой мышкой. А теперь выгляжу как ходячая луна. Спасибо, Азраэль, удружил. Теперь на меня пялятся, будто я редкий экспонат в музее.»

Эрион, почувствовав её напряжение, слегка сжал её руку.

— Держись, — тихо сказал он. — Сейчас будет самое неприятное.

К ним уже направлялся сам хозяин бала — граф Дорвальд, дородный мужчина лет пятидесяти с роскошными усами и самодовольной улыбкой.

— Лорд Эрион Веларис! — прогремел он. — Какая честь видеть вас и вашу очаровательную сестру. Леди Лия, вы сегодня просто ослепительны. Я едва вас узнал.

— Благодарю, ваше сиятельство, — Лия сделала идеальный реверанс, хотя внутри у неё всё кипело. «Едва узнал? Раньше я, видимо, выглядела как мешок с картошкой.»

Граф широко улыбнулся и сделал жест рукой.

— Позвольте представить вам мою младшую дочь — леди Селину Дорвальд.

Из-за его спины вышла девушка примерно одного возраста с Лией. Светлые золотистые волосы, нежное лицо, скромное, но дорогое платье персикового цвета. Она была очень милой. И очень нервничала.

[[image:/storage/reader-images/f252d18c0dd62cfccc34f9738a3ae5d8b20bc3b8.jpg]]

— Рада знакомству, лорд Эрион, — тихо произнесла Селина, слегка покраснев.

Эрион вежливо поклонился и поцеловал ей руку. Лия наблюдала за ними с лёгкой улыбкой, но мысленно уже ставила ставки.

«Она ему нравится? Или нет? Если он женится на ней, я стану свояченицей этой милой девочки. Интересно, как она отреагирует, если узнает, что её будущая золовка — переродившаяся из другого мира?»

Пока Эрион и Селина обменивались неловкими любезностями, Лия позволила себе оглядеть зал.

И замерла.

В дальнем конце зала, возле колонны, стоял высокий мужчина в идеально чёрном *камзоле с серебряной вышивкой. Длинные серебристые волосы были собраны в хвост. Кроваво-красные глаза с вертикальными зрачками смотрели прямо на неё.

Лия почувствовала, как у неё внутри всё оборвалось.

«Быть не может…»

Она моргнула. Потом моргнула ещё раз.

«Нет. Нет-нет-нет. Это галлюцинация. Это просто кто-то очень похожий. Потому что настоящий Азраэль не может стоять посреди бального зала в образе аристократа и делать вид, будто он тут по приглашению. Это было бы слишком… слишком…»

— Лия? — Эрион слегка тронул её за локоть. — С тобой всё хорошо?

— Да… просто немного душно, — выдавила она, не отводя глаз от фигуры в чёрном.

Граф Дорвальд, заметив её интерес, довольно улыбнулся.

— А, вы заметили нашего нового гостя! Он появился в наших краях совсем недавно. Очень загадочный и богатый господин. Позвольте представить вам…

Граф сделал широкий жест рукой, и «загадочный господин» неторопливо направился к ним.

— Леди Лия Веларис, позвольте представить вам графа Азраэля.

Лия стояла как громом поражённая.

«Графа. Азраэля. Он серьёзно только что назвал его "графом"? Этот наглый Жнец теперь ещё и титул себе выдумал?!»

Азраэль остановился перед ней. Вблизи он выглядел ещё более нереально красивым. Чёрный камзол сидел на нём идеально, подчёркивая широкие плечи. На губах играла лёгкая, едва заметная улыбка — опасная и очень довольная.

[[image:/storage/reader-images/96a2b378b54f0e0cedecf499a3d31722a41cf5c0.jpg]]

Он взял её руку — медленно, почти торжественно — и склонился над ней. Его губы коснулись тыльной стороны её ладони. Прикосновение было холодным, но от него по руке Лии пробежала настоящая молния.

— Рад знакомству, милая леди Лия, — произнёс он низким, бархатным голосом, в котором явно слышалась насмешка, понятная только ей. — Я много слышал о вашей красоте. Теперь понимаю, что слухи были… сильно преуменьшены.

Лия стояла, замерев, и отчаянно пыталась сохранить светскую улыбку.

