Бюро Возмездия

Кровь, Пепел и Зов.

Торт был кривым. Три неровных коржа, слипшиеся в середине, с глазурью, которая стекла по бокам. Но для Лео которому только что исполнилось четырнадцать лет это был шедевр. Он смеялся, вытирая рот тыльной стороной ладони, пока отец подливал ему горячий чай, а мать поправляла свечу.

— Загадывай, — сказала Ари, смахивая муку с передника. двадцатипятилетняя девушка, с густыми, длинными тёмно-фиолетовыми волосами и мягкими, зелёными глазами.

— И если пожелаешь ещё один такой торт в следующем году, я буду считать это личным оскорблением.

Лео фыркнул, задув свечи. Дым потянулся к потолку, смешиваясь с запахом корицы и старого дерева.

— Я хочу, чтобы ты перестала ворчать, сестра. И чтобы отец наконец починил ту шестерёнку на мельнице. И чтобы мама… ну, чтобы мама просто улыбалась чаще.

Мать замерла. Её пальцы, тонкие и покрытые мелкими шрамами от давних ожогов, дрогнули на краю стола. Ари заметила это. Всегда замечала.

— Мечтай громче, глупец, — пробормотал отец, но его глаза стали мягкими. Он поднял кружку. — За Лео. За то, чтобы мир оставался таким же простым, как этот торт.

— Простым, — эхом повторила мать. Её голос был тихим, почти неслышным. — Простым… пока мы помним правила.

Ари коснулась серебряного кулона под воротником. Под металлом был выжжен почти стёршийся символ: перечёркнутый глаз, вписанный в треугольник. Традиция. Наследие. То, о чём не говорили вслух, но передавали шёпотом, от матери к дочери, от поколения к поколению, пока клан не стал легендой, а легенда — пеплом.

Они смеялись. Обнимались. Лео уже заикался о том, как завтра они пойдут на ярмарку в нижний квартал, как он наконец купит тот самый нож с рукоятью из кости виверны, как Ари обещала научить его читать карты ветра. Ничто не предвещало конца.

Ничто, кроме запаха. Сладковатый, тяжёлый газ.

Отец дёрнулся первым. Он попытался встать, схватить нож со стола, но колени подогнулись. Мать закричала, пытаясь прикрыть Лео собой, но её крик оборвался на полуслове. Ари рванулась к двери, пальцы царапали дерево, но мир сузился до туннеля, затем до точки, затем до абсолютной чёрной тишины.

Она очнулась от холода.

Ари лежала на каменном полу. Голова гудела, во рту стоял привкус меди и пепла. Она поднялась на локтях. Комната была квадратной, без окон. Стены из тёмного камня, в углах горели факелы с бледным, почти синим пламенем. Вдоль периметра стояли люди. Десятки. Все в одинаковых закрытых одеяниях тёмно-серого цвета, лица скрыты капюшонами, на груди вышит один и тот же символ: раскрытая ладонь, пронзённая стрелой.

Сиэрт. Город-крепость. Фракция «Рука Правосудия». Или как они сами себя называли в тени.

Дверь отворилась без скрипа. Шаги были лёгкими, мерными, лишёнными спешки. В комнату вошёл мужчина.

Белые волосы, янтарные глаза, холодные и блестящие, как отполированный янтарь. По виду аристократ, смотрящий на происходящее свысока. Ему было не больше двадцати шести. Но в его осанке, в том, как воздух сгущался вокруг него, читалась тяжесть человека, который давно перестал считать себя частью толпы.

— Деон Вель Тэо, — представился он сам, не дожидаясь вопросов. Его голос был ровным, бархатным, с той особой интонацией, которую используют люди, привыкшие, чтобы их слушали в первую очередь, а говорили потом. — Глава Совета Сиэрта. И, к сожалению для вас, тот, кто не любит искать иголку в стоге сена.

Ари медленно встала. Её пальцы сжались в кулаки.

— Где родители? Где Лео? Что вы сделали с моей семьёй?

Деон сделал шаг вперёд.

— С вашей семьёй всё в порядке. Пока. Мы предпочитаем ясность, аристократическую вежливость в делах, где речь идёт о древних кровях. Вы и ваша мать. Последние отпрыски клана Вэйлен. Ведьмы, скрытые пламенем.

Воздух в комнате стал плотнее. Ари не дрогнула, но её сердце начало биться чаще. Они нашли. После ста лет молчания, после смены имён, после того как мать выжгла символы на коже, чтобы скрыть следы… они нашли.

— Мы не используем старые слова, — сказала Ари тихо. — Клана нет. Традиция сохранена только как память. Мы уже давно не пользуемся нашими силами.

— И это прекрасно. Но память имеет вес. И ваша мать передала вам всё. Каждую формулу. Каждый эдикт. Каждое древнее колдовство, которое ваши предки хранили до того, как их стёрли с лица земли. В частности, «Эдикт Безмолвной Коронации».

— Нет.

— О да, — Деон кивнул, будто подтверждая очевидное.

— Массовое подчинение разума. Не иллюзия. Не страх. Перестройка лояльности на уровне воли. Идеальное, бескровное, абсолютное. С его помощью я не просто захвачу гвардию Королевы. Я сделаю так, чтобы они сами открыли мне ворота. Чтобы они поклонились мне как спасителю. А Сиэрт станет центром нового порядка. Порядка, где выбор будет принадлежать тем, кто способен нести его вес.

— Это запрещено, после того как клан истребили, выжившие старейшины установили табу, знания всё ещё передаются из поколения в поколение. Но их использование… невозможно. Право на эдикт принадлежит только последней рождённой, то есть мне. И я не дам вам его.

Деон вздохнул. Впервые в его голосе появилась нотка усталости.

— Ари Вэйлен. Вы думаете, что табу существует из страха перед силами? Нет. Оно существует из страха перед последствиями. Ваш клан не уничтожили за ересь. Его уничтожили за то, что он стал слишком удобен. За то, что кто-то понял: тот, кто владеет «Эдиктом», владеет будущим без единого выстрела. Я не прошу вас стать злодеем. Я прошу вас стать инструментом. Взамен ваша семья получит земли. Титулы. Безопасность. В мире, который строится на силе, это редкая милость.

— Нет, — повторила Ари. Тверже.

Деон помолчал. Затем кивнул в сторону двери. — Приведите их.

Дверь распахнулась. Двое людей в серых одеяниях втащили отца. Он был без сознания, на лице синяки, из носа текла кровь. За ними вошли мать и Лео. Мальчик дрожал, но смотрел на сестру. Не плакал. Не умолял. Просто смотрел. И в этом взгляде было столько доверия, что у Ари подкосились ноги.

— Последний вопрос, — сказал Деон. Его янтарные глаза стали тёмными. — Вы произнесёте формулу? Или мы начнём с мальчика?

Мать закричала.

— Нет, Ари! Не давай им того, что они хотят, начнется катастрофа! Нам нельзя использовать древ...

Деон достал свой меч и снёс ей голову, на глазах у всех.

— НЕТ! МАМА!

— Мамочка!

Увидев это, отец оттолкнул от себя одного из стражей и бросился на Деона.

— Я ТЕБЯ УБЬЮ!

Не успев добежать, его ноги были отрублены. Он упал на землю, Деон наступил ему на рот, не давая кричать.

— Ари, мне продолжать, или ты скажешь всё что нужно?

— Нет... Нельзя... Я не мог...

Деон раздавил его череп ногой. Лео закричал.

— Нет, папа! Сестренка, помоги маме и папе!

Сестрёнка!

— Остановись, Деон!

— Мне нужно заклинание.

— Нельзя! Ты думаешь нам просто так запретили использовать древнее колдовство!?

...

— Ха... Я понял.

Деон вонзил свой меч мальчику в грудь.

— НЕТ! ЛЕО!

— Сестрё...нка...

Он упал на землю, истекая кровью.

— Деон... ДЕОН!

— Мы вернёмся позже.

Ари закрыла глаза. Внутри что-то оборвалось.

— Нет. Дайте мне… ингредиенты.

— А могла бы и сразу это сделать. Стража, дайте ей лист и ручку, пусть напишет что необходимо.

...

Прошлое полтора дня. К Ари зашёл Деон вместе со стражей, принесли каменную чашу, мешочек с крупной серой солью, склянку с чёрной жидкостью, обугленный свиток, и серебряный нож. Ари взяла их. Руки не дрожали. Внутри больше не было страха. Осталось только пустое, звенящее место.

Она опустилась на колени. Нож скользнул по ладони. Кровь капнула на камень. Она провела линию. Затем ещё одну. Замкнула круг. Соль по окружности. Пепел свитка в центре. Чёрная жидкость — вытяжка из корней мёртвого дерева, смешанная с ртутью и слезами человека, который должен быть убит через минуту после их получения. Старые тексты говорили: «Кровь зовёт. Соль хранит. Пепел стирает границы. Слеза открывает дверь».

Она поднялась. Голос прозвучал чужим. Глубоким. Эхом в замкнутой комнате.

— «Эдикт Безмолвной Коронации», — произнесла она.

Круг вспыхнул холодной энергией. Воздух стал тяжёлым, будто наполненным свинцом. Каменные стены покрылись инеем. Факелы погасли, но комнату залил тёмный, фиолетовый свет, идущий из центра круга. Он поднялся. Раскрылся. Превратился в гигантский чёрный глаз. Без зрачка. Без век. Просто абсолютная тьма, которая внимательно смотрела на Ари.

Он смотрел на неё. Ари сделала шаг назад. Вокруг неё, с треском, образовался купол из маны, переливающийся тёмно-синими прожилками. Люди в серых одеяниях отшатнулись. Деон сузил глаза.

— Что ты сделала!? Это не похоже на то, что должно было быть!

Ари подняла голову. Её глаза были красными. Но в них не было слёз. Только абсолютная, выжженная решимость.

— Я не произнесла «Эдикт».

Голос дрогнул.

— Я сказала первое слово. Остальное… вы услышите, когда будет поздно.

Она закрыла глаза. И продолжила. Слова потекли быстрее, древние, ломаные, не предназначенные для человеческого рта. Каждый слог отбирал дыхание. Каждый звук заставлял кровь, из которой сделан круг кипеть.

— «Обряд Возвращения Забытого»! Человек, который может наказать всех. Тот, чьё имя стёрто временем. Самый устрашающий, кто ступал по этой земле. Тот, кто нёс конец. Вернись. Пробудись. И возьми то, что принадлежит тебе по праву хаоса и выбора. Я зову тебя не как раба. Я зову тебя как судью. Уничтожь тех, кто строит иерархии на костях. Тех, кто торгует душами. Тех, кто решает, кому жить, а кому умереть. Положи конец циклу. Положи конец им.

Чёрный глаз расшился. Холод пробил купол, пробил кожу, пробил до костей. Тьма заполнила комнату. Люди в одеяниях закричали. Кто-то ринулся вперёд, ударил по куполу клинком. Лезвие отскочило, будто стекло. Мановый барьер не дрогнул.

Деон отступил к стене.

— Остановите её! Сломите барьер!

Но было поздно.

Где-то далеко. За пределами Сиэрта. За пределами карт. В лесу, который не отмечен ни на одном свитке королевских географов, земля дрогнула. Будто кто-то вдохнул слишком глубоко, и мир не выдержал.

Почва треснула. Из расщелины вырвалась рука. Бледная. Потом вторая. Потом плечо. Человек вылез из земли, как из воды. Он встал. Огляделся. Вдохнул. Воздух в лесу стал тяжёлым, пахнущим озоном и старой пылью.

Ему было около двадцати семи. Тёмные, почти чёрные волосы, спадающие на лоб. Лицо с резкими чертами, на котором застыло выражение, которое нельзя было назвать ни радостью, ни болью. Это было пробуждение. Его чёрные как бездна глаза открылись.

Он посмотрел на свои ладони. Сжал пальцы. Разжал. Сделал шаг. Земля под его ногой покрылась трещинами. Ещё шаг. Трещины пошли дальше. Он потянулся, хрустнули суставы. Уголки губ дрогнули. Потом дрогнули сильнее. Потом раскрылись в улыбку. Маниакальную. Широкую. Безумную.

Он бросился вперёд. Скорость была нечеловеческой. Воздух за его спиной разорвался, оставив за собой след из чёрной пыли и искажённой реальности.

В комнате купол гудел. Люди в серых били по нему молотами, магическим оружием, заклинаниями. Каждый удар вызывал рябь, но барьер держался. Деон стоял в стороне, сжав кулаки. Его янтарные глаза следили за Ари. Она стояла внутри, неподвижная. Кровь текла из носа. Губы шептали последние слова.

— Это заклинание можно использовать лишь один раз за всю жизнь, и я использую его. Я уничтожу вас всех.

Голос сорвался в крик.

— Каждого! Кто думал, что может решать за других. Кто думал, что сила даёт право ломать. Вы забрали у меня всё. Но я заберу у вас будущее. Я сожгу ваши правила. Я заставлю вас страдать! Вы не уйдёте. Вы не спрячетесь. Конец придёт.

Деон сделал шаг вперёд.

— Девочка, ты сама то понимаешь, что делаешь!?

Земля дрогнула.

Первородный страх. Тот, что записан в ДНК до рождения. Тот, что заставляет замирать, когда хищник выходит из тени. Все в комнате замерли. Даже факелы, которые ещё тлели, погасли.

Стены треснули. Камень рассыпался в пыль. В проломе, в клубах чёрного дыма, стояла фигура.

Он вошёл. Не спеша. Но каждый шаг отдавался эхом в груди. Чёрные волосы. Чёрные глаза. Чёрная энергия, вырывающаяся из него, как пар.

Он улыбнулся, создавая в своей руке гигантскую чёрную косу из чёрной маны.

Деон отшатнулся. В его янтарных глазах впервые мелькнуло то, что можно было назвать страхом.

— Отступать! Всем назад! Сейчас!

Он растворился в воздухе.

Остальные не успели. Двое рванулись к пролому. Третий упал на колени, молясь. Четвёртый замахнулся клинком.

Коса прошла сквозь них. Их тела рассыпались в чёрный пепел, который тут же поглотила энергия, вырывающаяся из лезвия. Он смеялся как ребёнок, который наконец нашёл игрушку, о которой мечтал всю жизнь.

Он остановился. Повернул голову. Посмотрел на купол.

Ари стояла внутри. Её дыхание было поверхностным. Кровь запеклась на губах. Руки дрожали. Но глаза… глаза смотрели на него без отрыва. И в них не было благодарности. Был страх. Глубокий, животный, первобытный. Страх, который шепчет.

«Не беги. Он всё равно догонит».

Они смотрели друг на друга.

Мужчина поднял руку. Коса рассеялась в воздухе. Он сделал шаг к куполу. Мановый барьер задрожал и рухнул в ту же секунду.

Холод ударил Ари в лицо. Она не отступила. Не закрыла глаза.

Он остановился в шаге от неё. Его чёрные глаза расширились. Уголки губ поползли вверх.

— Привет, — сказал он.

И улыбнулся.

[[image:/storage/reader-images/7c8c2105d9e4c3dd7295fc1f8003b93daec454b6.jpg]]

Перемены.

Стражники застыли, парализованные невидимым давлением. Акума медленно подошёл к ним, его шаги были бесшумны.

Он протянул руку и коснулся указательным пальцем лба первого стражника.

— Спи.

Глаза мужчины мгновенно залились густой, непроглядной чернотой. Он не успел даже вскрикнуть. Его тело обмякло, и он рухнул на землю. Акума повторил движение со вторым, третьим, четвёртым. Четыре трупа. Четыре секунды. Ни капли крови, ни единого звука борьбы.

Ари перешагнула через тела, стараясь не смотреть на их остекленевшие чёрные глаза, и они вошли в город.

На улицах было множество людей, почти все носили закрытую, на вид старую и потрепанную одежду. Каменные дома выглядели старыми, через окна было видно, что внутри всё ещё хуже, почти пустые комнаты со старой мебелью и тусклым светом. Атмосфера города давит отчаянием и депрессией. Пока они шли, Ари периодически прикрывала лицо руками.

[[image:/storage/reader-images/857f15a6a55ff9a1c807c4a0d4eedeb546b9f223.jpg]]

— Как же тут неприятно пахнет... Почему эти люди продолжают жить здесь, в таких условиях?

— А куда им идти, Ари? Из твоих рассказов я понял, что кроме столицы и ближайших к ней городов, у королевства почти не осталось территорий, мы далеко от столицы, что означает, что вокруг сплошные фракции и банды. Так куда же им идти? В лапы другой фракции, где может быть даже хуже? Даже если бы где-то и было лучше, смогут ли они вообще туда дойти?

— Это ужас. Бедные люди.

— К слову, то место, где ты была на момент похищения, вроде там за главных было не королевство, да?

— Да. Город, в котором я жила со своей семьей, находится под контролем фракции “Юис”, они далеко не ангелы, но это один из немногих городов, который находится под контролем чужаков, но при этом может предложить нормальную жизнь. Насколько я знаю, люди Юиса нападают на мелкие банды и разворовывают их, поэтому с того момента, как королевство потеряло контроль над этим городом, в жизни людей особо ничего не поменялось.

— Получается, тебе повезло больше, чем этим людям.

— Ну да... Но это не должно считаться везением, это должен быть минимум для всех!

— Поэтому мы и здесь.

Они прошли пару кварталов, когда из подворотни выскочила маленькая девочка. Лет семи, не больше. Её лицо было перепачкано сажей, но глаза сияли чистотой, которой не было в этом месте.

— Дядя! Тётя! — она робко потянула Ари за край плаща, а затем перевела восхищённый взгляд на безупречно чёрную одежду Акумы.

— У вас такая красивая одежда! Вы из столицы? Помогите, пожалуйста, моей маме. У нас дома совсем нет еды, а её зарплаты нам не хватает даже на хлеб...

Ари замерла, не зная, что сказать. Но Акума присел на корточки, чтобы оказаться на уровне глаз девочки. Его пугающая, хищная аура на мгновение смягчилась, уступив место странной, почти отеческой задумчивости.

— Ты такая ответственная девочка, — сказал он мягко, и в его голосе не было и намёка на ту безумную жестокость, что он демонстрировал минуту назад.

— Уже считаешь деньги своей мамы. Это похвально. Не переживай. Мы пришли сюда, чтобы всё исправить. Но сейчас тебе лучше пойти домой и спрятаться. Скоро здесь будет шумно.

Девочка широко улыбнулась, обхватив его ногу маленькими ручками.

— Спасибо, добрый дядя!

Она отпустила его, после чего убежала обратно в подворотню.

Акума медленно поднялся, и маска доброты мгновенно сползла с его лица, сменившись холодной, расчётливой ухмылкой.

— Идём, Ари. Время наводить порядок.

В центре города возвышалось единственное относительно целое здание — бывшая ратуша, теперь украшенная грязными флагами местной банды. У массивных дубовых дверей стояли четверо крепких стражников с алебардами.

— Стой! По приказу Главы, вход воспр...

Акума даже не замедлил шаг. Из его правой руки с громким треском вырвалась чёрная мана, мгновенно материализуясь в гигантскую, изогнутую косу.

Лезвие прошло сквозь всех четверых, не встречая сопротивления. Тела распались на чёрный пепел, не успев коснуться земли. Акума подошёл к дверям и с лёгким пинком выбил их с петель. Древесина с треском разлетелась в щепки. Он шагнул внутрь, как ни в чём не бывало, словно вошёл в собственную гостиную.

Первый этаж гудел. Десятки вооружённых людей и несколько магов среагировали на шум.

— Враги! Убить их!

Огненный Шквал!

Маг выкрикнул название, и в Акуму полетело несколько шаров из пламени. Акума даже не уклонился. Огонь ударил ему в грудь, опалив одежду и оставив глубокий, дымящийся ожог на коже.

Ари вскрикнула, но Акума лишь рассмеялся. Из раны тут же начала сочиться густая чёрная материя. Она зашевелилась, как живая, стягивая края плоти. Через три секунды от ожога не осталось и следа, лишь гладкая, нетронутая кожа.

— Моя очередь.

Он поднял левую руку. Из его ладони вырвался густой чёрный дым.

— Ари, закрой глаза и не дыши.

Тёмная мана тут же обвила шею девушки, создав плотный, герметичный кокон вокруг её головы, фильтруя воздух.

— Можешь открыть глаза и дышать.

Дым заполнил помещение с невероятной скоростью. Это был не просто дым, а концентрированный яд, разъедающий лёгкие и разум. Враги начали хвататься за горла, их лица посинели, из ртов потекла пена. Они падали на колени, хрипя и царапая собственные шеи, в то время как Акума стоял в эпицентре чёрного тумана, вдыхая его полной грудью, словно это был горный воздух. Его глаза сияли безумным восторгом.

Это была зачистка.

Второй этаж. Третий. Четвёртый. Акума двигался как ураган. Коса рассекала магические барьеры, как паутину. Тех, кто подходил слишком близко, он касался пальцем, даруя им мгновенную, беззвучную смерть чёрных глаз. Он получал раны — копья пронзали плечо, мечи рассекали бок, но чёрная материя всегда затягивала их быстрее, чем успевала проступить кровь.

Ари следовала за ним, ступая по пеплу и тишине. Её сердце колотилось, но страх постепенно уступал место холодному, расчётливому анализу. Она чувствовала, как её собственный Резонанс с ним пульсирует в такт его шагам. Его жажда разрушения питала её решимость.

Наконец, они поднялись на пятый этаж.

Дверь в главный зал была распахнута. Внутри было тихо и роскошно, что резко контрастировало с бойней внизу. Посреди зала, на возвышении, восседал на троне накаченный, мускулистый мужчина с шрамами по всему телу. Его руки были размером с голову Ари.

Но внимание Акумы привлекла не гора мышц, а девушка, стоявшая перед троном. У неё были ярко-розовые волосы и пронзительные фиолетовые глаза.

Акума остановился. Его безумная улыбка на мгновение стала более осмысленной, более хищной. Он прищурился, всматриваясь в её зрачки. Там, в самой глубине фиолетовой радужки, он разглядел крошечные, едва заметные розовые сердца, пульсирующие в такт её дыханию.

— Любопытно, я думал, ваш вид вымер или сгнил в нижних кругах. Твои глаза выдают тебя, девочка. Твой Источник — Лилит. Древнейший суккуб.

Девушка, Нэй, слегка удивлённо приподняла бровь, но не дрогнула.

— Острый глаз для трупа, ты прав. Я черпаю силу из Лилит.

Она сделала шаг вперёд, и вокруг неё воздух начал сладко пахнуть, вызывая лёгкое головокружение.

— Знаешь, в чём ирония этого мира? Представляешь, все мы черпаем силу из существ, которых никто из смертных никогда не видел своими глазами. Мы даже не знаем, живы они или нет. Если бы у таких, как мы, с самого рождения не было врождённого знания о том, кто является источником нашей силы, и какова его история... мы бы даже не знали, что подобные личности существовали. Мы бы просто думали, что это дар природы. Но нет. Мы знаем, чью тень мы отбрасываем.

Акума рассмеялся.

— Отличная речь.

Очарование.

Из тела Нэй начал исходить едва заметный розовый дым, она подошла ближе к Акуме. Когда он вдохнул дым, в центре глаз Акумы появились маленькие розовые сердечки.

— Теперь ты мой.

Ари подскочила, рванув в их сторону.

— Не мешайся, до тебя я ещё дойду.

Опутывание.

Нэй посмотрела на Ари, под ней появились розовые шипы, которые не давали ей сдвинуться с места.

«Чёрт! Если она суккуб, то теперь он полностью под её контролем! Плохо дело!»

Нэй обняла Акуму. Проведя рукой по его ноге, она посмотрела ему прямо в глаза.

— Ну же, красавчик... Поцелуй меня.

...

Руки Акумы медленно потянулись к её талии.

— Ты привлекательна...

— Конечно, передо мной тяжело устоять, не так ли?

— Но я, пожалуй, откажусь.

Акума схватил Нэй за горло и поднял вверх.

— Кххх... Какого... К-Как ты...

«Что? Он смог противостоять её чарам? Разве это возможно без предварительной подготовки? И ещё, почему этот мужик до сих пор сидит на месте? Его напарницу схватили, а у него даже лицо не поменялось!»

Акума громко рассмеялся.

— Хаха... Ты привлекательна, но на этом всё. Кроме личика тебе нечего предложить, не так ли?

На его лице появилась ужасающая ухмылка, он медленно подошёл к одной из каменных стен в комнате.

— Давай проверим это.

Акума начал бить её лицом о стену, один раз, два раза... И так до седьмого удара. После этого он бросил Нэй на землю и схватил за волосы, заставив её смотреть прямо на него.

— Теперь твоё лицо не так уж и красиво, что ещё у тебя есть?

Она уже была без сознания.

Ари перестала пытаться вырваться из шипов и застыла.

«Какой ужас, её лицо превратилось в кашу!»

Сердечки в глазах Акумы пропали вместе с шипами, которые удерживали Ари.

— Кажется, больше ничего у тебя нет.

Не отпуская её волос, он ещё раз ударил её лицом о стену, но в этот раз гораздо сильнее, после чего отпустил. Нэй упала замертво.

— А что насчет тебя?

Акума смотрел на мужчину, который всё это время сидел неподвижно.

...

— Почему не помог своей спутнице?

Ответа не последовало.

Ари медленно подошла ближе к Акуме.

— Почему он молчит?

— Хм...

Направив палец в сторону мужчины, Акума выпустил небольшую чёрную сферу, которая врезалась в воздух, почти долетев до главы фракции.

— Что это было?

— Барьер, Ари. Вокруг него невидимый барьер, а еще... Ты видишь этот гигантский двуручный меч рядом с ним?

— Да, и что с ним?

— Как-то в своё время я встречал похожего человека. Такой же накаченный, большой, с двуручным мечом и невидимым барьером. Тот факт, что они так похожи намекает на то, что у них одинаковый Источник. Ведь чем сильнее ты похож на существо, которое является твоим Источником, тем больше его силы ты получаешь.

— И кто же их Источник?

— Эндоватор. Мастер средней дистанции.

В его голосе прозвучала неподдельная, почти детская радость.

— Тот, чьи удары настигают жертву раньше, чем он их наносит. Отличный источник, Гаос.

Ари посмотрела на Акуму.

— Гаос? Кто это?

— В моё время так звали всех, кто черпал силу Эндоватора. Сам Эндоватор никогда не разговаривал, поэтому все, для кого он является Источником молчат, чтобы быть больше похожими на него и получить больше сил. Таких людей привыкли называть Гаос, чтобы было хоть какое-то имя.

Гаос медленно поднялся с трона. Его движения были плавными, но в них чувствовалась чудовищная, сдерживаемая мощь. Он не проронил ни звука. Он просто взял свой гигантский двуручный меч и шагнул навстречу.

Акума не стал ждать. Он растворился в черном тумане, мгновенно телепортируясь за спину гиганта, и с размаху ударил косой по его шее.

Лезвие прошло сквозь пустоту. Гаос даже не обернулся.

— Промах?

Прошло ровно полторы секунды.

Воздух позади Акумы с громким хлопком разорвался. Невидимое лезвие, завершившее свой путь в пространстве, вспороло ему плечо. Черная кровь брызнула на пол, но тут же начала затягиваться живой материей.

— Ха... Хахаха! — Акума захохотал, хватаясь за плечо.

— Отложенный разрез пространства! Великолепно!

Гаос занес меч. Подготовка заняла чуть больше секунды. Он сделал короткий, стремительный выпад вперед, пронзая воздух перед собой. Опять ничего не произошло.

Но Акума уже читал его как открытую книгу. Он вскинул руку, и его глаза на мгновение стали абсолютно черными, лишенными белков.

Давящий взор.

Невидимая, сокрушительная тяжесть обрушилась на Гаоса. Гигант споткнулся, его колени дрогнули, и идеальная траектория его невидимого удара сместилась. Через полторы секунды каменная колонна в трех метрах от него с грохотом раскололась надвое, но сам Акума остался невредим.

— Ты полагаешься на точность, большой мальчик.

Из пола под ногами Гаоса вырвались десятки черных, шипастых цепей.

— Но что будет, если ты не сможешь даже замахнуться?

Оковы падших.

Цепи обвили руки и ноги Гаоса, пытаясь пригвоздить его к полу. Но гигант лишь нахмурился. Он резко ударил мечом вокруг себя.

Вокруг Гаоса появилась едва заметная линия, словно воздух нагрелся. Черные цепи, коснувшись этой невидимой границы, замедлились, а затем они начали рассыпаться в прах. Одновременно с этим Акума почувствовал, как воздух вокруг него стал тяжелым, затрудняя дыхание.

— Барьер, который искажает реальность вокруг тебя и ослабляет врагов...

Гаос вырвался из цепей, отпрыгивая назад.

— Тут слишком неудобно сражаться, я люблю простор. Давай выйдем на свежий воздух, гигант.

Акума выбил окно пятого этажа и выпрыгнул вниз, растворяясь в воздухе. Гаос, не колеблясь, последовал за ним, спрыгнув с высоты пяти этажей и приземлившись с такой силой, что земля пошла волнами.

Ари, которая к этому моменту уже спустилась на первый этаж, услышала грохот. Она выбежала на улицу и увидела, как стены ратуши начинают покрываться трещинами от одного лишь давления их аур.

— Эй! Вы! — закричала она, обращаясь к кучке испуганных горожан, которые выглядывали из подворотен.

— Бегите! В подвалы, в канализацию, куда угодно, но прочь от центральной площади! Сейчас здесь будет бойня!

Она не стала ждать ответов. Ари начала расталкивать людей, загоняя их в укрытия. Она чувствовала, как ее Резонанс с Акумой вибрирует где-то в груди, подпитывая ее выносливость. Она не могла участвовать в этом бою напрямую, но она могла убедиться, что у Акумы не будет лишних "аргументов" в виде жертв среди мирного населения.

На площади развернулся хаос.

[[image:/storage/reader-images/03793162725c721af6c1a59e1572353fcdeedd24.png]]

Гаос стоял посреди улицы, его меч был опущен. Акума кружил вокруг него, как хищник, время от времени делая быстрые, обманные выпады.

Гигант сделал широкий, медленный взмах мечом по дуге вокруг себя. Затем он рванулся вперед на несколько метров за долю секунды, и нанес второй, такой же широкий взмах.

Акума усмехнулся, стоя на месте.

— Слишком медленно.

Но через две секунды после первого взмаха пространство вокруг Акумы разорвалось. Невидимые лезвия рассекли его бок и ногу. Он отлетел в сторону, но тут же, через полсекунды, его накрыла вторая волна невидимых разрезов, отбросившая его в стену ближайшего дома.

Каменная кладка рухнула, погребая его под обломками.

Гаос медленно опустил меч. Его лицо оставалось каменным. Он сделал шаг вперед, чтобы добить врага.

Но из-под обломков раздался хохот.

Из поднявшейся пыли в Гаоса полетели обломки обвалившегося дома. Акума стоял, отряхивая пыль. Раны на его теле уже затягивались черной материей, но его глаза горели безумным, нездоровым восторгом.

— Ты заставляешь мое сердце биться быстрее, Эндоватор! Но ты кое чего не знаешь. Суть твоих сил заключается в отсроченных действиях, но...

Акума сделал стремительный взмах косой, выпуская в сторону Гаоса широкую дугу из черной материи. Она прошла сквозь гиганта, не оставив ни царапины.

— Не всё на этом свете можно отсрочить. И мой разрез настигнет тебя, даже если ты спрячешься за своим барьером.

Через две с половиной секунды черная материя, пролетевшая сквозь Гаоса, сдетонировала. Пространство вокруг гиганта сжалось, и его невидимый барьер затрещал, покрываясь черными паутинами. Гаос впервые пошатнулся, на его лбу выступила капля пота.

Но тут Гаос воткнул свой гигантский меч в пол.

Невидимый барьер вокруг него стал плотнее, но при этом его аура словно "размазалась", охватив пространство радиусом в десять метров.

Гаос выхватил меч из земли. Его движения изменились. Они стали пугающе быстрыми, лишенными даже намека на задержку.

— Ультимативное усиление? Ты снимаешь лимиты.

Гаос исчез.

Он был так быстр, что оставил после себя лишь размытый шлейф. Он оказался справа от Акумы, нанося удар сверху. Акума телепортировался влево. Но меч уже был там. Акума снова растворился в тумане, появляясь на крыше здания.

Вжух. Вжух. Вжух.

Каждый взмах гигантского меча Гаоса был беззвучным. Но каждое здание, каждый фонарный столб, каждая мостовая, которых касался меч, через мгновение раскалывались на части невидимой силой. Гаос методично, с пугающей эффективностью, нарезал пространство вокруг Акумы, лишая его точек для приземления.

Акума был вынужден постоянно телепортироваться, уклоняясь от призрачных, отложенных ударов, которые превращали улицу в поле из острых, невидимых лезвий.

— Ты загоняешь меня в угол, большой мальчик! — крикнул Акума, уклоняясь от разреза, который снес половину балкона над ним.

Акума приземлился на землю, прямо перед Гаосом. Он не стал уклоняться. Вместо этого он поднял левую руку и направил свой палец прямо в глаза гиганта.

Его собственные глаза стали черными, как смола.

Давящий взор.

На этот раз оно было сфокусированным. Гаос, чьи движения были ускорены до предела, внезапно споткнулся. Его концентрация, необходимая для контроля над сложными пространственными разрезами, дала трещину на долю секунды.

Этого было достаточно.

Акума сделал взмах косой не по Гаосу, а по земле перед ним. Черная мана впиталась в пол.

Оковы падших.

Акума отпрыгнул назад.

Гаос восстановил равновесие и занес меч для финального, сокрушительного удара. Но в тот момент, когда его меч должен был опуститься, пол под его ногами взорвался. Десятки черных, острых как бритва цепей вырвались из земли, обвивая его руки, ноги и торс, стягивая их с чудовищной силой.

Гаос зарычал, это был первый звук, который он издал за все время боя.

— Попался, теперь давай посмотрим, как твой барьер справится с тем, что не имеет физической формы.

Он поднял косу, и черная энергия начала окутывать её лезвие. Ари, затаив дыхание в подвале соседнего дома, всё поняла.

«Это конец»

Акума обрушил косу на Гаоса, она разрушила его невидимый барьер. Его тело было поделено на две части.

— Эндоватор был человеком, потерял родителей, когда был ещё ребенком и попал в лапы безумной аристократки. Которая на протяжении почти трёх десятилетий сводила его с ума магией и пытала. Пробудив силу, он вырвался и убил её, став Эндоватором из легенд моего времени. Он никогда не разговаривал не потому, что это был его стиль, просто его разум был настолько затуманен, что он не то что говорить, даже мыслить нормально не мог. Как жаль, что сила Эндоватора досталась такому слабаку, в тебе нет ничего от настоящего Эндоватора, и поэтому ты так быстро проиграл.

Акума осмотрелся, вокруг начали появляться люди, которые медленно выходили из своих убежищ, все пристально наблюдали за ним. Ари быстро подбежала к нему.

— Всё в порядке, Акума?

— Да, всё в порядке, надо обратиться к этим людям.

Коса растворилась, Акума размахнул руками.

— Приветствую всех жителей этого города! Мы уничтожили фракцию, которая терроризировала вашу жизнь, и хотим основать здесь свою, новую фракцию! Мы улучшим вашу жизнь! Никакого голода, безработицы и отсутствия крыши над головой! Дайте нам время, и мы все исправим! А что касательно домов, которые были разрушены во время этой битвы... Думаю, их все равно давно уже пора заменить. Я знаю, что сейчас вы полны недоверия и страха, но до этого вы жили ужасно, так что какая разница? Для вас грядут перемены, и давайте вместе будем надеяться, что они к лучшему!

Несколько секунд молчания, потом, из толпы послышался детский крик.

— Да! Да! За нового главу!

Это была та самая девочка, которую Акума и Ари встретили, когда гуляли по городу. За её детским голосом последовали остальные, множество людей начало кричать.

За нового главу! За нового главу!

— А теперь, какие у вас есть вопросы? Я отвечу на парочку сейчас, а остальные позже, когда мы все лучше обустроимся.

Мужчина лет тридцати выступил вперёд.

— Какие будут законы? На какие деньги будет развиваться город?

— Законы? Они будут похожи на законы королевства, больше пока сказать не могу, но что точно могу сказать, так это то, что не будет никакого рабства, торговли людьми и угнетения, это в планы не входит. Как мы будем зарабатывать? Хм... Будем торговать вещами и различными изделиями, которые вы будете делать за награду! Также планируется открыть центр заявок, в котором вы сможете оставлять письма о ваших проблемах и пожеланиях! И много чего другого, но для начала нам надо освоиться, поэтому не стану давать поспешных обещаний.

Далее выступила девочка, которую они встречали ранее, она вышла за ручку с худой женщиной и потрепанной одежде.

— Здравствуйте дядя и тётя! Это моя мама, о которой я говорила! Вы поможете нам? У нас совсем нет еды!

Мама начала гладить дочь по голове.

— Ну же, потише, Майя.

— Ничего страшного, пусть говорит! И да, мы поможем тебе и твоей маме, и не только вам! Мы планируем создать отряд стражи, чтобы поддерживать порядок в городе, а также мы будем посылать такие отряды с добровольцами для поиска еды! Это только на первое время, дальше мы полностью решим эту проблему, не переживай, малышка.

— Спасибо!

— Есть ли ещё у кого-то вопросы? Отвечу ещё на один!

Далее выступила девушка лет двадцати пяти.

— Простите за такой вопрос... Но кто вы?

...

— Девушку рядом со мной зовут Ари, она является последней из древнего клана ведьм, на самом деле, я жил очень-очень давно, совсем в другое время, а она меня возродила, чтобы помочь этому миру. А моё имя...

Куроши Акума.

Все люди застыли, каждый из них знал это имя. Ведь так зовут демона, о котором по сей день иногда слагают легенды.

— Прошу вас, не переживайте. Я действительно не излучаю доброту, но такую репутацию я получил в очень тяжелое для мира время, ведь раз вы все знаете моё имя, то вы знаете, в какую эпоху я жил? В эпоху бесконечной войны и смерти.

Толпа начала шептаться, но никто не убежал.

— Ладно, на этом всё! Возвращайтесь в свои дома. Те, чьи дома были разрушены во время этой битвы и те, у кого дома совсем нет, проходите в главное здание, не считая пятого этажа, который также разрушен, в остальных четырёх есть очень много комнат для сна! Я и моя напарница расположимся на пятом этаже, если кому-то нужна будет помощь, не стесняйтесь, заходите!

Прошло несколько часов. Пятый этаж бывшей ратуши был превращён в руины, однако две дальние комнаты уцелели. Сквозь выбитые окна в помещение проникал холодный лунный свет.

Ари сидела на диване, прижимая колени к груди. Её тело ломило. Это была цена Резонанса. С каждым часом, проведённым вблизи Акумы, она чувствовала странный, пульсирующий жар в груди, словно её нервная система пыталась синхронизироваться с чем-то бесконечно огромным и чуждым.

Акума сидел рядом, откинувшись на спинку. Он выглядел так, будто только что вернулся с лёгкой прогулки, а не устроил резню на четырёх этажах. Его чёрная одежда была слегка запылена, но ни единой царапины.

— Это была хорошая речь, — тихо нарушила тишину Ари, не поворачивая головы, продолжив говорить.

— Но одними речами крыши не починить, а животы не набить. Нам нужно быстро найти решение проблемы жилья и еды.

— Ты права сейчас уже поздно, и люди напуганы. Завтра на рассвете мы выдвинемся. Нам нужно найти местных мастеров, которые смогут добыть или обработать материалы. Затем мы обратимся к тем, у кого есть руки и желание выжить, чтобы они стали волонтёрами. И, конечно, нам нужна стража. Порядок должен быть установлен с первого дня.

— И как мы будем за это платить? — Ари наконец посмотрела на него.

— Казна этой банды, скорее всего, разграблена или спрятана. У нас нет золота.

Акума усмехнулся, и в этой улыбке не было ничего доброго, только холодный расчёт.

— Деньги — это иллюзия, в которую верят те, у кого есть роскошь выбора. У этих людей выбора нет. Они живут в аду. Я не буду просить их работать за монеты. Я предложу им цель. Я дам им крышу над головой и защиту от тех, кто их грабил. В обмен они отдадут нам свой труд и свою преданность. Это куда надёжнее любого золота. А насчёт поставок еды... не волнуйся. Я договорюсь. Всё будет в порядке.

Ари хотела возразить, но промолчала. В его тоне была такая непоколебимая уверенность, что спорить казалось бессмысленным.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь далёким воем ветра в разрушенных стенах. Ари сглотнула, собираясь с духом. Вопрос, который мучил её с момента их встречи в тронном зале, наконец вырвался наружу.

— Слушай, Акума...

— Да? — он лениво повернул к ней голову.

— Я кое-что знаю о силах Лилит, суккуба, которая была Источник сил той девушки. Её очарование подавляет все остальные чувства, заглушает разум и волю, чтобы на их фоне похоть и покорность захватили сознание полностью. Противостоять этому можно только с помощью сложной предварительной подготовки: нужно окутать своё тело особой защитной маной, которая гасит подобные воздействия.

Она сделала паузу, внимательно следя за его реакцией.

— Я не видела, чтобы ты использовал подобную защиту. Ты даже не попытался. Как ты смог ей противостоять?

Акума замер. Он посмотрел на свои ладони, а затем медленно перевёл взгляд на Ари. В его чёрных глазах на мгновение мелькнуло что-то древнее и бесконечно усталое.

— Ха... Дело в боли, Ари.

— В боли? — она нахмурилась, не понимая.

— Очарование работает, создавая вакуум чувств, заполняя его только одним желанием. Но этот фокус не сработает, если в сознании уже есть нечто, что кричит громче любой похоти. Нечто, что полностью занимает всё пространство разума. Когда я вырезал твой клан под корень, одна из старейших ведьм успела прочитать последнее заклинание. Она вложила в него всю свою жизнь, всю свою ненависть. Это проклятие вечного горения.

Он посмотрел на Ари.

— До конца своих дней, каждую секунду, я чувствую острую, жгучую боль по всему телу. Словно мою кожу сдирают, а кости поливают кислотой. Видимо, тот факт, что ты вытащила меня из небытия и вернула в это тело, не снял проклятие.

Ари широко раскрыла глаза. Её дыхание перехватило.

— То есть... ты всё это время чувствуешь эту боль? Постоянно?

— Да. Именно поэтому сладкий дым той девчонки показался мне просто лёгким ветерком на фоне пожара, который горит внутри меня.

— Как... как ты с этим справляешься? Как ты вообще можешь говорить, смеяться, сражаться?

— После уничтожения твоего клана я прожил ещё около десятка лет. Человеческая психика удивительна. Ты привыкаешь даже к аду, если он становится твоим единственным домом. Боль стала фоновым шумом.

Мозг Ари лихорадочно обрабатывал информацию. Она вспомнила историю своего клана, даты, хронологию.

— Десятка лет... — прошептала она, и холод прошил её до костей.

— Стой. На момент смерти тебе было двадцать восемь лет.

— Верно.

— Значит, на момент уничтожения клана Вэйлен... тебе было около восемнадцати.

— Тебя это удивляет, маленькая ведьма?

[[image:/storage/reader-images/35ea9ddd0897def2fb72a38f02f8731cb023ebc8.jpg]]

— Не смотри на меня так, будто это пустяк! — голос Ари дрогнул, в нём прорезались нотки ужаса и непонимания.

— Восемнадцать лет! Ты был ребёнком! Как можно в таком возрасте... вырезать целый клан, нести такое проклятие и не сойти с ума?!

Взгляд Акумы мгновенно изменился. Вся игривость, вся мягкость исчезли, сменившись ледяной, абсолютной пустотой. Воздух в комнате стал тяжёлым.

— В мою эпоху понятия «детство» не существовало, Ари, была только война. Все воевали. Все умирали. Я взял в руки меч, когда мне было одиннадцать. К восемнадцати я уже был не ребёнком, а инструментом. Возрастные рамки — это роскошь, которую придумали мирные эпохи, чтобы тешить себя иллюзией безопасности.

Ари замерла. Она смотрела на этого мужчину — на это существо, которое она призвала, и впервые по-настоящему осознала, с чем связала свою судьбу. Он не просто монстр из сказок. Он был сломлен, изуродован и закалён в таком аду, который ей, избалованной относительным миром клана, было даже трудно вообразить. И сквозь эту связь, сквозь Резонанс, она вдруг почувствовала слабый, но отчётливый отголосок того самого жжения. Фантомную боль, которая стала его второй кожей.

— Это... это ужас.

— Всё не так уж и плохо, ладно, я пойду в соседнюю комнату. Тебе нужно отдохнуть.

...

— А что насчёт Эндоватора? Откуда ты знаешь историю Эндоватора, если он является твоим источником?

— Я знаю истории очень многих существ, которые являются Источниками чужих сил, откуда я знаю? Пока что это секрет.

Он медленно поднялся с дивана, потянулся, и ледяная аура тут же рассеялась, сменившись той самой обаятельной, почти отеческой маской.

Он направился к дверному проёму, но на пороге остановился и обернулся. Лунный свет падал на его лицо, делая его черты одновременно прекрасными и пугающими.

— Я разбужу тебя на рассвете, Ари. У нас много работы.

Он широко, искренне и пугающе тепло улыбнулся.

— Спокойной ночи.

Дверь тихо закрылась, оставив Ари наедине с тишиной, пылью и осознанием того, что её судья был куда более сложной и трагичной фигурой, чем она могла себе представить.

Союз.

Утро. Ари проснулась от того, что кто-то стоял и смотрел на неё, лежащую на кровати.

Она резко села, инстинктивно сжимая кулаки, но расслабилась, увидев знакомый силуэт. Акума стоял в дверном проёме, уже полностью одетый и выглядевший так, будто не смыкал глаз, хотя Ари знала, что он спал. Или делал вид, что спит.

— Подъём, маленькая ведьма. Солнце уже встало, а безделье — это привилегия богатых. У нас её нет.

Ари потёрла лицо, чувствуя, как ноет тело.

— Я в порядке. Дай мне пять минут.

Они вышли из главного здания, и город встретил их напряженной, выжидающей тишиной. Люди выглядывали из щелей в досках, из подворотен. Они ждали.

— С чего начнём? — спросила Ари, оглядывая разрушенную площадь. — Нам нужны материалы, еда и порядок. В таком порядке.

— Порядок создаст еду, а еда привлечёт материалы. Но сначала нам нужны руки.

К ним подошла молодая женщина, лет двадцати, с тревожным, но решительным выражением лица. Она узнала их и нервно сцепила пальцы перед собой.

— Вы... вы те, кто вчера говорил на площади?

— Мы те, кто теперь здесь хозяин, — мягко, но твёрдо ответил Акума. — Что тебе нужно?

— Моя сестра... Она живёт в городе Миэр, это территория фракции «Вера». Там... там не рай, у них свои проблемы, но у них есть порядок. И еда. Они не дают людям умирать с голоду, как это было здесь. Может быть, мы могли бы... попросить у них помощи? Или хотя бы узнать, как они это делают? Простите, если я лезу не в свое дело, но мне показалось, что это может быть полезным...

Акума прищурился. В его глазах мелькнул хищный интерес.

— «Вера», значит? Мы обязательно нанесём им визит, благодарю за информацию. Но сначала мы должны показать нашим людям, что мы не просто болтуны.

Они поднялись на уцелевший балкон второго этажа ратуши. Ари встала рядом с Акумой. Её сердце колотилось, но она выпрямила спину. Резонанс отозвался в ней уверенной вибрацией: они здесь, чтобы изменить правила.

— Слушайте меня! — голос Акумы, усиленный лёгкой примесью маны, прокатился по площади, заставляя людей выйти из укрытий.

— Вчерашние тираны мертвы. Я не буду обещать вам чудес. Чудес не бывает. Но я обещаю вам работу. Я обещаю, что тот, кто работает, будет есть. И я обещаю, что тот, кто попытается украсть у соседа или нарушить покой, будет жалеть о том, что родился. Отныне, наш город называется “Мираж”, а фракция - Бюро возмездия. Позже мы оправдаем это название. Но это не всё, что я хочу вам сказать.

Он сделал паузу, давая словам осесть.

— Нам нужны люди. Те, кто умеет держать молот или таскать тяжести. Те, кто не боится взять в руки оружие и встать на стражу улиц. И те, кто готов выйти за стены города вместе со стражей, чтобы собрать урожай или дичь. Кто готов работать ради своего дома?

Тишина длилась несколько секунд. Ари затаила дыхание. Затем из толпы шагнул высокий мужчина с мозолистыми руками. За ним ещё один. Потом женщина. Постепенно, робко, но уверенно, люди начали выходить вперёд.

Когда толпа рассеялась, Ари пересчитала их. Одиннадцать строителей. Семь будущих стражников. Шесть собирателей.

— Отлично, — кивнул Акума.

— Ари, веди их вниз. Покажи им, чем мы будем платить за их труд.

В подвале бывшего штаба банды пахло сыростью и старым железом, но, к счастью, мародёры не успели всё растащить. В дальнем углу стояли стеллажи с ржавыми, но целыми кирасами, шлемами, мечами, копьями и парой луков. Также нашлись большие плетёные корзины и прочные верёвки.

Акума лично наблюдал за экипировкой. Он бросил тяжёлый меч одному из парней, тот едва удержал его в руках.

— Это не игрушка, — холодно произнёс Акума, и в комнате стало на несколько градусов холоднее.

— Вы больше не бандиты и не жертвы. Вы — стража этого города. Ваша задача сейчас проста: патрулировать улицы. Не допускать драк, воровства и хаоса. Если кто-то нарушит закон, вы приводите его ко мне. Я разберусь. Понятно?

Семь человек, уже в наспех подогнанных доспехах, хором и с дрожью в голосах ответили.

— Да, господин!

— Собиратели, вы выходите двумя группами. В каждой по три сборщика и по два стражника. Держитесь вместе. Не лезьте в чащу без нужды. Возвращайтесь до заката.

Он повернулся к строителям.

— А вы пока отдыхайте. Для начала нам надо найти материалы, потом я обращусь к вам.

Когда последние группы покинули подвал, Акума удовлетворённо кивнул.

— Дело начато. А теперь, Ари, собирай вещи. Мы идём в Миэр.

Путь до города Миэр занял ровно сутки. Они шли быстрым, размеренным шагом. Акума, казалось, вообще не уставал. Ари держалась из последних сил, но странный жар Резонанса в груди действовал как природный стимулятор, не давая ей полностью выдохнуться.

Ночь они провели в лесу, разбив импровизированный лагерь. Ари постелила на землю пару захваченных из ратуши грубых простыней и свернулась калачиком, пытаясь уснуть под треск костра. Акума сидел напротив, глядя в огонь. Его глаза в полумраке казались абсолютно чёрными.

— Ты не спишь, — тихо сказала Ари, не открывая глаз.

— Мне не нужно много сна, — ответил он, подбрасывая ветку в огонь. — К тому же, лес полон звуков. Лучше слышать их, чем проснуться с ножом у горла. Спи, Ари. Завтра нам понадобятся твои свежие мозги, а не мои инстинкты.

Утром они продолжили путь. К полудню на горизонте показались стены Миэра.

Этот город производил иное впечатление, чем их Мираж. Стены были выше и лучше укреплены. Дорога к воротам была утоптана, но не превращена в грязевое месиво. Стража у ворот носила униформу с вышитым символом: раскрытая книга, над которой парил крест. Фракция «Вера».

Когда Акума и Ари подошли, двое стражников преградили им путь копьями.

— Стойте. Назовите себя и цель визита.

Акума выступил вперёд. Его аура, обычно сдерживаемая, на мгновение надавила на воздух, заставив стражников невольно сделать шаг назад.

— Я — Куроши Акума. Это Ари Вэйлен. Мы новые правители города, которым управляли суккуб и молчаливый гигант.

— Вы про Теус?

— Да, теперь город называется “Мираж”, А наша фракция - Бюро Возмездия. Мы прибыли с официальным визитом и просим аудиенции у главы вашей фракции.

Стражники переглянулись. Имя Акумы, судя по их побелевшим лицам, было им знакомо, даже если они не верили в легенды.

— Ждите здесь, — сказал один из стражников и ушел.

Минут через десять он вернулся, на этот раз без копья, а с поклоном, который был чуть глубже, чем полагалось по протоколу.

— Глава ждёт вас. Проходите.

Внутри город действительно выглядел лучше. Дома были целыми, на улицах встречались торговцы, а люди не выглядели как ходячие скелеты. Но Ари, обладая обострённым вниманием, заметила другое: взгляды прохожих были опущены вниз. Никто не смеялся громко. Никто не смотрел в глаза страже. Это был порядок, купленный ценой страха и тотального контроля.

Их проводили по мощёной улице прямо к центральной ратуше, которая возвышалась над остальными зданиями, словно храм. Стражник открыл перед ними тяжёлые дубовые двери.

— Проходите. Глава ждёт вас в главном зале.

Ари и Акума вошли внутрь. Зал был просторным и давяще торжественным. В конце зала, за массивным дубовым столом, сидел человек. Его лицо скрывала глубокая тень высокого капюшона. На столе перед ним лежала раскрытая книга в кожаном переплёте, а рядом лежал массивный серебряный посох.

Человек медленно поднял голову. Из-под капюшона на них смотрели глаза странного, молочно-бледно-голубого цвета, лишённые зрачков.

— Куроши Акума, действительно ли я вижу перед собой ходячего мертвеца?

Он сложил пальцы в замок.

— Присаживайтесь.

Ари осторожно опустилась на один из двух стульев напротив. Акума же остался стоять. Он сделал шаг вперёд и встал прямо за её спиной, положив руку на спинку её стула. Жест был одновременно и защитным, и собственническим.

— Я и не знал, что моя слава дошла до таких глухих мест, — усмехнулся Акума, и его голос эхом отразился от высоких сводов.

— Как же тебя зовут, глава?

— Моё имя Вэйн. Я руковожу фракцией «Вера».

— Ты блондин. И, кажется, слеп, не так ли?

— Всё верно, — Вэйн кивнул, и его губы тронула едва заметная, холодная улыбка.

— Но это не самое главное...

Он даже не шевельнулся. Но из тёмного угла комнаты, с тихим, свистящим звуком, в Акуму на огромной скорости полетело светящееся копье, сотканное из чистой, обжигающей маны.

Оно вошло ему прямо в грудь.

— Акума! — Ари вскочила, опрокинув стул. Она рванулась к нему, и в её глазах на мгновение мелькнул тот самый первобытный ужас, который она так старалась подавить.

— Ты в поря...

— Эй, эй, — его голос прозвучал на удивление мягко. Он поднял руку и погладил её по макушке, словно успокаивая напуганного котёнка.

— Можешь не переживать так каждый раз, как меня ранят. Я же говорил: боль — мой старый друг. Я в порядке.

Светящееся копье тут же рассыпалось на искры. Рана на груди Акумы запульсировала, и из неё, как живая смола, начала сочиться густая чёрная материя, стремительно затягивая разорванные мышцы и кожу. Через секунду от отверстия не осталось и следа.

— Прошу прощения за эту резкость, — сказал Вэйн так, будто извинялся за пролитый чай.

— Я лишь проверял, настоящий ли ты, или всего лишь искусная иллюзия.

Ари медленно выпрямилась. Её руки сжались в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Она резко ударила ладонью по столу. Громкий хлопок эхом разнёсся по залу.

— Да что вы себе позволяете?! Думаете, это нормально — нападать на гостей в собственном кабинете?!

Вэйн даже не моргнул. Его слепой взгляд стал ледяным.

— Ты меня не интересуешь, помолч...

Воздух в комнате потяжелел.

Вэйн не успел даже моргнуть. Акума уже стоял позади него. Лезвие гигантской чёрной косы уже было у его горла, едва касаясь кожи. Акума наклонился к его уху.

— Ты, конечно, забавный, но следи за своими словами.

Вэйн медленно выдохнул. Его лицо оставалось каменным, но Ари заметила, как напряглись мышцы его шеи.

— Я не знал, что она тебе так важна, мертвец.

...

Неловкая, звенящая тишина повисла в зале. Затем Акума убрал косу, и она растворилась в чёрном дыму. Он обошёл стол и с непринуждённым видом опустился на второй стул, рядом с Ари.

— Садись, — тихо сказал он, не глядя на неё, но его тон не допускал возражений.

Ари медленно села, выпрямив спину. Она собрала в кулак остатки дрожи и превратила её в холодную решимость.

Вэйн медленно откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди.

— Ну так. Для чего вы пожаловали?

Акума промолчал. Он лишь лениво повернул голову и посмотрел на Ари, слегка приподняв бровь, словно говоря: «Твоя очередь».

Что? Говорить буду я? — пронеслось у неё в голове. Но отступать было некуда.

— Кхм, — Ари прокашлялась, и её голос зазвучал твёрже, чем она ожидала.

— Мы пришли, чтобы заключить взаимовыгодный союз с вашей фракцией.

Вэйн на секунду застыл. Его слепые глаза медленно переместились с Ари на Акуму и обратно.

— Союз? С городом, который вчера ещё был гнездом бандитов?

— Город Теус отныне переименован в Мираж, и мы его новые правители. Чтобы начать развивать его и навести порядок, нам нужна начальная поддержка. В первую очередь — материалы для строительства. Еду мы уже начали добывать, но наших текущих ресурсов не хватит, чтобы прокормить весь город и одновременно отстроить его. Нам нужен союзник.

— В целом, я могу это устроить, — Вэйн задумчиво постучал пальцем по столу.

— Но какая мне с этого выгода? Я не благотворительная организация.

— Повторяю: мы предлагаем не милостыню, а партнёрство, — Ари подалась вперёд. — На вашей ратуше нет флагов других фракций. Это означает, что у вас нет надёжных союзников на границах. Если вы поможете нам на старте, вы получите самостоятельную, сильную единицу, которая сможет прикрыть ваш тыл или оказать помощь в случае необходимости. Но даже без этого: когда мы обустроимся, мы сначала вернём вам долг с процентами, а затем мы сможем обсудить полноценную торговлю между нашими городами.

— Это сплошные обещания, девочка. Слова ничего не стоят.

— Это инвестиция, если она окупится, вы получите сильного соседа. Наш город находится в сутках ходьбы. На каретах — ещё меньше. С соседями лучше дружить, чем воевать.

...

Вэйн медленно встал со стула. Он возвышался над столом, и его фигура в капюшоне отбрасывала длинную, зловещую тень. Он посмотрел на Ари.

— А что мешает мне просто приказать страже захватить вас прямо сейчас? Пока вы ещё не окрепли. Забрать ваши ресурсы, а вас... просто убить.

Ари не дрогнула. Она медленно, с ледяным спокойствием, кивком указала на Акуму, который лениво крутил в пальцах чёрную монету.

— А вам это по силам?

Вэйн замер. Его взгляд метнулся к Акуме. Тот перестал крутить монету и встретился с ним взглядом. В чёрных глазах мертвеца не было ни гнева, ни угрозы. Там была лишь абсолютная, пугающая пустота.

— Ха... — Вэйн вдруг рассмеялся.

— Хороший аргумент. Действительно, выйдет не очень, если я откажу, а вы найдёте кого-то другого, кто будет более... сговорчив. Я согласен.

— Отлично, — Ари тихо выдохнула. — Когда могут быть организованы первые поставки?

— А я, простите, должен ещё и своих людей посылать для этого? — в голосе Вэйна снова прорезалось раздражение.

— У нас нет карет. Всё было продано или разграблено прошлыми владельцами, давайте так: вы отправите нам первую партию материалов, допустим, на трёх повозках. Наши люди разгрузят их в Мираже. А затем мы отправим троих наших человек вместе с вашими обратно к вам. По прибытии наши люди оставят ваших людей у вас, а сами вернутся на повозках, чтобы в следующий раз забрать груз самостоятельно.

Вэйн нахмурился.

— Вы предлагаете мне не только дать вам товары, но и безвозмездно выделить вам транспорт!?

— Инвестиция, — невозмутимо повторила Ари, глядя ему прямо в слепые глаза.

— В наше будущее сотрудничество.

...

Вэйн поморщился, словно проглотил что-то кислое. Он медленно сел обратно.

— Цк. Ладно. Договорились. Но если ваши «посланники» украдут хотя бы одну подкову с моих повозок, союз будет расторгнут.

— Мы не воруем, господин Вэйн. Мы строим. До встречи.

Акума поднялся следом за ней, бросив взгляд на Вэйна.

— Так оно бывает, сначала говоришь, что она тебе не интересна, а потом она имеет тебя так, что никуда не деться, да? — Сказал он с широкой улыбкой на лице.

— Цк.

Они вышли из зала, оставив Вэйна наедине с его книгой и звенящей тишиной.

— Ну как, я справилась, Акума?

— Ты умница. Пора возвращаться обратно, надо проверить, как прошла первая вылазка.

— Тогда сразу же отправимся.

Покинув Миэр, Акума и Ари направились в сторону своего города, непринужденно о чём-то разговаривая.

Обустройство.

Когда Акума и Ари вернулись к воротам Миража, их встретили не испуганные взгляды, а широкие, искренние улыбки. Двое стражников, вернувшихся с утренней вылазки, стояли на посту с гордо поднятыми головами.

— Господин Акума, госпожа Ари! — отрапортовал один из них, высокий парень с перевязанной рукой.

— Вылазка прошла успешно! Наткнулись на стаю диких кабанов, но смогли отбиться. Принесли мясо, дикие ягоды и целебные травы. Всё уже сложено в подвале ратуши, ждёт вашего распределения.

Акума одобрительно кивнул.

— Отличная работа. Вы доказали, что достойны доверия. А теперь собирайте всех на центральной площади. У нас есть хорошие новости.

Через полчаса площадь была заполнена. Люди, ещё вчера смотревшие на мир с очаянием, теперь стояли с затаённым дыханием, глядя на балкон ратуши.

Ари сделала шаг вперёд. Её голос, усиленный лёгкой примесью маны, звучал уверенно и звонко.

— Жители Миража! Мы заключили союз с соседним городом Миэр и фракцией «Вера». Они предоставят нам строительные материалы, выделят повозки и помогут в развитии города. Мы больше не одни. У нас есть союзники.

По площади прокатился вздох облегчения, переросший в робкие, а затем и громкие возгласы одобрения. Люди хлопали, некоторые плакали от радости.

Акума поднял руку, и тишина наступила мгновенно.

— Радость — это хорошо, но она не строит стены. Скоро прибудет первая поставка. У грузчиков и строителей появится работа. На столе у входа в ратушу лежат бланки. Если вы хотите стать строителем, грузчиком, собирателем или стражником — заполните его.

Он сделал паузу.

— Кроме того, на соседнем столе лежат листы для переписи населения. Мне нужно знать: имя, фамилия, пол, возраст. Если не умеете писать — просите помощи у соседей. Родители заполняют данные за детей. Мы должны знать, кто у нас есть.

Встреча закончилась. Люди потянулись к столам, заполняя бумаги с усердием.

Внутри ратуши Акума и Ари собрали семерых новоиспеченных стражников.

— Вам нужен командир, — заявил Акума. — Кого вы предлагаете?

— Мидреда, — хором и без колебаний ответили стражники.

— На него можно положиться. Он сильный, спокойный и всегда держит слово.

Мидред, мужчина лет тридцати с шрамом через бровь и спокойными серыми глазами, шагнул вперёд и кивнул.

— Я готов служить городу, господин.

— Тогда ты назначен главой стражи, — Акума бросил ему ключи от подвала.

— Первое задание: распредели всю добытую еду между жителями поровну. Остальных стражников отправь патрулировать улицы и готовиться: завтра на рассвете новая вылазка.

— Будет исполнено, — Мидред принял ключи с честью и тут же развернулся, отдавая чёткие приказания своим людям.

Акума и Ари поднялись на пятый этаж. Усевшись на диван, они на несколько минут погрузились в тишину.

— Ты справляешься лучше, чем я ожидал, — тихо сказал Акума, глядя в окно на закат.

— У меня хороший учитель, — улыбнулась Ари, но тут же поморщилась, потирая висок. — Хотя голова что-то раскалывается.

Ночь опустилась на Мираж, но спокойствие длилось недолго. Спустя пару часов их разбудил шум у входа и громкие возгласы.

Выйдя на первый этаж, они увидели двух стражников, которые крепко держали неизвестного мужчину в грязном капюшоне. Тот извивался и хрипло ругался.

— Господин Акума! — доложил Мидред, появляясь из тени.

— Мы патрулировали площадь. Увидели его, он прятался в тени. Когда мы подошли спросить о том, кто он, он попытался бежать. Мы его догнали. Сняли капюшон — он не из наших.

— Отличная бдительность, — похвалил Акума. — Отведите его в подвал. Я разберусь. Продолжайте патруль.

В сыром подвале Акума одним движением руки призвал «Оковы падших». Чёрные, шипастые цепи вырвались из каменной стены, намертво приковав мужчину.

— Кто ты такой?! — прорычал пленник, плюясь слюной.

— Вы все трупы! Трупы!

Акума вздохнул. Он подошёл ближе, с силой ударил по колену мужчины. Раздался тошнотворный хруст. Пленник закричал, но Акума тут же заткнул ему рот сгустком чёрной маны, превратив крик в глухой стон.

Акума опустился на корточки и заглянул ему в глаза. Его собственные зрачки расширились, поглощая белки, превращаясь в две бездонные чёрные дыры.

Говори, кто ты? — прошептал он.

Глаза пленника мгновенно почернели. Его тело обмякло, лицо стало абсолютно бесстрастным, как у куклы.

— Я... один из выживших бывшей фракции. Мы сбежали во время бойни. Но я вернулся. Перелез через стену. Я хотел убивать мирных жителей. Мстить им за то, что они так быстро приняли новых хозяев, как будто ничего не случилось.

— Где остальные? — спросил Акума.

— Их десять человек. Они разбили лагерь в лесу, в трёх километрах к югу от города.

Акума кивнул. Он протянул палец и коснулся лба мужчины. Глаза пленника остекленели, и он обмяк, мёртвый, прежде чем коснулся пола.

— Что будем делать с телом? — спокойно спросила Ари, стоявшая в дверях.

Акума молча коснулся ладонью каменного пола. Камень почернел, словно открылся портал в бездну. Из тьмы вырвались десятки тонких, извивающихся чёрных нитей. Они обвили труп, и за несколько секунд от него ничего не осталось.

На улице они встретили Мидреда.

— Это был бывший бандит, — кратко объяснил Акума. — Он хотел устроить резню. Остальные десятеро прячутся в лесу на юге. Оповести всех: пусть сообщают о любых незнакомцах или подозрительных личностях. Ночью удвоить патрули.

Вечером они вернулись на пятый этаж. Уставшие, они разошлись по своим комнатам.

Но посреди ночи Ари стало невыносимо плохо. Её тело охватил дикий жар, голова кружилась так, что она не могла стоять, а каждую кость словно выкручивало из суставов.

«Больно... Неужели это из-за моей связи с Акумой? Надо пойти к нему...»

В слезах, дрожа и едва переставляя ноги в тонкой ночной рубашке, она добрела до двери Акумы и тихо постучала. Дверь открылась мгновенно. Акума стоял в темноте, полностью одетый. Он не спал.

— Ари? Что случилось?

— Мне... мне очень плохо, — прошептала она, и её ноги подкосились.

Акума поймал её, прежде чем она упала. Он бережно перенёс её к своей кровати и уложил.

— Ложись, — тихо сказал он. — Обними меня.

Ари, слишком ослабленная, чтобы задавать вопросы, послушалась. Она прижалась к нему, пряча лицо у него на груди. Акума положил руку ей на голову.

— Всё будет в порядке, — прошептал он.

Ари закрыла глаза, ничего не замечая. Она не видела, как из рукава Акумы бесшумно выскользнули тонкие, почти невидимые чёрные нити. Они обвили её запястья, шею, проникли под кожу, впитывая в себя раскалённый жар и пульсирующую боль, перенося её в другое тело.

Через пару минут жар спал. Дыхание Ари выровнялось. Но тут она открыла глаза и почувствовала, что тело Акумы, к которому она прижималась, стало обжигающе горячим.

Она отстранилась и в ужасе посмотрела на него.

— Ты... ты перенёс это на себя?! — прошептала она, и слёзы снова выступили на глазах, но теперь от злости и беспомощности.

— Зачем ты это сделал?! Тебе не стоило этого делать!

— В этом нет проблемы. Тебе нужно спать. Завтра большой день. Просто засыпай.

— А тебе что, не нужно?

— Засыпай, Ари.

Ари хотела возразить, кричать, но слабость снова накрыла её волной. Она поняла, что сейчас не время для споров. Она легла рядом, обняла его горячее тело и, чувствуя, как его рука снова ложится ей на голову, провалилась в глубокий, исцеляющий сон.

Утро пришло с хорошим настроением. Акума разбудил Ари. Жар с него полностью спал, он снова был воплощением спокойной, пугающей силы.

Они вышли на улицу, и их сразу же встретил Мидред.

— Господин Акума, госпожа Ари! Первые повозки из Миэра уже прибыли. Мы их разгружаем.

Акума и Ари направились к площади. Один из грузчиков, вытирая пот со лба, подошёл к ним и протянул небольшую, но тяжёлую деревянную коробку, покрытую серебром.

— Господин, это вам. На ней было написано, что она только для вас, поэтому мы не стали её трогать.

— Продолжайте разгрузку, — кивнул Акума.

— Как закончите, начинайте с восстановления тех домов, что выглядят хуже всего. Крыши и окна в первую очередь.

Они вернулись к ратуше. На столах у входа лежали десятки аккуратно заполненных бланков. Мидред уже стоял там, сортируя их.

— Я уже начал отбирать кандидатов, господин, — доложил он. — А вылазка за сбором уже началась, как вы и приказывали.

Акума одобрительно хлопнул его по плечу.

— Ты оправдываешь моё доверие, Мидред. Отличная инициатива.

Войдя в свой кабинет на пятом этаже, Акума поставил коробку на стол и вскрыл замок. Внутри лежали несколько старинных, потрёпанных книг и записка.

Ари взяла записку и прочитала вслух: «Эти книжки для нас всё равно бесполезны, у нас нет ведьм. А вот для твоей подруги они могут быть ценными. Это в честь нашего союза. Попробуйте только меня предать! От Вэйна».

Акума рассмеялся, и звук этот был на удивление тёплым.

— Хитрый слепец. Он знает цену информации.

Ари с трепетом открыла верхнюю книгу. Её глаза расширились. Это были подлинные книги заклинаний клана Вэйлен. Там были и сложные ритуальные тексты, и базовые боевые заклинания, которые она знала только по теоретическим рассказам матери.

— Это... это бесценно, откуда у него это? — прошептала она, проводя пальцами по пожелтевшим страницам.

— Я замечал у него много старинных предметов, наверное, он любит коллекционировать. В любом случае, это будет полезным. В свободное время тебе стоит их изучить. Мир не станет добрее, а твоя магия не должна ограничиваться лишь призывом меня.

Ари подняла на него взгляд.

— Я начну сегодня же.

Пока Акума занимался делами города, Ари уединилась в своей комнате. Старый деревянный стол был завален пергаментом. Она перебирала книги, параллельно читая одну из них и быстро записывая ключевые формулы и компоненты в свой дневник.

Тем временем Акума спустился на площадь. Он увидел Мидреда, который о чём-то оживлённо беседовал с одним из жителей. Заметив главу, Мидред тут же выпрямился, коротко кивнул собеседнику и подошёл к Акуме.

[[image:/storage/reader-images/c8e38edef15a200f9e5d5ea8bfe2c5181b3b8a94.jpg]]

— Господин. Я обхожу город и нанимаю людей, которые оставляли бланки. Процесс идёт гладко.

— Отлично, — кивнул Акума.

— Передай грузчикам: как только разгрузка будет закончена, они должны вместе с людьми из Миэра, которые приехали на повозках, отправиться обратно. Их задача — высадить людей Миэра в их городе, забрать следующую партию материалов и вернуться на тех же повозках, ведь теперь они наши. Этот транспорт принадлежит Миражу.

— Понял, будет исполнено, — Мидред кивнул, но Акума поднял руку, останавливая его.

— И ещё. Снаряди новых стражников, если они уже есть. Через пару часов мы отправляемся на юг, в лес. Нам нужно зачистить лагерь оставшихся последователей прошлой фракции.

Мидред не дрогнул.

— Новая стража уже снаряжена и патрулирует город, господин. Я всё сделаю, через два часа отряд будет ждать вас у входа в ратушу.

— Ты оправдываешь моё доверие, Мидред, — одобрительно произнёс Акума и пошёл дальше.

Его окликнул мягкий, но настойчивый женский голос. К нему робко подошла девушка.

— Господин Акума... Простите, что отвлекаю. Я хотела спросить... будет ли в городе построена школа? У меня есть сын и дочь, да и другие дети растут, не получая должного образования...

Акума остановился и внимательно посмотрел на неё.

— Школа? Здесь не было школы?

— Была, — вздохнула девушка. — Но прошлые главы снесли её, чтобы освободить место под свои склады и казармы.

— Они просто издевались, в городе достаточно места для этого, — голос Акумы стал холодным, но он тут же взял себя в руки. — В городе всё ещё есть люди, которые работали там учителями до сноса?

— Да, несколько человек. Они сейчас без дела.

— Найди их и передай, чтобы они заполнили бланки на столе перед ратушей. Пусть укажут свою профессию. Мы займёмся этим вопросом.

Глаза девушки расширились от удивления, а затем наполнились искренней благодарностью.

— Спасибо вам! Я прямо сейчас побегу к ним!

Акума двинулся дальше и вскоре увидел группу строителей, восстанавливающих один из полуразрушенных домов. Часть крыши уже была закончена, работа кипела. Он подошёл ближе.

— Хороший темп, — сказал он, заставляя мужчин вздрогнуть и выпрямиться.

— К моменту следующей поставки к вам присоединятся новые люди. Ваша следующая задача: выбрать любой свободный участок и начать строить школу. В лучшем виде.

Строители переглянулись, и на их лицах расплылись широкие улыбки.

— Сделаем, господин! Наши дети будут рады, клянёмся!

Акума некоторое время наблюдал за их работой. Его внимание привлёк мужчина с засученными рукавами, который чётко раздавал указания, следил за качеством кладки и руководил процессом. Акума подошёл к нему.

— Ты умеешь руководить. Хочешь быть главным строителем и отвечать за все проекты в Мираже?

Мужчина выпрямился, вытер руки о тряпку и твёрдо кивнул.

— С честью приму такую должность, господин. Коллеги одобрительно закивали и похлопали его по плечу.

— Тогда с этого момента ты отвечаешь за всех строителей, — сказал Акума. — Не подведи.

— Не подведу, клянусь.

Вернувшись в ратушу, Акума застал Ари, которая с воодушевлением захлопывала очередную книгу.

— В этих книгах очень много полезных заклинаний, — сказала она, и в её глазах горел азарт. — Я уже выучила пару базовых.

Прошёл около часа. У входа в ратушу собрался отряд из восьми стражников во главе с Мидредом. Акума и Ари вышли к ним.

— Докладываю, господин. Суммарно набралось: 6 новых собирателей, 8 стражников, 10 строителей и 5 грузчиков. Для осады оставшихся бандитов я решил взять только этих 8 стражников. Остальные, включая некоторых новобранцев, останутся следить за городом.

— Разумно, — кивнул Акума. — Город не должен оставаться без защиты. Так и должно быть.

Вылазка началась. Отряд двигался быстро и бесшумно. Примерно за полчаса они достигли густого леса к югу от Миража. Сквозь чащу они увидели лагерь: несколько костров, грубые палатки и около десяти вооружённых людей, лениво переговаривающихся между собой.

Акума поднял руку, и отряд залёг в кустах.

— Я хочу проверить способности стражи, — тихо сказал он. — Брать будем осадой. В лоб, но с умом.

Мидред нахмурился, глядя на бандитов.

— Господин, они опытнее текущей стражи. Если мы пойдём в атаку, некоторые из них могут попытаться сбежать в лес, а мы можем понести потери.

— Убежать я никому не дам, Ари поможет вам не умереть. — спокойно ответил Акума, бросив короткий взгляд на Ари. Та кивнула.

Акума поднял обе руки.

Занавес.

Из-под его ладоней хлынула густая, непроницаемая чёрная мгла. Она мгновенно окутала весь лес вокруг, создавая плотную стену тумана. Единственным местом, где туман не сгустился, была сама поляна с лагерем бандитов. Бандиты вскочили, хватаясь за оружие и в недоумении оглядываясь по сторонам.

— Если они попробуют убежать в этот туман, пространство будет зациклено. Они могут бежать часами, но в конечном счёте вернутся обратно к базе.

Ари шагнула вперёд, прижала ладони к груди и прошептала:

Дар Предков!

Невидимая волна тёплой энергии накрыла восьмерых стражников. Их мышцы налились силой, усталость от похода исчезла, а реакции обострились до предела.

Акума повернулся к Мидреду.

— Командуй.

Мидред выхватил меч.

— Стража! За мной! Щиты вперёд!

Они ворвались на поляну, как лавина. Бандиты, ошеломлённые внезапной атакой усиленных стражников, не смогли организовать должного сопротивления. Завязалась короткая, жестокая схватка. Мидред действовал хладнокровно, парируя удары и контратакуя в то же мгновение.

В глубине лагеря двое бандитов в мантиях начали читать заклинания, их руки вспыхнули огнём.

— Маги! — крикнул один из стражников.

Ари шагнула на поляну, её глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым светом. Она протянула руку, и из её пальцев вырвались тонкие, светящиеся нити.

Оковы Разума!

Нити обвили запястья и лодыжки магов. Их заклинания погасли, а сами они рухнули на землю, парализованные, не в силах даже пошевелить пальцем. Стражники тут же добили их, не давая шанса на сопротивление.

Через десять минут всё было кончено. Десять бандитов лежали мёртвыми. Стража тяжело дышала, у троих были рассечены руки или плечи, но ни одно ранение не было критическим.

Ари подошла к раненым. Она приложила ладони к их плечам, и мягкое зелёное свечение окутало раны.

Шёпот Жизни.

— Простите, я ещё плоха в этом. Это лишь незначительно ускорит заживление и снимет острую боль.

— И на этом спасибо, госпожа! Вы нам и так очень сильно помогли в этом бою! — улыбнулся один из стражников, чувствуя, как жжение в ране сменяется приятным холодком.

Ари хоть и не ответила, но на её лице была видна улыбка.

Акума, наблюдавший за всем со стороны, медленно захлопал в ладоши.

— Отличная работа. Вы действовали как единый механизм. Горжусь вами.

Обратный путь прошёл в приподнятом настроении. Вернувшись в Мираж, Акума сразу же собрал людей на центральной площади.

— Жители Миража! — его голос разнёсся над толпой.

— Оставшиеся бандиты, угрожавшие нашему спокойствию, были найдены и повержены. Город чист. Вы можете спать спокойно.

По площади пошли радостные крики. Некоторые бросились к вернувшимся стражам праздновать победу.

Вечер опустился на город. Люди разошлись по домам, чувствуя себя в безопасности. Акума и Ари вернулись в ратушу и устало опустились на диван в их общей гостиной на пятом этаже.

— Ты мог бы разделаться с этими бандитами за пару секунд, если бы сам участвовал, — тихо сказала Ари, глядя на свои руки.

— Зачем ты заставил их рисковать?

Акума повернул к ней голову, и в его чёрных глазах не было насмешки.

— Пока есть такие слабые враги, надо дать страже набраться опыта. Если я буду решать все проблемы за них, они так и останутся испуганными крестьянами с мечами. А мне нужны воины. Им нужно было почувствовать вкус победы и понять, что они могут защитить этот город.

Ари задумчиво кивнула. Они посидели в тишине ещё несколько минут, наслаждаясь редким моментом покоя.

Затем Акума поднялся.

— Если тебе снова станет плохо... если жар вернётся, — он посмотрел на неё серьёзно, — не терпи. Приходи ко мне сразу. Поняла?

Ари кивнула

— Поняла.

— Спокойной ночи, Ари, — сказал он и направился к двери своей комнаты.

— Спокойной ночи, Акума.

Первые воины.

Утро прошло спокойно. Акума вошёл в комнату Ари, готовый разбудить её привычным, слегка насмешливым тоном, но остановился на пороге.

Она уже не спала. Ари сидела за столом, сгорбившись над раскрытой книгой, её тёмно-фиолетовые волосы были собраны в небрежный пучок, а губы беззвучно шевелились, повторяя сложные формулы. Рядом лежал дневник с множеством записей.

— Ты либо гений, либо мазохист, — произнёс Акума, опираясь плечом о косяк.

— Что такого ты вычитала, что забыла про сон?

Ари подняла голову, и в её зелёных глазах горел азарт, которого он не видел со времён её первого ритуала.

— Я разобрала несколько базовых боевых заклинаний, — сказала она, прикрывая книгу ладонью, словно боялась, что он отнимет её.

— Есть «Игла Пепла» — тонкий пробивающий снаряд. Есть барьер, рассеивающий магические атаки низкой и средней силы. Есть «Взгляд Истины» — позволяет на короткое время видеть сквозь простые иллюзии. Ну, по крайней мере на моем уровне они будут так.

Она помедлила, затем добавила с лёгкой гордостью.

— И есть «Голос Вечности». Оно позволяет распространить голос на огромное расстояние вокруг. Я уже разобрала его структуру.

Акума замер. Его чёрные глаза медленно сузились, и на его губах расцвела та самая широкая, пугающая улыбка, от которой у Ари по спине пробежал холодок.

— «Голос Вечности», — повторил он задумчиво. — На какое расстояние?

— В чистом виде — на несколько километров. Но если усилить его сторонним источником маны, радиус можно увеличить в десятки раз.

— Это хорошая новость, маленькая ведьма, — он оттолкнулся от косяка и направился к двери.

— Собирайся. Мы идём проверять, как идут дела в городе. А потом... у нас будет большое выступление.

Город просыпался в деловом ритме. Строители уже работали в поте лица: стук молотков, скрип пил и громкие команды сливались в единую симфонию восстановления. Крыши латались, стены укреплялись, окна забивались свежими досками.

У фонтана на центральной площади их встретил Мидред. Его взгляд был спокоен, но в осанке читалась новая уверенность — осанка человека, знающего цену своему слову.

— Господин Акума, госпожа Ари, — он коротко поклонился.

— Несколько грузчиков уже выехали в Миэр на повозках. Должны вернуться к вечеру с новой поставкой. Новая вылазка за сбором уже отправлена: три группы по четыре собирателя и по три стража в каждой. Остальные на патруле.

Акума кивнул, мысленно пересчитывая.

— На данный момент у нас пятнадцать стражей, двенадцать собирателей, десять грузчиков и двадцать один строитель. Были ли новые заявки за ночь?

— Да, господин. Я как раз этим занимаюсь, — Мидред кивнул на стопку бланков в своих руках.

— И, что интересно, появились бланки с указанной профессией «учитель». Та девушка, о которой вы рассказывали, нашла их.

— Отлично, — глаза Акумы блеснули удовлетворением.

— После того как Байрон закончит школу, мы вернём этих людей на их должность. Дети не должны расти в неведении.

Они разошлись. Продолжая обход, Акума заметил Байрона, главного строителя, который стоял посреди площади и что-то горячо объяснял группе подмастерьев. Заметив глав, Байрон тут же подошёл, вытирая руки о тряпку.

— Господин, — он выпрямился.

— С текущими силами и материалами мы одновременно ведём работы на четырёх домах. Ожидаем новую поставку, чтобы расширить фронт работ.

— Строителей будет ещё больше, — кивнул Акума.

— И помни про школу. Это приоритет.

— Всё будет сделано в лучшем виде, господин, клянусь.

Они разошлись. Акума и Ари вернулись в ратушу, поднялись на пятый этаж, в их общую гостиную.

— Пора, — сказал Акума, останавливаясь посреди комнаты.

— Используй то заклинание. Трансляцию голоса.

Ари нахмурилась, её пальцы нервно сжались.

— Зачем? Мы только начали восстанавливать город. Нам нужно время, чтобы окрепнуть, а не привлекать внимание.

Акума медленно повернулся к ней. Его чёрные глаза сияли тем самым маниакальным, безумным огнём, который Ари видела лишь однажды, в момент его пробуждения. Его голос, когда он заговорил, был тихим, но от него по коже бежали мурашки.

— Я хочу заявить всем вокруг о том, что теперь здесь расположена новая фракция — «Бюро Возмездия». Я хочу, чтобы каждый, от столицы до самых дальних деревень, узнал имена тех, кто правит этим городом. И ещё...

Он сделал паузу, и его улыбка стала шире, почти неестественной.

— Я хочу объявить долгую войну всем фракциям, которые позволяют себе слишком много.

Ари побледнела.

— Акума, это безумие! Это же ошибка! Если мы объявим войну всем сразу, они могут объединиться и напасть на мирных жителей! Мы ещё не готовы к такой силе!

— Наоборот, это хорошая возможность, — он шагнул к ней, и его голос стал мягче.

— Дать всем о нас знать. Ты сама подумай: сколько людей сейчас живут в аду? Сколько тех, у кого забрали всё, кто мечтает о мести, но не имеет сил? Они прибудут в Мираж, Ари. Новые воины. Такие же, как ты когда-то. Те, кому некуда идти, кроме как к нам.

— Но другие фракции...

— Другим фракциям еще нужно будет собрать свои силы, а потом добраться до нас. Одинокие воины, которые услышат нас, придут гораздо быстрее, — перебил он

— Либо фракции побоятся напасть, узнав, кто я, либо попытаются, и тогда я покажу им, что значит жизнь в бесконечной войне. В случае чего я со всем разберусь сам. Доверься мне, маленькая ведьма.

Ари смотрела на него долго, ища в его глазах хоть намёк на безумие, которое погубит их всех. Но нашла лишь холодную, расчётливую уверенность. Она медленно кивнула.

— Хорошо. Я доверяю тебе.

Через десять минут они стояли на центральной площади. Горожане, уже привыкшие к внезапным сборам, быстро сбежались, образуя плотное кольцо вокруг ратуши. В их глазах читалось любопытство и лёгкая тревога.

Ари опустилась на колени и достала из кармана кусок мела. Её пальцы быстро, уверенно вывели на полу сложный магический круг: концентрические линии, руны клана Вэйлен, символы резонанса. Когда она закончила, круг засветился слабым фиолетовым светом.

— Я усилю его, — сказал Акума, становясь в центр.

Он поднял руку, и из его ладони хлынула густая чёрная материя, подобная живой смоле. Она влилась в круг, и тот вспыхнул ослепительным, тёмно-фиолетовым сиянием. Каменная кладка под ногами завибрировала.

— По моим расчётам, — тихо сказала Ари, чувствуя, как мана пульсирует в её висках, — с твоим усилением нас будут слышать все в радиусе тысячи километров. Это очень большое расстояние.

— Это хорошо, если кто-то будет слишком далеко, чтобы услышать, позже они узнают от тех, до кого заклинание достало, произноси.

Ари глубоко вдохнула, прижала ладони к центру круга и произнесла.

Голос Вечности!

Круг вспыхнул. Воздух над площадью дрогнул, словно от жара, и из центра круга вырвался невидимый импульс. Он прошёл сквозь стены, сквозь крыши, сквозь облака, расширяясь со скоростью мысли, охватывая города, леса, горы и моря.

В это самое время, в сотнях километров от Миража, жизнь шла своим чередом.

В столице королевства, в тронном зале, королева подняла голову от бумаг, когда её уши уловили странный, далёкий голос. Советники вокруг неё замерли, переглядываясь.

В городе Юис, глава фракции, сидевший за столом с картой территорий, медленно отложил перо. Его воины в зале остановились, как вкопанные.

В Миэре, в своём кабинете, Вэйн медленно повернул голову к окну. Его слепые, молочно-голубые глаза расширились, и на его губах появилась тонкая, опасная улыбка.

— Ах ты, наглый мертвец... — прошептал он.

В десятках других городов, в логовах банд, в замках лордов, в деревнях и на трактах, люди замирали, поднимая головы к небу. Голос звучал не в ушах. Он звучал прямо в головах, проникая сквозь расстояние.

И этот голос был насмешливым, пугающе уверенным.

— Приветствую всех, кто меня слышит, — произнёс Акума, и каждое его слово отдавалось эхом в тысяче умов одновременно.

— У меня для вас несколько новостей. Первая: фракция, которая владела городом Теус, более не существует. Её лидеры мертвы, их тела превращены в пепел, а их власть — в прах. На её месте теперь расположена новая фракция — «Бюро Возмездия».

Он сделал паузу, позволяя словам осесть.

— Меня зовут Куроши Акума. Возможно, это имя вам о чём-то говорит. Возможно, ваши бабушки пугали вас рассказами обо мне, когда вы были маленькими. Возможно, вы даже верили, что я всего лишь сказка. Что ж, я вернулся. И я стою рядом с Ари Вэйлен — последней из древнего клана ведьм Вэйлен, той, что вытащила меня из небытия. Мы новые правители города, который отныне называется Мираж.

— Вторая новость: «Бюро Возмездия» открыто для всех. Мы ждём новых людей. Воинов, ремесленников, тех, кому некуда идти. Мы также планируем выполнять заказы. Месть. Защита. Помощь. Если к нам обратятся — мы поможем. За разумную плату, разумеется.

Он рассмеялся, и этот смех заставил многих похолодеть.

— Третья новость, и она самая важная. Я объявляю долгосрочную войну всем фракциям, которые нарушают законы королевства. Всем, кто строит иерархии на костях. Всем, кто играет жизнями простых людей. И отдельно... отдельно я выделяю фракцию «Рука Правосудия». Вы — моя ультимативная цель. Вы точно помните, кто я. Я иду к вам.

Голос стал тише, но от этого ещё страшнее.

— Я приглашаю всех воинов, у кого есть ненависть, прийти в Мираж. У вас есть тот, кому вы желаете смерти? Тот, кто забрал у вас всё и остался безнаказанным? Приходите к нам. Мы вам поможем. Мы дадим вам оружие, цель и шанс.

Он сделал паузу.

— И последнее. Если кто-то из вас, слушая меня, решит, что это хорошая возможность напасть на Мираж, пока мы ещё не разрослись, пока мы слабы... Я жду вас. С распростёртыми объятиями. Приходите. Я соскучился.

Импульс оборвался. Круг на площади погас. Ари упала на колени, тяжело дыша, её нос кровоточил от перенапряжения.

Акума стоял в центре, его чёрные глаза сияли.

— Ну что ж, — тихо сказал он, обращаясь к замершей площади. — Теперь нас услышали.

Деон Вель Тэо сидел в своём кабинете, когда голос разорвал реальность.

Его янтарные глаза мгновенно сузились. Он отложил перо, которым подписывал документы о реквизиции зерна из соседней деревни, и медленно поднялся со стула.

В его голове был насмешливый, пугающе знакомый голос.

«Меня зовут Куроши Акума...»

Деон замер. Его дыхание перехватило. На мгновение, лишь на одно, короткое мгновение, в его груди вспыхнул тот самый первобытный страх, который он не чувствовал с детства. Страх, который заставлял детей прятаться под кроватью, когда матери рассказывали им о Чёрном Демоне, что вырезал целые кланы.

«...последней из древнего клана ведьм Вэйлен...»

Ведьмы. Тут он и вспомнил, откуда ему знаком этот голос.

«...объявляю долгосрочную войну всем фракциям, которые нарушают законы королевства...»

Деон медленно выдохнул. Его лицо снова стало каменным, но в глазах горел холодный, расчётливый огонь.

«...и отдельно я выделяю фракцию «Рука Правосудия». Вы — моя ультимативная цель...»

Он рассмеялся. Звук был сухим, но в нём не было веселья.

— Акума, — прошептал он, и имя это прозвучало как проклятие.

— Так вот, кого ты призвала, Ари Вэйлен...

Он подошёл к окну, глядя на город, которым правил. Его город. Его армия. Его порядок.

— Капитан! — его голос прозвучал так громко, что за дверью вздрогнули.

Дверь распахнулась, и вошёл высокий мужчина в серой униформе с символом раскрытой ладони, пронзённой стрелой.

— Господин?

— Объяви общую тревогу, — спокойно сказал Деон. — Удвой патрули. Утрой разведку. Я хочу знать каждого, кто входит в наши ворота и выходит из них. И...

Он повернулся к капитану, и его янтарные глаза сияли холодным огнём.

— Найдите мне всех, кто помнит легенды о Куроши Акуме. Всех, кто слышал старые сказки. Мне нужны те, кто знает, как он сражался, как мыслил, как убивал. Я хочу знать всё.

Капитан побледнел, но кивнул.

— Будет исполнено, господин.

Когда он вышел, Деон снова посмотрел в окно. Его пальцы нервно стучали по подоконнику.

Он усмехнулся, и в этой усмешке была вся жестокость человека, который привык побеждать.

Мираж, центральная площадь, спустя час после объявления

Паника распространялась быстрее чумы.

— Он объявил войну всем фракциям! — кричала женщина, размахивая руками.

— Мы все умрём! Они придут и уничтожат нас!

— Я же говорил, это хорошо не закончится! Это же Акума! — вторил ей старик с седой бородой.

— Он приведёт сюда армию!

— Мы должны бежать! — кричал кто-то из толпы. — Пока не поздно!

Ари стояла на балконе ратуши, глядя на бушующую внизу толпу. Её сердце колотилось, но она заставила себя не отступать. Резонанс в её груди пульсировал, подпитывая её решимость.

— Акума, — тихо сказала она, не поворачивая головы.

— Они боятся.

Акума стоял рядом, скрестив руки на груди. Его лицо было спокойным, почти безразличным.

— Пусть боятся, — ответил он.

— Страх — это реакция на неизвестность. Когда они увидят, что мы не погибли, когда увидят, что Мираж стоит, а враги лежат в пепле, страх сменится уважением.

— Но если они убегут...

— Тогда они не достойны жить здесь, — холодно произнёс он.

— Мираж — это не убежище для трусов. Это крепость для тех, кто готов сражаться за своё будущее.

Ари посмотрела на него, и в её глазах вспыхнул гнев.

— Это не ответ, Акума! Они не трусы, они напуганы! Ты только что объявил войну половине королевства, и ты ожидаешь, что они будут спокойно улыбаться?

Акума медленно повернул к ней голову.

— А что ты предлагаешь, маленькая ведьма?

Он шагнул к ней, и его голос стал мягче.

— Ты хочешь быть их лидером? Тогда встань перед ними и скажи правду. Скажи, что будет тяжело. Что враги придут. Но также скажи, что у них есть мы. Что у них есть стража, которая защитит их. Что у них есть я. И что я не проигрываю.

Ари смотрела на него долго.

— Хорошо, — тихо сказала она. — Я сделаю это.

Она повернулась к толпе и подняла руку.

— ЖИТЕЛИ МИРАЖА!

Её голос, усиленный остатками маны от заклинания, прокатился над площадью, заставляя людей замереть.

— Я знаю, что вы напуганы! Я знаю, что мой... что господин Акума объявил войну многим фракциям. И я не буду лгать вам — будет тяжело. Враги могут прийти.

Она сделала паузу.

— Но я также скажу вам правду: у вас есть мы. У вас есть стража, которая доказала, что может защитить этот город. У вас есть строители, которые восстанавливают ваши дома. У вас есть собиратели, которые добывают еду. И у вас есть господин Акума — тот, кто вырезал целую фракцию за одну ночь, тот, кто жил этой войной! Мы просим довериться нам!

Она обвела толпу взглядом, и в её зелёных глазах горел огонь.

— Мираж — это не просто город. Это символ. Символ того, что мы больше не будем жить в страхе. Что мы больше не позволим тиранам решать, кому жить, а кому умереть. Если вы готовы сражаться за это — оставайтесь. Если нет — уходите. Но знайте: те, кто останутся, будут жить в мире, где выбор принадлежит им.

Тишина длилась несколько секунд. Затем из толпы шагнул мужчина, тот самый, что вчера заполнял бланк на стражу.

— Я остаюсь, — твёрдо сказал он. Моя семья погибла от рук бандитов. Если господин Акума обещает месть, то я готов сражаться.

За ним шагнула женщина.

— Я тоже остаюсь. У меня нет ничего, кроме дочери. Если Мираж сможет дать ей будущее, я буду счастлива.

Один за другим люди начали выходить вперёд. Не все, но многие. Те, кто остался, смотрели на Ари с уважением, а на Акуму — со смесью страха и надежды.

Акума наблюдал за этим с балкона, и на его губах играла лёгкая, одобрительная улыбка.

— Ты справишься, маленькая ведьма, — тихо произнёс он. — Ты станешь отличным лидером.

Прошло три дня, за это время было восстановлено множество домов и уже началось строительство школы. Акума ходил по городу вместе с Ари.

Они шли по центральной площади, когда вдруг Акума остановился. Его чёрные глаза сузились, и он медленно повернул голову на юг.

— Ари, — тихо сказал он. — Идут.

Ари, стоявшая рядом и обсуждающая с Байроном планы по строительству школы, подняла голову.

— Кто идёт?

— Воины, — ответил он, и в его голосе зазвенел хищный интерес. Четверо. Сильные. Очень сильные. Они направляются сюда.

— Откуда ты знаешь?

— Я чувствую их намерения. Их силу и боль.

Он повернулся к Ари.

— Пойдём встретим их до ворот. Я хочу посмотреть, кто они.

Лес рядом с миражом, спустя полчаса.

Идя по тропе в лесу, вдалеке Акума и Ари начали видеть четыре фигуры, идущие друг за другом.

Первой шла девушка. Высокая, с длинными, белыми как снег волосами и белыми, почти прозрачными глазами. Её фигура была стройной, а тело крепким.

[[image:/storage/reader-images/fca6973aa774dfe8db3f970938a9424169028fc2.jpg]]

За ней шёл молодой парень лет двадцати, с ярко-красными волосами и такими же красными глазами. Он пристально смотрел на Акуму, не моргая.

[[image:/storage/reader-images/886583448e19b9b795523676f108ed8d07a1d42b.jpg]]

Далее шли двое мужчин. Первый был высоким, с бледноватой кожей и тёмными кругами под глазами. Его волосы были чёрными, а глаза зелёными, в них читалась усталость и скука. С собой у него были ножны для меча.

[[image:/storage/reader-images/cd765f602abd5cfff928bcaaa2c93152d34994ed.jpg]]

Второй был в элитных, чёрных магических доспехах, а в руках держал чёрно-фиолетовое копьё, длинные, серые волосы и чёрные, как сама тьма глаза.

[[image:/storage/reader-images/9d8e786b1975fafe803611b196d290d6c016c845.jpg]]

Акума шагнул вперёд.

— Добро пожаловать в Мираж, я чувствовал вас издалека. Кто вы?

Беловолосая девушка остановилась в шаге от него и коротко поклонилась.

— Азуса. Я пришла, потому что услышала твой призыв. У меня нет Источника, но у меня есть благословение. С рождения моя врождённая энергия уходит на усиление тела, делая его сильнее любого человека.

Акума прищурился, изучая её.

— Любопытно, — протянул он. — Все, кто питает силу из Источника, усиливают своё тело магией. Ты, по сути, делаешь то же самое, но в твоём случае вся врождённая энергия уходит на физическое усиление.

Он повернулся к красноволосому парню.

— А ты?

Парень усмехнулся, и в его красных глазах вспыхнул огонь.

— Юма. Мой Источник мне неизвестен, но я управляю огнём. И я силён. Очень силён. Я пришёл, потому что хочу сражаться. Хочу найти тех, кто сможет бросить мне вызов.

Акума кивнул, удовлетворённый. Он повернулся к мужчине с чёрными волосами и ножнами.

— А ты... Выглядишь уставшим, кто же ты?

Мужчина медленно поднял голову, и в его зелёных глазах Ари увидела тьму.

— Ясуо "Бессмертный". Мой Источник мне неизвестен, но моя репутация говорит за меня. Я не могу умереть. Это моё проклятие. Я пришёл, потому что ты обещал месть. У меня есть те, кому я желаю смерти. И я готов ждать, пока ты поможешь мне их найти.

— Сэйрю. Я черпаю силу из Вальгаллы, из чертога мёртвых Асгарда. Я был воином, пал в битве, но был отправлен обратно, потому что моя война ещё не закончена.

Акума рассмеялся.

— Воин из Вальгаллы, который не смог умереть! Отлично!

Акума смотрел на них всех, и его улыбка становилась всё шире.

— Отлично... Я хочу устроить вам небольшой тест.

Все посмотрели на Акуму с удивлением.

— Какой тест? — Спросила Азуса, подходя все ближе.

— Давайте устроим небольшую битву, вы четверо против меня.

Тело Юмы загорелось.

— Ты всерьез хочешь сразиться против всех нас сразу? Ты конечно известен как непобедимый воин, но четверо сразу?

Акума посмотрел на Юму и широко улыбнулся.

— Вы все знаете кто я, но знаете ли вы, как я умер?

Ясуо сделал шаг вперёд.

— Ты был убит в битве, но большего о твоей смерти неизвестно, ты был мне интересен, поэтому я изучал твою историю.

— Тогда я расскажу вам. Я был ужасающим воином, о котором знал весь мир, все боялись меня. Я уничтожал кланы, которые позволяли себе слишком много власти, я убивал людей, которые несли другим горе. Но королевства боялись меня, им не нравился сам факт моего существования. Против меня направили войско, три разных королевства объединили своих воинов и приказали им напасть на меня.

— То есть они просто задавали тебя числом, трусы... — Сказал Сэйрю, сжав кулаки.

— Но я не умер просто так. Эта битва проходила в горах, и продолжалась она...

Пять дней.

— Пять дней!? — Вскрикнула Ари с удивлением.

— Да, 5 дней непрерывной битвы. Если кто-то из них уставал, он просто уходил подальше отдохнуть, а другие его заменяли. Там были десятки элитных воинов трёх королевств, и знаете... Когда я наконец умер, в живых осталось лишь пятеро.

Ясуо подошел к Акуме, он выглядел сердитым.

— Всего пятеро? Из десятков воинов!? Почему об этом нет информации? Как от истории могли скрыть такие колоссальные потери со стороны целых трёх королевств!?

— Потому что на деле никто из них не умер. Я отчетливо помню, когда я уже лежал на земле и умирал, все те, кого я убил, начали воскрешаться. И хоть я и умирал, я отчетливо смог распознать и проанализировать этот случай... Три королевства пожертвовали одними из лучших своих магов, чтобы те отдали всю свою ману и жизнь на создание заклинания, которое сможет возродить всех павших воинов. Наверное поэтому они загнали меня в горы, я ещё перед битвой заметил магическую линию, которая распространялась на километры, наверное, это был гигантский магический круг.

— Но почему тогда ты не воскрес? — Азуса смотрела на Акуму с недоумением.

— Этого я не знаю, может быть, нужно было соблюсти какие-то условия, которые знали только воины королевств.

Юма растолкал всех и подошёл напрямую к Акуме.

— Да плевать, теперь я точно хочу с тобой сразиться!

— Не так быстро, у меня есть одно условие. Ари, моя напарница, останется здесь, она не будет помогать мне, но вы должны убедиться, что не заденете её. Понятно?

— Как скажешь, давай начинать!

Битва началась мгновенно.

Юма первым нарушил тишину. Его тело вспыхнуло, и воздух вокруг него исказился от жара.

Пламенный Шквал!

Десятки огненных шаров рванулись к Акуме, но тот лишь лениво взмахнул рукой. Чёрная материя вырвалась из его ладони, формируя плотный щит, который поглотил огонь, не оставив даже дыма.

— Слишком прямолинейно, мальчик, — усмехнулся Акума.

Сэйрю не стал ждать. Его чёрные глаза сузились, и он поднял копьё высоко над головой.

Ультимэйт: Вальгалла.

Пространство вокруг них задрожало. Фиолетовый свет хлынул из острия копья, окутывая всех пятерых. Земля под ногами исчезла, и Акума почувствовал, как его втягивает в другое измерение.

Вальгалла.

Они оказались в гигантском зале с крышей из позолоченных щитов, подпираемых бесчисленными копьями. Свет здесь был призрачным, золотисто-фиолетовым.

— Ты затащил нас в своё измерение, чтобы не разрушать лес, — спокойно произнёс Акума, оглядываясь. — Умно. Но глупо.

Сэйрю уже был в движении. Его копьё пронзило пространство, оставляя за собой фиолетовый след.

Удержание!

Копьё рванулось к Акуме, но тот просто отступил на шаг, позволяя оружию пролететь в сантиметре от его плеча. Сэйрю мгновенно телепортировался на место приземления копья, но Акума уже был готов.

Его глаза стали абсолютно чёрными.

Давящий взор.

Сэйрю споткнулся, невидимое давление вбило его колени в золотой пол. Не теряя времени, он вонзил копьё в землю.

Проклятие Павшего.

Фиолетовый дым окутал острие, и Сэйрю сделал выпад. Копьё рассекло воздух, и Акума почувствовал, как его плечо покрылось слабым фиолетовым дымом. Боль была мгновенной, но чёрная материя тут же начала затягивать рану.

— Ты медленнее, чем я думал, — прошептал Акума и исчез.

Он появился за спиной Сэйрю, его коса взмахнула. Сэйрю успел заблокировать удар копьём, но отдача отбросила его на несколько метров. Он приземлился на одно колено, но тут же вскочил.

Павшие Крылья

Четыре фиолетовых крыла вырвались из его спины. Он взмахнул ими, отлетая назад, и выпустил четыре самонаводящихся пера. Акума даже не уклонился. Перья впились в его грудь, но чёрная материя тут же поглотила их, не оставив даже царапин.

— Отлично, — кивнул Акума.

Он поднял руку, и пространство вокруг Сэйрю начало сжиматься. Фиолетовые крылья воина затрепетали, но он не мог вырваться из невидимых оков.

— «Вальгалла» заканчивается, — произнёс Акума. — И ты проиграл.

Пространство вокруг них лопнуло, и они вернулись в лес.

Лес, продолжение битвы

Азуса не стала ждать. Она рванулась к Акуме с нечеловеческой скоростью, её кулак целился прямо в его челюсть.

Акума усмехнулся. Его чёрная материя отступила, и он поднял руки, принимая боевую стойку. Никакой магии. Только физическая сила, усиленная его собственной энергией.

Её кулак встретился с его ладонью. Ударная волна снесла деревья вокруг них.

— Ты сильна, — признал Акума, отступая на шаг.

— Очень сильна. Но ты кое-чего о себе не знаешь.

Азуса не ответила. Она сделала серию ударов, каждый из которых был быстрее предыдущего. Акума блокировал, уклонялся, контратаковал, но не использовал магию. Только чистое мастерство боя.

— Ты уважаешь мой стиль, — наконец произнесла она, делая паузу.

— Ты сражаешься тем, что дала тебе природа, — кивнул Акума.

— Это достойно уважения.

Она рванулась снова, но на этот раз Акума был готов. Он поймал её кулак, скрутил руку и сделал подсечку. Азуса упала, но тут же перекатилась и вскочила на ноги.

— Достаточно, — сказал Акума, отступая. — Ты прошла тест.

Азуса кивнула, отходя в сторону. Её белые глаза сияли уважением.

...

Юма, который уже устал ждать, поднял руки.

Инферно!

Огненный столб рванулся к небу, а затем обрушился на Акуму дождём из расплавленного пламени. Акума поднял косу, и чёрная материя сформировала купол, но огонь был слишком горячим. Купол начал плавиться.

Огненный Рывок!

Юма превратился в поток пламени и пронёсся сквозь купол, появляясь прямо перед Акумой. Его кулак, пылающий белым огнём, целился в грудь.

Акума отступил, но Юма был слишком быстр. Удар пришёлся в плечо, и Акума отлетел на несколько метров, врезаясь в дерево.

Пламенные Крылья!

Из спины Юмы вырвались два крыла из чистого огня. Он взмыл в воздух и обрушил на Акуму град огненных снарядов.

— А вы с Сэйрю похожи, да?

Акума поднял руку, и из земли вырвались чёрные цепи.

Оковы падших.

Цепи обвили Юму, но он просто сжёг их огнём. Однако этого мгновения хватило. Акума уже был рядом.

Его глаза стали чёрными.

Давящий взор.

Юма споткнулся в воздухе, и его огненные крылья погасли. Он упал, но Акума поймал его, прежде чем тот ударился о землю.

— Ты силён, мальчик, — произнёс Акума, опуская его на землю.

— Но огонь не может перебить мою материю.

— Цк, а ты и правда очень силён...

Ясуо не двигался. Он стоял неподвижно, его катана была опущена, а зелёные глаза смотрели на Акуму с усталостью веков.

— Ты не собираешься атаковать? — спросил Акума.

— Я уже давно должен был умереть, но почему-то жив, зачем спешить?

Он поднял катану, и его глаза стали красными.

Ясуо исчез. Он появился за спиной Акумы, его катана рассекла воздух.

Ослабление!

Акума почувствовал, как его рука немеет. Ясуо отрезал ему часть плоти, но чёрная материя тут же затянула рану.

— Ты бессмертен, но я видел, как умирают боги.

Ясуо не ответил. Он вонзил катану в землю.

Продвинутое выкачивание жизни!

Зелёная аура окутала Акуму, и он почувствовал, как его силы начинают утекать. Но он лишь усмехнулся.

Чёрная материя вырвалась из его тела, поглощая зелёную ауру. Ясуо отступил, но тут же рванулся снова.

Выкачивание Жизни!

Он превратился в зелёный поток и пронзил Акуму катаной. Акума почувствовал, как его энергия начинает утекать, но он не стал сопротивляться.

— Достаточно, — произнёс он.

Ясуо отступил, его катана вышла из раны, которая тут же затянулась чёрной материей.

— Ты не умираешь, — тихо сказал Ясуо.

— Я же как-то прожил 5 дней в бесконечной битве?

Ясуо поднял катану высоко над головой.

Водоворот Бессмертного Короля!

Тёмно-зелёная аура окутала его клинок, и он сделал рывок. Пространство вокруг него начало сжиматься, формируя поле, которое усыпляло всё живое.

Акума почувствовал, как его веки тяжелеют. Но он не стал сопротивляться. Он позволил сну поглотить себя.

Двенадцать секунд спустя.

Поле исчезло. Акума стоял неподвижно, его глаза были закрыты. Воины переглянулись.

— Мы... победили? — неуверенно спросил Юма.

Ясуо покачал головой.

— Нет. Он позволил нам.

Акума открыл глаза. Они были абсолютно чёрными.

— Ты прав, Ясуо. Я позволил. Но теперь моя очередь.

Он поднял руку, и пространство вокруг воинов начало сжиматься. Чёрные глаза появились в воздухе, окружая их.

Зеркало Бездны.

Пространство вокруг воинов стало абсолютно чёрным, повсюду появились чёрные глаза, которые смотрели на них. Некоторые с презрением, какие-то с насмешкой. Воины почувствовали, как их тела начинают покрываться ранами. Никакого давления, никакого удара, раны просто появлялись на их теле, хоть они и не были смертельными, боль была сильной. Кровь текла по их коже, но они не могли двигаться.

— Достаточно, — произнёс Акума, и глаза исчезли.

Воины упали на колени, тяжело дыша. Их раны начали затягиваться, но боль оставалась.

Акума опустил косу, и она растворилась в чёрном дыму..

— Вы сильны, — тихо сказал он.

— Очень сильны. Каждый из вас мог бы стать главой фракции. Но вы пришли ко мне. И это значит, что вы готовы сражаться за что-то большее, чем собственная месть.

Он посмотрел на каждого из них.

— Азуса. У тебя уникальный стиль боя, мало кто будет готов вместо способностей сражаться против грубой, но при этом отточенной силы. Юма. Ты очень силён, у тебя невероятный разрушительный потенциал, но ты не слишком хорошо контролируешь его. Сэйрю, твой ультимэйт очень полезен, к сожалению, против меня ты не смог показать весь его потенциал. Ясуо, ты бессмертен, а это уже огромный плюс, но и сил тебе хватает.

Он сделал паузу.

— Добро пожаловать в «Бюро Возмездия».

Воины подняли головы. В их глазах больше не было вызова. Только уважение.

— Мы готовы служить, — тихо произнёс Сэйрю.

Акума усмехнулся.

— Не служить. Сражаться. Рядом со мной. Не за мной.

Азуса подошла к Акуме.

— Во время битвы ты сказал, что я чего-то о себе не знаю, о чем шла речь?

— У тебя есть Источник.

— Этого не может быть, любой, кто берёт силу из Источника, с рождения знает о нём.

— Твой Источник это мужчина по имени Нидзу, он был простым человеком, без магии, но у него была странная особенность. Он мог бесконечно тренироваться, становясь всё сильнее и прочнее физически, поэтому в своё время он был гораздо сильнее большинства одарённых магов. Но так как он был простым человек и условно без сил, скорее всего это как-то стало причиной того, что у тебя нет информации о нём. Он же не маг и способностей у него не было.

— А откуда тогда ты об этом знаешь?

— Это секрет. Не спрашивай.

Он повернулся к Ари, которая стояла в стороне, наблюдая за битвой.

— Покажи им город, маленькая ведьма. У нас много работы.

Ари кивнула, подходя к воинам.

— Пойдёмте. Я расскажу вам о Мираже.

Воины поднялись, и вместе с Ари они направились к городу. Акума остался на месте, глядя им в спину.

— Четверо против меня, и ни один не умер. Прогресс.

Азуса рассмеялась.

— Потому что ты не пытался нас убить.

Акума усмехнулся и последовал за ними.

Сон и объявление.

Ари вела четырёх воинов по центральной площади Миража. Строители продолжали свою работу. Стук молотков и скрип пил сливались в привычный ритм города, который медленно, но верно возвращался к жизни.

Жители, заметив новые лица, начали собираться. Кто-то выходил из дверей, кто-то прекращал свои дела, чтобы посмотреть на новых людей. Взгляды были разные: любопытные, настороженные, полные надежды.

Ари остановилась посреди площади и подняла руку.

— Жители Миража! Позвольте представить тех, кто откликнулся на наш призыв. Азуса, Юма, Сэйрю и Ясуо. Они пришли сюда по разным причинам, но каждый из них внесёт свой вклад в развитие нашего города и фракции, не бойтесь их.

По площади прошёл шёпот. Люди переглядывались, оценивая. Затем кто-то начал аплодировать. За ним другой. Через мгновение площадь

наполнилась звуками одобрения. Не все были уверены, не все понимали, что их ждёт, но в этот момент надежда перевешивала страх.

— Добро пожаловать в Мираж, — тихо сказала Ари воинам, когда аплодисменты стихли.

— Теперь вы часть этого города.

Ратуша встретила их прохладой каменных стен. На пятом этаже, в их общей гостиной, Акума уже ждал. Он сидел в кресле у окна, лениво постукивая пальцами по подлокотнику. Рядом стоял Мидред, выпрямившись во весь рост, с папкой бумаг в руках.

— Вижу, знакомство прошло успешно, — произнёс Акума, не поворачивая головы.

— Отлично. Теперь к делу.

Он поднялся и подошёл к столу, на котором были разложены планы города и списки.

— Мидред, доложи обстановку.

— Господин, Стража увеличена до двадцати трёх человек. Патрулирование идёт по графику, инцидентов за последние сутки не было. Собиратели вернулись с трех вылазок, принесли достаточно провизии, чтобы прокормить город ещё пять дней, мы уже начали собирать новый отряд для следующей вылазки. Грузчики доставили очередную партию материалов из Миэра. Строители работают на шести домах одновременно, школа заложена, фундамент готов.

— Учителя?

— Четверо заполнили бланки. Готовы начать обучение, как только будет хоть какое-то помещение. Байрон обещает, что школа будет готова через неделю.

Акума кивнул, удовлетворённый.

— Хорошо. Теперь к распределению новых сил.

Он повернулся к воинам.

— Азуса, ты будешь под командованием Мидреда.

Азуса нахмурилась.

— Простите, но... Мидред гораздо слабее меня. Я не понимаю, зачем мне подчиняться тому, кто в бою не продержится против меня и минуты.

Мидред не дрогнул, но Акума заметил, как напряглась его челюсть.

— Азуса, какой бы сильной ты ни была, сейчас у тебя есть лишь грубая мощь. Мидред не твой соперник в силе. Он твой стратег. Он знает город, знает людей, знает, как организовать оборону. Ты научишься направлять свою силу так, чтобы она работала на всех, а не только на тебя.

Азуса молчала, обдумывая его слова. Её кулаки сжались, затем разжались.

— ...Я поняла.

Она повернулась к Мидреду и коротко, но уважительно поклонилась.

— Приветствую, командир.

Мидред кивнул в ответ, и в его глазах мелькнуло облегчение.

— Взаимно, Азуса.

Акума усмехнулся.

— Юма, Сэйрю, Ясуо. Вы пока свободны от конкретных обязанностей. Осмотритесь, изучите город, познакомьтесь со стражей. Если увидите, что где-то нужна ваша сила — действуйте. Но без крайностей.

Трое воинов кивнули.

— И последнее, — продолжил Акума. — С восстановлением домов комнаты на нижних этажах ратуши освободились. Вы можете поселиться там, каждый из вас получит свою комнату. Это ваше жилье, пока вы с нами.

Воины переглянулись. Для тех, кто пришёл из ниоткуда, это было больше, чем они ожидали.

— Спасибо, — тихо сказал Сэйрю.

— Не благодарите, — отмахнулся Акума. — Это практический шаг. Мёртвый или уставший воин бесполезен. Вам нужен отдых.

Он подошёл к окну, глядя на город.

— И ещё. Скорее всего, в скором времени к нам придёт первый отряд из вражеской фракции. Не основной силой, а разведкой. Проверить наши силы, посмотреть, на что мы способны.

Юма нахмурился.

— Почему они не могут сразу послать лучших? Уничтожить нас, пока мы слабы?

Акума медленно повернулся. Его чёрные глаза сияли тем самым холодным, пугающим огнём.

— Они боятся.

Это было сказано так просто, так буднично, что повисшая тишина стала почти осязаемой.

— Страх — это хорошо, страх заставляет их действовать осторожно. А осторожность даёт нам время. Время, чтобы стать сильнее.

Акума улыбнулся, продолжая говорить.

— А теперь идите, обживайтесь. Завтра начнётся настоящая работа.

Город жил.

Мираж гудел, как растревоженный улей. Акума и Ари наблюдали за этим с балкона ратуши. Ари с улыбкой смотрела на то, как все трудятся в поте лица.

Байрон, глава строителей, руководил возведением школы на площади. Он стоял посреди группы строителей, размахивая свитком с чертежами, и его голос, хриплый от пыли, перекрывал стук молотков.

— Нет, нет, не так! — кричал он, подходя к одному из подмастерьев. — Фундамент должен быть глубже! Дети будут бегать по этим полам, они будут прыгать, они будут шуметь! Если пол провалится через год, я лично вас туда запихну!

Подмастерье, молодой парень с веснушками, кивнул и принялся переделывать. Байрон проследил за его работой, затем удовлетворённо хмыкнул и пошёл дальше.

Рядом со школой, на соседнем участке, другая группа возводила жилой дом. Там работа шла медленнее, не хватало рук, но люди трудились с упорством тех, кто знает, что строит не просто стены, а будущее.

На восточной окраине города Мидред проводил тренировку со стражей. Двадцать три человека, выстроившихся в неровные ряды, отрабатывали базовые приёмы. Мидред ходил вдоль строя, поправляя стойку то одному, то другому.

— Щит выше! Ты не стену строишь, ты свою голову защищаешь! Ещё раз!

Азуса стояла в стороне, наблюдая. Её белые глаза скользили по стражникам, оценивающе. Она не вмешивалась, но Мидред время от времени поворачивался к ней, словно ожидая совета. Азуса лишь качала головой или кивала. Это было молчаливое наставничество, и оно работало.

У ворот города стояли двое стражников, сменяя друг друга каждые четыре часа. Они смотрели на юг, на дорогу, по которой пришли воины. Каждый шорох в кустах заставлял их вздрагивать и хвататься за оружие. Они ждали. Все ждали.

Собиратели вернулись с очередной вылазки. Три группы, по четыре человека в каждой, тащили корзины, доверху наполненные дикими яблоками, ягодами, кореньями. Двое из стражников несли убитого оленя — редкая удача. Жители выходили встречать их, помогали нести добычу, благодарили.

— Сегодня повезло, — говорил один из собирателей, вытирая пот со лба. В северной части леса нашли поляну с грибами. Завтра пойдём туда снова.

— Только возьмите с собой больше стражи, — отвечала ему женщина, принимая корзину. В прошлый раз вы рассказывали про волков.

— Волки ушли, как только мы появились, — усмехнулся собиратель. — Они тоже знают, кто теперь хозяева в этом лесу.

Грузчики разгружали повозки с материалами из Миэра. Древесина, камень, железо, всё это складывали у ратуши, сортируя по категориям. Один из грузчиков, коренастый мужчина с густой бородой, вёл учёт на большом листе пергамента, бормотая и ставя галочки.

— Байрон будет доволен.

В центре площади, под тенью большого дерева, которое чудом уцелело во время боёв, собрались дети. Их было немного, может быть, десять или двенадцать. Они играли в какую-то игру с камнями, смеялись, толкали друг друга. Это был первый раз за долгое время, когда Ари видела, чтобы дети в Мираже смеялись по-настоящему.

Одна из учительниц, пожилая женщина с добрым лицом и седыми волосами, сидела рядом с ними на скамейке. Она ещё не начала уроков, школа не была готова, — но она уже присматривала за детьми, пока их родители работали.

— Эй, Томас, не бросай камень в Элли! — окликнула она одного из мальчиков.

— Если хочешь играть, играй по правилам.

Мальчик, лет семи, скорчил рожицу, но послушался. Учительница улыбнулась и вернулась к вязанию.

В кузнице, которую восстановили одной из первых, стучал молот. Кузнец, мускулистый мужчина с обожженными руками, работал над новыми наконечниками для копий стражи. Его подмастерье раздувал меха, и жар от горна был таким сильным, что воздух вокруг кузницы дрожал.

— Ещё! — рычал кузнец. — Сталь не простит, если не раскалишь как следует!

Подмастерье кивнул и налёг на меха. Искры взметнулись к потолку, освещая помещение оранжевым светом.

В ратуше Ари уединилась в своей комнате, продолжая изучать книги, переданные Вэйном. Она разбирала заклинание за заклинанием, записывая формулы в дневник. Её пальцы были испачканы чернилами, а глаза горели от усталости, но она не останавливалась. Каждое новое заклинание это шаг к независимости, к возможности защищать себя и город без постоянной опоры на Акуму.

Акума же ходил по городу один. Он не вмешивался в работу, не раздавал указаний. Он просто наблюдал. Его чёрные глаза скользили по лицам людей, оценивая, запоминая. Он замечал всё: кто работает усердно, кто халтурит, кто устал, кто боится. Он не делал заметок, но всё это откладывалось где-то в глубине его разума, формируя картину, которую он позже использует.

К вечеру город начал затихать. Строители заканчивали работу, собирая инструменты. Собиратели распределяли добычу между семьями. Стража меняла посты, готовясь к ночному патрулированию.

Ужин был скромным. Похлёбка из корней и дичи, свежий хлеб, испечённый в общей печи. Но люди ели с благодарностью, и это было важнее, чем любое пиршество.

После ужина семьи расходились по домам. Кто-то садился за разговоры, кто-то просто ложился спать, измотанный дневным трудом. Дети засыпали быстрее взрослых, их смех постепенно стихал, сменяясь тихим дыханием.

Азуса, Юма, Сэйрю и Ясуо уединились в своих комнатах на нижних этажах ратуши. Азуса сидела на кровати, медитируя, её белая аура слабо пульсировала вокруг неё. Юма лежал, глядя в потолок, его красные глаза светились в темноте, как два уголька. Сэйрю чистил своё копьё. Ясуо просто лежал, не двигаясь, его зелёные глаза были открыты, но смотрели в никуда.

Акума и Ари провели вечер в их общей гостиной. Ари продолжала читать, Акума сидел напротив, наблюдая за ней. Они не разговаривали, но атмосфера была комфортная.

Ночь опустилась на Мираж. Город погрузился в сон, нарушаемый лишь шагами ночных патрулей и далёким воем волков в лесу.

Ари спала плохо.

С самого момента, когда она закрыла глаза, её разум отказывался успокаиваться. Мысли крутились, перескакивая с одной на другую: книги, которые она изучала, лица новых воинов, страх жителей, объявление войны. Всё это сливалось в хаотичный вихрь, не давая ей провалиться в глубокий сон.

А потом она увидела его.

Темнота. Абсолютная, непроглядная темнота, в которой не было ни единого источника света.

Холод.

Звон цепей. Тонкий, металлический, раздражающий. Цепи, прикованные к стенам, к рукам, к ногам. Цепи, которые не давали двигаться больше, чем на несколько сантиметров.

И боль. Боль везде. Раны, покрытые коркой, которые снова и снова открывались от малейшего движения. Раны, которые не заживали, потому что им не давали зажить.

Маленький мальчик. Одиннадцать лет, может быть, двенадцать. Худой, грязный, с спутанными тёмными волосами, которые слиплись от крови и пота. Его глаза — чёрные. От того ужаса, который ребёнок не должен знать.

Он дёргался, пытаясь освободиться, но цепи держали крепко. Его рот открылся, и оттуда вырвался крик.

— Верните мою маму! Куда вы её забрали!?

Голос срывался, переходя в хрип. Он кричал так, словно его сердце разрывалось на части. Он кричал, потому что больше не знал, что делать. Потому что мир, в котором он жил, был жестоким, и он был слишком мал, чтобы понять, почему.

Стальная дверь заскрипела. Медленно, со скрежетом, она отворилась, и в темницу вошёл слабый свет. Но даже этот слабый свет резал глаза, привыкшие к темноте.

Маленький Акума зажмурился, но тут же открыл глаза снова. Он хотел видеть. Он хотел знать, кто пришёл.

Пожилая женщина. Высокая, худая, с седыми волосами, собранными в строгий пучок. Её лицо было морщинистым, но не добрым. В её глазах была только холодная, расчётливая отстранённость. Она смотрела на него не как на ребёнка, а как на объект. Как на материал.

На её одежде был вышит символ, который Ари знала слишком хорошо. Перечёркнутый глаз, вписанный в треугольник. Символ клана Вэйлен. Её клана.

Маленький Акума увидел этот символ, и его крик стал ещё громче.

— Верните мою маму! Пожалуйста! Я буду хорошим, я буду делать всё, что скажете, только верните маму!

Женщина вздохнула. В этом вздохе не было жалости, только усталость.

— Клану Вэйлен нужно больше подопытных, новые заклинания сами себя не протестируют. Прости, малыш.

Она подошла ближе. Её рука поднялась и легла ему на голову. Ладонь была холодной, сухой, с длинными пальцами, которые пахли травами и чем-то чужим.

Поток энергии хлынул в маленькое тело, как река, прорвавшая плотину. Энергия раздирала его изнутри, ломала, перестраивала, заставляла каждую клетку кричать от перегрузки.

Маленький Акума закричал. Это был звук, который рвал связки, который ломал горло, который был настолько полным боли и ужаса, что даже стены темницы, казалось, содрогнулись.

Он кричал так, словно сейчас его связки разорвутся.

И они рвались.

Женщина продолжала вливать энергию, её лицо оставалось спокойным. Она делала свою работу.

Маленький Акума бился в цепях, его тело выгибалось, глаза закатывались. Он кричал, и этот крик был единственным звуком в мире, единственным выражением того, что с ним происходило.

И Ари, стоящая где-то на краю этого воспоминания, невидимая, бесплотная, чувствовала, как её собственное горло сжимается. Как её собственные глаза наполняются слезами. Потому что она узнала этого мальчика. Она узнала эту боль. И она узнала символ на одежде женщины.

Это был её клан.

Её предки.

Они сделали это.

Ари проснулась.

Резко, с вскриком, который тут же застрял в горле. Её тело было покрыто холодным потом, простыни под ней промокли. Её сердце колотилось так сильно, что она слышала его стук в ушах.

Она села на кровати, тяжело дыша. Её руки дрожали.

Сон. Это был сон. Но она знала, что это был не просто сон. Это было воспоминание. Воспоминание Акумы.

Она видела его ребёнком. Она видела, что с ним сделали. Она видела, кто это сделал.

Ари закрыла лицо руками, и слёзы потекли между её пальцами. Она не могла остановить их.

Она сидела так долго, пытаясь успокоиться, пытаясь осмыслить увиденное. Её разум отказывался принимать это. Её клан, те самые ведьмы, которые были уничтожены за свои знания, за свою силу, они были не только жертвами. Они были мучителями. Они проводили эксперименты на детях. Они ломали жизни ради прогресса.

Акума был одним из этих детей.

Она подняла голову, глядя в темноту комнаты. Где-то за стеной, в своей комнате, был Акума. Он, наверное, не спал. Он никогда по-настоящему не спал.

Она хотела пойти к нему. Хотела спросить. Хотела извиниться за то, что она не знала, но чувствовала, что должна. За клан. За то, что сделали её предки.

Но она не пошла.

Она осталась сидеть на кровати, обхватив колени руками, и смотрела в темноту. Она решила промолчать. Пока. Не потому, что боялась его реакции, а потому, что понимала: это не тот разговор, который можно начать посреди ночи, в слезах, в шоке.

Она поговорит с ним. Но не сейчас.

Сейчас ей нужно было просто пережить эту ночь.

Акума лежал в своей комнате, глядя в потолок. Он повернул голову к стене, за которой была Ари.

— Спи, маленькая ведьма.

И он снова закрыл глаза, продолжая свой бесконечный бдительный покой.

Утро пришло серым, прохладным светом, пробивающимся сквозь облака. Акума вошёл в комнату Ари.

— Подъём, город ждёт.

Ари уже сидела на краю кровати, её тёмно-фиолетовые волосы были растрёпаны после бессонной ночи, а под глазами залегли тени. Она подняла голову, и на мгновение Акума увидел в её зелёных глазах что-то странное, будто она смотрела не на него, а сквозь него. Но это мгновение прошло так же быстро, как и появилось.

— Я в порядке, — сказала она, поднимаясь. — Просто... плохо спала.

Акума кивнул, не задерживаясь на этом.

— Сегодня будет много дел. Одевайся.

Они вышли на центральную площадь и увидели интересную картину.

Азуса и Мидред обменивались ударами. Не на полную силу, ведь Мидред был бы размазан первым же ударом, но достаточно серьёзно, чтобы это была тренировка, а не игра. Азуса двигалась быстро, её кулаки рассекали воздух с тихим свистом. Мидред блокировал щитом, уклонялся, контратаковал. По его лицу было видно, что это не спарринг, а попытка выжить.

Заметив глав, Мидред тут же опустил щит и подошёл, вытирая пот со лба. Азуса последовала за ним.

— Господин Акума, госпожа Ари, — Мидред коротко поклонился. — Дела идут гладко. Ночные патрули не видели никого подозрительного в окрестностях. Город в безопасности.

Акума усмехнулся, и в этой усмешке не было веселья.

— Это лишь означает, что в скором времени первые враги прибудут. Тишина перед бурей это мой любимый звук.

Он обвёл взглядом площадь, останавливаясь на лицах жителей. Кто-то работал, кто-то разговаривал, кто-то просто стоял, глядя в небо. В их глазах читалось напряжение, то самое, которое появляется, когда люди знают, что опасность неизбежна, но не знают, когда она придёт.

— Надо бы успокоить жителей, — произнёс Акума, словно размышляя вслух.

— Страх — плохой советчик.

Он поднял правую руку ладонью вверх. Из его пальцев вырвалась густая чёрная материя, подобная живой смоле. Она взметнулась в небо, расширяясь, растягиваясь, пока не превратилась в огромное, наполовину прозрачное облако. Затем оно начало опускаться, пока не накрыло весь город.

Он был полупрозрачным, сквозь него можно было видеть небо, но он был ощутим, воздух под ним стал плотнее, теплее, защищённее. Жители застыли, глядя вверх. Некоторые попятились, другие протянули руки, касаясь невидимой поверхности.

— Что это? — прошептала одна женщина.

— Это защита, — ответил ей мужчина рядом. — По крайней мере, выглядит как щит.

По площади прошёл вздох облегчения, переросший в тихие, но искренние возгласы радости. Люди улыбались, для них это был знак того, что про них не забудут и защитят.

Акума опустил руку, и чёрная материя вернулась к нему, словно её и не было.