Внутри же у неё творился полный хаос.

«Это он. Это реально он. Бог Смерти стоит посреди бального зала, целует мне руку и называет "милая леди". Я сейчас либо упаду в обморок, либо начну истерически смеяться. Или и то, и другое сразу. Азраэль, сволочь, ты что здесь забыл?! Ты же говорил, что не любишь смертных сборищ!»

Она сделала глубокий вдох и ответила максимально сладким голосом:

— Взаимно, граф Азраэль. Я… не ожидала увидеть здесь столь… выдающуюся персону.

Мужчина выпрямился, но её руку отпустил не сразу. Его кроваво-красные глаза смотрели на неё с откровенным удовольствием.

— Надеюсь, я не испортил вам вечер своим внезапным появлением? — спросил он с невинным выражением лица, которое совершенно не подходило ему.

Лия с трудом сдержала нервный смешок.

«Испортил? Ты только что превратил этот скучный бал в цирк. Я сейчас стою и думаю, как бы не покраснеть на глазах у всего зала, потому что этот Жнец только что поцеловал мне руку и назвал "милая".»

— Нисколько, — ответила она, мило улыбаясь. — Напротив, вечер стал значительно… интереснее.

Эрион, стоявший рядом, переводил взгляд с сестры на «графа Азраэля» и обратно. На его лице медленно появлялось подозрительное выражение.

Жнец же лишь слегка наклонил голову, и его улыбка стала ещё шире.

— Тогда я очень рад, — тихо сказал он так, чтобы услышала только она. — Потому что я собираюсь танцевать с вами сегодня. Все танцы, если получится.

Лия почувствовала, как у неё горят уши.

«Все танцы?! Азраэль, ты совсем страх потерял?!»

Музыканты на галерее заиграли вступление к первому танцу вечера — медленному, торжественному вальсу. Зал наполнился шелестом платьев и тихим возбуждённым гулом. Гости начали расходиться по парам.

Лия всё ещё стояла, пытаясь прийти в себя после поцелуя в руку. Азраэль не отводил от неё взгляда. В глазах плясали насмешливые искры.

— Леди Лия, — произнёс он бархатным голосом, протягивая ей руку ладонью вверх. — Окажете мне честь стать моей партнёршей в первом танце?

Лия уставилась на его длинные бледные пальцы, словно на ядовитую змею.

«Ты серьёзно? Прямо здесь? При всех? Ты — Бог Смерти, а ведёшь себя как опытный ловелас из дамского романа!»

Эрион, стоявший рядом, заметно напрягся. Его стальные глаза сузились.

— Господин Азраэль, моя сестра редко танцует на первых балах сезона. Возможно, стоит…

— С удовольствием, — быстро перебила Лия, вложив свою руку в ладонь Азраэля раньше, чем брат успел её остановить.

Она почувствовала, как холодные пальцы мужчины уверенно обхватили её ладонь. От этого прикосновения по коже снова пробежали мурашки.

«Я пожалею об этом. Я точно пожалею.»

Он мягко увлёк её в центр зала. Когда они заняли позицию, Лия тихо прошипела, почти не разжимая губ:

— Ты совсем с ума сошёл?

— Я? — Мужчина невинно приподнял бровь. — Я просто следую этикету. Разве не так приглашают дам на танец?

Музыка зазвучала громче. Азраэль положил руку ей на талию — уверенно, но аккуратно, словно боялся, что она может рассыпаться. Лия невольно вздрогнула. Даже сквозь ткань платья она чувствовала этот ледяной холод.

Они закружились.

Азраэль вёл великолепно — легко, точно, с какой-то древней грацией, которой не могло быть у обычного человека. Лия едва успевала следовать за ним. Её серебристые волосы красиво развевались при каждом повороте, а фиолетовое платье создавало вокруг них тёмно-фиолетовый вихрь.

Вокруг них шептались.

[[image:/storage/reader-images/eab05657cf8a082b3e6189b26304bdf3508b293c.jpg]]

— Кто этот граф Азраэль? Я никогда о нём не слышала…

— Какая пара… Они выглядят так, будто сошли с картины.

— Её волосы и его волосы… это какое-то колдовство.