— Мидред, — произнёс он, не поворачивая головы. — Этот щит будет действовать около суток. Резкой атаки не будет, так что за город можно не бояться. Используйте это время, чтобы подготовить стражу.

Мидред уважительно поклонился.

— Будет исполнено, господин. Я пойду проверю строительство школы, потом займусь стражей.

Он развернулся и зашагал к восточной части площади. Азуса проводила его взглядом, затем подошла к Акуме вместе с Юмой, Сэйрю и Ясуо, которые появились из-за угла ратуши.

— Ты создал щит на весь город? — произнёс Юма, и в его голосе было искреннее удивление. — Это... впечатляет.

Акума лишь улыбнулся.

— Нужно собрать жителей у площади. У меня есть небольшое объявление.

Через пятнадцать минут площадь была заполнена. Люди стояли плотным кольцом, глядя на балкон ратуши. В их глазах читалось любопытство и лёгкое напряжение — после вчерашнего объявления о войне они привыкли, что каждое слово Акумы может изменить их жизни.

Акума и Ари вышли на балкон. Акума встал чуть впереди, его чёрные глаза скользнули по толпе.

— Жители Миража, вчера я объявил о создании новой фракции. Сегодня я объявляю о том, чем эта фракция будет заниматься.

Он сделал паузу, позволяя словам осесть.

— С завтрашнего дня «Бюро Возмездия» начинает принимать заказы.

По площади прошёл шёпот. Люди переглядывались, не понимая.

— Это просто, — продолжил Акума. — Любой житель этого города, и даже незнакомец, который узнает о нас в будущем, может прийти и заполнить бумагу. В этой бумаге он укажет свои данные — имя, кто он, откуда. А затем напишет, с чем ему нужна помощь.

Он обвёл взглядом толпу.

— Не важно, что это. Помощь что-то найти. Кого-то найти. Кому-то отомстить. Кого-то спасти. Не важно. Бюро время от времени будет выполнять такие запросы.

Шёпот стал громче. Кто-то ахнул, кто-то нервно засмеялся.

— Для жителей Миража это будет бесплатно, — продолжил Акума, и его голос стал твёрже. — Но не злоупотребляйте. Обращайтесь только с важными запросами. Мы не будем искать пропавшую курицу или мстить за сломанный забор. Мы занимаемся тем, что важно. Тем, что меняет жизни.

Он усмехнулся.

— С чужаков же будет взиматься плата. Разумная, но существенная. Мы не благотворительная организация для всего мира.

Акума повернулся к Ари, затем снова к толпе.

— И последнее. Нам нужен человек, который будет заниматься приёмом и сортировкой заявок. Секретарь, если хотите. Мидред — отличный командир стражи, но он не может тащить на себе всю бумажную работу. Ему ещё и стражей руководить надо, а это, поверьте, сложнее, чем кажется.

Он рассмеялся, и в этот раз смех был искренним.

— Так что, если среди вас есть те, кто умеет читать, писать и не боится бумаги больше, чем меча, — приходите в ратушу завтра утром. Мы обсудим условия.

Площадь замерла на мгновение, а затем начался шум. Люди заговорили одновременно, перебивая друг друга, указывая на соседей, предлагая кандидатов. Это был не страх, не паника, это было возбуждение. Впервые за долгое время у них появилась не просто надежда на выживание, а цель. Миссия.

Акума наблюдал за этим с балкона, и в его чёрных глазах мелькнуло что-то похожее на удовлетворение.

— Вот и отлично, — тихо произнёс он.

Ари посмотрела на Акуму.

— С тобой не соскучишься... У меня уже голова болеть начинает каждый раз, когда мы собираем людей у площади...

Встреча закончилась. Люди начали расходиться, обсуждая услышанное, планируя, споря. Акума и Ари вернулись в ратушу, поднялись на пятый этаж.

Они не успели сесть, как дверь открылась, и вошёл Ясуо.

Он остановился посреди комнаты, его катана была опущена, но рука лежала на рукояти. Привычный жест, словно он всегда был готов к бою.

— Господин Акума, госпожа Ари. Я хотел поговорить.

— Говори.

Ясуо помедлил, затем произнёс:

— Я хочу оставить заявку насчёт мести.

— Я помню, что ты хочешь кому-то отомстить. Ты говорил об этом, когда пришёл. Расскажи детали.

Ясуо опустил голову, его зелёные глаза потемнели.

— Мой отец, — произнёс он, и в этом слове было больше презрения, чем в любом ругательстве. — У него такая же сила, как у меня. Он бессмертен.

Акума кивнул, не перебивая.

— Он подонок, — продолжил Ясуо, и его голос стал холоднее. — Он не ценит чужие жизни. Для него люди — это товар.

Он поднял голову, и в его глазах Ари увидела боль, которая копилась годами.

— Он продал свою жену, мою мать, в рабство, как только ей исполнилось тридцать лет. Она была красивой, молодой, и он решил, что пришло время заработать на ней. Она умерла через два года.

Акума не произнёс ни слова, но его чёрные глаза сузились.

— За всё время, что я находился с отцом, я запомнил около десятка женщин, — продолжил Ясуо. — Он начинал с ними отношения, очаровывал, влюблял в себя. А потом продавал. Зарабатывал на этом. Каждая из них — это чья-то дочь, чья-то сестра, чья-то мать. И все они закончили одинаково.

Он сжал кулаки.

— Я считаю это низким. Омерзительным. Я хочу покончить с этим. Я хочу, чтобы он заплатил за то, что сделал.

Акума молчал несколько секунд, затем произнёс:

— Есть ли способ убить бессмертного?

Ясуо покачал головой.

— Я искал. Годами. Никто не знает. Бессмертие — это не просто регенерация. Это отрицание смерти. Ты можешь разрубить его на куски, сжечь, утопить — он вернётся. Всегда.

Акума кивнул, его лицо было задумчивым.

— Понятно, — произнёс он. — Тогда нам нужно найти другой способ. Не убить, а... остановить. Лишить его возможности вредить.

Он посмотрел на Ясуо.

— Но сначала нам нужны люди для разведки. Чтобы найти его. Ты знаешь, где он может быть?

Ясуо кивнул.

— У него есть несколько мест, где он прячется. Старые поместья, подвалы, подземелья. Я знаю о некоторых, но не могу знать точно, где он находится в данный момент.

— Понял, мы разберемся с этим, не переживай. Но не сейчас. Сначала нам нужно укрепить Мираж, обеспечить безопасность жителей. Ещё нам понадобятся люди, которые хороши в разведке, чтобы найти его.

Ясуо поклонился.

— Благодарю, господин. Я не буду больше отнимать ваше время.

Он развернулся и вышел, его шаги были бесшумными, как всегда.

Дверь закрылась, и в комнате повисла тишина. Ари сидела, обхватив колени руками, её зелёные глаза были полны эмоций — жалости к Ясуо, гнева на его отца, страха перед тем, что они взяли на себя слишком много.

— Акума, — тихо произнесла она. — Ты действительно думаешь, что сможешь помочь ему? Убить бессмертного?

Акума стоял у окна, глядя на город.

— Я не сказал, что смогу убить его, — произнёс он. — Я сказал, что мы разберёмся. Это разные вещи.

Он повернулся к Ари.

— Бессмертие — это не дар, маленькая ведьма. Это проклятие. Ясуо знает это лучше всех. Его отец не просто злодей. Он оказался слишком слабым, бессмертие дало ему чувство всевластия.

Ари нахмурилась.

— Но мы объявили, что будем выполнять заказы. Месть — это одно из них. Что, если каждый, у кого есть обида, придёт к нам? Мы утонем в крови.

Акума усмехнулся.

— Вот почему мы будем сортировать заявки. Не каждая месть заслуживает внимания. Но ему мы поможем, это будет хорошим делом, а также мы покажем нашим текущим и будущим воинам, что Бюро поддержит их.

Он подошёл к Ари, его лицо стало серьёзным.

— И если мы не поможем, кто поможет? Королевство? Фракции? Они слишком заняты, чтобы защищать слабых. Они слишком коррумпированы, чтобы судить сильных. Мы единственные, кто может это сделать.

Ари посмотрела на него, и в её глазах мелькнуло понимание.

— Ты говоришь это так, словно сам понимаешь, каково быть бессмертным.

Акума замер на мгновение, затем усмехнулся.

Он повернулся к двери.

— Иди отдохни. Завтра будет много работы. Нам нужно найти секретаря, организовать разведку, подготовить стражу. И, возможно, спланировать первую операцию Бюро.

Он вышел, оставив Ари одну с её мыслями.

Ари сидела, глядя в окно. Внизу, на площади, люди продолжали работать, смеяться, жить. Они не знали, что их ждёт. Они не знали, что Бюро Возмездия только начало свой путь.

Акума, боюсь, выбранный тобой путь будет тёмным. Смогу ли я, смогут ли жители справиться с этим...?

Ещё немного посмотрев в окно, Ари ушла в свою комнату и продолжила читать книги, переданные от Вэйна.

Помощь.

Утро пришло в Мираж мягко, окрашивая небо в бледно-розовые тона. Ари проснулась раньше обычного.

Она встала, оделась и, прежде чем выйти, на мгновение замерла у двери. Вчерашний сон всё ещё стоял перед глазами.

Ари глубоко вздохнула и вышла в коридор.

На кухне ратуши, которая теперь работала как общая столовая, она нашла то, что искала: небольшой чайник, сушёные травы, которые одна из жительниц принесла вчера в подарок, и глиняную кружку. Она заварила чай с лёгким ароматом мяты и чего-то горьковатого.

Поднявшись на пятый этаж, она постучала в дверь Акумы.

— Войди.

Ари вошла. Акума сидел в кресле у окна, глядя на город. Он выглядел так, словно не двигался с ночи.

— Доброе утро, — тихо сказала она, подходя ближе. — Я подумала... ты ведь не спишь по-настоящему, да?

Акума повернул голову, и на его губах мелькнула лёгкая усмешка.

— Нет, не сплю.

— Тогда хотя бы попей чай, — она поставила кружку на столик рядом с ним. — Тёплый. С травами. Может, это не заменит сон, но...

Она не закончила фразу, потому что не знала, как её закончить. Но Акума посмотрел на кружку, затем на неё, после чего взял кружку.

— Спасибо.

Он сделал глоток, и Ари заметила, как его плечи на мгновение расслабились. Это было едва уловимо, но она заметила.

— Ну так... Акума... Почему ты не спишь?

— Я просто не могу спать.

— Разве можно просто не спать?

— Я восполняю энергию магией, потому что не могу спать. Я может и привык к боли от проклятия, но заснуть оно мне не даёт, я пытался.

...

— Я пойду, — сказала она, разворачиваясь. — Сегодня много дел. Секретаря надо найти.

— Да, — кивнул Акума. — Собери кандидатов на площади через час. Я приду.

Через час площадь была заполнена людьми, но не так плотно, как во время объявлений. Здесь стояли те, кто умел держать перо, а не меч. Кто-то выглядел уверенно, кто-то нервно переминался с ноги на ногу.

Акума и Ари стояли за столом, на котором лежали пустые бланки и чернильницы. Мидред стоял рядом, выпрямившись, готовый в любой момент вмешаться, если что-то пойдёт не так.

— Итак, — произнёс Акума, обводя взглядом собравшихся. — Нам нужен человек, который будет принимать заявки, сортировать их, вести учёт. Работа бумажная, но ответственная. Каждый из вас сейчас подойдёт, расскажет о себе, и мы решим.

Первым вышел мужчина лет сорока, с седыми висками и уверенной осанкой.

— Я был торговцем, — представился он. — Вёл учёт товаров, сделок, долгов. Когда началась война, потерял всё. Теперь хочу начать заново.

Акума кивнул.

— Следующий.

Женщина лет тридцати, с острым взглядом.

— Я работала в столичном архиве. Знаю, как систематизировать информацию. Ушла, когда столица стала слишком опасной.

— Следующий.

Молодой парень, лет двадцати, с испуганными глазами.

— Я... я учился в школе писцов. Но школу закрыли. Я умею читать и писать быстро.

Акума слушал каждого, его лицо оставалось невозмутимым. Ари стояла рядом, наблюдая, как он оценивает кандидатов. Она заметила, что Акума практически не вслушивается в то, что говорят кандидаты, он лишь смотрит на их глаза. На то, как они держатся, когда говорят о прошлом.

Затем вышла она.

Девушка лет двадцати пяти, с каштановыми волосами, собранными в простой хвост. Её одежда была чистой, но потрёпанной, а в руках она сжимала небольшую кожаную сумку, словно это было всё, что у неё осталось. Её зелёные глаза смотрели прямо на Акуму, без страха, но и без вызова.

— Меня зовут Лина, я работала писарем в королевской армии. Два года. Вела учёт припасов, распоряжений, потерь.

Она сделала паузу, и Ари заметила, как её пальцы слегка дрогнули.

— Когда войны добрались до территорий королевства, я поняла, что не хочу больше иметь дело с цифрами, за которыми стоят мёртвые люди. Я сбежала. Бродила по землям, пока не оказалась здесь. Я умею работать с бумагами. И я хочу... я хочу делать что-то реальное. Не просто считать, сколько людей умерло сегодня. А помогать тем, кто ещё жив.

Акума смотрел на неё долго, его чёрные глаза были непроницаемы.

— Почему ты сбежала из армии? — спросил он.

Лина подняла подбородок.

— Потому что я устала быть частью машины, которая перемалывает людей. Я писала распоряжения о отправке отрядов, зная, что половина из них не вернётся. Я вела учёт припасов, зная, что их не хватает. Я... я не могла больше.

Акума усмехнулся, но в этой усмешке не было насмешки.

— Справедливо.

Он повернулся к Ари.

— Что скажешь?

— Она подходит, — тихо сказала Ари.

Акума кивнул.

— Тогда решено. Лина, ты назначена секретарём «Бюро Возмездия». Твоё жалование — еда, кров и защита. Если покажешь себя — будут и другие бонусы. Приходи завтра утром, Мидред введёт тебя в курс дела, ведь всё это время занимался этим именно он.

Лина широко раскрыла глаза, словно не ожидая такого быстрого решения.

— Я... благодарю, господин. Я не подведу.

— Посмотрим, — произнёс Акума. — А теперь все свободны. Спасибо, что пришли.

Толпа начала расходиться, обсуждая произошедшее. Ари заметила, как Лина всё ещё стоит на месте, словно не веря, что это произошло. Она сжимала свою кожаную сумку так сильно, что костяшки пальцев побелели.

— Пойдём, — тихо сказал Акума, касаясь её плеча. — Мидред, найди Юму и Сэйрю. Скажи им прийти в ратушу через полчаса.

— Будет исполнено, господин, — кивнул Мидред.

Через полчаса Юма и Сэйрю стояли в гостиной на пятом этаже. Юма выглядел нетерпеливым, его красные глаза блестели, словно он предчувствовал что-то интересное. Сэйрю был спокоен.

— Итак, — начал Акума, стоя у окна. — У нас есть первая операция «Бюро Возмездия».

Юма усмехнулся.

— Наконец-то. Я уж думал, мы будем тут вечно стены считать.

— Не вечно, — усмехнулся Акума. — Но и не сегодня. Ваша задача — разведка. Мы ищем отца Ясуо. Бессмертного.

Оба воина замерли. Сэйрю медленно поднял бровь.

— Бессмертного? Это... осложняет дело.

— Именно, — кивнул Акума. — Ясуо оставил заявку на месть. Его отец — подонок, который продавал женщин в рабство. Мы собираемся его остановить. Но сначала нам нужно его найти.

Юма нахмурился.

— Где мы его ищем?

— Ясуо знает несколько мест, где его отец может прятаться. Старые поместья, подземелья. Вы поговорите с ним, узнаете координаты. Затем отправитесь на разведку.

Сэйрю кивнул.

— Понятно. А что делать, если найдём?

Акума посмотрел на него, и в его глазах мелькнул тот самый холодный огонь.

— Не вступать в бой. Ваша задача — разведка. Узнать, где он, как он действует, какие у него привычки. Если увидите его — наблюдайте. Не более.

Юма фыркнул.

— А если он нас увидит?

— Тогда убегайте. Если не получится убежать, то деритесь. На крайний случай ваша цель попробовать доставить его ко мне, но лучше просто уйдите по возможности.

Сэйрю кивнул, принимая это. Юма выглядел разочарованным, но не стал спорить.

— Хорошо, — произнёс он. — Где Ясуо?

— В своей комнате, — ответил Акума. — Поговорите с ним. Возьмите координаты. Завтра на рассвете отправитесь.

Ари стояла в стороне, наблюдая за этой сценой. Когда воины ушли, она подошла к Акуме.

— Ты думаешь, они справятся?

Акума пожал плечами.

— Юма силён. Сэйрю опытен. Вместе они уравновесят друг друга. Если не будут делать глупостей — справятся.

— А если будут?

— Тогда мы узнаем об этом вовремя.

— Каким образом?

— Ты ещё очень много обо мне не знаешь.

Акума смотрел на Ари, его глаза стали полностью чёрными, словно смотрел уже не он.

— Акума... ты уверен, что мы должны помогать Ясуо? Бессмертный — это...

— Это проблема, — перебил он. — Но проблема, которую мы взяли на себя. Мы объявили, что будем выполнять заказы. Месть — один из них. Если мы откажемся от нашего первого заказа, который сделал наш собственный воин, мы навредим и так нулевой на данный момент репутации.

Он подошёл к ней, его лицо стало серьёзным.

— Но я вижу, что ты беспокоишься не об этом.

Ари подняла на него глаза, и он увидел в них то, что она пыталась скрыть страх.

— Я просто... не хочу, чтобы ты снова взял на себя слишком много, — тихо произнесла она. — Ты уже несёшь боль, которую не должен нести. Зачем тебе ещё одна битва?

— Маленькая ведьма, ты начинаешь звучать как моя мама.

Ари отвела взгляд, её щёки слегка порозовели.

— Я просто...

— Я понял, но не переживай, со мной всё будет в порядке. Поверь, в моё время всё было гораздо безумней.

Это было сказано так просто, так буднично, что Ари на мгновение потеряла дар речи.

Он повернулся к окну, глядя на город.

— Иди, отдохни. Завтра будет много работы. Лине нужно будет всё объяснить, воины вернутся из разведки, и нам нужно будет решать, что делать дальше.

Ари кивнула, но прежде чем уйти, она подошла к столу, где стояла кружка с чаем. Она взяла её, заметив, что чай остыл.

— Я принесу тебе свежий, — сказала она, разворачиваясь. — Через час.

— Хорошо.

Юма и Сэйрю покинули Мираж на рассвете. Ари стояла у окна, наблюдая, как они исчезают за горизонтом.

— Надеюсь, они не наделают глупостей, — тихо произнесла она.

Акума, стоявший рядом, усмехнулся.

— Не переживай.

— Ты ведь уже час стоишь у окна. Иди, поешь.

Ари кивнула, но прежде чем уйти, она посмотрела на столик, где стояла вчерашняя кружка.

— Я принесу тебе завтрак, — сказала она. — Ты ведь тоже не ел.

Акума открыл рот, чтобы возразить, но передумал.

— Хорошо.

Прошло около двух часов. Мидред как раз заканчивал объяснять Лине систему учёта заявок, когда дверь в кабинет распахнулась, и вошли трое стражников, между ними — мужчина.

Он выглядел измотанным: одежда порвана, лицо покрыто грязью и царапинами, под глазами залегли глубокие тени.

— Господин Акума, госпожа Ари, — Мидред коротко поклонился. — Этот человек утверждает, что пришёл из Миэра с заявкой.

Акума поднял голову от стола, его чёрные глаза скользнули по мужчине, оценивающе.

— Из Миэра? — произнёс он. — Это интересно. Как ты узнал о нас?

Мужчина сглотнул, его руки дрожали.

— Я... у меня есть друг в Мираже. Мы знакомы ещё до того, как фракции стали враждовать. Раньше мы не могли навещать друг друга — наши города были по разные стороны. Но недавно, когда начались поставки материалов между Миэром и Миражом, он рассказал мне о вас. О Бюро Возмездия.

Он сделал паузу, собираясь с мыслями.

— Меня зовут Торен. Я пришёл просить о помощи.

Акума откинулся на спинку кресла, его пальцы лениво постукивали по подлокотнику.

— Говори.

Торен глубоко вздохнул.

— У главы Миэра, господина Вэйна, проблемы. Недалеко от города, в лесу, обосновалась банда. У некоторых из них есть Источники. Они довольно известны — такие банды обычно берут города измором. Требуют выплаты за то, чтобы уйти, либо просто захватывают и грабят всё.

Он сжал кулаки.

— Вэйн не собирается им платить. Но они установили в лесу множество ловушек. Некоторые даже вокруг города. Стража не может пройти, не попав в засаду. Мы пытались вылазить ночью, но...

Он замолчал, и Ари увидела, как его глаза наполнились болью.

— Я сам смог дойти до Миража, сбежав из города ночью, в абсолютной темноте. Взял с собой лишь немного еды. Шёл три дня, петляя, чтобы не попасть в ловушки.

Акума наклонился вперёд, его лицо стало серьёзным.

— Зачем ты так старался? Почему не попросил помощи у Вэйна?

— В городе у меня жена и двое детей. Младшему всего три года. Я боюсь за них. У меня самого нет никаких сил, я не смогу защитить их, если банда решит напасть. Я слышал, что Бюро выполняет заказы. Что вы помогаете тем, кто не может помочь себе сам.

Он опустился на одно колено, его голос дрогнул.

— Пожалуйста. Помогите Вэйну. Помогите нам.

Акума молчал несколько секунд, его чёрные глаза были непроницаемы. Затем он медленно кивнул.

— Встань, Торен.

Мужчина поднялся, его руки всё ещё дрожали.

— Твоя заявка принята, — произнёс Акума. — Но плата не требуется. По сути, это просто помощь союзнику. Миэр — наш партнёр, и если они в беде, мы обязаны помочь. Ваш глава должен был сам обратиться к нам с помощью, я ему это припомню.

Торен широко раскрыл глаза, словно не ожидая такого ответа.

— Вы... вы поможете бесплатно?

— Мы не благотворительная организация для всего мира, — усмехнулся Акума. — Но для союзников — другое дело. К тому же, если банда угрожает Миэру, она скоро может угрожать и нам. Лучше решить проблему сейчас.

Торен снова опустился на колено.

— Благодарю! Благодарю вас, господин! Я... я не знаю, как отплатить...

— Не нужно, — Акума махнул рукой. — Мидред, покорми его и найди ему место для отдыха. Он отправится обратно в Миэр с следующей поставкой материалов. А мы отправимся сегодня вечером.

— Будет исполнено, господин, — Мидред кивнул и взял Торена за руку.

Когда они вышли, Ари посмотрела на Акуму.

— Ты действительно собираешься помочь Миэру? Просто так?

Акума усмехнулся.

— Не просто так, маленькая ведьма. Вэйн обязан нам теперь. И если мы поможем ему, он будет более склонен к сотрудничеству в будущем. К тому же...

Он подошёл к окну, глядя на юг.

— Если банда с Источниками обосновалась так близко к Миэру, это может быть не просто случайность. Может, кто-то нанял их, чтобы разузнать о нас.

Ари нахмурилась.

— Ты думаешь, это ловушка?

— Я думаю, что в этом мире ничего не бывает просто так, — произнёс он, поворачиваясь к ней. — Даже если такие бандиты действительно существуют, странно, что они выбрали целью Миэр. Им было бы выгоднее нападать на менее крепкие города.

Он усмехнулся, и в этой усмешке Ари увидела тот самый хищный огонь.

Ари кивнула, но её брови всё ещё были нахмурены. Она подошла к столу и взяла пустую кружку.

— Я принесу тебе обед, — сказала она. — Ты ведь опять не ел.

— Хорошо. Приноси.

Ари развернулась и вышла, оставив Акуму одного. Он стоял у окна, глядя на город, и на его губах играла лёгкая, едва заметная улыбка.

Наступил вечер, окрасивший небо в багровые и фиолетовые тона. Акума собрал в кабинете на пятом этаже Мидреда, Азусу, Ясуо и десяток лучших стражников. Ари стояла рядом, её пальцы нервно сжимали край плаща.

— Итак, — начал Акума, стоя у окна. — У нас есть первая боевая операция. Миэр в беде. Банда с Источниками обосновалась в лесу неподалёку и угрожает городу. Мы идём помочь.

Мидред выпрямился.

— Сколько стражников берём?

— Десять лучших. Остальные остаются с Линой и Байроном. Город не должен оставаться без защиты.

Акума повернулся к Ясуо.

— Ты остаёшься здесь.

— Почему?

— Потому что если что-то пойдёт не так, Мираж должен быть защищён.

Ясуо кивнул, принимая это. Акума поднял руку, и из его ладони вырвалась густая чёрная материя. Она сформировалась в небольшой, размером с кулак, чёрный купол, пульсирующий тёмной энергией.

— Возьми, — Акума протянул купол Ясуо. — Это... страховка. Если что-то пойдёт не так, просто сломай купол. Это поможет, поверь.

Ясуо взял купол, его зелёные глаза расширились от силы, заключённой внутри.

— Это... много.

— Именно, — усмехнулся Акума. — Поэтому не ломай его просто так.

Он повернулся к остальным.

— Азуса, ты идёшь с нами. Твоя сила понадобится. Мидред, ты ведёшь стражу. Я и Ари — впереди. Выдвигаемся через час. Подготовьтесь.

Путь в Миэр занял ночь. Они шли быстро, бесшумно, словно тени в лунном свете.

— Ты уверен, что это не ловушка? — тихо спросила она.

— Нет. Но я чувствую, что что-то не так. Банда с Источниками не просто так выбрала Миэр. Им было бы выгоднее нападать на менее защищённые города.

— Может, их наняли?

— Возможно, — Акума усмехнулся. — Но кто? И зачем?

Они шли молча, слушая лишь хруст веток под ногами и далёкий вой волков. Азуса шла чуть позади, её белые глаза светились в темноте. Мидред вёл стражу, его лицо было сосредоточенным.

Когда они приблизились к Миэру, Акума вдруг остановился.

— Стойте, — его голос прозвучал тихо, но все замерли.

— Что случилось? — спросил Мидред.

— Здесь ловушки, — Акума прищурился, глядя в темноту. — Много. И они магические.

Все переглянулись. Никто не видел ловушек. Никто не чувствовал магии.

— Откуда ты знаешь? — тихо спросила Ари.

Акума не ответил. Он поднял руку, и из его ладони вырвалась небольшая чёрная сфера. Он швырнул её в землю в десяти метрах перед ними.

Земля взорвалась.

Активировался магический круг, и земля под ним провалилась, открывая глубокую яму. На дне, поблёскивая в лунном свете, торчали острые шипы, покрытые тёмной жидкостью.

— Вот так, — спокойно произнёс Акума. — Теперь идём аккуратнее. Я покажу, где ловушки.

Он шагнул вперёд, его чёрные глаза видели то, что другие не могли. Он обходил ямы, обходил натянутые нити, обходил магические круги, скрытые под листвой. Все следовали за ним, ступая точно в его следы.

— Ты видишь магию? — тихо спросила Ари, идя рядом.

— Я чувствую её.

Ари видела, как его глаза на мгновение стали полностью чёрными, словно он смотрел не на мир, а сквозь него.

Они шли так ещё час, обходя ловушку за ловушкой. Акума насчитал их больше тридцати. Некоторые были простыми — ямы, шипы, натянутые нити. Другие были сложнее — магические круги, которые могли вызвать огонь, ядовитый газ или даже телепортацию в другое место.

— Кто-то очень старался, — тихо произнёс Акума. — Это не работа обычной банды. Это работа профессионалов.

Когда они наконец приблизились к воротам Миэра, их встретили стражники, которые уже знали Акуму. Они улыбались, их лица светились облегчением.

— Господин Акума! — один из стражников коротко поклонился.

Акума кивнул, но его чёрные глаза скользнули по лесу за спиной стражников. Кто-то наблюдал за ними. Кто-то прятался в тенях, следя за их прибытием.

Но он проигнорировал это.

— Мидред, — произнёс он, не поворачивая головы. — Рассредоточь войско. Помоги патрулям Миэра. Усильте охрану ворот и стен.

— Будет исполнено, господин, — Мидред кивнул и развернулся к стражникам.

— Азуса, — Акума повернулся к ней. — Ты будешь стоять на входе в Миэр, рядом со стражей. Если что-то пойдёт не так, ты — первая линия обороны.

Азуса кивнула, её белые глаза были спокойны.

— Поняла.

Акума повернулся к Ари.

— Пойдём к Вэйну.

Ратуша Миэра встретила их прохладой каменных стен. Стражник проводил их до кабинета на втором этаже, где их уже ждал Вэйн.

Глава «Веры» сидел за столом, его слепые молочно-голубые глаза были обращены к двери. На столе перед ним лежала карта окрестностей, испещрённая пометками.

— Куроши Акума,. Ари Вэйлен. Добро пожаловать в Миэр.

Акума вошёл, его чёрные глаза скользнули по карте, оценивая пометки.

— Вэйн, — произнёс он, и в его голосе не было тепла. — Ты не обратился к нам за помощью.

Вэйн медленно поднял голову.

— Я не думал, что это необходимо. Моя стража справлялась.

— Твоя стража не справлялась, — перебил Акума. — Иначе твой житель не шёл бы три дня через ловушки, чтобы попросить о помощи. Иначе банда не была бы так близко к городу.

Вэйн сжал кулаки, но промолчал.

Акума подошёл к столу, глядя на карту.

— Сколько их?

— Около сорока, — ответил Вэйн. — У шестерых есть Источники. Они обосновались в старом поместье в десяти километрах от города.

— Какие Источники?

— Не знаю, — Вэйн покачал головой. — Мои разведчики не смогли подойти близко. Ловушки слишком сложны.

Акума усмехнулся.

— Я уже видел их ловушки. Тридцать две штуки на пути сюда. И это не работа обычной банды.

Он повернулся к Вэйну.

— Кто-то им помогает. Кто-то обучил их ставить такие ловушки.

Вэйн нахмурился.

— Ты думаешь, что это не просто нападение банды разбойников?

— Я почти уверен в этом.

— И что ты предлагаешь?

— Мы пойдём к ним завтра на рассвете. Я, Ари, Азуса и твои лучшие воины. Мидред останется здесь, чтобы защитить город.

— Нет, мои воины не пойдут, я отправлюсь с вами лично.

— Хоо... Кто-то зол?

— Я не позволю какой-то шайке досаждать моему городу.

— Ладно, будем выступать утром.

— Я скажу страже выделить всем вам комнаты, место у нас есть.

Когда они вышли из ратуши, Ари посмотрела на Акуму.

Он остановился, глядя на ночное небо.

— Интересно...

Шёпот бездны.

Рассвет над Миэром пришёл серым, холодным светом, пробивающимся сквозь облака. Акума стоял у ворот города, его чёрные глаза были обращены к лесу на северо-западе. Рядом с ним собрались Ари, Азуса и Вэйн. Мидред остался в городе, руководя патрулями.

— Выдвигаемся.

Они выступили, ступая по тропе, которую Вэйн указал на карте. Азуса шла впереди, её белые глаза сканировали лес, оценивая каждую тень, каждый шорох. Ари шла рядом с Акумой, её пальцы нервно сжимали край плаща. Вэйн замыкал шествие, его слепые глаза были обращены в сторону, словно он видел что-то, что другие не замечали.

— Ты уверен, что они там? — тихо спросила Ари.

— Торен не лгал, — ответил Акума, не поворачивая головы. — Я чувствую это. В лесу слишком много магических искажений. Кто-то вложил сюда силу, и она пульсирует, как рана.

Они шли молча, слушая лишь хруст веток под ногами и далёкий вой волков. Лес становился гуще, а воздух тяжелее. Акума шёл впереди, его чёрные глаза сканировали землю, кору деревьев, воздух. Он обходил невидимые нити, перешагивал через зоны сжатой маны, он видел каждую ловушку на их пути.

Через час они вышли к поляне, за которой вдали виднелось старое, полуразрушенное поместье. Его стены были покрыты мхом, крыша местами провалилась, но в окнах горел свет, и вокруг бродили фигуры.

— Стойте, — Акума поднял руку, и все замерли.

Он присел на корточки, его чёрные глаза сузились.

— Сорок один человек, — тихо произнёс он. — Шестеро с Источниками. Остальные — обычные бандиты. Они не ожидают атаки.

— Откуда ты знаешь? — спросила Ари, приседая рядом.

— Я чувствую их ауры. Шестеро пульсируют сильнее остальных. Их сила не скрыта, они не стараются маскироваться. Это либо самоуверенность, либо глупость.

Вэйн подошёл ближе, его слепые глаза были обращены к поместью.

— Мои разведчики не могли подойти так близко, — произнёс он. — Ловушки слишком сложны.

— Я обошёл их, — Акума усмехнулся. — Теперь наша очередь устроить им сюрприз.

Он поднялся и посмотрел на остальных.

— План прост. Азуса, ты идёшь первой. Твоя задача — прорвать их оборону, создать хаос. Ты — таран. Ари, ты идёшь за ней. Используй "Взгляд Истины", если увидишь иллюзии или скрытых врагов. Вэйн, ты прикрываешь фланги. Я — в центре. Если кто-то из шестерых с Источниками окажется слишком силён, я возьму его на себя.

Ари удивлённо посмотрела на Акуму.

«Я ведь говорила ему про взгляд истины совсем мельком, да еще и несколько дней назад, как он помнит?»

Азуса кивнула, её белые глаза были спокойны.

— Поняла.

Ари сглотнула, её пальцы сжались сильнее.

— А если... если их силы окажутся слишком разнообразными? Мы не знаем, что они могут.

— Тогда импровизируем, — Акума усмехнулся. — Но помни: у них шесть Источников, у нас — четыре. Но у нас есть то, чего нет у них — координация и я.

Он повернулся к Вэйну.

— Ты готов?

Вэйн медленно кивнул, его рука легла на посох.

— Я не позволю шайке досаждать моему городу.

Акума усмехнулся.

— Тогда вперёд.

Они двинулись к поместью, ступая тихо, словно тени. Азуса шла впереди, её кулаки были сжаты, белая аура слабо пульсировала вокруг неё. Ари шла за ней, её сердце колотилось, но она заставляла себя дышать ровно. Вэйн замыкал шествие, его посох светился слабым голубым светом.

Когда они подошли к воротам поместья, Акума поднял руку.

— Стойте.

Он посмотрел на ворота, его чёрные глаза сканировали их.

— Здесь ловушка, — тихо произнёс он. — Магическая. Если мы откроем ворота, активируется сигнал тревоги.

Он поднял руку, и из его ладони вырвалась чёрная материя. Она обвила ворота, проникая в каждую щель, каждый камень. Через мгновение ворота бесшумно растворились, превратившись в чёрную пыль.

— Теперь тихо, — Акума шагнул внутрь.

Они вошли во двор поместья. Вокруг бродили бандиты, некоторые чистили оружие, другие сидели у костра, переговариваясь. Никто не заметил их появления.

Акума поднял руку, и его чёрные глаза стали полностью чёрными.

— Давящий взор.

Двое бандитов, стоявших ближе всего, упали на колени, их глаза закатились, они не могли двигаться.

— Начинаем, — тихо произнёс Акума.

Азуса рванулась вперёд, её кулак рассёк воздух, ударяя ближайшего бандита в грудь. Тот отлетел на несколько метров, врезаясь в стену.

— Враги! — закричал кто-то.

Поместье взорвалось хаосом. Бандиты хватались за оружие, некоторые начинали читать заклинания. Азуса двигалась как ураган, её кулаки рассекали воздух, сбивая бандитов с ног. Ари шла за ней, её зелёные глаза вспыхнули фиолетовым светом.

— Взгляд Истины!

Она увидела, как один из бандитов с Источником начал создавать иллюзии — вокруг него появились копии, пытающиеся запутать Азусу. Ари указала на него.

— Там! Настоящий — третий слева!

Азуса развернулась и рванулась к нему, её кулак пробил иллюзию, ударив настоящего бандита.

Вэйн поднял посох, и из него вырвался голубой свет, создавая барьер вокруг них, защищая от магических атак.

Акума шёл в центре, его коса рассекала воздух, сбивая бандитов с ног. Его чёрные глаза сканировали двор, ища шестерых с Источниками.

И тогда он увидел их.

Шесть фигур, стоявших в разных частях двора. Их ауры пульсировали, их силы активировались.

— Вот они, — тихо произнёс Акума. — Начинается настоящее веселье.

Он усмехнулся, и в этой усмешке Ари увидела тот самый хищный огонь, который предвещал конец для тех, кто встал на их пути.

Азуса рванулась вперёд, и воздух за её спиной буквально разорвался от скорости. Её кулак встретился с грудью первого бандита, и тот сложился пополам, прежде чем его тело отлетело в стену и осталось там вмятиной, напоминающей человеческую форму.

Стойкость!

Её голос прозвучал громом, и вокруг неё вспыхнула белая аура. Бандиты бросились на неё со всех сторон — с мечами, с магией, с криками. Но каждый удар, достигавший её, терял силу, словно натыкался на невидимую стену. Она отвечала градом ударов, каждый из которых оставлял в воздухе белый след.

Тела падали. Кости хрустели. Крики обрывались.

Азуса вылетела через заднюю дверь поместья, преследуемая остатками бандитов, и оказалась в узком дворе, окружённом хозяйственными постройками. Здесь, прислонившись к стене, стоял один человек.

Высокий, худой, с бритой головой и странными, вытянутыми татуировками на руках, которые, казалось, двигались сами по себе. В его руках не было оружия, но его пальцы были неестественно длинными, с острыми, как иглы, ногтями.

Азуса остановилась, оценивая его.

— Ты не обычный бандит, — произнесла она.

Мужчина усмехнулся, и его татуировки зашевелились быстрее.

— А ты не обычная девчонка, я — Гарот. Мой Источник — Кромсатель. Тот, чьё тело становится лезвием.

Его кожа начала меняться. Сначала на предплечьях, затем на груди, на шее — она темнела, становилась металлической, приобретая серо-стальной оттенок. Его ногти удлинились ещё больше, превращаясь в настоящие клинки.

— И я срежу тебя на кусочки, — закончил он.

Азуса сжала кулаки.

— Посмотрим, чьи кусочки первыми окажутся на земле.

Она рванулась вперёд.

Вэйн стоял в центре двора, его молочно-голубые глаза были обращены к небу. Он поднял посох, и из его ладони вырвался голубой свет.

— Призыв: Защищающий страж!

Рядом с ним материализовалась огромная фигура в сияющих доспехах, с молотом в руке. Страж занял позицию слева от Вэйна, его присутствие сразу же создало вокруг них невидимый щит.

— Призыв: Атакующий страж-мечник!

Справа появился второй страж, с мечом, уже начавший бегать по кругу вокруг Вэйна.

— Призыв: Атакующий страж-маг!

Третий страж, с посохом, возник позади. Из его посоха тут же вырвалась молния, поразив ближайшего бандита.

Простые бандиты, увидев трёх небесных стражей, начали паниковать. Но Вэйн не обращал на них внимания. Его слепые глаза были обращены в сторону двух фигур, которые медленно выходили из тени здания.

Первый был низким, коренастым, с длинными, тонкими пальцами, которые заканчивались чем-то похожим на нити. Его кожа была бледной, почти серой, а глаза — пустыми, без зрачков.

Второй был высоким, худым, с лицом, которое, казалось, постоянно менялось. Сначала оно казалось мужским, затем женским, затем детским, затем старческим. Его черты текли, как вода.

— Плетельщик и Безликий. Печально известные бандиты. Странно, что вы тут, разве ваша маленькая банда не орудовала в другой части королевства? Что, распались?

Плетельщик усмехнулся, и его пальцы зашевелились, выпуская тонкие, почти невидимые нити.

— Ты хорошо призвал своих кукол, слепец, — его голос был тихим, но от него по коже бежали мурашки. — Но мои нити разрежут их на части.

Безликий рассмеялся, и его лицо на мгновение стало лицом Вэйна, прежде чем снова изменить форму.

— А я стану тобой. И твои куклы не смогут отличить меня от оригинала.

Вэйн не дрогнул.

Взор Судьи!

Его глаза вспыхнули ярким голубым светом, и по двору прошла волна энергии. Плетельщик и Безликий замедлились, их движения стали вялыми.

— Страж-мечник, цель — Плетельщик. Страж-маг, цель — Безликий.

Стражи рванулись в атаку. Мечник телепортировался к Плетельщику, его клинок рассёк воздух. Плетельщик успел выставить нити, создав щит, но удар всё равно отбросил его назад.

Маг направил посох на Безликого, и из него вырвались корни, обвившие ноги меняющегося бандита. Безликий закричал, его тело начало меняться быстрее, пытаясь освободиться.

Но Вэйн знал, что это лишь начало.

Ари стояла в стороне, окутанная полупрозрачным чёрным куполом, который создал Акума перед началом боя. Она чувствовала себя странно — защищённой, но бесполезной. Вокруг неё бушевал бой, но она не могла участвовать в нём напрямую.

— Я не должна просто стоять, — прошептала она, сжимая пальцы.

Она подняла руки, и её зелёные глаза вспыхнули фиолетовым светом.

— Взгляд Истины!

Мир вокруг неё изменился. Она увидела потоки маны, увидела, как один из бандитов пытался скрыться, используя невидимость. Она увидела, как другой готовил магическую атаку, нацеленную на Азусу со спины.

— Азуса, слева, за колонной! — крикнула она.

Азуса, занятая боем с Гаротом, не услышала. Но Акума, стоявший в стороне, услышал.

Он поднял руку, и из его ладони вырвалась чёрная стрела, поразившая бандита в спину. Тот упал, не успев активировать заклинание.

Акума повернулся к Ари, и на его губах мелькнула лёгкая усмешка.

— Хорошо, маленькая ведьма.

Ари почувствовала, как её щёки слегка порозовели, но она не стала отвлекаться. Она продолжала сканировать поле боя, ища следующие цели.

Акума стоял в центре двора, его чёрные глаза были обращены к задней части поместья. Он чувствовал их — три ауры, пульсирующие силой. Они не участвовали в бою. Они выжидали.

— Трое, — тихо произнёс он.

Он посмотрел на Ари, на Вэйна, на Азусу, сражающуюся где-то за поместьем. Все они были заняты.

— Хорошо, — усмехнулся он. — Я разберусь с ними сам.

Его тело растворилось в чёрном дыму.

Охота.

Он пронёсся через поместье, как тень, его скорость возросла втрое. Бандиты, пытавшиеся его остановить, даже не успевали понять, что произошло, прежде чем он оказывался за их спинами.

Через несколько секунд он оказался в конце поместья, в большом зале, где когда-то, вероятно, принимали гостей. Теперь зал был пуст, если не считать трёх фигур, стоявших в его центре.

Первый был высоким, худым, с кожей, покрытой странными, зелёными узорами. Его волосы были длинными, спутанными, в них запутались листья и ветки. Его глаза были зелёными, как трава, и в них не было ничего человеческого.

Второй был средним, одетым в чёрное. Его лицо было скрыто капюшоном, но Акума чувствовал, как вокруг него клубятся тени. Не обычные тени — живые, шевелящиеся, пытающиеся оторваться от его тела и стать самостоятельными.

Третий был низким, коренастым, с кожей, покрытой пепельно-серыми узорами. Его волосы были белыми, как пепел, а глаза — оранжевыми, как угли. Вокруг него в воздухе плавали мелкие частички пепла, медленно вращаясь.

— У вас довольно посредственные Источники. Корень, Тень и Пепел, так вас и назову.

Корень усмехнулся, и его зелёные глаза вспыхнули.

— Ты пришёл один? — его голос был хриплым, как шелест листьев. — Глупо.

Тень не произнёс ни слова.

Пепел рассмеялся.

— Я думал, ты умнее, мертвец, — его голос был тихим, но от него пахло гарью. — Но ты пришёл один. Это... забавно.

Акума усмехнулся в ответ.

— Вы трое. Я один. Но вы боитесь. Я чувствую это. Вы ждали, что я отправлю против вас своих кукол. Но я пришёл сам.

Он поднял руку, и в его ладони материализовалась чёрная коса.

— Ну что, повеселимся!?

Корень ударил ладонью по земле, и из пола вырвались корни, толстые, как руки, направленные прямо к Акуме.

Корни!

Акума даже не уклонился. Он просто поднял косу, и чёрная материя вырвалась из лезвия, рассекая корни на куски.

— Слишком медленно.

Тень сделал шаг вперёд, и его тени оторвались от тела, превратившись в чёрные, бесформенные фигуры, которые рванулись к Акуме.

Тени Пожиратели!

Акума усмехнулся. Его глаза стали полностью чёрными.

Давящий взор.

Тени замерли, повиснув в воздухе, словно парализованные. Акума шагнул вперёд, его коса рассекла воздух, и тени рассеялись, превратившись в обычный дым.

Пепел поднял руки, и вокруг Акумы начал формироваться вихрь из пепла.

Пепельная Буря!

Акума почувствовал, как пепел начал обжигать его кожу, но чёрная материя, покрывавшая его тело, защитила его. Он шагнул вперёд, прямо через вихрь, и оказался перед Пеплом.

— Слишком слабо.

Он замахнулся косой, но Корень успел выхватить его из-под земли, ударив Акуму в бок. Тот отлетел назад, но тут же поднялся, его рана уже затягивалась чёрной материей.

— Вы все слабые, — произнёс Акума, его голос стал холодным. — Вы прятались в лесу, пугали детей, грабили караваны. Вы думали, что вы сильные. Но вы — просто насекомые.

Он поднял косу, и его чёрные глаза вспыхнули.

Зеркало Бездны.

Всё вокруг потемнело. Корень, Тень и Пепел оказались в абсолютной тьме, и на них начали смотреть сотни чёрных глаз. Глаза, выражающие разные эмоции — презрение, насмешку, ярость, холод.

На их телах начали появляться раны.

— Что это!? — закричал Корень, пытаясь активировать свои корни, но они не росли в тьме.

— Мои тени... их нет... — прошептал Тень, его голос дрожал.

Пепел попытался создать вихрь, но пепел не двигался в тьме.

— Это конец, — произнёс Акума, его голос звучал отовсюду. — Конец для вас.

Через четыре секунды способность закончилась, и весь урон был нанесён разом. Все трое упали на колени, их тела были покрыты ранами, кровь текла отовсюду, словно фонтан.

Акума шагнул вперёд, его коса была направлена на Корня.

— Кто вас нанял? — спросил он, его голос был тихим, но в нём звенела сталь.

Корень поднял голову, его зелёные глаза были полны боли.

— Мы... не скажем...

Акума усмехнулся.

— Вы скажете. Потому что у меня есть способы, которые заставят вас говорить. Даже если вы не хотите.

Он поднял руку, и его пальцы начали светиться чёрным светом.

Касание Бездны.

Он коснулся лба Корня, и тот закричал. Его глаза стали полностью чёрными, он потерял контроль над своим телом.

— Кто вас нанял? — повторил Акума.

— Рука... Правосудия... — прошептал Корень, его голос был хриплым. — Деон... Вель Тэо...

Акума усмехнулся.

— Я так и думал. Он мог постараться и получше.

Он отступил, и его пальцы коснулись лба Тени, затем Пепла. Они тоже закричали, их глаза стали чёрными.

— Вы все подтверждаете? — спросил Акума.

— Да... — прошептали они хором.

Акума кивнул.

— Спасибо.

Его пальцы коснулись их лбов ещё раз, и на этот раз они не закричали. Они просто упали, мёртвые, их тела рассыпались в чёрный пепел.

«Купол, который я дал Ясуо... Треснул? Что-то произошло? Чёрт!»

Всё поместье покрылось тёмным дымом, Акума говорил спокойно, но его было слышно повсюду.

— Азуса, Вэйн. Что-то произошло в Мираже, я возвращаюсь сейчас же. Разберитесь тут. Я забираю Ари с собой, нам нельзя находиться слишком далеко.

Акума мгновенно оказался перед Ари и взял её на руки.

— Если будет некомфортно, закрой глаза, сейчас мы побежим.

Ноги Акумы покрылись тьмой, он рванул на гигантской скорости, в разы превышающую ту, которой может достичь обычный человек.

Азуса рванулась вперёд, её кулак рассёк воздух с такой скоростью, что за ним остался белый след. Гарот едва успел поднять руку, его металлическая кожа встретилась с её кулаком. Раздался звук, похожий на удар молота по наковальне. Гарота отбросило на несколько метров, он врезался в стену хозяйственной постройки, но тут же вскочил, его татуировки светились.

— Неплохо!

Он бросился на неё, его пальцы-клинки рассекли воздух. Азуса уклонилась, но один из когтей всё же задел её плечо, оставив глубокую рану. Кровь брызнула на стену.

Стойкость!

Её аура вспыхнула ярче. Боль отступила, уступив место холодной ярости.

Гарот атаковал снова, его движения стали быстрее, точнее. Он кружился вокруг неё, его когти мелькали, как лезвия гильотины. Азуса блокировала, уклонялась, контратаковала, но его металлическая кожа выдерживала её удары.

— Ты сильная, — признал он, уклоняясь от её удара. — Но моя кожа прочнее твоей плоти.

Он прыгнул, его когти нацелились на её горло. Азуса успела поднять руку, блокируя удар, но инерция отбросила её назад. Она перекатилась, вскочила на ноги, её дыхание было тяжёлым.

Азуса ударила кулаком по земле.

Тряска!

Земля под ногами Гарота взорвалась. Ударная волна подбросила его в воздух, он оглушённо приземлился на колени. Азуса не стала терять время — она рванулась вперёд, её кулак встретился с его грудью.

Нифермадо!

Её нога ударила его в живот, отбросив на несколько метров. Пока он летел, она ударила по земле снова, создав волну, которая встретила его в момент приземления. Гарот врезался в стену, его металлическая кожа треснула.

Но он не сдался. Он вскочил, его глаза горели безумием.

— Ты думаешь, это конец? — его голос был хриплым. — Мой Источник — Кромсатель. Я не могу быть остановлен обычной девчонкой.

Его тело начало меняться. Металлическая кожа покрылась шипами, его пальцы удлинились ещё больше, превратившись в настоящие мечи. Он стал похож на живое лезвие.

Подавление!

Азуса развела руки, и вокруг неё поднялся ветер.

Гарот почувствовал, как его движения замедлились, словно воздух стал густым, как мёд. Он попытался подойти ближе, но каждый шаг давался ему с трудом.

— Что... что ты сделала? — его голос дрожал.

— Я не дам тебе подойти, — Азуса сжала кулаки. — Теперь моя очередь.

Она рванулась вперёд, её скорость возросла. Гарот попытался блокировать, но его замедленные движения не могли угнаться за ней. Её кулак встретился с его грудью, затем с лицом, затем с животом. Каждый удар отбрасывал его назад, каждый удар оставлял вмятину в его металлической коже.

Она прыгнула, её кулак встретился с его грудью в воздухе.

Они оба упали на землю, Азуса впечатала его в землю, создав кратер. Гарот попытался подняться, но его тело не слушалось.

— Ты... сильная, — прошептал он, его металлическая кожа начала трескаться. — Но... я...

Азуса не дала ему закончить. Её кулак встретился с его лицом, и его голова отлетела в сторону. Его тело обмякло, металлическая кожа начала тускнеть, возвращаясь в нормальное состояние.

— Конец, — тихо произнесла она, поднимаясь.

Вэйн стоял в центре двора, три стража окружали его, создавая защитный периметр. Плетельщик и Безликий стояли напротив, их ауры пульсировали.

— Ты хорошо призвал своих кукол, слепец, — произнёс Плетельщик, его пальцы зашевелились, выпуская тонкие нити. — Но мои нити разрежут их на части.

Безликий рассмеялся, его лицо на мгновение стало лицом Вэйна.

— А я стану тобой. И твои куклы не смогут отличить меня от оригинала.

Вэйн не дрогнул.

— Взор Судьи!

— Страж-мечник, цель — Плетельщик. Страж-маг, цель — Безликий.

Но Вэйн знал, что это лишь начало.

Плетельщик поднялся, его нити зашевелились, как живые змеи.

Нити Кромсателя!

Тонкие, почти невидимые нити рванулись к стражам. Мечник успел уклониться, но маг не смог — нити обвили его посох, и он упал на колени, его свет погас.

— Один есть, — усмехнулся Плетельщик.

Безликий вырвался из корней, его тело начало меняться. Сначала он стал копией стража-мечника, затем стража-мага, затем самого Вэйна.

— Теперь ты не отличишь меня от своих кукол, — его голос был таким же, как у Вэйна.

Вэйн не дрогнул.

— Страж-мечник, атакуй всех, кто выглядит как я.

Мечник рванулся вперёд, его клинок рассёк воздух. Безликий едва успел уклониться, его лицо снова начало меняться.

— Слишком медленно, — прошипел он.

Он бросился на Вэйна, его тело стало копией стража-мечника. Вэйн поднял посох, и из него вырвался голубой свет, создавая барьер. Безликий врезался в барьер, отлетел назад.

Обжигающая Святость!

От Вэйна и его стражей исходит очень яркий свет. Безликий закричал, его глаза начали гореть, он ослеп. Плетельщик закрыл глаза, его нити потеряли направление.

— Теперь! — Вэйн шагнул вперёд.

Страж-мечник телепортировался к Плетельщику, его клинок рассёк воздух. Плетельщик попытался блокировать нитями, но мечник был слишком быстр. Клинок вошёл в его грудь, и он упал на колени.

Безликий, всё ещё ослеплённый, попытался убежать, но Вэйн поднял посох.

— Корни!

Из земли вырвались корни, обвившие ноги Безликого. Он закричал, его тело начало меняться, но корни держали крепко.

— Вот и всё.

Мираж. Ясуо

Ясуо спокойно ходил по центральной площади Миража. Его зелёные глаза скользили по лицам людей, его катана была опущена, но рука лежала на рукояти — привычный жест.

Дети играли у фонтана, их смех наполнял воздух. Строители работали над школой, их молотки стучали в ритме города. Собиратели возвращались с вылазки, неся корзины с едой.

Ясуо остановился, глядя на детей. В его глазах мелькнуло что-то странное. Воспоминание о том, чего у него никогда не было.

— Господин Ясуо!

К нему подбежал стражник, его лицо было бледным, дыхание тяжёлым.

— Господин... у ворот... человек... — его голос дрожал. — От одного лишь его вида... у нас перехватило дыхание... мы с трудом убежали...

Ясуо поднял бровь.

— Человек?

— Да... он стоит у ворот... он... он не двигается... просто стоит... и смотрит...

Ясуо кивнул. Он достал из кармана маленький чёрный купол, который дал ему Акума. Он сжал его в руке, и купол треснул, рассыпаясь в чёрную пыль.

— Понятно, — произнёс он. — Покажи мне, где он.

Стражник кивнул и побежал вперёд. Ясуо последовал за ним, его шаги были бесшумными.

Когда они подошли к воротам, Ясуо увидел его.

Мужчина стоял у ворот, его спина была обращена к городу. Он был высоким, одетым в чёрное, его волосы были длинными, спутанными. Вокруг него клубилась странная, тёмная аура, от которой у стражников перехватывало дыхание.

Ясуо остановился в нескольких метрах от него.

— Кто ты? — его голос был спокойным, но в нём звенела сталь.

Мужчина усмехнулся, и воздух вокруг него начал дрожать от жара.

— Меня зовут Пирокинезис, — произнёс он, и его голос был тихим, но от него пахло гарью.

Его посох вспыхнул, и из него вырвался огненный шар, направленный прямо в Ясуо. Ясуо уклонился, но шар взорвался на земле, создав волну жара.

— Ты медленный, — усмехнулся Пирокинезис.

Он поднял посох, и под ним появился круг с огненным узором.

Пиро Зона!

Земля под Ясуо начала взрываться, огонь вырывался из-под ног, пытаясь поджечь его. Ясуо рванулся вперёд, его катана рассекла воздух.

Стиль Бессмертного: Выкачивание Жизни!

Его тело превратилось в зелёный поток, и он пронзил Пирокинезиса катаной. Но Пирокинезис лишь усмехнулся, его тело начало покрываться огнём.

Пиростазис!

Огонь окутал его, и Ясуо почувствовал, как его катана начала плавиться. Он отступил, но Пирокинезис уже атаковал.

Метка!

Над Ясуо появились десять огненных кругов, и из них вылетели лучи, поразившие его в грудь. Ясуо упал на колени, его тело начало гореть.

— Бессмертие — это проклятие, — произнёс Пирокинезис, подходя ближе. — Ты не можешь умереть, но ты можешь страдать.

Он поднял посох, и под ним появилось торнадо.

Огненное Торнадо!

Вихрь пламени окутал Ясуо, затягивая его в центр. Ясуо попытался вырваться, но огонь был слишком силён. Его тело горело, восстанавливалось, горело снова.

— Забавное зрелище.

Акума и Ари

Акума бежал через лес, его ноги покрылись тьмой, скорость возросла в десятки раз. Ари была у него на руках, её лицо прижато к его груди, она чувствовала, как ветер бьёт в них, но чёрная материя защищала её.

— Держись, маленькая ведьма, — прошептал он. — Мы почти дома.

Резонанс между ними пульсировал, передавая его тревогу, его ярость. Кто-то напал на Мираж. Кто-то посмел.

Через несколько минут они увидели стены города. И увидели его.

Гигантский столп пламени, высотой в десятки метров, окутал ворота. Внутри столпа, в центре огня, стоял Ясуо. Его тело горело, восстанавливалось, горело снова. Он не мог двигаться, не мог атаковать, он был в ловушке.

Рядом, в стороне от столпа, стоял мужчина с обгоревшим посохом. Он смотрел на Ясуо с усмешкой.

Акума остановился. Его чёрные глаза вспыхнули.

— Ари, стой здесь, не двигайся.

Он поставил её на землю и повернулся к Пирокинезису.

— Ты напал на мой город, — произнёс Акума, и воздух вокруг него начал дрожать. — Ты посмел тронуть моего воина.

Пирокинезис повернулся, его усмешка стала шире.

— А, мертвец. Я ждал тебя. Деон сказал, что ты придёшь.

— Деон, — Акума усмехнулся, и в этой усмешке не было веселья.

Его тело растворилось в чёрном дыму.

Охота.

Акума пронёсся через воздух, его скорость возросла втрое. Пирокинезис едва успел поднять посох.

Пиро Зона!

Под ним появился огненный круг, земля начала взрываться. Но Акума был уже рядом, его коса рассекла воздух.

— Слишком медленно.

Пирокинезис отступил, его тело покрылось огнём.

Пиростазис!

Огонь окутал его, создавая защитный слой. Акума ударил косой, но огонь отбросил его назад.

— Мой огонь защитит меня, ты не сможешь пробить его.

Акума поднялся, его рана уже затягивалась чёрной материей. Он рассмеялся, после чего спокойно пошёл в сторону Пирокинезиса.

— Хочешь умереть во второй раз!?

Ударив ногой по земле, Пирокинезис покрыл всё вокруг себя огнём.

— Ну же, подходи!

Акума шёл дальше, как ни в чём не бывало. Медленно, спокойно. Его тело горело, но сразу же восстанавливалось. Даже его одежда восстанавливалась с помощью чёрной материи.

— Да какого чёрта! У тебя не может быть такого сопротивления огню! Твои силы с огнём никак не связаны!

— Напали на моего союзника, а пока я помогал ему, пытались напасть на мой город. Знаешь, это меня злит.

А злить меня не стоит.

На секунду атмосфера вокруг изменилась. Никто не понял, что происходило, Ясуо уже выбрался из пламени и стоял в стороне рядом с Ари, жители слышали звуки снаружи, но боялись выходить смотреть. Но почему-то в этот момент на всех накатила тревога, которую они не могли объяснить.

— Что за...

Прямо перед лицом Пирокинезиса появились чёрные глаза, они были в ярости и выжигали его своим взглядом.

— Да что происходит!?

Акума медленно подошёл к нему, в этот момент глаза пропали. Он медленно коснулся лба Пирокинезиса.

— Возвращайся к своему хозяину.

!!!

Пирокинезис моргнул.

Он стоял посреди кабинета, его дыхание было тяжёлым, посох всё ещё сжимался в дрожащей руке. Запах гари, который преследовал его последние минуты, сменился запахом старых книг и дорогого вина.

За столом сидел Деон Вель Тэо. Его янтарные глаза были подняты от бумаг, в них читалось лёгкое раздражение.

— Ха? Что тут делаешь? — его голос был ровным, но в нём звенела сталь. — Я же отправил тебя...

Деон остановился. Его взгляд скользнул по лицу Пирокинезиса, и что-то в нём изменилось.

Пирокинезис стоял, его глаза были широко раскрыты, зрачки расширены. По его лицу катился пот, хотя в кабинете было прохладно. Его руки дрожали.

— Господин... — его голос был хриплым. — Я... я провалил задание.

Деон медленно отложил перо.

— Объясни.

Пирокинезис сглотнул. Он попытался собрать мысли, но они разбегались, словно испуганные птицы.

— Я... я дошёл до Миража. Я нашёл Бессмертного. Я... я сжёг его. Я думал, что он не сможет двигаться. Но потом... потом пришёл Акума.

Деон не произнёс ни слова, но его пальцы слегка сжались.

— Он... он был слишком быстр, — продолжил Пирокинезис. — Я использовал всё, что мог. Пиро Зона, Пиростазис, Метка... Но он... он просто шёл. Через огонь. Через всё. Его тело горело, но восстанавливалось. Одежда восстанавливалась. Он... он не чувствовал боли.

Деон медленно кивнул.

— И что произошло дальше?

Пирокинезис замолчал. Он пытался вспомнить, но воспоминания были... странными. Размытыми.

— Он... он посмотрел на меня, — прошептал он. — И потом... я здесь.

Деон нахмурился.

— Телепортация? На такое расстояние?

— Не знаю, — Пирокинезис покачал головой. — Я не помню. Я просто... я здесь.

Деон молчал несколько секунд, затем вздохнул.

— Иди отдыхай. Отправлять тебя обратно уже нет смысла. Мертвец знает, что мы пришли. В следующий раз он будет готов.

Пирокинезис кивнул, но не двигался.

— Господин... — его голос дрогнул. — Можно... можно мне уйти?

— Да, — Деон вернулся к своим бумагам. — Иди.

Пирокинезис развернулся и вышел из кабинета.

Коридор

Коридор был длинным, освещённым факелами, стены были покрыты гобеленами с гербами "Руки Правосудия". Пирокинезис шёл медленно, его ноги казались ватными.

Что-то было не так.

Он не мог понять, что именно. Голова кружилась слегка, но не сильно. Может, это от боя? Может, он просто устал?

Он сделал ещё несколько шагов, и тогда он увидел их.

Чёрные глаза.

Они были на стене, прямо перед ним. Пара чёрных глаз, без белков, без зрачков. Они смотрели на него.

Пирокинезис остановился, его сердце подпрыгнуло.

— Что... — прошептал он.

Он моргнул, и глаза исчезли.

Он стоял, тяжело дыша, его рука сжимала посох так сильно, что костяшки побелели.

— Это... это просто усталость, — прошептал он. — Просто усталость.

Он сделал ещё несколько шагов, но тревога не уходила. Она росла, как черная лоза, обвивающая его сердце.

Тем временем, Акума, Ари и Ясуо уже находились в ратуше.

— Акума, я так и не поняла, куда делся тот человек?

— Не переживай, Ари. Все уже кончено. Ясуо, ты в порядке?

— Со мной всё нормально, я же бессмертный. Подобное уже бывало.

...

— Ладно, Ари, Ясуо, идите отдыхать. Думаю, Азуса уже скоро вернётся, сейчас дел у нас нет, поговорим о произошедшем позже.

Ясуо поклонился и ушёл к себе, Ари же осталась.

— Акума, я просто хотела спросить... Точно ли всё нормально? Это было очень странно, тот парень... Он просто испарился, никакой магии, ничего, я просто моргнула, а его уже не было... Он смог как-то уйти?

— Нет, больше мы его не увидим. Я и сам не особо знаю, но это одна из моих способностей, управлять которой я не могу.

— Не можешь?

— Даже я не до конца знаю, что происходит в такие моменты, но есть кое-что, что я слышу каждый раз, как это происходит.

— Что же это?

— Слушай...

...

Комната Пирокинезиса

Он вошёл в свою комнату, закрыл дверь, прислонился к ней спиной. Его дыхание было тяжёлым, сердце колотилось.

— Это просто усталость, — повторял он. — Просто усталость.

Он подошёл к кровати, сел на край. Голова кружилась сильнее. Комната слегка покачивалась.

Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться.

Но когда он открыл их, он увидел их снова.

Чёрные глаза. На потолке. На стене. На полу. Десятки пар чёрных глаз, смотрящих на него.

— Нет... — прошептал он. — Нет, нет, нет...

Он моргнул, и глаза исчезли. Но тревога не ушла. Она усилилась.

Он встал, начал ходить по комнате. Его шаги были неровными, дыхание прерывистым.

— Это галлюцинации, — шептал он. — Это от боя. От огня. От... от...

Он не мог закончить мысль. Его разум был затуманен, словно кто-то наполнял его голову дымом.

Он подошёл к зеркалу, стоявшему в углу комнаты. Он посмотрел на своё отражение.

И увидел их.

В своём собственном отражении. В своих собственных глазах. Чёрные глаза, смотрящие на него из глубины его собственных зрачков.

— ААААААААА! — он закричал, отшатнувшись от зеркала. — НЕТ! НЕТ! НЕТ!

Он упал на колени, его руки сжимали голову. Головокружение усилилось, комната закружилась.

— Что со мной происходит!? — его голос был хриплым, полным ужаса. — Что он сделал со мной!?

Час спустя

Пирокинезис сидел в углу комнаты, его колени были подтянуты к груди, его руки сжимали голову. Его дыхание было прерывистым, глаза широко раскрыты.

Он не мог встать. Не мог двигаться. Тревога была такой сильной, что каждый мускул его тела был напряжён до предела.

Он видел их везде.

На стенах. На потолке. На полу. На своей одежде. На своих руках.

Чёрные глаза. Сотни. Тысячи. Миллионы. Они смотрели на него. Они выражали разные эмоции — презрение, насмешку, ярость, холод.

И он слышал их.

Шёпот. Сотни голосов, шепчущих одновременно. Он не мог разобрать слов, но чувствовал их смысл.

Ты слаб. Ты провалился. Ты умрёшь. Ты уже мёртв.

— Замолчите... — прошептал он. — Замолчите...

Но голоса не замолкали. Они становились громче. Ближе.

И вот, среди всех голосов выделился один, который он слышал отчётливо.

Рождённый в бездне, рождённый в тьме.

Я — тень, что идёт за тобой, Я — шёпот, что сводит с ума, Я — смерть, что смотрит в тебя, Я — конец, что приходит всегда.

Он посмотрел на свои руки и увидел, что они покрыты глазами. Его кожа была усеяна чёрными глазами, которые смотрели на него, моргали, шептали.

— НЕТ! — он закричал, пытаясь соскрести их с кожи. — НЕТ! НЕТ! НЕТ!

Он царапал свою кожу, но глаза не исчезали. Они были везде. Внутри него.

Три часа спустя

Пирокинезис сидел в углу, его тело было покрыто кровью от собственных царапин. Его глаза были широко раскрыты, но он не видел ничего, кроме чёрных глаз.

Голоса стали нестерпимыми. Они кричали, шептали, смеялись. Они были везде — в его голове, в комнате, в самом воздухе.

Он не мог отличить реальность от галлюцинаций. Он не мог отличить свой разум от чужого.

Он посмотрел на свой посох, лежащий рядом.

Сделай это, — прошептал голос. Это единственный способ остановить их.

Сделай это, — прошептал другой. Это единственный способ убежать.

Сделай это, — прошептал третий. Это единственный способ замолчать.

Пирокинезис медленно поднял посох. Его руки дрожали, но он сжал его крепче.

Он посмотрел на свои глаза в отражении посоха. Он увидел там только чёрные глаза.

— Простите... — прошептал он. — Простите...

Он вонзил посох себе в грудь.

Кровь брызнула на стену. Его тело дёрнулось, затем обмякло.

Последнее, что он увидел, прежде чем тьма поглотила его, были чёрные глаза. Тысячи чёрных глаз, смотрящих на него с презрением.

А затем... тишина.

Кабинет Деона

Деон Вель Тэо сидел за столом, когда дверь распахнулась.

Вошёл капитан, его лицо было бледным.

— Господин... — его голос дрожал. — Пирокинезис... он...

Деон поднял голову.

— Что?

— Он мёртв, — капитан сглотнул. — Он... он убил себя. В своей комнате. Посохом.

Деон молчал несколько секунд. Затем медленно отложил перо.

— Как? — его голос был тихим, но в нём звенела сталь.

— Мы не знаем, — капитан покачал головой. — Его комната... она... там были царапины на стенах. На полу. На его теле. Как будто он пытался что-то соскрести. Но... ничего не было.

Деон медленно встал. Он подошёл к окну, глядя на город.

— Мертвец, — прошептал он. — Что ты сделал?

Но ответа не последовало.

Бессмертный.

Вечер опустился на Мираж, окрашивая небо в тёмно-фиолетовые тона. Азуса вошла в ратушу, её белая одежда была покрыта пылью и пятнами крови. Она поднялась на пятый этаж, где её уже ждал Акума.

— Господин, — она коротко поклонилась. — Всё кончено. Бандиты мертвы, все шестеро с Источниками уничтожены. Вэйн просил передать это.

Она протянула сложенный лист пергамента.

«Куроши Акума. Я благодарен за поддержку в этом вопросе. Наш союз не был ошибкой. Давай будем оставаться на связи. Вэйн».

Акума усмехнулся, складывая записку.

— Хорошо. Ты отлично справилась, Азуса. Отдыхай.

— Спасибо, господин, — она кивнула и развернулась, но у двери столкнулась с Ари, которая поднималась по лестнице.

— Ари, — Азуса кивнула ей и прошла мимо.

Ари вошла в кабинет.

— Акума, мне нужно с тобой поговорить.

— Говори, — он откинулся на спинку кресла.

— Я нашла заклинание, — она достала дневник, перелистывая страницы. — Оно позволяет временно ослабить связь между нами. Чтобы мы могли уходить друг от друга дальше.

Акума приподнял бровь.

— Насколько дальше?

— На любое расстояние, — Ари подняла голову. — Но длится это около пяти дней. После чего связь восстанавливается полностью. И само заклинание часто применять не получится — после использования его нельзя применить на ту же цель в течение двух недель, потому что частое ослабление связи может навердить совместимости.

Акума задумался, его пальцы лениво постукивали по подлокотнику.

— Интересное заклинание. Где ты его нашла?

— В одной из книг Вэйна, — Ари улыбнулась. — Там было написано, что ведьмы использовали его, чтобы временно освобождаться от связи с Источниками. Это использовалось для того, чтобы стать обычным человеком, ведь тогда тебя нельзя будет отследить по следам магии. Кажется, это была распространенная вещь в то время. Я немного изменила заклинание, оно должно сработать на нашу связь.

Акума открыл рот, чтобы ответить, но дверь распахнулась, и в кабинет вошли Юма и Сэйрю. Они выглядели измотанными — одежда в пыли, лица покрыты царапинами, но в глазах горел огонёк удовлетворения.

— Господин Акума, госпожа Ари, — Сэйрю коротко поклонился. — Мы вернулись.

— Докладывайте, — Акума выпрямился.

Юма шагнул вперёд.

— Мы нашли его. Отца Ясуо.

— Где?

— В городе Иос, — Сэйрю развернул карту. — Это в трёх днях пути отсюда, на юго-востоке. Городом управляет группировка под названием "Кошки". Судя по тому, что мы узнали, жители там живут вполне нормально, а сама организация ничем кроме торговли особо не занимается.

— Мы проследили за ним, — продолжил Юма. — Он живёт в одном из своих бункеров — у него их несколько по городу. Мы видели, как он выходил ночью, направлялся в порт и возвращался обратно. Похоже, он занимается чем-то связанным с торговлей.

— Вы его видели? — Ари не могла сдержать вопрос.

— Да, — кивнул Сэйрю. — Высокий, худой, с седыми волосами. Зелёные глаза, как у Ясуо. Но в них нет ничего... человеческого. Только холод.

Акума медленно кивнул.

— Хорошо. Отличная работа. Идите отдыхать.

Юма и Сэйрю поклонились и вышли. Акума повернулся к Ари.

— Используй то заклинание.

Ари моргнула, удивлённая.

— Почему?

— Я сам нанесу визит Иосу, после чего захвачу отца Ясуо.

Сэйрю выглядел взволнованным.

— У нас нет способа убить бессмертного. Это спешка.

— Всё будет в порядке, не переживайте.

Ари колебалась, но в его глазах она увидела ту самую уверенность, которая не допускала возражений. Она кивнула.

— Хорошо. Но заклинание сложное. Мне нужно нарисовать круг.

— Тогда делай.

Ари опустилась на колени и достала из кармана мел. Её пальцы быстро вывели на полу сложный магический круг — концентрические линии, руны, символы разрыва. Когда она закончила, круг засветился слабым фиолетовым светом.

— Встань в центр, — сказала она.

Акума шагнул в круг. Ари подняла руки, её зелёные глаза вспыхнули фиолетовым светом.

Разрыв Нитей!

Из круга вырвался фиолетовый свет, окутывая Акуму. Он почувствовал, как связь между ним и Ари — та самая невидимая нить, которая связывала их всё это время — начала ослабевать.

Через несколько секунд свет погас. Акума моргнул.

— Интересно, — произнёс он. — Я всё ещё чувствую тебя, но... дальше. Словно ты где-то далеко.

— Это продлится сутки, — Ари поднялась, вытирая руки о плащ. — Потом связь восстановится.

— Отлично, — Акума усмехнулся. — Тогда я отправляюсь.

Его тело начало растворяться в чёрном дыму.

— Акума, — Ари шагнула вперёд. — Будь осторожен.

— Всегда, — его голос прозвучал уже из дыма. — Присмотри за городом, маленькая ведьма.

Чёрный дым рванулся к окну, и через мгновение Акумы не было. Ари стояла посреди кабинета, глядя на пустой круг, и чувствовала странную пустоту в груди — словно часть её ушла вместе с ним.

Странная пустота в груди не уходила. Она глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, и направилась к двери.

На лестнице она столкнулась с Юмой и Сэйрю, которые как раз направлялись к своим комнатам.

— Юма, Сэйрю, — Ари остановила их. — Погодите.

Оба обернулись.

— Как вы? Выглядите не очень.

Юма усмехнулся, потирая затылок.

— Да так, немного помотало. Пару раз наткнулись на бандитов в тех лесах, решили заодно разобраться с ними.

— Вы ранены, — Ари нахмурилась, разглядывая царапины на его лице. — Вам нужно обработать раны. Я найду кого-нибудь, кто принесёт вам ужин прямо в комнаты.

Сэйрю коротко поклонился.

— Благодарим, госпожа Ари. Мы справимся.

— Никаких "справимся", — Ари покачала головой. — Вы только что вернулись с трёхдневной вылазки. Вы сделали свою работу, теперь позвольте другим позаботиться о вас. Это не просьба.

Юма и Сэйрю переглянулись.

— Как скажете, госпожа.

— Вот и отлично, — Ари улыбнулась. — Отдыхайте.

Она развернулась и пошла вниз по лестнице. Юма и Сэйрю проводили её взглядом.

— Она... другая, — тихо произнёс Юма, когда Ари скрылась из виду.

— Да, — кивнул Сэйрю. — Не такая, как мы.

— Акуме повезло с ней, — Юма усмехнулся. — Она... она как свет в этом месте.

— Свет, который может обжечь, если не уважать, — Сэйрю усмехнулся в ответ. — Пойдём, отдохнём. Завтра будет много работы.

Они разошлись по своим комнатам.

Ари вышла из ратуши и сразу увидела Азусу. Та стояла посреди площади, отрабатывая удары по воображаемому противнику. Её кулаки рассекали воздух с такой скоростью, что за ними оставался белый след. Каждое движение было выверенным, точным, без единого лишнего жеста.

— Азуса, — Ари подошла ближе. — Ты только вернулась с задания. Отдохни.

Азуса остановилась, её белые глаза скользнули по Ари.

— Я в порядке, госпожа Ари. Для меня это нормально. Я гораздо выносливее остальных.

— Я понимаю, — Ари вздохнула. — Но даже ты не железная. Отдохни сегодня. Завтра будет много работы.

Азуса колебалась несколько секунд, затем кивнула.

— Хорошо. Если вы настаиваете.

— Настаиваю, — Ари улыбнулась. — Иди, поешь, поспи. Это приказ.

Азуса коротко поклонилась и направилась к ратуше. Ари проводила её взглядом, затем развернулась и пошла по городу.

Мираж жил. Школа на площади была уже почти достроена — оставалось только поставить двери и окна. Рядом, на соседних участках, активно шла стройка новых домов. Восстановление старых продолжалось в разных частях города — стук молотков, скрип пил, голоса строителей, все это сливалось в единую симфонию.

Стража патрулировала улицы, их доспехи тускло блестели в свете вечерних фонарей. Дети всё ещё играли у фонтана, их смех наполнял воздух. Рядом с воротами разргружали повозки, а недалеко от них были большие корзины, наполненные недавно убитой дичью, которую добыли собиратели.

Город стал чуть живее, чуть увереннее.

Полтора дня спустя. Иос.

У ворот города стояли пятеро стражников. Их лица были напряжёнными, руки сжимали мечи. Они смотрели вдаль, где на горизонте появился чёрный дым, стремительно движущийся к ним.

— Что это? — один из стражников сглотнул.

— Не знаю, — другой поднял щит. — Но выглядит... плохо.

Дым приближался с невероятной скоростью. Через несколько секунд он был уже прямо перед ними. Стражники достали мечи, подняли щиты и зажмурились, ожидая удара.

Чёрный дым остановился. Повисла тишина.

Стражники медленно открыли глаза.

Перед ними стоял мужчина. Высокий, в чёрной одежде, с длинными тёмными волосами. Его глаза были абсолютно чёрными — без белков, без зрачков. Вокруг него клубилась лёгкая дымка, но она быстро рассеялась.

— Меня зовут Куроши Акума, я из Миража. Пришёл с официальным визитом.

Стражники переглянулись. Имя было им знакомо — все слышали объявление, которое разнеслось по всему королевству полторы недели назад. Голос, который звучал в головах на расстоянии тысячи километров.

— Куроши Акума... — один из стражников сглотнул. — Глава "Бюро Возмездия"?

— Именно, — Акума усмехнулся. — Я хотел бы войти в город.

Стражники колебались несколько секунд. Затем один из них кивнул.

— Проходите.

Акума приподнял бровь.

— Так просто?

— Двери Иоса открыты для всех, — ответил стражник. — Кроме людей, связанных с организациями, с которыми воюют "Кошки". А "Бюро Возмездия" таковым не является.

— Понятно, — Акума кивнул и шагнул вперёд. — Благодарю.

Он вошёл в город. Иос был больше Миража, но менее разрушен. Улицы были чистыми, дома целыми, люди выглядели сытыми и спокойными. Всё выглядело мирно.

Он останавливал прохожих, спрашивал, где находится ратуша. Ему указывали направление, и он шёл, его чёрные глаза скользили по лицам людей, оценивая, запоминая.

У входа в ратушу его встретили шестеро стражников. Они были лучше экипированы, чем те, что стояли у ворот.

— Стой, — один из них поднял руку. — Кто ты и зачем пришёл?

— Куроши Акума, — он снова представился. — Из Миража. Хочу встретиться с главой вашей организации.

Стражники переглянулись. Имя снова сработало. Один из них кивнул двум другим, и те ушли внутрь ратуши.

Прошло несколько минут, прежде чем они вернулись.

— Госпожа Мэри примет вас, — один из стражников указал на дверь. — Проходите.

Акума вошёл внутрь.

Его привели в комнату переговоров. Это был небольшой, но уютный зал с большим столом в центре. На стенах висели карты, на столе стояли вазы с фруктами и кувшины с вином.

Акума сел на один из стульев, его чёрные глаза скользили по комнате, оценивая.

Через минуту дверь открылась, и вошла женщина.

Она была фигуристой, с длинными синими волосами. Её красные глаза сияли игривым огнём, а на губах играла лёгкая, вызывающая улыбка. Она была одета в элегантное платье, которое подчёркивало её формы, но не было вульгарным.

[[image:/storage/reader-images/4700c6955065a890c5d39a62d81bdc8ba45cdcc4.jpg]]

— Куроши Акума, я слышала о тебе. Весь мир, наверное, уже слышал.

Она подошла к столу и села напротив него, скрестив ноги.

— Меня зовут Мэри. Я руковожу "Кошками". И, должна признать, я не ожидала, что ты придёшь лично. Обычно такие, как ты, посылают своих кукол.

— Я не посылаю кукол, — Акума усмехнулся. — Я делаю всё сам.

— Это похвально, — Мэри наклонилась вперёд, её красные глаза изучали его. — Итак, зачем ты здесь?

Акума откинулся на спинку стула, его пальцы лениво постукивали по подлокотнику.

— Я расскажу, — его голос был спокойным. — "Бюро Возмездия" — это организация, которая выполняет заказы. Месть, защита, помощь. Мы берёмся за то, от чего другие отказываются. За то, что требует силы, которой у просителя нет.

Мэри приподняла бровь.

— Звучит... благородно. Но я подозреваю, что ты пришёл не за тем, чтобы рассказать мне о своей организации.

— Нет, — Акума покачал головой. — Я пришёл, потому что наша текущая цель прячется в этом городе.

Мэри нахмурилась, её игривая улыбка исчезла.

— Кто?

— Бессмертный, — Акума произнёс это слово так, словно оно было просто фактом. — Его зовут... ну, это не важно. Он высокий, худой, с седыми волосами. Зелёные глаза. У него несколько бункеров по городу, он занимается торговлей людьми. Очаровывает девушек, играется с ними, а потом продает.

Мэри медленно кивнула, её красные глаза сузились.

— Я знаю, о ком ты говоришь. Он живёт здесь уже несколько лет. Но о его делах я не знала... Ты говоришь, он бессмертный?

— Он бессмертный, — Акума подтвердил. — И я здесь, чтобы забрать его.

Мэри молчала несколько секунд, её пальцы лениво постукивали по столу.

— И что ты хочешь от меня?

— Разрешения, — Акума произнёс это просто. — Я не хочу проблем с "Кошками". Я сделаю всё вне города, если нужно. Но мне нужно знать, что вы не будете вмешиваться.

Мэри усмехнулась, и в этой усмешке была не игривость, а расчёт.

— Ты просишь разрешения убить бессмертного в моём городе?

— Я прошу разрешения забрать его, — Акума исправил. — Убить — это другая история. Но это не ваша проблема.

Мэри наклонилась вперёд, её красные глаза смотрели прямо в его чёрные.

— Ты можешь делать что хочешь. До тех пор, пока это не навредит городу. Если ты устроишь бойню на моих улицах — я лично вышвырну тебя отсюда. Понятно?

— Сомневаюсь, дорогая. В любом случае, я сделаю всё аккуратно.

— Тогда у нас есть договорённость, — Мэри откинулась на спинку стула, её игривая улыбка вернулась. А как ты вообще узнал о делах этого бессмертного?

Акума усмехнулся.

— Конфиденциальная информация.

— Что ж, справедливо. Удачи тебе. Надеюсь, ты не пожалеешь, что пришёл в мой город.

— Я никогда не жалею, — Акума поднялся. — Благодарю за разрешение, госпожа Мэри.

— Не благодари, — Мэри усмехнулась. — Просто не подведи.

Акума коротко поклонился и вышел из комнаты. Мэри проводила его взглядом, её красные глаза сузились.

— Интересно, — прошептала она. — Очень интересно.

Она поднялась и подошла к окну, глядя на город.

— Бессмертный, — прошептала она. — Посмотрим, что из этого выйдет.

Акума подошёл к канализационному люку на окраине Иоса. Его тело начало растворяться, превращаясь в чёрную, вязкую жижу, которая медленно стекла вниз, проникая в щели решётки.

Канализация была тёмной и сырой. Чёрная жижа быстро двигалась по трубам, обходя препятствия, ища путь к бункеру. Акума чувствовал магические искажения — они вели его к цели.

Через несколько минут он нашёл проход — узкий тоннель, ведущий вниз. Жижа протекла через него и оказалась в просторном помещении.

Бункер.

Чёрная масса медленно собралась в углу, формируя силуэт, но не завершая трансформацию. Акума наблюдал.

В центре комнаты, при тусклом свете факела, сидел мужчина. Высокий, худой, с седыми волосами, спадающими на плечи. Зелёные глаза, как у Ясуо. Он сидел на старом деревянном стуле, читая книгу, его катана лежала рядом на столе.

Вдоль стены стояли пять железных клеток. В трёх из них, прикованные цепями к стенам, сидели молодые девушки. Их лица были бледными, глаза пустыми.

Акума, всё ещё будучи чёрной жижей, медленно, бесшумно подкрался к нему сзади. Девушки заметили его — их глаза расширились от ужаса, но они не издали ни звука. Они видели, как чёрная масса движется, как она приближается к их мучителю, и в их глазах вспыхнула искра надежды.

Жижа собралась в тело. Акума материализовался прямо за спиной отца Ясуо, его чёрная коса уже была в руке.

Он положил руку на плечо мужчины.

Отец Ясуо медленно поднял голову. Его зелёные глаза скользнули по девушкам, затем вернулись к Акуме. Он не испугался. Он даже не удивился.

— Скоро вернусь, ждите меня.

Акума усмехнулся.

— Не переживайте, он не вернётся. А вот я вернусь.

В ту же секунду пространство вокруг них искривилось. Комната исчезла, бункер исчез, Иос исчез.

Они оказались в лесу, в нескольких километрах от города. Ночь была тёмной, луны не было видно — небо покрыто облаками. Деревья стояли чёрными силуэтами, их ветви скрипели на ветру.

Отец Ясуо осмотрелся, его зелёные глаза сузились.

[[image:/storage/reader-images/e2cbf3448c76c3570ea6c7890c8fb65419298f0d.jpg]]

— Телепортация, — произнёс он, его голос был спокойным. — Интересно. Кто ты?

— Куроши Акума, — Акума усмехнулся, его чёрные глаза сияли. — Из Миража. А ты довольно красив, учитывая твой возраст.

Отец Ясуо нахмурился, затем его глаза расширились.

— Акума... Мертвец... — он рассмеялся, и смех этот был сухим, неприятным. — Я слышал о тебе.

— А ты — отец Ясуо.

Зелёные глаза отца Ясуо вспыхнули.

— Мой сын, — произнёс он, и в его голосе прозвучало что-то похожее на презрение. — Тот, кто сбежал от меня. Тот, кто думал, что может убежать от своей крови.

— Он убежал от тебя, — Акума усмехнулся. — И пришёл ко мне. Он хочет отомстить тебе за то, что ты сделал.

Отец Ясуо рассмеялся громче.

— Отомстить? Мне? — он вытащил катану, её лезвие засветилось бледно-зелёным светом.

— Мальчишка думает, что может бросить вызов бессмертному? Это забавно.

— Он не один, — Акума поднял косу, чёрная материя начала клубиться вокруг неё. — У него есть я.

— Тогда ты умрёшь вместе с ним, — отец Ясуо сжал рукоять катаны. — Но сначала я наслажусь твоим криком.

Он рванулся вперёд, его скорость была нечеловеческой.

Стиль Бессмертного: Выкачивание Жизни!

Его тело превратилось в зелёный поток, и он пронзил Акуму катаной. Лезвие вошло в грудь, кровь брызнула на землю.

Но Акума не закричал. Он усмехнулся.

— Забавно.

Его рука схватила катану, чёрная материя обвила лезвие, останавливая его. Отец Ясуо попытался вырваться, но Акума держал крепко.

Его рана начала затягиваться чёрной материей.

Отец Ясуо отпрыгнул назад, его глаза сузились.

— Регенерация, — произнёс он. — Интересно. Но посмотрим, как быстро ты восстанавливаешься, когда я разрежу тебя на куски.

Он поднял катану над головой.

Стиль Бессмертного: Разлом Забвения!

Тёмно-зелёная энергия окутала лезвие, и он ударил по земле. Перед ним образовался глубокий разлом, длиной в двадцать пять метров, шириной в пять. Разлом рванулся к Акуме, притягивая его к центру.

Акума прыгнул в сторону, но разлом был слишком широк. Он почувствовал, как его тело начало притягиваться к центру.

Занавес.

Всё вокруг покрылось чёрным туманом. Разлом исчез из виду, но Акума чувствовал его — он был где-то рядом.

Отец Ясуо усмехнулся.

— Ты прячешься в тумане? Глупо. Я вижу тебя.

— Нет, — голос Акумы прозвучал отовсюду. — Ты не видишь меня. Я вижу тебя.

Из тумана вырвались чёрные цепи.

Оковы падших.

Цепи обвили отца Ясуо, приковав его к земле. Он попытался разорвать их, но цепи держали крепко.

Акума материализовался перед ним, его коса была направлена на его горло.

— Конец? — усмехнулся отец Ясуо. — Нет. Это только начало.

Его тело начало светиться зелёным светом. Цепи расплавились, превратившись в пепел.

Стиль Бессмертного: Круг жизни!

Позади него появился большой зелёный круг. Из него вырвалась линия энергии, ударившая Акуму в грудь. Тот отлетел назад, врезаясь в дерево.

— Слишком слабо, — Акума поднялся, его рана уже затягивалась.

Он поднял руку, его глаза стали полностью чёрными.

Давящий взор.

Отец Ясуо упал на колени, его тело придавило невидимое давление. Но он не сдался.

Стиль Бессмертного: Область жизни!

Он воткнул катану в землю, и вокруг него появилась зелёная аура. Акума почувствовал, как его скорость упала, как энергия ауры начала резать его плоть.

— Ты восстанавливаешься, — произнёс отец Ясуо, его голос был хриплым. — Но я восстанавливаюсь быстрее.

Он поднялся, его катана засветилась ярче.

Стиль Бессмертного: Зеркало Кармы!

Он застыл в защитной стойке, его катана начала светиться бледно-зелёным светом.

Акума усмехнулся.

— Ты думаешь, я попадусь на это?

Он растворился в чёрном дыму.

Охота.

Его скорость возросла втрое. Он пронёсся вокруг отца Ясуо, его коса рассекла воздух.

Отец Ясуо попытался блокировать, но Акума был слишком быстр. Коса вошла в его бок, отрезав кусок плоти.

Отец Ясуо упал на колени, его тело начало восстанавливаться.

— Ты силён, — признал он. — Но ты не можешь убить меня. Я бессмертен.

— Я знаю, — Акума материализовался перед ним. — Но я могу сделать тебе больно.

Он поднял косу, и его глаза стали полностью чёрными.

Зеркало Бездны.

Всё вокруг потемнело. Отец Ясуо оказался в абсолютной тьме, на него начали смотреть сотни глаз.

[[image:/storage/reader-images/113acc16b2a998c7411b46feff18d0177675bb97.jpg]]

На его теле начали появляться раны.

— Что это!? — его голос дрожал.

— Это конец, — произнёс Акума, его голос звучал отовсюду. — Для тебя.

Через четыре секунды способность закончилась, и весь урон был нанесён разом. Отец Ясуо упал на землю, его тело было покрыто ранами.

Но через пять секунд он начал восстанавливаться.

— Я же сказал. Я бессмертен.

Бой продолжался.

Час. Два. Три.

Отец Ясуо умирал снова и снова. Акума рубил его на куски, сжигал, разрывал цепями. Но каждый раз он восстанавливался.

Акума получал раны. Отец Ясуо попадал по нему, резал, жёг. Но каждый раз раны затягивались чёрной материей.

Лес вокруг них был разрушен. Деревья повалены, земля изрыта, воздух пропитан запахом крови и гари.

Через четыре часа непрерывной бойни отец Ясуо выглядел слегка вымотанным. Его движения стали медленнее, его дыхание — тяжелее. Он всё ещё восстанавливался, но каждый раз это занимало больше времени.

Акума же был безумен.

Он смеялся. Громко, безумно, искренне. Его чёрные глаза сияли, его коса рассекала воздух с каждым ударом.

— Ещё! — кричал он. — Давай! Покажи мне, на что ты способен!

Отец Ясуо упал на колени, его тело покрыто ранами, которые медленно затягивались.

— Ты... ты ненормальный, — его голос был хриплым. — Никто не может сражаться так долго. Никто не может...

— Я могу, — Акума рассмеялся громче. — Потому что я не человек. Я — Бесконечность.

Он поднял косу, его чёрные глаза вспыхнули.

— А теперь... конец.

Он размахнул руками, и всё вокруг покрылось тьмой.

Они оказались в полностью чёрном измерении. Не было ни света, ни звука, ни воздуха. Только тьма. Абсолютная, непроглядная тьма.

Но потом начались шёпоты.

Сотни голосов, шепчущих одновременно. Они звучали отовсюду — слева, справа, сверху, снизу. Они шептали на разных языках, разными голосами, но все они говорили одно:

Ты слаб. Ты умрёшь. Ты уже мёртв.

Вдалеке начали выглядывать глаза. Чёрные глаза. Тысячи чёрных глаз, смотрящих на отца Ясуо.

Отец Ясуо осмотрелся, его зелёные глаза сузились.

— Что это? — его голос дрожал.

— Это моя бездна, — голос Акумы прозвучал отовсюду. — Место, где я был рождён. Место, откуда я пришёл.

Он материализовался перед отцом Ясуо, его чёрные глаза сияли.

— За время нашего боя я досконально изучил тебя, — произнёс он. — Я изучил все твои способности, все твои паттерны, все твои слабости. И я понял одну вещь.

Он усмехнулся.

— У тебя нет способа выбраться отсюда самому.

Из тьмы вырвались чёрные цепи. Они летели издалека, быстро, неотвратимо. Отец Ясуо попытался уклониться, но цепи были слишком быстры.

Они обвили его тело, приковав к невидимой стене. Цепи тянули его всё дальше, вглубь тьмы, пока он не оказался в полностью чёрной клетке.

Цепи приковали его к стене, вход покрылся чёрной материей, запечатывая его внутри.

Акума появился рядом с клеткой, его чёрные глаза смотрели на отца Ясуо с презрением.

— Теперь тебе придётся находиться здесь вечность, — произнёс он. — В моей бездне. В месте, откуда нет выхода. Где нет света. Где нет звука. Где есть только ты и шёпоты.

Отец Ясуо рванулся, пытаясь разорвать цепи, но они держали крепко.

— Ты не можешь держать меня вечно! — его голос был хриплым, полным ярости. — Я бессмертен! Я вернусь!

— Нет, — Акума усмехнулся. — Ты не вернёшься. Потому что здесь нет времени. Здесь нет пространства. Здесь есть только ты. И бездна.

Он повернулся, его тело начало растворяться в чёрном дыму.

— Скоро Ясуо навестит тебя. Думаю, у него есть что сказать своему папаше.

Акума исчез, и отец Ясуо остался один.

Акума вернулся в бункер.

Чёрная материя растворилась, и он оказался в той самой сырой, тёмной комнате. Три клетки всё ещё стояли у стены. В них сидели девушки, прикованные цепями.

Они смотрели на него с ужасом и надеждой одновременно. Они видели, как он исчез с их мучителем. И видят, что вернулся только он.

Из рук Акумы вырвалась чёрная материя, за несколько секунд она растворила замки, открыла двери и уничтожила цепи, которые сковывали девушек.

— Выходите, — произнёс он тихо.

Девушка быстро вышли из камер, еле стоя на ногах. Они упали на колени, а их руки дрожали

— Б-благодарю... — произнесла одна из них, её голос был хриплым, она давно не говорила. — Благодарю вас...

— Мы... мы готовы на всё, — сказала другая, самая старшая, лет двадцати. — Если вы дадите нам жить... мы сделаем всё, что вы скажете.

— Абсолютно всё, — добавила вторая, моложе, лет шестнадцати. — Пожалуйста...

Акума посмотрел на них. Их лица были бледными, одежда рваной и грязной. Они были истощены, напуганы, сломлены.

— Я глава другой организации, — произнёс он, его голос был спокойным. — "Бюро Возмездия". Мы выполняем заказы. А этот мужчина стал нашей целью.

Девушки кивнули, их глаза наполнились слезами.

— Я собираюсь расширить ратушу в Мираже, — продолжил Акума. — Мне понадобятся служанки, которые будут следить за порядком. Готовить еду, убирать, следить за чистотой. Работа не сложная, но ответственная.

Девушки переглянулись. Они явно ожидали худшего, а не простое предложение работы

— Вы... Почему вы помогаете нам? — сказала вторая девушка, смотря прямо на Акуму.

— Вы были в плену, ваша жизнь была ужасной. Мне нужны люди, вы подходите. Я лишь предлагаю вам работу и крышу над головой. Ваше дело согласиться или отказаться. Если не хотите, я могу просто отпустить вас.

— Мы... мы согласны! — воскликнула третья девушка, самая молодая, лет пятнадцати. — Мы будем работать! Мы готовы выполнять любые приказы! Любые!

Акума приподнял бровь.

— Я не знаю, на что вы намекаете, говоря “любые” — произнёс он, и в его голосе прозвучала лёгкая усмешка. — Но все ваши обязанности будут заключаться в том, чтобы сохранять ратушу чистой и готовить еду. Это всё.

Девушки замерли. Они посмотрели на него, их глаза расширились.

— П-просто... готовить и убирать? — прошептала старшая.

— Именно, — Акума кивнул. — Больше ничего не требуется.

Девушки начали плакать. От облегчения. Они упали на колени, их слёзы текли по грязным щекам.

— Благодарим... благодарим вас... — шептали они. — Благодарим...

— Ну что вы, красавицы, не плачьте, — произнёс он, его голос стал мягче. — Всё будет в порядке.

Он подошёл ближе и тоже сел на колени, оказавшись на одном уровне с ними. Затем он размахнул руками и обнял всех троих.

Девушки замерли, не ожидая такого жеста. Они посмотрели ему в глаза — в его чёрные, бездонные глаза, в которых не было ни жестокости, ни презрения. Только... спокойствие.

— Не пугайтесь, — произнёс он тихо. — Не переживайте. Всё позади. Вы в безопасности.

Он поднялся и протянул им руки.

— Пойдёмте. Я отправлю вас в Мираж.

Девушки поднялись, их ноги всё ещё дрожали, но они держались. Они взяли его за руки, и он повёл их из бункера.

У входа в ратушу Кошек их встретили те же шестеро стражников. Они посмотрели на Акуму, затем на девушек — грязных, в рваной одежде.

— Э-э... господин Акума, — один из стражников сглотнул. — Кто эти...

— Это служанки, — Акума произнёс это так, словно это было самое естественное объяснение в мире. — Они будут работать в ратуше Миража.

Стражники переглянулись. Они не знали, что делать. Немного помолчав, они решили, что всё в порядке.

— Хорошо, — один из стражников кивнул. — Проходите.

Они вошли в ратушу. Стражники проводили их до комнаты переговоров, где их уже ждала Мэри.

Она сидела за столом, её красные глаза скользнули по Акуме, затем по девушкам. Её игривая улыбка стала шире.

— Ну что, удалось?

— Да, — Акума кивнул. — Заказ выполнен. Ущерба городу не нанесено.

— Отлично, — Мэри откинулась на спинку стула. — И что теперь?

— У меня есть просьба, — Акума указал на девушек. — Можешь ли ты организовать, чтобы их доставили в Мираж на каретах?

Мэри приподняла бровь.

— Неужели тебе не хватает женского внимания? — её голос был игривым. — Я думала, ты более... сдержанный.

— Не неси бред, — Акума пресёк её шутку, его голос был холодным. — Это служанки для ратуши. Они были пленницами. Я освободил их. Теперь они будут работать у меня.

Мэри усмехнулась, но в её глазах мелькнуло уважение.

— Понятно, — она поднялась. — Я могу это организовать. Кареты будут готовы через пару часов, я попрошу своих служанок помочь им помыться и покормлю их. В карете у них тоже будет еда, голодными сидеть не будут.

Акума посмотрел на девушек. Они стояли, прижавшись друг к другу, их глаза были полны страха. Они не знали, что их ждёт. Они не знали, кому доверять.

— Мэри, — Акума повернулся к ней. — Пусть их везут другие девушки. Женщины. Им будет страшно ехать с незнакомыми мужчинами несколько дней.

Мэри кивнула.

— Разумно, — она усмехнулась. — Я найду подходящих.

Она подошла ближе и смотрела прямо в глаза Акумы.

— Знаешь, — её голос стал тише. — Может, будем оставаться на связи? Это не предложение союза, но... намёк.

Акума усмехнулся.

— "Бюро Возмездия" принимает заказы отовсюду, — произнёс он. — Если тебе понадобится помощь, можешь обратиться к нам. И... — он сделал паузу. — На первый заказ тебе полагается скидка за сотрудничество.

Мэри рассмеялась.

— Учту, мертвец. Учту.

— Почему же все называют меня мертвецом?

Акума повернулся к девушкам.

— Вас отправят в Мираж, — произнёс он, его голос стал мягче. — Там вы приступите к работе. Не переживайте, вас доставят в безопасности.

Девушки снова начали плакать. Они подошли к нему и упали на колени.

— Благодарим... благодарим вас... — шептали они. — Вы спасли нас...

— Хватит плакать, — Акума протянул им руки, помогая подняться. — Всё будет хорошо. Никто вас там не обидит.

Девушки кивнули, их слёзы текли по щекам, но в глазах уже не было страха. Только благодарность.

Акума повернулся к Мэри.

— Благодарю за помощь, госпожа Мэри.

— Я не люблю слушать благодарности, просто не забывай об этом.

Акума коротко поклонился и вышел из комнаты. Девушки остались с Мэри.

Акума вышел за ворота Иоса. Он посмотрел на стражников, стоявших у ворот.

— Передавайте привет вашей госпоже, — произнёс он. — И скажите, что "Бюро Возмездия" всегда открыто для сотрудничества.

Стражники кивнули, не зная, что ответить.

Акума сделал шаг вперёд, и его тело начало растворяться в чёрном дыму. Через несколько секунд от него не осталось ничего — только чёрный дым, который стремительно рванулся в небо и исчез на горизонте.

Мэри и остальные девушки смотрели в одно из окон, когда увидели в небе дым,

— Кто... кто он? — прошептала самая молодая.

— Не знаю, — ответила старшая. — Но он спас нас.

Спустя сутки, Мираж.

Акума материализовался в кабинете на пятом этаже ратуши. Ари сидела за столом, читая одну из книг Вэйна. Она подняла голову, её зелёные глаза расширились.

— Акума! — она поднялась. — Ты вернулся!

— Да, — он усмехнулся. — И выполнил заказ.

— Как прошло?

— Успешно, — Акума подошёл к окну, глядя на город. — Отец Ясуо теперь в моей бездне. Навсегда.

Ари моргнула.

— В твоей... бездне?

— Да, — Акума кивнул. — Я создал для него клетку. Место, откуда нет выхода. Где нет времени. Где есть только он и шёпоты.

Ари посмотрела на него с недоумением.

— Это... жестоко, — произнесла она тихо.

— Это справедливо, — Акума усмехнулся. — Он мучил невинных годами. Он продавал женщин в рабство. Он был бессмертен, и это давало ему чувство всевластия.

Ари молчала, обдумывая его слова.

— Было ли что-то ещё?

— У него в плену было три девушки, я освободил их и отправил сюда, в Мираж. Они будут работать служанками в ратуше, когда прибудут на каретах. Я договорился с главой того города, чтобы их привезли.

Ари кивнула.

— Это... хорошо, — произнесла она. — Ты спас их. Да и служанки нам не помешают

Он подошёл к ней.

— Город в порядке?

— Да, — Ари кивнула. — Мидред следит за стражей, Байрон продолжает стройку, Лина разбирается с заявками. Всё под контролем. Желающих работать становится больше.

— Отлично, — Акума усмехнулся. — Тогда завтра поговорим с Ясуо. У него будет... сюрприз.

Ари кивнула, её глаза сузились.

— Ты собираешься показать ему отца?

— Именно.

Он повернулся к двери.

— Иди отдыхай, маленькая ведьма. Завтра будет много работы.

— Спокойной ночи, Акума, — Ари улыбнулась.

— Спокойной ночи, Ари.

Он вышел, оставив её одну в кабинете. Ари посмотрела в окно, глядя на ночное небо.

Наступила тишина.

В бездне.

Ари лежала в своей кровати, глядя в потолок и думая про Акуму.

Кто он на самом деле? Она видела его силу, его жестокость, его безумие в бою. Но она также видела, как он заботился о ней, как он дал новую жизнь жителям Миража.

Она закрыла глаза, пытаясь уснуть. Резонанс между ними пульсировал мягко, словно колыбельная.

И тогда она увидела его снова.

Темнота. Абсолютная, непроглядная темнота, в которой не было ни единого источника света.

Холод.

Запах. Запах крови, гнили, мочи и страха. Запах места, где люди переставали быть людьми.

Маленький мальчик. Двенадцать лет. Худой до невозможности, его рёбра выпирали сквозь кожу, как у скелета. Его тёмные волосы слиплись от крови и пота, свисая грязными прядями. Его кожа была покрыта ранами — глубокими, кровоточащими, некоторые из них уже начали гноиться.

Из его ушей, носа, рта и глаз текла кровь. Густая, тёмная кровь, которая капала на каменный пол, образуя лужи. Его глаза были полузакрыты, белки покраснели, веки опухли от бесконечных слёз.

Он сидел на полу, прикованный цепями к стене, словно мёртв. Но он был жив. К сожалению, он был жив.

Стальная дверь заскрипела. Медленно, со скрежетом, она отворилась, и в темницу вошёл слабый свет от факела. Но даже этот слабый свет резал глаза, привыкшие к темноте.

Маленький Акума медленно, кое-как поднял голову. Его движения были вялыми, словно каждое действие требовало нечеловеческих усилий.

В дверь вошла женщина. Та самая. Высокая, худая, с седыми волосами, собранными в строгий пучок. Её лицо было морщинистым, но не добрым. В её глазах не было жалости — только холодная, расчётливая отстранённость. На её одежде был вышит символ, который Ари знала слишком хорошо. Перечёркнутый глаз, вписанный в треугольник. Символ клана Вэйлен. Её клана.

Женщина подняла руку, и из её ладони вырвался мягкий голубой свет. Свет коснулся тела маленького Акумы, и некоторые его раны начали затягиваться. Не все — только самые опасные, те, что могли убить его в ближайшие часы.

Маленький Акума вздохнул. Ему стало чуть легче. Чуть-чуть.

— Встань, — произнесла женщина. Её голос был ровным, почти ласковым. — У меня для тебя новость.

Маленький Акума медленно поднялся.

— Ты настаивал уже несколько месяцев, — женщина усмехнулась. — Увидеть маму. Что ж, сегодня я решила исполнить твоё желание.

Глаза маленького Акумы расширились. В них вспыхнул свет — тот самый детский свет, который не должен гаснуть даже в аду.

— М-мама? — его голос был хриплым, он давно не говорил. — Я... я увижу маму?

— Да, — женщина кивнула. — Пойдём.

Она расковала его цепи, и маленький Акума, шатаясь, последовал за ней. Его ноги были слабыми, он спотыкался, но не останавливался. Он шёл, его сердце колотилось, его дыхание было прерывистым.

Они прошли по длинному, тёмному коридору, миновали несколько дверей, и наконец остановились перед ещё одной темницей. В этой темнице, в железной клетке, сидела женщина.

Женщина с длинными, чёрными волосами, которые спадали на плечи грязными, спутанными прядями. Её лицо было бледным, измождённым, но в нём всё ещё читалась красота — та красота, которая когда-то была. Её глаза были обмотаны грязной повязкой, пропитанной засохшей кровью.

На ней тоже ставили эксперименты. Глаз у неё больше не было.

— Мама! — маленький Акума бросился к клетке, его руки схватили прутья. — Мама! Это я! Это я, Акума!

Женщина в клетке вздрогнула. Её голова медленно повернулась в его сторону, и в этот момент в ней словно ожила вторая жизнь. Вся её усталость, вся её боль исчезли, уступив место чистой, материнской радости.

— Акума! — её голос был хриплым, но в нём звучала такая сила, такая любовь, что у Ари, стоявшей где-то на краю этого воспоминания, перехватило дыхание. — Акума, мой мальчик! Мой маленький мальчик!

— Тише, — женщина-ведьма нахмурилась. — Не кричи так.

Она открыла клетку и буквально бросила туда маленького Акуму. Тот упал на колени, но тут же бросился в объятия матери.

Они обнялись. Крепко, отчаянно, словно боялись, что это последний раз. Маленький Акума плакал, его слёзы смешивались с кровью на его лице. Его мать гладила его по волосам, целовала его в лоб, в щёки, в руки.

— Мой мальчик, мой маленький мальчик, — шептала она. — Ты совсем исхудал, я чувствую твои кости... Как они могли... как они могли так с тобой поступить...

— Мама, я так скучал, — маленький Акума рыдал. — Я так хотел тебя увидеть... Я думал, ты умерла...

— Нет, мой мальчик, нет, — она прижала его к себе. — Я здесь. Я жива. Я всегда буду рядом с тобой. Всегда.

— Они делают мне больно, мама, — его голос дрожал. — Они режут меня, жгут меня... И этот странный свет, который они суют мне в голову... Я не хочу больше... Я не хочу...

— Я знаю, мой мальчик, я знаю, — её голос был мягким, но в нём звучала сталь. — Но ты должен держаться. Ты должен быть сильным. Ты — мой сын. Ты — самый сильный мальчик на свете.

— Я хочу домой, мама, — он плакал. — Я хочу уйти отсюда...

— Мы уйдём, мой мальчик, — она гладила его по волосам. — Обещаю тебе. Мы уйдём. Но сейчас ты должен быть сильным. Ради меня. Ради нас.

Они сидели так долго. Маленький Акума рассказывал ей о боли, о страхе, о том, как он боялся, что никогда больше её не увидит. Его мать слушала, гладила его по волосам, шептала ему слова любви, слова надежды, слова, которые должны были дать ему силы.

— Ты знаешь, — она улыбнулась, хотя он не мог этого видеть. — Когда ты родился, я посмотрела в твои глаза и поняла, что ты — самое прекрасное, что случилось в моей жизни. Ты — мой свет. Мой единственный свет в этой тьме.

— Мама, я боюсь, — он прижался к ней. — Я боюсь, что они убьют тебя...

— Не бойся, мой мальчик, — она поцеловала его в лоб. — Они не посмеют забрать меня у тебя. Я не позволю им, я буду с тобой.

Они провели вместе несколько часов. Несколько часов, которые были для маленького Акумы всем — всем счастьем, всей любовью, всей надеждой, которая у него осталась.

А потом дверь открылась снова.

— Время вышло, — женщина-ведьма вошла в клетку. — Пойдём.

— Нет! — маленький Акума вцепился в мать. — Нет! Не забирайте меня! Пожалуйста!

— Акума, мой мальчик, — его мать прижала его к себе. — Всё будет хорошо. Я буду здесь. Я всегда буду здесь.

— Нет! — он кричал, пытаясь вырваться из рук женщины. — Мама! Мама!

Женщина схватила его за руку и потащила к двери. Маленький Акума сопротивлялся, кричал, плакал, но его слабое тело не могло противостоять её силе.

Его мать начала кричать.

— Не забирайте его! — её голос был полным отчаяния. — Пожалуйста! Не забирайте моего мальчика! Он всего лишь ребёнок! Пожалуйста!

Но её никто не слушал.

Она кричала и кричала, кричала и кричала, её голос разрывался, её руки тянулись к сыну, но цепи держали её крепко.

В конце концов женщине-ведьме это надоело.

— Заткнись, — она повернулась к матери Акумы. — Заткнись, или я тебя накажу.

Но мать не замолкала. Она продолжала кричать, умолять, плакать.

И тогда женщина начала её бить.

Удар за ударом. Кулаком по лицу. По животу. По голове. Мать Акумы падала на пол, но продолжала кричать, продолжала тянуться к сыну.

— Мама! — маленький Акума кричал, пытаясь вырваться. — Не бейте маму! Пожалуйста! Не бейте!

Но женщина не слушала. Она била и била, её лицо было искажено гневом, её кулаки оставляли синяки и кровь на лице матери Акумы.

— Я притащила его сюда, потому что он только об этом и твердит уже какой месяц! Знала, что вы устроите тут комедию, заткнитесь, оба! Особенно ты, сука, а то я убью тебя и сына ты увидишь на том свете!

И в этот момент внутри маленького Акумы что-то поменялось.

Он был растерян. Он боялся. Он был всего лишь ребёнком, двенадцатилетним мальчиком, который видел, как его мать избивают. Он боялся, что она умрёт. Он боялся, что потеряет единственное, что у него осталось.

Но в этот момент, всего на мгновение, всё поменялось.

Его страх сменился гневом.

Не детским гневом. Не гневом ребёнка, которого обидели. Это был гнев чего-то древнего, чего-то тёмного, чего-то, что было старше его самого.

Он поднял голову, его глаза сузились.

— Я сказал, отпусти маму.

Его голос был тихим. В этот момент его глаза стали полностью чёрными. Без белков. Без зрачков. Абсолютно чёрными.

Женщина-ведьма замерла. Она отступила на шаг, её глаза расширились.

— Что... — она моргнула. — Что я только что...

Она посмотрела на маленького Акуму, но его глаза уже были нормальными.

— Мне показалось, — она покачала головой. — Наверное, мне показалось.

Она оставила мать Акумы, лежащую на полу, и схватила маленького Акуму за руку.

— Пойдём, — её голос дрожал. — Пойдём обратно.

Она потащила его обратно в его темницу, заковала в цепи и ушла, закрыв дверь.

Маленький Акума остался один. В темноте. В холоде. В боли.

Но что-то в нём уже изменилось.

Женщина-ведьма шла по коридору, её сердце колотилось. Она не могла понять, что произошло. Почему она испугалась? Почему ей показалось, что...

И тогда она почувствовала это.

Странное чувство тревоги. Дискомфорт. Словно кто-то смотрел на неё. Словно кто-то был рядом.

Она остановилась, огляделась. Коридор был пуст. Никого.

— Глупости, — она покачала головой. — Я уже с ума схожу с этими отбросами.

Она пошла дальше.

Но чувство не уходило. Оно усиливалось. С каждым шагом, с каждым мгновением.

И тогда она увидела их.

Чёрные глаза.

Они были на стене. Пара чёрных глаз, без белков, без зрачков. Они смотрели на неё.

Она остановилась.

— Что... — она моргнула.

Глаза исчезли.

Она пошла дальше, но тревога не уходила. Она росла, как чёрная лоза, обвивающая её сердце.

Она вошла в свою комнату, закрыла дверь, прислонилась к ней спиной.

И тогда она увидела их снова.

Чёрные глаза. На потолке. На стене. На полу. Десятки пар чёрных глаз, смотрящих на неё.

— Нет... — она прошептала. — Нет, нет, нет...

Она моргнула, и глаза исчезли. Но тревога не ушла. Она усилилась.

Она начала ходить по комнате, её шаги были неровными, дыхание прерывистым.

— Это галлюцинации... — шептала она.

Она не могла закончить мысль. Её разум был затуманен, словно кто-то наполнял её голову дымом.

И тогда она услышала их.

Шёпот. Сотни голосов, шепчущих одновременно. Они звучали отовсюду — слева, справа, сверху, снизу.

Ты будешь наказана, ты умрёшь, ты поплатишься.

— Замолчите... — она прошептала. — Замолчите...

Но голоса не замолкали. Они становились громче. Ближе.

Она подошла к зеркалу, стоявшему в углу комнаты. Она посмотрела на своё отражение.

И увидела их.

В своём собственном отражении. В своих собственных глазах. Чёрные глаза, смотрящие на неё из глубины её собственных зрачков.

— ААААААААА! — она закричала, отшатнувшись от зеркала. — НЕТ! НЕТ! НЕТ!

Она упала на колени, её руки сжимали голову.

Прошёл час. Может быть, два. Она не могла встать. Не могла двигаться. Тревога была такой сильной, что каждый мускул её тела был напряжён до предела.

Она видела их везде.

Чёрные глаза. Сотни. Тысячи. Миллионы. Они смотрели на неё. Все они смотрели на неё с презрением, с холодом.

И она слышала их.

Шёпот. Сотни голосов, шепчущих одновременно. Они кричали, шептали, смеялись. Они были везде — в её голове, в комнате, в самом воздухе.

И вот, среди всех голосов, выделился один. Тихий, детский, но полный такой силы, что у неё закружилась голова.

Не надо было обижать мою маму.

Она подняла голову, её глаза были широко раскрыты.

Прямо перед ней, в воздухе, появились чёрные глаза. Не на стене. Не на потолке. В воздухе. Они смотрели на неё в ярости.

Она открыла рот, чтобы закричать, но не успела.

Через секунду её голова взорвалась.

На ровном месте. Просто... взорвалась.

Кровь, кости, мозги — всё это разлетелось по комнате, покрывая стены, пол, потолок.

Её тело упало на пол, безголовое, дёргаясь в предсмертных судорогах.

А затем... тишина.

...

Позже её нашли другие ведьмы. Они сверили её передвижения и поняли, что она должна была быть в своей комнате.

Они открыли дверь и увидели её тело. Безголовое. Покрытое кровью.

— Что... что произошло? — одна из ведьм побледнела.

— Не знаю, — другая осмотрелась. — Но посмотрите... комната покрыта кровью.

— Но кто... кто мог это сделать?

Они осмотрели комнату. Никаких следов магии. Никаких следов борьбы. Только кровь и безголовое тело.

— Наверное, это он, — одна из ведьм прошептала. — Мальчик.

— Что? — другие посмотрели на неё.

— Я видела, как она смотрела на него сегодня. Она сказала, что его глаза стали чёрными. На мгновение. Она подумала, что ей показалось.

— Ты думаешь... он пробудил Источник?

— Не знаю, — ведьма покачала головой. — Но если да... это может быть как плохо, так и хорошо.

— Плохо? Почему?

— Потому что если он пробудил Источник, он может сопротивляться. Может стать опасным.

— А хорошо?

— Потому что если он пробудил Источник, мы можем использовать его в наших целях. Его сила может быть...

Она не закончила фразу. Она посмотрела на безголовое тело женщины-ведьмы, на кровь, покрывающую стены.

— Мы должны быть осторожны, — она прошептала. — Очень осторожны.

Две ведьмы сразу же направилась к Акуме, одна из них схватила маленького Акуму за волосы, чтобы посмотреть ему в глаза. Они были обычными, за исключением того, что его зрачки стали полностью чёрными.

— Он пробудился. Надо больше цепей. И больше никаких визитов к матери.

— Так и сдела...

— Никаких визитов... К матери?

Маленький Акума смотрел ведьме прямо в глаза, что-то в них начало меняться. В данный момент это уже был не Акума.

— Я хочу видеть маму. Если ты будешь запрещать мне, то ты не нужна.

Его глаза стали абсолютно черными, в ту же секунду ведьма, которая держала Акуму за волосы, взорвалась. Её тело разлетелось на куски по всей камере.

— Что... Что произош... БОЖЕ!

Вторая ведьма сразу же рванула к выходу.

— Ты хотела сказать “так и сделаем”, ты тоже не нужна.

Тело второй ведьмы тоже разлетелось на куски. В этот момент все остальные ведьмы, которые находились в здании, услышали голос Акумы в голове.

Если вы не будете давать мне видеться с матерью, я вас всех уничтожу.

Трое ведьм сразу же прибежали к нему в камеру, где увидели кровь, которая была повсюду, вместе с кожей, одеждой и костями. Одна из ведьм отшатнулась, её руки дрожали. Она посмотрела на кровь, на останки, на маленького мальчика, который сидел посреди этого ада с абсолютно чёрными глазами.

— Это... это невозможно... — прошептала она.

— Молчи, — старшая ведьма схватила её за плечо. — Сейчас не время для паники.

Старшая подошла к Акуме.

— Ты хочешь видеть маму чаще?

— Да, хочу.

— Хорошо, мы так и сделаем...

Услышав это, глаза Акумы сразу же стали нормальными. Он моргнул, словно просыпаясь, и посмотрел вокруг. Увидел кровь. Увидел останки.

Его лицо исказилось.

— Мама... — прошептал он.

И потерял сознание.

...

— Время от времени будет давать ему видеть маму, чтобы держать в узде.

Одна из ведьм возразила.

— Держать в узде!? Он монстр! Он всех нас убьёт! Нам надо уничтожить его сейчас, пока он без сознания!

— Ты действительно хочешь попробовать!? Нет никаких гарантий, что он не проснется и не убьет нас здесь и сейчас! Даже если мы убьем, его только появившаяся мана может вырваться наружу и разрушить всё! Он же только пробудился, он сейчас нестабилен, нам надо быть аккуратными! Будет давать ему видеться с мамой. Когда его мана стабилизируется, продолжим эксперименты. За это время нам надо сломить его, чтобы он даже не думал давать отпор! Разговор окончен, уходите. Надо будет прислать кого-то, чтобы убрались тут...

Ведьмы в спешке покинули камеру Акумы и ушли прочь.

...

Ари проснулась.

Она села на кровати, тяжело дыша. Её руки дрожали.

Сон. Это был сон. Но она знала, что это был не просто сон. Это было воспоминание. Воспоминание Акумы.

Она видела его ребёнком. Она видела его мать. Она видела, что с ними сделали. Она видела, как он пробудил свою силу.

И она видела, как он впервые убил.

Ари закрыла лицо руками, и слёзы потекли между её пальцами. Она не могла остановить их.

Её клан. Её предки. Они сделали это. Они мучили ребёнка. Они мучили его мать. Они заставили его пробудить силу, которая убивала.

Акума был не просто монстром. Он был жертвой. Жертвой, которая стала монстром.

Она подняла голову, глядя в темноту комнаты. Где-то за стеной, в своей комнате, был Акума. Он, наверное, не спал. Он никогда не спит.

Она хотела пойти к нему. Хотела обнять его. Хотела сказать, что ей жаль. Что она не виновата, но чувствует вину. Что она хочет помочь ему забыть.

Но она не пошла.

Она осталась сидеть на кровати, обхватив колени руками, и смотрела в темноту.

Она поняла одну вещь.

Акума не был сильным, даже сейчас он не силён. Он сломлен. Сломлен настолько, что на его лице больше нет ни страха, ни тревоги. Его душа была растоптана, а разум уничтожен.

И она, Ари Вэйлен, последняя из клана Вэйлен, была связана с ним. Навсегда.

Она не знала, что с этим делать. Она не знала, как ему помочь. Но она знала одно.

Она не бросит его.

Никогда.

Мия.

Утро пришло мягко, проливая бледный свет сквозь уцелевшие витражи пятого этажа. Акума вошёл в комнату Ари, готовый разбудить её привычным, слегка насмешливым тоном, но остановился на пороге.

Она уже не спала. Ари сидела на краю кровати, обхватив колени руками, её тёмно-фиолетовые волосы были растрёпаны, а под глазами залегли глубокие тени. Она плакала.

— Ари, — тихо произнёс он.

Она подняла голову.

— Доброе утро, — её голос был хриплым. — Я... я видела сон.

Акума не ответил. Он не спрашивал, какой именно сон. Кажется, он и так знает.

— Одевайся. — произнёс он, его голос был спокойным.

Ари кивнула, поднимаясь. Её ноги дрожали, но она заставила себя двигаться.

Они спустились на первый этаж ратуши, где их уже ждал Ясуо. Бессмертный стоял у окна, его зелёные глаза были обращены к городу, но в них не было ни спокойствия, ни скуки — только напряжение.

— Господин Акума, госпожа Ари, — он коротко поклонился.

— Ясуо, — Акума остановился перед ним. — Я нашёл его.

Зелёные глаза воина вспыхнули.

— Где?

— В моём личном измерении, — Акума произнёс это так, словно говорил о погоде. — В бездне, откуда нет выхода. Он прикован цепями к стене. Он будет там вечно.

Ясуо замер. Его рука сжалась в кулак, затем разжалась.

— Я... — его голос дрогнул. — Я могу... поговорить с ним?

— Именно для этого я его и поймал, — Акума усмехнулся. — Скажи вслух, что хочешь выйти, когда закончишь. И я верну тебя обратно.

Ясуо кивнул, его лицо было каменным, но в глазах читалась буря.

— Благодарю вас, господин. За то, что выполнили обещание.

— Не благодари, — Акума махнул рукой. — Это был заказ.

Он поднял руку и коснулся лба Ясуо. Его пальцы вспыхнули чёрным светом.

— Просто скажи вслух, когда закончишь.

Пространство вокруг Ясуо искривилось. Его тело начало растворяться, и через мгновение его не стало.

Акума опустил руку.

Ари стояла в стороне, её руки дрожали. Она смотрела на Акуму, и никак не могла развидеть того двенадцатилетнего мальчика. Она видела его мать, слепую и избитую. Она видела, как он впервые убил.

Она сделала шаг вперёд.

Затем ещё один.

И обняла его.

Акума замер. Его чёрные глаза расширились, его руки повисли вдоль тела. Он не привык к таким жестам. Он не помнил, когда последний раз кто-то обнимал его по своей воле.

Но он не отстранился.

Медленно, почти неохотно, его руки поднялись и легли ей на спину. Он лишь аккуратно положил руки, словно боялся сломать её.

Они стояли так долго. В тишине. В полумраке ратуши. Без слов.

Ари чувствовала, как его тело напряжено, как его дыхание ровное, но не спокойное. Она чувствовала, как Резонанс между ними пульсирует, передавая её эмоции — жалость, понимание, решимость.

Она не знала, сколько это длилось. Минуту. Пять. Может быть, больше.

Но потом дверь распахнулась, и в кабинет вбежал Мидред, его лицо было бледным.

— Господин Акума! Госпожа Ари! — его голос дрожал. — К воротам пришла гвардия королевы! Два десятка воинов! Они требуют аудиенции!

Ари вздрогнула, отстраняясь от Акумы. Её щёки слегка порозовели, но она тут же взяла себя в руки.

Акума же не выглянул удивлённым. На его губах играла лёгкая, заинтересованная улыбка.

— Королевы? — произнёс он. — Интересно. Пустите их.

— Господин, — Мидред сглотнул. — Это не обычная стража. Это... это гвардия. Элитная.

— Я понял, Мидред, — Акума усмехнулся. — Пустите их.

Через несколько минут ворота Миража распахнулись, и в город вошла гвардия.

Два десятка воинов, одетых в сверкающие белые доспехи, с длинными копьями и мечами. Их лица были скрыты шлемами, их шаги были синхронными, а одно лишь присутствие давило на воздух.

Впереди шёл их главный.

Высокий мужчина, выше всех остальных. Его доспехи были полностью закрытыми — даже лица не было видно. Белый плащ развевался за его спиной, на его груди был вышит символ: корона, окружённая десятью звёздами.

Он остановился посреди площади, его шлем повернулся в сторону ратуши.

— Куроши Акума, — его голос был глубоким, но спокойным, с той особой интонацией, которую используют люди, привыкшие отдавать приказы. — Я прибыл с официальным визитом от имени её величества.

Акума и Ари вышли из ратуши, остановившись на верхней ступени лестницы. За ними, чуть поодаль, стояли Мидред и несколько стражников.

— Я Куроши Акума, — произнёс он, его голос был ровным. — Глава "Бюро Возмездия". Это Ари Вэйлен, моя напарница.

Ари коротко поклонилась.

— Кто вы? — спросил Акума.

— Каир, — представился он. — Командир третьего из десяти основных войск её величества.

Акума приподнял бровь.

— Третьего из десяти? — произнёс он. — Впечатляет.

— Прошу прощения за вторжение, — Каир коротко поклонился. — Но её величество желает видеть вас лично. Для переговоров.

— Переговоров? — Акума усмехнулся. — О чём?

Каир покачал головой.

— Мне просто отдали приказ. Доставить вас и вашу напарницу в столицу. Больше мне ничего не известно.

Акума посмотрел на Ари. Она стояла рядом, её лицо было спокойным, но в глазах читалось напряжение.

— А как зовут вашу королеву? — спросил Акума.

Каир выпрямился.

— Её величество Селестия Великая.

Акума замер.

На мгновение его чёрные глаза сузились, будто он не первый раз слышит это.

— Великая...? — тихо произнёс он.

Затем на его губах расцвела ухмылка. Широкая, пугающая, почти маниакальная.

— Отлично, я отправлюсь сейчас же. И Ари пойдёт со мной.

Каир кивнул.

— Я не возражаю. Но её величество просила привезти именно вас, господин Акума. Ваша напарница — по вашему усмотрению.

— Она пойдёт со мной, — Акума произнёс это так, словно это не обсуждалось. — Подождите за воротами. Мне нужно делегировать обязанности перед отъездом.

— Как прикажете, мы ждём.

Он вышел из города вместе со своей гвардией.

...

Акума и Ари вернулись в ратушу, поднялись на пятый этаж. В кабинете их уже ждали Мидред, Азуса, Юма и Сэйрю — все четверо стояли, выпрямившись, готовые к приказам.

— Итак, — Акума сел в кресло, его пальцы лениво постукивали по подлокотнику. — Меня вызывает королева. Не просто королева — Селестия Великая.

Он произнёс это имя так, словно оно было ему знакомо. Но не сказал ничего больше.

— Мидред, — он повернулся к командиру стражи. — Ты остаёшься за главного в городе. Патрули, вылазки, стройка — всё на тебе. Лина продолжит работать с заявками, Байрон — со строителями. Если что-то пойдёт не так — отправь гонца в Миэр, Вэйн поможет.

— Будет исполнено, господин, — Мидред коротко поклонился.

— Азуса, — Акума повернулся к ней. — Ты остаёшься. Если на город нападут — ты первая линия обороны. Юма и Сэйрю — с тобой. Координируйте действия.

— Поняла, — Азуса кивнула.

— Юма, Сэйрю, — Акума посмотрел на них. — Вы под командованием Азусы. Слушайтесь её приказов.

— Будет сделано, господин, — кивнул Юма. — А где Ясуо?

— Он слегка занят, разговаривает со своим отцом, как выйдет, сам расскажет вам подробности.

Сэйрю молча поклонился.

Акума поднялся.

— Мы с Ари отправляемся в столицу. Не знаю, сколько это займёт.

Он посмотрел на каждого из них.

— Берегите город.

— Берегите себя, госпожа Ари, — тихо произнёс Мидред.

Ари кивнула, её щёки слегка порозовели.

— Спасибо, Мидред.

Акума подошёл к окну, глядя на город.

— Пойдём, маленькая ведьма, — произнёс он. — Нас ждёт королева.

Ари последовала за ним. Они вышли из ратуши и направились к воротам, где их уже ждал Каир со своей гвардией.

Когда они подошли, Каир коротко поклонился.

— Готовы? Путь займет около пяти дней.

— Пять дней? Знаете, я могу добраться туда побыстрее. — Акума усмехнулся.

— Вы можете отправиться сами, нам не обязательно сопровождать вас. В королевстве вас уже ждут. Вам просто нужно двигаться в сторону юга, по пути вы будете замечать знаки, которые будут указывать на направление к королевству.

— Тогда, лучше нам отправиться самим.

— Как скажете.

Тело Акумы начало растворяться в чёрный дым, он протянул свою руку Ари, пока она еще полностью не исчезла.

— Ари. Будет некомфортно — скажи. Я верну нас обратно.

— Я пойду с тобой, — произнесла она. — Куда бы ты ни шёл.

Ари взяла Акуму за руку, он затащил её в дым. Для остальных они уже полностью растворились в чёрном дыму. Но от лица Ари это выглядело так, словно они еще находятся там же, просто всё вокруг стало более тёмным, а дым был повсюду. Рядом с ней стоял Акума, глаза которого были полностью чёрными

— Тогда в путь.

Дым на большой скорости направился в сторону юга.

Каир молча смотрел на это, после чего развернулся.

— Нам тоже пора выдвигаться, всем в кареты!

...

Неизвестный город. Неизвестная фракция.

Комната была небольшой, без окон, освещённой лишь тусклым светом магических кристаллов, вмонтированных в стены. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом крови и железа.

На полу, в беспорядке, лежали десяток трупов мужчин. Их тела были искорёжены, конечности вывернуты под неестественными углами, на лицах застыло выражение ужаса. Кровь текла по каменному полу, образуя тёмные лужи.