Лия стиснула зубы и, пользуясь тем, что музыка заглушает голос, прошептала:

— Все на нас смотрят. Ты доволен?

— Безумно, — ответил он, слегка улыбаясь. Его глаза блестели. — Особенно тем, как ты пытаешься не покраснеть. У тебя очень плохо получается, кстати.

— Я тебя убью. Потом. Когда мы останемся одни.

— Обещаешь? — в его голосе слышалась откровенная насмешка. — Я с нетерпением жду.

Когда танец подошёл к концу, раздались аплодисменты. Азраэль не отпустил её руку. Вместо этого он слегка поклонился и тихо сказал:

— Позвольте проводить вас на свежий воздух, леди Лия. Вы выглядите немного… разгорячённой.

Не дожидаясь ответа, он повёл её через зал к высоким стеклянным дверям, ведущим на широкую террасу. Лия чувствовала на себе тяжёлый взгляд Эриона, но сейчас ей было не до этого.

Как только они оказались на террасе, где почти никого не было, Лия резко выдернула руку и отступила на шаг. Холодный ночной ветер сразу ударил в открытые плечи.

Она скептически оглядела его с головы до ног — от идеально уложенных серебристых волос до серебряной вышивки на чёрном камзоле.

— Что. Ты. Здесь. Делаешь? — тихо, но яростно спросила она. — Ты серьёзно назвался «графом»? Ты теперь ещё и титул себе выдумал?!

Азраэль прислонился спиной к каменным перилам террасы. В лунном свете он выглядел ещё более нереально. Лёгкая улыбка не сходила с его губ.

— Мне нужно было официальное приглашение на этот бал, — спокойно ответил он. — «Бог Смерти» звучит несколько… пугающе для списка гостей. Поэтому я выбрал более подходящий вариант.

Лия сложила руки на груди и посмотрела на него с явным недоверием.

— И ты решил явиться именно сегодня? Именно на тот бал, где моего брата собираются знакомить с невестой? Ты что, следил за мной?

Азраэль наклонил голову, глядя на неё сверху вниз.

— Я же говорил. Я слышу всё, что касается тебя. Когда я узнал, что тебя повезут на этот бал и будут пытаться найти тебе жениха… — его глаза слегка потемнели, — я решил, что должен лично убедиться, что никто не посмеет слишком близко к тебе подойти.

Лия открыла рот, потом закрыла. Потом снова открыла.

— То есть ты ревнуешь?! — она перешла на шёпот. — Бог Смерти ревнует?! Ты серьёзно сейчас явился на бал в образе богатого графа только потому, что боишься, что меня кто-то пригласит на танец?!

Азраэль сделал шаг ближе. Теперь между ними почти не осталось расстояния. Его голос стал ниже, почти интимным:

— Я не боюсь, Лия. Я просто… не люблю делиться. Особенно тем, что уже однажды спас.

Лия почувствовала, как у неё горят щёки. Она ткнула пальцем ему в грудь.

— Послушай меня, «граф». Я здесь не для того, чтобы искать жениха. Я здесь, потому что Эриону нужна поддержка. А ты… ты сейчас ведёшь себя как собственник! Ты вообще понимаешь, насколько это странно?

Азраэль поймал её руку и медленно поднёс к своим губам, целуя кончики пальцев. Его глаза не отрывались от её лица.

— Понимаю, — тихо ответил он. — Но когда я вижу, как на тебя смотрят все эти смертные мужчины… у меня появляется очень сильное желание напомнить им, кому на самом деле принадлежит эта душа.

Лия замерла.

Сердце билось так сильно, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Она стояла на холодной террасе, в красивом платье, а перед ней был древний Бог Смерти, который смотрел на неё так, будто готов был ради неё нарушить все законы мироздания.

— Ты невыносимый, — прошептала она наконец, но уже без прежнего запала.

Азраэль улыбнулся — по-настоящему, почти нежно.

— Знаю. И всё равно ты не прогоняешь меня.

Лия отвернулась, глядя на ночной сад, чтобы он не увидел, как сильно она покраснела.

«Я в огромной беде. Потому что этот идиот мне начинает нравиться. И это намного страшнее, чем все балы и женихи вместе взятые.»

Продолжение следует...