В центре комнаты, на старом деревянном стуле, сидела девушка.

Короткие красные волосы, растрёпанные, словно она только что проснулась. Красные глаза, сияющие безумным огнём. Её одежда — чёрное платье, теперь полностью пропитанное кровью — прилипало к телу. На её губах играла широкая, почти детская улыбка.

Она выглядела счастливой. Как ребёнок, получивший долгожданную игрушку.

Дверь скрипнула, и в комнату вошёл мужчина. Высокий, накаченный, лысый, с шрамами на руках и лице. Его доспехи были покрыты пылью, словно он только что вернулся из долгого пути.

— Госпожа Мия, наш человек закончил слежку за Миражом и возвращается обратно. Его не обнаружили.

Девушка не ответила. Она просто смотрела на него.

— Через магический камень он передал, — мужчина сглотнул. — Что в Мираж приехала королевская гвардия. После их встречи Акума и ведьма превратились в дым и направились на юг. Гвардия вернулась в кареты и тоже выдвинулась.

Мия моргнула.

Затем её губы растянулись в ещё более широкой улыбке.

— Ха... — она начала смеяться. Тихо, почти неслышно. — Ха-ха-ха...

Смех становился громче, раскатистее, безумнее.

— Ха-ха-ха-ха-ха! — она запрокинула голову, её красные глаза сияли. — Это же... это же прекрасно!

Она вскочила со стула, её движения были резкими, почти нечеловеческими.

— Акума ушёл! — она начала кружиться по комнате, перешагивая через трупы. — Монстр ушёл! Ведьма ушла!

Она остановилась перед мужчиной, её лицо было в нескольких сантиметрах от его.

— Это хорошая возможность, — прошептала она. — Мы можем атаковать Мираж. Прямо сейчас. Пока их нет.

Мужчина кивнул.

— Как прикажете, госпожа.

— Деон просил начать осаду, если представится случай, — Мия начала ходить по комнате, её пальцы нервно подёргивались. — И случай представился. О, какой случай!

Она остановилась, её красные глаза сузились.

— Если самый ужасающий человек за всю историю человечества сможет нарастить силу... — она провела пальцем по губам. — ...это будет плохо. Очень плохо. Для всех.

Она повернулась к мужчине.

— Собери лучших воинов, — её голос стал холодным, как лёд. — Всех с Источниками, и выдвигайтесь в Мираж!

— Будет исполнено, госпожа, — мужчина коротко поклонился и развернулся.

Но прежде чем он вышел, Мия добавила:

— Я отправлюсь с вами.

Мужчина замер.

— Госпожа... — его голос дрогнул. — Вы уверены?

— Абсолютно, — Мия усмехнулась. — Я собственноручно уничтожу этот город. Я приду к воротам чуть позже, как раз все подготовятся и соберутся.

Она опустилась на колени рядом с одним из трупов — мужчиной с выбитым глазом и разорванным горлом. Её пальцы аккуратно подняли его голову, оторвав её от тела с влажным звуком.

Мужчина отвёл взгляд.

Мия поднесла голову к своим губам и поцеловала её в лоб.

— Я ожидаю веселья, — прошептала она.

Затем её пальцы сжались.

Голова хрустнула, кости ломались, мозг вытекал сквозь пальцы, кровь текла по её рукам. Через несколько секунд от головы осталась лишь каша из костей и плоти.

Мия бросила остатки на пол и поднялась, вытирая руки о платье.

Мужчина вышел, закрыв за собой дверь.

Мия осталась одна.

Она стояла посреди комнаты, окружённая трупами, её красные глаза сияли в тусклом свете магических кристаллов. Кровь на её платье уже начала засыхать, образуя тёмные корки.

Она подошла к одному из трупов — мужчине с перерезанным горлом. Её пальцы аккуратно подняли его руку, разжимая окоченевшие пальцы.

— Ты был хорошим, — прошептала она. — Ты не кричал. Мне это понравилось.

Она оторвала руку от тела и бросила её на пол. Затем подошла к другому трупу — женщине с выбитыми глазами.

— А ты... — Мия наклонилась, её лицо было в нескольких сантиметрах от мёртвого лица. — Ты кричала. Ты умоляла. Ты плакала. Раздражала.

Она провела пальцем по пустым глазницам женщины.

— Но знаешь, что было забавным? — она выпрямилась, её губы растянулись в улыбке. — Есть твои глаза.

Она облизнула губы.

— Они были солёными.

Мия начала ходить по комнате, перешагивая через трупы, напевая какую-то детскую песенку. Её пальцы нервно подёргивались, её красные глаза скользили по телам, оценивая.

Она остановилась перед трупом мужчины с оторванными ногами.

— А ты, — она присела на корточки. — Ты пытался бежать. Ты думал, что сможешь убежать от меня.

Она подняла его оторванную ногу, которая лежала рядом с телом.

— Глупый, глупый мальчик, — она покачала головой. — Никто не убегает от Мии. Никогда.

Она бросила руку и поднялась, отряхивая платье.

— Ладно, — она потянулась. — Пора спускаться. Мои игрушки ждут.

Мия вышла из комнаты и направилась к лестнице. Она спускалась медленно, её пальцы скользили по каменным стенам, оставляя кровавые следы. Факелы на стенах горели тусклым, зелёным светом, отбрасывая длинные, пляшущие тени.

Лестница вела вниз, вглубь подземелья, где воздух становился холоднее, тяжелее, пропитанным запахом страха и отчаяния.

В самом низу она оказалась в гигантской комнате — огромном зале с высоким потолком, освещённым магическими кристаллами. Вдоль стен стояли пятнадцать железных клеток, в каждой из которых сидели люди.

Мужчины. Женщины. Пару детей.

Все они были грязными, истощёнными, их одежда превратилась в лохмотья. Их глаза были пустыми, лишёнными надежды. Они сидели, прижавшись к стенам клеток, их тела дрожали.

Когда Мия вошла, все они замерли.

Она начала ходить вдоль клеток, её шаги были медленными, почти ленивыми. Её красные глаза скользили по лицам пленников, оценивая, играя.

— Привет, мои маленькие игрушки, — её голос был мягким, почти ласковым. — Как вы сегодня? Спалось хорошо?

Никто не ответил. Все они опустили головы, пряча глаза, дрожа от страха.

Мия усмехнулась.

— Ну что вы, — она остановилась перед клеткой, в которой сидел старик с седой бородой. — Не стесняйтесь. Я же не кусаюсь.

Она протянула руку сквозь прутья и погладила старика по щеке. Он вздрогнул, его глаза расширились от ужаса, но он не отстранился.

— Только если не попрошу, — она шепнула ему на ухо.

Старик закрыл глаза, его слёзы текли по морщинистому лицу.

Мия отошла и продолжила ходить. Она останавливалась у каждой клетки, говорила что-то тихим, почти нежным голосом, гладила лица пленников, шептала им на ухо.

Все они дрожали. Все они прятали глаза.

Все, кроме одной.

В одной из клеток, в самом дальнем углу, сидела девушка. Ей было лет двадцать, может быть, двадцать пять. Её тёмные волосы были спутаны, одежда грязной, но в её глазах не было страха.

Она смотрела Мие прямо в глаза.

Мия остановилась.

— О, — она наклонилась, её красные глаза сузились. — А ты интересная.

Девушка не ответила. Она просто смотрела.

— Ты не боишься меня? — Мия провела пальцем по прутьям клетки. — Это... необычно.

— Боюсь, — девушка наконец произнесла. Её голос был спокойным, но в нём читалась сталь. — Но я не покажу тебе этого.

Мия усмехнулась.

— Гордая, — она выпрямилась. — Мне это нравится. Как тебя зовут?

— Это не важно.

— Всё важно, — Мия покачала головой. — Особенно имя. Особенно перед смертью.

— Тогда не спрашивай, — девушка скрестила руки на груди. — Потому что я не скажу.

Мия рассмеялась.

— О, ты дерзкая, — она начала ходить вдоль клетки. — Мне это нравится. Знаешь, я могла бы тебя сломать. Медленно. По кусочкам. Заставить умолять о смерти.

— Могла бы, — девушка кивнула. — Но не сделаешь.

— Почему?

— Потому что ты не знаешь, кто я, — девушка подняла голову. — А убивать неизвестность — глупо.

Мия остановилась, её красные глаза сузились.

— Ты думаешь, что ты особенная? — она наклонилась. — Ты думаешь, что ты важная?

— Нет, — девушка покачала головой. — Я думаю, что ты боишься.

Мия замерла.

— Боюсь? — она рассмеялась. — Кого? Тебя?

— Не меня, — девушка посмотрела ей прямо в глаза. — Того, что ты не контролируешь. Того, что ты не понимаешь. Того, что ты не можешь сломать.

Мия выпрямилась, её улыбка исчезла.

— Ты смелая, — произнесла она. — Или глупая.

— Может быть, и то, и другое, — девушка усмехнулась. — Но я не боюсь тебя. Потому что я знаю, что ты всего лишь трусиха.

Мия шагнула к клетке, её пальцы сжались на прутьях.

— Повтори.

— Ты слышала, — девушка не отвела взгляд. — Ты трусиха. Ты боишься того, что не можешь контролировать. Ты убиваешь, потому что не знаешь, как жить по-другому. Ты мучаешь, потому что не знаешь, как чувствовать по-другому. Ты — жалкое, испуганное существо, которое прячется за кровью и криками.

Мия молчала. Её красные глаза сузились, её пальцы побелели на прутьях.

— Знаешь что? — она наконец произнесла. — Ты права. Я боюсь.

Она отступила от клетки.

— Я боюсь, что самый ужасающий человек за всю историю человечества вернётся, — её голос стал тише. — Я боюсь, что он станет сильнее. Я боюсь, что он придёт за мной.

Она повернулась к девушке.

— И знаешь, что я сделаю? — её губы растянулись в улыбке. — Я уничтожу его город. Прямо сейчас. Пока его нет. Я сожгу Мираж дотла. Я убью всех, кто там живёт. Я покажу ему, что значит потерять всё.

Пленники замерли.

Все они подняли головы, их глаза расширились от ужаса.

— Мираж? — прошептал старик. — Город Акумы?

— Акума? — другая пленница, женщина с длинными волосами, подняла голову. — Куроши Акума?

Он жив?

Бесстрашная девушка в клетке начала смеяться.

Тихо, почти неслышно. Затем громче. Раскатистее. Безумнее.

— Ха-ха-ха-ха-ха! — она запрокинула голову, её смех эхом разнёсся по залу. — Это же... это же прекрасно!

Мия нахмурилась.

— К чему тут смех? — её голос был холодным.

— К тому, — девушка опустила голову, её глаза сияли. — Что наконец появилась управа на уродов вроде тебя.

Мия шагнула к клетке.

— Ты рада тому, что этот монстр снова ходит по земле? — её голос дрожал от гнева.

— Монстр? — девушка рассмеялась. — Ты правда так думаешь?

— Он убивал тысячами, — Мия сжала прутья. — Он уничтожал кланы. Он был безумцем.

— Я изучала историю большую часть своей жизни, — девушка выпрямилась. — Я прекрасно знаю, кто такой Куроши Акума. Безумец? Возможно. Самый устрашающий человек? Точно да. Но монстр? Нет. Это описание ему не подходит.

Она посмотрела Мие прямо в глаза.

— Каким бы страшным он ни был, за всю известную о нём историю он никогда не брал в плен невинных людей. Никогда не пытал детей. Никогда не грабил бедных. Никогда не унижал тех, кто ничего ему не сделал.

Мия молчала.

— Монстром можно назвать тебя, Мия, — девушка покачала головой. — Но точно не Акуму. Для своего времени он был героем. Просто люди что тогда, что сейчас — этого не осознают.

Она сделала шаг к прутьям.

— Он избавил мир от такого количества мусора, что может убить целое королевство, — её голос был твёрдым. — И всё равно не убил бы больше, чем спас.

Мия стояла неподвижно. Её красные глаза сузились, её лицо было каменным.

— Ты идеализируешь его, — она наконец произнесла.

— Я видела, — девушка кивнула. — Я читала. Я изучала. И я знаю, что он убивал тех, кто заслуживал смерти. Тех, кто мучил невинных. Тех, кто строил иерархии на костях.

Она усмехнулась.

— Может быть, он и придёт за тобой, Мия. И может быть, он будет прав.

Мия молчала.

Затем она развернулась.

— Наслаждайся своими мечтами, — её голос был холодным. — Потому что когда я вернусь, ты будешь мертва.

Она зашагала к выходу, её шаги были быстрыми, резкими.

— И знаешь что? — она остановилась у двери. — Когда я уничтожу Мираж, я принесу тебе его голову. Я собиралась просто уничтожить город, пока его нету. Но теперь я хочу, чтобы ты увидела, что твой герой мёртв.

Она вышла, закрыв за собой дверь.

В зале повисла тишина.

Пленники переглянулись, их глаза были полны надежды и страха одновременно.

Девушка в клетке улыбнулась.

— Скоро, — прошептала она. — Скоро всё изменится.

Мираж. Ратуша.

Азуса сидела за столом в кабинете на пятом этаже. Перед ней лежала стопка из десятков заявок.

[[image:/storage/reader-images/2a66c4cd2796af1740cebf9ec46b8ce8779d2c44.png]]

Рядом, у стены стояла Лина. Её каштановые волосы были собраны в аккуратный пучок, зелёные глаза скользили по бумагам, её пальцы нервно теребили край платья.

— Госпожа Азуса, — тихо произнесла Лина. — Большинство заявок либо слишком мелкие, либо не имеют смысла, либо слишком странные. Нормальных заявок, которые действительно можно было бы выполнить, всего несколько.

Азуса подняла голову, её белые глаза сузились.

— Несколько? — её голос был хриплым, словно она давно не говорила. — Из сотни?

— Примерно так, — Лина кивнула. — Кто-то просит найти пропавшую курицу. Кто-то просит отомстить соседу за сломанный забор. Кто-то... — она помедлила. — Кто-то просит помочь ему стать бессмертным.

Азуса фыркнула.

— Бессмертным, — она отложила перо и потёрла виски. — Голова кипит от этой писанины. Я думала, что сражаться с бандитами сложнее, чем разбирать бумаги.

— Это разные виды сложности, — Лина усмехнулась. — Но я отсортировала те, которые кажутся серьёзными.

Она протянула Акуме один из пергаментов.

Азуса взяла его, её глаза скользнули по строкам.

— В одном из городов, захваченном бандитской группировкой, — она начала читать вслух. — Активно занимаются продажей запрещённых веществ. Они создают что-то наподобие маленьких круглых конфет, в которые вкладывают магию, вызывающую зависимость. При длительном использовании это создаёт очень много проблем для организма.

Она подняла голову.

— Запрещённые вещества? — её брови поднялись. — Что-то новое.

— Продолжайте, — Лина кивнула.

Азуса вернулась к чтению.

— За помощью обратился мужчина, которого, как и других, просто поймали на улице и утащили, заставив работать, давая время только на сон и еду. Бандиты просто забирают людей с улиц, им не важно — старики это, молодые или дети. Когда кто-то умирает от переутомления, они просто забирают ещё одного. Выход из города напрочь закрыт и патрулируется, все живут в страхе и не могут ничего сказать.

Она остановилась, её белые глаза потемнели.

— Но, как написано в заявке, мужчину поймали совсем недавно, и до этого он слышал про Бюро.

Лина кивнула.

— Эту заявку нашли в повозке, которая приехала в Миэр, город Вэйна, от их торговых союзников. По всей видимости, мужчина незаметно подбросил заявку в повозку, и каким-то образом эта повозка обошла несколько городов, дойдя до Вэйна.

Азуса отложила пергамент, её пальцы сжались в кулаки.

— Рабство, — её голос был холодным. — Наркотики. Массовые похищения.

Она поднялась, её белые глаза сияли решимостью.

— За это дело стоило бы взяться, — произнесла она. — Но нам всегда нужно проверять правдивость. А для этого нужны люди, которые смогут заниматься разведкой на постоянной основе.

Она повернулась к Лине.

— Нужно сказать об этом Главе, — произнесла она. — Когда он вернётся, я доложу ему. А пока... — она посмотрела на стопку бумаг. — Закончим работу на сегодня.

Лина кивнула, собирая пергаменты.

— Как прикажете, госпожа.

Азуса подошла к окну, глядя на город. Мираж жил своей обычной жизнью — строители работали, стража патрулировала, дети играли. Но где-то далеко, в неизвестном городе, кто-то готовил атаку. А где-то ещё дальше, в захваченном городе, люди страдали от рабства и наркотиков.

Селестия Великая.

Тьма была абсолютной.

Ясуо стоял перед чёрной клеткой, в которой, прикованный цепями к стене, сидел его отец. Гао. Бессмертный. Тот, кого он искал годами. Тот, кого он хотел убить тысячу раз в своих мыслях.

Но убить его было невозможно. Поэтому Акума сделал нечто лучшее — он запер его здесь. В бездне. Навечно.

Гао поднял голову. Его зелёные глаза — такие же, как у Ясуо, но пустые, лишённые всего человеческого — сузились. Цепи зазвенели, когда он дёрнулся, пытаясь встать, но они держали крепко.

— Ты, — его голос был хриплым, но в нём всё ещё звучала та самая власть, которой он обладал всю жизнь. — Ты пришёл посмотреть на меня? Наслаждаешься зрелищем?

Ясуо не ответил сразу. Он просто смотрел. На мужчину, который был его отцом. На мужчину, которого он ненавидел больше, чем кого-либо в этом мире.

— Я пришёл поговорить, — наконец произнёс Ясуо. Его голос был спокойным, ровным, без единой эмоции.

— Поговорить? — Гао рассмеялся, но смех был сухим, злым. — О чём нам говорить, мальчик? Ты предал свою кровь. Ты привёл сюда этого монстра, чтобы он запер меня. Ты...

— Бюро Возмездия выполняет заказы. Ты стал заказом.

Гао замолчал на мгновение, его глаза сузились ещё сильнее. Затем он усмехнулся.

— Заказ, — он покачал головой. — Ты всегда был таким... предсказуемым. Таким слабым. Помнишь, когда ты был маленьким? Я учил тебя обращаться с мечом. Помнишь те дни? Мы тренировались во дворе, и я показывал тебе, как держать клинок. Как наносить удар. Ты был таким старательным, таким...

— Я помню, — Ясуо произнёс это тихо, но в его голосе прозвучала сталь. — Я помню, как ты бил меня, когда я ошибался. Я помню, как ты ломал мне пальцы, потому что я недостаточно быстро учился. Я помню, как ты говорил, что я бесполезен.

Гао замер. Его улыбка исчезла.

— Я... я просто хотел, чтобы ты стал сильнее, — его голос стал мягче, почти ласковым. — Я хотел, чтобы ты выжил в этом мире. Ты же знаешь, как он жесток. Я делал это ради тебя.

— Ради меня, — Ясуо повторил эти слова, словно пробуя их на вкус. — Ради меня ты продал мою мать?

Тишина.

Гао отвёл взгляд.

— Твоя мать... — он начал, но Ясуо перебил его.

— Ей было тридцать, — голос Ясуо был ровным, но в нём читалась ярость, которую он сдерживал годами. — Тридцать лет. Она была красивой. Молодой. И ты продал её в рабство, потому что решил, что пришло время заработать на ней.

— Это было... это было необходимо, — Гао сглотнул. — У нас были долги. Нам нужны были деньги. Я не мог...

— Ты мог, — Ясуо шагнул ближе к клетке. — Ты всегда мог. Ты просто не хотел. Ты выбрал деньги. Ты выбрал лёгкий путь.

— Ясуо, послушай... — Гао поднял голову. — Я был молод. Я был глуп. Я не понимал, что делаю. Но я изменился. Я стал лучше. Ты же видишь, я...

— Ты продал шестьдесят восемь женщин, я считал. Всех их ты очаровал, влюбил в себя, а потом продал. Каждая из них — чья-то дочь. Чья-то сестра. Чья-то мать. И все они закончили одинаково. В рабстве. Мёртвыми.

Гао молчал.

— Моя мать умерла через два года, — продолжил Ясуо. — Два года. Она умерла в рабстве, потому что ты решил, что она больше не приносит прибыли. Ты даже не попытался её выкупить. Тебе было всё равно.

— Ясуо... — голос Гао дрогнул. — Я не знал...

— А что ты вообще знаешь!? ЧТО!? ТЫ ХОТЬ ИМЯ МОЕЙ МАТЕРИ МОЖЕШЬ НАЗВАТЬ, ПОДОНОК!?

Гао сжал кулаки, цепи зазвенели.

...

— Ты не понимаешь, — его голос стал тише, но в нём появилась новая нотка — отчаяние. — Ты не понимаешь, каково это — быть бессмертным. Каково это — видеть, как все вокруг стареют и умирают, а ты остаёшься. Каково это — знать, что ты будешь жить вечно, и ничего в этом мире не имеет значения.

— Я понимаю, — Ясуо произнёс это тихо. — Я тоже бессмертен. Я тоже вижу, как все умирают. Но я не использую это, чтобы мучить других. Я не использую это, чтобы торговать людьми. Я не использую это, чтобы разрушать жизни. Я живу с этим каждый день. Каждую секунду. Я не могу умереть. Я пытался — знаешь, сколько раз я пытался? Десятки. Сотни. Я прыгал со скал, я подставлялся под мечи, я ждал, пока меня сожгут. Но я всегда возвращаюсь. Всегда. И это не дар. Это проклятие.

Он сделал паузу.

— Но я не использую его, чтобы причинять боль другим.

Гао молчал.

— Ясуо, — его голос стал мягким, почти умоляющим. — Пожалуйста. Выпусти меня отсюда. Я... я изменюсь. Я буду другим. Я клянусь.

— Нет, — Ясуо покачал головой.

— Ясуо, я твой отец, — Гао потянулся к прутьям, но цепи не дали ему приблизиться. — Я дал тебе жизнь. Я вырастил тебя. Я...

— Ты дал мне жизнь, чтобы использовать меня, — Ясуо усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Ты вырастил меня, чтобы я стал твоим инструментом. Чтобы я помогал тебе продавать женщин. Чтобы я охранял твой товар. Чтобы я был твоим псом.

— Это не так! — Гао закричал. — Я любил тебя!

— Любил? — Ясуо наклонился, его лицо было в нескольких сантиметрах от прутьев. — Ты любишь только себя. Ты всегда любил только себя.

Гао замолчал. Его зелёные глаза сузились, в них вспыхнул гнев.

— Ты неблагодарный щенок, — его голос стал холодным. — Ты думаешь, что ты лучше меня? Ты думаешь, что ты святой? Ты убивал. Ты убивал тех, кто вставал на твоём пути. Ты не лучше меня.

— Я убивал тех, кто заслуживал смерти, — Ясуо выпрямился. — Тех, кто мучил невинных. И я убил бы тебя, если бы мог.

— Я не такой! — Гао дёрнулся, цепи зазвенели громче. — Я не монстр!

— Нет, — Ясуо покачал головой. — Ты хуже.

— Выпусти меня, — его голос был тихим. — Выпусти меня, или я...

— Или ты что? — Ясуо усмехнулся. — Ты бессмертен. Ты не можешь умереть. Но ты и не можешь выбраться отсюда. Ты будешь здесь вечно. В темноте. В холоде. С шёпотами. С глазами, которые смотрят на тебя.

Он сделал шаг назад.

— И знаешь, что самое забавное? Ты заслужил это.

Гао взорвался.

— ТЫ НЕ СМЕЕШЬ! — его голос эхом разнёсся по бездне. — ТЫ НЕ СМЕЕШЬ СУДИТЬ МЕНЯ! Я ТВОЙ ОТЕЦ! Я ДАЛ ТЕБЕ ЖИЗНЬ! ТЫ ОБЯЗАН МНЕ ПОМОЧЬ!

Ясуо смотрел на него.

Спокойно. Холодно. Без единой эмоции.

Как на животное.

Как на существо, которое когда-то было человеком, но давно перестало им быть.

— Я не обязан тебе ничего, — произнёс он тихо. — Ты сам выбрал свой путь. Ты сам выбрал свою судьбу. И теперь ты будешь жить с ней..

Гао дёргался в цепях, его лицо было искажено гневом, его зелёные глаза горели яростью.

— ЯСУО! — кричал он. — ЯСУО, ВЫПУСТИ МЕНЯ! Я ПРИКАЗЫВАЮ ТЕБЕ! Я ТВОЙ ОТЕЦ! Я...

— Хватит уже про это, я не помогу тебе. Наоборот, я потрачу выданное мне время, чтобы вдоволь насладиться твоим падением.

Нам еще есть, о чём поговорить.

Вблизи королевства.

Чёрный дым рассеялся.

Акума и Ари стояли на холме, с которого открывался вид на столицу королевства Рассвет.

Прошло два дня с тех пор, как они покинули Мираж. Два дня непрерывного движения через чёрный дым, через пространство, которое сжималось и растягивалось вокруг них. Ари держалась за руку Акумы, её пальцы побелели от напряжения, но она не жаловалась.

Город был огромен. Настолько огромен, что Мираж рядом с ним казался деревней. Высокие каменные стены, украшенные золотыми узорами, окружали десятки кварталов. Башни с флагами — корона, окружённая десятью звёздами — взмывали в небо, словно пальцы, указывающие на небеса. Улицы были широкими, мощёными, заполненными людьми, каретами, торговцами. Воздух был чистым, пахло свежим хлебом и цветами.

Это был город, который не знал голода. Город, который не знал разрухи.

Но Акума смотрел на другое.

Стража на стенах была вооружена до зубов, их лица были напряжёнными, а город был защищен несколькими слоями разной маны.

— Красиво, — тихо произнесла Ари, глядя на город.

— Слишком красиво, — Акума усмехнулся. — Когда город выглядит так, словно всё в порядке, значит, всё совсем не в порядке.

К ним подошёл офицер стражи — молодой мужчина в белых доспехах с символом короны на груди. Он увидел Акуму и замер, его глаза расширились.

— К-Куроши Акума? — его голос дрогнул.

— Именно, — Акума кивнул. — Нас ждёт королева.

Офицер сглотнул, затем коротко поклонился.

— Прошу следовать за мной, господин.

Ворота столицы распахнулись перед ними. Стража не стала спрашивать документы, не стала проверять. Они просто расступились, пропуская их внутрь.

Улицы были заполнены людьми, но когда Акума и Ари прошли, толпа расступалась. Люди смотрели на них с любопытством, страхом, уважением. Они знали, кто он. Все знали.

Офицер вёл их через город, мимо рынков, площадей, храмов. Город был богат, но Акума замечал детали — слишком много стражи на улицах, слишком много плакатов с призывами вступать в армию.

Наконец они подошли к дворцу.

Это было гигантское здание из белого мрамора, украшенное золотом и драгоценными камнями. Лестница вела к массивным дверям, по обеим сторонам которых стояли стражники в белых доспехах.

— Входите, — офицер указал на двери. — Королева ждёт в тронном зале.

Акума и Ари поднялись по лестнице и вошли внутрь.

Тронный зал был огромен. Потолок терялся в высоте, колонны из белого мрамора поддерживали своды, украшенные фресками с изображениями битв и побед. Пол был выложен мрамором, в центре которого был выложен герб — корона, окружённая десятью звёздами.

Вдоль стен стояли придворные — аристократы, советники, генералы. Все они были одеты в богатые одежды, украшены драгоценностями. Но когда вошли Акума и Ари, все они замолчали.

Все они смотрели на Акуму.

И все они боялись.

Акума шёл медленно, его чёрные глаза скользили по лицам придворных, оценивая. Ари шла рядом, её зелёные глаза были широко раскрыты, она чувствовала напряжение, которое висело в воздухе.

В конце зала, на золотом троне сидела она.

Селестия Великая.

Ей было около тридцати. Длинные, блондинистые волосы спадали на плечи волнами, сияя в свете магических кристаллов. Она была одета в белое платье, украшенное золотом, а на её голове сияла корона.

[[image:/storage/reader-images/4aa6451ca737dc17cd5eacbb957b695dff52cca4.jpg]]

Она не двигалась. Она просто смотрела на них.

Акума остановился в десяти шагах от трона. Ари остановилась рядом.

— Куроши Акума, — произнесла Селестия. — Я ждала тебя.

— Ваше величество, — Акума коротко поклонился, но в этом поклоне не было смирения. Только уважение. — Вы вызвали меня.

— Вызвала, — Селестия наклонилась вперёд, её жёлтые глаза сузились. — У меня есть к вам дело.

— Я слушаю.

Селестия поднялась с трона. Она была высокой, её фигура была стройной, но в каждом движении читалась сила. Она спустилась по ступеням трона, её шаги были медленными, величественными.

— Знаете ли вы, почему я вызвала вас? — она остановилась в трёх шагах от него.

— Нет, — Акума покачал головой. — Но подозреваю.

— И что же вы подозреваете?

— Что вы хотите предложить мне войну, — Акума усмехнулся. — Или попросить о помощи.

Селестия усмехнулась в ответ.

— Проницательно, — она скрестила руки на груди. — Но не совсем точно. Я не хочу войны. И я не прошу о помощи.

— Тогда что?

— Я хочу предложить вам союз, — она посмотрела ему прямо в глаза. — Подчинённый.

Придворные замерли. Некоторые ахнули. Ари вздрогнула.

Акума не двигался. Он просто смотрел на неё, его чёрные глаза были непроницаемы.

— Объясните, — произнёс он.

Селестия начала ходить вокруг него, её шаги были медленными, почти ленивыми.

— Королевство Рассвет сильно, — её голос звучал по всему залу. — Мы контролируем столицу и прилегающие территории. Мы сильны настолько, что ни одна фракция не может захватить нас окончательно.

Она остановилась перед ним.

— Но фракций слишком много, — она покачала головой. — Десятки мелких банд, которые захватывают города. Сотни средних фракций, которые объединяются в союзы. И три большие фракции, которые стали настолько сильны, что угрожают самому существованию королевства.

Она повернулась к придворным.

— Одна из этих фракций — "Рука Правосудия", которой владеет Деон Вель Тэо, — она произнесла это имя с презрением. — Он захватил десятки городов, собрал армию воинов с сильными Источниками. Он стал настолько силён, что осмеливается бросать вызов королевству. Наверное, это главная проблема.

Она снова повернулась к Акуме.

— Королевство не может справиться со всеми сразу, — её голос стал тише. — Мы сильны, но нас слишком мало. А фракций слишком много. И они объединяются.

Она остановилась перед ним.

— Поэтому я предлагаю вам союз, — её жёлтые глаза смотрели прямо в его чёрные. — Вы и ваше Бюро Возмездия будете работать на королевство. Выполнять наши приказы. Сражаться с нашими врагами. А взамен мы дадим вам защиту, ресурсы и... легитимность.

Акума молчал.

Затем он рассмеялся.

Тихо, почти неслышно. Затем громче.

— Ха-ха-ха-ха-ха! — он запрокинул голову, его смех эхом разнёсся по залу. — Подчинённый союз?

Он опустил голову, его чёрные глаза сияли.

— Ваше величество, вы, кажется, не поняли.

Он сделал шаг вперёд.

— Я отказываюсь.

Придворные замерли. Некоторые схватились за оружие.

Селестия не двигалась. Она просто смотрела на него, её жёлтые глаза сузились.

— Вы отказываетесь? — её голос был холодным.

— Полностью, — Акума кивнул. — Бюро Возмездия не нуждается в союзе с королевством.

— Но почему? — Селестия нахмурилась. — Вы же понимаете, что мы можем предложить вам ресурсы, защиту...

— Мы и так будем выполнять заказы, — Акума усмехнулся. — Мы и так будем уничтожать фракции, которые позволяют себе слишком много. Это наша цель. Наша миссия. И мы будем делать это независимо от того, есть у нас союз с королевством или нет.

Он посмотрел ей прямо в глаза.

— Если королевству что-то понадобится — оставьте заявку. Как все остальные. И предоставьте равную плату.

Селестия молчала.

Затем её лицо изменилось. Высокомерие сменилось чем-то более тёмным — гневом, презрением.

— Вы, кажется, не понимаете. У вас нет выбора.

Акума усмехнулся.

— Может, тогда стоит рассказать всем в зале, — он произнёс это тихо, но каждое слово было слышно, — откуда в вашем имени есть "Великая"?

Зал замер.

Все придворные переглянулись, никто не понимал, к чему это. Никто, кроме самой королевы.

Селестия замерла. Её жёлтые глаза расширились, затем сузились. В них вспыхнул гнев — чистый, неконтролируемый.

— Ты... — её голос дрогнул.

И тогда она взорвалась.

Мана хлынула из неё волной — невидимой, но ощутимой. Давление обрушилось на всех в зале, словно гигантская рука сжала их. Придворные упали на колени, не в силах пошевелиться. Стражники рухнули, их доспехи зазвенели о мраморный пол. Даже Ари упала, её ноги подкосились, она не могла встать.

Все, кроме Акумы.

Он стоял. Его глаза смотрели на королеву, его лицо было спокойным, почти скучающим.

Селестия смотрела на него взглядом, полном гнева и презрения.

— Угрожаешь раскрыть мой Источник?

— Все зависит от вас, — Акума пожал плечами. — Обычно люди не скрывают свои Источники. Но я... или, допустим, вы — это исключение. Ведь наши Источники невероятно сильны, а раскрытие их природы может раскрыть и слабости.

Он усмехнулся.

— Не так ли, ваше величество?

Селестия молчала.

После недолгого молчания... она выдохнула

Давление исчезло.

Придворные начали подниматься, их лица были бледными, руки дрожали. Стражники вставали, их доспехи зазвенели. Ари поднялась, её ноги дрожали, но она держалась.

Селестия смотрела на Акуму долго. Затем она усмехнулась.

— Пусть будет так, как вы сказали, союза между королевством и Бюро не будет.

Она повернулась и пошла обратно к трону.

— Но королевство оставит свой первый заказ, а пока его подготовят... — она помедлила. — Я предлагаю вам и вашей напарнице погулять по городу. Столица ждёт гостей.

Акума коротко поклонился.

— Благодарим за гостеприимство, ваше величество.

Ари поклонилась рядом.

— Благодарим, ваше величество.

Селестия кивнула.

— Стража проводит вас. Когда заказ будет готов, вас известят.

Акума и Ари развернулись и направились к выходу. Придворные расступались перед ними, их глаза были полны страха и уважения.

Когда они вышли из зала, Селестия осталась сидеть на троне. Её жёлтые глаза смотрели им вслед, её пальцы нервно постукивали по подлокотнику.

— Куроши Акума... Откуда тебе так много известно?

Улицы столицы Рассвета тянулись бесконечными лентами белого мрамора и золотых украшений. Акума и Ари шли не спеша, растворяясь в потоке горожан. Ари смотрела на фонтаны с кристально чистой водой, рынки, заваленные экзотическими фруктами и тканями, храмы с высокими шпилями, уходящими в небо. Люди были сытыми, одежда чистой, дети смеялись, бегая вокруг.

— Здесь совсем не так, как в Мираже, — тихо сказала она.

— Здесь всё так, как должно быть в столице, — ответил Акума, идя рядом. Его чёрные глаза скользили не по витринам, а по деталям: патрули на каждом перекрёстке, закрытые ставни в кварталах для бедных, слишком много плакатов с призывом вступить в королевскую армию, скрытые магические узлы на стенах зданий, пульсирующие едва уловимым напряжением. — Фасад идеальный. Но за ним трещины.

Они свернули на площадь. В центре возвышалась статуя Селестии Великой, отлитая из чистого золота. Люди проходили мимо, опуская головы. Никто не смотрел на монумент напрямую.

Акума остановился у фонтана, наблюдая, как вода переливается в каменной чаше. Ари присела рядом, покупая у уличного торговца два горячих хлебца. Они ели молча, наслаждаясь редким моментом тишины. Вокруг кипела жизнь, но Акума чувствовал её искусственность. Давление короны. Страх перед тем, что случилось бы, если бы этот порядок рухнул.

— Они боятся, — произнесла Ари, глядя на прохожих. — Не тебя. Всего, что за стенами.

— Страх... хорошее средство, — усмехнулся Акума, вытирая крошки с пальцев. — Но он не выдержит первого настоящего удара.

...

— Акума, ты ведь что-то знаешь о Селестии, да?

— О самой Селестии я ничего особо не знаю, а вот “Великого” да, знаю.

— Великого?

Акума приблизился к Ари.

— Её Источника звали Великий. Любой, кто обладает этим Источником, получает эту фамилию. Это врожденная особенность, которая никогда не исчезнет. Она с самого рождения знала, что Великая, и все вокруг принимали это на подсознательном уровне, она невероятно сильна.

— Если бы вы сражались друг против друга, ты бы победил?

— Её Источник силён, и её характер практически такой же, как у Великого, так что силы ей не занимать. Но я превосхожу её по обоим параметрам. Я бы победил, ха-ха.

...

Они походили ещё с час, наблюдая, как столица дышит, как стража меняет посты, как маги в белых мантиях проверяют защитные контуры у ворот. Когда солнце начало клониться к закату, они вернулись к дворцу, где их уже ждал посланник: заказ королевства готов. Но это будет завтра. Сегодня им позволили отдохнуть.

Мираж.

Город жил в привычном ритме. Школа уже была готова, оставалось только подвести штрихи вокруг. Грузчики разгружали повозки с материалами из Миэра. Стража патрулировала улицы по графику, собиратели уходили на рассвете и возвращались к обеду. Всё шло по плану.

В ратуше, на пятом этаже, Азуса сидела за столом, потирая виски. Перед ней лежала стопка заявок, отсортированная Линой. Бумажная работа давалась ей с трудом, но она терпела, выводя аккуратные отчёты и распределяя ресурсы. В зале переговоров сидели Юма и Сэйрю. В то время, как Юма просто смотрел в окно скучал, Сэйрю сидел на стуле и протирал копьё.

Внезапно дверь к Азусе распахнулась. В кабинет вбежал Мидред, его лицо было бледным, дыхание сбивчивым.

— Госпожа Азуса! — он коротко поклонился, но в голосе звенела тревога. — Собиратели и сопровождающая их стража вернулись раньше обычного. Они доложили: в нескольких километрах на западе замечено большое войско. Идут в сторону Миража.

Азуса резко поднялась. Её белые глаза сузились. Главы не было. Акумы не было. Ответственность лежала на ней.

— Сколько? — спросила она чётко.

— Не меньше сотни воинов в тяжёлых доспехах. Впереди идёт отдельная группа, около десяти человек. Движутся быстро, без маршей, строем. Похоже на ударный отряд.

Мидред сглотнул.

— Я могу собрать стражу к стенам, поднять мосты, закрыть ворота. Но если они пойдут на штурм...

— Нет, — Азуса уже двигалась к двери. — Мидред, распределяй всю стражу по периметру. Установите баррикады у узких улиц, жителей укройте, где сможете, чтоб никто не находился на улице.

— А вы? — Мидред шагнул за ней.

— Я возьму Юму и Сэйрю. Выйдем навстречу.

— Госпожа, это безрассудство! Без Главы мы не должны...

— Именно потому, что Главы нет, мы сделаем это сами, — Азуса остановилась, её голос был стальным. — Если бой начнётся у стен, город пострадёт. Если мы примем удар в поле, у жителей будет время укрыться. Это безопаснее для Миража.

Она не стала ждать ответа. Выбежала на центральную площадь, её голос прозвучал громко и ясно, перекрывая стук молотков:

— Юма! Сэйрю! Ко мне!

Они прибежали через тридцать секунд.

— На западе движется войско, — Азуса сказала быстро, без лишних слов. — Около сотни воинов и еще десять впереди, предположительно с Источниками. Идут к нам. Выдвигаемся навстречу.

— Поняли, — кивнул Юма. Сэйрю молча кивнул.

Они вышли за ворота и направились по западной тропе. Лес сменился открытым полем, трава шуршала под сапогами. Солнце стояло низко, отбрасывая длинные тени.

Примерно через тридцать минут они вышли на гребень холма. Внизу, в паре километров, двигалось войско. Стояла плотная пыль. В центре шли воины в тяжёлых, тёмных доспехах, стройные, синхронные. Впереди, без строя, шли десять человек. Их ауры пульсировали, выделяясь из общей массы.

Юма прищурился, его красные глаза сузились.

— У десятерых есть Источники, — тихо произнёс он. — Но одна выделяется. Та, что в центре. Красные волосы, красные глаза. Её мана... давит. Она на порядок сильнее остальных. Скорее всего, главная.

Сэйрю медленно кивнул, его чёрные глаза сканировали поле.

— Если всё сведётся к битве, нам нужно будет оказаться в центре их строя. Я затяну их в Вальгаллу. Там сможем сражаться без ущерба для города и жителей.

— Держимся вместе, — Азуса сжала кулаки. — Ждём контакта.

Они спустились с холма и вышли на прямую тропу. Войско заметило их и замедлило шаг. Затем остановилось. Впереди отделились десять человек. Остальные остались позади, выстроившись полукругом.

В центре вышла та самая девушка. Короткие красные волосы, красные глаза, чёрное платье, испачканное пылью дороги. На её губах играла широкая, почти детская улыбка.

— Ого, — произнесла она, её голос прозвучал звонко, эхом отразившись от поля. — Мираж выставил на защиту троих? Неужели больше щеночков нету?

Азуса шагнула вперёд, её белые глаза были холодны.

— Нас хватит

— Хватит? — Мия рассмеялась, запрокинув голову. — Это мило. Ваш город должен стать частью нового порядка. Но я тут не ради политики. Я ради веселья.

Юма усмехнулся, его руки сжались в кулаки.

— Ты говоришь слишком много для трупа.

— Огонёк! — Мия хлопнула в ладоши, её красные глаза блеснули. — Мне нравится. Давайте, покажите, на что вы способны. Пока ваш босс не вернулся спасать вас из беды.

— Разворачивайтесь, — Азуса произнесла ровно, без эмоций. — Или мы поможем вам это сделать.

— Не стоит, — Мия сделала шаг вперёд, её улыбка стала шире. — Я сама начну.

Воздух между ними напрягся, словно натянутая струна. Ветер стих. Птицы замолкли. Азуса, Юма и Сэйрю встали в боевые стойки. Мия лишь расправила плечи, и её красные глаза вспыхнули.

Бой был неизбежен.

Битва.

Поле замерло.

Сотня воинов в тёмных доспехах стояла плотным строем, их щиты были подняты, копья направлены вперёд. Десять фигур впереди выделялись — их ауры пульсировали, каждая по-своему. В центре — Мия, её красные глаза сияли безумным огнём, на губах играла та самая детская улыбка.

Азуса, Юма и Сэйрю стояли напротив. Трое против ста десяти.

— Ну что, щенки, — Мия хлопнула в ладоши, её голос прозвучал звонко. — Готовы играть?

— Это будет бойня, а не игра. — Азуса сжала кулаки.

— О, как мило! — Мия рассмеялась. — Тогда начинаем!

Она щёлкнула пальцами.

Сотня воинов рванулась вперёд, земля задрожала под их сапогами. Десять носителей Источников остались на месте, наблюдая.

— Сэйрю! — крикнул Юма.

— Я уже! — Сэйрю воткнул копьё в землю, его глаза вспыхнули фиолетовым светом.

Ультимэйт: Вальгалла!

Пространство вокруг них задрожало. Фиолетовый свет хлынул из острия копья, окутывая всех. Азуса, Сэйрю, Юма, Мия, а также вся её армия попали под действие способности. Земля исчезла под ногами, и они оказались в гигантском зале с крышей из позолоченных щитов, подпираемых бесчисленными копьями. Зал стоял на вершине гигантской горы, внизу — сплошная пропасть, покрытая облаками.

Но прежде чем воины Мии успели опомниться, Азуса уже двигалась.

Она рванулась прямо к Мие, её кулак рассёк воздух с такой скоростью, что за ним остался белый след. Мия едва успела выставить кровавый хлыст, блокируя удар. Отдача была такой, что обе отлетели на несколько метров.

— О! — Мия рассмеялась, вытирая кровь с губы. — Ты сильная! Мне нравится!

Она щёлкнула пальцами, и из её пальцев вырвались кровавые иглы, направленные прямо в Азусу. Та уклонилась, но одна игла всё же задела её плечо, оставив небольшую рану.

— Теперь моя очередь! — Азуса прыгнула, её кулак встретился с грудью Мии.

Обе вылетели за пределы зала, их тела пронзили воздух, и они упали на склон горы, катясь по камням. Зал Вальгаллы остался позади, а с ним — Юма, Сэйрю и армия Мии.

— Ну и ладно, — Юма усмехнулся, его руки вспыхнули пламенем. — Остальные — наши.

Сэйрю вытащил копьё из земли, его дыхание было тяжёлым. Вальгалла уже забирала силы.

— Держимся вместе, — произнёс он. — Не даём им окружить нас.

Воины Мии уже наступали.

Гора. Азуса против Мии.

Азуса вскочила на ноги, её плечо кровоточило, но боль только разжигала её ярость. Мия стояла в нескольких метрах, её красные глаза сияли, на губах — широкая улыбка.

— Ты дралась со многими, да? — Мия начала кружиться вокруг Азусы, её движения были лёгкими, почти танцующими. — Но с такой как я тебе ещё не доводилось сражаться. Ты будешь страдать, милая!

Азуса сжала кулаки, её белая аура вспыхнула.

Она рванулась вперёд.

Азуса прыгнула, её кулак встретился с грудью Мии, впечатывая её в камень. Но Мия лишь рассмеялась, её тело покрылось кровавыми шипами.

Кровавая Месть!

Шипы вонзились в руки Азусы, когда та пыталась удержать её. Боль была острой, но Азуса не отступила. Она ударила коленом в живот Мии, отбросив её назад.

— Ох, больно! — Мия вытерла кровь с подбородка, её улыбка стала ещё шире. — Но мне нравится!

Она щёлкнула пальцами, и из-под земли вырвались кровавые фонтаны. Азуса прыгнула в сторону, но один из фонтанов задел её ногу, подбросив в воздух.

Танец Боли!

Мия появилась рядом, её иглы мелькали, нанося удар за ударом. Первый — в плечо. Второй — в бок. Третий — в бедро. Каждый удар был сильнее предыдущего.

Азуса блокировала и уклонялась, но Мия была быстрой.

Четвёртый удар — в грудь. Пятый — в лицо. Шестой — в живот.

Азуса отлетела назад, падая на камни. Её тело было покрыто ранами, кровь текла по лицу.

— Вставай, — Мия подошла ближе, её красные глаза сияли. — Я ещё не закончила.

Азуса поднялась, её дыхание было тяжёлым. Но в её глазах не было страха. Только ярость.

Стойкость!

Её аура вспыхнула ярче, раны перестали кровоточить так сильно. Она сжала кулаки.

Белый Вихрь!

Тело Азусы покрылось белой аурой, она начала кружиться вокруг Мии, её кулаки и ноги мелькали, нанося удар за ударом. Мия попыталась блокировать, но не успевала. Восемь ударов — каждый отбрасывал её назад.

— Ого! — Мия рассмеялась, вытирая кровь с лица. — Ты действительно сильная!

Она щёлкнула пальцами, и из её пальцев вырвались кровавые нити, обвившие ноги Азусы.

Кровавые Нити!

Азуса почувствовала, как её тело начало двигаться против её воли. Нити тянули её к Мии, заставляя делать шаги вперёд.

— Нет, — Азуса сжала кулаки, её мышцы напряглись. — Нет!

Она рванулась, разрывая нити силой. Мия удивлённо подняла бровь.

— О, ты можешь сопротивляться? Быть гориллой не так уж и плохо, да?

Она щёлкнула пальцами, и из её рук вырвался кровавый хлыст, обвивший шею Азусы.

Кровавый Хлыст!

Азуса была притянута к Мии, та ударила её коленом в живот, отбросив на камни.

— Ты сильная, — Мия подошла ближе, её красные глаза сияли. — Но я сильнее. Потому что я не боюсь боли. Я её люблю.

Азуса поднялась, её тело было покрыто ранами, кровь текла по лицу. Но она улыбнулась.

— Тогда давай я покажу тебе, что такое настоящая боль.

Она рванулась вперёд.

— Не торопись!

Мия ногтем вспорола свою руку от плеча до кисти, сделав взмах, она выпустила разрез из затвердевшей крови. Азуса увернулась, но под её ногами начала дрожать земля.

Из-под земли вырвались кровавые шипы, несколько из них задели ноги Азусы.

— Раздражает!

Азуса топнула по земле, создав толчок, который разрушил шипы и заставил Мию потерять равновесие. Пока она падала, Азуса уже подбежала к ней и со всей силы ударила в живот, пробив его насквозь.

— Попала!

— Скорее попалась, горилла!

Мия обхватила Азусу руками.

Кровавая месть.

Из тела Мии вырвались кровавые шипы, которые глубоко впились в тело Азусы. Она пыталась вырваться, но Мия крепко держала её.

— Отпусти меня!

Азуса проигнорировала шипы и ударила Мию ногой в живот, оттолкнув.

Стойкость!

Азуса крикнула, а её тело покрылось усиленной белой аурой, раны перестали кровоточить.

— Я тебя в порошок сотру!

— Ну так нападай, горилла!

Вальгалла. Юма и Сэйрю против армии.

Воины Мии уже наступали. Десять носителей Источников стояли позади, наблюдая.

— Держимся вместе! — крикнул Юма, его руки вспыхнули пламенем.

Огненный Вихрь!

Юма начал вращаться, создавая торнадо из пламени радиусом в шесть метров. Воины, попавшие в вихрь, горели, их доспехи плавились, крики разрывали воздух.

Но их было слишком много.

Сэйрю бросил копьё, оно пронзило трёх воинов, пригвоздив их к земле.

Он телепортировался на место копья, вырвал его и начал крушить воинов вокруг. Каждое движение было точным, каждый удар — смертельным.

Но воины продолжали наступать.

— Слева! — крикнул Сэйрю.

Юма обернулся, трое воинов с мечами уже были рядом. Он щёлкнул пальцами. Рядом с воинами появилось множество искр.

Взрыв!

Искры взорвались, отбросив воинов назад. Но на их месте появились другие.

— Их слишком много! — Юма выругался.

— Держимся! — Сэйрю бросил копьё, оно пронзило ещё троих.

Цепь Душ!

Из копья вырвались фиолетовые цепи, притянув десяток воинов к Сэйрю. Он прошёлся копьём по каждому, убив большинство.

Но воинов было слишком много.

Из толпы вышел первый носитель Источника — высокий мужчина с кожей, покрытой ледяными узорами. Его глаза были голубыми, как лёд.

Он поднял руку, и из земли вырвались ледяные шипы, направленные прямо на Юму.

Юма уклонился, но один из шипов задел его плечо, заморозив руку.

— Чёрт! — он выругался, пытаясь стряхнуть лёд.

— Юма! — Сэйрю бросил копьё, оно пронзило ледяного мага в грудь.

Тот упал, но тут же начал восстанавливаться. Его раны затягивались льдом.

— Он регенерирует! — крикнул Сэйрю.

— Тогда сожжём его! — Юма сжал кулаки.

Он покрыл своё тело пламенем и рванулся вперёд, пронзая ледяного мага. Тот закричал, его тело начало таять, но он всё ещё сопротивлялся.

— Сэйрю! — крикнул Юма.

Проклятый!

Глаза Сэйрю стали полностью фиолетовыми. Он посмотрел на ледяного мага, и тот стал проклятым.

Кара Проклятого!

Сэйрю встал на месте, держа копьё на спиной.

— Вот ты и попался.

Сэйрю исчез, в ту же секунду он появился рядом с ледяным магом и вонзил копьё ему в живот, после чего вновь исчез и появился там, где был изначально. И так 4 раза. Живот, рука, нога, голова.

— Один есть, — Сэйрю вытер кровь с лица. — Осталось восемь.

Из толпы вышли сразу восемь фигур.

Они окружили Юму и Сэйрю полукругом, их ауры пульсировали, каждая по-своему.

— Хватит по одному, — произнёс мужчина со змеиными глазами, — Убьём их вместе.

— Тогда начинаем, — электрический маг поднял руку, из неё вырвались молнии.

Давление!

Девушка с фиолетовой аурой выставила руки вперёд, её мана быстро распространилась вокруг и начала давить на Юму и Сэйрю, не давая им двигаться.

Ядовитое облако.

Тело мужчины со змеиными глазами начало выделять ядовитый газ, который быстро окружил их, Юма и Сэйрю начали кашлять кровью и ничего не видели.

— Юма, сделай что-то! Кха!

— Понял!

Юма указал пальцем на мужчину со змеиными глазами.

Кольцо огня!

Вокруг мужчины появилось огненное кольцо, которое отделило его от союзников.

— Что? Как он смог!?

Тело Юмы превратилось в поток пламени, который полетел в сторону кольца.

— Помогите, он летит ко мне!

— Да как тебе помочь!?

Пламя долетело до центра кольца, после чего из него вышел Юма.

— Да как ты!?

Ядови...

Юма ударил мужчину в грудь, в момент удара его рука взорвалась, полностью уничтожив мужчину, оставив от него лишь пепел. Рука Юмы не пострадала.

— Второй есть, осталось семеро.

Ядовитое облако развеялось, а давление ослабло, Сэйрю смог двигаться.

— Это начинает меня нервировать!

Призыв копий!

Позади Сэйрю появилось шесть фиолетовых копий, летающих вокруг него.

— Убейте огненного, я задержу его!

Мужчина с телом из камня ударил ногой по земле, создав вокруг него и Сэйрю каменные стены.

— Ты сам подписал себе смертный приговор.

Сэйрю встал в стойку, но почти сразу же упал и начал кашлять кровью.

— Кха... Чего!?

— Думаешь яд так быстро перестанет действовать?

...

— Пока огненный один, действуем!

Мужчина поднял руки вверх, из них вырвалось электричество, быстро распространившееся по воздуху. В этот же момент девушка в полностью закрытой чёрной одежде вышла вперед и указала пальцем на Юму.

Захват тени!

Тень Юмы была захвачена чёрной аурой.

— Не могу пошевелиться!? Не сейчас, электричество почти ту...

Тело Мии на гигантской скорости влетело в стену зала, полностью разрушив её, она упала рядом с мужчиной, который вызвал электричество.

— Гха! Чёрт, а эта беловолосая сильна... Эй, мне нужна сила!

— Госпожа Мия, я сейчас пытаюсь поддерживать способн...

Не дав ему договорить, Мия вонзила руку ему в живот, полностью вспоров его. Кровь мужчины начала превращаться в красную энергию, которая впитывалась в её тело. Его электричество исчезло.

— Да... Вот так уже лучше!

Азуса ворвалась в зал к остальным. Юма начал махать ей.

— Эй, Азуса! Отлично сработано, она своих же убивает!

— И при этом становится сильнее, как я понимаю!? Для вас это может и хорошо, но мне вот совсем туго против неё сражаться! Кстати, где Сэйрю!?

— Он сражается с каменным...

Каменные стены разрушились, все увидели Сэйрю, который держал в руке голову мужчины.

— С этим покончено, Юма, сколько еще осталось?

— Пятеро, не считая красной!

Вы что-то разговорились, да?

Мия встала на месте, из её тела начала исходить красная энергия, которая переливалась в руки. Она подняла труп мужчины, которого убила, и начала держать его над собой, заставляя оставшуюся в нём кровь литься прямо на неё.

— Ха-ха... ХАХАХАХАХХА!

УЛЬТИМЭЙТ: КРОВАВЫЙ ХАОС!

Красная энергия превратилась в когти, а сама Мия уже была с головы до ног покрыта кровью. Она на гигантской скорости рванулась в сторону Юмы.

Азуса закричала.

— Юма! Осторожнее!

Юма среагировал и выставил перед собой стену из огня, но не было похоже, что Мия собирается останавливаться.

— Я тебя выпотрошу, огонёк!

В момент, когда Мия собиралась пройти сквозь огненную стену, перед ней оказалась Азуса.

— Ты не забыла, кто твой противник?

Азуса встала в стойку, вся её белая аура перешла в правую руку.

Ультимэйт...

Уничтожение.

— Вот чёрт!

Её кулак столкнулся с лицом Мии, в этот момент весь зал взлетел на воздух и превратился в обломки. Удар был настолько мощным, что гора, на которой они находились, начала трястись.

От головы Мии ничего не осталось, а остальное её тело по частям улетело на десятки метров.

— Азуса, ты могла изначально так сделать!? — Сказал Сэйрю, оттряхиваясь от пыли.

— Нет, не могла! Ты хоть знаешь, сколько времени мне надо, чтобы вместить всю свою энергию в одну конечность!? Если бы это было так легко, я бы могла каждый удар таким делать!

Юма встал между ними, откашливаясь.

— Сейчас не время для этого, думаете, она мертва?

Азуса топнула по земле.

— Да я её на куски разорвала, как она может быть не мерт...

В эту секунду, из живота Азусы вылезла рука с когтями. Мия уже стояла позади неё, практически невредимая.

— Кровь — это моя сила, думаешь, я саму себя не могу собрать по частям, горилла!?

Сэйрю поднял копьё.

— АЗУСА!

Звуковой удар!

Одна из оставшихся воинов с Источником открыла рот, из него вырвался громкий крик. Тело Сэйрю задрожало, он упал на пол, а из его ушей пошла кровь.

— Кх... Тварь...

Юма попытался двинуться, но взгляд Мии заставил его застыть.

— Нет-нет, огонёк... Попытаешься атаковать кого-то, и я сразу же превращу это девчушку в фарш, шёл бы ты подальше.

...

Юма смотрел на Сэйрю, который даже открыть глаза не мог и морщился от боли, и на Азусу, которая потеряла сознание, продолжая истекать кровью.

...

— Говоришь, превратишь её в фарш? И сколько у тебя это займет?

— Хм... Дай подумать... Наверное, секунд десять?

— Тогда посмотрим, успеешь ли ты через десять секунд убежать достаточно далеко.

— Хм?

Земля под ногами Юмы взорвалась, он подлетел высоко в воздух.

Ха...

— Эй, ты что там делаешь, огонёк!? Я убью её, сказала же!

— Так убивай, какая разница? Ты все равно нас убьёшь, так давай умрём вместе!

Тело Юмы покрылось очень сильным пламенем, которое полностью поглотило его за несколько секунд.

МЕТЕОРИТ!

Пламя вспыхнуло еще сильнее, Юма полностью исчез в огне, превратившись в гигантский метеорит, который начал лететь прямо на Мию и остальных.

[[image:/storage/reader-images/72ff9569d10441127aeb1cee5e1df74c6dd029de.png]]

— Что ты делаешь, ты же своих убьешь!

Он что, сошел с ума!?

Воины с Источниками сразу же начали убегать, а Мия застыла, не зная, что ей делать.

— Гх, к чёрту!

Она бросила Азусу на полу и выбежала из зала, оказавшись на горе, на которой он находится. Обернувшись, она увидела, что метеорит летит прямо на неё.

— Да ну!

Мия лишь отвернулась, ведь бежать ей уже было некуда. Но, в последний момент, метеорит распался на мелкие куски, а Юма прыгнул прямо на неё.

— За кого ты меня принимаешь!? Даже если бы метеорит приземлился тут, он бы всё равно убил Азусу и Сэйрю, тупица!

Мия повернулась в сторону Юмы, но её лицо увидело лишь его кулак. В момент удара рука Юмы взорвалась, а Мию впечатало в землю.

— УМРИ!

Тело Юмы пылало, он собирался нанести последний удар.

Но Вальгалла исчезла, и их выкинуло обратно.

— Что!?

Повернувшись, Юма увидел множество воинов, которые всё это время прятались по краям Вальгаллы, один из них вонзил меч прямо в грудь Сэйрю. Он, еле дыша, посмотрел на Юму.

— Прости... Я не смог продолжить... Поддерживать Вальгаллу...

— НЕТ!

Воин уже замахнулся, чтобы добить Сэйрю, Юма хотел побежать ему на помощь, но Мия схватила его за ногу, из её руки вырвались шипы, которые вонзились в него.

— ОТПУСТИ МЕНЯ!

— Нет! Смотри, как он умирает!

— НЕТ, НЕТ!

Воин уже почти отрубил Сэйрю голову, но в последний момент его руки были оторваны.

И вот, в центре боя появился человек, которого в этой битве не было.

Ясуо.

— Простите, я слишком долго был в измерении с отцом, пришёл сразу, как узнал о вашей битве.

УЛЬТИМЭЙТ...

...

ВОДОВОРОТ БЕССМЕРТНОГО КОРОЛЯ!

Ясуо размахнул руками, зелёная аура распространилась на десятки метров вокруг, через пару секунд все воины и враги с Источниками начали подниматься в воздух.

— Я не могу захватить красноволосую, потому что она держит тебя, Юма, но это не критично.

Всех захваченных врагов подняло высоко в воздух, где образовался большой зелёный купол, в который их всех закинуло. Внутри купола врагов начало таскать во все стороны, они ударялись друг о друга, но звуков не было, словно все уснули. Скорость повышалась, а Купол наполнялся кровью, ведь многие воины натыкались на оружие союзников. Через некоторое время купол сжался в крошечную точку и начал падать, Ясуо подхватил его в небе.

— Да что такое!? Деон мне не о таком говорил!

Мия сильно повредила ногу Юмы, после чего встала и начала бежать.

— Ясуо, поймай её!

— Юма, это бессмысленно. Вы все очень серьёзно ранены, надо о вас позаботиться. Пусть бежит.

— Но она же уйдёт!

— И что? Глава придёт, и мы всё ему расскажем, он о ней позаботится.

Ясуо закинул Азусу на плечо, а Сэйрю взял на руки. Подойдя к Юме, он положил их рядом с ним.

Стиль Бессмертного: Область жизни.

Ясуо вонзил свою катану в землю, по земле распространилась зелёная аура, которая покрыла их тела.

— Обычно я использую эту способность для атаки, но если слегка изменить подход, то могу и лечить. Конечно, ваши раны полностью не заживут, но жить будете.

Азуса открыла глаза, её тело дрожало.

— Ясуо... Ты прям... Вовремя...

— Прости, Азуса. Не надо было засиживаться с отцом.

— Ничего... Всё нормально...

Она снова потеряла сознание, но её рана потихоньку затягивалась, как и у остальных.

...

Солнце уже клонилось к закату, когда зелёная аура начала отступать от их тел.

Азуса первой открыла глаза. Её белые глаза были мутными, голова кружилась, каждая мышца ныла так, словно её избили молотами. Она попыталась сесть, но резкая боль в животе заставила её зашипеть и упасть обратно на траву.

— Тише, — голос Ясуо прозвучал рядом. Он сидел на камне, его катана была воткнута в землю, зелёная аура всё ещё слабо пульсировала от неё. — Раны не зажили полностью. Я лишь остановил кровотечение и ускорил восстановление. Полное исцеление займёт дни, если не недели.

Азуса медленно повернула голову. Рядом лежали Юма и Сэйрю. Юма сидел, прислонившись к камню, его правая нога была обмотана тканью, пропитанной кровью. Сэйрю лежал на спине, тяжело дыша. Рана на груди была затянута.

— Все живы, — тихо произнёс Ясуо, словно читая её мысли. — Это главное.

— А остальные... — Азуса попыталась приподняться, но боль снова прострелила живот. — Воины Мии...

— Мертвы, — Ясуо кивнул. — Все, кого я захватил в купол. Сбежала только одна.

— Мия сбежала, — Юма прохрипел, его голос был хриплым. — Эта сука сбежала.

— И это хорошо, — Ясуо пожал плечами. — Вы все еле живы. Ещё один бой — и кто-то из вас не выжил бы.

Азуса медленно, с трудом, села. Её тело дрожало, но она держалась. Она посмотрела на Ясуо, её зелёные глаза встретились с его зелёными глазами.

— Спасибо, — произнесла она. — Ты спас нам жизни.

— Я лишь сделал то, что должен был, — Ясуо усмехнулся, но в его глазах не было веселья. — Я слишком долго засиделся с отцом. Если бы я пришёл раньше...

— Не вини себя, — Азуса покачала головой. — Ты пришёл, когда был нужен. Это главное.

Юма попытался встать, но его нога подкосилась, и он упал обратно на камень.

— Чёрт... — он выругался, хватаясь за ногу. — Эта тварь серьёзно меня покалечила.

— Не пытайся ходить, — Ясуо подошёл к нему. — Твоя нога почти не работает. Мы пойдём медленно. До Миража около часа пути, если идти шагом.

— Час, — Юма усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Отлично. Я как раз успею отдохнуть.

Сэйрю наконец открыл глаза. Его чёрные глаза были мутными, он морщился от боли.

— Где... мы? — его голос был хриплым.

— На поле, — Азуса подошла к нему, помогая сесть. — Вальгалла исчезла, когда ты потерял сознание. Мы вернулись сюда.

Сэйрю медленно осмотрелся. Поле было покрыто телами. Десятки воинов Мии лежали мёртвыми, их доспехи были пробиты, сожжены, разорваны. Кровь текла по траве, образуя тёмные лужи.

— Это те, кого мы убили в Вальгалле. Мы... победили? — он прошептал.

— Да, — Азуса кивнула. — Мы победили.

Сэйрю закрыл глаза, его грудь тяжело поднималась и опускалась.

— Хорошо, — произнёс он тихо. — Хорошо...

Они шли медленно.

Ясуо нёс Азусу на плече, её ноги волочились по земле, она едва могла держать голову прямо. Сэйрю шёл сам, но каждый шаг давался ему с трудом, его рука была прижата к груди, где была рана. Юма хромал, опираясь на копьё Сэйрю, которое тот одолжил ему.

Солнце садилось, окрашивая небо в оранжевые и красные тона. Ветер был тёплым, но холод пробирал до костей — кровь на их одеждах начала засыхать, образуя тёмные корки.

— Знаешь, — Юма нарушил тишину, его голос был хриплым, но в нём звучала та самая усмешка. — Я сомневался, когда использовал метеорит... Я боялся, что она может оказаться настолько безумной, что проигнорирует меня и всё равно сперва добьёт тебя, Азуса...

— Ты идиот, — Азуса произнесла это тихо, но в её голосе не было злости. — Ты мог убить нас всех.

— Но не убил, — Юма усмехнулся. — Я контролирую свой огонь. Я всегда контролирую.

— Всё закончилось хорошо. — Ясуо вмешался.

— Не закончилось, — Азуса покачала головой. — Мия сбежала. Она вернётся.

— Глава должен скоро вернуться, он сам это сказал, когда вытаскивал меня из измерения. Мы расскажем ему о том, что произошло. Он разберётся.

Сэйрю шёл молча, его дыхание было тяжёлым. Наконец он произнёс:

— Ясуо... как ты узнал о битве?

Ясуо молчал несколько секунд, затем ответил:

— Я закончил говорить с отцом и попросил Акуму вытащить меня, он это и сделал. Когда я вышел из ратуши, Мидред сразу же начал кричать мне о том, что вы ушли на бой. Я пришёл на место вашей битвы, но никого не было. Я решил, что вы все находитесь в ультимэйте Сэйрю, поэтому просто ждал неподалеку.

Они шли ещё около получаса, когда вдалеке показались стены Миража.

Солнце уже село, и город был освещён факелами. У ворот стояли стражники, их лица были напряжёнными. Когда они увидели четверых фигур, идущих по дороге, их глаза расширились.

— Госпожа Азуса! Господин Юма! Господин Сэйрю! — один из стражников бросился к ним. — Вы живы!

— Живы, — Азуса усмехнулась, но в этой усмешке не было веселья. — Пока что.

Стражники помогли им войти в город. Весть об их возвращении разнеслась мгновенно. Люди выходили из домов, смотрели на них с надеждой, страхом, благодарностью.

— Они вернулись! — кричал кто-то. — Они вернулись!

Толпа росла с каждым шагом. Люди шли за ними, некоторые плакали, некоторые улыбались, некоторые просто смотрели, не веря, что это правда.

У ратуши их ждали Лина и Мидред Их лица были бледными, глаза красными от слёз.

— Госпожа Азуса! — Лина бросилась к ней, но остановилась, увидев её раны. — Вы... вы ранены...

— Мы в порядке, — Азуса произнесла это тихо. — Все в порядке.

Мидред подошёл к Юме, его лицо было серьёзным.

— С вами всё в порядке?

— Да, мы все в норме. Мы убили всех, кроме их лидера, она сбежала. Но это уже не важно, главное, что отбились.

Толпа замерла.

— Сбежала? — Лина побледнела. — Она вернётся?

— Возможно, — Азуса кивнула. — Но мы будем готовы.

Толпа молчала. Затем кто-то начал аплодировать. Тихо, неуверенно. Затем другой. Затем третий. Через мгновение вся площадь аплодировала. Люди искренне радовались тому, что все обошлось. И то, что все вернулись живыми.

— Спасибо! — кричала женщина с ребёнком на руках. — Спасибо, что спасли нас!

— Вы герои! — кричал старик с седой бородой. — Вы настоящие герои!

Азуса, Юма и Сэйрю стояли, глядя на толпу. Они были ранены, измотаны, едва держались на ногах. Но в их глазах горел тот самый огонь, который не гаснет даже в самой глубокой тьме.

Ясуо подошёл к ним, его лицо было спокойным.

— Пойдёмте, — произнёс он. — Вам нужен отдых.

Они кивнули и направились в ратушу. Толпа расступалась перед ними, их глаза были полны благодарности, уважения, надежды.

Когда они вошли в ратушу и поднялись на пятый этаж, Азуса остановилась у окна, глядя на город.

— Мы победили, — прошептала она.

— Да, — Юма встал рядом, его красные глаза смотрели на город. — Мы победили.

Ясуо стоял в стороне, его зелёные глаза скользили по лицам друзей.

Все замолчали, глядя на город. На город, который они спасли.

И где-то далеко, в темноте, Мия бежала, её красные глаза горели яростью.

Рин.

Утро пришло в Мираж тихо, без лишнего шума. Город просыпался медленно, словно восстанавливаясь после бурной ночи. Строители ещё не начали работу, стража патрулировала улицы ленивым шагом, а воздух был пропитан запахом свежего хлеба из общей печи.

Ясуо и Мидред стояли у ворот, их лица были напряжёнными. Ясуо прислонился к стене, его катана была опущена, но рука лежала на рукояти. Мидред стоял рядом, выпрямившись, как всегда.

И тогда они увидели его.

Тёмный дым летел с юга, стремительно приближаясь к городу. Ясуо выпрямился, Мидред схватился за меч.

Но дым остановился прямо перед ними, рассеялся, и из него вышли двое.

Акума и Ари.

Акума выглядел так, словно не провёл в пути и минуты — одежда чистая, лицо спокойное, чёрные глаза непроницаемы. Ари была бледнее, под глазами залегли тени, но она держалась прямо.

— Господин Акума! — Мидред коротко поклонился, и в его голосе прозвучало облегчение. — Госпожа Ари! Вы вернулись!

— Вижу, город на месте, — Акума осмотрелся, его чёрные глаза скользнули по стенам.

Ясуо шагнул вперёд.

— Господин. Нам есть что рассказать.

Они вошли в город, и жители сразу заметили их. Люди выходили из дверей, останавливались на улицах, смотрели на Акуму с уважением. Некоторые шептались, некоторые кланялись.

В ратуше, на пятом этаже, Ясуо рассказал всё.

Он говорил спокойно, без эмоций, как и всегда. Рассказал о войске Мии. О сотне воинов. О десяти носителях Источников. О битве.

И о том, как Мия сбежала.

Ари слушала, её руки сжались в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Она смотрела на Ясуо, на Мидреда, на пустые стулья, где должны были сидеть Юма, Сэйрю и Азуса.

Акума не проронил ни слова.

Он стоял у окна, глядя на город. Его лицо было спокойным, почти безразличным.

Ясуо закончил рассказ.

— Юма и Сэйрю идут на поправку, — произнёс он. — Их раны затягиваются, им нужен отдых, но они выживут. С Азусой... хуже.

Акума медленно повернулся.

— Что с ней?

— У неё нет маны, — Ясуо произнёс это тихо. — Её тело восстанавливается за счёт чистой физической энергии. Но после такого боя... её энергия на исходе. Раны заживают медленно. Мышцы забиты. Она не может встать без посторонней помощи.

Акума молчал несколько секунд. Затем произнёс:

— Веди меня к ней.

Мидред кивнул и повёл их по коридору.

Комната Азусы была небольшой, чистой, но простой. Кровать у стены, стол у окна, стул в углу. На кровати лежала Азуса.

Её белая одежда была снята, тело покрыто бинтами, которые уже пропитались кровью. Её белые волосы были растрёпаны, лицо бледным, под глазами залегли глубокие тени. По виду сразу было ясно — дела у неё не очень.

Когда дверь открылась, она попыталась приподняться. Её руки дрожали, мышцы отказывались слушаться, но она упрямо пыталась сесть.

— Господин... Акума... — её голос был хриплым.

— Лежи, — Акума подошёл к кровати, его голос был тихим, но не допускал возражений. — Ты не встанешь.

Азуса замерла, затем медленно опустилась обратно на подушку. Её белые глаза встретились с его чёрными.

— Простите... — прошептала она.

— Ты защитила город, ты сражалась с неудобным противником. И ты выжила. Этого достаточно.

Ари подошла ближе, её глаза были красными.

— Азуса, как ты себя чувствуешь?

— Живу, — Азуса усмехнулась, но улыбка была слабой. — Раны заживают. Медленно, но заживают. Через неделю, может быть две, буду на ногах.

Акума смотрел на неё молча. Его чёрные глаза скользили по её лицу, по бинтам, по дрожащим рукам. Затем он спросил:

— Тебе что-то нужно?

Азуса молчала несколько секунд. Её взгляд скользнул в сторону, затем вернулся к Акуме. Она словно взвешивала что-то внутри себя.

— Я... — она помедлила. — Я была бы не против принять ванну. Я не мылась с момента битвы, и... мне нужно смыть кровь.

Акума кивнул.

— Ари и Лина помогут тебе.

Азуса замерла. Её белые глаза расширились, и на мгновение на её лице мелькнула тревога.

— Нет, — она произнесла это слишком быстро. — Я... я бы хотела...

Она снова замолчала, её взгляд опустился. Пальцы сжались на простыне.

— Господин Акума... — её голос был тихим, почти неуверенным. — Можете ли вы... помочь мне?

В комнате повисла тишина.

Мидред удивлённо поднял брови. Ясуо не изменился в лице, но его глаза сузились. Ари засмущалась и отвела взгляд.

Акума смотрел на Азусу. Его лицо оставалось непроницаемым.

— Почему я? — спросил он.

Азуса молчала. Её губы слегка приоткрылись, затем закрылись. Она явно хотела что-то сказать, но слова застревали в горле.

Акума смотрел на неё ещё несколько секунд. Затем, не говоря ни слова, он наклонился, просунул руки под её спину и колени, и поднял её на руки.

Азуса тихо ахнула, но не сопротивлялась.

Акума вышел из комнаты, оставив остальных в полном шоке.

Ванная комната ратуши была небольшой, но чистой. Каменная ванна, горячая вода из магического источника, полотенца на полке. Акума аккуратно опустил Азусу на край ванны, затем отвернулся, давая ей пространство.

— Вода горячая, — произнёс он. — Скажи, если будет слишком.

Азуса кивнула. Она медленно, с трудом, сняла бинты. Каждый из них отрывался с болью, открывая раны, которые ещё не зажили. Она не издала ни звука, но её руки дрожали.

Когда последний бинт упал на пол, Акума взял губку, намочил её и начал осторожно протирать её плечи, руки, спину. Он смотрел только в пол, только на свои руки, только на губку. Ни разу его взгляд не поднялся выше, чем нужно было для дела.

Азуса молчала. Она сидела, закрыв глаза, и позволяла ему работать.

На её спине, между лопатками, был выжжен белый знак. Круг, а внутри — раскрытая ладонь. Линии были тонкими, точными. Знак светился едва уловимым белым светом, который пульсировал в такт дыханию Азусы.

Акума остановился. Его рука замерла с губкой в воздухе.

Азуса почувствовала его паузу и открыла глаза.

— Вот почему, — произнесла она тихо. — Вот почему я не хотела, чтобы мне помогал кто-то ещё.

— Знак?

— Знак моего благословения, — Азуса опустила голову. — Обычно я скрываю его с помощью энергии. Но сейчас у меня нет сил даже на это. Когда он не спрятан, это что-то вроде моего слабого места, я не хочу вдаваться в подробности. Просто не хотела, чтобы кто-то знал.

Акума молчал. Он смотрел на знак, его чёрные глаза сузились.

Затем он начал смеяться.

Тихо, почти неслышно. Затем громче. Словно он увидел что-то, что не ожидал увидеть.

Азуса обернулась, её белые глаза расширились от удивления.

— Что... что смешного?

— Я видел этот знак, — Акума усмехнулся, опуская губку в воду. — Раньше. Давно.

— Где? — Азуса нахмурилась. — Это невозможно. Этот знак — уникален. Он — часть моего благословения, он не должен...

— Он был на спине моего учителя, — Акума произнёс это тихо, и его смех угас.

Азуса замерла.

— Вашего... учителя? — она смотрела на него, не веря своим ушам. — У вас был учитель?

Акума не ответил сразу. Он выжал губку, продолжая смотреть в пол. Затем произнёс:

— Она была подругой моей матери. Когда моей мамы не стало, она начала присматривать за мной. Именно она научила меня всему.

Он сделал паузу.

— Как правильно говорить. Как понимать чужие эмоции. Как сражаться. Как становиться сильнее. Как выживать.

Он поднял голову, и в его чёрных глазах Азуса увидела то, что никогда раньше не видела. Ему было больно.

— Она научила меня всему, — повторил он. — Она была единственным посторонним человеком, который видел во мне не монстра. Не подопытного. Не оружие. А ребёнка.

Азуса смотрела на него, и её белые глаза наполнились чем-то, что она не могла назвать.

Она решила промолчать.

Акума вернулся к работе. Он продолжал мыть её, его движения были осторожными, точными. Он обходил раны, не касаясь их, промывал кровь, очищал кожу. Он смотрел только в пол, только на свои руки, только на губку.

Когда он закончил, он взял полотенце и аккуратно вытер её тело, не задерживаясь ни на одном участке дольше, чем нужно. Затем он высушил её волосы, его пальцы двигались мягко, распутывая пряди.

— Я сейчас вернусь, — произнёс он, выходя из ванной.

Через пару минут он вернулся с чистой одеждой — белой рубашкой и мягкими штанами. Он помог Азусе одеться, его руки двигались аккуратно, поддерживая её, когда она не могла поднять руки.

Когда она была одета, он снова поднял её на руки и понёс обратно в комнату. Он уложил её на кровать, поправил подушку.

— Спасибо. — Азуса произнесла это тихо, глядя в потолок.

Акума постоял рядом несколько секунд, затем кивнул.

— Выздоравливай.

Он развернулся и вышел, закрыв за собой дверь.

Азуса лежала, глядя в потолок.

Прошло пару часов.

Акума сидел в главном зале ратуши, откинувшись на спинку кресла. Его чёрные глаза были обращены в потолок.

Дверь скрипнула, и вошёл Мидред.

— Господин Акума, — он коротко поклонился. — Кареты из Иоса прибыли. Девушки, которых вы освободили, здесь.

Акума моргнул, словно выныривая из глубоких раздумий. Он вспомнил — три девушки в бункере отца Ясуо. Прикованные цепями. Истощённые. Те, кого он отправил в Мираж.

— Хорошо, — произнёс он. — Доложи Ари и Лине. Пусть помогут им освоиться. Покажи комнаты, объясни обязанности. Пусть они чувствуют себя в безопасности.

— Будет исполнено, господин, — Мидред поклонился и развернулся.

Акума не двигался. Он продолжал сидеть, глядя в потолок. Его пальцы лениво постукивали по подлокотнику.

Мидред вышел, закрыв за собой дверь.

Акума остался один.

Он сидел так долго. Словно чего-то ждал. Словно что-то должно было произойти.

Неизвестный город. Темница Мии.

Дверь распахнулась с таким грохотом, что пленники в клетках вздрогнули.

Мия вошла в зал, и её присутствие заполнило собой всё пространство. Её красные глаза горели безумным огнём, платье было пропитано кровью — не её, разумеется. Волосы растрёпаны, на губах играла та самая широкая, почти детская улыбка. Но в этой улыбке не было веселья. Только ярость.

— Провал! — её голос эхом разнёсся по залу. — Полный, абсолютный, сокрушительный провал!

Она начала ходить между клетками, её шаги были резкими, почти нечеловеческими. Пленники сжимались в углах, пряча лица, дрожа от страха.

— Деон дал мне простой приказ! Уничтожить город! А что я сделала? — она остановилась перед одной из клеток, её красные глаза сузились. — Я проиграла! Четверо щенков заставили меня бежать! Четверо!

Она ударила кулаком по прутьям клетки, металл зазвенел.

— Этого не может быть!

Она повернулась к клетке, в которой сидел старик с седой бородой. Тот самый, которого она гладила по щеке в прошлый раз.

— Ты, — она открыла клетку, схватила старика за ворот и вытащила наружу. — Ты смотрел на меня, когда я входила.

— Н-нет, госпожа! — старик закричал, его руки дрожали. — Я не смотрел! Клянусь! Пожалуйста!

Мия ударила его кулаком в голову.

Звук был влажным, тошнотворным. Голова старика превратилась в кашу из костей и плоти, кровь брызнула на стены. Тело упало на пол, дёргаясь в предсмертных судорогах.

Мия вытерла кровь о платье.

— Лучше, — прошептала она. — Немного лучше.

Она повернулась к остальным клеткам, её красные глаза скользили по лицам пленников, оценивая. Они дрожали, прятали глаза.

В одной из клеток, в самом дальнем углу, сидела девушка. Чёрные волосы, растрёпанные, спадающие на плечи. Чёрные глаза, холодные, как лёд. Она сидела, скрестив ноги, и смотрела на Мию с лёгкой, почти скучающей улыбкой.

Та самая девушка. Та, что дерзила ей в прошлый раз.

Мия замерла.

Затем её губы растянулись в широкой улыбке.

— О, — произнесла она. — Ты.

Девушка не ответила. Она просто смотрела.

— Ты всё ещё здесь, — Мия подошла к клетке, её красные глаза сияли. — Я думала, ты уже мертва. Но нет. Ты всё ещё здесь. И всё ещё улыбаешься.

Она открыла клетку, схватила девушку за руку и вытащила наружу. Девушка не сопротивлялась. Она просто встала, отряхнулась и посмотрела на Мию.

— Как тебя зовут? — Мия начала кружиться вокруг неё, её движения были лёгкими, почти танцующими.

— Рин, — девушка произнесла это просто, без эмоций.

— Рин, — Мия повторила имя, словно пробуя его на вкус. — Знаешь, Рин, ты меня раздражаешь. Ты совсем не боишься меня.

— В этом зале невозможно использовать магию, — Рин произнесла это тихо, но в её голосе читалась сталь. — Не считая этого факта, ты не представляешь для меня угрозы.

Мия замерла.

Её красные глаза сузились. Она посмотрела на Рин, оценивающе, холодно.

— Магия, — она произнесла это слово медленно. — Ты говоришь о магии. Значит, у тебя есть Источник.

Рин рассмеялась.

Тихо, почти неслышно. Затем громче.

— Ха-ха-ха, — она запрокинула голову. — Так ты даже это не знаешь? Вот как бывает, когда твои люди делают всю работу, а ты даже не интересуешься их уловом.

Мия ударила её в живот.

Кулак вошёл глубоко, Рин согнулась, но не закричала. Она лишь выдохнула, её лицо исказилось от боли, но лишь на мгновение. Затем она выпрямилась, её зелёные глаза встретились с красными глазами Мии.

— Больно? — Мия усмехнулась. — Хочешь ещё?

Она схватила Рин за волосы, дёрнула её голову назад, заставила посмотреть себе в глаза.

— Знаешь, что я с тобой сделаю? — её голос был тихим, но в нём звенела ярость. — Я сломаю тебя. Медленно. По кусочкам. Я заставлю тебя умолять о смерти. Я заставлю тебя кричать так, что стены этого зала покроются кровью. Я...

— Давай выйдем из этого зала, — Рин произнесла это спокойно, почти скучающе. — И там ты покажешь мне, на что способна.

Мия замерла.

Она смотрела на Рин, её красные глаза сузились. Затем она начала смеяться.

— Ха-ха-ха-ха-ха! — она запрокинула голову, её смех эхом разнёсся по залу. — Ты хочешь выйти? Ты хочешь, чтобы я показала тебе, на что я способна?

Она отпустила волосы Рин, отступила на шаг.

— Ну давай! — она распахнула дверь зала. — Выходи!

Она схватила Рин за плечи и выбросила её наружу.

Рин упала на пол коридора, но тут же вскочила на ноги.

И в ту же секунду Мия почувствовала это.

Мана.

Густая, тяжёлая, пульсирующая мана начала циркулировать по телу Рин, словно река, прорвавшая плотину. Её волосы и глаза окрасились в серый.

Рин улыбнулась.

[[image:/storage/reader-images/8c9b4f2e613e7de06c6c5bc94bc579dc135d4118.png]]

В её руках материализовались два кинжала — серые, полупрозрачные, сделанные из чистой тени. Они светились тусклым, холодным светом, от них веяло холодом.

— А ты глупее, чем я думала, — произнесла Рин.

Мия смотрела на неё, её красные глаза сузились.

— Кинжалы? — она усмехнулась. — Интересно.

Она щёлкнула пальцами, и из её пальцев вырвались кровавые иглы, направленные прямо в Рин.

Рин уклонилась, её движения были лёгкими. Кинжалы в её руках мелькали, рассекая воздух.

— Ты думала, я всё это время была твоей игрушкой? — Рин сделала шаг вперёд, её глаза сияли. — Я ждала. Я ждала момента, когда ты сама выведешь меня из этого зала.

— О, — Мия рассмеялась.— Так ты на это и рассчитывала?

— Я просто знала. Я знала, что так будет. Что ты не удержишься. Что ты сама откроешь мне дверь.

Мия шагнула вперёд, её тело покрылось кровавыми шипами.

— Тогда давай посмотрим, — её голос стал глубоким, почти звериным. — Кто из нас глупая!

Она рванулась вперёд.

Бой начался.

Тени и кровь.

Мия рассмеялась.

Её смех был безумным, раскатистым, эхом разнёсся по коридору. Она схватила Рин за горло, прижала к стене, её красные глаза сияли.

— Ты думаешь, ты умная? — её голос был хриплым, полным ярости. — Ты думаешь, ты можешь меня обыграть?

Рин не сопротивлялась. Она просто смотрела на Мию, её зелёные глаза были холодными, как лёд.

— Я не думаю, — произнесла она тихо. — Я знаю.

Мия ударила её кулаком в живот, отбросив на пол. Рин упала, но тут же вскочила.

— Тогда давай посмотрим, — Мия щёлкнула пальцами, и из её пальцев вырвались кровавые иглы. — Кто из нас умнее.

Рин уклонилась, её тело растворилось в тени, и она появилась за спиной Мии. Её кинжал рассёк воздух, оставляя за собой серый след.

Мия обернулась, её тело покрылось кровавыми шипами.

Кровавая Месть!

Шипы вонзились в руку Рин, когда та пыталась ударить. Боль была острой, но Рин не отступила. Она вырвала руку, кровь брызнула на стену, и отпрыгнула назад.

— О, у тебя кровь — Мия рассмеялась. — Это прекрасно!

Она рванулась вперёд, её когти мелькали, нанося удар за ударом. Рин блокировала и уклонялась, едва поспевая за скоростью.

— Ты думаешь, тени могут меня остановить? — Мия ударила Рин в грудь, отбросив её на стену.

Рин упала на пол, её дыхание было тяжёлым. Но она улыбнулась.

— Интересно.

Она поднялась, её тело начало покрываться серым дымом.

Сумерки!

Рин исчезла, став невидимой. Мия остановилась, её красные глаза сузились, сканируя коридор.

— Прячешься? — она рассмеялась. — Глупо.

Она щёлкнула пальцами, и из-под земли вырвались кровавые фонтаны, заполняя весь коридор. Рин была вынуждена выйти из невидимости, уклоняясь от фонтанов.

— Нашла! — Мия рванулась вперёд.

Они столкнулись в центре коридора, Мия набросилась на Рин с когтями, но та уклонилась вниз, после чего вонзила один из кинжалов в её грудь. Мия закричала, но тут же рассмеялась, её тело покрылось кровавыми шипами.

Кровавая Месть!

Шипы вонзились в руку Рин, та зашипела от боли, но не отступила. Она вырвала кинжал, кровь брызнула на стену, и отпрыгнула назад.

Она щёлкнула пальцами, и из её пальцев вырвались кровавые нити, обвившие ноги Рин.

Кровавые Нити!

Рин почувствовала, как её тело начало двигаться против её воли. Нити тянули её к Мии, заставляя делать шаги вперёд.

— Нет, — Рин сжала кулаки, её мышцы напряглись. — Нет!

Она рванулась, разрывая нити силой. Мия удивлённо подняла бровь.

— О, ты можешь сопротивляться? — она усмехнулась.

Кровавый Хлыст!

Она щёлкнула пальцами, и из её рук вырвался кровавый хлыст, обвивший шею Рин.

Рин была притянута к Мии, та ударила её коленом в живот, отбросив на стену. Рин упала, её дыхание было тяжёлым, кровь текла по лицу.

— Ты неплоха, но меня не победишь.

Рин поднялась, её тело было покрыто ранами, кровь текла по лицу. Но она улыбнулась.

— Правда?

Теневой Шаг!

Она рванулась вперёд, её тело растворилось в тени.

Она появилась за спиной Мии, и несколько раз вонзила кинжалы в разные части её тела. Мия закричала, её тело было покрыто ранами, кровь текла по лицу. Она рассмеялась

— О, это было прекрасно! — её голос был хриплым, но в нём звучал восторг. — Ещё!

Она обернулась, её тело покрылось кровавыми шипами.

Кровавая Месть!

Шипы вонзились в руку Рин, когда та пыталась нанести очередной удар. Боль была острой, но Рин не отступила. Она вырвала руку, кровь брызнула на стену, и отпрыгнула назад.

Она щёлкнула пальцами, и из её пальцев вырвались кровавые иглы, направленные прямо в Рин. Та уклонилась, но одна игла всё же попала ей в плечо.

Игла Садиста!

Из иглы начали вырываться тонкие красные нити, которые начала медленно распространяться по руке Рин, причиняя ей боль.

— Теперь ты будешь страдать!

Рин сжала кулаки.

— Хватит играть, — произнесла она. — Пора заканчивать.

Она рванулась вперёд, её тело растворилось в тени.

Тысячи Теней!

Она исчезла, и вокруг Мии начали появляться десятки теневых ударов. Каждый удар был мгновенным, Мия увернулась от части ударов, но некоторые из них всё же задели её. Бок был разодран, бедро пробито, а на лице появился порез.

Мия закричала, её тело было покрыто ранами, кровь текла по лицу. Она рассмеялась ещё сильнее.

— О, это было прекрасно! Ещё!

Она щёлкнула пальцами, и из её пальцев вырвались кровавые иглы, направленные прямо в Рин.

Рин появилась рядом.

Поглощение Тени!

Она вонзила кинжал в тень Мии и вырвала её, в этот момент на животе Мии появился разрез.

— Что... что ты сделала? — её голос дрожал.

— Я вырвала твою тень. Не переживай, она вернётся через пару секунд.

Мия упала на колени, её дыхание было тяжёлым, кровь текла по лицу. Но она улыбнулась.

— Ты думаешь, ты победила? — её голос был хриплым. — Нет. Ещё нет.

Она поднялась, её красные глаза сузились.

— Пора показать тебе, что такое настоящий хаос.

Она рванулась к двери темницы, исчезая за ней. Рин последовала за ней, но Мия уже вышла из неё, притащив с собой труп старика, которого убила ранее. Она держала его над собой, заставляя оставшуюся в нём кровь литься прямо на неё.

— Ха-ха... ХАХАХАХАХХА!

УЛЬТИМЭЙТ: КРОВАВЫЙ ХАОС!

[[image:/storage/reader-images/5e6d59c7af67522cdd47443a4300ab7e289c06ad.png]]

Красная энергия превратилась в когти. Мия на гигантской скорости рванулась в сторону Рин.

— Теперь ты умрёшь!

Её когти мелькали, нанося удар за ударом.

Кровавые когти!

Рин увернулась, но Мия быстро среагировала и всё же вонзила когти ей в ногу, после чего ударила ногой. Рин отлетела назад, падая на камни.

— Вставай, — Мия подошла ближе, её красные глаза сияли. — Я ещё не закончила.

Рин поднялась, её дыхание было тяжёлым. Но в её глазах не было страха. Только ярость.

Она рванулась вперёд, её тело растворилось в тени.

Они столкнулись в центре зала, их тела мелькали, кинжалы и когти рассекали воздух. Рин двигалась быстро, почти танцуя, её кинжалы оставляли серые следы. Мия атаковала яростно, её когти рвали воздух, каждый удар был смертельным.

Они вылетели в окно и упали на улицу, катясь по камням. Город был пустым, жители прятались в домах, слыша звуки боя.

Рин вскочила на ноги, её тело было покрыто ранами. Мия стояла в нескольких метрах, её красные глаза сияли, на губах — широкая улыбка.

— Ну что, продолжим!?

Она рванулась вперёд, её когти мелькали.

Они сражались через весь город, разрушая здания, переворачивая повозки, ломая стены. Их тела мелькали, кинжалы и когти рассекали воздух.

Рин использовала тени для маневрирования, появляясь в разных местах, нанося удары и исчезая. Мия использовала кровь, создавая фонтаны, нити, шипы, пытаясь поймать Рин.

Но Рин была быстрее. Она использовала каждую тень, каждый угол, каждую возможность, чтобы нанести удар и исчезнуть.

Мия была яростной. Она атаковала без остановки, но никак не могла попасть по Рин, которая постоянно уходила в тени.

В конце размена сериями ударов, Рин вонзила кинжалы в плечи Мии, но та даже не дрогнула.

— Попалась!

Мия пробила живот Рин своей рукой и прижалась к ней.

— А теперь, дорогуша... Я подниму руку вверх, разрывая всё твоё тело. Ну как, довольна? Это же ты хотела решить всё именно так. А ведь могла просто мирно умереть, не наводя беспорядков!

— Лучше бы ты просто добила меня, а не открывала рот.

Выбивание тени!

Рин вскрикнула, из её кинжалов в плечи Мии проникла теневая энергия. В то же мгновение силуэт Мии стал размытым, она стала похожей на теневое отражение, из-за этого её тело прошло сквозь Рин, позволив той выбраться. Через пару секунд её тело вернулось в норму.

— Что это было!?

— Я думаю тут не тяжело догадаться... Кх...

Рин упала на землю, всё её тело было покрыто кровью. Она дрожала и с трудом могла пошевелиться.

— Ну и ладно. Видимо, тебе это всё равно не поможет. Вставай, — Мия подошла ближе, её красные глаза сияли. — Я хочу разорвать тебя на куски прежде, чем ты умрёшь.

— Я... не умру. — произнесла она, её голос был хриплым.

Она села на колени, её тело дрожало, но она держалась.

Ультимэйт...

— Чего!? У тебя ещё есть на это силы!?

Мия сразу же замахнулась когтями, но было уже поздно. Рин вонзила оба кинжала в собственную тень и растворилась в ней.

Владычица Теней!

Её тело стало чистой тенью. Мия сразу же отпрыгнула назад, но Рин уже двигалась в её сторону.

— Уйди!

Из земли вырвалась серая рука, которая схватила Мию за ногу. В этот момент Рин уже настигла её, её теневой облик коснулся тени Мии.

— Что... — Мия замерла.

Рин сжала тень Мии.

Тело Мии начало подражать тени, сжиматься, деформироваться. Она закричала, её голос был полным ужаса.

Мия упала на колени, её тело было покрыто ранами и приняло неестественный вид, словно её только что придавило стенами с двух сторон. Она попыталась встать, но её ноги не слушались.

— Нет... — прошептала она. — Нет...

Рин отступила, её дыхание было тяжёлым, её тело дрожало. Она использовала всю свою силу.

Мия лежала на земле, не двигаясь.

Рин стояла, глядя на неё.

— Конец, — прошептала она.

Но тут она услышала звуки. Шаги. Голоса.

Подопечные Мии. Они догнали их.

Рин посмотрела на Мию, затем на звуки. Она понимала, что не сможет сражаться с ними всеми. Она была тяжело ранена, её силы на исходе.

— Лучше тебе сдохнуть от кровопотери, потому что иначе за тобой придёт Акума, это будет гораздо хуже того, что с тобой сейчас, тварь.

Она развернулась и рванулась в сторону, исчезая в тени.

Она бежала через город, её тело двигалось автоматически, её разум был затуманен болью. Она не знала, куда бежит. Она просто бежала как можно дальше.

Мираж.

Акума всё ещё сидел в главном зале ратуши, откинувшись на спинку кресла. Его чёрные глаза были обращены в потолок.

Дверь скрипнула.

Акума медленно повернул голову.

Вошла Ари, а за ней — три девушки. Они были одеты в простые, но аккуратные наряды горничных — белые блузки, чёрные юбки, фартуки. Их лица были бледными, но в глазах читалась радость.

— Господин Акума, — Ари коротко поклонилась. — Я привела их.

Девушки остановились в нескольких шагах от него, затем одновременно склонили головы в уважительном поклоне.

— Благодарим вас за спасение, господин, — произнесла старшая из них, девушка лет двадцати с каштановыми волосами. — Мы полностью в вашем распоряжении.

— Меня зовут Элла, — продолжила она, указывая на других. — Это Мира и Нао.

Акума осмотрел их. Их одежда была чистой, волосы аккуратно собраны, но в их глазах всё ещё читался страх — страх людей, которые слишком долго жили в аду и не могли поверить, что кошмар закончился.

— Вам идёт, — произнёс он, его голос был спокойным. — Ваши обязанности, скорее всего, уже объяснили, но я повторю. Уборка, готовка, стирка, уход за комнатами. Если понадобится что-то ещё — Ари или Мидред скажут.

Элла кивнула.

— Мы будем делать всё, что вы прикажете, господин.

Акума усмехнулся. Он встал со стула и подошёл к ней, остановившись в нескольких шагах. Его чёрные глаза смотрели прямо в её зелёные.

— Ты должна делать всё, что скажут, только в том случае, если это скажу я или Ари, — произнёс он тихо. — Если кто-то другой будет заставлять вас делать то, что выходит за рамки обязанностей, можете отказаться.

Элла замерла. Остальные девушки переглянулись.

— Г-господин... — Элла сглотнула. — Но мы...

— Я предложил вам работу, вы согласились. От вас требуется выполнять свои обязанности, которые уже были сказаны. Ничего больше.

Он отступил на шаг.

— Понятно?

Элла молчала несколько секунд. Затем медленно кивнула.

— Как прикажете, господин.

— Отлично, — Акума хлопнул в ладоши. — А теперь принимайтесь за работу.

Девушки поклонились и вышли, их шаги были лёгкими, почти неуверенными.

Ари стояла у двери, глядя на Акуму.

— Акума... — она помедлила. — Можно мне пойти с тобой наверх?

Он посмотрел на неё, затем кивнул.

— Идём.

Они поднялись на пятый этаж и вошли в его комнату. Акума сел на стул у окна, Ари — на его кровать. Некоторое время они сидели в тишине, слушая, как за окном шумит город.

— Просто хотела передохнуть от шума снаружи, — произнесла Ари, её голос был тихим.

Акума не ответил. Он смотрел в окно, его чёрные глаза скользили по крышам города.

Ари смотрела на него. Перед ней был монстр из легенд, который оказался чем-то большим.

Она сделала глубокий вдох.

— Акума... — она помедлила. — А как ты относишься к девушкам в целом?

Акума повернул голову, он посмотрел на неё непонимающим взглядом.

— Что?

Ари почувствовала, как её щёки вспыхнули.

— Ладно, забудь, — она махнула рукой. — Я сказала какую-то чушь.

Они снова замолчали. Акума смотрел в окно, Ари смотрела на Акуму.

Затем он произнёс:

— Самым важным человеком для меня была мама.

Ари подняла голову.

Акума не оборачивался. Он продолжал смотреть в окно, его голос был тихим, почти задумчивым.

— После её смерти меня воспитывала её подруга. Она стала моим учителем и опекуном. Научила меня всему. Как правильно говорить. Как понимать чужие эмоции. Как сражаться. Как выживать. Я навсегда ей благодарен.

Он сделал паузу.

— Я был готов сделать для неё всё, чего она пожелает. Лишь бы отплатить.

Он повернулся к Ари.

— А ты, Ари, возродила меня. Дала мне возможность внести свой вклад в текущий мир.

...

— В итоге получается, что три самых близких мне человека были девушками. Я просто не имею права относиться к ним предвзято, если ты об этом спрашивала.

Ари смотрела на него, её зелёные глаза наполнились чем-то, что она не могла назвать. На её лице появилась улыбка.

— Ты сказал, что был готов сделать всё для той женщины, что воспитывала тебя... — она помедлила. — Это не было преувеличением?

Акума посмотрел на неё. Его лицо было серьёзным.

— Нет. Не было.

Он произнёс это так просто, так буднично, что у Ари перехватило дыхание.

— Если бы она захотела, чтобы я уничтожил королевство, я бы это сделал. Если бы она сказала мне уничтожить весь мир, я бы так и сделал. Если бы она сказала мне убить себя, я бы без раздумий сделал всё, чтобы осуществить её желание в реальность.

Он сделал паузу.

— Я был обязан ей своей жизнью. Поэтому дал ей распоряжаться мной так, как она хочет.

Ари молчала. Она не знала, что сказать.

— Но в итоге она не потребовала от меня ничего подобного, — Акума усмехнулся.

— А что потребовала? — спросила Ари тихо.

Акума замолчал. Он начал смотреть в окно.

Затем он повернулся обратно к Ари и улыбнулся.

— Она лишь сказала мне быть счастливым, — произнёс он. — Но в той жизни я так и не смог обрести своего счастья. Так что я провалился.

Ари посмотрела на него, её глаза начали слезиться, она начала смотрет по сторонам, не зная, куда убрать взгляд.

— А сейчас... — она помедлила. — Ты счастлив?

Акума молчал несколько секунд. Затем он встал со стула и подошёл к Ари, сидящей на кровати. Он наклонился, его лицо оказалось рядом с её.

С улыбкой на лице он произнёс:

— Может быть.

Ари почувствовала, как её щёки вспыхнули. Она отвела взгляд, затем схватила одеяло и натянула его на голову, прячась под ним.

Акума рассмеялся. Тихо, почти неслышно. Но это был искренний смех.

Он выпрямился и отошёл к окну, глядя на город.

— Отдыхай, маленькая ведьма.

Ари не ответила. Она лежала под одеялом, её сердце колотилось так сильно, что она слышала его стук в ушах.

Она думала о его словах. О матери, которую он потерял. Об учителе, которому он был обязан жизнью. О ней, Ари, которая возродила его.

Она улыбнулась под одеялом.

Акума стоял у окна, глядя на город.

Он улыбнулся.

— Может быть, — прошептал он. — Может быть...

И где-то далеко, в неизвестном городе, Рин бежала через улицы, её тело покрыто ранами, её дыхание тяжёлое. Она не знала, куда бежит. Она просто бежала.

На тот момент она ещё не знала, что её путь ведёт к Миражу.

Не стоит тревожить мёртвых.

Акума сидел за столом в главном зале, перед ним лежала стопка пергаментов. Его чёрные глаза скользили по строкам, пальцы лениво постукивали по подлокотнику кресла. Рядом, на стуле у окна, сидела Азуса.

Она всё ещё не была в лучшем состоянии. Под глазами залегли тени, а движения были замедленными. Но она не могла сидеть без дела.

— Вот эта, — Азуса протянула ему один из пергаментов. — Мужчина, которого похитили для работы на производстве запрещённых веществ.

Акума взял пергамент, его глаза скользнули по строкам.

— Организация, которая создаёт конфеты с магией, вызывающей зависимость, — произнёс он. — Массовые похищения. Рабство. Выход из города закрыт.

— Именно, — Азуса кивнула. — Для этого нужен кто-то скрытный, чтобы провести расследование. Я подумала, что Юма или Сэйрю не подойдут — они слишком заметны.

— Согласен, — Акума отложил пергамент. — Нужен кто-то, кто может проникнуть незамеченным.

Он взял другой пергамент — отчёт Мидреда. Его глаза сузились, когда он начал читать.

— Азуса, слушай это, — его голос стал холодным. — Женщина сорока лет отправила заявку. Некая группа бандитов захватила небольшую деревню на западе. Они держат жителей в страхе, похищают молодых девушек, убивая их семьи.

Азуса нахмурилась.

— Продолжай.

— Девушек, скорее всего, пытают и насилуют, после чего убивают. Женщина написала, что большинство девушек, которые были похищены, скорее всего, уже мертвы. Но она просит уничтожить подонков, которые этим занимаются. И если кто-то из девушек остался в живых — помочь им.

Азуса сжала кулаки, её белые глаза потемнели.

— Это... мерзко, — её голос дрожал от гнева. — Я хочу отправиться туда. Прямо сейчас.

— В твоём состоянии это будет проблематично, — Акума покачал головой. — Ты едва можешь встать без посторонней помощи.

— Но я могу сражаться! — Азуса попыталась подняться, но резкая боль в животе заставила её зашипеть и упасть обратно на стул.

— Вот именно, — Акума усмехнулся.

Он хлопнул в ладоши.

— Лина!

Дверь в соседнюю комнату открылась, и вошла Лина. Её каштановые волосы были собраны в аккуратный пучок.

— Господин?

— Возьми этот отчёт, — Акума протянул ей пергамент. — Передай его Ясуо. Пусть прочитает, узнает у Мидреда подробности и выполнит задачу.

Лина взяла пергамент, кивнула и вышла.

Азуса смотрела на Акуму.

— Ты отправляешь Ясуо? Одного?

— Он бессмертен, — Акума пожал плечами. — Ему нечего терять. К тому же, это хорошая возможность для него. А ещё, сам этот случай... Похож на его ситуацию с отцом.

Азуса молчала несколько секунд, затем кивнула.

— Хорошо. Но если он не справится...

— Все будет в порядке.

Ворота Миража.

Стража стояла у ворот, их лица были напряжёнными, руки сжимали мечи. Они осматривались, сканируя горизонт, ища любые признаки угрозы.

И тогда они увидели её.

Тень.

Она двигалась по земле, словно живая, приближаясь к воротам. Но самого человека не было — только тень, скользящая по камням.

— Что это? — один из стражников сглотнул.

— Не знаю, — другой поднял меч. — Но выглядит... плохо.

Тень приблизилась, и стражники достали мечи, ожидая удара.

И тогда из тени вылезла она.

Девушка. Серые волосы, растрёпанные, спадающие на плечи. Серые глаза, тусклые, почти потухшие. Её одежда была пропитана кровью. Раны покрывали её тело, некоторые из них всё ещё кровоточили.

Рин.

Она упала на колени, её дыхание было тяжёлым, прерывистым. Она едва держалась.

И в ту же секунду позади неё появился Юма.

Его красные глаза горели, рука была поднята, в ней полыхало пламя. Он смотрел на Рин, его лицо было каменным.

— Стой, — его голос был холодным, но в нём читалась настороженность. — Кто ты?

Рин подняла голову, её зелёные глаза встретились с его красными.

— Рин, — её голос был хриплым. — Я... хочу служить Куроши Акуме.

Юма смотрел на неё несколько секунд, оценивая. Он видел её раны, видел, как она едва держится. Его рука с пламенем медленно опустилась.

— Ты ранена, — произнёс он. — Сейчас позову Акуму.

Он развернулся, но тут же замер.

Потому что Акума уже был здесь.

Он стоял в нескольких шагах от них, его чёрные глаза скользили по Рин, оценивая. Никто не заметил, как он появился — ни стражники, ни Юма. Он просто... был.

— Господин Акума! — один из стражников коротко поклонился.

Акума не обратил на него внимания. Он смотрел на Рин.

Рин увидела его, и в её глазах мелькнуло что-то — облегчение? Надежда? Она выдохнула, её тело обмякло, и она потеряла сознание, падая на камни.

— Она без сознания, — Юма подошёл ближе. — Господин, у неё определённо есть Источник. Это может быть опасно.

— Согласен, — Акума кивнул.

Он поднял руку и направил палец на Рин. Из земли вырвались чёрные цепи, обвившие её тело, приковав её к земле.

— Эти цепи не дадут ей использовать силы, — произнёс Акума. — Так что можешь не волноваться.

Юма кивнул, наклонился и поднял Рин на руки.

— Отнеси её в ратушу, — Акума повернулся и зашагал обратно в город. — Пока она не очнётся.

Юма последовал за ним, неся Рин на руках. Стражники проводили их взглядом, их лица были бледными.

— Что... что это было? — прошептал один из них.

— Не знаю...

Неизвестная локация. Тренировочная арена.

Деон Вель Тэо шёл по каменным ступеням, его белые доспехи безупречно сияли в свете факелов. Арена была огромной — круглое помещение с высокими стенами, покрытыми древними рунами. В центре, на полу, был нарисован сложный круг из крови. Тридцать человек сидели на коленях по его краю — пятнадцать мужчин и пятнадцать женщин. Их глаза были завязаны чёрными повязками, руки связаны за спиной. Они не двигались, не шептались, не плакали. Они давно поняли, что сопротивление бесполезно.

В центре круга сидела старая женщина. Её седые волосы спадали на плечи грязными прядями, кожа была покрыта морщинами, а глаза — мутными, почти слепыми.

Деон остановился у края круга.

— Ты пришел.

— Я всегда выполняю свои обещания, — Деон усмехнулся. — Всё, что ты просила, доставлено. Пятнадцать мужчин и пятнадцать женщин с одинаковыми Источниками. Слабыми, как ты и просила.

Старуха кивнула, её мутные глаза скользнули по пленникам.

— Подготовка была... утомительной, — Деон продолжил, его голос стал холоднее. — Найти людей с одинаковыми и при этом слабыми Источниками оказалось сложнее, чем я думал. Пришлось прочесать половину королевства.

— Цель оправдывает средства, — старуха произнесла это просто, без эмоций.

Деон посмотрел на неё, его янтарные глаза сузились.

— Ты уверена? Это проклятие действительно сможет убить его?

Старуха медленно подняла голову.

— Это проклятие способно убить любого, — её голос стал тише, но в нём звенела уверенность. — Короля. Демона. Не важно. Абсолютно любого. Единственное исключение — если его Источник связан с чем-то небесным. В таком случае проклятие просто не сработает.

— Небесным? Это точно не про него.

— Он не выглядит ничем, — старуха усмехнулась. — Но он не небесный. Я чувствую это. Его сила тёмная. Древняя. Она не от богов.

Деон кивнул.

— Тогда приступай.

Старуха медленно, с трудом, опустилась на колени в центре круга. Её пальцы начали двигаться, рисуя в воздухе невидимые символы. Она начала читать заклинание — тихо, почти шёпотом, но каждое слово было слышно в каждом уголке арены.

— Кровь за кровь, жизнь за жизнь. Плоть за плоть, кость за кость. Тридцать сердец — одна смерть. Тридцать душ — один приговор. Пусть кровь станет ядом. Пусть жизнь станет ценой. Пусть смерть станет неизбежной.

Её голос становился громче, сильнее. Воздух вокруг неё начал дрожать, кровь в круге начала пульсировать.

— Цель: Куроши Акума.

Круг вспыхнул.

Яркая, ослепительная красная энергия вырвалась из крови, окутывая тридцать пленников. Их тела начали дрожать, их сердца бились всё быстрее, быстрее, быстрее — и вдруг остановились. Все тридцать. Одновременно.

Они упали на землю, мёртвые.

Красная энергия поднялась вверх, закружилась в воздухе, формируя гигантский вихрь. Деон смотрел на это с ухмылкой, его янтарные глаза сияли предвкушением.

Но энергия... оборвалась.

Она просто исчезла. В мгновение ока. Вихрь рассеялся, красное сияние погасло, и арена погрузилась в тишину.

Старуха замерла. Её мутные глаза расширились, её руки задрожали.

— Что... что произошло? — её голос дрогнул. — Это... это невозможно...

Деон нахмурился.

— Что-то пошло не так?

— Нет, — старуха покачала головой, её голос стал тише. — Это... это не должно было...

И тогда круг изменился.

Кровь, нарисованная на полу, почернела. Буквально на глазах. Она превратилась в чёрную, вязкую жидкость, которая начала пульсировать, словно живая.

Деон отступил на шаг, его рука легла на рукоять меча.

И тогда появились глаза.

Чёрные. Без белков. Без зрачков. Десятки глаз, появившихся внутри круга. Они смотрели по сторонам, словно оценивая, изучая. Затем все они остановились на старухе.

Она задрожала. Её мутные глаза расширились ещё сильнее, её руки начали трястись.

— Быть не может... — прошептала она. — Что это такое!?

Её голос был полным ужаса. Такого не должно было произойти. Такого не могло произойти.

Глаза смотрели на неё несколько секунд. Затем они пришли в ярость.

Чёрная энергия вырвалась из круга, окутывая старуху. Она открыла рот, чтобы закричать, но не успела. Её голова взорвалась. Кровь, кости, мозги — всё это разлетелось по арене, покрывая пол и мёртвые тела пленников.

Её тело упало на землю, безголовое, дёргаясь в предсмертных судорогах.

Деон стоял неподвижно. Его янтарные глаза были широко раскрыты, его лицо было бледным. Он смотрел на безголовое тело старухи, на кровь, покрывающую арену, на чёрные глаза, которые всё ещё были внутри круга.

Затем глаза повернулись к нему.

Они смотрели на него с насмешкой. С презрением. С холодом. Словно они знали, кто он. Словно они знали, что он пытался сделать. Словно они смеялись над ним.

Деон сжал кулаки.

— Ты... — его голос дрожал от ярости. — Ты...

Глаза исчезли. Просто исчезли. Круг погас, кровь перестала пульсировать, и арена снова стала обычной. Мёртвой. Тихой.

Деон стоял неподвижно, тяжело дыша. Затем он взорвался.

— ЧЁРТ! — его голос эхом разнёсся по арене. — ЧЁРТ, ЧЁРТ, ЧЁРТ!

Он ударил кулаком по стене, камень треснул.

— Как!? Как это возможно!? Это проклятие не могло не сработать! Оно не могло!

Он начал ходить по арене, его шаги были резкими, почти нечеловеческими.

— Что ты такое? Что ты скрываешь? Почему даже такое древнее проклятие не может тебя достать? В своё время им убили человека, Источником которого была сам Люцифер, чёрт возьми!

Он остановился, его янтарные глаза сузились.

— Ладно. Если проклятия не работают... значит, нужно действовать иначе...

Он развернулся и зашагал к выходу.

— Я найду способ убить тебя. Найду. Даже если мне придётся разорвать саму реальность.

Королевство Рассвет. Тронный зал.

Зал был огромным, роскошным, украшенным золотом и драгоценными камнями. Высокие колонны из белого мрамора поддерживали своды, украшенные фресками с изображениями побед. Пол был выложен мрамором, в центре которого был выложен герб — корона, окружённая десятью звёздами.

В центре зала стояла Селестия Великая. Её блондинистые волосы сияли в свете магических кристаллов, жёлтые глаза были холодными, уверенными. Рядом с ней стояла девушка — взрослая, с фиолетовыми волосами и фиолетовыми глазами. В её руках была сфера, внутри которой переливалась мана различных цветов — красная, синяя, зелёная, золотая.

Больше в зале никого не было.

— Это поможет? — Селестия посмотрела на девушку, её голос был ровным, но в нём читалось нетерпение.

— Да, ваше величество, — девушка коротко поклонилась. — В куполе собрано огромное количество маны. Его хватит, чтобы поддерживать заклинание слежки около месяца.

— Отлично, — Селестия кивнула. — Начинай.

Девушка подняла сферу, её фиолетовые глаза вспыхнули. Она начала читать заклинание — тихо, почти шёпотом, но каждое слово было чётким, точным.

— Око, что видит сквозь стены. Тень, что идёт за целью. Пусть мана станет связью. Пусть связь станет взглядом. Пусть взгляд станет вездесущим.

Её голос становился громче, сильнее. Сфера в её руках начала светиться, мана внутри неё закружилась, формируя вихрь.

— Цель: Куроши Акума.

Сфера вспыхнула.

Внутри неё появилось изображение. Чёткое, детализированное. Акума. Он сидел на стуле в ратуше Миража, перед ним на столе лежала девушка с серыми волосами и серыми глазами — Рин, хотя Селестия и девушка этого не знали.

Селестия внимательно наблюдала за происходящим. Её жёлтые глаза сузились, её пальцы нервно постукивали по подлокотнику трона.

— Так вот ты какой, — прошептала она. — Сидишь в своей ратуше, как обычный человек.

Но через несколько секунд Акума поднял голову.

Он посмотрел прямо туда, откуда показывала сфера. Сквозь пространство. Сквозь расстояние. Сквозь саму магию.

Он смотрел прямо в глаза Селестии.

Она замерла. Её жёлтые глаза расширились, её дыхание перехватило.

Акума начал улыбаться. Медленно, почти неохотно. Его губы растянулись в широкой, пугающей улыбке.

Затем его глаза стали полностью чёрными.

Сфера треснула.

Мана внутри неё выплеснулась наружу, покрывая всю комнату. Красная, синяя, зелёная, золотая — все цвета смешались, создавая хаотичный вихрь энергии.

Селестия мгновенно подняла руку вверх. Её ладонь начала светиться жёлтым светом, который втянул в себя всю ману, поглощая её.

Через несколько секунд комната снова стала чистой. Тишина.

Селестия медленно опустила руку. Она повернулась к девушке, её жёлтые глаза сузились.

— Как это понимать? — её голос был тихим, но в нём звенела сталь.

Девушка смотрела на неё. В её фиолетовых глазах читалась тревога. настоящая, неприкрытая тревога.

— Королева... — её голос дрогнул. — Со мной... что-то не так...

— Что? — Селестия нахмурилась.

— Я... я чувствую... — девушка подняла руки, глядя на них. — Что-то внутри меня... что-то чужое...

И тогда её тело начало светиться.

Чёрный свет вырвался из неё, окутывая её с головы до ног. Она открыла рот, чтобы закричать, но не успела.

И в мгновение она исчезла, оставив после себя лишь одежду. В комнате воцарила абсолютная тишина. Селестия стояла неподвижно. Её жёлтые глаза были широко раскрыты, её лицо было бледным.

Затем она медленно, очень медленно, подняла руку и ударила по столу.

Громко. Сильно. Так, что дерево треснуло.

— ЧЁРТ! — её голос эхом разнёсся по залу.

Она развернулась и зашагала к выходу.

— НАЙДИТЕ ЕЁ! НАЙДИТЕ МАГА, КОТОРЫЙ БЫЛ СО МНОЙ, ЖИВО!

Рыцари отступили, их лица были бледными.

Селестия вышла из зала, её шаги были резкими. Её блондинистые волосы развевались за её спиной, её жёлтые глаза горели яростью.

— Куроши Акума... — прошептала она. — Что ты такое!?

Но ответа не последовало.

Девушка из тени и спасение.

Темнота отступала медленно, словно густая смола, стекающая с сознания.

Рин открыла глаза. Первым, что она увидела, было лицо.

Акума сидел на стуле рядом с кроватью, откинувшись на спинку и скрестив руки на груди. Его чёрные глаза были неподвижны и пристально смотрели прямо на неё. Он не моргал. Он просто наблюдал, словно изучая каждый её микроскопический жест, каждую реакцию.

Рин не дёрнулась. Она не испугалась этого взгляда. Вместо этого она медленно, без резких движений, попыталась сесть. Её мышцы не протестовали. Раны, которые ещё несколько часов назад разрывали её плоть, теперь лишь слегка ныли, покрытые тонкой коркой.

— Ты очнулась, — произнёс Акума. Его голос был тихим, ровным, без единой нотки удивления.

— Да, — ответила Рин, её голос всё ещё был хриплым, но твёрдым. — Благодарю за кров. И за лечение.

Акума слегка наклонил голову.

— Расскажи мне, кто ты.

Рин медленно спустила ноги с кровати. Она чувствовала себя удивительно собранной.

— Меня зовут Рин, — начала она, встречая его взгляд. — Мой Источник связан с тенями. Я была в плену у Мии несколько месяцев. Она держала нас в подвале, в зале, где магия полностью подавляется. У меня получилось спровоцировать её на то, чтобы она вывела меня из подавляющей комнаты, после чего я сразилась с ней и сбежала.

Акума молчал, давая ей продолжать.

— Я ждала, — продолжила Рин. — Я знала, что она в какой-то момент потеряет контроль. Она слишком любит боль, слишком любит играть. Когда она в ярости вытащила меня из зала, чтобы убить лично, магия вернулась в моё тело. Я использовала её же высокомерие против неё.

Рин сделала небольшую паузу, вспоминая тот бой.

— Она не умерла, я это поняла сразу, но она была серьёзно ранена. Я бы добила её, но её подопечные начали нагонять. Я не могла сражаться с целой армией в таком состоянии, поэтому ушла.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Вполне нормально, — честно ответила Рин, сжимая и разжимая пальцы. — Раны почти затянулись, силы возвращаются. Для того, через что я прошла, это... более чем нормально.

— Не благодари меня, — Акума слегка пожал плечами. — На основе слов стражи я сделал вывод, что твои силы теневые. Тени отчасти относятся к моей силе. Поэтому, пока ты была без сознания, я использовал немного своей маны, чтобы ускорить процесс твоего восстановления.

Он посмотрел на неё чуть более пристально.

— Но учти: это не сработает на том, чьи силы не схожи с моими. Если бы твоя сила не была в чем-то схожа с моей, то ты бы умерла.

Рин кивнула.

— Я знаю, кто вы, господин Куроши Акума, — произнесла она тихо, но уверенно. — Я очень уважаю вас. Я посвятила большую часть своей жизни изучению истории. Истории, которую большинство людей предпочитает забывать или искажать.

Акума приподнял бровь.

— И что же говорит история?

— Что вы были не монстром, — ответила Рин. — Что вы уничтожали тех, кто позволял себе слишком много. Что вы вырезали целые кланы, которые меняли правила под себя. Люди тех времён называли вас безумцем, но я с ними не согласна.

Акума молчал. Его чёрные глаза оставались непроницаемыми, но атмосфера в комнате слегка изменилась. Воздух стал чуть тяжелее.

— Ты изучала меня, — произнёс он наконец. — Зачем? И чего ты хотела, придя сюда? Ты ведь не просто так бежала в Мираж.

— Я не знала, куда прибегу, — честно призналась Рин. — Когда я бежала, я просто бежала от её подопечных. Но я счастлива, что всё вышло именно так.

Она медленно опустилась на одно колено, склонив голову.

— Я прошу вас, господин Акума. Примите меня к себе. Сделайте своей подчинённой. Моя жизнь в вашем распоряжении.

Акума смотрел на неё сверху вниз. Тишина в комнате повисла густая, почти осязаемая.

Затем он усмехнулся.

— Встань, Рин.

Рин поднялась, но не отводила взгляда.

— Я не принимаю людей просто так, — произнёс Акума, поднимаясь со стула. — Слова ничего не значат. История, которую ты изучала, полна тех, кто клялся в верности, а потом предавал ради выгоды. Я могу отправить тебя на одно задание. Если ты справишься и докажешь свою полезность, мы вернёмся к этому разговору.

Рин выпрямилась, её глаза загорелись холодным огнём решимости.

— Я согласна. Какое задание?

Акума подошёл к столу, взял один из пергаментов и протянул ей.

— В одном из городов на севере захвачена группировка. Они похищают людей с улиц и заставляют их производить запрещённые вещества — маленькие круглые конфеты, начинённые магией, вызывающей жесточайшую зависимость. Выход из города закрыт, патрули на каждом шагу. Нам нужен кто-то скрытный, чтобы проникнуть туда, провести разведку и, по возможности, уничтожить производство изнутри.

Рин взяла пергамент, её глаза быстро пробежались по строкам. Она впитывала информацию, анализируя каждую деталь.

— Охрана, ловушки, магические барьеры, — пробормотала она. — Для лобовой атаки нужна армия. Для скрытного проникновения... Нужна я.

Она свернула пергамент и сунула его за пояс.

— Я выполню это задание, господин Акума.

— Приступай, — коротко кивнул Акума. — И не умирай. Мне не нужны мёртвые подчинённые.

— Я не подведу, — Рин коротко поклонилась и развернулась.

— А, и ещё, Рин.

— Да, господин?

— Ты сказала, что люди того времени считали меня безумцем. Они не ошибались. А теперь иди.

...

Она вышла из комнаты, её шаги были лёгкими и бесшумными. Спустившись по лестницам ратуши, она прошла через центральную площадь, не привлекая к себе лишнего внимания, и направилась к главным воротам. Стражники провожали её настороженными взглядами, но не останавливали — раз она вышла, значит, ей это позволили.

Выйдя за стены Миража, Рин остановилась на пустой дороге. Вокруг не было ни души.

Она посмотрела на свою тень, растянувшуюся на камнях в лучах дневного солнца. Улыбнулась краем губ.

Её тело начало терять чёткость, растворяясь в сером дыму, и через мгновение она полностью слилась с тенью. Тень дрогнула, скользнула по земле, устремляясь на север.

Неизвестное место, деревня.

Всё горело.

Дым поднимался в ночное небо, окрашивая его в тёмно-серые тона. Запах гари смешивался с чем-то более тяжёлым — запахом страха, крови, отчаяния.

Ясуо стоял у входа в подземное логово бандитов. Его зелёные глаза были холодными, как лёд, его катана была обнажена, лезвие тускло блестело в свете луны.

Он не стал красться. Не стал искать обходные пути.

Он просто вошёл.

Первые два бандита даже не успели понять, что произошло. Их головы отлетели в стороны, кровь брызнула на стены. Ясуо шагнул через их тела, идя дальше.

— Враги! — закричал кто-то.

Логово взорвалось хаосом. Бандиты хватались за оружие, некоторые начинали читать заклинания. Но Ясуо двигался как тень, его катана рассекала воздух, оставляя за собой белые следы.

Стиль Бессмертного: Выкачивание Жизни!

Его тело превратилось в зелёный поток, и он пронзил троих бандитов катаной одновременно. Их тела дёрнулись, кровь хлынула из ран, и они упали, мёртвые.

Ясуо продолжал идти.

Коридор за коридором, комната за комнатой. Он вырезал всех, кто вставал на его пути. Кровь покрывала его одежду, его лицо, его катану. Но он не останавливался. Он не замедлялся.

И тогда он нашёл их.

Комната была большой, освещённой тусклыми факелами. Вдоль стен стояли клетки — десятки железных клеток, в которых когда-то, возможно, сидели люди.

Но все они были пустые.

Ясуо остановился, его зелёные глаза скользили по пустым клеткам. На полу были пятна крови, старые, засохшие. На стенах — царапины, следы ногтей.

Они все мертвы. — произнёс он тихо.

Его рука сжалась на рукояти катаны так сильно, что костяшки побелели.

Он продолжил идти. Ещё одна комната. Ещё клетки. Пустые. Ещё одна. Пустые. Ещё одна.

И тогда он увидел её.

В одной из клеток сидела девушка. Рыжие волосы, спутанные, грязные, спадали на плечи. Зелёные глаза, тусклые, почти потухшие. Она была худой, на ней не было одежды — только лохмотья, которые едва прикрывали её тело. Её кожа была покрыта синяками, ранами, следами побоев.

[[image:/storage/reader-images/4a7cb61374e8c9de1ee6094b7e8123297ab94b60.jpg]]

Ясуо замер.

Он посмотрел на неё, и в его зелёных глазах вспыхнуло что-то — не жалость, не сострадание, а что-то более тёмное. Холодная, расчётливая ярость.

Он понял, что с ней вытворяли.

Он превратил одну из частей клетки в пыль за долю секунды, после чего вошёл внутрь.

Девушка подняла голову, их взгляды пересеклись. В её взгляде не было надежды. Только страх. Чистый, животный страх.

— Я пришёл спасти тебя.

Девушка инстинктивно прикрыла голову руками, сжалась в комок, забилась в угол. Её тело дрожало, она ожидала худшего.

Ясуо замер.

Его ярость усилилась. Не на неё — на тех, кто сделал это с ней.

И тогда он услышал шаги.

Позади него, в дверном проёме, появился мужчина. Высокий, мускулистый, со шрамами на лице. Его глаза были красными, как кровь, а вокруг него клубилась странная, тёмная аура.

— О, — произнёс он, его голос был хриплым, почти рычанием. — Ты ещё кто?

Ясуо медленно повернулся.

— Ты глава этой шайки? — его голос был холодным, как лёд.

— А ты кто такой? — мужчина усмехнулся, обнажая жёлтые зубы. — Пришёл спасти маленькую птичку?

— Я воин из Бюро Возмездия, — Ясуо поднял катану, её лезвие засветилось бледно-зелёным светом. — И я пришёл убить тебя.

Мужчина рассмеялся.

— Бюро Возмездия? Я слышал о вас. Вы те, кто выполняет заказы за деньги? Ну что ж, твой заказ — мёртв. Как и все остальные.

Он поднял руку, и из его рта вырвался крик. Звук был таким громким, таким пронзительным, что воздух вокруг него начал дрожать.

Крик Агонии!

Ясуо не дрогнул.

Стиль Бессмертного: Безумие!

Его глаза стали красными, он закричал, и вокруг него вспыхнула зелёная аура.

Он рванулся вперёд, его катана рассекла воздух. Глава банды попытался блокировать криком, но Ясуо был слишком быстрым. Его катана вошла в его грудь, пронзив сердце.

Мужчина закричал, он упал на колени, кровь хлынула из его рта, его глаза расширились от ужаса.

— Ты... ты не можешь... — прошептал он.

— Я могу всё.

Мужчина упал на пол, мёртвый.

В этот момент в комнату ворвались остальные бандиты — десяток человек, вооружённых мечами и копьями.

Ясуо повернулся к ним.

Стиль Бессмертного: Область жизни!

Он воткнул катану в землю, и вокруг него вспыхнула зелёная аура. Энергия проникла в тела бандитов, начиная выкачивать их жизненные силы.

— Что... что это!? — закричал один из них.

— Умрите. — произнёс Ясуо.

Он вырвал катану из земли и начал двигаться. Каждый удар был точным, каждый был смертельным. Через несколько секунд все десять бандитов лежали на полу, мёртвые.

Ясуо стоял посреди комнаты, его дыхание было ровным, его лицо — каменным.

Он повернулся к клетке.

Девушка всё ещё сидела в углу, прикрыв голову руками. Её тело дрожало.

Ясуо медленно подошёл к ней. Он протянул руку.

— Я спасу тебя, — произнёс он тихо.

Девушка закричала.

— Нет! Нет! Нет! — она билась в углу, её руки сжимались в кулаки. — Не трогай меня! Пожалуйста! Не трогай меня!

Ясуо остановился.

Он смотрел на неё, его зелёные глаза были непроницаемы. Он не двигался, не говорил, не пытался её успокоить. Он просто ждал.

Девушка кричала ещё несколько минут, затем её голос начал ослабевать. Она упала на пол, её тело дрожало, она плакала, её слёзы смешивались с кровью и грязью.

— Моя жизнь окончена, — прошептала она, её голос дрожал, ломался на каждом слове. — После всего, что они со мной сделали... моя жизнь окончена. Моя семья мертва. Мои друзья мертвы. Все мертвы. Я одна. Я никому не нужна. Я... я просто хочу умереть.

Ясуо молчал.

Он смотрел на неё, его глаза были непроницаемы. Он не двигался, не говорил, не пытался её утешить. Он просто ждал.

Девушка кричала ещё несколько минут. Её голос срывался, переходил в хрип, в шёпот. Она билась в углу, её руки сжимались в кулаки, царапали собственную кожу. Слёзы текли по её щекам, смешиваясь с кровью и грязью.

— Ты... ты врёшь! — её голос стал истеричным, полным отчаяния. — Ты врёшь! Все вы лжёте! Они тоже лгали! Говорили, что отпустят, если буду делать что скажут какое-то время... Но так и не отпустили! Никого!

Она не смогла закончить. Её тело затряслось ещё сильнее, она сжалась в комок, прикрывая голову руками.

— Я не могу изменить прошлое. Я не могу вернуть твою семью. Я не могу стереть то, что они с тобой сделали.

Он сделал паузу, давая ей время услышать его.

— Но ты имеешь право на будущее. На спокойное будущее. На жизнь, в которой тебя не будут бить, не будут использовать, не будут ломать.

Девушка медленно подняла голову. Её зелёные глаза встретились с его.

— Я воин из другой фракции, — продолжил Ясуо, его голос был ровным, спокойным. — В нашем городе нет пленных. Нет угнетения. Нет боли. Наш глава хоть и страшный человек, но он точно позволит тебе остаться. Я дам тебе крышу над головой и помогу вернуться в норму. Если не хочешь пересекаться с мужчинами, то я исчезну с глаз твоих сразу же, как доставлю в город. Я обсужу всё с главой, и за тобой будут присматривать только девушки. И когда ты окрепнешь, сможешь жить обычной жизнью.

Девушка молчала.

Она смотрела на него, её глаза были полны слёз, но в них уже не было только страха. В них было сомнение. Борьба. Страх против надежды.

— Ты врёшь, — прошептала она, её голос дрожал. — Ты врёшь... все вы лжёте...

Ясуо не стал спорить. Он просто произнёс:

— Ты знаешь, кто такой Куроши Акума?

Девушка замерла.

Её глаза расширились, её дыхание перехватило. Она смотрела на него, словно не веря своим ушам.

— Куроши Акума? — её голос стал тише, почти шёпотом. — Конечно... знаю... Причём тут он?

— Куроши Акума воскрес, — Ясуо произнёс это просто, без пафоса. — Он мой глава.

Девушка начала трястись ещё сильнее. Её глаза метались по комнате, по стенам, по телам бандитов, обратно к Ясуо.

— Быть не может, — прошептала она. — Враньё! Это ложь! Он мёртв! Он умер давным-давно!

— Ты думаешь, я бы посмел сказать такое, не будь это правдой? — Ясуо посмотрел ей прямо в глаза, его взгляд был холодным.

Девушка молчала. Она смотрела на него, пытаясь найти ложь в его глазах, но находила только спокойную уверенность.

— И... и что с того? — её голос стал громче, почти истеричным. — Даже если это так, это ещё хуже! Куроши Акума был безумцем! Монстром! Он убивал тысячами!

— Если я соврал насчёт того, что твоя жизнь будет нормальной, — Ясуо произнёс это медленно, давая каждому слову вес, — то получается, что я просто приведу тебя неизвестную в город, которым правит Куроши Акума. Как ты думаешь, он одобрит это? Он похвалит меня за это?

Девушка замерла.

Она смотрела на него, её зелёные глаза сузились, она думала.

— Н-нет... — прошептала она. — Куроши Акума был безжалостным... все это знают... он не потерпел бы...

— Вот именно, — Ясуо кивнул. — Я бы не стал приводить незнакомку в его город, если бы не был уверен в том, что всё будет в порядке.

Девушка молчала. Она смотрела на него, её губы дрожали, слёзы текли по щекам.

— Может, вы занимаетесь тем же! — её голос снова стал истеричным, полным отчаяния. — Похищаете девушек! Насилуете их! Как я могу тебе верить!? Как я могу кому-либо верить!?

Ясуо не стал кричать в ответ. Он не стал спорить. Он просто спросил:

— Из того, что ты знаешь, Куроши Акума таким занимался?

Девушка замерла.

Она смотрела на него, её глаза были широко раскрыты, она думала. Вспоминала всё. Истории, легенды, то, что ей рассказывали в детстве.

— Нет, — прошептала она наконец. — Никогда...

— Вот тебе и ответ, — Ясуо произнёс это тихо.

Девушка молчала.

Она смотрела на него, в её глазах всё ещё был страх, но теперь в них было что-то ещё — слабая, почти угасшая искра надежды.

— Ты... ты правда это имеешь в виду? — её голос был хриплым, сломленным, но также в нём было сомнение. Борьба. Страх против надежды.

Ясуо кивнул.

— Да.

Он снял свою накидку — чёрную, чистую, тёплую — и протянул ей.

Девушка смотрела на накидку несколько секунд. Её руки дрожали, она не могла решить, верить ли ему. Она смотрела на него, на его зелёные глаза, на его спокойное лицо.

Она взяла накидку.

Её пальцы коснулись ткани, и она почувствовала тепло — не физическое тепло, а что-то более глубокое. Что-то, чего она не чувствовала очень, очень давно.

Она начала надевать накидку, её руки дрожали, но она держалась. Ткань была мягкой, чистой, тёплой. Она укрыла её, как одеяло.

Она попыталась встать, но её ноги не слушались её. Она упала, но Ясуо поймал её, поднял на руки.

— Ты хочешь жить? — спросил он тихо.

Девушка посмотрела на него, слёзы текли по её щекам, но она кивнула.

— Да, — прошептала она. — Я... я хочу жить.

— Тогда так и будет, — Ясуо прижал её к себе, защищая от холода, от страха, от мира. — Я не дам тебе умереть.

Тело Ясуо покрылось зелёной энергией, которая медленно переходила к девушке.

— Ты очень слаба, поэтому я буду исцелять тебя без спешки, чтобы твоё тело могло выдержать ману.

Он развернулся и зашагал к выходу.

Логово бандитов было тихим. Кровь покрывала стены, пол, потолок. Тела бандитов лежали везде, их лица были искажены ужасом.

Ясуо шёл через всё это, неся девушку на руках. Он не смотрел на тела. Он не смотрел на кровь. Он смотрел только вперёд, на выход, на свет.

Когда они вышли из логова, ночной воздух ударил им в лица. Девушка зажмурилась, но Ясуо не остановился. Он шёл через горящую деревню, через пепел и дым, через разрушенные дома и мёртвые тела.

Он шёл в Мираж.

— Как тебя зовут? — спросил Ясуо тихо.

Девушка открыла глаза, посмотрела на него.

— Э... Элия, — прошептала она.

— Элия, — Ясуо кивнул. — Держись. Скоро мы будем дома.

Элия закрыла глаза, её голова упала на грудь Ясуо. Она была измотана, избита, сломлена. Но она была жива.

И это было всё, что имело значение.

Тень над городом.

Город был погружён в тьму.

Высокие деревянные стены окружали его со всех сторон, на вершине каждой стояли стражники с факелами, их лица были напряжёнными, глаза сканировали темноту. Никто не входил. Никто не выходил. Город был закрыт, как гробница.

Но Рин не была обычной женщиной.

Она стояла на крыше соседнего здания, в нескольких десятках метров от стены. Её серые глаза скользили по периметру, оценивая патрули, их маршруты, интервалы между сменами. Её чёрные волосы развевались на ночном ветру, серая мана пульсировала вокруг неё, едва уловимая.

Она подняла руку и щёлкнула пальцами.

Маленький камень полетел в противоположную сторону от стены, ударился о землю с громким стуком.

— Эй! Ты что-то слышал? — один из стражников на стене повернул голову в сторону звука.

— Иди проверь, — махнул рукой другой.

Стражник спрыгнул с стены и побежал в сторону звука.

Рин улыбнулась краем губ.

Её тело начало терять чёткость, растворяясь в сером дыму. Через мгновение она полностью слилась с тенью здания, скользнула по стене, пересекла расстояние до стены города и проникла внутрь через узкую щель между досками.

Она была внутри.

Город спал, но не весь.

Рин двигалась по теням, её тело было практически невидимым в темноте. Она обходила патрули, пряталась в переулках, скользила по крышам. Её серые глаза сканировали улицы, ища логово захватчиков.

Она нашла его быстро.

Большое каменное здание в центре города, окружённое дополнительной стражей. Факелы горели по всему периметру, но тени всё равно были.

Рин скользнула к зданию, нашла открытое окно на втором этаже и проникла внутрь.

Оказавшись внутри, она сразу почувствовала запах — сладкий, приторный, тошнотворный. Запах магии, смешанной с чем-то химическим.

Она начала спускаться.

Лестница вела вниз, в подвал. Стены были каменными, влажными, освещёнными тусклыми магическими кристаллами. Рин двигалась бесшумно, её тень скользила по стенам, сливаясь с окружающим мраком.

Подвал оказался огромным.

Гигантские коридоры расходились в разные стороны, как лапы паука. Вдоль стен стояли двери в комнаты. Рин начала изучать их, одну за другой.

Первая комната.

Внутри, за длинными столами, сидели люди — мужчины, женщины, некоторые подростки. Их лица были бледными, глаза пустыми. Они механически скатывали маленькие круглые конфеты, вкладывая в каждую крупицу магии из стеклянных куполов, стоящих на столах. Купола были подключены к магическим батареям, которые питали их энергией.

Рин смотрела на них несколько секунд. Она видела, как их руки дрожали, как их глаза были лишены жизни. Они были не людьми — они были инструментами, машинами для производства наркотика.

Она закрыла дверь и пошла дальше.

Вторая комната. То же самое. Третья. Четвёртая.

В пятой комнате она нашла склад — десятки ящиков, наполненных готовыми конфетами. Каждая конфета была маленькой бомбой зависимости, которая разрушала жизни, превращала людей в рабов.

Рин сжала кулаки.

Она убедилась. Всё, что было написано в заявке, было правдой.

— Пора начинать зачистку.

Первый стражник был мёртв прежде, чем понял, что произошло.

Рин скользнула из тени, её кинжал рассёк воздух, вошёл в горло, перерезал артерию. Стражник упал, не издав ни звука.

Она вытащила кинжал и растворилась в тени.

Второй стражник стоял в конце коридора, спиной к ней. Рин появилась за его спиной, как призрак, её кинжал вошёл в основание черепа. Он упал, мёртвый.

Третий. Четвёртый. Пятый.

Рин двигалась быстро, бесшумно, как тень. Каждый стражник был мёртв прежде, чем успевал понять, что произошло. Она не оставляла следов, не издавала звуков, не давала им шанса.

Но в какой-то момент один из стражников нашёл труп.

— Эй! — его голос эхом разнёсся по коридору. — Здесь труп! Тревога!

Рин замерла в тени, наблюдая.

Стражники начали сбегаться, их голоса становились громче, факелы освещали коридоры. Тревога распространялась, как огонь.

Рин улыбнулась.

Она подняла руки, и из её тела начал вырываться серый дым. Тонкий, едва заметный, он быстро распространялся по коридорам, заполняя воздух, проникая в каждую щель.

Стражники начали кашлять, их глаза слезились, они ничего не видели.

Рин начала убивать.

Она появлялась из теней, как призрак, убивала, исчезала. Кровь покрывала стены, пол, потолки.

Через десять минут в главном здании не осталось ни одного живого стражника.

Люди, которых заставили работать, прятались в комнатах. Они слышали крики, звуки боя, но не понимали, что происходит.

Но один из них вышел.

Мужчина лет сорока, с седыми волосами и усталым лицом. Он стоял в коридоре, глядя на трупы стражников, на кровь, покрывающую стены.

— Вы... вы из Бюро? — его голос дрожал. — Это я оставил ту заявку! Не верю, что она правда дошла до вас!

Рин появилась из тени перед ним.

Мужчина отшатнулся, но не закричал. Он смотрел на неё, его глаза были полны надежды.

— Да, — Рин произнесла это тихо. — Я из Бюро Возмездия.

— Благодарю... благодарю вас... — мужчина начал плакать. — Я думал, никто не придёт...

— Слушай меня, — Рин перебила его, её голос был холодным, но не жестоким. — Стража из города скоро прибудет сюда. Они найдут тела и начнут искать убийцу. Мне нужна твоя помощь.

— Моя... помощь? — мужчина вытер слёзы.

— Ты будешь приманкой, — Рин посмотрела ему в глаза. — Ты поднимешься наверх, начнёшь кричать, привлекать их внимание. Пока они будут отвлечены, я проберусь им за спины и убью их всех.

Мужчина молчал несколько секунд. Затем он кивнул.

— Я буду рад помочь уничтожить этих тварей, — его голос стал твёрдым. — Они разрушили наши жизни. Пора им заплатить.

Он подошёл к одному из мёртвых стражников, взял его меч.

— Веди меня, — произнёс он.

Они поднялись на первый этаж.

Вдалеке уже были слышны голоса — стража из города приближалась. Десятки, может быть, сотни стражников.

Мужчина встал у входа, сжал меч.

— Готов? — спросила Рин.

— Готов, — он кивнул.

Он начал кричать.

— ЭЙ! ВЫ! СЮДА! — его голос эхом разнёсся по улице. — Я ЗДЕСЬ! УБИЙЦА ЗДЕСЬ!

Стражники повернули головы в его сторону, их факелы осветили вход.

— Там! Ловите его! — закричал один из них.

Они начали бежать к входу, их внимание было полностью сосредоточено на мужчине.

Рин растворилась в тени.

Она скользнула за спины стражников, её тело стало невидимым. Из неё начал вырываться серый дым — тонкий, едва заметный. Но у этого дыма была особенность, он полностью заглушал все звуки внутри себя.

Они не слышали ничего, а Рин начала убивать.

Первый стражник был мёртв, прежде чем упал. Второй. Третий. Она двигалась с конца строя, убивая одного за другим, быстро, бесшумно, как тень.

Те, кто стоял впереди, не замечали ничего. Они продолжали бежать к входу, их внимание было сосредоточено на мужчине.

Но когда они наконец поняли, что происходит, было уже поздно.

Рин убила последнего стражника, её кинжал был покрыт кровью. Она стояла посреди улицы, окружённая телами.

Мужчина смотрел на неё, его глаза были широко раскрыты.

— Все... все мертвы? — прошептал он.

— Все, — Рин кивнула. — В главном здании больше никого нет. Иди, собери остальных заложников. Скажи им, что они свободны.

Мужчина кивнул, он развернулся и побежал обратно в здание.

— Благодарю! — крикнул он на бегу. — Благодарю вас!

Рин смотрела ему вслед, затем повернулась к городу.

Стража ещё была. Патрули на стенах, стражники на улицах. Она не закончила.

Она растворилась в тени и начала двигаться.

Она убивала их одного за другим.

Стражников на стенах. Патрули на улицах. Одиночных стражников в переулках. Она двигалась быстро, бесшумно, как тень. На убийство каждого она тратила не более трёх секунд.

Через полчаса в городе не осталось ни одного живого стражника.

Рин стояла на крыше здания, глядя на город. Улицы были пустыми, тела лежали везде. Но люди начинали выходить из домов, из укрытий. Они смотрели на тела стражников, на кровь, на свободу.

Они не понимали, что произошло. Но они чувствовали — они были свободны.

Рин улыбнулась.

И тогда она почувствовала вибрацию в воздухе, жар, исходящий снизу. Её серые глаза сузились, её тело инстинктивно дёрнулось в сторону.

В ту же секунду крыша взорвалась.

Гигантский молот, раскалённый докрасна, пронзил черепицу, разбросав камни и дерево в разные стороны. Удар был такой силы, что крыша провалилась, и Рин оказалась в воздухе, падая вниз.

Она перекатилась в падении, приземлилась на ноги и откатилась в сторону.

Перед ней стоял он.

Мужчина лет тридцати, ростом под два метра, с широкими плечами и руками, покрытыми шрамами от ожогов. Его волосы были короткими, тёмно-каштановыми, борода аккуратно подстрижена. На лице — спокойное, почти безразличное выражение. Он был одет в тяжёлую кожаную броню с металлическими вставками. В его руках был огромный молот.

[[image:/storage/reader-images/714ec687b01de27c01344c98d78fd7e2e75cd61c.png]]

— Так это ты тут всех поубивала? — его голос был хриплым, почти рычанием. — Даже поспать нормально нельзя теперь.

Рин смотрела на него, её серые глаза были холодными, как лёд.

— Ты глава этой шайки? — спросила она тихо.

— Брам, — он поднял молот, его лезвия засветились ярче. — Тебе конец.

Он ударил молотом по земле.

Отпечаток Молота!

Под ногами Рин появился раскалённый отпечаток — круг диаметром в несколько метров, светящийся оранжевым светом. Жар от него был таким сильным, что воздух вокруг начал дрожать.

Рин отпрыгнула в сторону, но Брам уже был в движении.

Он прыгнул, его молот рассёк воздух, оставляя за собой огненный след. Рин уклонилась, но ударная волна отбросила её назад, она врезалась в стену, её тело задрожало от боли.

— Слишком медленно, — Брам покачал головой. — Ты думала, что можешь убить всех моих людей и уйти?

Он ударил молотом по земле снова.

Ещё один отпечаток. Ещё один.

Три раскалённых круга появились вокруг Рин, отрезая ей пути отступления. Жар от них был таким сильным, что её одежда начала тлеть.

— Теперь ты в ловушке, — Брам поднял молот.

Он ударил молотом по земле.

Детонация Жара!

Все три отпечатка взорвались одновременно. Огненные волны ударили во все стороны, камни плавились, воздух горел. Рин почувствовала, как жар обжигает её кожу, как её тело отбрасывает в сторону.

Она перекатилась, встала на ноги, её тело было покрыто ожогами, но она не остановилась.

Брам прыгнул.

Цепная Реакция!

Его молот ударил по земле, создав ударную волну, которая отбросила Рин. Но Брам уже был в воздухе, он прыгнул к ней, его молот рассёк воздух.

Рин уклонилась, но Брам прыгнул снова, и снова, и снова. Три прыжка, три удара, каждый из которых был смертельным.

Рин прыгала от него из стороны в сторону, не давая молоту коснуться её.

— Хватит уже бегать.

Рин сжала кулаки.

— Пф.

Её тело начало терять чёткость, растворяться в сером дыму.

Теневой Шаг!

Она скользнула в тень. Брам ударил молотом по тому месту, где она была, но там уже никого не было.

— Прячешься? — Брам покачал головой. — Глупо.

Он поднял молот над головой.

Гром Кузни!

Молот ударил по земле с такой силой, что вся улица вздрогнула. Ударная волна распространилась на десятки метров, камни летели в воздух, здания трещали. Рин была вынуждена выйти из тени, её тело отбросило в сторону, она врезалась в стену.

— Хватит играть, — Брам подошёл ближе, его молот светился оранжевым светом. — Пора заканчивать.

Он покрыл своё тело тонким слоем выкованного металла.

Железная Кожа!

Его кожа стала серой, металлической, непробиваемой. Щит окружил его тело, делая его практически неуязвимым.

— Теперь ты не сможешь меня ранить, — произнёс он. — А я смогу тебя убить.

Он поднял молот.

Рин смотрела на него, её серые глаза сузились. Она была ранена, измотана, её тело горело от ожогов.

Она подняла руки, и из её тела начал вырываться серый дым. Тонкий, едва заметный, он быстро распространялся по улице, заполняя воздух, проникая в каждую щель.

Сумерки!

Рин исчезла, став невидимой. Брам остановился, его глаза сканировали улицу, ища её.

— Снова прячешься? — он усмехнулся. — Это не поможет.

Он начал бить молотом по земле, создавая отпечатки.

Улица была покрыта раскалёнными кругами, каждый из которых был ловушкой. Рин не могла двигаться, не могла атаковать, ей становилось тяжелее дышать.

Она появилась за его спиной, пытаясь вонзить кинжал Браму в сердце, но его железная кожа блокировала удар.

«Чёрт, не могу пробить!»

Он обернулся, его молот рассёк воздух.

Молот ударил Рин прямо в живот, отбросив её на несколько метров.

Брам поднял молот над головой.

— Пора заканчивать.

Его железная кожа исчезла, он вонзил молот в землю.

Ультимэйт: Удар Кузнеца!

Молот начал светиться, накапливая силу. Земля вокруг него начала дрожать, камни летели в воздух. Брам стоял неподвижно, подготавливая удар.

Рин посмотрела на него, на её лице появилась улыбка. Позади Брама стоял мужчина, который оставлял заявку. Он вонзил меч ему в грудь, прервав способность.

— Ч-Что... Как!?

— Ты так увлёкся этой битвой, что даже не заметил мой дым, который приглушает звуки. Это и позволило ему подойти к тебе незамеченным.

Рин растворилась в тени и сразу же появилась перед Брамом.

— Ты проиграл.

Она вонзила кинжалы ему в голову.

...

— А ты молодец, не испугался напасть на него.

— Просто мне показалось, что тебе не помешает небольшая помощь, — мужчина вытер пот со лба, его руки дрожали. — Я чуть не умер от всех этих камней, что летали во время вашей битвы.

— Спасибо за то, что помог. Он не очень удобный для меня противник. — Рин вытащила кинжалы, Брам упал замертво.

— Работа выполнена, но с разрушениями и трупами я помочь не смогу.

— Спасибо вам. От всего сердца. Вы спасли нас.

— Мы просто делаем свою работу, — Рин пожала плечами. — Бюро Возмездия выполняет заказы. Ваш заказ был выполнен.

— А с последствиями мы как-нибудь разберёмся, — мужчина улыбнулся, впервые за долгое время. — Главное, что этих людей больше нет. Мы сможем начать заново.

— Хорошо, — Рин кивнула. — Мне нужно возвращаться.

— Так быстро? — мужчина нахмурился, оценивая её состояние. — Выглядишь ты не очень.

— Да, хочу отчитаться, — Рин посмотрела на свои руки, покрытые ранами и ожогами. — Моя мана поможет справиться с ранами, все будет в порядке, просто буду возвращаться медленнее.

— Понял, — мужчина кивнул, но не двигался. — Тогда... хорошей дороги!

— Удачи, — Рин повернулась к нему. — Обращайся в Бюро, если ещё нужна будет помощь.

— Обязательно, — мужчина улыбнулся.

Рин улыбнулась.

Её тело начало терять чёткость, растворяться в сером дыму. Через мгновение она полностью слилась с тенью здания, скользнула по стене, пересекла расстояние до стены города и проникла наружу.

Тень дрогнула, скользнула по земле, устремляясь в сторону Миража.

К городу, который изменит её жизнь.

Из тьмы рождается свет.

Утро пришло в Мираж мягко, проливая бледный свет сквозь окна. Город просыпался медленно, лениво, наслаждаясь тишиной.

Ари сидела в своей комнате, на подоконнике, поджав ноги. Перед ней лежала раскрытая книга — одна из тех, что передал ей Вэйн. Страницы были старыми, пожелтевшими от времени, но текст оставался чётким.

В главном зале ратуши Акума сидел за столом, перед ним лежала стопка пергаментов. Его чёрные глаза скользили по строкам, пальцы лениво постукивали по подлокотнику кресла.

Рядом стояла Лина, держа в руках ещё одну стопку бумаг.

— Господин Акума, школа была полностью достроена. Учителя наняты — трое мужчин и две женщины, все с опытом работы с детьми. Сегодня они начали своё первое занятие.

Акума поднял голову.

— Как прошло?

— Дети были в восторге, — Лина улыбнулась, впервые за долгое время. — Некоторые из них никогда не видели школы. Они бегали по коридорам, кричали, смеялись. Учителя говорят, что через неделю они начнут учиться читать.

— Хорошо, — Акума кивнул. — А учебники?

— Пока что нет, — Лина покачала головой. — Но обучение начнётся с самых основ — с букв, с чисел, с простых слов. Поэтому пока что это не проблема. Но в будущем они будут нужны.

— Я решу эту проблему чуть позже, — Акума отложил пергамент.

Лина кивнула, делая пометку в своём списке.

Дверь скрипнула, и вошёл Мидред.

— Господин Акума, — он коротко поклонился. — Ясуо просит аудиенции. Он... он не один.

Акума приподнял бровь.

— Пусть заходит.

Мидред кивнул и вышел. Через несколько секунд дверь открылась снова, и вошёл Ясуо.

За ним шла девушка.

Она была очень худой, её рыжие волосы были растрёпаны, зелёные глаза широко раскрыты от страха. Она была одета в чёрную накидку Ясуо, которая была слишком большой для неё и волочилась по полу. Её руки дрожали, она держалась за спину Ясуо, словно боясь отпустить его.

Акума посмотрел на них, его чёрные глаза скользнули по девушке, оценивая. Он видел, как она избегает смотреть ему в глаза.

— В чём дело? — спросил он, его голос был ровным.

Ясуо коротко поклонился.

— Господин, я выполнил задание, — его голос был спокойным, но в нём читалась гордость. — Бандиты, захватившие деревню на западе, уничтожены. Все до одного. Я нашёл их логово и убил главу.

Он сделал паузу.

— Но... большинство девушек, которых они похитили, уже были мертвы. Они... они сделали с ними ужасные вещи.

Акума молчал, его лицо оставалось непроницаемым.

— Эта девушка, — Ясуо повернулся к ней, его голос стал мягче. — Элия. Она была единственной, кто остался в живых. Я нашёл её в их темнице.

Элия подняла голову, её зелёные глаза встретились с чёрными глазами Акумы на мгновение, затем она снова отвела взгляд. Её руки дрожали ещё сильнее.

Ясуо снова поклонился, глубже.

— Господин, я прошу вашего разрешения. Позвольте ей жить в Мираже. Её семья мертва, ей некуда вернуться, я хочу помочь ей начать новую жизнь.

Элия, сквозь страх, встала рядом с Ясуо. Её ноги дрожали, но она держалась. Она тоже поклонилась.

Акума смотрел на них несколько секунд.

Затем он произнёс:

— Поднимите головы.

Они подняли головы. Элия не смотрела ему в глаза, но её лицо было обращено к нему.

Акума посмотрел на Ясуо с непонимающим видом.

— Ты не должен спрашивать для такого разрешение, — произнёс он, его голос был ровным, почти скучающим. — Она обычная девушка, которую ты спас. Если она не против остаться в Мираже, то пусть остаётся.

В глазах Элии мелькнуло удивление. Кажется, она не ожидала, что все будет так просто.

Но он просто... разрешил.

Ясуо переполняло уважение. Он выпрямился, его зелёные глаза встретились с чёрными глазами Акумы.

— Благодарю вас, господин, — его голос был твёрдым. — Но... есть одна проблема.

— Какая?

— Над ней издевались, — Ясуо произнёс это тихо, но каждое слово было чётким. — Насиловали. Били. Делали с ней вещи, которые я не могу повторить вслух. Она выглядит более-менее нормально только потому, что я лечил её всю дорогу. Но... она боится.

Акума посмотрел на Элию.

Он понял, к чему клонит Ясуо.

«Ну понятно, боится мужчин, значит.»

— Лина, — он повернулся к секретарше. — Проведи её в свободную комнату на третьем этаже. Дай ей нормальную одежду, еду, воду. Скажи служанкам, что она теперь живёт здесь. Пусть помогут ей освоиться.

Лина кивнула и подошла к Элии.

— Идём, милая, — её голос был мягким, почти материнским. — Всё будет хорошо.

Она взяла Элию за руку.

Элия дёрнулась, её глаза расширились от страха. Она посмотрела на Ясуо, её губы задрожали.

— Я... я не хочу... — прошептала она.

Ясуо повернулся к ней, его лицо было спокойным, но в глазах читалась нежность.

— Элия, послушай меня, — его голос был тихим. — Лина хорошая. Она не причинит тебе вреда. Ни она, ни кто-либо здесь.

Элия смотрела на него, её зелёные глаза были полны слёз.

— Но... я не хочу оставаться одна...

— Ты не будешь одна, — Ясуо произнёс это твёрдо. — Я навещу тебя. Скоро. Как только ты освоишься. Отдохни, а я приду чуть позже.

Элия молчала несколько секунд. Затем она медленно кивнула.

Она повернулась к Акуме, её руки всё ещё дрожали, но она поклонилась.

— Благодарю вас, господин, — её голос был хриплым, сломленным. — Благодарю за... за всё.

Акума кивнул.

— Не благодари, — произнёс он. — Просто живи.

Элия повернулась к Ясуо.

— Благодарю вас, — её голос дрожал. — Вы... вы спасли мне жизнь. Я... я никогда не смогу отплатить вам.

— Тебе не нужно возвращать мне долг, просто живи.

Элия посмотрела на него, в её глазах всё ещё был страх, но теперь в них было что-то ещё — надежда.

Она повернулась к Лине.

— Идём, — прошептала она.

Лина кивнула и повела её к двери. Элия шла медленно, её ноги дрожали, но она держалась. Она оглянулась на Ясуо один раз, затем на Акуму, затем снова на Ясуо.

Ясуо улыбнулся ей.

Она исчезла за дверью.

Акума смотрел на Ясуо.

— Ты хорошо сделал, — произнёс он. — Что привёл её сюда.

— Я не мог оставить её там, — Ясуо покачал головой. — После всего, что они с ней сделали... я не мог.

— Я знаю, — Акума кивнул. — Поэтому ты и привёл её.

Он отложил пергамент и поднялся.

— Иди, отдохни, — произнёс он. — Ты тоже выглядишь неважно.

Ясуо коротко поклонился.

— Благодарю, господин.

— К слову, у нас новый воин, её зовут Рин, она сейчас на задании, но должна скоро вернуться, попробуй поладить с ней.

— Новый воин? Понял.

Он развернулся и вышел из зала.

Акума остался один.

«Значит, бандиты насиловали девушек и убивали... Что тогда, что сейчас, ничего не меняется. Неужели у этих отбросов нет дел поважнее?»

Акума сидел в тишине несколько минут, глядя на пергаменты перед собой.

Он вздохнул, отложил пергамент и поднялся.

Его тело начало растворяться в чёрном дыму, и через мгновение он исчез из главного зала ратуши.

Он появился в полной темноте.

Чёрное измерение. Его личное пространство, созданное из чистой тьмы и маны. Абсолютная пустота, в которой он чувствовал себя как дома.

Акума сделал шаг вперёд, его ноги бесшумно ступали по невидимой поверхности. Он шёл в неизвестном направлении, вокруг была практически полная тьма, лишь небольшой, едва уловимый свет исходил откуда-то сверху, но источник его был неизвестен.

Он шёл несколько минут, пока вдали не начал виднеться силуэт.

Женская фигура.

Акума растворился в тьме и появился рядом с ней.

Это была девушка — взрослая, лет двадцати пяти, с длинными фиолетовыми волосами, которые спадали на её обнажённые плечи. Её фиолетовые глаза были широко раскрыты от ужаса, её тело дрожало от холода и страха. Она была полностью голая, её кожа покрылась мурашками, губы посинели.

Она сидела на полу, обхватив колени руками, и смотрела в темноту, не понимая, где находится.

Увидев Акуму, она закричала.

Её крик был пронзительным, полным ужаса, эхом разнёсся по бесконечному пространству. Она отшатнулась от него, пытаясь отползти, но её тело не слушалось.

Акума молча смотрел на неё.

Он ждал, пока она успокоится. Но крик не прекращался. Он становился громче, истеричнее, отчаяннее.

Акума опустился на корточки и схватил её за лицо, закрыв рот ладонью.

Его чёрные глаза смотрели прямо в её фиолетовые.

— Сейчас я уберу руку, — произнёс он тихо. — Если ты продолжишь кричать, я тебя убью.

Он подождал пару секунд.

Девушка смотрела на него, её глаза были полны слёз, её тело дрожало. Но она кивнула.

Акума убрал руку.

Девушка замолчала. Она сидела, обхватив колени руками, её дыхание было прерывистым, слёзы текли по щекам.

— Я знаю, что ты следила за мной по приказу королевы, — произнёс Акума, его голос был ровным, почти скучающим.

Девушка подняла голову, её глаза расширились.

— Что? Откуда...

— До этого меня пытались убить высшей магией ведьм, — Акума произнёс это так, словно говорил о погоде. — Думаю, это был Деон Вель Тэо. Ранее он пытался завербовать Ари Вэйлен, которая также является ведьмой. А вот слежка через магию? Вряд ли Деон бы пошёл на такое сразу после того, как его драгоценная ведьма умерла. Кроме Деона я знаю королеву, с которой у меня была небольшая стычка в столице. Поэтому предположил, что это была она. Твоя реакция это подтвердила.

Девушка смотрела на него, её губы дрожали.

— Я... я не... — её голос был хриплым.

— Не лги, — Акума наклонился ближе, его чёрные глаза сузились. — Зачем королеве нужна была слежка? Что она хотела узнать?

— Я... я не могу... — девушка отвела взгляд.

Акума посмотрел ей прямо в глаза.

— Неужели ты действительно настолько верна королеве? — его голос стал тише, но в нём читалась угроза. — Здесь она тебя не защитит. Здесь тебя никто не защитит. Я могу сделать так, что ты пожалеешь о том, что вообще родилась на этой земле, а смерть станет для тебя чудом. Хочешь такого?

Девушка задрожала ещё сильнее. Слёзы текли по её щекам, её руки сжались в кулаки.

— Нет... — прошептала она.

— Тогда говори.

— Она... она хотела узнать больше про вас, — девушка сдалась, её голос дрожал. — Чтобы быть готовой на случай конфликта. Она боялась вас. После вашей встречи в столице она... она не знала, чего ожидать.

Акума смотрел на неё несколько секунд.

— И это вся причина? — он усмехнулся. — Пф.

Он смотрел на неё, оценивая, ища ложь в её глазах. Но находил только страх. Она не врала.

— Чего ты хочешь? — спросил он. — Вернуться к королеве? Быть свободной? Или может что-то ещё? Какая у тебя цель в этой жизни?

Девушка молчала.

Она смотрела вниз, её фиолетовые глаза были полны слёз. Её плечи дрожали.

— Меня зовут Мирелла, — прошептала она. — И... я никогда не хотела ничего из этого.

Она подняла голову, её слёзы текли по щекам.

— Я просто люблю магию. Я люблю её изучать. Я не хочу участвовать в разборках королевства. Я не хочу контактировать с людьми. Я просто... я просто хочу быть одна.

Акума смотрел на неё.

— Значит, хочешь быть одна и просто изучать магию?

— Да, я всегда хотела жить вдали от других...

Акума молчал несколько секунд.

— По-хорошему, я должен тебя убить, — произнёс он. — Ты следила за мной. Но... учитывая эти слова, я не вижу в этом смысла.

Он поднялся.

— Оставайся здесь, — он обвёл рукой темноту. — В этом измерении. Здесь тебя никто не будет дёргать. Ты можешь изучать магию сколько душе угодно. Никто тебя не найдёт. Никто тебя не побеспокоит.

Мирелла посмотрела вокруг, её фиолетовые глаза сузились.

— Но... здесь слишком мрачно, — прошептала она. — И холодно. И... я даже не могу использовать магию. Я не чувствую её...

Акума ухмыльнулся.

Он щёлкнул пальцами.

И мир вокруг них изменился.

Тьма отступила. Вокруг них, в радиусе примерно пятисот метров, появилась трава — зелёная, мягкая, живая. Деревья выросли из земли, их листья шелестели на лёгком ветру, который появился из ниоткуда. Небольшой домик появился в нескольких метрах от них — деревянный, уютный, с крыльцом и окнами. Погода стала ясной, солнечной.

Рядом с домиком появился небольшой пруд с кристально чистой водой. Рядом с прудом — стол и стулья. Внутри домика виднелась мебель — кровать, стол, полки для книг. В конце этого оазиса продолжалась тьма привычного измерения Акумы.

И Мирелла почувствовала это.

Мана.

Она вернулась в её тело, начала циркулировать по её венам, заполнять её, делать её целой. Она могла использовать магию.

Мирелла смотрела вокруг, её фиолетовые глаза были широко раскрыты от шока.

— Хватит ли тебе столько места? — спросил Акума.

Мирелла оглядывалась, не веря своим глазам. Тепло. Солнечно. Красиво. Комфортно. Всё, что нужно для жизни отшельника.

Она посмотрела на Акуму, думая, как ему вообще это подвластно. Как он мог создать всё это? Из ничего? Из чистой тьмы?

Акума, будто прочитав её мысли, произнёс:

— Внутри этого измерения я могу создавать любые пространства. Но это тратит много маны, и для меня это совершенно бесполезно.

Он посмотрел на неё.

— Хочешь тут остаться?

Мирелла молчала несколько секунд.

— Что вы хотите взамен? — спросила она, её голос был тихим, но в нём читалась настороженность.

Акума рассмеялся.

Тихо, почти неслышно. Но это был искренний смех.

— Мне ничего не надо, — произнёс он. — Возможно, время от времени я буду приходить за советом. Это всё. Требовать использовать для меня магию я не буду. Мне это не нужно.

Он посмотрел на неё.

— Нужны ли тебе какие-то книги или ещё что-то для того, чтобы изучать магию?

— Нет, — Мирелла покачала головой. — Магу моего уровня подобное не нужно. Я могу делать это сама. Я могу создавать знания из чистой маны, если нужно.

— Хорошо, — Акума кивнул. — Тогда согласна?

Мирелла смотрела на него.

— А что, если я откажусь...?

— Я тебя убью.

...

— Да... Я согласна...

— Отлично, — Акума усмехнулся. — Видишь, как легко говорить, когда ты спокойна? Не буду задерживаться. Наслаждайся своим новым местом жительства.

Он начал растворяться в тьме.

— Подождите! — Мирелла подняла руку.

Акума остановился.

— Что?

— А как я... как я вернусь? Если захочу?

— Просто попроси об этом и я приду к тебе. Но я не собираюсь выгуливать тебя просто так, у тебя должна быть причина, чтобы выйти отсюда. Жизнь отшельника, помнишь?

Мирелла молчала.

Затем она кивнула.

— Понятно.

Акума растворился в тьме и исчез.

Мирелла стояла посреди луга, шокированная.

Она смотрела на домик, на деревья, на пруд, на солнце. Всё это было реальным. Всё это было здесь.

Она медленно зашла внутрь домика.

Небольшой, но просторный. Всё уже оборудовано — мебель, кровать, стол, полки. Камин в углу, ковры на полу, шторы на окнах. Всё, что нужно для жизни.

Она стояла посреди зала, не веря своим глазам.

И тогда перед ней снова появился Акума.

Мирелла вздрогнула, отшатнулась.

— А, кстати, забыл сказать, — Акума усмехнулся. — В этом измерении нет еды и воды. Ты можешь что-то с этим сделать?

Мирелла моргнула.

— С помощью магии я могу сделать всё, — произнесла она. — Я могу создавать еду, воду, всё что угодно.

— Тогда оставляю это на тебя, — Акума кивнул.

Он начал растворяться в тьме.

— Подождите! — Мирелла снова подняла руку.

Акума остановился.

— Что ещё?

— Зачем вам это? — её голос дрожал.

Акума смотрел на неё.

— Ты не представляешь для меня угрозы, особенно пока ты находишься здесь. Если ты хочешь жить вдали от людей, то я могу дать тебе это. А ещё... Неплохо ведь иметь под рукой мага с важными знаниями? Может, когда-нибудь мне будет нужен совет.

Он усмехнулся.

— Прощай, Мирелла.

И он исчез.

Мирелла стояла посреди зала, шокированная.

Она смотрела на пустое место, где только что стоял Акума. Её фиолетовые глаза были широко раскрыты, её дыхание было прерывистым.

Человек, который только что создал полностью живое пространство из ничего.

"Я знала, что Куроши Акума невероятно силён," — подумала она. — "Но настолько? И что, мне просто оставаться тут? Нужно многое обдумать..."

Мирелла оглянулась, после чего посмотрела вниз.

— Я всё ещё голая! Ладно, этим сейчас и займусь.

...

Ледяной мечник и пополнение в Бюро.

Сиэрт. Город-крепость «Руки Правосудия».

Город возвышался над равниной, как каменный кулак, сжатый в ярости. Высокие стены из чёрного камня, башни с шипами, ворота, укреплённые магическими барьерами. Сиэрт не был красивым городом. Он был городом-оружием, созданным для войны.

Мия шла по главной улице, её красные глаза горели, платье было пропитано засохшей кровью. Стражники пытались её остановить, но она проходила мимо них, словно их не существовало. Один из них схватил её за руку — она ударила его коленом в лицо, и он упал, не вставая.

— Не трогайте меня, — прошипела она. — Или я покажу вам, что такое настоящая боль.

Стражники расступились.

Она дошла до главной башни — гигантского здания из чёрного мрамора, в котором располагался штаб «Руки Правосудия». Она проигнорировала стражу у входа, поднялась по лестнице на десятый этаж, где находился кабинет Деона, и пинком распахнула дверь.

Деон Вель Тэо сидел за столом, его янтарные глаза были подняты от бумаг. Он посмотрел на Мию, и на его лице мелькнуло раздражение.

— Ты пришла сказать о своём провале лично? — его голос был ровным, но в нём читался холод. — Что ты от меня хочешь?

Мия взорвалась.

— Провал!? — её голос эхом разнёсся по кабинету. — Ты говоришь о провале!? Ты послал меня уничтожить город, в котором даже без Акумы есть воины, способные разорвать меня на куски! Ты сказал, что там будет легко! Что Акума ушёл и город беззащитен!

Она начала ходить по кабинету, её движения были резкими, почти нечеловеческими.

— У них там девчонка с кулаками, которые ломают горы! Огненный псих, который может сжечь весь город! Копейщик, который затягивает тебя в какое-то проклятое измерение! И это не считая того парня, который появился из ниоткуда и уничтожил всю мою армию за минуту!

Она остановилась перед Деоном, её красные глаза горели яростью.

— Ты знал! Ты знал, что там будут такие воины, и всё равно послал меня!

Деон усмехнулся, но в его глазах не было веселья.

— Я послал тебя с сотней воинов и десятью носителями Источников, — произнёс он. — Этого должно было хватить.

— Должно было! — Мия ударила кулаком по столу, дерево треснуло. — Но не хватило! И теперь я здесь, без армии, без людей, с ранами, которые до сих пор не зажили!

Деон смотрел на неё, его янтарные глаза сузились.

— И что ты хочешь от меня? Новую армию? Новых воинов?

— Я хочу... — Мия начала, но не успела закончить.

Дверь кабинета вылетела с петель.

Она не просто открылась — она была выбита с такой силой, что дерево разлетелось на куски, обломки ударились о стены, оставив вмятины в камне.

В дверном проёме стоял мужчина.

Высокий, выше Деона, выше любого стражника в Сиэрте. Короткие белые волосы, почти серебряные, аккуратно уложенные. Кристальные, чистые голубые глаза, в которых не было ни единого облачка. Но его взгляд был уставшим — под глазами залегли глубокие синяки, его лицо было напряжённым, словно он не спал несколько дней.

На его поясе висели двое ножен. В каждой — оружие. Он не обнажил ни одного, но само их присутствие давило на воздух.

Деон вскочил со стула, его янтарные глаза расширились.

— Кайзер? — его голос дрогнул. — Что ты делаешь!?

Кайзер шагнул в кабинет. Его движения были медленными, но в каждом шаге читалась сила, которая заставляла воздух дрожать. Он смотрел только на Деона.

— Это правда? — его голос был тихим, но в нём звенела сталь. — Что мой брат мёртв?

Деон замер.

— Пирокинезис? — он попытался подобрать слова. — Он...

Он не договорил.

Кайзер вздохнул. Глубоко, тяжело, словно этот вздох нёс в себе всю боль мира.

— Ты... — его голос стал тише, но в нём читалась ярость, которую он сдерживал из последних сил. — Жалкое отродье.

Деон вспыхнул.

— Что ты себе позволяешь!? — его голос стал громче. — Ты врываешься в мой кабинет, выбиваешь дверь, оскорбляешь меня в моём собственном...

— Ты был одарён невероятной силой, — Кайзер перебил его, его голос был ледяным. — Божественным Источником. Силой, о которой другие могут только мечтать. Ты мне чуть ли не в ноги кланялся, когда просил помощи. Ты говорил, что с моим братом всё будет в порядке. Что он будет в безопасности. Что ты позаботишься о нём.

Он сделал шаг вперёд. Деон отступил.

— И вот я узнаю, — Кайзер остановился в нескольких шагах от Деона, — что ты послал его одного к воротам Куроши Акумы. Ты отправил его на верную смерть.

— Да там не так должно было быть! — Деон начал отнекиваться, его голос дрожал. — Акумы там не было! Там никого не было, кроме одного воина! Я не мог знать, что он вернётся так быстро!

— Ты не мог знать, — Кайзер повторил эти слова, и в его голосе прозвучало презрение. — Ты не мог знать.

Его рука легла на одну из ножен.

Деон побледнел. Его янтарные глаза расширились, его руки поднялись в защитном жесте.

— Кайзер, подожди... — его голос стал тише. — Успокойся. Мы можем это обсудить. Я могу объяснить...

— Эй! — Мия шагнула вперёд, вставая между ними. — Ты что тут вытворяешь?

Кайзер ударил её в живот.

Это был удар, который сломал воздух. Звуковая волна разошлась по кабинету, стёкла в окнах треснули, бумаги взлетели в воздух.

Мия сложилась пополам, её глаза расширились от боли, и она отлетела назад, пробивая стену кабинета. Камень треснул, обломки полетели во все стороны, и Мия вылетела из здания, падая с десятого этажа.

Кайзер даже не посмотрел ей вслед.

Он снова посмотрел на Деона.

— Ты... — его голос был тихим, но в нём читалась такая ярость, что Деон почувствовал, как его колени подкосились. — Я бы убил тебя прямо сейчас. Разорвал бы тебя на куски и скормил бы твоё тело воронам.

Он сделал шаг вперёд. Деон отступил, его спина уперлась в стол.

— Но у меня есть договорённость с двумя другими великими фракциями, — Кайзер произнёс это сквозь зубы. — И если я убью тебя сейчас, эта договорённость рухнет. И тогда пострадают люди, которые не заслуживают страданий.

Он подошёл к Деону вплотную и ткнул его в лоб двумя пальцами, отталкивая назад на стул. Деон упал, его янтарные глаза были полны страха.

— Будь благодарен своим связям, которые ты получил от отца, отребье если бы не они, ты бы уже был мёртв.

Он развернулся и зашагал к выходу.

— Кайзер! — Деон попытался что-то сказать, но его голос дрожал.

Кайзер не остановился. Он вышел из кабинета, его шаги эхом отдавались по коридору. Через несколько секунд звук его шагов исчез, и в кабинете воцарилась тишина.

Деон сидел на стуле, его грудь тяжело поднималась и опускалась, его руки дрожали. Он смотрел на выбитую дверь, на дыру в стене, на обломки камня и дерева, разбросанные по полу.

Через пару секунд в дыру в стене вскарабкалась Мия.

Её платье было порвано, на животе был огромный синяк, изо рта текла кровь. Но она была жива. Её регенерация уже начала работать, раны затягивались.

— Какого чёрта сейчас произошло!? — её голос был хриплым, но в нём читалась ярость. — Кто этот ублюдок!?

Деон посмотрел на неё, его янтарные глаза сузились.

— Ты дура, — произнёс он. — Ты чуть не начала катастрофу!

— Я!? — Мия вытерла кровь с губы. — Он ударил меня! Он выбил меня из здания!

— И ты заслужила это, — Деон покачал головой. — Ты не должна была лезть между нами.

— Кто он такой!? — Мия шагнула к нему, её красные глаза горели. — Никто не смеет так обращаться со мной! Никто!

Деон молчал несколько секунд. Затем он вздохнул, потирая виски.

— Его зовут Кайзер, — произнёс он. — И он один из сильнейших воинов в мире. Даже я не могу быть уверен в победе над ним.

Мия замерла.

— Что? — её голос стал тише. — Ты? Не уверен в победе? Это... это звучит смешно.

— Смешно, — Деон усмехнулся, но в его усмешке не было веселья. — Особенно учитывая, что его Источник — обычный человек.

Мия моргнула.

— Обычный человек? — она не верила своим ушам. — Как это возможно? Как тот, чей Источник — обычный человек, может быть равен тебе по силе?

Деон откинулся на спинку стула, его янтарные глаза смотрели в потолок.

— Связь с Источником, — произнёс он. — Люди могут использовать лишь малую часть силы своего Источника, и это справедливо. Ведь многие Источники являлись космическими созданиями, для которых планеты — это лишь кусок земли.

Он посмотрел на Мию.

— Но есть те, кто достигает ста процентов. Максимальной связи. Они сливаются со своим Источником полностью, становятся единым целым. И когда это происходит... Источник больше не имеет значения. Неважно, бог это, демон или обычный человек. Сила становится абсолютной.

Мия молчала, пытаясь осмыслить услышанное.

— Кайзер — один из таких, — Деон продолжил. — Его Источник был обычным человеком. Но Кайзер достиг максимальной связи. Он превзошёл свой Источник. Он стал сильнее, чем тот, кто дал ему силу.

Деон усмехнулся, но в его усмешке читалась горечь.

— И теперь он может противостоять сильнейшим мира сего.

Мия смотрела на него, её красные глаза сузились.

— И ты позволил ему так с тобой обращаться?

— Я не могу продолжать наживать себе проблем. Его брат, Пирокинезис, был одним из моих людей, — Деон произнёс это тихо. — Я послал его к Миражу. Он не вернулся. Акума убил его.

— И Кайзер винит тебя, — Мия поняла.

— Кайзер винит меня за то, что я послал его брата на смерть, — Деон кивнул. — И он прав. Я знал, что это опасно. Но я не думал, что Акума вернётся так быстро. А теперь у нас проблема. Кайзер связан с двумя другими великими фракциями. Если он решит, что я не нужен, он может объединить их против меня. И тогда «Рука Правосудия» будет уничтожена.

Мия молчала.

— Что ты предлагаешь? — спросила она наконец.

Деон посмотрел на неё, его янтарные глаза сузились.

— Мы продолжаем действовать, — произнёс он. — Но осторожнее. Кайзер не будет вмешиваться, пока мы не трогаем его людей. Но если мы дадим ему повод...

Он не закончил фразу.

Мия кивнула.

— Понятно, — она вытерла кровь с лица. — Тогда что дальше?

Деон подошёл к столу, сел, начал собирать разбросанные бумаги.

— Дальше мы ждём, — произнёс он. — Акума сейчас в Мираже. Он занят своими делами. Мы не будем его трогать. Пока что.

Мия усмехнулась.

— Я буду ждать, — произнесла она. — И в следующий раз я не проиграю.

Деон кивнул.

— Надеюсь.

Мия развернулась и вышла через выбитую дверь. Деон остался один в разрушенном кабинете.

— Кайзер... — прошептал он. — Ты силён, но зачем же так меня унижать?

Его янтарные глаза вспыхнули.

— Посмотрим, кто из нас будет смеяться последним.

Мираж. Фракция “Бюро Возмездия”.

Стражники патрулировали периметр, их лица были спокойными.

У ворот стояли двое стражников, лениво перекидываясь словами.

— Слышал, школа открылась? — спросил один.

— Да, — кивнул другой. — Моя сестра говорит, дети в восторге. Наконец-то у них будет будущее.

Они замолчали, когда увидели тень.

Она двигалась по земле, скользя по камням, приближаясь к воротам. Но самого человека не было — только тень, длинная, неестественная, почти живая.

Стражники переглянулись, их руки легли на рукояти мечей.

— Это же...

— Да, но на всякий случай лучше быть начеку.

Тень остановилась перед ними. Из неё начала подниматься фигура — медленно, словно она выныривала из воды. Серые волосы, серые глаза, тёмно-серый костюм с капюшоном.

Рин.

Она стояла перед ними, её тело было покрыто пылью дороги, но раны, которые ещё вчера разрывали её плоть, теперь были лишь бледными шрамами. Её серые глаза скользнули по стражникам, оценивая.

— Я к господину Акуме, — произнесла она, её голос был ровным, почти скучающим. — Передайте, что Рин вернулась с задания.

— Да, нам говорили впустить вас, проходите, — один из стражников кивнул, указывая на ворота.

Рин кивнула и шагнула в город.

Мираж встретил её шумом и жизнью.

Дети бегали по площади, их смех наполнял воздух. Строители работали над новыми домами, их молотки стучали в ритме города. Торговцы выкрикивали цены, покупатели торговались, собаки лаяли.

Рин шла через площадь, её серые глаза скользили по лицам людей. Она видела, как они жили — спокойно, уверенно, без страха.

Она подошла к ратуше и вошла внутрь.

Ратуша. Главный зал.

Акума сидел за столом, перед ним лежала стопка пергаментов, но взгляд его был направлен в потолок.

Дверь скрипнула, и вошла Рин.

Акума опустил голову. Он смотрел на неё несколько секунд, оценивая, затем кивнул.

— Рин, — произнёс он. — Ты вернулась.

— Да, господин, — Рин коротко поклонилась. — Задание выполнено.

— Докладывай.

Рин начала говорить — тихо, ровно, без эмоций.

— Город был закрыт, никого не выпускали. Я проникла внутрь через тень. В логове захватчиков я нашла подвал с гигантскими коридорами и множеством комнат. В некоторых из них производили конфеты, вызывающие зависимость. Люди, которых заставили работать, были грязными, уставшими.

Она сделала паузу.

— Убедившись, что всё сказанное в заявке было правдой, я начала зачистку. Тихо, перемещаясь в тенях, я убивала стражей одного за другим. Мужчина, который оставил заявку, помог мне — он был приманкой, отвлекал стражу. Вместе мы уничтожили всех стражей в главном здании. Затем я вышла из здания и начала зачищать стражу, патрулирующую окрестности города. Я убила их всех.

Акума слушал внимательно, его лицо оставалось непроницаемым.

— Город свободен? — спросил он.

— Да, господин.

— Глава шайки?

— Мёртв, — Рин произнесла это просто. — его звали Брам. Его Источник был связан с огнём и металлом. Он был силён, и не очень подходящим для меня противником... В конце концов тот мужчина помог мне.

Акума молчал несколько секунд.

— Хорошо, — произнёс он наконец. — Ты справилась.

Он поднялся со стула и подошёл к ней.

— Рин, ты принята в Бюро Возмездия.

Рин моргнула. Её серые глаза расширились на мгновение, затем она коротко поклонилась.

— Благодарю вас, господин.

— Не благодари, — Акума покачал головой. — Ты заслужила это. Теперь иди, погуляй по городу. Познакомься с другими воинами — Азусой, Юмой, Сэйрю, Ясуо. Они уже осведомлены о тебе.

— Поняла, господин.

— И ещё, — Акума посмотрел на неё. — Если тебе нужна комната — скажи Лине. Она найдёт тебе место.

— Благодарю.

Рин развернулась и вышла из зала. Акума смотрел ей вслед, его чёрные глаза были задумчивыми.

Эта девушка была... интересной. Холодной, расчётливой, эффективной. Именно такой он и хотел её видеть.

Он сел обратно в кресло и продолжил смотреть в потолок, задумчиво.

Третий этаж. Коридор.

Рин шла по коридору, её шаги были бесшумными. На пути она встретила Лину.

— Рин, — Лина улыбнулась. — Вас приняли?

— Да, — Рин кивнула.

— Поздравляю, — Лина протянула ей ключ. — Вот ключ от твоей комнаты, она на этом этаже, в конце. Если тебе что-то понадобится — обращайся.

— Благодарю, — Рин взяла ключ.

Она нашла свою комнату. Небольшая, но чистая, с кроватью, столом и шкафом. Она вошла внутрь, закрыла дверь и осмотрелась.

Может быть, это не так уж плохо.

Она оставила ключ на столе и вышла из комнаты. Ей нужно было познакомиться с другими воинами.

Первый этаж. Кухня.

Элия стояла у стола, её руки дрожали, но она старалась держать себя в руках. Рядом с ней стояли три девушки — Элла, Мира и Нао.

— Вот так, — Элла улыбнулась, показывая ей, как правильно мыть посуду. — Не слишком сильно, но и не слишком слабо.

Элия кивнула, её руки медленно двигались по тарелке. Она была очень худой, её рыжие волосы были собраны в небрежный хвост, зелёные глаза всё ещё были полны страха. Но она старалась.

— Ты молодец, — Мира погладила её по плечу. — Для первого раза ты отлично справилась с работой.

Элия вздрогнула от прикосновения, но не отстранилась. Она всё ещё боялась мужчин, но с женщинами ей было легче. Особенно с этими тремя — они были добрыми, мягкими, понимающими.

— Спасибо, — прошептала она.

— Не за что, — Нао улыбнулась. — Мы все здесь новые. Мы все здесь учимся.

Элия кивнула, продолжая мыть посуду. Её движения были медленными, неуверенными, но она не останавливалась.

— Элия? — голос Эллы вырвал её из раздумий. — Ты в порядке?

— Да, — Элия кивнула. — Просто... задумалась.

— О чём?

— О том, как мне повезло, — Элия улыбнулась, впервые за долгое время. — Что я попала сюда.

Элла, Мира и Лина переглянулись и улыбнулись в ответ.

— Нам тоже повезло, — произнесла Элла. — Что мы здесь.

Они продолжили работать, их руки двигались в ритме, их голоса сливались в тихую мелодию.

И впервые за долгое время... Элия почувствовала, что, может быть... может быть, она не одна.

Центральная площадь.

Рин шла через площадь, её серые глаза скользили по лицам людей. Она видела, как они жили.

Она увидела группу воинов, стоящих у фонтана. Азуса, Юма, Сэйрю и Ясуо.

Рин подошла к ним.

— Вы должны быть воинами Бюро, — произнесла она.

Все четверо повернулись к ней. Азуса приподняла бровь, Юма усмехнулся, Сэйрю кивнул, Ясуо посмотрел на неё оценивающе.

— А ты должна быть Рин, — произнесла Азуса. — Та самая, что сбежала от Мии.

— Та самая, — Рин кивнула. — Меня зовут Рин. Я принята в Бюро.

— Поздравляю, — Юма усмехнулся. — Слушай, если тебе нужна компания — присоединяйся. Мы как раз обсуждали, куда пойти пообедать.

Рин посмотрела на них, её серые глаза сузились.

— Я не голодна, — произнесла она.

— Ну, тогда просто посиди с нами, — Сэйрю пожал плечами. — Мы не кусаемся.

Рин молчала несколько секунд. Затем она кивнула.

— Хорошо.

Они сели за стол у фонтана, заказали еду у уличного торговца. Рин не ела, она просто сидела, слушая их разговор.

Они говорили о битве с Мией, о том, как они едва выжили. Битва была напряженной и на волоске, но рассказ из их уст не звучал столь ужасающим.

Рин слушала, её глаза скользили по их лицам.

— А ты, Рин? — Ясуо посмотрел на неё. — Как ты сбежала от Мии?

Рин молчала несколько секунд. Затем она начала говорить — тихо, ровно, без эмоций.

— Я была в плену у неё несколько месяцев, — произнесла она. — Она держала нас в подвале, в зале, где магия полностью подавляется. Я ждала. Я знала, что она в какой-то момент потеряет контроль. Когда она в ярости вытащила меня из зала, чтобы убить лично, магия вернулась в моё тело. Я использовала её же высокомерие против неё. Я бы убила её, если бы не подошла её шайка.

— Это... впечатляет, — Юма произнёс это тихо.

— Ты сильная, — Азуса кивнула. — Сильнее, чем я думала.

— Я просто делаю то, что нужно, — Рин пожала плечами. — Не больше.

Ясуо посмотрел на на неё.

— Ты знаешь, — произнёс он тихо. — В следующий раз ты будешь не одна.

Рин посмотрела на него, её серые глаза сузились.

— Я знаю, — произнесла она. — Именно поэтому я здесь.

Они сидели в тишине, слушая шум фонтана, смех детей, голоса торговцев.

Было спокойно.

Вот бы так продолжалось вечность...

Якорь.

Мираж. Главный зал ратуши. Утро.

Зал был пуст. Акума сидел на стуле у окна, откинувшись на спинку. Его чёрные глаза были обращены в потолок, но он ничего не видел. Его разум был где-то далеко — в воспоминаниях, в мыслях, в чём-то, что он не мог и не хотел называть.

Рядом с ним стояла Ари. Она перебирала заявки, аккуратно складывая их в стопки — срочные, обычные, подозрительные.

Так прошло несколько минут. Тишина была спокойной, почти уютной.

Затем Акума медленно опустил голову. Он посмотрел на Ари.

Она заметила его взгляд и подняла голову.

— Что не так? — спросила она, её голос был мягким.

Акума молчал несколько секунд. Его пальцы лениво постукивали по подлокотнику стула. Затем он произнёс:

— Встань на колени.

Ари замерла. Её зелёные глаза расширились, в них мелькнуло непонимание. Она смотрела на него, пытаясь понять, шутит ли он, проверяет ли её, или...

Но его лицо было непроницаемым, как всегда.

Она помедлила. Затем медленно, осторожно, опустилась на колени. Её платье мягко легло на каменный пол.

— Хорошо, — произнесла она тихо. — Вот так?

Акума смотрел на неё. Несколько долгих секунд.

Затем он вздохнул.

Глубоко, тяжело, словно этот вздох нёс в себе всю усталость мира.

— Встань, Ари, — произнёс он.

Она подняла голову, Акума выглядел уставшим, или же слегка раздраженным.

— Почему? — спросила она, поднимаясь на ноги.

— Что "почему"? — Акума приподнял бровь.

— Почему ты попросил меня встать на колени? — она посмотрела ему прямо в глаза. — И почему ты попросил меня встать?

Акума молчал. Затем он произнёс:

— Чтобы проверить тебя.

— Проверить? — Ари нахмурилась. — Проверить что?

— Проверить, подчинишься ли ты, — он произнёс это ровно, но в его голосе читалось что-то, что заставило Ари напрячься. — И ты подчинилась.

— Ты попросил, — Ари пожала плечами. — Почему я не должна была подчиниться?

— Потому что это была глупая просьба, — Акума произнёс это тихо, но каждое слово было чётким. — Бессмысленная. Унижающая. Я не должен был этого просить.

Ари молчала, пытаясь осмыслить его слова.

— Ты должен делать то, что считаешь нужным, — произнесла она наконец. — Я доверяю тебе.

— Вот в этом и проблема, — Акума покачал головой.

Он поднялся со стула и начал ходить по залу, его шаги эхом отдавались от каменных стен.

— Ари, ты должна уметь перечить мне, — произнёс он. — Если я не прав. Если я прошу слишком многое. Если я прошу что-то странное. Ты должна уметь сказать "нет".

— Но почему? — Ари смотрела на него, её зелёные глаза были полны непонимания. — Я полностью доверяю тебе. Твоим действиям. Твоим решениям.

— Именно поэтому, — Акума остановился и посмотрел на неё. — Именно поэтому это и есть проблема.

Он сделал паузу.

— Чем дольше я буду жить, — произнёс он тихо, — тем безумнее я буду становиться.

Ари замерла. Её зелёные глаза расширились, её руки сжались в кулаки.

— Что? — её голос дрогнул. — Почему?

Акума усмехнулся. Но в этой усмешке не было веселья. Только горечь.

— Видимо, это не передалось историями обо мне, — произнёс он. — Или передалось, но не полностью.

Он подошёл к окну, его чёрные глаза скользнули по городу.

— В своей изначальной жизни, — он произнёс это тихо, почти шёпотом, — чем дольше я жил, чем больше сражался, тем безумнее я становился. Я всё ещё мог контролировать себя. Но иногда... иногда я совершал необдуманные поступки. Был излишне жесток. Делал вещи, о которых потом жалел.

Ари смотрела на него, не отрываясь. Её сердце колотилось так сильно, что она слышала его стук в ушах.

— Это связано с моим Источником, — Акума продолжил. — Чем дольше я живу, тем сильнее он влияет на меня. Он... он говорит со мной.

— Говорит? — Ари прошептала это, и её голос дрожал.

— Да, — Акума кивнул. — Голоса. Сначала они были тихими. Почти неслышными. Но со временем они становятся громче. Настойчивее. Они просят меня делать ужасные вещи. Уничтожать. Разрушать. Не останавливаться.

Он повернулся к ней, их взгляды пересеклись.

— Чем дольше это продолжается, тем больше я становлюсь нестабильным.

Ари молчала. Её зелёные глаза были полны слёз, но она не дала им упасть.

— Акума... — её голос дрожал. — Почему... почему ты мне это говоришь?

— Потому что это важно, — он произнёс это просто. — Видимо, из-за возрождения эффект спал. На какое-то время. Но он медленно начинает проявляться снова. Поэтому я и начал этот разговор.

Ари закрыла лицо руками. Её плечи дрожали.

— Нет... — прошептала она. — Нет, это... это не может быть правдой...

— Это правда, — Акума подошёл к ней, его рука легла на её плечо. — И я не прошу тебя бояться меня. Я прошу тебя быть готовой.

Ари подняла голову. Слёзы текли по её щекам, но в её взгляде была решимость.

— Что... что мне делать? — её голос дрожал.

— Если я начну давать необдуманные команды, — Акума произнёс это тихо, но в его голосе читалась сталь. — Если я начну просить что-то странное. Если я начну делать то, что не похоже на меня... ты должна быть той, кто вернёт меня в реальность.

Он сжал её плечо.

— Ты должна быть моим якорем, Ари.

Ари смотрела на него. Неужели Куроши Акума рассказал о своей слабости?

— Я буду, — произнесла она тихо, но твёрдо. — Я обещаю.

Акума усмехнулся. В этой усмешке было что-то тёплое. Что-то человеческое.

— Спасибо, — произнёс он.

Он отпустил её плечо и отошёл к столу.

— А теперь, — его голос снова стал ровным, деловым. — Найди Лину. Попроси её созвать всех в главный зал. У нас есть заявка от королевы.

Ари кивнула, вытирая слёзы. Она развернулась и пошла к двери. Но прежде, чем выйти, она обернулась.

— Акума, — произнесла она. — Ты не один. Запомни это. Ты не один.

— Я помню, — произнёс он. — Именно поэтому ты здесь.

Ари улыбнулась сквозь слёзы и вышла из зала.

Акума остался один.

Он смотрел на дверь, за которой она исчезла. Его чёрные глаза были задумчивыми.

— Якорь, — прошептал он. — Может быть... может быть, это именно то, что мне нужно.

Он сел обратно в кресло и начал ждать.

Один за другим воины начали собираться в главном зале ратуши. Первыми пришли Юма и Сэйрю — они как раз тренировались на площади, и их одежда была покрыта пылью. За ними вошла Азуса — её белые глаза были спокойны, но в движениях читалась готовность. Ясуо появился бесшумно, словно тень, его зелёные глаза скользнули по залу, оценивая. И, наконец, вошла Рин.

Ари уже была здесь. Она стояла рядом с креслом Акумы.

Акума сидел в кресле, откинувшись на спинку. Его чёрные глаза скользили по воинам, оценивая, изучая. Перед ним на столе лежал один пергамент — тот самый, от королевы.

Когда все собрались, воины выстроились в ряд перед ним и одновременно склонили головы в поклоне.

— Господин Акума, — произнесли они хором.

— Поднимите головы, — Акума махнул рукой. — Сегодня у нас серьёзный разговор.

Воины подняли головы. В зале повисла тишина — та самая тишина, которая бывает только тогда, когда все понимают: сейчас будет сказано что-то важное.

— Королева Селестия оставила нам заявку. И для её выполнения потребуетесь все.

Юма приподнял бровь.

— Все? — переспросил он. — Насколько всё плохо?

— Не плохо, — Акума покачал головой. — Но масштабно.

Он поднял пергамент, его чёрные глаза скользнули по строкам.

— Далеко на юге, почти на самой границе королевства, есть большой город — Вальдор. Раньше это был один из крупнейших торговых центров Рассвета. Сейчас им правит фракция под названием "Чистильщики".

— Чистильщики? — Азуса нахмурилась. — Никогда не слышала о таких.

— Потому что они новые, — Акума усмехнулся. — Появились всего пару лет назад. Но за это время успели захватить Вальдор и превратить всех его жителей в рабов.

Сэйрю тихо присвистнул.

— Целый город? — произнёс он. — Это... много.

— Именно, — Акума кивнул. — Королевство хочет вернуть контроль над Вальдором. Но большая часть армии уходит на сохранение оставшихся территорий — слишком много городов потеряно, слишком много фракций. Поэтому позволить себе полноценную осаду они не могут.

— И поэтому они обратились к нам, — Ясуо произнёс это тихо, но в его голосе читалось понимание.

— Именно, — Акума кивнул. — Но есть одна деталь.

Он сделал паузу, его чёрные глаза скользнули по лицам воинов.

— Я подозреваю, что в Вальдоре содержится что-то важное для королевства. Что-то, из-за чего Селестия готова заплатить нам немалые деньги.

Рин приподняла бровь.

— Что именно? — спросила она.

— Не знаю, — Акума пожал плечами. — И нам не стоит лезть в это дело. Мы выполняем заявку — возвращаем город королевству. Что там находится — не наше дело.

Ари посмотрела на него, её зелёные глаза сузились. Она знала его слишком хорошо, чтобы не заметить, что он что-то недоговаривает. Но она промолчала.

— Хорошо, — Азуса скрестила руки на груди. — Но что за фракция "Чистильщики"? Насколько они сильны?

— Сильны, — Акума произнёс это просто. — У них много воинов с Источниками. И глава — Кайрус. По словам королевы, он довольно опасен.

Юма усмехнулся.

— Опасен? — его красные глаза блеснули. — Мы уже встречались с опасными. Что может быть хуже?

— Не знаю, — Акума покачал головой. — Но королева не стала бы обращаться к нам, если бы могла справиться сама. А она — гордая. Она обратилась только потому, что у неё нет выбора.

Воины переглянулись. Это была правда. Селестия Великая не из тех, кто просит о помощи.

— Значит, Кайрус — наша главная цель, — Сэйрю произнёс это задумчиво. — Но как мы будем брать город? Нас слишком мало для полноценной осады.

— Мы будем брать город шумно, — Акума усмехнулся. — Королева сказала, что даже если большая часть города будет разрушена, это не страшно.

— Разрушена? — Ари нахмурилась. — Но там же жители...

— Жители Вальдора теперь рабы, — Акума произнёс это холодно. — Все до одного. Чистильщики захватили город полностью, превратили его в свою крепость. И именно поэтому я запросил в качестве награды всех людей, которые есть в городе.

Воины замерли.

— Всех? — Юма моргнул.

— Всех выживших, — Акума кивнул. — После выполнения задания Бюро заберёт их себе. Они станут жителями Миража.

Азуса медленно кивнула.

— Это... щедро, — произнесла она.

— Это практично, — Акума усмехнулся. — Нам нужны люди. Мираж растёт, нам нужны рабочие, строители, торговцы. А в Вальдоре тысячи людей, которые потеряли свободу. Мы дадим им новый дом. Они дадут нам рабочие руки.

— И королевство заплатит золотом, — добавил он. — Большой суммой. Этого хватит, чтобы обеспечить город на годы вперёд.

Ясуо молчал, его зелёные глаза были задумчивыми.

— План? — спросил он наконец.

Акума усмехнулся.

— План прост. Мы входим в город. Шумно. Начинаем сражаться с Чистильщиками. Поднимаем столько шума, сколько возможно.

— И что дальше? — Рин приподняла бровь. — Нас шестеро. Маловато будет.

— Да, мы будем в меньшинстве, — Акума кивнул. — Но у нас есть преимущество — я.

Он посмотрел на воинов, его чёрные глаза вспыхнули.

— Я разберусь с Кайрусом. Это моя задача. А вы... вы будете отвлекать остальных. Сражаться до последнего. Создавать хаос.

— А потом?

— А потом, когда я закончу с Кайрусом, я присоединюсь к вам, — Акума усмехнулся. — И мы добьём остальных.

Юма рассмеялся.

— Звучит просто, — произнёс он.

— Потому что это просто, — Акума кивнул. — Но не легко. Чистильщики не будут сдаваться без боя. Они будут сражаться за каждую улицу, за каждый дом. И нам нужно быть готовыми к этому.

Азуса скрестила руки на груди.

— А что насчёт того, что под городом? — спросила она. — Ты сказал, что там что-то важное.

— Да, — Акума кивнул. — И скорее всего, оно находится под землёй. Либо достаточно защищено, чтобы пережить уничтожение города.

— То есть мы можем разрушить город, но не то, что под ним? — Рин приподняла бровь.

— Именно, — Акума усмехнулся. — Но повторяю — нам не стоит лезть в это дело. Мы выполняем заявку, забираем людей, получаем золото. Что там находится — не наша забота.

Воины молчали, обдумывая его слова.

— Хорошо, — Ясуо произнёс это первым. — Когда мы выдвигаемся?

— Завтра на рассвете, — Акума произнёс это твёрдо. — Путь займёт несколько дней. Я могу перенести нас туда быстрее, но... — он посмотрел на воинов. — Не все из вас готовы к такому путешествию.

— Я готова, — Азуса кивнула.

— И я, — Юма усмехнулся.

— Я тоже, — Сэйрю кивнул.

Ясуо молчал несколько секунд, затем кивнул.

— Я справлюсь.

Все посмотрели на Рин.

— Я... — она замялась. — Я никогда не путешествовала через тени на такие расстояния.

— Тогда ты поедешь с остальными, — Акума произнёс это просто. — Я перенесу Ари, Ясуо и себя. Остальные поедут на лошадях. Это займёт больше времени, но так будет безопаснее.

Рин кивнула с видимым облегчением.

Акума повернулся к Ари.

— Кстати, Ари. Подготовь заявку и отправь её Вэйну, попроси его присмотреть за Миражом, пока нас не будет.

— Это хорошая идея. Он должен нам и находится недалеко.

— Хорошо, — Акума поднялся с кресла. — Готовьтесь. Завтра на рассвете мы выдвигаемся. И помните — мы идём не просто выполнять заявку. Мы идём спасать тысячи людей. И мы вернёмся с ними.

Воины одновременно склонили головы.

— Будет исполнено, господин, — произнесли они хором.

Акума кивнул и развернулся, направляясь к выходу из зала. Ари последовала за ним, её зелёные глаза были задумчивыми.

Когда они вышли, воины начали переговариваться между собой.

— Кайрус... — Юма произнёс это имя, словно пробуя его на вкус. — Интересно, кто он такой.

— Неважно, кто он такой, — Азуса покачала головой. — Важно, что он умрёт. Завтра.

— Оптимистично, — Сэйрю усмехнулся.

— Реалистично, — Азуса пожала плечами. — Господин Акума сказал, что разберётся с ним.

Ясуо молчал, его зелёные глаза были задумчивыми.

— Кайрус, — прошептал он. — Чистильщики...

Рин посмотрела на него.

— Ты что-то знаешь? — спросила она.

— Нет, — Ясуо покачал головой. — Просто... имя звучит знакомо. Но я не могу вспомнить, где его слышал.

Он нахмурился, пытаясь вспомнить. Но не смог.

— Ладно, — он вздохнул. — Может, вспомню потом. Пойдёмте готовиться. Завтра будет долгий день.

Воины кивнули и начали расходиться, каждый в свою сторону.

Ари шла рядом с Акумой по коридору ратуши.

— Акума, — произнесла она тихо. — Ты что-то скрываешь.

Акума посмотрел на неё, его чёрные глаза встретились с её зелёными.

— Я всегда что-то скрываю, маленькая ведьма, — он усмехнулся. — Это часть моей работы.

— Но на этот раз... — Ари нахмурилась. — На этот раз ты скрываешь что-то важное. Я чувствую это.

Акума молчал несколько секунд.

— Может быть, — произнёс он наконец. — Но не сейчас. Сейчас нам нужно сосредоточиться на Вальдоре. На Кайрусе. На людях, которых мы спасём.

Он остановился и посмотрел на неё.

— Доверяешь мне?

Ари посмотрела ему в глаза.

— Да, — произнесла она. — Всегда.

Акума усмехнулся.

— Тогда доверься мне и сейчас, — произнёс он. — Со мной всё в порядке, я не скрываю того, что навредило бы нам.

Он развернулся и продолжил идти по коридору.

Ари смотрела ему вслед.

Она чувствовала, что что-то не так. Что Акума скрывает что-то важное. Что-то, что может изменить всё.

Но она доверяла ему.

И этого было достаточно.

Королева и блудный сын.

Королевство Рассвет. Столица. Дворец Селестии. Полдень.

Стражники у главных ворот дворца стояли прямо, как свечи, их белые доспехи сияли в полуденном солнце. Они привычно сканировали толпу, ища любые признаки угрозы, когда увидели его.

Молодой мужчина шёл по главной улице, его шаги были уверенными, почти ленивыми. Тёмно-каштановые волосы, жёлтые глаза.

Когда он подошёл ближе, стражники насторожились.

— Эй, ты! — один из стражников поднял копьё. — Стой! Кто ты такой и зачем пришёл во дворец?

Мужчина остановился и посмотрел на стражника.

— Ты правда не узнаёшь меня, солдат?

Стражник нахмурился, вглядываясь в его лицо. Затем его глаза расширились.

— П-принц Август!? — его голос дрогнул. — Но... но вы... вы так долго не...

— Именно, — Август усмехнулся. — Я так долго не появлялся. Но теперь я здесь. Пропустишь меня к матери?

Стражники переглянулись. Затем они одновременно склонили головы.

— Конечно, ваше высочество. Простите нас, мы не...

— Не извиняйтесь, — Август махнул рукой. — Вы просто делали свою работу.

Он прошёл через ворота, его шаги эхом отдавались от каменных стен. Стражники проводили его взглядом, их лица были полны удивления.

— Принц Август... — прошептал один из них. — Я думал, он мёртв.

— Я тоже, — другой сглотнул. — Он исчез год назад. Без следа.

— Куда он мог деться на целый год?

— Кто знает. Но выглядит он... другим. Увереннее.

Тронный зал.

Селестия сидела на троне, её блондинистые волосы сияли в свете магических кристаллов, жёлтые глаза скользили по пергаментам на столе перед ней. Она была одна — советники разошлись по своим делам, Каир был на патруле, и зал был погружён в тишину.

Дверь скрипнула.

Селестия подняла голову, её жёлтые глаза сузились. Вошёл один из стражников, его лицо было бледным.

— Ваше величество, — он коротко поклонился. — Прибыл... э-э... принц Август. Он хочет с вами поговорить.

Селестия замерла.

— Август? Мой сын?

— Да, ваше величество, — стражник кивнул. — Он говорит, что хочет с вами поговорить.

Селестия молчала несколько секунд. Затем она вздохнула.

— Впусти его, — произнесла она. — И оставь нас наедине.

— Будет исполнено, ваше величество.

Стражник вышел, и через несколько секунд дверь открылась снова.

Вошёл Август.

Он был высоким, как и его мать, одет в тёмно-синий плащ с вышитым на спине символом — колесо с двенадцатью игл.

[[image:/storage/reader-images/d8f9f127a4ceb5b77f24e7c9b4f6a09f787f0b3d.jpg]]

Он подошёл к трону и опустился на одно колено, склонив голову.

— Матушка, прости моё долгое отсутствие.

Селестия смотрела на него.

— Кажется, блудный сын вернулся. Год, Август. Целый год. Без вестей.

Август поднял голову, его жёлтые глаза встретились с её жёлтыми.

— Я знал, что ты справишься, — произнёс он. — Королевство в надёжных руках.

— В надёжных руках, — Селестия усмехнулась, но в её усмешке не было веселья. — Ты исчез, Август. Ты оставил меня одну справляться со всем этим.

— Я не оставил тебя, — Август произнёс это тихо, но в его голосе читалась уверенность. — Я ушёл, чтобы стать самостоятельным. Чтобы стать тем, кем ты хотела, чтобы я был.

Селестия приподняла бровь.

— И кем же я хотела, чтобы ты был?

— Сильным, — Август произнёс это просто. — Независимым. Способным стоять на своих ногах, а не прятаться за твоей спиной.

Селестия молчала несколько секунд. Затем она кивнула.

— Встань, — произнесла она. — И расскажи мне, где ты был.

Август поднялся, его плащ развевался за его спиной.

— Я путешествовал, — произнёс он. — По всему королевству. Я видел, как живут люди, они страдают. И я понял, что не могу просто сидеть во дворце, пока мир горит.

Он сделал паузу.

— Я создал фракцию, матушка.

Селестия замерла.

— Фракцию?

— Да, — Август кивнул. — "Колесо Года". Нас всего двенадцать. Но мы сильны.

— Двенадцать? — Селестия усмехнулась. — Это не фракция, Август. Это отряд.

— Это больше, чем ты думаешь,каждый из нас назван в честь одного из месяцев. Январь, Февраль, Март... и так далее. Я — Август. И каждый из нас силён.

Селестия смотрела на него, её жёлтые глаза скользили по его лицу. Она видела в нём что-то новое — не мальчика, который сбежал от ответственности, а мужчину, который взял её на себя.

— И зачем ты создал эту... фракцию? — её голос был ровным, но в нём читалось любопытство.

— Чтобы помогать тебе, — Август произнёс это просто. — Чтобы помочь королевству. Мы можем отвоевать территории обратно. Мы можем уничтожить фракции, которые захватили наши города. Мы можем...

— Ты думаешь, что двенадцать человек могут сделать то, что не может армия? — Селестия приподняла бровь.

— Не двенадцать человек, — Август покачал головой. — Двенадцать воинов с Источниками. Они сильны и каждый хочет вернуть былое королевство, я тщательно отбирал каждого из них.

Селестия замерла.

— Ты уверен в своей затее?

— Абсолютно.

Селестия молчала несколько секунд. Затем она вздохнула.

— Август, — её голос стал мягче. — Ты постарался на славу.

— Благодарю, — Август улыбнулся. — Я хочу помочь тебе, матушка.

Селестия смотрела на него, кажется, её глаза были полны гордости.

— Ты изменился, — произнесла она тихо.

— Я вырос, — Август произнёс это просто. — Как ты и хотела.

Селестия молчала. Затем она улыбнулась.

— Знаешь, став королевой, я подписала множество законов, чтобы помочь королевству. Я развивала эти земли, лично собирала большинство отрядов, чтобы быть уверенной в своих людях. Я создала столько всего, но моим лучшим творением был ты, Август.

По щеке Августа пошла слеза, он молчал несколько секунд, после чего усмехнулся с тёплой улыбкой на лице.

— Я рад слышать такие слова, матушка. Позволишь ли ты помочь тебе?

...

— Хорошо, — Селестия поднялась с трона. — Если ты действительно создал такую фракцию... то я готова принять твою помощь.

— Благодарю, матушка, — Август коротко поклонился.

— Но, — Селестия подняла палец. — Есть условия.

Август приподнял бровь.

— Какие?

— Первое, — Селестия произнёсла это твёрдо. — Ты не будешь действовать без моего ведома. Никаких тайных операций. Никаких сюрпризов.

— Согласен, — Август кивнул.

— Второе, — Селестия продолжила. — Ты будешь приходить ко мне до и после каждой своей миссии.

Август усмехнулся.

— Матушка, мне двадцать лет. Я не ребёнок.

— Для меня ты всегда будешь ребёнком. И это не обсуждается.

Август молчал несколько секунд. Затем он кивнул.

— Согласен.

— И третье, — Селестия посмотрела ему прямо в глаза. — Ты будешь осторожен. Мир стал опасным, Август. Фракции сильны. И есть... есть люди, которых я остерегаюсь.

Август нахмурился.

— Кто же это?

Селестия молчала. Затем она вздохнула.

— Куроши Акума, — произнесла она тихо. — Мертвец, который вернулся.

Август моргнул.

— Куроши Акума? — он усмехнулся. — Тот самый, из легенд?

— Тот самый, — Селестия кивнула. — И он не легенда, Август. Он реален. И он опасен.

Август смотрел на неё, его жёлтые глаза сузились.

— Насколько опасен?

— Очень опасен. Он основал свою фракцию, я предложила ему союз.

Август замер.

— Ты... предложила ему союз? — его голос дрогнул. — Матушка, ты?

— Да, — Селестия кивнула. — И он отказался. Он сказал, что не нуждается в союзе с королевством.

Август молчал, обдумывая её слова.

— И что ты сделала?

— Я отправила к нему слежку, и он... он почувствовал её. Он посмотрел сквозь магический купол прямо на меня. И купол треснул.

Август поднял бровь.

— Впечатляет.

— Это не впечатляет, — Селестия покачала головой. — Это пугает. Он слишком опасен, от него так и веет смертью.

Август молчал.

— Поэтому будь осторожен, Август. Мир стал опасным. И Акума — только начало. На данный момент он нам не враг, я подала заявку на помощь от его фракции, и он согласился на хороших для нас условиях.

Селестия молчала несколько секунд, затем вздохнула.

— Но не только Акума меня беспокоит, — она подняла один из пергаментов со стола. — Я отправила заявку в Бюро Возмездия. На Вальдор.

Август нахмурился.

— Вальдор? Город на юге? Тот, что захватили Чистильщики?

— Именно, — Селестия кивнула. — Акума согласился выполнить заявку. Он и его воины выдвигаются завтра на рассвете.

Август выпрямился, его жёлтые глаза вспыхнули.

— Тогда я тоже отправлюсь туда.

Селестия замерла.

— Что? — её голос стал холодным. — Нет.

— Матушка, — Август шагнул ближе. — Вальдор — важный для королевства город. Если Акума провалит задание...

— Он не провалит, — Селестия перебила его. — Я видела его силу. Он не из тех, кто проигрывает.

— Но что, если он решит оставить себе то, что находится под городом? Ты же прекрасно знаешь, как это важно. Что помешает ему забрать это себе?

Селестия молчала. Она не могла отрицать — эта мысль уже приходила ей в голову.

— И даже если он выполнит заявку честно, — Август продолжил, — Чистильщики сильны. У них есть Кайрус. Если Акума недооценит его...

— Хватит, — Селестия подняла руку. — Я понимаю твои опасения. Но ты не поедешь.

— Матушка...

— Нет, Август! — её голос эхом разнёсся по залу. — Ты только что вернулся. Ты пропал на год. И теперь ты хочешь броситься в бой с фракцией, о которой мы почти ничего не знаем?

— Я не бросаюсь, — Август произнёс это спокойно. — Я предлагаю страховку. Если Акума справится — мы просто заберём город и вернёмся. Если нет — "Колесо Года" поможет.

Селестия смотрела на него, её жёлтые глаза сузились.

— Ты упрямый, — произнесла она.

— Я твой сын, — Август усмехнулся. — От кого бы мне ещё это досталось?

Селестия не улыбнулась. Она молчала долго, её пальцы сжимали подлокотник трона.

— Если ты поедешь, — она произнесла это медленно, взвешивая каждое слово, — ты не будешь вмешиваться в дела Акумы. Ты не будешь бросать ему вызов. Ты не будешь пытаться доказать, что ты сильнее. Ты будешь наблюдать. И если — только если — ситуация станет критической, ты поможешь.

Август кивнул.

— Согласен.

— И ты возьмёшь с собой кого-нибудь из своей фракции, — Селестия подняла палец. — Не больше. Я не хочу, чтобы Акума подумал, что я отправляю армию ему в спину.

— Сентябрь, — Август произнёс это без колебаний. — Он надежный.

Селестия вздохнула. Глубоко, тяжело.

— Будь осторожен, Август, — её голос стал тише, почти шёпотом. — Если я обратилась к Акуме, значит, я считаю эту угрозу серьёзной.

— Я знаю, матушка, — Август коротко поклонился. — И я буду осторожен. Обещаю.

Селестия смотрела на него ещё несколько секунд. Затем она кивнула.

— Хорошо. Поезжай. Но если ты погибнешь, я лично вытащу тебя из могилы, чтобы убить ещё раз за то, что заставил меня волноваться.

Август рассмеялся.

— Учту, матушка.

Август кивнул.

— Я буду осторожен, матушка, — произнёс он. — Обещаю.

— Хорошо, — она вздохнула. — Тогда иди. Приведи свою фракцию в порядок.

— Будет исполнено, матушка, — Август коротко поклонился.

Он развернулся и зашагал к выходу. Но прежде чем выйти, он обернулся.

— Матушка, — произнёс он. — Я рад, что вернулся.

Селестия улыбнулась.

— Я тоже, Август. Я тоже.

Он вышел, закрыв за собой дверь.

Селестия осталась одна в тронном зале.

Она сидела на троне, её жёлтые глаза были обращены в дверь, за которой исчез её сын. Её пальцы нервно постукивали по подлокотнику.

— Август... — прошептала она. — Мой глупый, но храбрый мальчик.

Она знала, что не сможет его остановить. Потому что он был её сыном.

— Пожалуйста, будь осторожен, — прошептала она. — Пожалуйста... не закончи как твой отец.

Но она знала, что он не услышит её.

Потому что он уже ушёл.

И мир был слишком опасен для него.

Вальдор.

Мираж. Ратуша. Главный зал. Утро.

Солнечный свет пробивался сквозь высокие окна, рисуя на каменном полу длинные золотые полосы. Зал был пуст — господин Акума и его воины уже выдвинулись в Вальдор, и ратуша казалась непривычно тихой.

Вэйн сидел в кресле у окна, его молочно-голубые глаза были обращены в сторону города.

Рядом с ним стоял Мидред. Его лицо было серьёзным, пальцы нервно сжимали край плаща.

— Господин Вэйн, — произнёс он тихо. — С высокой вероятностью на Мираж могут напасть. Господин Акума отсутствует, основные воины выдвинулись с ним. Город остался практически без защиты.

Вэйн медленно повернул голову в его сторону.

— Всё в порядке, Мидред, — произнёс он. — Господин Акума оказал мне услугу в борьбе с бандитами. Я верну этот долг.

Он поднял руку и щёлкнул пальцами.

Звук был тихим, почти неслышным. Но от него по залу прошла волна маны — голубая, чистая, пульсирующая.

И тогда они начали появляться.

Один за другим, из воздуха, из теней, из самого света — рыцари. Высокие, в полностью закрытых белых доспехах, с символами, выгравированными на нагрудниках. У некоторых в руках были мечи, у других — посохи, у третьих — топоры. Их доспехи сияли, словно отполированные до зеркального блеска.

Они появлялись группами — по трое, по пятеро. Через минуту зал был заполнен ими. Тридцать рыцарей стояли неподвижно, словно статуи, ожидая приказа.

Мидред отступил на шаг, его глаза были широко раскрыты.

— Господин Вэйн... — его голос дрогнул. — Это...

— Тридцать, — Вэйн произнёс это спокойно. — На данный момент я создал тридцать рыцарей. Каждый из них — полноценный воин с частью моей маны. Они будут патрулировать город, пока господин Акума отсутствует.

Он поднял руку, и рыцары одновременно склонили головы.

— Патрулируйте периметр, — произнёс Вэйн. — Любая угроза будет устранена.

Рыцары развернулись и вышли из зала — бесшумно, синхронно, словно единый организм. Их шаги не издавали ни звука, хотя они были в тяжёлых доспехах.

Мидред смотрел им вслед, его лицо было бледным.

— Благодарю вас, господин Вэйн, — произнёс он. — Это... это больше, чем мы могли надеяться.

— Не стоит благодарности, — Вэйн покачал головой. — Это лишь начало. Я буду пополнять количество воинов. А если нападение всё же случится... — он усмехнулся. — У меня есть туз в рукаве.

Мидред хотел спросить, что это за туз, но передумал. Он коротко поклонился.

— Пойду посмотрю, как встали рыцари, и дам команды своим подчинённым.

— Иди, — Вэйн кивнул. — И не волнуйся. Мираж в надёжных руках.

Мидред вышел, закрыв за собой дверь.

Вэйн остался один.

Он сидел в кресле и смотрел в окно. Он чувствовал, как рыцары занимают позиции по периметру города, как стража Мидреда координируется с ними, как жители Миража продолжают жить своей обычной жизнью, не подозревая, насколько близко была опасность.

Он улыбнулся.

Господин Акума... интересный человек. Существо, которое он не мог полностью понять, но которое он уважал. И которому он был должен.

Прошло несколько минут. Затем дверь скрипнула, и в зал вошли три девушки.

Элла, Мира и Нао — горничные, которых господин Акума спас из бункера отца Ясуо. Они несли подносы, нагруженные едой и напитками.

Они накрыли стол рядом с Вэйном, двигаясь тихо, почти неслышно. Их руки слегка дрожали — кажется, они ещё не привыкли обслуживать гостей.

— Господин Вэйн, — Элла, старшая из них, коротко поклонилась. — Мы принесли вам завтрак.

Вэйн повернул голову в её сторону.

— Благодарю, — произнёс он мягко. — Это очень любезно с вашей стороны.

Он поднял руку и взял яблоко с подноса. Его пальцы нашли его без колебаний, словно он видел его. Он откусил кусок, прожевал, проглотил.

— Вкусно.

Горничные переглянулись. Они стояли, не двигаясь, словно мешкая.

Вэйн приподнял бровь.

— Что-то не так? — спросил он. — Вы хотите чего-то?

Элла сглотнула. Она посмотрела на Мир и Лину, затем снова на Вэйна.

— Господин... — её голос дрогнул. — Мы просто... удивлены.

— Чем?

— Вашими глазами, — Элла произнесла это тихо, почти шёпотом. — Судя по ним... вы слепы.

Вэйн молчал несколько секунд. Затем он усмехнулся.

— Да, — произнёс он. — Я слеп. С рождения.

Мира ахнула, её рука прикрыла рот.

— Простите нас, господин! — Нао быстро поклонилась. — Мы не хотели быть бестактными...

— Не извиняйтесь, — Вэйн махнул рукой. — Это не секрет. И это не проблема.

Он повернул голову, его молочно-голубые глаза скользнули по залу.

— Я хорошо чувствую окружение с помощью маны, — произнёс он. — Мой мир совсем иной. Я может и слеп, но вижу гораздо больше, чем вы думаете.

Горничные смотрели на него, их глаза были широко раскрыты.

— Это... это невероятно, — прошептала Мира.

— Это просто навык, — Вэйн пожал плечами. — Как и любой другой. Его можно развить. Хотя... не каждому.

Он снова улыбнулся.

— Не волнуйтесь обо мне, — произнёс он. — Я справляюсь. Лучше скажите — вам нравится здесь? В Мираже?

Элла моргнула, не ожидая такого вопроса.

— Да, господин, — произнесла она. — Очень. Это... это больше, чем мы могли надеяться. После всего, что с нами было...

Она замолчала, не в силах продолжить.

Вэйн кивнул.

— Я понимаю, — произнёс он тихо. — Но вы в безопасности здесь. Акума вряд ли даст своих людей в обиду, а я, как его временный заместитель, сделаю то же самое.

— Благодарим вас, господин, — Элла коротко поклонилась. — Если вам что-то понадобится — позовите нас. Мы всегда рядом.

— Обязательно, — Вэйн кивнул. — А теперь идите. У вас, наверное, много дел.

Горничные поклонились и вышли из зала, их шаги были лёгкими, почти неуверенными.

Вэйн смотрел им вслед. Он не видел их, но он чувствовал их — их ману, их эмоции, их страх, который медленно, но верно, сменялся спокойствием.

Он улыбнулся.

Три дня спустя. Лес в нескольких километрах от Вальдора. Полдень.

Лес был густым, тёмным, пропитанным запахом хвои и влажной земли. Солнечные лучи едва пробивались сквозь деревья, рисуя на земле причудливые узоры.

Акума сидел на поваленном дереве, его безмятежный взгляд был направлен в небо.

Рядом с ним, прислонившись к дереву, сидела Ари. Она читала одну из книг Вэйна.

Ясуо стоял в нескольких метрах от них, опираясь на катану. Его глаза были обращены к Вальдору.

Тишину нарушил звук копыт.

Сначала далёкий, приглушённый. Затем ближе, громче. Земля задрожала под тяжёлыми шагами лошадей.

Из-за деревьев выехали четверо всадников. Азуса, Юма, Сэйрю и Рин. Их одежда была покрыта пылью дороги, лица усталыми, но в глазах горел огонёк готовности.

Азуса соскочила с лошади первой, её белые глаза скользнули по лагерю.

— Мы на месте, — произнесла она. — Путь занял три дня, как и планировалось.

Юма спрыгнул следом, потягиваясь.

— Три дня в седле, — он поморщился. — Мои задница ненавидит меня.

Сэйрю молча спешился, его лицо было спокойным, но в глазах читалась напряжённость. Рин просто соскользнула с лошади, словно тень, и встала рядом с ним, не говоря ни слова.

Акума открыл глаза и поднялся.

— Хорошо, — произнёс он. — Все в сборе.

Он обвёл взглядом воинов.

— План остаётся прежним, мы создаём хаос. Я сражаюсь с Кайрусом. Вы сражаетесь с его подчинёнными и держитесь до момента, пока я не убью его и не помогу вам завершить дело.

Воины кивнули.

— Есть вопросы? — спросил Акума.

Сэйрю поднял руку.

— Есть, господин, — его голос был задумчивым. — Я думал о Вальдоре. О жителях. Если мы начнём сражаться в городе, разрушения будут колоссальными. И жители пострадают.

Акума приподнял бровь.

— Продолжай.

— Я мог бы затащить воинов с Источниками в Вальгаллу, так мы не разрушим слишком большую часть города. И выживет больше жителей.

Акума задумался.

— Это было бы неплохо, — произнёс он. — Но как ты собираешься затащить туда всех воинов с Источниками? Вальдор — большой город. Они могут быть разбросаны по всему периметру.

Сэйрю кивнул.

— В этом и есть проблема, — произнёс он. — Во время использования Вальгаллы я могу затащить с собой выбранных людей. Но у способности есть радиус. Если противник не окажется в этом радиусе — он останется снаружи.

Акума молчал, обдумывая его слова. Его чёрные глаза скользнули по лицам воинов, затем остановились на Ари.

Ари почувствовала его взгляд и подняла голову. Их глаза встретились. Она молчала несколько секунд, её губы шевелились, словно она перебирала что-то в голове.

Затем она резко оживилась.

— Я могу помочь! — её голос прозвучал громче, чем она ожидала. Все повернулись к ней. — Акума, помнишь, как мы использовали заклинание "Голос Вечности", чтобы объявить о нашем существовании на гигантское расстояние?

Акума кивнул.

— Помню.

— У этого заклинания изначально был большой радиус, — Ари начала говорить быстро, её глаза горели азартом. — Но мы усилили его с помощью стороннего источника маны. И в теории... в теории я могу взять из того заклинания конкретно эту часть — усиление радиуса — и применить её к Вальгалле Сэйрю.

Сэйрю посмотрел на неё.

— Ты хочешь расширить радиус Вальгаллы? — произнёс он. — Насколько?

— Насколько понадобится, — Ари усмехнулась. — Если я рассчитаю правильно, то радиус покроет весь Вальдор. Тебе лишь нужно будет затащить воинов с Источниками окажутся внутри.

Акума молчал несколько секунд. Затем он кивнул.

— Отличная идея, — произнёс он. — Так и сделаем.

Он обвёл взглядом воинов.

— Сэйрю, ты забираешь в Вальгаллу всех противников с Источниками, не считая Кайруса. Его я беру на себя. Из союзников ты забираешь всех, кроме меня и Азусы.

Азуса нахмурилась.

— Почему меня не нужно брать? — её голос был резким.

Акума посмотрел на неё.

— Потому что совсем недавно ты была серьёзно ранена, — произнёс он. — Твоё тело ещё не восстановилось полностью. Вальгалла — это замкнутое пространство, где ты будешь сражаться с сильнейшими воинами Чистильщиков. В твоём состоянии это слишком рискованно.

Азуса сжала кулаки. Её белые глаза потемнели.

— Но я могу сражаться! — её голос дрогнул. — Я уже в порядке!

— Нет, — Акума произнёс это твёрдо. — Ты не в порядке. И я не буду рисковать тобой.

Азуса молчала. Она выглядела разочарованной — почти обиженной.

Акума подошёл к ней и положил руку на её плечо.

— Не расстраивайся, — его голос стал мягче. — Хоть у простых воинов Чистильщиков нет Источников, их довольно много. Сотни, может быть, тысячи. Так что ты сможешь развлечься.

Азуса подняла голову.

— Тысячи, значит, — она усмехнулась, но в её усмешке не было веселья. — Ну что ж. Это тоже неплохо.

— Вот и отлично, — Акума убрал руку. — Ари, ты работаешь с Сэйрю. Подготовьте заклинание. У вас будет время, пока мы подходим к городу.

— Поняла, — Ари кивнула.

— Юма, Рин, — Акума повернулся к ним. — Вы с Сэйрю в Вальгалле. Сражаетесь с воинами с Источниками. Не дайте им вырваться.

— Будет сделано, — Юма усмехнулся, его руки вспыхнули пламенем.

Рин молча кивнула, её серые глаза были холодными, как лёд.

— А, и ещё...

Акума посмотрел на Юму и Рин, его взгляд уже не казался таким добрым.

— Как вы понимаете, Ари будет в Вальгалле вместе с вами, хоть у нее и есть заклинания, она все еще гораздо слабее каждого из вас... Так что следите, чтобы она не поранилась. Вы меня поняли?

...

— Поняли, Господин. — Они поклонились и произнесли это синхронно.

— Хорошо, — Акума обвёл взглядом всех воинов. — Вопросы есть?

Тишина.

— Тогда выдвигаемся.

Они двинулись через лес, двигаясь быстро и бесшумно. Вальдор был близко.

Через полчаса они вышли на опушку леса.

Перед ними, в нескольких сотнях метров, возвышались стены Вальдора.

Город был огромным — гораздо больше Миража. Высокие каменные стены, покрытые трещинами и следами копоти, окружали десятки кварталов. Башни стояли кривыми, некоторые были разрушены до основания. Над городом поднимался дым.

Акума остановился, его чёрные глаза скользнули по стенам, по башням, по дыму.

— Вот он, — произнёс он тихо. — Вальдор.

Воины встали рядом с ним, глядя на город.

— Выглядит... мрачно, — Юма поморщился.

— Потому что это мрачное место, — Акума произнёс это холодно. — Тысячи людей в рабстве. Сотни стражей. И Кайрус, который всем этим правит.

Он поднял руку, и его тело начало покрываться чёрной аурой. Тёмная, пульсирующая энергия распространилась вокруг него, окутывая всех воинов.

— Я перемещу нас прямо в центр города, — произнёс он. — Готовьтесь. Как только мы окажемся там — начинаем. Без промедления. Без сомнений.

Воины кивнули.

Акума закрыл глаза. Его руки вспыхнули тёмной энергией, окутывая их всех, словно кокон.

— Держитесь, — прошептал он.

Мир вокруг них исчез.

Лес, небо, земля — всё растворилось в чёрном дыму. Воины почувствовали, как их тела сжимаются, как пространство вокруг них искажается, как реальность трещит по швам.

А затем — свет.

Они оказались в центре Вальдора.

Площадь была огромной — вымощенная серым камнем, окружённая высокими зданиями с разрушенными фасадами. В воздухе висел запах дыма, крови и чего-то едкого, химического. Вдалеке слышались крики, звон оружия, рёв команд.

Чистильщики были здесь. Тысячи их.

— Начинаем, — произнёс Акума, его чёрные глаза вспыхнули. — Сэйрю, Ари — сейчас.

Сэйрю кивнул и воткнул копьё в землю. Его глаза вспыхнули фиолетовым светом, мана начала пульсировать вокруг него, создавая ауру, которая медленно расширялась.

Ари шагнула вперёд и подняла руки, из её ладоней вырвался фиолетовый свет — тот самый свет "Голоса Вечности", модифицированный, усиленный, готовый слиться с Вальгаллой.

— Акума, мне нужна твоя мана, — произнесла она. — Много.

Акума кивнул. Он подошёл к Сэйрю, положил руку на его плечо, и его чёрная мана хлынула в тело копейщика, сливаясь с его фиолетовой аурой.

Сэйрю вздрогнул от силы, но не отступил. Его копьё засветилось ярче, фиолетовый свет стал почти ослепительным.

Ультимэйт: Вальгалла!

Земля задрожала.

Фиолетовый свет вырвался из острия копья, окутывая всех. Но на этот раз он не остановился — он продолжал расширяться, поглощая площадь, улицы, кварталы, весь город. Свет прошёл сквозь стены, сквозь крыши, сквозь землю, пока не покрыл весь Вальдор от края до края.

Воины Чистильщиков, которые бежали по улицам, внезапно замерли. Их тела начали светиться фиолетовым, они поднимались в воздух, их крики обрывались.

Но не все.

Те, у кого не было Источника — обычные стражники, рабы, гражданские — остались на земле, глядя в небо с ужасом.

Сэйрю стоял неподвижно, его глаза были закрыты, его дыхание было тяжёлым. Он чувствовал всех — каждого воина с Источником, каждого, кто попал в радиус Вальгаллы.

Но затем он замер.

Его глаза открылись, его лицо изменилось. В нём читалось что-то — удивление, может быть, тревога.

— Господин... — его голос дрогнул.

Акума повернулся к нему.

— Что?

Сэйрю молчал несколько секунд, его чёрные глаза скользили по городу, сканируя, ища.

— Кайрус находится в главном здании, — произнёс он наконец. — На севере города. Воины с Источниками распределены по всему городу — я чувствую их всех, они поднимаются в Вальгаллу.

Он сделал паузу.

— Но... кое-что меня тревожит.

Акума приподнял бровь.

— Что именно?

— Я чувствую ещё двух людей с Источниками, — Сэйрю произнёс это тихо, но в его голосе читалась напряжённость. — Причём довольно сильными. Очень сильными.

Акума нахмурился.

— С ними что-то не так?

— Они прячутся, — Сэйрю покачал головой. — Или скрываются. Они находятся на западной окраине города, в одном из разрушенных зданий. Они... они не хотят, чтобы я их заметил. Но я чувствую их ману. Она мощная.

Акума молчал, обдумывая его слова. Его чёрные глаза сузились.

Затем он улыбнулся.

Не той улыбкой, которая предвещала смерть. А той, которая предвещала что-то интересное.

— Не забирай их, — произнёс он. — Оставь их снаружи.

Сэйрю посмотрел на него, его чёрные глаза расширились.

— Господин? Но они...

— Я сказал, не забирай их, — Акума усмехнулся шире. — Мне интересно, кто они такие. И почему они прячутся от нас.

Азуса вышла вперёд.

— Все верно, не забирай их! Может, хоть с ними сражусь...

Сэйрю колебался несколько секунд. Затем он кивнул.

— Как прикажете.

Он снова закрыл глаза, его копьё засветилось ярче. Фиолетовый свет усилился, и десятки Чистильщиков — все, у кого был Источник — были подняты в воздух и затянуты в Вальгаллу.

Пространство вокруг них задрожало.

Земля исчезла под ногами. Небо растворилось. Воздух стал другим — холодным, тяжёлым, пропитанным запахом стали и крови.

И они оказались в Вальгалле.

Гигантский зал с крышей из позолоченных щитов, подпираемых бесчисленными копьями. Зал стоял на вершине горы, внизу — сплошная пропасть, покрытая облаками.

Но на этот раз зал был не пуст.

Воины Чистильщиков стояли в нём — дезориентированные, напуганные, но готовые к бою. Их Источники пульсировали, их оружие было поднято, их глаза сканировали пространство.

И посреди них — Юма, Сэйрю, Рин, Ари и Ясуо.

Юма усмехнулся, его руки вспыхнули пламенем.

— Надеюсь, они не сдадутся слишком быстро.

Сэйрю вытащил копьё из земли, его дыхание было тяжёлым. Вальгалла уже забирала силы.

— Держимся вместе, — произнёс он. — Не даём им окружить нас.

Рин молча кивнула, её серые глаза скользили по воинам.

Ясуо поднял катану.

— Начинаем.

Воины Чистильщиков начали наступать.

Вальдор. Центр площади.

Акума и Азуса остались на площади. Вокруг них — хаос. Стражники без Источников бегали, кричали, пытались понять, что произошло. Рабы прятались, гражданские падали на колени, молясь богам.

Акума поднял голову, его чёрные глаза скользнули по городу.

— Кайрус на севере, — произнёс он. — Главное здание. Я выдвигаюсь туда, а ты оставайся тут и разберись со стражей.

Азуса кивнула.

— Поняла.

Тело Акумы начало растворяться в чёрном дыму.

Он рванулся на север, к главному зданию, к Кайрусу.

...

Азуса стояла посреди площади, её белые глаза скользили по окружающим зданиям. Вокруг неё — хаос. Стражники без Источников бегали, кричали, пытались понять, что произошло. Их командиры исчезли — затянуты в Вальгаллу. Но обычные солдаты остались. И их было много

Один из стражников, высокий мужчина с шрамом на щеке, поднял меч.

— Она одна! — крикнул он. — Ловите её!

Десяток стражников бросился на неё.

Азуса усмехнулась.

Стойкость!

Её аура вспыхнула ярче, белая энергия окутала её тело. Она сжала кулаки и рванулась вперёд.

Она двигалась как ураган, раскидывая стражей как плюшевые игрушки. Каждый удар ломал кости, выбивал зубы и отправлял в нокаут.

Но их было слишком много.

Со всех сторон сбегались стражники. Десятки, сотни. Они окружали её со всех сторон, их мечи блестели в свете магических кристаллов.

— Убейте её! — кричал кто-то. — Она одна!

Азуса рассмеялась.

Тряска!

Она ударила кулаком по земле, и ударная волна распространилась на десятки метров. Стражники падали, их оружие выпадало из рук, их тела подбрасывало в воздух.

Но они вставали. Снова и снова.

— Хорошо, — Азуса сжала кулаки, её белые глаза вспыхнули. — Если вы хотите играть... давайте играть.

Она рванулась вперёд, её кулаки мелькали, нанося удар за ударом. Каждый стражник, которого она касалась, падал. Но на его место приходили другие. И другие. И другие.

Это был бесконечный поток.

Вальгалла.

Зал был огромен. Сотни воинов Чистильщиков стояли в нём, их Источники пульсировали, их оружие было поднято.

И посреди них — Юма, Сэйрю, Ари, Рин и Ясуо.

— Держимся вместе, — произнёс Сэйрю, его копьё было направлено вперёд. — Не даём им окружить нас.

Юма усмехнулся, его руки вспыхнули пламенем.

— Окружить нас? — его красные глаза блеснули. — Да они сами себя окружили.

Он щёлкнул пальцами.

Огненный Вихрь!

Юма начал вращаться, создавая торнадо из пламени. Воины, попавшие в вихрь, горели, их доспехи плавились, крики разрывали воздух.

Но их было слишком много.

Сэйрю бросил копьё, оно пронзило троих воинов, пригвоздив их к земле.

Пронзающий Бросок!

Он телепортировался на место копья, вырвал его и начал крушить воинов вокруг, убивая их одним ударом, не давая среагировать.

Рин растворилась в тени, её кинжалы мелькали, убивая воинов одного за другим. Она двигалась быстро, бесшумно, как призрак.

Ари стояла в центре, её зелёные глаза вспыхнули фиолетовым светом.

Взгляд Истины!

— Юма, слева! — крикнула она.

Юма обернулся, его рука вспыхнула пламенем.

Огненный Шар!

Он запустил огненный шар, который взорвался рядом с невидимым воином, обнажив его. Тот закричал, его тело начало гореть.

— Спасибо! — Юма усмехнулся.

Ясуо двигался как тень, его катана рассекла воздух, оставляя за собой белые следы. Каждый удар был точным, каждый был смертельным.

Стиль Бессмертного: Выкачивание Жизни!

Его тело превратилось в зелёный поток, и он пронзил троих воинов катаной одновременно. Их тела дёрнулись, кровь хлынула из ран, и они упали, мёртвые.

Но воинов было слишком много. Они продолжали наступать, тесня их, не давая передышки.

— Их слишком много! — крикнул Сэйрю.

— Но они такие слабаки! — Юма щёлкнул пальцами.

Битва продолжалась.

Северная часть Вальдора, главное здание.

Мужчина сидел на стуле, смотря в окно. Рядом с ним стояла девушка, до ужаса напуганная.

— Господин Кайрус, на нас напали! Воины с Источниками куда-то исчезли!

— Я это уже понял.

[[image:/storage/reader-images/a518fa75bf39def48715f9d0aa46585e11b327a0.jpg]]

— Жители в панике, Господин! Мы должн...

— Мне очень интересно то, что ты хочешь сказать, но, кажется, у нас гости, так что проваливай. — Сказал Кайрус, показывая пальцем в окно.

Девушка посмотрела в окно и увидела чёрную массу, быстро летящую прямо в них.

— Господи!

В страхе она сразу же выбежала из комнаты прочь.

...

Кайрус вздохнул.

— Ха... Ну что за головная боль.

Чёрная масса влетела прямо в окно, разрушив стену, из неё вышел Акума.

— Здравствуй, Кайрус!

— Проваливай.

Отторжение.

Кайрус размахнул руками, создав мощную гравитационную волну, которая выбросила Акуму из здания.

— Вот же кому-то заняться нечем. — Вздохнув, Кайрус встал со стула.

— Далеко собрался?

Акума уже стоял у него за спиной.

— А ты не простой, да? Я тебя знаю?

— Скорее всего знаешь, — Акума усмехнулся. — Я довольно популярен, Кайрус.

— Знаешь, что я могу гадать по ладоням?

— Разве ты как-то связан с гаданием?

— А ты дай мне руку и увидишь.

Акума рассмеялся.

— Хорошо. Давай посмотрим, что ты там нагадаешь.

Акума протянул Кайрусу руку, тот коснулся обратной стороны его ладони.

Масса.

В мгновение тело Акумы стало гораздо тяжелее, под собственным весом он провалился вниз, пролетев 3 этажа и впечатался в землю.

— Ну что за дурак.

Кайрус смотрел на Акуму через дыру в полу.

— Эй, ты там живой?

— Ну что, какова моя судьба, гадалка?

...

— Смерть.

Кайрус прыгнул в дыру.

Масса.

Увеличив собственный вес, он упал прямо на спину Акумы, был слышен хруст костей.

...

— Эй, ты знаешь, это неприлично вот так сидеть на человеке!

— А ты прям не хочешь умирать, да? Как тебя зовут?

...

— Куроши Акума.

Кайрус подскочил и отдалился на несколько метров, не сводя с Акумы глаз.

— Куроши Акума? Так это ты?

— Говорил же, ты меня знаешь.

— Ха... Я ожидал большего, это разве сражение? Только начали, а у тебя уже спина сломана.

...

После секунды молчания, Акума поднялся на ноги, посмотрел на Кайруса и улыбнулся.

— Где?

— Чёрт возьми, серьёзно!?

Акума выставил руки вперёд.

Коридор свидетелей.

Из его рук распространилась чёрная аура, создавшая коридор, замыкающийся прямо за спиной Кайруса, всё вокруг окутала тьма.

— Что за чёрт!?

Кайрус нервно смотрел по сторонам, через несколько секунд вокруг начали появляться чёрные глаза, смотрящие прямо на него.

— Какого!?

Гравитац...

Глаза посмотрели на него с насмешкой. В это мгновение перед Кайрусом появилась девушка с длинными белыми волосами, она сидела на полу и плакала.

— Ты...

Коридор мгновенно пропал. По всему телу Кайруса появились небольшие раны, а сам он начал отхаркивать кровь.

КХА!

Не теряя времени, он сразу же посмотрел на Акуму.

Гравитационный колодец!

Кайрус показал пальцем на землю рядом с Акумой, в этой точке образовался фиолетовый гравитационный колодец, притягивающий Акуму внутрь на большой скорости.

— Ха!

Давящий взор.

Глаза Акумы стали полностью чёрными, он посмотрел на Кайруса и того придавило волной чёрной энергии, поставив на колени.

— Кхх... Ещё брыкаешься, Акума!?

Кайрус направил руку в сторону Акумы, после чего сжал кулак.

Сжатие пространства!

Он сжал пространство вокруг Акумы, сдавливая тело, пока колодец продолжал притягивать его.

— Умри уже!

Акума усилил давящий взор, обрушив на Кайруса гигантский поток чёрной энергии, который заставил его рухнуть на землю.

«Он придавил меня к земле, я не могу поднять руку, чтобы продолжить сжатие пространства! Чёрт! Чёрт!»

Гравитационный колодец исчез и Акума встал на ноги.

— Странная какая-то битва получается.

— Т-Ты... Сукин сын... Что ты вообще тут делаешь!?

— Моя фракция выполняет заказ королевы.

— Королевы? Селестия серьёзно наняла тебя, чтобы уничтожить меня!?

— Тебе стоило выбрать другой город, этот слишком важен для королевства.

— Да пошло оно!

Масса!

Увеличив собственный вес, Кайрус смог встать на ноги.

— К твоему сожалению, увеличивая собственную массу, я всё ещё могу передвигаться!

Сделав рывок в сторону Акумы, Кайрус ударил его в корпус, откинув на десятки метров в ближайшее здание. Через несколько секунд Акума встал из-под обломков, невредимый.

— Удары у тебя что-то с чем-то! Давай повеселимся, Кайрус!

Акума покрылся чёрной энергией и рванул в его сторону.

Кайрус встал в позу: корпус наклонен, ноги согнуты в коленях, руки полусогнуты и разведены в стороны. Акума быстро настиг его, сделав удар в голову. Кайрус опустился ниже и обхватил его тело.

Масса!

Ещё сильнее увеличив собственный вес, Кайрус повалил Акуму на землю, под давлением его тела земля начала разрушаться, образовав небольшой кратер. Когда облако пыли осело, Кайрус уже стоял, но Акумы рядом не было.

— Куда делся!?

— А ты обернись.

Обернувшись, Кайрус встретился с рукой. Акума схватил его за голову и впечатал в стену здания неподалеку.

«Как он так свободно таскает меня, мой вес увеличен в десятки раз! Он вообще человек!?»

— А это забавно, да, Кайрус!?

Ещё несколько раз впечатав Кайруса в стену, Акума бросил его в воздух, схватив за ногу.

— Продолжаем!

Акума начал бить его о землю, держа за ногу. Спустя несколько таких ударов он вновь подбросил Кайруса в воздух.

— И добивание!

Вокруг Кайруса появилось четыре маленьких чёрных портала, из которых вылетели лучи, пробив его живот насквозь с разных сторон.

— Кха!

Кайрус упал на землю.

Отторжение!

Размахнув руками, он создал гравитационную волну, оттолкнувшую Акуму на несколько метров, но он сразу же появился прямо перед ним.

— Ну чего ты, не хочешь, чтобы я был рядом, Кайрус?

— Монстр... Кх...

— Мне на тебя всё равно, но заказ есть заказ, так что я доведу его до конца. Мне ещё нужно помочь моим подчинённым.

Акума начал тянуться к голове Кайруса.

Касание безд...

Когда он уже должен был коснуться Кайруса, рука Акумы была отрублена жёлтым лучом энергии.

— Хм?

Повернувшись, Кайрус и Акума увидели двух человек, идущих в их сторон. Один из них выглядел торжественно, величественно. Мужчина с тёмными волосами и золотыми глазами. За ним шёл ещё один, с длинными серыми волосами и серыми, потухшими глазами. Второй выглядел более мрачно, казалось, что он не спал несколько суток.

— Эй, разве такой был приказ!?

...

Улыбка с лица Акумы спала.

— Ты ещё кто?

— Имя мне Август Великий! Я сын королевы Селестии!

...

— Это ты отрубил мою руку...?

— Да! Что ты тут вытворяе...

Глаза Акумы стали полностью чёрными, под давлением энергии Август и мужчина рядом с ним упали на колени.

Давящий взор.

— Кайрус, полежи пока тут, мне надо разобраться с детишками.

Акума медленно шёл в сторону Августа, чёрная материя уже начала восстанавливать его руку.

— Селестия послала тебя сюда?

Озлобленный Август посмотрел на Акуму.

— Поставил меня на колени!? Да как т...

Давление усилилось, прибив Августа и мужчину рядом к полу.

Я спрашиваю...

Тебя сюда послала Селестия?

— Думаешь, можешь просто убить меня!? Королевство это так не оставит!

— Королевство? Скорее твоя мать. Да и зачем мне убивать тебя? Я просто убью твоего друга.

Акума схватил мужчину за голову и поднял вверх.

— Ты выбрал не того правителя.

Он начал сжимать голову мужчины, пытаясь раздавить её.

— Прекрати!

Давящий взор закончился и Август поднялся на ноги. Рванув в сторону Акумы, он схватил его плечо.

Дуэль!

Мужчину откинуло на десять метров, а вокруг Акумы и Августа появились полупрозрачные золотые стены.

«Кажется, внутри этих стен нельзя использовать ману. Думаю, это и на него распространяется»

Август достал из ножен золотистый меч, покрытый лёгкой жёлтой энергией.

— Я создаю своё оружие из маны, а тут её использовать нельзя. Разве это честно, мальчишка?

Август замахнулся мечом, жёлтая энергия на лезвии исчезла, но сам меч остался.

Акума смотрел на него спокойно. Почти скучающе.

— Ну что ж, мальчишка, — произнёс он. — Покажи мне, чему тебя научила мать.

Август рванулся вперёд. Его меч рассёк воздух, оставляя за собой золотой след. Удар был быстрым, точным, нацеленным прямо в шею.

Акума даже не шевельнулся.

Он просто наклонил голову в сторону, и меч прошёл в сантиметрах от его горла. Август не успел среагировать — Акума уже был рядом, его рука схватила запястье Августа и вывернула его, заставив Августа выронить меч.

— Это некрасиво, где твоя честь воина?

Август отпрыгнул назад, его лицо исказилось от ярости. Он сжал кулаки и рванулся вперёд снова, уже без оружия.

Его кулак полетел прямо в челюсть Акумы.

Акума поднял руку и заблокировал удар ладонью. Звук был глухим, почти мягким.

— Слишком предсказуемо.

Он нанёс ответный удар — короткий, точный, в живот. Август сложился пополам, его дыхание перехватило. Но он не сдался. Он поднял голову и ударил коленом в грудь Акумы.

Акума отступил на шаг, но тут же вернулся, его рука схватила ногу Августа и дёрнула её в сторону. Август упал на бок, но тут же перекатился и вскочил на ноги.

— Ты дерёшься как ребёнок, — произнёс Акума. — Без техники. Без стратегии. Просто ярость.

Август закричал и бросился вперёд, его кулаки мелькали, нанося удар за ударом. Левый, правый, левый, правый.

Но Акума блокировал их все.

Левый — блок ладонью. Правый — уклон. Левый — блок предплечьем. Правый — контрудар в плечо, от которого Август отлетел на шаг.

— Позорище.

Август дышал тяжело, его лицо было красным от ярости и усталости. Он попытался нанести удар снизу, целясь в живот, но Акума поймал его руку и вывернул её за спину.

— Смотри, твоя арена мерцает. Кажется, дуэль закончится в ближайшие секунды, не так ли? И когда она закончится, ты будешь на коленях.

— Никогда! — Август рванулся, пытаясь освободиться.

— Три...

— Нет!

— Две...

Август ударил его локтём в бок, но Акума даже не дёрнулся. Он просто сжал руку Августа сильнее, и тот зашипел от боли.

— Одна секунда.

Стены исчезли.

В ту же секунду Акума отпустил его и развернулся. Его рука взмахнула, и из земли вырвались чёрные цепи.

Оковы Падших!

Цепи обвили тело Кайруса, который уже был в нескольких метрах от них, пытаясь улизнуть. Он дёрнулся, пытаясь разорвать их, но цепи держали крепко.

— Убежать от меня не получится, Кайрус, — произнёс Акума, подходя к нему. — Я же сказал — заказ есть заказ.

Кайрус смотрел на него, его красные глаза были полны ярости. Он дёрнулся снова, но цепи только затянулись сильнее.

— Ты...

— Не злись ты так.

И тут Кайрус увидел его.

Чёрный глаз.

Маленький, без белков, без зрачков. Он висел в воздухе, в нескольких метрах от Кайруса, и смотрел прямо на него. Глаз моргнул, и Кайрус почувствовал, как по его коже пробежали мурашки.

— Что... — его голос дрогнул. — Что это?

Акума посмотрел на глаз, затем на Кайруса.

— А, это, — он произнёс это небрежно, словно говорил о погоде. — Это мой друг. Он наблюдал за тобой всё это время. Пока мы дурачились с мальчишкой.

Кайрус посмотрел на глаз, затем на Акуму, затем снова на глаз.

— Ты... ты всё это время следил за мной!?

— Просто был уверен, что ты попытаешься убежать. Мой глаз видит всё.

Кайрус дёрнулся, пытаясь разорвать цепи, но они держали крепко. Его тело начало дрожать.

— Ты... ты не человек, — прошептал он. — Ты не можешь быть человеком...

Акума усмехнулся.

— Ты прав, — произнёс он. — Я не человек. Я кое-что получше.

Он поднял руку, его пальцы начали светиться чёрным светом.

— А теперь, Кайрус, давай поговорим о твоём городе.

Кайрус открыл рот, чтобы ответить, но не успел.

— Эй! — голос Августа прервал его. — Ты!

Акума повернул голову. Август стоял на коленях, его золотые глаза горели яростью, его кулаки сжаты.

— Ты не имеешь права трогать его! — крикнул Август. — Он под защитой королевства!

Акума посмотрел на него.

— Королевства? — он усмехнулся. — Твоего королевства?

— Да! — Август поднялся на ноги, его тело дрожало от ярости. — Моя мать наняла тебя, чтобы уничтожить Чистильщиков, но не чтобы убивать их главу без суда! Это нарушение договора!

Акума молчал несколько секунд. Затем он рассмеялся.

Тихо, почти неслышно. Затем громче. Раскатистее.

— Ха-ха-ха-ха-ха! — он запрокинул голову, его смех эхом разнёсся по улице. — Договор? Суд?

Он опустил голову, его чёрные глаза сияли.

— Мальчишка, — его голос был тихим, но в нём читалась сталь. — Ты думаешь, я забочусь о твоих договорах? О твоих судах? О твоих законах?

Он сделал шаг к Августу.

— Я забочусь о том, чтобы заказ был выполнен. А заказ был — уничтожить Чистильщиков.

Август сжал кулаки, его золотые глаза сузились.

— Тогда ты нарушишь договор, — произнёс он. — И моя мать...

— Твоя мать, — Акума перебил его, — не просила тебя делать все это, не так ли?

Август замер.

— Она послала тебя наблюдать, — Акума продолжил. — Но не вмешиваться. А ты вмешался, нарушив её приказ.

Август молчал. Его золотые глаза были широко раскрыты.

— И знаешь что? — Акума усмехнулся. — Если твоя мать узнает, что ты сделал... Какая у неё будет реакция?

Август побледнел.

— Ты... ты не посмеешь... — его голос дрогнул.

— Насколько же сильное у тебя эго? Ты родился единственным наследником королевства, а это высокомерие, подобное Селестии, стало приятным бонусом?

Август смотрел на него, его грудь тяжело поднималась и опускалась. Его золотые глаза метались между Акумой, Кайрусом и мужчиной с серыми волосами, который всё это время стоял в стороне, молча наблюдая.

Акума в мгновение оказался перед Августом.

— Только вот знаешь, чем ты отличаешься от своей матери? Вы оба высокомерны, и вашему высокомерию нет предела, только вот... У Селестии есть сила, которая позволяет ей быть такой высокомерной, а что до тебя? У тебя такой же Источник, как у твоей матери, но ты даже в его основах не разобрался.

— Сентябрь! — Август крикнул.

Мужчина с серыми волосами — Сентябрь — медленно поднял голову. Его потухшие серые глаза встретились с глазами Акумы.

— Я не знаю кто ты, но лучше тебе не вмешиваться. Ты выбрал этого избалованного мальчишку своим правителем, а я учу его уму-разуму, тебе же легче будет.

— Сентябрь!

— Господин... Нам запретили вмешиваться в дела Акумы, нам нужно отступить...

Акума усмехнулся.

— Ха, никуда вы уже не отступите, когда я тут закончу, пойдете со мной.

Август вскрикнул.

— Чего!?

Оковы падших.

Чёрные цепи вырвались из земли, полностью обхватив тело Августа и Сентября.

— Посидите пока что тут, вместе с Кайрусом. А я, будучи хорошим правителем, помогу своим людям. Позже вернусь за вами.

— Ты не можешь оставить нас т...

Цепи обвили рот Августа, закрыв его.

— Лучше помолчи, пока я тебя не убил.

...

Вальгалла.

Битва бушевала.

Гигантский зал с крышей из позолоченных щитов был залит кровью, камнем и пеплом. Позолоченные щиты на крыше покрылись копотью, некоторые копья, подпиравшие своды, были сломаны. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом гари и крови.

Но воины Бюро всё ещё стояли.

Юма вращался в центре очередной группы воинов Чистильщиков, его тело было покрыто пламенем, его кулаки наносили удар за ударом.

Огненный Вихрь!

Но на их место приходили другие. И другие. И другие.

Пронзающий Бросок!

Копьё Сэйрю полетело в толпу воинов, пронзая троих одновременно. Сэйрю телепортировался на место копья, вырвал его и продолжил бой.

— Их слишком много! — крикнул он.

— Но они такие слабаки! — Юма рассмеялся, его красные глаза горели. — Давай, Сэйрю, ещё немного!

Рин была тенью.

Она двигалась между воинами, её кинжалы мелькали, убивая одного за другим. Она появлялась из теней, наносила удар, исчезала. Её серые глаза были холодными, её движения — бесшумными.

Удар из Ниоткуда.

Она появилась за спиной одного из командиров Чистильщиков, её кинжалы вонзились в его шею. Он упал, не успев издать звук.

Ари стояла в центре, её зелёные глаза вспыхнули фиолетовым светом.

Ясуо стоял рядом с Ари, защищая её от врагов.

Стиль Бессмертного: Выкачивание Жизни!

Но воинов было слишком много. Они продолжали наступать, тесня их, не давая передышки.

— Эй, Сэйрю, — произнёс Юма. — Когда господин Акума придёт? Он же сказал, что поможет нам.

Сэйрю телепортировался к новому врагу, пронзая его копьём.

— Он сказал, что придёт, когда закончит с Кайрусом, — произнёс он, вырывая копьё из тела врага.

Он замер.

Его чёрные глаза расширились.

— Стоп... — произнёс он тихо.

Юма посмотрел на него, отбивая очередной удар.

— Что "стоп"?

Сэйрю медленно повернулся к нему, его лицо было бледным.

— Мы же решили забрать воинов Чистильщиков в Вальгаллу... — произнёс он. — А как господин Акума к нам попадет, чтобы помочь?

Юма замер.

— Чёрт... — прошептал он.

Рин, которая только что появилась из тени, убив очередного воина, остановилась.

— Ты серьёзно? — произнесла она тихо.

— Абсолютно, — Сэйрю покачал головой. — Вальгалла — это моё личное измерение. Только я могу открывать в него вход. А господин Акума... он остался снаружи.

Ари, которая всё это время поддерживала их своим Взглядом Истины, подняла голову. Её зелёные глаза были широко раскрыты.

— То есть... — её голос дрогнул. — Акума не сможет нам помочь?

— Похоже на то, — Сэйрю произнёс это тихо. — Мы... мы это не продумали.

Юма выругался, отбивая очередной удар.

— Ну отлично! Просто отлично! Мы заперты здесь с сотнями воинов, а наш главный козырь остался снаружи!

— Я же говорил, что нужно было взять меня в Вальгаллу! — раздался голос Азусы откуда-то издалека, словно она говорила через само пространство. — Я бы им показала!

— Мне кажется, или я сейчас слышал Азусу?! — крикнул Юма.

Ясуо, который всё это время молча сражался, наконец поднял голову.

— Есть ли способ впустить его? — спросил он спокойно.

— Нет, если Вальгалла уже использована, впустить новых людей не получится...

...

Они продолжили бой.

Воины Чистильщиков наступали, их было слишком много. Но воины Бюро держались. Они сражались вместе, прикрывая друг друга, используя свои способности в синергии.

Юма создавал огненные вихри, сжигая десятки врагов. Сэйрю пронзал их копьём, телепортируясь от одного к другому. Рин убивала из темноты. Ари направляла их, видя каждую угрозу.

Прошёл ещё час. Может быть, два. Время потеряло смысл.

Воины Бюро были измотаны. Их одежда была порвана, их тела покрыты ранами, дыхание было тяжёлым. Но они продолжали сражаться.

И тогда это произошло.

Пространство в центре зала задрожало.

Юма отступил на шаг, его красные глаза расширились.

— Что... — прошептал он.

Воздух начал трескаться. Чёрные трещины, словно разломы в самой реальности, начали появляться в центре зала. Они расширялись, становились глубже, и из них начала вырываться чёрная энергия — густая, тяжёлая, пульсирующая.

Сэйрю опустил копьё.

— Не может быть... — прошептал он.

Рин замерла. Ари прижала руки к груди, её зелёные глаза сияли.

Ясуо поднял катану, смотря на разлом.

И тогда разлом раскрылся полностью.

Из него вышел он.

Куроши Акума.

Его чёрные глаза сияли, его губы растянулись в широкой ухмылке. В его руках была гигантская чёрная коса — длинная, с лезвием, которое светилось тёмной энергией. Его тело было покрыто чёрной аурой, которая пульсировала, словно живая.

Он шагнул из разлома, и зал содрогнулся.

— Скучали?